В.  П.  БОРОВИЧКА
 из  засады
 [НИ  •  ПРОГРЕСО-  МОСКВА

ш

В.  П.  БОРОВИЧКА
 Выстрелы
из  засады
 Е0
 •ПРОГРЕСС-МОСКВА
1983

Переводчики:  Козлова  Ю.  П.,
Стерлигов  В.  А.
 Книга  чехословацкого  публициста  В.  П.  Бо¬
ровички  рассказывает  об  актах  террора,  осуще¬
ствленных  агентами  различных  реакционных
кругов  и  направленных  против  видных  политиче¬
ских  и  государственных  деятелей,  руководителей
прогрессивных  движений  в  странах  Америки,
Африки,  Азин  и  Европы.
 В  книге  собран  значительный  материал,
показывающий  методы  расправы  реакционеров
с  прогрессивными  или  неугодными  им  деятелями.
Одновременно  разоблачается  миф  о  «свободе  и
демократии»  буржуазного  общества.
 Книга  рассчитана  на  массовую  читательскую
аудиторию.
 Издание  2-е
 (с)  V.  Р.  Вогоу1бка,  Ууз1Ыу  го  2&оЪу,  Ка$о  Уо]зко,  Ргака,  1976
 ©  Предисловие,  сокращенный  перевод  ла  русский  язык,
«Прогресс»,  1979
 11105-033  бе30бъявления 	0804000000 	*
 006(01)-83

ПРЕДИСЛОВИЕ
 XX  век  по  праву  называют  революционным.  В  его  бур¬
ные  годы  пришел  в  движение  весь  мир.  Круто  меняются
судьбы  народов  и  государств.  Происходят  не  просто  изме¬
нения  в  мире,  но  весь  мир  становится  иным.
 Поступательное  развитие  трех  основных  потоков  совре¬
менного  революционного  процесса  —  мировой  системы  со¬
циализма,  мирового  коммунистического,  рабочего  и  нацио¬
нально-освободительного  движения  —  привело  в  послевоен¬
ный  период  к  новой  расстановке  сил  в  мире.  Неуклонно
укрепляются  позиции  социализма.  Возрастает  антиимпериа¬
листический  потенциал  народов,  освободившихся  от  коло¬
ниального  господства.  Набирает  силу  классовая  борьба
трудящихся  против  монополий.  Все  большие  масштабы  при¬
обретает  революционно-демократическое,  антиимпериалис¬
тическое  движение.  В  революционную  борьбу  включаются
новые  поколения,  социальные  слои,  новые  партии,  полити¬
ческие  и  общественные  организации.
 История  давно  уже  вынесла  суровый  и  справедливый
приговор  империализму,  его  идеологии  и  политике.  Она
давно  уже  разрушила  иллюзии  многих  врагов  коммунизма.
Канули  в  прошлое  дни,  когда  кое-кто  злорадно  ожидал
краха  мирового  социализма.
 Отличительной  чертой  нынешнего  этапа  общественного
развития  является  ослабление  позиций  империализма,
происходящее  под  напором  сил  социализма  и  демократии,
на  фоне  дальнейшего  углубления  общего  кризиса  капитализ¬
ма.  Сегодня  полнее,  чем  когда  бы  то  ни  было,  империализм
раскрывает  себя  как  строй  социального  и  национального
неравенства,  гнета  и  насилия.
 Но  процесс  усиления  классовой  борьбы  против  импе¬
риализма  выражается  также  и  в  активизации  политики
империализма.
 Империалистические,  прежде  всего  американские,  круги
раздувают  безудержную  гонку  вооружений,  безответствен¬
но  говорят  о  возможности  Ограниченной”  ядерной  войны,
пытаются  применять  ^санкции”.в  отношении  других  госу-
 5

дарств,  сеют  'национальную  рознь,  провоцируют  военные
конфликты,  прибегают  к  организации  контрреволюцион¬
ных  переворотов,  используемых  ими  всякий  раз  тогда,
когда  в  той  или  иной  стране  происходит  подъем  националь¬
но-освободительного  движения.
 Империализм  идет  на  все,-  отбрасывая  всякую  види¬
мость  какой  бы  то  ни  было  демократии,  он  готов  попрать  и
суверенитет  государств,  и  любую  законность,  не  говоря  уже
о  гуманности.  Клевета,  одурманивание  общественности,
экономическая  блокада,  саботаж,  организация  голода  и
разрухи,  подкуп  и  угрозы,  террор,  организация  убийств
политических  деятелей,  погромы  в  фашистском  стиле  —
таков  арсенал  современной  контрреволюции,  которая  всегда
действует  в  союзе  с  международной  империалистической
реакцией.
 Кровавые  и  ”бескровные”  агрессии  империализма  и  его
пособников  на  Ближнем  Востоке,  в  Африке,  Латинской
Америке,  в  Азии  -  прямое  свидетельство  реакционности
капиталистического  порядка.
 Всеми  средствами  стремясь  удержать  свои  позиции,
империалистическая  реакция  нередко  прибегает  и  к  поли¬
тическим  убийствам.  Политические  убийства  на  Западе  —
это  не  единичные  случайности,  а  зловещее  средство  дости¬
жения  реакционных  целей  империализма.  Пуля  или  яд
заменяют  политические  аргументы,  а  физическое  устране¬
ние  неугодного  деятеля,  хотя  и  на  сравнительно  небольшой
отрезок  времени,  корректирует  нежелательные  кое  для  кого
результаты  выборов,  итоги  переговоров,  а  иногда  и  полити¬
ческий  курс  страны.  Это  один  из  самых  гнусных  и  подлых
приемов  современного  империализма.  Говоря  словами
Маркса,  и  в  наши  дни  империализм  продолжает  применять
”те  же  хладнокровные  массовые  убийства  людей;,  то  же  без¬
различное  отношение  палачей  к  полу  и  возрасту  жертв”;  ту
же  систему  ”пыток  пленных”...  те  же  доносы  на  политичес¬
ких  врагов,  ту  же  равнодушную  зверскую  расправу  с  людь¬
ми”!,  которые  использовали  в  прЪшлом  реакционные  силы
и  в  Европе,  и  за  ее  пределами.
 Можно  напомнить,  что,  например,  в  печати  в  последние
годы  были  обнародованы  данные  о  прямом  участии  ЦРУ
в  подготовке  покушения  на  жизнь  Ф.  Кастро,  о  соучастии
ЦРУ  в  убийстве  П.  Лумумбы,  а  также  в  свержении  в  Чили
правительства  Народного  единства  во  главе  с  Сальвадором
 1  Маркс  К.,  Энгельс  Ф.  О  социалистической  революции.  М.,
1974,  с.  276.
 6

Альенде,  о  подрывных  акциях  против  народа  Никарагуа,
патриотов  Сальвадора,  о  "необъявленной”  войне  против
демократического  Афганистана,  народной  Кампучии  и  др.
Эти  материалы,  в  частности,  показывают,  что  ЦРУ  неизменно
действует  как  секретное  подразделение  американского
империализма,  которое  использовало,  кроме  собственных
агентов,  местные  государственные  и  общественные  органи¬
зации,  журналистов,  дипломатов,  бизнесменов  и  т.  д.  Когда
меры  "экономического  воздействия”  оказывались  недоста¬
точными,  американский  империализм  всякий  раз  прибегал
к  средствам  полувоенного  характера  или  к  применению
силы,  чтобы  наконец  добиться  свержения  непокорных  ему
правительств.  Такого  рода  акции  скромно  именовались
”операциями  скрытого  типа”.
 В  наши  дни  империализм,  и  прежде  всего  американский,
был  и  остается  главной  опорой  тиранических  и  продажных
режимов.  Причем  вмешательство  в  их  пользу  всегда  оправ¬
дывалось  мнимой  ”коммунистической  угрозой”.  Сегодня
под  натиском  освободительных  сил,  бурно  нарастающих  и  в
национальном  и  в  международном  масштабе,  американский
империализм  уже  не  в  состоянии  уберечь  от  краха  своих
ставленников  и  марионеток.  Однако  он  не  желает  отказы¬
ваться  от  политики  ”болыной  дубинки”.
 За  последние  годы  американские  официальные  лица,
отнюдь  не  смущаясь  тем,  то  и  дело  выступали  с  заявлениями
о  ”нежелательности”  и  ''недопустимости”  вхождения  ком¬
мунистов  в  правительство  какой-либо  из  стран  Запада.  И
когда  процесс  идет  не  по  рецептам  Вашингтона,  они  с  по-
помощью  ЦРУ  прибегают  к  политическим  убийствам.
 В  1978  году  достоянием  мировой  общественности  стали
факты,  свидетельствующие  о  связи  ЦРУ,  спецслужб  НАТО
с  фашиствующими  военными,  правыми  антикоммунисти¬
ческими  силами  в  Италии,  а  также  с  экстремистскими  груп¬
пировками,  прозвавшими  себя  "красными  бригадами”.
Это  на  их  совести  похищение  и  убийство  сторонника  учас¬
тия  итальянских  коммунистов  в  правительстве  страны,
бывшего  председателя  Совета  министров  Италии  Альдо
Моро.  Убийство  Моро  показывает,  что  империализм  и  реак¬
ция  научились  использовать  в  своих  целях  авантюристские
действия  различных  экстремистских  группировок  —  тех,  кто
склонен  полагаться  на  методы  террора,  уповать  на  эффект
безрассудно  рискованных  акций,  сеять  ненависть  и  беспо¬
рядки.  Поступая  так,  проповедники  террора  изолируются  от
великой  борьбы  трудящихся  против  монополий  и  выполня¬
ют  по  существу  социальный  заказ  империализма.  И  уж  ко¬
 7

нечно,  их  действия  ничего  общего  не  имеют,  да  и  не  могут
иметь  со  справедливой  борьбой  трудящихся  против  моно¬
полий.  Они  противостоят  революционно-демократическому
и  национально-освободительному  движению.  Силам  демо¬
кратии  и  социального  прогресса  всегда  чужды  были  террор
и  покушения,  которые  они  всегда  отвергали!.
 Разоблачению  действий  империалистической  реакции  по¬
священо  немало  вышедших  за  последние  годы  книг.  Среди
них  находится  и  предлагаемая  вниманию  читателя  книга
чехословацкого  публициста  В.  Боровички,  в  которой  повест¬
вуется  о  политических  убийствах,  организованных  империа-
.  диетическими  кругами  и  их  наемниками  после  второй  миро¬
вой  войны  в  различных  странах  мира.  Это  -  рассказ  об
убийствах  М.  Ганди,  С.  Бандаранаике,  о  трагических  днях
П.  Лумумбы  и  других  патриотов  Конго.  Это  -  повество¬
вание  о  похищении  одного  из  руководителей  алжирского
национально-освободительного  движения  Бен  Барки,  о  про¬
вокациях  ”черных  полковников”  против  демократов  и
антифашистов  Греции,  об  опасных  происках  сионистов  и
израильской  военщины  против  арабских  стран  и  т.  д.
 Важно  отметить,  что  идеологи  антикоммунизма,  как
правило,  пытаются  скрыть  непосредственное  участие  импе¬
риалистических  секретных  служб  не  только  в  разработке,
но  и  в  осуществлении  военно-политического  и  стратеги¬
ческого  курса  империализма.  Многие  из  них,  стремясь  пред¬
ставить  секретные  службы  империализма  в  виде  некоего
мирного  "собирателя  информации”,  сознательно  фальсифи¬
цируют  неопровержимые  факты.  А  факты  таковы,  что
империалистические  спецслужбы  были  и  продолжают  оста¬
ваться  инициаторами  многих  опаснейших  внешнеполити¬
ческих  авантюр.  Достаточно  вспомнить  о  подрывной  дея¬
тельности  империалистических  секретных  служб  против
социалистических  государств,  об  организованном  ЦРУ
свержении  правительства  Мосаддыка  в  Иране  (1953  г.),  о
ряде  заговоров  против  правительства  Индонезии,  о  собы¬
тиях  в  Конго  в  1960  г.,  "индокитайских  операциях”  ЦРУ  в
Камбодже,  Бангладеш  (1971  г.),  Индии  (1972  г.),  о  свер¬
жении  конституционного  правительства  Альенде  в  Чили
(1973  г.),  о  вторжении  империалистических  наемников  на
Сейшелы  (1981  г.),  "операциях”  против  народной  Анголы  и
о  многих  других  фактах  деятельности  ЦРУ.
 Обслуживая  военно-политическую  стратегию  империа¬
лизма  и  неоколониализма,  империалистические  разведки
 1  См.  Ленин  В.  И.  Поли.  собр.  соч.,  т.  41,  с.  16.
 8

осуществляют  скрытую  агрессию,  проводимую  в  форме
политических  убийств,  террора,  повстанческо-диверсион¬
ных,  идеологических  и  иных  подрывных  акции.  Тайное
проникновение  в  другие  государства,  в  прогрессивные,  де¬
мократические  организации  рассматривается  западными
стратегами  политики  ”плаща  й  кинжала”  как  необходимое
предварительное  условие  для  развертывания  активных
наступательных  действий.  Тем  самым  империалистические
разведки  скрытыми  методами  добиваются  ослабления
внутренних  устоев  и  международных  позиций  государств,
против  которых  они  проводят  свою  подрывную  работу.
Следовательно,  их  деятельность  есть  беззастенчивое  вме¬
шательство  во  внутренние  дела  других  суверенных  госу¬
дарств,  а  предпринимающиеся  попытки  организации  сабо¬
тажа,  неподчинения  властям,  подстрекательство  к  антигосу¬
дарственным  действиям,  убийства  политических  и  общест¬
венных  деятелей,  диверсии  несовместимы  с  общепризнан¬
ными  демократическими  принципами  и  нормами  между¬
народного  права,  являются  противозаконными.
 Спецификой  деятельности  империалистических  разве¬
док  в  современных  условиях  являются  их  попытки  скрытно
создавать  в  лагере  противника  тайную  агентуру  в  виде  ”пя-
той  колонны”.  История  знает  много  примеров,  когда  секрет¬
ные  службы  империализма  для  достижения  его  агрессив¬
ных  целей  действовали  руками  предателей,  и  изменников,
квислингов  и  генлейновцев,  морально  разложившихся
элементов,  опираясь  на  поддержку  реакционных  сил  из
числа  военщины,  местной  компрадорской  буржуазии,
международных  политических  авантюристов.
 В  этой  связи  представляется  важным  подчеркнуть,  что
с  организационной  функцией  секретных  служб  империализ¬
ма  тесно  смыкаются  идеологические  диверсии.  Пытаясь
нарушить  созидательный  процесс  мирного  строительства  в
социалистических  странах,  развитие  революционно-демокра¬
тического  и  национально-освободительного  движения,  стре¬
мясь  затормозить  процесс  разрядки,  врати  мира  и  социаль¬
ного  прогресса  все  более  широко  используют  идеологичес¬
кие  диверсии.  Под  пресловутым  лозунгом  ”защиты  прав
человека”,  раздувая  лживый  и  провокационный  тезис  о
”советской  военной  угрозе”,  враждебные  делу  мира  силы
наращивают  пропагандистские  кампании,  вмешиваясь  во
внутренние  дела  других  государств.  Об  этом  говорит  опыт
борьбы  с  контрреволюцией  в  1968  г.  в  Чехословакии,  об
этом  свидетельствует  борьба  против  контрреволюции  в
Польше.
 9

Реакционные  империалистические  круги.и  состоящие
у  них  на  службе  органы  пропаганды  не  хотят  мириться  с
реальностями  сегодняшнего  дня,  с  прокладываемым  стра¬
нами  социализма  курсом  на  упрочение  разрядки,  мирного
сосуществования  и  сотрудничества.  Реакция  усматривает
в  этом  курсе  прежде  всего  опасность  дальнейшей  утраты
капитализмом  своих  позиций,  в  том  числе  и  идейных.  По¬
этому  под  шумок  речей  ”о  защите  свободы”  и  ”прав  чело¬
века”  силы  реакции  пытаются  добиться  того,  чего  они  домо¬
гаются  на  протяжении  многих  лет,  —  развязать  руки  тем,  кто
стремится  начать  новый  ядерный  виток  гонки  вооружений,
ликвидировать  разрядку.  Но  разве  можно  серьезно  рассуж¬
дать  о  ”правах  человека”,  более  того,  строить  на  этой  основе
политические  и  идеологические  концепции  в  обществе,
которое  отказывает  человеку  в  его  самом  главном  праве  —
праве  на  жизнь!  Политические  убийства,  о  чем  рассказывает¬
ся  в  книге,  -  это  суровое  обличение  тех,  кто  пытается  при¬
своить  себе  право  быть  глашатаями  и  радетелями  свобод  -
свободы  по-империалистически.
 Нужно  отметить,  что  несомненной  положительной  сто¬
роной  книги  является  стремление  автора  не  ограничиваться
простым  описанием  многочисленных  фактов.  В.  Боровичка
вскрывает  социальные  корни  политических  убийств,  делая
это  в  каждой  главе  по-разному,  но  весьма  интересно,  разоб¬
лачая  силы,  которые  направляют  руку  современной  инкви¬
зиции.  Книга  В.  Боровички,  видимо,  не  претендует  на  то,
чтобы  стать  своеобразной  ”всеобщей  историей”  тайной
войны  и  политических  убийств.  Такая  задача  не  ставилась
автором.  В  данном  случае  следствие  против  империализма
ведут  народы,  сама  история,  сама  жизнь.  Цель  автора  -
рассказать  о  той  роли,  которую  сыграли  политические  убий¬
ства  в  крупных  международных  собитиях  послевоенного
времени,  приблизить  читателя  к  драматическим  эпизодам
тайной  войны  империализма.
 Не  являясь  ни  исторической  работой,  ни  социологичес¬
ким  исследованием,  данная  книга  интересна  тем,  что  она
представляет  собой  своеобразную  многоплановую  хронику
событий,  изображенных  в  форме  живой  политической
публицистики.  Конечно,  очерковый  характер  книги,  кото¬
рый  во  многом  объясняет  и  некоторые  повторения,  и  из¬
вестную  фрагментарность,  видимо,  не  позволил  автору  с
одинаковой  полнотой  осветить  все  взаимосвязи  рассматри¬
ваемых  им  событий.  Тем  не  менее  то,  о  чем  ведется  рассказ,
изложено  достаточно  подробно,  а  главное  -  отражает  реаль¬
ную  картину  борьбы  сил  национального  освобождения,
 10

демократии  и  прогресса  против  империалистической
реакции.
 Никакие  происки  империализма,  в  том  числе  и  полити¬
ческие  убийства,  не  в  состоянии  остановить  могучую  поступь
истории.  Будущее  -  за  социальным  прогрессом,  великими
идеалами  мира  и  коммунизма.  Накопленный  за  многие  годы
опыт  подтверждает,  что  силой,  способной  противостоять
империалистическим  репрессиям  и  гонениям,  положить  им
конец,  является  прочный  союз  и  солидарность  коммунистов,
революционеров,  демократов,  всех  прогрессивных  движе¬
ний.  Международная  солидарность  борцов  за  социальный
прогресс  —  это  живая  сила,  которая  уже  не  раз  спасала
тысячи  жизней  и  которая  не  раз  связывала  руки  империа¬
листической  реакции.
 Как  отмечалось  на  XXVI  съезде  КПСС,  ”авантюризм,
готовность  ставить.на  карту  жизненные  интересы  челове¬
чества  во  имя  своих  узких  корыстных  целей  -  вот  что  осо¬
бенно  обнаженно  проявляется  в  политике  наиболее  агрес¬
сивных  кругов  империализма.  Демонстрируя  полное  пре¬
небрежение  к  правам  и  чаяниям  народов,  они  пытаются
изобразить  освободительную  борьбу  народных  масс  как
проявление  ^терроризма”.  Они  поистине  задались  целью
достичь  недостижимого  —  поставить  барьер  на  пути  про¬
грессивных  изменений  в  мире...”1.
 Ознакомившись  с  книгой,  читатель  получит  нагляд¬
ное  представление  о  подрывной  роли  империализма,  зло¬
вещих  методах  ее  тайной  войны.
 Кандидат  исторических  наук  В,  Ю.  Кузьмин
 1  Материалы  XXVI  съезда  КПСС,  М.,  1981,  с.  20-21,

МАХАТМА
 Его  называли  бхабу—папашей,  а  также  Отцом  нации
и  Махатмой,  что  означает  Большой  Дух.  Имя  его  было
Мохандас  Кармчанд  Ганди,  и  он,  безусловно,  был  одной
из  самых  ярких  личностей  в  национально-освободитель¬
ной  борьбе  индийского  народа.
 В  январе  1948  года,  через  полгода  после  того,  как
Индия  добилась  независимости,  Ганди  был  убит
Люди  всего  мира  спрашивали:  почему  это  произошло?
 Англичане,  уйдя  из  Индии,  оставили  после  себя  не¬
завидное  наследство:  субконтинент,  разделенный  на
индуистскую  Индию  и  мусульманский  Пакистан.  Сле¬
довательно,  религиозная  война  продолжалась.  Мусуль¬
мане  убивали  индусов,  а  те  в  свою  очередь  уничтожали
целые  мусульманские  деревни.  Жители  городских  квар¬
талов  сводили  старые  счеты,  миллионы  эмигрантов  дви¬
нулись  в  путь  по  стране  без  всяких  средств,  без  пищи,
без  цели  и  надежд.  Религиозные  фанатики  нападали  на
обессиленных  людей  и  убивали  их  в  пути.
 И  вот  тогда  против  лавины  насилий  восстал  старец.
Он  объявил  голодовку,  и  все  знали,  что  он  ее  не  выне¬
сет.  Ведь  ему  уже  было  семьдесят  восемь  лет.
 Махатма  Ганди  перестал  принимать  пищу  12  янва¬
ря  и  до  воскресенья  18  января  не  брал  в  рот  ничего,  кро¬
ме  нескольких  глотков  чистой  воды.  Состояние  его  здо¬
 1  Весной  1946  года  в  результате  всенародного  размаха
национально-освободительного  движения  в  Индии  английское
правительство  было  вынуждено  предоставить  этой  стране
статус  доминиона.  Английские  колонизаторы,  не  имея  воз¬
можности  применить  методы  военного  подавления,  прибегли
к  усиленному  разжиганию  религиозной  вражды  между  му¬
сульманами  и  индусами,  надеясь  извлечь  из  этого  выгоду.
 В  этих  целях  реакционные  силы  убили  видного  общест¬
венного  деятеля  Индии  М.  Ганди,  который  выступал  за  лик¬
видацию  религиозной  вражды  в  стране,  боролся  за  независи¬
мость  Индии.  15  августа  1947  г.  была  провозглашена  государ¬
ственная  независимость  Индии.
 13

ровья  день  ото  дня  ухудшалось.  С  сочувствием  вся  про¬
грессивная  общественность  пяти  континентов  следила
за  протестом  старца,  который  один  восстал  против  сотен
миллионов  разъяренных  религиозных  фанатиков.
 В  Индии  начали  раздаваться  голоса  за  прекращение
братоубийственной  войны.  Ганди  назвал  свои  условия
прекращения  голодовки,  он  выпьет  первый  стакан  апель¬
синового  сока,  когда  будет  обеспечено  мирное  со¬
существование  индусов  и  мусульман.  Эти  условия  он
провозгласил  утром  на  митинге,  в  котором  приняло
участие  несколько  сотен  тысяч  человек.
 А  в  полдень  представители  обеих  сторон  в  присутст¬
вии  Ганди  подписали  перемирие.  Махатма  выпил  пер¬
вый  глоток  апельсинового  сока.  В  тот  же  вечер  он  за¬
явил,  что  перемирие  в  Дели  следует  распространить  на
всю  Индию  и  Пакистан.  В  Совете  Безопасности  ООН,
который  заседал  в  Лейк-Саксессе,  выступил  пакистан¬
ский  министр  с  радостным  сообщением,  что  Махатма  Ган¬
ди  достиг  своей  цели.
 —  Настало  время  дружбы  и  мира,  на  Индийском  суб¬
континенте  обеспечено  спокойствие,—  заявил  он.
 Это  утверждение,  пожалуй,  было  слишком  оптимис¬
тично.  Экстремисты  еще  не  капитулировали.
 Махатма  Ганди  жил  в  Дели  в  просторной  вилле  сво¬
его  друга.  Это  был  большой  особняк  с  садом,  обнесен¬
ным  высокой  стеной.  Старому  человеку  здесь  было  от¬
носительно  спокойно.  Его  охраняла  вооруженная  стра¬
жа.  Ухаживали  за  ним  внучки  Ману  и  Ава.
 Это  был  скорее  святой  человек  в  глазах  обездолен¬
ных,  чем  политик,  скорее  легендарный  божий  человек,
чем  реформатор,  пророк  ненасилия,  живой  миф  совре¬
менной  Индии.  Именно  такой  человек,  каких  народ  этой
страны  почитал  с  незапамятных  времен.
 В  пятницу  30  января  около  четырех  часов  пополудни
в  резиденцию,  где  жил  Ганди,  прибыл  его  бывший  бли¬
жайший  соратник,  а  теперь  самый  ярый  противник  —
министр  внутренних  дел  и  заместитель  премьер-ми¬
нистра  индийского  правительства  Сардар  Пател.  Как
всегда,  Ганди  встретил  его  на  террасе,  затем  они  во¬
шли  в  дом,  где  беседовали  больше  часа.
 ...  Для  многих  Махатма  являлся  божественным  че¬
ловеком,  а  поэтому  у  него  были  определенные  обязан¬
 14

ности  перед  верующими.  Каждый  день  около  пяти  часов
вечера,  когда  солнце  клонилось  к  западу  и  тени  пальм
ложились  перед  виллой,  в  саду  собирались  привержен¬
цы  Ганди,  а  также  просто  любопытные.  Это  было  нечто
среднее  между  богослужением  и  митингом.  Поскольку
индийское  радио  регулярно  вело  с  этих  собраний  тран¬
сляции,  Махатма  Ганди  использовал  их  для  пропаганды
своих  взглядов.  Индийская  общественность  привыкла
слушать  эти  передачи.
 30  января  1948  года  в  саду  ждало  около  тысячи  ин¬
дусов.  Но  Махатма  все  не  выходил.  Тогда  внучка  Ману
заглянула  в  дом  и  предупредила  дедушку,  что  ему  пора
идти.  Министр  Пател,  приложив  руки  к  груди,  покло¬
нился  и  ушел.
 Маленький  смуглый  исхудавший  старик,  облачен¬
ный  в  белую  полотняную  одежду,  вышел  на  террасу,
чтобы  выступить  перед  своими  сторонниками.  Внучка
Ману  взяла  со  стола  его  записную  книжку,  в  которой
он  записывал  тезисы  своих  выступлений,  ручку,  пле¬
вательницу,  футляр  для  очков  и  предложила  ослаблен¬
ному  старцу  руку..  С  другой  стороны  Ганди  поддержи¬
вала  внучка  Ава.
 Махатма  шел  медленно,  с  достоинством,  часто  оста¬
навливаясь  и  отвечая  на  приветствие  толпы.  Собрав¬
шиеся  с  почтением  расступались  пред  ним,  давая  пройти..
Зелень  луга  была  сплошь  покрыта  белыми  одеждами
индусов,  и  среди  них  выделялся  только  один  человек
в  рубашке  цвета  хаки.  Вот  он  начинает  проталкиваться
между  людьми,  подойдя  к  самому  Ганди,  грубо  оттал¬
кивает  внучку  Ману  и  быстро  нагибается,  якобы  желая,
по  старому  обычаю,  в  знак  уважения  и  смирения  стереть
пыль  с  сандалий  Махатмы.  Несколько  мгновений  он
стоит  перед  старцем  на  коленях,  потом  быстрым  движе¬
нием  вытаскивает  из  кармана  пистолет  и  стреляет  в
упор.  Две  пули  попадают  в  область  сердца,  одна  —•
в  живот,
 —  Боже  мой!  —успевает  вскрикнуть  Ганди  и  па¬
дает.
 На  снежно-белом  одеянии  расплывается  красное
пятно..
 Это  произошло  30  января  1948  года  в  17.17,
 Террорист  пытался  покончить  жизнь  самоубийством.
 15

Он  уже  поднял  было  пистолет  к  виску,  но  в  этот  момент
к  нему  бросились  люди.  Еще  немного,  и  они  расправи¬
лись  бы  с  ним.  Но  вовремя  вмешался  телохранитель
Ганди.  Он  спас  убийцу  от  разгневанной  толпы  для  того,
чтобы  приговор  ему  вынесло  правосудие.
 Махатма  Ганди  умер.  Убийцу  доставили  в  полицию.
Звали  его  Натхурам  Годсе.  Ему  было  тридцать  семь  лет.
 Я  не  стану  утверждать,  что  досконально  разобрал¬
ся  в  индийской  проблеме.  Мое  пребывание  в  Индии  —
этой  стране  противоречий  —  было  слишком  коротким.
Но  думаю,  что  я  понял,  кем  был  для  Индии  Ганди.  Я
осознал  взаимосвязь  этого  человека  и  несчастных  обез¬
доленных,  находясь  среди  них,  на  берегах  священной
реки  Ганга  в  Бенаресе.  А  также  когда  я  переступал  че¬
рез  некоторых  из  сотен  тысяч  бездомных,  спящих  прямо
на  тротуарах  четырехмиллиоиного  Бомбея.  Эти  люди
не  протестовали  против  своей  судьбы,  они  смиренно  пе¬
реносили  голод  и  болезни  и  ждали  душевного  спокой¬
ствия.
 Радж  Гхат  —  памятное  место  в  Дели,  где  сожгли
тело  Ганди.  Иностранцы  приходят  сюда  ради  любопыт¬
ства,  а  индусы,  даже  молодые,  одетые  в  европейские  кос¬
тюмы,  перед  входом  без  предупреждения  снимают  обувь,
как  будто  они  входят  в  святыню.  С  правой  стороны  стоит
небольшое  низкое  здание,  в  котором  продается  литера-1
тура  о  Ганди  и  его  сочинения,  переведенные  на  многие
языки.
 Память  о  Ганди  живет  не  только  в  Индии,  но  и  во
всем  мире.
 Так  почему  же  его  убили?
 Террорист  й,  его  сообщники  предстали  перед  судом
и  были  наказаны.  О  политической  и  общественной  подо¬
плеке  покушения  на  человека,  имевшего  большие  за¬
слуги  в  борьбе  индийского  народа  за  национальную  не¬
зависимость,  велись  долгие  споры.  Только  в  1965  году
министр  внутренних  дел  Нанда  назначил  комиссию  для
расследования  обстоятельств  покушения.  В  1969  и  1970
годах  появились*  документы,  по  которым  можно  попы¬
таться  восстановить  прошлые  события.
 С  незапамятных  времен  религия  играла  в  индийской
политической  жизни  доминирующую  роль.  Когда  была
провозглашена  независимость  и  Индия  была  разделена
 1Р

на  мусульманскую  и  индуистскую  части,  Ганди  добился
лишь  частичного  примирения  индусов  и  мусульман.
Дело  в  том,  что  экстремисты  были  в  принципе  против
сотрудничества  с  мусульманами.  «Хинду  Махасабха»,
политическая  организация  с  отрядами  террористов
«Раштра  дал»  и  «Раштрия  сваям  севак»,  решила  продол¬
жать  борьбу.  Однако  в  Дели  ей  противостоял  автори¬
тет  Махатмы  Ганди.  Поэтому  и  был  организован  заго¬
вор,  возглавляемый  лидером  «Хинду  Махасабха»,  бом¬
бейским  миллионером  Винайяком  Саваркаром.  Его  ме¬
тоды  и  средства  были  схожи  с  фашистскими.
 Саваркар  решил  устранить  неугодного  философа,  ко¬
торый  пользовался  такой  популярностью  у  индийского
народа.  Бомбейский  миллионер  в  октябре  1947  года  соз¬
дал  из  своих  верных  людей  террористическую  группу.
Это  были  отнюдь  не  наемные  убийцы  и  не  головорезы,
а  образованные  брахманы.  Натхурам  Годсе  был  шеф-
редактором  крайне  правой  газеты  «Хинду  раштра»,
Нарайян  Апте  был  директором  этого  же  издания.  Дагам-
бар  Бахдге  выполнял  в  организации  функции  постав¬
щика  оружия.  Прежде  он  продавал  во  время  народных
шествий  разные  безделушки  и  бумажные  цветы,  потом
«расширил»  свой  ассортимент  предметами,  необходимы¬
ми  для  крайне  правого  движения.  Он  стал  продавать
резиновые  дубинки,  кастеты  и  кинжалы,  а  из-под  полы
приторговывал  пистолетами  и  боеприпасами.  Именно
Бахдге  и  попросил  Апте  достать  для  убийцы  оружие.
По  этой  же  причине  в  ряды  заговорщиков  был  пригла¬
шен  и  брат  Натхурама  Годсе  Гопал,  заведующий  столо¬
вой  военного  склада  боеприпасов.  Другие  члены  груп¬
пы:  хозяин  гостиницы  Вишну  Каркаре,  слуга  Бахдге
Шанкар  Кистаджа  и  молодой  беглец  из  Пенджаба  Мадан
Лал  Пахве.
 Мадану  Лал  Пахве  было  только  двадцать  лет,  но  за
плечами  у  него  уже  было  не  одно  приключение.  Снача¬
ла  бн  продавал  книги  профессора  Джайна,  потом  зара¬
батывал  себе  на  жизнь  торговлей  вразнос  и,  наконец,
познакомился  с  владельцем  гостиницы  Каркаре.
 Когда  подготовка  к  покушению  заканчивалась  (Бах¬
дге  раздобыл  пять  гранат,  две  пороховые  бомбы  и  два
пистолета  с  патронами),  Мадан  Лал  Пахве  вновь  по¬
явился  у  профессора  Джайпа  и  похвастался,  что  он  стал
 М

членом  ударной  группы.  Рассказывал  о  выполненных,
очевидно  вымышленных,  героических  заданиях,  в  ко¬
торых  всегда  играл  главную  роль.  В  конце  концов,  Ма-
дан  Л  ал  Пахве  поведал  профессору  о  том,  к  чему  они
готовятся.
 Таким  образом,  профессор,  преподаватель  хинди
Бомбейского  университета  уже  10  января  1948  года
знал,  что  группа  индусских  экстремистов  готовит  по¬
кушение  на  Ганди,  но  оставил  эти  сведения  при  себе.
Позже  он  заявил,  что  не  поверил  болтливому  парню,  ко¬
торый  всегда  был  склонен  к  преувеличениям.
 Но  Мадан  Лал  на  этот  раз  ничего  не  выдумы¬
вал.
 17  января  1948  года  в  Бомбейском  аэропорту  в  са¬
молет  компании  «Эйр  Индия»  вошли  заговорщики  Год-
се  и  Апте.  Незадолго  до  отлета  они  получили  последнее
благословение  от  своего  шефа  Саваркара.  Заговорщики
прилетели  в  Дели  под  фамилией  братьев  Дешбанди  и  раз¬
местились  в  отеле  «Марина».  Каркаре  и  Мадан  Лал  при¬
были  в  столицу  поездом  и  прописались  в  гостинице  «Ша-
риф»  под  фальшивыми  именами.
 Вечером,  когда  вокруг  резиденции  Ганди  собиралась
стотысячная  толпа,  у  заговорщиков  состоялось  послед¬
нее  совещание.  Их  план  был  прост.  Апте,  Бахдге  и  Кис-
таджа  смешаются  с  толпой  во  время  выступления  Ганди.
Бахдге  повесит  на  шею  фотоаппарат  и  будет  вести  себя
как  репортер,  при  этом  он  войдет  в  соседний  дом  и  про¬
никнет  в  помещение,  отделенное  от  сада  только  решет¬
кой.  Там  он  будет  находиться  в  засаде.  Мадан  Лал  по¬
дожжет  в  саду  фитиль  бомбы.  Взрыв  вызовет  панику,
а  Бахдге  воспользуется  суматохой  и  выстрелит  в  Ганди
сзади  в  затылок.
 Индия  —  страна  контрастов.  Многое  в  ней  может
показаться  непостижимым.  Реальные  события  зависят
здесь  от  таких  факторов,  как  особенности  сложной  че¬
ловеческой  психики,  сложившейся  под  влиянием  раз¬
личных  мифов  и  поверий.  Террорист  Бахдге,  решив¬
шийся  убить  такую  выдающуюся  личность,—  профес¬
сиональный  убийца,  в  последнюю  минуту  испугался
взгляда  одноглазого  человека,  стоявшего  недалеко  от
входа  в  помещение,  из  которого  он  должен  был  стрелять.
Вы  ляд  одноглазого,  видимо,  был  предостерегающим
 18

знаком  судьбы,  дающим  убийце  понять,  что  следует  из¬
менить  план.
 Бахдге  отказался  стрелять,  остальные  также  испу¬
гались  плохой  приметы.  Ничего  не  подозревавший  Ма¬
дан  Лал  бросил  бомбу.  Раздался  взрыв,  но  возникшая
паника  была  не  такой  уж  сильной.  Махатма  Ганди  опом¬
нился  первым  и  стал  успокаивать  толпу.  Вся  Индия
слушала  его  слова  у  радиоприемников.
 —  Враг  мусульман  является  врагом  Индии,—  ска¬
зал  он  и  призвал  присутствующих  сохранять  спокойст¬
вие.  Потом  Ганди  продолжил  свое  выступление.
 Мадан  Лал  Пахве  оказался  в  полицейском  участке,
остальные  заговорщики  разбежались.  Бахдге  понял,  что
в  плане  брахманов  ему  отводилась  роль  пешки.  Когда
к  нему  пришли  Годсе  и  Апте  и  попытались  призвать  его
к  ответственности,  он  указал  им  на  дверь.
 Гопал  Годсе  и  Вишну  Каркаре  прописались  под  чу¬
жими  фамилиями  в  гостинице  «Хинду  Франтье».  Еще  до
этого  заговорщики  избавились  от  компрометирующего
оружия.  Бахдге  вместе  со  слугой  уехал  в  Пуну.  Натху-
рам  Годсе  и  Апте  купили  билеты  в  Канпур.  Едва  они
покинули  отель  «Марина»,  как  к  портье  прибыли  поли¬
цейские  вместе  с  арестованным  Маданом  Лал  Пахве.
Однако  комната  под  номером  сорок,  бывшая  еще  вчера
главным  штабом  заговорщиков,  была  пуста.
 Мадан  Лал  Пахве  рассказал  все,  что  знал  о  заговоре,
и  назвал  его  участников.  Другим  важным  свидетелем
против  заговорщиков  стал  профессор  Джайн.  Джайн
узнал  о  покушении  из  газет,  он  попытался  связаться  с
министром  внутренних  дел  Пателом.  Тот,  однако,  неза¬
долго  до  этого  уехал  из  Бомбея.  Профессор  позвонил
председателю  правящей  партии  Индийский  националь¬
ный  конгресс,  но  не  застал  его  на  месте.  Потом  он  по¬
просил  аудиенции  у  главного  министра-  штата  Бомбей
Кхера.  Там,  в  присутствии  министра  внутренних  дел
Десайи,  он  рассказал  все,  что  знал.
 При  сравнении  протокола  допроса  Пахве  с  цоказа-
ниями  Джайна  были,  однако,  выявлены  расхождения.
Профессор  утверждал,  что  Мадана  Лал  к  нему  привел
их  общий  друг,  торговец  с  базара  в  Пуне,  Вишну  Кар-
каре.  Однако  они  совсем  не  говорили  ни  о  каком  ору¬
жии.  Они  только  дискутировали  о  назначении  партии
 16

«Хинду  Махасабха».  Пользуясь  случаем,  Мадан  Лал
Пахве  попросил  у  него  денег.  Но  для  себя,  не  для  покуп¬
ки  оружия.  А  как  же  бомба?  Говорилось  и  о  ней.  Она
должна  была  только  вызвать  панику,  которой  хотели
воспользоваться  заговорщики,  чтобы  похитить  Ганди.
 Профессор  Джайн  старался  спасти  себя,  это  было  по¬
нятно.  Труднее  было  понять  реакцию  полиции  на  все
эти  факты.  Министры  внутренних  дел  знали  соучастни¬
ков  покушения.  Они  установили,  что  речь  идет  о  широ¬
ком  заговоре  экстремистских  сил.  В  том  же  полиция  убе¬
дилась  при  допросе  террориста.  В  любых  других  усло¬
виях  естественным  выводом  было  бы  принятие  ряда  мер
по  обеспечению  безопасности.  В  Бомбее  ничего  подоб¬
ного  не  произошло.  Префект  полиции  ухватился  за  вер¬
сию  о  предполагаемом  похищении.  Он  начал  утвер¬
ждать,  что  к  акции  готовилось  в  общей  сложности
двадцать  боевых  групп  по  двадцать  человек  в  каждой,  и
объявил  розыск  четырехсот  подозреваемых,  но  несущест¬
вующих  похитителей.  Вокруг  виллы  Ганди  в  Дели  поли¬
ция  удвоила  охрану.  Этим  и  ограничились.  Заговор¬
щики  же  могли  спокойно  готовить  следующее  покуше¬
ние.  И  они  его  готовили.
 Вскоре  после  неудачной  операции  в  Бомбей  верну¬
лись  оба  брата  Годсе,  Апте  и  Каркаре.  Они  размести¬
лись  в  разных  гостиницах  под  чужими  именами.  В  вос¬
кресенье  25  января,  на  рассвете,  террористы  собрались
во  дворце  владельца  издательства  «Шиваджи  принтинг
пресс»  Джоши.  Здесь  они  договорились  о  дальнейших
действиях.  Судя  по  тому,  что  совещание  продолжалось
целых  пять  часов,  как  это  потом  выяснилось  при  рас¬
следовании  дела,  можно  сделать  вывод,  что  заговорщи¬
ки  подготовили  план  во  всех  деталях.
 Последующие  дни  были  заполнены  весьма  странными
маневрами.  Несмотря  на  благословение  очень  богатых
господ,  у  террористов  не  было  денег  на  приобретение
пистолета.  Поэтому  они  обращались  к  разным  покрови¬
телям  и  выпрашивали  подаяния,  чтобы  приобрести  смер¬
тоносное  оружие.  Натхурам  Годсе  и  Апте  вылетели  из
Бомбея  в  Дели,  но  уже  на  следующий  день  сидели  в
купе  экспресса,  следующего  в  Мадрас.  В  полночь  у
вокзала  в  Гвалиоре  они  взяли  рикшу  и  отправились
в  богатый  район.  Там  около  часа  ночи  они  постучали  в
 20

дверь  вождя  гвалиорских  индусов  Даттатраджи  Пар-
чура  и  попросили  у  него  оружие.
 Если  бы  речь  не  шла  о  трагедии,  следующую  сцену
можно  было  бы  назвать  просто  фарсом.  У  доктора  Пар¬
чу  ра  есть  пистолет,  но  он  отказывается  его  дать.  Затем
он  звонит  своему  доверенному  лицу.  На  индийских  ба¬
зарах  за  деньги  можно  купить  все.  Поэтому  через  неко¬
торое  время  в  доме  появляется  некий  молодой  человек
и  запрашивает  за  пистолет  неимоверно  большую  цену.
Апте  осматривает  оружие,  потом  проверяет  его.  Пис¬
толет  не  стреляет.  И  глубокой  ночью,  и  ранним  утром
доверенные  лица  ищут  перекупщиков,  те  передают  за¬
зывалам,  иными  словами,  каждый  уже  знает,  что  в  ка¬
бинете  доктора  Парчура  сидят  двое  и  за  любую  цену
хотят  купить  хороший  пистолет.
 Наконец,  утром  один  из  перекупщиков  предлагает
почти  новый  пистолет  системы  <45еретта»  за  пятьсот  ру¬
пий.  Апте  испытывает  пистолет.  Террористы  убеждают¬
ся,  что  это  отличное  автоматическое  оружие,  однако
платят  за  пистолет  только  триста  рупий.
 Потом  заговорщики  возвращаются  в  Дели  и  опять
под  чужими  именами  располагаются  в  привокзальной
гостинице.
 Махатма  Ганди  все  это  время  живет  своей  обычной
жизнью.  Он  отвергает  всякую  хвалу  за  хладнокровие,
проявленное  им  во  время  покушения,  не  разрешает  по¬
лицейским  проводить  обыск  верующих,  приходящих  в
сад  его  резиденции  на  вечерние  собрания.
 Ганди  публично  прощает  Мадана  Лал  Пахве,  заяв¬
ляя  журналистам,  что  он  вовсе  не  плохой  человек  и  на
преступный  путь  его  толкнули  другие.
 Махатма  Ганди  не  был  доверчивым  старцем  с  наив¬
ным  взглядом  на  мир.  Он  понимал,  конечно,  что  моло¬
дой  человек  с  бомбой  был  только  орудием  широко  раз¬
ветвленного  заговора,  и  знал  также,  что  заговорщики  не
оставят  его  в  покое.  Знала  об  этом  и  полиция.  В  своем
признании  Мадан  Лал  Пахве  обратил  внимание  поли¬
ции  на  то,  что  убийцы  вернутся.  Несмотря  на  это,  пре¬
фект  полиции  не  принял  мер  по  обеспечению  безопас¬
ности  Ганди.  А  Махатма  Ганди  смотрел  на  свою  судьбу
с  самым  типичным  индийским  фатализмом:  чему  быть,
того  не  миновать.
 21

Инициатор  убийства,  бомбейский  богач  Саваркар,  ре¬
шающий  из  своего  дворца,  жить  или  умереть  неугодным
ому  политикам,  первоначально  обдумывал  покушение
на  премьер-министра  Неру,  позже  он  вынашивал  план
уничтожения  бывшего  бенгальского  премьер-министра
и  высокого  функционера  Мусульманской  лиги  Суравар-
да,  и  вот  все-таки  его  выбор  пал  на  старца  Ганди,  по¬
тому  что  Махатма  был  индийским  мифом  и  его  смерть
должна  была  вызвать  наибольшее  возмущение.
 Ганди  ждал  смерти.  В  роковой  день  он  сказал  внуч¬
ке  Ману:  «Если  я  умру  от  болезни,  ты  должна  объявить
меня  недостойным,  фальшивым  Махатмой.  Если  же  меня
убьет  бомба  или  кто-нибудь  выстрелит  и  пуля  попадет
мне  в  грудь,  а  я  сумею  умереть  без  стонов,  то  тогда  ты
можешь  говорить  обо  мне,  как  о  настоящем  Махатме».
 У  террористов  все  было  готово.  Осталось  только
обеспечить  себе  сфабрикованное  алиби.  Любовнице
Апте  сразу  же  после  покушения,  поручалось  послать
телеграмму  делийскому  секретарю  партии  «Хинду  Маха-
сабха»,  подписанную  именем  Апте,  в  которой  говори¬
лось  бы,  что  он  приедет  из  Бомбея  для  организации  за¬
щиты  Годсе.  Телеграмма,  таким  образом,  должна  была
свидетельствовать  о  том,  что  в  критический  момент  Ап¬
те  находился  далеко  от  места  покушения.  Примерно  та¬
кое  же  алиби  придумал  себе  и  Годсе.
 Непосредственно  перед  покушением,  а  точнее  в  13  ча¬
сов  30  минут,  возникло  непредвиденное  осложнение.
Террористы,  которые  все  еще  скрывались  в  номере  при¬
вокзальной  гостиницы,  забыли  о  том,  что  комнаты  в  этой
гостинице  сдаются  только  на  одни  сутки.  И  вот  они  по¬
лучили  приказ  освободить  номер.
 Не  оставалось  ничего  другого,  как  собрать  свои  про¬
стыни  и  идти  на  улицу.  Полиция  знала  их  имена,  у  нее
была  даже  фотография  Каркаре,  и,  несмотря  на  это,  на
них  не  обратил  внимания  ни  один  полицейский.  Итак,
заговорщики  дожидались  своего  часа.  Вечером  они  сме¬
шались  с  толпой,  ожидающей  Ганди  в  саду.
 Террористам  в  этот  день  невероятно  везло.  А  в  за¬
вершающей  фазе  операции  им  помог  еще  и  случай.  Ма¬
хатма  Ганди  разговаривал  с  министром  Пателом.  В  свя¬
зи  с  этим  он  опоздал  к  началу  собрания.  Ману  попро¬
сила  дедушку  поторопиться.  Ганди  решительно  и
 22

неожиданно  для  своих  личных  телохранителей  встал  и
поспешил  в  сад.  Обычно  впереди  старца  шел  его  телохра¬
нитель  Гурбахан  Сингх.  Но  на  этот  раз  было  иначе.  Ган¬
ди  был  уже  на  лестнице  и  выходил  на  террасу.  Гурба¬
хан  Сингх  не  смог  его  обогнать.  Другой  телохранитель,
Арманатх,  хотя  и  был  на  своем  месте  в  двух-трех  шагах
сзади  Ганди,  но  помешать  террористу  в  его  преступном
деле  не  смог.  Арманатх  бросился  на  убийцу  только  в
тот  момент,  когда  уже  прозвучали  выстрелы,  обезору¬
жил  его  и  таким  образом  не  дал  Годсе  застрелиться.
 Апостол  ненасилия  умер  насильственной  смертью.
Многотысячная  толпа  была  так  потрясена  происшед¬
шим,  что  тело  Ганди  еще  почти  десять  минут  оставалось
лежать  на  террасе.  Потом  наконец  телохранители  при¬
шли  в  себя  и  внесли  убитого  Махатму  Ганди  в  дом.  Воен¬
ный  врач  официально  констатировал  смерть.  Убийцу
отвезли  в  полицию.
 Сразу  же,  через  двадцать  пять  минут  после  покуше¬
ния,  лондонская  радиостанция  Би-би-си  передала  ре¬
портаж  об  убийстве  Ганди.  Дело  в  том,  что  в  саду  рези¬
денции  в  то  время  находился  ее  корреспондент  Роберт
Стимсон.  Так  сообщение  о  покушении  разлетелось  по
всему  миру.
 В  Индии  возникла  паника.  Никто  не  знал,  к  какой
партии  принадлежит  убийца,  но  кто-то  стал  распростра¬
нять  слухи,  что  он  член  Мусульманской  лиги.  Находив¬
шиеся  в  постоянной  боевой  готовности  индусы  немедлен¬
но  выступили  против  мусульман.  В  Бомбее  вскоре  после
покушения  начались  насилия,  грабежи,  пожары  и  убий¬
ства.  Была  вынуждена  вмешаться  полиция.
 Потом  появилось  сообщение,  что  убийца  принадле¬
жал  к  организации  «Хинду  Махасабха».  Когда  в  Санг-
ме,  где  родился  Натхурам  Годсе,  узнали,  кто  убил  про¬
рока  мира,  жизнью  поплатилась  вся  семья  Годсе.  В  ре¬
зультате  возникшего  здесь  пожара  обратились  в  пепел
пятьдесят  жилых  домов.  И  в  других  городах  функционе¬
ры  «Хинду  Махасабха»  вынуждены  были  прекратить
свою  деятельность,  Разъяренная  толпа  поджигала  их
жилища.
 Между  тем  полиция  установила,  что  редактор  Нат¬
хурам  Годсе  прибыл  из  Пуны,  где  он  также  исполнял
обязанности  секретаря  местной  организации  партии
 23

«Хинду  Махасабха»,  и  что  как  раз  в  этом  большом  про¬
винциальном  городе  на  границе  Хайдарабада  террорис¬
тическая  группа  готовила  покушение.
 Город  Пуна  расположен  на  плоскогорье  Западной
Индии  и  является  важным  стратегическим  пунктом.
Местные  жители  находились  здесь  между  двух  огней.
В  этом  месте  скрещивались  интересы  Индии  и  княжест¬
ва  Хайдарабад.  Княжество  и  после  провозглашения
независимости  Индии  осталось  самостоятельным  владе¬
нием  феодального  князя  и  самого  богатого  человека  Ин¬
дии,  хайдарабадского  низама.  В  политическом  и  эко¬
номическом  отношении  княжество  оставалось  самой  ак¬
туальной  проблемой  Индии  тех  лет.
 К  шестнадцати  миллионам  коренных  жителей  доба¬
вились  сотни  тысяч  переселенцев  без  крова,  без  средств
к  существованию,  без  надежды.  У  них  не  было  ничего,
кроме  неограниченной  ненависти  к  мусульманам,  из-за
которых  они  были  вынуждены  бежать  из  Пакистана.
В  этом  котле,  где  кипела  религиозная  непримиримость
и  жажда  мщения,  и  родилась  мысль  об  убийстве  чело¬
века,  пытавшегося  примирить  оба  лагеря.
 Убийство  Махатмы  Ганди  было  только  первой  из
запланированных  индусскими  экстремистами  акций.
Другим  политическим  убийствам,  однако,  уже  не  сужде¬
но  было  осуществиться.  Полиция  внезапно  пробудилась
ото  сна.
 На  следующей  же  день  в  Пуне  арестовали  Бахдге.
В  Бомбее  обыскали  резиденцию  богача  Саваркара.  На¬
чались  репрессии  против  руководителей  «Хинду  Маха¬
сабха»,  ее  вооруженные  отряды  были  официально  рас¬
пущены,  тысячи  их  членов  очутились  за  решеткой.
 Арестовали  также  доктора  Парчура.  Весьма  инте¬
ресной  была  его  реакция  на  сообщение  о  покушении.
Индийское  радио  передало  сообщение  около  шести  ча¬
сов  вечера.  Доктор  Парчур  прослушал  его,  затем  со¬
звал  большую  компанию  и  торжественно  отметил  собы¬
тие.  С  гордостью  соавтора  в  присутствии  свидетелей  он
заявил,  что  пистолет,  из  которого  Годсе  застрелил  Ма¬
хатму,  куплен  в  Гвалиоре.  Помог  его  найти  он  и  его
друзья.  На  следующий  день  предприимчивый  доктор
явился  в  Дом  правительства  и  потребовал,  чтобы  его
немедленно  назначили  члепом  местного  правительства.
 24

Самоуверенность  Парчура  не  знала  границ.  Он  пред¬
сказывал  политический  переворот,  обещал  все  сделать,
когда...
 А  2  февраля,  то  есть  через  два  дня,  он  уже  сидел  за
решеткой,  где  очутился  и  всемогущий  Саваркар.  Вско¬
ре  в  тюрьме  встретились  и  Гопал  Годсе,  Апте,  Каркаре  и
Кистаджа,  арестованные  в  бомбейской  гостинице.
 Спустя  два  дня  после  убийства,  в  Дели  собрались
стотысячные  толпы  народа,  чтобы  проводить  своего  Ма¬
хатму  в  последний  путь.  Этот  путь  длиной  в  восемь  кило¬
метров  охраняли  солдаты,  на  перекрестках  стояли  бро¬
неавтомобили.  Мертвый  Ганди,  покрытый  индийским
флагом,  лежал  на  автомобиле,  который  катили  двести
пехотинцев.  Убежденный  пацифист,  антимилитарист,
пророк  ненасилия  приближался  к  костру  в  Радж  Гха-
те  в  сопровождении  четырех  тысяч  пехотинцев,  тысячи
летчиков,  тысячи  моряков  и  тысячи  полицейских.  Пять
часов  процессия  шла  по  улицам  Дели.  В  четыре  часа
сорок  пять  минут  сын  Махатмы  Рамдас  зажег  костер  из
псандалового  дерева  под  телом  своего  отца.
 Процесс  над  убийцей  и  остальными  заговорщиками
проходил  в  Дели  в  Красной  крепости.  На  скамью  под¬
судимых  22  июня  1948  года  сели  все  так  или  иначе  при¬
нявшие  участие  в  покушении,  включая  Винайяка  Савар-
кара,  еще  совсем  недавно  очень  влиятельного  человека.
 Натхурам  Годсе  внал,  что  его  ожидает.  Остальные
заговорщики  надеялись,  что  им  помогут  адвокаты,  что
произойдет  смена  политической  власти,  что  Джавахар-
лал  Неру  падет,  и  тогда  из  подсудимых  они  превратятся
в  героев.  Но  они  просчитались.  Национально-освобо¬
дительная  борьба  индийского  народа  продолжалась
Не  помогли  реакционерам  ни  адвокаты,  ни  политиче¬
ские  спекуляции.
 Убийца  Годсе  заявил:
 «Я  уважал  Махатму.  Его  убийство  для  меня  отнюдь
не  было  удовольствием.  Но  я  должен  был  это  сделать.
Он  покровительствовал  мусульманам».
 Нарайян  Апте  сказал:
 «Мои  разногласия  с  Ганди  касались  не  его  личности,
а  принципов,  которые  он  защищал.  Я  никогда  не  думал
о  его  физическом  уничтожении.  Сообщение  о  его  смерти
наполнило  меня  глубокой  печалью».
 25

Мадан  Лал  Пахве  заявил:
 «Я  не  хотел  причинить  вреда  Ганди,  это  даже  никог¬
да  не  приходило  мне  в  голову.  Я  бросил  бомбу  для  того,
чтобы  он  обратил  на  меня  внимание.  Я  хотел  обратить¬
ся  к  нему  с  просьбой».
 Увертки,  лавирование  и  неубедительные  аргументы...
Только  Натхурам  Годсе  в  заключительном  слове  сказал,,
что  убийство  Ганди  он  считал  своим  долгом.  Внутрен¬
ний  голос  поручил  ему  это  сделать,  и  он  его  послу¬
шался.
 Нет  необходимости  описывать  подробности  самого
судебного  процесса  и  второго,  апелляционного  засе¬
дания.  10  февраля  1949  года  подсудимые  выслушали
приговор.  Богач  Саваркар  был  освобожден  за  недоста¬
точностью  улик.  Натхурам  Годсе  и  Нарайян  Апте  были
приговорены  к  смертной  казни.  Остальные  должны  бы¬
ли  провести  остаток  своей  жизни  за  решеткой.
 При  апелляционном  разбирательстве,  которое  про¬
ходило  в  Симле,  суд  вердиктом  от  2  мая  1949  года  оправ¬
дал  еще  доктора  Парчура  и  Кистаджу.
 Двое  приговоренных  к  смертной  казни  доживали
свои  последние  дни  в  тюрьме  в  Амбале.  Под  конец  убий¬
ца  Годсе  стал  сожалеть  о  своем  поступке,  заявляя,  что
теперь,  наученный  горьким  опытом,  он  бы  посвятил
себя  борьбе  за  сохранение  мира.
 15  ноября  1949  года  обоих  приговоренных  вывели
на  тюремный  двор,  где  палачи  поставили  для  них  висе¬
лицу.  Оба,  стараясь  перекричать  друг  друга,  выкри¬
кивали  лозунги,  против  которых  они  боролись  рань¬
ше:  «Да  здравствует  едипая  Индия!  Да  здравствует  на
вечные  времена!»
 Многих  не  удовлетворяло  решение  суда,  который  ос¬
вободил  вождя  заговорщиков  Саваркара  и  доктора  Пар¬
чура.  Заговор,  несомненно,  имел  более  широкую  осно¬
ву  и  более  глубокие  корни.  Где  остались  люди,  содер¬
жавшие  вооруженные  отряды,  те,  кто  платил  убийцам?
Появились  критические  высказывания  в  адрес  минист¬
ра  Патела,  говорилось  о  его  связях  с  Саваркаром.  По¬
следующие  политические  события,  однако,  затушевали
эту  историю.  И  вот  черев  несколько  лет,  осенью  1964  го¬
да,  вернулись  из  тюрьмы  Вишну  Каркаре,  Гопал  Годсе
и  Мадан  Лал  Пахве.  Индусские  экстремисты  использо¬
 26

вали  этот  случай  и  организовали  им  в  Пуне  торжест¬
венную  встречу.  Редактор  Кеткар  публично  и  даже  с
гордостью  заявил,  что  он  знал  о  замысле  Годсе  убить
Ганди  еще  за  три  месяца  до  покушения  и  что  о  подго¬
товке  заговора  знали  также  индийские  органы  и  скры¬
вали  это.
 Заявление  редактора  Кеткара  появилось  в  печати  и
стало  причиной  острых  дебатов  в  парламенте.  Общест¬
венность  не  забыла  о  Махатме  Ганди  и  теперь  требова¬
ла  ответа  на  вопрос,  почему  в  1948  и  1949  годах  не  были
вскрыты  широкие  политические  свяэи  заговорщиков,
почему  полиция  не  искала  причин  в  закулисной  сторо¬
не  покушения.  Правительство  не  могло  обойти  молча¬
нием  эти  вопросы.  В  марте  1965  года  министр  внутренних
дел  Нанда  назначил  особую  комиссию,  которая  должна
была  снова  расследовать  обстоятельства  покушения.
 Протоколы  комиссии  дали  возможность  восстановить
ход  событий.  Но  появилось  еще  одно,  хотя  документаль¬
но  и  не  доказанное,  но  все  же  интересное  сообщение,
опубликованное  в  1969  году  в  Бомбее  К.  Л.  Гаубом.
 Годсе  будто  бы  перед  смертью  заявил:
 «Я  был  только  исполнителем  приказов  Саваркара,
а  он  их  в  свою  очередь  получал  от  Патела».
 Это  утверждение  вполне  логично.  Министр  внутрен¬
них  дел  должен  бы  был  позаботиться  об  охране  Махат¬
мы  Ганди  после  первого  покушения,  но  не  сделал  этого.
Случайно?  По  недосмотру?
 Комиссия  Капура  пришла  к  заключению,  что  поку¬
шение  на  Махатму  Ганди  готовила  разветвленная  сеть
заговорщиков,  среди  которых  были  люди,  занимавшие
высокие  посты.  Кеткар  знал,  например,  уже  23  января,
что  подосланным  убийцей  Ганди  является  Натхурам
Годсе,  но  он  не  сообщил  об  этом  органам  безопасности.
Меры  полиции  после  первой  попытки  покушения  20  ян¬
варя  были  явно  недостаточны.
 В  1968  году,  когда  заговорщики  были  уже  снова  на
свободе,  Мадан  Лал  Пахве  заявил,  что  он  не  жалеет  о
своем  поступке.  Если  бы  было  нужно,  он  сделал  бы  это
снова.  Это  была  громкая  фраза,  рассчитанная  на  заго¬
ловки  бульварной  прессы.
 Заговорщики  убили  Махатму  Ганди  за  то,  что
он  добивался  примирения,  которое  экстремисты
 27

отвергали.  Однако  покушение  не  оправдало  их  на¬
дежд.
 Еще  раньше,  чем  Годсе  и  Анте  умерли  на  виселице,
кончилась  война  между  Индией  и  Пакистаном  из-за
Кашмира.  Хайдарабад  стал  частью  штата  Андхра-Пра¬
деш,  и  сказочный  низам  неожиданно  стал  королем  без
королевства.
 Как  и  во  многих  других  случаях,  даже  убийством
Махатмы  Ганди  реакционным  силам  не  удалось  остано¬
вить  ни  развития  национально-освободительной  борь¬
бы,  ни  процесса  демократизации  на  Индийском  субкон¬
тиненте.  Наконец,  не  исключено,  что  это  политическое
убийство  стало  именно  тем  катализатором,  который  по¬
мог  ускорить  продвижение  Индии  в  этом  важном  для
нее  направлении.

СЕНРЕТНАЯ  ОПЕРАЦИЯ
«НАИР»
 В  Тель-Авиве  проходила  необычная  свадьба.  Викто¬
рина  Ниньо,  сорока  летняя  невеста,  выходила  замуж
за  полковника  израильской  армии  в  отставке  Элиу  Бог-
гера.  Эта  пожилая  супружеская  пара  вряд  ли  выз¬
вала  интерес,  если  бы  в  зале  для  бракосочетаний  не
появилось  несколько  высокопоставленных  гостей,  сре¬
ди  которых  были  тогдашние  премьер-министр  Израиля
Голда  Меир  и  министр  обороны  Моше  Даян.
 Именно  их  присутствие  подсказало  журналистам,
что  это  не  простое  событие.  Некоторые  репортеры  сре¬
ди  гостей  заметили  еще  нескольких  вызывающих  инте¬
рес  людей  —  сотрудников  израильских  спецслужб,  ко¬
торые  когда-то  были  замешаны  в  так  называемом  деле
Лавона  и  других  террористических  акциях  на  террито¬
рии  арабских  государств.
 Свадьба  Викторины  Ниньо  стала,  таким  образом,  не
только  сенсацией  отдела  светской  хроники  западных
журналов.  Она  подтвердила  некогда  рьяно  отрицаемые
факты  о  террористической  деятельности  израильской
разведывательной  службы  на  территории  арабских  го¬
сударств.
 В  то  время  двадцатичетырехлетняя  израильская  раз¬
ведчица  Марцелла,  в  действительности  Викторина  Ни¬
ньо,  оказалась  в  числе  разоблаченных  и  осужденных.
Каирский  суд  приговорил  ее  к  пятнадцати  годам  лише¬
ния  свободы,  а  некоторых  ее  коллег  к  смертной  казни.
 Тогда  официальные  израильские  круги  заявили  о
непричастности  к  этому  делу.  А  теперь  своим  присутст¬
вием  на  свадьбе  министр  обороны  и  премьер-министр
дали  ясно  понять,  как  высоко  правительство  страны  це¬
нит  заслуги  разведчицы.  И  это  несмотря  на  то,  что  тог¬
дашняя  акция  окончилась  полнейшим  фиаско  и  нало¬
жила  несмываемое  пятно  позора  на  израильскую  шпион¬
скую  организацию.  Так  каковы  же  были  ее  «славные»
действия?
 29

...  3  марта  1957  года  в  свою  квартиру  в  Тель-Авиве
возвращался  пожилой,  но  хорошо  выглядевший  мужчи¬
на  высокого  роста,  которого  соседи  знали  как  Шука
Кармела.  Он  медленно  поднялся  по  слабо  освещенной
узкой  лестнице,  потом  остановился  и  посмотрел  наверх,
где  хлопнули  двери.  Сверху  шел  какой-то  мужчина.
Шук  Кармел  посторонился,  чтобы  дать  неизвестному
пройти.  У  незнакомца  через  руку  была  перекинута  га¬
зета.  Неожиданно  газета  полетела  через  перила,  и  на
лестнице  раздалась  автоматная  очередь.  Шук  Кармел
упал  замертво.  Террорист  выбежал  на  улицу  и  затерял¬
ся  среди  прохожих.
 Шук  Кармел  был  рапыпе  доктором  Альфредом  Каст-
нером.  Он  родился  в  Будапеште  и  во  время  войны  яв¬
лялся  одним  из  главных  посредников  в  переговорах  с
нацистскими  «защитниками  арийской  расы»  Эйхманом,
Бехером,  Круми  и  другими  эсэсовцами  о  возможности
выкупа  за  доллары  венгерских  евреев  и  переправки  их
из  румынской  Констанцы  через  Турцию  в  Палестину.
Именно  участие  в  этих  не  слишком  удачных  перегово¬
рах  стало  причиной  покушения.
 За  два  года  до  этого  происшествия  в  одном  из  судов
Тель-Авива  состоялся  гражданский  процесс,  суть  обви¬
нения  —  оскорбление  чести.  Мотивом  явилось  следую¬
щее  событие.  Владелец  пивной  Михаель  Грюнвальд  в
присутствии  посетителей  своего  заведения  обвинил  Кар-
мела-Кастнера  в  том,  что  он  во  время  войны,  проживая
в  Венгрии  и  будучи  председателем  отделения  Еврей¬
ского  агентства,  сотрудничал  с  нацистами  и  помог  лик¬
видации  нескольких  тысяч  евреев,  что  он  также  выдал
гестапо  группу  еврейских  парашютистов,  сброшенных
на  венгерской  территории.
 Когда  Кастнера  убили  на  лестнице  в  его  жб  доме,
комментаторы  тель-авивских  газет  писали  об  этом  как
о  вполне  закономерном  действии.  Нашелся,  мол,  мсти¬
тель  и  наказал  предателя.
 Правда  открылась  много  лет  спустя  и  была  иной.
Убийца  Кастнера  Зеев  Экштейн  на  суде  признался,  что
убийство  совершил  по  приказу  израильской  секретной
службы.  По  какой  причине?  Потому  что  Кастнер  был
последним  и  очень  нежелательным  свидетелем  сотруд¬
ничества  сионистов  и  нацистов,  а  конкретно  сотрудни¬
 30

чества  организации  «Иргун  цвай  леуми»  с  абвером  Ка-
нариса  1.
 Зимой  1942  года  в  Босфорском  проливе  произошла
морская  трагедия.  Румынское  грузовое  судно  «Струма»
под  командованием  капитана  Петреску,  имея  на  борту
почти  восемьсот  еврейских  переселенцев,  затонуло  при
загадочных  обстоятельствах.  Переселенцы  направля¬
лись  в  Палестину.  И  хотя  судно  «Струма»  было  старым
и  ненадежным  кораблем  и  погода  в  тот  день  стояла  не
лучшая,  позже  стали  высказываться  мнения,  что  ни  по¬
года,  ни  техническое  состояние  корабля  не  явились  при¬
чиной  его  гибели.  Капитан  Петреску  якобы  рассмотрел
в  тумане  быстроходный  катер,  который  выпустил  по  ним
две  торпеды.  Какой  стране  он  принадлежал?  На  нем  не
было  никаких  опознавательных  знаков.
 Старая  «Струма»  имела  на  своем  борту  несчастных,
которые  не  могли  соблюдать  даже  минимальные  нормы
личной  гигиены;  у  них  не  было  пищи,  потому  что  паро¬
ход  вопреки  предположениям  простоял  в  стамбульском
порту  почти  восемь  недель.
 Через  два  дня  после  сочельника  капитан  Петреску
бросил  якорь  у  турецкого  мола,  и  руководители  пере¬
селенцев  начали  по  телеграфу  вести  переговоры  с  па¬
лестинскими  властями  о  предоставлении  убежища  ев¬
рейским  семьям,  которым  удалось  спастись  от  нацист¬
ских  концентрационных  лагерей.  До  24  февраля  1942  го¬
да  от  губернатора  Палестины  Макмайкла  не  поступило
никакого  ответа.  В  тот  день  турки  отдали  приказ  капи¬
тану  Петреску:  «Струма»  должна  покинуть  порт.  Когда
судно  вошло  в  пролив,  капитан  получил  еще  одну  те¬
леграмму  со  следующим  приказом:  повернуть  корабль
и  возвращаться  в  Констанцу.  В  пути  и  произошла  ката¬
строфа,  в  результате  которой  в  волнах  Босфора  погиб¬
ло  746  евреев.
 Показания  убийцы  доктора  КаСтнера  Зеева  Экштей-
па  дали  возможность  восстановить  закулисную  сторону
этой  морской  трагедии.
 В  начале  войны  нацистская  разведывательная  служ¬
бы  потеряла  на  Ближнем  Востоке  много  агентов,  и  весь
 1  Абвер  —  армейская  разведка  гитлеровского  вермахта,
во  главе  которой  находился  адмирал  Канарис.—  Прим.  ред.
 31

втот  район  представлял  собой  белое  пятно  на  карте  раз¬
ведывательной  сети  Канариса.  Проблема  заключалась  в
эаброске  новых  шпионов  на  территорию  арабских  стран.
 Идею  этой  акции  якобы  подсказал  некий  Фейвель,
Полкес,  один  из  руководителей  сионистской  полувоен¬
ной  организации  «Хагана»,  который  уже  в  течение  ряда
лет  сотрудничал  с  нацистским  абвером.  Он  должен  был
выступить  в  качестве  посредника  между  сионистским
террористом  Абрамом  Штерном  (по  его  фамилии  стала
называться  израильская  террористическая  группа)  и
начальником  соответствующего  отдела  нацистского  аб¬
вера  Мондештайном.  Интересы  Гитлера  на  Ближпем
Востоке  в  некоторой  степени  соответствовали  интере¬
сам  сионистов.  В  связи  с  этим  было  заключено  соглаше¬
ние,  суть  которого  заключалась  в  том,  что  сионистские
посредники  Организуют  перевозку  европейских  евреев
в  Палестину,  а  нацисты  включат  в  их  число  своих  тай¬
ных  агентов.  Впоследствии  эти  агенты  смогут  проник¬
нуть  в  арабские  страны  Ближнего  Востока  и  попытают¬
ся  восстановить  там  разведывательную  сеть.  В  Румы¬
нии  перевозку  готовил  некий  Яков,  в  Венгрии  обрати¬
лись  к  посреднику  —  доктору  Кастнеру.
 Таким  образом,  на  палубе,  или,  лучше  сказать,  в
«подпалубье»,  старой  посудины  «Струмы»  среди  еврейс¬
ких  эмигрантов  оказались  и  нацистские  агенты.
 Между  палестинскими  террористами  (их  в  то  время
было  уже  более  200)  возникли  разногласия;  впутри  груп¬
пы  «Штерн»  образовались  фракции.  Британские  орга¬
ны  назначили  награду  за  поимку  Абрама  Штерна,  и
нашелся  человек,  который  его  выдал.  Группа  британ¬
ских  военных  полицейских  во  главе  с  капитаном  Мор¬
тоном  12  февраля  1942  года  нашла  Штерна  спрятавшим¬
ся  в  шкафу  одной  из  квартир.
 Незадолго  до  этого  произошло  событие,  резко  на¬
строившее  Мортона  против  группы  «Штерн».  Его  груп¬
па,  которой  было  поручено  арестовать  Абрама  Штерна,
получила  анонимное  письмо,  где  неизвестный  сообщал,
что  в  таком-то  доме  скрываются  террористы.  Капитан
Мортон  был  осторожным  человеком.  В  качестве  аван¬
гарда  он  послал  в  указанную  квартиру  двух  полицей-
ских-евреев.  Когда  те  взялись  за  дверную  ручку,  прои¬
зошел  взрыв  —  оба  полицейских  погибли.
 32

Нацисты,  узнав  об  аресте  командира  группы
«Штерн»,  встревожились.  Чтобы  иметь  полную  гаран¬
тию,  что  о  нацистских  агентах  никто  ничего  не  узнает,
они  отдали  приказ  потопить  корабль.  Но  сделали  это
напрасно.  Группа  британских  полицейских  во  главе  с
капитаном  Мортоном  допустила  тактическую  ошибку.
Даже  не  допросив  Абрама  Штерна,  они  поставили  его
к  шкафу,  в  котором  он  перед  этим  скрывался,  и  расстре¬
ляли.  Жильцы  дома  видели,  как  тащили  по  лестнице
его  тело,  завернутое  в  простыню.  На  следующий  же
день  в  газетах  появилось  официальное  сообщение  о  том,
что  сионистский  террорист  Абрам  Штерн  был  убит  при
попытке  к  бегству.
 Руководитель  и  основатель  группы  «Штерн»  погиб,,
но  его  организация  продолжала  действовать  и  готови¬
лась  к  дальнейшим  операциям.  Террористы  решили
убить  губернатора  Макмайкла.  В  течение  первых  меся¬
цев  1944  года  они  пять  раз  пытались  совершить  поку¬
шение.  Наконец  в  августе  машина  губернатора  попа¬
лась  им  на  мушку.  Кузов  автомобиля  был  изрешечен
пулями,  но  губернатор  остался  цел,  отделавшись  лег¬
кими  царапинами.  Тогда  они  решили  подготовить  поку¬
шение  на  британского  министра  по  делам  Ближнего  Вос¬
тока  лорда  Мойна.  Резиденция  его  находилась  в  Каире,
откуда  он  управлял  всем  арабским  регионом.
 Уже  в  первой  половине  1944  года  на  частной  квар¬
тире  в  Тель-Авиве  встретились  Йизерницкий  (по  проис¬
хождению  поляк)  и  Шейб.  Публицист  Герольд  Франк  пи¬
шет  о  мотивах  покушения,  которые  идеолог  группы
1Пейб  изложил  на  этой  встрече.  По  мнению  Шейба,  Уол¬
тер  Эдвард  Гинесс,  он  же  лорд  Мойн  (английское  пиво
«Гинесс»  получило  название  по  фамилии  его  предков,  и
по  сегодняшний  день  его  семье  принадлежат  пивова¬
ренные  заводы),  должен  поплатиться  за  свои  действия.
И  хотя  он  только  выполняет  приказы  своего  правитель¬
ства,  эти  приказы  зависят  от  сообщений,  которые  лорд
Мойн  посылает.  Таким  образом,  его  вина  очевидна.  Он
будет  застрелен  для  острастки.  Тот,  кто  займет  его  пост
после  него,  подумает,  делать  ли  ему  то  же  самое.  О  поку¬
шении  будут  писать,  евреям  представится  возможность
объяснить  мотивы  своего  поступка.
 В  то  время  как  в  городах  Палестины  у  прохожих  не
 2  в.  П.  Боровичка
 33

было  никакой  уверенности,  что  они  однажды  не  будут
убиты,  в  Каире  царили  тишина  и  порядок.  В  полдень
6  ноября  1944  года  перед  входом  в  резиденцию  лорда
Мойна,  как  обычно  в  это  время,  остановилась  его  слу¬
жебная  машина.  Представитель  британского  правитель¬
ства  вышел  на  тротуар  в  сопровождении  адъютанта  и
женщины-секретаря.  Машина  повернула  и  въехала  в
аллею,  ведущую  к  вилле  лорда.  У  ворот  виллы  стояли
два  молодых  человека,  один  —  темноволосый,  второй  —
блондин,  и  оживленно  беседовали.  Никто  не  обращал  на
них  внимания.  Шофер  остановил  машину  у  входа,  обо¬
шел  ее  и  собрался  открыть  дверцу.  Между  тем  двое  мо¬
лодых  людей  уже  вбежали  в  сад  и  с  пистолетами  в  ру¬
ках  приблизились  к  автомобилю.  Брюнет  отворил  зад¬
нюю  дверцу  машины  раньше,  чем  это  успел  сделать  шо¬
фер,  и  трижды  в  упор  выстрелил  в  лорда  Мойна.  Шофер
сделал  попытку  спасти  жизнь  лорда  Мойна,  но  в  него
выстрелил  второй  террорист.  Шофер  умер  на  месте,  лорд
Мойн  —  в  тот  же  вечер  в  больнице.  После  покушения
террористы  сели  на  велосипеды,  которые  были  спрятаны
в  кустарнике  неподалеку,  и  хотели  скрыться.  Но  их
догнали  и  арестовали.  Темноволосому  Хакиму  было
семнадцать  летг  блондину  Бен-Заури  —  двадцать  три.
Ни  тот  ни  другой  не  скрывали  своей  принадлежности
к  террористической  группе  «Штерн».
 Террористы  просчитались  предполагая,  что,  совер¬
шив  покушение,  они  разбудят  мировую  общественность
и  завоюют  себе  симпатии.  Единственное,  чего  они  до¬
бились,  было  запрещение  выходить  на  улицу  после
шести  часов  вечера.  Да  еще  гневное  выступление  Чер¬
чилля  в  палате  общин.  Британский  премьер-министр
заявил,  что  Великобритания  будет  вынуждена  пере¬
смотреть  свое  отношение  к  сионизму,  если  будут  ис¬
пользоваться  гангстерские  методы,  которые  ничем  не
отличаются  от  нацистских.
 Бен-Заури  и  Хаким  позже  предстали  перед  судом.  Их
приговорили  к  смертной  казни  через  повешение.  При¬
говор  был  приведен  в  исполнение  22  марта  1945  года.
 Примерно  год  спустя,  летом  1946  года,  было  совер¬
шено  террористическое  нападение  на  британское  воен¬
ное  управление  и  на  помещение  английского  главного
штаба  в  Иерусалиме  —  в  отеле  «Кинг  Дэвйд».
 34

1  июля  1946  года  в  кафе,  расположенном  в  зданий
этой  гостиницы,  появилось  несколько  мужчин.  Они  про¬
шли  между  столами,  встали  вдоль  стен,  вытащили  из-
под  пиджаков  автоматы  и  заставили  арабских  официан¬
тов  поднять  руки.  Затем  они  отвели  их  в  соседнее  под¬
собное  помещение  и  там  закрыли.  Арабы  не  сопротив¬
лялись,  так  как  вооруженные  люди  у  них  на  глазах
застрелили  двух  английских  солдат,  которые  неожидан¬
но  вошли  в  кафе  и  стали  возмущаться  действиями  тер¬
рористов.
 Перед  гостиницей  патрулировали  вооруженные  дозо¬
ры  террористической  организации  «Иргун»,  завязалась
перестрелка  с  караулом  английских  солдат.  Между  тем
группа  вооруженных  мужчин  носила  в  подвал  гостини¬
цы  консервные  банки  из-под  сгущенного  молока.  Эти
банки  были  наполнены  взрывчаткой  и  снабжены  часо¬
вым  механизмом,  который  должен  был  сработать  через
тридцать  минут.  Руководитель  операции  Гидеон  про¬
верил,  хорошо  ли  сложена  взрывчатка,  посмотрел  на
часы.  По  сигналу  заговорщики  собрались  перед  гости¬
ницей,  их  помощники  в  это  время  зажгли  дымовые  шаш¬
ки.  Затем  Гидеон  открыл  дверь  подсобки  и  приказал
арабам  немедленно  покинуть  здание  гостиницы.  Тер¬
рористы  организации  «Иргун»  скрылись  в  искусственно
созданной  дымовой  завесе.
 В  это  время  (было  12.10)  в  штабе,  расположенном
этажом  выше,  зазвонил  телефон,  и  чей-то  незнакомый
голос  сообщил  дежурному  офицеру,  что  отель  «Кинг
Дэвид»  через  двадцать  минут  взлетит  на  воздух.  Точно
такое  же  сообщение  получили  сотрудники  французского
консульства,  которое  также  находилось  в  гостинице.
Неизвестно,  отнеслись  ли  серьезно  к  этому  предупреж¬
дению  англййские  офицеры  и  французские  дипломаты.
Когда  в  12.37  раздался  взрыв  и  целое  крыло,  гостиницы
«Кинг  Дэвид»  буквально  разлетелось  на  куски,  в  руинах
оказалось  много  убитых  и  раненых,  среди  них  было  и
пятнадцать  служащих-евреев.
 Покушение  взбудоражило  мировое  общественное
мнение,  печать  развернула  кампанию  против  террорис¬
тов.  Бен-Гурион,  который  затем  стал  премьер-минист*-
ром  и  министром  обороны  Израиля,  предложил  принять
жесткие  меры  против  террористов.  Сионисты  передали
 2*
 35

представителям  британского  военного  управления  спи¬
сок  с  именами  нескольких  сот  террористов  —  членов
группы  «Иргун».  Позже  выявились  вполне  обоснован¬
ные  доказательства,  что  сионистская  организация  «Ха¬
гана»  одобрила  планировавшееся  покушение.  Когда  же
ее  руководители  поняли,  что  чудовищное  массовое  убий¬
ство  в  гостинице,  по  сути  дела,  их  фиаско  и  что  они  со¬
вершили  в  данном  случае  необдуманный  шаг,  они  зая¬
вили  о  своей  непричастности  к  акции  и  выдали  органи¬
заторов  покушения.
 Нападение  на  отель  «Кинг  Дэвид»  продолжило,  та¬
ким  образом,  цепь  тех  покушений,  которые  не  достигли
своей  цели.
 Таким  же'бессмысленным  убийством,  которое  взвол¬
новало  широкое  общественное  мнение,  было  покушение
на  президента  шведского  Красного  Креста  и  посредника
ООН  на  Ближнем  Востоке  графа  Бернадотта.  До  не¬
давнего  времени  в  печати  появлялись  различные  статьи
спекулятивного  характера,  освещавшие  это  убийство,
совершенное  в  1948  году.  В  некоторых  из  них  утверж¬
далось  даже,  что  Бернадотт  сотрудничал  с  фашистами,
за  что  и  должен  был  поплатиться.
 И  вот,  когда  уже  за  истечением  срока  давности
дело  об  убийстве  было  прекращено,  один  из  организа¬
торов  покушения  на  графа  Бернадотта  пролил  свет  на
эту  террористическую  акцию.  Он  назвал  и  причины
покушения,  и  имена  некоторых  заговорщиков.
 Необходимо,  хотя  бы  кратко,  напомнить  о  тогдашней
политической  ситуации.  Сионисты  были  недовольны
резолюцией  Генеральной  Ассамблеи  Организации  Объ¬
единенных  Наций  от  29  ноября  1947  года  о  разделе
британской  подмандатной  территории  Палестины  на  две
самостоятельные  части:  еврейское  и  арабское  государ¬
ства  с  международной  зоной  —  Иерусалимом.  Создание
нового  еврейского  государства  на  территории  Палес¬
тины  было  отмечено  репрессивными  террористическими
акциями.  Самые  известные  из  них,  видимо,  арабская
Лидице,  поселок  Дейр-Яссин,  где  сионисты  убили
254  арабских  жителя,  и  разрушение  в  Иерусалиме
целого  арабского  района  Катамон.
 Эти  акции  вызвали  возмущение  во  всем  мире.  Граф
Бернадотт  также  не  скрывал  своего  недовольства  по

поводу  того,  что  израильское  государство  вместо  того,
чтобы  родиться  в  мире,  родилось  в  крови,  а  также  по
поводу  того,  что  представители  Израиля  не  признали
права  палестинских  беженцев  вернуться  в  свою  страну.
Бернадотт  доложил  об  этих  обстоятельствах  на  Гене¬
ральной  Ассамблее  ООН,  которая  затем  приняла  из¬
вестную  резолюцию  о  правах  палестинских  беженцев,
не  выполненную  израильским  правительством  и  по
сей  день.
 Заговорщиком,  рассказавшим  о  покушении  спустя
много  лет  после  его  осуществления,  был  Барух  Надель.
В  его  рассказе  об  убийстве  и  обстоятельствах,  которые
его  вызвали,  не  было  даже  и  намека  на  сожаление  о
совершенном  преступлении,  наоборот,  в  нем  звучало
высокомерие  и  гордость.  После  признания  Наделя,
которое  в  1968  году  появилось  в  печати  (Надель  даже
написал  книгу  об  этом  покушении),  отпали  все  ранее
существовавшие  версии  о  том,  что  покушение  на  Бер-
надотта  будто  бы  организовала  Интеллидженс  сервис,
что  за  кулисами  заговора  стояли  Стенли  Годфут,  Наум
Химри  и  некий  тайный  агепт  британской  разведыва¬
тельной  службы,  что  покушение  осуществила  группа,
принадлежавшая  к  террористской  организации  «Штерн»,
находившаяся  под  непосредственным  влиянием  бри¬
танской  разведывательной  службы.
 Барух  Надель  заявил  совсем  другое.  Об  убийстве
графа  Бернадотта  приняли  решение  три  человека  из
руководства  центрального  комитета  группы  «Штерн».
Это  решение  было  принято  в  августе  1948  года.  Заго¬
ворщики  никоим  образом  не  скрывали  своих  взглядов,
они  вели  себя  враждебно  по  отношению  к  Бернадотту.
 Секретные  агенты  из  разведывательной  службы  ус¬
тановили,  что  французский  полковник  Пьер-Одре  Серо,
который  сопровождал  представителя  ООН  Бернадотта,
является  не  только  представителем  своей  страны  в
частях  ООН  в  Иерусалиме,  но  и  агентом  французской
секретной  службы.  Нашлись  компрометирующие  фак¬
ты,  и  сионистские  агенты  начали  шантажировать  пол¬
ковника.  От  него  они  и  узнали,  что  граф  Бернадотт
17  сентября  приедет  в  Иерусалим.
 Заговорщики  выработали  два  плана.  Учитывая  про¬
вал  покушения  в  отеле  «Кинг  Дэвид»  и  некоторых  дру¬
 37

гих  акций,  они  хотели  убить  только  Бернадотта.  План
был  прост:  террористы  загородят  дорогу,  один  подбе¬
жит  к  самым  дверцам  автомобиля  Бернадотта  и  выст¬
релит.
 Другой  план  напоминал  эпизод  из  приключенче¬
ского  фильма:  доброволец,  готовый  пожертвовать  своей
жизнью,  наденет  форму  полковника  канадских  частей
ООН,  подойдет  к  Бернадотту  во  дворце  губернатора
и  выстрелит  в  упор.  Затем  попытается  бежать.
 Заговорщики  сошлись  на  первом  варианте.  Колонна
могла  ехать  к  резиденции  в  Рехви  по  улице  Абу-Тор
или  по  улице  Катамон.  На  всякий  случай  препятствия,
которые  должны  были  перегородить  проезжую  часть,
были  подготовлены  на  обеих  улицах.  Заговорщики
одели  террористов  в  форму  израильской  армии,  поса¬
дили  в  джип.
 Барух  Надель  принимал  участие  в  подготовке,  по¬
том  уехал  в  Тель-Авив,  чтобы  заручиться  надежным
алиби  и  подготовить  для  убийц  безопасное  укры¬
тие.
 В  17.00  появилась  колонна  легковых  автомашин.
В  первом  автомобиле  ехали  бельгийский  майор,  капи¬
тан  израильской  армии,  шведский  полковник  Флак,
майор  де  Геер  (шведский  Красный  Крест)  и  секретарь
Бернадотта  Барбара  Вессел.  Затем  следовала  санитар¬
ная  машина  и  уже  потом  автомобиль  Бернадотта.
Впереди  сидели  два  американских  офицера  из  миссии
ООН,  на  заднем  сиденье  —  шведский  генерал  Лунд-
стрем,  полковник  Серо  и  справа  Бернадотт.  Когда  пер¬
вый  автомобиль  подъехал  к  заграждению,  израильский
капитан  высунулся  из  кабины  и  сказал  солдатам,  что
едет  граф  Бернадотт.  Люди  с  автоматами  не  ответили.
Они  стали  не  спеша  приближаться.  Потом  раздались
залпы.
 Первая  очередь  пришлась  в  голову  полковнику
Серо.  Он  умер  на  месте.  В  теле  графа  Бернадотта  заст¬
ряли  восемь  пуль.  Он  скончался  цо  дороге  в  больницу.
Террористы  дали  несколько  очередей  по  покрышкам
автомобилей,  потом  прыгнули  в  джип  и  уехали.  Убий¬
ца,  застреливший  Бернадотта,  укрылся  в  доме  началь¬
ника  иерусалимской  полиции.  Два  других  преступника
скрылись  в  Тель-Авиве,  где  им  приготовил  путь  к  от¬

ступлению  Барух  Надель.  Ни  одного  из  них  не  удалось
поймать.  Было  ли  это  случайно  или  так  удачно  спла¬
нировано?
 Израильские  власти  в  течение  девятнадцати  часов
после  покушения  не  предприняли  вообще  ничего.  За¬
меститель  Бернадотта,  ставший  впоследствии  замес¬
тителем  Генерального  секретаря  ООН,  Ральф  Банч
назвал  израильское  правительство  соучастником  пре¬
ступления.  Это  утверждение  было  нисколько  не  пре¬
увеличенным.  Водитель  автомобиля  Бернадотта,  аме¬
риканец,  полковник  Фрэнк  Бегли  позже  заявил,  что
уже  за  два  дня  до  приезда  миссии  в  Иерусалим  в  из¬
раильской  печати  появилась  статья  с  заголовком  «Пос¬
ледняя  поездка  графа  Бернадотта».  Маловероятно,  что
автор  статьи  обладал  даром  ясновидца,  скорее  всего,
это  была  неосторожность  слишком  усердного  журна¬
листа.
 Целый  месяц  после  убийства  графа  Бернадотта  вре¬
менное  правительство  Израиля  хранило  молчание.  Со¬
вет  Безопасности  ООН  сделал  заявление,  в  котором
констатировалось,  что  он  до  сих  пор  не  получил  от
израильского  правительства  никакого  сообщения  о  ходе
расследования  убийства.
 После  этого  в  Тель-Авиве  уже.  не  могли  игнориро¬
вать  мировое  общественное  мнение;  в  дело  вынужден
был  вмешаться  израильский  суд.  Многим  было  известно,
да  и  в  мировой  печати  об  этом  писали,  что  за  покушение
несет  ответственность  террористическая  организация
«Штерн».  Двое  террористов  предстали  перед  судом
присяжных  и  были  осуждены  соответственно  на  восемь
и  пять  лет  лишения  свободы.
 Как  потом  стало  известно,  все  это  было  спектаклем,
разыгранным  для  журналистов.
 Вскоре  после  провозглашения  независимости  Из¬
раиля  в  1948  г.  в  стране  стала  создаваться  разведыва¬
тельная  служба,  деятельность  которой  была  направлена
прежде  всего  против  арабских  государств.  Но  это  не
исключало  активных  действий  израильской  разведки
в  других  странах,  в  том  числе  европейских.
 На  первый  взгляд  могло  бы  показаться,  что  вновь
создаваемая  разведывательная  служба  не  могла  иметь
достаточной  кадровой  ба8ы.  что  Тель-Авив  должен  был
 39

бы  испытывать  трудности  с  набором  квалифицирован¬
ных  тайных  агентов.  Но  не  один  десяток  лет  до  этого
не  только  на  территории  Палестины,  но  и  в  государст¬
вах  Европы  существовали  более  или  менее  секретные
сионистские  организации  «Хагана»,  «Иргун  цвай  леуми»
и  другие,  которые  подготавливали  заселение  Палестины.
Они  по  военному  образцу  формировали  отряды  из
заинтересованных  в  выезде  лиц.
 Многие  разведчики  еврейского  происхождения  сме¬
нили  хозяев,  и  новая  разведывательная  организация
вновь  созданного  израильского  государства  обрела
опытных,  обстрелянных  в  боях  на  невидимом  фронте
работников,  вымуштрованных  в  американской  разведке
или  в  британской  Интеллидженс  сервис.  Первый  на¬
чальник  израильской  секретной  службы  Силан  также
долгое  время  был  тайным  агентом  британской  разведы¬
вательной  службы,  другой  руководитель  разведыва¬
тельного  центра,  Мейр  Амит,  сотрудничал  раньше
в  американском  Бюро  стратегических  служб.
 Само  собой  разумеется,  что  израильская  разведы¬
вательная  служба  сразу  же  после  1948  года  старалась
закрепиться  на  территории  своих  соседей,  прежде  всего
в  Египте,  где  правил  тогда  король  Фарук.  Она  нашла
для  этого  легкий  путь.  На  египетской  территории  ра¬
ботала  тайная  еврейская  организация,  поддерживаемая
международным  Еврейским  агентством  для  Палестины.
Эта  организация  обеспечивала  египетским  евреям  неле¬
гальный  выезд  из  страны.  Ее  центр,  располагавшийся
в  одном  из  современных  эданий  Каира,  был  замаскиро¬
ван  под  туристское  агентство  «Грундберг».  У  него  был
филиал  в  Александрии.  Туристское  агентство  «Грунд¬
берг»  организовывало  туристские  поездки  во  Францию,
куда  обычно  путешественники  брали  слишком  много
чемоданов.  Их  отпуск  во  Франции,  как  правило,  за¬
канчивался  переездом  на  постоянное  жительство  в  Из¬
раиль.  В  Тель-Авиве  эту  обширную  акцию  окрестили
«Гошен»,  то  есть  названием  провинции  в  стране  фарао¬
нов,  откуда.  Моирей  в  библейские  времена  организовал
великое  переселение  евреев.
 ...В  один  из  обычных  дней  1951  года  в  александрий¬
ском  порту  появился  молодой  человек  с  заграничным
паспортом  на  имя  Джона  Дарлинга.  Он  прошел  пас¬
 40

портный,  а  потом  и  таможенный  контроль,  сел  в  такси
и  исчез  в  лабиринте  улиц  старого  города.  Это  был  не¬
обычный  приезд.  В  течение  последующих  двух  лет
Дарлинг  создавал  на  египетской  территории  первые
боевые  ячейки  израильской  разведывательной  службы,
занимался  ускорением  нелегального  выезда  евреев  из
страны  и  был  одним  из  организаторов  пресловутой  ак¬
ции,  известной  под  названием  «дело  Лавона».
 Джон  Дарлинг  имел  фальшивый,  хотя  и  безупречно
подделанный  заграничный  паспорт.  Его  настоящее  -имя
Абрам  Дар.  Он  был  офицером  разведывательной  службы
израильской  армии.  Однажды  он  получил  от  свои^  ру¬
ководителей  из  Тель-Авива  особое  задание.
 В  это  время  в  Египте  происходили  коренные  изме¬
нения.  Король  Фарук  был  низложен,  руководство
страной  возглавил  Насер.  Новое  египетское  прави¬
тельство  начало  переговоры  с  представителями  Вели¬
кобритании  о  выводе  британских  войск.  Тогдашний  из¬
раильский  премьер-министр  и  министр  иностранных
дел  Моше  Щаретт  выразил  озабоченность  своего  пра¬
вительства  по  поводу  ухода  британских  войск  из  района
Суэцкого  канала.  Это,  по  его  мнению,  ставило  под
угрозу  безопасность  Израиля.  И  вот  в  этой  ситуации
у  министра  обороны  Пинхаса  Лавона  возникла  идея:
израильская  разведывательная  служба  должна  орга¬
низовать  несколько  демонстративных  нападений  на  бри¬
танскую  и  американскую  собственность  и  на  граждан
этих  государств  и  затем  свалить  вину  за  эти  акции  на
египтян.  Это  в  свою  очередь  повлияет  на  решение
Соединенных  Штатов  и  Великобритании.  В  целях  ох¬
раны  имущества  и  безопасности  своих  граждан  они
оставят  войска  в  стране.
 В  Тель-Авиве  разработали  обширные  акции  сабо¬
тажа.  Руководили  ими  Джон  Дарлинг  и  Самюэль  Аззар,
резиденты  израильской  разведывательной  службы  в
Египте.  В  то  время  израильское  правительство,  разу¬
меется,  отрицало  свою  причастность  к  этому  делу.
Правда  выяснилась  только  тогда,  когда  Моше  Даян
и  Голда  Меир  выразили  признательность  шпионке,
приехав  на  ее  свадьбу.  Викторина  Ниньо  вместе  с  Эл-
лиа  Кохэном,  .Марзуком,  Леви,  Натансоном  и  другими
тайными  агентами  принимала  участие  в  тогдашних
 41

диверсионных  акциях,  которые,  впрочем,  были  не  так
уж  значительны.
 В  1954  году  в  Каире  появился  новый  израильский
тайный  агент.  Под  именем  Пауля  Франка  он  выдавал
себя  за  •  представителя  немецкой  фирмы.  Его  целью
было  войти  с  помощью  немецких  технических  советни¬
ков,  работающих  в  Египте,  в  каирские  политические
круги.
 Франк  появлялся  в  обществе  высокопоставленных
лиц,  наконец,  встречался  даже  с  будущим  премьер-
министром  Захариа  Мохи  эд-Дином,  с  адмиралом
Сулейманом  и  даже  с  начальником  военной  разведыва¬
тельной  службы  полковником  Османом  Нури.  Некото¬
рые  участники  тогдашних  событий  заявляют,  что  Франк
передавал  в  Тель-Авив  ценные  сведения.  Похоже,  что
возможности  для  этого  у  него  были.  Однако  террорис¬
тическая  акция,  которую  он  вместе  с  Джоном  Дарлин¬
гом  должен  был  организовать,  окончилась  провалом.
 Израильских  террористов  хватило  только  на  диле¬
тантские  выходки.  Они  бросили  малоэффективное  взрыв¬
чатое  вещество  в  почтовый  ящик  дома,  где  жил  один
американский  коммерсант,  и  вызвали  тем  самым  пожар,
в  результате  которого  сгорели  утренние  газеты  и  не¬
сколько  проспектов.  Еще  одна  бомба  взорвалась  на
полке  в  библиотеке  Американской  информационной
службы  в  Каире.
 Вскоре  после  этого  (14  июля  1954  года)  каирская
полиция  арестовала  всех,  одиннадцать  израильских
шпионов-неудачников,  в  том  числе  и  Викторину  Ниньо,
которая  также  работала  на  бюро  путешествий  «Грунд-
берг».  Джону  Дарлингу  и  Паулю  Франку  удалось
вовремя  бежать  в  Европу.  Остальные  7  декабря  1954
года  предстали  перёд  каирским  судом.  На  суде  стало
ясно,  какой  обширный  заговор  готовили  израильские
шпионы  и  какие  средства  хотели  для  этого  использо¬
вать.  Их  неудавщиеся  попытки,  были  только  комической
увертюрой  к  запланированной  трагедии,  и  они  осозна¬
вали  ее  последствия.  Макс  Беннет,  считавшийся  пер¬
воклассным  разведчиком,  еще  до  вынесения  приговора
покончил  жизнь  самоубийством  в  своей  камере.  Марзук
и  Аззар  были  приговорены  к  смертной  казни.  Леви
и  Натансон  осуждены  пожизненно.
 42

