Text
                    энциклопедия коллекционера
едоков
олекательнам---
БОНИСТИКА
ФАКТЫ, ЛЕГЕНДЫ, ОТКРЫТИЯ
В МИРЕ БАНКНОТ

энциклопедия коллекционера А. А, Щелоков Увлекательная БОНИСТИКА ФАКТЫ, ЛЕГЕНДЫ, ОТКРЫТИЯ В МИРЕ БАНКНОТ Москва, «ЭКСМО», 2007
Вместо введения Перед нами три изобра- жения. Это двухдолларо- вая банкнота Соединенных Штатов Америки, а также фрагменты канадской де- сятидолларовой банкноты и рублевого кредитного билета Российской импе- рии образца 1898 года. Ничего общего между ними даже при самом внима- тельном рассмотрении вы не найдете. Однако кое-что общее все же есть. Все эти три разных знака связывают суеверия, родившиеся сразу вслед за появлением этих банкнот в обращении.
А. А. Щёлоков В 1954 году в Канаде была выпущена серия новых бумажных денег номиналами в 1, 2, 5, 10, 20, 50, 100 и 1000 долларов. Ничего необычного в выпуске этих зна- ков не было, поскольку они предназначались для замены курсировавших в стране с 1937 года купюр с изображе- нием лика почившего в бозе короля Георга VI. Пришло время, когда требовалось украсить деньги портретом новой царствующей королевы Великобритании Елиза- веты II. Банкноты вышли, и вдруг чьи-то внимательные гла- за углядели, что в кокетливой прическе королевы за- маскировал свое лицо дьявол. Никакого злого умысла у художника, рисовавшего портрет, не было. Только слу- чайная игра света и тени создавала каверзную иллюзию. Вглядитесь в рисунок первой банкноты, и вы, при наличии живого воображения, тоже увидите злобную морду сатаны: его крючковатый нос, злобный взгляд, хищные губы... Банкноты сразу приобрели имя собственное — «Devil's face» — «Лицо дьявола» (в другом прочтении — «Devil's head» — «Голова дьявола»), К открытию люди отнеслись по-разному. Большинство сочло, что новая банкнота не может приносить удачи ее владельцам. Зато коллекционеры тут же проявили к банковскому курьезу большой интерес. Спасая престиж королевы и собственный автори- тет, Канадская банкнотная компания, печатавшая день- ги, тут же выпустила знаки того же дизайна, но уже с отретушированной прической Елизаветы Второй, что- бы никому больше чертовщина не мерещилась. Знаки «неправильного» рисунка, которые не посту- пили в обращение, были из банков изъяты. Нумизмати- ческая ценность денежного знака с «лицом дьявола» выросла сразу во много раз. Сегодня 1 доллар с этим изображением можно приобрести не дешевле чем за 30 О
Увлекательная бонистика долларов, 10 — за 100, 50 — за 250, 100 — за 350 долла- ров. О том, что в США существуют купюры достоинст- вом в 2 доллара, у нас знают далеко не все. Еще меньше владельцев, в том числе и крупных сумм долларов, виде- ли эти банкноты в натуре. Впервые знак с изображением президента США То- маса Джефферсона был выпущен в обращение в 1928 го- ду. Трудно сказать, по какой причине, но суеверие на- рекло его «несчастливым», и покупатели старались не брать эти деньги в зарплату и на сдачу, а получив, спе- шили поскорее банкноты разменять. Власти ничего не могли поделать с тем, что в народе сложилось такое от- ношение к двухдолларовой купюре. Ее выпуск повто- ряли в 1953 и 1963 годах, но предубеждение не исчезло. В 1976 году еще один выпуск двухдолларовой купюры приурочили к 200-летию подписания Декларации о не- зависимости. Но и в этом случае банкноту, которая должна была ознаменовать юбилей, особо суеверные люди отказывались брать в качестве зарплаты. С той поры двухдолларовую банкноту в США более не выпускают. Зато у собирателей с самими «несчастливыми» зна- ками свои отношения. Приобрести как раз эти банкно- ты стремятся серьезные бонисты — коллекционеры бу- мажных денежных знаков. Банкноты такого рода стали своеобразным деликатесом и обрели законное место во многих коллекциях, даруя гордость их владельцам. В то же время у одного из российских царских кре- дитных билетов сложилась слава купюры, которая, на- оборот, «приносит счастье». Вот ее история. По традиции, идущей с появления русских бумаж- ных денег, при выпуске в обращение кредитки подпи- сывались управляющим Государственным банком и од- ним из кассиров банка. Опытным коллекционерам бу- мажных денежных знаков России хорошо известны фамилии кассиров Афанасьева, Иванова, Овчинникова, О
А. А. Щёлоков Свешникова, Софронова, оставивших свои факсимиле на многих кредитных билетах. Более того, часть касси- ров оставалась служить в Госбанке и после революции, и их подписи стоят уже на совзнаках Российской Феде- рации ранних выпусков. Так вот, в числе кассиров цар- ского времени был некто Брут, который начал подписы- вать денежные знаки в 1887 году. Его подпись можно прочитать на увеличенном фрагменте рублевого кре- дитного билета образца 1898 года. Какое-то время спус- тя, если верить Слухам, по неясным причинам кассир Брут повесился. С давних пор, когда смертная казнь через повеше- ние в разных странах практиковалась довольно долго, у многих народов возникло поверье, будто веревка пове- шенного сулит удачу тому, кто ее получит. И вот сред- невековые обыватели старались взять хотя бы клочок веревки, которой удавили преступника. Кассир Брут оставил после себя подпись на множе- стве кредитных билетов, и эти банкноты стали считать- ся «счастливыми». Многие солидные люди хранили их в бумажниках как неразменный талон «на счастье». По этой причине оказалось, что в коллекциях наших совре- менников можно встретить «брутовские» рубли с мини- мальными следами пребывания в обращении. Они ле- жали в бумажниках, тщательно оберегаемые от повре- ждений. Это только три истории бумажных денежных зна- ков разных стран. Но и других, интересных, поучитель- ных, смешных и грустных, столько, что пересказать их все в одной книге нет возможности. Однако автор поста- рался из огромного исторического материала, связанно- го с возникновением, существованием и хождением банкнот, выбрать наиболее занимательные и познава- тельные истории, рассчитанные на любознательного читателя. Если вы относите себя к таковым, книга — для вас.
Когда и почему в России родились бумажные деньги? Не знаю, кому как, а мне нравится читать докумен- ты давних лет, написанные архаичным, но исконно рус- ским языком. Читаешь и порой невольно улыбаешься. Как вам, например, понравятся такие строки из до- кумента: «Начальник Департамента, прочтя записку столоначальника Краснова, на оную хер положил»? Улыбнулись? А ведь раньше именно так и говорили, поскольку в подобном выражении ничего крамольного не было. «X, — писал Владимир Даль, — согласная буква хер, хер в церковной азбуке 23-я, а в русской 22-я». Если начальник положил на записку хер, это означало, что он перечеркнул документ крест-накрест, с утла на угол. И не больше. Или вот строка из приказа по военному ведомству: «Нижепоименованных офицеров уволить со службы, вернув их в первобытное состояние». Опять улыбнулись? В первый раз улыбнулся и я, но взял словарь В. Даля, который лучше многих из нас знал «великий и могучий» русский язык. «Первобытный, — объяснил В. Даль, — давний или ветхий, исконный, на- чальный или предвечный...» Разрешение вернуться офицерам к первобытному состоянию означало, что после увольнения с государе- О
А. А. Щёлоков вой службы им позволено заниматься тем делом, кото- рым они занимались ранее. В этой главе, может быть несколько скучной, чита- тель столкнется с документами XVIII века и получит возможность улыбнуться еще не раз. Появление бумажных денежных знаков в России было подготовлено всем ходом истории. Развитие эко- номики настоятельно требовало совершенствования денежной системы, которая в XVIII веке в России осно- вывалась на обращении металлических монет — в ос- новном медных, в меньшей мере серебряных и еще в меньшей — золотых. Неудобство монеты по мере развития торговли и внутрипромышленных связей в государстве с каждым годом ощущалось все сильнее и сильнее. Достаточно широко известен такой факт. Когда в 1748 году М.В. Ло- моносова удостоили за его труды премией в 2000 руб- лей, то выдали награду медными монетами, которые в то время составляли основную массу платежных средств России. Вес пятака в те годы равнялся 20,48 г. Вся пре- мия академика весила около одной тонны. Чтобы доста- вить премию домой, Ломоносову потребовалось нанять несколько телег. Теперь представьте, сколько неприят- ных хлопот возникало у купца, собиравшегося ехать с Урала в Москву, чтобы там закупить товара на те же 2000 рублей. Поэтому именно торговля и заставляла ис- кать выход из сложившегося положения. О том, как исправить дело, имелись разные сужде- ния. В частности, в царствование императрицы Елиза- веты Петровны предлагалось учредить бумажные день- ги — ассигнации. Инициаторами нововведения стали асессор Монетной канцелярии Иван Шлаттер и вице- президент коммерц-коллегии Мелиссин (Мелиссино). Однако, как бывает довольно часто, на пути новшества стеной встали люди сановные, имевшие немалое влия- ние на императрицу.