Пауль  Франк  позже  появился  в  ФРГ*  где  продол¬
жал  заниматься  своим  ремеслом.  В  конце  концов  и  он
очутился  за  решеткой.  Только  в  Тель-Авиве.  Дело
в  том,  что  израильская  служба  установила,  что  он
был  слугой  двух  господ.  И  именно  его  показания  перед
израильским  военным  судом  стали  причиной  падения
министра  обороны  Пинхаса  Лавона  и  одновременно
началом  разрыва  между  ним  и  Бен-Гурионом.  Больше
того,  они  вызвали  раскол  в  партии  МАПАЙ.  Бен-Гу-
рион,  Перес  и  Даян  подали  в  отставку  и  основали  оппо¬
зиционную  партию  Рафи.  Но  споры  о  том,  кто  виноват
в  провале  саботажа,  на  этом  не  кончились.
 К  тому  времени,  когда  мировую  общественность
взволновала  очередная  акция,  закончившаяся  позор¬
ным  провалом  сионистской  шпионской  сети,  израиль¬
ская  разведывательная  служба  уже  была  организован¬
ным  подразделением,  располагавшим  хорошо  обучен¬
ными  шпионами.  О  них  говорили,  что  они  являются
полной  противоположностью  популярного  супермена
Джеймса  Бонда,  что  они  всего-навсего  —  государствен¬
ные  служащие  с  низкой  заработной  платой,  получают
только  500—550  американских  долларов  в  месяц,  вклю¬
чая  надбавку  на  семью  и  доплату  на  детей.  Причем
зарплата  шпионов-новичков  составляет  треть  этой  сум¬
мы.  И  это  способствует  естественному  отсеву  лиц,  ко¬
торые  хотели  бы  лишь  сколотить  состояние,  занимаясь
небезопасным  ремеслом.
 Принято  было  говорить,  что  израильские  разведчики
работают  только  из  патриотических  побуждений,  рас¬
считывая  на  помощь,  убеждения  и  самоотверженность
евреев,  живущих  за  границей.
 Все  это  не  так.  В  истории  израильской  разведыва¬
тельной  службы  зафиксированы  случаи  коррупции,
шантажа  и  похищений  лиц  еврейского  происхождения.
Сионистская  секретная  слу&ба  не  брезговала  даже
убийствами.  Парижская  Сюрте  обнаружила  в  1967  году
труп  переводчика  генерального  штаба  военного  блока
НАТО  Мишеля  Сафирстайна.  После  расследования  об¬
стоятельств  выяснилось,  что  Сафирстайн  был  убит  со¬
трудниками  израильской  секретной  службы,  потому  что
не  хотел  подчиниться  их  «указаниям».  Он  отказался
выполнить  «патриотический»  долг  по  отношению  к  Из¬
 43

раилю  и  не  соглашался  передавать  в  Тель-Авив  сведе¬
ния  о  секретных  политических  совещаниях,  на  которых
работал  переводчиком.
 Организационная  структура  израильской  секретной
службы  1  была  утверждена  в  1950  году  (с  небольшими
изменениями  она  действует  и  по  сей  день).
 Агенты  израильской  разведки  были  замешаны  во
многих  заграничных  аферах.  При  помощи  американ¬
ского  ЦРУ  они  активно  добывали  секретную  информа¬
цию,  которая  дала  возможность  израильтянам  вести
успешные  наступательные  действия  во  время  шестиднев¬
ной  войны  против  Египта.
 Американская  секретная  служба  предоставила  своим
израильским  коллегам  очень  ценные  сведения  о  дисло¬
кации  различных  родов  войск  на  Ближнем  Востоке
с  оценкой  возможностей  отдельных  армий,  сведения
о  морально-политическом  состоянии  воинских  час¬
тей  и  гражданского  населения,  о  системе  обеспечения  и
планах  на  случай  возникновения  войны.  Специалисты
американской  секретной  службы  предсказали,  что  Из¬
раиль  может  добиться  значительных  военных  успехов.
Они  даже  рассчитали,  что  он  сможет  уничтожить  еги¬
петскую  авиацию  в  течение  двадцати  четырех  часов,
если  внезапно  нападет  первым.
 Реальные  тактико-стратегические  оценки  .специа¬
листов,  которые  получила  израильская  секретная  служ¬
ба  перед  нападением  от  своих  американских  друзей,
сыграли  огромную  роль.  Эти  оценки  содержали  под¬
робные  сведения  о  концентрации  военных  сил  арабских
государств,  о  передислокациях  и  перегруппировках
частей,  о  размещении  самолетов  на  египетских  аэродро¬
 *  После  образования  израильского  государства  верхов¬
ное  руководство  израильской  разведкой  осуществляет  премь¬
ер-министр.  В  его  подчинении  находится  координационный
разведывательный  комитет  Ресут,  который  направляет  прак¬
тическую  деятельность  разведки  и  контрразведки.
 Органами  израильской  секретной  службы  является  Шерут
модиин  —  разведывательное  управление  израильских  воору¬
женных  сил,  управление  внешнеполитической  разведки,  отдел
лнформации  МИД.
 Функции  контрразведки  осуществляет  организация  Шерут
беташон  клаци,  или  генеральная  служба  безопасности.  —
Прим.  редщ
 44

мах  и  о  макетах,  которые  должны  были  ввести  в  заблуж¬
дение  возможного  агрессора.  Как  известно,  израиль¬
ские  пилоты  летали  наверняка,  бомбили  только  настоя¬
щие  самолеты,  военные  склады  и  цистерны,  напол¬
ненные  горюче-смазочными  материалами.
 Представители  Сирийской  Арабской  Республики
заявили,  что  сбитые  израильские  летчики  имели  под¬
робные  американские  карты,  на  которых  были  с  боль¬
шой  точностью  нанесены  объекты  бомбардировки.  Война
в  эфире  проходила  тоже  по  планам,  которые  разрабо¬
тала  израильская  секретная,  служба,  используя  инфор¬
мацию  и  инструкции  американской  разведки.
 Шеф  секретной  службы  во  время  операции  «Каир»
Иссер  Харел  (ранее  носил  фамилию  Гальперин)  как-то
заявил,  что  израильскую  секретную  слущбу  не  инте¬
ресуют  авантюристы  или  люди,  мечтающие  совершить
героические  подвиги.  Не  принимает  она  также  и  доб¬
ровольцев,  которые  сами  предлагают  свои  услуги.
Как  правило,,  шефы  лично,  подбирают  своих  сотрудни¬
ков.
 Они  сначала  предлагают  им  проявить  себя  в  деле,
а  потом  помогают  поступить  на  службу  в  разведыва¬
тельную  организацию.  Доводы  для  такого  способа
приема  новых  сотрудников  очень  .  просты:  «Прежде
всего  нас  интересуют  мотивы,  почему  человек  хочет
посвятить  себя  такой  опасной  работе.  Мы  хотим,  чтобы
на  нас  работали  люди  честные,  верные,  лояльные  и
патриотически  настроенные».
 Такое  заявление  звучит  патетически,  и  ни  один
шеф  секретной  службы  не  мог  бы  желать  ничего  луч¬
шего.  Но  это,  однако,  лишь  версия,  которую  можно
предложить  общественности.  На  деле  все  обстоит  иначе.
Сионистские  секретные  агенты  наводнили  арабский
.мир  и  всеми  способами,  в  том  числе  и  при  помощи
взяток,  добывают  сведения.
 В  капиталистических  странах  израильская  секрет¬
ная  служба  использует  несколько  иные  методы.  Сио¬
нистская  молодежь  в  большом  количестве  поступает
в  институты,  главным  образом  на  кафедры  востокове¬
дения,  арабистики,  африканистики,  где  старается  за¬
вязать  контакты  со  студентами  однородных  профилей
других  национальностей,  пытается  днушить  им  свои
 45

взгляды,  до  возможности  привлечь  для  сотрудниче¬
ства.
 На  конференции  сионистской  организации  в  Соеди¬
ненных  Штатах  Америки  один  из  сионистских  лидеров,
Нуссбаум,  заявил,  обращаясь  к  американским  евреям:
«Неважно,  собираетесь  вы  переселиться  в  Израиль  или
нет.  Но  ваш  долг  —  служить  израильскому  народу,
находясь  и  за  границами  израильского  государства».
А  Бен-Гурион  эту  задачу  выразил  еще  точнее,  обращаясь
к  евреям,  живущим  за  границей:  «Все  вы  должны  по¬
могать  Израилю  независимо  от  того,  согласны  с  этим
в  странах,  в  которых  вы  живете,  или  нет».
 Это  сказано  отнюдь  не  для  красного  словца.  Сио¬
нисты  в  разных  странах,  работая  на  своих  хозяев,  в  то
же  время  посылают  ценные  обзоры  израильской  сек¬
ретной  службе.  Доказательства  такой  деятельности  не¬
давно  опубликовал  известный  английский  журналист
Сефтен  Дел  мер,  занимающийся  проблематикой  секрет¬
ных  служб  уже  в  течение  нескольких  десятков  лет.  Он
получил  документы,  свидетельствующие  о  том,  что
сотрудники  Центрального  разведывательного  управле¬
ния  США  собирали  сведения  для  Тель-Авива.
 Израильская  секретная  служба  работает  год  от
года  во  все  более  усложняющихся  условиях.  Примером
этого  может  служить  и  случай  с  секретной  операцией
«Каир»,  Когда  израильская  секретная  служба  не  дос¬
тигла  поставленной  цели.
 В  1962  году  Каир,  по  крайней  мере  его  центральная
часть,  выглядел  вполне  современным  городом,  где  было
много  красивых  зданий  из  алюминия  и  стекла,  гости¬
ниц  самого  высокого  класса,  магазинов,  которые  но
ассортименту  товаров  напоминали  магазины  Парижа
или  Рима.  Ночные  заведения  с  танцовщицами,  испол¬
няющими  танец  живота,  бары  со  стриптизом  притяги¬
вали  богатых  шейхов  и  заморских  туристов.
 ...В  одном  из  зданий  в  центре  города  за  письменным
столом  сидела  красивая  молодая  женщина.  Как  и  каж¬
дый  день,  она  просматривала  почту.  Был  конец  ноября,
и  Ханнелоре  Венди,  привыкшей  у  себя  на  родине
к  дождю  со  снегом  в  эту  пору,  погода  казалась  вели¬
колепной.
 Девушка  была  довольна;  у  нее  хорошая  зарплата
 46

и  добрый  шеф.  В  Западной  Германии  она  была  только
служащей,  здесь  же  стала,  кроме  всего  прочего,  и
светской  дамой.
 Ханнелора  Венди  —  красивая,  милая  и  умная  де¬
вушка.  Вот  она  вложила  письма  в  папку,  взяла  сле¬
дующее  довольно  объемистое  письмо,  перевернула  кон¬
верт  и  посмотрела  на  адрес  отправителя:  Адвокат
Хандтке,  Гамбург.  -Затем  достала  ножницы...
 Раздался  оглушительный  взрыв.  Секретарь  немец¬
кого  эксперта  по  строительству  ракет  профессора  Пиль-
ца  потеряла  сознание  и  упала  на  ковер,  обливаясь
кровью.
 Когда  в  канцелярию  профессора  прибыли  инспек¬
торы  каирской  полиции  и  двое  мужчин  в  гражданском,
они  увидели  только  последствия  происшедшего.  Хан¬
нелора  Венди  потеряла  зрение  и  лишилась  правой
руки.
 Как  и  следовало  ожидать,  адрес  отправителя  роко¬
вого  письма  оказался  вымышленным.  Само  покушение
было  делом  рук  израильских  диверсантов.
 Такого  рода  покушение  было  не  первым  и^  к  сожа¬
лению,  не  последним.
 Израильская  секретная  служба  снова  объявила  Егип¬
ту  террористическую  войну,  не  гнушаясь  самыми  жесто¬
кими  методами  для  того,  чтобы  отбить  у  зарубежных
специалистов  охоту  к  работе  и  запугать  их.  Речь  шла
о  нескольких  сотнях  европейских  специалистов  высо¬
кого  уровня  во  главе  с  профессором  Пильцем.  Как
только  шеф  израильской  секретной  службы  полковник
Иссер  Гарел  узнал  о  проектах  оружия,  разраба¬
тываемых  египетскими  инженерами,  и  о  помощи  евро¬
пейских  специалистов,  он  доложил  об  этом  своему
правительству.  Израильские  министры  понимали,  ка¬
кую  опасность  представляли  эти  проекты  для  их  экс¬
пансионистских  планов,  и  они  объявили  беспощадную
войну  ведущим  специалистам.
 В  Каире  появился  новый  резидент  израильской
секретной  службы  майор  Вольфганг  Лотц—немец,
который,  согласно  его  утверждению,  служил  во  время
второй  мировой  войны  в  нацистском  африканском  кор¬
пусе  Роммеля.  Ему  был  сорок  один  год,  в  Каире  он
ртал  известен  как  богатый  человек.  Вольфганг  Лотц
 47

купил  на.окраине  Гизы  фешенебельную  виллу,  завел
породистых  верховых  лошадей,  построил  конюшни.
Одним  словом,  вел  себя  как  миллионер,  который  не
считает  деньги  и  может  позволить  себе  любое  развле¬
чение.
 Его  жена  Вальтрауд,  привлекательная  блондинка,
занимала  высокое  положение  в  обществе  и  была  госте¬
приимной  хозяйкой.  Она  умела  терпеливо  выслушивать
жалобы  своих  земляков  на  жаркий  климат  Египта,
на  равнодушие  слуг,  на  вечные  трудности  с  транспор¬
тировкой  материалов.
 Вполне  естественно,  что  вилла  Лотца  на  окраине
Гизы  вскоре  стала  салоном,  где  собиралась  элита  не¬
мецких  техников.  А  это  и  (было  на  руку  израильской
секретной  службе.
 Покушение  на  профессора  Пильца,  жертвой  кото¬
рого  стала  его  секретарь,  произошло  в  конце  ноября
1962  года.  Но  еще  до  этого  взорвалась  другая  почтовая
посылка  —  на  сортировочном  пункте  одного  из  каир¬
ских  почтовых  отделений.  Уже  тогда  египетская  контр¬
разведка  пошла  по  следам  террористов.  Затем  произо¬
шло  событие,  которое  на  первый  взгляд  не  имело  ника¬
кого  отношения  к  покушению,  по  все  же  было  чрезвы¬
чайно  подозрительным.
 Коммерческий  директор  западногерманской  фирмы
«Интра»  доктор  Круг  неожиданно  исчез.  По  роду  своей
деятельности  он  часто  приезжал  в  Египет,  заботясь  о
своевременных  поставках  некоторых  деталей  для  строи¬
тельства  ракет.  Он  входил  в  небольшую  колонию  тех¬
ников,  с  удовольствием  бывал  на  охраняемых  полицией
пляжах  Хаммамета  или  на  бывшем  королевском  пляже
в  Монтазе.  Однажды  он  заявил  коллегам,  что  должен;
лететь  в  Мюнхен  на  важные  торговые  переговоры.  Он
сел  в  каирском  аэропорту  па  самолет,  прилетел  в  Мюн¬
хен  и  бесследно  исчез.  По  сегодняшний  день  судьба
его  остается  неизвестной.  Позже  удалось  выяснить,  что
никаких  торговых  переговоров  не  намечалось,  все  это
оказалось  чистым  вымыслом,  а  в  Мюнхен  его  заманила
израильская  секретная  служба  и  ликвидировала.
 На  следующий  же  день  после  взрыва  на  письменном
столе  секретаря  профессора  Пильца  произошел  еще.
один  взрыв  —  на  военном  заводе.  Он  был  подготовлен
 48

израильской  секретной  службой.  Почта  доставила  бан¬
дероль  с  книгами,  адресованную  директору  и  отправ¬
ленную  из  Гамбурга.  Сверток  при  распаковке  взорвался.
Но  взрыв  не  достиг  цели.  Шеф  в  это  время  отсутство¬
вал.  Зато  шестерых  египетских  служащих  увезли  в
больницу  с.  тяжелыми  ранениями.
 Примерно  через  два  с  половиной  месяца  после  этого
произошло  следующее.  Профессор  Кляйнвехтер  ехал
на  своей  машине  по  шоссе  недалеко  от  Базеля.  В  Лер-
рахе  дорогу  ему  преградили  трое  вооруженных  людей.
Он  вынужден  был  остановиться  и  выйти  из  машины.
Один  из  неизвестных  не  сводил  с  него  пистолета.
Кляйнвехтер,  однако,  не  испугался.  Он  стал  защи¬
щаться.  В  начавшейся  потасовке  вооруженный  бандит
выронил  из  пистолета  обойму.  Террористы,  производив¬
шие  впечатление  неловких  любителей,  прыгнули  в  свою
машину  и  уехали.
 И  в  этом  случае  речь  шла  о  попытке  агентов  сионист¬
ской  организации  запугать  специалиста.  Профессор
Кляйнвехтер  был  одним  из  авторов  электронной  систе¬
мы  управления  ракет  и  преподавал  в  Каирском  уни¬
верситете.  •
 Другого  специалиста,  профессора  Пауля  Герке,  из¬
раильская  секретная  служба  пыталась  запугать  иначе.
Его  дочь  Хейди  и  сын  Райнер,  которые  учились  в  ФРГ,
получили  однажды  сообщение  от  некоего  Отто  Йоклика
о  том,  что  он  привез  от  их  отца  письмо.  По  телефону
они  договорились  встретиться  в  ресторане  базельской
гостиницы  «У  трех  королей».
 Дети  профессора,  не  подозревая,  что  им  уготовили
западню,  пришли  в  гостиницу,  сели  с  незнакомым
человеком  к  столу  и  пережили  неприятные  минуты.
Прямо  в  центре  БазещГ  Йоклик  нахально  им  пригро¬
зил,  что  если  их  отец  немедленно  не  откажется  от
работы  в  Египте,  то  его  ожидает  та  же  судьба,  что  и
многих  других.  Израильская  организация  позаботится
о  том,  чтобы  он,  так  сказать,  бесследно  исчез.
 Сын  профессора  Райнер  Герке  договорился  с  Йок-
ликом  о  следующей  встрече,  а  сам  заявил  об  этом
в  полицию.  В  настольную  лампу  в  ресторане  отеля
«У  трех  королей»  было  вмонтировано  подслушивающее
устройство.  Когда  на  следующий  день  Райнер  и  Хейди

встретились  с  Йокликом  и  еще  одним  человеком,  кото¬
рый  представился  как  Йозеф  Бен-Гал,  их  обслуживал
уже  инспектор  уголовной  полиции,  переодетый  офи¬
циантом,  а  многие  гости,  сидящие  за  соседними  столи¬
ками,  были  полицейскими  в  штатском.  После  корот¬
кого  разговора,  который,  будучи  записанным  на  маг¬
нитофонную  ленту,  фигурировал  потом  на  суде  в  каче¬
стве  доказательства,  Йоклика  и  его  коллегу  Бен-Гала
арестовали.  При  выяснении  прошлого  террористов  об¬
наружилось,  что  израильский  секретный  агент  Йок-
лик  во  время  войны  был  офицером  гитлеровского
вермахта.
 Исчезновение  доктора  Круга  в  Мюнхене  и  гангстер¬
ские  акции  в  Базеле  свидетельствовали  о  том,  что  из¬
раильские  террористы  могут  действовать  в  любом  евро¬
пейском  государстве.
 Между  тем  Вольфганг  Лотц,  хороший  наездник  и
интересный  собеседник,  у  которого  к  тому  же  никогда
не  переводились  деньги,  стал  незаменимым  другом
изолированной  группы  немецких  техников  и  уче¬
ных  в  Каире.
 У  него  можно  было  говорить  без  опаски.  Как  и  они,
Лотц  все  же  немец,  бывший  офицер,  а  его  супруга  была
обаятельной  собеседницей.  Никто  не  стеснялся  хозяев,
все  делились  с  ними  своими  заботами;  гости  пили  и
разговаривали,  танцевали  и  снова  беседовали.
 Их  славный  друг  Лотц  и  его  милая  супруга  совер¬
шенно  не  интересовались  тем,  что  хотя  бы  отдаленно
было  связано  с  техникой.  Они  не  проявляли  любопыт¬
ства  в  отношении  работ  в  лаборатории.  Но  тем  не  менее
Лотц  и  его  супруга  могли  регулярно  докладывать
в  Тель-Авив  о  ходе  подготовки  производства  ра¬
кет.
 Израильский  резидент  жил  словно  господь  бог  в  раю.
Никто  его  ни  в  чем  не  подозревал,  единственной  его
обязанностью  было  слушать,  о  чем  говорят,  и  раз  в  день
исчезать  в  ванной,  где  у  него  была  укрыта  рация.
Израильские  техники  вмонтировали  ее  в  обычные  весы,
на  которых  его  очаровательная  супруга  контролиро¬
вала  результаты  соблюдения  диеты.
 В  Тель-Авиве  полковника  Иссера  Гарела  сменил
полковник  Меир  Амит.  Он  также  был  доволен  каирским
 50

резидентом  Лотцем,  хотя  содержание  его  дорогостоя¬
щего  дома,  конюшен  с  первоклассными  лошадьми,
обеспечение  вечеров  едой  и  питьем  стоило  немалых
денег.
 Террористические  нападения  на  немецких  ученых,
варварские  методы  сионистских  террористских  органи¬
заций  вызвали  возмущение  в  Бонне.  Так  как  немецкие
производители  оружия  были  одними  из  главных  постав¬
щиков  боевой  техники  Израилю,  начались  разговоры
о  возможности  неприятных  последствий.
 Между  тем  египетская  контрразведка  напала  на
верный  след  и  шла  по  нему.  Дело  в  том,  что  она
перехватила  радиосводки  Лотца.  Пока  что  ей  не  уда¬
лось  их  расшифровать,  но  все  передачи  систематически
записывались  на  пленку.  Локализовать  передатчики
пока  что  также  не  удавалось.  Первое  сообщение,
которое  послал  Лотц  в  Тель-Авив,  впоследствии
стало  достоянием  общественности.  Оно  было  стран¬
ным:
 «Корнелия,  вероятно,  работает  на  иностранную  раз¬
ведку.  Если  же  она  работает  и  на  нашу  фирму,  то  ее
следует  немедленно  отозвать».
 И  Тель-Авив  действительно  отозвал  Корнелию.  Че¬
рез  несколько  дней  она  получила  телеграмму  из  Бонна,
в  которой  ее  просили  вернуться  в  связи  с  тяжелой
болезнью  тети.  Но  кто  была  эта  таинственная  Корне¬
лия,  почему  она  стала  нежелательной  для  резидента
Лотца?
 Отзыву  израильской  разведчицы  предшествовал  лю¬
бопытный  эпизод.  Среди  специалистов  появился  новый
человек  по  имени  Чарли  Биндер.  Он  жил  с  женой  и
сыном  в  новом  районе  Гелиополиса,  недалеко  от  каир¬
ского  аэродрома.  Там  же  находилось  его  конструктор¬
ское  бюро.  Рано  или  поздно  он  должен  был  появиться
на  каком-нибудь  вечере,  устроенном  супругами  Лотц.
Чарли  Биндер  получил  приглашение  и,  прибыв  на
пикник,  был  восхищен  приятной  обстановкой  и  вни¬
мательными  хозяевами.  Кроме  того,  госпожа  Вальтрауд
Лотц  сразу  же  сдружилась  с  госпожой  Биндер,  и  обе
стали  регулярно  встречаться.
 Гелиополис  сегодня  один  из  самых  благоустроенных
загородных  районов,  куда  с  давних  времен  приезжали
 51

курортники  из  сырой  Европы  для  того,  чтобы  местным
сухим,  теплым  воздухом  лечить  различные  болезни
легких.  Супруги  Биндер  спокойно  жили  в  приятной
обстановке.
 Как-то  госпожа  Биндер  сидела  с  женой  одного  не¬
мецкого  археолога  Корнелией  на  террасе  теннисных
кортов  Гелиополис  спортинг-клуба.  Дамы  вели  прият¬
ный  разговор,  потом  решили,  что  продолжат  беседу
в  квартире  Биндеров.  Госпожа  Биндер  пригласила  свою
новую  подружку  что-нибудь  выпить.
 Они  вошли  в  квартиру  и  расположились  в  холле.
Госпожа  Биндер  вышла  на  кухню  за  льдом.  Одновре¬
менно  она  поставила  воду  для  чая.  Когда  она  верну¬
лась,  в  холле  никого  не  было.  Сначала  она  зашла
в  туалет,  заглянула  в  ванную,  потом  вернулась  в  холл
и  тихо  позвала.  Никто  не  отзывался.
 Между  тем  в  кухне  засвистел  чайник  с  кипящей
водой,  и  госпожа  Биндер  поспешила  выключить  его.
Она  закурила  сигарету,  стала  осматривать  особняк.
Мадам  Корнелия  стояла  в  ее  спальне  и  как  раз  закры¬
вала  сумочку.
 Госпожа  Биндер  остолбенела.  Но  жена  немецкого
археолога,  виновато  улыбаясь,  произнесла  несколько
вежливых  фраз  и  откланялась.  Госпожа  Биндер  опус¬
тилась  в  стоящее  рядом  кресло.  Она  не  понимала,  что
произошло.
 Когда  вечером  она  рассказала  об  этом  странном
случае  мужу,  конструктор  Биндер  подвел  ее  к  тому
окну,  у  которого  мадам  Корнелия  закрывала  сумочку,
и  показал  вниз.  Из  окна  было  хорошо  видно  его  конст¬
рукторское  бюро.  Чарли  Биндер  не  сомневался  в  мис¬
сии  госпожи  Корнелии.  Было  очевидно,  что  она  знала
о  возможности  заглянуть  из  окна  в  конструкторское
бюро  и  использовала  ее.  В  сумочке  у  нее  был  фотоап¬
парат.
 Биндер  прежде  всего  был  инженером  и  с  разведчи¬
ками  знаком  только  по  романам.  Сначала  он  не
знал,  как  поступить,  потом  вспомнил  о  рассудительном
друге  Лотце.  Они  встретились  на  следующий  день  ут¬
ром.  Чарли  Биндер  был  очень  возбужден.  Он  поделил¬
ся  с  Вольфгангом  Лотцем  своим  открытием.  Жена  не¬
мецкого  археолога  Корнелия,  вероятнее  всего,  израиль¬
 52

ская  разведчица,  кто  другой  стал  бы  интересоваться
его  работой.  Она  проникла  в  спальню  и  сфотографи¬
ровала  важные  чертежи.
 Чарльз  Биндер  не  ошибся.  Вольфганг  Лотц  был
действительно  умным  человеком.  Он  сохранил  спокой¬
ствие,  потом  улыбнулся  и  сказал,  что  сам  займется
этим  делом.  Как-никак  у  него  есть  знакомые,  занимаю¬
щие  самые  высокие  посты,  в  том  числе  и  в  управлении
каирской  полиции.  А  уж  секретные  агенты  египетской
разведки  сами  позаботятся  о  госпоже  Корнелии.  Не
стоит  слишком  волноваться.  Такие  открытия  следует
прежде  всего  держать  в  тайне.  У  полиции  есть  своя
испытанная  тактика.  Сначала  она  установит,  кто
такая  эта  мадам  Корнелия,  потом,  очевидно,  будет
следить  за  ней.  Как  только  разведчица  сама  наведет
секретных  агентов  на  след  своих  помощников,  египет¬
ская  полиция  устроит  им  хорошую  засаду  и  поймает
с  поличным...
 Биндер  был  поражен  комбинационными  способнос¬
тями  и  полезными.  советами  своего  друга  Лотца.  Он
возвратился  домой,  успокоил  жену,  заверив  ее,  что
дело  находится  в  надежных  руках.  И  снова  сел  за
чертежную  доску.  После  этого  он  каждое  утро  про¬
сматривал  газеты  и  ждал,  что  вот-вот  в  них  появится
сенсационное  разоблачение.  Не  дождался.  Мадам  Кор¬
нелию  не  поймали  с  поличным.  Египетская  полиция
так  и  не  узнала  об  эпизоде  на  вилле  Биндера.  Жена
немецкого  археолога  вылетела  из  Каира  в  ФРГ.  У  нее
неожиданно  заболела  тётя.  Никто  тогда  и  не  предпо¬
лагал,  что  об  отзыве  неловкой  разведчицы  позаботился
каирский  резидент  Вольфганг  Лотц,  ее  шеф,  с  которым
она  никогда  не  встречалась  и  который,  однако,  узнал
о  ее  промахе.
 Заслуживает  внимания  то,  что  именно  Федератив¬
ная  Республика  Германии  стала  безопасным  тылом
израильских  шпионов,  что  они,  как  правило,  по  про¬
исхождению  были  немцы.
 Вот  Вольфганг  Лотц  родом  из  Маннгейма.  Его  мать
была  артисткой  и  выступала  под  именем  Хелены
Гирш,  отец  —  известный  театральный  режиссер.  Когда
Вольфгангу  было  двенадцать  лет.,  родители  решили
переселиться.»  Ладес^иву*
 9

В  Тель-Авиве  Вольфганг  Лотц  прошел  курс  обуче¬
ния,  затем  вернулся  в  ФРГ.  Сначала  он  жил  в  Запад¬
ном  Берлине,  потом  в  Кёльне  и  Мюнхене.  Все  это  время
он  старательно  и  по  плану  строил  свою  новую  немец¬
кую  легенду.  Он  не  служил  в  немецкой  армии,  не  про¬
славился  в  африканском  корпусе  Роммеля,  его  расска¬
зы  были  только  частью  заученной  легенды  и  должны
были  помочь  ему  обзавестись  влиятельными  знакомыми
среди  немцев.  Лотц  достиг  того,  чего  хотел.  А  посколь¬
ку  хорошо  говорил  по-английски  и  по-арабски,  ему
также  удалось  завязать  знакомство  с  некоторыми  еги¬
петскими  правительственными  чиновниками,  подру¬
житься  в  Каире  с  генералом  полиции  Юсуфом  Горабом.
 Супругам  Лотц  улыбалось  счастье.  Все  им  удава¬
лось,  из  Тель-Авива  приходили  слова  признания.
И  с  финансовой  стороны  дела  обстояли  неплохо.  Ведь
из  больших  дотаций  на  приемы  можно  много  сэконо¬
мить.  Личный  счет  супругов  Лотц  заметно  возрастал.
И  вот  госпожа  Вальтрауд  решила  похвастаться  благо¬
получием.  В  феврале  1965  года  она  пригласила  в  гости
в  Каир  своих  родителей.  Ее  отец  Отто  Нойман,  владе¬
лец  фабрики  щеток  из  Гейльброна,  с  супругой  Кларой
были  счастливы,  когда  выходили  из  самолета.
 Дочь  хотела  представить  родителей  своим  друзьям,
и  поэтому  Лотцы  на  несколько  дней  отправились  в  пу¬
тешествие  на  автомобиле.  Сначала  они  поехали  по  зе¬
леной  долине  дельты  Нила  в  Александрию,  оттуда  по
побережью  Средиземного  моря  в  Марса  Матру,  где
друг  их  семьи  генерал  Хораб  был  губернатором.
 Генерал  Хораб  приготовил  им  роскошную  встречу.
Военный  оркестр,  почетный  караул,  ансамбль  народ¬
ных  танцовщиц,  соревнования  наездников  и,  само  со¬
бой,  восточный  пир.  Генерал  Хораб  тогда  понятия  не
имел,  с  кем  имеет  дело,  и  именно  эти  торжества,  уст¬
роенные  в  честь  резидента  израильской  секретной  служ¬
бы,  позже  стали  причиной  его  падения.
 Каирская  секретная  служба  давно,  следила  8а  дея¬
тельностью  супругов  Лотц  и  готовилась  закрыть  их
дело.  22  февраля  супруги  с  тестем  и  тещей  в  прекрасном
настроении  возвращались  с  прогулки.  Вольфганг  Лотц
остановил  автомобиль  перед  воротами  в  сад,  посигна¬
лил  и  стал  ждать,  пока  придет  слуга  и  откроет  ворота.
 54

Но  слуга  не  появился.  Вальтрауд  Лотц  окинула  взгля¬
дом  улицу  и  заметила,  что  на  ней  стоит  необычно
много  машин,  а  по  тротуарам  группами  прохажива¬
ются  по-европейски  одетые  мужчины.  Она  сказала  об
этом  мужу.  Но  Вольфганг  Лотц  объяснил  это  просто:
видимо,  кто-то  из  соседей  празднует  свадьбу.  Он  снова
посигналил.
 Слуга  Осман  не  шел.  Тогда  Вальтрауд  Лотц  вышла
из  машины  и  пошла  его  искать.  Когда  же  и  она  где-то
запропала,  Вольфганг  Лотц  решил  сам  открыть  ворота
и  вышел  из  машины.  Не  успел  он  сделать  и  двух  шагов,
как  его  окружила  группа  по-европейски  одетых  людей.
 —  Именем  закона,  вы  арестованы!  —  сказал  один
из  них  и  надел  наручники  па  израильского  разведчика.
 Допрос  продолжался  двенадцать  дней.  Двенадцать
дней  израильский  разведчик  Лотц  пытался  доказывать
офицерам  египетской  контрразведки,  что  он  не  имеет
ничего  общего  ни  с  покушениями,  ни  со  шпионажем.
На  тринадцатый  день  Лотц  капитулировал.  Израиль¬
ский  резидент  предстал  перед  камерами  каирского  теле¬
видения,  где  и  признался,  что  работал  на  израильскую
секретную  службу.  Одновременно  он  старался  показать,
что  его  жена  Вальтрауд  не  имела  ни  малейшего  понятия
о  его  миссии.  Но  на  суде  ему  доказали  обратное.
С  привлекательной  дочерью  владельца  фабрики  по
производству  щеток  он  познакомился  в  Мюнхене,  как
раз  при  посредничестве  израильских  тайных  агентов,
которые  во  время  его  пребывания  в  Западной  Германии
направляли  каждый  его  шаг.  Они-то  и  порекомендовали
ему  видную,  умную  подругу  жизни,  обученную  для
работы  в  секретной  службе.
 Судебный  процесс  завершился,  судья  Хасан  Бадни
огласил  приговор  израильским  разведчикам.  Вольф¬
ганг  Лотц  был  осужден  на  пожизненное  заключение,
его  супруга  —  также  на  многие  годы.  В  тюрьме,  в  об¬
щей  женской  камере,  Вальтрауд  Лотц  встретилась  со
своей  коллегой  —  израильской  разведчицей  Виктори¬
ной  Ниньо.
 Израильским  шпионам  удалось  досрочно  выйти  на
свободу.  В  1968  году  египетские  власти  обменяли  их
на  своих  пленных.  Так  супруги  Лотц  очутились  опять
в  Тель-Авиве.  Отставной  разведчик  открыл  ресторан,
 55

затем  приобрел  доходный  магазин.  Его  дела  идут
настолько  хорошо,  что  он  снова  может  заниматься
своим  дорогостоящим  хобби  —  выращивать  породистых
жеребцов.  Поэтому  думается,  что  заявление  шефа  из¬
раильской  секретной  службы  о  шпионах,  работающих
бескорыстно,  по  убеждению,  об  их  скромной  зарплате
не  следует  все  же  понимать  буквально.

СМЕРТЬ
НА  ОСТРОВЕ  БОГОВ
 Тщательно  выбрив  голову,  он  надел  шафраново¬
желтый  саронг  буддийских  монахов.  Его  звали  Сома-
рама.  Глубоко  запавшими  глазами  он  смотрел  на  сад
в  резиденции  на  Росмид-плейс.  Буддийский  монах
Сомарама,  однако,  не  воспринимал  ни  яркие  красные
цветы,  ни  обезьян,  с  криком  носящихся  по  веткам.  Все
окружающее  дрожало  и  преломлялось  перед  ним,
словно  в  кривом  зеркале.
 Одни  говорили,  что  в  монастыре  он  привык  к  опи-
уму,  другие  утверждали,  что  он  пристрастился  к  паль¬
мовому  вину  тодди.  Ходили  слухи,  что  опиум  И  ТОДДИ'
Сомарама  получал  от  жреца  Мапитигамы  Буддхарак-
кхиты,  которому  было  необходимо  внушить  молодому
человеку  свою  волю.
 Было  тихое  жаркое  утро  25  сентября  1959  года.
Время  года,  которое  на  Цейлоне  1  называют  ашвин.
Одетый  во  все  желтое,  Сомарама  стоял  всего  в  несколь¬
ких  шагах  от  террасы  резиденции  премьер-министра
Соломона  Бандаранаике.  У  цейлонского  государствен¬
ного  деятеля  был  день  открытых  дверей.  Он  принимал
посетителей.
 Просители,  собравшись  в  кучку,  ждали  на  зате¬
ненной  террасе.  Поближе  к  дому  стояли  два  монаха.
Правое  плечо  у  каждого  из  них  было  оголено,  как
предписывал  ритуал.  Сомарама  же  этого  не  сделал.
Заметил  ли  кто  такое  отступление  от  правил?  Прежде
всего  это  должны  были  видеть  два  монаха.  Или  они
просто  не  хотели  этого  замечать?
 Соломон  Бандаранаике  принимал  посетителей  с  ран¬
него  утра.  Вот  он  вышел,  провожая  одного  из  своих
гостей,  учителя  Гунератне.
 1  22  мая  1972  г.  Цейлон  был  провозглашен  Республикой
Шри  Ланка,  а  с  5  марта  1978  г.  стал  называться  Демократи¬
ческой  Социалистической  Республикой  Шри  Ланка.—  Прим.  ред.
 57

Хозяин  дома,  худощавый  человек,  в  очках,  одетый
в  белый  саронг  и  широкие  хлопчатобумажные  брюки
баниан,  осмотрелся  по  сторонам.  Заметил  монахов,
приблизился  сначала  к  двоим,  поклонился  им.  Потом
подошел  поприветствовать  Сомараму.  Монах  стоял
словно  изваяние,  со  стеклянными  глазами.  Премьер-
министр  сомкнул  руки.  Сомарама  вздрогнул,  будто
неожиданно  пробудился  от  глубокого  сна.  Только  те¬
перь  соскользнул  желтый  шелк  с  его  правого  плеча
и  в  руке  появился  пистолет.  Лицо  монаха  напоминало
маски  театра  «колам».  Пальцы  судорожно  сжали  ру¬
коятку,  указательный  нажал  на  курок.
 Он  выстрелил  в  Соломона  Бандаранаике  и  в  учи¬
теля  Гунератне.
 Соломон  Бандаранаике  схватился  за  плечо,  заша¬
тался,  потом  сложил  обе  руки  на  груди  и  с  лицом,
искаженным  от  боли,  попытался  дойти  до  дверей.
Некоторое  время  посетители  стояли  ошеломленные  слу¬
чившимся.  Потом  несколько  человек  побежали  к  убий¬
це.  Но  тут  уже  вмешалась  личная  охрана  премьер-ми¬
нистра.  Раздались  выстрелы,  монах  упал  на  землю.
 Секретарь  премьер-министра  побежал  к  телефону
и  вызвал  врача,  но  в  полицию  не  позвонил.  Несмотря
на  это,  буквально  через  несколько  минут  после  поку¬
шения  у  ворот  резиденции  остановилось  несколько
машин.  Из  одной  из  них  вышел  заместитель  генераль¬
ного  инспектора  полиции  Сидней  де  Зойса.  Как  он  мог
узнать  о  случившемся?
 Это  обстоятельство  позже  стало  предметом  многих
спекуляций.  Одни  с  признательностью  говорили  об
оперативности  полиции  Коломбо,  высший  представи¬
тель  которой  невероятно  быстро  прибыл  на  место  про¬
исшествия,  другие  подсчитывали  минуты  и  доказывали,
что  он  должен  был  бы  выехать  из  своей  канцелярии
еще  до  того,  как  монах  выстрелил.  Не  составляло  осо¬
бого  труда  проследить  взаимосвязь  событий.  Особенно
потом,  когда  расследование  обстоятельств  покушения
стали  вести  не  по  профессиональным  правилам.  Ин¬
спектор  Намиль,  начальник  отдела  по  расследованию
убийств,  наблюдая  за  всем  происходящим,  только  по¬
качивал  головой.  Он  понял,  что  карты  в  этой  игре  на
руках  у  лиц,  которых  он  вряд  ли  когда-либо  сможет
 58

посадить  на  стул  в  своем  кабинете  и  подвергнуть  пере¬
крестному  допросу.
 Заместитель  генерального  инспектора  полиции  Сид¬
ней  де  Зойса  отступил  от  многих  принципов,  которые
криминалисты  чтут,  как  закон.  Прежде  всего,  он  по¬
забыл  зафиксировать  свидетелей  покушения,  даже  не
поинтересовался  их  именами  и  с  самого  начала  утверж¬
дал,  что  все  и  так  ясно,  преступник  признался,  так
какие  же  могут  быть  сложности.  По  приказу  де  Зойсы
раненого  Сомараму  отвезли  в  полицейское  управление,
где  монаха  должны  были  временно  посадить  в  камеру,
но  не  допрашивать,  пока  не  вернется  заместитель  гене¬
рального  инспектора  полиции,  который  допросит  убий¬
цу  сам.
 Заместителя  генерального  инспектора  полиции  не
интересовало  оружие  убийцы,  которое  один  из  тело¬
хранителей  премьер-министра  предусмотрительно  за¬
вернул  в  носовой  платок,  чтобы  потом  установить  лич¬
ность  преступника  по  отпечаткам  пальцев.  Инспектор
Намиль,  однако,  внимательно  его  осмотрел.  Он  уста¬
новил,  что  пистолет  —  американского  производства.
Однако  в  этом  факте  ничего  удивительного  не  было.
Когда  же  он  открыл  обойму  и  осмотрел  патроны,  то
по  выбитому  клейму  определил,  что  они  взяты  из
полицейского  склада  боеприпасов.
 Тем  временем  раненого  премьер-министра  положи¬
ли  на  операционный  стол.  Пять  часов  лучшие  хирурги
страны  боролись  за  жизнь  Соломона  Бандаранаике.
Монах  Сомарама  выстрелил  в  него  четыре  раза.  Одну
пулю  извлекли  из  плеча,  три  другие  —  из  нижней
части  тела.  Послеоперационное  состояние  пациента  по¬
давало  некоторые  надежды  на  спасение.  Премьер-ми¬
нистр  пришел  в  себя  и  даже  будто  бы  поинтересовался
судьбой  своего  убийцы,  простил  его  и  просил,  чтобы
егсГ  не  наказывали.
 Так,  во  всяком  случае,  утверждал  представитель
правительства.  Но  он  передал  и  второе,  гораздо  ме¬
нее  похожее  на  правду,  желание  раненого:  будто  бы
премьер-министр  просил  генерал-губернатора  острова
сэра  Оливера  Гунетиллеку  обеспечить  в  стране  порядок
даже  ценой  использования  вооруженных  сил  и  приня¬
тия  жестких  военных  мер.  Возможно  ли  такое,  чтобы
 59

премьер-министр  Бандаранаике,  который,  по  словам
того  же  представителя,  считал  поступок  монаха  безрас¬
судным,  мог  полагать,  что  в  стране  возникнет  такая
паника,  когда  необходимостью  станет  осадное  поло¬
жение?
 Независимо  от  того,  было  это  желание  раненого
или  просто  политический  маневр,  через  несколько  часов
в  Коломбо  вошли  вооруженные  отряды,  правительст¬
венные  здания  и  стратегические  пункты  города  заняли
полицейские  части.  Эти  меры  еще  больше  взбудоражили
общественное  мнение.
 Народ  любил  своего  Банду  и  боялся  за  его  жизнь.
На  главных  улицах  города  стали  образовываться  груп¬
пки,  они  сливались  в  большие  толпы.  Все  ждали  сооб¬
щений  из  больницы.  Сначала  они  были  настораживаю¬
щими:  операция  прошла  успешно,  но  состояние  боль¬
ного  еще  остается  тяжелым;  позже  сообщения  стали
более  оптимистичными.  К  утру  радио  передало,  что
появились  реальные  надежды  на  спасение  премьер-
министра.  Люди  облегченно  вздохнули,  они>  уселись
на  тротуары  и  стали  ждать  дальнейших  вестей.
 Еще  до  рассвета  стали  распространяться  слухи,
что  состояние  Бандаранаике  неожиданно  ухудшилось.
А  около  восьми  часов  утра  по  радио  передали,  что
премьер-министр  Соломон  Бандаранаике  скончался
26  сентября  1959  года  в  7.45.
 Траурная  манифестация  вылилась  в  демонстрацию
протеста.  Народ  требовал  смертной  казни  для  Сома-
рамы  —  убийцы  Бандаранаике.  Те,  кто  догадывался
о  причинах  убийства,  несли  транспаранты  с  требова¬
нием,  чтобы  цейлонская  политика  продолжала  идти
«по  пути  к  счастью».  Ведь  таков  был  лозунг  премьер-
министра,  кредо  его  политических  устремлений.
 Вскоре  стало  ясно,  что  явилось  причиной  покуше¬
ния  на  Соломона  Бандаранаике.  Уж  слишком  быстро
генерал-губернатор  Ее  Величества  британской  королевы
сэр  Оливер  Гунетиллека  назначил  премьер-министром
прежнего  министра  воспитания  Виджеянанду  Даха-
наяке.  Заговорщики  осуществили  то,  что  хотели,  Пре¬
емником  Бандаранаике  стал  политический  авантюрист,
не  брезгующий  никакими  средствами  для  достижения
цели.
 60

Инспектор  Намиль  тем  временем  действовал  испы¬
танными  методами.  Прежде  всего  он  попытался  как
можно  больше  узнать  о  лице,  совершившем  покушение.
Убийца  Сомарама  был  членом  буддийской  касты  мона¬
хов  «сангхи»  и  принадлежал  к  одному  из  самых  боль¬
ших  монастырей  страны,  а  его  настоятелем-тхером  был
Мапитигама  Буддхараккхита.  Инспектор  Намиль  по¬
шел  по  следам  «святого»  человека,  о  котором  не  всегда
говорили  только  хорошее.  Он  установил,  что  тхер
Буддхараккхита  присутствовал  на  секретной  встрече
некоторых  политических  деятелей,  состоявшейся  всего
за  несколько  дней  до  покушения,  и,  йроме  того,  у  него
были  весьма  доверительные  отношения  с  министром
здравоохранения  Вималой  Виджевардене.  Об  этой  «пер¬
вой  даме»  Цейлона  было  известно,  что  она  не  слишком
расположена  к  премьер-министру,  кроме  того,  многие
знали,  что  ее  политическая  карьера  создавалась  при
помощи,  если  так  можно  выразиться,  чисто  женских
методов.  Инспектор  Намиль  не  удивился,  когда  ему
удалось  установить,  что  тайное  собрание  заговорщиков
проходило  как  раз  на  ее  вилле.  Он  собрал  кусочки
мозаики  воедино  и  понял,  что  именно  здесь  готовилось
покушение  на  премьер-министра  и  планировался  госу¬
дарственный  переворот.  Но  почему  же  убийцей  стал
буддийский  монах,  вера  которого  запрещает  ему  уби¬
вать  какое  бы  то  ни  было  живое  существо  на  земле?
 Буддизм,  так  же  как  и  христианство  или  ислам,
был,  а  .в  некоторых  регионах  все  еще  остается  большой
политической  силой  как  раз  из-за  своего  учения  о  ра¬
венстве  всех  людей  в  страданиях,  об  одинаковом  их
праве  на  спасение.
 По  мере  развития  образования  на  Цейлон  стали
проникать  и  другие  представления  об  устройстве  жизни
на  земле,  буддизм  день  ото  дня  начал  терять  свои  былые
позиции.  Монахи,  которые  до  недавнего  времени,  соб¬
ственно,  были  единственными  представителями  класса
«ученых»,  обрели.вдруг  сильного  соперника  —  молодых
людей,  получивших  образование  в  европейских  и  азиат¬
ских  университетах.  Постепенно  буддийские  монахи
начинают  все  более  отчетливо  понимать,  что  если  они
хотят  сохранить  остатки  своего  престижа  и  защитить
хотя  бы  часть  своих  пошатнувшихся  позиций,  то  им
 И

необходимо  заменить  религиозные  тезисы  политичес¬
кими,  приобрести  влияние  на  политические  партии.
 Буддийские  монахи  начинают  создавать  свои  поли¬
тические  организации.  Возникают  «Шри  Ланка  Мага-
сангха  сабха»  —  Цейлонский  конгресс  монашеской  буд¬
дийской  общины  —  и  больше  политическая,  нежели  ре¬
лигиозная,  организация  Цейлонский  конгресс  обществ
бхиккху.  Речь  идет  о  шовинистических  организациях,
в  некоторых  случаях  весьма  радикальных.  ♦Бхиккху
эксат  перамуна»,  своего  рода  единый  фронт  бхиккху,
уже  не  довольствовался  реформистскими  устремлени¬
ями,  он  пытался  какими  угодно,  в  том  числе  незакон¬
ными,  методами  влиять  на  правительственную  поли¬
тику.  Буржуазный  либерализм  премьер-министра  Бан¬
даранаике  был  для  них  опасен.  В  этой  ситуации  проис¬
ходит  объединение  реакционных  политических  деяте¬
лей  с  настоятелем  буддийской  монашеской  общины
Буддхараккхитой.  Поэтому-то  путчисты  и  нашли  убий¬
цу  в  рядах  фанатичных  буддийских  монахов.
 Хотя  инспектор  по  уголовным  делам  Намиль  сделал
очень  много  в  деле  выявления  заговорщиков,  но  имена
всех  участников  тайной  встречи  у  Вималы  Виджевар-
дене  стали  известны  только  на  состоявшемся  позже
судебном  процессе.
 В  подготовке  путча  одну  из  активных  ролей  играл  на¬
стоятель  Буддхараккхита.  На  встречу  он  явился  не  в
шафрановом  саронге,  а  в  европейском  костюме,  и  не  пеш¬
ком,  а  приехал  в  роскошном  лимузине  в  сопровождении
Ричарда  де  Зойсы.  Следует  заметить,  что  этот  настоя¬
тель  буддийского  монастыря  был  одним  из  известных
цейлонских  богачей,  который  умел  использовать  все,
в  том  числе  и  не  совсем  легальные,  возможности  для
приумножения  своего  состояния.  Именно  потому,  что
его  торговым  сделкам  не  всегда  был  полезен  дневной
свет,  он  стал  бояться  честной  и  корректной  политики
Соломона  Бандаранаике,  а  потом  решил  против  него
бороться.
 Количественный  перевес  на  собрании  заговорщиков
имели  братья  де  Зойса.  Дело  в  том,  что  их  там  было  трое.
Ричард,  которого  близкие  друзья  звали  Дик,  не  прини¬
мал  активного  участия  в  политической  деятельности.
Однако  в  Коломбо  каждый  знал,  что  он  торгует  всем,
 62

что  обещает  дать  солидную  прибыль.  Он  встречался
с  некоторыми  американцами,  жившими  постоянно  в
стране,  и  с  другими,  которые  время  от  времени  приез¬
жали  и  уезжали.  Инспектор  Намиль  имел  основания
подозревать,  что  некоторые  из  них  были  агентами  ЦРУ.
 Заместитель  генерального  инспектора  полиции  Сид¬
ней  де  Зойса  —  щеголь,  одевавшийся  в  лучших  лон¬
донских  салонах,—  был  донжуаном  и  крупным  мошен¬
ником.  В  его  послужном  списке  значились  любовные
интриги,  о  которых  судачили  в  высшем  обществе  Ко¬
ломбо.  Ему  пришлось  пережить  скандалы,  которые
удалось  замять  только  благодаря  его  служебному  по¬
ложению.  Сидней  де  Зойса  был  одним  из  заговорщиков.
Поэтому,  зная  о  покушении,  он  смог  так  быстро  по¬
явиться  на  месте  преступления,  по  этой  же  причине
после  убийства  вел  себя  так,  как  будто  бы  вообще  не
имел  никакого  понятия  о  криминалистике.
 Третий  брат,  Стэнли,—  один  из  самых  богатых  жи¬
телей  острова.  Он  был  министром  финансов,  и  его  пре¬
бывание  на  этом  посту  можно  сравнить  с  поведением
козла  в  огороде.  Будучи  министром  правительства
Бандаранаике,  он,  казалось  бы,  должен  был  прежде
всего  заботиться  о  процветании  экономики  страны,  но
его  больше  всего  интересовали  его  собственный  карман
и  счета  друзей  —  английских  предпринимателей.  Свое
положение  Стэнли  де  Зойса  считал  непоколебимым  и
не  скрывал  своих  взглядов.  У  него  была  привычка
хвастаться,  что  он  может  сделать  все,  что  захочет.
 Министр  воспитания  Даханаяке  прибыл  на  встречу
с  заготовленным  планом  нового  распределения  минис¬
терских  портфелей.  Говорили,  что  в  ящике  своего  пись¬
менного  стола  этот  политический  авантюрист  хранит
удостоверения  всех  двадцати  двух  цейлонских  полити¬
ческих  партий.
 Подполковник  Джизудейсон  был  директором  бри¬
танской  компании  «Кетсан  камбербат»,  но  на  встречу
пришел  как  начальник  военной  организации,  корпуса
добровольцев,  который  создали  английские  офицеры,
живущие  на  острове.  Это  было  странное  общество.
Присутствие  английского  подполковника  среди  заговор¬
щиков  не  нуждалось  в  комментариях.  Союз  защиты
английских  интересов  на  Цейлоне,  который  образовался
 63

после  избрания  Соломона  Бавдаранаике  премьер-ми¬
нистром,  активным  членом  которого  был  и  подполков¬
ник  Джизудейсон,  открыто  выступал  против  прави¬
тельства.
 Подполковник  Джизудейсон,  таким  образом,  пред¬
ставлял  в  антиправительственном  комплоте,  готовив¬
шем  убийство  премьер-министра  Бандаранаике,  анг¬
лийские  интересы,  американские  же  представлял  воло¬
сатый  Осей  Кореа.  Официально  он  был  функционером
«Католической  лиги»  (что  было,  по-видимому,  просто
прикрытием),  которая  вроде  бы  финансировалась  из
азиатского  фонда  США.  Руководителями  этой  органи¬
зации  на  Цейлоне  были  Уильям  Флеминг  и  Джеймс
Грин.
 У  заместителя  генерального  инспектора  полиции
Сиднея  де  Зойсы  с  самого  начала  был  свой  взгляд  на
убийцу  и  на  мотивы  убийства,  который  он  не  изменил
и  после  допросов  Сомарамы.  А  именно:  фанатичный
монах,  мечтатель,  загубленный  опиумом,  вбил  себе
в  голову,  что  он  единственный  в  своем  роде  врач,  по¬
лучивший  свой  дар  от  бога,  умеющий  творить  чудеса.
Поэтому  он  просил  премьер-министра  Бандаранаике
разрешить  ему  официально  стать  чудесным  исцелите¬
лем.  Когда  же  его  просьба  была  отвергнута,  он  решил
отомстить.  Несомненно,  речь  идет  о  действиях  сумас¬
шедшего.  Какие-либо  политические  мотивы  исключены.
В  данном  случае  это  убийство  не  может  быть  квалифи¬
цировано  как  политическое,  для  этого  нет  никаких  мо¬
тивов  и  доказательств.
 Инспектор  выслушивал  доводы  своего,  начальника,
но  имел  свое  мнение.  Он  уже  знал  о  тайном  собрании,
в  котором  принял  участие  Сидней  де  Зойса,  знал,  о  чем
там  велись  переговоры,  и  в  его  стола  уже  лежало
заключение  экспертов  из  баллистической  лаборатории
управления  полиции.  Экспертиза  показала,  что  пат¬
роны,  которые  использовал  убийца,  взяты  из  арсенала
полиции.  Следовательно,  террористу  их  должен  был
вручить  кто-то  из  высоких  полицейских  начальников,
кто  не  был  обязан  отчитываться  за  каждый  патрон.
 Допрашивая  монаха  Сомараму,  инспектор  Намиль
выяснил,  что  пистолет  ему  дал  настоятель  Буддха¬
раккхита.  Инспектор  навестил  жреца,  но  получил  от
 64

Него  уклоцчивый  ответ.  Богатый  монах  полагал,  что
теперь,  после  смерти  премьер-министра  Бандаранаике,
ему  не  угрожает  никакая  опасность,  так  как  его  друг
и  соратник  по  заговору  стал  главой  правительства.
Он  забыл,  однако,  что  и  в  этих  обстоятельствах  про¬
должает  действовать  уголовное  законодательство.  Ма-
дитигама  Буддхараккхита  стал  подозреваемым  в  со¬
участии  в  убийстве,  инспектор  Намиль  подготовил  ор¬
дер  на  арест,  и  генеральный  инспектор  полиции  его
подписал.
 Заговорщики,  которые  теперь  пришли  к  власти,
осознали,  насколько  опасен  сотрудник  полиции  На¬
миль.  Они  поняли,  что  у  него  в  руках  большие  козыри,
которые  он  может  использовать  против  них,  и  решили
действовать,  причем  действовать  по-своему.
 Когда  однажды  утром  инспектор  Намиль  открыл
двери  своего  кабинета,  он  увидел,  что  ящики  письмен¬
ного  стола  взломаны,  все  документы  перерыты.  Вещест¬
венное  доказательство  номер  один  —  пистолет  убий¬
цы  —  исчезло.
 Инспектор  Намиль,  как  ни  странно,  только  усмех¬
нулся,  увидев  этот  разгром  в  своем  кабинете.  Ограбле¬
ние  было  всего  лишь  очередной  уликой  и  косвенным
признанием  своей  вины  преступниками.  Дело  в  том,
что  коллегам  инспектора  между  тем  удалось  выяснить,
кому  принадлежит  оружие,  которым  пользовался  тер¬
рорист.  Хозяин  пистолета,  у  которого  пе  было  другого
выхода,  как  признаться,  уже  сидел  за  решеткой.  Им
был  один  из  руководителей  «Католической  лиги»  —
Осей  Кореа.  Когда  во  время  допроса  его  спросили,
когда  и  как  он  передал  пистолет  настоятелю  буддий¬
ского  монастыря  Буддхараккхите,  он  заявил,  что  орут
жие  он  дал  не  ему,  а  Вимале  Виджевардене.  Обнару¬
жить  дальнейшие  связи  уже  было  несложно,  Несмотря
на  интриги  премьер-министра  Даханаяке  и  заместителя
генерального  инспектора  полиции  Сиднея  де  Зойсы,
для  которых  прекращение  следствия  было  жизненно
важным  делом,  богатый  монах  Буддхараккхита  и  ми¬
нистр  здравоохранения  Виджевардене  оказались  в  пред¬
варительном  заключении.  Премьер-министр  испугался
и  совершил  тактическую  ошибку:  он  запретил  всем
цейлонским  газетам  помещать  какие-либо  сообщения
 3  в.  п.  Боровичка

О  закулисной  стороне  убийства  Соломона  Бандаранаи¬
ке.  Тем  самым  он  привлек  к  этому  делу  внимание  жур¬
налистов,  а  на  себя  бросил  тень  подозрения.
 Общественность,  однако,  не  успокоилась.  Наоборот.
Все  чаще  и  чаще  проходилй  антиправительственные
демонстрации,  возникали  уличные  беспорядки.  Прояв¬
ляя  недоверие  к  руководству  государства,  люди  тре¬
бовали  расследовать  обстоятельства  покушения*  тре¬
бовали  публичного  судебного  процесса  над  убийцей  и
его  пособниками.  Премьер-министр  Даханаяке  оказал¬
ся  в  весьма  трудном  положении  и  допустил  вторую
ошибку;  объявил  чрезвычайное  положение  в  стра¬
не.
 Этим  он  ничего  не  добился.  Народ  ни  в  коей  мере
не  хотел  довольствоваться  ни  всевозможными  отговор¬
ками,  ни  политическими  финтами.  Он  также  не  соби¬
рался  ждать  до  бесконечности  и  в  конце  концов  выну¬
дил  Даханаяке  сделать  третий  ошибочный  шаг:  премьер-
министр  заявил,  что  хотя  он  и  не  одобряет  этого,  но
в  ближайшее  время  над  убийцей  Бандаранаике  начнется
судебный  процесс.
 Теперь  на  очереди  были  братья  де  Зойса  и  их  анг^
лийские  и  американские  инструкторы.  Никто  из  них
не  верил,  что  заявление  премьер-министра  было  сделано
только  для  печати,  чтобы  успокоить  общественное  мне¬
ние.  Они  были  убеждены,  что  Даханаяке  их  предал.
И  вот  в  отместку  они  выдали,  что  в  заговоре  и  подго¬
товке  убийства  принимал  участие  сам  теперешний
премьер-министр.  Это  и  оказалось  той  самой  последней
каплей.  Цейлонская  общественность,  которая  уважала
реалистичную  и  в  существующих  условиях  прогрессив¬
ную  политику  Соломона  Бандаранаике,  встала  на  сто¬
рону  убитого,  против  правительства  его  убийц.  .
 Соломон  Вест  Риджуей  Диас  Бандаранаике  родился
в  богатой  аристократической  семье,  многие  поколения
которой  издавна  жили  на  острове,  именуемом  Жемчу¬
жиной  океана,  Тропическим  раем  или  Островом  богов,
и  который  известен  нам  Как  Цейлон  или  Шри  Ланка.
Отец  будущего  премьер-министра  и  прогрессивного
политического  деятеля,  который  вошел  в  историю  на¬
ционально-освободительного  движения  и  борьбы  про¬
тив  мирового  колониализма,  был  советником,  у  несколь¬
 66

ких  цейлонских  губернаторов,  и  английский  король
ему  пожаловал  дворянство.
 Молодой  Соломон  рос  в  роскоши,  окружавшей  ко¬
лониальную  верхушку.  Учился  в  Университете  Томаса
в  Коломбо,  потом  изучал  право  в  Оксфорде.  Он  изу¬
чал  латинский  и  греческий  языки,  римское  и  между¬
народное  право,  хорошо  играл  в  теннис.  Он  дружил
тогда  со  студентом,  который  был  старше  его  на  два  года,
будущим  министром  иностранных  дел  и  премьер-ми¬
нистром  Англии  Антони  Иденом,  и  тот  еще  в  студен¬
ческие  времена  предсказывал  своему  другу  пост  премь¬
ер-министра  Цейлона.  А  Соломон  Бандаранаике  в  свою
очередь  шутя  говорил,  что  из-за  бесконечных  вечери¬
нок,  которые  устраивает  Иден,  он  вообще  может  не
окончить  университет,  не  говоря  уже  о  политической
карьере.
 Еще  будучи  студентом  университета,  Соломон  Бан¬
даранаике  стал  восторженным  приверженцем  ин¬
дийского  национально-освободительного  движе¬
ния.
 Он  окончил  университет,  некоторое  время  работал
в  Лондоне  адвокатом  в  суде,  а  потом,  в  возрасте  двад¬
цати  шести  лет,  возвратился  на  родину.  Отец  после
встречи  с  сыном  с  разочарованием  констатировал,  что
на  этот  раз  яблоко  упало  далеко  от  яблони.  Соломон
Бандаранаике  снял  европейский  костюм  и  облачился
в  саронг.  Католической  верой  он  не  увлекся.
 Соломон  Бандаранаике  целиком  посвятил  себя  проб¬
лемам  национально-освободительного  движения  наро¬
да.  Во  время  борьбы  за  свободу  и  независимость  остро¬
ва,  за  освобождение  Цейлона  из-под  британского  коло¬
ниального  господства  он  стоял  плечом  к  плечу  с  сэром
Джоном  Котелавалой  на  стороне  будущего  цейлонского
премьера  Д.  С.  Сенанаяке.  Это  был  опытный  буржуаз¬
ный  политик,  от  которого  едва  ли  можно  было  ожидать
прогрессивных  перемен  в  жизни  страны.  Соломон  Бан¬
даранаике  вскоре  понял,  что,  хотя  Цейлон  и  добился
независимости,  его  правительство  продолжает  вести
старую  политику,  используя  для  этого  новые  средства
и  прикрываясь  другими  лозунгами.  Это  было  правитель¬
ство  местной  аристократии,  совершенно  не  интересо¬
вавшееся  нуждами  народа.  От  него  нельзя  было  ожи¬
 з*
 67

дать  радикального  поворота  ни  в  политической,  ни  в
экономической  ориентации  Цейлона.
 В  1951  году  Бандаранаике  основал  Цейлонскую
партию  свободы  (Шри  Ланка  фридом  парти).  Сначала
она  не  имела  большого  веса  и  на  выборах  в  1952  году
получила  только  9  депутатских  мест  в  парламенте.
Выдвигая  свою  программу,  партия  хотела  добиться
полной  независимости  острова,  а  в  международной  по¬
литике  проводить  линию  активного  нейтралитета.
 Тяжелое  экономическое  положение,  сложившееся
в  стране  в  результате  политики  правительства,  премьер
Сенанаяке  пытался  преодолеть  за  счет  индийских  рабо¬
чих.  Процветала  дискриминация,  которая  явилась  по¬
водом  для  тамило-сингальских  языковых  и  религиоз¬
ных  споров.  Этот  политически  не  обдуманный  шаг
вызвал  сопротивление  прогрессивных  сил  страны,  а  за¬
тем  привел  и  к  внутреннему  расколу  тамильского
блока.  Всеобщее  недовольство  росло,  люди  начинали
понимать,  что  развитие  цейлонской  самостоятельности
идет  не  в  том  направлении.
 На  ситуацию  в  стране  повлияло  решение  Банда¬
ранаике.  В  то  время  он  был  председателем  нижней  па¬
латы  и  министром  местного  правительства.  Он  подал
в  отставку.
 Правительство,  возглавляемое  правыми  политиками
Дадлеем  Сенанаяке  и  Джоном  Котелавалсй,.  придер¬
живалось  проанглийской  ориентации.  Формально  гла¬
вой  страны  оставалась  английская  королева,  представ¬
ленная  на  острове  губернатором.  Соломон  Бандара¬
наике  ушел  в  оппозицию,  заручился  поддержкой  ряда
партий  и  создал  блок  —  Объединенный  народный
фронт,—  который  при  поддержке  коммунистов  добился
победы  над  реакцией.  Прогрессивный  политический
деятель  Соломон  Бандаранаике,  таким  образом,  одер¬
жал  победу  и  стал  премьер-министром  правительства.
 Новый  премьер-министр  сразу  же  начал  осуществ¬
лять  на  практике  свои  предвыборные  обещания.  Прежде
всего  нужно  было  заняться  ликвидацией  на  острове  анг¬
лийских  военных  баз.  И  вот  представитель  Ее  Величест¬
ва  английской  королевы  уже  в  1956  году  был  вынужден
подписать  соглашение,  о  ликвидации  военных  баз  Тири-
комали  и  Катунаяке  (примерно  в  30  км  к  северу  от
 68

Коломбского  порта,  где  сегодня  расположен  междуна¬
родный  аэропорт).
 Победа  Бандаранаике  по  праву  считалась  пораже¬
нием  англо-американских  политических  интересов  в
Юго-Восточной  Азии.  Здесь  программа,  выдвинутая
премьер-министром,  предполагала  не  только  создание
на  острове  своей  промышленности,  но  и  даже  национа¬
лизацию  отдельных  принадлежащих  иностранцам  от¬
раслей  промышленности,  плантаций,  банков.  Эта  про¬
грамма,  так  же  как  и  одобрение  принципов  мирного
сосуществования  со  всеми  миролюбивыми  государст¬
вами  мира,  стала  своего  рода  бельмом  на  глазу  у  ре¬
акции.
 «Мир  —  это  не  пассивное  понятие,—  заявил  Соло¬
мон  Бандаранаике,—  это  не  значит,  что  просто  не
ведутся  войны,  что  один  народ  не  старается  истребить
другой.  Само  собой  разумеется,  что  предотвращение
войн  является  важным  фактором  мира,  но  мир,  как
мне  кажется,  представляет  собой  нечто  гораздо  более
позитивное.  Мир  в  подлинном  смысле  этого  слова  озна¬
чает  взаимопонимание,  дружбу  и  сотрудничество.  Мы
живем  на  планете,  которая  постоянно  изменяется.  Но
то,  старое,  еще  не  преодолено.  Вполне  понятно,  что
существуют  конфликты  и  расхождения  в  воззрениях
на  национальный  вопрос,  политику  или  экономику.
Невозможно,  чтобы  взгляды  всех  народов  совпадали
по  всем  вопросам.  Именно  поэтому  мы  должны  стре¬
миться  создать  дружественную  атмосферу  в  междуна¬
родных  отношениях,  добиться  взаимопонимания.  Это
и  составляет  сущность  философского  учения  о  мирном
сосуществовании,  это  все  принципы  учения  панчаши-
ла  (первоначально  пять  основных  этических  наставле¬
ний  для  жизни  буддийских  лейков;  после  Бандунгской
конференции  название  пяти  основных  принципов  мир¬
ного  сосуществования  народов.  —  Прим.  авт.).
 Естественно,  мы  выступаем  за  запрещение  оружия
массового  уничтожения  и  прекращение  разработки  но¬
вых  видов  оружия.  Мы  были  бы  счастливы,  если  бы  был
заключен  договор  о  запрещений  испытаний  ядерного
оружия».
 Многим  реакционным  политическим  деятелям  эти
слова  Бандаранаике  пришлись  не  по  душе.  Монопо¬

листы,  опасавшиеся  за  свои  прибыли,  начали  настраи¬
вать  общественность  против  правительства  Бандара¬
наике.
 Одним  из  очагов  раздоров  явились  языковые  споры
между  сингальцами  и  тамилами,  когда  правительство
приняло  решение  официальным  государственным  язы¬
ком  считать  сингальский  язык.  По  стране  прокатилась
волна  демонстраций,  имели  место  уличные  беспорядки,
нередко  заканчивавшиеся  кровавыми  столкновениями.
Причиной  их  был  не  только  государственный  язык,  но
и  религиозные  споры.  Сингальцы  являются  буддистами,
тамилы  же  поклоняются  богу  Шиве.
 Другой  причиной  заговора  против  премьер-министра
.стала  история,  связанная  с  учреждением  кооператив¬
ного  байка.  Проект  учреждения  банка  внес  в  парла¬
мент  министр  сельского  хозяйства  Филипп  Гунавардена.
Речь  шла  о  помощи  бедным  и  малоземельным  кресть¬
янам,  которые  не  могли  получить  кредит  от  английских
банков  на  развитие  своего  хозяйства.  Представители
западных  банков,  которые  все  еще  сохраняли  свое
влияние,  а  зачастую  и  просто  держали  в  руках  поводья
финансовой  политики  страны,  начали  сопротивляться.
Реакционная  печать  встала  на  их  сторону,  а  намерения
министра  Гунавардены  и  премьер-министра  Бандара¬
наике  назвала  коммунистическим  заговором.  Министр
Гунавардена  вынужден  был  подать  в  отставку,  позиции
премьер-министра  Бандаранаике  пошатнулись.  По  не¬
которым  сообщениям  было  видно,  что  реакция  готовит
против  премьер-министра  акцию,  что  правые  попыта¬
ются  совершить  государственный  переворот.  Стали
распространяться  слухи,  что  министр  финансов  Стэнли
де  Зонса  не  скрывает  ненависти  к  главе  правительства,
что  речь  уже  идет  пе  о  языковых  спорах,  не  об  органи¬
зации  кооперативного  банка  или  национализации  план¬
таций,  а  о  запланированном  выступлении  против  про¬
грессивной  политики  Соломона  Бандаранаике.
 Хотя  после  убийства  премьер-министра  Бандара¬
наике  реакционные  силы  и  захватили  власть,  но  их
позиции  были  весьма  шаткими.  Когда  же  стало  известно
о  закулиспых  махинациях,  когда  общественность  уз-
лала,  что  в  подготовке  убийства  принимал  участие
новый  премьер-министр,  произошли  серьезные  полити¬
 70

ческие  волнения.  Депутаты  Питер  Кейнеман  и  Вильям
де  Сильва  обвинили  в  парламенте  премьер-министра
в  соучастии  в  заговоре  и  предложили  вынести  прави¬
тельству  вотум  недоверия.  Премьер-министр  Даханаяке
окончательно  убедился,  что  проиграл.
 Случилось  невероятное:  при  голосовании  дискреди¬
тировавший  себя  политический  деятель  победил  боль¬
шинством  в  один  голос.  Хотя  это  была  пиррова  победа
и  ему  это  было  хорошо  известно,  он  все-таки  удержался
на  поверхности  н  пока  что  сохранял  власть  в  своих
руках.  Поэтому  он  решился  на  последний,  отчаянный
шаг:  устроить  процесс  над  убийцей  и  его  помощниками
и  постараться  его  затянуть.
 Когда  заместитель  генерального  инспектора  полиции
де  Зойса  после  убийства  прибыл  в  резиденцию  Бандара¬
наике,  он  не  позаботился  ни  об  одном  свидетеле.  На
суде  же  должны  были  давать  свидетельские  показания
девятьсот  человек.  Такой  процесс  мог  тянуться  годы.
При  условии,  конечно,  что  люди,  заинтересованные
в  проволочках,  будут  все  еще.  у  власти.
 Даханаяке  освободил  свое  кресло  менее  чем  через
год  после  покушения.  Пали  и  другие  особы.  Стэнли
де  Зойса  уже  не  был  министром  финансов,  его  ловкий
брат  вынужден  был  убраться  из  инспектората  полиции.
Подсудимые  были  осуждены.  Буддийского  монаха  Со-
мараму  приговорили  к  смертной  казни,  остальных*
в  том  числе  и  министра  здравоохранения  Вималу  Вид-
жевардене,  осудили  условно.  Премьер-министром  Рес¬
публики  Шри  Ланка  стала  супруга  убитого  полити¬
ческого  деятеля  Сиримаво  Бандаранаике,  которая
вошла  в  историю  цейлонского  народа  как  первая  жен-
щннаг  когда-либо  занимавшая  подобный  пост.

ПАДЕНИЕ
НАРИБСКОГО  ЦЕЗАРЯ
 Доминиканский  диктатор  Рафаэль  Леонидас  Тру¬
хильо  Молина,  ранее  конокрад,  а  затем  миллиардер
и  официальный  «бог  республики»,  в  течение  трех  деся¬
тилетий  делал,  все,  чтобы  стать  мишенью  для  терро¬
ристов.  Он  провозгласил  себя  благодетелем  нации,
творцом  финансовой  независимости,  основателем  и  вож¬
дем  партии.  Сам  по  собственному  желанию  стал  гене¬
ралиссимусом  и  Первым  журналистом  республики.
Столицу  Санто-Доминго  он  переименовал  в  Сьюдад-
Трухильо  и  приказал  поставить  на  ее  уликах  несколько
сотен  собственных  памятников.
 Он  также  приказал  соорудить  огромный  памятник
своему  любимому  коню.  И  по  случаю  его  открытия
пожаловал  ничего  не  подозревавшему  мерину  чин  пол¬
ковника  Генерального  штаба.  Это  была  не  единственная
синекура.  Сын  диктатора,  еще  будучи  пятилетним
мальчиком,  получил  звание  полковника;  в  день,  когда
ему  исполнилось  десять  лет,  папа  назначил  его  бригад¬
ным  генералом  с  соответствующим  жалованьем.
 Трухильо  не  избегал  методов  самого  грубого  террора.
В  1937  году,  не  испытывая  ни  малейших  угрызений
совести,  он  приказал  уничтожить  более  двенадцати
тысяч  гаитянских  рабочих,  трудившихся  в  Домини¬
канской  Республике.
 На  его  совести  были  и  другие  страшные  преступле¬
ния.  Но,  несмотря  на  это,  Отец  родины,  Освободитель
нации,  Спаситель,  Защитник  матерей,  Первый  ученый
страны  цриказал  прибить  на  всех  скамеечках  в  парке
таблички  с  напоминанием:  «Поблагодари  Трухильо  за
тень  этого  дерева!»  Каждый  автомобиль  в  империи
деспота  на  номерном  знаке  имел  приписку:  «Да  здрав¬
ствует  Трухильо!»  На  каждом  колодце  с  питьевой;  во¬
дой  висела  обязательная  табличка:  «Бог  и  Трухильо
дают  тебе  эту  воду».  Самая  высокая  гора  Кордильер
получила  новое  название  —  пик  Трухильо.  На
 72

фасадах  частных  домов,  школ  и  других  общественных
учреждений  красовались  подписи:  «В  небесах  бог,  на
земле  Трухильо».
 Меценат  искусства  и  литературы,  как  сам  себя  он
характеризовал,  жестоко  расправился  с  поэтом  Вир-
хилио  Мартинесом  Рейном  и  его  женой.  Первый  рабо¬
чий,  Первый  земледелец;  Первый  учитель,  Первый
врач,  а  по  примеру  коллеги  Франко  и  генералиссимус
действовал  подобным  образом  и  на  международном
уровне.  Среди  своих  примерно  сорока,  но  большей
частью  внебрачных  детей  у  него  было  несколько  фаво¬
ритов.  Его  любимой  дочерью  была  Анхелита.  В  1953
году,  когда  ей  было  четырнадцать  лет,  отец  назначил
ее  послом,  который  должен  был  представлять  Домини¬
канскую  Республику  на  коронации  английской  коро¬
левы  Елизаветы  И.
 Форин  оффис,  британское  министерство  иностран¬
ных  дел,  такую  честь  вежливо  отклонило.  В  связи
с  этим  британский  посол  Стэнли  Гаджин  был  объявлен
персоной  нон  грата  и  выслан  из  страны.  Но  позже,
когда  девятнадцатилетняя  Анхелита  выходила  замуж
(венчал  ее  в  присутствии  более  чем  тысячи  гостей  сам
архиепископ  Рикардо  Питтини),  среди  приглашенных
были  дипломаты,  аккредитованные  в  Доминиканской
Республике,  в  том  числе  и  британский  посол.
 Доминиканский  деспот  делал  все,  чтобы  рано  или
поздно  стать  жертвой  мстителя.  И  просто  невероятно,
что  этого  выстрела  из  засады  он  «ждал»  тридцать
один  год.  Только  1  июня  1961  года  голос  диктора  радио
под  звуки  траурной  мелодии  с  пафосом  сообщил:
 «На  тридцать  первом  году  эры  Трухильо  —  Благо¬
детель,  Отец  нации,  Великий  защитник  трудящихся,
Гений  мира,  Первый  враг  коммунизма  —  генералиссимус
Рафаэль  Леонидас  Трухильо  Молина  трагически  по¬
гиб  в  результате  покушения,  осуществленного  преступ¬
ными  заговорщиками,  руку  которых  направляли  из¬
менники  родины,  враги  свободы  и  демократии».
 Многие  непосвященные  смотрят  на  политические  от¬
ношения  в  латиноамериканских  «банановых»  респуб¬
ликах  как  на  красочный  мюзикл  в  ритме  румбы  или
как  на  лихо  отснятый  приключенческий  фильм.  В  одном
они  отчасти  правы.  Средства  борьбы  за  власть  здесь
 73

просто  несоизмеримы  с  обычными  представлениями  о
них.
 Доминиканский  деспот  не  имел  привычки  ждать
удобного  случая.  Он  не  терпел  оппозиции  и  хотел  из¬
бавиться  от  нее  любыми  средствами.  На  собственном
острове  ему  это  нетрудно  было  сделать.  Его  «Сегуридад
насьональ»  убивала  неугодных  беспощадно.  Тюрьма,
пытки,  концентрационный  лагерь,  смерть  —  вот  един¬
ственно  возможный  исход  для  «врагов  государ¬
ства».
 Но  кроме  того,  были  еще  и  многочисленные  эмиг¬
ранты,  о  судьбе  которых  должна  была  позаботиться
секретная  служба  Трухильо  со  своими  надежпо  об¬
ученными  «пистолерос».  Резиденты  шпионской  органи¬
зации  Трухильо  обосновались  в  Соединенных  Штатах
Америки,  в  Мексике,  в  Бразилии,  Венесуэле,  на  Кубе
и  на  Гаити,  в  Гондурасе.  Агенты  доминиканской  терро¬
ристической  организации  появились  и  в  Европе,  одним
словом,  всюду,  где  жили  эмигранты,  выступавшие  про¬
тив  Трухильо.
 Выдающейся  личностью  национально-освободитель¬
ной  эмигрантской  организации  в  Нью-Йорке,  сражав¬
шейся  против  диктатуры  Трухильо,  был  Серхио  Бен-
косме.  Для  ведения  борьбы  он  располагал  средствами,
возможностями  публикаций.  Он  старался  раскрыть  пе¬
ред  американской  общественностью  преступления,  обес¬
печившие  диктатору  неограниченную  власть.  Поэтому
для  Трухильо  это  был  враг  номер  одип.  Всемогущий
властелин  показал  большим  пальцем  вниз  и  отдал  при¬
каз  об  убийстве.
 Двое  «пистолерос»,  получившие  приказ,  были  Лудо-
випо  Фернандес  и  Луис  де  ла  Фуэнте  Рубироса.  Фер¬
нандес,  по  кличке  Пайда,  считался  у  Трухильо  одним
из  лучших  специалистов  по  убийствам.  Он  уже  ему
помог  и  должен  был  помочь  в  будущем  избавиться  от
многих  неприятных  соперников.  Рубироса  же,  между
прочим,  состоял  в  некотором  родстве  с  диктатором,
он  был  племянником  некоего  Порфирия  Рубиросы,
скомпрометировавшего  себя  многочисленными  сканда¬
лами  плейбоя  и  доминиканского  дипломата,  бывшего
зятя  Трухильо.
 Рубироса  и  Фернандес  установили  за  Бепкосме
 74

слежку.  Они  подобрали  ключи  к  его  квартире  и  28  ап¬
реля  1935  года  убили  лидера  оппозиции.
 Он  стоял  в  ванной  перед  зеркалом  и  брился,  когда
в  дверях  появились  два  бандита  с  пистолетами  в  руках.
Рубироса  нажал  на  курок.  Бенкосме  упал  на  кафель¬
ный  пол.  Убийцы  ушли,  заперев  за  собой  двери  квар¬
тиры.
 'Серхио  Бенкосме  умер  не  сразу.  Он  еще  был  жив,
когда  в  квартиру  вошли  агенты  ФБР.  Собрав  послед¬
ние  силы,  он  назвал  им  имя  своего  убийцы.
 Криминалисты  начали  разыскивать  Луиса  де  ла
Фуэнте  Рубиросу  и  в  течение  нескольких  дней  устано¬
вили,  где  он  жил  и  с  кем  перед  убийством  встречался.
Это  был  верный  след,  однако  детективы  получили  от
своего  шефа  указание  прекратить  расследование.  Они
вынуждены  были  подчиниться,  хотя  это  было  для  них
совершенно  непонятно.  Но  у  диктатора  Трухильо  име¬
лись  хорошие  связи  с  самыми  высокими  правительст¬
венными  организациями  США,  он  ведь  как-никак  был
желанным  партнером  американских  монополий.
 Оба  «пистолерос»  возвратились  к  своему  повелителю
в  Сьюдад-Трухильо.  За  хорошо  проведенную  акцию
они  были  удостоены  похвалы  диктатора,  государствен¬
ная  казна  выплатила  им  обещанный  гонорар.  Луис
де  ла  Фуэнте  Рубироса  получил  высокое  офицерское
звание  в  доминиканской  армии.
 Фернандес  же  повышения  не  получил.  Несколько
лет  спустя  он  вновь  появился  в  Нью-Йорке  с  подобной
миссией.  2  октября  1933  года  ранние  пешеходы  нашли
недалеко  от  порта  на  Мэдисон-стрит  мертвого  человека.
Полицейский  комиссар  установил,  что  имя  его  Андрес
Рекенья.  Он  был  видным  работником  Доминиканской
революционной  партии  в  изгнании.
 Преемником  Рекеньи  стал  профессор  Хесус  Мария
де  Галиндес,  который  для  диктатора  Трухильо  был  го¬
раздо  более  опасным  оппозиционером,  чем  его  пред¬
шественник.  Профессор  Галиндес  был  испанцем.  Во
время  революции  он  сражался  против  Франко  не  только
с  винтовкой  в  руках,  но  и  на  страницах  революцион¬
ной  печати.  Он  был  хорошим  оратором,  способным  ре¬
дактором,  писал  статьи  на  актуальные  политические  те¬
мы.  Когда  власть  в  Испании  захватил  Франко,  Галиндес
 75

вынужден  был  эмигрировать  за  границу.  Он  выбрал
Доминиканскую  Республику.  Отчасти,  видимо,  потому,
что  здесь  говорили  на  его  родном  языке,  но,  возможно,
сыграло  роль  и  то  обстоятельство,  что  сам  Трухильо
предложил  ему  хорошо  оплачиваемое  место.  Профессор
Галиндес  стал  домашним  учителем  детей  диктатора.
 Учитель  детей  в  известной  мере  становится  членом
семьи,  поэтому  при  нем  разговоры  ведутся  без  всякого
стеснения.  Речь  шла  о  торговых  махинациях,  за  которые
в  другом  месте  любой  угодил  бы  под  суд,  о  планах,
как  скорее  всего  расправиться  с  оппозицией.
 Профессор  Галиндес  жил  у  Трухильо  целых  семь
лет.  За  это  время  профессор  узнал,  что  означает  для
страны  и  ее  народа  террор  частей  «Сегуридад  насьо-
наль»,  а  также  понял,  что  он  стал  воспитателем  детей
одного  из  самых  отъявленных  преступников,  когда-либо
живших  под  солнцем.
 Профессор  начал  собирать  материалы  о  преступной
деятельности  Трухильо,  о  жертвах  тирана.  В  какой-то
мере  он  понял  смысл  внешнеполитических  контактов
Трухильо,  когда  член  подкомитета  по  внутренней  без¬
опасности  сената  США  сенатор  Дженнер  во  время
своего  визита  в  Доминиканскую  Республику  востор¬
женно  провозгласил,  что  страна  Трухильо  является
«единственным  государством  в  западном  полушарии,
где  каждый  правильно  понимает  смысл  нашей  борьбы
против  коммунизма».
 Профессор  Галиндес  в  1946  году  улетел  в  Нью-Йорк,
где  стал  членом  революционной  партии  доминиканских
эмигрантов.  В  «Эль  диарио»  появились  его  острые
статьи  против  деспотического  режима  Трухильо.
 Будучи  преподавателем  Колумбийского  универси¬
тета,  профессор  стал  работать  над  книгой  «Эра  Тру¬
хильо»  и  хотел  опубликовать  её  в  качестве  своей  дис¬
сертационной  работы.
 Огромные  корпуса  Колумбийского  университета  в
Нью-Йорке  находятся  всего  в  нескольких  кварталах
от  Риверсайд-парка  между  оживленным  Бродвеем  и
немпого  более  спокойной  Амстердам-авеню.  Профессор
Хесус  Мария  Галиндес  около  девяти  часов  вечера
12  марта  1956  года  закончил  свою  последнюю  лекцию
и  собирался  домой.
 76

Один  из  студентов  предложил  подвезти  его  на  своей
машине.  Галиндес  согласился,  но  потом  скромно  доба¬
вил,  что  он  выйдет  на  углу  Сентрал-парка  у  станции
метро  Колумбус  Серкл.  На  метро  он  доедет  домой  так
же  быстро.
 Как  затем  при  расследовании  стало  известно,  про¬
фессор  Галиндес  вышел  из  машины  у  станции  метро
в  9  часов  45  минут.  В  это  время  в  Нью-Йорке  движение
уже  затихает,  но  из  метро  еще  выходило  немало  людей.
 Профессор  медленно  спускался  по  лестнице  вниз.
Когда  он  вошел  в  длинный  коридор,  ведущий  к  перрону,
к  нему  подошел  человек  с  сигаретой  в  руке  и  попросил
спички.  Профессор  Галиндес  полез  в  карман.  В  это
время  появился  другой  неизвестный,  и  Галиндес  сог¬
нулся  от  резкого  удара  в  область  солнечного  сплете¬
ния.  Оба  неизвестных  мгновенно  подхватили  его,  но
не  так,  как  это  делают  случайные  прохожие,  помогая
больному.  Один  из  них  заломил  ему  руки  назад,  в  руке
другого  блеснул  шприц,  и  профессор  почувствовал  укол
в  бедро.  Потом  у  него  потемнело  в  глазах.  Мимо  прошло
несколько  человек,  кто-то  спросил,  что  случилось.
Один  из  мужчин  ответил,  что  цх  другу  стало  плохо.
Будет  лучше,  если  они  сами  отвезут  его  домой.
 Тем  не  менее  один  из  тех  двоих  поспешил  к  теле¬
фонной  будке  и,  вероятно,  просто  так,  для  отвода  глаз
сделал  вид,  что  вызывает  Скорую  помощь.  Люди  в  бе¬
лых  халатах  появились  сразу  же,  едва  он  повесил  теле¬
фонную  трубку.  Ошибка  в  сценарии?  Ее  никто  не  за¬
метил.  Прохожие  даже  не  посмотрели  в  сторону,  где
профессора  Галиндеса  укладывали  в  желтую  машину
«скорой  помощи»  с  мигающим  фонарем  на  крыше.  По¬
желай  кто-нибудь  проявить  заинтересованность,  он
мог  бы  установить,  что  на  дверях  машины  не  было  того
самого  красного  креста  с  голубыми  буквами  «Колам-
биа  —  пресвитериан  медикал  сентер»,  Бродвей  и  168-я
Ст.,  адрес  единственного  места,  откуда  санитарная  ма¬
шина  могла  доехать  сюда  за  столь  короткое  время.
 Джеральд  Лестер  Мэрфи  был  молодым  человеком
двадцати  трех  лет.  Судя  по  фотографиям,  которые  поз¬
же  появились  в  печатщ  это  был  видный  и  симпатичный
 77

мужчина.  Он  работал  чертежником  во  второразрядном
техническом  бюро  в  Майами  во  Флориде  и  снимал  ком-,
нату  в  юго-западной  части  города.  Уже  в  шестнадцать
лет  ему  удалось  сдать  экзамены  по  управлению  самоле¬
том,  а  в  двадцать  три  он  держал  в  руках  диплой  штур¬
мана.  Одновременно  он  подал  прошение  о  зачислении
в  американские  военно-воздушные  силы.  Но  его  мечта
не  сбылась.  В  авиацию  не  принимали  близоруких.  Так
Джерри  и  работал  техническим  чертежником.  Впрочем,
иногда  он  подрабатывал  как  внештатный  пилот  у  част¬
ного  владельца  самолета.  Естественно,  он  не  очень-то
был  доволен  своей  судьбой.  Джеральд  Лестер  Мэрфи
ждал  от  жизни  большего.
 В  марте  1956  года  ему  наконец  улыбнулось  счастье.
Один  знакомый  представил  его  солидному  господину  по
имени  Артуро  Эспайа,  генеральному  консулу  Домини¬
канской  Республики  в  Нью-Йорке.
 Следующие  дни  Джеральд  Лестер  Мэрфи  жил  как
во  сне.  Благодаря  любезности  своего  нового  знакомого
он  на  очень  выгодных  условиях  устроился  пилотом
в  доминиканскую  авиационную  компанию  «Доминикана
де  авиасьон».  Зарплата  составляла  восемьсот  долларов
в  месяц  плюс  .  специальные  премии  за  внеочередные
рейсы.
 Пилоту  Мэрфи  пришлось  ждать  недолго,  уже  в  на¬
чале  апреля  появилась  реальная  возможность  иметь
премию.  С  помощью  доброго  господина  консула  он  по¬
лучил  приказ  от  компании  КДА  зафрахтовать  у  фирмы
«Трэйд  эйр»  в  Линдене  самолет  «Бичкрафт».  Затем  он
должен  лететь  с  каким-то  больным  богатым  доминикан¬
цем  из  Нью-Йорка  в  Тампу  во  Флориде.
 Итак,  Джерри  Мэрфи  сел  за  штурвал  двухмотор¬
ного  самолета  с  регистрационным  номером  68100.  Но
еще  до  этого  он  встретился  с  консулом  Эспайа  и  узнал
от  него,  что  больной  —  личность  известная,  он  хочет
вернуться  в  Доминиканскую  Республику,  но  не  заин¬
тересован  в  излишнем  шуме.  Ему  надо  выбраться  из
Соединенных  Штатов  Америки,  не  привлекая  к  себе
никакого  внимания.  Поэтому  необходимо  молчать,  а
кроме  того,  сделать  еще  один  определенный  маневр.
Мэрфи  полетит  на  маленький  частный  нью-йоркский
аэродром  не  прямым  курсом,  а  сначала  сядет  на  не-
 7§

скольких  других  аэродромах,  расположенных  побли¬
зости,  не  указывая  при  этом  конечного  пункта  своего
маршрута.  В  бортовой  же  журнал  он  ничего  не  будет
записывать,  ведь  можно  же  в  конце  концов  об  этом
забыть.
 Пилот  Мэрфи  решил,  что  богачи,  имеющие  возмож¬
ность  нанимать  самолеты,  могут  за  свои  деньги  позво¬
лить  себе  любые  причуды.  10  марта  он  вылетел  с  аэро¬
дрома  Линдена  и  приземлился  в  Ньюарке  в  Нью-
Джерси.  Он  переночевал^  в  гостинице,  а  на  следующее
утро  взял  курс  на  Нью-Йорк,  приземлившись  на  аэро¬
дроме  в  Стейтен-Айленде.  Там  он  заправился  горючим*
сказал,  что  полетит  на  Азоры,  но  на  самом  деле  отпра¬
вился  снова  в  Ньюарк.  В  Ньюарке  он  заявил,  что
направляется  в  Майами  во  Флориде,  но  приземлился
затем  в  аэропорту  недалеко  от  Эмитивиля  в  Лонг-
Айленде  на  восточной  окраине  Нью-Йорка,  где  с  утра
ждал  своего  пассажира  и  консула  Эспайа.
 После  десяти  вечера  «Бичкрафт»  Мэрфи  был  единст¬
венным  самолетом,  остававшимся  на  поле  аэродрома.
Ночной  сторож  спрятался  от  холодного  ветра  в  дере¬
вянном  домике.  Джерри  Мэрфи  сидел  в  темноте  и  чув¬
ствовал,  что  начинает  терять  терпение.  Было  уже  один¬
надцать,  когда  показались  фары  автомобиля.  Санитар¬
ная  машина  вылетела  прямо  на  летное  поле  и  резко
затормозила  у  самолета.  Из  машины  выскочил  консул
Эспайа  и  взволнованно  спросил  Мэрфи,  готов  ли  он
к  полету.  Два  человека  в  белых  халатах  уже  выносили
носилки  с  больным  и  грузили  их  в  самолет.  На  единст¬
венное  свободное  сиденье  «Бичкрафта»  возле  пилота
сел  здоровенный  угрюмый  детина,  припадавший  на
одну  ногу.  Это  был  надежный  «пистолеро»  Трухильо
Лудовино  Фернандес.  И  Мэрфи  мгновенно  понял,  кто
будет  командиром  «Бичкрафта»  во  время  этого  полета.
 Самолет  приземлился  рано  утром  на  маленьком  аэро¬
дроме  на  окраине  города  Майами  во  Флориде,  чтобы
заправиться  горючим.  Но  в  такое  раннее  время  на
маленьком  аэродроме  не  было  видно  никакого  движе¬
ния,  поэтому  Мэрфи  вынужден  был  снова  запустить
двигатели  и  сесть  на  аэродроме  Лантана.  Там  он  запра¬
вился  за  девяносто  пять  долларов,  дал  еще  десять  дол¬
ларов  чаевых,  прыгнул  в  кабину,  где  неподвижно  сидел
 7?

мрачный  Фернандес,  и,  поднявшись  в  воздух,  взял
курс  на  .  море.
 Багамы  с  бирюзовыми  лагунами,  потом  белое  побе¬
режье  Кубы  и,  наконец,  аэродром  Монте-Кристи  в
Доминиканской  Республике.  Пилот  Мэрфи  выполнил
гадание,  он  доставил  больного  доминиканца  вовремя.
Однако  он  несколько  удивился,  когда  к  «Бичкрафту»
подъехали  четыре  машины.  Из  них  выскочили  люди
в  гражданской  одежде,  а  также  офицеры.  Два  человека
поспешно  схватили  носилки  с  больным  и  буквально
побежали  с  ними  к  другому,  большому  военному  само¬
лету.  Пациента,  который,  вероятно,  все  еще  был  без
сознания,  быстро  погрузили,  после  чего  самолет  сразу
же  взлетел.
 И  только  потом  заметили  пилота  Мэрфи.
 —  Я  капитан  Октавио  де  ла  Маса,—  сказал  чело¬
век  в  голубой  форме  с  золотыми  галунами.—  Поздрав¬
ляю.  Вы  выполнили  приказ  отлично.  Вот  вам  чек.
Думаю,  что  для  вас  это  будет  приятным  сюрпризом.
 Джеральд  Лестер  Мэрфи  пожал  руку  симпатичному
на  вид  великану,  взглянул  на  чек  и,  пораженный,  вы¬
дохнул:
 —  Десять  тысяч  долларов!
 Для  новоиспеченного  богача  Мэрфи  началась  новая
жизнь.  И  довольно  приятная.  Первые  дни  он  жил  в  луч¬
шем  отеле  «Харагуа»,  петом  снял  симпатичное  бунгало,
окруженное  красивым  тропическим  садом.  Он  узнал,
что  будет  летать  вторым  пилотом  с  симпатичным  капи¬
таном  Октавио  де  ла  Масой,  и  очень  обрадовался.  Ведь
это  был  его  первый  знакомый  на  острове,  который  к  тому
же  осчастливил  его  таким  чеком.
 Мэрфи  вдохновляла  быстрая  карьера.  К  тому  же
он  получил  приглашение  к  властелину  страны  генера¬
лиссимусу  Трухильо.  Двадцатитрехлетний  американец,
воспитанный  на  голливудских  сказках  о  счастье  бедных
девушек,  о  головокружительных  карьерах  простых
молодых  людей,  неожиданно  очутился  в  обществе,  ко¬
торое  ему  приходилось  видеть  разве  что  на  экране  кино.
Больше  того,  он  был  одним  из  действующих  лиц  этого
вечера,  обставленного  с  роскошью,  соперничать  с  ко¬
торой  могла,  вероятно,  только  роскошь  индийских  ма¬
гараджей.

Однако  у  карьеры  непризнанного  чертежника  ш9
Майами  была  и  своя  изнанка,  которая  поначалу  от¬
нюдь  не  предвещала  трагедии.  Джерри  Мэрфи  подру¬
жился  со  своим  начальником  Октавио  де  ла  Масой.
От  него  он  узнал,  кто  был  тот  богатый  больной  домини¬
канец.  Капитан  Маса  еще  пояснил  ему,  что  профессор
Галиндес  —  враг  Доминиканской  Республики.  Своей
деятельностью  в  Соединенных  Штатах  Америки  про¬
фессор  наносил  ущерб  интересам  страны,  а  потому
его  надо  было  похитить  и  таким  образом  обезвре¬
дить.
 —  Он  в  тюрьме?  —  поинтересовался  Мэрфи.
 —  Я  пилотировал  самолет,  который  сел  с  ним  в  Сью¬
дад-Трухильо.  Там  его  принял  «калиес»  из  «Сегуридад
насьональ».  Больше  я  ничего  не  знаю  и  знать  не  хочу.
 Джеральд  Мэрфи  не  стал  расспрашивать.  Он  чувст¬
вовал,  что  это  было  бы  неуместно.  И  только  потом  узнал,
что  «калиес»  —  местное  оскорбительное  прозвище  агента
секретной  государственной  полиции.  Он  узнал  также,
что  профессор  Галиндес,  несмотря  на  то  что  не  был  аме¬
риканцем,  снискал  себе  в  Соединенных  Штатах  Америки
любовь  и  уважение  общественности.  Об  этом  говорит
хотя  бы  тот  факт,  что  на  следующий  же  день  после  его
исчезновения  в  ФБР  пришел  сам  ректор  Колумбийского
университета  Грейсон  Кирк  и  потребовал  незамедли¬
тельного  расследования  дела  об  исчезновении  профессо¬
ра.  В  письменном  столе  Галиндеса  пашли  письмо  профес¬
сора,  в  котором  были  выражены  опасения.  Профессор
писал,  что  в  течение  длительного  времени  за  ним  орга¬
низована  слежка,  что  несколько  раз  неизвестные  люди
угрожали  ему  по  телефону  и  намекали,  что  агенты  сек¬
ретной  службы  Трухильо  имеют  задание  его  убить.
 В  тот  же  день  в  полиции  появился  и  издатель  Галин¬
деса,  который  собирался  опубликовать  его  диссертацию
и  попросил  занести  в  протокол  характер  ее  содержания.
 У  полиции  в  руках  теперь  были  нити,  по  которым
следовало  вести  расследование.  Но  когда  криминалисты
стали  сопоставлять  факты,  то  натолкнулись  на  многие
другие  преступления.  При  восстановлении  пути  «Бичк-
рафта  Д-18»  Мэрфи  они  дошли  до  нью-йоркского  заго¬
родного  аэродрома.  Криминалисты  уже  знали,  что
в  ту  ночь  там  дежурил  сторож  Джозеф  Кэпелл,  Но  когда
 81

Попытались  с  ним  встретиться,  то  узнали,  что  он  уже
умер.  По  одной  версии  смерть  наступила  от  сердечного
приступа.  По  сообщениям  же  бульварной  нью-йоркской
прессы,  он-де  недостаточно  внимательно  помогал  запус¬
кать  двигатель  какому-то  неизвестному  спортивному
самолету.  При  запуске  Кэпелл  попал  под  лопасти  винта
и  при  перевозке  в  больницу  скончался.  Полиции  не
удалось  установить  ни  регистрационного  номера  этого
самолета,  ни  его  владельца,  ни  имя  пилота.
 Второй  жертвой  агентов  Трухильо  в  США  стал  Джо
Лей,  тот  самый  человек  на  аэродроме  Лантана,  который
рано  утром  за  девяносто  пять  долларов  эаправил  бен¬
зином  самолет  Джерри  Мэрфи.  Дело  в  том,  что  он  был
другим  возможным  свидетелем  похищения  профессора
Галиндеса,  мог  описать  внешность  преступника  и  под¬
твердить,  что  жертвой  явился  действительно  профессор
Галиндес.  Агенты  ФБР  не  установили  ничего.  Джо
Лей  вскоре  после  этого  погиб  в  автомобильной  катаст¬
рофе.  Это  произошло  ночью,  естественно,  без  свидетелей,
преступник  скрылся  с  места  происшествия  неза¬
меченным.
 Джерри  Мэрфи  стал  постепенно  осознавать,  в  каком
деле  он  участвовал.  Он  понял,  что  стал  одним  из  похи¬
тителей  профессора  Галиндеса,  а  за  похищение,  как
ему  было  известно,  в  Соединенных  Штатах  Америки
положено  такое  же  наказание,  как  и  за  убийство.  Мэр¬
фи  узнал  жестокость  полицейского  террора  Трухильо,
понял  некоторые  методы,  при  помощи  которых  семья
диктатора,  используя  свои  торговые  компании,  грабила
жителей  острова.  Все  это  заставило  его  взвесить  ситу¬
ацию  и  задуматься  над  тем,  что  делать  дальше.
 На  помощь  пришел  случай.  Джерри  Мэрфи  влюбил¬
ся.  Ее  звали  Салли  Кейр,  работала  она  стюардессой
в  американской  авиационной  компании  «Пан  Америкэн»
и  летала  на  линии,  которая  вела  через  Сьюдад-Трухильо.
Салли  удивлялась  обеспеченности  Джерри,  и  он  ей  на¬
конец  однажды  признался;  почему  компания  «Доми-
никана  де  авиасьон»  платит  ему  такие  большие  деньги
за  довольнб  редкие  полеты.
 Салли  Кейр  была  молодой  и  весьма  сообразительной
девушкой.  Она  сразу  поняла,  что  Джерри  грозит  опас¬
ность.  Из  нью-йоркских  еженедельников  Салли  знала
 82

подробности  дела  профессора  ГалинДеса  и  стала  наста¬
ивать  на  том,  чтобы  Джерри  покинул  Доминиканскую
Республику  первым  же  самолетом,  на  который  ему
удастся  попасть.
 И  тут  Джеральд  Лестер  Мэрфи  совершил  серьезную
ошибку.  Он  доверился  капитану  де  ла  Масе,  рассказал
о  деле  профессора  Галиндеса,  притом  в  баре  отеля  «Ха-
рагуа»,  забыв,  что  в  Сьюдад-Трухильо  уши  имеют  и
стены  баров..  Позже  выяснилось,  что  секретные  агенты
«Сегуридад  насьональ»  следили  за  ним  с  той  минуты,
когда  он  приземлился  на  аэродроме  Монте-Кристи.
 Капитан  Октавио  де  ла  Маса,  возможно,  действи¬
тельно  пытался  найти  выход  для  своего  коллеги  и  това¬
рища.  Он  советовал  ему  молчать  о  том,  что  было,  и  по¬
стараться  переубедить  свою  невесту.  Они  поженятся  и
будут  жить  в  Сьюдад-Трухильо  как  у  Христа  за  пазу¬
хой.  Да  и  компании  «Доминикана  де  авиасьон»  тоже
нужны  симпатичные  стюардессы.
 Но  Джерри  Мэрфи  решил  поступить  иначе.  В  отли¬
чие  от  всех  предыдущих  писем,  в  которых  он  хвастал¬
ся  родителям,  как  ему  хорошо  здесь  живется,  17  ноября
он  написал,  что  попал  в  неприятную  и  непредвиденную
ситуацию  и  вынужден  покинуть  доходное  место,  воз¬
вратиться  домой.  Естественно,  что  цензоры  Трухильо
письмо  прочитали.
 В  последних  числах  ноября  в  газете  «Эль  Карибе»
появилось  объявление,  в  котором  Мэрфи  на  выгодных
условиях  предлагал  купить  мебель  своей  квартиры  и
подержанный  «форд».  Салли  Кейр  встретилась  с  Джер¬
ри  еще  один  раз  3  декабря.  Между  ними  состоялась  ко¬
роткая  беседа  во  время  стоянки  самолета  компании
ПАА.  Потом  она  вспоминала,  что  Джерри  нервничал,
был  раздражительным,  как  будто  чего-то  боялся.  Он
сказал  ей,  правда  уже  без  особой  радости,  что  его  приг¬
ласили  в  резиденцию  Трухильо.
 Сообщения,  которые  позже  появились  в  некоторых
американских  газетах,  по-разному  описывают  дальней¬
шие  события.  По  одной  версии  в  тот  самый  критиче¬
ский  вечер  Мэрфи  был  в  резиденции  Трухильо  на  прие¬
ме,  по  другой  —  ему  якобы  позвонил  какой-то  друг  и
предложил  куда-нибудь  пойти  развлечься.  У  Мэрфи
было  отвратительное  настроение,  ему  не  хотелось  оста¬
 83

ваться  одному,  поэтому  он  согласился.  Когда  Мэрфи
вышел  из  бунгало  и  стал  искать  машину  друга,  из  тем¬
ноты  вынырнули  неизвестные  люди,  схватили  его,  бро¬
сили  в  черный  «крайслер»  и,  дав  полный  газ,  уехали.
Еще  один  неизвестный  завел  стоявший  у  дома  «форд»
Мэрфи  и  помчался  за  ними.
 На  следующее  утро  4  декабря  у  прибрежного  шоссе
за  городом  нашли  брошенный  автомобиль  Мэрфи.  Он
стоял  на  том  месте,  где  берега  острова  образуют  живо¬
писную  лагуну  с  не  совсем  приятным  названием  Акулья
бухта.  Это  название  не  было  символическим.  С  незапа¬
мятных  времен  с  расположенных  неподалеку  боен  сюда
сбрасывали  отходы,  поэтому  вода  в  заливе  буквально
кишела  акулами.  Агенты  «Сегуридад  насьональ»  не
выяснили  ничего.  Дверцы  машины  были  распахнуты
настежь,  но  тем  не  менее  не  было  обнаружено  ни  одной
улики,  свидетельствующей  о  происходившем.
 Родители  Джеральда  Лестера  Мэрфи  получили  сооб¬
щение  из  министерства  иностранных  дел  о  том,  что  их  сын
пропал  без  вести  в  доминиканском  Сьюдад-Трухильо.
Вместе  с  Салли  Кейр  они  отправились  в  столицу  дикта¬
тора,  где  посетили  полицай-президиум,  государствен¬
ного  обвинителя  и  министерство  юстиции.  Все  напрасно.
О  судьбе  Джерри  им  не  удалось  узнать  буквально
ничего.
 Когда  они  вошли  в  бунгало,  принадлежавшее  сыну,
все  выглядело  так,  будто  Джерри  выбежал  отсюда  ми¬
нуту  назад.  Вещи  были  на  своих  местах.  Но,  несмотря
на  это,  агенты  секретной  службы  еще  несколько  дней
назад  тщательно  осмотрели  здесь  каждый  ящик  и  унес¬
ли  с  собой  несколько  компрометирующих  предметов,
среди  которых  оказалась  и  записная  книжка  Джерри
с  алфавитным  указателем,  в  которой  на  странице  на
букву  Г  была  написана  фамилия  Галиндес.
 Салли  установила,  что  отсутствуют  все  письма,  кото¬
рые  она  посылала  Джерри,  его  документы  пилота  и  вы¬
резка  из  испанской  газеты  с  фотографией  группы  людей,
среди  которых  был  и  консул  Эспайа.  Джерри  Мэрфи,
когда-то  гордившийся  своим  новым  влиятельным  зна¬
комым,  написал  на  вырезке:  «Мой  новый  друг  генераль¬
ный  консул».  Когда  потом  американское  ФБР  беседовало
с  Эспайа,  он  заявил,  что  никогда  не  знал  никакого  Мэр¬

фи.  Когда  ему  показали  фотографию  летчика,  он  пока¬
чал  головой  и  сказал,  что  этого  человека  даже  не  видел.
 Капитан  Октавио  де  ла  Маса  был  еще  одним  непо¬
средственным  участником  похищения  профессора  Га-
линдеса.  Еще  до  исчезновения  своего  второго  пилота  он
понял,  что  его  жизни  также  угрожает  опасность.  Это
заставило  его  начать  подготовку  к  побегу  с  острова.
 Капитан  знал  методы  «Сегуридад  насьональ»  Тру¬
хильо  и  хорошо  понимал,  что  его  родители  поплатились
бы  жизнью,  если  бы  оп  убежал,  а  их  оставил  на  острове.
Поэтому  он  подал  прошение  в  американское  консульство
о  предоставлении  им  американских  виз  и  10  декабря
визы  получил.  Четырьмя  днями  позже  он  простился
с  родителями  в  аэропорту  Сьюдад-Трухильо,  догово¬
рившись  с  ними  через  несколько  дней  встретиться  на
Флориде.  Примерно  за  день  или  за  два  до  отлета  за  ка¬
питаном  Октавио  де  ла  Масой  пришли  агенты  «Сегури¬
дад  насьональ».
 —  Именем  закона  вы  арестованы  по  подозрению
в  убийстве  американского  Гражданина  Джеральда  Ле¬
стера  Мэрфи.  Вы  убили  его  и  бросили  тело  в  море  в  рай¬
оне  Акульей  бухты,—  сказали  они  удивленному  пилоту.
 7  января  1957  года  в  американское  консульство
в  Сьюдад-Трухильо  прибыл  высший  офицер  «Сегуридад
насьональ»  и  сообщил  генеральному  консулу  Стефен¬
сону,  что  капитан  Октавио  де  ла  Маса,  которого  аре¬
стовали  по  подозрению  в  убийстве  Джеральда  Лестера
Мэрфи,  повесился  в  своей  камере.  Он  оставил  письмо,
содержание  которого,  возможно,  заинтересует  господи¬
на  генерального  консула.  Консул  Стефенсон  был  пот¬
рясен.  Октавио  де  ла  Маса,  привилегированный  пилот
генералиссимуса  Трухильо,  который  часто  появлялся
в  парадной  форме  вместе  со  своим  господином,  призна¬
вался  в  убийстве.  Исходя  из  содержания  письма,  члены
семьи  умершего  и  полиция  должны  были  поверить
маловероятной  истории:  в  ту  роковую  ночь  он  со
своим  коллегой  отправился  на  прогулку.  Они  шли  по
шоссе,  извивавшемуся  по  берегу  моря.  Там  Мэрфи
вдруг  стал  дёлать  какие-то  нелепые  и  безнравствен¬
ные  предложения.  Это  настолько  вывел  о.  из  себя  капи¬
тана,  что  произошла  стычка.  В  этой  отычке  в  приступе
ярости  Дё  ла  Маса  сбросил  Мэрфи  со  Скалистого  берега
 83

в  море.  Только  опомнившись,  он  осознал,  что  в  состоя¬
нии  аффекта  совершил  страшное  преступление,  и  решил
покончить  жизнь  самоубийством.
 Позже  при  сравнении  в  лабораториях  ФБР  в  Ва¬
шингтоне  почерка  капитана  в  письме  с  другими  бумага¬
ми,  которые  предоставили  в  распоряжение  полиции
родственники  так  называемого  самоубийцы,  оказалось,
что  это  очень  грубая  подделка.
 Криминалисты  ФБР  не  сдавались.  Из  показаний
Салли  Кейр  они  знали,  что  при  похищении  профессора
Галиндеса  рядом  с  пилотом  Мэрфи  сидел  некий  Фернан¬
дес.  Теперь  они  установили,  что  на  счету  Фернандеса
было  несколько  убийств,  его  разыскивала  полиция
многих  стран.  На  территории  Соединенных  Штатов
Америки  его  не  оказалось,  тогда  они  отправились  за
ним  в  Доминиканскую  Республику.
 В  Сьюдад-Трухильо  криминалистов  ожидал  двой¬
ной  сюрприз.  Коллеги  из  «Сегуридад  насьональ»  с  со¬
жалением  сообщили  им,  что  Фернандес  пропал  без  вести.
Криминалисты  пожелали  поговорить  с  его  женой.  Она-
то  должна  знать,  где  ее  муж.  Но  сеньора  Фернандес
уже  не  могла  им  дать  никакой  информации.  Дело  в  том,
что  несколько  дней  назад  она  погибла  в  автомобильной
катастрофе  прямо  в  центре  города.
 Фернандес,  без  сомнения,  был  квалифицированным
«пистолеро»,  но  и  член  личной  охраны  диктатора,  чер¬
нокожий  лейтенант  Сесиль  Лелюа,  был  мастером  своего
дела.  Оп  был  родственником  первой  жены  Трухильо,
Админты  Ледесмы.  Видимо,  поэтому  Благодетель  страны
доверял  ему  такие  деликатные  задания.  На  совести
Лелюа  убийство  противника  диктатора  доктора  Лай¬
та,  он  избавил  своего  господина  и  властелина  страны
от  неугодного  плантатора  Трена  Переса,  на  гасьенде
которого  укрывались  члены  Комитета  демократической
молодежи.  Сесиль  Лелюа  был  участником  расправы
«Сегурирад  насьональ»  над  одиннадцатью  студентами-
оппозиционерами.  Он  совершил  поездку  в  Гавану,  где
работал  против  Трухильо  доминиканский  эмигрант  Эн¬
рике  Энрикес,  и,  используя  старый,  испытанный  метод,
вывез  его  в  Доминиканскую  Республику.  Здесь.  Сесиль
Лелюа  его  замучил,  а  тело  сбросил  в  Акулью  бухту.
Сесиль  Лелюа,  кроме  всего  прочего,  был  убийцей  секре¬
 86

таря  Доминиканской  народной  партии  в  эмиграции
Мануэля  Сантаны.  Поэтому  не  удивительно,  что  челове¬
ку  с  таким  богатым  послужным  списком  и  такой  квали¬
фикацией  было  поручено  «разбирательство  дела»  про¬
фессора  Галиндеса.
 Общественность  вряд  ли  теперь  узнает  подробно¬
сти  его  убийства.  Не  вызывает,  однако,  сомнения,  что
Лелюа  допрашивал  его,  используя  проверенные  методы,
что  всеми  способами  он  старался  заставить  его  отдать
рукопись  книги  «Эра  Трухильо»  и,  конечно  же,  профес¬
сор  отверг  все  эти  предложения.
 Труд  Галиндеса  вышел  в  1958  году  в  Буэнос-Айресе
под  названием  «Эра  Трухильо».  В  это  время  автора  уже
не  было  в  живых.
 Когда  несколько  лет  назад  я  изучал  в  Гаване  мате¬
риалы,  касающиеся  дела  «карибского  цезаря»,  друзья
обратили  мое  внимание  на  книгу  профессора  Галиндеса.
Это  —  яростное  обвинение  в  адрес  закоренелого  пре¬
ступника.  Не  удивительно,  что  Трухильо  любой  ценой
хотел  воспрепятствовать  ее  выходу  в  свет.  Некоторые
другие  документы,  иллюстрирующие  методы  правления
деспота  страны,  представляют  собой  еще  более  потрясаю¬
щие  свидетельства.
 Выбившись  из  самых  низов,  Трухильо,  бывший  ко¬
нокрад,  стал  владельцем  трети  земельных  угодий  остро¬
ва,  восьмидесяти  процентов  сахарных  заводов.  Его  со¬
стояние  оценивали  в  восемьсот  миллионов,  а  иногда
и  в  два  миллиарда  долларов.  Кроме  всех  возможных
напыщенных  титулов,  которые  в  большинстве  случаев
он  присвоил  себе  сам,  университет  в  Питтсбурге  дал  ему
почетное  звание  доктора,  и  пять  других  американских
университетов  последовали  этому  примеру.  Римский
папа  наградил  его  Большим  крестом  ордена  святого  Ге¬
оргия.  Трухильо  был  награжден  более  чем  восьмьюде¬
сятью  иностранными  орденами,  многими  почетными
званиями  и  титулами.
 Как  он  добился  этого?  Он  хорошо  знал,  на  кого  мож¬
но  прикрикнуть,  а  кому  следует  поклониться.  И  на¬
конец,  или,  лучше  сказать,  в  самом  начале,  ему  предста¬
вился  случай,  который  он  не  упустил.  Этим  случаем
была  американская  оккупация  острова.
 Оккупанты,  которых  на  острове  звали  «маринос»,
 97

не  чувствовали  себя  достаточно  прочно  в  политическом
отношении.  С  большим  трудом  они  привлекали  местных
жителей  к  сотрудничеству.  Но  молодой  Трухильо
Молина  был  одним  из  немногих  проявивших  интерес
к  службе  в  Национальной  гвардии.  Очевидно,  в  ок¬
купационной  армии  он  служил  так,  как  хотели  этого  ее
командиры,  иначе  американцы  не  выбрали  бы  его  позже
в  число  шести  будущих  полицейских  офицеров;
 Семья  Трухильо  на  этом  поприще  имела  определен¬
ные  традиции.  Дед  Молины,  родом  из  Гаваны,  был  в  свое
время  капитаном  полиции.  Отец  слыл  не  очень  уважа¬
емым  торговцем.  У  сына  была  растрата  во  время  службы
на  почте,  позже  перед  судом  он  предстал  за  махина¬
цию  с  векселями  и  за  кражу  скота.  Но  все  это  не  поме¬
шало  ему  стать  полицейским  офицером.  Когда  же  ок¬
купанты  после  восьми  лет  пребывания  в  стране  уходили
домой,  они  назначили  его  шефом  местной  полиции,  ко¬
торая  стала  базой  для  создания  армии.  Рафаэль  Леони-
дас  Трухильо,  таким  образом,  мог  себе  позволить  боль¬
ше,  чем  кто-либо  другой  на  острове,  и  сумел  этот  шанс
использовать  полностью.
 Позже  он  писал  в  тексте  для  школьного  букваря:
 «Полицейский  —  твой  самый  лучший  защитник.
Каждый  член  правительства—твой  лучший  советчик,  а
каждый  судья—твой  лучший  друг.  Если  тебе  станет  из¬
вестно,  что  кто-то  хочет  изменить  существующий  строй,
выдай  его,  так  как  он  самый  плохой  из  всех.  Посажен,-
ный  в  тюрьму  преступник  либо  кого-то  убил,  либо  что-
то  украл.  Коммунист  же  хочет  лишить  жизни  всех
людей,  которых  он  встретит,  украсть  все,  чего  мы  доби¬
лись,  и  то,  что  является  твоей  собственностью,  собст¬
венностью  твоего  соседа.  Он  твой  самый  большой  враг».
 Маленький,  ростом  в  сто  шестьдесят  пять  сантимет¬
ров,  усердный  диктатор  привык  работать  по  многу
часов  и  неустанно  заботиться  о  терроре  своих  подданных
и  приумножении  своего  состояния.  И  то  и  другое  ему
удавалось.Он  хорошо  выглядел  для  своих  лет,  занимался
спором,  владел  тремя  яхтами,  тридцатью  пятью  лич¬
ными  автомобилями,  пятью  роскошными  дворцами.  Он
всегда  носил  пуленепробиваемый  жилет.  Даже  под  па¬
радной,  вышитой  золотом  военной  формой,  за  которую
заплатил  в  Соединенных  Штатах  Америки  десять  тысяч

долларов.  Он  жил  в  резиденции,  которую  можно  на¬
звать  неприступной  и  где  можно  было  жить  в  случав
осады.  В  ней  была  поликлиника,  косметический  салон,
спортзал,  искусственный  каток  и  кинотеатр.
 Его  торговый  талант  был  поистине  фантастичным.
Когда  у  него  еще  совсем  ничего  не  было,  кроме  долж¬
ности  шефа  армии,  он  назначил  свою  жену  монопольной
прачкой  армейского  белья.  Мария  Мартинес  открыла
большую  прачечную,  а  ее  муж  ежемесячно  удерживал
с  военнослужащих  почти  половину  заработной  платы
за  стирку.
 Это  был  первый  успешный  шаг  к  богатству.  Позже
семейный  клан  Трухильо  завладел  производством  стали,
производством  и  продажей  лекарств,  цементными  и  са¬
харными  заводами,  производством  какао,  масла,  таба¬
ка  и  мяса,  ему  принадлежали  страховые  компании.
 Когда  Трухильо  распорядился  построить  большую
лакокрасочную  фабрику,  он  одновременно  издал  важный
указ  о  том,  что  все  владельцы  домов  должны  ежегодно
красить  их  фасады.  Когда  он  открыл  предприятие  по
производству  колючей  проволоки,  то  повелел,  чтобы  все
усадьбы  были  обнесены  соответствующим  забором.  А  так
как  он  хотел  еще  завладеть  и  рыболовством,  а  выбрасы¬
вать  деньги  на  рыболовные  суда,  по  его  мнению,  было
ненужной  затеей,  то  в  море  с  сетями  стали  выходить  ко¬
рабли  доминиканских  военно-морских  сил.  Используя
экономику  страны,  он  беспардонно  зарабатывал  на  всем.
 Трухильо  не  уважал  никого  и  ничего,  кроме  аме¬
риканских  монополий.
 Методы  Трухильо  не  редкость  в  Латинской  Америке.
Анастасио  Сомоса,  ставший  президентом  Никарагуа
по  милости  США,  правил  страной  подобным  образом
в  течение  многих  лет  и  стал  самым  богатым  челрвеком
своей  страны.  Кубинский  диктатор  Фульхенсио  Батиста
располагал  лучшими  возможностями,  так  как  Куба
была  более  развитой  страной,  но  у  него  не  было  таких
способностей,  и  ему  не  удалось  нажить  такое  большое
состояние.
 У  Трухильо  были  хорошие  отношения  с  Вашингто¬
ном,  он  без  единого  возражения  делал  все,  что  прика¬
зывали  ему  американцы.  Когда  же  его  состояние  возрос¬
ло  настолько,  что  он  стал  дочти  монопольным  владель¬

цем  промышленности  и  торговли  на  острове,  интересы
клана  Трухильо  столкнулись  с  интересами  американ¬
ских  фирм.
 Это  было  началом  конца  диктатора.  И  уже  не  могли
помочь  огромные  взятки,  которые  от  него  регулярно
получали  американские  государственные  деятели..  Не¬
которым  влиятельным  сенаторам  он  выплачивал  по
75  ООО  долларов  ежегодно,  представителям  подкомите¬
тов  —  по  15  ООО,  рядовым  конгрессменам  —  по  5000.
Генеральный  консул  Артуро  Эспайа,  или,  иначе,  секрет¬
ный  агент  разведывательной  службы  СИМ,  который  ор¬
ганизовал  похищение  профессора  Галиндеса,  назвал
потом  среди  получателей  взяток  сенаторов  Термонда,
Эллендера,  Берда,  Мартина  и  других.
 В  мировой  печати  стали  появляться  статьи,  кри¬
тикующие  и  осуждающие  террор  Трухильо  в  то  время,
когда  диктатор  по  примеру  Комитета  по  расследованию
антиамериканской  деятельности  в  США  решил  поста¬
вить  коммунистическую  партию  вне  закона  и  учредил
Комитет  по  расследованию  антидоминиканской  дея¬
тельности.  Одновременно  он  провозгласил  себя  Вели¬
ким  антикоммунистом  мира  и  Вождем  похода  против
большевиков.  Причем  террор,  который  он  развернул
против  своих  врагов  и  потенциальных  противников
в  стране,  вышел  за  рамки  обычного  и  для  «банановых»
республик.
 Папа  римский  Иоанн  XXIII  критически  отозвался
о  систематическом  нарушении  демократических  прин¬
ципов  и  основных  прав  человека  в  Доминиканской
Республике.  На  это  Трухильо  среагировал  по-своему.
В  костелах  стали  взрываться  бомбы,  неизвестные  пре¬
ступники  крали  у  священнослужителей  автомобили,
которые  потом  находили  у  входов  в  публичные  до¬
ма.
 Будущий  атташе  доминиканского  посольства  в  Па¬
риже  адвокат  Хазим  Суберо  заявил  в  1964  году  в  ин¬
тервью  западногерманскому  журналу  «Штерн»:  «Я  вме¬
сте  с  несколькими  товарищами  готовил  в  1960  году  за¬
говор  против  режима  Трухильо.  Но  нас  предали,  и  мы
были  арестованы.  Посадили  нас  по  десять  человек  в  ка¬
меры  площадью  в  три  квадратных  метра.  В  этих  каме¬
рах  не  было  даже  окна.  Мы  провели  там  десять  дней.
 00

Нас  раздели  донага  и  не  давали  пить.  Каждую  ночь
около  двух  часов  ночи  нас  в  кандалах  вели  на  допрос,
где  стегали  кнутом  до  шести  часов  утра.  Трое  из  нас
умерли  во  время  пыток».
 Еще  более  потрясающие  факты  приводит  В.  Шрейер
в  своей  статье  «Доминиканская  трагедия».  Будущий
доминиканский  посол  в  Мадриде  врач  Мануэль  Баррера
рассказал,  что  в  ночь  на  1  июня  1961  года  после  поку¬
шения  на  Трухильо  в  двери  его  дома  постучали  трое
раненых:  «Я  перевязал  их,  не  расспрашивая  ни  о  чем.
Вскоре  после  того,  как  они  покинули  мой  дом,  я  был
арестован  и  доставлен  к  шефу  секретной  службы,  брату
Порфирия  Рубиросы.  Щипцами  мне  выдергивали  ногти
на  ногах,  под  ногти  пальцев  рук  загоняли  иголки.  По¬
том  голого  привязали  к  электрическому  стулу.  Во  вре¬
мя  пыток  присутствовал  Рамфис  Трухильо,  который
подбадривал  мучителей.  Потом  пришел  посмотреть  его
восемнадцатилетний  брат  Радамес  с  компанией  пьяных
парней  и  девушек.  Радамес  делал  из  газетной  бумаги
длинные  жгуты,  зажигал  их  и  подносил  к  моему  телу.
Потом  он  приказал  снова  отвести  меня  в  камеру,  собст¬
венноручно  принес  и  открыл  Несколько  банок  с  крас¬
ными  муравьями  и  стал  наблюдать  через  глазок  за
мучениями».
 Тогдашний  командующий  военной  авиацией  Рам¬
фис  Трухильо,  однако,  всех  превзошел  своими  варвар¬
скими  видами  пыток.  Голодному  узнику  Мигелю  Баэсу
он  велел  дать  рис  с  мясом.  Когда  же  бедняга  все  съел,
ему  сказали,  что  это  было  мясо  его  сына.  В  доказатель¬
ство  этого  Рамфис  приказал  принести  на  серебряном
блюде  отрубленную  голову  маленького  Баэса.  Мигель
Баэс  тут  же  скончался  от  разрыва  сердца.
 До  самой  победы  кубинской  революции  в  1959  году
диктатор  Доминиканской  Республики  мог  добиться
всего,  чего  он  желал.  Когда  2  января  1959  года  Фидель
Кастро  вступил  В  Гавану,  позиции  Трухильо  пошат¬
нулись.
 Доминиканская  оппозиция  использовала  новые  воз¬
можности.  В  шоне  1959  года  на  берегах  острова  недале¬
ко  от  Маймона  и  Эстеро-Ондо  высадились  три  группы
борцов  за  свободу  из  рядов  доминиканских  эмигрантов.
Сто  восемьдесят  вооруженных  человек  восстали  против
 91

Диктатора  и  заняли  горный  отель  Трухильо  для  бога¬
тых  гостей.
 Трухильо  немедленно  мобилизовал  все  свои  силы.
Он  бросил  на  борьбу  с  революционерами  истребители
и  быстроходные  боевые  корабли.  Бойцы-революцио¬
неры  остались  без  связи  с  большой  землей,  без  продо¬
вольствия  и  вооружения,  они  были  окружены  и,  на¬
конец,  вынуждены  были  сдаться,  имея  перед  собой  в  не¬
сколько  раз  превосходящие  силы  доминиканской  армии.
Затем  диктатор  еще  раз  продемонстрировал,  на  что  он
способен.  Всех,  кроме  тех,  кто  погиб  в  Кордильерах,
он  приказал  замучить  в  тюрьме  Ла-Куаренте  или  рас¬
стрелять  в  Сан-Исидро.  Примерно  человек  двадцать
безоружных  взял  себе  сын  Трухильо  Рамфис,  решив
осуществить  дьявольскую  затею.  Он  приказал  погру¬
зить  их  в  самолет,  поднялся  с  ними  на  высоту  двух  ты¬
сяч  метров  и  потом  сбрасывал  их  по  одному  вниз  для
того,  чтобы  вечером  в  развеселившейся  компании  хвас¬
таться  тем,  что  он  единственный  видел,  как  партизаны
летают.
 Рафаэль  Трухильо  отпюдь  не  был  человеком,  игно¬
рирующим  политику.  Он  хорошо  знал,  что  необходимо
действовать  против  растущего  организованного  сопро¬
тивления.  Поэтому  было  организовано  покушение  на
президента  Венесуэлы  Ромуло  Бетанкура.
 Дело  в  том,  что  у  Трухильо  с  ним  были  свои  старые
счеты.  Во  время  диктатуры  Хименеса  Бетанкур  пере¬
селился  в  Доминиканскую  Республику  и  "занялся  там
торговлей  южными  фруктами.  В  результате  он  стал  кон¬
курентом  семейной  монополии  Трухильо.  Юридически
Бетанкур  был  совершенно  неуязвим,  и'поэтому  члены
семьи  Трухильо  решили  проблему  по-своему.  Брат
диктатора  Эктор  напал  на  Бетанкура  вечером  на  улице
и  с  помощью  дружков  избил  его.  Бетанкур  покинул
остров  и  с  той  поры  стал  врагом  семьи  Трухильо.  Поз¬
же,  когда  он  снова  пришел  к  власти  и  стал  выступать
с  критикой  методов  доминиканского  диктатора  на  меж¬
дународной  арене,  Трухильо  решил,  что  в  назидание
всем  остальным  его  следует  убить.
 Заговорщики  собрались  в  аэропорту  в  Гаване.
Кроме  двух  бывших  офицеров  СС,  которые,  несмотря
па  долгие  годы  службы  в  Латинской  Америке,  все  еще
 93

недостаточно  хорошо  говорили  по-испански,  у  всех
были  фальшивые  документы  кубинских  туристов.  Са¬
молетом  компании  «Пан  Америкэн»  через  Сан-Хосе  и
Маракайбо  они  прибыли  в  Каракас.
 Заговорщики  готовились  убить  президента  Бетан¬
кура  24  июня  1960  года  во  время  праздничного  военного
парада  в  Каракасе.  Секретная  служба  СИМ  предоста¬
вила  в  их  распоряжение  опытных  пиротехников.  Под¬
рывники  вмонтировали  взрывное  устройство  в  легковой
автомобиль,  стоявший  на  улице,  по  которой  проезжал
президент.  Техник  доминиканской  секретной  службы
должен  был  произвести  дистанционный  взрыв.
 Покушение  прошло  по  программе,  но  без  успеха.
Взрывчатка  взорвалась,  машина  президента  получила
повреждения.  Погиб  адъютант  президента,  но  сам  пре¬
зидент  отделался  лишь  несколькими  легкими  ожогами
руки.
 Доминиканским  диверсантам  удалось  на  частном
самолете  пересечь  венесуэльскую  границу.  Только  од¬
ного  из  них  арестовала  венесуэльская  полиция.  По¬
лицейские  не  поверили  его  кубинским  докумен¬
там.
 Венесуэльская  секретная  служба  установила,  что
в  Сан-Исидро  секретная  служба  СИМ  готовила  покуше¬
ние  на  венесуэльского  президента,  что  именно  здесь
проводились  опыты  с  взрывчаткой.  Бетанкур  подал  офи¬
циальную  жалобу  в  Организацию  американских  госу¬
дарств  (ОАГ),  которая  распорядилась  расследовать  эта
дело,  а  уже  через  месяц  комитет  ОАГ  опубликовал  ре¬
зультаты  расследования  покушения.  Из  них  однознач¬
но  следовало,  что  приказ  о  покушении  отдал  сам  Тру¬
хильо.
 В  августе  1960  года  в  столице  Коста-Рики  собралась
конференция  министров  иностранных  дел  государств—
членов  ОАГ.  Американские  политики  намерены  были
использовать  эту  встречу  на  высоком  уровне  для  созда¬
ния  единого  фронта  против  Кубы  Фиделя  Кастро.  Госу¬
дарственный  секретарь  США  Гертер  в  связи  с  этим
стремился  замять  «дело  Трухильо»  и  предлагал,  чтобы
ОАГ  выразила  правительству  Доминиканской  Респуб¬
лики  всего  лишь  несогласие  с  попыткой  убийства  пре¬
зидента  Бетанкура.

Впервые  за  тридцать  лет,  в  течение  которых  амери¬
канские  представители  защищали  своего  фаворита  в  Ка-
рибском  районе,  Соединенные  Штаты  Америки  вынуж¬
дены  были  отступить.  Все  министры  иностранных  дел
ОАГ  выступили  против  предложения  Вашингтона,  они
потребовали  немедленного  разрыва  дипломатических
отношений  с  Доминиканской  Республикой,  запрещения
поставок  оружия  Трухильо  и  экономического  бой¬
кота.
 Трухильо  стал  для  вашингтонских  политиков  не¬
нужным  балластом.  А  в  американской  печати  все  чаще
стали  появляться  статьи,  предвещающие  скорое  паде¬
ние  властелина  острова.
 Под  вечер  последнего  дня  мая  1961  года  диктатор
Трухильо  неожиданно  решил  предпринять  инспекцион¬
ную  поездку.  Его  сопровождал  военный  министр  ге¬
нерал  Роман  Фернандес,  муж  двоюродной  сестры  Тру¬
хильо  Мирелл.  Трухильо  не  предполагал,  что  и  он  яв¬
ляется  одним  из  заговорщиков.  Когда  они  выехали  из
резиденции,  лейтенант  личной  охраны  диктатора  Амадо
Гарсиа  Герреро  сообщил  остальным  членам  заговора
о  поездке.
 Диктатор  собирался  немного  задержаться  на  вилле
Радамес,  а  на  ночь  хотел  остановиться  в  своем  феодаль¬
ном  деревенском  ранчо  «Эстансиа  фундасьон»,  жилые  по¬
мещения  которого  были  обставлены  необычайно  пом¬
пезно.  Сюда  Трухильо,  теперь  уже  семидесятилетний
старик,  приезжал  со  своими  любовницами.
 План  заговорщиков  был  прост.  Два  автомобиля  пере¬
кроют  шоссе,  ведущее  от  виллы  Радамес  в  «Эстансиа
фундасьон»,  третий  обгонит  «шевроле»  Трухильо,  и
заговорщики  в  упор  расстреляют  тирана  из  своих  авто¬
матов.  После  смерти  диктатора  власть  в  стране  перейдет
к  хунте  во  главе  с  военным  министром  генералом
Романом.
 Кто  же  были  эти  заговорщики,  которые  решились
свергнуть  диктатора,  правившего  страной  в  течение
тридцати  одного  года?  Конечно  же,  в  данном  случае
нельзя  говорить  о  заговоре  социалистических  или  про¬
грессивных  сил.  Большинство  из  девяти  бунтарей  были
выходцами  из  богатых  семей,  многие  прежними  ком¬
паньонами  Трухильо.  Некоторые  являлись  даже  со¬
 04

участниками  его  преступлений,  и  совесть  их  была  далеко
не  чиста.
 Бывший  министр  иностранных  дел  и  председатель
партии  Трухильо  Модесто  Диас  был  старым  другом
семьи  диктатора,  его  даже  называли  дядюшкой.  Его  брат
генерал  Хуан  Томес  Диас  слыл  нестареющим  волокитой
и  сибаритом.  В  свое  время  он  кутил  вместе  с  Трухильо.
Потом  деспот  отбил  у  него  любовницу,  да  еще  к  тому  же
соблазнил  дочь.  Когда  же  Диас  запротестовал,  Тру¬
хильо  в  присутствии  свидетелей  ударил  своего  ми¬
нистра  и  генерала  хлыстом  по  лицу.  Сальвадор  Эстрелья
был  директором  строительного  предприятия,  связан¬
ного  с  махинациями  клана  Трухильо.  Таким  образом,
и  у  него  совесть  была  нечиста.  Антонио  Имберт  Баррерас
в  1961  году  уже  не  имел  влияния.  Когда-то  он  занимал
пост  губернатора  провинции  Ла-Плата,  потом  скатился
до  директора  лотереи  Трухильо;  в  1965  году*  когда
американская  армия  во  второй  раз  оккупировала  Доми¬
никанскую  Республику,  он  опять  временно  приблизил¬
ся  к  правящим  кругам.  В  1961  году  он  был  директором
американского  цементного  завода  «Ре^и  микс».  Его  брат,
высший  офицер  армии  Трухильо,  подозреваемый  в  со¬
трудничестве  с  заговорщиками,  которые  высадились
у  Луперона,  был  осужден  на  тридцать  лет  тюрьмы  стро¬
гого  режима.  Посредником  между  Баррерасом  и  Диасом
стал  управляющий  сетью  заправочных  станций  Луис
Амиана.  Один  из  руководителей  заговора  —  бывший
адъютант  Трухильо  Антонио  де  ла  Маса,  брат  коварно
убитого  летчика-калитана,  связанного  с  похищением
профессора  Галиндеса.
 «Шевроле»  Трухильо  был  серийной  моделью  выпус¬
ка  1957  года.  У  него  не  имелось  ни  пуленепробиваемых
стекол,  ни  бронированного  корпуса.  Только  возле  во¬
дителя,  который  одновременно  был  личным  телохрани¬
телем  диктатора,  лежал  наготове  автомат,  другой  был
спрятан.  Это  были  ямериканские  М-1,  такие  же,  какие
были  у  заговорщиков.  Когда  машина  с  диктатором  вы¬
шла  на  автостраду  за  городом,  недалеко  от  ресторана
«Эль  Пони»,  8а  ней  показались  огни  автомобиля  заго¬
ворщиков.
 За  рулем  сидел  Антонио  Имберт  Баррерас,  рядом
с  ним  с  автоматом  на  коленях  —  лейтенант  Герреро.
 95

Сальвадор  Эстрелья  и  Антонио  де  ла  Маса  приготовили
автоматы  для  стрельбы  на  задних  сиденьях.  Два  дру¬
гих  автомобиля  уже  загородили  дорогу.
 «Шевроле»  Трухильо  и  машина  с  заговорщиками
проехали  мимо  ресторана  «Эль  Пони»,  где  за  рюмкой
виски  сидел  бывший  консул  в  Нью-Йорке,  тайный  агент
ЦРУ  и  одновременно  офицер  доминиканского  разведы¬
вательного  центра  СИМ  Артуро  Эспайа.  Впоследствии
никто  не  верил,  что  в  этот  ресторан  на  окраине  города
он  попал  совершенно  случайно.  Наоборот,  его  присут¬
ствие  в  непосредственной  близости  от  места  покушения
дало  повод  для  обоснованных  предположений,  что  за
спиной  заговорщиков  стояла  американская  секретная
служба,  а  Эспайа  осуществлял  контроль  за  проведением
акции.  Это  подозрение  подтверждает  и  тот  факт,  что
мировая  общественность  узнала  о  покушении  на  дикта¬
тора  не  из  Доминиканской  Республики,  а  из  Вашинг¬
тона.
 Само  покушение  проходило  просто.  Заговорщики,
обгоняя  машину  Трухильо,  выстрелили  по  ней  из  авто¬
матов.  Шофер  диктатора,  увидев  машины,  стоящие  впе¬
реди,  остановился,  включил  заднюю  скорость  и  попы¬
тался  быстро  выскочить  из  ловушки.  Когда  же  он  убе¬
дился,  что  от  террористов  не  уйти,  он  выскочил  наружу
и  укрылся  за  машиной.  Трухильо  сделал  то  же  самое.
Акция  продолжалась  недолго.  Антонио  де  ла  Маса
подкрался  к  Трухильо  сбоку  и  дал  длинную  очередь.
Ненавистный  диктатор  повалился  мертвым  на  землю.
 Артуро  Эспайа,  услышав  стрельбу,  выскочил  из
ресторана,  сел  в  машину  и,  дав  полный  газ,  помчался
на  виллу  генерала  Романа.  Он  сказал  генералу,  что  ему
надо  быть  на  важном  совещании,  но  отвез  его,  однако,
в  крепость  Осаму  и  велел  запереть  в  камере.  Потом  по¬
ехал  к  генералу  Диасу.  Глава  хунты  генерал  Диас  за¬
явил,  что  в  акции  он  прямого  участия  не  принимал  и
ничего  не  предпримет,  пока  не  увидит.труп  Трухильо.
 И  тут  перед  окнами  дома  Диаса  остановился  автомо¬
биль  с  .  заговорщиками.  В  багажнике  лежал  мертвый
Трухильо.  Полковник  Эспайа  не  мог  и  желать  большего.
 Террористы  заплатили  жизцями  за  смерть  диктатора.
Скрыться  удалось  лишь  Антонио  Имберту  Баррерасу
н  Луису  Амиану.  Трухильо  был  мертв^  но  его  система
 96

продолжала  жить.  «Сегуридад  насьональ»  арестовала
тысячи  неугодных  лиц.  Сотни  противников  режима
умерли  в  полицейских  застенках.
 Через  три  дня  после  покушения  министр  обороны
Кубы  Рауль  Кастро  сказал  на  митинге  в  Гаване:  «Тру¬
хильо  в  конце  концов  стал  для  них  обузой  (для  прави¬
тельства  США  и  президента  Кеннеди,—  Прим.  авт.).
Конечно,  для  них  было  бы  лучше  избавиться  от  него  бес¬
кровным  способом.  Нам  известно,  что  они  намекали  на
то,  что  ему  надо  уйти,  и  мы  знаем  также,  почему  они  это
делали.  Не  исключено,  что  об  этом  ему  было  сообщено
дипломатическим  путем.  Трухильо  еще  пытался  сопро¬
тивляться,  просил,  чтобы  мог  остаться  у  власти  хотя  бы
его  брат.  Ему  сказали,  что  должны  исчезнуть  все  Тру¬
хильо,  что  необходимо  провести  «демократические»  вы¬
боры.  Трухильо  ответил,  что  на  этих  условиях  он  но
собирается  уходить  в  отставку.  Вы,  вероятно,  помните,
что  неожиданно  он  приостановил  свои  акции  против
Кубы,  что  разрешил  передавать  по  радио  некоторые  речи
Фиделя  Кастро,  приказал  выдворить  из  страны  некото¬
рых  наемников  (кубинские  контрреволюционеры,—
Прим.  авт.)  и  начал  утверждать,  что  готовит  земельную
реформу,  учреждал  кооперативы  по  нашему  образцу.
Перед  империалистами  встала,  таким  образом,  пробле¬
ма,  как  от  него  избавиться.  По  истечении  некоторого
времени,  в  течение  которого  Трухильо  продолжал  свою
игру,  это  наконец  случилось.  И  кто  первым  рассказал
об  обстоятельствах  таинственного  убийства?  Американ¬
ское  правительство».
 Пока  что  не  удалось  представить  вещественные  дока¬
зательства  того,  что  за  кулисами  покушения  на  Тру¬
хильо  стояло  ЦРУ,  хотя  в  печати  и  появились  такие
сообщения.  Можно,  таким  образом,  только  строить  пред¬
положения.  Криминалисты  часто  задают  главный  во¬
прос:  кому  было  выгодно  убийство?  Совершенно  ясно,
что  заговорщики  стреляли  в  деспота  не  потому,  что  они
были  возмущены  угнетением  и  эксплуатацией  населения
Доминиканской  Республики.  Скорее  всего,  они  почувст¬
вовали  возможность  захватить  его  трон,  когда  Трухильо
впал  в  немилость.
 Семейный  клан  Трухильо  вышел  из  этого  сражения
победителем.  Благодетель  страныЛ  их  отец1  предусмот-
 4  В.  П.  Боровичка
 97

рительно  переводил  миллионные  суммы  на  счета  в  швей¬
царские  банки.  Капитал  и  ценные  антикварные  вещи,
картины  и  драгоценности,  которые  семье  удалось  вы¬
везти  за  границу,  оцениваются  специалистами  в  Во¬
семьсот  миллионов  долларов..
 Арисменди  Трухильо  украл  из  Доминиканского  на¬
ционального  банка  семь  миллионов  и  исчез  с  ними.  Эк¬
тор  Трухильо  уплыл  на  яхте  «Анхелика»  с  восьмьюде¬
сятью  миллионами  долларов.  Уже  18  ноября  1961  года
вынужден  был  удрать  догадливый  сын  диктатора  Рам¬
фис  на  яхте,  в  трюмах  которой  были  уложены  ящики  со
всевозможными  ценными  вещами,  занимавшими  прост¬
ранство  в  восемьсот  кубических  метров.
 Члены  семьи  Трухильо  разъехались  по  всему  свету.
Они  жили  в  роскошных  отелях  на  Ривьере,  в  Париж#*
в  Мадриде  и  ругались  из-за  наследства.  В  Базеле
за  жульничество  и  кражу  в  июле  1964  года  был  аресто¬
ван  Радамес  Трухильо:  С  трудом  ему  удалось  откупить¬
ся  большой  суммой  денег.
 Между  тем  суды  Доминиканской  Республики  приго¬
ворили  членов  клана  Трухильо  заочно  к  тюремному  за¬
ключению  сроком  от  десяти  до  тридцати  лет.  Такие  нака¬
зания  были  вынесены  не  только  за  воровство,  жульни¬
чество,  подделки  документов  и  махинации  с  наследст¬
вом,  но  и  за  многочисленные  убийства,  к  которым  они
были  причастны.

СВИДЕТЕЛЬСТВО
УБИТОГО
 Санитарная  машина  промчалась  по  женевским  ули¬
цам  и  исчезла  за  воротами  больницы.  Шофер  затормозил
перед  входом  в  отделение  первой  помощи.  Санитары
в  белых  халатах  вынесли  на  носилках  человека  с  тем¬
ной  кожей.  По  выражению  его  лица  было  видно,  что  он
испытывает  сильную  боль.
 —  Прошу  вас,  сделайте  что-нибудь!  —  сказал  он
осматривающему  его  врачу.—  Скорее,  иначе  будет  позд¬
но.  Меня  отравили.  Таллием,—  добавил  он.
 —  Почему  вы  думаете,  что  именно  таллием?  —  спро¬
сил  врач.
 —  Типичные  симптомы.  Болезненные  колики  в
брюшной  полости,  расстройство  зрения...
 —  Вы  врач?
 —  Да,  я  забыл  представиться.  Доктор  Мумье.  К  со¬
жалению,  это  отравление  таллием.  Я  был  бы  рад  оши¬
биться.  Но  симптомы...—  Пациент  со  щеголеватыми
усиками  закрыл  глаза  и  умолк.  Он  задыхался.  Врач
кивнул  медсестре.  Та  набрала  в  шприц  жидкость  из
ампулы.
 С  минуту  после  укола  доктор  Мумье  лежал  спокойно
с  закрытыми  глазами.
 —  Меня  отравили,—  повторил  он  тихо.
 —  Да  что  вы!  Этого  не  может  быть.  Мы  живем  в  ци¬
вилизованной  стране  Женева  —  не  Дикий  Запад.
 —  Два  дня  назад  я  обедал  в  ресторане  «Пла  д*  Аржан».
Думаю,  что  яд  мне  дали  в  перно.  Последняя  рюмка  име¬
ла  какой-то  странный  привкус.  Но  понял  я  это  слишком
поздно.
 —  А  кому  это  вас  понадобилось  травить?
 —  У  того,  кто  это  сделал,  была  причина.
 —  Вы  хотите  сказать,  что  знаете  убийцу?
 —  Его  зовут  Вильям  Бехтель.
 Конечно,  врач,  обследовавший  больного,  позвонил
в  полицию.  Комиссар  по  уголовным  делам  прибыл  через
 4*
 99

несколько  минут.  Он  осмотрел  заграничный  паспорт
пациента  и  убедился,  что  перед  ним  действительно
доктор  Феликс  Ролан  Мумье,  гражданин  Камеруна,
тридцати  шести  лет.  Судя  по  билету,  который  комиссар
нашел  в  его  нагрудном  кармане,  двенадцатого  ноября
он  должен  был  улететь  из  Женевы.
 Комиссар  посмотрел  на  билет,  потом  на  часы.
 —  На  этот  самолет  он  уже  не  успеет,—  сказал  он.
 —  Боюсь,  что  он  теперь  вообще  не  успеет  ни  на  какой
самолет,—  сказал  врач.—  Он  пришел  слишком  поздно.
 Феликс  Ролан  Мумье  скончался  в  тот  же  день.
 Женевская  уголовная  полиция,  а  затем  и  судья  Ди-
нигаер,  которому  передали  дело  об  убийстве,  установили
сначала,  кем  был  этот  человек  с  черной  кожей.
 Феликс  Ролан  Мумье  родился  вскоре  после  первой
мировой  войны,  в  то  время  когда  Лига  наций  провозгла¬
сила  Камерун  подмандатной  территорией  и  разделила
его  между  двумя  колониальными  державами.  Боль¬
шая  часть  досталась  Франции,  меньшая  перешла  под
скипетр  английского  короля.  Камерунские  патриоты,
надеявшиеся  получить  хотя  бы  немного  свободы,  были
разочарованы.  Как  и  прежде,  в  стране  властвовал  не
народ,  а  французские  и  английские  монополии.
 Камерунское  движение  против  колонизаторов  было,
по  тогдашним  африканским  масштабам,  довольно  силь¬
ным.  В  1938  году  и  позднее  происходили  демонстра¬
ции  и  вооруженные  выступления.  Ширилось  движение
за  объединение  разделенной  страны  административ¬
ным  путем.  После  второй  мировой  войны  Камерун  стал
территорией,  опекаемой  Организацией  Объединенных
Наций.  Но  это  было  лишь  формальным  актом.  На  деле
страной  по-прежнему  управляли  не  камерунцы,  а  фран¬
цузы  и  англичане.
 Камерунские  крестьяне  едва  сводили  концы  с  кон¬
цами.  Примитивные  формы  земледелия  тормозили  рост
жизненного  уровня.  Мумье  родился  в  деревенской  ла¬
чуге,  но  в  отличие  от  многих  ему  повезло:  он  попал  в  мис¬
сионерскую  школу.  Дальнейшая  его  карьера  была  по¬
хожа  на  сказку  о  сообразительном  парне.  На  свой  страх
й  риск  он  отправился  в  столицу  тогдашнего  француз¬
ского  Конго  —  Браззавиль.  Сначала  был  чернорабочим,
а  потом  портовым  грузчиком  и  одновременно  учился.
 100

Получив  свидетельство  об  окончании  средней  школы
в  Дакаре,  он  подал  заявление  на  медицинский  фа¬
культет.
 Врач  в  Камеруне  —  человек  очень  уважаемый  и  нуж¬
ный.  Перед  Феликсом  Роланом  Мумье  открылось  мно¬
гообещающее  будущее.  Но  те,  кто  следил  за  его*  даль¬
нейшей  карьерой,  только  недоуменно  пожимали  пле¬
чами.  Доктор  Мумье  выбрал  себе  самые  захолустные
районы,  где  на  многие  десятки  километров  вокруг  не
было  ни  одной  больницы.  Он  работал  в  Бетар-Оя,
в  Мору,  в  Криби.  Занимался  он  не  только  лечением
малярии.  Мумье  пробуждал  у  своих  пациентов  нацио¬
нальное  самосознание,  разъяснял  людям  из  джунглей
необходимость  борьбы  против  колониального  господст¬
ва,  за  свободу  Камеруна.
 О  деятельности  доктора  Мумье  стало  известно  фран¬
цузским  колониальным  властям.  Сначала  его  пы¬
тались  подкупить,  предложив  выгодное  место  в  Яунде:
в  столице  он  был  бы  на  глазах.  Но  доктор  отказался.
Тогда  избрали  другой  путь.  Профессиональным  ганг¬
стерам  было  заказано  убийство  неугодного  политиче¬
ского  деятеля.  Однако  партия  Союз  народов  Камеруна
(ЮПК),  созданная  Мумье,  была  уже  достаточно  силь¬
ной,  чтобы  обеспечить  безопасность  своего  руководи¬
теля.
 Союз  народов  Камеруна*  существовавший  с  1947
года,  возглавлял  тогда  Рубен  Ум  Ниобе.  Эта  организа¬
ция  стала  доминирующей  политической  силой,  посколь¬
ку  сотрудничала  с  камерунским  профсоюзным  движе¬
нием,  опиравшимся  на  политику  прогрессивных  фран¬
цузских  профсоюзов.
 ЮПК  все  настойчивее  требовал  отмены  опеки  и  на¬
значения  даты,  когда  Камерун  будет  провозглашен  са¬
мостоятельным  и  независимым  государством.
 Национально-освободительное  движение,  возглав¬
ляемое  Рубеном  Ум  Ниобе,  было  бельмом  на  глазу  ко¬
лонизаторов.  Они  приняли  ответные  меры:  запретили
партию.  Народ  заволновался.  В  события  вмешались
колониальная  полиция  и  войска,  произошли  кровавые
столкновения,  в  результате  которых  на  улицах  оста¬
лось  лежать  около  двадцати  тысяч  убитых.  В  середине
1956  года  нелегальный  комитет  ЮПК  призвал  патрио-
 101

эгов  к  партизанской  борьбе,  была  создана  национально-
освободительная  армия,  которая  выступила  против
войск  колонизаторов.  В  одном  из  боев  погиб  Рубен  Ум
Ниобе.  Во  главе  ЮПК  встал  Феликс  Ролан  Мумье.
 Борьба  камерунского  народа  за  свободу  и  независи¬
мость  вызвала  широкий  отклик  во  всем  мире.  Общест¬
венное  мнение  многих  стран,  в  том  числе  и  капиталисти¬
ческих,  было  на  стороне  борцов  за  свободу.  Таким  обра¬
зом,  ООН  на  своем  чрезвычайном  заседании  в  1959  году
решила  с  1  января  1960  года  предоставить  Камеруну
независимость.
 Колонизаторы  сопротивлялись.  Франция  пыталась
на  политические  посты  поставить  своих  людей.  Одним
из  них  был  А.  Б.  Агидьо,  местный  аристократ.  Этот  че¬
ловек  получил  большинство  голосов  в  ходе  националь¬
ного  референдума  о  республиканской  конституции  и
победил  на  выборах.  Он  был  избран  президентом.  В  стра¬
не  остались  французские  войска,  Агидьо  подписал
с  Францией  кабальный  договор.  Национально-освобо¬
дительные  силы  снова  выходят  на  политическую  арену.
 По  ту  сторону  фронтовой  линии  находились  не  толь¬
ко  французская  секретная  служба  и  особый  отдел  так
называемой  специальной  службы,  но  и  террористиче¬
ская  организация  ультраколониалистов,  известная  под
названием  «Красная  рука».  Комиссар  по  уголовным  де¬
лам  женевской  полиции,  который  взялся  расследовать
убийство  Феликса  Ролана  Мумье,  и  судья  Динишер
с  самого  начала  были  убеждены,  что  Вильям  Бехтель,
которого  умирающий  камерунский  политический  дея¬
тель  назвал  своим  убийцей,  был  связан  с  террористиче¬
ской  организацией  «Красная  рука».
 Вильям  Бехтель  —  высокий  худощавый  человек
шестидесяти  лет  с  проседью  в  волосах  —исчез.  Полиция
даже  не  знала,  что  в  тот  же  день,  когда  умер  Мумье,
Бехтель  пересек  швейцарскую  границу,  направляясь
в  ФРГ.  Комиссар  женевской  полиции  убедился  в  том,
что  Мумье  сказал  правду.  За  два  дня  до  смерти  он  обе¬
дал  с  Бехтелем,  который  в  Женеве  выдавал  себя  за  жур¬
налиста,  аккредитованного  при  ООН.  Судя  по  показа¬
ниям  официанта,  оба  клиента  вели  дружеский  разговор.
Во  время  обеда  не  произошло  ничего  подозрительного*
Действительно,  оба  пили  перно.  Вот  и  все.  Ничего  более.
 102

Существенного  об  исчезнувшем  убийце  женевской  поли¬
ции  установить  не  удалось.  Только  через  десять  лет
всплыли  некоторые  факты,  которые  позволили  завер¬
шить  портрет  убийцы.
 Прежде  всего  Бехтель,  конечно,  был  совершенно
уверен  в  успехе  своего  плана.  И  он,  и  его  шефы  из  «Крас¬
ной  руки»,  видимо,  считали  план  безукоризненным.
В  Женеве  Бехтель  выступал  под  своим  именем,  не  скры¬
вал  его  и  во  время  обеда  в  ресторане  «Пла  д’Аржан»,
где  его  услышал  и  обслуживающий  официант.
 Расчет  убийцы  и  его  инструкторов  был  на  первый
взгляд  прост.  Они  знали,  что  Феликс  Ролан  Мумье
заказал  себе  билет  на  12  ноября  до  Аккры.  Они  знали
также,  что  таллий  —  сильный  яд  (он  используется  для
уничтожения  крыс),  но  действие  его  замедленно.  Если
бы  убийца  в  соответствующее  время,  в  данном  случае
во  время  обеда  в  ресторане  «Пла  д’Аржан»,  дал  своей
жертве  нужную  дозу  яда,  то  первые  признаки  отравле¬
ния  камерунского  политического  деятеля  появились
бы  только  в  Африке  и  вряд  ли  кто-нибудь  смог  бы  свя¬
зать  его  смерть  с  Бехтелем  и  его  приглашением  на  обед
несколько  дней  тому  назад  в  Женеве.
 План  простой,  и  как  будто  тут  не  было  никакого
риска.  Но  план  провалился,  доза  таллия  была  рассчи¬
тана  неправильно,  не  учитывала  веса  жертвы.  Доктор
Феликс  Ролан  Мумье  обнаружил  признаки  отравления
раньше,  чем  предполагалось,  хотя  здоровый  и  трениро¬
ванный  организм  молодого  африканца  был  чрезвычайно
выносливым.
 Вильям  Бехтель  получил  от  своего  шефа  задание
(конечно,  не  первое),  но  о  его  выполнении  он  должен
был  позаботиться  сам.  Приблизиться  к  руководителю
ЮПК  Мумье  было  не  просто.  Руководство  Союза  на¬
родов  Камеруна  перебазировалось  за  границу  и  нахо¬
дилось  в  столице  Гвинеи  Конакри.  Оно  находилось,
таким  образом,  под  защитой  прогрессивно  настроенного
президента  Секу  Туре.  Убийца,  следовательно,  должен
был  приехать  в  Конакри.
 Хотя  Бехтель  и  выступал  в  качестве  журналиста,
но  что-то  иностранные  корреспонденты  не  помнили  его
статей.  Он  появлялся  в  кругах,  поддерживающих  ка¬
мерунское  национально-освободительное  движение,  и
 403

йе  однажды  ваяв  л  ял,  что  хотел  бы  помочь  угнетенному
народу  если  не  прямым  участием,  то  хотя  бы  статьями
в  газетах.  Прошло  много  времени,  прежде  чем  Бехтель
втерся  в  доверие  к  некоторым  функционерам  движения
ЮПК.  Он  фотографировал  их,  расспрашивал,  утверж¬
дал,  что  хочет  писать  о  борьбе  камерунского  народа  за
свободу  страны.  Однажды  он  попал  на  пресс-конферен¬
цию,  на  которой  выступал  и  Феликс  Ролан  Мумье.
От  него  Бехтель  узнал,  что  тот  едет  в  Женеву,  где  соби¬
рается  начать  пропагандистское  турне,  чтобы  привлечь
внимание  мировой  общественности  к  внутриполитиче¬
ским  проблемам  Камеруна.
 Вильям  Бехтель  не  был  журналистом,  но  у  него  было
великолепное  прикрытие.  Очевидно,  в  этом  ему  помо¬
гала  его  секретная  организация.  В  Женеве  его  считали
корреспондентом  при  ООН.  И  вот  он  вместе  с  Феликсом
Мумье  садится  в  самолет  и  прилетает  в  Женеву.  Есте¬
ственно,  он  не  забывает  напоминать,  что  поддерживает
борьбу  народов  Камеруна  и  своими  статьями  будет  о  ней
информировать  общественность.  Бехтель  пригласил
Мумье  на  обед...
 Вильям  Бехтель  в  своем  деле  не  новичок.  За  плеча¬
ми  у  него  бурная  жизнь.  Он  был  членом  «аксьон  спе-
сиаль»,  организации,  предназначенной  для  выполнения
особых  заданий.  Во  время  второй  мировой  войны  он
находился  в  одной  из  частей  движения  Сопротивления,
сформированной  и  обученной  на  территории  Англии
и  действовавшей  против  оккупантов  на  территории
Франции.  После  войны  Бехтель  не  изменил  своей  про¬
фессии  и  стал  офицером  пользовавшегося  дурной  сла¬
вой  «ударного  отряда»  в  Индокитае.  Но  время  шло,
Бехтель  старел,  нужно  было  уходить  на  пенсию.  Од¬
нако  шефы  решили  дать  ему  еще  один  шанс  —  его
посадили  шпионить  на  автомобильный  завод  концерна
Симка.  Вильям  Бехтель  проник  в  число  функционеров
прогрессивного  профессионального  союза,  поставлял  ин¬
формацию  о  планах  организации  и  старался  собрать
материалы,  компрометирующие  лидеров  профсоюза.
 Очевидно,  он  хорошо  зарекомендовал  себя,  потому
что  в  1955  году  получил  приглашение  вернуться  на  «не¬
видимый  фронт».  Хотя  в  официальную  французскую  сек¬
ретную  службу  СДЕКЕ  его  и  не  взяли,  но  он  все-таки
 104

получил  шанс  в  рядах  диверсантов  параллельной  неофи¬
циальной  организации  «Красная  рука».  Эта  организа¬
ция  выполняла  щекотливые  задания,  которые  в  случае
раскрытия  могли  бы  бросить  тень  на  государственную
секретную  службу.  Служба  внешней  документации  и
контрразведки  (СДЕКЕ)  была  создана  в  Париже  после
второй  мировой  войны  и  подчинялась  непосредственно
премьер-министру.  Эта  головная  организация  француз¬
ской  секретной  службы  координировала  работу  всех
других  разведывательных  организаций,  главным  обра¬
зом,  видимо,  более  известного  общественности  Второго
бюро  —  разведывательного  центра  французского  гене¬
рального  штаба  и  национальной  безопасности,  то  есть
полицейской  службы.  Но  ни  в  одном  списке  организа¬
ций  французской  разведки  «Красная  рука»  не  упомина¬
ется.  А  ведь  организация  эта  сыграла  очень  большую  и
неприглядную  роль  именно  в  борьбе  против  националь¬
но-освободительных  устремлений  африканских  народов.
 Французская  террористическая  организация  секрет¬
ной  службы  «Красная  рука»  возникла  в  Марокко.
Ее  основателями  были  полицейские,  в  основном  фран¬
цузские,  а  также  международные  авантюристы,  опыт¬
ные  профессионалы.  Лабиринт  узких  улочек  Рабата
или  Касабланки  был  идеальной  ширмой  для  деятель¬
ности  «Красной  руки».  Ее  цели?  Борьба  против  прогрес¬
сивных  политических  деятелей  национально-освободи¬
тельного  движения  Африки,  прежде  всего  Алжирского
фронта  освобождения,  саботаж  поставок  оружия  и  дру¬
гих  материалов  для  алжирских  борцов  за  свободу.
 Позже  круг  деятельности  «Красной  руки»  расши¬
рился.  Последовали  акции  против  других  африканских
политических  деятелей.  Некоторые  из  них,  безусловно,
проводились  при  поддержке  или,  во  всяком  случае,
с  молчаливого  согласия  американской  разведыватель¬
ной  службы  ЦРУ,  западногерманской  секретной  служ¬
бы  и  спецслужб  некоторых  других  капиталистических
стран.  Реальное  тому  доказательство:  Вильям  Бехтель
после  убийства  Мумье  бежал  из  Швейцарии  именно
в  Западную  Германию,  где  исчез  не  без  помощи  своих
друзей.
 Уже  по  крайней  мере  за  четыре  года  до  убийства
Феликса  Ролана  Мумье  в  газетах  часто  появлялись  со¬

общения  о  преступных  акциях  «Красной  руки».  У  них
был  один  общий  знаменатель.  Жертва  умерла,  убийцу
найти  не  удалось.  Мотивы  же  преступлений  во  всех
случаях  были  совершенно  ясны.  Таким  образом,  было
нетрудно  догадаться,  кто  подсылал  убийцу.
 ...Гамбургский  коммерсант  Отто  Шлюттер  сидел
в  своем  кабинете  с  другом  Вильгельмом  Лоренцем,
когда  раздался  оглушительный  взрыв  адской  машины,
вмонтированной  в  огнетушитель.  Шлюттер  уцелел.
Лоренц  умер  на  месте.  Полиции  удалось  установить
только  одно:  неизвестный  мастер  несколько  дней  назад
проверял  состояние  огнетушителей.  Отто  Шлюттер  знал,
кто  направлял  руку  убийцы.  Он  понял  грозящую  ему
опасность  и  стал  осторожнее.  Год  спустя,  3  июля  1957
года,  когда  он  со  своей  матерью  и  дочерью  сел  в  «мер¬
седес»  в  гамбургском  Эппендорфе  и  запустил  двигатель,
под  капотом  раздался  взрыв.  Мать  и  дочь  попали  в  боль¬
ницу,  самому  Отто  Шлюттеру  снова  повезло:  он  отде¬
лался  несколькими  царапинами.  Поводы  для  покуше¬
ния?  Отто  Шлюттер  был  одним  из  коммерсантов,  которые
не  боялись  продавать  оружие  алжирским  революци¬
онерам.
 ...Марсель  Леопольд  жил  в  Женеве  на  третьем  этаже
дома  16  по  улице  де  Рив.  19  сентября  1957  года  он,  как
обычно,  возвращался  домой.  Едва  он  прикоснулся
к  звонку,  как  почувствовал  острый  укол  под  лопаткой.
Он  нажал  на  кнопку  звонка  и  оглянулся.  Улица  была
безлюдной.  Когда  его  жена  открыла  дверь,  Марсель
Леопольд  уже  лежал  мертвый.  При  расследовании  дела
полиция  установила,  что  неизвестный  преступник  вы¬
стрелил  в  свою  жертву  из  оружия,  напоминающего
трубку,  при  помощи  которой  выпускают  отравленные
стрелы  южноамериканские  индейцы.  Леопольда  убила
маленькая  металлическая  стрела,  наполненная  силь¬
ным  ядом.  Убийцу  не  поймали.  Марсель  Леопольд  по¬
ставлял  оружие  алжирским  революционерам,  борцам
за  свободу  своей  страны.
 ...Огюст  Тювени  был  адвокатом.  Несмотря  на  то  что
он  был  алжирцем,  а  может  быть  как  раз  поэтому,  он
жил  в  Марокко,  в  Рабате,  и  оттуда  вел  борьбу  против
колонизаторов  и  алжирских  реакционеров.  Однажды
на  одной  из  рабатских  улиц,  когда  он  садился  в  маши¬
 106

ну,  произошел  сильпый  взрыв.  Прогрессивный  адвокат
был  убит  на  месте.  В  этом  преступлении  впоследствии
обвиняли  Вильяма  Бехтеля,  но  суд  над  ним  не  состо¬
ялся,  так  как  после  убийства  Феликса  Ролана  Мумье
Бехтель  бесследно  исчез.
 ...Георг  Пухерт,  торговец  из  Франкфурта-на-Майне,
погиб  при  взрыве  «адской  машины»,  подложенной  в  его
автомобиль  3  марта  1959  года.  Он  поставлял  оружие
алжирским  патриотам.
 ...Алжирский  журналист  Тайед  Булгур,  аккредито¬
ванный  в  Риме,  уберегся  от  «Красной  руки»  потому,  что
ему  исключительно  повезло.  Он  оставил  свою  машину  на
одной  из  отдаленных  римских  улиц.  Когда  он  возвра¬
щался  к  своему  автомобилю,  у  ребят,  которые  в  парке
неподалеку  играли  в  футбол,  улетел  в  сторону  мяч  и
закатился  под  его  машину.  Булгур  проводил  мяч  взгля¬
дом  и...  стал  свидетелем,  как  его  автомобиль  взорвался.
 Террористы  прикрепили  к  подножке  магнитную
мину,  которая  должна  была  разнести  прогрессивного
журналиста  в  клочья.
 ...Парижский  адвокат  Уул  Одна  часто  защищал  ал¬
жирцев  на  судебных  процессах  во  Франции.  12  мая  1959
года  его  нашли  дома  мертвым.  Полиции  не  удалось  на¬
пасть  на’  след  преступника.
 ...Акли  Аису,  студент,  изучавший  медицину,  был
видным  членом  Фронта  национального  освобождения
Алжира.  Он  жил  и  учился  в  Бельгии.  9  марта  1960  года
его  труп  обнаружили  на  лестнице  дома,  в  котором  он
жил.  Найти  убийцу  не  удалось.
 ...Жорж  Лаперш,  один  из  руководящих  деятелей
Комитета  борцов  за  мир  в  Алжире,  брюссельский  исто¬
рик,  профессор,  получил  по  почте  книгу  об  алжирской
войне.  Он  распаковал  посылку,  принес  книгу  в  рабочий
кабинет,  начал  листать...  Взрыв  разнес  всю  квартиру.
Профессор  Лаперш  умер  в  больнице  от  ранений.  По¬
лиции  не  удалось  найти  отправителя  роковой  посылки.
 Вот  только  некоторые  из  политических  убийств,
которые  лежат  на  совести  организации  «Красная  рука».
 О  том,  что  ее  деятельность  не  ограничивалась  лик¬
видацией  «неугодных»  политических  деятелей,  свиде¬
тельствует  ряд  происшествий  на  море.  Летом  1957  года
в  Средиземном  море  взлетело  на  воздух  торговое.судно,
 107

шедшее  с  грузом  для  Алжира.  В  1957  году  взорвались
два  корабля,  плывшие  из  Гибралтара  в  Танжер  под
флагом  Коста-Рики,  а  несколькими  днями  позже  —
норвежский  корабль.  1  октября  1958  года  взрыв  в
гамбургском  порту  уничтожил  корабль  «Атлас»,  в
марте  мина  с  часовым  механизмом  разнесла  египетское
судно  «Аль  Каир»  во  время  рейса  из  Остенде.  У  всех
этих  морских  катастроф  есть  общая  черта.  Груз,  кото¬
рый  перевозили  эти  суда,  предназначался  алжирским
патриотам  как  помощь  в  борьбе  против  французского
колониального  господства.
 Кому  тогда  нужны  были  политические  убийства  и
саботажи?  Тем,  кто  выступал  против  алжирской  само¬
стоятельности..  Кто  был  исполнителем  преступных  ак¬
ций?  Ульрареакционные  круги,  которые  были  заинте¬
ресованы  в  поражении  или  хотя  бы  в  приостановке
национально-освободительного  движения  в  африкан¬
ских  странах.  Кто  был  незримым  дирижером  преступ¬
ных  замыслов?
 Одним  из  них  был  полковник  французской  секрет¬
ной  службы  Марсель  Мерсье.
 В  мае  1957  года  в  западной  печати  появились  два
сообщения,*  на  первый  взгляд  взаимно  йсключающие
одно  другое.  В  одном  говорилось,  что  швейцарское  ми¬
нистерство  иностранных  дел  объявило  торгового  атташе
французского  посольства  в  Берне  Марселя  Мерсье  персо¬
ной  нон  грата.  И  этого  «дипломата»  выдворили  из  страны.
Вскоре  после  этого  было  сообщено,  что  полковник  Мар¬
сель  Мерсье  назначен  советником  французского  пред¬
ставителя  в  Союзном  контрольном  совете  по  Западному
Берлину.
 Тому  и  другому  сообщениям  предшествовало  еще
одно  событие.  В  Берне  покончил  жизнь  самоубийством
Рене  Дюбуа.  Он  был  шефом  швейцарской  секретной
службы.
 Самоубийство  Дюбуа  и  вынужденный  отъезд  Пол¬
ковника  Мерсье  из  Швейцарии  связаны  с  некоторыми
акциями  террористической  организации  «Красная
рука».  Полковник  Мерсье  был  «серым  кардиналом»
вакулисной  стороны  покушения  на  Феликса  Ролана
Мумье.  Как  потом  стало  известно,  убийце  Мумье  Вилья¬
му  Бехтелю  после  бегства  в  Федеративную  Республику
 108

Германии  пришлось  держать  ответ  за  допущенные
ошибки  именно  перед  этим  тайным  агентом  француз¬
ской  разведывательной  службы.
 Полковник  Мерсье  и  Рене  Дюбуа  имели  большие
заслуги  в  обеспечении  еще  Одной  важной  стороны  дея¬
тельности  «Красной  руки».  Убивая  людей  и  взрывая
корабли  с  грузом  для  алжирцев,  сражающихся  за  сво¬
боду  своей  страны,  политические  гангстеры  должны
были  располагать  точными  данными  о  передвижении  и
планах  своих  жертв,  а  также  точными  сведениями  о
курсе  кораблей.  А  эту  информацию  они  могли  полу¬
чать  только  из  исключительно  хорошо  осведомлен¬
ного  источника.
 У  сорокавосьмилетнего  в  ту  пору  Рене  Дюбуа  было
беспокойное  прошлое.  Во  время  плебисцита  в  Сааро-
ской  области  в  тридцатых  годах1  он  был  членом  наблю¬
дательной  комиссии  Лиги  наций,  следившей  за  соблю¬
дением  легальных  форм  осуществления  этой  акции.
Однако  поговаривали,  что  уже  тогда  Дюбуа  симпати¬
зировал  фашистской  Германии  и  в  душа  желал  Гитлеру,
чтобы  плебисцит  завершился  в  его  пользу.  Позже  он
стал  известным  пропагандистом  идей  антикоммунизма  и
защитником  неоколониализма.
 Марсель  Мерсье  был  одним  из  дипломатов,  пред¬
ставляющих  в  Берне  Францию.  Официально  он  чис¬
лился  торговым  атташе,  но  каждый  мало-мальски
информированный  журналист  знал,  что  это  резидент
секретной  службы  на  швейцарской  территории.  Обычно
секретные  агенты,'  в  основном  те,  которые  являются
членами  дипломатического  корпуса  и  знают  друг  друга,
по  неписаным  правилам  игры  обмениваются  информа¬
цией:  что-то  за  что-то...
 Видимо,  первые  контакты  полковник  Мерсье  и
Рене  Дюбуа  установили  на  этой  бирже  разведыватель¬
ной  информации.  Совершенно  очевидно,  что  потом  оба
партнера  (можно  утверждать  почти  с  полной  уверен¬
ностью,  что  инициатором  был  полковник  Мерсье)  до¬
 1  По  Версальскому  мирному  договору  1919  г.  Саар  был
выделен  в  особую  политико-географическую  единицу  и  передан
в  управление  комиссии  Лиги  наций.  В  1935  г.  в  результате
длебисцита  Саар  отошел  к  Германии,
 109

говорились  об  обширных  действиях,  противоречащих
всем  обычаям,  законам  и  даже  неписаной  морали  по¬
литической  стратегии.  Рене  Дюбуа  распорядился  под¬
слушать  телефонные  разговоры  некоторых  посольств
эадолго  до  того,  как  скандалы,  вызванные  подобными
действиями,  разразились  в  некоторых  других  европей¬
ских  странах  и  даже  в  Соединенных  Штатах.  Сведе¬
ния  о  секретных  беседах  послов  с  их  министерствами
иностранных  дел  полковник  Мерсье  получал  через
Макса  Ульриха,  инспектора  федеральной  полиции  в
Берне.
 Из  таких  источников  главный  штаб  «Красной  руки»
получал  информацию  о  кораблях,  идущих  с  грузом  ору¬
жия  для  алжирской  национально-освободительной
армии,  здесь  же  надо  искать  причину  неожиданного
похищения  и  ареста  алжирского  политического  деятеля,
будущего  президента  Алжирской  республики  Ахмеда
Бен  Беллы.
 Полицейский  Макс  Ульрих,  однако,  своими  встре¬
чами  со  связным  полковника  Мерсье  вызвал  подозре¬
ние  у  своих  коллег.  За  ним  стали  следить.  Затем  его
арестовали  и  подвергли  допросу.  Инспектор  Ульрих
прежде  всего  попытался  связаться  с  полковником
Мерсье  и  с  генеральным  прокурором  и  одновременно
главным  следственным  судьей  Рене  Дюбуа.  Он  верил,
что  эти  господа  пе  оставят  его  в  беде.  Когда  же  он  по¬
нял,  что  надежды  тщетны,  он  заговорил.  Рене  Дюбуа
скандалу  предпочел  самоубийство,  полковник  Мерсье
был  вынужден  покинуть  страну.  Но  еще  до  того  ему  и
«Красной  руке»  удалось  совершить  поистине  акроба¬
тический  трюк.
 На  линии  Рабат  —  Тунис  летали  самолеты  авиа¬
компании  «Эр  Атлас».  23  октября  1956  года,  как  обычно,
в  Рабате—Сале  поднялся  в  воздух  двухмоторный  «Дуг¬
лас».  На  нем  среди  других  пассажиров  летел  в  Тунис  и
Ахмед  Бен  Белла,  который  по  инициативе  Револю¬
ционного  комитета  единства  действий  Алжира  еще  два
года  назад  покинул  родину.
 Когда  самолет  приблизился  к  Орапу,  в  чистом  небе
показались  тонкие  фюзеляжи  реактивных  истребителей
французских  военно-воздушных  сил.  Командир  звена
порехватчиков  приказал  командиру  «Дугласа»  призем¬
 110

литься  на  аэродроме  в  Алжире.  Пилот  пассажирского
самолета  не  подчинился  и  хотел  продолжать  рейс  по
плану.  Но  когда,  истребители  дали  несколько  очередей
поверх  самолета,  пилот  извинился  перед  пассажирами
и  повел  самолет  на  указанный  ему  аэродром.
 Бен  Белла,  Мухаммад  Чидер  и  еще  трое  сумели  до
приземления  сжечь  все  компрометирующие  документы.
Но  ареста  им  все  же  избежать  не  удалось.  Как  только
самолет  коснулся  бетонной  полосы  алжирского  аэро¬
дрома,  от  здания  аэровокзала  к  нему  направилось  не¬
сколько  «джипов»  с  французскими  парашютистами.
Ахмед  Бен  Белла  вместе  с  остальными  борцами  за  не¬
зависимость  был  арестован,  им  надели  наручники  и  воен¬
ным  самолетом  переправили  в  Париж,  в  тюрьму.  Члены
Революционного  комитета  единства  действий  (пред¬
шественник  Фронта  народного  освобождения)  тщетно
ломали  головы  по  поводу  того,  как  французы  могли
узнать  о  поездке  из  Рабата  в  Тунис,  предпринятой  в
связи  с  празднованием  независимости  Марокко.  Они,
конечно,  не  могли  предполагать,  что  за  много  километ¬
ров  отсюда  сработала  связь  между  полковником  Мерсье
и  Рене  Дюбуа,  что  инспектор  Макс  Ульрих  передал
французской  секретной  службе  подслушанное  сообще¬
ние  о  предстоящем  полете.
 Вильям  Бехтель,  агент  «Красной  руки»,  вынужден
был  отвечать  перед  полковником  Мерсье  за  несколько
своих  ошибок.  Прежде  всего  он  неправильно  определил
дозу  таллия,  а  также  ошибся  в  расчете  времени.  Но  уже
раньше  он  привлек  к  себе  внимание  полиции,  когда  в
течение  нескольких  дней  следил  за  известным  француз¬
ским  адвокатом,  защищавшим  алжирских  политических
деятелей  в  швейцарских  судах.  Юрист  заметил  подо¬
зрительного  человека  и  позвонил  в  полицейское  управ¬
ление.  Два  полицейских  выследили  Бехтеля  и  доста¬
вили  его  в  участок.  На  допросе  старый  стреляный  воро¬
бей  использовал  хотя  и  эффективный,  но  наивный  при¬
ем.  Он,  видите  ли,  влюбился  в  какую-то  красотку,  о
которой  не  знает  ничего,  кроме  того,  что  она  работает
секретаршей  у  одного  известного  бернского  адвоката.
Вот  он  ее  и  ищет.  Это  вызвало  у  полицейских  улыбку.
Бехтелю  было  за  шестьдесят,  и  он  отнюдь  не  выглядел
донжуаном.
 111

Вильям  Бехтель  после  обеда  в  ресторане  следил  за
Своей  жертвой  до  той  минуты,  когда  Мумье  отвезли  в
больницу.  И  тут  его  охватил  ужас.  Он  понял,  что  Мумье,
будучи  врачом,  может  определить  признаки  отравления
и  сказать,  кто  дал  ему  яд.  Вероятно,  Бехтель  даже  не
возвращался  в  свою  квартиру,  а  сел  в  машину  и  по¬
мчался  к  немецкой  границе.
 В  его  квартире  полиция  нашла  компрометирующие
материалы:  фотографии  руководителей  алжирского  на¬
ционально-освободительного  движения,  снимки  не¬
скольких  пограничных  переходов,  денежные  чеки  на
большие  суммы.  Чеки  были  выданы  различными  фран¬
цузскими  предприятиями.  Швейцарская  полиция  уста¬
новила,  что  ни  одной  из  этих  фирм  не  существует.  Кри¬
миналисты  запросили  Интерпол  1  и  установили,  что
Вильяма  Бехтеля  разыскивают  в  связи  с  убийством,
ранее  совершенным  в  Марокко.
 Долгое  время  предполагали,  что  террористическая
организация  «Красная  рука»  является  исполнительным
органом  алжирских  ультрареакционных  колонизатор¬
ских  кругов,  что  руководят  ею  французские  офицеры,
придерживающиеся  правых  взглядов,  и  что  цель  этой
организации  -г-  всевозможными  средствами  затормо¬
зить  национально-освободительное  движение  в  Африке.
 Появились  и  более  подробные  сообщения  о  внутрен¬
ней  ее  структуре.  Говорили,  что  ее  генеральный  штаб
называется  «катена».  Одни  расшифровывали  это  как
«Комите  анти-террорист  Норд-Африкэн»,  а  другие,
вспомнив  свои  школьные  уроки,  решили,  что  название
«катена»  —  по-латыни  «цепь»  —  символизирует  кон¬
спиративную  сплоченность.
 Тогдашние  теоретики  были  неправы.  Не  исключено,
что  они  повторяли  то,  что  им  кто-то  предусмотрительно
и  умело  подсказал.  «Красная  рука»,  разумеется,  не
желала  себя  афишировать,  тем  более  она  не  была  за¬
интересована  в  том,  чтобы  мировая  общественность
узнала  ее  родословную.  И  потому  специалисты  в  об¬
ласти  секретных  служб  и  публицисты,  занимающиеся
политической  подоплекой  современных  событий,  были
убеждены,  что  ниточки,  тянувшиеся  к  «Красной  руке»,
 Интерпол  —  международная  полиция.
 *13

сходятся  у  полковника  Марселя  Мерсье,  которого  не¬
которые  считали  даже  шефом  французской  разведы¬
вательной  службы  (СДЕКЕ).
 Они  заблуждались.  Во  главе  тех,  кто  боролся  против
национально-освободительного  движения  народов  Аф¬
рики,  стоял  другой  шеф,  гораздо  более  высокого
ранга  и  с  более  богатым  опытом,  один  из  близких
соратников  французского  президента,  человек  с  огром¬
ными  полномочиями,  с  неконтролируемыми  финансо¬
выми  фондами,—  настоящий  «серый  кардинал»  Ели-
сейского  дворца.  Во  всех  кабинетах,  включая  рабочий
кабинет  президента,  по  его  приказу  были  установлены
подслушивающие  устройства  с  автоматической  записью
на  магнитофонную  ленту.  Один  из  всех  советников  пре¬
зидента  он  мог  входить  к  нему  в  кабинет  без  предва¬
рительного  доклада.  Он  никогда  не  получал  письменных
приказов  и  никогда  не  составлял  отчетов  о  выполненных
или  невыполненных  заданиях.  Работа  его  носила  слиш¬
ком  деликатный  характер  и  заставляла  держаться  в
тени.  Звали  этого  человека  Жак  Фоккар.
 По  некоторым  сообщениям,  которые  появились  в
печати  с  конца  1969  года,  можно,  однако,  сделать
вывод  о  том,  что  именно  он  является  тем  самым  невиди¬
мым  дирижером  закулисной  неофициальной  политики,
направленной  против  национально-освободительного
движения  африканских  народов.
 Жак  Фоккар  в  качестве  руководителя  Генерального
секретариата  по  африканским  и  малагасийским  делам
имел  целую  группу  специалистов,  именуемую  «Особой
•службой».  Квалифицированные  люди,  каждый  из  кото¬
рых  был  специалистом  с  хорошей  практикой,  получали
здесь  действительно  особые  задания.
 В  пятидесятых  годах  они  попытались  нанести  удар
в  Гвинее.  Дело  в  том,  что  эта  страна  под  руководством
будущего  президента  Секу  Туре  стала  примером  для
других  африканских  государств,  народ  которых  меч¬
тал  об  освобождении.  Северная  Африка  до  недавнего
времени  была  французской  колонией.  Согласно  сек¬
ретному  плану,  который  мог  быть  разработан  только  на
основе  информации,  поставленной  разведчиками  «Осо¬
бой  службы»,  в  канцеляриях  организации  Фоккара,
она  и  должна  была  остаться  колонией.  Руководство
 ПЭ

операцией  взял  на  себя  незаметный  господин  Фок-
кар.
 Секу  Туре  должен  был  пасть,  как  уже  пали  многие
другие.  Политическое  убийство  —  самое  простое  сред¬
ство  избавиться  от  политического  противника.  А  если
покушение  осуществляют  проверенные  специалисты,
то  полиции  не  удастся  напасть  на  след  преступников,
даже  если  каждому  будет  ясно,  откуда  дует  ветер.
 Чтобы  направление  ветра  не  стало  заметно  с  первого
взгляда,  Секу  Туре  должны  были  убить  гвинейокие  эми¬
гранты,  т.  е.  лица,  которые,  испугавшись  политических
событий,  бежали  в  Дакар.  Их  ненависть  была  достаточ¬
ным  поводом,  и  никто  после  их  выстрелов  не  стал  бы
искать  направляющую  руку  французских  секретных
агентов.
 Сегодня  покушение  —  дело  далеко  не  для  дилетан¬
тов.  Французские  офицеры  отобрали  подходящих  кан¬
дидатов,  которых  хорошо  обучили  искусству  убивать.
Другие  специалисты  готовили  политический  переворот.
До  переворота  дело  не  дошло:  покушение  не  состоя¬
лось.  Появились  трудности,  которых  никто  не  пред¬
видел.  Даже  всезнающий  господин  Фоккар.  Один  из
членов  террористической  группы,  очевидно,  не  был
достаточно  загрубелым.  Кроме  того,  он  был  человеком
набожным,  и  его  мучила  совесть  от  того,  что  ему  пред¬
стояло  стать  убийцей,  то  есть  совершить  грех,  нарушив
пятую  заповедь  господа  бога.  Он  исповедовался  дакар¬
скому  священнику.  Тот  решил,  что  в  таком  исклю¬
чительном  случае  он  может  нарушить  тайну  исповеди,
и  информировал  о  готовящемся  убийстве  одного  фран¬
цузского  государственного  служащего.  Так  сообщение
о  подготовке  покушения  по  дипломатическим  каналам
попало  на  стол  как  раз  того  человека,  который  руково¬
дил  всей  операцией.  Акцию  против  Секу  Туре  вынужде¬
ны  были  отменить.
 Месье  Фоккар  не  привык  сдаваться.  И  вот  его  со¬
трудники  принялись  разрабатывать  другой  план.  Они
собирались  вызвать  восстание  прямо  на  гвинейской
территории.  Предполагалось  вооружить  в  горах  пар¬
тизанские  отряды,  а  из  соседних  Сенегала  и  Берега
Слоновой  Кости  долишы  были  вторгнуться  части,  сфор¬
мированные  из  обученных  гвинейских  эмигрантов.
 144

С.размахом  запланированная  акция,  однако,  опять  про1-
валилась.  Кто-то  проговорился,  гвинейская  полицияг
напала  на  след  заговора,  Секу  Туре  принял  соответ-
.ствующие  меры,  и  в  Елисейском  дворце  не  успели  опо¬
мниться,  как  он  снова  стал  хозяином  положения.
 Месве  Фоккар  опять  проиграл,  но  вновь  не*  пал  ду¬
хом.  Многие  из  агентов  немедленно  были  переведены  в
заморские,  части.  Месье  Жак  Фоккар,  однако*  продол¬
жал  прочно  сидеть,  в  неприступной  крепости,  в  здании
отеля  «Нуармутье»  на  парижской  рю  де  Гренель,  138.
 Жак  Фоккар,  об  успешных  акциях  которого  известно
гораздо  меньше,  чем  о  провалившихся,  прожил  жизнь,
во1  многом  схожую  с  жизнью  полковника  Мерсье  или
даже  Вильяма  Бехтеля:  Во  время  войны  он  будто  бы
работал  секретным  агентом.  В  1946  году  ушел  в  запас
в  чине  капитана.  Когда  же  он  получил  должность,  в
секретариате  по  африканским  делам,  то  неожиданно
стал  полковником.
 Он  родился  в  1913  году  в  Амбриерле-Гран,  где  у
его  предков  было  имение,  получил  образование,  осно¬
вал  импортно-экспортную  фирму,  во  время  войны  слу¬
жил  сначала  в=  армии,  потом  продавал  древесный  уголь
для  газогенераторных  автомобилей.  Одновременно  он
стоял  на  учето  в  качестве  секретного  агента  основанной
в  Лондоне  организации,  боровшейся  против  фашистских
оккупантов.  Позже  Фоккар  организовал  свою  собст¬
венную  группу  сопротивления,  которая  прославилась
саботажами.  После  войны  он  появился  в  Голландии,
где  участвовал  в  допросах  репатриированных  пленных,
с  которыми  в  страну  могли  бы  проникнуть  и  фашисты.
Затем  он.  посвятил  себя  торговле,  его  фирма  САФИЕКС
процветала,  несмотря  на  то  что  у  Фоккара  работало
больше  бывших  секретных  агентов,  чем  торговцев.
 Его  карьера  делалась  с  головокружительной  быст¬
ротой.  Он  занял  высокий  государственный  пост  пред¬
седателя  политического*  комитета  Национального  соб¬
рания,  затем  стал  генеральным  секретарем,  и  прези¬
дент  Венсан  Ориоль  украсил  его  грудь  лентой  ордена
Почетного  легиона.  В  1953  году  он  сопровождал  пре¬
зидента  де  Голля  в  его  поездке  в  Бамако  и  Абиджан,  в
1956  году  —  на  Антильские  острова  и  на  острова  Ти¬
хого  океана.  Вплоть  до  этого  времени  ничто  не  говорило
 №

о  том,  что  рядом  с  де  Голлем  вырастает  новый  Фуше
«голлистской  эпохи».
 В  1960  году  получил  независимость  Габон,  но  бла¬
годаря  стараниям  профранцузского  президента  М’Ба
республика  Габон  осталась  членом  восстановленного
французского  Сообщества.  Это  было  существенно  важ¬
но  для  Франции.  Французская  Комиссия  по  атомной
энергии  получила  возможность  и  в  дальнейшем  распола¬
гать  богатыми  габонскими  месторождениями  урана,  ко¬
торый  был  базой  для  производства  французских  атомных
бомб.  Но  оппозиция  в  стране  весьма  остро  возра¬
жала  против  эксплуатации  французами  залежей  желез¬
ной  руды,  нефти,  марганца  и  золота.  Произошло  во¬
оруженное  восстание,  революционный  комитет  взял
власть  в  свои  руки,  Однако  непосредственно  после
переворота  в  ход  событий  вмешался  резидент  Жака
Фоккара.  Сразу  же  после  путча  он  связался  со  своим
шефом  и  доложил  ему  о  событиях.  Месье  Фоккар  той
же  ночью  информировал  генерала  де  Голля,  что  считает
нужным  протянуть  руку  помощи  свергнутому  профран-
цузскому  президенту  М’Ба.
 В  Габон  были  переброшены  части  французских  па¬
рашютистов  из  Дакара  и  Браззавиля.  Они  подавили
восстание,  и  «надежный»  президент  М’Ба  снова  мог
взять  власть  в  свои  руки.  Это  произошло  благодаря
Фоккару  и  его  представителю  еще  до  того,  как  генерал
де  Голль  продиктовал  свой  приказ  о  переброске  войск.
Фоккар  заслужил  благодарность...
 Когда  убийца  доктора  Феликса  Ролана  Мумье
Вильям  Бехтель  исчез,  прямых  доказательств  участия
французской  секретной  службы  СДЕКЕ  в  подготовке
этого  покушения  найти  не  удалось,  месье  Фоккар  тоже
ее  рекламировал  своего  участия  в  операции.  Точно
так  же  остались  неизвестными  убийцы  алжирского
политического  деятеля;  заместителя  премьер-министра
и  министра  обороны  первого  алжирского  правительства
в  эмиграции  Белкасима  Крима...