Увлекательная бонистика Главным противником бумажных знаков оказался граф Петр Иванович Шувалов, фактически исполняв- ший при Елизавете обязанности министра финансов. Логика рассуждений Шувалова — знатока обраще- ния металлической монеты в государстве — была про- ста и убедительна. Он доказывал царице, что неизбеж- но возникнет «от подделывателей банковых билетов опасность, — и бумажки вместо денег народу не только дики покажутся, но и совсем кредит повредится, пото- му что при употреблении банковых билетов в торгах всякие помешательства могут происходить». В решении Сената записали, что бумажки хуже ме- ди, ибо «никакой внутренней доброты не содержат». Сегодня такого рода мотив кое-кому покажется если не странным, то неясным. Однако, если учесть, что под «внутренней добротой» сенаторы подразумевали само- ценность монетного металла, которая определялась его весом, то рассуждение понять станет легче. Так первая попытка перехода к бумажным денеж- ным знакам была благополучно похоронена. Вместо вы- пуска бумажек Шувалов предложил чеканить монету. «Правда, — писал о событиях тех лет историк М. Н. По- кровский, — сравнительно с попыткой времен царя Алексея Михайловича то, на что пошел Шувалов, было лишь полумерой. Чеканить прямо медные целковики при Елизавете не решились, ограничившись номинальным удвоением цены обычных медных денег: вместо 8 рублей из пуда стали чеканить монеты на 16. Смысл меры, од- нако, был тот же самый». Одновременно осуществлялись меры для удержа- ния в казне серебра. Его выменивали из обращения по установленной цене, предупредив народ, что утайка се- ребра грозит строгими наказаниями. Более того, золото и серебро вообще объявили принадлежностью казен- ной и за тайную переплавку металлов карали. «В судеб- ных местах, — писал историк А.В. Градовский, — се-
А. А. Щёлоков ребряную и золотую монету велено было обменивать на медную, «дабы золотая и серебряная монета всегда в казне оставалась, а медная циркуляцию иметь могла». Оценку финансовым мероприятиям Шувалова дали его современники. « Пятикопеешные медные, — писал князь М. Щербатов, — привели ходить в грош, и бедные подданные на капитале медных денег хотя и не вдруг, но три пятых капитала своего потеряли». Казна императрицы, конечно же, оказалась в при- бытке. Так, заглядывая в прошлое, мы видим, что в русском обществе испокон веков в денежных делах государство обманывает своих подданных без совести и жалости. Главное — чтобы не страдала власть, а народ может и пострадать, он на Руси терпеливый. Вторая попытка перейти на бумажные деньги была предпринята в 1762 году. 25 мая Сенату объявили именной указ Петра III об учреждении банка: «.Хотим от нас сие важное для всей империи, а паче купечеству и коммерции, показать бла- годеяние и для этого повелеваем: наделать как наиско- рее банковых билетов на пять миллионов рублей на раз- ные суммы, а именно 10, 50, 100, 500 и 1000. По надела- нии вдруг сих пяти миллионов будут оные тотчас разделены по пяти казенным местам, откуда наиболь- шая выдача денег бывает, с тем, дабы оные употребля- ли в расход как самые наличные деньги, ибо мы хотим и чрез сие повелеваем, чтобы сии билеты и в самом деле за наличную монету ходили». Объявлено было даже о назначении должностных лиц в банках. Так, директорами конторы банка в Петер- бурге назначались обер-директор Роговиков, петербург- ские купцы Бармин и Ямщиков, тульский — Пастухов, калужский — Губкин, иностранный — Рихтер. В Моск- ве во главе конторы должны были встать московские купцы Земский, Журавлев, Ситников, тульский — Лу- ф
Увлекательная бонистика гинин, ярославский — Затрапезное, иностранный — Вольф. Такое широкое представительство купеческого со- словия в правлениях банковских контор по замыслу устроителей должно было повысить уровень доверия к новому мероприятию всех тех, кому больше других приходилось пользоваться в повседневной деятельно- сти деньгами и ощущать неудобства металлической мо- неты. Дело в том, что именно у лиц купеческого сословия уже имелся практический опыт обращения с бумажны- ми документами, которые представляли металлическую монету. Это были векселя. Чтобы не возить за собой обоз с медной монетой, купцы вносили наличные в кон- торы, которые имели свои представительства в столи- цах. Приезжая туда, купцы предъявляли вексель, и банк оплачивал их покупку продавцу. И наоборот, купцы за товаром в отдаленные города также везли векселя, га- рантированные столичными банкирами. Размен банковых билетов предусматривалось обес- печить медными деньгами по 32 рубля из пуда. Поэтому именной указ заканчивался повелением: «Передел мед- ных денег в легчайшую монету из тяжелой по прежнему плану неотменно продолжать, но вновь из меди не де- лать и оной в казну не брать, а велеть, чтобы заводчики отпускали оной больше за море и продавали за ефимки». Предполагалось, что выпуск билетов начнется с 1 ию- ля 1762 года, но 28 июня произошел дворцовый перево- рот. Петра III с трона свергли, и новой власти стало не до денежной реформы. Ввести бумажные деньги значительно позже импе- ратрицу Екатерину II заставили экономические обстоя- тельства. Начавшаяся в 1768 году Русско-турецкая вой- на, словно мощный насос, потянула из казны колоссаль- ные суммы денег. В этот момент граф Я. Сиверс и подал на высочайшее рассмотрение записку о необходимости
А. А. Щёлоков введения в обращение ассигнаций. Идея упала на благо- датную почву. По поручению императрицы генерал- прокурор А.А. Вяземский вернулся к ранее отложен- ным проектам, изучил их и составил новый. После его просмотра императрицей, которая внимательно следила за работой комиссии, документ был утвержден. 17 ноября 1768 года генерал-прокурор зачитал в Се- нате решение императрицы об учреждении ассигнаций, заменявших звонкую монету. 29 декабря издали мани- фест. Исторические документы всегда сохраняют в себе неповторимый аромат ушедших времен. Стоит привес- ти строки манифеста как можно полнее. Итак, читаем. «В столь обширной империи, какова есть Россия, не- возможно, кажется, довольно подать способов к обра- щению денег, от которого зависят благоденствие на- рода и цветущее состояние торговли. Правда, уже одно пространство земель империи нашей есть уже некое препятствие совершенству того обращения; однако каждое благоразумное правление в таковом случае обя- зано преодолевать, ежели возможно, естественные за- труднения. Удостоверились мы, что тягость медной монеты, одобряющая ее собственную цену, отягощает ее ж и обращение; во-вторых, что дальний перевоз вся- кой монеты многими неудобствами подвержен, и, нако- нец, третие, увидели мы, что великий недостаток в том, что нет еще в России по примеру разных европей- ских областей таких учрежденных мест, которые б чи- нили надлежащие денег обороты и переводили бы по- всюду частных людей капиталы без малейшего замедле- ния и согласно с пользою каждого. Ежедневный опыт являет, какие собрали плоды много государств от тако- вых установлений, по большей части банками именуе- мых. Ибо сверх высказанных уже выгод приносят они еще ту полезность, что выдаваемые в публику из тех
Увлекательная бонистика мест на разные суммы печатные с подписанием обяза- тельства разных наименований средством их кредита добровольно между народа употребляются так, как на- личная монета, не имея, однако ж, сопряженных с нею тягостей в перевозках и трудностей в сбережении их, знатно облегчают самым делом обращение денег. Итак, с 1 января будущего 1769 года устанавливается здесь, в С.-Петербурге и в Москве, как под покровитель- ством нашим два банка для вымена государственных ассигнаций, которых выдаваемо будет из разных прави- тельств и казенных мест, от нас к тому означенных, столько, а не более, как в вышесказанных банках капи- тала наличного будет состоять. Сим государственным ассигнациям иметь обращение во всей империи нашей наравне с ходячею монетою, чего для все правительст- ва и казенные места должны принимать те ассигнации во все государственные сборы за наличные деньги без малейшего затруднения. Сверх того, повелеваем, что- бы все частные люди, которые будут впредь чинить де- нежные платежи в казенные сборы, взносили бы неот- менно в числе каждых 500 рублей государственную ас- сигнацию в 25 рублей. Каждый из частных людей может всегда, когда похощет, обратить те свои ассигнации в наличные деньги, представя оных московскую в Москов- ском банке, а санкт-петербургскую — в Санкт-Петер- бургском. Сим банкам мы прописали такие правила, по которым они платеж производить должны без малей- шего замедления и потеряния времени. Мы император- ским словом торжественно объявляем за нас и преемни- ков престола нашего, что по всем государственным ас- сигнациям всегда исправная и верная последует выдача денег требующим оную из банков». Манифест интересен и тем, что обращен непосред- ственно к народу, и потому вся аргументация рассчита- на на понимание ее простыми людьми. Во-первых, обращалось внимание людей торговых