ЗАГОВОР
РОДСТВЕННИКОВ
 ...17  января  1961  года  во  второй  половине  дня  само¬
званый  президент  отторгнутой  конголезской  провинции
Катанга  Моиз  Чомбе  сидел  в  кинотеатре  гости¬
ницы  «Палас».  Это  было  одно  из  самых  современ¬
ных  зданий  европейской  части  Элизабетвиля  (теперь
Лубумбаши).  Чомбе  вел  себя,  как  истый  Наполеон,
и  его  телохранители  хорошо  знали,  что  его  нельзя  бес¬
покоить,  когда  он  развлекается.
 Но  этот  телефонный  разговор  был,  однако,  совер¬
шенно  неотложным.  Звонил  президент  Конго  Жозеф
Касавубу  из  Леопольдвиля  (сегодня  Киншаса).  Оче¬
видно,  по  очень  важному  делу.  Чомбе  возвратился  в
свое  кресло.  Премьера  фильма  «Свобода»  продолжа¬
лась.
 Через  несколько  минут  позвали  к  телефону  министра
внутренних  дел  Годефруа  Мунонго.  Он  тоже  страдал
манией  величия  и  не  упускал  случая  подчеркнуть
свое  аристократическое  происхождение.  Его  дед  был
вождем  племени  маири.  Своим  поведением  Мунонго
несколько  напоминал  опереточного  персонажа.  После
телефонного  разговора  он  уже  не  возвратился  в  кино¬
зал,  а  поспешил  в  фойе  гостиницы,  на  ходу  давая  ука¬
зания  своему  шоферу.  Белый  лимузин,  стоявший  у
входа,  тронулся  с  места,  а  со.  стоянки  перед  отелем  к
нему  немедленно  пристроились  три  полицейских  джипа.
 —  На  аэродром,—  бросил  Мунонго  своему  шофе¬
ру.—  И  поезжай  как  можно  быстрее.
 Позже  стало  известно,  что  президент  Касавубу  со¬
общил  по  телефону  Чомбе  о  вылете  «того  самого»  са¬
молета,  а  так  как  сам  Моиз  Чомбе  затем  продолжал
смотреть  фильм,  то  министр  внутренних  дел  ничего  не
узнал  об  этом  сообщении...  В  результате  на  аэродроме
разыгрылась  драматическая  сцена.
 Командир  экипажа  самолета  БС-4  авиационной
компании  «Эр  Конго»  Бауэне  запросил  у  начальника
 117

аэропорта  разрешения  на  посадку.  В  этой  просьбе  было
нечто  необычное.  С  того  времени  как  Катанга  отдели¬
лась  от  Республики  Конго,  регулярное  авиационное
сообщение  между  этими  двумя  областями  было  прерва¬
но  и  конголезские  самолеты  считались  в  Катанге  вра¬
жескими.  Поэтому  начальник  аэропорта  решил  посове¬
товаться  с  министром  внутренних  дел  Мунонго,  кото¬
рый  просьбу  о  разрешении  посадки  решительно  от¬
клонил.
 Потом,  однако,  состоялся  еще  один  разговор  с  ко¬
мандиром  корабля,  и  Мунонго  понял,  в  чем  дело.  Ка¬
питан  Бауэне  прежде  всего  сообщил  ему,  что  у  него
осталось  горючего  всего  минут  на  десять  лету,  что  он
вынужден  приземлиться  в  любом  случае,  чтобы  запра¬
виться,  а  кроме  того,  он  подчеркнул,  что  летит  из  Бак-
ванги  —  столицы  Южного  Касаи  —  и  на  борту  самолета
находятся  генеральный  комиссар  национальной  обо¬
роны  Бернар  Казади  и  трое  арестантов:  Патрис  Лумум-
ба,  Жозеф  Окита  и  Морис  Мполо.
 Мунонго  немедленно  связался  по  телефону  с  «прези¬
дентом»  Чомбе.  После  упомянутого  разговора  он  при¬
казал  начальнику  аэропорта  разрешить  посадку  при
условии,  что  самолет  только  заправится  и  продолжит
полет.  Но  он  ни  единым  словом  не  обмолвился  о  трех
пленниках.
 Патрис  Лумумба  был  премьер-министром  Республи¬
ки  Конго  и  одним  из  борцов  за  освобождение  страны
от  колониального  господства,  Окита  —  председате¬
лем  сената,  а  Мполо  —  министром  обороны.  В  резуль¬
тате  путча  все  они  были  арестованы  и  посажены  в
тюрьму.  До  этой  минуты  об  их  судьбе  ничего  не  было
известно.
 Министр  Мунонго  отдал  приказ  своим  вооруженным
отрядам.  Полицейские  заняли  аэродром  и  подступы  к
нему,  несмотря  на  то  что  на  аэродроме  находился  де¬
журный  взвод  шведских  военнослужащих  из  воору¬
женных  сил  Организации  Объединенных  Наций.  Те
равнодушно  наблюдали  за  перемещениями  своих  черно¬
кожих  коллег,  а  поскольку  находились  в  Конго  не
день  и  не  два,  то  привыкли  ни  во  что  не  вмешиваться
без  приказа.  В  данном  случае  им  никто  не  сказал,  что
следует  делать,  и  поэтому  защитники  права  и  справед¬
 118

ливости  в  голубых  касках  стали  безучастными  свиде¬
телями  разыгравшейся  драмы,  которую  они  должны
были  бы  предотвратить.
 Свидетельства  о  дальнейшем  ходе  событий  расхо¬
дятся  в  некоторых  деталях.  Но  это  не  существенно,
дело  не  в  подробностях.  Известно  одно,  что  из  самолета
вывели,  или  даже,  скорее,  выбросили,  трех  связанных
пленников,  которые  были  в  очень  жалком  состоянии.
Экипаж  самолета  позже  подтвердил,  что  пять  или  шесть
здоровенных  солдат  из  племени  балуба,  участников  мя¬
тежа  в  Южном  Касаи  против  законного  правительст¬
ва  Патриса  Лумумбы,  во  время  полета  жестоко  ис¬
тязали  пленников  при  попустительстве  со  стороны
своего  командира,  ответственного  сотрудника  из  штаба
мятежников  Казади.
 На  глазах  летного  персонала  и  служащих  аэропорта,
чернокожих  полицейских  Мунонго  и  шведских  солдат
воинских  частей  Организации  Объединенных  Наций
надругательства  над  пленниками  продолжались.  Лу-
мумба,  Мполо  и  Окита  были  в  наручниках  и  с  кляпами
во  рту.  Даже  на  первый  взгляд  было  ясно,  что  они
совершенно  обессилены.  Лица  пленников  были  обезо¬
бражены  следами  множества  ударов.  Позже  стало  из¬
вестно,  что  Казади  уже  заблаговременно  позаботился
о  скальпе.  Он  отрезал  у  Патриса  Лумумбы  бороду  и
усы,  отобрал  очки  и  спрятал  эти  военные  трофеи  в
кармане  отлично  сшитого  пиджака...
 Казади  не  был  примитивным  дикарем  из  джунглей.
Он  окончил  Леопольдвильский  университет,  где  пре¬
подавали  профессора-католики,  и  получил  диплом  спе¬
циалиста  по  политическим  наукам.  Он  встал  на  сто¬
рону  реакционных  политиков,  выступавших  против
Лумумбы.  Когда  Патрис  Лумумба  был  избран  премьер-
министром,  Казади  угодил  в  тюрьму.  Теперь  ему  пред¬
ставился  случай  отомстить.  Он  один  из  непосредствен¬
ных  виновников  смерти  Патриса  Лумумбы.
 Казади  принял  узников  на  аэродроме  в  Моанде  от
командира  частей  безопасности  Мендака  и  должен  был
доставить  их  в  Баквангу,  а  там  передать  касайскому
«королю»  Альберту  Калонжи.
 Самолет  с  пленниками  и  охраной  взлетел  с  аэродрома
в  Моанде  около  десяти  часов  утра.  Когда  он  прибли¬
 119

зился  к  Бакванге,  Казади  установил,  что  аэродром  за¬
нят  частями  ООН,  и  увидел  даже,  как  он  позже  ут¬
верждал,  что  солдаты  ООН  проверяют  приземляющиеся
самолеты.  Он  понимал:  необычные  пленники,  находя¬
щиеся  на  борту  самолета,  не  должны  попасть  в  руки
солдат  ООН.  Они  бы  освободили  Лумумбу  и  его  со¬
ратников,  и  тогда  сведения  об  их  состоянии  могли
бы  попасть  в  печать.  Поэтому  Казади  отдал  приказ
пилоту  Бауэнсу  продолжать  полет.
 Пленников  погрузили  в  джип  и  привезли  в  гости¬
ницу  бельгийской  авиационной  компании  «Сабена».
Там,  согласно  версии,  которую  через  своего  друга,
главного  редактора  бельгийской  газеты  «Спесиаль»,
Пьера  Давистера  опубликовал  сам  Моиз  Чомбе,  их
осмотрел  врач  в  присутствии  элизабетвильского  поли¬
цейского  комиссара  Пиа  Сапве.  Врач  констатировал,
что  пленники  находились  в  критическом  состоянии.
Им  осталось  жить  несколько  часов,  если  их  немедлен¬
но  не  доставят  в  больницу,  где  им  окажут  квалифици¬
рованную  помощь.
 Это  не  было  сделано.  Моиз  Чомбе  созвал  всех  своих
министров  и  попытался  переложить  на  их  плечи  хотя
бы  часть  ответственности.  Позже  он  заявил,  пытаясь
оправдаться,  что  у  него  будто  бы  не  было  другого  вы¬
хода.  Сначала  он  пытался  отправить  пленников,  быв¬
ших  уже  на  волосок  от  смерти,  тем  же  самолетом  даль¬
ше,  но  пилот  Бауэне  отказался  лететь  ночью,  так  как
ночные  полеты  над  Конго  были  строго  запрещены.  Вто¬
рой  возможностью  было  оказание  страдающим  людям
медицинской  помощи.  Чомбе,  однако,  не  отдал  приказа
перевезти  пленников  в  больницу.  Он  ссылался  на  то,
что  не  знал,  что  ему  делать.  Якобы  еще  ночью  он  свя¬
зался  по  телефону  с  президентом  Касавубу  и  упрекнул
его  за  то,  что  тот  посылает  ему  троих  обреченных  на
смерть,  и  заявил,  что  уже  утром  президент  получит
их  обратно.  Если,  конечно,  они  доживут  до  утра.  Пре¬
зидент  Касавубу  якобы  цинично  заявил:  если  они  не
выживут,  то  Чомбе  следует  их  побыстрее  похоронить  и
позаботиться  о  том,  чтобы  об  их  смерти  и  похоронах
никто  не  узнал.  Моиз  Чомбе  будто  бы  даже  вышел  из
себя  и  кричал  в  трубку,  что  утром  отправит  узников
обратно,  живыми  или  мертвыми.
 №

До  утра  пленники  не  дожили.  Первым  умер  пред¬
седатель  сената  Окита;  на  рассвете  —  двое  других.
Рано  утром  приглашенный  для  этого  бельгийский  врач
Питерс  официально  констатировал  смерть.  Чомбе  при¬
казал  погрузить  трупы  в  самолет.  Пилот  Бауэне,  од¬
нако,  отказался  принять  их  на  борт,  сказав,  что  для
транспортировки  трупов  необходимо  специальное  раз¬
решение  правления  компании  «Эр  Конго»  и  официаль¬
ный  документ.  Министр  Мунонго  звонил  по  этому  по¬
воду  в  Леопольдвиль,  но  авиакомпания  не  дала  согла¬
сия  на  перевозку.
 По  одной  версии,  трупы  трех  конголезских  поли¬
тических  деятелей  были  захоронены  прямо  в  районе
аэродрома,  в  непосредственной  близости  от  гостиницы
бельгийской  авиакомпании  «Сабена».  Инициатором
этого  был  будто  бы  министр  Мунонго,  который  лично
руководил  акцией.
 Исчезновение  Патриса  Лумумбы  вызвало  необычай¬
ную  тревогу’  общественности.  На  аэродроме  находи¬
лось  много  свидетелей,  и  поэтому  в  Элизабетвиле  пош¬
ли  слухи,  что  Лумумба,  Окита  и  Мполо  были  убиты.
Министр  Мунонго  испугался.  Сотрудники  аэродрома
как-никак  знали,  где  солдаты  закопали  трупы,  и,  не¬
смотря  на  то  что  Мунонго,  чтобы  замести  следы,  при¬
казал  облить  их  серной  кислотой,  в  случае  эксгума¬
ции  все-таки  можно  было  установить  истинную  причи¬
ну  смерти  Лумумбы  и  его  товарищей.  Тогда  специаль¬
ная  команда  выкопала  трупы,  полицейские  погрузили
их  в  автомашину  и  отвезли  к  выработанной  шахте
Эту  ал  ь,  принадлежавшей  бельгийской  компании  «Юни¬
он  миньер».  Там  их  сбросили  в>  заброшенный  шахтный
колодец  глубиной  двести  метров.
 По  другой  версии,  мертвых  отвезли  в  лабораторию
горной  компании  «Юнион  миньер»  и  положили  там  в
холодильник.  Поскольку  журналисты,  а  через  печать  и
мировая  общественность.  узнали  об  исчезновении  трех
политических  деятелей,  мог  возникнуть  крупный  скан¬
дал.  И  мертвых  сбросили  в  шахту  й  облили  кислотой,
чтобы  их  уже  никто  и  никогда  не  мог  опознать.
 Для  общественности  Мунонго  и  его  приспешники
инсценировали  драматический  побег  заключенных,
В  печати  появились  сообщения,  что  все  трое  действи¬
 121

тельно  были  арестованы  и  посажены  в  тюрьму.  Во  время
сильной  грозы,  которая  не  позволила  охране  услышать
шум  инструментов,  они  якобы  пробили  бетонную  стену
тюрьмы  и  бежали.  А  чтобы  сделать  это  сообщение  бо¬
лее  правдоподобным,  министр  назначил  награду  за
поимку  беглецов:  за  Лумумбу  300  тыс.  катангских
франков,  за  двух  остальных  —  по  пятьдесят  тысяч.
 Мировая  общественность  была  крайне  встревожена
развитием  политических  событий  в  Конго.  Было  из¬
вестно,  что  при  попустительстве  частей  ООН  здесь
происходят  стычки  африканских  племен  в  джунглях.
Мировая  печать  ежедневно  сообщала  о  событиях  в
Конго,  и  все  чаще  ставился  вопрос:  а  куда  же  исчезли
законно  избранный  премьер-министр  Конго  и  два  его
товарища?  Напряженность  возрастала,  представители
многих  стран  весьма  критически  высказывались  от¬
носительно  событий  в  этой  африканской  стране  и  тре¬
бовали  ответа.  Ведь  как-никак  в  Конго  находилась
миссия  ООН  и  шестнадцать  тысяч  солдат  вооруженных
сил  ООН.
 В  пятницу  10  февраля  1961  года  Советский  Союз
через  своего  постоянного  представителя  в  Организации
Объединенных  Наций  В.  А.  Зорина  потребовал  созыва
Совета  Безопасности  для  рассмотрения  положения,
сложившегося  в  Конго,  и  одновременно  передал  Гене¬
ральному  секретарю  ООН  Дагу  Хаммаршельду  письмо,
в  котором  выражались  опасения  за  судьбу  Патриса  Лу¬
мумбы.  Аналогичные  письма  передали  Хаммаршельду
представители  ряда  других  государств  —  членов  ООН.
 Вскоре  министр  Мунонго  заявил,  что  в  одной  из
катангских  деревень  были  найдены  трупы  трех  бегле¬
цов  —  Патриса  Лумумбы,  Окиты  и  Мполо,  что  убийцы
неизвестны,  трупы  официально  опознаны  и  погребены
в  месте,  которое  в  целях  безопасности  не  будет  названо.
Название  деревни  по  этим  же  причинам  также  сообщено
не  будет.  Общественности  через  печать  были  представ¬
лены  три  свидетельства  о  смерти,  подписанные  бель¬
гийским  врачом  Питерсом.
 В  действительности  все  обстояло  иначе.
 Чомбе  сразу  сообразил,  что  ему  представился  слу¬
чай  расправиться  с  опасным  соперником,  и  дал  указа¬
ние  своему  министру  Мунонго  расстрелять  пленников.
 122

Неважно,  где  это  произошло:  во  дворе  ли  тюрьмы  при
участии  специального  взвода  черных  наемников,  кото¬
рыми  командовали  белые,  или  же  Лумумбу,  Мполо  и
Окиту  убили  тут  же,  на  аэродроме.  Ясно  одно,  что  пос¬
ле  посадки  самолета  пленников  из  рук  черных  охран¬
ников  племени  балубу  приняли  белые  наемники,  бель¬
гийские  офицеры  —  военнослужащий  1-го  полка  бель¬
гийской  военной  полиции  капитан  Гат,  родом  из
Антверпена,  и  полковник  Юйг.  Убийцы  действовали
не  на  свой  страх  и  риск.  У  них  были  точные  приказы,  а
кроме  того,  за  убийство  им  хорошо  заплатили.
 Как  удалось  потом  выяснить,  убийство  Патриса  Лу-
мумбы  планировалось  уже  в  августе  1960  года  в  Лео¬
польдвиле.  Все,  что  происходило  в  Конго,  было  свя¬
зано  со  стратегией  и  тактикой  «Клуба  пяти»  —  группи¬
ровки  гигантских  компаний,  располагавших  миллиард¬
ным  капиталом  и  сосредоточивших  в  своих  руках
власть  почти  над  всей  экономикой  сказочно  богатой
страны.  В  ту  пору  их  характеризовали  так:
 —  Компания  Чшоп  М1шёге  йи  Наи!  Са^ап^а  круп¬
нейший  в  мире  производитель  кобальта;  она  занимает
третье  место  в  мировом  производстве  меди,  добывает
золото,  цинк,  германий,  кадмий  и,  главное,  уран.
Таким  образом,  в  руках  этой  компании  находятся
запасы  стратегического  сырья  и  она  может  влиять  как
на  финансовую,  так  и  на  военную  политику  страны.
На  предприятиях  компании  работает  около  ста  тысяч
человек.  Официально  объявленный  капитал  компании
составляет  восемь  миллиардов  бельгийских  франков.
 Согшшёге,  8ос1ё1ё  Соттегс1а1е  е1  Мт1ёге  йи  Соп^о,—
компания,  которая  владеет  плантациями  и  некоторыми
крупными  шахтами.
 ВгиЯпа,  8ос1ё1ё  йе  ВгихеИез  роиг  1а  Ртапсе  е!;
Г1пйиз1пе,  властвует  в  финансовой  и  страховой  об¬
ласти.  8ос1ё1ё  Оёпёга1е  йе  Ве^цие  —  общество,  кото¬
рое  контролирует  прямо  или  косвенно  70%  всей  конго¬
лезской  экономики,  имеет  решающее  влияние  па  до¬
бычу  меди,  кобальта  и  алмазов.  Его  интересы  главным
образом  сосредоточиваются,  в  самых  богатых  полез¬
ными  ископаемыми  районах  Катанги  и  Касаи.
 То  есть  совершенно  очевидно,  кто  нашептывал  Чом¬
бе,  кто  финансировал  его  сепаратистский  путч  и  кто
 123

возвысил  в  ранг  короля,  самозваного  «короля  провин¬
ции  Касаи»,  Альберта  Калонжи.  Именно  такие  ничем
не  брезгующие  политики  за  деньги  и  за  мишуру  славы,
были  готовы  сделать  все,  что  угодно.
 Пятая  компания—«Танке»  (Тап^апу1ка  Сопсеззшпз)
с  преимущественно  английским  капиталом.
 Представители  этих  компаний  единодушно  сошлись
во  мнении,  что  Патрис  Лумумба  и  его  правительство
представляют  опасность  для  экономических  интересов
владельцев  акций,  которые  на  эксплуатации  при¬
родных  богатств  Конго  зарабатывали  миллиар¬
ды.
 В  течение  долгого  времени  не  было  известно  о  свя¬
зях  руководства  этих  компаний  с  авантюристами,  по¬
добными  Чомбе  и  Калонжи.  Об  этом  узнали,  когда  уда¬
лось  отыскать  человека,  бывшего  между  ними  посред-.
ником,—  графа  Гарольда  д’Аспремонт-Линдена,  быв¬
шего  заместителя  премьера  бельгийского  правительства.
Находясь  на  этой  должности,  он  отвечал  за  секретную
службу  не  только  в  самой  Бельгии,  но  и  в  Конго,  ^раф
Гарольд  знал  Чомбе,  который  подвизался  в  качестве
агента  бельгийской  секретной  службы  и  был  способен
на  любые  подлости.
 У  графа  Гарольда  д’Аспремонт-Линдена  имелись  в
Конго  большие  связи,  ведь  он  когда-то  был  королевским
министром  по  делам  Африки.  Его  дядя,  граф  Роберт
д’Аспремонт-Линден,  был  королевским  маршалом  и
одновременно,  а  может  быть  и  в  первую  очередь,  чле¬
ном  всемогущего  контрольного  совета  компании  8ос1е-
1ё  Сёпёга1е  йе  Ве^хчие.  Поскольку  значительная  часть
капитала  этой  компании  принадлежит  семьям  Моргана,
Меллона  и  Рокфеллера,  то  можно  утверждать,  что  про¬
тив  Патриса  Лумумбы  организовали  заговор  самые
могущественные  люди  капиталистического  мира.
 Большую  роль  в  этом  сыграла,  кроме  всего  прочего,
«система  ндуку»  —  система  родственных  отношений.
Речь  идет  об  одной  особенности,  имеющей  исключитель¬
ный  характер  в  том  смысле,  что  в  Конго,  в  отличие  от
других  стран,  она  существует  совершенно  открыто  и
признается  официально.
 По  этому  неписаному,  но  строго  соблюдаемому  за¬
кону  каждый*  кто  занимает  какой-либо  пост*  обязан
 124

на  руководящие  должности  того  учреждения,  которым
он  управляет,  поставить  своих  родственников  или  жи¬
телей  деревни,  откуда  он  происходит,  а  если  этих  мест
достаточно  много,  то  и  членов  своего  племени.  Каждый
из  этих  «родственников»  (слово  «ндуку»  означает  двою¬
родный  брат)  в  свою  очередь  имеет  родственников  и
связан  по  отношению  к  ним  таким  же  обязательством.
Синекуры,  заполняемые  родственниками,  растут  со
скоростью  цепной  реакции,  подобно  буйной  тропичес¬
кой  растительности,  но  никто  из  получивших  мес^о
ничего  не  делает,  ибо  каждому  достаточно  занять  какое-
то  положение.
 Отдел  общественной  гигиены  в  Альбертвиле,  напри¬
мер,  имел  в  штате  186  дворников  для  уборки  10  кило¬
метров  улиц,  а  организация  общественных  работ  в
том  же  городе  содержала  40  плотников,  хотя  не  имела
никаких  средств  для  покупки  дерева  и  гвоздей.
 Чрезвычайно  размножились  местные  политики  и
функционеры,  что  породило  социальный  паразитизм
у  людей,  которые  видели  в  таком  режиме  главный  ис¬
точник  обогащения  и  грабили  государственную  казну.
Поскольку  ситуация  в  стране  была  неустойчивой,
каждый  из  этих  300  министров,  300  шефов  кабинетов,
бесчисленных  секретарей  и  так  далее  старался  за  время
своей  государственной  службы  пожить  как  можно  более
широко.
 Для  того  чтобы  завершить  характеристику  обста¬
новки,  сложившейся  в  Конго  в  период,  когда  погибли
Патрис  Лумумба  и  два  его  товарища  по  борьбе,  необ¬
ходимо  упомянуть  и  о  том,  что  народная  армия,  кото¬
рая  впоследствии  добилась  таких  больших  успехов,
заняв  за  короткое  время  три  четверти  территории  Кон¬
го,  сначала  была  вооружена  мачете,  луками  и  стрелами,
а  средний  возраст  бойцов  ударных  отрядов  не  превышал
14  лет.
 Военные  наемники,  сражавшиеся  на  другой  сто¬
роне,  представляли  собой  банду  совершенно  деморали¬
зованных  авантюристов.
 Упомянем  еще  одну  особенность  режима,  установ¬
ленного  в  Конго,  которая  поможет  читателю  понять
политические  отношения  в  этой  стране.  Она  заключа¬
лась  в  существовании  совета  генеральных  комиссаров.
 Д25

Учредил  его  полковник  Мобуту  после  военного  путча
 1960  года.  А  так  как  одновременно  он  распустил  пар¬
ламент,  то  этот  совет  был  и  законодательным  и  прави¬
тельственным  органом  самого  высокого  уровня.  В  него
вошло  несколько  конголезских  студентов,  которых
Мобуту  приказал  срочно  отозвать  из  бельгийских  выс¬
ших  учебных  заведений:  к  моменту  провозглашения  не¬
зависимости  на  территории  бывшего  бельгийского  Кон¬
го  было  только  тринадцать  граждан  с  высшим  образо¬
ванием.
 И  еще  один  аргумент,  учитывавшийся  теми,  кто  в
 1961  году  считал  необходимым  устранение  политичес¬
кого  деятеля,  целью  которого  было  освобождение  Кон¬
го.  Урановые  шахты  в  Шинколобве  были  самым  боль¬
шим  производителем  урана.на  Западе.  Здесь  добывался
уран,  из  которого  была  сделана  атомная  бомба,  уничто¬
жившая  Хиросиму.  Соединенные  Штаты  вряд  ли  были
заинтересованы  в  том,  чтобы  ураном  распоряжались
сами  конголезцы...
 И  вот  министр  иностранных  дел  Бельгии  Виньи
дал  приказ  Бельгийской  технической  миссии  выделить
из  своих  фондов  три  миллиона  бельгийских  франков
политическим  противникам  Патриса  Лумумбы.  Боль¬
шие  суммы  были  выплачены  и  некоторым  офицерам
бельгийской  колониальной  армии.  В  помещении  бель¬
гийского  консульства  в  Браззавиле  заработала  радио¬
станция,  передачи  которой  были  направлены  против
политики  Патриса  Лумумбы.
 28  ноября  1960  года  в  Браззавиле  по  случаю  го¬
сударственного  праздника  Конго  (Браззавиль)  у  пред¬
седателя  правительства  аббата  Юлу  собрались  Чомбе,
Касавубу,  Адула,  Илео,  Бомбока  и  Кимба.  Этот  «высо¬
кий  трибунал»  приговорил  П.  Лумумбу  к  смерти.
Его  влияния  боялись,  боялись  успехов  его  верного  со¬
ратника  Гизенги  в  Стенливиле,  опасались  того,  что
Патрис  Лумумба  может  вырваться  на  свободу  и  при
поддержке  вооруженных  сил  ООН  снова  прийти  к
власти.
 Первоначальный  план  предполагал,  что  ликвида¬
цией  неугодного  политика  займется  Чомбе.  После  дол¬
гих  дебатов  «государственные  деятели»  пришли,  од¬
нако,  к  более  простому  решению.  Нужно  отправить
 126

Лумумбу  к  его  противнику  Калонжи,  заносчивому,
тщеславному  «королю»  Южного  Касаи.  Об  остальном
уже  можно  было  не  заботиться.
 Патрис  Эмери  Лумумба  родился  2  июля  1925  года
в  провинции  Касаи  в  племени  мутетела.  По  окончании
миссионерской  школы  в  Леопольдвиле  и  Стенливиле
он  стал  почтовым  служащим,  потом  перешел  на  работу
на  пивоваренный  завод.  Политической  деятельностью
стал  заниматься  в  Союзе  туземных  служащих  Конго  —
отделении  Конфедерации  свободных  профсоюзов.
В  1956  году  за  свою  политическую  деятельность  Пат¬
рис  Лумумба  был  приговорен  к  году  тюрьмы.
 После  освобождения  из  заключения  в  1958  году
Лумумба  основал  политическую  партию  Национальное
движение  Конго  В  конце  1959  года  он  был  снова  по¬
сажен  в  тюрьму,  но  бельгийским  колонизаторам  приш¬
лось  его  выпустить  в  связи  с  тем,  что  в  качестве  по¬
литического  представителя  Конго  Патрис  Лумумба
должен  был  принять  участие  в  общеафриканской  кон¬
ференции  в  Аккре.  Там  он  был  избран  в  руководящий
комитет.
 Национально-освободительное  движение  в  Конго
с  самого  начала  столкнулось  с  серьезными  затрудне¬
ниями.  Одним  из  самых  больших  препятствий  на  пути
его  развития  были  споры  между  вождями  племен,  от¬
сутствие  единства  среди  политических  руководителей.
Существовало  множество  политических  партий  и  на¬
правлений,  но  самых  больших  успехов  добились  те,
кто  требовал  полной  независимости  Конго.  Этим  си¬
лам,  во  главе  которых  стоял  Патрис  Лумумба,  принад¬
лежало  главное  слово  на  конференции  в  Брюсселе,
проходившей  в  январе  —  феврале  1960  года.  Результатом
этой  конференции  была  констатация  победы  нацио¬
нально-освободительного  движения.  Лумумба  торжест¬
вовал:  независимость  Конго  будет  провозглашена
30  июня  1960  года.
 В  результате  выборов  в  парламент  Республики  Кон¬
го  и  провинциальные  собрания  в  мае  1960  года  победу
одержала  партия  Лумумбы  Национальное  движение
Конго,  выдвинувшая  главным  требованием  своей  про¬
граммы  независимость  и  единство  страны.  Патрис  Лу¬
мумба  сформировал  коалиционное  правительство  и
 127

стал  его  председателем.  Первым  президентом  Респуб¬
лики  Конго  избрали  председателя  партии  АБАКО
Жозефа  Касавубу.
 События  на  военной  базе  Кемп-Гарди  все  равно  про¬
изошли  бы:  они  были  логическим  следствием  колониаль¬
ной  политики  бельгийского  правительства,  но  их  уско¬
рило  поведение  бельгийского  генерала  Эмиля  Йенс-
сенса,  командующего  конголезской  народной  армией.
Своими  выступлениями  в  стиле  «белого  господина»,
оскорбительными  заявлениями  в  адрес  независимости
страны  он  спровоцировал  мятеж  и  вынужден  был  вместе
с  другими  офицерами  поспешно  оставить  Кемп-Гарди.
Конголезские  солдаты  в  тот  же  день  арестовали  остав¬
шихся  бельгийских  офицеров  и  направили  делегацию
к  премьер-министру  Лумумбе.
 Сообщение  о  восстании  солдат  против  бельгийских
командиров  распространялось  с  быстротой  молнии.
На  военных  базах  Ренсдорф  и  Леопольд  рядовые  воен¬
нослужащие  арестовали  бельгийских  офицеров.  Потом
они  потребовали  от  премьер-министра  их  увольнения
из  конголезской  армии  и  гарантий  относительно  того,
что  отныне  конголезцы  сами  смогут  быть  офицерами,
что  до  сих  пор  было  невозможно.  Они  также  потребо¬
вали  повышения  жалованья.
 Правительство  Лумумбы  удовлетворило  эти  требо¬
вания.  Решением  от  9  июля  оно  уволило  бельгийских
офицеров,  в  том  числе  и  главнокомандующего  генерала
Йенссенса.  В  армии  были  оставлены  только  некоторые
бельгийские  технические  советники.
 Произошли  волнения,  западная  печать  стала
писать  об  «анархии_в  Конго,  угрожающей  бельгийским
гражданам».  Некоторые  иностранцы,  боясь  потерять
состояние,  действительно  закрывали  предприятия  и
поспешно  уезжали.  Бельгийское  правительство  дало
понять,  что  оно  введет  в  страну  войска.  Надо  было  как-
то  оправдать  действия,  направленные  против  суверени¬
тета  свободного  государства,  оправдаться  перед  ми¬
ровой  общественностью.  9  июля  в  лондонской  газете
«Таймс»  появилось  заявление  представителя  англий¬
ского  министерства  иностранных  дел,  в  котором  гово¬
рилось,  что  английский  консул  Эванс  и  его  американ¬
ский,  французский  и  итальянский  коллеги*  находя¬
 Д28

щиеся  в  главном  городе  провинции  Катанга  Элизабет-
виле,  обратились  к  бельгийскому  министерству  ино¬
странных  дел  с  просьбой  направить  бельгийские  военные
части  для  охраны  жизни  и  имущества  иностранных
граждан  и  обеспечения  порядка  в  стране.  На  сле¬
дующий  же  день  над  Элизабетвилем  появились  само¬
леты,  с  которых  высадились  бельгийские  парашютисты
и  немедленно  открыли  огонь  по  мирным  жителям.  На
улицах  осталось  более  ста  убитых.  Через  два  дня  пара¬
шютисты  заняли  весь  город.
 Премьер-министр  Лумумба  настоятельно  потребовал
от  Организации  Объединенных  Наций,  чтобы  она  вме¬
шалась  в  события  и  заставила  бельгийское  правительст¬
во  вывести  свои  войска  из  страны.  15  июля  1960  года
правительство  Лумумбы  разорвало  дипломатические  от¬
ношения  с  Бельгией,  и  бельгийскому  послу  было  пред¬
ложено  немедленно  покинуть  страну.  Лумумба  заявил,
что  обратится  за  помощью  к  Советскому  Союзу,  ес¬
ли  бельгийские  войска  в  течение  трех  дней  не  покинут
территорию  Конго.
 Патрис  Лумумба  старался  всеми  способами  отстоять
самостоятельность  государства.  24  июля  он  неожиданно
вылетел  в  Нью-Йорк  для  встречи  с  Генеральным  сек¬
ретарем  ООН  Д.  Хаммаршельдом.  В  Вашингтоне  его
принял  президент  Д.  Эйзенхауэр.  Он  встретился  не¬
сколько  раз  с  государственным  секретарем  Гертером.
Но  все  его  усилия  были  напрасны.  Заговор  против  са¬
мостоятельности  Конго  уже  был  подготовлен.
 Когда  Патрис  Лумумба  находился  в  столице  Марок¬
ко  Рабате,  он  узнал,  что  президент  Касавубу  выразил
ему  «недоверие»  как  премьер-министру.  Двумя  днями
позже  Лумумба  приказал  частям  конголезской  армии
войти  в  отколовшуюся  провинцию  Катанга  и  объявил
чрезвычайное  положение  на  территории  всей  страны.
Политический  хаос  усилился.  5  сентября  президент
Касавубу  сообщил,  что  Патрис  Лумумба  низложен,
и  назначил  новым  премьер-министром  председателя
сената  Илеа.  12  сентября  1960  года  Патрис  Лумумба
был  арестован,  но  ему  удалось  бежать,  и  через  три
часа  после  побега  он  уже  пытался  пробиться  в  здание
леопольдвильской  радиостанции,  откуда  хотел  обра¬
титься  к  народу.  Здание  охраняло  подразделение  во-
 5  В.  П.  Боровичка
 129

оружейных  сил  ООН,  состоявшее  из  солдат  Ганы.  Сол¬
даты  не  пустили  его.  Парламент  Конго  проголосовал
за  предоставление  Лумумбе  неограниченной  власти,
но  24  сентября  происходит  путч  полковника  Мобуту,
который  захватывает  власть  и  заключает  Патриса
Лумумбу  под  домашний  арест.
 Только  в  конце  ноября  Лумумбе  удалось  обмануть
бдительность  охранников,  расставленных  вокруг  его
виллы  в  Леопольдвиле,  и  бежать.  Солдаты  полковника
Мобуту  немедленно  начали  его  преследовать,  получив
приказ  доставить  его  живым  или  мертвым.  Агенты  Мо¬
буту  напали  на  его  след  и  2  декабря  1960  года  снова
арестовали  и  доставили  в  Леопольдвиль.
 Между  тем  прогрессивная  общественность  всего
мира  гневно  осудила  незаконные  средства,  при  помощи
которых  был  низложен  законно  избранный  премьер-
министр  конголезского  правительства  Патрис  Лумумба,
находившийся  у  власти  всего  80  дней.  Представители
миогих  стран  обратились  к  Организации  Объединенных
Наций  и  потребовали  немедленного  освобождения  плен¬
ника.  В  январе  1961  года,  однако,  Патриса  Лумумбу,
Мориса  Мполо  и  Жозефа  Окиту  увезли  в  Катангу,  пе¬
редав  прямо  в  руки  их  самого  ярого  врага  —  Чомбе...
 Смерть  Лумумбы  не  упростила  политическую  ситуа¬
цию  в  Конго.  Заместитель  премьер-министра  закон¬
ного  правительства  Антуан  Гизенга  сформировал  пра¬
вительство  с  местом  пребывания  в  Стенливиле  (ныне
Кисангани),,  и  многие  государства,  в  том  числе  и  со¬
циалистические  страны,  признали  его.  Но  беспорядки
продолжались.  Только  в  июне  1961  года  удалось  дос¬
тичь  частичного  перемирия.  Оба  конголезских  прави¬
тельства  —  леопольдвильское  и  стенливильское  —  за¬
ключили  соглашение  о  созыве  парламента.  Новый  пар¬
ламент  избрал  правительство  национального  единства,
премьер-министром  которого  стал  Адулу,  а  замести¬
телем  премьер-министра  —  А.  Гизенга.
 Программа  нового  правительства  предусматривала
восстановление  единства  Конго,  ликвидацию  сепара¬
тизма  Катанги,  упорядочение  экономического  хаоса.
В  сентябре  правительство  Адулу  попросило  военной
помощи  у  Организации  Объединенных  Наций  для  присо¬
единения  Катанги  к  Республике  Конго.
 130

И  вот  Генеральному  секретарю  ООН  Дагу  Хам¬
маршельду,  который  до  последнего  момента  поддержи-,
вал  сепаратистские  устремления  Чомбе,  не  осталось
ничего  другого,  как  поехать  к  нему  лично  и  убедить
его  в  том,  что  ветер  переменился.  Решение  Хаммар¬
шельда,  переданное  по  радио,  а  затем  опубликованное
в  печати,  вызвало  ужас  в  компетентных  кругах.  Ведь
Генеральный  секретарь  ООН  направлялся  прямо  в
пасть  льва.  Встреча  должна  была  произойти  на  терри¬
тории  Родезии,  где  правил  друг  Чомбе  премьер-ми¬
нистр  Федерации  Родезии  и  Ньясаленда  (теперь  госу¬
дарства  Замбия  и  Малави)  сэр  Рой  Веленски.
 Подготовка  к  отлету  проходила  в  нервозной  обста¬
новке.  Дело  в  том,  что  у  Хаммаршельда  не  было  ника¬
кого  другого  самолета,  кроме  «Альбертины»  —  четырех¬
моторного  «Дугласа»  БС-6В,  на  котором  двумя  днями
раньше  прилетел  ирландский  генерал  Син  Маккиан,
чтобы  принять  верховное  командование  войсками  ООН
у  шведского  генерала  Карла  фон  Горна.  Самолет  был
поврежден:  в  Элизабетвиле  его  обстреляли  йз  пулеме¬
тов.  Но  командир  корабля  швед  Пер  Галлонквист,  ос¬
мотрев  с  механиками  самолет,  установил,  что  пули
пробили  только  один  из  внешних  кожухов  сопла  и
немного  повредили  обшивку  одного  двигателя.  Самолет
был  в  порядке,  пилот  отдыхал  после  последнего  полета
целые  сутки.  Таким  образом,  ничто  не  мешало  отлету.
 Может  быть,  это  и  покажется  парадоксальным,  но
части  ООН  в  Конго  не  могли  в  должной  мере  обеспе¬
чить  безопасность  полета  Генерального  секретаря.
В  Конго  в  их  распоряжении  не  было  истребителей,
которые  могли  бы  сопровождать  самолет,  поэтому
охрану  Генерального  секретаря,  направляющегося  в  ло¬
гово  врага,  обеспечивала  лишь  усиленная  сопроводи¬
тельная  группа.  Три  сержанта,  которые  обычно  охра¬
няли  Хаммаршельда,  получили  подкрепление  в  лице
двух  шведских  солдат.  Несмотря  на  то  что  в  самолет
они  сели,  вооружившись  до  зубов,  против  отрядов  Чомбе
они  вряд  ли  могли  что-то  сделать.
 Экипаж  самолета  был  шведский.  Он  состоял  из  опыт¬
ных  работников  авиационной  компании  «Трансэр».  Но
командир  экипажа  Галлонквист  отступил  от  основных
принципов  авиационных  полетов.  Перед  стартом  он
 5*
 431

заявил,  что  полетит  через  Лулуабург  (сегодня  Канан-
га),  в  действительности  же  избрал  другую  трассу,  кото¬
рая  делала  крюк  к  озеру  Танганьика,  а  оттуда  по  дуге
вела  к  Ндоле.
 Даг  Хаммаршельд  летел  к  Чомбе  не  один.  Его  со¬
провождали  секретарь  Леланд  и  два  советника-аме-
риканца  Вишоф  и  Фабри.  Первый  прилетел  с  ним  из
Нью-Йорка,  второй  присоединился  в  Конго,  где  ра¬
ботал  в  представительстве  ООН.  Как  и  во  всех  его
поездках,  Хаммаршельда  сопровождал  еще  и  его  лич¬
ный  секретарь.
 Экипаж  был  готов  к  вылету,  пассажиры  поднялись
на  борт  «Альбертины»  с  голубыми  опознавательными
знаками  .  Организации  Объединенных  Наций.  Около
17  часов  конголезского  времени  самолет  оторвался  от
взлетной  полосы  аэродрома.
 Никто  так  и  не  узнал,  что  произошло  на  борту  «Аль¬
бертины»  во  время  полета.  Все  данные,  которые  поз¬
воляют  восстановить  эти  события,  получены  от  сотруд¬
ников  навигационной  службы.  Капитан  Галлонквист
по  понятным  соображениям  не  разрешал  радисту  свя¬
зываться  с  землей,  пока  самолет  летел  над  территорией
Конго.  Только  когда  была  пересечена  родезийская  гра¬
ница,  «Альбертина»  вышла  в  эфир,  и  наземная  служба
узнала,  что  самолет  с  Генеральным  секретарем  ООН
находится  пад  озером  Танганьика.  После  этого  слеже¬
ние  за  самолетом  приняла  наземная  служба  в  Солсбери
и  в  Ндоле.
 Поездка  Д.  Хаммаршельда  к  Чомбе  должна  была
сохраняться  в  тайне.  Поэтому  при  отлете  на  аэродроме
пе  было  ни  дипломатов,  ни  представителей  печати.
Но  мир  все-таки  узнал  о  предстоящей  акции  Хаммар¬
шельда.  Уже  через  двадцать  минут  после  старта  само¬
лета  радиостанции  сообщали  о  плане  Генерального  сек¬
ретаря  ООН.  Каким  образом  могли  узнать  об  этой
секретной  встрече  телеграфные  агентства?  Не  была  ли
их  нескромность  причиной  последующих  событий?
 Едва  ли  удастся  установить,  кто  выдал  тайну.  Мы
можем  только  предполагать,  кто  мог  это  сделать.
 Важным  свидетелем  при  последующем  расследова¬
нии  происшествия  стал  диспетчер  аэродрома  в  Ндоле
А.  Кемпбелл  Мартин.  У  него  как  раз  было  ночное  де¬
 132

журство.  И  в  23.30  он  услыщал  вышедшего  в  эфир  ра¬
диста  «Альбертины»,  что  дало  ему  основания  предпо¬
лагать,  что  самолет  ООН  приземлится  в  Идольском  аэро¬
порту  в  00.20.3а  десять  минут  до  предполагаемого  при¬
земления  радист  самолета  еще  раз  связался  с  аэродро¬
мом.  Мартин  уточнил  высоту  и  разрешил  пилоту  сни¬
зиться  до  1800  метров.
 Позже  диспетчер  Мартин  повторил  последние  слова
командира  экипажа  самолета:
 ...—Нахожусь  над  Ндолой.  Вижу  ваши  огни.  Сни¬
жаюсь.
 И  тут  появилось  первое  подозрительное  обстоятель¬
ство.  Дело  в  том,  что  Мартин  не  записал  разговор  с  ко¬
мандиром  экипажа  самолета  на  магнитофонную  ленту,
как  это  предписывают  международные  правила.  Он
пытался  объяснить  это  тем,  что  у  него  испортился  магни¬
тофон.  Вполне  возможно,  что  это  было  действительно
так.  Но  возможно  также  и  то,  что  наземный  персонал
просто  не  слишком  серьезно  относился  к  своим  служеб¬
ным  обязанностям.  К  тому  же  Мартин,  вероятно,  не
подозревал,  кто  находится  на  борту  «Альбертины».
Третья  возможность:  Мартин  не  записал  разговор
умышленно.  Видимо,  на  это  у  него  были  свои  при¬
чины?
 В  ходе  расследования  на  Мартина  пе  пала  даже  и
тень  подозрения.  Он  был  надежным  и  проверенным  ра¬
ботником.  К  такому  выводу  пришла  комиссия,  рассле¬
довавшая  причины  гибели  самолета.  Были  ли  у  нее  до¬
казательства  на  этот  счет?  Это  был  не  первый  случай,
когда  магнитофонная  лента  могла  сыграть  решающую
роль  в  расследовании  дела.  Когда  в  1963  году  в  Далласе
был  убит  американский  президент  Джон  Кеннеди  и
полиция  арестовала  предполагаемого  убийцу  —  Осваль¬
да,  во  время  его  допроса  полицейские  также  «забыли»
включить  магнитофон  и  не  составили  даже  протокола
допроса.
 Позже,  когда  эксперты  комиссии  рассуждали  о
возможных  виновниках  катастрофы  самолета,  они  ис¬
следовали  все  обстоятельства  обеспечения  секретности
встречи  в  Ндоле.  Тайная  встреча,  оказывается,  вообще
не  была  тайной,  наоборот,  ее  ждали  с  большим  интет
 133

Аэродром  в  Ндоле  располагает  современным  обору¬
дованием.  Сам  город  является  важным  экономическим
центром,  находясь  в  центре  района  добычи  меди.  Было
воскресенье,  но  на  аэродроме  с  самого  утра  царило
оживление.  Начальника  аэропорта  Уильямса  отозвали
с  уик-энда.  Он  приехал,  привел  в  порядок  письменный
стол  и  освободил  свой  кабинет  для  совещания.  Уильямс
был  одним  из  тех,  кто  располагал  относительно  точной
информацией  о  прибытии  Д.  Хаммаршельда,  так  как
уже  в  середине  дня  он  предупредил  персонал  аэродрома
о  том,  что  нужно  приготовиться  принять  ночью  само¬
лет.  Наземный  персонал,  таким  образом,  также  знал  за
добрых  шесть-семь  часов  до  приземления  самолета  о
том,  что  ожидается  прибытие  важного  гостя.  Но  как
об  этом  узнал  на  целый  день  раньше  майор  Массел,
командир  англо-родезийских  истребителей-бомбарди¬
ровщиков  типа  «Канберра»?  Ведь  тогда,  наверное,  и
сам  Д.  Хаммаршельд  еще  не  принял  решения  о  встрече
с  Чомбе.  И  однако,  на  аэродроме  в  Ндоле  уже  за  двад¬
цать  четыре  часа  до  приземления  «Альбертины»  стояли
самолеты  Массела.
 Но  они  не  были  одиноки.  Кто  прислал  сюда  три  аме¬
риканские  «Дакоты»?  Они  также  стояли  с  запущенными
двигателями.  Позже  поговаривали,  что  радиостанций
«Дакот»  обеспечивали  радиосвязь  американского  ко¬
мандования  с  местом  важной  встречи.  Генералы  США
хотели  иметь  информацию  из  первых  рук.
 Итак,  аэродром  во  всех  отношениях  был  готов  при¬
нять  представителей  обеих  сторон.  К  вечеру  призем¬
лилось  несколько  самолетов  типа  «Канберра»,  эскор¬
тировавших  личный  самолет  Моиза  Чомбе.  Тот  появил¬
ся  в  сопровождении  свиты,  вошел  в  здание  аэропорта  и
расположился  в  кабинете  начальника.
 Последнее  доказательство  недостаточной  конспи¬
рации  встречи  является  самым  убедительным.  За  не¬
сколько  часов  до  предполагаемого  приземления  «Аль¬
бертины»  в  аэропорту  Ндолы  появился  корреспондент
агентства  Рейтер  и  начал  расспрашивать  персонал,  пы¬
таясь  собрать  интересующие  его  сведения.
 На  аэродроме  было  объявлено  о  предстоящем  при¬
землении  самолета,  диспетчер  Мартин  ждал  от  него
дальнейших  сообщений,  однако  прошло  десять  минут,
 134

а  радист  «Альбертины»  не  отзывался.  Одни  свидетеля
утверждали,  что  слышали  шум  моторов  самолета,  за¬
ходящего  на  посадку,  другие  говорили,  что,  судя  по
звуку,  самолет  повернул  и  полетел  обратно.
 Те,  кто  ждал  прибытия  Хаммаршельда,  рассуждали
логически:  самолет  не  приземлился  потому,  что  Гене¬
ральный  секретарь  ООН  решил  отложить  встречу  с
Чомбе.  Или  же  он  вообще  признал  переговоры  не¬
уместными  и  приказал  повернуть  обратно.
 Реально  ли  это?  Ведь  «Альбертина»  находилась  в
воздухе  уже  более  шести  часов  и  вдругЛ  у  самой  цели,
легла  на  обратный  курс?
 Командир  корабля  Пер  Галлонквист  стал  заходить
на  посадку.  Он  снизил  самолет,  выполняя  команды
диспетчера  Мартина,  вероятно,  даже  приказал  выпус¬
тить  шасси.  Но  видимо,  он  еще  не  включил  посадочные
прожекторы,  так  как  самолет  летел  высоко.
 И  как  раз  в  тот  момент,  когда  командир  корабля  на¬
чал  разворачиваться  перед  приземлением,  крылья
«Альбертины»  врезались  в  верхушки  деревьев.  Все
остальное  произошло  мгновенно.  Самолет  стал  падать,
раздался  взрыв.  «Альбертина»  загорелась  на  склоне  горы
Ндола-Хилл,  высота  которой  составляет  1290  метров.
Но  ведь,  по  показаниям  Мартина,  самолет  в  это  время
должен  был  находиться  на  высоте  по  меньшей  мере
1800  метров.
 Все  находившиеся  в  самолете  погибли,  кроме  сер¬
жанта  Гарольда  Джулайна.  Труп  Генерального  секре¬
таря  ООН  Дага  Хаммаршельда  лежал  немного  в  сто¬
роне.  Опознать  его  было  очень  просто,  так  как  у  Хам¬
маршельда  на  запястье  был  надет  серебряный  браслет
со  всеми  необходимыми  данными.
 Умирающего  сержанта  Гарольда  Джулайна  привез¬
ли  в  больницу,  где  он  успел  произнести  несколько  слов,
которые  обошли  весь  мир.  Их  перепечатали,  наверное,
все  газеты,  однако  открыть  тайну  катастрофы  «Аль¬
бертины»  они  все-таки  не  помогли.
 Сообщение  сержанта  слышал  английский  офицер
полиции,  который  находился  у  постели  умирающего,
а  также  его  лечащий  врач.  В  тот  момент,  когда  ране¬
ный  на  несколько  минут  пришел  в  себя,  он  спросил  его,
почему  «Альбертина»  не  приземлилась.
 135

—  Господин  X.  сказал,  что  мы  возвращаемся,—
ответил  Гарольд  Джулайн  и,  помолчав  минуту,  спро¬
сил:  —  Где  я?
 —  В  Северной  Родезии.  Последний  раз  мы  вас  слы¬
шали,  когда  вы  были  над  аэродромом  в  Ндоле.
 —  Произошел  взрыв.
 —  Где?  В  зоне  приземления?
 —  Да.
 —  Что  произошло  потом?
 —  Мы  летели  с  большой  скоростью,  потом  вреза¬
лись.  Повсюду  раздавались  взрывы.  Я  схватился  за
ручку  аварийного  выхода  и  выпрыгнул  наружу.
 —  А  остальные?
 —  Они  не  смогли.  Господин  X,  сказал...  возвра¬
щаемся...
 То,  что  сказал  Джулайн,  вызвало  сенсацию,  но,
однако,  мало  что  объясняло  и  ничего  не  доказыва¬
ло.  По  мнению  консилиума  врачей,  «нельзя  утверждать
наверняка,  что  сержант  понял  вопрос  и  что  его  психи¬
ческое  состояние  позволяло  ему  осознать  то,  что  он
говорил».  Итак,  загадка  осталась  загадкой.
 Эксперты  рассчитали,  что  самолет  упал  примерно
через  три  минуты  после  последней  радиосвязи  с  аэро¬
дромом,  то  есть  где-то  в  00.30.  Несмотря  на  то  что  место
падения  находилось  всего  в  пятнадцати  километрах
от  аэродрома,  тело  Дага  Хаммаршельда  нашли  только
около  двух  часов  дня.  Спасательные  работы  были  наг
чаты  спустя  восемь  часов  после  катастрофы,  аварий¬
ный  взвод  добрался  к  обломкам  самолета  через  трид¬
цать  пять  минут  после  обнаружения  его  поисковым
самолетом.
 Мировая  общественность  ждала  ответа  на  вопрос,
что  же  было  причиной  катастрофы.
 Первую  следственную  комиссию  возглавил  англий¬
ский  полковник  авиации  Барбер.  Он  пришел  к  выводу,
что  катастрофа  произошла  случайно.  Местные  органы
создали  комиссию  экспертов  во  главе  с  английским
судьей  Клейденом.  Эта  комиссия  отклонила  версию
полковника  Барбера  и  пришла  к  заключению,  что  ката¬
строфа  произошла  по  вине  пилота.  Капитан  Галлонк¬
вист  был,  однако,  первоклассным  летчиком  (налетал
7841  час),  и,  кроме  пего,  в  кабине  быдо  еще  два  пилота,
 136

таких  же  опытных,  как  и  командир  экипажа.  Таким
образом,  три  опытных  летчика  не  могли  допустить  оди¬
наковые  ошибки  или  потерять  способность  управлять
самолетом.  Все  комиссии  сошлись  в  одном,  что  катаст¬
рофа  произошла  не  по  причине  остановки  двигателей.
Двигатели  работали  до  самого  падения  самолета.
 Из  доклада  комиссии  ООН  вытекает,  что  катастрофа
могла  произойти  в  результате  недостаточно  полных
или  неправильных  указаний  летного  центра  пилоту
перед  началом  приземления.  Есть  ли  здесь  какая-либо
связь  с  незаписанным  разговором  между  диспетчером
аэропорта  и  командиром  корабля?
 Ошибка  пилота  исключается,  акт  саботажа  мало¬
вероятен,  нет  доказательств  и  того,  что  самолет  был
сбит.  Ну,  а  что,  если  это  —  покушение  на  Генерального
секретаря  Организации  Объединенных  Наций?  Ведь
все  произошло  как-никак  во  вражеском  лагере  Моиза
Чомбе.  Не  ведет  ли  след  в  этом  направлении?  Позже  уда¬
лось  установить,  что  существовал  план  политического
убийства,  цель  которого  была  —  избавить  Чомбе  от
неприятного  шведского  политического  деятеля.
 Подробности  плана  уже  в  1962  году  опубликовал
шведский  журналист  Линдстрем.  Он  утверждал,  что
речь  шла  о  попытке  похищения  Генерального  секретаря
ООН,  которая  неожиданно  завершилась  катастрофой
самолета  в  пятнадцати  километрах  от  Ндолы.  Автор
этого  сенсационного  утверждения  назвал  даже  имя
человека,  сообщившего  ему  эти  сведения.  Им  был  за¬
меститель  секретаря  по  военным  вопросам  в  Катанге
Жак  Дгошмен.  Он  же  был  автором  плана,  который  дол¬
жен  был  осуществить  агент  катангского  разведыватель¬
ного  центра  бельгийский  лейтенант  Роберт  Гейзель.
 План  был  прост.  Отважный  агент  Гейзель  достанет
форму  сержанта  частей  ООН,  а  также  необходимые  до¬
кументы  и  в  удобный  момент  смешается  с  людьми,  со¬
провождающими  Хаммаршельда,  в  результате  чего
легко  проникнет  на  борт  самолета.  Когда  они  наберут
высоту,  он  направит  автомат  на  пилота  и  вынудит  его
приземлиться  на  территории,  контролируемой  Чомбе,
на  катангской  военной  базе  в  Колвези.
 На  первый  взгляд  может  показаться,  что  это  реаль¬
ный  план:  для  опытного  агента,  имеющего  мощную  дод-
 *37

держку  «в  тылу»,  реализация  этого  замысла  —  пустя¬
ковое  дело.  В  действительности  же  лейтенант  Гейзель
должен  быть  волшебником,  чтобы  проделать  такой
трюк.  С  одной  стороны,  правда,  что  «Альбертина»  после
недавнего  обстрела  стояла  на  аэродроме  в  Ндоле  не¬
сколько  часов  без  охраны,  но  ведь  потом  пришел  капитан
Галлонквист  с  бригадой  механиков,  они  внимательно
осмотрели  машину,  и  пилот  убедился  в  том,  что  самолет
готов  к  полету.  Прежде  чем  в  «Альбертину»  вошли  пас¬
сажиры,  военный  патруль  еще  раз  осмотрел  самолет,
в  том  числе  и  багажный  отсек.  Агент  Гейзель  должен
был  бы  уж  очень  хорошо  спрятаться,  чтобы  его  не  об¬
наружили  при  проверке...
 Версия  о  похищении  маловероятна  еще  и  по  следую¬
щим  причинам.  Если  бы  Гейзель  действительно  проник
на  борт  самолета  с  намерением  его  похитить,  то  он  на¬
чал  бы  действовать  определенно  раньше,  а  не  в  тот
момент,  когда  навигационная  служба  аэродрома  в
Ндоле  уже  вела  «Альбертину»  на  посадку.
 А  что,  если  у  Гейзеля  имелась  бомба  с  часовым  ме¬
ханизмом  и,  когда  он  начал  угрожать  пилоту,  воз¬
никли  технические  неполадки,  преждевременный  взрыв
и  самолет  пошел  к  земле?  И  это  возможно.  Но  в  таком
случае  в  обломках  самолета  должны  были  найти  остан¬
ки  семнадцатого  пассажира  —  Гейзеля.  Медицинская
комиссия  точно  определила:  шестнадцать  жертв.  В  это
число  входили  все:  пассажиры  и  члены  экипажа.
 Осталось  исследовать  еще  возможность  того,  что
самолет  с  Генеральным  секретарем  ООН  мог  подверг¬
нуться  нападению  с  воздуха  и  был  сбит.  Судя  по  тому,
что  рассказывали  о  событиях  в  Конго  в  сентябре  1961
года  непосредственные  их  участники,  можно  предпо¬
лагать  и  это...
 В  пятницу,  то  есть  за  два  дня  до  рокового  старта
«Альбертины»,  в  Элизабетвиле  произошла  волнующая
и  в  то  же  время  почти  комедийная  сцена,  которая  позже
дала  повод  для  создания  версии  о  нападении  на  самолет
Хаммаршельда  истребителей.
 Постоянный  представитель  ООН  в  Конго  Конор
О’Брайен  устроил  на  своей  вилле  пресс-конференцию,
на  которой  собирался  поделиться  с  корреспондентами
зарубежных  агентств  своими  соображениями  относи¬
 №

тельно  путей  мирного  решения  конфликта.  На  пресс-
конференцию  пришло  так  много  журналистов,  что  они  не
поместились  в  зале.  О’Брайен  решил  перенести  пресс-
конференцию  в  сад.
 Едва  журналисты  записали  в  свои  блокноты  первые
фразы,  как  послышался  гул  реактивного  самолета.
Над  кронами  деревьев  промелькнула  тень  истребителя,
раздалась  пулеметная  очередь,  й  в  листве  засвистели
пули.  Журналисты  разбежались.
 О’Брайен  знал,  кто  это  сделал.  Некоторые  журна¬
листы  также  слышали  о  пилоте  истребителя  «Фуга-Ма-
жистер».  Звали  его  Жозеф  Делен.  Он  был  южноафри¬
канцем,  проживающим  в  Катанге,  и  был  известен  своим
фокусничеством.  Вооруженные  силы  ООН  не  распола¬
гали  в  Конго  ни  военными  самолетами,  ни  средствами
противовоздушной  обороны.  И  поэтому  два  истребителя,
имевшихся  у  сепаратистской  армии  Чомбе,  стали  гро¬
зой  для  этих  частей  ООН.  Это  были  французские  ма¬
шины,  которые  удалось  контрабандным  путем  в  разоб¬
ранном  виде  в  ящиках  с  надписью  «шахтное  обору¬
дование»  доставить  в  Катангу.  На  одном  истребителе
летал  француз  Манен,  на  другом  —  негр  Делен.  Он  вел
себя,  как  герой  кинофильма,  одевался,  как  спортсмен
из  модного  журнала.  На  борту  его  самолета  красова¬
лась  надпись:  «Одинокий  странник».
 Играть  роль  героя,  имея  перед  собой  безоружного
противника,  было  легко,  поэтому  он  выполнял  ежед¬
невно  по  пять-шесть  вылетов.  Поэтому  именно  на  майо¬
ра  Делена  и  пало  подозрение,  что  он  атаковал  «Аль¬
бертину»  в  воздухе  и  повредил  самолет  до  такой  сте¬
пени,  что  тот  цотерял  высоту  и  врезался  в  склон  Ндола-
Хилл.
 Многое  говорило  за  то,  что  такой  вариант  возмо¬
жен.  Фюзеляж  самолета  да  и  обломки  крыльев  были
продырявлены,  и  отверстия  были  подозрительно  по¬
хожи  на  пробоины  от  пуль.  Специалисты,  однако,  опро¬
вергли  предположение,  что  пробоины  в  самолете  —
следы  пуль  пулемета  реактивного  истребителя  «Фуга-
Мажистер».  Одни  пробоины,  как  они  утверждали,  воз¬
никли  при  ударе  самолета  о  ветки  деревьев,  другие  —
действительно  были  следами  от  пуль,  однако  проде¬
ланы  они  были  изнутри.  Врезавшись  в  землю,  самолет
 139

загорелся.  На  борту  находились  солдаты  из  охраны
Хаммаршельда  с  оружием  и  боеприпасами.  В  огне  по¬
жара  патроны  взорвались,  и  пули  продырявили  корпус
самолета...
 Еще  один  аргумент  якобы  способствовал  откло¬
нению  версии  о  том,  что  «Альбертина»  была  сбита  ист¬
ребителем  Делена:  его  реактивный  самолет  не  был  обо¬
рудован  приборами  для  ночных  полетов.  Могло  ли  это
быть  препятствием?
 В  Катанге  летали  несколько  десятков  летчиков,  в
большинстве  своем  —  ветераны  войны,  наемники  со
всего  света,  включая  военных  летчиков  гитлеровских
люфтваффе.  Это  была  компания  авантюристов,  способ¬
ных  на  все  при  условии,  что  им  хорошо  заплатят.  Меж¬
ду  ними  существовало  что-то  вроде  сословной  иерар¬
хии  и  профессиональное  соперничество.  Надо  сказать,
что  и  майор  Делен  был  первоклассным  летчиком,,  и
не  так  уж  невероятно,  что  пилот  истребителя  «Фуга-
Мажистер»  предпринял  ночную  атаку  без  соответст¬
вующего  оборудования  самолета.
 Его  нападение  могло  бы  объяснить  тот  факт,  что
пилот  «Альбертины»  вдруг  снизился  на  целую  тысячу
футов  и  не  попытался,  а  может  быть  уже  и  не  смог,  вы¬
ровнять  самолет.
 Спустя  несколько  лет,  когда  Конго  уже  перестало
находиться  в  центре  внимания  мировой  общественности,
в  печати  появилась  еще  одна  версия  о  вероятной  при¬
чине  трагедии  у  Ндолы.  Шведский  врач  А.  Хасслер
высказался  весьма  критически  относительно  выводов
комиссии,  расследовавшей  причины  авиационной  ка¬
тастрофы,  и  обвинил  ее  в  необъективности.
 Речь  идет  прежде  всего  о  мнении  профессора  Фрей-
Зульцера,  который  в  заключительной  части  отчета
исключил  возможность  катастрофы  по  причине  ошибки
пилота.  А.  Хасслер  утверждал,  что  в  протоколах  име¬
ется  достаточно  доказательств  того,  что  авария  прои¬
зошла  по  вине  пилота.  Шведскому  медицинскому  эк¬
сперту  удалось  установить,  что  экипаж  перед  этим  поле¬
том  работал  целых  тридцать  часов,  командир  экипажа
не  отдыхал  положенных  двадцать  четыре  часа  перед
вылетом.  Свидетели  утверждают,  что  один  из  пилотов
ночь  перед  полетом  провел  в  ночном  клубе.
 140

Сейчас  невозможно  установить,  кто  из  трех  пилотов
вел  самолет  в  момент  катастрофы,  а  это  могло  бы  ока¬
заться  весьма  существенным  и,  возможно,  объяснило
бы  неожиданную  потерю  высоты  самолетом.  Мнение
доктора  Хасслера  опирается  еще  на  один  факт.  В  про¬
токоле  вскрытия  действительно  указано,  что  кровь
одного  из  пилотов  содержала  большой  процент  алко¬
голя.

ПОБЕДИТЕЛЬ
В  МАРАФОНЕ
 У  них  все  было  готово.  Один,  повыше,  сидел  в  ко¬
ляске  мотоцикла,  второй,  с  железным  прутом,  засу¬
нутым  за  голенище  сапога,  вертелся  на  заднем  сиденье.
Водитель  Спирос  Годзаманис,  в  кожаных  брюках,
в  шлеме  и  очках,  надевал  перчатки.
 —  Ты  подождешь  на  улице  Ерму.  Остановишься
у  самого  перекрестка,  прямо  напротив  отеля  «Космо-
политен»,—  давал  указания  человек  в  белом  пиджаке.
 —  А  вдруг  он  не  пойдет  через  перекресток?  —
возразил  Спирос.
 —  Должен  пойти.  Как  же  он  иначе  попадет  в
отель?
 —  А  полиция?
 —  Да  перестань,  Спирос...  С  каких  пор  тебя  это
стало  интересовать?  Они  по  горло  заняты  тем,  чтобы
не  упустить  из  виду  профсоюзное  гнездо.  Плевать  им
на  ваш  мотоцикл.  Поезжайте,  чтобы  не  опоздать.
Постой-ка,  Спирос...
 Говоривший  снова  подошел  близко  и  тихо  сказал:
 —  Сперва  рассмотри  его  как  следует...  Не  пере¬
путай!  Высокий,  стройный,  темноволосый...  Глаза?
Карие  или  черные.  Да  ты  ведь  его  знаешь.
 Человек  в  белом  пиджаке  торопливо  отошел.  За
углом  здания  он  сел  в  «форд».  Спирос  Годзаманис
завел  мотор.  Мотоцикл  двинулся  извилистыми  улоч¬
ками  портового  района  Салоник,  выбрался  на  главную
улицу  Эгнатиа  и  затерялся  в  потоке  машин.  Был
слишком  душный  для  этого  времени  года  вечер  23  мая
1963  г.
 Улицы  вокруг  Дома  профсоюзов  заполнили  моло¬
дые  люди,  которым  не  хватило  места  в  зале.  Через
каждые  десять  —  пятнадцать  метров  стояли  полицей¬
ские.  Правительство  Караманлиса  боялось  этого  мир¬
ного  собрания.  Полиция  устроила  так,  что  хозяин
большого  зала  Пиккадилли  в  самую  последнюю  минуту
 142

отказался  сдать  его  участникам  собрания.  Поэтому
Комитет  защиты  мира  вынужден  был  довольствоваться
залом  в  Доме  профсоюзов,  который  был  рассчитан
только  на  четыреста  человек.  Но  организаторы  собра¬
ния  нашли  выход.  Выступление  доктора  Ламбракиса
транслировалось  на  близлежащие  улицы  через  усили¬
тели,  выставленные  на  окна  здания.
 На  ораторской  трибуне  нятидесятилетний  афин¬
ский  врач,  в  прошлом  легкоатлет  с  мировым  именем
Григорис  Ламбракис.  Его  слова  разнеслись  не  только
по  залу,  но  и  в  окрестных  улицах.  Это  было  смелое
выступление,  зажигательное.  Оно  предупреждало  об
опасности,  которая  вползала  в  Грецию.  Американцы
и  любезное  правительство  Караманлиса  открыли  в
страну  дорогу  атомным  подводным  лодкам  с  ракетами
«Поларис»  на  борту.  Правители  нищей  Греции  выло¬
жили  огромную  сумму  в  шестьдесят  миллионов  дол¬
ларов  на  ядерное  вооружение  своей  армии.  Крит  стал
американской  военной  базой  с  ракетами,  снабженными
ядерными  боеголовками...
 Доктор  Григорис  Ламбракис  предупреждал  об  опас¬
ности  ядерного  вооружения,  призывал  народ  своей
страны  бороться  против  милитаристских  устремлений
правительства  Караманлиса.  Вдруг  во  время  неболь¬
шой  паузы  из  зала  раздался  хриплый  голос:
 —  Ты  умрешь,  Ламбракис!
 Врач  Ламбракис  привык  к  неожиданностям,  кото¬
рые  часто  имели  место  в  его  трудной  и  опасной  про¬
фессии.  Известный  атлет  Ламбракис  привык  побеждать
и  не  пасовать  перед  препятствиями.
 —  Ты  умрешь,  Ламбракис!  —  раздалось  еще  раз
из  усилителей  на  улице  перед  зданием,  словно  эхо.
 Оратор  был  спокоен.  По-деловому,  как  если  бы
речь  шла  о  ком-то  совершенно  постороннем,  он  заме¬
тил,  что  угрозы  фашистских  прихвостней  его  не  испуга¬
ют.  Слышит  он  это  уже  не  впервые.  Ему  угрожают
постоянно,  и  вот  сегодня,  перед  тем  как  идти  на  собра¬
ние,  он  зашел  к  генеральному  прокурору  и  офици¬
ально  попросил  принять  меры  для  охраны  его  лич¬
ности.  Есть  вполне  обоснованные  подозрения,  что
фашистские  молодчики  готовят  на  него  покушение.
Прокурор  не  выполнил  своего  обещания.  Наоборот,
 143

полиция  охраняет  бандитов.  А  он  —  законно  избран¬
ный  депутат  и,  следовательно,  имеет  законное  право
на  охрану.
 —  Я  призываю  с  этой  трибуны  к  ответственности
министра  по  делам  Северной  Греции,  "обращаюсь  к
префекту  полиции,  генеральному  прокурору  и  асфа-
лии  х,  к  командиру  отрядов  полицейского  корпуса:
примите  меры  для  защиты  жизни  участников  этого
мирного  собрания,  а  также  и  моей  жизни!..
 Выступление  прогрессивного  политического  дея¬
теля  прозвучало  как  предупреждение  против  усиле¬
ния  американского  вмешательства  во  внутренние  дела
Греции.  Но  военные  стратеги  Соединенных  Штатов
шли  ва-банк,  ставкой  в  игре  было  политическое  поло¬
жение  в  Греции,  и  все  козыри  были  у  них  на  руках.
 Их  интересы  были  вполне  понятны.  Греческие
острова,  разбросанные  в  Эгейском  море,  при  опреде¬
ленных  обстоятельствах  могли  стать  бастионами,  охра¬
няющими  вход  в  Черное  море.  Лесбос  и  Лемнос  лежат
менее  чем  в  ста  километрах  от  Дарданелл,  выход
из  Эгейского  моря  в  Средиземное  на  юге  могут  контро¬
лировать  Родос  и  Крит.  Этот  остров  к  тому  же  распо¬
ложен  менее  чем  в  четырехстах  километрах  от  египет¬
ской  базы  Мерса-Матрух.
 И  вот  12  марта  1947  года  была  провозглашена  так
называемая  доктрина  Трумэна.  Американский  прези¬
дент  Гарри  С.  Трумэн  в  послании  к  конгрессу  Соеди¬
ненных  Штатов  заявил,  что  в  интересах  безопасности
Соединенных  Штатов  необходимо  дать  отпор  комму¬
нистической  агрессии.  Одним  из  средств  для  этого  мог
бы  стать  барьер  из  хорошо  вооруженных  греческой  и
турецкой  армий.  Поэтому  он  рекомендовал  удовлет¬
ворить  просьбу  греческого  и  турецкого  правительств
о  предоставлении  им  военной  и  экономической  помощи.
 Американская  помощь  выглядела  следующим  об¬
разом:  в  мае  1947  года  конгресс  Соединенных  Штатов
одобрил  выделение  четырехсот  миллионов  долларов
на  строительство  американских  баз  в  Средиземном
море,  на  поставки  оружия  греческой  и  турецкой  арми-
 1  Асфалия  —  служба  государственной  безопасности  Гре¬
ции,  политическая  полиция.—  Прим.  перев.
 144

ям,  естественно,  под  тщательным  контролем  американ¬
ских  советников.  Это  были  первые  послевоенные  сим¬
птомы  американской  военной  экспансии,  которые  по¬
том  в  более  развитом  виде  проявились  в  виде  плана
Маршалла,  а  еще  позже  —  в  виде  концепции  блока
НАТО.  Греция  благодаря  своему  выгодному  страте¬
гическому  положению  была  приглашена,  а  потом  в
1952  году  стала  одним  из  членов  этого  военного  блока.
В  1967  году  греческое  правительство  дало  согласие
на  строительство  учебного  ракетного  полигона  НАТО
на  Крите,  а  правительство  Пападопулоса  в  1972  году
разрешило  строительство  военно-морской  базы  для
американского  шестого  флота  прямо  в  афинском  порту
Пирее  и  на  Крите  в  Ираклионе.
 ...Собрание  кончилось,  участники  его  начали  рас¬
ходиться.  На  улицах  вокруг  здания  Дома  профсоюзов
патрулировали  наряды  полицейских.  Григорис  Лам-
бракис  уходил  одним  из  последних.  Его  сопровождал
депутат  от  политической  партии  ЭДА  Тсарухас.  Люди,
собравшиеся  на  тротуарах,  устроили  ему  овацию.
Полицейские  образовали  коридор  и  не  пустили  сто¬
ронников  Ламбракиса  на  проезжую  часть.
 По  улице  Ерму  движение  одностороннее.  Мотоцикл
с  коляской  стоял  против  движения.  Полицейские  не
обратили  на  это  никакого  внимания,  несмотря  на  то
что  Спирос  Годзаманис  сидел  за  рулем  и  еще  по  одному
человеку  сидело  на  заднем  сиденье  и  в  коляске.  Води¬
тель  завел  мотор.  Улицу  заполнил  шум  сильного
двигателя.  Даже  теперь  полицейские  «не  заметили»
нарушения  правил  уличного  движения.  А  мотоциклист
уже  включил  скорость  и  на  нолном  газу  вылетел  на
перекресток.
 Депутаты  Ламбракис  и  Тсарухас  находились  как
раз  посредине,  когда  появился  мотоцикл,  полным
ходом  мчавшийся  прямо  на  них.  Ламбракис,  натрени¬
рованным  движением  легкоатлета  в  последний  момент
еще  попытался  отскочить  в  сторону,  но,  отброшенный
коляской,  ударился  головой  о  брусчатку.
 Трагедию  видели  сотни  людей,  толпящихся  на
тротуарах.  Десятки  полицейских  ассистировали  убий¬
цам  при  покушении.  Толпа  на  минуту  словно  окаме¬
нела,  потом  мужчины  рванулись  вперед.  Полицейские
 145

снова  устроили  заслон.  Они  не  брофшись  преследо¬
вать  убийц,  наоборот,  они  преградили  путь  людям,
которые  хотели  задержать  мотоцикл.
 Мотоцикл,  управляемый  Спиросом  Годзаманисом,
развернулся  на  месте  и  помчался  мимо  фасада  отеля
«Космополитен»,  удаляясь  от  места  преступления.  Три
террориста  спешили  в  безопасное  место,  и  казалось,
полиция  им  в  этом  помогала.  Но  скрыться  им  все  равно
не  удалось.  На  тротуаре  перед  Домом  профсоюзов
стоял  столяр  Георгис  Сотиргопулос.  Он  проскользнул
сквозь  полицейский  кордон,  бросился  за  бандитами  и
в  тот  момент,  когда  Годзаманис  разворачивался  сзади
вскочил  в  коляску  и  замер.  Потом  разыгралась  сцена,
достойная  приключенческого  фильма.
 Водитель  прибавил  газу  и  на  большой  скорости
понесся  по  улице.  Оба  его  товарища  попытались  изба¬
виться  от  нежелательного  пассажира.  Один  вытащил
пистолет,  другой  потянулся  к  голенищу  за  железным
прутом.  Профессионалы  вели  борьбу  с  любителем,
в  которой  опытные  бандиты  имели  явное  преимущество.
Несмотря  на  это,  победу  одержал  столяр  Сотиргопу¬
лос.  Он  прыгнул  на  человека,  сидящего  в  коляске,  и
схватил  руку,  державшую  пистолет.  Одним  движени¬
ем  он  заломил  ее  назад,  вырвал  пистолет  и  рукояткой
ударил  бандита  по  головес  такой  силой,  что  тот  потерял
сознание.  Второй  преступник,  сидящий  на  заднем
сиденье,  замахнулся  железным  прутом,  но  нанести
удар  не  успел:  Сотиргопулос  сбросил  его  на  зем¬
лю.
 Тогда  водитель  мотоцикла  решился  на  отчаянный
шаг.  Он  начал  вилять  от  тротуара  к  тротуару,  надеясь,
что  Сотиргопулос  не  удержится  и  упадет.  Но  столяру,
видимо,  сопутствовало  счастье.  Он  перебрался  на  зад¬
нее  сиденье,  схватил  водителя  сзади  за  шею  и  сдавил
изо  всех  сил.  Спирос  Годзаманис  начал  задыхаться.
Георгис  давил  еще  сильнее.  Водитель  всеми  силами
пытался  освободиться  от  цепких  пальцев,  но  тщетно.
Он  вынужден  был  остановиться,  столяр  спрыгнул
с  мотоцикла  и  в  тот  момент,  когда  мотоциклист  попы¬
тался  убежать,  одним  ударом  повалил  его  на  землю.
В  это  время  подбежали  другие  мужчины  и  обезвредили
бандитов.  И  только  после  этого  появились  полицейские
 146

и  отвезли  наемных  убийц  и  столяра  в  полицейский
участок.
 Доктор  Григорис  Ламбракис,  заместитель  предсе¬
дателя  греческого  Комитета  защиты  мира,  бесстраш¬
ный  боец  8а  демократию  и  свободу  своей  страны,  умер,
несмотря  на  то  что  к  его  постели  съехались  известные
хирурги  из  Москвы,  Лондона,  Будапешта  и  Праги.
На  его  похороны  пришло  двести  тысяч  человек.  Похо¬
ронная  процессия  превратилась  в  демонстрацию  сто¬
ронников  мира  во  всем  мире.
 Бесстрашный  греческий  борец  за  демократию  Гри¬
горис  Ламбракис  родился  в  семье  бедного  земледельца.
Затем  при  поддержке  семьи,  которая,  кстати,  состояла
из  тринадцати  человек,  он  окончил  гимназию  в  ма¬
леньком  городке  Триполисе.  Преодолевая  большие
материальные  затруднения,  Ламбракис  закончил  ме¬
дицинский  факультет,  хотя  в  тогдашней  Греции  для
бедного  человека  это  было  совсем  не  простым  делом.
 Во  время  учебы  он  все  свободное  время  посвящал
спорту.  В  1935  году  стал  чемпионом  своей  страны
по  прыжкам  в  длину,  участвовал  в  Олимпийских
играх,  двенадцать  раз  получал  золотые  медали  на
Балканских  спортивных  играх,  был  чемпионом  Гре¬
ции  в  беге  на  100  и  200  метров.  Он  победил  своих  про¬
тивников  и  в  марафонском  беге,  который  вошел  в
историю  Греции.  Это  было  не  столько  легкоатлетиче¬
ское  соревнование,  сколько  состязание  прогрессивных
греков  с  реакцией.
 21  апреля  1963  года  прославленный  спортсмен  и
хороший  врач  Григорис  Ламбракис  возглавил  шествие
по  марафонской  дистанции,  в  котором  принимало
участие  почти  шесть  тысяч  мужчин  и  женщин.  Это
была  демонстрация  за  мир,  демократию,  против  ядер-
ной  войны.  Правительство  Караманлиса  запретило
эту  акцию.  Полиция  должна  была  всеми  средствами
помешать  шествию.  По  дороге  до  Марафона  полиция
и  отряды  асфалии  пытались  арестовать  участников
мирного  похода.  Но  полицейские  машины  не  смогли
вместить  сразу  шесть  тысяч  человек,  да  и  в  греческих
тюрьмах  не  было  столько  свободных  коек.  Поэтому
полицейские  делали  попытки  запугать  демонстрантов
и  разогнать  их.  Но  это  им  не  удалось.  Многие  демон¬
 147

странты  подошли  к  самому  подножию  марафонского
холма.
 Они  остановились  только  перед  самыми  стволами
нацеленных  на  людей  автоматов.
 Депутат  греческого  национального  собрания  Гри-
горис  Ламбракис,  охраняемый  депутатским  иммуни¬
тетом,  продолжал  подниматься  вверх.  Полицейские
следовали  за  ним.  Они  не  могли  помешать  ему  хотя  бы
потому,  что  боялись  демонстрантов,  которых  было
во  много  раз  больше.
 Пятидесятилетний  врач  поднялся  на  вершину  хол¬
ма.  Потом  он  начал  свой  исторический  марафонский
бег.  Его  сопровождали  некоторые  демонстранты,  а
также  много  полицейских,  в  форме  и  агентов  асфа-
лии.
 Перед  небольшой  деревней  Харвати,  где  во  время
войны  немецкие  фашисты  расстреляли  греческих  пар¬
тизан,  доктор  Ламбракис  нарвал  цветов  и  положил
их  к  памятнику.  Один  из  офицеров  греческой  армии,
который  ехал  за  Ламбракисом  в  полицейском  джипе,
приказал  остановиться,  вышел  из  машины  и  демон¬
стративно  растоптал  цветы...  Полиция  все-таки  аресто¬
вала  Ламбракиса.  Она  не  позволила  ему  достичь
афинских  улиц,  куда  уже  донеслась  весть  о  герое-
марафонце,  и  люди  собирались  на  тротуарах,  чтобы
его  приветствовать.
 Однако  полиция  не  имела  права  держать  под  аре¬
стом  законно  избранного  депутата.  Реакционные  по¬
литики  никак  не  могли  избавиться  от  Ламбракиса
легальными  путями,  так  как  деятельность  популяр¬
ного  депутата  не  противоречила  законам.  Тогда  был
избран  старый,  испытанный  метод  —  покушение.
 Весь  мир  осудил  провокационное  политическое
убийство.  Было  очевидно,  что  этой  акции  покрови¬
тельствовала  сама  полиция,  а  за  кулисами  всей  опе¬
рации  стоял  режим  премьер-министра.  Весь  прогрес¬
сивный  мир  негодовал,  когда  в  печати  появилось
сообщение  полицейского  управления  Салоник,  в  ко¬
тором  говорилось  об  этом  убийстве  как  о  «дорожном
происшествии».  Многие  знали,  кто  водитель  мотоцикла,
и  еще  немало  людей  догадывались,  что  все  трое  —
наемные  убийцы.  Ходили  даже  слухи  о  том,  что  опе¬
 14$

рацию  разработали  высшие  полицейские  офицеры.
Дело  в  том,  что  на  митинге  в  Доме  профсоюзов  присут¬
ствовали  командующий  войсками  асфалии  Северной
Греции  генерал-лейтенант  Митсу  и  префект  полиции
в  Салониках  полковник  Камутсис.
 Уже  в  самом  начале  расследования  стало  известно
много  подозрительных  обстоятельств  и  необъяснимых
деталей.  Полиция  как  бы  брала  под  защиту  террори¬
стов  вместо  того,  чтобы  с  соответствующим  обвини¬
тельным  заключением  передать  дело  в  суд.  Возникли
серьезные  сомнения  относительно  правильности  рас¬
следования  дела.  Но  вряд  ли  кто  предполагал,  что
покушение  на  доктора  Ламбракиса  войдет  в  историю
как  одно  из  немногих,  которые  помогли  изменить  ход
истории.
 Вскоре  после  покушения  в  афинской  печати  появи¬
лось  сообщение  об  аресте  командующего  войсками
асфалии  в  Северной  Греции  Митсу,  префекта  полиции
в  Салониках  полковника.  Камутсиса,  его  заместителя
Диамандопулоса  и  сорока  двух  сотрудников  полиции
и  гражданских  лиц.  Все  названные  лица  были  аресто¬
ваны  по  подозрению  в  соучастии  в  убийстве  доктора
Ламбракиса.  Почему  же  произошел  такой  решитель¬
ный  поворот  в  расследовании  убийства?  Что  принудило
полицию  капитулировать  и  приступить  к  выполнению
своих  законных  обязанностей?
 След  к  подозреваемым  шел  кружным  путем,  и  опять
же,  как  ни  странно,  через  столяра  Георгиса  Сотирго-
пулоса.  Он  получил  повестку  явиться  к  судебному
следователю,  которому  полиция  передала  дело  доктора
Ламбракиса.  Когда  Сотиргопулос  после  допроса,  вы¬
ходил  из  дворца  правосудия,  у  тротуара  затормозил
лимузин.  Из  машины  выскочили  двое  и  побежали
прямо  к  изумленному  столяру.  Раздались  выстрелы,
Сотиргопулос  упал  на  ступеньки  <  без  сознания,  а
террористы  так  же  быстро  исчезли,  как  й  появились.
Полиция  заявила,  что  никаких  следов  преступников
обнаружить  не  удалось  и  установить  их  личность
невозможно.  А  между  тем  каждый  мог  догадаться,
что  только  полицейские  или  судья  могли  знать,  когда
столяр  Сотиргопулос  выйдет  из  здания  суда.  Эта  до¬
гадка  стала  первой  ниточкой  в  поисках,  которые  начал
 149

адвокат  Илиас  Патсас,  сыгравший  в  процессе  дальней¬
шего  расследования  одну  из  главных  ролей.
 Следующим  кусочком  мозаики  было  убийство,  на
первый  взгляд  не  имеющее  к  делу  отношения.*  В  поли¬
цейский  участок  одного  из  районов  Афин  явился
пожилой  человек  в  очках,  которого  якобы  вызвали
для  выяснения  каких-то  лично  его  касающихся  обсто¬
ятельств.  На  допросе  произошло  невероятное:  в  две¬
рях  помещения,  где  полицейский  беседовал  с  госпо¬
дином  Папатанасиу,  неожиданно  появился  полицей¬
ский  офицер  с  пистолетом  у  пояса.  Ни  с  того  ни  с  сего
он  вдруг  начал  грубо  придираться  к  допрашиваемому.
Тот,  естественно,  возмутился.  Тогда  офицер  вытащил
пистолет  и  застрелил  старика.
 Вскоре  после  этого  афинское  полицейское  управле¬
ние  сообщило,  что  убитый  Папатанасиу  своим  непри¬
личным  поведением  настолько  возмутил  полицейского
офицера,  что  тот,  находясь  в  состоянии  аффекта,  при¬
менил  оружие.  Офицер  будто  бы  находится  в  пред¬
варительном  заключении.
 Папатанасиу,  таким  образом,  сам  оказался  вино¬
ватым  в  своей  смерти,  а  два  террориста,  напавшие
на  столяра  Сотиргопулоса  (он  еще  был  прикован  к
постели  в  больнице  в  Салониках),  бесследно  исчезли.
Как  позже  выяснилось,  действия  полицейского  управ¬
ления  были  вполне  объяснимы:  шеф  полиции  заметал
свои  следы.
 Адвокат  Илиас  Патсас  пошел  именно  по  этим
следам.  Из  сообщения  полиции  он  узнал,  что  старый
господин  Папатанасиу  был  государственным  служа¬
щим  и  «вёл  себя  вызывающе»  в  полицейском  участке.
У  полиции  был  даже  свидетель,  некий  Доклас.  Только
этот  Доклас  жил  не  в  Афинах,  а  в  Салониках*  и  был
агентом  асфалии,  причем  агентом  с'  дурной  репута¬
цией.  Он  был  известен  своими  жестокостями  на  допро¬
сах  и  тем,  что  истязал  арестованных.
 Если  же  во  время  убийства  старого  господина
в  полицейском  участке  присутствовал  секретный  агент
подобного  рода,  да  еще  из  Салоник,  если  главным  свиде¬
телем  был  именно  он,  то  сразу  становилось  ясным,  что
все  это  не  было  случайным.  Присутствие  Докласа  в  Афи¬
нах  должно  было  иметь  свою  подоплеку.
 150

Адвокату  Патсасу  удалось  выяснить,  что  убитый
Папатанасиу  не  был  обычным  служащим,  его  прошлое
было  весьма  интересным.  Прежде  всего,  он  родился
в  Салониках  и  в  Афинах  жил  недолго.  Во-вторых,  еще
совсем  недавно  он  был  офицером  полиции..
 Илиас  Патсас,  который  уже  полностью  вошел  в  роль
частного  детектива,  пошел  по  единственно  возможному
пути.  Он  отправился  на  квартиру  к  Папатанасиу
в  район  Плака.  Там  от  вдовы  убитого  он  узнал  порази¬
тельные  факты.  Убитый  Папатанасиу  был  другом
полковника  Камутсиса  и  часто  бывал  у  него.  Однажды
полковник  попал  в  трудное  положение*  и  бывший
полицейский  офицер  Папатанасиу  узнал,  что  это  свя¬
зано  с  делом  доктора  Ламбракиса.  Он  стал  интере¬
соваться  подробностями  и  выяснил,  что  Камутсис  был
одним  из  организаторов  этого  политического  убийства.
Камутсис  рассказал  даже  подробности  подготовки  по¬
кушения,  а  Папатанасиу  поделился  этим  страшным
открытием  со  своей  женой.
 —  И  что  же  сделал  ваш  муж?  —  спросил  адвокат
вдову  Папатанасиу.
 —  Он  был  готов...  Полковник  Камутсис...—  Ста¬
рая  дама  была  очень  взволнована.  Немного  успокоив¬
шись,  она  продолжала:  —  Сначала  он  не  мог  решиться.
Ведь  они  были  друзья,  коллеги  по  работе...  Но  потом
он  все-таки  пошел  к  прокурору.  Все,  что  знал,  он
продиктовал  для  протокола.
 Адвокату  Патсасу  стало  ясно,  что  протокол,  кото¬
рый  обвинял  весь  полицейский  аппарат,  и  прежде
всего  шефа  полиции  в  Салониках,  был  поводом  для
вызова  Папатанасиу  и  стал  причиной  его  убийства
в  полицейском  участке.  Круг  замкнулся.  Адвокат
Патсас  написал  отчет  о  результатах  своего  расследо¬
вания  и  послал  его  верховному  судье  Георгиу,  который
был  назначен  правительством  для  руководства  рас¬
следованием  дела  об  убийстве  депутата  Ламбракиса.
Так  как  Илиас  Патсас  был  в  своем  деле  опытным
человеком,  то  копию  этой  памятной  записки  он  одно¬
временно  послал  в  редакцию  демократической  газеты
«Авги>>,  сообщив  об  этом  верховному  судье.  Тем  самым
он  вынудил  его  подписать  ордер  на  арест  высших  поли¬
цейских  офицеров  и  их  двадцати  четырех  помощников.
 151

Верховный  судья  Георгиу  был  известен  как  фашист
и  реакционер.  Поэтому  его  выступления  в  парламенте
ждали  с  определенными  сомнениями.  И  сделанное  им
сообщение  о  расследовании  убийства  депутата  Лам¬
бракиса  Подтвердило  эти  опасения.  Он  признал  только
то,  что  невозможно  было  отрицать,  а  все  остальное
время  употребил  для  защиты  убийц.  Георгиу  говорил
о  них  как  о  людях,  которые  допустили  ошибку  в  том,
что  не  приняли  достаточных  мер  для  охраны  депутата
Ламбракиса  и  не  бросили  все  силы  на  расследование
убийства.  Правительство  осудило  «этих  безответствен¬
ных  людей»  и  распорядилось  их  арестовать.  Убийцам
Ламбракиса  в  ближайшее  время  будет  предъявлено
обвинение.
 Сообщение  верховного  судьи  вызвало  волнение
среди  депутатов.  Каждый  из  них  знал,  что  правитель¬
ство  усилиями  своих  министров  и  полицейских  чинов
стремилось  замять  тот  факт,  что  убийство  депутата
Ламбракиса  —  результат  заговора.  Единая  демократи¬
ческая  левая  партия  в  связи  с  этим  разослала  письма
представителям  четырнадцати  государств,  содержа¬
щие  доказательства  того,  что  убийцы  действовали,
пользуясь  покровительством  премьер-министра  и  его
кабинета.
 Это  обвинение  прозвучало  и  под  сводами  греческого
парламента.  Георгиос  Папандреу,  лидер  блока  партий
Союз  центра,  уже  старый  политик  и  противник  пра¬
вительства,  высказал  еще  ряд  обвинений:  в  процессе
расследования  всплыли  потрясающие  факты.  Грече¬
ская  полиция  сотрудничает  с  преступниками,  голово¬
резами,  с  самыми  отбросами  общества.  Генерал  Митсу
скрывал  это  постыдное  сотрудничество.  Но  генерал
Митсу,  хотя  и  занимал  высокий  пост  в  полицейском
аппарате,  не  был  последней  инстанцией.  И  у  него  был
свой  начальник  —  его  друг  и  коллега  премьер-министр.
Он  и  только  он  несет  моральную  ответственность
за  убийство  депутата  Григориса  Ламбракиса.  «Поэтому
я  требую,  чтобы  парламент  выразил  ему  недоверие»,—
закончил  Папандреу.
 Он  дождался  этого  момента.  Премьер-министр  по¬
просил  у  короля  разрешения  покинуть  политическую
арену.  Король  согласился.  Сразу  после  этого  дискре-
 152

цитировавший  себя  политик  улетел  в  Швейцарию,  где
обосновался  в  цюрихском  гранд-отеле  «Долдер».  На
очередных  выборах  победил  Союз  центра,  и  Папандреу
стал  премьер-министром.  Его  правительство  учредило
специальную  комиссию  на  высшем  §  уровне,  которая
должна  была  окончательно  выяснить  все  обстоятель¬
ства  убийства  Ламбракиса.
 Председателем  комиссии  был  назначен  судья  Фло-
рос.  Спустя  некоторое  время  комиссия  представила
отчет,  в  котором  сообщалось  еще  несколько  преступ¬
ных  фактов.  Генеральный  прокурор  Колиас  и  судья
Верховного  суда  Георгиу  в  процессе  расследования
оказывали  незаконное  давление  на  подчиненные  орга¬
ны.  Правосудию  и  объективности  они  предпочли  по¬
литические  интересы,  и,  конечно,  ход  расследования
и  его  итоги  не  могли  считаться  объективными.  Тем
самым  они  возбудили  недоверие  общественности  к  гре¬
ческой  юстиции.  Вдова  доктора  Ламбракиса  вскоре
после  этого  подала  жалобу  на  бывшего  премьер-ми¬
нистра  и  членов  его  правительства  1  обвинив  их  в
подстрекательстве  к  убийству.

РОВНО  В  ПОЛДЕНЬ
 Даллас  не  главный  город  Техаса,  хотя  своей  извест¬
ностью,  пожалуй,  превосходит  другие  города  штата.
В  районе  богатых  вилл  здесь  проживает  около  пятисот
миллионеров,  а  на  улицах  города  каждый  год  от  пуль
убийц  погибает  людей  больше,  чем  во  всей  Англии.
Прокурор  Уэйд,  о  котором  еще  пойдет  речь,  как-то
заявил:  «Жизнь  в  Техасе  осталась  почти  такой  же,  как
во  времена  первых  переселенцев».
 Говорят,  что  техасцы  —  люди  напыщенные,  из¬
лишне  самоуверенные,  жестокие.  Каждый  из  них
воспитал  в  себе  по  меньшей  мере  двукратную  дозу
отрицательных  качеств  американцев,  которые  так  раз¬
дражают  европейцев.  Техас  стал  землей  обетованной
с  1901  года,  когда  на  берегах  Мексиканского  залива
нашли  нефть,  и  между  Хьюстоном  и  Галвестоном
в  течение  нескольких  лет  вырос  крупнейший  в  мире
нефтехимический  центр.
 Говорят,  что  Гарольд  Л.  Хант  зарабатывал  милли¬
он  долларов  ежедневно.  Он  горячо^  поддерживал  дея¬
тельность  комиссии  палаты  представителей  конгресса
до  расследованию  антиамериканской  деятельности  во
времена  Маккарти  и  многого  добился  в  деле  разжига¬
ния  холодной  войньг.  В  60-х  годах  он  стоял  за  спиной
ультраправых  организаций,  взявших'  на  вооружение
фашистские  идеи.  «Общество  Джона  Берча»,  которое
он  поддерживал,  даже  президента  Эйзенхауэра  счи¬
тало  коммунистом.
 То  же  самое  писали  некоторые  газеты,  о  Кеннеди  х.
 1  Убийство  президента.  США  Джона  Ф.  Кеннеди  продол¬
жает  находиться  в  центре  внимания  мировой  общественности.
В.  Боровичка  излагает  одну  из  известных'  версий  убийства.
По  сообщениям  печати,  в  последнее  время  вскрываются  новые
дополнительные  данные,  свидетельствующие  о  том,  что  Кен¬
неди  был  убит  в  результате  заговора,  а  отнюдь  не  убийцей-,
одиночкой,  как  это  утверждалось  ранее  в  американской  пе¬
чати,—  Прим»  ред.
 194

Когда  президент  прибыл  в  Даллас,  газета  «Даллас
морнинг  ныос»  приветствовала  его  сообщением  с  фото¬
графией.  Художник  оформил  ее  так,  что  она  была  похо¬
жа  на  снимок  из  картотеки  преступников,  а  сообщение
было  набрано  как  ордер  на  арест.  Правые  обвиняли
в  газете  Кеннеди  в  том,  что  он  изменил  принципам
конституций,  ущемляет  суверенитет  Соединенных  Шта¬
тов  в  пользу  Организации  Объединенных  Наций,
предает  друзей  (Катангу,  Португалию)  и  дружит  с
врагами  (СССР,  Польшей,  Югославией);  что  он  равно¬
душен  к  проведению  в  жизнь  антикоммунистических
законов;  в  федеральных  органах  он-де  насадил  в  основ¬
ном  иностранцев  и  коммунистов.  За  публикацию  со¬
общения,  стоившего  1465  долларов,  заплатил  сын
миллиардера  Ханта  Нельсон  Б.  Хант.
 В  Техасе,  а  особенно  в  Далласе,  властвовали  пра¬
вые  экстремисты,  иначе  подобная  дерзкая  провокация
вряд  ли  была  бы  возможна.  Во  всем  штате  не  нашлось
достаточного  политического  противовеса  фашиствую¬
щим  правым.
 Вряд  ли  кто  мог  оказать  сопротивление  Ханту.
Ему  принадлежало  все,  в  том  числе  и  полиция.  Его
распоряжения  уважали  и  те  восемь-десять  бизнесме¬
нов,  которые  помогали  ему  хозяйничать  в  городе.  Эти
господа  стремились  к  одному  —  удержать  высшие  эко¬
номические  позиции  и  возможности  политического
диктата.  В  1963  году  у  них  в  руках  были  все  средства,
чтобы  удержаться  в  седле.  Они  создали  для  этого
условия.
 Городской  совет  состоял  примерно  из  двухсот  пяти¬
десяти  местных  богачей.  Их  никто  не  избирал,  в  совет
они  вошли  по  своему  положению.  Никто  из  них  не
смел  противоречить  главным  боссам,  потому  что  каж¬
дый  прекрасно  знал,  что  иначе  на  следующих  выборах
он  останется  за  бортом.
 Господа  из  городского  совета  были  противниками
политики  президента.  Они  ненавидели  президента  и
не  доверяли  ему,  в  частности  за  его  предвыборные
обещания  черным.  Когда  лидер  черных  пастор  Мар¬
тин  Лютер'  Кинг  во  время  предвыборной  кампании
в  Джорджии  оказался  под  угрозой  четырехмесячного
тюремного  заключения,  будущий  американский  лре-
 155

зидент.заступился  за  него,  несмотря  на  угрозы  губер¬
наторов  трех  южных  штатов.  Они  предсказывали
Кеннеди  поражение  на  выборах,  если  тот  будет  забо¬
титься  о  черных.  Будущий  министр  ,  юстиции  Роберт
Кеннеди  решился  на  еще  более  отважный  шаг.  Он
добился  освобождения  Кинга.  Тем  самым  Кеннеди
завоевали  _  определенное  расположение  черных  амери¬
канцев,  но  нажили  себе  массу  врагов  среди  могущест¬
венных  финансовых  воротил  Америки.
 Предсказания  губернаторов  не  сбылись.  Хотя  не¬
которые  боссы  с  юга  и  отвернулись  от  кандидата  в
президенты,  негритянская  общественность  стала  на
его  сторону.  Кеннеди  выиграл  на  выборах  именно
за  счет  голосов  американских  негров,  оказавшихся
решающими.  В  январе  1961  года  он  вступил  на  пост
президента.  Многие  в  США  усматривали  определенные
черты  сходства  его  социальной  политики  с  политикой
великого  Авраама  Линкольна.  Но  никто  не  предпола¬
гал,  что  его  постигнет  такая  же  участь.
 С  приходом  к  власти  Джон  Кеннеди  сразу  столк¬
нулся  с  решительным  сопротивлением  внутри  своей
партии.  Демократы  из  южных  штатов  стали  выступать
против  собственного  представителя  в  Белом  доме.
Техасская  оппозиция  была  самой  опасной.  Сопернику,
конечно,  были  на  руку  раздоры  в  демократическом
лагере.  Вот  что  было  написано  в  статье  газеты  «Ва¬
шингтон  коллинг»  от  10  октября  1963  года.
 «Президент  Кеннеди  немного  раньше  доверительно
сообщил  своему  другу  й  давнишнему  соратнику,  что
он  очень  расстроен  дерзостью  некоторых  промышлен¬
ных  магнатов.  Они  используют  налоговые  льготы
для  поддержки  ультраправых  элементов.
 ~  В  этой  связи  президент  упомянул  о  двух  людях,
которых  иногда  называют  самыми  богатыми  в  мире.
Это  нефтяной  магнат  Поль  Гетти,  который  постоянно
проживает  в  Англии,  и  второй  —  нефтяной  король
из  Далласа  Хант.  Оба  —  миллиардеры.  И  оба,  как-
сказал  президент,  заплатили  в  прошлом  году  относи¬
тельно  низкий  федеральный  налог.  Эти  промышлен¬
ники,  по  словам  Кеннеди,  «прибегают  к  различным
трюкам,  чтобы  уклониться  от  уплаты  налогов,  а  сэко¬
номленные  таким  образом  деньги  используют  для
 153

поддержки  крайпе  правых  элементов,  их  пропаганды
в  печати,  по  радио  и  телевидению».
 Известно,  что  миллиардер  Хант  не  скрывал  своей
враждебности  по  отношению  к  Кеннеди.  Президент
стал  для  него  человеком  неудобным.  Речь  шла  о  сот¬
нях  миллионов  долларов,  прикарманенных  в  резуль-
*  тате  налоговых  льгот.  Видимо,  поэтому  нефтяной
король  уже  осенью  1961  года  во  время  торжеств  на
своей  роскошной  вилле  произнес:  «Другого  пути  нет.
Мы  должны  избавиться  от  предателей,  слишком  много
позволяющих  себе  в  нашем  правительстве.  Их  надо
просто  перестрелять».  Была  ли  это  случайная  угроза,
громкие  слова,  сказанные  в  подгулявшей  компании,
или  это  была  программа  и  намек  на  возможность
заговора?
 Джон  Фитцджеральд  Кеннеди  не  пренебрегал  сво¬
ими  техасскими  противниками.  Он  решил  встретиться
с  ними  на  их  родной  земле,  поговорить  с  сенатором
Ярборо  и  губернатором  Коннэли,  повлиять  на  настрое¬
ния  тамошних  избирателей,  склонив  их  на  свою  сторо¬
ну.  Он  знал,  что  эта  поездка  будет  не  из  приятных.
 Общественности  решили  преподнести  несколько
иную  программу  поездки  президента.  В  Сан-Антонио,
на  авиабазе  в  Бруксе,  он  примет  участие  в  торжествен¬
ном  открытии  Научно-исследовательского  института
авиационной  и  космической  медицины  американских
военно-воздушных  сил,  выступит  на  ужине  в  Хыостог
не,  устроенном  демократическим  конгрессменом  Аль¬
бертом  ТомасОм.  Потом  он  поедет  в  Форт-Уэрт,  где
представители  торговой  палаты  устроят  завтрак  на  две
тысячи  персон.
 Кеннеди  подчеркнул  быстрый  рост  местной  про¬
мышленности  во  время  второй  мировой  войны  (здесь
производились  известные  бомбардировщики  типа
«Либерейтор»),  похвалил  последнюю  военную  новин¬
ку  —  сверхзвуковой  боевой  самолет.  В  газетах  опу¬
бликовали  его  выступление,  но  мало  кто  из  репортеров
в  отчетах  опустил  язвительное  замечание  насчет  того,
что  самые  продолжительные  аплодисменты  предназна¬
чались,  скорее,  жене  президента.
 Кеннеди  улыбнулся  и  отреагировал  на  это  извест¬
ными  словами:  «Что  ж  тут  доделаешь,  я  всего  лишь
 157

президент,  сопровождающий  жену  Жаклин».  Джекки,
в  то  время,  несомненно,  самая  популярная  женщина
в  США,  своим  обаянием  помогала  президенту  в  этой
поездке  добиваться  расположения  избирателей.
 Кеннеди  позавтракал  в  Форт-Уэрте,  а  к  обеду  его
самолет  уже  ждали  в  недалеком  Далласе.  Между  тем
служба  безопасности  попробовала  приготовленные  пре¬
зиденту  напитки,  агенты  ФБР  сами  купили  мясо  для
бифштекса  президенту.  Повар  должен  был  получить
его  непосредственно  перед  приготовлением,  которое
будет  проходить  под  контролем.  Официальным  пово¬
дом  для  визита  являлась  местная  ярмарка.  Агенты
службы  безопасности,  вероятно,  осмотрели  каждую  из
пяти  тысяч  желтых  роз,  украшавших  ресторан,  где
накрыли  стол  для  торжественного  обеда.
 Это  не  было  излишней  предосторожностью.  Несколь¬
ко  недель  назад  как  раз  здесь,  в  Далласе,  произошел
неприятный  инцидент  с  американским  представителем
в  Организации  Объединенных  Наций  Эдлаем  Стивен¬
соном.  Но  местная  полиция  опознала  хулиганов,  и
в  день  приезда  Кеннеди  их  фотографии  были  розданы
охране  президента.  Если  бы  кто-нибудь  из  провока¬
торов  появился  на  улице,  он  не  ушел  бы  далеко.  Даже
неонацисты,  возглавляемые  бывшим  генералом  Уоке¬
ром,  не  подавали  признаков  жизни,  и  ку-клукс-клан
не  вышел  на  военную  тропу.  В  связи  с  этим  агенты
личной  охраны  президента  полагали,  что  ничего  дур¬
ного  не  случится.
 Официальный  завтрак  в  Форт-Уэрте  длился  два
часа.  В  11.32  реактивный  самолет  президента  старто¬
вал  в  Форт-Уэрте  и  через  восемь  минут  приземлился
в  Далласском  аэропорту  Лав  Филд.
 Перед  зданием  аэропорта  его  ожидала  местная
энать  и  представители  демократической  партии.  Но
самые  влиятельные  финансисты  не  явились.  Зато  вице-
президент  Джонсон  с  супругой  просто  расплылись
в  восторге.  В  общем  прием  был  холодным,*  многие
встречавшие  вели  себя  осторожно.
 В  Далласском  аэропорту  президента  ожидала  его
личная  машина.  Секретная  служба  доставила  ее  сюда
из  Вашингтона  самолетом.  Бронированный  «линкольн»
с  номером  СС-300,  изготовленный  по  заказу,  был
 158

прогулочным  кабриолетом  с  откидной  крышей  из  про¬
зрачного  пуленепробиваемого  оргстекла.  Кеннеди  не
любил  в  нем  ездить,  потому  что  чувствовал  себя  под
этим  куполом,  как  в  витрине.  Он  приказал  откинуть
крышу.  22  ноября  1963  года  день  выдался  солнечным,
температура  поднялась  до  двадцати  шести  граду¬
сов.
 Во  главе  подготовленной  колонны  стоял  белый
«форд»  шефа  далласской  полиции  Джесса  Керри.  Его
сопровождал  шериф  Билл  Декер  и  два  полицейских.
Президент  с  супругой  сели  на  заднее  сиденье  своей
машины,  впереди  них  —  губернатор  Коннэли  и  его
жена.  Водитель  «линкольна»  Уильям  Р.  Грир  —  опыт¬
ный  агент.  Рядом  с  шофером  сел  шеф  личной  охраны
президента  Рой  X.  Келлерман.  Машину  Кеннеди  по
обеим  сторонам  эскортировали  полицейские  на  мото¬
циклах,  сразу  же  за  президентской  машиной  шла
полицейская  машина  с  четырьмя  охранниками  и  еще
четырьмя  на  подножках.  Личному  составу  «Куин
Мери»,  так  называли  эту  машину  агенты,  было  пору¬
чено  следить  за  крышами  домов,  окнами  отдельных
этажей,  тротуарами,  кордонами  у  дороги  и  людьми,
которые  встречали  гостя.
 Немного  дальше  за  «Куин  Мери»  ехал  Джонсон
с  супругой  (вице-президент  сопровождал  Кеннеди  не¬
официально),  сенатор  Ярборо  и  личный  охранник
Джонсона.  И  эту  машину  охраняла  группа  агентов
секретной  службы.  Далее  следовали  автомобили  го¬
родских  властей,  местной  элиты,  автобусы  с  корре¬
спондентами  и  телевизионными  репортерами,  сопро¬
вождаемые  мотоциклистами  дорожной  полиции*  Сек¬
ретная  служба  уже  неделю  назад  выбрала  трассу
для  движения  колонны,  которую  одобрил  президент.
Длина  ее  была  примерно  шестнадцать  километров;
функционеры  демократической  партии  хотели,  чтобы
президента  видели  как  можно  больше  избирателей.
Поэтому  он  должен  был  проехать  йо  промышленным
районам  города,  фешенебельным  кварталам  и  местам
новостроек  в  центр  и  затем  несколько  сот  метров  по
шоссе  на  выставку  «Трейд  маркет».
 Встреча  на  аэродроме  прошла  холодно,  зато  люди
на  улицах  ликовали.  Кеннеди  узнал  от  своей  секрет¬
 159

ной  службы,  что  на  тротуарах  стоит  около  четверти
миллиона  человек.  Для  Техаса  —  это  большой  успех.
Президент  рад,  он  улыбается,  раскланивается  на  все
стороны,  велит  остановиться  у  группы  детей-школьни-
ков,  подает  им  руку.  Дело  в  том,  что  маленькие
поклонники  держат  над  головой  транспарант  с  прось¬
бой:  «Остановитесь  около  нас,  господин  президент,  и
пожмите  нам  руки!»  Второй  раз  машина  останавлива¬
ется  у  группы  католических  монашек.  Кеннеди  выхо¬
дит  из  машины,  перебрасывается  с  ними  несколькими
словами  и  всем  пожимает  руку.  Рукопожатие  —  это
одна  из  демократических  обязанностей  американского
президента.  Овация  усиливается,  госпожа  Коннэли
видит,  что  Кеннеди  приятно  удивлен.
 —  Теперь  вы  не  сможете  сказать,  что  далласцы
вас  не  любят,—  говорит  она.
 —  Да,  теперь  действительно  не  смогу,—  признается
президент.  Возможно,  что  это  были  его  последние  слова.
Буквально  через  несколько  минут  после  этого,  в  12.30,
произошла  трагедия.
 Проследим  еще  раз  за  цепью  событий.  В  12.27  кор¬
теж  выехал  из  центра  города,  свернул  с  главной  Мейн-
стрит  на  Хьюстон-стрит  и  потом  должен  был  следовать
по  Элм-стрит  к  виадуку  и  затем  —  к  «Трейд  маркет».
Такова  была  программа.  В  12.28  машина  Кеннеди
сворачивает  на  Элм-стрит  и  со  скоростью  примерно
восемнадцать  километров  приближается  к  железно¬
дорожному  виадуку.  В  12.30  они  проезжают  мимо
непривлекательного  складского  помещения  школьных
учебников.  На  тротуарах  машут  руками  восторженные
жители  города.  Госпожа  Коннэли  говорит  жене  пре¬
зидента:
 —  Скоро  приедем.  Это  там,  за  туннелем.
 Один  из  агентов  службы  безопасности,  наблюдающий
за  президентом  из  «Куин  Мери»,  передает  по  радио  кол¬
леге  по  выставке,  что  колонна  к  ним  приближается;
минут  через  пять  президент  будет  на  месте.  Кинолю¬
битель  Абрахам  Запрудер  стоит  на  Элм-стрит  примерно
в  семидесяти  метрах  от  склада  школьных  учебников  —
очень  удачно  выбранном  месте.  Увидев  машину  пре¬
зидента,  он  приложил  камеру  к  глазу  и  начал  снимать.
Он  еще  не  догадывается,  что  станет  автором  документа
 160

огромной  важности,  что  снимет  почти  весь  процесс
покушения  на  президента  Соединенных  Штатов*
 В  12.30  прозвучал  первый  выстрел.  Полицейский
Чейни  ехал  на  мотоцикле  всего  в  двух  метрах  от  пра¬
вого  заднего  колеса  «линкольна».  Он  видит,  как  на
голове  президента  показалась  кровь.  Жаклин  Кеннеди
поворачивает  голову,  понимает,  что  случилось,  и  еще
успевает  выкрикнуть:  «О,  нет,  нет!»  Ее  муж  поднимает
руку,  будто  желая  прикрыть  шею,  потом  начинает
медленно  наклоняться  вперед.  Раздается  второй  вы¬
стрел  и  вскоре  после  него  —  третий.  Президент  Кен¬
неди  падает  на  колени  своей  жены,  тело  губернатора
Коннэли  также  сползает  вниз.
 С  подножки  машины  «Куин  Мери»  соскакивает  агент
личной  охраны  Клинтон  Хилл,  бежит  вперед  к  ма¬
шине  президента  и,  уцепившись  за  ручку  задней  двер¬
цы,  пытается  вскочить  на  подножку,  но  падает  на  крыш¬
ку  багажника.  Жаклин  Кеннеди  хочет  ему  помочь*
приподнимается*  подает  ему  руку...
 Телохранители  с  пистолетами  оглядываются.  по
сторонам,  пытаясь  обнаружить  стрелявшего.  Один
из  телевизионных  операторов  Нель  Кроух  на  секунду
увидел  в  окне  одного  из  верхних  этажей  склада  чело¬
века  с  винтовкой.  В  это  время  тот  прятался.  Опытный
водитель  Билл  Грир  дает  полный  газ.  Телохранитель
президента  Рой  Келлерман  передает  по  рации,  что
случилось.  Машина  направляется  к  ближайшей  боль¬
нице.
 Вице-президента  Джонсона  и  его  жену  телохрани¬
тели  сразу  же  после  первого  выстрела  укрыли  на  полу
машины.  Он  еще  не  знает  о  трагедии.  Не  знают  об  этом
и  собравшиеся  люди,  которые  на  всякий  случай  легли
на  тротуар.  Клинтон  Хилл  уже  стоит  в  задней  части
машины  между  обоими  ранеными  и  кричит  шоферу,
чтобы  тот  ехал  как  можно  быстрее.
 Больница  «Парклэнд  мемориал  хоспитал»  находи¬
лась  неподалеку.  В  12.33  полицейская  радиостанция
связывается  с  больницей  и  сообщает,  что  в  больницу
везут  раненых.  По  местному  радио  просят  прийти
в  операционный  зал  ведущего  хирурга  Томаса  Ширеса.
 Но  доктора  Ширеса  нет*  в  больнице.  Его  коллега
Малькольм  Перри  услышал  объявление*  обедая  в  сто-
 6  В.  П.  Боровичка
 161

Йовой,  и  сразу  же  прибежал  в  отделение.  Там  он  узнал,
кто  будет  его  пациентом.
 Билл  Грир  затормозил  перед  входом  в  больницу
в  12.38.  С  минуту  ищут  передвижные  носилки.  Оба
раненых  лежат  на  заднем  сиденье.  Букет  роз  обагрен
кровью.  Жаклин  Кеннеди  молчит.  Нелли  Коннэли
поддерживает  голову  своего  мужа  и  громко  рыдает.
 Уже  через  десять  минут  после  первого  выстрела
раненый  президент  лежит  на  носилках.  Доктор  Пер¬
ри  моет  руки,  сестра  надевает  ему  стерильные  пер¬
чатки.
 Губернатора  Коннэли  осмотрели  в  отделении  «ско¬
рой  помощи»,  лотом  быстро  переправили  в  операцион¬
ный  зал.
 После  первого  беглого  осмотра  доктор  Перри
понял,  что  нет  ни  малейшей  надежды  на  спасение
жизни  президента.  Пуля  задела  мозг,  сердце  не  рабо¬
тало,  пульс  не  прощупывался.  Несмотря  на  это,  он
не  сдается  и  предпринимает  последнюю  отчаянную
попытку  —  массаж  сердца.  Десять  минут  врачи  стара¬
ются  вернуть  раненого  к  жизни.  Поздно.  Не  помогло
и  переливание  крови.  Джон  Фитцджеральд  Кеннеди
мертв.  В  13.00  доктор  Дженкинс  закрывает  лицо
президента  белой  простыней.
 Вице-президент  Джонсон  приехал  в  больницу,  ког¬
да  Кеннеди  уже  был  на  операционном  столе.  Люди
из  секретной  службы  окружили  Джонсона  со  всех
сторон,  чтобы  собой  огородить  от  возможного  нападе¬
ния.
 Потом  онп  выводят  его  через  боковой  выход,  садятся
с  нйм  в  машину  и  спешат  на  аэродром.  Когда  гроб
с  телом  президента  ставили  в  самолет,  Джонсон  нахо¬
дился  уже  в  салоне  вместе  с  судьей  Сарой  Т.  Хьюз,
держа  в  руках  Библию  семьи  Кеннеди,  готовый  при¬
нять  президентскую  присягу.  Согласно  Конституции,
после  смерти  Кеннеди  он  автоматически  становится
его  преемником,  но  он  все  же  излишне  спешит.
 В  14.48  самолет  с  покойным  президентом  на  борту
взлетает  в  Далласе  й  спустя  сто  восемьдесят  восемь
минут  приземляется  в  вашингтонском  аэропорту.  В  ту
минуту  о  трагедии  уже  знает  весь  мир.  Тело  Кеннеди
доставляют  в  больницу  в  Бетесде,  где  группа  опытных
 162

врачей  под  руководством  патологоанатома  военно-
морских  сил  Джеймса  Дж.  Хыома  проведет  вскрытие.
Потом  протокол  вскрытия  станет  предметом  многих
вполне  обоснованных  сомнений.  Впоследствии  выясни¬
лось,  что  имело  место  очевидное  искажение  некоторых
данных  о  ранении  Кеннеди.
 Уже  в  12.34,  то  есть  спустя  три  минуты  после  поку¬
шения,  около  тридцати  полицейских  начали  осмотр
здания  склада  школьных  учебников.  Появился  первый
свидетель.  Он  видел  в  окне  шестого  этажа  человека
с  винтовкой.  Говард  Л.  Бреннан  показал,  что  этот
человек  стрелял  в  президента.  Он  даже  описал  внеш¬
ность  человека,  хотя  вряд  ли  мог  его  с  улицы  разгля¬
деть  в  окне  на  шестом  этаже,  определил  даже  рост  и
возраст  стрелявшего.  Полицейские,  осматривающие
здание,  от  одного  из  служащих  узнают  о  подозритель¬
ном  молодом  человеке  в  черном  свитере  и  рубашке
цвета  хаки,  который  минуту  назад  открывал  бутылку
лимонада.  Заведующий  складом  говорит,  что  это  был
его  рабочий  Ли  Харви  Освальд.
 Полицейские  радиостанции  повторяют:  разыскива¬
ется  белый  мужчина,  худощавый,  рост  примерно  сто
семьдесят  пять  саптиметров,  возраст  —  тридцать  лет...
Между  тем  полицейские  находят  первые  вещественные
доказательства.  В  двенадцать  часов  сорок  минут  на
пятом  этаже  здания  они  обнаружили  итальянскую
винтовку  «Каркако  38>>  с  оптическим  прицелом  япон¬
ского  производства  и  вскоре  после  этого  на  подокон¬
нике  открытого  окна  этажом  выше  —  остатки  жареной
курицы  и  три  пустые  гильзы.  У  командира  группы
полицейских  складывается  впечатление,  что  рассле¬
дование  проходит  более  чем  успешно.  Прошло  всего
несколько  минут  после  покушения,  а  они  уже  знают
имя  убийцы  и  в  руках  у  них  его  оружие.  Никто  из  них
не  сомневается,  что  все  было  действительно  так.
 Подозреваемый  Ли  Харви  Освальд,  по  всей  види¬
мости,  опытный  террорист,  однако  ведет  себя,  как
дилетант.  Он  не  пытается  скрыться,  не  приготовил
пути  к’  отступлению,  как  следовало  бы  ожидать,  не
уезжает  на  скоростной  машине,  а  выходит  на  улицу,
где  уже  рыщут  десятки  полицейских,  сворачивает
за  уголА  на  остановке  на  Ламар-стрит  садится  в  авто-
 6*
 103

бус,  где  даже  обсуждает  с  пассажирами  новость  о  том,
что  только  что  застрелили  президента  Кеннеди.  В  то
время,  когда  какая-то  женщина  начинает  об  этом
рассказывать  своему  соседу,  Освальд  якобы  громко
рассмеялся.
 Ио  он  не  едет  далеко.  На  следующей  остановке  он
выходит,  останавливает  такси  и  едет  в  район  Оук-
Клифф,  находящийся  примерно  в  шести  километрах,
где  он  живет  в  пансионе  на  Норт-Бекли.  И  здесь  он
не  ведет  себя,  как  человек,  только  что  убивший  прези¬
дента  Соединенных  Штатов.  Он  здоровается  с  хозяй¬
кой,  входит  в  свою  квартиру,  снимает  свитер  и  надевает
серый  пиджак.  Через  несколько  минут  он  быстро
выходит  из  дома.  В  13.18  он  идет  по  Десятой  Южной
улице  всего  в  двух  кварталах  от  своего  пансиона.
 Полицейский  Дж.  Д.  Типпит,  сидя  в  служебной
машине,  слушает  часто  повторяющееся  сообщение
Центра  о  тридцатилетием  мужчине,  подозреваемом
в  убийстве  президента.  Затем  он  видит  на  тротуаре
Освальда,  делает  вывод,  что  он  похож  на  описывае¬
мого  человека,  останавливается  в  двух  шагах  от  него
и  подзывает  к  себе.  Освальд  спокойно  подходит  к  от¬
крытому  окну  автомобиля,  минуту  они  беседуют,
потом  полицейский  выходит  из  машины  и,  обходя
капот,  приближается  к  подозреваемому.  А  тот  вдруг
вынимает  пистолет  и  тремя*  выстрелами  сваливает
полицейского  на  землю.  Потом  выбрасывает  из  своего
«Смит-Вессона»  пустые  гильзы,  снова  заряжает  его  и
скрывается  за  углом.  Автомеханик  Доминго  Бине-
вайдес,  услышав  стрельбу,  подбегает  к  машине,  видит
мертвого  полицейского,  нажимает  на  кнопку  коротко¬
волнового  передатчика  и  сообщает  в  Центр  об  убийстве.
 В  кинотеатре  «Техас»  на  Джефферсон-стрит  идет
фильм  «Призыв  к  борьбе».  Джефферсон-стрит  нахо¬
дится  в  семи.  кварталах  от  того  места,  где  погиб
полицейский  Типпит.  Рядом  с  кинотеатром  расположен
обувной  магазин  Гарди.  Управляющий  Брайвер,  обес¬
покоенный  сообщениями  радио  и  сиренами  проезжаю¬
щих  полицейских  машин,  смотрит  на  улицу  и  замечает
немного  странного  человека,  который  выглядел  так,
словно  долго  бежал.  Он  был  взволнован.  Брайвер
наблюдает  за  ним.
 Ш

Освальд  подходит  к  кассе  кинотеатра  и  покупает
билет.  Потом  исчезает  в  зале.  Кассирша  Джули  Постал
даже  не  подумала,  что  продала  билет  подозреваемому.
Однако  Брайвер  обращает  ее  внимание  на  посетителя.
И  вот  в  полицейском  участке  в  13.30  звонит  телефон,  и
Джули  Постал  сообщает  о  подозрительном  молодом
человеке.  Может,  она,  а  может,  и  управляющий  Брай¬
вер  заглянули  в  неосвещенный  зал,  где  шел  фильм,  и,
согласно  их  показаниям,  убедились  (хотя  и  было
темно!),  что  парень  действительно  подозрительный.  Не
мудрено,  ведь  в  течение  нескольких  минут  он  трижды
пересаживался  с  места  на  место.  А  в  это  время  управ¬
ление  полиции  собрало  дежурные  полицейские  машины,
которые  курсировали  недалеко  от  кинотеатра,  и  в  13.35
они  окружили  здание  кинотеатра.  Как  будто  бы  все
логично  -  вытекает  одно  из  другого,  все  вроде  бы  со¬
вершенно  ясно.
 В  опубликованном  позже  докладе  комиссии  Уор¬
рена  последующие  события  описаны  так:
 «Приказали  включить  свет  в  зрительном  зале.
Полицейский  М.  Н.  Макдональд  вместе  с  другими
членами  патруля  приблизился  к  человеку,  которого
им  указал  Брайвер.  Макдональд  приказал  ему  встать,
при  этом  услышал  такие  слова:  «Ну  вот,  .  теперь
все  кончено!»  Одной  рукой  человек  выхватил  пистолет,
а  другой  ударил  полицейского.  Макдональд  в  свою
очередь  нанес  ему  удар  правой  рукой,  а  левой  пере¬
хватил  пистолет.  После  короткой  стычки  Макдональд
и  остальные  полицейские  разоружили  подозреваемого,
связали  его  и  отвезли  в  здание  полиции,  куда  они
прибыли  около  четырнадцати  часов.
 После  того  как  определили,  что  кто-то  стрелял
из  здания  склада  школьных  учебников,  и  об  этом
было  передано  по  радио  во  все  полицейские  участки,
к  складу  подъехало  несколько  дежурных  машин.
Инспектор  Дж.  Герберт  Сойер  в  12.34  быстро  осмотрел
все  этажи,  вернулся  па  первый  этаж  и  где-то  между
12.37  и  12.40  приказал  никого  не  выпускать  из  здания.
 Около  тринадцати  часов  прибыл  капитан  Дж*  В.
Фриц,  начальник  отдела  убийств  и  ограблений  даллас¬
ской  полиции,  и  возглавил  расследование.  При  обыске
шестого  этажа  шериф  Люк  Муни  заметил  в  юго-восточ¬
 165

ном  конце  здания  кучу  коробок.  Он  протиснулся
между  ними  и  сразу  понял,  что  «нашел  то  место,  от¬
куда  стреляли».  На  полу  лежали  три  пустые  гиль¬
зы...
 Находка  Муни  стала  поводом  для  обстоятельного
осмотра  шестого  этажа,  где  могли  находиться  другие
вещественные  доказательства.  В  13.22,  то  есть  примерно
через  десять  минут  после  того,  как  были  найдены
пустые  гильзы,  заместитель  шерифа  Эжен  Бон  напра¬
вил  луч  карманного  фонарика  на  два  ряда  коробок
в  северо-западном  углу  комнаты  недалеко  от  лестницы.
Среди  коробок  лежала  самозарядная  винтовка  с  опти¬
ческим  прицелом...  Она  была  с  метр  длиной,  складная,
и  ее  можно  было  свободно  переносить  в  самодельном
бумажном  футляре.  И  его  нашли  в  юго-восточном
углу  здания,  всего  в  нескольких  метрах  от  пустых
гильз».
 В  тот  момент,  когда  полицейские  Фриц  и  Дэй  осмат¬
ривали  винтовку,  к  ним  подошел  заведующий  складом
школьных  учебников  Рой  Трули,  чтобы  сообщить
деталь,  которая,  на  его  взгляд,  была  любопытной.
Во  время  допроса  сотрудников  склада  Трули  заметил,
что  отсутствует  Ли  Харви  Освальд.  Трули  сообщил
полицейским  его  адрес  и  описал  внешность,  после
чего  Фриц  отправился  в  полицейское  управление.
Почти  в  то  же  время  туда  вошел  патруль  с  арестован¬
ным  Освальдом.
 Далласской  полиции  невероятно  везло.  Факты  так
точно  подходили  друг  к  другу  и  обнаруживались
в  таких  коротких  промежутках  времени,  что  другого
такого  случая,  пожалуй,  полиция  не  могла  припомнить.
Через  неполные  сто  минут  со  времени  первого  выстрела
удалось  установить  убийцу  президента,  арестовать  его
и,  кроме  этого,  получить  ценные  вещественные  дока¬
зательства,  включая  и  оружие  террориста.  Но  мог  ли
быть  террорист,  который  отважился  убить  президента
Соединенных  Штатов,  таким  наивным  и  вести  себя
как  взбалмошный  мальчишка?  Полицейские  не  сомне¬
вались,  что  все  это  благоприятное  стечение  обстоя¬
тельств,  им  и  в  голову  не  приходило,  что  кто-то  хочет
направить  их  на  ложный  след.
 Но  не  будем  опережать  события.  Полиция  поймала
 166

Освальда  и  верит,  что  в  руках  ’у  нее  убийца.  Она  на¬
чинает  наводить  справки,  кто  он  такой,  этот  невысо¬
кий,  худой  и  немного  испуганный  молодой  человек
с  неправильными  чертами  лица.  С  первых  же  шагов
у  детективов  захватывает  дыхание:  по  всем  признакам
Освальд  —  коммунист!  И  это  еще  далеко  не  все.  От¬
крываются  другие  удивительные  факты...
 Его  жизнь  была  весьма  странной.  Сумасбродной,
неудачной,  бесцельной.  Он  родился  18  октября  1939
года  в  Новом  Орлеане  спустя  два  месяца  после  смерти
отца,  У  него  есть  два  старших  брата.  Овдовевшая
мать  переезжает  с  ними  из  города  в  город,  как  будто
семья  нигде  не  может  найти  себе  места.
 Даллас,  Форт-Уэрт,  Нью-Йорк  —  во  всех  этих
городах  учился  школьник  Освальд.  В  Нью-Йорке
он  становится  хроническим  прогульщиком.  Учителя
не  знают,  что  с  ним  делать,  ситуация  завершается
конфликтом,  Освальд  попадает  в  психиатрическую
больницу  для  малолетних.  Там,  наблюдая  его  ненор¬
мальные  наклонности,  делают  заключение,  что  он
страдает  раздвоением  личности  с  признаками  шизо¬
френии  и  пассивно-агрессивными  наклонностями.  Вра¬
чи  решили,  что  у  Освальда  налицо  психические  от¬
клонения,  и  рекомендовали  ему  лечение  в  стацио¬
наре.
 Но  у  его  матери  было  другое  мнение.  Она  отказы¬
вается  отдать  сына  в  психиатрическую  больницу  и
переселяется  снова  в  Новый  Орлеан.  Там,  в  условиях
южного  города,  с  неповторимой  атмосферой,  но  трудно
переносимым  климатом,  парень  начинает  вести  себя
хорошо.  Сначала  в  школе  им  были  довольны.  Потом  он
будто  бы  снова  возвращается  к  своим  дурным  привыч¬
кам,  начинает  прогуливать  школьные  занятия.  Когда
он  подает  прошение  о  приеме  в  военно-морские  силы,
ему  отказывают  в  связи  с  тем,  что  ему  только  шестна¬
дцать  лет.  Освальды  снова  переезжают  в  Форт-Уэрт.
Оттуда  он  отправляет  новое  прошение  и  в  октябре
1956  года  получает  положительный  ответ.
 Согласно  характеристике,  выработанной  комиссией
Уоррена,  Освальд  служил  на  флоте.  Он  с  юных  лет
интересовался  учением  Маркса,  с  симпатией  отзывался
о  Советском  Союзе,  выступал  за  Фиделя  Кастро.  Все
 167

это  вызывает  насмешки  его  товарищей.  Неожиданно
он  решает  уйти  с  военной  службы.  С  И  сентября  1959
года  он  уже  человек  гражданский.  Может  быть,  ему
опротивело  то,  к  чему  он  так  стремился?  Или  для
этого  были  другие  причины?  Мог  ли  он  один,  находясь
на  военной  службе,  сам  подготовиться  к  такому  путе¬
шествию,  в  которое  он  отправился  спустя  всего  каких-
то  девять  дней  после  того,  как  снял  военную  форму?
Двадцатого  сентября  в  Новом  Орлеане  он  сел  на  гру¬
зовой  корабль,  идущий  во  Францию,  сошел  на  берег
в  Гавре...
 По  возвращении  в  США  он  всем  рассказывает,  что
он  коммунист,  хотя  в  те  годы  это  было  очень  плохой
рекомендацией.  Публично  поносит  американский  образ
жизни.  Его  приверженность  к  прогрессу  заходит  так
далеко,  что  в  апреле  1963  года  он  пытается  совершить
покушение  на  лидера  радикальных  неонацистов  гене¬
рала  Эдвина  А.  Уокера.  Он  якобы  выстрелил  в  него,
но  промахнулся.  Неужели  Освальд  так  плохо  стре¬
ляет?  Далласская  полиция  и  комиссия  Уоррена  позже
в  своих  заключениях  будут  утверждать,  что  стрелял
он  просто  поразительно.
 Согласно  официальной  версии,  в  семье  Освальда
возникает  разлад.  Жена  Марица  упрекает  его,  что  он
не  способен  хорошо  зарабатывать.  Хорошая  знакомая
семьи  Освальдов  госпожа  Пейн  приглашает  Марину
к  себе  в  Ирвинг,  чтобы  избавить  ее  от  одиночества.
Освальд  решает  снять  комнату  в  Далласе.  Или  так
решила  его  жена?  В  некоторых  сообщениях  утвержда¬
лось,  что  она  просто  выгнала  его  из  дому.  Поэто¬
му  он  и  нашел  себе  место  в  Далласе,  поэтому  пере¬
ехал.
 Думается,  что  было  совсем  иначе.  Это  очевидно
из  того  факта,  что  Ли  Харви  Освальд  прописался
на  Норт-Бекли  под  фамилией  О.  Е.  Ли.  И  это  еще
до  того,  как  он  нашел  в  Далласе  работу.  Всего  лишь
через  день  или  два  после  того,  как  он  переехал,  госпо¬
жа  Пейн,  по  данным  комиссии  Уоррена,  звонила  на
склад  школьных  учебников  и  спрашивала,  нет  ли  там
вакантных  мест.  Она  получила  положительный  ответ,
и  16  октября  1963  года  Освальд  приступает  к  работе
в  качестве  кладовщика.
 :168

Комиссия  Уоррена  полагала,  что  разузнала  все
о  жизни  и  жизненных  неурядицах  подозреваемого
Освальда.  Она  вела  расследование  после  его  смерти,
в  то  время,  когда  он  официально  считался  единствен¬
ным  убийцей  президента.  О  дальнейших  событиях  она
установила  следующее:
 «20  октября  1963  года  у  Освальда  родилась  вторая
дочь.  В  октябре  и  ноябре  регулярно  в  конпе  каждой
недели  он  ездил  в  Ирвинг.  Он  приезжал  туда  в  пятницу
во  второй  половине  дня  со  знакомым  Бьюэлом  Уэсли
Фрезиером,  который  проживал  недалеко  от  Пейн,
а  возвращался  в  понедельник  утром.  В  пятницу  15
ноября  Освальд  остался  в  Далласе.  Ему  посоветовала
это  сделать  его  жена,  сказав  якобы,  что  дочь  гос¬
пожи  Рут  Пейн  празднует  день  рождения  и  в  доме
будет  полно  гостей.  В  понедельник  18  ноября  между
супругами  произошла  бурная  ссора  по  телефону.  Жена
Освальда  узнала,  что  он  снял  себе  жилье  под  чужим
именем.  В  четверг  21  ноября  Освальд  сказал  Фрези-
еру,  что  ему  надо  поехать  в  Ирвинг,  чтобы  привезти
оттуда  несколько  карнизов  для  своей  далласской  ком¬
натки.  Жена  и  госпожа  Пейн  были  удивлены  его  вне¬
запным  появлением,  так  как  он  никогда  не  приезжал
в  четверг.  Вел  он  себя  смирно,  хотя  Марина  Освальд
все  еще  на  него  сердилась.
 Вечером  госпожа  Пейн  убирала  на  кухне,  потом
пошла  в  гараж  и  увидела,  что  там  горит  свет.  Она
была  совершенно  уверена,  что  свет  там  погасила.
В  тот  раз  она  не  придала  этому  серьезного  значения.
В  гараже  Освальд  хранил  значительную  часть  своего
имущества.^  На  следующее  утро  он  уехал,  его  жена  в  это
время  кормила  ребенка.  Ни  она,  ни  Рут  Пейн  не  видели,
как  он  ушел.  На  туалетном  столике  он  оставил  свое  обру¬
чальное  кольцо,  чего  раньше  никогда  не  делал,  в  ящике
туалетного  стола  лежал  его  бумажник  со  ста  семью¬
десятью  долларами.
 Освальд  отправился  к  Фрезиерам,'  которые  жи¬
ли  недалеко,  положив  на  заднее  сиденье  машины
длинный  узкий  сверток  в  оберточной  бумаге,  залеп¬
ленной  клейкой  лентой.  Фрезиеру  он  сказал,  что  это
карнизы  для  занавесок.  Когда  они  остановились  на
стоянке  перед  складом  школьных  учебников,  Освальд
 №

вышел  первым  и  пошел,  не  дожидаясь  Фрезиера.
Фрезиер  шел  за  ним  и  видел,  как  он  вошел  в  здание
с  тем  длинным  свертком.
 22  ноября  Марина  Освальд  и  Рут  Пейн  смотрели
по  телевизору  репортаж  о  прибытии  президента  Кен¬
неди.  Узнав  о  трагической  смерти  президента,  обе
заплакали.  Рут  Пейн,  пересказывая  Марине  Освальд
сообщения  о  покушении,  которые  были  переданы  по
телевидению,  напомнила,  что  стреляли  из  здания,
в  котором  работал  Освальд.  Марина  Освальд  вспом¬
нила  о  деле  с  Уокером  и  о  том,  что  ее  муж  все  еще
держит  дома  ту  винтовку.  Стараясь  не  привлекать
внимания,  она  встала  и  пошла  в  гараж,  где  рядом
с  кучей  своих  вещей  увидела  предмет,  завернутый  в
одеяло.  Она  подумала,  что  это  винтовка,  и  не  стала  ее
развертывать.
 Около  трех  часов  в  дверь  дома  Пейнов  позвонил
полицейский  и  спросил  у  Марины  Освальд,  есть  ли
у  ее  мужа  винтовка.  Она  сказала,  что  есть,  повела
полицейского  в  гараж  и  указала  ему  на  одеяло.  Когда
полицейский  поднял  его,  одеяло  оказалось  пустым.
Винтовка  исчезла...
 Генри  Уэйд  доволен  результатами  расследования.
Дело  в.том,  что  прокурор  Генри  Уэйд  зависит  от  изби¬
рателей  и  ему  не  безразлично,  успешно  ли  он  закончит
такое  известное  дело  или  нет.  Для  него.  изобличение
террориста  может  означать  жизненный  шанс.  Джесс
Керри  —  шеф  далласской  полиции.  Он  также  выбран
на  эту  должность'и  также  в  любой  момент  может  ли¬
шиться  своего  поста.  Поэтому  он  зависит  прежде
всего  от  общественного  мнения.  И  кто  знает,  стараются
ли  эти  двое  только  для  того,  чтобы  понравиться  изби¬
рателям,  или  же'  их  усердие  объясняется  тайным
давлением  неведомой  силы?
 Прокурор  Уэйд  подозрительно  быстро  и  излишне
самоуверенно  заявил,  что  винтовка,  найденная  на
шестом  этаже  склада  школьных  учебников,—  оружие,
которым  пользовался  убийца:  на  ней  были  отпечатки
пальцев  Освальда.  Шеф  полиции  Керри  тотчас  же
добавил,  что  Освальд  во  время  службы  в  армии  был
известен  как  отличный  стрелок.  Таким  образом,  вполне
возможно,  что  в.  течение  нескольких  секунд  он  мог
 170

трижды  лопасть  в  движущуюся  цель,  находящуюся
в  ста  метрах  от  него.  Позднее  удалось  установить,  что
это  был  бы  результат,  достойный  чемпиона  мира  и,
скорее  всего,  вообще  невероятный  для  винтовки  «Кар-
кано»  с  несовершенным  оптическим  прицелом.
 Прокурору  Уэйду  было  «многое  совершенно  ясно».
Он,  в  частности,  заявил,  что  при  обыске  комнаты
Освальда  полиция  нашла  план  города  Далласа  с  на¬
черченным  путем  следования  президента  Кеннеди  и
даже  с  пометкой  у  площади,  где  стоит  здание  склада
школьных,  учебников.  На  плане  якобы  была  даже
нанесена  пунктирная  линия,  в  точности  соответствую¬
щая  траектории  смертоносных  пуль.  Прокурор  Уэйд
спешил  предъявить  обвинение,  кроме  того,  он  успел
раскрыть  еще  несколько  «бросающихся  в  глаза»  обсто¬
ятельств,  компрометирующих  Освальда.
 Известно,  что  расистский  Даллас—один  из  центров
антикоммунистической  истерии.  И  как  раз  в  этом  горо¬
де  молодой  человек  не  только  публично  хвастается  сво¬
ими  симпатиями  к  коммунизму,  но  и  вступает  в  коми¬
тет  «За  справедливое  отношение  к  Кубе»,  то  есть  в
организацию,  поддерживающую  Фиделя  Кастро.  Не¬
смотря  на  все  это,  после  телефонного  разговора  своей
знакомой  он  немедленно  получает  довольно  неплохое
место  в  учреждении,  где,  как  правило,  основательно
проверяют  прошлое  каждого  кандидата.
 Смекалистые  детективы  шефа  полиции  Керри
быстро  доказали,  что  они  хорошо  знают  свое  ремесло.
’В  течение  нескольких  часов  они  установили  происхож¬
дение  винтовки  Освальда,  дав  в  руки  прокурора  Уэйда
еще  одно  доказательство.  Освальд  заказал  винтовку
в  Чикаго  в  марте  1963  года  в  специальном  магазине,
высылающем  заказ  почтой,  и  попросил  выслать  оружие
на  вымышленное  имя  —  А.  Хиделл.  Номер  винтовки
совпадает:  С2766,  год  изготовления  тоже.  Сделано
в  Италии,  калибр  6,5.  Все  в  порядке.  Все  звенья  хо¬
рошо,  даже  чересчур  хорошо,  собираются  в  единую
цепь.  Но  арестованный  Освальд  твердит,  что  он  не
имеет  ничего  общего  с  убийством  президента  Кеннеди
и  полицейского  Типпита.
 Однако  прокурор  Уэйд—опытный  тактик.  Его  фото¬
графии  появляются  на  первых  страницах  газет.  Теха¬
 171

сец  в  широкополой  шляпе  самоуверенно  заявляет,  что
он  уже  посадил  на  электрический  стул  двадцать  четыре
человека,  хотя  против  многих  из  них  у  него  было
гораздо  меньше  изобличающих  доказательств.
 Далласская  полйция  допрашивала  Освальда  в  об¬
щей  сложности  двенадцать  часов,  но,  по  непонятным
причинам,  не  было  записано  ни  .  одной  строчки  прото¬
кола.  Во  всяком  случае,  потом  полиция  так  Заявила.
Что  это  —  невероятное  несоблюдение  элементарных
норм  расследования  или  же  преднамеренное  дейст¬
вие?
 В  воскресенье,  через  два  дня  после  ареста,  подо¬
зреваемого  Освальда  должны  были  перевезти  из  даллас¬
ской  городской  тюрьмы  в  более  безопасную  районную
тюрьму,  расположенную  примерно  в  тысяче  шестистах
метрах.  Корреспонденты  узнали  о  готовящемся  пере¬
мещении.  Около  городской  тюрьмы  собрались  пере¬
движные  телевизионные  установки,  операторы  готови¬
лись  снять  сенсационный  репортаж.  Но  никто  из  них
и  не  подозревал,  что  станет  свидетелем  исключитель¬
ного  события.
 Комиссия  по  расследованию  убийства,  назначенная
президентом  Джонсоном,  должна  выяснить  обстоя¬
тельства  покушения  на  Кеннеди.  В  нее  входят  шесть
выдающихся  граждан  американского  общества,  ей
Гарантирована  поддержка  общественных  институтов,
она  снабжена  необходимыми  полномочиями.  Возглав¬
ляет  ее  председатель  Верховного  суда  Соединенных
Штатов  Эрл  Уоррен.  О  воскресных  событиях  эта
комиссия  сделала  следующее  заявление:
 •  «Сразу  же  после  того,  как  телевизионные  операторы
подготовят  аппаратуру,  Освальд  должен  был  прямо
перед  объективами  пройти  к  машине,  которая  пере¬
везет  его  в  другую  тюрьму.  Примерно  в  11.20  Освальд
в  сопровождении  сотрудников  уголовной  полиции  вы¬
шел  из  подвального  помещения  полицейской  тюрьмы.
Полицейские  шли  по  бокам  и  следом  за  ним.  Он  сделал
несколько  шагов  к  поданной  машине,  очутился  в  свете
телевизионных  юпитеров,  как  вдруг  справа  от  камер,
где  стояли  корреспонденты,  неожиданно  выбежал  не¬
известный  человек.  В  правой  руке  он  держал  кольт
калибра  38.  Подбежав  к  Освальду,  он  выстрелил  ему
 172

в  живот.  Миллионы  зрителей  наблюдали  эту  сцену
на  экранах  своих  телевизоров.  Освальд  вскрикнул
от  боли,  упал  на  землю  и  потерял,  сознание.  Через
семь  минут  он  был  доставлен  в  Парклендский  госпи¬
таль,  где  в  13.07  врачи  констатировали  его  смерть.  Он
умер,  не  приходя  в  сознание.
 Человека,  который  убил  Освальда,  звали  Джек
Руби.  Его  арестовали  на  месте  преступления  и  спустя
несколько  минут  заключили  в  одну  из  камер  на  шестом
этаже  полицейской  тюрьмы.  На  допросе  он  заявил,
что  его  нападение  на  Освальда  не  имеет  ничего  общего
с  покушением  на  президента  Кеннеди.  Он  убил  Осваль¬
да  под  влиянием  момента,  будучи  в  состоянии  психи¬
ческой  депрессии,  возмущенный  убийством  прези¬
дента...»
 Предполагаемый  убийца  Кеннеди  умер  в  Парк-
лендском  госпитале  всего  в  нескольких  шагах  от  того
места,  где  сорок  восемь  часов  назад  врачи  пытались
спасти  жизнь  президента.  Прокурор  Генри  Уэйд  и
его  партнер  Джесс  Керри  поспешили  заявить,  что
убийцей  был,  несомненно,  Освальд,  а  затем,  спустя
полчаса  после  его  смерти,  они  объявили  об  окончании
расследования  обстоятельств  убийства  президента.  Их
решение,  однако,  было  только  началом  цепи  сомнений
относительно  хода  расследования  и  серьезности  его
результатов.
 Джек  Руби  в  действительности  носил  имя  Джон
Леон  Рубинштейн.  Он  был  следующей  загадочной
личностью  на  сцене  событий.  И  уж  вряд  ли  его  можно
считать  патриотом-фанатиком,  который  «хотел  уберечь
Жаклин  Кеннеди  от  неприятного  расследования  пре¬
ступления  Освальда».
 Пятидесятидвухлетний  Руби  был  зладельцем  ноч¬
ных  баров  со  стриптизом  и  запрещенными  игорными
залами.  С  преступным  миром  он  имел  связи  еще  в  Чи¬
каго,  а  здесь,  в  Далласе,  подкупал  полицейских,  чтобы
те  миновали  его  заведение  во  время  своих  облав.  Все
знали,  что  Джек  Руби  всего  лишь  гангстер,  который
еще  не  попался  полиции.  О  «патриотизме»  Руби  один
из  его  друзей  выразился  так:  «Джек  любил  только
один  портрет  президента  —  на  долларовых  банкно¬
тах!»  Сомнительный  образ  жизни  и  еще  более  сомни¬
 №

тельная  миссия.  Было  ясно  как  белый  день,  что  Руби
убил  Освальда  не  по  собственному  побуждению.
 При  расследовании  дела  ФБР  вскоре  выяснилось,
что  прокурор  Уэйд  и  шеф  полиции  Керри  преувеличи¬
вали,  когда  утверждали,  что  имеют  против  Освальда
достаточное  количество  улик.  Оказалось,  что  на  кон¬
фискованной  винтовке  вообще  не  было  отпечатков
пальцев  Освальда,  не  существовало  и  плана  города
Далласа  с  начерченной  трассой  следования  президента.
Вопрос  о  том,  принадлежала  ли  винтовка  «Каркано»
Освальду,  тоже  является  спорным.  А  для  утверждения
того,  что  он  —  убийца  полицейского  Типпита,  вообще
не  было  никаких  убедительных  доказательств.
 Специалисты  по  баллистике  высказали  сомнение
относительно  трех  точных  попаданий  по  движущейся
цели  с  такого  расстояния  и  из  такого  несовершенного
оружия.  Чемпионы  мира  и  олимпийские  чемпионы
по  стрельбе  подтвердили  это  мнение.  В  том  месте,
откуда  якобы  стрелял  предполагаемый  убийца,  поли¬
ция  нашла  окурки  сигарет.  Но  все,  кто  был  знаком
с  Освальдом,  знали,  что  он  не  курил.  Потом  комиссия
Уоррена  подготовила  обширный  доклад.  Он  вызвал
еще  более  серьезные  сомнения,  так  как  содержал
неточности,  буквально  бросающиеся  в  глаза.  Не  толь¬
ко  американская,  но  и  мировая  общественность  начала
сомневаться  в  том,  что  расследование  ведется  честно.
 Комиссия  Уоррена  опубликовала  свой  доклад
о  расследовании  24  сентября  1964  года,  в  котором
пришла  к  самому  простому  и  удобному  выводу.  Пре¬
зидента  Кеннеди  убил  Освальд,  неуравновешенный,
помешанный  отшельник.  Он  действовал  на  собственный
страх  и  риск,  и  никто  другой  к  убийству  не  причастен.
Освальд  мертв,  значит,  снова  все  в  порядке.  Члены
комиссии  Уоррена  были  абсолютно  уверены,  что  на
этом  была  поставлена  точка.
 Но  скоро  появились  скептики.  Исходя  из  самого
текста  доклада,  составляющего  двадцать  шесть  томов,
они  доказывали  несостоятельность  теории  о  единст¬
венном  убийце.  Как  явствует  из  допроса  многих  свиде¬
телей  (покушение  видели  несколько  сотен  людей,
многие  из  которых  фотографировали  и  снимали  кино¬
камерой),  первый  выстрел  раздался  с  пустыря  у  виа¬
 174

дука,  а  не  ыз  окна  склада  школьных  учебников.  Другие
свидетели  заметили  на  поросшем  травой  пустыре
автомобили  с  подозрительными  людьми,  которые
сразу  же  после  покушения  исчезли.  На  президента,
следовательно,  охотился  не  один  стрелок,  а  Освальд
должен  был  только  отвлечь  внимание.
 Потом  ведь  был  еще  любительский  фильм  Абрахама
Запрудера.  Изучение  отдельных  кадров  с  разделением
но  времени  движений  президента  Кеннеди  и  губерна¬
тора  Коннэли  показало,  что  оба  они  не  могли  быть
поражены  одной  пулей,  как  это  хотела  доказать  комис¬
сия  Уоррена.  Дело  в  том,  что  губернатор  среагировал
на  выстрел  спустя  1,7  секунды  после  того,  как  пуля
попала  в  Кеннеди.  ФБР  провела  эксперимент  со
стрельбой  из  винтовки,  которую  прокурор  Уэйд  и
шеф  полиции  Керри  называли  оружием  убийцы.
Специалисты  определили,  что  по  своим  техническим
данным  она  не  приспособлена  к  подобному  виду
стрельбы.
 Комиссия  Уоррена  в  своем  сообщении  большой
акцент  делала  на  пулю,  найденную  в  Парклендском
госпитале  па  носилках.  Эта  пуля,  по  ее  мнению,  пора¬
зила  и  президента  Кеннеди,  и  губернатора  Коннэли.
Эксперты,  однако,  пришли  к  заключению,  что  пуля,
обозначенная  как  вещественное  доказательство  номер
399,  не  прошла  через  два  тела  и  совершенно  точно  не
была  выстрелена  из  так  называемой  винтовки  Осва¬
льда.
 Ио  если  Освальд  не  стрелял  и  не  убивал,  тогда
кто  же  убил  президента  Кеннеди?  Вскоре  после  покуше¬
ния  во  всех  странах  мира  появились  сотни  репортажей,
авторы  которых  высказывали  различные  соображения
о  том,  кто  бы  мог  быть  настоящим  убийцей.  Потом
вышли  десятки  книг  видных  публицистов.  Появилось
много  догадок,  одни  из  них  были  логичными,  другие
нет.  Почти  каждая  новая  публикация  приносила  новую
версию.  Но  удалось  ли  внести  ясность  в  запутанную
историю  политических  интриг  и  гангстерских  акций?
Кому  была  выгодна  смерть  президента  Кеннеди,  кто
в  ней  был  заинтересован?
 Ои  был  неугоден  многим  американцам.  Главным
образом  владельцам  заводов,  производящих  ору¬
 175

жие,  и  нефтяным  магнатам.  «Холодная  война»  создала
для  американских  монополистов  небывалую  конъюнкту¬
ру.  Повышались  требования  к  вооружению  страны,
увеличивались  запасы  оружия,  военно-промышленная
коалиция  генералов  и  миллиардеров  стала  незримым
правительством  США,  диктовавшим  политические'  ре^
шения.  При  помощи  ЦРУ,  которое  давно  из  разведы¬
вательной  организации  превратилось  в  организацию
террористическую,  эта  коалиция  пыталась  придать
нужное  направление  развитию  событий  всеми  средст¬
вами,  в  том  числе  и  нелегальными.  Президент  Кеннеди
хотел  идти  собственным  путем.  Поэтому  он  и  стал
жертвой  «покушения,  осуществленного  под  прикры¬
тием  правительства».
 Районный  прокурор  Гаррисон  из  Нового  Орлеана,,
один  из  тех  отважных  людей,  которые  с  риском  для
жизни  принимали  активное  участие  в  поиске  подлин¬
ных  убийц,  утверждает,  что  речь  идет  о  большой  акции,
хорошо  подготовленной  и  стратегически  разработан¬
ной,—  то  есть  об  антигосударственном  заговоре.
С  какой  целью?  Чтобы  скрыть  от  американского  народа
правду  о  правительственной  политике,  направляемой
фабрикантами  оружия.  Американец  Гаррисон  говорил:
 «Наш  народ,  например,  уже  длительное  время
убежден  в  том,  что  мы  воюем  во  Вьетнаме  за  демократ
тию,  что  там  мы  побеждаем  и  что  с  точки  зрения  без¬
опасности  государства,  следовательно,  необходимо,,  что¬
бы  мы  тратили  в  этой  бесконечной  спирали  на  нашу
оборону  миллиарды  долларов,  независимо  от  состояния
нашей  национальной  экономики...
 Неправда,  что  мы  держим  во  Вьетнаме  такие  боль¬
шие  военные  силы  потому,  что  сражаемся  за  демокра¬
тию.  Это  происходит  потому,  что  такая  война  является
источником  больших  прибылей  для  милитаристских
кругов,  которые  у  нас  управляют  правительством.
Военные  действия  —  выгодный  рынок  сбыта,  принося¬
щий  военной  промышленности  огромные  прибыли».
 С  необычайной  поспешностью  уже  25  ноября  1963
года  на  кладбище  в  Форт-Уэрте  похоронили  человека
и  на  надгробном  камне  написали:  «Здесь  покоится
Уильям  Бобо».  В  действительности  в  этой  могиле  был
тайно  погребен  Ли  Харви  Освальд.  Почему  тайно,  так
 176

быстро  и  под  чужим  именем?  Они  были  довольны,  что
он  мертв  и  уже  лежит  в  земле.
 О  нем  писали,  что  это  был  сумасшедший,  изгнанник
общества,  фанатик  с  агрессивными  наклонностями,
коммунист.  Врачи  говорили,  что  он  страдал  прогрес¬
сирующей  паранойей  (доктор  Роббинс):  корни  его
решения  убить  президента  искали  в  неудовлетворенно¬
сти  семейной  жизнью...
 Даже  биография  Освальда,  составленная  комиссией
Уоррена,  не  соответствует  действительности.  Он  не  был
ни  сумасшедшим,  ни  слабоумным.  На  военной  службе
его  тесты  умственного  развития  имели  коэффициент
118,  что  является  показателем  выше  среднего.  Его
отец  не  был  ни  преступником,  ни  бездельником,  а
страховым  агентом.  Освальд  вступил  в  морскую  пе¬
хоту,  служил  в  Японии,  получил  специальность  радио¬
оператора.
 Когда  ЦРУ  начало  осуществлять  программу  поле¬
тов  разведывательных  самолетов  типа  У-2  над  терри¬
торией  Советского  Союза,  понадобились  сотрудники
для  наземной  службы.  Американские  военно-морские
силы  считаются  привилегированным  видом  вооружен¬
ных  сил  США.  Поэтому  вербовщики  устремились  на
морские  базы  и  добрались  до  Японии,  где  служил
Освальд.  Он  принял  предложение,  и  в  девятнадцать
лет  получил  диплом  специалиста  по  радарам.  Очевидно,
тогда  же  он  прошел  ускоренный  курс  шпионажа  и,
кроме  того,  интенсивные  курсы  иностранных  языков.
Он  выучил  русский  и  испанский  языки,  позже  многие
корреспонденты  удивлялись:  где  он  мог  выучить  рус¬
ский?  В  1958  году  командование  перевело  шпиона,
на  которого  возлагались  большие  надежды,  в  Калифор¬
нию  на  базу  Санта-Анна,  где  он  продолжал  совершен¬
ствоваться  в  своей  будущей  профессии.  В  личном  деле
Освальда  в  ЦРУ  есть  пометка  о  его  технических  спо¬
собностях  и  об  исключительных  способностях  к  изу¬
чению  иностранных  языков.
 Пока  Освальд  находился  в  Соединенных  Штатах,
за  каждым  его  шагом  следили.  Слежку  за  ним  ЦРУ
поручило  человеку  по  кличке  «Китаец».  Он  должен  был
представить  доказательства  надежности  агента  Осваль¬
да  и  его  жены.  Настоящее  имя  «Китайца»  —  Джордж
 177

С.  Мореншильдт,  и  он  был  большим  специалистом
своего  дела.  Очевидно,  это  он  посоветовал  Освальду
записаться  на  курсы  одной  далласской  фирмы,  занимаю¬
щейся  репродукцией  документов  и  карт.  Ее  владельцем,
было  ЦРУ.
 Освальду  просто  везло  в  смысле  сотрудничества
с  секретными  службами.  Им  стало  интересоваться  не
только  ЦРУ,  но  и  ФБР.  Публицист  Джеймс  Хепберн
утверждает,  что  26  июня  1962  года  к  Освальду  пришли
два  агента  ФБР  Джон  У.  Фейн  и  Томас  Картер  и
«предложйли  ему  работу,  соответствующую  его  спо¬
собностям».  Они  предложили  Освальду,  используя
репутацию  марксиста,  попытаться  проникнуть  в
коммунистические  организации,  в  Лигу  молодых
социалистов,  в  Социалистическую  рабочую  партию  и
в  редакцию  газеты  «Уоркер».  Ему  сразу  же  дали  кон¬
кретное  задание:  проникнуть  в  группу  переселенцев
славянского  происхождения,  с  которыми  встречалась
и  его  жена,  и  информировать  ЦРУ  о  их  деятельности.
Освальд  попытался  проникнуть  в  социалистические
круги,  переписывался  с  левыми  радикалами  и  даже
немного  сотрудничал  с  ними.
 Когда  возник  карибский  кризис,  ЦРУ  объя¬
вило  боевую  готовность  для  всех  агентов.  Освальд
получил  приказ  переехать  в  Новый  Орлеан.  Сначала
он  бывал  там  наездами,  но  с  апреля  1963  года  пересе¬
лился  туда  и  попытался  проник,  ть  в  организацию
«Комитет  за  справедливое  отношение  к  Кубе».  Он
старался,  раздавал  на  улицах  коммунистические  лис¬
товки,  надеясь,  что  об  этом  узнают  члены  Комитета,
встречался  за  городом  со  сторонниками  Фиделя  Кастро.
 В  действительности  он  работал  против  Кастро
на  ЦРУ  и  одновременно  на  ФБР.  Центр,  возглавляе¬
мый  Баннистером,  находился  в  доме  под  номером  544
на  Кемп-стрит.  Связь  с  руководством  заговорщиков
осуществлялась,  вероятно,  через  почтовый  ящик  30061.
Его  абонировал  3  июня  в  Новом  Орлеане  Освальд.  Но
уже  2  ноября  он  появляется  в  Далласе,  ищет  жилье  и
переселяется  в  пансион  как  раз  в  тот  день,  когда  губер¬
натор  Коннэли  встречается  с  представителями  города
в  отеле  «Адольфус».  Они  обсуждают  план  готовящейся
поездки  президента.
 178

Затем  в  течение  десяти  дней  в  Далласе  появляются
и  другие  заговорщики.  Хепберн  утверждает,  что  их
было  шестеро,  седьмой,  Дэвид  Ферри,  был  их  команди¬
ром.  14  ноября  кто-то  из  них  устроил  так,  что  Освальда
приняли  на  работу  в  склад  школьных  учебников  за
минимально  возможную  плату  1,25  доллара  в  час.
Освальд  стал  работать.  На  второй  день  он  уже  таскал
коробки  с  книгами.  Но  работать  ему  пришлось  недолго.
Через  неделю  под  окнами  его  нового  рабочего  места
проследовал  кортеж  машин,  в  одной  из  которых  на¬
ходился  президент.
 Среди  многих  неточностей,  содержащихся  в  докладе
комиссии  Уоррена,  есть  и  такое  утверждение,  что  Джек
Руби  не  был  знаком  с  Освальдом,  что  его  поступок
не  имел  ничего  общего  с  заговором  против  Кеннеди  и
застрелил  он  Освальда  совсем  не  для  того,  чтобы  на¬
всегда  заставить  его  замолчать*
 Наоборот,  Джек  Руби  основательно  был  замешан
в  подготовке  заговора  и  был  знаком  с  Освальдом.  Так
же,  как  Ферри  и  Освальд,  он  был  платным  агентом
ЦРУ,  принимал  участие  в  снабжении  оружием  тех,  кто
был  против  Кастро  и,  судя  по  показаниям  Ненси
Перри-Рич,  пользовался  доверием  своих  хозяев.
 Рич  —  барменша  в  ночном  клубе  «Карусель»  в
Далласе.  Владельцем  заведения  был  Джек  Руби.  Муж
Рич  был  профессиональным  контрабандистом.  Он  дру¬
жил  с  полицией,  а  полиция  дружила  с  Руби.  Сами
полицейские  устроили  для  Рич  место  в  заведении
Руби.
 Позже  супруги  Рич  получили  заманчивое  предложе¬
ние.  Дело  в  том,  что  контрабандисты,  переправлявшие
оружие  в  связи  с  подготовкой  вторжения  на  Кубу,  дожда¬
лись  желанной  конъюнктуры.  После  того  как  Ненси
Рич  и  ее  муж  приняли  участие  в  тайном  собрании  анти-
кастровских  эмигрантов,  она  покинула  ночное  заведение
Руби.  За  провоз  оружия  на  Кубу  ее  мужу  Роберту  Перри
обязались  заплатить  двадцать  пять  тысяч  долларов.
.Разумеется,  он  попросил  аванс.  Подполковник  амери¬
канской  армии,  который  вел  собрание,  поднял  трубку,
набрал  номер  и  попросил  принести  деньги.  Через
минуту  в  комнате  появился  Джек  Руби  и  выплатил
контрабандисту  аванс.  Владелец  ночных  баров  Джек
 179

Руби  был,  очевидно,  местным  казначеем  ЦРУ  или
по  крайней  мере  казначеем  подпольной  организации,
финансируемой  и  управляемой  ЦРУ.
 Контрабандист  Перри  и  его  жена  знали,  что  Руби
был  связан  с  заговорщиками.  Поэтому,  зная  законы
американского  преступного  мира,  они  начали  пере¬
езжать  из  города  в  город,  чтобы  уйти  от  возможных
преследований,  и  наконец  остановились  в  Новом
Орлеане.  Там  Перри  умер  при  странных  обстоятель¬
ствах.  Полиция  заявила,  что  он  покончил  жизнь  само¬
убийством,  приняв  мышьяк.  Специалисты  утверждают,
что  ото  очень  неприятная  и  медленная  смерть,  и  вряд
ли  ее  мог  избрать  самоубийца.  Итак,  вероятно,  это
одно  из  многих  загадочных  убийств,  которые  после¬
довали  после  покушения  на  президента  Кеннеди.
 Первой  жертвой  был  Освальд,  но  еще  за  неделю
до  его  смерти  едва  не  погибла  другая  нежелательная
свидетельница.  На  шоссе  недалеко  от  поселка  Юнис
в  Луизиане  18  ноября  1963  года,  то  есть  за  четыре
дня  до  покушения,  нашли  тяжелораненую  Розу  Черми,
которую  доставили  в  больницу.  Она  сообщила,  что  ее
выбросили  из  машины  люди  Джека  Руби.  Она  не
хотела  стать  соучастницей  убийства  —  через  несколько
дней  в  Далласе  должен  был  быть  убит  президент.
 Сотрудник  больницы  записывал  показания  ране¬
ной  до  тех  пор,  пока  та  говорила  о  контрабанде
наркотиков  л  о  командировке  в  Майами,  куда  ее
послал  Джек  Руби  за  запрещенным  товаром.  Но  упо¬
минание  о  предполагаемом  убийстве  президента  он
принял  за  проявление  истерии  и  не  придал  этому
значения.  22  ноября  он  понял,  какую  непростительную
ошибку  совершил.  Он  мог  предупредить  президента.
 Роза  Черми  вовремя  исчезла  из  больницы,  и  ей
удалось  скрыться.  Но  4  сентября  1965  года  ее  все  же
нашли.  Ночью  на  улице  городка  Биг-Сэнди  (Техас)
неизвестный  водитель  столкнулся  с  ее  машиной  и
уехал  с  места  преступления.  Неугодную  женщину
нашли  мертвой  за  рулем.  Заговорщики  избавились
от  свидетеля  типичным  американским  способом:  авто¬
мобильной  катастрофой  без  свидетелей.
 Остался  без  ответа  вопрос,  почему,  собственно,
Руби  убил  Освальда  и  почему  он  это  сделал  прямо
 180

в  тюрьме  перед  телевизионными  камерами,  не  имея
ни  малейшего  шанса  скрыться.  Освальда,  вероятно,
должен  был  ликвидировать  полицейский  наряд,  кото¬
рый  ворвался  в  кинотеатр.  Ошибку  нужно  было  испра¬
вить.  Если  бы  Освальд  по  прошествии  нескольких  дней
начал  давать  показания  (что  было  вполне  вероятно,  так
как  заговорщики  его  перехитрили,  и  он  наверняка
понял,  что  его  избрали  жертвой),  это  означало  бы
конец  не  только  Джека  Руби,  но  и  многих  других.
Поэтому  Освальд  должен  был  умереть  как  можно
скорее.
 Руби  решился  на  убийство  во  время  перевозки
по  двум  причинам.  Во-первых,  это  была  единственная
возможность  приблизиться  к  Освальду,  во-вторых,  тот,
кто  стреляет,  будучи  окруженным  полицейскими,  мо¬
жет  быть  только  сумасшедшим,  фанатиком  или  взбал¬
мошным  идеалистом.  Джек  Руби  играл  роль  мстителя.
Он  полагал,  что  общественное  мнение  всецело  встанет
на  его  сторону,  и  не  ошибся.  Адвокат  Руби  заявил,  что
его  клиент  заслужил,  чтобы  конгресс  наградил  его
медалью.  Руби  верил,  что  после  суда  он  вернется
домой  и  использует  необычайную  популярность  для
своей  торговли,  но  просчитался.
 Его  посадили  в  камеру  далласской  полицейской
тюрьмы,  и  Руби  вскоре  понял,  чйо  хозяева  его  списали.
После  года  тюремного  заключения  он  попросил  судью
Эрла  Уоррена  перевезти  его  в  Вашингтон,  поскольку,
по  его  словам,  собирался  рассказать  правду  о  том,
почему  убил  Освальда,  но  боялся  говорить  об  этом
в  Далласе,  так  как  его  могут  ликвидировать.  Опасения
Руби  не  были  напрасными.  3  января  1967  года  он
умер  якобы  от  рака.  Это  случилось  спустя  несколько
недель  после  того,  как.  апелляционный  суд  отменил
вынесенный  ему  приговор  и  назначил  новый  процесс
вне  Далласа.  Руби  наконец  получал  возможность
говорить,  не  опасаясь  мести.  Поэтому  после  его  неожи¬
данной  смерти  раздались  голоса  публицистов  (среди
которых  был  и  писатель  Норман  Мейл  ер),  что  кто-то
в  далласской  тюрьме  привил  Руби  раковые  клетки.
 В  связи  с  этим  очень  примечательно  открытие
прокурора  Гаррисона.  У  Дэвида  Ферри,  пилота  по
профессии,  образованного  и  всесторонне  развитого
 181

человека,  было  удивительное  хобби  —  лабораторное
исследование  рака.  Опыты  он  йроводил  в  своей  квар¬
тире,  где  у  него  было  около  двух  тысяч  белых  мышей.
Это  было  не  просто  любительское  увлечение,  о  резуль¬
татах  своего  исследования  он  написал  научный  трак¬
тат.  Ферри  вместе  с  местными  врачами  принимал
участие  в  экспериментах  по  прививке  рака  мышам.
И  как  очень  странное  стечение  обстоятельств  предстает
перед  нами  смерть  одной  из  его  близких  сотрудниц.
Врача  Мери  Шерман  нашли  мертвой  в  ее  квартире
в  Новом  Орлеане.  Неизвестный  убийца  (он  так  и  не
был  найден)  зарезал  ее  кухонным  ножом.
 Да  и  Дэвиду  Ферри,  очевидно,  не  было  суждено
умереть  естественной  смертью,  хотя  официальные  ор¬
ганы  и  пытались  убедить  в  этом  американскую  общест¬
венность.  Согласно  результатам  вскрытия,  причиной
его  смерти  стал  лопнувший  кровеносный  сосуд.  Это
повлекло  за  собой  кровоизлияние  в  мозг  со  смертель¬
ным  исходом.  После  неожиданной  смерти  Ферри  поли¬
ция,  однако,  нашла  в  его  квартире  два  письма,  одно
из  которых  по  меньшей  мере  можно  назвать  прощаль¬
ным.  Возможно  ли,  чтобы  случай  оказал  такое  решаю¬
щее  влияние  на  судьбу  человека,  замешанного  в  загово¬
ре  против  президента,  чтобы  этот  человек  умер
естественной  смертью  в  тот  же  день,  когда  написал
такие  письма?
 В  день  смерти  Ферри  (22  февраля  1967  г.)  инспек¬
тор  полиции  записал  в  протокол  еще  одно  нераскрытое
убийство.  В  Майами  (Флорида)  нашли  убитым  кубин¬
ского  политического  деятеля  режима  Батисты  —  Эла-
дио  дель  Валле.  Кроме  того,  что  его^  голова  была  рас¬
сечена  топором,  у  него  была  еще  пуля  в  сердце.  Дель
Валле  был  связан  с  Дэвидом  Ферри  и  выплачивал  ему  по
тысяче  пятьсот  долларов  за  высадку  десанта  на  кубин¬
ской  территории.  Найти  убийцу  полиции  не  удалось.
 В  следующем  случае  убийцей  был  полицейский,
находящийся  на  службе,  место  действия  —  полицейский
участок.  Репортер  далласской  газеты  «Лонг-Бич
индепендент  пресс  телеграм»  Билл  Хантер  24  апреля
1964  года  в  одиннадцать  часов  вечера  находился  в
помещении,  отведенном  журналистам  в  полицейском
подрайоне  Лонг-Бич.  Он  сидел  и  ждал,  как  и  каждый
 182

день,  какого-нибудь  сенсационного  случая.  В  поме¬
щение  вошли  двое  полицейских,  только  что  вернув¬
шихся  из  патрулирования.  Один  из  них  вытащил
пистолет  и,  не  говоря  ни  слова,  выстрелил  Хантеру
прямо  в  сердце.  Журналист  умер  на  месте.
 На  допросе  полицейский  говорил,  что  это  был  прос¬
то  несчастный  случай.  Он  играл  с  пистолетом,  тот  упал
на  землю,  а  когда  он  стал  его  поднимать,  раздался
выстрел.  При  вскрытии  врачи  установили,  что  путь,
пройденный  пулей,  не  отвечает  версии  о  случайном:
выстреле  снизу.  Тогда  сообразительный  полицейский
быстро  выдумал  другую  историю.  Он,  видите  ли,
поспорил  с  коллегой,  кто  быстрее  вытащит  пистолет,
при  этом  и  произошел  выстрел.  Он  забыл  поставить
пистолет  на  предохранитель,  а  когда  дотронулся  до
курка,  случайно  целился  в  журналиста.  Кое-как
сфабрикованное  оправдание.  Эту  версию  даже  не  под¬
твердил  его  коллега.  На  допросе  он  сказал,  что  стоял
к  виновнику  происшествия  спиной  и  ничего  не  видел.
Несмотря  на  это,  полицейского  освободили*  судьи
признали  его  невиновным.
 Настоящая  причина  убийства  была  совершенно
иной.  Через  два  дня  после  покушения  на  президента
Кеннеди,  в  воскресенье  24  ноября  1963  года,  в  квар¬
тире  Джека  Руби,  который  уже  сидел  в  далласской
тюрьме,  проходила  тайная  встреча.  В  ней  приняли
участие  пьяница  и  бездельник  Джордж  Сенатор,  кото¬
рый  в  то  время  жил  у  Руби,  адвокат  Джим  Мартин
(потом  первый  советник  и  торговый  агент  Марины
Освальд),  Том  Говард  и-К.  X.  Дроби,  а  также  два
журналиста  —  Билл  Хантер  и  Джим  Кёте,  репортер
«Таймс  геральд»..  Какую  проблему  решали  они  под
председательством  гангстера  Сенатора,  выяснить  не
удалось,  но  можно  предположить,  что  речь  шла  о  воз¬
можных  последствиях  покушения  и  о  дальнейшей
судьбе  Джека  Руби.  Так  же  вероятно  и  то,  что  оба
журналиста  в  тот  вечер,  сразу  же  после  убийства
Освальда,  стали  обладателями  ценной  информации,
возможно,  присутствующие  разговорились  при  них
о  своих  заботах  более  откровенно,  чем  сами  того  хо¬
тели.  Словом,  они  узнали  слишком  много  и  должны
были  умереть.
 183

Джима  Кёте  убили  21  сентября  1964  года  в  его
квартире.  Он  возвратился  из  редакции,  пошел  принйть
душ,  и,  когда  выходил  из  ванной,  неизвестный  чело¬
век,  очевидно  мастер  своего  дела,  убил  его  одним:
ударом  каратэ  по  горлу.  Убийца  бесследно  исчез,
полиция  вынуждена  была  прекратить  расследование
из-за  явного  недостатка  улик.
 Журналисты  и  остальные  участники,  очевидно,
стали  опасными  свидетелями,  увидевшими  закулисную
сторону  покушения  на  Кеннеди,  но,  видимо,  одни  не
решались  говорить,  а  другие  уже  не  имели  такой
возможности.  Адвокат  Том  Говард  тогда  тоже  присут¬
ствовал.  Он  умер  в  Далласе  при  подозрительных
обстоятельствах  в  мае  1965  года  якобы  от  инфаркта.
Никто  не.посмел  сомневаться  в.том,  что  речь  действи¬
тельно  идет  об  инфаркте.  Только  один-единственный
далласский  еженедельник  опубликовал  сообщение
о  том,  что  за  два  дня  до  смерти  Говард  вел  себя  очень
странно.  В  больницу  его  привез  «неизвестный  друг»,
который,  однако,  не  назвал  своего  имени  и  потом:
куда-то  исчез.  Несмотря  на  эти  подозрительные  обсто¬
ятельства,  вскрытия  тела  Говарда  не  производили.
 Одна  из  версий,  которая  могла  бы,  по  крайней
мере  хоть  частично,  объяснить  загадку  таинственных
убийств,  появилась  в  Новом  Орлеане.  Во  время  допро¬
сов  Джека  Руби  следователям  удалось  добиться  от  него
следующего  признания.
 Вопрос:  Вы  рассказали  кому-нибудь  о  своем  наме¬
рении  убить  Освальда?
 Ответ  (после  длительных  колебаний):  Джорджу
Сенатору.
 Сенатор,  вероятно,  знал  еще  больше.  Это  понятно
по  его  странному  поведению.  (Необходимо  подчерк¬
нуть,  что,  несмотря  на  свою  сомнительную  репутацию
пьяницы  и  бродяги,  он  был  лучшим  другом  Джека
Руби  и  жил  в  его  квартире.)  Еще  до  того  как  он  мог
узнать,  что  Освальда  застрелил  именно  Руби,  он  по
телефону  из  кафе  «Итуэлл»  просил  адвоката  Виль-
фреда  Джеймса  Мартина,  известного  под  именем  Джим,
представлять  интересы  своего  друга  Джека  Руби.
Подробности  этого  разговора  остались  неизвестными,
но  Джим  Мартин  действительно  был  адвокатом  Руби,
 184

Уоррен  Рейнольдс  влаДел  магазином  по  продаже
старых  автомобилей  в  Далласе.  Случайно  он  стал
свидетелем  убийства  полицейского  Типпита:  видел
убийцу  и  даже  некоторое  время  его  преследовал,  про¬
бежав  за  ним  примерно  квартал.  Для  дачи  показаний
его  вызвали  21  января  1964  года,  спустя  два  месяца
после  покушения.  Рейнольдс  заявил,  что  человек,
который  застрелил  полицейского  Типпита,  совершенно
точно  —  не  Освальд.  Через  два  дня  после  этого  Рей¬
нольдс  спокойно  работал  в  своей  мастерской,  как  вдруг
туда  вошел  неизвестный  и  выстрелил  в  него  в  упор
из  пистолета.  Пуля  попала  Рейнольдсу  в  голову.
Преступнику  удалось  скрыться.
 На  этот  раз  полиция  выяснила,  кто  стрелял  в  га¬
раже  Рейнольдса.  Она  просто  не  смогла  не  заметить
преступника.  По  далласским  ночным  клубам  однажды
ночью  шатался  пьяный  Даррел  Вэн  Гарнер  и  Хвастался,
что  Рейнольдс  получил  по  заслугам.  Полиция  аресто¬
вала  Гарнера  и  установила,  что  свидетели  дейст¬
вительно  видели  его  в  предполагаемое  время  убийства
в  районе  гаража  Рейнольдса.  Но-у  Гарнера  было
алиби.  Подтвердила,  его  танцовщица  Ненси  Джейн
Муни.  Она  заявила  под  присягой,  что  в  то  время,
когда  в  гараже  Рейнольдса  стреляли,  Гарнер  был  у  нее
и  что  между  ними  происходил  весьма  интимный  раз¬
говор.
 Полиция  выпустила  Гарнера  на  свободу.  Неделей
позже  в  руки  далласской  полиции  попала  Джейн
Муни  в  связи  с  нарушением  ночного  спокойствия.  Она
будто  бы  очень  громко  ругалась  со  своей  соседкой.
Так  утверждала  полиция.  Через  два  часа  после  того,
как  ее  заперли  в  камере,  тюремные  смотрители  нашли,
ее  повешенной.  Официальное  сообщение:  Ненси  Джейн
Муни  покончила  жизнь  са5юубийством.  Мотив  не¬
ясен.  Неясна  также  причина,  по  которой  ее  арестовала
полиция.  Ведь  не  за  этот  же  домашний  скандал?  На¬
прашивается  другой  вывод.  Танцовщица  Муни  рабо¬
тала  в  ночном  клубе  «Карусель»,  принадлежащем
Джеку  Руби.
 Врачи  спасли  жизнь  Рейнольдса.  Но  спокойной
жизни  он  лишился.  Сначала  кто-то  хотел  похитить
у  него  десятилетнюю  дочь,  потом  ему  стали  постоянно
 183

Угрожать.  Йа  улицу  он  мог  выходить  только  в  сопро¬
вождении  специально  обученной  полицейской  собаки,
так  как  уличное  освещение  около  его  домика  было
постоянно  неисправным.  В  июле  1964  года,  когда
его  снова  вызвали  в  полицию,  он  решил  спасти  свое
душевное  равновесие.  Рейнольдс  заявил,  что  полицей¬
ского  Типпита,  несомненно,  убил  Ли  Харви  Освальд.
С  этой  минуты  его  оставили  в  покое.
 Создается  впечатление,  что  события,  развернувшие¬
ся  вокруг  покушения,  просто  напичканы  случайно¬
стями.  Другая  танцовщица  из  программы  стриптиза,
служившая  в  заведении  Руби,  Ванда  Джойс  Киллам,
имела  хорошего  приятеля.  Это  был  коллега  ее  мужа,
маляра  Генри  Томаса  Киллама.  Звали  его  Джон  Кар¬
тер,  жил  он  в  пансиопеща  Норт-Бекли,  1026,  где  по¬
селился  и  Освальд,  когДа  приехал  из  Нового  Орлеа¬
на  в  Даллас.  Возникает  вопрос:  кто  сообщил  ему  о
том,  что  там  есть  свободная  комната  и  почему  он  снял
жилье  именно  в  этом  доме?
 Связь  Киллам  —  Картер  понятна.  Они  вместе  ра¬
ботают,  встречаются  в  свободное  время.  Но  неясно,
что  такое  важное  мог  Киллам  знать  об  Освальде,  раз
полиция  его  допрашивала  столько  раз,  если  за  ним
даже  закрепилась  репутация  человека,  подозреваемого
в  причастности  к  покушению  на  Кеннеди.  Потом  он  ни¬
как  не  мог  найти  работу,  да  и  покой  тоже,  переезжал  из
города  в  город,  в  то  время  как  его  жена  продолжала
работать  в  заведении  Руби.  Наконец  он  попал  на
Флориду  в  Пенсеколу  и  позвонил  домой,  радостно
сообщив,  что  нашел  подходящую  работу.  А  на  второй
день,  17  апреля  1964  года,  его  нашли  на  улице  с  пере¬
резанным  горлом.  Полиция  заявила  журналистам,  что
он  упал  на  витрину,  разбил  ее,  а  при  этом  случайно
наткнулся  на  кусок  стекла,  который  и  перерезал  ему
горло.  Он  умер  от  потери  крови.  Так  и  .не  удалось
установить*  что  же  он  такое  знал,  если  ему  пришлось
умереть.
 Что  касается  таксиста  Уильяма  Вейли,  то  тут
с  самого  начала  все  было  ясно.  На  допросе  он  не  давал
показаний  против  Освальда  в  защиту  Руби,  наоборот.
Своими  показаниями  он  мог  бы  разрушить  всю  с  таким
трудом  построенную  комиссией  Уоррена  концепцию*
 180

что  единственным  убийцей  Кеннеди  и  Типпита  явля¬
ется  Освальд.
 Дело  в  том,  что  таксист  Вейли  заявил,  что  Освальд
не  мог  убить  Типпита  и  не  мог  стрелять  в  президента
уже  хотя  бы  потому,  что  22  ноября  1963  года  с  12.30
и  до  12.45  он  сидел  в  его  машине.  В  соответствии  с  за¬
писью  в  путевой  книге  таксиста,  он  вез  его  от  автобус¬
ной  станции  компании  Грейхаунд,  расположенной
.недалеко  от  склада  школьных  учебников,  на  улицу
Норт-Бекли.  Таким  образом,  он  не  мог  находиться
ни  на  улице,  где  убили  полицейского,  ни  в  окне  склада.
Комиссии  Уоррена  его  показания  не  нравились,  но
таксист  стоял  на  своем.  Он  утверждал:  «Да,  моим
клиентом,  несомненно,  был  Освальд,  он  сел  в  мою  ма¬
шину  в  12.30.  Он  никуда  не  торопился,  шел  совершенно
спокойно  по  тротуару  без  всяких  признаков  волнения».
 Таксиста  допрашивали  бесчисленное  количество
раз,  изучали  путевую  книгу  и  вынуждены  были  при¬
знать,  что  записи  в  его  книге  действительно  точные.
Полиция  пыталась  убедить  таксиста  в  том,  что  он
ошибается.  На  помощь  опять  пришел  случай.  Он  про¬
изошел  18  декабря  1965  года.  Какой-то  невниматель¬
ный  водитель  столкнулся  с  такси  Вейли,  и  неугод¬
ный  свидетель  остался  сидеть  за  баранкой  уже
мертвым.
 Добиться  разрешения  у  судьи  Брауна  на  получа¬
совое  интервью  с  Джеком  Руби  во  время  судебного
процесса  смогла  одна-единственная  журналистка.  Это
была  Дороти  Килгаллен.  Она  принадлежала  к  числу
известных,  привилегированных  журналистов,  вероят¬
но,  поэтому  судья  разрешил  поговорить  ей  с  Руби
с  глазу  на  глаз,  а  полицейского,  охраняющего  Руби,
отослал  в  коридор.  Когда  председатель  комиссии  Эрл
Уоррен  задавал  Руби  вопросы,  Килгаллен  также
могла  присутствовать  ,при  этом.
 Руби  сказал  судье,  что  он  боится  рассказать  всю
правду  об  убийстве  Освальда.  Дороти  Килгаллен  была
с  ним  определенное  время  наедине.  Не  исключено,  что
он  поделился  с  ней  своими  опасениями,  что  она  узнала
больше,  чем  ей  полагалось.  8  ноября  1965  года  ее
нашли  мертвой.  Полиция  сделала  заявление,  что  она
умерла,  приняв  слишком  большую  дозу  снотворного.
 187

У  врачей  же  относительно  причины  ее  смерти  было  иное
мнение.  Они  заявили,  что  «смерть  не  могла  наступить  в
результате  отравления  таблетками  снотворного...».  Об
истинной  причине  ее  смерти  общественность  так  и  не
узнала.  По  приказу  высших  инстанций  расследование
было  .прекращено.  Потом  полиция  сделала  заявление
для  Журналистов,  в  котором  говорилось,  что  нет  ника¬
ких  доказательств,  которые  бы  свидетельствовали  о
насильственной  смерти  Дороти  Килгаллен.
 Сотрудник  компании  «Унион  терминал  и  К°»  Ли
Бауэрс  22  ноября  1963  года  нес  службу  на  диспетчер¬
ской  башне  высотой  в  четырнадцать  футов  и  таким
образом  хорошо  видел  почти  весь  район  событий  на
Дили-плаза.  И  хотя  в  минуту  покушения  он  не  видел
президентской  машины,  так  как  ее  закрывал  пригорок
и  деревянная  ограда,  тем  не  менее  он  видел  то,  что
происходило  далее  на  пути  следования,  а  это  для
оценки  событий  было  гораздо  важнее.
 Ли  Бауэрс  был  очень  исполнительный  работник,
имевший  привычку  вести  для  компании  служебный
протокол.  В  тот  день  он  записал  в  служебную  книгу
•все,  что  видел,  и  вскоре  после  покушения  передал
свои  записи  в  распоряжение  полиции.  Он  стал,  таким
образом,  единственным  известным  свидетелем,  который
наблюдал  за  событиями  с  той  же  высоты,  откуда  про¬
звучали  выстрелы.
 Стоянку,  отведенную  для  полицейских  машин,  за¬
крыли  уже  за  два  с  половиной  часа  до  ожидаемого
появления  президентского  кортежа.  Тем  не  менее
в  этом  строго  охраняемом  и  закрытом  районе  в  послед¬
ние  двадцать  минут  перед  покушением  появились
три  неизвестные  машины.  Бауэрс  сначала  увидел  одну
из  них  и.  заметил,  что  номер  у  нее  был  не  техасский.
Он  удивился,  что  полиция  разрешила  проезд  чужой
машине,  которая  несколько  раз  проехала  туда  и
обратно,  как  будто  водитель  хотел  разведать  обста¬
новку.  Установив,  что  все  в  порядке,  машина  скрылась
той  же  дорогой.  Это  был  бело-голубой  «олдсмобил»  —
фургон  выпуска  1959  года.  Через  несколько  минут
в  охраняемую  зону  въехала  вторая  машина.  Бауэрс
заметил,  что  водитель  держал  у  рта  микрофон  авто-
Аюбилыюго  телефона  или  коротковолнового  передат¬
 188

чика.  II  эта  машина  —  черный  «форд»  модели  1957
года  —  вдоль  и  поперек  изъездила  все  пространство
и  через  четыре  минуты  скрылась  тем  же  путем.
 Минут  за  восемь-десять  до  появления  колонны
появилась  третья  машина.  Это  был  «шевроле»  и  также
не  с  техасским  номером,  который  был  забрызган  крас¬
ной  глиной,  так  же  как  и  первая  машина.  Автомашина
разъезжала  по  стоянке,  как  будто  шофер  что-то  искал,
потом  он  повернул  назад  и  остановился  перед  складом
школьных  учебников.  Незадолго  до  того,  как  прозву¬
чали  первые  выстрелы,  Бауэрс  заметил  у  забора  двух
мужчин.  Они  стояли  на  расстоянии  десяти-пятнадца-
ти  шагов  друг  от  друга  и  наблюдали  за.  приближав¬
шейся  колонной  автомашин.  Оба  в  гражданском  и
были  единственными  посторонними  в  этом  районе.
Большинство  рабочих,  которые  стояли  вокруг,  Бауэрс
знал.
 Ли  Бауэрс  показал:  «В.  тот  момент,  когда  я  услышал
выстрелы,  рядом  с  обоими  мужчинами,  о  которых  я
говорил,  что-то  блеснуло,  а  что,  я  не  мог  разобрать.
Но  это  было  нечто  такое,  что  привлекло  мое  внимание,
и  я  даже  оглянулся  на  то  место  на  склоне.  Тогда  я
не  знал,  что  это  было,  да  и  сегодня  не  могу  это  описать
иначе,  чем  какое-то  необычное  явление  —  может,
вспышка  света,  или  .  дым,  или  что-то  в  этом  роде,
я  почувствовал,  что  там  произошло  что-то  необыч¬
ное».
 В  ту  минуту  он  снова  увидел  обоих  мужчин.  Один
из  них  еще  стоял  у  забора  на  старом  месте,  другого,
в  темном  костюме,  он  не  мог  разглядеть  на  темном  фоне.
С  насыпи  стрелял,  вероятно,  один  из  стрелков,  поджи¬
давших  президента  Кеннеди.  Этот  факт  подтверждает
и  реакция  полицейских,  хотя  в  докладе  комиссии
Уоррена  изложено  совершенно  другое.  Бауэрс  хорошо
видел  их  с  башни.  По  меньшей  мере  дюжина  полицей¬
ских  сразу  после  первых  выстрелов  побежала  к  насыпи.
Они  перескочили  через  бетонный  забор,  пробежали  по
небольшой  аллейке  и  кинулись  на  автомобильную
стоянку  и  к  железнодорожному  полотну,*  откуда,  как
им  показалось,  прозвучали  первые  выстрелы!  Неза¬
долго  до  этого,  они  посредством  станции  «Радио  Даллас»
получили  приказ:  «Всем  полицейским,  находящимся
 189

вблизи  вокзала,  немедленно  прибыть  к  железнодорож¬
ному  пути  севернее  от  Элм-стрит»  (доклад  комиссии
Уоррена,  т.  XVII,  с.  362).  В  первых  приказах  по¬
лицейским  вообще  не  говорилось  о  стрельбе  из  ок¬
на  склада  школьных  учебников.  Когда  полицейские
спросили  у  заместителя  начальника  далласской  поли¬
ции  Чарльза  Бачилэра,  откуда  произведены  выстрелы,
тот  ответил:  «От  виадука,  откуда-то  между  ним  и
Стиммондс-фривей»  (доклад  комиссии  Уоррена,  т.  XXI,
с.  392).  Это  как  раз  та  автострада,  которую  видел
Бауэрс  со  своей  диспетчерской  башни.  Наблюдая
за  действиями  полицейских,  он  определил,  что  в  течение
пяти  минут  там  собралось  их  не  меньше  пятидесяти.
Другой  свидетель—Д.  Ц.  Прайс,  стоявший  на  крыше
соседнего  дома,  заявил:  «Как  раз  в  ту  минуту,  когда
прозвучали  выстрелы,  я  увидел  у  железнодорожного
пути  человека,  который  потом  нырнул  в  вагон.  На  нем
была  белая  рубашка,  и  он  что-то  держал  в  руке»  (до¬
клад  комиссии  Уоррена,  т.  XIX,  с.  492).
 Полиция  действительно  арестовала  в  этом  районе
троих  неизвестных.  Один  из  полицейских  в  форме
отвел  их  в  управление  полиции.  Там  он  передал  их
шефу  далласской  уголовной  полиции  капитану  Фрицу.
Тот  их  выпустил  на  свободу,  как  только  услышал
по  радио  сообщение  об  официальной  версии  убийства,
гласившей,  что  единственным  убийцей  президента  Кен¬
неди  является  Освальд  (доклад  комиссии  Уоррена*
т.  XIX,  с.  540).
 Из  показаний  нескольких  других  свидетелей  вы¬
текает,  что  некоторые  из  роковых  выстрелов  были
сделаны  с  той  самой  насыпи,  где  проходила  железная
дорога,  и  что  президент  Кеннеди  и  губернатор  Коннэли,
таким  образом,  были  поражены  спереди.  Главным
свидетелем,  подтверждающим  эту  версию,  был  Ли
Бауэрс.  И  если  официальная  версия  об  убийстве,
предусматривающая  участие  одного  стрелка,  не  долж¬
на  была  провалиться,  то  Бауэрса  нужно  было  заста¬
вить  молчать.  Поэтому  его  смерть  и  привлекла  такое
внимание.  Напрашивается  мысль,  что  он  стал  очеред¬
ной  жертвой  заговорщиков.
 В  начале  августа  1966  года  он  ехал  на  своей  машине
по  шоссе  недалеко  от  Далласа.  По  неизвестным  причи¬
 190

нам,  так  и  оставшимся  невыясненными,  машина  на
нолпой  скорости  съехала  с  дороги  и  врезалась  в
стену.
 Свидетель  Ли  Бауэрс  был  мертв.  Он  погиб  незадолго
до  того,  как  была  создана  комиссия  для  исследования
доклада  комиссии  Уоррена,  относительно  объектив¬
ности  которого  было  высказано  столько  сомнений.
Однако  сообщение  полиции  о  техническом  осмотре
машины  Бауэрса  нигде  не  появилось.
 Еще  два  человека,  замешанных  в  подготовке  заго¬
вора  против  Кеннеди,  умерли  при  странных  обсто¬
ятельствах.  Это  были  оба  владельца  частного  детек¬
тивного  бюро  в  Новом  Орлеане,  на  Кемп-стрит,  в  доме
номер  544,  в  котором  размещался  центр  правых  и
кубинских  контрреволюционных  эмигрантских  орга¬
низаций,  откуда  получал  приказы  и  Освальд.  Хыо
Уорд  погиб  уже  в  1964  году  в  результате  авиационной
катастрофы  в  Мексике,  а  Гай  Баннистер  в  том  же
1904  году  скоропостижно  скончался  как  бы  от  сер¬
дечного  приступа.
 Президент  Кеннеди  стал  жертвой  организованного
заговора,  покушение  осуществили  опытные  специа-.
листы,  стрелков  было  шесть  или  семь.  В  целом  акцию
обеспечивало  примерно  пятьдесят  участников.  Освальд
не  убивал  ни  Кеннеди,  ни  Типпита.  Нет  доказательств,
что  он  вообще  стрелял.  Результат  химического  анали¬
за,  который  был  проведен  полицией  после  его  ареста,
был  отрицательным  (парафиновый  анализ  на  присут¬
ствие  нитратов  показал,  что  он  не  мог  стрелять  в
течений  последних  24  часов).
 По  меньшей  мере  четыре  террориста  вели  по  Кен¬
неди  перекрестный  огонь,  остальные  собирали  гильзы,
протаскивали  винтовку  Освальда  в  склад  школьных
учебников,  один  отвлекал  внимание  собравшихся,  си¬
мулируя  приступ  эпилепсии,  чтобы  люди  не  заметили,
что  происходит  на  покрытой  травой  насыпи,  где  при¬
готовились  террористы.
 Агенты  ФБР  при  расследовании  исказили  многие
свидетельские  показания,  а  некоторые  —  подправили;
одних  свидетелей  вообще  не  допрашивали,  а  других
заставили  замолчать.  Комиссия  Уоррена  не  распола¬
гала  объективным  материалом,  Настоящие  преступ-
 191

пики  остались  на  свободе.  Не  подали  голоса  даже
высокие  государственные  деятели,  которые  могли  бы
предоставить  важную  информацию  и  которые  должны
были  быть  заинтересованы  в  том,  чтобы  правда  о  за¬
говоре  против  президента  вышла  наружу.
 Но  с  течением  времени  все  же  удалось  заглянуть
за  занавес,  скрывающий  правду.  Очень  интересно,  что
это  произошло  при  помощи  секретных  сведений,  вы¬
данных  британской  разведывательной  службой  Интел-
лидженс  сервис.
 Секретный  агент  Джордж  Лангелан,  который,  хотя,
и  отошел  уже  от  активной  деятельности,  выступил
на  страницах  печати  с  сообщением,  что  еще  до  того,
как  начала  работать  комиссия  Уоррена,  лучшие  сек¬
ретные  агенты  Интеллидженс  сервис  составили  для
министерства  иностранных  дел  краткую,  но  верную
справку  о  технике  покушения  на  президента  Кеннеди.
Оригинал  был  положен  в  секретный  архив,  куда  могли
войти  только  два  сотрудника  одновременно.  Неизвест¬
но,  каким  образом  содержание  справки  стало  достоя¬
нием  общественности.  Можно  предположить,  что  это
случилось  в  результате  болтливости  какого-нибудь
чиновника  из  Организации  по  регистрации  и  учету
иностранцев,  куда  была  направлена  фотокопия
справки  для  ознакомления.
 Содержание  секретного  сообщения  заслуживает  вни¬
мания  прежде  всего  потому,  что  буквально  через
несколько  дней  после  покушения  оно  совершенно
определенно  поставило  под  сомнение  обширный  доклад
комиссии  Уоррена  и  этим  самым  заранее  уличило  ее
в  необъективности.  Протокол  Интеллидженс  сервис
содержит  мнения  специалистов,  в  компетентности  ко¬
торых  можно  не  сомневаться,  и  утверждает,  что  в  пре¬
зидента  Кеннеди  стреляли  сразу  три  отличных  стрелка
с  трех  разных  мест.
 Первую  пулю  выпустил  снайпер  спереди  и  попал
президенту  в  горло,  вероятно,  через  несколько  десятых
секунды  в  плечо  президента  попала  пуля  второго
стрелка,  который  целился  сзади,  может  быть  из  окна
склада  школьных  учебников,  возле  которого,  согласно
докладу  комиссии  Уоррена,  задержался  Освальд.  Это
была  та  пулял  которая  проникла  в  тело  жертвы  у  осно-
 192

вания  шеи  в  нескольких  сантиметрах  от  шейных  по¬
звонков.  Стрелок  был  недоволен  результатом,  поэтому
выстрелил  снова,  но  попал  в  губернатора  Коннэли.
Пуля  раздробила  ему  запястье  и  вошла  в  левое  бедро.
Четвертый  выстрел  произвел  стрелок  с  той  самой
насыпи  из-за  забора.  Пуля  царапнула  президента
по  голове  и  ударилась  в  бровку  тротуара.  В  ту  же
мипуту  выстрелил  снова  первый  стрелок  и  попал
своей  жертве  в  висок.  Эта  пуля  была  смертельной.  Она
вылетела  из  черепа  через  правый  висок  и  вырвала
кусок  черепной  кости  величиной  почти  в  десять  квад¬
ратных  сантиметров.
 Из  какого  оружия  стреляли  заговорщики?  Специ¬
алистам  удалось  установить,  что  это  были  две  винтовки
системы  «маузер»  и  один  карабин.  Пули  были  не  серий¬
ного  производства,  а  изготовлены  из  сплава  серебра
и  свинца  без  медной  рубашки.  Этим  фактом  объясня¬
ется  то,  что  некоторые  пули  вообще  не  нашли,  потому
что  они  разлетелись  на  мелкие  кусочки.  При  вскрытии
не  было  обнаружено  ни  одной  пули.  В  теле  покойного
были  только  следы  металла.
 Опытный  английский  секретный  агент  Лангелан,
которому  в  начале  второй  мировой  войны  хирурги
немного  подправили  лицо,  чтобы  там,  где  его  знали,
он  мог  работать  под  другим  именем,  опубликовал
заслуживающие  внимания  рассуждения  практика:
вскоре  после  смерти  президента  Кеннеди  миллионы
телезрителей  пережили  волнующие  минуты  перед  эк¬
ранами.  В  стиле  американских  вестернов  Руби  на
глазах  у  десятков  вооруженных  до  зубов  полицейских
застрелил  арестованного  Освальда.  Лангелан  написал:
«А  те,  кто  знает,  что  это  такЪе  —  вот  так  моментально
убить  или  быть  убитым,  сразу  же  были  абсолютно
уверены  в  том,  что  это  было  не  убийство,  а  казнь».
 После  Освальда  осталось  немного,  но  сохранился
короткий  репортажный  фильм  с  пресс-конференции,
которая  состоялась,  видимо,  вскоре  после  его  ареста.
После  смерти  Освальда  фильм  просмотрели  психологи
и  пришли  к  заключению,  что  убийца  президента  так
вести  себя  не  мог,  так  мог  вести  себя  только  американ¬
ский  гражданин,  который  никак  не  мог  догадаться,  кто
же  это  с  ним  сыграл  такую  мерзкую  шутку.
 7  в.  П.  Боровичка
 193

Фильм  был  только  фрагментом  репортажа.  Дело
в  том,  что  полиция,  буквально  не  дав  Освальду  закон¬
чить  фразу,  прервала  пресс-конференцию.  Освальда
увели  в  камеру,  а  удивленным  корреспондентам  оста¬
лось  только  строить  догадки  о  причинах.  Не  было  ли
это  сделано  потому,  что  Освальд  сказал  слишком
много?
 Освальд:
 —  Да,  судья  Джонсон  допрашивал  меня.  Но  это
был  короткий  допрос.  Я  протестовал  только  против
того,  что  мне  еще  не  разрешили  выбрать  адвоката.
Не  имею  понятия,  вокруг  чего  судья  все  время  кру¬
тится.  Никто  мне  ничего  не  сказал,  кроме  того,  что  я
убил  какого-то  полицейского.  Но  я  ничего  не  знаю.
Я  требую  адвоката.
 Корреспондент:
 —  Вы  убили  президента?
 —  Нет.  Но  в  этом  меня  и  не  обвиняют.  Верьте
мне,  официально  со  мной  никто  об  этом  не  говорил.
Только  в  зале  минуту  назад  меня  спросили  об  этом
журналисты.
 Психологи  сошлись  на  том,  что  убийца'президента
так  вести  себя  не  мог.  Даже  в  том  случае,  если  бы  он
был  исключительно  талантливым  актером.
 Джордж  Лангелан  добавляет: 	«Люди,  которые
 знали  правду  об  убийстве  Кеннеди,  в  ту  минуту  сразу
поняли  (когда  Освальд  выступил  на  пресс-конференции
перед  журналистами.—  Прим.  авт.),  что,  как  только
Освальд  получит  адвоката,  он  очень  быстро  докажет
свою  невиновность.  Бели  бы  процесс  состоялся,  то
на  нем  были  бы  отвергнуты  все  улики,  которые  имелись
в  распоряжении  суда,  и  с  Освальда  было  бы  снято
обвинение.  Таким  образом,  необходимо  было,  чтобы
он  исчез  как  можно  быстрее.  По  плану  он  не  должен
быть  схвачен  живым».
 Итак,  невероятно,  что  Освальд  был  убийцей  пре¬
зидента  Кеннеди,  и  он  по  всей  видимости  не  был  убий¬
цей  и  полицейского  Типпита.  Кто  же  тогда  его  убил
и  почему?  Существовал  еще  один  Освальд,  двойник
Освальда,  который  сыграл  свою  умно  написанную
роль  хорошо  и  надежно.  И  все  же  он  оставил  следы.
Как  и  каждый  преступник,  он  тоже  допустил  ошибки.
 194