А. А. Щёлоков на прямую физическую тяжесть звонкой медной моне- ты. Уж кому-кому, а купцам она была хорошо известна. Для заключения сделки на 1000 рублей, которые в те времена уже совершались не так уж редко, покупатель должен был передать продавцу либо одну тонну медной монеты, либо 25 килограммов 850 граммов серебряной, либо 1,3 килограмма золотой. Тяжесть, как видим, во всех случаях (кроме последнего) заметная. Кстати, давайте вспомним мнение, высказанное в свое время графом П. Шуваловым о том, что бумажки хуже меди, ибо «никакой внутренней доброты не со- держат». Манифест Екатерины II полностью зачерки- вал выводы царедворца прошлых лет. И словно по иро- нии судьбы, первым директором правления банков стал сын графа Петра Ивановича — Андрей Петрович Шува- лов. Подписывая банковские документы, он, должно быть, старался не вспоминать опрометчивых выводов родного батюшки. Во-вторых, Екатерина II и за себя и за преемников престола давала народу гарантии обмена бумажек на монету «без малейшего замедления и потери времени». В-третьих, вводя в обязательные казенные платежи ассигнации, императрица старалась приучить людей к тому, что бумажки надо считать равноценными налич- ной монете. И, наконец, в-четвертых, легко заметить слабость организации новой системы. Прямой обмен бумажных ассигнаций на звонкую монету можно было произвести лишь в С.-Петербурге и Москве. Это — да и то, что ас- сигнации имели очень крупное по тем временам досто- инство — не менее 25 рублей, — резко сужало область их применения и почти не затрагивало обращения мо- неты в сфере мелких сделок, особенно на окраинах им- перии. К периоду введения ассигнаций относится появле- ние знаменитых сестрорецких рублей. Поскольку ас- О
Увлекательная бонистика сигнации разменивались на медную монету, было реше- но избавить людей от необходимости иметь дело с рос- сыпной мелочью. Монетному двору дали указание приступить к чеканке медных рублей. При ремедиуме, то есть установленной законом весовой норме расхода металла на изготовление определенйого числа монет, из пуда меди чеканилось монеты на 16 рублей, и каждый рублевик весил около килограмма. Изготовить «царь- монету» оказалось делом трудным, и от ее производства и введения в обращение отказались. До нашего време- ни сохранилось лишь ограниченное число пробных мед- ных рублей. Они — большая редкость. Бумажные деньги завоевывали сферу обращения постепенно. Сперва это происходило в столицах, потом ассигнации двинулись дальше. Первые русские ассигнации печатались на бумаге, «нарочно для того сделанной». Готовили ее на фабри- ке — «бумажной мельнице», принадлежавшей гофмар- шалу Сиверсу. Главной особенностью бумаги были сложные водяные знаки, или «внутренние прописи», как говорили в те времена. Вверху купюры на просвет читалась строка «ЛЮ- БОВЬ К ОТЕЧЕСТВУ», внизу — «ДЕЙСТВУЕТ К ПОЛЬЗЕ ОНОГО». Справа и слева по вертикали шли надписи: «ГОСУДАРСТВЕННАЯ КАЗНА». По углам купюры изобра- жались гербы царств: вверху слева — Астраханского, справа — Московского, внизу соответственно — Ка- занского и Сибирского. Вверху же, занимая заметную v часть купюры, располагались два овальных медальона, выполненных методом тиснения по бумаге. Сегодня да- же на самых хорошо сохранившихся экземплярах в го- сударственных коллекциях не различишь всех деталей рисунков, поэтому расскажем о них по описаниям про- шлых веков. Слева в овале размещалась художественная компо- зиция, составленная из атрибутов военных (знамена, 0
А. А. Щёлоков пушки, ядра), торговых (тюк, бочка) и промышленных (жезл Меркурия, за ним вдали корабль). В центре ком- позиции — орел. На шее у него — андреевская цепь, в середине — щит с изображением всадника с копьем, поражающим дракона. Поверху овала надпись: «ПОКО- ИТЬ И ОБОРОНЯЕТЕ». В овале справа — неприступная скала и морская пу- чина, из которой высовываются пасти чудовищ. Повер- ху надпись: «НЕ ВРЕДИША». Ниже медальонов типографским шрифтом черного цвета печаталась легенда: «Объявителю сей Государст- венной ассигнации платит Санкт-Петербургский Банкъ двадцать пять рублей ходячею монетою. 1769. Санкт- Петербург». Каждая купюра снабжалась подписями, которые учинялись от руки черными чернилами. По положению первые ассигнации подписывали два сенатора, главный директор правления банков и директор местного банка. Оборотная сторона купюры была чистой. История рождения русских ассигнаций окружена домыслами и вымыслами. Чаще всего они повторяются в зарубежных изданиях, предназначенных для коллек- ционеров. Так, в книге английского автора Колина Нор- берта «Как коллекционировать бумажные деньги» есть такие строки: «В период правления Петра Великого (1689—1725) власти России рассматривали возмож- ность использования бумажных денег, но состояние экономики не позволило это сделать... Екатерина Вели- кая выпустила бумажные деньги почти сорок лет спус- тя, и известны экземпляры, датированные 1769 годом, Возможно, однако, что бумажные деньги были выпуще- ны в 1762 году — когда Петр III и Екатерина Великая правили Россией вдвоем. Предположение это основано на находке в личной библиотеке военного министра По- темкина, Том, переплетенный в свиную кожу со стра- ницами из 1000 рублевых банкнот, хранился в ней».
Увлекательная бонистика Можно было бы и не упоминать о подобных издерж- ках, если бы они не продолжали периодически появ- ляться в зарубежных изданиях. А причина проста: слиш- ком уж экзотичны и привлекательны мифы о фаворите императрицы, который позволял себе держать на книж- ной полке переплетенные собрания банкнот. Таинст- венная Россия... Кстати, наивысшим номиналом первых ассигнаций был сторублевый, а никак не тысячный знак оплаты. Выпуская ассигнации, объясняя их пользу населе- нию, царские финансисты все же в первую очередь ви- дели выгоду для казны. Выпуск банкнот полностью за- висел не от потребностей экономики, а от текущей не- обходимости в деньгах для правительства. Совершались и прямые махинации, единственной целью которых бы- ло увеличение притока доходов в казну. Например, в январе 1770 года ввели новое правило. При размене ас- сигнаций вне столиц с клиентов взималось полпроцента от обмениваемой суммы. Объяснялось это высокой стоимостью перевоза металлической монеты к местам размена. Как и следовало ожидать, спрос на ассигнации сразу упал. Ретивые финансисты сами и остались внакладе. Просуществовав всего год, налог умер естественной смертью. Ассигнации все прочнее входили в русскую денеж- ную систему. Они устранили трудности в передвиже- нии крупных капиталов, дали новый толчок дальнейше- му развитию торговли и предпринимательства. При этом чем успешнее осуществляли свои функции бумаж- ные знаки, тем в большей степени правительство стара- лось использовать их выпуск в целях извлечения допол- нительной прибыли. В 1786 году был принят новый устав банков и утвер- ждены знаки нового типа. Указ о печатании государст- венных ассигнаций по новому образцу предусматривал ф