Одной  из  главных  его  ошибок  было  то,  что  он  слишком
заметно  подчеркивал,  что  он  Ли  Харви  Освальд.  Тер¬
рорист,  предназначенный  для  такой  большой  акции,
какой  является  убийство  президента  Соединенных
Штатов,  либо  просто  не  делал  бы  этого,  либо  не  должен
был  действовать  подобным  образом.
 Объяснение  этого  мы  должны  искать,  обратившись
к  периоду  подготовки  покушения.  Супруги  Освальд
жили  тогда  примерно  в  двадцати  километрах  от  Дал¬
ласа.  Ли  Харви  работал  в  мастерской  по  ремонту
фотоаппаратов  и  был  уволен.  Он,  видите  ли,  медленно
работает.  Он  отправился  домой.и  не  стал  долго  ждать
объяснения  по  поводу  своего  увольнения.  Как  это  уже
случалось  не  раз,  в  ега  квартире  появился  агент
ФБР.  Ли  Харви  Освальд  не  знал  его.  Но  агент  о  нем
знал  все,  знал  и  то,  что  он  лишился  работы.
 Содержание  состоявшегося  разговора  неизвестно.
Но,  судя  по  дальнейшим  событиям,  с  большей  вероят¬
ностью  можно  предположить,  что  агент.  ФБР  догово¬
рился  с  Освальдом  об  определенной  работе,  за  которую,
как  уже  несколько  раз  до  этого,  ол  будет  получать
в  ФБР  гонорар,  выплачиваемый  пятидолларовыми
банкнотами.
 Все,  что  Освальд  делал  с  той  минуты,  напоминает
путь  модели  с  дистанционным  управлением.  Секрет¬
ный  агент  ФБР  порекомендовал  Освальду  арендовать
почтовый  ящик,  на  который  ему  будут  адресовать
указания.  Освальд  согласился*  Агент  предложил
оформить  ящик  на  чужое  имя.  Освальд  согласился  и
на  это.  У  него  в  кармане  лежала  визитная  карточка
его  товарища  по  военной  службе  Хиделла*  Эта  фа¬
милия  потом  и  появилась  в  протоколах  расследова¬
ния.
 Чикагский  магазин  спортивного  оружия  «Клайн’с
спортинг  гудз»  20  марта  1963  года  получил  заказ  на
итальянский  карабин  с  оптическим  прицелом.  Фирма,
ведя  распродажу  излишков  военных  материалов*  про¬
давала  оружие,  как  говорилось  в  рекламе,  по  весьма
низкой  цене.  К  заказу  был  приложен  чек  на  сумму
21  доллар  45  центов,  что.  соответствовало  цене.  Зака¬
занная  винтовка  была  отослана  по  адресу  господина
 А. 	Д.  Хиделла  —  Даллас,  почтовый  ящик  2915,  Техас.
 7*
 195

В  тот  же  день  магазин  по  торговле  оружием
«Джордж  Росс  энд  К0  Инк.»  в  Лос-Анджелесе  получил
заказ  на  пистолет  «Смит-Вессон»,  Специал  38  за  29
долларов  45  центов.  К  заказу  был  приложен  чек,
подписанный  А.  Д.  Хиделлом.  Фирма  отослала  писто¬
лет  по  тому  же  адресу  в  Даллас.  Позже  специалисты
идентифицировали  на  обоих  заказах  почерк  Освальда.
Оба  чека  якобы  были  подписаны  им,  о  чем,  разуме¬
ется,  он  не  имел  понятия.
 На  имя  Хиделла  Освальд  арендовал  почтовый
ящик  уже  9  октября  1962  года.  14  мая  1963  года  он
прекратил  аренду.  В  записях  почтовой  конторы  в  Дал¬
ласе  есть  интересный  документ.  В  тот  же  день  освобо¬
дившийся  почтовый  ящик,  который  уже  не  был  нужен
господину  Хиделлу*  арендовал  другой  заказчик.  Фа¬
милия  его  была  та  же  —А.  Д.  Хиделл.
 Между  тем  заговорщики  приготовили  на  карнизе
окна  шестого  этажа  склада  школьных  учебников  кара¬
бин  «Манплихер-Каркано»  с  оптическим  прицелом,
отрегулированным  так  небрежно,  что  в  таком  состоянии
его  нельзя  было  использовать,  и  бросили  на  пол  три
гильзы.  По  плану  предполагались  три  выстрела,  по¬
этому  и  подготовлены  были  только  три  гильзы.  При
покушении,  однако,  снайперы  стреляли  неточно  и
для  уверенности  выстрелили  еще  два  раза  —  возникло
одно  из  первых  противоречий:  пять  выстрелов  и  три
гильзы.
 Агент  ФБР  пришел  предупредить  Освальда.  В  не¬
скольких  шагах  отсюда  стреляли  в  президента,  придет
полиция,  начнет  копаться,  кто  знает,  что  может  слу¬
читься.  Будет  лучше,  если  при  нем  будет  оружие.  И  он
сунул  ему  в  руку  точно  такой  же  пистолет  марки
«Смит-Вессон»,  Специал  38,  какой  он  под  именем  Хи¬
делла  заказал  по  почте.
 Двойник  Освальда  имел  в  кармане  такой  же  писто¬
лет  и,  кроме  того,  еще  четыре  пустые  гильзы,  которые
остались  от  выстрелов,  сделанных  специально  из
пистолета  Освальда.  Настоящий  Освальд,  который
по  плану  должен  был,  очевидно,  перейти  улицу,  никуда
не  спешил,  ни  от  кого  не  скрывался,  как  это  наверняка
делал  бы  настоящий  убийца,  а  спокойно  приближался
к  месту,  где  произошло  убийство  полицейского  Тип-
 196

пита.  Вполне  возможно,  что  сюда  его  направил  агент
ФБР,  объяснив,  что  именно  здесь  он  получит  дальней¬
шие  указания.
 Они,  видимо,  прикидывали  так:  настоящий  Ли
Харви  Освальд  не  должен  оставаться  в  живых  после
покушения,  чтобы  ничего  не  выдать.  Это  старый,
испытанный  способ.  Только  вот  как  от  Освальда  изба¬
виться?  Исключались  все  способы  отравления  ядом,
так  как  их  нельзя  точно  запланировать  по  времени.
Также  отпадала  система  симуляции  самоубийства,  так
как  технические  детали  исполнения  могут  подвести
в  последнюю  минуту.  Оставалась  одна  возможность:
застрелить  мнимого  убийцу.
 Когда  заговорщики  проработали  этот  вариант,  они
пришли  к  выводу,  что  лучше  всего  будет,  если  Освальда
застрелят  сами  полицейские.  Необходимо  было  только
подстроить  ситуацию,  которая  бы  вынудила  блюстителей
закона  его  убить.  Так  возник  тщательный  план,  как
пустить  полицию  по  следу  Освальда.
 Возьмем  за  основу  такую  конструкцию.  В  то  время,
когда  убийцы  были  готовы  выстрелить  из  засады  в
президента,  Освальд  еще  заскочил  в  столовую  в  здании
склада  школьных  учебников,  где  взял  сандвич  с  куря¬
тиной  и  бутылку  кока-колы.  Примерно  в  ту  минуту,
когда  террористы  открыли  стрельбу,  в  столовой  по¬
явился  еще  один  человек.  Он  пришел  к  Освальду.  Потом
говорили,  что  это  был  тот  самый  агент  ФБР.  Они
переговорили,  и  Освальд  ушел,  даже  не  допив  своей
кока-колы.
 Случайность?  Разумеется,  нет.  Освальд  продолжал
арендовать  па  имя  Хиделла  почтовый  ящик,  но  ...  не
знал  об  этом.  Камуфляж  был  составной  частью  слож¬
ного  плана:  в  то  время  в  Далласе  и  его  окрестностях
уже  появился  двойник  Освальда,  а  следовательно  и
Хиделла,  и  приступил,  так  сказать,  к  саморекламе.
Позже  эксперты  сошлись  во  мнении,  что  он  делал  все
возможное,  чтобы  обратить  на  себя  внимание.  Ходил
в  тир,  выбирал  карабины  и  стрелял,  как  Вильгельм
Телль,  никогда  не  забывая  подчеркнуть,  что  зовут  его
Освальд.  В  качестве  Освальда  он  появлялся  в  ресто¬
ранах  и  в  игорных  залах.  Показания  свидетелей  отно¬
сительно  того,  был  ли  он  похож  на  настоящего  Осваль-
 197

Да  или  нет,  расходятся.  Да  это  и  не  существенна.
Важно  то,  что  этот  второй  Освальд  был  пешкой  в  игре
заговорщиков.
 Примерно  в  час  дня  мужчина,  так  же  одетый  и,
вероятно,  немного  похожий  на  Освальда,  обратился
к  полицейскому  Типпиту  в  том  месте,  где  он  обычно
ставил  свою  дежурную  машину.  Когда  полицейский
вышел  из  машины  и,  обойдя  ее  спереди,  подошел
к  нему,  двойник  Освальда  выстрелил  в  пего  четыре
раза.  Затем  бросил  на  землю  те  четыре  гильзы,  имевшие
типичные  следы  ударника  пистолета  «Смит-Вессон»,
Специал  38,  который  был  в  кармане  у  настоящего
Освальда.
 Потом  уже  автомеханик  вызывает  полицию,  и
действие  подходит  к  аресту  Освальда  в  кинотеатре.
В  это  время  произошла  непредвиденная  режиссерская
ошибка.  Заговорщики  предполагали,  что  любой  поли¬
цейский  без  предупреждения  застрелит  убийцу  своего
коллеги.  Освальд  не  мог  защищаться,  у  пистолета,
который  дал  '  ему  агент,  был  спилен  кончик  бойка.
Полицейский,  который  ничего  не  знал  об  убийстве
коллеги  Типпита,  Освальда  взял  по  стечению  обсто¬
ятельств  и  доставил  его  в  полицейский  участок.
И  только  там  он  узнал,  что  арестовал  возможного  убий¬
цу  Кеннеди.  Заговорщики  должны  были  исправить  свой
йромах,  поэтому  на  сцене  появился  Джек  Руби.
 Но  давайте  еще  раз  вернемся  к  вопросу,  кто  же
стоял  за  кулисами  убийства  президента  Кеннеди?
 Отвечает  прокурор  Гаррисон.
 «Причиной  смерти  президента  Кеннеди  был  пла¬
нировавшийся  государственный  переворот.  И  шефство
над  убийством  осуществляло  правительство.  Подго¬
товку  убийства  и  соответствующего  оформления,  чтобы
покушение  выглядело  как  акция  молодого  сумасшед¬
шего  без  какого  бы  то  ни  было  политического  оттенка,
взяло  на  себя  ЦРУ.  Необходимо  учесть,  что  ЦРУ
перестало  быть  центром,  координирующим  разведы¬
вательную  деятельность,  оно  стало  нелегальной  орга¬
низацией  заинтересованных  групп  военных  в  прави¬
тельстве  Соединенных  Штатов...
 Покушение  в  Далласе  прошло  так  легко,  словно
свернули  голову  какому-нибудь  цыпленку,  Прдлцн-
 198

ной  задачей  комиссии  Уоррена  и  ФБР  было  за  ретуши¬
ровать  участие  агентов  американских  секретных  служб
в  убийстве  президента  Кеннеди,  хотя  вполне  объективно
.мы  должны  допустить,  что  не  все  члены  комиссии
знали,  как  ими  манипулируют.  Это  смягчающее  вину
обстоятельство  нельзя  отнести  к  тогдашнему  шефу
ЦРУ  Аллену  Даллесу,  который  выступил  против
опубликования  выводов  комиссии  Уоррена.  Американ¬
ская  печать  очень  широко  публиковала  целый  ряд
неверных  официальных  и  полуофициальных  сообще¬
ний,  в  результате  которых  граждане  этой  страны
начали  смотреть  на  смерть  президента  Кеннеди  как
на  несчастный  случай,  происшедший  с  ним  по  дороге».
 Центральное  разведывательное  управление  еще  не
Америка,  а  Соединенные  Штаты  не  только  Центральное
разведывательное  управление.  А  как  же  конгресс,
другие  департаменты?  Неужели  все  сговорились,  чтобы
правда  об  убийстве  осталась  тайной?
 Отвечает  прокурор  Гаррисон:
 «Это  подтверждает  история.  Когда  переворот  уда¬
ется,  силы,  совершившие  его,  становятся  силами
государственными.  Тот  факт,  что  один  из  департаментов
носит  название  «юстиции»,  еще  совсем  не  означает  того,
что  после  переворота  он  немедленно  покончит  жизнь
самоубийством.  Так  же  как  и  во  всех  других  прави¬
тельственных  органах,  его  сотрудники  подчиняются
не  мертвому  человеку,  который  лежит  в  гробу,  а  тем
живым,  которые  пришли  к  власти.  После  убийства
Роберта  Кеннеди  и  Мартина  Лютера  Кинга  министер¬
ство  юстиции  немедленно  заявило,  еще  до  того,  как
их  тела  упали  на  землю,  что  речь  никоим  образом  не
может  идти  о  заговоре.  Старый  правительственный
аппарат  всегда  сплачивается  вокруг  новых  сил,  ко¬
торые  пришли  к  власти,  потому  что  чиновники  знают:
либо  они  примут  новый  режим,  либо  будут  уволены.
Это  и  произошло  с  самыми  уважаемыми  правительст¬
венными  институтами,  когда  они  не  только  подчини¬
лись  инициаторам  удавшегося  покушения,  но  и  под¬
держали  их  всем  своим  авторитетом».
 Даллас  растет  и  хорошеет.  И  спустя  десять  лет
туристы  фотографируют  склад  школьных  учебников,-,
автобусы  экскурсионных  бюро  медленно  проезжают
 199

по  сцене  тогдашней  трагедии,  останавливаются  на
Дили-плаза  и  перед  боксерским  залом,  где  в  свое
время  находилось  заведение  Джека  Руби.
 В  Фейр-иарке  есть  музей  восковых  фигур.  Заве¬
дует  им  Томас  Болтон.  Он  гордится  своими  Осваль¬
дом,  Руби  и  судьей  С.  Хыоз,  принимающей  президент¬
скую  присягу  у  Линдона  Джонсона.  Они  действительно
словно  живые,  и  старые  дамы  в  шляпках  с  вуалетками
восторгаются:  «Как  интересно!»
 Хозяйка  пансиона  на  Бекли-стрит,  1026,  Джонсон
за  доллар  показывает  туристам  комнату,  в  которой
жил  Освальд.  Старая  госпожа  Освальд,  его  мать,
живет  примерно  в  двадцати  минутах  езды  от  Далласа
в  Форт-Уэрте  в  новом  доме  с  дорогой  мебелью.  У  нее
есть  секретарь  и  ценник  на  разговоры  с  журналистами
о  своем  сыне.  Меньше  чем  за  сто  долларов  она  ни
с  кем  разговаривать  не  станет.  Разумеется,  она  все
время  повторяет,  что  ее  сын  не  убивал  президента
Кеннеди.
 Вдова  Марина  Освальд  после  Смерти  своего  мужа
получила  около  двухсот  тысяч  долларов  от  каких-то
доброжелателей,  тронутых  ее  жестокой  судьбой.  Это
была  не  единственная  сумма,  которую  она  получила.
Па  время  она  куда-то  уехала,  потом  снова  вернулась,
уже  с  новым  мужем,  и  вскоре  открыла  в  Далласе
«Кен’с  бар».  Разумеется,  что  при  каждом  удобном
случае  она  подчеркивает,  что  название  бара  ничего
общего  не  имеет  с  именем  Кеннеди.  Ее  новый  муж
имеет  прозвище  Кен.
 На  Дили-плаза  повесили  простую  мемориальную
доску.  Иа  большее  ни  этого  техасского  города,  ни
Америки  не  хватило.  Правда,  есть  еще  тарелки  длй.
сандвичей  с  портретом  Кеннеди,  которые  можно  купить
в  магазинах  Сере,  Вулворт  и  Сакс,  есть  перстни,
термометры,  карандаши  с  окошком,  в  котором  виден
профиль  Кеннеди.  Но  некоторые  из  этих  товаров
продаются  уже  по  низким  ценам.
 На  холме  под  Вашингтоном  на  Арлингтонском
кладбище  в  землю  врыта  доска  из  черного  мрамора.
Рядом  с  ней  горит  вечный  огонь.  Четыре  столбика
с  цепочкой,  позолоченный  крест  и  три  слова:  Джон
Фитцджеральд  Кеннеди  —  1917—1963.

ГЕНЕРАЛ
БЕЗ  ВОЙСНА
 Гвадиана  протекает  по  спокойной,  немного  хол¬
мистой  местности  среди  оливковых  рощ  и  красноватых
пробковых  дубов  или  эвкалиптов,  которые  дают  паху¬
чее  масло,  но  совершенно  не  дают  тени.  По  реке  прохо¬
дит  граница  между  Испанией  и  Португалией.
 Хуайито  играет  с  собакой  в  эвкалиптовой  роще  меж¬
ду  деревнями  Вильянуэва-дель-Фресно  и  Оливенса.
Он  бегает  с  ней  по  берегу  реки,  дразнит  ее,  громко  сме¬
ется,  швыряет  ей  голыши  и  кричит:  «Принеси!»  Теплый
день  25  апреля  1965  года.  Вдруг  собака  остановилась,
начала  лаять  и  рычать,  шерсть  ее  вздыбилась.  Хуанито
подбежал  и  увидел  —  собака  лаяла  на  голову  мертвого
человека,  торчавшую  из  рыхлой  земли  неподалеку  от
берега.
 Хуанито  не  стал  плакать.  Он  быстро  побежал  домой,
потом  в  полицейский  участок,  где  без  конца  повторял
сержанту:  «Там  мертвая  голова!»  Его  посадили  в  «джип»
и  попросили  показать  место  страшной  находки.
 Бадахос  —  главный  город  одноименной  погранич¬
ной  провинции.  И  хотя  в  нем  только*  девяносто  тысяч
жителей,  здесь,  как  и  всюду  в  -Испании  Франко,  дейст¬
вовал  многочисленный  отряд  политической  полиции
«Полисия  сосиал».
 Жандармы  осмотрели  неглубокую  могилу,  частично
размытую  весенними  дождями,  нашли  еще  одну  —
в  ней  труп  женщины  —  и  передали  дело  бадахосской
полиции,  которая  обнаружила  третий  труп.
 Все  они  были  в  ужасном  состоянии.  Вокруг  могил
валялись  пустые  гильзы.  Уже  на  первый  взгляд  бы¬
ло  ясно,  что  речь  идет  о  жертвах  убийства.  Трупы  до¬
вольно  долго  лежали  под  тонким  слоем  глины  и  нега¬
шеной  извести.
 Тайная  полиция  начала  вести  расследование,  пы¬
таясь  установить  личности  убитых,  хотя,  как  это  позже
выяснилось,  она  знала  о  них  больше,  чем  могла  в  этом
 201

признаться.  Комиссар  установил,  что  12  февраля  1965
года  в  отель  «Симанкас»  в  Бадахосе  прибыл  шестидеся¬
тилетний  лысоватый  мужчина  с  головой  яйцевидной
формы,  назвавшись  в  полицейской  анкете  коммер¬
сантом  Гонсалесом  Ибаньесом.  Его  сопровождала  под
видом  его  секретаря  темноволосая  полноватая  женщина
средних  лет  по  имени  Арахарир  Кампос.  Хозяин  отеля
показал,  что  оба  ушли  13  февраля,  не  взяв  с  собой  че¬
моданов,  и  уже  не  вернулись.
 В  тот  день  в  ресторане  отеля  во  время  обеда  появи¬
лись  два  человека,  которые  также  жили  в  отеле  «Симан¬
кас».  Они  подошли  к  столу  коммерсанта  и  говорили  с
ним  недолго.  Гонсалес  Ибаньес  быстро  закончил  обед,
потом  сел  с  обоими  незнакомцами  в  белый  «линкольн»,
стоявший  перед  отелем,  и  уехал.  Те  двое  около  полови¬
ны  шестого  вернулись  за  сеньоритой  Кампос.  С  того
времени  ни  ее,  ни  Ибаньесауже  никто  больше  не  видел,
и  этих  двоих  с  белым  «линкольном»  —  тоже.
 1  Около  семи  часов  вечера  в  отеле  появилась  испан¬
ская  полиция  и  без  объяснений  забрала  чемоданы  обоих
гостей:  Гонсалеса  Ибаньеса  и  сеньориты  Кампос.  Хо¬
зяин  предпочел  ни  о  чем  не  спрашивать.
 Человек  с  яйцевидной  головой  был  не  Ибаньес.  И
хромал  он  не  оттого,  что  инвалид,  а  потому,  что  вложил
в  ботинок  гвоздь,  чтобы  походить  на  того,  за  кого  он
себя  выдавал.  Полиция  Франко,  очевидно,  знала  об  этом
с  самого  начала.  Дело  в  том,  что  у  мертвого  был  перс¬
тень  с  инициалами  У.  Д.,  крышкой  служил  черный
оникс.  Под  ним  была  скрыта  капсула  с  цианистым
калием.  Испанская  полиция  быстро  установила,  что
убитым  был  генерал  Умберто  Дельгадо,  противник  дик¬
татуры  Салазара,  затравленный  и  убитый  Португаль¬
ской  тайной  полицией  (ПИДЕ).
 Другим  убитым  был  Эрнесто  Кастро-и-Соуза,  рим¬
ский  резидент  дельгадовской  антисалазаровской  эмиг¬
рантской  оппозиции,  правая  рука  генерала.  Его  лич¬
ность  удалось  установить  несколько  позднее.
 Убийство  генерала  Умберто  Дельгадо  стало  сенса¬
цией  мировой  печати.
 В  январе  1961  года  мировую  общественность  сначала
взбудоражила,  а  затем  просто  развлекла  странная  пират¬
ская  акция.  Португальское  пассажирское  судно  «Санта
 202

Мария»,  имевшее  на  борту  более  пятисот  пассажиров,
подверглось  нападению  в  Карибском  море.Командование
кораблем  от  имени  португальской  антисалазаровской
хунты  принял  на  себя  Энрике  Гальвано.  Согласно  за¬
явлению,  которое  проникло  в  печать,  этот  пассажирский
лайнер,  переименованный  повстанцами  в  «Санта  Либер-
тад»,  должен  был  служить  крейсером  в  походе  против
португальской  колонии  Анголы  и  острова  Сан-Томе.
 До  обещанной  войны  дело  не  дошло.  Капитан  Галь¬
вано  курсировал  несколько  дней  в  водах  Карибского
моря,  сопровождаемый  бразильским  и  американским
эсминцами.  Наконец  он  сдался,  прибыв  в  бразильский
порт  Ресифи.  Журналисты  лишились  сенсации.  Но  о  ее
.  продолжении  позаботился  генерал  'Умберто  Дельгадо,
друг  и,  как  выяснилось,  командир  Гальвано.  Гальвано
признался,  что  корабль  он  похитил  по  приказу  генерала.
За  это  он  был  заочно  приговорен  португальским  судом
к  19  годам  тюремного  заключения.
 Энрике  Гальвано  не  авантюрист.  Он  был  одним  из
офицеров,  которые  в  1926  году  свергли  португальское
правительство  и  установили  в  стране  военную  диктату¬
ру.  Когда  через  два  года  к  власти  в  стране  пришел  дик¬
татор  Салазар,  Гальвано  встал  на  его  сторону.  Поэтому
ему  незачем  было  заботиться  о  карьере.  В  течение  корот¬
кого  времени  он  получил  высокий  пост  правительствен¬
ного  инспектора  в  Анголе.
 При  этом  Гальвано  был  хорошим  писателем,  авто¬
ром  нескольких  заслуживающих  внимания  романов,
даже  лауреатом  португальской  национальной  премии  по
литературе  и  до  определенного  времени  фашистским
политиком.  Но  в  послевоенные  годы  он  так  же,  как
его  командир  и  друг  Дельгадо,  открыто  выступил  про¬
тив  диктатуры  Салазара.  Он  сообщил  миру  потрясаю¬
щие  сведения  о  рабовладельческих  отношениях,  царя¬
щих  в  португальских  колониях,  и  основал  организацию,
которая  должна  была  объединить  либерально  настроен¬
ных  офицеров.  ПИДЕ  арестовала  его,  а  суд,  который
состоялся  в  1953  году,  приговорил  к  трем  годам  тюрь¬
мы.
 Когда  в  1958  году  генерал  Умберто  Дельгадо  в  ка¬
честве  представителя  оппозиции  выставил  свою  канди¬
датуру  на  пост  президента,  Гальвано  встал  на  его  сто¬
 203

рону.  За  это  он  был  осужден  на  двенадцать  лет  тюрьмы.
Ему  удалось  бежать;  он  укрылся  в  аргентинском  по¬
сольстве.  Из  Португалии  он  уехал  в  Венесуэлу,  где
встретился  с  генералом  Дельгадо.  Когда  акция  с  кораб¬
лем  «Санта  Мария»  провалилась,  он  попросил  полити¬
ческого  убежища  в  Бразилии  и  получил  разрешение
на  жительство.
 «Либеральная  хунта»  Дельгадо,  однако,  не  сдава¬
лась.  После  неудавшегося  похищения  лайнера  она
попробовала  похитить  самолет.  В  конце  1961  года  за¬
говорщики  заставили  пилота  самолета,  стартовавшего
в  Касабланке,  кружить  на  малой  высоте  над  лиссабон¬
скими  улицами  и  разбрасывали  листовки,  пропаганди¬
ровавшие  оппозиционную  программу  генерала  Дельга¬
до  и  его  эмигрантского  комитета  действия.  Имя  генера¬
ла,  набранное  крупными  буквами,  снова  появилось  на
страницах  печати.
 Городок  Вежа,  расположенный  на  юге  Португалии,
мог  похвалиться  только  двумя  старыми  церквами  да
средневековой  крепостью  с  белой  башней  и  гарнизо¬
ном.  Тем  не  менее  на  рубеже  1961  и  1962  годов  он  стал
местом  «исторического  события».  Заговорщики  из  числа
офицеров  местного  гарнизона  восстали  против  режима
Салазара  и  на  рассвете  предприняли  атаку  на  казармы.
Это  восстание  закончилось  бесславно.  Руководитель
повстанцев  был  ранен,  остальные  сдались  и  оказались
в  тюрьме.  Генерал  Дельгадо,  который  готовился  празд¬
новать  победу,  опять  просчитался.
 Само  по  себе  это  было  бы  не  так  уж  и  примечательно,
если  бы  расчеты  генерала  на  будущую  славу  не  были  так
характерны  для  всех  его  политических  акций.  Стремле¬
ния  оппозиции  свергнуть  жестокий  полицейский  режим
фашистского  диктатора  Салазара  заслуживают  вся¬
ческой  похвалы,  однако  генерал  Дельгадо  вел  себя
иногда,  словно  артист  на  сцене.
 Во  время  подготовки  к  восстанию  в  гарнизоне  город¬
ка  Вежа  он  сидел  в  номере  гостиницы  в  Касабланке.
Он  ждал,  пока  у  него  вырастут  усы,  потом  выкрасил  их
в  черный  цвет,  побрил  голову  и  купил  очки  в  оригиналь¬
ной  оправе.  Сеньорита  Кампос,  его  преданная  почита¬
тельница  и  секретарь,  выступавшая  в  Марокко  в  качество
племянницы  генерала,  с  трудом  зашила  под  подкладку
 204

своего  пальто  парадный  мундир  генерала,  в  котором  он
хотел  появиться  во  время  торжественного  парада.  По¬
том  он  переправился  через  море,  отделявшее  его  от
родины,  поселился  в  отеле  «Сан-Джордж»  и  стал  ждать,
когда  восставшие  офицеры,  действуя  по  плану,  захва¬
тят  радиостанции,  когда  к  ним  присоединятся  гарнизо¬
ны  других  городов  и  колонны  танков  и  бронетранспор¬
теров  пойдут  на  оплот  фашистского  диктатора,  на  Лис¬
сабон.
 Все  произошло  совершенно  иначе.  Генерал  без  армии
и  без  надежды  на  успех,  с  поддельными  документами
снова  тихо  возвратился  в  изгнание  в  Бразилию  и  снова
заперся  в  номере  гостиницы.
 Генерал  Умберто  Дельгадо  не  был  бесплодным  меч¬
тателем.  Теперь  он  разделил  судьбу  многих  эмигрантов,
но  несколько  лет  назад  был  одним  из  португальских
политических  деятелей,  которым  не  надо  было  занимать
отваги,  чтобы  ринуться  в  бой  против  фашистского  дикта¬
тора.
 Он  родился  в  1906  году  в  семье  офицера  и  рос  в  ат¬
мосфере  армейских  казарм.  С  раннего  детства  он  бого¬
творил  военную  форму.  Научившись  читать,  он  сразу
же  заинтересовался  военной  литературой.  В  семейной
атмосфере,  насыщенной  духом  патриотизма,  из  него  вы¬
растал  националист.  Жажда  героических  подвигов
впоследствии  привела  его  к  авантюрным  комбина¬
циям.
 Окончив  военную  академию,  он  стал  офицером,  а  по¬
том  и  самым  молодым  генералом  в  стране.  Он  был  одним
из  тех,  кто  сделал  возможным  переворот  1926  года,
возглавляемый  маршалом  да  Костой.  Так  же  как  и  его
будущий  друг  Энрике  Гальвано,  он  поддерживал  док¬
тора  Антонио  де  Оливейру  Салазара,  когда  тот  шел  к
власти.  Он  стоял  за  него  и  тогда,  когда  из  преподавате¬
ля  национальной  экономики  в  университете  в  Коимбре
СалаЗар  стал  фашистским  диктатором.
 Дельгадо  был  среди  тех,  кто  во  времена  Гитлера  в
Германии,  Муссолини  в  Италии  сделал  ставку  на  прави¬
тельство  и  восторгался  успехами  каудильо  Франко.  Ум¬
берто  Дельгадо  был  командиром  фашистской  военной  ор¬
ганизации  «Португальский  легион»,  а  также  руководите¬
лем  «Организации  фашистской  молодежи».  В  1938  году
 205

он  был  назначен  членом  инспекционной  комиссии,  ко¬
торая  должна  была  подготовить  доклад  о  состоянии
военной  обороны  португальских  колоний.  В  1941  году
он  в  качестве  представителя  португальской  стороны  вел
переговоры  с  представителями  Великобритании  об
использовании  Азорских  островов  для  строительства
военной  базы  союзников.
 Говорят,  что  его  политические  взгляды  изменились
под  влиянием  того,  что  ему  довелось  наблюдать  в  порту¬
гальских  колониях  во  время  инспекционной  поездки.
 В  1957  году  правительство  Салазара  назначило
Дельгадо  генеральным  директором  португальской  граж¬
данской  авиации,  а  годом  позже  он  выставил  свою  кан¬
дидатуру  на  президентских  выборах  в  качестве  канди¬
дата  от  оппозиции.  И  хотя  каждый  знал,  что  португаль¬
ский  президент  не  более  чем  фигура,  которую,  как  на
шахматной  доске,  переставляет  Салазар,  это  был  единст¬
венный  легальный  путь  выступить  против  фашистской
диктатуры.  Генерал  Дельгадо  потерпел  неудачу  на  вы¬
борах.  При  той  системе,  против  которой  он  выступил,
у  него  не  было  никаких  шансов  на  успех.
 Президентскими  выборами  дирижировала  ПИДЕ.
Тысячи  избирателей  были  незаконно  лишены  избира¬
тельного  права.  Многие  из  тех,  кто  помогал  кандидату
от  оппозиции  во  время  предвыборной  кампании  (кото¬
рую  оппозиция,  кстати,  могла  начать  только  за  месяц  до
начала  выборов),  кончили  тюрьмой.  Никто  из  предста¬
вителей  оппозиции  не  имел  права  присутствовать  при
подсчете  голосов.  Полицейские  разгоняли  предвыбор¬
ные  собрания.  Когда  же  Умберто  Дельгадо  получил
более  двадцати  процентов  голосов,  что  по  тем  временам
означало  исключительный  успех,  он  был  немедленно
отстранен  от  должности  генерального  директора  граж¬
данской  авиации.  А  после  того  как  он  обвинил  Салазара
и  его  тайную  полицию  в  жульничестве  при  подсчете  го=-
лосов,  то  вынужден  был  скрыться,  чтобы  остаться  в
живых.
 Кандидат  на  пост  президента  Португалии  укрылся
в  бразильском  посольстве  в  Лиссабоне.  Через  восемь¬
десят  дней  он  тайно  покинул  страну.  По-видимому,
на  него  больше  всего  повлияло  то,  что  фашистский  дик¬
татор  его  разжаловал,  лишил  офицерской  пенсии  и  осу¬
 206

дил  за  «недемократические  действия,  опасные  для  порту¬
гальского  государственного  строя».
 В  Рио-де-Жанейро  Дельгадо  встретился  с  Гальвано.
Возникает  план  акции  «Санта  Мария».  Генерал  Дель¬
гадо  даже  вступил  в  контакт  с  испанским  правитель¬
ством,  находившимся  в  эмиграции,  и  подписал  с  ним
соглашение  о  борьбе  против  диктатуры.  Дельгадо  де¬
лает  ставку  на  тактику,  которую  весьма  приблизительно
можно  было  назвать  партизанской  войной.  Но  партиза¬
ны  пока  что  существовали  только  в  его  воображении.
 ПИДЕ  была  исполнительным  органом  диктатора.
Сначала  она  служила  Салазару,  с  1968  года  —  Каэтано.
Она  управляла  страной  и  португальскими  колониями,
используя  методы  средневековой  инквизиции.  Доста¬
точно  вспомнить  страшные  события  в  Мозамбике,  взвол¬
новавшие  мировую  общественность  и  ставшие  одной  из
причин  государственного  переворота  в  Португалии.
 У  ПИДЕ  повсюду  были  свои  люди,  никто  не  был  уве¬
рен  в  том,  что  его  сосед  не  агент  тайной  полиции.  Глав¬
ный  штаб,  находившийся  в  Лиссабоне,  мог  использо¬
вать  для  своих  незаконных  и  никем  не  контролируемых
акций  части  полиции  общественной  безопасности  (ПСП),
располагавшей  армейским  вооружением  —  бронетранс¬
портерами,  скорострельными  орудиями,  автоматичес¬
ким  оружием  и  гранатометами.
 Республиканская  национальная  гвардия  (РНГ)  так¬
же  была  вооружена  тяжелой  военной  техникой,  целью
которой  было  подавление  любых  рабочих  демонстраций,
поэтому  ее  части  постоянно  располагались  в  важных
промышленных  цептрах.  В  необходимых  случаях  ПИДЕ
имела  возможность  мобилизовать  и  вооруженных  тамо¬
женников,  и  отряды  уголовной  полиции.
 Вот  почему  фашистский  режим  смог  продержаться  в
стране  целых  сорок  восемь  лет.
 Когда  Движение  вооруженных  сил  осуществило
апрельский  переворот  1974  года  и  военные  части  заняли
все  важные  стратегические  объекты  в  Лиссабоне,  когда
революционеры  стали  практически  контролировать  всю
страну,  к  ним  присоединились  также  рядовые  и  коман¬
диры  республиканской  гвардии  и  полицейских  частей.
Нагонявшая  на  людей  ужас  в  течение  многих  лет  ПИДЕ
капитулировала.
 207

В  Португалии  Салазара,  а  потом  Каэтано  жестокие
репрессии  и  гестаповские  методы  не  были  проявлением
произвола  излишне  ретивых  полицейских.  Реакционная,
фашистская,  антидемократическая  позиция  этих  «блюс¬
тителей  закона»  была  определена  декретом  1945  года,
то  есть  законодательным  актом,  который  Салазар  под¬
писал,  когда  прогрессивные  силы  одержали  победу
над  фашизмом  во  второй  мировой  войне.  ПИ  ДБ  могла
кого  угодно  арестовать  и  без  суда  держать  в  тюрьме  до
трех  месяцев.  С  согласия  министерства  внутренних  дел
этот  срок  мог  быть  увеличен  вдвое.  Но  диктатору  и  это¬
го  оказалось  мало.  В  марте  1956  года  получил  силу  зако¬
на  правительственный  декрет,  по  которому  ПИДЕ  имела
право  продлить  срок  тюремного  заключения  без  реше¬
ния  суда  на  неограниченное  время  Это  означает,  что
в  фашистской  Португалии  кого  угодно  без  всякого  ос¬
нования  могли  пожизненно  заключить  в  тюрьму.
 Каждые  три  года  продлевался  срок  заключения  лиц,
«которые  основывают  ассоциации,  движения  или  груп¬
пы  коммунистического  типа,  развивают  подрывную
деятельность  или  принадлежат  к  таковым  группам,
движениям  или  ассоциациям,  сотрудничают  с  ними  или
руководствуются  их  инструкциями  как  по  предваритель¬
ному  соглашению,  так  и  без  него,  кто  сознательно
способствует  подрывной  деятельности,  предоставляет
место  для  собраний,  оказывает  поддержку  или  по¬
мощь  их  пропаганде».
 ПИДЕ  имела  право  запрещать  политические  собра¬
ния,  общественные  мероприятия,  обыскивать  квартиры
подозреваемых  лиц,  могла  заключать  в  тюрьму  тех,  кто
печатал  или  распространял  листовки.  Она  также  кос¬
венно  давала  согласие  при  устройстве  на  работу.  Каж¬
дый,  работодатель,  который  принимал  рабочих  из  дру¬
гого  района,  предварительно  должен  был  докладывать
об  этом  ПИДЕ.
 На  островах  Зеленого  Мыса  находился  концентра¬
ционный  лагерь  «Таррафал»,  известный  под  названием
«Кампо  да  морте  лента»  —  лагерь  медленной  смерти.
Здесь  умер  генеральный  секретарь  Коммунистической
партий  Португалии  Бенту  Гонсалвиш.
 Умберто  Дельгадо,  эмигрировав  за  границу,  стал
руководителем  Патриотического  фронта  национального
 208

освобождения.  Потом  в  результате  разногласий  он  ра¬
зошелся  с  Патриотическим  фронтом  национального  осво¬
бождения,  поскольку  был  несогласен  с  выбором  средств
борьбы.  Некоторые  публицисты  считали  генерала  Дель¬
гадо  героем  донкихотского  плана  и  даже  сомнева¬
лись:  может  ли  он  вообще  быть  опасен  для  режима  Са¬
лазара?  На  этот  вопрос  нельзя  дать  однозначный  ответ.
Можно,  однако,  привести  некоторые  факты.
 Профессиональному  террористу  из  рядов  офицеров
организации  секретной  армии  (ОАС)  за  четверть  мил¬
лиона  фунтов  стерлингов  предложили  осуществить  «Сек¬
ретную  операцию  бета»  по  убийству  генерала  Умберто
Дельгадо.
 Неизвестный  офицер  будто  бы  следил  за  генералом
Дельгадо  от  римского  аэропорта  Фьюмичино  до  па¬
рижского  аэропорта  Орли.  По  сообщению,  лондонской
газеты  «Обсервер»,  операция  будто  бы  была  отменена
без  указания  причин.  Вполне  вероятно,  что  ПИДЕ  прос¬
то  не  выплатила  обещанный  гонорар.
 Противники  Салазара  не  сдавались,  но  их  организа¬
ция  продолжала  терпеть  неудачи.  В  борьбе  против
всемогущей  ПИДЕ  члены  нелегальной  партии  «Боевой
фронт  народных  действий»  пока  что  не  могли  добиться
никакого  успеха.  Однажды  Энрике  Серкейра,  начальник
штаба  у  Дельгадо,  получил  секретное  сообщение  о  том,
что  португальские  патриоты  готовят  восстание  и  рас¬
считывают  на  помощь  эмиграции.  По  этим  сведениям,
все  якобы  было  готово.  Серкейра  вылетел  в  Марокко,
чтобы  лично  убедиться  в  правдивости  этих  сведений.
Из  Марокко  он  проник  на  территорию  Португалии,  но
вернулся  ни  с  чем.  К  этому  времени  агентам  ПИДЕ
удалось  проникнуть  в  ряды  заговорщиков,  заполучить
имена  организаторов  и  некоторых  участников  заговора.
В  результате  португальские  тюрьмы  пополнились
шестьюстами  противниками  фашизма.  Энрико  Сер¬
кейра  в  последнюю  минуту  ускользнул  на  террито¬
рию  Британского  Гибралтара.
 Генерал  ДельгаДр,  несмотря  ни  на  что,  не  хотел  от¬
казываться  от  мысли,  что  в  Португалии  назрело  время
для  переворота.  Поэтому  в  1904  году  он  сам  вылетел  в
Европу,  чтобы  лично  проверить  возможности  групп  пор¬
тугальских  эмигрантов,
 Ж

Для  того  чтобы  понять  ход  развития  дальнейших
событий,  необходимо  принять  во  внимание  тот  факт,  что,
вполне  вероятно  (хотя  это  и  не  доказано),  португальской
тайной  полиции  удалось  внедрить  в  группы  эмигрантов,
находящихся  в  некоторых  европейских  странах,  своих
доверенных  лиц.  Дело  в  том,  что  только  этим  Ьюжно
объяснить  некоторые  несоответствия,  даже  умышленное
искажение  действительности,  в  докладах,  полученных
генералом  Дельгадо  от  его  соратников.
 Умберто  Дельгадо  пытался  найти  в  Европе  или  Се¬
верной  Африке  военную  базу,  на  которой  он  мог  бы
сосредоточивать  силы  сопротивления  португальскому
фашизму.  Поэтому  он  с  энтузиазмом  принял  приглаше¬
ние  тогдашнего  алжирского  президента  Ахмеда  Бен  Бел¬
лы.  Он  прибыл  в  Алжир  в  качестве  председателя  Патри¬
отического  фронта  национального  освобождения,  то  есть
это  был  почти  официальный  визит.  В  его  распоряжении
был  автомобиль  с  шофером  и  резиденция  с  видом  на  море,
находившаяся  в  дачном  районе  Ле  Гольф.
 В  Алжире  генерал  не  терял  времени  даром.  Он  уп¬
ражнялся  в  стрельбе,  устраивал  пресс-конференции  и
обещал  покончить  с  режимом  Салазара.  Американский
публицист  Сэнч  де  Греймот  утверждает,  что  в  это  время
Дельгадо  ни  с  кем  не  встречался.  Но  раскол  произошел
уже  в  Алжире,  организация  освободила  Дельгадо  от
функций  председателя.
 Генерал  Дельгадо  не  привык  сдаваться  после  первой
неудачи.  Когда  друзья  оставили  его  ни  с  чем,  он  начал
организовывать  свой  собственный  путч.  По  свидетель¬
ствам  корреспондентов,  которые  с  ним  встречались  в  то
время,  он  любил  говорить  о  своем  триумфальном  возвра¬
щении  на  родину.  Посещал  алжирские  министерства,
пытался  заручиться  поддержкой  кого  угодно,  агити¬
ровал,  переубеждал,  не  стесняясь  пользоваться  при
этом  даже  театральными  костюмами.  Так,  в  конце  года
он  появился  в  квартире  своего  лондонского  друга,  пор¬
тугальского  эмигранта  Антонио  де  Фигерейды,  в  араб¬
ском  бурнусе,  гордый  тем,  что  в  этом  костюме  его  никто
не  узнает.
 Только  позже  стало  известно,  как  сильно  он  оши¬
бался.  Сегодня  уже  можно  сказать,  что  агенты  ПИДЕ
шли  за  ним  буквально  по  пятам.  Они  следили  ва  Дель¬
 210

гадо,  вероятно,  целый  год  перед  покушением,  контро¬
лировали  его  деятельность  и,  без  сомнения,  держали  в
руках  и  развитие  последующих  событий.
 Антонио  Фигерейда  заявил  после  смерти  Дельгадо,
что  генерал  умер  «как  командир  армии  призраков,  ко¬
торая  существовала  только  в  его  воображении».  После
окончания  расследования  комиссией  Международной
федерации  по  защите  прав  человека,  составленной  из
юристов  Макдональда  из  Англии,  Кавальери  из  Ита¬
лии  и  Леклерка  из  Франции,  когда  удалось  восстановить
события,  происшедшие  непосредственно  перед  убийст¬
вом,  догадки  Фигерейды  полностью  подтвердились.
 Римский  резидент  Дельгадо  Марио  де  Карвальо  ут¬
верждал,  что  все  готово  для  заговора,  что  он  получил
сообщения  о  частях  португальской  армии,  которые  го¬
товы  присоединиться  к  путчистам,  что  против  Салазара
выступят  и  подразделения  флота  и  даже  некоторые  части
политической  полиции  ПИДЕ.  И  хотя  это  были  сказки,
слушать  их  было  приятно.
 На  этом  этапе  игры,  а  это  была  действительно  игра,
в  которой  соперником  Дельгадо  была  ПИДЕ,  на  сцене
появилась  новая  личность  —  португалец,  живущий  в
эмиграции,—Эрнесто  Кастро-и-Соуза  (человек,  найден¬
ный  мертвым  недалеко  от  убитого  генерала  Дельгадо  и
сеньориты  Кампос).  Однако  совершенно  бесспорно,
что  он  был  агентом  ПИДЕ.  Появился  он  среди  эмигран¬
тов  в  Риме,  позже  стал  «связным»  генерала  с  мнимыми
боевыми  группами  на  территории  Португалии.
 Кастро-и-Соуза  нйкогда  не  приносил  пессимисти¬
ческих  вестей.  Он  располагал  информацией  о  многих
людях  в  Португалии,  готовых  присоединиться  к  вос¬
станию.  В  его  списках  насчитывалось  около  пяти  тысяч
фамилий.  А  ловкий  Карвальо  сразу  же  вырабатывал
для  заговорщиков  директивы  по  тактике.  В  любом  слу¬
чае  следовало  избегать  рискованных  акций.  Внешне
сторонники  Дельгадо  должны  были  выглядеть  ярыми
сторонниками  политики  Салазара.  Им  следовало  ни  во
что  не  вмешиваться,  как  можно  меньше  говорить  и
только  по  приказу  генерала  Дельгадо  развернуть  борь¬
бу  против  диктатуры.
 Генерал  Дельгадо  был  рад,  что  ситуация  развивает¬
ся  там  благополучно,  а  Кастро-и-Соуза  ц  Карвальо,
 211

которого  до  его  появления  в  Риме  никто  не  знал,  посто¬
янно  поддерживали  в  нем  иллюзию,  что  близится  день
«Д».  Позже  кто-то  из  них  предложил  генералу  Дельга¬
до  встретиться  с  представителями  португальской  оппо¬
зиции  и  назвал  сразу  две  революционные  группы:  «Опор¬
то»  и  «Рома».
 В  1964  году  в  Париже  во  время  рождества  была  об¬
суждена  подготовка  этой  встречи.  Здесь  генерал  встре¬
тился  с  бывшим  учителем  математики  Эмилем  Геррей-
рой  и  решил,  что  поговорит  со  своими  сподвижпиками
недалеко  от  португальской  границы  в  испанском  Ба-
дахосе.
 Необходимо  упомянуть  еще  об  одном  обстоятельстве.
Инициатором  встречи,  кроме  Кастро-и-Соузы,  был
Карвальо.  Разумеется,  он  должен  был  там  присутство¬
вать.  Однако  6  февраля  он  сообщил  генералу,  что  пред¬
ставители  оппозиционной  группы  «Опорто»  извинились
и  на  встречу  не  придут,  сам  он  в  Бадахос  тоже  не  прие¬
хал.  Случайно  или  намеренно?
 Позже  стало  известно,  что  отговорка  Карвальо  име¬
ла  основание:  римский  аэропорт  Фыомичино  9  и  10  фев¬
раля  не  функционировал  из-за  плохой  погоды.  Но  по¬
том  появилось  письмо,  которое  Карвальо  послал  Де¬
льгадо  21  февраля,  то  есть  спустя  неделю  после  убийст¬
ва  генерала.  Карвальо  сообщал,  что  он  был  арестован
итальянской  полицией,  что  его  допрашивали,  пытали,
а  потом  конфисковали  его  заграничный  паспорт.  В  свя¬
зи  с  этим  он,  естественно,  не  мог  прилететь.  Что  же  было
настоящей  причиной?  Плохая  погода  или  конфиско¬
ванный  паспорт?  Вероятно,  ни  то  ни  другое.  Карвальо,
который  был  организатором  встречи  в  Бадахосе,  что
было  нетрудно  доказать,  нуждался  в  твердом  алиби.  Луч¬
шего,  чём  то,  которое  ему  предоставила  итальянская
полиция,  и  придумать  было  невозможно.
 Руководство  дальнейшими  событиями  по  поручению
ПИДЕ  взял  на  себя,  очевидно,  Кастро-и-Соуза.  В  то
.время  он  часто  ездил  в  Португалию  под  вымышленной
фамилией  Сильвано  и  доставлял  Дельгадо  рапорты,
зашифрованные  простейшим  кодом.  Не  все  соратники
Дельгадо  были  такими  доверчивыми,  как  генерал,  и
поэтому  еще  до  встречи  в  Бадахосе  они  высказы¬
вали  подозрение,  что  с  Соузой  не  все  в  порядке.
 212

Им  удалось  установить,  что  списки  надежных  револю¬
ционеров  на  территории  Португалии  —  чистая  фик¬
ция.  Вымышленные  имена,  адреса  квартир  повстанцев,
в  которых  жили  совершенно  другие  люди,  преувеличен¬
ные  сведения  о  количестве  борцов  за  свободу...  Но  гене¬
рал  Дельгадо  отвергал  всякие  подозрения.Он  закрывал
глаза  на  действительность.  Однажды  приняв  решение,
он  никогда  не  менял  его.
 И  вот  он  решил,  что  встреча  в  Бадахосе  состоится
13  февраля.  Для  этого  путешествия  Кастро-и-Соуза
добыл  для  него  фальшивый  паспорт  на  имя  Гонсалеса
Ибаньеса,  и,  по  некоторым  данным,  даже  дипломати¬
ческий.  Сеньорита  Кампос  путешествовала  со  своим  бра¬
зильским  паспортом.
 Генерал  Дельгадо  все-таки  решил  как-то  подстрахо¬
ваться.  Он  взял  с  собой  пистолет.  Может  быть,  именно
это  оружие  стало  непосредственной  причиной  его  смер¬
ти.  Дело  в  том,  что  маловероятно,  чтобы  агенты  ПИДЕ
хотели  его  убить.  Можно  предполагать,  что  его  хотели
переправить  через  португальскую  границу  (поэтому
встреча  была  организована  в  нескольких  километрах
от  португальской  границы)  и  применили  оружие,  когда
генерал  оказал  сопротивление.
 После  обнаружения  трупов  на  берегу  реки  Гвадиа-
ны  испанские  власти  поручили  вести  расследование
этого  дела  судье  Хосе  Марии  Креспо  Маркесу.  Видимо,
достаточно  информации  могла  бы  дать  и  сама  испанская
полиция.  Просто  невероятно,  чтобы  она  не  принимала
участия  в  акциях  ПИДЕ.  Известны  случаи,  пред¬
шествующие  убийству  генерала  Дельгадо,  когда  ис¬
панская  полиция  действовала  рука  об  руку  с  ПИДЕ.
Разница  в  методах  работы  обеих  организаций  была
невелика,  цели  —  одинаковые:.  уничтожить  оппози¬
цию.
 Из  документов  судьи  Маркеса  видно,  что  произошло
непосредственно  перед  убийством.  Франкистские  власти
опубликовали  результаты  расследования.  Они  .хотели
таким  образом  оправдаться  перед  мировой  обществен¬
ностью:  хотя  убийство  и  произошло  на  территории  Ис¬
пании,  ни  один  испанский  гражданин  к  нему  непри¬
частен,  всю  тяжесть  вины  несет  португальская  эмигрант¬
ская  оппозиция.
 213

Генерал  Дельгадо,  вооруженный  пистолетом  и  соп¬
ровождаемый  сеньоритой  Кампос,  по  пути  в  Бадахос  за¬
ехал  в  Марокко.  В  Касабланке  он  переночевал  в  отеле
«Лозанна»,  где  от  Серкейры  получил  последнюю  инфор¬
мацию  о  состоянии  подготовки  к  путчу.  Из  Касабланки
на  автобусе  он  отправился  в  Тетуан.  Там,  в  местном
банке,  он  снял  со  счета  большую  сумму.  С  Серкейрой
они  договорились  так:  генерал  будет  посылать  открытки
и  подписывать  их  именем  Деолинда,  если  все  будет  в
порядке.  Если  он  подпишется  своим  собственным  име¬
нем  или  открытки  вообще  перестанут  приходить,  зна¬
чит,  он  в  опасности.  Он  возвратится  в  Марокко  самое
позднее  16  февраля.  Если  он  не  вернется  21-го,  Серкейра
должен  сообщить  об  этом  друзьям,  если  же  его  не  будет
и  23-го,  то  сообщить  и  представителям  печати.
 Сепьор  Ибаньес  и  сеньорита  Кампос  прибыли  в  ис¬
панский  город  Альхесирас  кораблем  из  Сеуты.  А  так  как
португальская  ПИДЕ  знала  о  каждом  шаге  заговорщи¬
ков,  у  испанских  пограничников  была  фотография  ге¬
нерала,  и,  несмотря  на  его  крашеные  усы  и  броские
очки,  его  сразу  опознали.  Агенты  тайной  полиции  Фран¬
ко  шли  за  подозрительной  парой  до  самой  Севильи.  Там
они  ее  упустили.  Эту  версию  разрешила  опубликовать
испанская  цензура.  Министерство  внутренних  дел  Фран¬
ко  хотело  снять  с  себя  подозрение  в  том,  что  участвовало
в  этой  акции.  За  ход  дальнейших  событий  испанская
полиция  не  может  отвечать,  так  как  слежка  была  прер¬
вана.  Они  забыли,  что  есть  свидетели,  которые  видели,
как  вскоре  после  убийства  испанские  полицейские  вы¬
носили  из  отеля  «Симанкас»  в  Бадахосе  чемоданы  уби¬
тых,  а  для  верности  еще  захватили  и  книгу  с  записями
фамилий  гостей.
 Генерал  Дельгадо  уехал  из  отеля  с  двумя  незвест-
ными  мужчинами,  о  которых  в  некоторых  сообщениях
говорилось  как  об  иностранцах  с  темным  цветом  кожи,
напоминающих  жителей  Северной  Африки.  От  отеля
«Симанкас»  они  уехали  в  белой  машине  американской
марки  «линкольн».  Она  проехала  сначала  по  шоссе
номер  523  двадцать  пять  километров  до  перекрестка
около  Оливенсы,  затем  свернула  на  шоссе  0436  и  оста¬
новилась  неподалеку  от  пустых  эданий  бывшего  по¬
местья  Лос-Альмеринос.  Генерал  ожидал,  что  там  его
 214

ждут  португальские  сподвижники.  Он  вышел.  В  темном
помещении  скрывались  три  агента  ПИДЕ.
 Кастро-и-Соуза,  сопровождавший  генерала,  отлично
сыграл  свою  роль,  за  исключением  одной  детали.  Он
должен  был  знать,  что  Дельгадо  вооружен.  Когда  ге¬
нерал  начал  стрелять,  Соуза  упал  на  землю.  Потом  в  де¬
ло  вступили  агенты  ПИДЕ,  которые  убили  генерала
Дельгадо  и  положили  его  труп  в  один  из  подготовлен¬
ных  автомобилей.
 Тяжелое  ранение  Кастро-и-Соуза  и  его  смерть  можно
объяснить  двояко:  либо  генорал  понял,  что  попал  в  ло¬
вушку  именно  при  содействии  этого  изменника  *  и  в  пос¬
леднюю  минуту  отомстил  ему,  либо  в  завязавшейся  пе¬
рестрелке  Дельгадо  случайно  попал  в  Соуза,  шедшего
впереди  него.
 Когда  агенты  ПИДЕ  поняли,  что  похищение  не  уда¬
лось,  они  возвратились  в  отель  «Симанкас»  за  опасным
свидетелем  —  сеньоритой  Кампос.  Ее  они  тоже  убили.
Позже  появились  свидетели,  которые  говорили,  что  на
португальской  стороне  границы  в  то  время,  когда  про¬
изошло  убийство,  было  очень  оживленно.  На  луга,
раскинувшиеся  по  берегам  реки  Гвадианы,  приехало
несколько  джипов  с  охотниками  на  голубей.  Жителям
деревни  они  показались  подозрительными,  поскольку
сезона  охоты  на  голубей  не  было,  да  и  вели  они  себя  не
как  охотники.
 Другое  доказательство  того,  что  генерала  Дельгадо
убили  агенты  ПИДЕ,  было  обнаружено  на  полу  покину¬
того  имения  Лос-Альмеринос.  Кроме  гильз,  выброшен¬
ных  из  пистолета  генерала  и  армейских  пистолетов  пор¬
тугальцев,  здесь  был  найден  билет  португальской  го¬
сударственной  лотереи,  со  штампом  «Лиссабон,  13  фев¬
раля»,  то  есть  поставленным  в  день  убийства.  А  так  как
из  Лиссабона  до  Бадахоса  240  километров  езды  по  хоро¬
шей  дороге,  а  убийство  было  совершено  около  шести
часов  вечера,  то,  следовательно,  это  неопровержимое
доказательство.
 Серкейра  ждал  своего  командира  до  23  февраля,
потом  по  договоренности  затрубил  тревогу.  Как  ни
странно,  его  сообщение  не  привлекло  особого  внимания.
Исчезновение  генерала  его  сторонники  в  Алжире  счи¬
тали  очередным  пропагандистским  трюком,  так  как
 215

Дельгадо  любил  подобные  романтические  приключения.
В  испанских  и  португальских  газетах  время  от  вре¬
мени  появлялись  сообщения,  что  Дельгадо  в  Милане,
в  Риме  и  даже  в  Праге.
 Не  пыталась  ли  ПИДЕ  в  сотрудничестве  с  испанской
полицией  замести  следы?  Это  было  невозможно.  Когда
трупы  обнаружили  на  испанской  территории,  полиция
Франко  не  желала  признать  себя  виновной  в  этом  деле.
Поэтому  парижское  отделение  Интерпола  после  предва¬
рительного  расследования  судьи  Маркеса,  а  также  под
впечатлением  доклада  комиссии  Международной  феде¬
рации  по  защите  прав  человека  получило  просьбу  ис¬
панской  полиции:  выдать  международный  ордер  на
арест  четырех  человек,  подозреваемых  в  убийстве  ге¬
нерала  Умберто  Дельгадо:  Кастро-и-Соуза,  труп  ко¬
торого  хотя  и  был  положен  в  холодильник  морга,  но  еще
не  был  опознан;  Роберто  Вуррито  Барала,  Вашедо  Мир-
пури  и  неизвестного  португальского  гражданина.
В  пояснении  к  запросу  полиция  Франко  сообщила,  что
эти  люди  проникли  на  испанскую  территорию  через
пограничный  переход  недалеко  от  Вильянуэвы-дель-
Фресно  в  зеленом  «опеле»  под  номером  ЕА-59-55  и  в
белом  «рено»  СБ-86-23,  зарегистрированных  в  Порту¬
галии.  Проезд  обеих  машин  и  людей,  в  них  находив¬
шихся,  был  зарегистрирован  на  пограничном  переходе
у  Гуэлвы  днем  позже.
 Из  приложенного  судебного  протокола  следует,  что
речь  идет  о  португальских  гражданах,  которых  сопро¬
вождал  португальский  таможенник,  хорошо  известный
пограничникам.  Он  сказал,  что  едет  с  друзьями  в  Се¬
вилью  развлечься.
 И  хотя  машины  действительно  поехали  по  шоссе,
ведущему  в  Севилью,  испанский  судебный  следователь
установил,  что  этих  четверых  позже  видели  на  дороге
между  Оливенсой  и  Вильянуэва-дель-Фресно,  что  у  них
были  фальшивые  паспорта.  Они  перешлй  испанскую
границу,  чтобы  похитить  генерала  Дельгадо.
 Также  стало  известно,  что  человека  по  имени  Роберто
Вуррита  Барал  не  существовало  вообще:  это  было  вы¬
мышленное  имя  и  вымышленное  лицо.  Вашедо  Мирпури,
индийский  коммерсант,  находился  в  это  время  в  Бомбее,
Кастро-и-Соуза  был  мертв1  а  других  преступников  не¬
 216

возможно  было  найти,  так  как  о  них  было  известно  толь¬
ко  то,  что  они  приехали  из  Северной  Африки.
 При  расследовании  этих  обстоятельств  появилось
доказательство,  свидетельствующее  против  ПИДЕ.  Мно¬
гие  журналисты  задавали  один  и  тот  же  вопрос:  как
можно  было  подозревать  индийца  Мирпури,  если  он  на¬
ходился  более  чем  в  десяти  тысячах  километров  от  места
убийства?
 Индийский  коммерсант  был  гражданином  Велико¬
британии,  жил  в  Джерси  в  Англии  и  в  феврале  1963  го¬
да,  то  есть  за  два  года  до  убийства  генерала  Дельгадо,
находился  по  торговым  делам  в  Лиссабоне.  Поскольку
виза  была  ему  выдана  только  на  тридцать  дней,  он  обра¬
тился  в  соответствующий  отдел  португальского  мини¬
стерства  внутренних  дел  с  просьбой  продлить  ему  пре¬
бывание  в  стране.  Туда  он  передал  свой  паспорт,  полу¬
чил  квитанцию  и  должен  был  явиться  через  неделю  за
ответом.  Когда  он  пришел  в  канцелярию,  сотрудник  со¬
общил  ему,  что  его  паспорт  утерян.  Вашедо  Мирпури,
взяв  соответствующую  справку,  отправился  в  англий¬
ское  консульство  в  Лиссабоне  и  заявил  о  случившемся.
Там  он  получил  новый  паспорт.  Но  и  тот,  старый,  не
был  потерян.  ПИДЕ  добавила  документ  Мирпури  к  дру¬
гим,  которые  готовила  для  акции  по  убийству  генерала
Дельгадо.
 Вокруг  подозреваемых  лиц  началось  представление,
разыгранное  ПИДЕ  с  помощью  испанской  полиции.  Рас¬
следование  погрязло  в  таких  деталях,  как,  например,
белый  «линкольн»,  в  котором  двое  неизвестных,  похожих
на  североафриканцев,  увезли  Дельгадо  из  отеля  «Си¬
манкас».  Эта  машина  нашлась  спустя  14  дней  после
убийства.  В  тот  день  в  автомастерскую  в  Бадахосе  поз¬
вонил  неизвестный  и  попросил  механика  отремонтиро¬
вать  автомашину  «форд-линкольн»  цвета  слоновой  кости,
которая  находится  на  дороге  недалеко  от  Вильянуэ-
вы-дель-Фресно.
 Механик  отбуксировал  ее  в  гараж.  Никто  за  ней  так  и
не  пришел.  Затем  полиция  опознала  в  ней  ту  самую
автомашину,  на  которой  убийцы  увезли  генерала.  Хи¬
мический  анализ  показал,  что  на  сиденье  были  пятна
крови.  Волосы,  которые  нашли  в  машине,  принадле¬
жали  сеньорит©  Кампос.  Ценой  болыцдх  усилий  уда¬
 217

лось  выяснить  имя  владельца  автомашины.  Им  ока¬
зался  марокканец  Тапейро,  но  с  убийством  ничего  об¬
щего  он  не  имел.
 Из  протоколов  судебного  следователя  и  комиссии
можно  сделать  вывод,  что  ПИДЕ  не  планировала  убий¬
ство.  Она  хотела  похитить  Дельгадо  и,  вероятно,  устро¬
ить  над  ним  судебный  процесс,  очернить  его  в  глазах
общественности,  приписав  ему,  кроме  всего  прочего,
измену  супруге  с  сеньоритой  Кампос.  Предполагалось
представить  его  в  крайне  невыгодном  свете.  Убийство
произошло,  вероятно,  случайно.  После  этого  агенты
начали  импровизировать  и  поэтому  перевезли  трупы
через  границу  в  Португалию.  Тяжелораненый  Каст-
ро-и-Соуза  умер  дорогой,  не  получив  вовремя  медицин¬
ской  помощи.
 Вместо  ценного  пленника,  которого  португальская
юстиция  могла  использовать  в  качестве  пропагандист¬
ского  материала  с  целью  воздействия  на  обществен¬
ность,  полицейские  получили  сразу  три  трупа.  Ко¬
нечно,  избавиться  от  них  большого  труда  не  составляло.
Но  это,  однако,  все  равно  выходило  за  рамки  акции,  ко¬
торую  готовили  в  Лиссабоне  более  года.  ПИДЕ  не  мог¬
ла  позволить  себе  потерпеть  фиаско.  Поэтому  она  отпра¬
вила  своих  агентов  струнами  обратно.  Если  Дельгадо  не
мог  послужить  Салазару  живым,  пусть  послужит  мерт¬
вым.  Общественность  должна  была  узнать,  что  генерала
убили  его  собственные  люди.
 Этот  факт  не  исключается.  Ведь  рядом  с  сеньори¬
той  Кампос  лежал  труп  убитого  Кастро-и-Соузы.  А  бе¬
лый  «линкольн»,  брошенный  на  дороге  с  компрометиру¬
ющими  следами  убийства?  Он  должен  был  послужить
указателем,  где  следует  искать  убитых.  Автомеханик  в
своих  показаниях  сообщил,  что  неизвестный,  который
ему  позвонил,  говорил  по-испански  с  явным  португаль¬
ским  акцентом.
 Таким  образом,  покушение,  первоначально'  планиро¬
вавшееся  какг  похищение,  произошло  совершенно  ина¬
че.  Обе  стороны  переоценили  свои  силы*  Генерал  Ум¬
берто  Дельгадо;  которого'  похоронили  на  маленьком
кладбище  в  Вильянуэва-дель-Фресно,  недалеко  от  того
места,  где  он  был  убит,  так  и  не  дожил  до  славного  пе¬
реворота  в  апреле  1974  года;  Когда  же  после  пятидесяти¬
 218

летнего  угнетения  в  Португалии  появились  надежды  на
восстановление  демократических  свобод,  когда  тайные
агенты  ПИДЕ  оказались  за  решеткой  или  бежали  от
возмездия,  убийцы  генерала  Дельгадо  были  разобла¬
чены.
 В  начале  июля  1974  года  из  уст  нового  португаль¬
ского  министра  иностранных  дел  весь  мир  узнал,  что
дело  об  убийстве  в  Бадахосе  удалось  раскрыть.
 Мнимый  помощник  Дельгадо,  выступавший  под  име¬
нем  Эрнесто  Кастро-и-Соуза,  был  тайным  агентом  ПИДЕ,
настоящее  имя  которого  —  Лопес  Рамос.  Генерала  Дель¬
гадо  он  доставил  прямо  в  руки  агентов  ПИДЕ  Агос-
тина  Тьенка,  Антонио  Роза  Козака  и  Казимира  Монтей-
ра.  Последний  и  убил  генерала  Дельгадо.  Это  случи¬
лось  вскоре  после  пересечения  португальской  границы
у  Сан-Леонардола.
 Когда  агенты  ПИДЕ  закопали  трупы  генерала
Дельгадо,  его  секретарши  и  Лопеса  Рамоса,  они  воз¬
вратились  и  доложили  своим  шефам  в  ПИДЕ,  что
задание  выполнено.  Их  руководителями  были  Пайс  де
Альмейдо-и-Сильва,  Барбьери  Кардосо-и-Перейра  де
Карвальо.
 Всего  было  десять  преступников.  Трое  оставались
неизвестными.  Остальные  дожидаются  суда.
 В  январе  1975  года  тело  генерала  в  гробу,  обернутом
португальским  национальным  флагом,  перевезли  в  Лис¬
сабон.  Несколько  сотен  людей,  собравшихся  в  лисса¬
бонском  храме  Санта  Кондеставел,  приветствовали  его
останки  восклицанием  «Да  здравствует  революция!».
Затем  генерал  Дельгадо  был  торжественно  погребен  со
всеми  почестями.  Воинское  звание,  которого  лишили
его  фашисты,  ему  было  возвращено  посмертно.

ПОХИЩЕНИЕ
УЧИТЕЛЯ  МАТЕМАТИКИ
 Они  сидели  за  рюмкой  перно  в  кафе  на  Елисейских-
нолях.  Допив  вино,  они  заплатили  и  вышли  на  улицу.
Тот,  кто  был  постарше,  спокойный,  улыбающийся,  с  та¬
ким  же  темноватым  цветом  кожи  и  карими  глазами,  как
н  другой,  подозвал  такси.
 —  Бар  «Липп»,—  сказал  шоферу  Мехди  Бен  Барка.
 —  Бульвар  Сен-Жермен?  —  спросил  для  уверен¬
ности  таксист.
 —  У  памятника  Дидро.
 Водитель  кивнул  и  влился  в  поток  автомашин.
 —  Я  очень  рад,  что  ты  для  сценария  выбрал  именно
меня,  —  сказал  Тхамир  Эль  Аземури.
 Он  также  родом  из  Марокко  и  в  Сорбонне  изучал
историю.  Он  был  пониже  ростом,  чем  его  сорокачетырех-
летиий  земляк,  бывший  преподаватель  математики
Мехди  Бен  Барка,  и  носил  очки  в  золотой  оправе.  У  него
круглое  лицо,  полные  губы  и  мягкие  курчавые  волосы.
 —  Режиссером  будет  Франжу.
 —  Чудесно,  —  сказал  студент.
 —  Чудесно  то,  что  такой  фильм  вообще  будет  сни¬
маться.  Деколонизация  Африки!..  Они  ждут  нас  у  «Лип-
па»:  Франжу,  Фигон  и  Бернье.
 —  Тот  самый  публицист?  У  пего  не  самое  луч¬
шее  имя.
 —  Издатель  Фигон  и  он  будут  финансировать  фильм.
Я  выбираю  себе  друзей,  что  же  касается  торговых  парт¬
неров...
 По  бульвару  Сен-Жермен  от  светофора  к  светофору
ползет  бесконечный  поток  автомобилей.  Была  пятница
29  октября  1965  года,  половина  первого  —  час  пик.
Мехди  Бен  Барка  смотрит  на  часы.  В  ста  метрах  от  их
машины,  рядом  с  собором  Сен-Жермен-де-Пре,  еще  один
человек  смотрит  на  минутпую  стрелку,  сидя  в  перепол¬
ненном  черном  «пежо-403».
 220

Когда  такси  подъехало  к  памятнику  Дидро  и  остано¬
вилось  перед  красным  сигналом  светофора  на  перекрест¬
ке,  Мехди  Бен  Барка  расплатился.  Оба  вышли  из  маши¬
ны.  Они  сделали  несколько  шагов  по  тротуару,  где  в
это  время  было  много  прохожих,  осмотрели  витрину
книжного  магазина.  Недалеко  от  них  остановился  чер¬
ный  «пежо-403».  Из  него  выскочили  двое.  Неподалеку
от  входа  в  бар  «Липп»  стоял  человек  с  орлиным  носом.
Он  сделал  знак.  Если  бы  его  увидел  кто-нибудь  из  его
подчиненных,  то  определенно  удивился  бы,  недоумевая,
какую  роль  здесь  может  играть  Антуан  Лопес,  директор
канцелярии  «Эр  Франс»  в  аэропорту  Орли.  Оказывается,
он  является  также  тайным  агентом  французской  разве¬
дывательной  службы  (СДЕКЕ—Служба  внешней  доку¬
ментации  и  контрразведки).  Знали  об  этом  немногие.
 Он  кивнул  еще  раз.  К  Мехди  Бен  Барке  подошли  двое
в  гражданском.
 —  Полиция,—  сказал  один  из  них.—  Мы  получили
приказ  пригласить  вас  на  одну  встречу.  Пожалуйста,
идите  за  нами  спокойно,  чтобы  не  привлекать  внимание.
 —  Ваши  удостоверения  личности,  господа?  —  пот¬
ребовал  Мехди  Бен  Барка.
 Они  осмотрелись,  потом  вошли  в  пассаж.
 Там  оба  неизвестных  показали  удостоверения  сотруд¬
ников  парижской  полиции.  Тот,  которого  звали  Луи  Су-
шон,  занимал  должность  комиссара  по  уголовным  делам,
второй  —  Раймон  Вуато  —  был  полицейским.  Мех¬
ди  Бен  Барка  кивнул  в  знак  согласия  и  пошел  с  ними  к
черному  «пежо».
 Студент  Аземури  видел  всю  эту  сцену.  Он  никак  не
мог  понять,  в  чем  дело,  и  поэтому  деликатно  держался  в
стороне.  Когда  он  понял,  что  его  друга  ведут  к  машине,
чтобы  увезти,  он  подошел  и  тоже  попытался  сесть  в  ма¬
шину.  Один  из  полицейских  весьма  энергично  преградил
ему  дорогу.  Дверцы  захлопнулись,  и  машина  затеря¬
лась  в  потоке  автомобилей.
 Любой  другой  стал  бы  расспрашивать,  о  какой  встре¬
че  идет  речь,  куда  его  везут  и  почему  именно  парижская
полиция  передает  ему  это  приглашение.  Мехди  Бен  Бар¬
ка  был  спокоен.  Даже  такое  необычное  приглашение
его  не  удивило.  В  другом  случае  Тхамир  Эль  Аземури
немедленно  уведомил  бы  об  этом  родственников  Бен
 221

Барки  и,  вероятно,  сообщил  бы  в  ближайший  полицей¬
ский  участок.  На  этот  раз  ничего  подобного  он  не  сде¬
лал,  во  всяком  случае,  сделал  это  не  сразу.
 Между  тем  автомобиль,  в  котором  сидел  Бен  Барка,
петлял  по  парижским  бульварам,  направляясь  в  сторо¬
ну  аэропорта  Орли.  Лопес  сидел  рядом  с  шофером.  По¬
лицейские  Вуато  и  Сушон  —  сзади.  Бен  Барка,  как  потом
стало  известно,  думал,  что  его  везут  в  аэропорт,  чтобы
выслать  из  Франции.  Поэтому  он  начал  протестовать,
требовать,  чтобы  ему  вернули  хотя  бы  чемодан,  который
остался  в  гостинице.  Потом  он  понял,  что  они  едут  не  в
аэропорт.
 —  Вы  встретитесь  с  шефом,  —  сказал  Антуан  Лопес.
 Бен  Барка  с  минуту  помолчал,  потом  стал  говорить
 о  своей  недавней  аудиенции  у  президента  де  Голля  и  о
том,  что  он  никоим  образом  не  нарушил  французские
законы.  Наоборот,  он  уважает  порядок  и  организацию,
восторгается  принципами  политики  де  Голля.
 —  Вас  никто  ни  в  чем  не  упрекает,—  проронил  один
из  полицейских.
 —  Вы  встретитесь  за  городом.  На  вилле,—  сказал
Лопес.
 Машина  въехала  в  Фонтенэ-ле-Виконт  и  останови¬
лась  в  саду  большой  усадьбы.  Позже  стало  известно,
что  ее  владельцем  был  международный  гангстер  Жорж
Бушсеш.
 Мехди  Бен  Барку  провели  в  холл  и  попросили  мину¬
ту  подождать.  «Пожалуйста,  вот  вам  журналы,  там  те¬
левизор,  сейчас  принесут  что-нибудь  выпить».  Через  ми¬
нуту  принесли  стакан  чая,  а  примерно  через  час  подали
обед.
 Между  тем  состоялось  несколько  телефонных  разго*
воров.  Антуан  Лопес  и  оба  полицейских  сразу  возвра¬
тились  в  Париж.  В  16  часов  19  минут  Лопес  позвонил  в
город  Рабат  по  номеру  240-11.  Это  был  номер  мароккан¬
ского  министерства  внутренних  дел.  Он  разговаривал  с
начальником  кабинета  главы  марокканской  государст¬
венной  безопасности.  Впоследствии  выяснилось,  что  и
владелец  виллы,  гангстер  Бушсеш,  который  до  сих  пор
все  еще  не  показался  своему  гостю,  сразу  же  после  его
приезда  позвонил  в  Марокко  и  произнес  довольно  стран¬
ную  фразу:
 222

—  Передайте  генералу,  что  морковь  сварена.
 Антуан  Лопес  сидел  в  своей  канцелярии  в  аэропорту
Орли  и  ровно  через  час  после  первого  телефонного  разго¬
вора  снова  позвонил  в  Рабат.  По  номеру  203-01  отозвал¬
ся  заведующий  канцелярией  министра  внутренних  дел
капитан  Бен  Слиман.  Содержание  разговора  весьма
интересно.  Сотрудник  авиакомпании  «Эр  Франс»  прика¬
зывал  марокканскому  министру  внутренних  дел  генера¬
лу  Уфкиру  немедленно  оставить  все  дела,  сесть  в  само¬
лет  и  как  можно  быстрее  прибыть  в  Париж.  Разрешение
на  приземление  в  аэропорту  Орли  он  обеспечит.
 Но  генерала  Уфкира  не  было  в  то  время  в  Рабате,  он
находился  в  другом  городе  королевства  Марокко,  в
Фезе.  Сообщение  о  телефонном  звонке  из  Парижа  заста¬
ло  его  непосредственно  перед  отъездом,  поэтому  он
попросил  передать  Лопесу  на  виллу,  чтобы  тот  позво¬
нил  ему  в  Мекнес,  где  он  будет  проездом.  Вечером  Лопес
говорил  с  генералом  Уфкиром.  В  два  часа  ночи,  то  есть
уже  30  октября,  на  вилле  в  Ормуа  снова  раздался  те¬
лефонный  звонок.  Марокканский  министр  внутренних
дел  генерал  Уфкир  сообщал,  что  прибудет  в  аэропорт
Орли  в  семнадцать  часов.  Антуан  Лопес,  тайный  агент
французской  разведывательной  службы,  затем  принял
еще  одну  телефонограмму.  Она  была  также  из  Марокко,
от  заместителя  начальника  марокканской  службы  госу¬
дарственной  безопасности  Ахмеда  Длими.  И  он  сообщил,
что  прибудет  в  Орли  около  семнадцати  часов.
 В  субботу,  30  октября,  первым  в  Париж  прилетел
Ахмед  Длими,  затем  генерал  Уфкир.  Кроме  Антуана  Ло¬
песа,  гостей  ожидал  еще  комиссар  марокканской  поли¬
ции  Эль  Магди,  племянник  Уфкира  и  его  доверенное
лицо,  выдававший  себя  здесь  за  студента.
 На  пути  с  аэродрома  в  город  генерал  Уфкир  узнал,
что  Лопес  с  семьей  собирается  уехать  на  субботу  и  вос¬
кресенье.  А  так  как  они  были  хорошими  знакомыми,
Уфкир  попросил  Лопеса  оставить  ему  ключи  от  виллы
в  Ормуа.  Лопес  с  радостью  согласился,  так  как  считал
просьбу  генерала  честью  для  себя.  Собрав  чемоданц,  он
с  женой  и  детьми  в  хорошем  настроении  уехал  в  Беф»
легард,  в  департамент  Луара.  Операция  проходила  по
плану.  По  дороге  он  включил  радио  и  понял,  что  все
обстоит  совершенно  иначе.  Диктор  передавал^  что  вчера
 223

в  Париже  исчез  руководитель  марокканской  оппозиции
Мехди  Бен  Барка.
 Студент  исторического  факультета  Тхамир  Эль  Азе¬
мури  должен  был  знать,  в  какой  ситуации  находится
Бен  Барка,  что  здесь  он  числится  эмигрантом,  а  в  Ма¬
рокко  заочно  приговорен  к  смертной  казни.  Тем  не  ме¬
нее  обо  всех  этих  обстоятельствах  он  вспомнил  не  сразу.
Как  иначе  можно  объяснить  то,  что  Абделькадеру,  бра¬
ту  Мехди,  он  сообщил  обо  всем  случившемся  только
поздно  вечером?
 Но  и  Абделькадер  Бен  Барка  не  сразу  побежал  в  по¬
лицию.  Ведь  он  знал,  что  король  Марокко  Хасан  в  опре¬
деленных  тактических  целях  пытается  наладить  контакт
с  оппозицией  в  эмиграции  и  что  эти  переговоры  ведутся
втайне.  Поэтому  полиция  поздно  узнала  о  случившемся.
Только  в  понедельник  власти  и  общественность  пришли
к  выводу,  что  Бен  Барка  был  похищен  средь  бела  дня
в  центре  Парижа.  В  среду,  3  ноября,  президент  Фран¬
цузской  Республики  генерал  Шарль  де  Голль  получил
телеграмму  от  матери  Бен  Барки,  в  которой  пожилая
женщина  просила  сделать  все  возможное  для  спасения
сына.
 Почему  мать  Бен  Барки  телеграфировала  прямо
французскому  президенту?  Потому  что  Мехди  Бен  Бар¬
ка  жил  в  Париже  с  ведома  французских  властей  и  о  его
приезде  знала  полиция.  Да,  она  должна  была  его  охра¬
нять,  но  вместо  этого  приняла  участие  в  его  похищении.
Сознательно  или  бессознательно?  Знали  ли  комиссар  Су-
шон  и  его  ассистент  Вуато  суть  дела?  Очевидно,  нет.  Они
получили  указание  от  сотрудника  секретной  службы
Лопеса,  который  их  заверил  в  том,  что  все  будет  в  пол¬
ном  порядке.
 Скандал,  который  мог  разразиться  после  исчезнове¬
ния  Бен  Барки,  сулил  мало  приятного  президенту  де  Гол-
лю.  К  тому  же  телеграмма  от  матери  Бен  Барки  пришла
за  несколько  часов  до  того,  как  генерал  снова  выдвинул
свою  кандидатуру  на  пост  президента.
 В  тексте  марокканской  «Белой  книги»  о  ходе  дела
Бен  Барки,  которую  опубликовало  правительство  Ха¬
сана,  говорится  о  том,  что  марокканский  лидер  оппози¬
ции  договорился  с  представителями  французского  пра¬
вительства  о  плане  проведения  путча,  целью  которого
 224

было  свержение  абсолютистской  проамериканской  мо¬
нархии  Хасана;  постепенно  выходящей  из-под  француз¬
ского  влияния.
 У  Франции  было  несколько  причин  для  ведения  та¬
ких  секретных  переговоров.  Это  все  более  ослабеваю¬
щее  влияние  в  Марокко,  которое  французы  издавна
привыкли  считать  своей  территорией.  Кроме  того,
согласно  утверждению  марокканской  «Белой  книги»,
речь  шла  о  престиже  президента.  Де  Гол  ль  принци¬
пиально  стоял  за  устранение  влияния  американцев  на
европейскую  политику.
 По  заявлению  марокканских  официальных  органов,
французская  разведывательная  служба  хотела  симули¬
ровать  похищение  Бен  Барки  и  организовать  акцию  так,
чтобы  создать  впечатление,  будто  оппозиционного  поли¬
тика  похитили  сами  марокканцы.  За  кулисами  этого
дела  должно  было  просматриваться  явное  влияние  ми¬
нистра  внутренних  дел  генерала  Уфкира.  Больше  того,
похищение  должно  было  произойти  во  время  официаль¬
ного  визита  генерала  Уфкира  в  Париж.  Не  исключа¬
лась  и  возможность  скандала.  Полиция  обнаружила  бы
место,  где  укрывали  похищенного,  нашла  бы  похитите¬
лей  —  марокканцев,  освобожденный  Бен  Барка  устра¬
ивал  бы  пресс-конференции  с  явной  пропагандистской
направленностью.  Монархия  Хасана  были  бы  поко¬
леблена  в  самом  своем  основании,  настало  бы  время
провозгласить  в  Марокко  республику  во  главе  с  Бен
Баркой,  который  всегда  был  сторонником  самого
тесного  сотрудничества  с  Францией.
 Знающие  суть  дела  не  верили  ни  единому  слову  этого
заявления.  Мировая  общественность  постепенно  приш¬
ла  к  такому  же  мнению,  которое  с  самого  начала  царило
на  улочках  Марракеша,  Рабата,  Касабланки  или  Феза.
Мехди  Бен  Барка  являлся  единственным  марокканским
политическим  деятелем,  который  имел  такую  популяр¬
ность,  что  мог  поколебать  трон  Хасана.  Поэтому  король
и  его  генерал  договорились  об  акции,  которая  затраги¬
вала  их  общий  интерес.  Испытанных  агентов  у  них
имелось  достаточно.
 Директор  канцелярии  авиационной  компании  «Эр
Франс»  в  аэропорту  Орли  Антуан  Лопес  в  свое  время
служил  в  Танжере  авиационным  инспектором.  Может
 6  в.  п.  Боровичка
 225

быть,  тогда  он  еще  не  сотрудничал  с  уголовной  полици¬
ей,  но  явно  уже  подвизался  на  французской  разведы¬
вательной  службе.  От  него  в  свое  время  и  получили
сообщение  о  том,  что  с  танжерского  аэродрома  вылетел
в  Тунис  самолет  с  Бен  Беллой  и  его  сотрудниками.
Так  были  арестованы  видные  деятели  национально-ос¬
вободительного  движения;  самолету  марокканской  ком¬
пании  «Эр  Атлас»  под  угрозой  французских  воен¬
ных  истребителей  пришлось  приземлиться  вместо  Ту¬
ниса  в  Алжире.
 Кем  же,  собственно,  был  Мехди  Бён  Барка,  если
вокруг  него  возникла  масса  интриг  международного
характера,  а  его  похищение  вылилось  в  скандал,  ко¬
торый  мог  затронуть  самого  президента?
 У  него  было  символичное  имя.  Эль  Мехди  по-арабски
означает  «божий  посланник»,  «спаситель».  Однако,  по
европейским  понятиям,  он  ни  по  виду,  ни  по  поведению
не  был  похож  па  святого.  Это  был  энергичный,  твердый
человек,  который  знал,  чего  он  хочет.  Он  умел  говорить,
а  поскольку  родился  он  в  семье  судебного  пристава,
то  образование  ему  было  более  доступно,  чем  богатство.
Уже  в  молодости  он  встал  па  сторону  народа  и  боролся
за  независимость  своей  родины.
 Учебу  закончил  в  1944  году.  Когда  Ахмед  Балаф-
редж,  основатель  прогрессивной  буржуазной  партии
Истикляль,  призвал  молодых  интеллектуалов  подписать
«Манифест  независимости»,  подпись  Бен  Барки  стала
рядом  с  именами  Абдеррахима  Буабида  и  Абделкебира
Фасси.  В  те  годы,  когда  движение  за  независимость
Марокко  было  подавлено  и  султан  Мохаммед  находился
в  своем  дворце  под  домашним  арестом,  Мехди  Бен  Барка
был  единственным  человеком,  кому  генеральный  ре¬
зидент  маршал  Жюэн  не  мог  запретить  доступ  во  дворец.
Дело  в  том,  что  Мехди  Бен  Барка  учил  математике  сына
Мохаммеда,  наследного  принца  Мулая  Хасана,  буду¬
щего  короля.
 Все  же  в  1952  году  он  не  избежал  депортирования,
хотя  и  пробыл  в  негостеприимной  пустыне  меньше
двух  лет.
 В  каменистой  пустыне  Центрального  Атласа  лежит
деревня  Имилшил,  окруженная  трехтысячеметровыми
безымянными  вершинами  гор.  Зимой  здесь  трескучий
 226

мороз,  а  летом  —  тягостная  жара.  Это  тюрьма  без  ре¬
шеток,  роль  колючей  проволоки  отлично  выполняет  пус¬
тыня,  раскинувшаяся  на  десятки  километров  вокруг.
Здесь  жил  Бен  Барка,  когда  был  в  изгнании.  Здесь
в  феврале  1954  года  он  познакомился  с  интересным
человеком.  Это  был  друг  его  тюремщиков,  худоща¬
вый  марокканский  офицер  с  белой  кожей.  Вскоре
их  встречи  и  споры  стали  ежедневным  делом.  Говорили
они,  главным  образом,  о  политике  и  о  будущем  Марокко.
Этот  марокканский  офицер  кое-что  уже  имел  за  плеча¬
ми,  повидал  мир.  Он  служил  во  французской  армии,
некоторое  время  был  в  Италии,  вместе  с  экспедицион¬
ным  корпусом  французской  армии  попал  во  Вьетнам  и
совсем  недавно  вернулся  из  Индокитая.  Теперь  он  слу¬
жил  в  марокканской  армии.  Звали  его  Мохаммед  Уфкир.
Затем  он  был  назначен  адъютантом  нового  генерального
резидента  в  Марокко  французского  генерала  Бойеде  ля
Тура,  под  командованием  которого  он  когда-то  служил
в  Индокитае.  Мохаммед  Уфкир,  таким  образом,  был  тем,
кого  при  всех  режимах  и  во  всех  странах  называют  кол¬
лаборационистом.
 Он  поддерживал  связи  с  интернированным  лидером
оппозиции  Бен  Баркой.  Поняв,  что  дни  ставленника
французов  султана  Бен  Арафы  сочтены  в  связи  с  могу¬
чим  ростом  освободительного  движения  в  колониальных
странах  и  ситуация  заставляет  Францию  изменить  по¬
литический  курс,  он  стал  более  откровенно  говорить
с  Бен  Баркой  и,  наконец,  предложил  ему  сотрудни¬
чество.  Мохаммед  Уфкир  стал  поставлять  ценную  ин¬
формацию  марокканскому  движению  сопротивления,
к  которой  он  имел  доступ  по  роду  службы,  а  также  ту,
которую  он  получил  от  своего  хорошего  приятеля  —■
французского  капитана  Леруа.
 После  переворота  1956  года  Марокко  было  провозгла¬
шено  независимым  государством,  Мохаммед  стал  коро¬
лем.  Мехди  Бен  Барка  обрел  свободу,  а  капитан  марок¬
канской  армии,  адъюЧгант  представителя  оккупантов
вышел  из  воды  совершенно  сухим.  Сам  Мехди  Бен  Бар¬
ка  подтвердил,  что  Уфкир  сотрудничал  с  партизанами,
передавая  освободительному  движению  ценные  сведе¬
ния.  Так  «патриот»  Уфкир  попал  прямо  в  военный  ка¬
бинет  Мохаммеда  V.  И  его  карьера  пошла  в  гору.
 8*
 227

Следует  обратить  внимание  на  одну  деталь.  Тот  са¬
мый  друг  Уфкира,  французский  капитан,  который  пе¬
реселился  во  Францию,  позже  стал  полковником  Леруа,
известным  также  под  именем  Финвилль,  сотрудником
французской  разведывательной  службы.  В  дальнейших
Событиях  он  сыграл  важную  роль.
 В  конце  1955  года  партия  Истикляль  созвала  свой
первый  съезд.  Был  провозглашен  лозунг:  «Землю  кре¬
стьянам».  Бен  Барка  стал  популярным  и  влиятельным
руководителем.  Король  Мохаммед  V,  очевидно  по  под¬
сказке  умных  советников,  попытался  его  разоружить
тем,  что  назначил  председателем  Национального  собра¬
ния.  У  Бен  Барки,  однако,  не  закружилась  голова  от
славы.  Его  избрали,  секретарем  партии  Истикляль,  он
постоянно  общался  с  профсоюзными  деятелями,  сту¬
дентами,  крестьянами  из  бедных  деревень.  В  резуль¬
тате  он  все  больше  и  больше  склонялся  влево  в  своих
взглядах,  пока  не  произошел  его  окончательный  раскол
с  партией  Истикляль.  В1959  году  он  основал  Националь¬
ный  союз  народных  сил  (НСНС).  Новая  партия,  которую
можно  назвать  прогрессивной  и  социалистической,
быстро  нашла  сторонников.  В  1963  году  она  уже  имела
в  парламепте  двадцать  девять  депутатов.
 Однако  надежды  Марокко  на  демократический  путь
развития  жили  недолго.  Генералы  раскрыли  так  назы¬
ваемый  «июльский  мятеж»,  который  стал  предлогом  для
наступления  против  прогрессивных  сил.  Мехди  Беп  Бар¬
ка  эмигрировал  и  заочно  был  приговорен  к  смертной
казни.  В  1961  году  король  Мохаммед  V  умер  при  невы¬
ясненных  по  сей  день  обстоятельствах.  На  трон  вступил
Хасан  II,  тот  самый  ученик  Бен  Барки,  Мулай  Хасан.
Бывший  преподаватель  математики  публично  критико¬
вал  политику  своего  бывшего  ученика.  Королю
Хасану  II  это,  разумеется,  не  правилось.  Мехди  Бен
Барка  во  второй  раз  был  заочно  приговореп  к  смертной
казни.  Он  знал,  что  будет  жив  до  тех  пор,  пока  не  пере¬
сечет  границу  Марокко.
 В  начале  1966  года  в  Гаване  проходила  Конферен¬
ция  трех  континентов,  на  которой  представители  Азии,
Африки  и  Латинской  Америки  решали  актуальные
вопросы  борьбы  против  империализма.  Мехди  Ъен  Бар¬
ка  был  одним  из  главных  инициаторов  этого,  важного
 228

политического  форума,  но  принять  в  нем  участие  он  уже
не  смог.
 Вернемся  еще  раз  к  апрелю  1965  года.  Положение
в  Марокко  обострилось.  Король  Хасан  II  решил  пра¬
вить  твердой  рукой,  но,  несмотря  на  это,  а  может  быть  —
как  раз  поэтому,  оказался  в  политической  изоляции.
Для  того  чтобы  поддержать  свой  авторитет,  он  вынуж¬
ден  был  опереться  главным  образом  на  своих  полковни¬
ков,  прекратить  действие  конституции  и  распустить
парламент.  Большинство  лидеров  оппозиции  бойкоти¬
ровало  политику  Хасана  и  на  министра  внутренних
дел  также  смотрело  сквозь  пальцы.
 Хасан  II  был  отнюдь  не  дилетантом  в  политике.  За
его  плечами  была  большая  школа.  Он  сообразил,  что
проще  подать  руку  оппозиции,  нежели  запугивать  ее  ре¬
прессиями.  Поэтому  он  стал  подумывать  о  помиловании
руководителя  народного  движения  Бен  Барки.  Он  изло¬
жил  свой  план  некоторым  политическим  советникам,
среди  которых  министра  внутренних  дел  Уфкира  не  ока¬
залось.  Случайно  ли  это  было  сделано  или  же  специ¬
ально?
 У  генерала  Уфкира,  однако,  везде  имелись  свои  уши,
в  том  числе  и  в  королевском  дворце.  Министр  внутрен¬
них  дел  отправился  к  королю  и  постарался  убедить  его
не  блокироваться  с  изменником.  Король  Хасан  знал,  что
Бен  Барка  является  смертельным  врагом  Уфкира.  Ви¬
димо,  поэтому  он  и  не  обратил  внимания  на  советы  ми¬
нистра.  Тогда  генерал  Уфкир  решает  действовать  на
свой  страх  и  риск.  Особенно  после  того,  когда  в  апреле
король  Хасан  объявил  амнистию,  распространяющую¬
ся  и  на  оба  смертных  приговора,  вынесенных  Бен  Барке.
Доверенное  лицо  короля  и  одновременно  тайный  агент
Уфкира  принес  своему  генералу  сообщение  о  том,  что
король  сказал  о  руководителе  национально-освободи¬
тельного  движения  следующее:  «Я  все-таки  никак  не
могу  забыть  о  том,  что  Бен  Барка  был  моим  преподавате¬
лем  математики  и  воспитывал  во  мне  патриота».  .Но  это
еще  не  было  той  последней  каплей,  которая  переполни¬
ла  чашу  терпения.  Король  Хасан  II  приказал  своему
послу  в  Париже,  чтобы  тот  связался  с  Бен  Баркой,  объ¬
яснил  ему  ситуацию  и  постарался  выяснить  его  позицию.
Встреча  произошла  во  Франкфурте-на-Майне  в  квартире
 229

брата  Бен  Барки  Абделькадера.  Уфкиру  стало  известно
об  этой  встрече...
 Городок  Боудениб  и  сегодня  не  более  чем  большой
оазис  на  краю  пустыни.  В  1924  году,  когда  в  ста¬
рой  марокканской  семье  родился  Мохаммед  Уфкир,
здесь  не  было  даже  приличной  дороги.  Отец  Мохаммеда,
местный  феодал,  был  ярым  националистом.  Несмотря
на  это,  он  послал  своего  сына  во  французское  военное
училище  в  Мекнес,  которое  тот  в  восемнадцать  лет  за¬
кончил  с  отличием  и  возвратился  домой  с  погонами
младшего  лейтенанта.
 В  условиях  тогдашнего  Марокко  путь  к  карьере  ему
был  открыт.  Мы  уже  говорили  об  остановках  Уфкира  на
пути  к  генеральским  погонам.  Чтобы  его  портрет  полу¬
чился  более  полным,  добавим  еще,  что  он  принял  участие
в  войне  во  Вьетнаме,  где  зарекомендовал  себя  жестоким
и  суровым  наемником.  Когда  Мохаммеду  Уфкиру  ловко
удалось  из  французского  коллаборациониста  превра¬
титься  в  слугу  короля,  он  еще  несколько  раз  проявил
себя  жестоким  палачом.  В  1958  году  вспыхнуло  восста¬
ние  некоторых  племен  в  области  Рифа,  и  он  был  одним
из  тех,  кто  постарался  потопить  его  в  крови.
 После  этого  «геройского»  поступка  Уфкир  занялся
организацией  секретной  службы.  Он  выбрал  для  этого
дела  надежных  учителей  и  опытных  экспертов:  один  —
бывший  сотрудник  гитлеровского  гестапо,  другой  —
французский  полицейский  офицер.  Шефом  секретной
службы,  разумеется,  стал  Мохаммед  Уфкир.  Он  немед¬
ленно  мобилизовал  своих  тайных  агентов  на  борьбу
против  Национального  союза  народных  сил  во  главе
с  Бен  Баркой.  Бен  Барка  был  объявлен  врагом  номер
один  как  раз  теми  вельможами,  с  которыми  сотрудни¬
чал  шеф  тайной  полиций  Уфкир.
 Но  самым  грязпым  пятном  на  репутации  Уфкира,
полученным  до  дела  Мехди  Бен  Барки,  явились  его
действия  в  1964  году  в  Касабланке.  В  рамках  полити¬
ческой  диктатуры,  характерной  для  правительства
короля  Хасана  II,  были  введены  ограничения  для
лиц,  желающих  учигься  в  высших  учебных  заведе¬
ниях.  Студенты  Касабланки  вышли  на  улицы  и  устрои¬
ли  демонстрацию  протеста  против  произвола  режима.
Генерал  Уфкир  сел  в  военный  вертолет  и  приказал
 230

пилоту  как  можно  ниже  пролететь  над  улицами,
по  которым  проходили  молодые  люди.  В  вертолете
он  сел  за  бортовой  пулемет  и  открыл  стрельбу  по
безоружным  студентам.  На  улицах  осталось  лежать
около  ста  убитых.  Нет,  он  не  предстал  перед  судом  как
убийца  и  не  был  наказан,—  он  был  назначен  минист¬
ром  внутренних  дел.
 У  марокканского  министра,  разумеется,  были  на
руках  все  козыри  в  игре  против  политического  деятеля
Бен  Барки.  Но  он  был  уже  слишком  высокопоставлен¬
ным  и  опытным  интриганом,  чтобы  самому  пачкать
руки.  Поэтому  в  июле  1965  года  в  марокканском  по¬
сольстве  в  Париже  появился  новый  дипломат  с  паспор¬
том  на  имя  Ларби  Штуки.  Это  —  секретный  агент
Уфкира.  Настоящее  его  имя  Найми  Мулуд,  ему  двад¬
цать  восемь  лет,  он  офицер  полиции  и  сотрудник  ма¬
рокканской  секретной  службы.  Отправился  он  в  эту
командировку,  чтобы  подготовить  группу,  которая
должна  была  похитить  Бен  Барку.  Казалось,  что  Уфкир
хочет  доставить  своего  врага  на  территорию  Марокко,
где  у  него,  как  министра  внутренних  дел,  были  бы  дос¬
таточные  возможности  расправиться  с  ним,  невзирая
на  королевскую  амнистию.
 Штуки  —  сообразительный  парень,  и  к  тому  же  он
хорошо  знает  парижский  уголовный  мир.  Его  первым
сотрудником  стал  специалист  по  вопросам  Магриба
(арабский  запад:  историческое  название  Марокко,  Ту¬
ниса,  Алжира  и  Тринолитании)  и  журналист  с  дурной
славой  Филипп  Бернье.  Он  уже  привлекался  к  суду,
но  был  выпущен  под  залог.
 Даже  сегодня  все  еще  невозможно  доказать,  встре¬
чался  ли  эмиссар  Штуки  в  Париже  с  представителями
СДЕКЕ  или  ДСТ  (управление  безопасности  террито¬
рии),  могущественным  отделом  контрразведки  и  службы
внутренней  безопасности.  Согласно  заявлению  полков¬
ника  контрразведки  Леруа,  именуемого  иногда  Фин-
вилль,  высказанному  им  судье  Золлингеру,  8  октября
1965  года  проходило  важное  совещание.  Полковник
Леруа  —  Финвилль  прибыл  в  центр  французской  сек¬
ретной  службы  на  бульваре  Мартье,  предварительно  по¬
бывав  в  канцелярии  директора  СДЕКЕ  генерала  Поля
Жакье.  В  связи  с  тем,  что  речь  шла  о  координации
 231

связи  СДЕКЕ  с  зарубежными  разведывательными  служ¬
бами,  в  беседе  наверняка  принял  участие  и  полковник
Марей,  который  отвечал  за  этот  участок  деятельности.
В  результате  совещания  было  принято  решение  о  том,
что  не  следует  предоставлять  свободу  действий  агенту
Штуки,  а  нужно  помочь  ему.
 Об  этом  свидетельствуют  следующие  факты:  Бен
Барка  жил  в  то  время  в  Женеве.  В  мае  здесь  появился
журналист  Филипп  Бернье,  которому  билет  сюда  оп¬
латил,  как  потом  стало  известно,  Штуки.  При  встрече
Бернье  высказал  Беп  Барке  заманчивое  предложение.
Группа  парижских  работников  искусств  готовит  фильм
об  антиколониальной  борьбе  Африки  под  названием
«Баста».  Постановщиком  фильма  будет  известный  ре¬
жиссер  Франжу.  Бен  Барка  мог  бы  быть  политическим
консультантом  при  написании  сценария,  над  которым
работает  Жорж  Фигоп.  Если  он  согласен,  то  все  они
соберутся  в  Париже,  чтобы  договориться  о  дальнейшей
работе.  Бен  Барка  был  в  восторге.  Он  обещал  сотруд¬
ничество.
 В  то  время  как  Бернье  вел  переговоры  с  Бен  Бар¬
кой  в  Женеве,  марокканский  агент  Штуки  появился
в  городе  Лак-Лэман.  Он  встречался  с  неким  французом,
который  прилетел  сюда  самолетом  компании  «Эр  Франс».
Это  был  опытный  сотрудник  французской  разведыва¬
тельной  службы  Антуан  Лопес.  Здесь,  в  тихой  уют¬
ной  обстановке  гостиницы  на  Кэ  дю  Мон-Блан,  они
обсудили  .детали  запланированного  похищения.  Неко¬
торые  мелочи  агент  Лопес  должен  был  обеспечить  сам.
Сразу  же  после  возвращения  Лопес  будто  бы  позво¬
нил  своему  хорошему  знакомому  комиссару  парижской
Сюрте.  Они  встретились  в  кабинете  Лопеса  в  аэропорту
Орли.
 Нового  человека,  появившегося  на  арене  событий,
звали  Жорж  Фигон.  Это  был  мужчина  в  расцвете  сил.
Родился  он  в  семье  мелкого  буржуа,  но  за  его
спиной,  однако,  уже  было  богатое  прошлое  гангстера,
В  подпольном  мире  его  знали  под  кличкой  Джо  Стре¬
лок.  В  детском  возрасте  он  перенес  нервное  забо¬
левание,  а  затем,  будучи  юношей,  провел  целых  три
года  в  психиатрической  больнице  для  молодеяш.  В  1955
году  его  судили  за  какое-то  преступление  и  приго¬
 232

ворили  к  двадцати  годам  исправительно-трудовых  ра¬
бот.  Он  отработал  шесть  лет  и  за  хорошее  поведение
был  условно  освобожден.  Жорж  Фигой  в  деле  Бен
Барки  предстает  перед  нами  довольно  противоречивой
фигурой.  Да  и  вся  его  жизнь  весьма  странная.  С  одной
стороны,  Фигон  —  гангстер,  не  брезгающий  даже  убий¬
ством,  член  полувоенных  организаций,  .которые  фран¬
цузы  называли  «Ле  Барбуз».  Но  Фигон  также  и  лите¬
ратор,  или  пытался  им  быть.  Он  писал  так  называемые
фотороманы  из  рода  комиксов.  Дважды  успешно
выступал  по  телевидению,  являлся  автором  сценария
полнометражного  телефильма  «Человек  дна».  Кромо
того,  он  занимался  контрабандным  ввозом  валюты  из
Алжира  в  Швейцарию  и  издавал  журнал  об  охране
диких  животных,  Теперь  он  должен  был  бы  стать  про¬
дюсером  фильма.  Разумеется,  он  прикидывает,  сколько
на  этом  заработает  миллионов  старых  франков,  и  вскоре
узнает,  что  речь  идет  не  об  антиколониальном  фильме,
а  об  устранении  Бен  Барки.
 Марокканский  политический  деятель  уже  неодно¬
кратно  сталкивался  с  подобными  попытками.  Однажды
в  Женеве  от  похищения  он  спасся  благодаря  само¬
обладанию.  Сообразив,  в  чем  дело,  он  забежал  в  гараж
и  через  другой  выход  скрылся  от  преступников.  Оба
похитителя  были  марокканцами,  сотрудниками  поли¬
ции  Уфкира.
 Несколько  лет  назад  на  шоссе,  ведущем  в  Касаблан¬
ку,  автомобиль  Бен  Барки  обогнала  полицейская  ма¬
шина,  водитель  которой  умелым  маневром  столкнул
его  с  дороги.  Автомобиль  Бен  Барки  перевернулся,  но
сам  он  был  только  ранен  и  мог  двигаться.  Он  осмотрелся
и  увидел,  что  полицейская  машина  развернулась  и
вновь  приближается  к  нему.  Тогда  он  начал  звать  па
помощь  феллахов,  работающих  недалеко  на  поле.  Он
кричал,  что  его  зовут  Бен  Барка  и  что  его  хотят  убить.
Работавшие  на  поле  люди  с  мотыгами  в  руках  бро¬
сились  на  помощь  пострадавшему.  Полицейская  ма¬
шина  на  большой  скорости  умчалась.  Бен  Барку  доста¬
вили  в  больницу,  где  он  пролежал  несколько  меряцев
с  поврежденным  позвоночником.
 В  Алжире  ему  удалось  спастись  лишь  потому,  что
его  спутали  с  кем-то  другим,  в  Тунисе  ему  также  по¬
 233

мог  счастливый  случай.  В  Каире  ситуация  повтори¬
лась.
 Генерал  Уфкир,  очевидно,  не  мог  дождаться  того
момента,  когда  он  избавится  от  опасного  противника,
и  поэтому  торопил  своих  эмиссаров.  По  распоряжению
французского  секретного  агента  Лопеса  Жорж  Фи-
гон  и  журналист  Бернье  1  сентября  отправились  в  Каир,
чтобы  там  снова  вести  переговоры  с  Бен  Баркой  якобы
о  создании  нового  фильма.
 Они  встретились  с  ним  в  лучшем  каирском  отеле
на  берегу  Нила.  Но  Бен  Барка  уже  был  настороже.
За  день  до  этого  египетская  полиция  предупредила
его  о  том,  что  в  Каир  прилетел  подозрительный  марок¬
канец  Штуки.  Египтяне  помогли  Бен  Барке  перевезти
семыо  из  отеля  на  частную  квартиру.  И  хотя  он  встре¬
тился  с  «парламентерами»  в  холле  отеля  «Хилтон  Нил»,
Фигон  и  Бернье  не  смогли  подложить  чемоданчик  с
бомбой  в  комнату  Бер  Барки,  как  это  было  первона¬
чально  запланировано.  Когда  при  свете  луны  они
встретились  на  набережной  Нила  под  смотровой  башней
со  своим  работодателем  Штуки,  им  не  оставалось
ничего  другого,  как  выбросить  чемоданчик  с  адской
машиной  в  мутные  воды  Нила.
 Генерал  Уфкир  был  в  ярости.  Удача  все  время  была
на  стороне  Бен  Барки.  Марокканский  министр  внут¬
ренних  дел  хорошо  понимал,  что  ему  трудно  соперни¬
чать  со  своим  противником.  Бен  Барка  —  сильная
личность,  на  его  стороне  общественное  мнение.  Если
ему  удастся  осуществить  в  Марокко  политический  пере¬
ворот,  то  он  станет  премьер-министром  и  первым  чело¬
веком  в  государстве.  Он  бы  наверняка  стал  стремиться
дать  стране  то,  что  обещал,—  демократическую  систему
правления,  реформу  образования,  распространение
культуры  в  деревне,  современное  сельское  хозяйство,
развитие  промышленности  в  отсталых  районах,  свободу,
просвещение  и  уравнивание  в  правах  кочевников  с  бо¬
гачами.  Генерал  Уфкир  знал  об  этом  и  поэтому  всеми
силами  пытался  устранить  Бен  Барку.
 На  арене  событий  появились  новые  фигуры:  между¬
народный  гангстер  Бушсеш,  владеющий  в  Марокко  дву¬
мя  отелями  и  несколькими  заведениями  с  сомнительной
репутацией.  Его  мечта  —  приобрести  в  Касабланке  ог¬
 234

ромный,  современный  и  чистый,  роскошно  оборудован¬
ный  публичный  дом,  где  бы  мастерство  арабских  свод¬
ников  сочеталось  с  деликатной  элегантностью  лондон¬
ского  клуба.  Генерал  Уфкир  пообещал  ему  концессию.
Затем  появляется  адвокат  и  депутат  Пьер  Лемаршан.
Он  появляется  «совершенно  случайно»  в  Женеве  во
время  уже  известной  акции.  Уфкир  вводит  в  игру  еще
одно  свое  доверенное  лицо—комиссара  Эль  Голи  Эль
Махди.  Он  выступал  в  Париже  в  качестве  студента,  но
говорили,  что  он  был  родственником  Уфкира  и  даже
его  приемным  сыном.  В  игру,  пачатую  гангстером,
вскоре  вступают  еще  несколько  профессиональных
преступников:  Дюбай,  известный  по  кличке  Петрпчек,
Ле  Ни,  по  прозвищу  Андре  или  ле  гран  Деде,  и  некий
месье  Жан,  настоящее  имя  которого  Палисе.  Дирижи¬
ровал  этим  ансамблем  Антуан  Лопес,  осведомитель
полковника  Леруа,  с  которым  он  работал  под  именем
Дон  Педро.
 Все  шло  по  плану.  Лопес  своевременно  получил  от
своего  женевского  осведомителя  сообщение  о  том,  что
Бен  Барка  29  октября  летит  в  Париж.  Он  уведомил
об  этом  обоих  полицейских  Вуато  и  Сушона  и  просил
их  о  помощи.  Комиссар  Сушон  в  полиции  работал  уже
добрых  двадцать  лет.  Поэтому  он  не  согласился  с  тем,
что  речь  идет  о  пустяке  —  привезти  одного  марокканца
в  условленное  место.  Он  потребовал  гарантий.  И  здесь
с  уст  Лопеса  срывается  волшебная  фраза,  которая
впоследствии  привлекла  большое  внимание.  .Лопес  го¬
ворит  Сушону;  «Об  этом  знает  Фоккар».  Эти  слова  во¬
зымели  магическое  действие.  Сразу  все  стало  ясно.
 С  серым  кардиналом  Елисейского  дворца  Жаком
Фоккаром  мы  с  вами  встречались  при  убийстве  алжир¬
ского  прогрессивного  политического  деятеля  доктора
Мумье.  Известно,  что  сферой  деятельности  Фоккара
был  райоп  Северной  Африки.  А  чтобы  комиссар  Сушои
не  сомневался  в  правдивости  слод  Лопеса,  еще  в  первой
половине  дня  в  полицейское  управление  позвонил  не¬
кий  Обер  из  кабинета  французского  министра  внутрен¬
них  дел  и  спросил  Сушона,  придет  ли  он  на  «плани¬
руемую  встречу».
 Потом,  как  ‘известно,  средь  бела  дня  произошло
похищение,  Мехди.  Бен  Барка  исчез.  Полиция  начала
 235

розыск,  за  решетку  попали  Антуан  Лопес,  марокканец
Эль  Махди  и  оба  полицейских  Сушон  и  Вуато.  Был
выдан  ордер  на  арест  Бушсеша  и  Дюбая  и  других  ганг¬
стеров.  Те,  однако,  уже  давно  были  в  безопасности,
8а  границей.
 Президент  Шарль  де  Голль  был  уже  полностью
погружен  в  подготовку  к  выборам,  сложившаяся  ситуа¬
ция  грозила  серьезно  осложнить  предвыборную  кам¬
панию.  Президент  выслушал  по  этому  вопросу  доклады
своего  министра  внутренних  дел  и  советника  Фоккара
и  тут  же  приказал  провести  тщательное  расследование.
В  письме  он  заверил  мать  Бен  Барки  в  том,  что  соот¬
ветствующие  французские  органы  сделают  все,  что
в  их  силах,  чтобы  восстановить  справедливость.  В  Ма¬
рокко  был  послан  высокий  правительственный  чиновник
со  специальной  миссией  к  королю  Хасану  II.
 Итак,  одни  преступники  оказались  аа  решеткой,
другие  скрылись  за  границу.  И  было  только  одно  иск¬
лючение.  Это  Жорж  Фигон.  Он.  разгуливал  по  париж¬
ским  улицам,  сидел  в  кафе,  встречался  со  своей  лю¬
бовницей  —  актрисой  из  театра  «Эдуард  VII».  Таким
образом,  достаточно  было  последить  за  очаровательной
мадемуазель,  и  она  рано  или  поздно  навела  бы  за¬
интересованное  лицо  на  след  разыскиваемого  Фи-
гона.
 Интересно,  что  по  ее  следу  пошла  не  французская
полиция,  а  репортер  еженедельника  «Экспресс».  Тот
гарантировал  скрывавшемуся  гангстеру,  что  будет  мол¬
чать,  и  записал  на  магнитофонную  пленку  его  рассказ.
Последовал  отзыв  французского  посла  из  Марокко.
Во  французских  секретных  службах  была  произведена
существенная  реорганизация.  Французское  правитель¬
ство  просило  выдать  международный  ордер  на  арест
министра  внутренних  дел  Марокко  генерала  Мохам¬
меда  Уфкира.  Стало  абсолютно  ясно,  что  Мехди  Бен
Барка  был  не  только  похищен,  но  и  убит.
 В. 	субботу,  30  октября,  около  пяти  часов  вечера
марокканский  министр  внутренних  дел  Мохаммед  Уфкир
на  самолете  прибыл  в  парижский  аэропорт  Орли.  Мехди
Бен  Барка,  в  то  время  находившийся  на  вилле  гангстера
Бушсеша,  был  жив  и  здоров.  Гангстер  Дюбай,  который
говорил  по  телефону,  заверил  пленника,  что  все  идет
 236

наилучшим  образом.  По  непредвиденным  причинам
встреча*  откладывалась  на  один  день.
 В  субботу,  когда  прибыл  *  заместитель  начальника
марокканской  государственной  безопасности  майор  Ах¬
мед  Длими  в  сопровождении  некоего  Ашахи,  гангстеры
начали  спорить  о  судьбе  пленника.*  По  всему  было
видно,  что  Длими  —  профессиональный  убийца:  совер¬
шенно  спокойно  при  свидетелях  он  заявил,  что  Бен
Барку  надо  ликвидировать,  а  труп  закопать  где-нибудь
в  лесу.  Но  гангстеры  более  опытны  в  этом  отношении.
Прежде  чем  за  что-то  браться,  они  думают  о  последст¬
виях  и.  не  желают  рисковать.  Поэтому  они  отвергли
примитивный  план-  Длимй.  Для  перестраховки  они
предложили  втянуть  в  акцию  и  Антуана  Лопеса.  Как-
никак,  это  человек  французской  разведывательной
службы,  и,  если  что-нибудь  случится,  шефы.не  оста¬
вят  его  в  беде.
 Дальнейшая  часть  показаний  Ф.игона  запутанна  и
малоправдоподобна.  Кто-то  из  гангстеров  якобы  под¬
сыпал  в  чай  Бен  Барке  снотворное,  но  оно  почему-то
не  действовало.  Затем  произошла  потасовка,  гангстеры
связали  Бен  Барку  и  посадили  на*  стул.
 В  этот  момент  в  дверях  появился  человек  в  темных
очках  и  черной  широкополой  шляпе  —  генерал  Мохам¬
мед  Уфкир.  С  минуту  он  смотрел  на-пленника,  потом
якобы  вытащил  марокканский  кинжал,  рукоятка  ко¬
торого  была  «украшена  драгоценными  камнями,  и  про¬
фессиональным  движением  восточных  палачей  надрезал
пленнику  кожу  на  шее  и  на  груди.  Бен  Барка  затих.
 Затем  ему  забили  в  рот  кляп,  завернули  в  одеяло,
положили  в  машину  и  поехали.  Позже  свидетели  гово¬
рили,  что  ночью  31  октября  примерно  в  2.30  ночи  Перед
виллой  директора  канцелярии  «Эр  Франс»  остановился
черный  лимузин  с  дипломатическим  номером  и  несколь¬
ко  человек  внесли  внутрь  продолговатый  тяжелый
сверток.
 Эпилог  трагедии  типичен.  Генерал  Уфкир  обещал
гангстерам  за  похищение  более  ста  миллионов  старых
францов.  Когда  дело  было  сделано,  он  заявил,  что
вынужден  был,  в  спешке  выехать  из  Марокко  и  потому
не  успел  взять  с  собой  деньги.  Им,,  следовательно,
придется  подождать.  Д  для  того  чтобы  нарушить  воца¬
 237

рившуюся  после  этого  угрожающую  тишину,  он  пате¬
тически  произнес:  «Бен  Барка  был  не  только  моим  вра¬
гом,  он  был  врагом  Франции  и  всего  человечества».
 Труп  Бен  Барки  не  был  обнаружен,  хотя  во  фран¬
цузской  и  мировой  печати  появилось  сообщение,  что
полиция  обнаружила  в  подвале  виллы  Лопеса  труп
неизвестного  мужчины.
 Арабский  рамадан,  вероятно,  самый  длинный  празд¬
ник  в  мире,  он  длится  целый  месяц.  Пост  в  дневное
время  после  захода  солнца  сменяется  пирами  и  развле¬
чениями.  Работают  в  это  время  только  в  самых  необ¬
ходимых  случаях.  Поэтому  все  были  крайне  удивлены,
когда  19  января  1966  года  посреди  рамадана  король
Хасан  II  приказал  созвать  членов  правительства.  По¬
водом  для  совещания  послужило  сообщение  шефа  коро¬
левского  кабинета  о  коммюнике  французского  прави¬
тельства  по  делу  Бен  Барки.  Среди  министров,  которые
отрицали  всякое  подозрение  о  причастности  Марокко
к  делу  Бен  Барки,  был  и  убийца,  министр  внутренних
дел  геперал  Уфкир.
 Он  знал,  что  ему  потребуется  алиби,  поэтому  сказал,
что  хотя  в  инкриминированное  время  он  находился  не
в  Марокко,  а  в  Европе,  но  в  Париже,  однако,  был
только  проездом,  и  при  пересадке  с.  одного  самолета
на.  другой  некоторое  время  провел  в  аэропорту  Орли.
Он,  видите  ли,  летал  в  Женеву  навестить  своих  детей,
которые  там  учатся.
 Министр  внутренних  дел  крепко  держал  в  руках
пе  только  полицию,  но  и  секретную  службу,  то  есть
он  мог  заявлять  все  что  угодно.  Интересной  была
реакция  короля  Хасана.  Он  только  теперь  понял,  с  кем
имеет  дело.  Король  немедленно  приказал,  чтобы  все
его  личные  поездки  в  будущем  хранились  в  строгой
тайне.  Король  Хасан  II  уже  знал  своего  врага.
 Жорж  Фигон  стал  единственным  и,  можно  сказать,
главным  свидетелем  против  убийцы.  Несмотря  на  это,
он  вел  себя  удивительно  наивно,.  Неужели  он  не  чувст¬
вовал  грозящей  ему  опасности?  Но  Фйгон  был  известен
как  чудак,  который  при  каждом  удобном  случае  любил
обращать  на  себя  внимание.
 Свои  показания  он  продиктовал  репортеру  «Экс¬
пресса»  в  комнате  отеля  «Скриб».  После  этого  он  стал
 238

носить  шляпу  и  темные  очки,  изменил  фамилию  на
Ленорман  и  переселился  в  дом  номер  четырнадцать  на
улице  Ренод.  Полиция  между  тем  продолжала  поиски
Фигона.  Вечером  10  января  1966  года  двое  полицейских
пришли  даже  к  владельцу  дома  и  расспрашивали  о
неком  Фигоне.  Хозяип  ответил,  что  такой  человек  у  него
не  проживает.
 Либо  Фигон  так  и  не  узнал  о  визите  полицейских,
либо  вообще  не  придал  этому  значения,  только  на
следующий  день  он  преспокойно  отправился  в  театр
на  генеральную  репетицию  «Лисистраты»,  где  играла
его  любовница.  И  здесь  его  никто  не  узнал.
 Полиция  продолжала  поиск,  и  Фигон  начал  нервни¬
чать.  В  отчаянии  он  позвонил  своему  адвокату  Лемар-
шанду  и  попросил  у  него  совета.  А  друг  этого  адво¬
ката,  комиссар  Кай,  как  раз  руководил  розыском  ис¬
чезнувшего  Фигона.
 17  января  комиссару  Каю  сообщили  по  телефону,  что
полиция  обнаружила  убежище  Фигона.  Комиссар  Кай
передал  дело  бригаде  уголовной  полиции,  и  вскоре
дом  на  улице  Ренод  был  окружен.  В  то  время,  когда
полицейские  требовали,  чтобы  хозяин  открыл  им  двери,
наверху  раздался  выстрел.  Полицейские  вбежали  на
второй  этаж.  Труп  Фигона  лежал  в  ванной  на  кафель¬
ном  полу.  Рядом  валялся  пистолет.  Вызванный  судеб¬
ный  врач  констатировал  смерть.  В  комнате  стояли  два
набитых  чемодана.  В  бумажнике  Фигона  обнаружили
большую  сумму  денег.  Было  ясно,  что  он  собирался
уехать.  Поэтому  заявление  полиции,  что  Жорж  Фигон
покончил  жизнь  самоубийством,  звучало  весьма
неубедительно.  А  где  доказательства?
 Фигон  был  убит  пулей,  выстреленной  из  пистолета
с  глушителем.  Ни  один  самоубийца  не  пользуется  та¬
ким  пистолетом.  Наконец,  тот  пистолет,  который  нашли
полицейские  около  мертвого,  оказался  обычным  по¬
лицейским  пистолетом,  и,  несмотря  на  то  что  Фигон  не
был  в  перчатках,  на  оружии  не  найдено  никаких  от¬
печатков  пальцев.
 Были  допрошены  свидетели.  Прежде  всего  любов¬
ница  Фигона.  По  ее  мнению,  Фигон  меньше  всего  думал
о  том,  чтобы  покинуть  этот  мир,  наоборот,  он  строил
большие  планы  на  будущее.  Он  боялся  ареста  и  мести
 239

сообщников  за  то,  что  проговорился.  Утром  в  день
своей  смерти  он  что-то  выяснял  со  своим  другом  Крис¬
тианом  Монори,  владельцем  кабаре  «Слупи»,  й  оттуда
ДО  телефону  заказал  специальную  транспортную  маши¬
ну  на  завтрашний  день.  Он  просидел  в  его  заведении
целый  день  и  ушел  только  в  девять  часов  вечера.  Он
был  полон  энергии,  весь  день  по  телефону  устраивал
свои  дела,  в.его  поведении  не  было  даже  тени  тех  тяже¬
лых  раздумий,  которые  обычно  предшествуют  само¬
убийству.
 Его  убийцу  так  и  не  удалось  найти.  Появились  до¬
гадки,  что  к  этому  могла  быть  причастна  французская
секретная  служба  или  парижская  Сюрте.  Комиссар
Кай  из  парижской  уголовной  полиции  был  арестован
и  провел  несколько  дней  в  предварительном  заключе¬
нии.  По  подозрению  в  убийстве  Жоржа  Фигона?  С  со¬
держанием  протоколов  никто  не  был  ознакомлен.  Одно
только  известно:  комиссар  Кай  был  командиром  поли¬
цейской  группы,  которая  ворвалась  в  квартиру  Фигона.
 Юридическая  ответственность  за  смерть  Бен  Барки
пала  на  французские  органы,  но  обоснованные  подозре¬
ния  ясно  указывали  в  другую  сторону.  Отношения
между  Францией  и  Марокко  серьезно  осложнились.
Официальный  визит  марокканского  короля  Хасана  II,
запланированный  на  И  ноября,  был  отложен,  так  же
как  и  визиты  в  Марокко  французских  министров.
Гангстер  Бушсеш  нашел  себе  убежище  где-то  в  Марок¬
ко,  и  Франция  тщетно  требовала  его  выдачи.  Появи¬
лись  даже  сообщения  спекулятивного  характера  о  том,
что  генерал  де  Голль  рекомендовал  королю  Хасану
сместить  своего  министра  внутренних  дел  Уфкира.
Ничего  подобного  не  произошло.
 Никто  из  посвященных  не  ожидал  сенсаций  от  су¬
дебного  процесса.  В  тех  случаях,  где  партнерами  в
игре  выступают  секретные  службы,  карт  не  раскрывают
даже  перед  присяжными.  А  в  деле  Бен  Барки,  кроме
французской  разведывательной  службы  и  мароккан¬
ских  шпионов,  приняло  участие  еще  одно  действующее
лицо.  Им  оказалось  ЦРУ.  Дальнейшее  развитие  со¬
бытий  подтвердило,  что  марокканский  министр  внут¬
ренних  дел  сотрудничал  также  и  с  этой  шпионской
организацией.

В  сентябре  1966  года.  председатель  суда  Перес  от¬
крыл  процесс  в  парижском  Дворце  правосудия.  На
скамье  подсудимых  сидели  Луи  Сушон  и  его  коллега
Роже  Вуато,  журналист  с  дурной  репутацией  Филипп
Бернье,  офицер  секретной  службы  Марсель  Леруа  и
агент  по  крайней  мере  двух,  а  может  даже  и  трех,  раз¬
ведок  Антуан  Лопес.  Заочно  были  обвинены  Мохаммед
Уфкир  и  майор  Ахмед  Длими,  начальник  мароккан¬
ской  секретной  полиции.
 Затянувшийся  процесс  проходил  в  странной  атмо¬
сфере.  Все  знали,  что  правда  все  равно  не  будет  уста¬
новлена.  А  в  это  время  за  политическими  кулисами
развертывался  пока  еще  невидимый  бой.  Независимо
от  того,  какие  приговоры  вынесет  суд  присяжных,
только  в.ремя  должно  было  показать,  кто  с  кем  и  за
что  борется.  Приговор,  таким  образом,  не  был  точкой
в  деле  Бен  Барки.
 У  короля  Хасана  II  было  несколько  пышных  двор¬
цов.  Два  —  в  Рабате.  В  одном  из  них  в  субботу  10  июля
1971  года  на  торжества  по  случаю  дня  рождения  Хаса¬
на,  которому  исполнилось  сорок  два  года,  собралось
почти  1200  гостей.  Марокканский  король  пригласил
на  прием  дипломатических  представителей,  аккредито¬
ванных  в  Рабате,  местную  знать,  друзей  и  знакомых
со  всего  мира.
 Прием  не  был  официальным.  Хасан  II  устроил  свое¬
образную  дружескую  встречу.  В  послеобеденные  часы
одни  гости  пошли  на  пляж,  другие  играли  в  гольф.
Некоторые  сидели  в  тени  пальм  обширного  сада,  столы
на  террасе  были  уставлены  деликатесами.  Официанты
в  пестрых  марокканских  костюмах  разносили  прохла¬
дительные  напитки.  Около  шести  часов  вечера  из  за¬
сады  раздались  выстрелы...
 Каждую  субботу  и  воскресенье  Касабланка  и  Рабат
становятся  безлюдными,  все  стараются  провести  сво¬
бодное  время  на  морском  побережье,  где  в  это  время
яблоку  негде  упасть.  Многие  жители  узнали  о  случив-4
шемся  только  на  пути  домой.  Марокканское  радио
передавало  через  короткие  интервалы:  «Король  Хасан  II
убит.  Армия  от  имени  народа  взяла  власть  в  государ¬
стве.  Король  умер,  да  здравствует  республика!»
 Паники  не  получилось,  люди  не  вышли  на  улицы.
 9  В.  П.  Боровичка
 241

Они  спокойно  выжидали.  Потом  было  передано  офи¬
циальное  опровержение  марокканского  телеграфного
агентства  Магриб  Араб  Пресс:  «Король  подвергся
покушению,  но  он  жив  и  здоров».
 Люди  недоуменно  спрашивали,  что  же  произошло?
Узнали  они  немногое.  Только  позже  удалось  воспро¬
извести  картину  того,  что  произошло  во  дворце.  Когда
раздались  выстрелы,  никто  из  гостей  не  обратил  на
это  особого  внимания.  Многие  думали,  что  это  один
из  сюрпризов  торжества.  Вероятно,  слуги  зажгли  фей¬
ерверк.  И  только  когда  некоторые  гости  упали,  сра¬
женные  выстрелами  из  автоматов,  началась  паника.
В  официальном  сообщении  говорилось,  что  погибло
сто  человек  и  сто  тридцать  были  ранены.  Дворец  окру¬
жили  парашютисты.  С  оружием  наизготовку  они  вор¬
вались  в  королевские  покои,  заняли  сад  и,  призывая
гостей  к  спокойствию,  предложили  им  сесть  в  грузо¬
вые  машины,  которые  отвезут  их  в  город.  Всем  была
гарантирована  неприкосновенность.  Это  заверение  зву¬
чало  несколько  *  неправдоподобно,  если  учесть,  что
вокруг  уже  лежало  несколько  десятков  мертвых.
 Группа  парашютистов  окружила  короля  Хасана.
Сорокадвухлетний  монарх,  однако,  не  растерялся.  Он
сделал  вид,  что  смирился  с  судьбой,  и,  как  каждый
осужденный  на  смерть,  высказал  свое  последнее  жела¬
ние:  он  хотел  бы  проститься  с  семьей.
 Изумленные  путчисты  согласились.  Король  Хасан
направился  к  комнатам,  где  жила  его  семья.  Парашю¬
тисты  следовали  за  ним.  Король  исчез  за  первыми
дверьми.  Раздались  выстрелы.  Возникла  перестрелка
между  повстанцами  и  дворцовой  стражей.  Началь¬
ник  дворцовой  охраны  генерал  Медбух  пал  одним
из  первых...  появились  слухи,  что  инициатором  вос¬
стания  был  именно  он.  На  мертвых  можно  свалить
все  что  угодно.  Сразу  после  этих  событий  король  Хасан
назначил  генерала  Уфкира  верховным  главнокоманду¬
ющим  марокканской  армией  и  полицией.
 Генерал  Уфкир,  который,  вероятно,  стоял  за  ку¬
лисами  покушения,  сумел  извлечь  выгоду  из  неудав-
шегося  путча.  Он  немедленно  приготовил  ответные
меры.  Специальная  комиссия  под  его  председательст¬
вом  установила,  что  главой  повстанцев  был  генерал
 242

Медбух,  который  привлек  для  осуществления  своих
преступных  целей  сотню  парашютистов  и  тысячу  четы¬
реста  слушателей  военной  академии.  Среди  повстанцев
были  четыре  генерала,  пять  полковников  и  один  лей¬
тенант.
 Комиссия  не  торопилась  устраивать  суд  и  играть
в  справедливость.  У  путчистов  сорвали  погоны  и  знаки
различия  и  немедленно  поставили  их  к  стенке.  Теле¬
графное  агентство  Магриб  Араб  Пресс  после  казни  опуб¬
ликовало  сообщение,  которое  точно  отражало  ситуа¬
цию  в  Марокко.  В  нем  говорилось,  что  общественность
приняла  казнь  с  удовлетворением.  Экзекуция  прохо¬
дила  перед  построенными  частями  пехоты,  военного
флота  и  воздушных  сил.  Многие  из  присутствующих
солдат  сразу  же  после  расстрела  подбежали  к  мертвым,
чтобы  плюнуть  предателям  в  лицо.
 Министр  внутренних  дел,  таким  образом,  снова
проявил  себя.  Но  король  Хасан  II  не  мог  быть  доволен
результатом.  Реакция  населения  на  казнь  была  более
чем  холодной.  Это  было  для  короля  неприятной  неожи¬
данностью,  если  учесть  еще  и  то,  что  в  Марокко  он,
кроме  всего  прочего,  является  высшим  представителем
мусульманской  церкви.
 Король  Хасан  отметил  холодную  реакцию  общест¬
венного  мнения  и  пытался  спасти  то,  что  еще  возможно
было  спасти.  Он  публично  выступил  против  корруп¬
ции  в  правительственных  учреждениях,  которая  воз¬
мущала  население.  Он  приказал  снизить  цены  на
некоторые  основные  продукты  питания  и  товары  народ¬
ного  потребления  (подешевели  телевизоры  и  велоси¬
педы)..  Он  начал  политический  диалог  с  партиями,
входящими  в  национальный  фронт  Кутля-аль-Ватания,
и  с  партией  Бен  Барки  о  ее  участии  в  правительстве.
Это  были  только  широкие  жесты,  и  представители
прогрессивных  сил  хорошо  это  знали.
 Выяснению  дела  Бен  Барки  послужили  события,
происшедшие  летом  1972  года.  15  августа  король
Хасан  II  возвращался  на  специальном  самолете  «Бо¬
инг-727»  из  частной  поездки  во  Францию.  По  пути
он  остановился  в  Барселоне,  где  обедал  с  министром
иностранных  дел  Испании.  Когда  самолет  короля
возвращался  вечером  в  Бабат,  '  примерно  в  трех¬
 9*

стах  километрах  севернее  Рабата  возле  него,  появились
три  марокканских  истребителя.  Командир  экипажа  ко¬
ролевского  самолета  полагал,  что  это  почетный  эскорт,
прибывший  приветствовать  короля,  и  попытался  уста¬
новить  С  ними  радиосвязь.  Но  ни  один  из  истребителей
не  отвечал.  Наоборот,  один  из  них  открыл  по  королев¬
скому  «Боингу-727»  пулеметный  огонь.
 Пули  пробили  алюминиевый  корпус  самолета  и  ра¬
нили  нескольких  человек  из  сопровождения  короля.
Король  Хасан  понял,  что  это  новая  попытка  покушения.
С  завидным  спокойствием  он  сел  па  место  штурмана
и  монотонным  голосом  профессионального  связиста  на¬
чал  говорить  в  микрофон:
 «Король  убит.  Прекратите  стрельбу.  Не  стреляйте,
король  Хасан  убит.  Мы  приземлимся  в  Рабате  с  покой¬
ным  королем  на  борту.  Король  Хасан  убит,  прекратите
стрельбу.  Не  стреляйте!»
 Трюк  удался:  Пилоты  истребителей  поверили,  что
первой  же  очередью  убили  короля,  и  сопровождали
самолет  до  самого  аэродрома.  После  приземления  в
Рабате  стало  ясно,  что  аэродром  не  занят  повстанцами*
Аэропорт  функционировал  нормально,  на  террасе  ожи¬
дали  очередного  рейса  пассажиры.  Для  встречи  короля
Хасана  из  здания  аэропорта  уже  вышла  делегация  и
члены  его  семьи.
 Король  не  раздумывал.  Он  вышел  из  самолета  и
быстро  скрылся  в  салоне  для  пассажиров.  В  нескольких
словах  он  сообщил  брату  и  присутствующим  минист¬
рам,  что  случилось,  и  приказал,  чтобы  армия  немед¬
ленно  заняла  министерства,  государственные  учрежде¬
ния  й  стратегические  пункты  города.  Между  тем  над
аэропортом  продолжали  летать  те  три  военных  истре¬
бителя.  Марокканский  король  отказался  ехать  в  свою
резиденцию  с  официальным  эскортом  и  избрал  другую
тактику.
 Рабатский  аэропорт.  Сале  расположен  .  на  песчаной
равнине,  покрытой  редкими  эвкалиптовыми  .рощами.
Напротив  выхода  из  здания  аэропорта  через  дорогу
расположен  небольшой  парк,  а  за  ним  на  несколько
десятков  метров  в  глубину  тянется  смешанный  лес.
Шоссе  перед  аэропортом  разделено  посредине  при¬
мерно  двухметровым  газоном,  засаженным  апель¬
 24$

синовыми  деревьями.  Король  Хасан  выбежал  из  здания
в  сопровождении  своего  брата  принца  Мулая  Абдаллаха
и  нескольких  министров,  защищаемый  королевской
охраной  в  гражданской  одежде,  и  исчез  среди  деревьев.
В  эту  минуту  истребители  предприняли  налет  на  здание
аэропорта.
 После  налета  в  салоне  для  пассажиров  и  на  бетонной
площадке  перед  аэровокзалом  остались  лежать  убитые
и  раненые.  Автомобили  королевского  кортежа  были
объяты  пламенем.  А  самолеты  все  заходили  для  новых
и  новых  атак.  Только  через  десять  минут  они  улетели
на  север  в  направлении  авиационной  базы  Кенитра.
 Король  сел  в  бронетранспортер  воинского  подразде¬
ления,  которое  спешно  прибыло  из  Рабата,  и,  охраняе¬
мый  взводом  солдат,  благополучно  прибыл  в  свой
дворец.  Около  шести  часов  вечера  в  кабинете  Хасана
собрались  на  секретное  совещание  члены  правительства
и  королевские  советники.  В  то  время,  когда  Хасан  II
обсуждал  с  ними  ответные  меры,  над  зелеными  крышами
королевской  резиденции  появился  самолет  «Ф-5  Норт-
роп»  и  начал  бомбить  королевский  дворец.  Зенитные
орудия,  расположенные  за  высокой  дворцовой  стеной
и  в  парке  между  цветущими  деревьями,  немедленно
открыли  огонь.  Но  бомбы  уже  упали  на  королевские
апартаменты  и  резиденцию  принца  Мулая  Абдаллаха.
Бой  зенитчиков  с  истребителем  продолжался  пятнад¬
цать  минут.  Король  Хасан  II  вышел  из  этой  схватки
без  единой  царапины.
 Полиция  и  военная  разведка  вскоре  выяснили,  что
повстанцы  стартовали  с  авиабазы  в  Кенитре,  располо¬
женной  в  40  километрах  севернее  Рабата.  Террористами
руководил  сам  начальник  базы  Коуэр.  Это  был  трид¬
цатипятилетний  офицер,  который  учился  в  Испании  и
в  военной  академии  в  Соединенных  Штатах.  На  долж¬
ность  начальника  базы  он  был  назначен  совсем  недавно.
Моторизованная  пехота,  верная  королю  Хасану,  в  тот
же  вечер  заняла  военную  базу  в  Кенитре  и  арестовала
путчистов.
 При  этом  обнаружилась  интересная  деталь:  на  авиа¬
ционной  базе  в  Кенитре  находилось  около  семисот
американцев—советников  по  военной  и  гражданской
авиации  и  технического  персонала.  Этот  факт  интере¬
 245

сен  потому,  что  три  реактивных  истребителя  никак
не  могли  взлететь  незамеченными  для  американских
специалистов.  Вряд  ли  можно  назвать  случайным  и
появление  в  Касабланке  в  день  покушения  двух  аме¬
риканских  эсминцев  «Стриблинг»  и  «Инграм»,  как  и
тот  факт,  что  все  американские  офицеры  на  военной
базе  в  Кенитре  получили  строгий  приказ  не  передавать
ни  местным,  ни  американским  журналистам  никакой
информации.  Спустя  несколько  дней  посольство  Соеди¬
ненных  Штатов  в  Рабате  сделало  заявление,  в  котором
заверяло  общественность,  что  «ЦРУ  никак  не  заинтере¬
совано  в  событиях  в  Марокко».  Это  заявление  вызвала
тревогу.  Дело  в  том,  что  каким-то  образом  стало  из¬
вестно,  что  в  день  покушения  базу  посетил  американ¬
ский  посол.  Случайно  или  нет?
 Последнюю  точку  в  деле  покушения  на  короля
Хасана  II  да  и  в  деле  политического  убийства  Мехди
Бен  Барки  поставила  смерть  Уфкира.  Еще.  в  день  по¬
кушения  на  короля  по  всему  миру  разлетелось  известие,
что  министр  внутренних  дел  Марокко  генерал  Уфкир
покончил  жизнь  самоубийством.  Уже  задолго  до  убий¬
ства  Мехди  Бен  Барки  он  был  связан  с  ЦРУ.  За  ку¬
лисами  событий  16  августа  1972.  года  стояли  агенты
иностранной  разведывательной  службы.  Генерал  Уфкир.
был  не  из  тех,,  кто  после  поражении  сразу  сдается.
Особенно  если  за  его  спиной  стояли  зарубежные  «со¬
ветники».  Поэтому  сообщение  о  самоубийстве  выгля¬
дело  неправдоподобно.
 Обстоятельства  также  свидетельствовали  против
этого  заявления.  Министр  внутренних  дел  будто  бы
совершил  самоубийство  в  королевском  дворце  сразу
после  разговора  с  королем  Хасаном.  В  медицинском
заключении  говорится,  что  в  черепе  Уфкира  было  три
пулевых  отверстия.
 Остается  единственное  объяснение:  главой  путчи¬
стов  был  сам  генерал  Уфкир.  Король  Хасан  после
покушения  раскрыл  это,  на  месте  приговорил  его  к
смертной  казни  и,  вероятно,  даже  собственноручно
привел  приговор  в  исполнение.  Если  это  было  дейст¬
вительно  так,  то  получился  своего  рода  парадокс  —
король  отомстил  убийце  за  смерть  своего  бывшего  пре¬
подавателя  математики.

ТОВАРИЩ  ЧЕ
 Его  звали  Че.
 Когда  он  стал  директором  кубинского  Националь¬
ного  банка,  то  подписал  эмиссию  новых  банковских
билетов  также  именем  Че.  Это  труднопереводимое  ис¬
панское  междометие  употребляется  главным  образом
в  окрестностях  Буэнос-Айреса.  Означает  оно  что-то
вроде  «ну»  или  «эй».  Окрестили  его  так  в  горах  Сьерра-
Маэстра,  где  он  плечом  к  плечу  с  Фиделем  Кастро  бо¬
ролся  за  свободу  кубинского  народа.  Аргентинцы  будто
бы  часто  употребляют  слово  «че».  А  Эрнесто  Гевара
был  аргентинец.  Он  родился  в  1928  году  в  Росарио
и  в  университете  в  Буэнос-Айресе  изучал  медицину.
 После  победы  кубинской  революции  Че  Гевара  ве¬
рил,  что  можно  завоевать  свободу  и  в  Боливии.  После
контрреволюционного  переворота  генерал  Рене  Бар-
рьентос  Ортуньо  установил  там  власть  насилия  и
жестокого  угнетения.
 Экономика  страны  влачила  жалкое  существование,
зато  армия  стремительно  росла:  с  пяти  тысяч  она  стала
тридцатитысячной.  Государственные  нефтяные  компа¬
нии  несли  убытки,  зато  «Боливия  ойл  компани»  фикси¬
ровала  большие  прибыли.  В  стране  обосновалась  аме¬
риканская  военная  миссия.  Первыми  устроили  забас¬
товку  шахтеры.  Президент  Баррьентос  послал  на  шахты
корпус  «рейнджеров»  —  бандитов,  обученных  по  аме¬
риканскому  образцу.  В  Кочабамбе  был  создан  центр
для  подготовки  этих  головорезов.  В  стране  бесчинст¬
вовала  полиция,  решающее  слово  принадлежало  гене¬
ралам.
 Народ  страдал,  и  Че  Гевара  верил,  что  в  Боливии
назрело  время  для  революции.  С  горсточкой  верных
товарищей  он  отправился  сражаться  в  джунгли  Кор¬
дильер.  Он  был  убежден,  что  индейские  племена,  без¬
земельные  крестьяне  и  безработные  перейдут  на  его
сторону.  Ему  пришлось  глубоко  разочароваться.  Когда
 Щ

он  говорил,  его  слушали,  но  не  слышали.  Лица  крестьян
сохраняли  каменное  выражение.  Может  быть,  они  не
хотели  верить  иностранцу?  Им  казалось  невероятным,
что  этот  небольшого  роста  человек  с  редкой  бородой,
одетый  в  странную  зеленую  форму  и  воодушевленно
говорящий  по-испански  с  подозрительным  акцентом,
с  группой  друзей  сумеет  победить  тридцатитысячную
армию.
 В  результате  земельной  реформы  в  1953  году  они
получили  землю  и  не  хотели  потерять  ее  вместе  со
своим  маленьким  хозяйством.  Хмурыми  взглядами  оки¬
дывали  они  проповедника  с  автоматом  в  руках  и  рюк¬
заком  за  плечами.  Они  молчали  так  долго,  что  ему
пришлось  уйти.  Группу  Че  Гевары  не  устрашили  «зе¬
леные  береты»  —  пользующиеся  дурной  славой  кара¬
тельные  отряды,*  обученные  всем  способам  убийства
в  джунглях,  —  ее  убило  молчание  крестьян-индейцев.
 Отряд  партизан  насчитывал  всего  около  сорока  че¬
ловек,  а  противостояла  ему  армия  в  тысячу  раз  больше.
23  марта  1967  года  они  впервые  встретились  с  против¬
ником  в  джунглях  провинций  Санта-Крус,  Тарнха  и
Чукисака.  Подразделение  боливийской  армии  рано  ут¬
ром  продвигалось  по  долине  реки  Ньянкауасу.  Когда
солдаты  углубились  в  ущелье,  с  откосов  началась
стрельба,  и  только  восьми  солдатам  удалось  спастись
бегством.
 Успех  партизан  Че  Гевары  стал  сенсацией  мировой
печати,  а  для  генералов  —  сигналом,  к  мобилизации.
Президент  Баррьентос  объявил  в  провинциях.  Санта-
Крус  и  Чукисака  военное,  положение,  а  потом  распро¬
странил  его  на  провинции  Эрнап-Силес  и  Эрманос-
Кальво.  Главнокомандующий  вооруженными  силами
генерал  Овандо  информировал  об  этом  американскую
военную  миссию.  Президент  говорил  по  телефону  с  аме¬
риканским  послом.  Руководитель  военной  миссии  и
посол  Гендерсоп  информировали  Вашингтон.  И-только
теперь  была'  объявлена  .настоящая  тревога.
 Одно  совещание  следовало  за  другим.  Вооруженное’
столкновение,  происшедшее  в  джунглях  за  тысячи  ки¬
лометров,  подхлестнуло  деятельность  военных  экспер¬
тов  и  разведчиков.  Уолт  У.  Ростоу,  советник  прези¬
дента  Джонсона  по  вопросам  национальной  безопао-

ности,  встретился  с  Советником  президента  по  вопросам
Латинской  Америки  У.  Боудлером.  Оба  они  предло¬
жили  президенту  ряд  мероприятий  на  территории
Болцвии.  Были  мобилизованы  специально  обученные
агенты  ЦРУ.  Итак,  Пентагон  начал  поход  против  Че
Гевары  и  его  боливийских  партизан.
 В  течение  длительного  времени  американские  спе¬
циалисты  следили  за  каждым  движением  этого  полити¬
ческого  деятеля,  оценивали  каждую  фразу,  которую
он  сказал  или  написал.  Его  пособие  для  партизан
«Партизанская  война»  они  перевели  на  многие  языки
мира  и  предписали  читать  всем,  кто  изучал  теорию
борьбы  с  партизанами.  Теоретические  рассуждения  и
практические  указания  Че  Гевары  изучали  группы
социологов,  политологов,  психологов  в  военных  акаде¬
миях  США  и  их  союзников.  В.классах  учебных  центров
секретных  служб  будущие  агенты  заучивали  на  память
целые  разделы.  Специалисты  западных  секретных  служб
знали  привычки  Че  Гевары,  имели  точную  информацию
о  состоянии  его  здоровья,  пользуясь  обычными  и  сек¬
ретными  источниками  информации,  составляли  справки
о  его  болезни.
 Американская  военная  разведка  имеет*  в  своем  рас¬
поряжении  современные  технические  средства  для  сбора
сведений.  Примером  может  служить  шпионский  корабль
«Пуэбло»  с  технически  совершенным  подслушивающим
устройством.  Уже  в  шестидесятых  годах  с  американских
судов,  которые  регулярно  ходили  в  водах  Карибского
моря  мимо  Кубы,  подслушивали  все  радио-  и  телеграф¬
ные  сообщения.  7  ноября  1966  года  в  Пентагон  попало,
сообщение  о  том,  что  легендарный  партизанский  коман¬
дир,  а  потом  кубинский  министр  отказался  от  должности
и  с  семнадцатью  боевыми  товарищами  отправился  в  бо¬
ливийские  джунгли  бороться  за  свободу.
 Боливийская  авиация  наобум  бомбила  напалмовыми
бомбами  бесконечные  леса  нагорья  Инка-Уаси  и  бас¬
сейн  реки  Ньянкауасу.  Начальник  генерального  штаба
и  командующий  авиацией  генерал  Суэто  вылетел  в
Буэнос-Айрес,  чтобы  предупредить  соседей.  Правители
испугались.  Если  в  Боливии  произойдет  революция,
то  она  непременно  перекинется  на  Чили,  Аргентину,
Парагвай,  Бразилию,  Перу.
 249

Подкомитет  конгресса  Соединенных  Штатов  по  меж¬
американским  делам  подготовил  для  президента  Джон¬
сона  справку,  в  которой  указал  на  опасность  восстания
в  Боливии.  Многие  жители  страны  вооружены,  они
недовольны  политикой  президента  Баррьентоса  и  эко¬
номическим  положением  в  стране.  Конгресс  обращал
внимание  президента  Соединенных  Штатов  на  опас¬
ность  боливийской  революции  главным  образом  потому,
что  эта  страна  располагает  гигантскими  залежами  по¬
лезных  ископаемых.  Посол  Гендерсон  сообщил  в  под¬
комитет  конгресса,  что  на  боливийскую  национальную
буржуазию  полагаться  нельзя,  так  как  финансы  страны
не  контролируются  американскими  банками.  Экономи¬
ческое  наступление  находится  пока  что  в  зачаточном
состоянии.  «Бэнк  оф  Америка»  только-только  начал
свою  работу  в  Боливии.  «Ферст  нэшнл  сити  бэнк»  на¬
чал  действовать  год  назад  и  старается  завладеть  добы¬
чей  олова  в  районе  Оруро.
 Аргентина,  Боливия,  Бразилия,  Парагвай  и  Перу
заключили  соглашение  о  совместных  действиях  протйв
героической  горстки  партизан.  Чтобы  создать  объеди¬
ненные  латиноамериканские  силы  для  борьбы  против
борцов  за  свободу,  в  Санта-Крус  встретились  предста¬
вители  Аргентины  и  Бразилии.  У  бразильцев  были  и
свои  проблемы:  в  горах  их  армия  выступила  против
партизан.
 В  Боливию  съехались  американские  специалисты
из  Южной  Кореи,  Вьетнама  и  Конго,  чтобы  обучить
местных  карателей  борьбе  с  партизанами.  А  в  Вашинг¬
тоне  тем  временем  одно  совещание  следовало  за  другим.
9  апреля  1967  года  в  Пентагоне  проходило  совещание
на  высшем  уровне.  Председательствовал  на  нем  госу¬
дарственный  секретарь  Дин  Раск.  В  совещании  при¬
нял  участие  тогдашний  директор  ЦРУ  Ричард  Хелмс
с  заместителями  и  советниками.  Собравшиеся  обсудили
стратегический  план  действий  против  партизан  Че  Ге¬
вары  и  одновременно  отвергли  просьбу  боливийского
правительства,  которое,  используя  ситуацию,  немед¬
ленно  потребовало  от  Соединенных  Штатов  шесть  мил¬
лионов  долларов  на  вооружение  своей  армии.
 Позже  достоянием  общественности  стало  еще  не¬
сколько  интересных  фактов  этого  совещания.  Арген¬
 250

тина  предложила  выставить  против  отряда  Че  Гевары
свои  вооруженные  и  обученные  части.  Предложение
был  о.  отвергнуто  из  тактических  соображений.  Если  бы
об  этой  акции  узнала  общественность,  что  было  вполне
вероятно,  то  ее  наверняка  представили  бы  как  вмеша¬
тельство  иностранного,  государства  во  внутренние  дела
Боливии  или  же  как  поход  международных  военных
сил  против  горстки  диверсантов.  По  этой  же  причине
американское  министерство  обороны  отказалось  пос¬
лать  в  боливийские  джунгли  экспедиционные  части
американской  армии.  Государственный  секретарь  Дин
Раск  сделал  все  для  того,  чтобы  акцию  в  Боливии,  ко¬
торая  позже  получила  кодовое  название  «Операция
Синтия»,  ни  один  журналист  не  мог  назвать  американ¬
ской  интервенцией.  Несмотря  на  все  усилия,  Дину
Раску  сделать  этого  не  удалось.
 На  совещании  было  принято  следующее  решение:
ЦРУ,  которое  располагает  средствами  и  возможностями
для  успешного  проведения  подобных  секретных  опера¬
ций,  обеспечивает  закулисную  сторону  акции  против
Че  Гевары,  строго  следя  за  тем,  чтобы  американцы
вообще  не  появились  на  арене  событий.  Для  этого
использовались  пр(}веренные  методы:  никакой  воен¬
ной  формы  —  все  были  переодеты  в  гражданскую  оде¬
жду.
 Спустя  несколько  дней  на  территории  Боливии  поя¬
вилась  группа  «мирных»  американцев.  Под  руковод¬
ством  генерала  Скера  она  с  помощью  авиационной  раз¬
ведки  принялась  составлять  карту  местности,  где  дей¬
ствовали  партизаны.  Самолеты,  летающие  на  разных
высотах,  день  и  ночь  курсировали  над  горами  и  де¬
лали  съемки  местности.
 В  столицу  провинции  Санта-Крус  с  панамских  баз
прибыло  несколько  американских  офицеров  в  граждан¬
ской  одежде.  Они  немедленно  принялись  за  организа¬
цию  антипартизанских  команд  типа  «рейнджер».  Майор
Шелтон  со  своими  советниками  и  подполковник  Вебер
со  специалистами  начали  подбирать  молодых  боливий¬
ских  индейцев.  Возникли  лагеря  для  обучения  «спе¬
циальных  команд»,  в  которые  были  мобилизованы  и
некоторые  способные  индейцы  племени  кечуа.  Амери¬
канские  специалисты,  за  плечами  которых  была  бога¬
 251

тая  практика  подготовки  головорезов,  за  несколько
недель  вымуштровали  солдат  так,  что  они  способны
были  пробиться  через  непроходимые  джунгли,  не  по¬
полняя  продовольственных  запасов,  без  воды  и  без
связи  с  командованием.  К  середине  сентября  в  учебных
лагерях  было  сформировано  девять  групп,  которые
в  качестве  подкрепления  были  откомандированы^  в  ре¬
гулярные  армейские  части.  Многие  из  них  потом  появи¬
лись  в  районе  Вальегранде.
 Шесть  латиноамериканских  государств,  шесть  хо¬
рошо  вооруженных  армий  с  опытными  американскими
советниками  и  специалистами  по  ведению  боевых  дей¬
ствий  в  Корее  и  во  Вьетнаме,  шпионская  организация
ЦРУ  с  десятками  секретных  агентов,  которые  могли
передвигаться  по  боливийским  джунглям  так  же,  как
по  нью-йоркскому  Бродвею,  ринулись  в  бой  против
горстки  партизан,  руководимых  Че  Геварой,  врачом,
страдающим  тяжелой  астмой  и  ревматизмом.
 3  мая  он  записал  в  свой  дневник:
 «Непрерывно  работая  целый  день,  мы  прорубили
тропу  длиной  примерно  на  два  часа  ходьбы.  Мы  по¬
дошли  к  глубокому  ручью,  который,  очевидно,  течет
на  север.  Завтра  проведем  разведку,  чтобы  установить,
не  меняет  ли  он  направление.  Одновременно  продолжим
тропу.  Еды  осталось  только  па  два  дня,  да  и  то  по
мизерным  порциям».
 Тремя  днями  позже:
 «Наши  надежды  добраться  до  самого  Осо  не  сбы¬
лись.  Расстояние  до  домика  у  ручья  оказалось  боль¬
шим,  чем  мы  предполагали.  Дорог  никаких,  естест¬
венно,  не  было,  поэтому  мы  опять  прорубали  себе  тропу.
К  домику  мы  подошли  в  16.30.  Перед  этим  преодолели
вершину  высотой  1400  метров.  Никакого  желания  идти
дальше  уже  не  было.  Мы  съели  скудную  предпослед¬
нюю  порцию  еды.  Нам  удалось  поймать  куропатку,
которую  мы  отдали  мачетере  Бенгино  и  двум  другим,
шедшим  вслед  за  ним».
 14  мая:
 «Прежде  чем  отправиться  в  путь,  я  собрал  людей  и
поговорил  с  ними  о  проблемах,  с  которыми  нам  при¬
дется  сталкиваться.  Речь  главным  образом  шла  о  за¬
пасах  продуктов.  Я  упрекнул  Бенгино  за  то,  что  он
 252

один  съел  целую  банку  консервов  и  отрицает  это;
Урбина  за  то,  что  он  тайком  съел  кусок  сушеного  мяса,
и  Анисето  за  его  чрезмерное  усердие  к  еде...»
 Итог  за  май:
 «До  сих  пор  никак  не  удается  установить  связь
с  Хоакино,  несмотря  на  то  что  мы  уже  столько  бродим
по  горам.  Это  огорчает.  Видимо,  он  ушел  в  северном
направлении.  Боевые  действия:  произошло  еще  три
столкновения  с  правительственными  войсками.  С  на¬
шей  стороны  потерь  нет.  Мы  проникли  в  Пириренду  и
Карагуатаренду,  что  очень  обнадеживает...
 Связи  с  Манилой,  Ла  Плазом  и  Хоакино  нет,  нас
осталось  всего  двадцать  пять  человек.  Крестьяне  отка¬
зались  присоединиться  к  нам,  хотя  постепенно  и  избав¬
ляются  от  страха...»
 4-я  и  8-я  дивизии  боливийской  армии  начали
«Операцию  Синтия».  Она  проходила  под  контролем
американских  специалистов  и  обошлась  в  два  с  поло¬
виной  миллиона  долларов.  На  борьбу  с  партизанами
Че  Гевары  были  брошены  и  вертолеты.  Арсенал  насту¬
павших  был  самым  современным:  артиллерийские  сна¬
ряды,  разрывные  пули,  напалмовые  бомбы  и  пулене¬
пробиваемые  жилеты.
 Че  Гевара,  26  сентября  1967  года:
 «Поражение.  Еще  до  темноты  мы  пришли  в  Пикачу,
где  все  жители  отмечали  праздник.  Это  самое  высокое
место,  которого  мы  достигли.  Оно  лежит  на  высоте
2280  метров.  Жители  встретили  нас  весьма  дружествен¬
но.  Мы  продолжали  путь  без  всяких  опасений,  хотя
Овандо  (генерал,  главнокомандующий  боливийской  ар¬
мией.—  Прим.  авт.)  заявил,  что  скоро  меня  схватят.
Когда  мы  пришли  в  поселок  Игеру,  все  переменилось.
Мужчины  исчезли,  а  в  поселке  осталось  только  не¬
сколько  женщин.  Коко  пошел  в  дом  телеграфиста  и
нашел  там  сообщение  от  22  сентября,  в  котором  замес¬
титель  префекта  полиции  Вальегранде  сообщал  ста¬
росте,  что  в  их  округе  появились  партизаны.  Если  они
будут  обнаружены,  то  следует  немедленно  сообщить
об  этом  в  Вальегранде.  Телеграфист  сбежал,  но  его
жена  нас  заверила,  что  сегодня  никто  не  звонил,  так
как  в  соседней  деревне  отмечают  праздник.  Вскоре
после  этого  я  разговаривал  с  мужчиной,  единственным
 253

оставшимся  в  деревне.  Он  был  очень  испуган;  Между
тем  объявился  какой-то  торговец  и  сказал,  что  идет
он^из  Вальегранде  и  Пукари  и  что  ничего  подозритель¬
ного  он  не  видел.  Но  он  очень  нервничал.  Я  подумал,
что  его  напугало  наше  присутствие,  и  позволил  им
обоим  уйти,  хотя  позже  стало  ясно,  что  оба  лгали.
Когда  в  13.30  я  отправился  к  вершине  горного  хребта,
раздались  выстрелы.  Было  ясно,  что  наши  попали  в  за¬
падню.  Я  организовал  оборону  села,  желая  подождать
тех,  кто  мог  остаться  в  живых.  Для  отступления  я
избрал  тропинку,  ведущую  к  Рио-Гранде.  Вскоре  при¬
шел  Бенгино.  Он  был  ранен.  Потом  Анисето  и  Паблито.
Его  нога,  была  в  очень  плохом  состоянии.  Мигель,
Коко  и  Хулио  погибли.  Самба  исчез,  оставив  после
себя  только  вещмешок...»
 Главное  командование  боливийской  армии  сделало
следующее  заявление:
 «8-я  и  4-я  дивизии  армии  совместно  подготовили
большую  операцию  против  партизан,  обосновавшихся
на  северном  берегу  реки  Рио-Гранде.  Сотня  партизан
под  руководством  Роберта  Коко  Переды  и  другая  группа
под  командованием  некоего  Мйгеля,  действующие  в  ле¬
сах  юго-восточной  Боливии,  будут  уничтожены».
 «Боливийский  дневник»  Че  Гевары,  7  октября:
 «Одиннадцать  месяцев  со  дня  начала  нашей  парти¬
занской  войны  мы  отпраздновали  без  осложнений,
в  идиллическом  настроении.  В  12.30  в  ложбине,  где
мы  разбили  лагерь,  появилась  какая-то  старуха,  кото¬
рая  пасла  коз.  Нам  пришлось  се  задержать.  Она  пи-
чего  внятного  о  солдатах  не  сказала,  отвечая  на  все
наши  вопросы,  что  ничего  не  знает  и  давно  уже  здесь
не  была.  Из  ее  слов  явствует,  что  мы  находимся  при¬
мерно  в  миле  от  Игеры  и  Хагуэя  и  примерно  в  двух
милях  от  Пукари.  Инти,  Анисето  и  Паблито  отправи¬
лись  в  хижину  этой  старухи.  У  нее  две  дочери.  Одна
страшно  худая,  а  другая  калека.  Мы  дали  ей  50  песо,
чтобы  она  ни  слова  не  говорила  о  нашей  встрече.  Но
я  не  верю,  что  она  сдержит  свое  обещание.
 В  5.00  мы  вышли  в  путь.  Переход  был  очень  утоми¬
тельным,  и  в  ложбине,  где  был  наш  лагерь,  мы  оставили
много  следов.  В  районе  ущелья  нет  никакого  жилья,
но  там  есть  поля  картофеля.  Его  поливают  водой  из

канав,  отходящих  от  ручья.  В  два  часа  ночи  мы  оста¬
новились  на  отдых.
 Чино  становится  настоящей  обузой  в  ночных  пере¬
ходах.
 Армия  .  передала  странное  сообщение  о  том,  что
в  Серрано  находится  250  солдат,  преграждающих  путь
окруженным  37  партизанам.  Областью,  где  мы  якобы
скрываемся,  считается  район  между  реками  Асеро  и
Оро.  Кажется,  что  это  сообщение  сделано  только  лишь
для  того,  чтобы  отвлечь  наше  внимание».
 Между  тем  судьба  Че  Гевары  и  его  друзей  была  ре¬
шена.  Акция  против  партизан,  развернутая  широким
фронтом,  вступала  в  решающую  фцзу.  Американские
специалисты  и  советники  отошли  на  задний  план.  На
сцену  вышли  местные  «рейнджеры»,  чтобы  окружить
группу  в  ущелье.  На  поросших  лесом  склонах  рано
утром  8  августа  появились  люди  из  специальной  ко¬
манды  в  зеленой  форме.  Здесь  были  не  только  обучен¬
ные  индейцы  племени  кечуа,  но  и  кубинские  эмигран¬
ты,  и  головорезы  из  Пуэрто-Рико.  Но  как  они  узнали,
что  лагерь  партизан  Че  Гевары  находится  именно
здесь?
 До  сих  пор  не  удалось  достоверно  доказать,  как
было  раскрыто  расположение  группы.  Одна  из  версий,
которую  можно  считать  почти  официальной,  гласит,
что  Че  Гевару  выдал  какой-то  местный  житель,  кото¬
рый  потом  погиб  при  не  вполне  выясненных  обстоятельг
ствах.
 Действительно,  уже  в  марте  1967  года  в  некоторых
местных  газетах  провинции  Санта-Крус  появились  со¬
общения  о  существовании  в  горах  партизанских  отря¬
дов.  Позже,  хотя  и  были  опубликованы  опровержения,
в  горы  начали  перебрасывать  военные  части,  что  кос¬
венно  подтвердило  правдивость  этих  сообщений.  Боли¬
вийское  правительство,  которое  стремилось  скрыть  не¬
приятный  факт,  вынуждено  было  через  несколько  дней
признать,  о  чем  идет  речь.  Дело  в  том,  что  журналисты
узнали  о  вооруженном  столкновении  партизан  с  воин¬
скими  подразделениями  в  районе  Ньянкауасу.  Семь
солдат  были  убиты  (и  это  скрыть  не  удалось),  семь
других,  в  том  числе  майор  и  капитан,  были  вэяты
в  плен.
 255

В  начале  апреля  ситуация  повторилась.  У  Ирипити
солдаты  попали  в  приготовленную  ловушку.  11  апреля
погибло  одиннадцать  солдат,  девятнадцать,  включая
командира  Рубена  Санчеса,  попали  в  плен  в  качестве
заложников.  Партизаны  допросили  их,  а  потом  отпус¬
тили.  Майор  Санчес  со  своими  людьми  возвратился
в  гарнизон.
 В  это  время  произошли  еще  два  эпизода,  которые
также  могли  способствовать  раскрытию  партизанской
группы.  В  группу  Че  Гевары  вошли  два  новых  чело¬
века.  Одним  из  них  был  земляк  Че  Гевары,  аргентинец
Сиро  Роберто  Бустос,  другим  —  двадцатишестилетний
француз  Режи  Дебрэ.  Это  был  скорее  революционный
теоретик,  чем  партизан,  способный  сражаться  в  боли¬
вийских  джунглях.  Его  книга  «Революция  в  революции»
оказалась  в  центре  внимания,  потому  что  в  ней  гово¬
рилось  о  стратегии  и  тактике  партизанской  борьбы.
 20  апреля  1967  года  Режи  Дебрэ  и  Бустос  появились
на  улицах  городка  Муйюпампы,  где  их  будто  бы  узнал
и  выдал  бывший  шахтер  Салустио,  которого  звали
Чоке-Чоке.  Совсем  недавно  он  сам  был  членом  парти¬
занской  группы,  оперирующей  в  горах,  но  дезертиро¬
вал.  Так  Дебрэ  и  Бустос  попали  в  руки  военной  по¬
лиции.  По  некоторым  сведениям,  от  верной  смерти  их
спас  фоторепортер  газеты  «Пресенсия»,  который  сфото¬
графировал  их  при  аресте.  Иначе  бы  они  бесследно
исчезли.
 Ни  полиция,  ни  военная  разведывательная  служба
не  получили  от  арестованных  никаких  доказательств
существования  партизанского  отряда  Че  Гевары.  Позже
стало  известно,  что  Режи  Дебрэ  подготовил  интервью
с  Че  Геварой  для  французской  печати,  он  сделал  даже
репортажные  снимки,  но  весь  материал  предусмотри¬
тельно  отправил  из  Ньянкауасу  прямо  в  Париж.  Дебрэ,
таким  образом,  никого  не  выдал.  А  как  Бустос?  Уда¬
лось  выяснить,  что  он  сотрудничал  с  полицией,  а  может
быть,  и  с  военной  разведкой.  Хотя  он  и  рассказывал
на  допросах  каждый  раз  разное,  тем  не  менее  некоторые
его  сведения  можно  было  использовать.  Поскольку
было  известно,  что  он  умеет  рисовать,  следователь  по¬
требовал,  чтобы  он  нарисовал  портреты  некоторых  ру¬
ководителей  партизанского  отряда,  с  которыми  он
 250

встречался  в  лагере  в  горах.  Репортер  «Таймс»  Ричард
Вигг,  у  которого,  очевидно,  была  возможность  загля¬
нуть  в  протоколы  следствия,  написал  потом,  что  эскизы
Бустоса  были  настолько  точны,  что  заменили  команди¬
рам  карательных  отрядов  фотографии.
 18  апреля  Че  Гевара  записал  в  свой  дневник  еще
один  случай,  который  мог  навести  преследователей  на
след  партизан:
 «В  час  пополудни"часовой  привел  в  лагерь  «троян¬
ского  коня»,  английского  журналиста  Роса.  Он  все
время  шел  по  нашим  следам.  Привели  его  дети  из  Ла-
гунильяс.  Его  документы,  хотя  и  были  на  первый
взгляд  в  порядке,  все  же  почему-то  настораживали
нас.
 В  паспорте,  в  графе  специальность,  было  зачеркнуто
олово  «студент»  и  рядом  приписано  «журналист».  Нам
же  он  сказал,  что  является  фотографом.  В  паспорте
у  него  стояла  пуэрто-риканская  виза.  Когда*  мы  спро¬
сили  его,  почему  у  него  удостоверение  начальника
учебной  группы  университета  в  Буэнос-Айресе,  он  от¬
ветил,  что  преподавал  там  испанский  язык...  Опять  та
же  ошибка.  Журналист  попал  сюда  в  результате  чьей-то
безответственности  и  недисциплинированности.  Мы  уз¬
нали,  что  уже  в  ту  ночь,  когда  мы  сюда  пришли,  о  на¬
шем  приходе  знали  в  Лагунильяс.  Видимо,  нас  кто-то
предал.  Мы  подумали,  что  это  мог  быть  сын  Родаса.
Действительно,  тот  признался,  что  его  брат  й  один
из  поденщиков  Видесы  предали  нас  за  вознаграждение
в  размере  500—1000  боливийских  песо».
 В  мае  на  одной  из  ферм  в  горах  появился  молодой
человек,  пытавшийся  раздобыть  продукты.  Он  попал
в  засаду,  был  ранен  и  в  результате  оказался  в-руках
«рейнджеров».  Те  отвезли  его  в  больницу.  ‘Там
установили  его  личность.  Это  был  сын  .  одного  из  из¬
вестных  боливийских  историков.  Звали  его  Хорхе
Каскес  Виано,  он  учился  в  университете.
 Вероятнее  всего,  что  его  допросом  занимались  аген¬
ты  ЦРУ.  Они  подослали  к  нему  некоего  пуэрториканца,
который  клялся;  что  он  кубинец  и  идет  прямо  от
Фиделя  Кастро.  Раненый  студепт  был  не  настолько
опытен,  чтобы  понять,  что  ему  готовят  западню.  Он
был  откровенен  с  агентом,  рассказал  о  том*  что  в  пар-
 257

тиванском  лагере  находится  легендарный  Че  Гевара.
После  этого  раненый  студент  исчез,  а  в  печати  появи¬
лось  сообщение  с  явными  намеками  на  то,  что  живым
он  из  военной  полиции  не  вышел.
 В  Лапласе  сообщения  о  Че  Геваре  появились  где-то
в  мае  месяце.  В  то  время  в  обширных  районах  трудно¬
проходимых  джунглей  оперировали  маленькие  группы
партизан.  Были  отмечены  военные  столкновения.
 6  июля  примерно  в  10.00  недалеко  от  Лос-Куэвас
группа  партизан  вышла  на  шоссе,  которое  вело  из
Санта-Крус  в  Кочабамбу.  Водители  проезжавших  ма¬
шин  заметили  вооруженных  людей  и  сообщили  об  этом
в  полицию.  Начальник  местного  гарнизона,  получив
сигнал  из  полиции,  немедленно  отдал  приказ  подраз¬
делению  «рейнджеров»  в  Сумаипате  о  преследовании
партизан.
 Партизаны  подслушали  телефонный  разговор.  По
дороге  они  захватили  автобус,  на  котором  доехали  до
военного  объекта  в  Сумаипате,  где  захватили  оружие
и  боеприпасы.  В  перестрелке  был  убит  один  солдат,
Че  Гевара  получил  легкое  ранение.  Потом  партизаны
перерезали  телефонные  провода.  В  местной  аптеке  они
взяли  антибиотики  и  лекарства  от  астмы.
 Вот  что  Че  Гевара  написал  об  этой  акции  в  своем
дневнике  6  июля  1967  года:
 «Рано  утром  мы  вышли  в  направлении  к  Пенья-
Колорадо.  Жители  этого  района  нас  боялись.  К  вечеру
мы  подошли  к  Альто-де-Палермо.  С  высоты  1600  мет¬
ров  спускались  к  маленькому  трактиру.  Было  уже
темно,  когда  мы  вышли  на  шоссе  в  том  месте,  где  рядом
с  дорогой  в  маленьком  домике  жила  пожилая  женщина.
По  плану  мы  должны  были  задержать  какую-нибудь  ма¬
шину  из  Сумаипаты,  попытаться  разведать  ситуацию,
взять  в  местной  аптеке  или  конфисковать  в  больнице
необходимые  лекарства,  купить  консервы  и  возвра¬
титься  назад.
 Нам  пришлось  изменить  план  Со  стороны  Сумаи¬
паты  не  проехал  ни  один  автомобиль.  Кроме  того,  мы
узнали,  что  здесь  никто  не  останавливается.  Это  услож¬
нило  ситуацию.  В  акции  принимали  участие  Коко,
Рикардо,  Пачо,  Анисето,  Хулио  и  Чино.  Они  остано¬
вили  грузовой  автомобиль*  ехавший  со  стороны  Санта-
 258

Крус.  За  ним  ехал  еще  один  грузовик,  который  также
остановился.  Нам  ничего  не  оставалось  делать,  кроме
как  задержать  и  его.  Затем  произошло  недоразумение
с  женщиной,  которая  не  хотела  выходить  из  машины.
Между  тем  остановилась  третья  машина,  а  потом,  пока
мы  вели  переговоры,  четвертая.  Но  все  оказалось  го¬
раздо  проще,  чем  мы  думали.  Шофер  последней  машины
просто  хотел  здесь  отдохнуть.  Потом  на  одном  из  этих
грузовиков  мы  приехали  в  Сумаипату,  взяли  там  в
плен  двух  жандармов,  начальника  гарнизона  лейте¬
нанта  Вакафлора  и  одного  сержанта,  у  которого  Вы¬
пытали  пароль.  Затем  молниеносной  атакой  мы  захва¬
тили  гарнизонную  казарму,  где  находились  десять  сол¬
дат.  Один  из  них  оказал  сопротивление,  но  перестрелка
длилась  недолго.  Мы  захватили  пять  винтовок  системы
«маузер»,  пулемет  и  десять  пленных,  которых  в  Кило¬
метре  от  Сумаипаты  раздели  догола  и  отпустили.  Что
касается  захвата  продовольствия,  то  акция  не  удалась.
Чино  поддался  на  уговоры  Пачо  и  Хулио,  и  они  не
купили  ничего  из  нужных  лекарств,  Хотя  самое  глав¬
ное  достали.  Акция  проходила  на  глазах  местных
жителей  и  жителей  из  других  деревень,  так  что  слух
обо  всем  виденном  разнесся  далеко.  В  два  часа  мы
с  трофеями  отправились  в  обратный  путь».
 Событие,  происшедшее-24  сентября,  заслуживает
внимания  сразу  по  нескольким  причинам,  хотя  сведе¬
ния  о  нем  расходятся.  Наутро  24  сентября  жители
маленькой  горной  деревушки  Альто-Секо  обнаружили,
что  деревня  занята  партизанами,  которые  обыскали  дом
старосты  и  перерезали  телефонный  провод.  Потом  при¬
ехал  на  муле  командир  партизан.  Они  увидели,  что  он
был  среднего  роста,  с  бледным  лицом  и  длинными  воло¬
сами,  вероятно,  болен  и  утомлен.
 Затем  партизаны  скупили  в  деревне  все  продукты
и  разместились  в  заброшенном  доме  примерно  в  двух¬
стах  мерах  от  деревни.  В  тот  же  вечер  в  местной  школе
они  устроили  политический  митинг,  на  котором  высту¬
пили  двое  ораторов  —  Коко  Передо  и  Че  Гевара.
В  западной  печати  появились  цитаты  из  выступлений
обоих  ораторов,  хотя  маловероятно,  что  их  кто-то  за¬
писывал,  и,  уж  конечно,  там  не  было  никого  из  журна¬
листов.  Слушатели  большей  частью  были  неграмотные.
 259

Коко  Передо  якобы  сказал,  что  партизаны  будут
продолжать  сражаться.  «О  нас  говорят,  что  мы  банди¬
ты,  но  мы  воюем  за  вас,  за  трудящихся,  за  рабочих
с  низкой  заработной  платой.  Правительственные  сол¬
даты  получают  королевское  жалованье,  а  кто  их
содержит  и  кормит?  Вы!  Сделали  ли  они  для  вас  что-
нибудь  хорошее?  Несколько  минут  назад  мы  перере¬
зали  телефонные  провода,  думая,  что  телефон  дейст¬
вует.  А  оказалось,  что  даже  телефон  и  тот  не  работал.
У  вас  нет  воды,  электричества.  Вы  забыты,  как  и
все  боливийцы.  Поэтому  мы  за  вас  сражаемся».
 Потом  он  призвал  присутствующих  мужчин  присое¬
диниться  к  борцам  за  свободу  страны  и  помочь  таким
образом  свергнуть  генерала  Баррьентоса.  Че  Гевара
будто  бы  еще  подчеркнул,  что  речь  идет  об  интерна¬
циональной  борьбе.  Партизаны  будут  сражаться  в  каж¬
дой  стране,  чтобы  освободиться  от  американского  угне¬
тения.  Цитируем  теперь  дневник  Че  Гевары.  Об  этом
событии  он  написал  следующее:
 «Когда  ядро  нашего  отряда  вступило  в  деревню
Альто-Секо,  мы  выяснили,  что  староста  уже  вчера
куда-то  уехал.  Очевидно,  он  хотел  предупредить  соот¬
ветствующие  власти.  Жители  деревни  знали,  что  мы
находимся  поблизости.  В  качестве  наказания  мы  кон¬
фисковали  все  его  имущество.  Альто-Секо  —  деревня,
состоящая  из  пятидесяти  домиков,  расположенная  на
высоте  1900  метров.  Люди  приняли  нас  с  чувством
страха  и  любопытства.  Мы  начали  запасаться  продукта¬
ми.  Вскоре  в  наш  лагерь,  в  заброшенный  дом  недалеко
от  колодца,  мы  принесли  достаточно  много  продуктов.
Грузовик,  который  должен  был  приехать  из  Вальегран¬
де,  не  приехал.  Мы  догадывались,  что  в  этом  виноват
староста,  который  рассказал  о  нашем  приходе.  Несмотря
на  это,  я  терпеливо  выслушал  причитания  его  жены.
Взывая  к  богу,  она  умоляла  нас  ради  ее  детей  запла¬
тить  за  конфискованные  вещи.  Мы  отказались  это  сде¬
лать.  Вечером  мы  с  Инти  устроили  в  местной  школе
беседу.  Инти  выступил  перед  пятнадцатью  удивленными
и  молчаливыми  крестьянами  и  рассказал  о  целях  нашей
революции.  Единственным  жителем  деревни,  который
принял  участие  в  беседе,  был  учитель.  Он  спросил
нас,  сражаемся  ли  мы  непосредственно  в  населенных
 260

пунктах.  В  нем  было  что-то  от  наивного  простака,  дере¬
венского  хитреца  и  немного  от  образованного  человека.
Он  нас  расспрашивал,  хотел  побольше  узнать  о  со¬
циализме.  Один  молодой  человек,  который  вызвался
нас  вести  дальше,  предупредил  нас,  что  учитель  хитрая
лиса  и  его  следует  опасаться.  В  половине  второго  ночи
мы  вышли  в  направлении  Санта-Элены  и  прибыли  туда
в  10.00.  Высота  1300  метров».
 Бывший  боливийский  министр  иностранпых  дел,
а  затем  командир  8-й  дивизии  полковник  Сентено  бро¬
сил  на  борьбу  с  партизанами  около  шестисот  свежих,
обученных  по  американскому  образцу  «рейнджеров».
Те  немедленно  пустились  по  следам  партизанских  от¬
рядов.  В  одной  из  операций  им  удалось  взять  в  плен
Уго  Чоке  Сильву.  Тот,  недолго  думая,  перешел  на
сторону  правительственной  армии.  А  так  как  он  знал
о  некоторых  тайных  складах  в  горах,  солдаты  обнару¬
жили  тайник,  в  котором,  кроме  всего  прочего,  нашли
несколько  фотографий.  На  одной  из  них  (снимок  был
сделан  в  лагере)  Имеете  с  Инти  и  Коко  сидела  красивая
молодая  девушка.
 Командир  «рейнджеров»  послал  фотографию  в  уго¬
ловный  отдел  боливийской  полиции.  Полиции  удалось
установить  имя  девушки,  и  партизаны  понесли  одну
из  самых  тяжелых  потерь.  Полиция  обнаружила  и
ликвидировала  обширную  организацию,  которая  дейст¬
вовала  в  нескольких  городах  и  осуществляла  финанси¬
рование  освободительных  отрядов.
 Лойола  Гусман  училась  в  Университете  Сан-Андро
в  Ла-Пасе.  Когда  к  ней  на  квартиру  нагрянула  поли¬
ция,  она  поняла  в  чем  дело,  но  не  смогла  никого  пре¬
дупредить  о  случившемся.  Целых  двадцать  дней  поли¬
цейские  Держали  ее  в  одиночке  и  никому  не  говорили
об  ее  аресте.  Партизаны  ничего  не  подозревали  и  про¬
должали  посылать  сведения  по  ее  адресу.  Таким  обра¬
зом,  в  руки  полиции  попало  много  ценной  информации.
В  печати  появилось  сообщение  о  ее  аресте  лишь  после
того,  когда  Лойола  Гусман  попыталась  выброситься
из  окна  третьего  этажа.
 В  воскресенье,  8  октября  1967  года,  разведчики
сообщили  карательному  отряду  «рейнджеров»  о  пере¬
движении  партизан  Че  Гевары  по  длинному  узкому
 261

ущелью  Юро.  В  13.30  «рейнджеры»  получили  приказ
об  атаке.  Они  осторожно  начали  спускаться  в  долину.
Потом  раздались  первые  автоматные  очереди.  Часть
отряда  Че  Гевары  пыталась  пробиться  из  окружения,
но  кечуа  имели  многократное  преимущество  в  силе  и
более  выгодные  позиции.  У  партизан  был  только  один
выход  —  пробираться  по  крутым  скалам.  Все  выходы
из  ущелья  Юро  были  перекрыты.
 Че  Гевара  вместе  со  своими  бойцами  сражался  до
последней  возможности.  Он  был  ранен  в  ноги.  Очеред¬
ная  пуля  выбила  у  него  из  рук  оружие.  Ствол  его  ав¬
томата  разорвало  при  выстрелах,  обойма  в  пистолете
была  пуста,  сам  он  уже  не  мог  встать  на  ноги.  Сражение,
в  ущелье  Юро,  примерно  в  двух  километрах  от  деревни
Игера,  окончилось  затемно.  Когда  в  деревне  Игера
в  окнах  глиняных  лачуг  зажглись  свечки  и  карбидные,
лампы,  у  школы  появилась  группа  боливийских  «рейнд¬
жеров»  вместе  с  двумя  пленниками.  Одного  из  них~
солдаты  буквально  тащили  по  земле.  Это  был  парти¬
занский  командир  Че  Гевара.  Вторым  был  его  товарищ
по  оружию  Симон  Куба,  бывший  лидер  боливийской
организации  горняков.  Руки  его  были  связаны  за  спи¬
ной.  Обоих  пленников  закрыли  в  школе,  порознь.
 Рано  утром  один  из  «рейнджеров»  принес  Че  Геваре,
завтрак.  Потом  он  рассказывал:  «Пленный  сильно  хро¬
мал  и  тем  не  менее  ходил  по  комнате.  У  меня  возникло
чувство,  что  он  хочет  обязательно  с  кем-то  поговорить.
И  действительно,  он  сказал  мне,  что  хотел  бы  погово¬
рить  с  учителем».
 Военный  корреспондент  Хорхе  Торрико-Винсенти,
который  благодаря  своему  полуофициальному  положе¬
нию  первым  прибыл  в  деревню  Игера,  беседовал  с
двадцатидвухлетней  учительницей  Хулией  Кортес.  Она
была  последней  собеседницей,  с  которой  Че  Гевара
разговаривал  перед  смертью.
 Хулия  Кортес:
 «Когда  я  вошла  в  класс,  то  увидела  человека  с
длинными  волосами  и  спутанной  бородой.  На  нем  была
грязная,  вонючая  одежда.  Видеть  все  это  было  непри¬
ятно.  Он  бросил  на  меня  проницательный  взгляд  и
спросил,  учительница  ли  я.  Когда  я  ответила  утвер¬
дительно,  он  начал  меня  расспрашивать,  сколько  детей
 202,

ходит  в  школу,  привыкли  ли  они  к  учебе,  получают  лй
в  школе  завтраки.  Потом  он  мне  стал  рассказывать
о  Кубе,  о  том*  что  там  для  деревенских  детей  построили
новые  прекрасные  школы.  Я  возразила,  сказав,  что
Боливия  бедная  страна,  на  что  он  сразу  же  ответил:
«Однако  господа  из  правительства  и  генерального  штаба
ездят  в  роскошных  «мерседесах».  Мы  перешли  на  дру¬
гую  тему.  Я  спросила  его,  был  ли  он  с  партизанами,
когда  они  в  сентябре  захватили  Игеру.  Вся  группа
потом  примерно  в  четырехстах  метрах  от  деревни  по¬
пала  в  западню.  Он  сжал  губы  и  сказал:  «Жители
Игеры  —  трусы.  Они  предали  нас.  Из-за  них  мы  поте¬
ряли  трех  отважных  бойцов...»
 В  10  часов  утра  9  октября  на  краю  деревни  призем1-
лился  военный  вертолет,  на  борту  которого  были  глав¬
нокомандующий  боливийской  армией  Альфредо  Ову-
андо  Кандиа,  Давид  Лафуэнте  Сото  и  кубинский  эми¬
грант,  находящийся  на  службе  в  ЦРУ,  Гонсалес.  На
другом  самолете  прилетели  генерал  Хоакин  Сентено
и  вице-адмирал  Горацио  Угартече.  В  горной  деревушке,
таким  образом,  собрались  высшие  чины  боливийской
армии.  Один  за  другим  они  заходили  в  школьный
класс,  в  котором  находился  раненый  Че  Гевара.  Мо¬
жет  быть,  они  прилетели  только  для  того,  чтобы  лично
убедиться,  что  Че  Гевара  пойман?  Очевидно,  нет.  Еще
до  обеда,  прежде  чем  сесть  в  свои  самолеты,  они  отдали
приказ  об  убийстве.  Потом  они  улетели  в  Вальегранде,
расположенный  неподалеку,  чтобы  обеспечить  себе
алиби.
 Хотя  детали  совещания  офицеров  неизвестны,  ясно
одно:  они  договорились  и  о  форме  убийства.  В  соседней
комнате  Че  Гевара  мог  слышать  громкий  спор  между
пьяными  солдатами  Марио  Тераном  и  Бернадином  Уан-
ка.  Каждый  из  них  первым  хотел  застрелить  Че  Гева¬
ру.  Когда  в  класс  вошел  часовой,  пленный  попросил
его,  чтобы  еще  раз  пришла  учительница  Хулия  Кортес.
Та  за  неимением  времени  отказалась  прийти  тотчас,
пообещав,  что  придет  после  обеда.
 Торрико-Винсенти  на  основе  рассказов  свидетелей
описал  последние  минуты  Че  Гевары:  «Марио  Теран
взял  свою  американскую  автоматическую  винтовку  М-2
и  вошел  в  класс.  Спокойным,  приветливым  голосом
 Щ

он  сказал  Че  Геваре,  чтобы  тот  сел.  «Зачем?  —  спро¬
сил  пленник.  —  Застрелить  меня  ты  можешь  и  так».
Солдат  растерялся.  Он  пошел  было  к  двери,  но  потом
вдруг  обернулся  и  дал  очередь.  Че  Гевара  инстинктивно
поднял  руку,  как  бы  пытаясь  защититься.  Пули  про¬
били  ему  руку  и  прошли  через  грудную  клетку,  поразив
сердце.  На  стене  школьного  класса  остались  следы  от
пуль...»
 Че  Гевара  умер  не  сразу.  Несколько  минут  он  лежал
в  агонии.  В  помещение  вошел  старший  лейтенант  Перес,
вынул  пистолет  и  выстрелил  умирающему  в  упор  в  за¬
тылок.  Но  в  тот  же  день  боливийские  власти  заявили
всему  миру,  что  небольшая  рана  в  затылке  —  глубокий
надрез,  который  должен  был  сделать  доктор  Мойсес
Абрахам  Б.,  когда  препарировал  труп.
 Уще  за  несколько  дней  до  этого  полковник  Сентен,
выступая  перед  представителями  зарубежной  печати,
сказал,  что  в  самое  ближайшее  время  Че  Гевара  будет
пойман  и  обезврежен.  Поэтому  шустрые  репортеры
9  октября  были  уже  наготове  на  аэродроме  в  городке
Вальегранде.  Полковник  Сентен,  который  прилетел
с  гор  на  военном  вертолете,  заявил  журналистам,  что
Че  Гевара  мертв,  он  видел  его  труп  собственными  гла¬
зами.  Потом  вертолет  поднялся  в  воздух  и  полетел  об¬
ратно  в  горы.  В  17  часов  он  снова  появился  на  гори¬
зонте,  сопровождаемый  взглядами  жителей  городка  и
нескольких  десятков  иностранцев.  Среди  них  был  и
агент  ЦРУ,  которого  хорошо  знали  журналисты.
 Вертолет  приземлился  сравнительно  далеко  от  лю¬
бопытных,  солдаты  сразу  же  окружили  его  и  никого
близко  не  подпускали.  Но  люди  видели,  что  к  шас¬
си  было  привязано  мертвое  тело.  Это  был  убитый
Че  Гевара.
 О  дальнейшем  ходе  событий  рассказывает  репортер
американской  газеты  «Нейшн».  «Мертвое  тело  погру¬
зили  в  закрытый  «шевроле»,  который  сразу  же  уехал.
Мы  прыгнули  в  свой  «джип».  Наш  шофер  неотступно
следовал  за  «шевроле».  Так  мы  ехали  около  километ¬
ра.  Потом  машина  неожиданно  свернула  и  въехала  во
двор  небольшой  больницы.  Мы  почти  вплотную  ехали
за  ней,  поэтому  ворота  больницы  закрыть  не  успели.
«Шевроле»  с  трупом  въехал  по  крутому  подъему  и  оста¬
 264

новился  у  сарая  с  бамбуковой  крышей.  Это  была,  оче¬
видно,  временная  прачечная.  Мы  быстро  выскочили  из
«джипа»  и  побежали  к  «шевроле».  Задняя  дверь  его  была
еще  закрыта.  Потом  она  открылась,  и  оттуда  выскочил
агент  ЦРУ.  Внутри  на  носилках  лежало  тело  Че  Ге¬
вары.  Я  видел  его  четыре.года  назад  в  Гаване.  Он  был
личностью,  которую  не  забывают...  Он  показался  мне
меньше  ростом  и  более  худым,  чем  тогда,  в  Гаване.
Видимо,  месяцы,  проведенные  в  джунглях,  сделали
свое  дело.  Я  не  хотел  верить  своим  глазам,  но,  когда
труп  вынесли  и  положили  на  стол  в  сарае,  я  понял,  что
это  он.  Черты  лица,  редкая  борода,  непричесанные
вихры  исключали  ошибку.  Он  был  одет  в  зеленую  фор¬
му  с  курткой  на  молнии.  На  ногах  были  зеленые  носки
и  мокасины  домашней  работы.  Пока  он  был  одет,  ран
не  было  видно.  Только  у  основания  шеи  были  видны
две  маленькие  дырки...»
 Мертвого  Че  Гевару  сожгли,  а  пепел  куда-то  высы¬
пали,  чтобы  его  могила  не  стала  местом  паломничества
угнетенных,  мечтающих  о  свободе...  Но  и  это  мероприя¬
тие  шефа  боливийской  разведывательной  службы  пол¬
ковника  Аугусто  Риосе  не  достигло  цели.  Есть  люди,
которые  не  умирают.  Че  Гевара  —  один  из  них.  Он
продолжает  идти  в  колоннах  демонстрантов  в  Лондоне,
Париже,  Буэнос-Айресе.  Несмотря  на  заблуждения  и
допущенные  ошибки,  он  стал  примером  для  бойцов  ан¬
тиимпериалистической  революции  в  ЛатинскойАмерике.
 В  своем  последнем  письме  родителям  он  писал:
 «Люди  могут  сказать  обо  мне,  что  я  авантюрист.
Да,  это  так,  но  я  авантюрист  особый.  Я  один  из  тех,
кто  рискует  жизнью,  чтобы  доказать  свою  правду.  Кто
знает,  может,  я  прощаюсь  с  вами  навсегда.  Я  не  мечтаю
о  смерти,  но  обстоятельства  логично  заставляют  меня
считаться  с  этой  возможностью.  Я  вас  очень  любил,
но  не  мог  выразить  свою  любовь.  Во  всем,  что  я  когда-
либо  делал,  я  был  несговорчив.  Думаю,  что  иногда
вы  меня  не  понимали.  Воля,  которую  я  с  удовольствием
закалял,  будет  теперь  поддерживать  мои  больные  ноги
и  укреплять  уставшие  легкие.  Вспоминайте  иногда
своего  маленького  кондотьера  двадцатого  века...»
 Последняя  часть  трагедии  разыгралась  после  смерти
Че  Гевары.  Вскоре  после  того,  как  все  ведущие  зару¬
 263

бежные  газеты  напечатали  его  дневник,  в  Боливии  ис¬
чез  министр  внутренних  дел  Антонио  Аргедас.  В  обя¬
занности  министра  входило  и  руководство  боливийской
секретной  службой,  которая  сыграла  немалую  роль
в  обнаружении  в  горах  отряда  Че  Гевары.  Затем  ми¬
нистр  Аргедас  появлялся  в  некоторых  латиноамерикан¬
ских  странах,  резко  критиковал  правительство  гене¬
рала  Баррьентоса,  называя  его  орудием  в  руках  аме¬
риканского  империализма,  и  опять  исчез.
 В  1968  году  Аргедас  появился  в  Лондоне,  затем  в
Нью-Йорке  и  в  Перу.  Все  это  время  за  ним  следили
агенты  ЦРУ.  Они  попеременно  то  сулили  ему  золотые
горы,  то  угрожали  расправой.  Тем  самым  они  косвенно
вынудили  его  сделать  заявление,  что  он  был  агентом
ЦРУ  с  1965  года,  что  на  расчетной  ведомости  ЦРУ  рядом
с  его  фамилией  стояли  фамилии  других  высоких  боли¬
вийских  деятелей.  Кроме  этого,  он  описал  обстоятель¬
ства,  при  которых  его  завербовало  ЦРУ,  и  обвинил
агентов  этой  разведывательной  организации  в  шантаже.
 Министр  Аргедас  далее  представил  репортеру  «Нью-
Йорк  тайме»  доказательства  участия  ЦРУ  в  убийстве
Че  Гевары,  когда  назвал  офицеров,  с  которыми  он  со¬
трудничал.  Шефом  резидентуры  был  Хьюго  Мэррей.
В  его  штабе  на  территории  Боливии  работали  Джон
С.  Хилтон,  полковник  Эд  Фокс,  Ларри  Стирнфилд  и
Ник  Лендирис.  Аргедас  назвал  также  некоторых  рабо¬
тающих  по  контракту  с  ЦРУ  служащих,  которые  при¬
нимали  участие  в  поимке  Че  Гевары.  Это  были  кубин¬
ский  эмигрант  Хулио  Габриэль  Гарсиа  и  боливийцы
Эдио  и  Марио  Гонсалес.
 Че  Гевара  умер  в  октябре  1967  года.  Спустя  два  года
после  его  смерти  погиб  при  аварии  вертолета  боливий¬
ский  президент  Рене  Баррьецтос.  Шесть  недель  спустя
в  Ла-Пасе  был  убит  Антонио  Аргедас.  Как  он  попал  в
Боливию?  В  печати  появились  не  совсем  логичные  со¬
общения  о  том,  что  он  сам  возвратился  на  родину,  что¬
бы  добровольно  предстать  перед  судом  и  ответить  за
измену  родине.  Люди  посвященные,  конечно,  не  вери¬
ли  этому.  Прежде  всего  потому,  что  в  Санта-Крус  был
убит  и  Герберто  Рохас,  командир  боливийских  «рейнд¬
жеров»,  направленный  в  Боливию  американским  ЦРУ,
 Свидетели  должны  были  исчезнуть,

ЧЕРНЫЙ  АПОСТОЛ
 Насильственная  смерть  борца  за  гражданские  права
американских  негров  пастора  Мартина  Лютера  Кинга,
самого  молодого  лауреата  Нобелевской  премии  за  мир
и  вождя  черной  Америки,  вызвала  необычайно  бурные
события.
 В  сорока  шести  городах  США  возникли  серьезные
беспорядки.  Демонстранты,  в  числе  которых  были  и
деклассированные  элементы,  подожгли  пятьсот  сорок
семь  домов,  разбили  огромное  количество  витрин,  раз¬
грабили  сотни  магазинов.  Седьмая  и  Четырнадцатая
улицы  Вашингтона  напоминали  линию  фронта.  На
ступеньках  Капитолия  появились  пулеметы,  в  столицу-
было  переброшено  12  тысяч  солдат.  Президент  Джонсон
призвал  народ  сохранять  спокойствие  и  порядок  и  от¬
ложил  запланированную  поездку  на  Гавайские  острова.
Сенатор  Кеннеди  предоставил  самолет,  чтобы  перевезти
тело  Кинга  из  Мемфиса  в  Атланту  (штат  Джорджия),
где  жила  семья  пастора.  Улицы  города,  где  был  убит
Кинг,  заполнились  тысячами  солдат  национальной  гвар¬
дии.
 Акция  борцов  за  равноправие  началась  1  декабря.
1955  года.  В  этот  день  в  штате  Алабама  Роза  Парк  от¬
казалась  уступить  место  белому  в  городском  автобусе.
Не  подчинилась  она  и  шоферу,  потребовавшему,,  чтобы
она  встала.  По  этой  причине  Роза  Парк  предстала
перед  белым  судьей,  который  оштрафовал  ее  на  14  дол¬
ларов.  На  проповеди  в  баптистской  церкви  в  Моцтго*
мери  пастор  Кинг  призывал  черных  американцев  от¬
казаться  от  проезда  на  городском  транспорте.  Триста
восемьдесят  один  день  они  ходили  на  работу  пешком  и
победили.
 Пастор  Мартин  Лютер  Кинг  стал  вождем  американ1
цев,  подвергавшихся  дискриминации,  апостолом  нена¬
сильственного  сближения  в  правах  черных  и  белых.
«Тем,  кто  никогда  не  чувствовал  жестоких  ударов  ра-
 267