А. А. Щёлоков выпуск купюр достоинством в 5, 10, 25, 50 и 100 рублей. Теперь банкноты подписывали советник правления бан- ков, банковский директор и кассир. Одновременное увеличение выпуска ассигнаций и прекращение их равнозначного обмена на монету при- вело к девальвации бумажек. К 1795 году ассигнацион- ный рубль стоил всего 68,5 копейки. Доходы казны ста- ли резко падать. В те времена и родился авантюристи- ческий проект последнего фаворита Екатерины II — П. Зубова. Он предложил перечеканить всю монету, на- ходившуюся в обращении, сделав ее в два раза легче по весу. Осуществить проект не позволила смерть импе- ратрицы. Ту часть монеты, которая уже была перечека- нена Монетным двором по новому ремедиуму, Павел I повелел переделать на старый вес. Восходить на трон одновременно с внедрением «легких» и потому непопу- лярных денег императору не захотелось. История российских банкнот, как и история их во- обще, полна занимательных, порой смешных, но чаще поучительных историй. Поскольку же эта книга не учебник, требующий последовательности изложения, рассказы в ней размещены в произвольном порядке — вне хронологии и географии. «Исправленному верить» «Настоящая справка выдана Михаилу Михайловичу Круглому...» Имя, отчество и фамилия перечеркнуты жирной линией и вместо них вписаны новые: «Ивану Ивановичу Квадратному...». На поле справки дописаны и скреплены печатью слова: «Исправленному верить». Надписи подобного рода, заверенные подписями должностных лиц, каждый из нас в своей жизни видел хотя бы однажды. Но берусь утверждать, что ценные бумаги — банкноты, казначейские билеты, платежные
Увлекательная бонистика обязательства, облигации с такими реквизитами прихо- дилось видеть даже далеко не каждому профессиональ- ному финансисту. Между тем в мире существовало и существует немало денежных знаков, украшенных над- писями, которые по своему смыслу идентичны нашему бюрократическому утверждению: «Исправленному ве- рить». В первую очередь на банкнотах такую роль играют так называемые «надпечатки», которые по функцио- нальному назначению можно разделить на несколько групп: — надпечатки, объявляющие новые условия обра- щения знаков; — продлевающие срок обращения; — изменяющие номинал; — аннулирующие (погашающие) подозрительные и фальшивые знаки. Официальные надпечатки на денежных знаках Рос- сии в массовом количестве возникли в условиях Граж- данской войны 1917—1922 годов, когда центр не мог снабжать отдаленные окраины достаточным количест- вом общегосударственных знаков и местным властям приходилось прибегать к созданию собственных денеж- ных знаков, чтобы на время разрешить финансовые трудности. Вот один из примеров надпечатки, которая объявля- ла новые условия обращения ценных бумаг. Она сделана на облигациях Государственного 4-процентного выиг- рышного займа 1917 года. Эти облигации были заказа- ны Временным правительством России в Соединенных Штатах Америки, однако после изготовления их доста- вили морским путем на Дальний Восток, когда уже офи- циального заказчика не существовало. В условиях, ко- гда было невозможно поставлять из Москвы на окраи- ны страны банкноты общегосударственного образца, в 1920 году власти Сибири пустили эти облигации в обра- О
А. А. Щёлоков щение вместо денежных знаков, предварительно снаб- див их надпечатками. Официально в обращение были выпущены облига- ции четвертого разряда (фон знака синий, надпечатка красная) и пятого разряда (фон знака коричневый, над- печатка синяя). По центру каждой облигации помещалась сложная геральдическая фигура с серпом и молотом, с лозунгом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». В компози- цию вплетены слова: «РОССИЙСКАЯ СОЦИАЛИСТИЧЕ- СКАЯ ФЕДЕРАТИВНАЯ СОВЕТСКАЯ РЕСПУБЛИКА». Ни- же — «Сибирский революционный комитет». Внизу, в овальной розетке, стояла дата: «1920». С правой стороны облигации сверху вниз слова: «Подделка преследуется законом». С левой — снизу вверх шла надпись: «Обяза- телен к обращению наравне с кредитными билетами и расчетными знаками Российской Социалистической Федеративной Советской Республики». Последняя фра- за надпечатана также на каждом отрезном купоне, при- лагавшемся к облигациям. Это делало купоны отдельны- ми денежными знаками с номиналом в 4 р. 50 коп., по- скольку все облигации займа имели достоинство в 200 рублей. Из-за отсутствия денежных знаков к использова- нию надпечаток прибегали не только органы советской власти, но и те, кто боролся с ней. С этой точки зрения очень интересны деньги правительства Чайковского, утвердившего свою власть на Кольском полуострове и в Архангельской губернии. Интересны потому, что это правительство пустило в обращение знаки, выпущен- ные советскими властями Архангельска. История этих денег такова. 9 января 1918 года собрание представителей госу- дарственных и общественных советских организаций Архангельска обсудило проблему нехватки денежных ф
Увлекательная бонистика знаков в городе и губернии. Выход нашли в срочном вы- пуске местных денег. Определили их номиналы — 3, 5, 10 и 25 рублей. Об- разовали специальную комиссию в Архангельском от- делении Госбанка. Уже 30 января все расчеты были пе- реданы в местный Совет. Там документы утвердили, и в Петроград пошло ходатайство. 25 февраля Госбанк раз- решил Архангельску выпуск региональных денег и ас- сигновал средства на их печатание. К разработке гра- фического оформления денежных знаков, которые по- лучали название «чеков Архангельского отделения Госбанка», привлекли видного российского графика Сергея Васильевича Чехонина. Тот отнесся к делу с очень высокой ответственностью. Архангельские чеки сегодня выделяются из массы бумажных денег периода Гражданской войны высоко- художественным оформлением. На лицевой стороне че- ков помещена композиция, выдержанная в духе гераль- дической классики. Плюмажи, ликторские пучки пруть- ев — фасции, топорики, рыцарский шлем, другие декоративные элементы придают знакам запоминаю- щийся вид. На обороте в обрамлении растительного ор- намента художник разместил герб Архангельска. Чеки печатались в Петрограде с соблюдением высоких поли- графических норм того времени. Всего знаков четырех номиналов — 3, 5, 10 и 25 рублей -— тиражировано на 121 миллион рублей. Однако в обращение советские финансовые органы смогли пустить банкноты только на сумму в 27 миллионов рублей. При этом чек достоинст- вом в 5 рублей банком в оборот вообще не выпускался. В августе 1918 года в Архангельск вошли войска англий- ских интервентов. Все запасы чеков удалось эвакуиро- вать из города, и в руки оккупантов они не попали. Утвердившись на Севере, правительство Чайковско- го столкнулось с проблемой нехватки денежных знаков. Выход нашли простой: решили перерегистрировать на-
А. А. Щёлоков ходившиеся в обращении советские чеки. 1 сентября о такой перерегистрации объявили населению. Всем, кто имел деньги, предложили предъявить их в отделения Госбанка. Знаки, не прошедшие регистрации после первого октября, теряли покупательную способ- ность. В отделении Госбанка на все поступавшие туда чеки ставили механическим способом специальную надпечатку: «Зарегистрировано». Ниже шли две подпи- си: «Управляющий Отделением Государственного Бан- ка Кн(язь) И.А. Куракин» и «Кассир А. Фаддеев». Текст обрамляли две горизонтальные линейки — сверху и снизу. Над верхней посередине помещался двуглавый орел со скипетром и державой, но без короны. Надписи выполнялись двумя цветами: на 3- и 25-рублевых че- ках — красно-оранжевым, на 10-рублевых — черным. Чек на десять рублей отделения Госбанка Архангельской губернии (слева). Справа оттиск штемпеля перерегистрации, свидетельствующий, что знак перерегистрирован и получил право хождения на территории, которая была подчинена правительству Севера России. Надпечатки широко используются во всем мире. Так, в 1985 году, после деноминации, аргентинское песо получило новое название — аустраль. Огромное коли- чество банкнот, номинированных в старых единицах, были пущены в обращение с надпечатками в виде квад- ратов, в которых крупной цифрой обозначался новый номинал в аустралях и приводилось новое название де- ©
Увлекательная бонистика нежной единицы. Ниже эти сведения повторялись про- писью. Например, на старой банкноте в 1000 аргентинских песо на лицевой и оборотной сторонах красовалась си- няя надпечатка: «А 1 UN AUSTRAL». Кстати, название «аустраль» ловко использовалось российскими мошенниками, которые за солидные день- ги впаривали доверчивым гражданам обесценившиеся аргентинские банкноты, выдавая их за австралийские доллары. В Бразилии в 1966—1967 годах деноминировали на- циональную денежную единицу крузейро, оставив в об- ращении старые банкноты, помеченные круглой печа- тью с обозначением нового номинала. В 1986 году в связи с деноминацией произошло изменение старого назва- ния денежной единицы на крузадо. И опять знаки преж- них лет оставались в ходу, если были надпечатаны круг- лой печатью с новыми реквизитами. 1989 год в Брази- лии был ознаменован новой деноминацией, в которой денежную единицу назвали новым крузадо, который вырос по отношению к старому в одну тысячу раз. Это снова засвидетельствовали треугольными печатями на старых денежных знаках. В 1991 году правительство ре- шило вернуть валюте название «крузейро», не меняя паритета. О том, что старые знаки стали новыми, свиде- тельствовали прямоугольные надпечатки. Позже бразильцам пришлось забыть и название «крузейро», поскольку денежной единицей страны стал реал. Нередко на денежных знаках появляются надпечат- ки, которые сегодня воспринимаются как курьезы. Так, восполняя нехватку бумажных денег, Валуйское уезд- ное казначейство в апреле 1918 года выпустило в обра- щение пятидесятирублевые облигации «Займа свобо- ды» Временного правительства со специальной над- печаткой, сделанной красной краской. Текст ее гласил:
А. А. Щёлоков Надпечатка на бразильской банкноте извещает, что при сохране- нии прежнего номинала она получила новое название — «крузей- ро». И взявший в руки банкноту должен знать, что это уже знак в 500 крузейро, а не 500 «новых крузадо». «Выпущено Валуйским казначейством Ворон, губ. (Воронежской губернии. — А.Щ.) 1 апреля 1918 г. и име- ет хождение наравне с кредитными билетами 50 руб. достоинства. Отказавшиеся принимать облигации как денежные знаки по нарицательной стоимости подле- жат преданию суду. Валуйский казначей». Несмотря на первоапрельскую дату, выпуск не был шуткой. Иногда вместо надпечаток прибегают к перфорации денежных знаков, нанося на банкноту цифры и буквы с помощью пробитых.в бумаге отверстий. Так, в Север- ной России, о которой мы уже упоминали, из-за нехват- ки платежных средств было признано возможным со- хранить обращение денежных знаков старых образцов после соответствующей их перерегистрации. Регистра- ция осуществлялась в отделениях банка методом пер- форации. На банкнотах выбивались буквы ГБСО (Госу- дарственный банк Северной области), образованные круглыми просечками. Этой операции были подвергну- 0
Увлекательная бонистика ты кредитки царского образца, «керенки», билеты госу- дарственного казначейства, облигации «Займа свобо- ды» номиналами в 40 и 100 рублей. К нашему времени большинство знаков с пометкой ГБСО чрезвычайно ред- ки, поэтому в коллекциях можно найти немало фальшивок. Кстати, перфорированные символы встречаются и на так называемых «табачных бонах» Северо-Кавказ- ской Советской Республики. На них просечки указыва- ют номера отделений банка, которые выпускали боны в обращение. «Суворовки» — денежные знаки Приднестровской Республики дос- тоинством в 5000 рублей. Их номинал обозначают не надписи на де- нежных знаках, а специальные марки. Кроме надпечаток, для законного продления дейст- вия вышедших из обращения банкнот нередко исполь- зуется их маркирование — наклеивание специальных марок наподобие почтовых с обозначенным новым но- миналом, собственным рисунком и перфорацией. С по- добной маркировкой банкнот знакомо денежное обра- щение Венгрии, Чехословакии, Китая. После распада Советского Союза правительство Приднестровской Молдавской Республики — ПМР — вынуждено было сохранить на своей территории обра- щение денежных знаков Советского Союза. Чтобы ог- радить свой рынок от наплыва на рынки ПМР денег СССР и России, вышедших из обращения на Украине и в Молдавии, было принято решение маркировать де- нежные знаки ПМР. В республике банкноты с марками,
А. А. Щёлоков на которых поместили изображение А.В. Суворова, по- лучили название «суворовок». Интересно, что именно марка определяла номинал банкноты, а не цифры, обозначенные на денежном зна- ке. В ПМР в обращении находились советские и рос- сийские денежные знаки образца 1961, 1991 и 1992 го- дов. Роль банкноты в 5 тысяч рублей исполняли сразу три купюры разных типов — знаки номиналом в 5000 рублей образца 1992 года и пятирублевки образцов 1961 и 1991 годов, на которые наклеивалась специальная марка с цифрой в 5000. Иногда сменившиеся обстоятельства заставляют го- сударство-эмитент прибегать к запечаткам, когда вруч- ную или типографским способом черными масками или специальным орнаментом прикрываются надписи, зна- ки и символы, не угодные власти. Запечатки хорошо из- вестны и в нашей российской денежной истории, и в практике других государств мира. Вглядимся в банкно- ту Исламской Республики Иран, которая некоторое время находилась в официальном обращении после ре- волюции 1979 года. Думается, тех, кто еще не встречал- ся с купюрами такого вида, не может не удивить стран- ный вид банкноты, рисунок на которой запечатан глу- хими черными линиями орнамента — арабесками. Это типичный образец запечатки, которая была призвана продлить пребывание в обращении денежных знаков, несших на себе надписи или рисунки, идеологически вредные с точки зрения исламского правительства има- ма Хомейни. В данном случае запечатке был подвергнут портрет шаха Мохаммеда Реза Пехлеви, который укра- шал денежные знаки Ирана с сороковых годов прошло- го столетия. Так называемая исламская революция в 1979 году вынудила монарха бежать из страны. Остав- шееся в запасах банка огромное количество банкнот было решено не выбрасывать, а продолжать выпускать в обращение после запечатки ненавистного народу портрета монарха.
Увлекательная бонистика Для сравнения воспроизведем ту же купюру, на ко- торой его величество Мохаммед Реза Пехлеви до запе- чатки представал перед подданными во всем своем шах- ском великолепии. Свободное место слева с портретом шаха на водяном знаке запечатано арабской вязью тек- ста: «Джумхури-е-ислами-е-Иран» — «Исламская Рес- публика Иран». Не менее интересна история запечаток на банкно- тах так называемой Северной России. История появле- ния этих денежных знаков и запечаток на них такова. В марте 1918 года в Мурманский порт вошел англий- ский крейсер «Глория» с десантом морской пехоты. Вскоре в порядке наращивания военного присутствия на Кольском полуострове в Мурманске появились и другие корабли Антанты — английский крейсер «Кок- рейн», французский «Адмирал Об», американский «Олимпия». Союзные войска начали продвижение в глубь России. В августе интервенты овладели Архан- гельском, где утвердили марионеточное правительство во главе с Н.В. Чайковским, которое именовало себя Верховным управлением Северной области. Это прави- тельство выпустило собственные деньги, которые были жестко привязаны к фунту стерлингов и обеспечива- лись английскими кредитами в золоте и иностранной валюте по курсу: 40 рублей = 1 фунт стерлингов. Печа- тались знаки в Англии с сохранением формы и цветов кредитных билетов царской России. Однако, утвердив образцы новых банкнот, правительство Чайковского,
А. А. Щёлоков по мнению британских политиков, перестаралось. На денежных знаках нетронутыми остались все регалии свергнутой к тому времени царской власти. Такой про- счет вызвал неудовольствие английских оккупацион- ных властей, и «верховному управлению» пришлось в спешном порядке делать на банкнотах запечатки не- угодных символов. Сегодня в коллекциях музеев и серьезных собирате- лей можно увидеть банкноты Северной России с запе- чатанной густой черной краской царской короной на пятирублевом знаке, с орлом, а также с орлом и коро- ной на 25 рублях. Есть еще один вид изменения платежной способно- сти банкнот с сохранением их прежнего дизайна. Это так называемые перепечатки, которые осуществляются перегравировкой некоторых реквизитов на старых пе- чатных формах. Вот курьезный пример такой перегра- вировки на купонах ПМР. В 1994 году Приднестровский банк выпустил в обра- щение купоны разных достоинств, в том числе и рубле- вый. Но очень быстро инфляция «съела» мелкие номи- налы. Тогда было решено обозначить на знаках старого типа новые номиналы. В частности, на купоне в один рубль путем перегравировки клише забито слово «рубль», добавлены четыре ноля, слова «десять тысяч рублей». Слева на поле знака появился номинал, обо- значенный пятью знаками, и новая дата — 1996. Каза- лось бы, все продумано до мелочей. Однако в спешке забыли, что у банкнот, как и у медали, есть две стороны. Поэтому рука гравера не коснулась оборота, и на нем так и осталась цифра «1» от старого номинала. Допеча- тать слова «Исправленному верить» на обороте курьез- ного купона никто не догадался, и он пошел в сферу об- ращения. о