совой  сегрегации,—  писал  он,—  легко  говорить:  ждите.
Когда  вы  видели  собственными  глазами,  как  взбешенная
толпа  линчует  ваших  матерей  и  отцов,  как  она  по  злобе
хочет  утопить  ваших  сестер  и  братьев,  как  полицей¬
ские,  ослепленные  ненавистью,  безнаказанно  мучают,
пинают  и  даже  убивают  ваших  братьев  и  сестер,  когда
вы  видите,  как  подавляющее  большинство  двадцати
миллионов  ваших  черных  братьев  задыхается  в  тисках
нищеты  среди  общества,  живущего  в  изобилии,  когда
вы  вдруг  установите,  что  ваш  язык  не  повинуется,  ког¬
да  вы  должны  объяснять  своей  шестилетней  дочери,
почему  ей  нельзя  пойти  в  парк,  где  так  много  аттрак¬
ционов,  о  которых  рассказывали  по  телевидению,  ког¬
да  вы  затем  увидите,  как  по  ее  щекам  текут  слезы  после
того,  как  вам  пришлось  сказать  ей,  что  цветным  детям
запрещено  посещать  Фантаун,  когда  вы  видите,  как
сгущаются  тучи  комплекса  неполноценности,  как  они
омрачают  ее  детский  горизонт,  когда  вы  наблюдаете,
как  у  нее  начинают  появляться  первые  признаки  раз¬
двоения  личности,  поскольку  невольно  растет  чувство
обиды  к  белым  людям,  когда  вы  должны  придумывать
ответ  на  вопрос  своего  пятилетиего  мальчика  «Папа,
почему  белые  так  плохо  обращаются  с  черными?»,
когда  вам  приходится  часто  ездить  по  стране  на  авто¬
мобиле  и  каждую  ночь  спать  в  машине,  так  как  вас  не
пускают  на  ночь  в  мотель,  когда  вас  ежедневно  унижа¬
ют  слова  «белый»  и  «цветной»,  когда  вашим  первым  име¬
нем  стало  слово  «негр»,  когда  вашим  вторым  именем
является  «бой»,  сколько  бы  вам  ни  было  лет,  когда
последним  вашим  именем  является  Джон,  а  к  вашей
жене  и  матери  никогда  не  обращаются  со  словом  «гос¬
пожа»  —  тогда  вы  поймете,  почему  нам  так  трудно
ждать».
 Критика  Кинга  брала  за  живое.  Черные  американцы
пошли  за  ним,  белые  стали  его  бояться,  так  как  он
угрожал  их  господству.  И  потом  появилось  новое  по¬
нятие  «блэк  пауэр»  —  «черная  сила»  и  организованное
сопротивление,  марши  протеста  униженных.  Пастор
Мартип  Лютер  Кинг  старался  объяснить  обеим  сторо¬
нам,  о  чем  идет  речь:  «Прежде  всего  надо  уяснить,  что
понятие  «блэк  пауэр»  —  это  крик  разочарования.  Этот
лозунг  не  вымысел  какого-нибудь  Юпитера  философии.
 208

Он  родился  из  ударов,  отчаяния  и  разочарования.  В  те*
чение  многих  веков  негр  был  сжат  в  тисках  белой  вла¬
сти.  Многие  черные  потеряли  веру  в  белое  большинство,
так  как  им  дорого  обходилось  тоталитарное  господство
белой  власти.  Обращение  к  «блэк  пауэр»  —  это.  только
реакция  па  изъяны  белой  власти.
 Не  случайно,  что  движение  за  гражданские  права
негров  возникло  в  Миссисипи.  Там  и  по  сей  день  убийст¬
ва  борцов  за  гражданские  права  считаются  излюбленным
времяпрепровождением.  Только  за  три  года  в  этом  шта¬
те  подверглись  линчеванию  более  сорока  негров,  и  ник¬
то  за  это  не  был  наказан.  В  течение  двух  лет  в  Мисси¬
сипи  было  сожжено  и  взорвано  более  пятидесяти  нег¬
ритянских  церквей.  Те,  кто  бросал  бомбы,  были  окру¬
жены  уважением.  Это  белая  сила,  белая  власть  в  своей
наихудшей,  наиболее  жестокой  форме.
 «Блэк  пауэр»  в  своем  общем  позитивном  смысле  —
призыв  к  черным  объединить  все  политические  и  эко¬
номические  силы  для  достижения  насущных  целей.  Со
времен  старого  рабства  на  Юге  до  новых  гетто  на  Се¬
вере  негр  никогда  не  имел  голоса,  жил  без  власти.  Он
не  имел  права  сам  решать  свою  судьбу...
 Понятие  «черная  сила»  является  также  психологи¬
ческим  призывом  в  стремлении  стать  человеком.  Много
лет  подряд  негров  убеждали,  что  они  никто,  что  они
ничто,  что  цвет  их  кожи  —  знак  биологической  ущерб¬
ности  и  поэтому  на  них  лежит  песмываемая  печать  не¬
полноценности.  Мало  кому  известно,  как  рабство  и  ра¬
сизм  повлияли  на  душу  черного  человека,  какой  ущерб
нанесли  они  его  смелости.  Вся  грязная  торговля  раба¬
ми  зиждилась  па  предположении,  что  негр  —  это  вещь
и  ни  в  коем  случае  не  человек,  которого  можно  ува-
щать».
 Пастор  ездил  из  города  в  город,  выступал  на  собра¬
ниях,  организовывал  «голодный  поход»  в  Вашингтон.
4  апреля  1968  года  он  приехал  со  своей  группой  в  Мем¬
фис  (штат  Теннесси)  и  разместился  в  мотеле  «Лоррэйп».
Около  шести  часов  вечера  он  вышел  на  балкон  и,  пере¬
гнувшись  через  перила,  перекинулся  несколькими  сло¬
вами  с  певцом  Беном  Бранчем,  который  стоял  на  улице.
Вечером  после  митинга  Бен  должен  был  петь;  гвоздем
программы  митинга  должно  было  стать  выступление
 269

Кинга.  Пастор  напоминал  Бранчу  о  том,  чтобы  в  псалом
«Милый  господи,  возьми  меня  к  себе»  он  вложил  по¬
больше  чувства.  Это  были  последние  слова  Кинга.
В  18.23  прозвучал  одиночный  выстрел.  Негритянский
священник  выпрямился,  схватился  за  шею  и  упал.
Кто-то  побежал  в  ванную  за  полотенцем,  пытаясь  ос¬
тановить  кровь.  Его  шофер,  который  стоял  рядом,  по¬
том  рассказывал,  что  на  лице  пастора  было  написано
удивление  и  падал  он  очень  медленно.  Его  отвезли
в  ближайшую  больницу,  где  врачи  спустя  час  после
покушения  объявили,  что  Мартин  Лютер  Кинг  скон¬
чался.  Террорист  метил  точно,  одним  выстрелом  он
уничтожил  надежды  черной  Америки  и  дал  сигнал  к
самому  большому  восстанию  негров  в  Соединенных
Штатах.
 Как  это  уже  бывало  неоднократно  в  подобных  слу¬
чаях,  блюстители  закона  поспешили  заявить,  что  тер¬
рорист  действовал  один  и  убийство  не  результат  орга¬
низованного  заговора.  Министр  юстиции  Рамсей  Кларк
высказал  это  мнение  по  меньшей  мере  преждевременно.
Хотя  полиция  нашла  много  компрометирующих  доказа¬
тельств  (убийца  оставил  на  месте  преступления  винтов¬
ку,  гильзу,  туристскую  сумку,  бинокль,  отпечатки  паль¬
цев  и  всей  ладони),  сам  убийца  бесследно  исчез.  Ситуа¬
ция  начала  развиваться  не  в  пользу  агентов  ФБР.
 Пока  что  им  удалось  установить  только  некоторые
важные  детали.  Во  второй  половине  дня  4  апреля  1968  г.
примерно  в  15.00  в  дешевый  пансион  «Ребель»,  что  рас¬
положен  напротив  мотеля  «Лоррэйн»,  вошел  прилично
одетый  молодой  человек.  Он  снял  себе  комнату  на  имя
Джона  Уилларда.  Около  шести  часов  он  вошел  в  общую
ванную  комнату  с  винтовкой  в  руке,  запер  за  собой
дверь,  встал  к  окну  и  стал  смотреть  на  мотель.  Когда  на
балконе  появился  пастор  Кинг,  он  спокойно  прицелил¬
ся  и  нажал  на  спуск.  Выстрел  получился  точ¬
ный.
 Жильцы  пансиона,  услышав  выстрел,  сразу  сбежа¬
лись  туда,  откуда  он  раздался.  Убийца  грубо  крикнул
им,  чтобы  они  убирались,  и,  выбегая  на  улицу,  винтов¬
ку  все  еще  держал  в  руках.  По  дороге  он  отбросил  ее
к  дверям  конторы  фирмы  «Кейнап  эмьюземент  компа-
нц»,  потом  бросил  и  сумку.  Затем  он  прыгнул  в  белую
 270

машину  марки  «форд-мустанг»  и  выехал  из  города  в  юго-
восточном  направлении.
 Многие  его  видели,  были  сообщены  в  полицию  его
приметы  и  направление,  куда  он  поехал.  Несмотря  на
это,  сыщики  пошли  по  ложному  следу.  Как  позже  стало-
известно,  опытные  агенты  ФБР  попали  в  уготованную
им  ловушку.  И  это  обстоятельство  ставит  под  сомнение
утверждение  министра  Кларка  о  том,  что  заговора  как
такового  не  существовало.  Едва  полицейские  бросились
вдогонку  за  преступником,  как  какой-то  радиолюбитель
передал  в  эфир,  что  он  случайно  поймал  радиосигнал
голубого  «плимута».  Шофер  «плимута»  передавал,  что
преследует  быстро  едущий  «форд-мустайг»,  направляю¬
щийся  из  города  на  север.
 Сообщение  любителя  приняла  полицейская  машина
под  номером  160  и  немедленно  передала  его  в  местное
управление  ФБР,  которое  сразу  же  бросилось  пресле¬
довать  преступника.  Только  убийца-то  поехал  совер¬
шенно  в  другую  сторону.  «Липовое»  сообщение  должно
было  ему  помочь  уйти  от  преследователей.  Первую  часть
игры  полиция  проиграла.  Позже  выяснилось,  что  со¬
общение  о  преследуемом  «мустанге»  передала  стацио¬
нарная  станция,  а  не  радиопередатчик  автомобиля.
Следовательно,  налицо  заранее  приготовленная  хит¬
рость.
 В  1968  году  «форд-мустанг»  был  одним  из  самых  по¬
пулярных  в  Америке  автомобилей.  Только  в  Мемфисе
их  насчитывалось  более  четырехсот.  Поэтому  найти  ав¬
томобиль  преступника  было  нелегким  делом.  Полиция
делала,  очевидно,  все,  что  было  в  ее  силах,  но  выйти  на
след  террориста  она  смогла  только  через  неделю.  В  Ат¬
ланте,  удаленной  от  Мемфиса  на  семьсот  километров,
полицейский  патруль  обнаружил  брошенный  белый
«форд-мустанг»,  который,  по  словам  свидетелей,  оста¬
вил  здесь  молодой,  хорошо  одетый  человек  спустя
двенадцать  часов  после  покушения.  Канцелярия  по
регистрации  автомобилей  сообщила,  что  белый  «форд-
мустанг»  с  регистрационным  номером  Алабама  1-38993
принадлежит  безработному  моряку  из  Бирмингема
Эрику  Старво  Гэлту.
 Сыщики  отправились  в  Бирмингем  и  установили,
что  некий  Гэлт  действительно  26  августа  1967  года  до-
 271

селился  на  Хайленд-авеню,  2608.  Безработный  моряк
с  экзотической  фамилией  (потом  он  признался,  что  со¬
ставил  ее  из  фамилий  двух  известных  героев  детектив¬
ных  романов),  очевидно,  не  сидел  без  средств.  Четыре
дня  спустя  он  появился  в  магазине  по  продаже  подер¬
жанных  автомобилей.  Там  он  выбрал  себе  «форд-му¬
станг»,  проехался  на  нем  вокруг  здания  и  после  этого,
не  торгуясь,  заплатил  наличными  почти  2  тысячи  дол¬
ларов.
 Полиция  допросила  домовладельца,  у  которого  Гэлт
снял  комнату,  и  установила,  что  некоторые  поручения
Гэлта  выполнял  семидесятйдвухлетний  Питер  Чирпс.
Именно  Чирпса  он  послал  за  проездными  документами
в  штат  Алабама,  заявив  при  этом,  что  для  Луизианы  у
него  всё  необходимое  уже  есть.  Таким  образом,  в  транс¬
портной  конторе  впервые  нашлись  некоторые  сведения
о  разыскиваемом:  Эрик  Старво  Гэлт,  родился  21  июля
1931  года,  рост  180  сантиметров,  цвет  глаз  —  голубой,
вес  80  килограммов.  Данные,  конечно,  могли,  быть  и
вымышленными.  Дело  в  том,  что.  одновременно  ФБР
установило,  что  в  его  картотеке  нет  человека  с  такой
фамилией  и  талон  на  проезд  на  эту  фамилию  в  штате
Луизиана  не  выдавался.
 Человек,  которого  звали  или  который  выдавал  себя
за  Эрика  Старво  Гэлта,  имевший  белого  «мустанга»,
7  октября  1967  года  покинул  пансион  в  Бирмингеме,
сказал  хозяину  Чирпсу,  что  едет  в  порт  Мобиле  искать
работу  на  корабле,  а  сам  вместо  этого  отправился  в  Ка¬
лифорнию.  По  сведениям,  полученным  ФБР,  он  запи¬
сался  на  танцевальные  курсы,  которые  посещал  до
12  февраля  в  танцевальной  школе  «Нэшнл  дане  стадиз»,
и  заплатил  за  это  465  долларов.  Тут  же  он  позволил
себе  еще  некоторые  расходы  на  собственное  воспита¬
ние.  В  Лос-Анджелесе  он  начал  посещать  школу  для
барменов  и  заплатил  за  это  225  долларов.
 Безработный  моряк  Гэлт,  как  видно,  вел  себя
не  только  подозрительно,  но  и  совершенно  непонятно.
Речь  действительно  шла  о  человеке,  который  собирал¬
ся  совершить  убийство,  либо  должен  был  навести  по¬
лицию  на  ложный  след.
 Давайте  рассмотрим  другие  результаты  полицей¬
ского  расследования.  Безработный  моряк  разъезжает
 272

в  белом  «мустанге»  по  Мексике.  Неожиданно  он  по¬
является  в  Новом  Орлеане.  Зачем?  Позже  появились
мнения,  на  которые,  видно,  повлияли  закулисные
разговоры  по  поводу  покушения  на  президента  Кен¬
неди.  Именно  здесь  была  резиденция  штаба  заговор¬
щиков.  В  Новом  Орлеане  будто  бы  расисты  заплатили
наемному  убийце  аванс  в  размере  5  тысяч  долларов.
Эту  версию  доказать  не  удалось.
 В  Новом  Орлеане  Гэлт  не  задержался.  Уже  27  ян¬
варя  1968  года  он  возвратился  в  Бирмингем,  зашел  в
оружейный  магазин,  где,  представившись  Харви  Лоун-
майером,  купил  отличную  самозарядную  винтовку
системы  «ремингтон».  Полиция  сопоставила  эти  факты
и  установила,  что  это  и  была  та  самая  винтовка,  кото¬
рую  бросил,  убегая,  Джон  Уиллард.
 Наконец,  агентам  ФБР  удалось  найти  фотографию
мнимого  бармена  Гэлта  и  объявить  его  розыск.  Но
здесь  появились  первые  противоречия.  Они  приво¬
дили  к  выводу,  что  Эрик  Старво  Гэлт  и  убийца  Кин¬
га  —  не  одно  и  то  же  лицо.  В  то  время  как  один  Гэлт
совершенно  точно  находился  в  Калифорнии,  где  до
2  марта  1968  года  посещал  курсы  для  барменов,  1  мар¬
та  в  транспортной  инспекции  Алабамы  появился
второй  Гэлт  и  попросил  выдать  ему  дубликат  води¬
тельского  удостоверения.  Он  просил  выслать  удосто¬
верение  почтой  по  старому  адресу  на  Хайленд-авеню,
2608,  где  не  жил  с  октября  прошлого  года.  Когда
полиция  попыталась  объяснить  это  противоречие,  хо¬
зяин  пансиона  Чирпс  заявил,  что  полученная  почта
раскладывается  в  вестибюле  и  каждый  сам  берет  свою
корреспонденцию.  Стало  быть,  заинтересованный  че¬
ловек  может  войти  в  вестибюль  и  взять  какую  угодно
корреспонденцию.  Но  можно  ли  предположить,  что
потенциальный  убийца  будет  так  рисковать  и  навле¬
кать  на  себя  подозрения,  указывая  фальшивый  адрес?
Или,  может  быть,  полиции  не  все  известно?  Или  же
существовал  второй  Гэлт?  Адресат  получил  переслан¬
ные  ему  документы  и  заплатил  за  копию  почтовой
квитанции  положенные  25  центов.
 О  подмене  лиц  свидетельствуют  и  другие  показания
Чирпса.  Когда  ему  показали  фотографию  бармена
Гэлта,  он  отрицательно  покачал  головой.  Нет,  этого
 10  в.  П.  Боровичка
 273

человека  он  никогда  не  видел.  Чарльз  Стефенс,  один
из  очевидцев  бегства  террориста  из  пансиона  «Ревель»,
также  не  опознал  террориста  по  фотографии.  Остается
задать  лишь  один  вопрос.  Не  шла  ли  полиция,  все  это
время  по  ложному  следу,  на  который  она  встала  сразу
же  после  убийства  благодаря  провокационной  радио¬
передаче?
 Убийца  оставил  на  месте  преступления  отпечатки
пальцев  и  целой  ладони.  При  расследовании  убийства
Кинга  идентификация  отпечатков  пальцев  заняла  це¬
лых  четырнадцать  дней.  И  хотя  Федеральное  бюро
расследования  в  сообщении  для  печати  заявило,  что
пришлось  сравнить  пятьдесят  три  тысячи  зарегистри¬
рованных  отпечатков,  это  никого  не  успокоило.  Теперь
стало  ясно,  что  след,  ведущий  к  бармену  Гэлту,  ложный,
 Сорокалетний  мужчина,  которому  принадлежали
отпечатки  пальцев,  носил  имя  Джеймс  Эрл  Рей.  Это
был  профессиональный  преступник,  осужденный  в  по¬
следний  раз  на  двадцать  лет  тюрьмы.  В  то  время,  когда
он  отбывал  наказание  в  тюрьме,  Эрик  Старво  Гэлт
посещал  уроки  танцев.  Заключенные,  сидевшие  в
тюрьме  вместе  с  Реем,  отрицали,  что  на  фотографии
бармена  Гэлта  изображен  Рей.
 Джеймс  Эрл  Рей  должен  был  сидеть  в  тюрьме,  но
на  самом  деле  он  давно  гулял  на  свободе.  23  апреля
1967  года  он  бежал  из  тюрьмы  в  Джефферсон-Сити
на  машине  для  перевозки  хлеба.  Несмотря  на  то  что
это  скорее  похоже  на  сказку,  побег  Рею  действительно
удался.  Однако  маловероятно,  что  выбрался  он  на
свободу  без  помощников.  Наоборот,  в  осуществлении
побега  ему  должна  была  помогать  хорошо  отлаженная
организация,  и  действовала  она,  разумеется,  не  из
любви  к  ближнему.  Либо  Рей  мог  хорошо  заплатить,
либо  его  вывезли  из  тюрьмы  потому,  что  он  был  нужен.
 Неловкий  гангстер  Рей  попал  за  решетку  за  не¬
удачное  ограбление.  Когда  он  с  компаньоном  удирал
с  места  преступления,  то  в  спешке  плохо  закрыл  дверцу
машипы.  На  повороте  он  выпал  на  дорогу,  где  его,  из¬
рядно  помятого,  и  подобрала  полиция.  Затем  его,  пригот
ворили  к  двадцати  годам  тюрьмы.  После  побега  он
оказался  без  Доллара  в  кармане.  Кто  его  кормил?
Откуда  он  брал  деньги?
 274

Полиция  восстановила  маршруты  его  передвижения
после  побега.  На  попутной  машине  он  доехал  до  Чи¬
каго.  Там  устроился  на  работу  в  качестве  помощ¬
ника  официанта.  Под  чужой  фамилией,  но  не  как
Эрик  Старво  Гэлт,  он  приехал  в  Торонто  и  стал
готовиться  к  отъезду  в  Латинскую  Америку.  Пере¬
бравшись  в  Монреаль,  он  начал  искать  место  на  ко¬
рабле,  идущем  в  любой  отдаленный  порт.  Но  ему
не  везло.  Тогда  он  пристроился  официантом  в  гости¬
нице  на  берегу  озера  Квимет.  Потом  его  след  временно
теряется.  Позже  он  признался,  что  в  это  время  зани¬
мался  контрабандой  и  заработал  себе  таким  образом
много  денег.  Он  переехал  в  Чикаго,  где  стал  жить
роскошно.  Потом  приобрел  себе  белого  «мустанга»,
в  Бирмингеме  купил  винтовку  и  поехал  в  Мемфис,
чтобы  убить  Кинга.  Зачем?  Может  быть,  гангстер  Рей
был  идеалистом  или  же  фанатиком-расистом,  который
после  удачного  побега  из  тюрьмы  с  кучей  денег,  зара¬
ботанных  контрабандой  марихуаны,  рискует  вновь
попасть  в  лапы  полиции,  совершив  политическое  убий¬
ство  негритянского  лидера?
 После  покушения  он  прыгнул  в  ожидавшую  его
машину,  доехал  до  Атланты,  бросил  ее  там  на  ули¬
це  и  8  апреля  1968  года  объявился  в  Торонто.  Это
наводит  на  мысль,  что  у  него  были  подготовлены
отходные  пути.  Поль  Бриджмен,  как  он  теперь  назы¬
вался,  всюду  подчеркивал,  что  он  джентльмен,  кото¬
рый  не  считает  денег.  В  начале  мая  он  зашел  в  бюро
путешествий  в  Торонто  и  купил  себе  туристическую
путевку  по  Европе.
 6  мая  он  уже  был  в  Лондоне,  8-го  —  в  Лиссабоне.
Там  жил  десять  дней  как  состоятельный  американец,
а  17  мая  вновь  возвратился  в  Лондон.  Но  уже  8  июня,
через  месяц  после  приезда  в  Европу,  английская  по¬
лиция  арестовала  его  в  лондонском  аэропорту,  откуда
он  собирался  отправиться  в  Брюссель.  На  этот  раз  имя
его  было  Рамон  Джордж  Снейд.  За  время  путешест¬
вия,  как  писала  «Нью-Йорк  тайме»,  он  израсходовал
по  меньшей  мере  10  тысяч  долларов.  Позже  этот  факт
частичйо  удалось  объяснить.  Когда  Рей  сидел  на  одном
из  хорошо  охраняемых  верхних  этажей  тюрьмы  Уэндс-
ворт  в  Лондоне  и  юристы  спорили  между  собой,  выда-
 10*
 275

ъать  или  не  выдавать  его  Соединенным  Штатам,  сы¬
щикам  Скотланд-ярда  по  отпечаткам  пальцев  удалось
установить,  что  турист  Рей  4  июня  в  Лондоне  совер¬
шил  кражу  в  банке,  в  результате  которой  присвоил
100  фунтов  стерлингов.
 По  договору  1931  года  Англия  могла  не  выдавать
Соединенным  Штатам  преступника,  совершившего
убийство  в  политических  целях.  Покушение  на  пастора
Кинга  прежде  всего  надо  рассматривать  как  полити¬
ческое  убийство.  Но  этот  случай  был  исключительным.
Никаких  доказательств  существования  заговора  не
было,  Рей  не  был  ни  расистом,  ни  религиозным  про¬
тивником  Кинга,  и  в  результате  он  попал  в  американ¬
скую  тюрьму  и  предстал  перед  судом  присяжных
в  Мемфисе.  Мировая  общественность  ожидала,  что  в  хо¬
де  процесса  она  узнает,  по  чьей  указке  он  убил  Кинга.
 Суд  вынес  приговор  подозрительно  быстро.  На  тре¬
тий  день  процесса  10  марта  1969  года  убийцу  Кинга
осудили  на  99  лет  тюрьмы,  потому  что  Джеймс  Эрл
Рей,  одновременно  Эрик  Старво  Гэлт,  Поль  Бридж¬
мен,  Рамон  Джордж  Снейд,  признался,  что  убил  Мар¬
тина  Лютера  Кинга.  Таким  образом,  он  не  стал  обре¬
менять  суд  предъявлением  доказательств,  сохранил
себе  жизнь  и  способствовал  тому,  чтобы  закулис¬
ная  сторона  покушения  так  и  не  вышла  наружу,
Генеральный  прокурор  Кейнел,  очевидно  тронутый
«искренностью»  преступника,  оценил  его  признание  и
не  стал  требовать  от  суда  смертной  казни.  Адвокат
Перси  Формэн,  который  в  свое  время  защищал  убийцу
Освальда  Джека  Руби,  был  доволен  приговором.
 Однако  осужденный  готовил  сюрприз.  Уже  на
другой  день  после  вынесения  приговора  он  потребовал
у  надзирателя  камеры  номер  4  тюрьмы  в  Нашвилле
встречи  с  начальником  тюрьмы  и  в  присутствии  офици¬
альных  свидетелей  заявил,  что  отказывается  от  своих
показаний,  которые  его  вынудили  дать.  Он  требует
нового  адвоката  и  нового  процесса.
 Кроме  невыясненных  вопросов  о  мотивах  преступ¬
ления  и  происхождения  10—15  тысяч  долларов,  кото¬
рыми  располагал  Рей  со  времени  побега  из  тюрьмы
и  до  ареста  в  лондонском  аэропорту,  появились  другие
заслуживающие  внимания  факты,  говорящие  о  том,
 27?

Что  ]Рей  действовал  не  по  собственной  воле.  Амери¬
канский  писатель  Уильям  Бредфорт  Хью  связался
с  осужденным  (Рей  будто  бы  передал  ему  черновик
свойх  воспоминаний,  написанных  в  тюрьме)  и  на
основе  его  информации  высказал  предположение,  что
убийца  был  связан  с  какими-то  неизвестньши  людьми,
стоящими  за  кулисами  покушения.  Одним  из  них  был
якобы  таинственный  светловолосый  латиноамериканец
Рауль  из  Нового  Орлеана.  Он  познакомился  с  Реем
в  Монреале  после  его  побега  из  тюрьмы.  Они  догово¬
рились  о  сотрудничестве.  Сначала  Рей  получил  от
Рауля  задание  переправить  контрабанду.  25  августа
1967  года  Рауль  дал  ему  2  тысячи  долларов  и  послал
в  Бирмингем  купить  себе  машину.  Рей  заплатил  за  бе¬
лого  «мустанга»  1995  долларов  и,  выполняя  поручения
Рауля,  ездил  по  Соединенным  Штатам  и  Мексике.
 Полиция  проверила  новые  факты  и  установила,  что
он  действительно  бывал  в  Нуэво-Лареде  (Техас),  в
Пуэрто-Валларта,  в  Акапулько  (Мексика)  и  в  Новом
Орлеане.  Агенты  ФБР  также  установили,  что  с  15  мар¬
та  он  проживал  в  Лос-Анджелесе.  Там  он  получил
от  Рауля  письмо  с  поручением  22  марта  поехать  в
Селму,  расположенную  в  штате  Алабама,  а  оттуда
в  Бирмингем.  На  следующий  день  в  Кемдене,  недалеко
от  Бирмингема,  должна  была  состояться  большая
негритянская  демонстрация  с  выступлением  пастора
Кинга.  Но  организаторы  отменили  демонстрацию,  так
что  Рей  вынужден  был  3  апреля  отправиться  в  Мемфис,
где  он  и  убил  Кинга.  Адвокат  Рея  заявил,  что  «таин¬
ственный  Рауль  не  имеет  ничего  общего  с  убийством
пастора  Кинга».  Светловолосый  латиноамериканец  не
был  найден,  вернее,  общественность  так  о  нем  ничего
и  не  узнала.
 После  суда  над  Реем  в  печати  появилось  очередное
сообщение.  ФБР  начало  тщательное,  расследование
до  сих  пор  не  выясненных  обстоятельств  убийства
М.  Л.  Кинга.  Толчком  для  этого,  вероятно,  послужило
письмо  осужденного  сенатору  Истленду,  в  котором  он
дал  понять,  что  убийство  пастора  Кинга  готовили
несколько  человек,  в  том  числе  и  один  служащий
мотеля  «Лоррэйн»,  от  которого  он  и  узнал  об  этом.
Откуда  бы  иначе  террорист  мог  узнать,  что  Кинг  и
 277

сопровождающие  его  лица  остановятся  в  Мемфисе
именно  в  этом  мотеле?
 Первым  защитником  Рея  был  доктор  Артур  Хейнс,
бывший  мэр  Бирмингема.  За  несколько  дней  до  пред¬
полагаемого  процесса  он  не  поладил  с  подзащитным,  в
Рей  выбрал  нового  адвоката,  техасца  Персй  Формэ¬
на,  который,  по  его  собственным  словам,  защищал  око¬
ло  тысячи  подозреваемых  в  убийстве,  но  только
один  из  них  попал  на  электрический  стул..  Формэн
подтвердил  свою  репутацию,  а  доктор  Хейнс  заявил,
что  «покушение  могла  осуществить  только  организа¬
ция,  действующая  под  прикрытием  правительственных
органов».  Некоторые  вновь  открытые  обстоятельства
свидетельствуют  в  пользу  этого  утверждения.  Убийца
появлялся  в  одно  и  то  же  время  в  двух  лицах,  в  двух
различных  местах,  но  под  одним  именем.  Следовательно,
налицо  инсценированные  передвижения  двойника,
который  уходил  от  улик.
 И  в  лондонском  аэропорту  Хитроу  8  июня  1968
года  были  арестованы  два  человека.  Один  в  6.15  утра,
как  заявил  Скотланд-ярд,  другой  в  11.15.  Оба  подо¬
зреваемых,  один  из  которых  потом  бесследно  исчез,
несмотря  на  то  что  был  в  руках  Скотланд-ярда,  высту¬
пали  под  именем  Рамон  Джордж  Снейд.
 Катрин  Уэствуд,  владелица  пансиона  «Хитфилд-
хаус»  подтвердила,  что  в  период  с  16  по  20  мая  у  нее
проживал  спокойный  и  тихий  квартирант  Снейд.  Он
обычно  уходил  в  первой  половине  дня  и  возвращался
примерно  в  полночь.  Когда  полиция  показала  ей
фотографию  Рея,  Уэствуд  не  была  уверена,  что  Рей  —
это  «ее»  Снейд.
 Энн  Томас,  хозяйка  пансиона  «Паке»  на  Уорвик-
стрит,  126,  знала  совершенно  другого.Снейда.  Он  был
беспокойный,  рассеянный,  неуверенный.  5  мая,  когда
он  поселился  у  нее,  его  сопровождал  высокий  блондин,,
который  не  сказал  ни  одного  .слова.  Снейд  нес  под
мышкой  кипу  газет  и  казался  очень  утомленным.
Миссис  Томас  никогда  не  видела  его.  без  темных  очков.
После  его  ухода  она  нашла  в  его  комнате  шприц,  сви¬
детельство  того,  что  ее  квартирант  —  наркоман,  в  то
время  как  Рей  таковым  не  был.  Интересно  то,  ?то  ни
Скотланд-ярд,  ни  ФБР  даже  не  подумали  обыскать
 2?$

жилище,  в  котором  жил  предполагаемый  убийца  Кинга.
 Имея  в  виду  эти  и  некоторые  другие  подробности,
с  полным  основанием  можно  предполагать,  что  по
меньшей  мере  один,  а  может,  даже  и  два  Снейда  не
были  идентичны  со  Снейдом-Реем,  что  наверняка  мы
имеем  дело  с  двойником,  подсунутым  для  спасения
убийцы.  Значит,  речь  идет  о  тщательно  подготовлен¬
ном  заговоре,  а  не  о  взбалмошном  одиночке.  Таким
образом,  на  заднем  плане  этого  политического  убий¬
ства  появляются  ФБР,  организация,  предназначенная
для,  борьбы  с  преступностью,  и  ЦРУ  —  исполнитель¬
ная  сила  незримо  присутствующего  при  этом  прави¬
тельства  Соединенных  Штатов.
 В  течение  нескольких  месяцев  после  убийства
пастора  Кинга  в  Вашингтоне  происходили  волнения
черных  американцев.  С  наступлением  сумерек  улицы
пустели.  Ночью  было  опасно  ходить  даже  по  главным
улицам,  где  находятся  охраняемые  правительственные
здания.  Нью-йоркские  водители  отказывались  про¬
езжать  по  негритянскому  кварталу  Гарлему.
 Многие  подозревали,  что  еще  до  суда  адвокат  и
судья  определили  правила  игры.  События,  происшед¬
шие  в  1973—1974  годах,  подтвердили,  что  дело  обстояло
именно  так.  В  1973  году  суд  в  городе  Цинциннати
(штат  Огайо)  начал  обсуждать  кассацию  Джеймса
Эрла  Рея,  заявившего,  что  он  не  виновен  и  что  его
вынудили  признаться  в  убийстве.  Это  заявление  он
сделал  сразу  же,  как  только  узнал,  какую  игру  с  ним
вели.  Но  процесс  был  начат  с  опозданием,  потому  что
судья  Престон  Бэттл,  которому  осужденный  Рей  по¬
дал  заявление  о  пересмотре  дела,  в  1969  году  умер,
а  поэтому  обманутый  подсудимый  вынужден  был
обратиться  в  министерство  юстиции  штата  Теннесси.
Там  ему  отказали.  Начать  новый  процесс  разрешили
только  тогда,  когда  обвиняемый  заявил,  что  на  суде
он  признал  себя  виновным  по  настоянию  своего  за¬
щитника  Формэна,  который  пообещал  ему  небольшое
наказание.  В  качестве  доказательства  своего  утвержде¬
ния  Рей  приложил  письмо,  в  котором  Формэн  подтвер¬
ждал,  что  Рей  получит  свою  часть  вознаграждения  толь¬
ко  в  том  случае,  если  не  будет  создавать  затруднений  и
будет  действовать,  точно  соблюдая  его  инструкции.
 2П

Во  времена  крупных  финансовых  афер  и  политических
скандалов,  после  которых  уходили  в  отставку  мини¬
стры,  а  американскому  президенту  грозил  импичмент
этот  факт  сам  по  себе  не  вызывает  большого  удивления.
 Как  же  в  таком  случае  относиться  к  произволу
организаций,  призванных  стоять  на  страже  право¬
судия?  Есть  ли  вообще  надежда,  что  когда-нибудь
будут  найдены  настоящие  убийцы?
 Отвечает  прокурор  Джим  Гаррисон:
 «Расследовать  классическими  методами  закулисную
сторону  операции,  которую  осуществили  секретные
службы,  почти  невозможно.  Результаты  будут  нагляд¬
ными:  разбитая  голова,  переломанный  позвоночник.
Потом  арестуют  кого-нибудь  и  распространят  лживые
сведения,  которые  должны  сбить  с  толку  людей,  пыта¬
ющихся  провести  серьезное  расследование.  Нам  же
наше  расследование  все-таки  удалось  закончить,  не¬
смотря  на  то  что  в  газетах  писали  совсем  другое;  просто
нам  улыбнулось  счастье.  (Имеется  в  виду  дело  Дж.  Ф.
Кеннеди.  —  Прим.  авт.)  Тогда  мы  по  чистой  случай¬
ности  буквально  наткнулись  на  нескольких  функцио¬
неров  ЦРУ  в  Новом  Орлеане,  которые  давали  Ли
Харви  Освальду  различные  задания,  чтобы  создать
впечатление,  что  он  коммунист.  Обращаясь  к  фактам
убийства  президента  Кеннеди,  которые  мы  получили  с
таким  трудом,  считаю  большую  часть  «информации»,
опубликованной  по  поводу  убийства  Кинга,  разоблаче¬
ниями,  намеренно  искаженными  и  сфабрикованными
правительственными  разведывательными  службами*
 Речь  идет  о  типичном  и  очень  эффективном  методе
секретных  служб.  Он  используется  для  отвлечения
внимания  тех,  кто  не  принимает  всерьез  любую  версию
об  убийстве.  Интересным  объектом  для  расследования
могла  бы  быть  военно-воздушная  база  в  Мемфисе.
Вполне  вероятно,  что  группа  убийц  вылетела  именно
с  этого  аэродрома.  Конечно,  и  здесь  вряд  ли  были  бы
получены  точные  результаты:  маловероятно,  что  там
остались  хоть  какие-нибудь  следы.  Также  вполне
вероятно,  что  каждый,  кто  попытался  бы  расследовать
убийство,  натолкнулся  бы  на  энергичное  сопротивле-
 1  Официальное  порицание  президенту  конгрессом  США,—
Прим.  ред.
 280

ние  федерального  правительства.  ФБР  установило  бы
подслушивающие  устройства  на  телефонных  линиях.
Если  бы  расследование  продолжалось  и  в  этом  случае,
тогда  бы,  как  обычно,  явились  налоговые  агенты  и
возбудили  против  расследователей  судебное  дело  о  на¬
рушении  закона  об  уплате  подоходного  налога».
 В  конце  1973  года  суд  в  городе  Цинциннати  начал
рассматривать  кассацию  Рея.  В  результате  всплыли
на  поверхность  новые  интересные  обстоятельства.  За¬
щитник  осужденного  Роберт  Ливинстон  заявил,  что
пастора  Кинга  убил  не  Джеймс  Эрл  Рей,  а  двое  наем¬
ных  профессиональных  убийц,  которым  заплатили
«четверо  богатых  и  уважаемых  граждан  американского
общества».  Адвокат  Рея  даже  признал,  что  он  поддер¬
живает  связь  с  настоящими  убийцами.  Если  им  гаран¬
тируют  неприкосновенность,  они  согласны  назвать
фамилии  этих  четырех  именитых  людей*
 Почему  же  убийцы,  о  которых  полиции  пока  что
ничего  не  было  известно,  неожиданно  решили  пока¬
яться?  Их  стремление  помочь  закону  и  правосудию
имеет  простую  причину  —  месть.  Дело  в  том,  что  за
убийство  им  обещали  четверть  миллиона,  а  заплатили
всего  100  тысяч  долларов.
 Осужденный  Рей  утверждает,  что  он  не  виновен.
А  как  же  тогда  быть  с  винтовкой,  оставленной  на
месте  преступления?  Ведь  на  ней  были  отпечатки
пальцев  Рея.  У  адвоката  Ливинстона  готов  ответ  и
на  этот  вопрос.  Мартин  Лютер  Кинг  стал  жертвой
заговора,  в  котором  Рей  сыграл  роль  козла  отпущения.
Режиссеры  убийства  под  каким-то  предлогом  дали  Рею
перед  покушением  подержать  оружие.  Так  на  нем
появились  отпечатки  его  пальцев.  У  настоящего  убийцы
на  руках  были  нитяные  перчатки.
 Дело  о  покушении  на  пастора  Кинга  до  сих  пор
остается  открытым.  И  пока  что  нет  оснований  предпо¬
лагать,  что  закон  и  правосудие  восторжествуют.
 В  конце  июня  1974  года  в  церковь  в  городе  Атланте
зашла  мать  убитого  Альберта  Кинг.  Она  опустилась
на  колени  и  начала  молиться.  Неожиданно  в  божьем
храме  раздались  выстрелы.  Альберта  Кинг  мертвая
упала  на  пол.  Что  это,  случайная  смерть?  Конечно,  нет.
Это  было  продолжение  дела  «Черный  апостол».
 281

УБИЙСТВО  В  ОТЕЛЕ
«АМБАССАДОР»
 5  июня  1968  года,  четыре  года^  пять  месяцев  и
пятнадцать  дней  спустя  после  покушения  на  прези¬
дента  Кеннеди,  оперативная  полицейская  машина  дежу¬
рила  недалеко  от  Уилшир-бульвара  в  Лос-Анджелесе.
Вдруг  из  приемно-передающей  станции  послышался
голос:  «Перестрелка  на  Уилшир-бульваре  в  доме  3400.
Повторяю,  перестрелка...»
 —  Это  отель  «Амбассадор»,—  говорит  полицейский
Трейвис  Уайт,  заводит  мотор,  включает  сирену  и
на  предельной  скорости  мчится  к  месту  происшествия.
Его  коллега  Артур  Плаценциа  докладывает  в  центр
о  приеме  сигнала.
 Они  останавливаются  перед  отелем.  Здесь  царят
возбуждение  и  суматоха.  Люди  кричат,  бегают  взад-
вперед.  Полицейские  выскакивают  из  машины,  бегут
к  входу.  Им  помогают  протиснуться  внутрь  здания.
Они  попадают  в  склад  продовольствия.  Несколько
возбужденных  мужчин  придерживают  на  столе  смуг¬
лого  парня  с  глазами  газели.  Он  лежит  тихо,  не  сопро¬
тивляясь,  в  его  глазах  —  страх.
 —  Это  он?  —  спрашивает  Уайт,  но  в  это  время
в  помещение  входит  полицейский  и  без  слов  надевает
на  темноволосого  парня  наручники.
 Уайт  и  Плаценциа  хватают  парня  под  руки  и  ведут
к  машине.  Уайт  садится  за  руль,  Плаценциа  огля¬
дывается  по  сторонам:  ему  нужен  помощник  для  пере¬
возки  арестованного.  Он  кивает  пожилому  человеку,
который  сопровождал  их  па  пути  из  отеля.  Они  са¬
дятся  на  заднее  сиденье  по  бокам  человека  в  наруч¬
никах.
 Едва  машина  тронулась,  полицейский  вытащил
служебную  книжку  и  зачитал  с  последней  страницы
традиционную  формулу:  «Именем  закона  вы  аресто¬
ваны,  с  этой  минуты  все,  что  вы  скажете,  может  быть
использовано  против  вас...»,  потом  выдержку  отпо-
 Ш

Сителько  адвоката  и  выводы  о  праве  арестованного
отказаться  давать  показания.  Когда  эта  церемония
закончилась,  Уайт  обратился  к  незнакомому  помощнику:
 —  Вы  можете  назвать  свое  имя?
 —  Джесси  Унруг.
 —  Кем  работаете?
 —  Председателем  палаты  представителей  в  Кали¬
форнии.
 —  В  кого  же  стрелял  этот  парень?
 —  В  Бобби  Кеннеди.'
 Роберт  служил  во  флоте,  учился  в  Гарвардском
университете,  а  потом  еще  изучал  право  в  Вирджинии.
Он  женился  на  Этель  Скакель,  которая  родила  ему
десять  детей  (одиннадцатый  ребенок  родился  после  его
смерти),  работал  в  министерстве  юстиции.  Когда  Джон
выдвинул  свою  кандидатуру  на  пост  сенатора  от  штата
Массачусетс,  Роберт  возглавил  избирательную  кампа¬
нию.  Потом  занимал  высокую  должность  в  Верховном
суде.  Во  время  президентских  выборов  1960  года  он
стал  душой  предвыборной  кампаний  брата  и  больше
всех  помог  Джону  попасть  в  Белый  дом.
 Смерть  брата  заставила  его  задуматься  о  целесо¬
образности  человеческих  дерзаний.  У  него  пропало
желание  драться.  Но  он  был  министром  юстиции
Соединенных  Штатов,  что  давало  ему  возможность,
используя  служебное  положение  и  благоприятное  на¬
строение  общественного  мнения,  добиваться  продедег
ния  социальных  реформ,  предложенных  в  свое  время
Джоном.  В  первое  время  ему  сопутствовал  успех:
конгресс  одобрил  проекты  законов  о  запрещении  расо*
вой  дискриминации  на  выборах.
 Придя  к  власти,  Джонсон  заменил  аппарат  высших
правительственных  органов,  назначив  на  ответствен¬
ные  посты  своих  людей.  Брат  покойного  президента
среди  них  не  значился.  Новый  президент  дал  ему
понять,  что  не  стал  бы  возражать,  если  бы  он  захотел
оставить  свой  пост.
 Роберт  Кеннеди  освободил  министерское  кресло,
но  решил  взять  политический  реванш.  В  том  же
году  (1964)  он  избирается  сенатором  от  штата  Нью-
Йорк.  Он  критикует  политику  Джонсона  и  увеличивает
число  своих  сторонников.  По  результатам  опроса
 283

общественного  мнения,  в  1967  году  он  был  популярнее
Джонсона.  В  1968  году  он  начинает  борьбу  за  прези¬
дентский  пост.
 «Я  решил  выставить  свою  кандидатуру  на  прези¬
дентских  выборах  не  потому,  что  стою  на  стороне
оппозиции,—  сказал  он  журналистам,—  а  потому,  что
я  хочу  проводить  новый  политический  курс.  Наша
страна  пошла  по  опасному  пути.  Я  должен  сделать
все,  что  в  моих  силах».
 Он  выигрывал  у  своего  соперника  по  всем  статьям
и  победил  на  первичных  выборах  во  всех  штатах,
кроме  штата  Орегон.  После  этого  он  отправился  со
своим  штабом,  женой  и  детьми  в  Калифорнию.  «Я  знаю,
что  где-то  меня  поджидает  убийца,—  сказал  он  Ромену
Гари,  корреспонденту  парижского  «Фигаро».—  Мы  жи¬
вем  в  период  весьма  благоприятный  для  психических
эпидемий.  Стоило  у  нас  убить  Кинга,  как  тут  же  в
Западной  Германии  другой  человек  попытался  убить
представителя  немецких  студентов»  (Р.  Дучке.—  Прим.
авт.).
 После  многочисленных  публичных  выступлений  се¬
натору  Кеннеди  надо  было  отдохнуть.  Для  этой  цели
он  приехал  с  друзьями  на  пляж  Малибу  и  там  решил
дождаться  результатов  выборов.  Около  одиннадцати
часов  вечера  он  уже  знал,  что  победил.  Маккарти
получил  на  четыре  процента  голосов  меньше.
 В  отеле  «Амбассадор»  ждали  избиратели.  Роберт
Кеннеди  приехал  в  «роллс-ройсе»  своего  друга,  кино¬
режиссера  Франкенхеймера.  В  представительских  апар¬
таментах  гостиницы  на  пятом  этаже  победителя  ждали
его  сестры  Пат  и  Джейн  с  мужем,  главный  менеджер
избирательной  кампании  Фред  Даттон,  чемпион  по
регби  Рузвельт  Грайер,  олимпийский  чемпион  по  деся¬
тиборью  Рафер  Джонсон,  бывший  секретный  полицей¬
ский  агент  Билл  Барри,  профсоюзный  деятель  Пауль
Шраде,  второй  менеджер  Чейви,  корреспонденты,
фоторепортеры  и  многие  другие.  Несколькими  этажами
ниже  молодые  люди  буквально  забили  оба  танце¬
вальных  зала.  Они  пришли  поздравить  своего  Боб¬
би  с  победой.  Полиция  вынуждена  была  закрыть
входы  в  переполненные  залы,  пожарники  помогали
ей  поддерживать  порядок.
 284

Настроение  у  собравшихся  было  отличным:  поз¬
дравления,  бесконечные  рукопожатия;  Между  тем  при¬
шло  время  появиться  и  виновнику  торжества,  люди
внизу  уже  проявляют  нетерпение.  Роберт  Кеннеди
пошел  к  лифту.  Везде  страшно  много  народу,  поэто¬
му  один  из  директоров  предложил  ему  спуститься
вниз  на  грузовом  лифте  и  пройти  в  зал  через  боковой
вход.
 Они  вышли  из  лифта  и  попали  в  заднее  крыло
коридора,  откуда  до  танцевального  зала  всего  не¬
сколько  шагов.  Перед  молодыми  людьми  как  раз
выступал  Джесси  Унруг.  Как  только  появился  Роберт
Кеннеди,  зал  разразился  несмолкающей  бурной
овацией.  В  сопровождении  жены  Этель  он  вышел
на  сцену,  где  стояли  микрофоны.  Он  выступил  с  крат¬
кой  импровизированной  речью,  в  которой  поблагода¬
рил  собравшихся  за  помощь  в  избирательной  кампа¬
нии,  поблагодарил  друзей  за  поддержку,  высказал
признательность  сотрудникам  и  родственникам,  кото¬
рые  сопровождали  его  во  время  поездок  по  штатам.
Роберт  говорил  о  насилии,  которое  захлестнуло  Аме¬
рику,  и  о  борьбе  с  ним.  Свою  речь  он  кончил  призы¬
вом:  «Все  мы  можем  работать  вместе,  слабые  и  сильные,
черные  и  белые,  бедные  и  богатые.  Калифорния  —
щедрая  земля,  живут  здесь  честные  люди,  поэтому  я
хотел  бы  сделать  ее  своей  базой.  Спасибо  вам,  спасибо
вам  всем!  А  теперь  путь  наш  лежит  в  Чикаго,  мы
поедем  туда  и  также  победим!»
 Публика  бесновалась,  восторженно  выражая  свои
симпатии.  Слишком  восторженно.  Кеннеди  не  знал,
как  ему  пробиться  к  выходу.  На  сцену  вскочил  стар¬
ший  официант  Эдвард  Минасян  и  попытался  для  Кенне¬
ди  пробить  дорогу  сквозь  толпу.  Заместитель  директора
отеля  Карл  Уэккер,  сообразив,  что  через  зал  они  не
пройдут,  взял  Бобби  за  руку  и  повел  его  к  портьере  за
трибуной.  Там  был  запасной  выход  в  коридор.  Во  главе
группы  шел  директор  отеля  Тимасон.  Этель  Кеннеди
следовала  сзади.  Телохранитель  сенатора  Билл  Барри
хотел  помочь  ей  сойти  по  ступенькам,  но  она  послала
его  вперед,  к  мужу.
 Непосредственно  рядом  с  Робертом  Кеннеди  шли
его  секретарь  но  печати  Фрэнк  Манкевич,  второй
 28$

телохранитель  Тейн  Ойген  Хайзер,  потом  Джесси
Унруг,  Пьер  Сэлинджер  и  Фрэнк  Барнс.  И  повсюду
их  радостно  приветствовали  служащие  отеля.  Каждый
хотел  пожать  руку  популярному  политическому  дея¬
телю.  Персонал  кухни,  собравшись  в  кучку,  ждал
его  у  сервировочных  столиков.  В  танцевальном  зале
капелла  играла  гимн  Кенпеди  —  известный  блюз
«Когда  маршируют  святые».
 Кеннеди  пожал  руки  последним  из  этой  группы  —
официанту  Мартину  Пэтраску  и  помощнику  повара
Хесусу  Пересу.  Молоденькая  Лиза  Линнурс  первая
заметила  невысокого  смуглого  человека  в  голубой
рубашке.  Казалось,  он  пробивается  к  сенатору,  чтобы
пожать  ему  руку.  Не  все  увидели,  что  в  его  протяну¬
той  руке  появился  револьвер.  Раздалось  несколько
выстрелов.  Роберт  Кеннеди  упал.  Никто  из  при¬
сутствующих  в  этот  момент  пе  понял,  что  произо¬
шло.
 Первым  пришел  в  себя  Карл  Уэккер.  Он  бросился
к  парню,  намереваясь  схватить  его  за  руку.  Но  смуг¬
лый  парень  успел  сделать  еще  несколько  выстрелов.
От  следующего  выстрела  упал  председатель  професси¬
онального  союза  Пауль  Шраде.  Кроме  него,  были
ранены  еще  четыре  человека.  Но  Карлу  Уэккеру  уже
удалось  добраться  до  террориста  и  схватить  его  правой
рукой  за  горло.
 —  Полиция!  Позови  полицию!—крикнул  офици¬
анту  Минасян.
 Все  остальные  из  сопровождения  сенатора  пришли
уже  поздно.  Чемпион  по  регби  Грайер,  услышав  стрель¬
бу,  попытался  прикрыть  Этель  Кеннеди.  Он  быстро
пригнул  ее  к  полу.  Не  мог  применить  свою  силу  и
ловкость  и  Рафер  Джонсон.  Он  также  был  слишком
далеко  от  места  трагедии.  Пробившись  ближе,  он
увидел  на  полу  в  крови  двух  мужчин.  Один  из  них  был
сенатор  Кеннеди.
 Он  еще  пытался  встать.  Из  раны  за  ухом  по  лицу
струилась  кровь.  Помощпик  пресс-секретаря  Макдо¬
нальд  снял  пиджак  и  подложил  его  раненому  под
голову.  Рафер  Джонсон  и  Билл  Барри  бросились  на
убийцу.  Тот  все  еще  размахивал  пистолетом.  Они
притиснули  его  к  стене.  Рафер  Джонсон  схватил  тёр^
 289

рориста  за  руку  и  стал  молотить  ею  об  угол  одного
из  сервировочных  столиков.  Только  теперь  пистолет
упал  на  пол.  Он  был  совсем  небольшим.
 Корреспондент  радио  Эндрю  Уэст  находился  по¬
близости  от  сенатора  Кеннеди,  собираясь  взять  у  него
интервью.  Когда  он  услышал  первые  выстрелы,  то
нажал  кнопку  магнитофона  и  записал  на  пленку  по¬
трясающий  репортаж.
 «Застрелили  сенатора  Кеннеди,  застрелили  сена¬
тора  Кеннеди!  Возможно  ли  это?  Я  стою  рядом.  Ра-
фер  Джонсон  схватил  того  парня.  Он  стрелял!  Да,
несомненно,  это  он!  В  его  руке  еще  зажат  пистолет.
Теперь  он  целится  в  меня.  Револьвер  никак  не  могут
у  него  вырвать.  Осторожно,  осторожно,  прошу  вас!
Да  возьмите  же  наконец  у  него  револьвер!  Он  судорож¬
но  сжимает  его  в  руке.  Хватайте  его  за  палец,  вывер¬
ните  ему  его  или  сломайте,  снимите  его  с  курка!  Браво,
Рафер!  Браво!  Он  уже  его  схватил,  он  его  уже  держит.
Крепче  его  держите!  Дамы  и  господа,  только  что  у
этого  парня  отобрали  пистолет!..»
 Хуан  Ромеро  —  водитель  автобуса.  Он  боготворил
Кеннеди,  поэтому  и  пришел  на  митинг.  Когда  сенатор
упал,  он  приподнял  ему  голову,  вытащил  из  кармана
четки,  обмотал  ими  раненому  вокруг  запястья  и  моно¬
тонным  голосом  повторял:  «Мужайтесь,  господин
Кеннеди,  мужайтесь!..»  Потом  возле  мужа  опустилась
Этель  Кеннеди.  Ромеро  освободил  ей  место.  Как
четыре  года  назад  Жаклин  в  Далласе,  теперь  Этель
поддерживала  в  Лос-Анджелесе  голову  умирающего
мужа.
 В  зале  царил  хаос  и  отчаяние.  Люди  один  за  дру¬
гим  повторяли:  «Его  застрелили,  они  его  застрелили!»
А  те,  кто  был  в  момент  покушения  рядом  с  сенатором,
выкрикивали:  «Смерть  убийце!  Смерть  убийце!»  Уда¬
рами  они  загнали  убийцу  в  угол.  Энди  Уэст  кричит
в  свой  микрофон:  «Только  не  сделайте  из  него  второго
Освальда!..»  В  это  время  в  события  вмешивается  Джесси
Упруг.  Ему  удается  отогнать  толпу  разъяренных
мужчин.  Он  встает  перед  парнем,  раскинув  руки:
«Не  допустим  нового  Далласа!»  Убийцу  бросают  на
стол;  Там  его  держит  не  меньше  дюжины  рук.  Глаза
террориста  лихорадочно  горят.
 287

—  Зачем  ты  это  сделал?
 —  Я  сделал  это  для  своей  страны!
 Раненого  осматривают  врачи.  Их  помощь  ограни¬
чивается  мешочком  льда,  приложенным  ко  лбу.  Они
ослабили  ему  галстук,  сняли  с  ног  ботинки.  Централь¬
ная  больница  находится  на  Шестой  Уэст-стрит,  в  ки¬
лометре  от  отеля  «Амбассадор».  Санитарная  машина,
за  рулем  которой  сидит  шофер  Роберт  Хальсман,
а  внутри  врач  Берман,  прибыла  в  отель  через  не¬
сколько  минут.
 Примерно  в  час  ночи  Роберт  Кеннеди  уже  лежал
на  операционном  столе.  Доктор  Бэз  констатировал
клиническую  смерть.  Раненый  не  дышит,  его  пульс
не  прощупывается.  Пять  минут  второго  священник
Томас  Пича  причащает  его.  Но  врачи  еще  не  сдаются.
Доктор  Бэз  вводит  раненому  в  сердце  адреналин,
другие  врачи  делают  массаж  сердца.  Работает  кисло¬
родный  аппарат.  Секунды  ожидания,  кажется,  тянутся
бесконечно  долго.  Наконец  сердце  Кеннеди  зарабо¬
тало.  Сенатор  жив.
 Этель  Кеннеди  не  отходит  от  мужа  ни  на  минуту.
Она  стоит  в  операционном  зале  немного  в  стороне  и
пристально  наблюдает  за  лицом  Бобби.  Когда  доктор
Бэз  сообщает  ей  результат  попыток  оживления,  она
не  верит.  Тогда  он  дает  ей  стетоскоп,  и  она  убежда¬
ется,  что  сердце  Бобби  бьется.
 Врачи  Центральной  больницы  добились  успеха,
видимо,  поэтому  они  были  настроены  оптимистично.
Доктор  Руз  Миллер,  однако,  с  самого  начала  выска¬
зывал  опасения.  Одна  из  пуль  вошла  в  череп  за  ухом,
задела  мозг.  Была  необходима  немедленная  операция.
 В  больнице  «У  милосердного  самаритянина»  уже
готовилась  к  трепанации  черепа  бригада  лучших
нейрохирургов.  Раненого  перевезли  туда  под  кисло¬
родным  колпаком.  Борьба  за  его  жизнь  началась
спустя  почти  четыре  часа  после  покушения.
 Перед  больницей,  несмотря  на  ранние  часы,  собра¬
лась  многочисленная  толпа  почитателей  Кеннеди.  В  ней
преобладали  люди  с  черной  кожей.  Они  тихо  пере¬
ступали  с  ноги  на  ногу  и  терпеливо  глядели  на  двери
больницы.  Пятнадцать  минут  четвертого  они  дожда¬
лись  первого  сообщения.  Пресс-секретарь  Кеннеди
 288

вышел  из  больницы  и  сказал,  что  врачи  начали  опера¬
цию.  «Давайте  надеяться,  друзья,  и  молиться  за  сена¬
тора»,—  добавил  он  и  возвратился  в  больницу.
 Операция  продолжалась  три  часа  сорок  минут.
После  вскрытия  черепной  коробки  врачи  установили,
что  пуля  вошла  в  мозг.  Кроме  того,  в  мозг  вошли
осколки  черепной  кости.  Во  многих  местах  произошло
кровоизлияние.  По  кусочку  хирурги  извлекали  кост¬
ные  осколки.  Некоторые  из  них  врачи  не  решились
трогать.  Это  грозило  нарушением  жизненно  важных
центров  мозга.
 Хирург  не  испытывал  оптимизма.
 —  Если  бы  даже  его  и  удалось  спасти,  это  не  про¬
шло  бы  для  него  бесследно.  Вероятно,  он  не  смог  бы
двигаться  и  потерял  бы  зрение.  Центр  речи,  видимо,
не  был  затронут,  интеллект  его,  видимо,  тоже  не  по¬
страдал.
 Между  тем  сенатор  Кеннеди  лежал  под  кислород¬
ным  колпаком,  в  его  тело  непрерывно  поступала  свежая
кровь.
 Перед  больницей  тихо  стояла  толца  людей.
 Полицейская  машина  2-Х-48  с  арестованным  оста¬
новилась  перед  зданием  полиции.  Шофер  Трейвио
Уайт  и  его  коллега  Артур  Плаценция  повели  терро¬
риста  внутрь  здания.  Джесси  Унруг,  который  сопро¬
вождал  убийцу,  еще  заметил:
 —  Только  бы  он  не  попытался  покончить  с  со¬
бой!
 —  У  него  же  на  руках  наручники.  Но  для  верности
мы  не  будем  спускать  с  него  глаз,—  заверил  его  на¬
чальник  ночной  смены  сержант  Билл  Джордан.
 Рост  террориста  1  метр  55  сантиметров,  вес  54
килограмма,  смуглый.  На  вопросы:  как  его  зовут
и  откуда  он  пришел  —  молчал.  При  обыске  у  него
нашли  400  долларов  и  целую  подборку  газетных  вы¬
резок,  сплошь  состоящих  из  статей  с  нападками
на  сенатора  Кеннеди.  Позже  в  его  квартире  нашли
дневник  с  записью:  «Кеннеди  должен  умереть  до  5
июня  1968  года».  Почему  именно  до  5  июня?  За  год
до  этого  была  развязана  израильско-арабская  война.
Имела  ли  годовщина  конфликта  какое-нибудь  отно¬
шение  к  покушению?  Может  быть,  смуглый  убийца
 289

получил  задание  убрать  кандидата  в  президенты
Соединенных  Штатов  от  своих  арабских  друзей?
 Директор  полиции  Лос-Анджелеса  Томас  Реддин
попытался  установить  личность  преступника.  Пере¬
крестным  допросом  агенты  ФБР  стремились  выбить
из  него,  кто  он  и  зачем  стрелял.  Но  террорист  молчал.
 Тогда  убийцу  сфотографировали  и  послали  его
портрет  на  телевидение.  Через  несколько  минут  портрет
появился  на  экранах  миллионов  телевизоров  с  вопро¬
сом  «Кто  знает  этого  человека?».  Одновременно  в  штаб-
квартиру  ФБР  в  Вашингтоне  поступили  отпечатки
пальцев  террориста.  В  то  же  время  полицейские  пыта¬
лись  установить  происхождение  конфискованного
оружия  убийцы.
 Это  был  барабанный  восьмизарядный  «джонсон-ч
кадет»,  модель  55,  калибр  5,6.  Один  из  тех  бесчислен¬
ных  вариантов  американских  кольтов,  производимых
со  времен  Дикого  Запада  по  настоящий  день  и  продава¬
емых  чуть  ли  не  в  табачных  киосках.  Первым  владель¬
цем  оружия  был  Ольберт  Харт.  Он  купил  его  во  время
расовых  волнений:  человек  чувствовал  себя  увереннее
с  заряженным  пистолетом  в  кармане.  Когда  волнения
стихли,  он  отдал  револьвер  своей  дочери.  Полиция
нашла  ее  в  городке  Вуд-Эйкр,  расположенном  неда¬
леко  от  Сан-Франциско,  и  узнала,  что  миссис  Уэст-
лейк  —  так  ее  звали  после  замужества  —  подарила
оружие  своему  знакомому,  восемнадцатилетнему
Джорджу  Эрхарду  из  Пасадены.  Детективы  бросились
разыскивать  Эрхарда.
 Эрхард  рассказал:  «Здесь,  в  Пасадене,  в  универ¬
маге  работал  один  темноволосый  мальчик.  Его  звали
Джо.  Ему  зачем-то  понадобился  револьвер,  вот  я
ему  и  продал  его».
 Между  тем  один  телезритель  сообщил,  что  узнал
разыскиваемого  человека.  Он  живет  в  Пасадене  на
Говард-стрит,  дом  номер  699.  По  этому  адресу  поли¬
цейские  нашли  иорданца  Аделя  Сирхана,  того  самого
Джо,  которому  Джордж  Эрхард  продал  револьвер.
 —  Где  у  вас  этот  револьвер?  —  спросили  они  его.
 —  Я  отдал  его  брату,—  ответил  ничего  не  подо¬
зревавший  Адель  Сирхан.
 —  Как  зовут  вашего  брата?
 290

—  Сирхан  Сирхап.
 —  Это  он?—показали  они  ему  фотографию.
 —  Да,  господин.
 Теперь  они  знали,  как  его  зовут,  установили,
откуда  он  прищел  и  что  делал  перед  покушением,
но  о  мотивах  убийства  он  не  сказал  ни  слова.  О  себе
он  вообще  не  хотел  говорить.  Таким  образом;  они
были  вынуждены  сами  восстанавливать  его  жизнь
в  последние  дни  и  часы  перед  преступлением.
 Сирхан  Сирхан  родился  18  марта  1944  года  в  иор¬
данской  деревне  Сильван  неподалеку  от  Иерусалима.
Ему  не  было  еще  и  тринадцати  лет,  когда  родители
решили  покончить  с  жалким  существованием  и  отпра¬
виться  в  землю  обетованную,  в  Новый  Свет.  Семья
очутилась  в  Пасадене  (штат  Калифорния).  Но  отец
Сирхана  не  сумел  прижиться  в  американской  среде  и
постоянно  мечтал  о  возвращении  на  родину,  где  с  не¬
запамятных  времен  жил  его  род.  В  1960  году  он  воз¬
вратился  на  родину  и  поселился  в  деревне  Тайиба,
в  восемнадцати  километрах  от  старого  Иерусалима.
Сирхан  Сирхан  с  матерью  и  другими  родственниками
остался  в  Пасадене.  Здесь  в  1961  году  он  пошел  в  го¬
родскую  школу.  Учился  он  неплохо  и  в  1966  году
получил  свидетельство  об  окончании  начальной  школы.
 Его  жизнь  похожа  на  жизнь  других  переселенцев.
Сирхан  —  маленького  роста,  легкий,  поэтому  сначала
поступил  работать  в  качестве  помощника  жокея  на
калифорнийский  ипподром,  потом  —  кладовщиком  в
аптеку.  Работодатели  им  были  довольны.  Он  прилеж¬
ный,  тихий,  мирный.  Только  взгляды  у  него  своеоб¬
разные.  Когда  речь  заходит  о  религиозных  или  поли¬
тических  проблемах,  он  сразу  начинает  горячиться.
 Покушение  он  готовил  долго  и  основательно.  В  его
дневнике  есть  добрых  двадцать  страниц  антиамерикан¬
ских  размышлений.  Мотив  убийства?  Еще  не  выяснен,
хотя  журналисты  и  пытаются  изо  всех  сил  вскрыть  его
закулисную  сторону.  Уже  на  второй  день  после  поку¬
шения  они  появились  в  деревне  у  Иерусалима,  где  жил
отец  террориста.  Пятидесятидвухлетний  Бисхара  Са-
лама  Бисхара  им  тоже  не  помог.  Он  уже  слышал  о  не¬
счастье  в  сообщениях  «Радио  Аммана»,  но  не  понимает,
как  это  мог  сделать  его  сын.
 291

Около  больницы  «У  милосердного  самаритянина»
ждут  результатов  операции.  Нейрохирург  Пул  ска¬
зал,  что  положение  безнадежное.  К  полуночи  состояние
сенатора  Кеннеди  ухудшилось.  В  1.38  пресс-секретарь
Манкевич  сообщил  уставшим  голосом  журналистам:  «Я
уполномочен  сделать  следующее  заявление:  сенатор
Роберт  Фрэнсис  Кеннеди  скончался...»
 Убийца  Сирхан  подъехал  к  лос-анджелесскому
отелю  «Амбассадор»  в  «дезоте»  выпуска  1956  года.
На  нем  были  голубые  потертые  джинсы  и  такого  же
цвета  рубашка.  Он  направился  прямо  в  Венециан¬
ский  зал,  где  было  все  готово  для  торжественного
приема.  Он  прошел  между  гостями,  у  бара  зака¬
зал  себе  коктейль  и,  взяв  стакан,  прошел  в  один
из  соседних  залов.  Всюду  было  полно  людей.  Никто
не  знал,  как  и  зачем  он  попал  в  кухню.  До  сих  пор
не  удалось  объяснить,  было  ли  это  случайно  или  же
он  был  хорошо  информирован.  Но  информация  здесь
вряд  ли  помогла.  .  Убийца  Кеннеди  или,  скажем,
организатор  покушения  вряд  ли  мог  предполагать,  что
сенатор  пойдет  по  боковому  коридору  через  кухню.
Такое  решение  подсказала  ситуация.  Как  же  получи¬
лось,  что  оба  —  и  убийца,  и  его  жертва  —  оказались
в  одном  месте?
 Появилось  много  догадок.  Кинодокументалист
Т.  Чарач  смонтировал  фильм  под  названием  «Кто  убил
Роберта  Кеннеди?»  и  показал  его  на  пресс-конференции
журналистам.  В  этом  фильме  он  пытался  доказать,  что
в  зале  отеля  «Амбассадор»  стрелял  не  только  Сирхан
Сирхан,  но  одновременно  с  ним  еще  один  человек.  Что
сенатор,  выдвинувший  свою  кандидатуру  на  пост
президента  Соединенных  Штатов,  стал  жертвой  не
убийцы-одиночки,  а  группы  ультраправых  политиков.
Что  Роберта  Кеннеди  застрелил  не  Сирхан,  а  его
собственный  телохранитель  Хайзер.  Корреспондент
телевидения  в  Лос-Анджелесе  Шульман,  который
находился  в  коридоре  у  кухни,  видел,  как  Хайзер  вы¬
таскивал  пистолет  и  стрелял.  Удалось  установить,
что  у  него  был  такой  же  револьвер,  как  и  у  Сир-
хана.
 Появилось  еще  одно  предположение:  Кеннеди  был
убит  в  результате  заговора,  а  стрелки,  которых  было.
 292

несколько,  поделили  отель  на  участки.  Сирхану  доста¬
лись  кухня  и  подсобные  помещения,  поэтому  именно
ему  сенатор  попался  на  мушку.  И  для  этого  утвержде¬
ния  не  нашлось  достаточно  убедительных  доказательств,
хотя  многое  говорит  о  том,  что  при  расследований
покушения  были  допущены  промахи.  По  сообщениям
печати,  позже  суд  присяжных  в  Лос-Анджелесе  зая¬
вил  областному  прокурору  Дж.  Бушу,  что  некоторые
важные  документы  о  расследовании  покушения  на
Роберта  Кеннеди  были  украдены  и  что  обращение
с  данными  баллистической  экспертизы  тоже  не
отвечало  судебным  предписаниям.  И  поэтому  не  иск¬
лючено,  что  какая-то  доля  правды  есть  и  в  теории
о  трех  убийцах  и  нескольких  помощниках  в  самом
отеле  «Амбассадор».  Среди  них  должна  быть  и  одна
женщина,  которую  свидетели  за  день  до  этого  видели
в  обществе  Сирхана.
 Сирхана  полиция  держала  в  камере  с  двойными
стенами,  предъявив  ему  обвинение  в  преднамеренном
убийстве.  Он  предстал  перед  судом  присяжных,  кото¬
рые  признали  его  виновным.  Суд  приговорил  его  к
.смертной  казни.
 С  Робертом  Кеннеди  прощались  все  Соединенные
Штаты.  Специальный  поезд,  который  вез  гроб  с  его
телом  йз  Нью-Йорка  в  Вашингтон,'задержался  в  пути.
Траурная  церемония  началась  на  Арлингтонском
кладбище  со  значительным  опозданием.  Был  тихий,
теплый  вечер,  когда  на  зеленом  холме  со  старыми
дубами  Эдвард  Кеннеди  от  имени  всех  скорбящих
простился  со  своим  вторым  братом.
 Третье  убийство  в  ряду  покушений,  которые  стали
пятном  на  современной  американской  истории,  наводит
на  мысль  о  связи  между  убийствами  Джона  Кеннеди,
его  брата  Роберта  и  пастора  Кинга.
 Отвечает  прокурор  Джим  Гаррисон:
 «Вероятно,  связь  существует.  Также  вероятно,  что
убийцы  получали  ;приказы  от  одной  и  той  же  могу¬
щественной  группировки:  военно-промышленной  коа¬
лиции,  которая  в  настоящее  время  правит  Америкой.
Выполняло  задания  или  незримо  руководило  убий¬
цами  ЦРУ,  какое-то  невидимое  второе  «я»  нашей  так
называемой  демократии».
 283

Но  как  же  возможно,  что  такая  мощная  организа¬
ция,  каковой,  несомненно,  является  ЦРУ,  может
скрыть  такие  важные  факты?  Ведь  хорошо  известно,
что  американские  журналисты  способны  докопаться
до  всего.
 Отвечает  прокурор  Джим  Гаррисон:
 «Газеты  и  журналы  служат  не  общественности,
а  рекламным  агентствам,  пропагандирующим  оружие
войны.  Уже  в  течение  длительного  времени  способ,
каким  преподносились  проблемы  международной  по¬
литики  или  вопросы,  касающиеся  военных  заказов,
был  подчинен  необходимости  прийти  к  выводам,  кото¬
рые  бы  отвечали  интересам  милитаристов.  Точно
так  же  обстоит  дело  и  с  телевидением.  Оно  подчинено
правительству,  поэтому  еще  долго  на  телевизионных
экранах  не  появится  серьезное  и  объективное  иссле¬
дование  современных  военных  планов».

СМЕРТЬ  ПО  ЗАКАЗУ
 Морозный  январский  день.  Редкий  лес  в  долине
Мононгахила  припорошен  снегом.  Здесь,  в  стороне  от
шума  многолюдного  города  Кларксвилла  (штат  Пен¬
сильвания,  США),  спокойно  и  тихо.  Просто  подозри¬
тельно  тихо.
 Адвокат  Джозеф  Яблонски-младший  остановил  свой
автомобиль  перед  домом  родителей.  Выйдя  из  машины,
он  увидел,  что  двери  гаража  приоткрыты.  Он  заглянул
внутрь,  но  не  заметил,  что  у  обеих  машин  покрышки
проколоты  и  машины  стоят  на  ободьях.  Он  еще  не  подо¬
зревал,  что  здесь  что-то  произошло.  Только  тишина
в  доме  была  какой-то  странной.
 Он  вошел  в  дом,  и  взору  его  предстали  жертвы
политического  убийства.  В  доме  лежали  трое  мертвых:
пятидесятидевятилетний  отец  Джозеф  Яблонски,  его
жена  Маргарет  и  двадцатипятилетняя  дочь  Шарлотта.
Старый  пес  Рэскал  тоже  был  убит.
 Уголовная  полиция  прибыла  на  место  убийства
через  несколько  минут  после  сообщения.  Она  устано¬
вила,  что  убийц  было  двое  или  трое  и  они,  по  всей  ви¬
димости,  хорошо  знали  жизнь  в  одиноком  доме  у  леса.
Они  приехали  па  машине,  марку  которой  установить
не  удалось,  предусмотрительно  перерезали  телефонный
провод,  вывели  из  строя  обе  машины  в  гараже,  осто¬
рожно  вошли  в  холл,  обезвредили  старую  собаку,
сняли  обувь  и  на  цыпочках  поднялись  на  второй  этаж
к  спальням.
 Двумя  выстрелами  из  пистолета  калибра  38  они
застрелили  сначала  дочь  Шарлотту.  Выстрелы  разбу¬
дили  Джозефа  Яблонски.  Он  вскочил  с  постели,  успел
схватить  дробовик,  но  выстрелить  ему  уже  не  пришлось.
Раздалось  сразу  несколько  выстрелов,  и  он  упал,  сра¬
женный  пятью  пулями.  Жена,  которая  лежала  рядом
с  мужем,  в  испуге  натянула  простыню  на  лицод  так
и  умерла.
 295

В  доме  ничего  не  пропало.  Документы  в  ящиках
письменного  стола  тоже  не  тронуты,  поэтому  никто
не  сомневался  в  том,  что  Совершено  политическое
убийство.  Джозеф  Яблонски  был  известным  деятелем
Объединенного  профессионального  союза  горняков.
В  последнее  время  у  него  возникли  серьезные  разно¬
гласия  с  руководством.  Он  стал  опасным  соперником
для  председателя  профсоюза  Бойля.  У  уголовной  по¬
лиции,  таким  образом,  уже  имелся  мотив,  а  для  на¬
чала  расследования  это  немало.
 Жена  и  дочь  были  убиты,  видимо,  только  потому,
что  убийцы  не  могли  себе  позволить  оставить  живыми
свидетелей  преступления.  Убийство  было  тщательно
спланировано  и  хорошо  подготовлено.  Со  времени  совер¬
шения  преступления  до  его  обнаружения  прошло  не¬
сколько  дней,  то  есть  убийцы  располагали  достаточным
временем,  чтобы  в  спокойной  обстановке  замести  следы.
 Убийство  совершено  в  последний  день  1969  года.
Джозеф  Яблонски-младший  обнаружил  убитых  толь¬
ко  5  января  1970  года,  когда  после  новогодних
праздников  приехал  навестить  своих  родителей.  По¬
лиция  осмотрела  место  преступления  и  не  нашла  ни
следов,  ни  отпечатков  пальцев.  Общественное  мнение
с  самого  начала  давало  ясно  понять,  что  нет  нужды
долго  думать  над  тем,  где  искать  убийцу.  Делая  такой
вывод,  оно  исходило  из  оценки  отношений,  сложив¬
шихся  внутри  профессионального  союза  горняков.
 Сын  польского  эмигранта,  Джозеф  Яблонски  начи¬
нал  свою  карьеру  на  шахте  в  Пенсильванском  угольном
бассейне.  С  пятнадцати  лет  он  уже  начал  работать  под
землей.  Когда  ему  было  шестнадцать,  его  отец  погиб
при  обвале  на  той  же  шахте.  Молодой  парень  должен
был  теперь  сам  заботиться  о  семье.  Будучи  активным
и  сознательным  рабочим,  он  интересовался  деятельно¬
стью  профсоюзов  и  вскоре  стал  одним  из  лидеров  про¬
фессионального  союза  горняков.  С  1942  года  и  до  самой
смерти  Яблонски  был  членом  президиума  профсоюза,
а  в  последние  месяцы  жизни  и  бескомпромиссным  кри¬
тиком  взяточнических  афер  руководства  профсоюза
с  владельцами  шахт.
 Политику  профсоюзов  американских  шахтеров  в
течение  многих  лет  направлял  известный  лидер  Джон
 296

Л.  Льюис.  К  концу  карьеры  Льюиса  она  была  уже
политикой  уступок  акционерам  угольных  шахт.  Отно¬
шения  в  американских  профсоюзных  организациях  не¬
соизмеримы  с  нашими  представлениями.  В  1963  году,
когда  Льюис  получил  повышение  по  должности,  он
назначил  своим  преемником,  председателем  союза,  Эн¬
тони  У.  Бойля,  известного  под  именем  Тони,  который
с  еще  большей  энергией  продолжал  сотрудничать
с  акционерами  «Консолидейшн  коул  компани».
 Деятельность  Льюиса  нельзя  оценивать  только  не¬
гативно,  хотя  за  время  его  руководства  профсоюзом
компании  уволили  с  работы  сотни  тысяч  шахтеров.
Механизация  работ  и  модернизация  оборудования  на
шахтах  влекли  за  собой  сокращение  рабочей  силы.
Льюис  не  мог  идти  против  технического  прогресса  и
согласился  с  ограничением  количества  шахтеров  с  ус-*
ловием,  что  компании  будут  теперь  платить  с  каждой
добытой  тонны  угля  по  40  центов  в  пенсионный  фонд
горняков.  Хотя  число  занятых  на  шахтах  пенсиль¬
ванского  угольного  бассейна  существенно  сократи¬
лось,  условия  труда  шахтеров  улучшились.  А  проф¬
союз  с  того  времени  имел  хороший  и  постоянно
пополняющийся  пенсионный  фонд.
 Когда  Бойль  принял  функции  председателя,  в  его
руках  оказалась  сумма  в  150  миллионов  долларов.
Этой  большой  суммой  он  стал  распоряжаться  капита¬
листическими  методами,  т.  е.  как  предприниматель,
а  не  как  представитель  профсоюзной  организации.
Прежде  всего  он  стремился  урвать  как  можно  больше
для  себя  и  своей  семьи.  Яблонски  некоторое  время
наблюдал  за  его  действиями,  потом  не  выдержал  и  ре¬
шил  выступить  в  роли  общественного  обвинителя.
 Он  обратил  внимание  на  чрезвычайно  высокую  за¬
работную  плату  Бойля  (50  тысяч  долларов  в  год)  и
на  постановление,  одобренное  Бойлем,  по  которому  тот
и  некоторые  его  сотрудники  могли  пожизненно  полу¬
чать  пенсию  в  размере  заработной  платы.  Яблонски
доказал,  что  Бойль  на  профсоюзные  деньги  покупал
автомобили  для  себя  и  членов  своей  семьи,  даже  его
вилла  была  куплена  на  общественные  деньги.  Своих
родственников  он  устроил  на  легкие  работы  с  незаслу¬
женно  высокой  оплатой.  Его  брат,  работая  в  маленькой
 297

провинциальной  профсоюзной  организации,  насчиты¬
вающей  всего  несколько  сот*  членов,  получал  25  тысяч
долларов  в  год;  дочь  Бойля  Антуанетта,  работая  в  ка¬
честве  юрисконсульта  союза,  получала  40  тысяч  дол¬
ларов  в  год,  хотя  ни  практики,  ни  соответствующих
знаний  у  нее  не  было;  ее  даже  никто  не  знал  ни  в  суде,
ни  в  адвокатуре.
 Профсоюзный  лидер  Яблонски  открыто  предъявил
свои  обвинения,  и  суд  не  мог  их  игнорировать.  В  ре¬
зультате  расследования  стало  ясно,  что  обвинитель
прав.  Руководство  профсоюза  во  главе  с  Тони  Бойлем
было  осуждено  за  нарушение  антитрестовского  закона
Шермана,  выразившееся  в  его  союзе  с  владельцем  фир¬
мы  «Консолидейшн  коул  компани»  против  рабочих.  Так
удалось  публично  доказать,  что  руководство  союза
в  действительности  стоит  против  горняков,  вместо  того
чтобы  представлять  их  интересы.
 Однако  на  совести  Тони  Бойля  были  еще  более
смелые  махинации,  и  Яблонски  раскрыл  их  перед  об¬
щественностью.  Дело  в  том,  что  председатель  союза
разрешил  предпринимателям  не  вносить  в  рабочую
кассу  полагающиеся  40  центов  с  каждой  тонны  угля,
в  результате  чего  фонд  шахтеров  потерял  около  30  мил¬
лионов  долларов.  Еще  25  миллионов  были  потрачены
без  предъявления*  соответствующих  счетов,  и  столько
же  отсутствовало,  в  кассе  без  всяких  объяснений.
 Яблонски  публично  выступил  против  нетерпимой
ситуации,  сложившейся  в  руководстве  союза.  В  этом
он-  обвинил  Бойля  и  готовился  победить  его  на  выбо¬
рах,  выдвинув  свою  кандидатуру  на  пост  председа¬
теля.  Бойль  повел  себя  как  настоящий  предприни¬
матель  и  немедленно  уволил  нежелательного  конку¬
рента.  И  тогда  только  между  ними  разгорелась  непри¬
миримая  борьба,  закончившаяся  известным  убийством.
 Для  ведения  избирательной  кампании  у  Яблонски
не  было  ни  финансовых  средств,  ни  профессионально
обученного  аппарата.  У  Бойля  было  все,  поскольку  он
стоял  у  руля.  Яблонски  проигрывал  одно  сражение
за  другим.  Стоило  только  ему  запланировать  выступле¬
ние  в  каком-нибудь  шахтерском  районе,  как  Бойль
в  тот  же  день  скупал  все  свободное  время  местного
телевидения.  В  то  время  как  Яблонски  на  немногочис¬
 298

ленном  собрании  пытался  разоблачить  махинации  проф¬
союзного  руководства,  Бойль  срамил  его  перед  сотнями
тысяч  телезрителей  и  успешно  набирал  голоса.
 Скомпрометированный  председатель  не  ограничился
обычными  средствами  ведения  предвыборной  борьбы.
Когда  Яблонски,  отважившись  агитировать  в  районе
Бойля,  решил  выступить  перед  шахтерами  в  Спринг¬
филде  (штат  Иллинойс),  председатель  профсоюза  по¬
дослал  к  нему  бандита  с  заданием  помешать  говорить.
Тот  сделал  свое  дело,  применив  прием  каратэ.  Борец
за  права  шахтеров  не  докончил  выступления:  прямо
с  собрдниД  его  отвезли  в  больницу.
 В  начале  декабря  состоялись  выборы.  За  Бойля
голосовало  в  два  раза  больше  избирателей,  чем  за
Яблонски.  Но  Яблонски  не  сдался.  Он  заявил,  что
результаты  избирательной  кампании  не  соответствуют
действительности:  Бойль  собрал  большинство  голосов
мошенническим  путем.  Американские  органы  власти
отвергли  обвинение  и  вообще  не  собирались  занимать¬
ся  этим  делом.  Свое  решение  они  обосновали  сле¬
дующим  образом:  «Яблонски  еще  не  исчерпал  всех
внутренних  возможностей  для  восстановления  по¬
рядка  в  профессиональном  союзе».  Яблонски  и  его  со¬
ратнику  Пеллегрини,  таким  образом,  пришлось  подать
на  Бойля  в  суд  через  юридического  представителя  и
обязаться  представить  суду  доказательства.
 До  процесса  дело  не  дошло.  Яблонски  уже  не  мог
представить  суду  и  общественности  компрометирующие
документы.  И  только  после  его  насильственной  смерти
министр  юстиции  Митчелл  назначил  расследование  на
высшем  уровне.  Сенаторы  Макклеллан  и  Гриффин  од¬
новременно  потребовали  у  конгресса  проверки  поло¬
жения,  сложившегося  в  профсоюзных  организациях,
так  как  для  общественности  уже  не  было  секретом,
что  Бойль  покупал  голоса  шахтеров  за  их  же
деньги.
 Под  давлением  общественного  мнения  американское
правительство  вынуждено  было  в  марте  1970  года  про¬
сить  федеральный  суд  объявить  результаты  выборов
недействительными.  Стало  известно,  что  только  в  че¬
тырех  организациях  выборы  прошли  как  положено,
в  девятнадцати  же  шахтеры  вообще  не  имели  воэмож-
 299

йости  выразить  свое  мнение,  так  как  председателей
назначал  сам  Бойль.
 Объединенному  профсоюзу  горняков  принадлежит
второй  по  величине  вашингтонский  финансовый  инсти¬
тут  «Нэшнл  бэнк  оф  Вашингтон».  При  ревизии  контро¬
леры  обнаружили  жульнические  махинации,  которые
стоили  шахтерам  три  миллиона  долларов  ежегодно.
В  связи  с  этим  вашингтонский  суд  официальным  реше¬
нием  освободил  Бойля  от  занимаемой  должности  и
обвинил  его  вместе  с  руководством  союза  в  заговоре
против  интересов  шахтёров-пенсионеров.
 Можно  ли  в  этом  случае  говорить  о  настоящем  заго¬
воре?  Вероятно,  можно,  и  не  только  в  смысле  амери¬
канского  уголовного  кодекса.  После  убийства  Джозефа
Яблонски  всплыли  на  поверхность  невероятные  вещи,
творившиеся  в  профсоюзной  организации.  Союз  шел
рука  об  руку  с  предпринимателями,  выступая  против
шахтеров,  требующих  улучшения  условий  труда.
Когда  в  Западной  Вирджинии  бастовали  шахтеры,
за  удовлетворение  своих  требований,  профсоюзы  за¬
няли  общую  позицию  с  акционерами..  Когда  же  эти
требования  поддержали  шахтеры  из  Пенсильвании  и
Кентукки,  они  тем  самым  добились  Принятия  закона
об  охране  здоровья  в  шахтах  без  поддержки  своего
профсоюза.
 Борьба  за  власть  в  американском  профсоюзе  горня¬
ков  завершилась  убийством  трех  человек.  С  первых,
дней  расследования  след  повел  к  Бойлю.  Но  каждому
полицейскому  было  известно,  что  Тони  Бойль  не  так
уж  глуп,  чтобы  пачкать  себе  руки  кровью.  Кто  же
тогда  убивал,  если  не  он?  Долгое  время  детективы
работали  впустую.  При  этом  разгадка  убийства  нахо¬
дилась  у  полиции  в  ее  собственном  архиве.  Еще  при
жизни  сам  Яблонски  обратил  внимание  полиции  на
убийц.
 Как-то  в  начале  декабря.  1969  года  к  нему  пришли
трое  мужчин.  Они  сказали  ему,  что  прибыли  из  Запад¬
ной  Вирджинии,  что  они  шахтеры  и  никак  не  могут
найти  работу,  а  к  нему  пришли  за  помощью.  Это  не¬
удивительно,  каждый  функционер  общественной  орга¬
низации  должен  учитывать  возможность  незапланиро¬
ванных  визитов  незнакомых  людей.  Одной  из  его
 300

обязанностей  являлся  разбор  всевозможных  ходатайств.
 Яблонски  поговорил  с  «шахтерами»  о  жизни,  пообе¬
щал  сделать  для  них  все,  что  будет  в  его  силах,  и
распрощался.  Позади  были  проигранные  выборы
и  десятки  угроз  в  письмах  и  по  телефону.  Все  это  за¬
ставляло  его  быть  осторожным.  Эти  трое  ему  сразу
не  понравились.  Он  подошел  к  окну  и  понаблюдал,
как  они  отъезжали.  При  этом  он  заметил,  что  на  их
машине  стоит  номерной  знак  штата  Огайо,  и  это  как-то
не  вязалось  с  их  словами,  что  они  приехали  из  Запад¬
ной  Вирджинии.  Яблонски  подошел  к  письменному
столу,  записал  номер  машины  и  позвонил  в  поли¬
цию.
 Поскольку  подозрение  не  было  подтверждено  фак¬
тами,  сержант  в  полицейском  участке  ограничился
лишь  тем,  что  зарегистрировал  его.  После  смерти  Яб¬
лонски,  когда  ход  расследования  застыл  на  мертвой
точке,  полицейские  вспомнили  о  звонке  и  пошли  по
следам  трех  неизвестных  посетителей.  Прошло  немного
времени,  и  перед  судебным  следователем  предстали
ранее  уже  судимый  за  шантаж  Поль  Е.  Гилли,  двадца¬
тишестилетний  взломщик  Клод  Е.  Вилей  и  двадцати¬
трехлетний  безработный  Обран  В.  Мартин.
 Федеральный  суд  присяжных  обвинил  председателя
местной  организации  профсоюза  горняков  штата  Тен¬
несси  Сайласа  Хаддлстона,  его  дочь  Аннету  Гилли  и
Поля  Гилли,  а  также  обоих  наемных  убийц  Мартина
и  Вилея  в  заговоре  с  целью  убийства.  Хаддлстон  пре¬
доставил  убийцам  30  тысяч  долларов  в  качестве  гоно¬
рара,  будто  бы  даже  из  профсоюзных  денег.  При  рас¬
следовании  выяснилось,  что  преступление  должно  было
быть  совершено  еще  раньше.  На  собрании  шахтеров,
где  выступал  Яблонски,  Гилли  хотел  впрыснуть  ему
шприцем  смертельную  дозу  мышьяка.  Яд  и  шприц
достала  его  жена  Аннета.  По  неизвестным  причинам
убийцы  изменили  свой  первоначальный  план.
 После  того  как  арестованные  просидели  в  тюрьме
несколько  недель,  в  американской  печати  появилось
сообщение,  что  ФБР  тайно  перевезло  их  из  тюрьмы  в
Кливленде  в  другую,  секретную.  Дело  в  том,  что  по¬
лиции  стало  известно:  какой-то  незнакомец  запла¬
тил  группе  профессиональных  гангстеров,  чтобы
 301

они  помогли  устроить  арестованным  побег  из  тюрьмы.
Речь,  однако,  шла  не  о  человеколюбии.  Во  время  побега
из  тюрьмы  узников  должны  были  ликвидировать  как
неугодных  свидетелей.  Это  был  испытанный  метод,  не
раз  с  успехом  применявшийся  в  других  случаях.  Убий¬
цы,  таким  образом,  должны  были  быть  довольны,  что
находятся  в  безопасности  за  решеткой.  Один  из  них,
Клод  Е.  Вилей,  на  допросе  проболтался,  что  убийство
заказал  и  оплатил  какой-то  Тони.  Фамилии  его  он  не
знает  и  никогда  его  не  видел.  Тони  действовал  всегда
через  посредников.  А  те,  разумеется,  тоже  не  спешили
предъявить  визитную  карточку  с  точным  адресом.
 Тони  Бойль  немедленно  заявил,  что  не  имеет  ника¬
кого  отношения  к  убийству,  и  подчеркнул  тут  же,  что
он  уже  объявил  вознаграждение  в  50  тысяч  долларов
эа  поимку  убийцы.  Но  на  этом  трагический  фарс  еще
не  кончился.  Профсоюзный  лидер  Яблонски  умер,
потому  что  стоял  на  пути.  Тот,  кто  нанял  убийц,  ос¬
тался  за  кулисами.  Но  Тони  Бойль  все-таки  предстал
перед  судом  и  был  осужден,  но...  за  незаконное  исполь¬
зование  финансовых  средств,  принадлежавших  проф¬
союзу  горняков.  Приговор  напоминает  о  золотом  веке
короля  гангстеров  Аль  Капоне;  на  его  совести  были
десятки  убийств,  в  тюрьму  же  он  попал  за  налоговые
махинации.
 В  отличие  от  дел  братьев  Кеннеди  и  Мартина  Лю¬
тера  Кинга  дело  Яблонски  не  закончилось  за  закрытым
занавесом.  Американское  общественное  мнение  уже
потеряло  терпение.  ФБР,  которое  расследовало  дело
об  убийстве,  не  могло  себе  позволить  играть  крапле¬
ными  картами.  И  потом,  политическое  убийство  проф¬
союзного  лидера  Яблонски  относилось  к  другой  кате¬
гории  и  не  стояло  на  переднем  плане  интересов  мировой
общественности.  И  вот,  хоть  и  с  опозданием,  в  рассле¬
довании  убийства  произошел  неожиданный  поворот.
 Виновные  испугались  смертной  казни  и  заговорили.
Старый  Сайлас  Хаддлстон  начал,  а  остальное  расска¬
зала  его  дочь  Аннета  Гилли.  Оказалось,  что  председа¬
тель  местной  организации  профсоюза  горняков  в  Ла-
Фоллетте  Хаддлстон  получил  приказ  помочь  подгото¬
вить  убийство  от  своего  шефа  Альберта  Пассы,  члена
исполкома  и  казначея  Объединенного  профсоюза  гор¬

няков,  и  одного  из  самых  высоких  функционеров  рай¬
онного  комитета  Уильяма  Прати.
 С  этого  времени  все  козыри  были  на  руках  у  следо¬
вателей.  Было  только  вопросом  времени,  когда  они
доберутся  до  главного  организатора  убийства.  Послед¬
ний  кусочек  в  мозаику  внес  Уильям  Дж.  Тернблейзер,
признавшийся  в  том,  что  был  одним  из  организаторов
убийства.  Шефом  команды,  которая  решила  устранить
неугодного  Яблонски,  был  Тони  Бойль.  Об  убийстве
они  договорились  в  кабинете  Бойля  в  профсоюзном
центре  23  июня  1969  года.
 Процесс  над  профсоюзным  деятелем,  который  зака¬
зал  убийство  своего  коллеги,  продолжался  три  года.
И  все  же  наконец  Тони  Бойль  был  приговорен  судом
присяжных  в  городе  Медни  к  пожизненному  заключе¬
нию.  Это  убийство,  которое  было  всего  лишь  очередным
эпизодом  в  истории  насилий  американской  цивилиза¬
ции,  все  же  отличается  от  остальных.  В  деле  Яблонски
преступники  были  изобличены  и  понесли  заслуженное
наказание.

СОДЕРЖАНИЕ
 ПРЕДИСЛОВИЕ  	 5
 МАХАТМА 	   13
 СЕКРЕТНАЯ  ОПЕРАЦИЯ  «КАЙР» 	 29
 СМЕРТЬ  НА  ОСТРОВЕ  БОГОВ 	 57
 ПАДЕНИЕ  КАРИБСКОГО  ЦЕЗАРЯ 	 72
 СВИДЕТЕЛЬСТВО  УБИТОГО 	 99
 ЗАГОВОР  РОДСТВЕННИКОВ 	 117
 ПОБЕДИТЕЛЬ  В  МАРАФОНЕ 	 142
 РОВНО  В  ПОЛДЕНЬ 	 154
 ГЕНЕРАЛ  БЕЗ  ВОЙСКА 	 201
 ПОХИЩЕНИЕ  УЧИТЕЛЯ  МАТЕМАТИКИ  ... 	220
 ТОВАРИЩ  ЧЕ 	 247
 ЧЕРНЫЙ  АПОСТОЛ 	 267
 УБИЙСТВО  В  ОТЕЛЕ  «АМБАССАДОР»  .... 	282
 СМЕРТЬ  ПО  ЗАКАЗУ 	  295
 В.  П.  БОРОВИЧКА
Выстрелы  из  засады
 ИБ  Кв  12280
 Редактор  В.  Г.  Засимович
Художник  В.  Ю.  Новиков
Художественный  редактор  Ю.  С.  Лылов
Технический  редактор  Д.  Я.  Белиловская
 Подписано  в  печать  23.11.82.  Формат  84х108‘/з2.  Бумага  кн.-журн.  Гар¬
нитура  «Обыкновенная  новая».  Печать  высокая.  Услови.  печ.  л.  15,96.
Уел.  кр.-отт.  16,16.  Уч.-изд.  л.  15,48.  Тираж  100  000  экз.  Заказ  №  1578.
Цена  65  к.  Изд.  Яв  25705.
 Ордена  Трудового  Красного  Знамени  издательство  «Прогресс»  Государ¬
ственного  комитета  СССР  по  делам  издательств,  полиграфии  и  книжной
торговли.  Москва,  119021,  Зубовский  бульвар,  17.
 Ярославский  полиграфкомбинат  Союзполиграфпрома  при  Государствен¬
ном  комитете  СССР  по  делам  издательств,  полиграфии  и  книжной
торговли.  150014,  Ярославль,  ул.  Свободы,  97.

■/Ф- 	.■-:
 /;:/  ■  ■ 	■  -
 65  коп.
 С
 МАХАТМА
 СЕКРЕТНАЯ  ОПЕРАЦИЯ  «КАИР» 	I1
 СМЕРТЬ  НА  ОСТРОВЕ  БОГОВ
 ПАДЕНИЕ  КАРИБСКОГО  ЦЕЗАРЯ
 СВИДЕТЕЛЬСТВО  УБИТОГО
 ЗАГОВОР  РОДСТВЕННИКОВ
 ПОБЕДИТЕЛЬ  В  МАРАФОНЕ 	|
 РОВНО  Б  ПОЛДЕНЬ 	Г 	)
 ГЕНЕРАЛ  БЕЗ  ВОЙСКА 	|
 ПОХИЩЕНИЕ 	||
 \  УЧИТЕЛЯ  МАТЕМАТИКИ 	,Г
 ТОВАРИЩ  ЧЕ
 'ЧЕРНЫЙ  АПОСТОЛ
 *  4
 УБИЙСТВО
 В  ОТЕЛЕ  «АМБАССАДОР»
СМЕРТЬ  ПО  ЗАКАЗУ