Увлекательная бонистика Рублевый купон ПМР в том виде, как он вышел в обращение (слева), тот же денежный знак после перепечатки (справа). Зачеркнуто сло- во «рубль», к единице допечатаны четыре нуля. Надпечатки — орудие пропаганды На денежном знаке достоинством в 250 рублей так называемого «пензенского» выпуска образца 1918 года, который после революции использовали советские вла- сти, черной жирной краской надпечатан увесистый ку- лак, сжатый в фигу. Рисунок сопровождает стихотворе- ние: Посмотри на этот кукишъ. Ну-ка, что на них ты купишь? Как говорят, ни в склад ни в лад, но зло, ядовито и метко. Действительно, на такую бумажку с обозначен- ным номиналом в 250 рублей в 1920 году в Советской России многого купить никому бы не удалось. Как, впрочем, и на любые другие бумажки, курсировавшие по стране. Однако возникает вопрос: когда и кто нанес надпись и рисунок на купюру? Ответ известен бони- стам давно. Такого рода пропагандистские поделки из- готавливались в деникинском «Осведомительном агент- стве» (ОСВАГ). Для проведения психологической войны широко использовались денежные знаки «пензенско- го» выпуска, в большом количестве захваченные Добро- вольческой армией в виде боевых трофеев. На этих ку- пюрах и делались специальные надпечатки. ©
А. А. Щёлоков Некоторые исследователи, изучая неофициальные, по большей части пропагандистские и рекламные над- печатки, делали выводы о новой функции денежных знаков. Например, Ю.П. Воронов в книге «Страницы истории денег» утверждал: «Пример использования еще одной функции денег привел нумизмат из ГДР Рейнгольд Зильх. В 1917—1922 годах на обесценившихся герман- ских бумажных деньгах систематически появлялись по- литические лозунги: на купюрах достоинством в две марки печаталось в 1917 году: «Солдаты, дезертируй- те! » В 1922 году на купюрах в тысячу марок можно было прочитать: «Социализм идет — он у порога». Утверждать, что рекламные или политические над- печатки придают денежным знакам новую функцию, в такой же мере несерьезно, как заявлять, что кожа чело- века после нанесения на нее татуировки может полу- чить новые физиологические свойства. Более того, по законодательству почти всех стран мира денежный знак с сознательно нанесенными на него текстами, зна- ками, рисунками, которые не утверждены законом в ка- честве обязательных, теряет платежеспособность. Сле- довательно, во всех случаях производства пропаганди- стских и рекламных надпечаток речь может идти только об использовании банкнот в роли обычной лис- товки и тем самым об аннулировании их денежных функций вообще. Тем не менее для коллекционеров боны с любыми (официальными и неофициальными — пропагандист- скими, памятными и рекламными) надпечатками пред- ставляют немалый историко-познавательный интерес. Как мы видели на примерах, приведенных в начале главы, пропагандистские надпечатки использовались в идейной борьбе. В зависимости от задач их содержание становилось либо разоблачающим, деструктивным, ли- бо призывным, созидающим. На купюре пятирублевого знака, выпущенного в ф
Увлекательная бонистика 1918 году Екатеринбургским отделением Госбанка в первую годовщину Октябрьской революции, был над- печатан такой текст: «В память первого года гражданской борьбы Россий- ской Социалистической Федеративной Советской Рес- публики — немецкому пролетариату и его вождю Карлу Либкнехту от пламенного боевого пролетариата Урала! Да здравствует ясный ум, горячее сердце и мозоли- стая рука пролетариата всего мира! Да здравствует коммунизм! Исполнительный Комитет Областного Со- вета Рабочих, Крестьянских, Казачьих и Красноармей- ских Депутатов Урала». Надпечатка выполнена на двух языках — немецком и русском. Банкноты с этим текстом сегодня представ- ляют большую редкость, и их видели далеко не все кол- лекционеры. Не менее колоритна надпечатка более позднего пе- риода, весьма редкая в коллекциях. Она сделана на авансовых карточках областного союза «Амурский коо- ператив»: «Все в кооперативы! Народ — строитель новой жизни. Кооператив — путь народа, строящего свою жизнь. Кооперация — сила, творящая новый хозяйствен- ный строй. Капиталу частному — противопоставьте капитал народный, на месте частных заводов стройте через союзы кооперативов заводы народные. Все капиталы — в кооперацию! Каждый рубль пусть служит народу! В единении — сила!» Такого рода надпечатки весьма символичны. В исто- рическом плане они позволяют нам глубже понять на- строения людей в послереволюционные годы. Многие искренне верили в преимущества кооперации и призы- вали бедноту к объединению. Пойди экономика по пути
А. А. Щёлоков развития хозяйственной самостоятельности производи- телей, эффект мог бы стать иным, нежели тот, к которо- му привела доведенная до абсурда государственная мо- нополия в сфере промышленности, сельского хозяйства и торговли. Так надпечатка стала документом истории, который свидетельствует, что было у простых людей, поддержав- ших революцию, правильное понимание путей хозяйст- венного развития, что даже далеко от центров стра- ны — на Амуре — знали, для чего нужны рубли. И не попади экономика в зависимость от политических ам- биций партийных догматиков, все бы могло в истории России пойти по-иному. Уже упоминавшиеся нами пропагандисты из ОСВАГа, в руки которых попало большое количество советских обесцененных денежных знаков образца 1918 года (так называемых «пензенок» или «пятаковок»), умело ис- пользовали эти запасы для производства антибольшеви- стских листовок. Расчет на то, что тексты обязательно прочитают, был правильным. Деньги, хотя и упавшие в покупательной способности, если они найдены, не бу- дут оставлены без внимания. Пропагандистские вирши выглядели примитивно, но именно поэтому легко запо- минались и оставались в памяти у людей. Наиболее массовыми надпечатками были такие: «Обманули комиссары — кучу денег надавали, а теперь на эти знаки ты не купишь и собаки». Подобные стишки встречались на «пятаковках» с номиналами в 5, 10, 25, 50, 250 и 500 рублей. На кредитках достоинством в 3, 10, 50, 100, 250, 500, 1000 рублей помещался рисунок кукиша и надпись, ко- торую мы уже приводили выше. На десятирублевых купюрах иногда делалась корот- кая, но «убойная» надпечатка: «Деньги для дураков».
Увлекательная бонистика Трехрублевые купюры украшались такими сообще- ниями: «Эти деньги — то же, что фальшивые. Оне не при- знаны ни в России, ни за границей. Комиссары-комму- нисты еще раз нагло обманывают васъ. ДОЛОЙ СО- ВЕТСКУЮ ВЛАСТЬ и е.э фальшивые деньги». На пятирублевых кредитках надпечатывался тот же текст, но вместо слова «обманывают» стояло «обманули». На знаке в 250 рублей опять шли вирши: Обманули наш народъ коммунисты-комиссары. Денег этих не берутъ, не даютъ за них товары. Наш народ им долго верил и за это потерпелъ — пятаковскими деньгами комиссар его нагрел. Сверху над текстом в рамке помещался призыв: «Не принимайте советских денегъ!» Найти сегодня в коллекциях банкноты с надпечатка- ми ОСВАГа крайне трудно. Во-первых, в годы Граждан- ской войны коллекционерам было не до сбора подоб- ных материалов. Во-вторых, позже, при советской вла- сти, хранение агитки ОСВАГа даже в коллекциях музеев являлось самоубийственным деянием. Найдись они у кого-то, это автоматом обеспечивало обвинение в антисоветской агитации и приговор — десять лет без права переписки. В настоящее время только в очень полных собрани- ях банкнот на Западе можно увидеть советский денеж- ный знак номиналом в 50 000 рублей образца 1921 года. На нем сделана надпечатка на английском: «Кредитная компания «Либерти», Аллентаун, шт. Пенсильвания, дарит вам эту подлинную 50 000-руб- левую банкноту, которая должна была бы стоить свы- ше 25 000 американских долларов перед войной, то есть перед тем как большевики заменили Работу и Бережли- вость печатанием денег. Этот тонкий листок бумаги i тоит нам немногим более одного цента. Это препод- ф IIЬ Юков А.
А. А. Щёлоков носит урок всем хорошим американцам, как поддержи- вать нормальную форму государства, основанную на системе, которая признает необходимость хорошо ор- ганизованных банков, где охраняются ваши Сбереже- ния и другие свидетельства Бережливости». Справа от надписи размещалось изображение коло- кола с пояснением: «Звоните за Бережливость и Независимость. С ком- плиментами, Аллен В. Хагенбах, президент». Нетрудно представить, какие чувства возникали у клиентов кредитной компании, когда они получали та- кое послание на подлинном советском денежном знаке, хотя к тому времени уже давно вышедшему из обраще- ния. В годы Второй мировой войны пропагандистские ар- мейские органы англичан в целях разложения тыла противника и его войск с самолетов разбрасывали над территорией Германии обесцененные дензнаки номи- налом в пять марок с надпечаткой: «Мое подлинное имя 50 пфеннигов, поскольку 4 марки 50 пфеннигов у вас ук- рал Гитлер, хотя вы и думаете, что он вам что-то дал». Над территориями стран Юго-Восточной Азии, ок- купированными японскими войсками, американская и английская авиация высевала банкноты военного ко- мандовании Японии с надпечатками на китайском, ма- лайском и бирманском языках. Их тексты предрекали скорое поражение Японии и предупреждали, что окку- пационные банкноты сразу превратятся в простые бу- мажки. Менее распространены и имели более узкую сферу употребления надпечатки памятные. Многие из этих знаков, которые дошли до коллекций и сохранились, сделаны на потерявших платежеспособность банкно- тах. Надпечатки, нанесенные на них, предназначались для увековечения каких-либо торжественных местных ф
Увлекательная бонистика событий — вернисажей, собраний, слетов, торжествен- ных встреч. Вот один из примеров. На денежном знаке достоин- ством в пять рублей выпуска Уральского областного Со- вета читаем надпись: «Выпущены в обращение в Перми 1-го августа 1918 г. в острый момент борьбы Уральско- го пролетариата с чехословацкими бандами. На па- мять... (далее следовала фамилия того, кому знак был подарен). Подпись: Отдел Финансов Облакома Урала. О. Сыромолотов». Надпечатка делалась на пишущей машинке. На са- мом денежном знаке мы видим профильные изображе- ния солдата и матроса. Купюры с памятными надпечат- ками вручались бойцам отряда, отправлявшегося на фронт. Рекламные надпечатки имеют столь же узкую сфе- ру использования, как и памятные. Об этом можно су- дить по тексту, нанесенному на банкноты номиналом в 100 000 рублей Закавказской Советской Федеративной Социалистической Республики: «Грузинское торговое представительство уполно- моченного по филателии и бонам СССР ГРУЗИНСКИЙ ОТДЕЛ В.О. Ф-а Тифлис, Руставели № 34. Большой вы- бор марок: иностранных, РСФСР, ЗСФСР, СССР. Боны, дензнаки Российской Революции, гражданской войны и довоенного времени: каталоги, альбомы для марок и ден- знаков и филматериалы. По воскресеньям АУКЦИОН бон и марок с И ч. утра в В.О. Ф-е. Выдача РАЗРЕШЕНИЙ на вывоз за границу коллекций марок и бон. Главлит № 340. 3-я типогр. Полиграфотдела ВСНХГ. Зак. 1186». Надпечатка была выполнена типографским спосо- бом в официальном издательском учреждении и про- шла установленный для тех лет порядок цензурирова- ния, о чем свидетельствует ссылка на номер цензора Главлита, под которым зарегистрировано издание. Неофициальные надпечатки в прямом смысле к бо-
А. А. Щёлоков нистике отношения не имеют. Их размещение на де- нежных знаках — дань оригинальной форме, умелое использование возможностей, предоставляемых денеж- ным материалом, который потерял платежную функцию. Зато надпечатки официальные — предмет, прямо относящийся к денежному обращению и потому пред- ставляющий для коллекционера несомненный интерес. По функциональному назначению официальные над- печатки можно разделить на такие группы: надпечатки, объявляющие новые условия обращения знаков, про- длевающие срок обращения, изменяющие номинал, ан- нулирующие (погашающие) подозрительные и фальши- вые знаки. «В пределах Забайкальской области» Представьте себе такое: товар стоит 50 рублей, у вас в кармане только сотня, а у продавца нет сдачи. Тогда вы берете ножницы, разрезаете банкноту на две рав- ные части и отдаете половинку продавцу: — Вот вам пятьдесят! Немыслимо, верно? Но это только на первый взгляд. В жизни денег и немыслимое применялось на практике. В Польше после инфляции, начавшейся в 1922 году и длившейся до конца 1923 года, в обращении оказались банкноты номиналами от 10 000 до 100 миллионов ма- рок. В апреле 1924 года одновременно с деноминацией была введена новая денежная единица — злотый, состо- явший из 100 грошей. Разменной монеты новых образ- цов сразу не появилось. Временную замену ей нашли довольно просто. Банкноту достоинством в 500 тысяч марок резали на две части, на каждой делали надпечатку, сообщавшую, что она представляет собой один грош, и пускали в обращение. На два знака по 5 грошей попо- О
Увлекательная бонистика лам резали банкноту в 10 миллионов марок и снабжали соответствующей надпечаткой. Но это не было, как теперь говорят, «ноу-хау». Пер- вооткрыватели находились в далекой российской глу- бинке. В круговерти Гражданской войны в Сибири в 1920 го- ду моего отца обстоятельства столкнули с денежными делами. Опрашивая добровольцев, прибывших на по- полнение, комиссар полка спросил его: — Грамотный? — Да. — Будешь казначеем полка. Так, без излишних формальностей и проволочек, отец получил в распоряжение полковую кассу. В записках о пережитом он писал о том времени: «Что я тогда знал о деньгах? Практически ничего. Скажу честно: собственных, мне принадлежавших ста рублей с портретом Кати Великой в руках не держал. А тут вдруг в распоряжении оказались сотни тысяч. Открыл полковой денежный ящик и буквально схватил- ся за голову. Туда был втиснут такой ворох бумажек, что едва крышка поднялась, оттуда будто из котла ка- ша поперла. Откуда столько? Стал выяснять. Оказалось, красноармейцы уже давно перестали брать жалованье. — А к чему? Печь топить? Так дровами лучше, — го- ворили те, к кому я обращался. И добавляли: — Потом, все же деньги — жалко. И правда, брать солдату казенные бумажки было незачем, потому как у денег оставались одни названия, а покупательная способность дымом изошла. Как бы то ни было, выбросить кредитки на ветер я не мог. Они принадлежали тем, кому назначались в де- нежное довольствие. Составил ведомость, обошел всех, заставил распи- саться, а уже потом сдал деньги в банк.
А. А. Щёлоков Надо было учиться денежному учету. Нашел старо- го бухгалтера, который долго работал у кяхтинских купцов. Попросил открыть глаза на секреты финансов. А уж кяхтинские-то счетоводы денежный учет знали: до революции миллиончиками владели их хозяева. Сама Кяхта по тем временам заметно выделялась обликом среди других городов Забайкалья. Дома там строились сплошь деревянные, крепкие, часто двух- этажные, богато отделанные внутри. Жили тут чай- ные тузы — Кузнецовы, Немчиновы, Швецовы — вла- дельцы старых фирм, наследники зачинателей чайной торговли в России. Они ворочали огромными капитала- ми и вели дела на широкую ногу, соответственно об- ставляя свой быт. Мне довелось видеть в брошенном семейном альбо- ме интересное фото. За столом, покрытым дорогой скатертью, развалясь в креслах, сидели четыре здоро- венных купца. Лица сытые, блестящие, все с оклади- стыми бородами, одеты в дорогие, но у всех одинаково мешковатые костюмы, а на ногах — модные лакирован- ные «щиблеты». Так тогда называли полуботинки. На столе расставлены бутылки с шампанским, вазы с ди- ковинными фруктами и хрустальные бокалы на тонких ножках. А главное — вокруг яств грудой были навалены сотенные кредитки — «катеньки», как их тогда назы- вали. Ине кое-как брошены, а в декоративном, живопис- ном беспорядке: изображения на каждой четко видны, некоторые билеты свешивались со стола так, что ка- залось — вот-вот упадут. Стол, должно быть, декори- ровал сам фотограф. А купцы позировали: знай-де на- ших! Во какими капиталами ворочаем. Нам, кяхтин- ским, сотня — пшик! И в самом деле, для таких сотня казалась мелочью. В брошенной конторе чаеторговца Швецова, где я до- бывал чистую бумагу для штаба полка, я видел инвен- тарные книги за несколько прошлых лет. И стоял изум- ©
Увлекательная бонистика ленный. Миллионные вклады в банки Лондона. Дома в Тяньцзине, Брюсселе, в разных городах России. Дом Шве- цова в Кяхте был такого размера, что наш полк почти весь разместился в нем. Что купец делал в таких хоро- мах, не представляю, — очевидно, держал его по большей части для форсу. Так вот старый бухгалтер — помнит- ся, по фамилии Шильников — не только объяснял мне основы учета. Он показал прекрасную коллекцию де- нежных знаков: иностранных в образцах, российских — в подлинниках. Оказалось, что у купцов были свои эксперты, которые безошибочно определяли подлин- ность английских фунтов, японских иен, китайских даянов, французских франков, американских долларов. Бороды бородами, а умение вести денежные дела — это другое. Вот тогда-то я и увидел впервые «малофеевские об- резки». Родились они в Кяхте, тут же ходили, тут и по- гибли, утратив значение. Подобное в других странах вряд ли кто-то встречал. Потому расскажу особо. Поз- же приходилось в литературе по отношению к этим де- нежным знакам встречать название «четвертованные керенки». Думаю, оно родилось позже и не в народе. Во всяком случае, сколько я слыхал, эти знаки кяхтинцы именовали либо «малофеевками», либо «обрезками». История «кяхтинских обрезков» такова. Керенка» — кредитный знак Временного правительства. 20 рублей. Лицевая и оборотная стороны. 1917 г.
А. А. Щёлоков В 1918 году Кяхтинское отделение Государственного банка почувствовало острую нехватку разменных зна- ков. Комиссар банка А. Малофеев добился от Читы раз- решения на выпуск временных денежных заменителей. Сделано было крайне просто. На специальные бланки наклеивали четвертушки разрезанных на части «кере- нок» — денежных знаков Временного правительства достоинством в 20 и 40 рублей. Таким образом, из одной бумажки размером со спичечную этикетку получались обрезки 5- и 10-рублевого достоинства. На бланках пе- чатали текст: «Кяхтинское Отделение народного банка». «5 рублей Имеет хождение на- равне с кредитными билетами в пределах Забайкал. Области». На десятирублевом знаке обозначался номинал — «10 рублей». Кяхтинские квитанции имели индивидуальные но- мера. Они наносились банковским нумератором по вер- тикали вдоль правой боковой рамки. Билеты подписы- вали комиссар Малофеев и кассир Ермолаев. По первой подписи новые знаки и получили свое прозвище. Поскольку «керенки» разрезались на четыре части (отсюда и вариант названия «четвертованные»), квитан- ции имели четыре разновидности: обрезок левой верх- ней и правой верхней частей, левой и правой нижних. В обращение пустили 6000 квитанций пятирублево- го достоинства и 3500 — десятирублевого. Всего на сум- му 65 тысяч рублей. Просуществовали «обрезки» не- многим более месяца, после чего банк стал их изымать. Удалось собрать у населения квитанций на сумму 56,8 тысячи рублей. О
Увлекательная бонистика Сейчас «кяхтинские обрезки» входят в число наибо- лее редких и интересных коллекционных бон, которые высоко ценятся международными каталогами. Однако даже в собраниях серьезных российских коллекционе- ров они крайне редки. Во всяком случае, в личных соб- раниях видеть сразу все четыре разновидности «обрез- ков» сразу автору не приходилось. Одним весьма оригинальным денежным знаком ре- волюционных лет стала «квитанция-марка», выпущен- ная в 1918 году в Чите. К этому времени область оказа- лась в тяжелом положении из-за отсутствия разменных купюр. В читинском казначействе и губернском банке имелись в наличии только тысячерублевые банкноты Временного правительства. Знаков меньше тысячи не было вообще. Финансовый отдел Читинского Совета дал указание губернскому казначейству продумать, как выйти из по- ложения. Финансисты после оценки возможностей внес- ли предложение использовать находившиеся в казна- чействе гербовые марки. Для превращения в денежные знаки можно было наклеивать их на прочные листки бумаги, штемпелевать банковской печатью для удосто- верения подлинности и пускать в обращение. Понять, почему выбор пал на гербовую марку, не- трудно. Выпущенная специально для оплаты государ- ственных сборов, она была изготовлена методами, предупреждавшими возможную подделку, и несла на себе обозначение номинала, которому соответство- вал определенный цвет окраски бумаги. Все это, вместе взятое, обеспечивало суррогатному денежному знаку некоторую гарантию от подделок и придавало закон- ный вид. В середине апреля в Чите в обращение поступили временные разменные знаки, достоинство которых оп- ределялось номиналом гербовой марки. ф
А. А. Щёлоков ЧПТЙПОКОЕ ОТДЪЛЕШЕ Государственнаго Банка- хождеии парам! съ кредитными и л е т а м и в ъ пр«д1лахъ Забайкальской области. Вглядимся в уникальный документ истории. На пря- моугольном белом (теперь, многие годы спустя, бумага уже изрядно пожелтела) листке типографским шриф- том напечатан текст и типографскими линейками оформ- лена рамка: «Читинское отделение Государственного Банка. Имеет хождение наравне с кредитными билетами в пределах Забайкальской области». Справа от текста наклеивалась гербовая марка номиналом в 1, 2, 3 или 5 рублей. Марка гасилась ма- лой круглой печатью Читинского отделения Госбанка. В центре печати — двуглавый орел без корон и регалий. Второй выпуск разменных знаков вышел в середине июля 1918 года. Отличить квитанции разных выпусков несложно. Рамка в первом случае простая, а правописание — арха- ичное — с буквами ять и твердым знаком. Июльский выпуск имеет более сложную фигурную рамку, укра- шенную завитками, а правописание приведено к новым нормам. Всего квитанций с гербовыми марками Читинское отделение банка выпустило на 443 тысячи рублей. 0
Увлекательная бонистика В июле, когда стало ясно, что на выпуск квитанций гербовых марок просто уже не хватает, было решено пустить в обращение контрольные марки сберегатель- ных касс. В связи с этим в «Правительственном вестни- ке» появилось такое извещение: «Ввиду перерыва сооб- щения с Москвой и отсутствия благодаря этому под- крепления наличности из Отдела Кредитных билетов Гос. Банка, Читинским отделением Народного Гос. Бан- ка выпускаются в обращение контрольные марки для сберегательных книжек достоинством в 100, 25,10, 5 и 3 рубл. Указанные денежные знаки будут принимать- ся учрежденьями Гос. Банка и Казначейством в Забай- кальской области и во все платежи наравне с общегосу- дарственными кредитными билетами; по получении же из центра достаточного запаса последние будут не- медленно выкуплены Читинским отделением Банка». Всего денежных квитанций с контрольными марка- ми сберегательных касс вышло в обращение на сумму 3,5 миллиона рублей. При изъятии их банком Дальнево- сточной республики в 1921 году сумма сданных квитан- ций составила 2,6 миллиона рублей. Сегодня подлинные, хорошо сохранившиеся экзем- пляры читинских знаков восемнадцатого года достаточ- но редки. Особенно это касается квитанций первого выпуска и знаков с высоким номиналом — 10, 25 и 100 рублей. Впрочем, может быть, что в домах коренных за- байкальцев еще и остались неизвестные коллекционе- рам свидетели далеких бурных лет. Кто знает? Деньги разъединяют... Право чеканить монету и выпускать собственные бумажные деньги с давних времен рассматривается как одно из главнейших условий государственной суверен- ности. В каждом небольшом германском княжестве его 0
А. А. Щёлоков курфюрсты чеканили собственные монеты. Во Фран- ции, после смерти короля-отца, его наследник сын обя- зывал подданных сдавать в перечеканку монеты с изо- бражением умершего монарха и выбивал на них свой профиль. После распада СССР в четырнадцати суверенных государствах постарались как можно быстрее ввести свою валюту и пустить ее в обращение. На Украине в 1992 году поспешили избавиться от де- нежных знаков СССР и перешли к купонам, номиниро- ванным в карбованцах. Они находились в обращении с 1992 по 1996 год. Следуя темпам инфляции, за этот срок номиналы купонов выросли от одного до одного мил- лиона карбованцев. В 1996 году купоны заменила новая денежная единица, названная гривной. Первый выпуск собственной валюты в Белоруссии произошел в 1992 году. Банк Белоруссии тогда пустил в обращение расчетные билеты, номинированные в руб- лях. Поскольку на наименьшей купюре был изображен заяц-русак, в народе новые деньги получили название «зайчиков». «Зайчик» Белорусского национального банка прыгал не так уж и долго. В 1999 году в Республике Беларусь уже обращалась купюра номиналом в 5 миллионов рублей.
Увлекательная бонистика Азербайджан осуществил первый выпуск собствен- ных денег — манатов — в 1992 году. Армения свою новую валюту — драм — пустила в обращение в 1993 году. В Грузии, ставшей суверенной страной, поспешили выпустить промежуточные денежные знаки, которые должны были обеспечить переход к новой националь- ной валюте. Выпуск назвали «купонами» и приурочили к «всешутейшему» дню 1 апреля 1993 года. Всего за один год после появления наименьшего номинала в 5 купо- нов в обращении появился знак достоинством в один миллион. Министра финансов Грузии, благословившего выпуск купонов, сами грузины остроумно назвали Аль- Купони, намекая тем самым на знаменитого американ- ского гангстера. В 1995 году грузинская денежная сис- тема получила свою единицу — лари. В Казахстане назвали свою денежную единицу тен- ге. Они появились в обращении в 1993 году. Киргизия в мае 1993 года сделала единственным платежным средством в республике сом. Латвия в 1992 году ввела в обращение временные денежные знаки — латвийские рублисы, которые в 1993 году сменил лат. Литва назвала свои первые собственные денежные знаки «талонами», не найдя им сразу подходящего на- звания. Первый выпуск «талонов» произошел в 1991 го- ду, последний — в 1993 году. В то же время был осуще- ствлен переход на постоянную валюту — лит. Республика Молдова -— Молдавия — собственную денежную систему начала строить с внедрения в обра- щение купонов, которые пустили в ход в 1992 году. Только в ноябре 1993 года появилась постоянная нацио- нальная валюта — лей. Новое государственное образование — Приднест- ровская Молдавская Республика — до 1994 года исполь- зовала в качестве платежного средства банковские и
А. А. Щёлоков казначейские билеты СССР, потом России с наклеен- ными на них специальными марками с изображением А.В. Суворова. Только в 1994 году появился в качестве платежного средства так называемый приднестровский рубль. Только в 1995 году от российского рубля к собствен- ной валюте, имевшей название рубл, перешел Таджики- стан. В октябре 2000 года рубл был выведен из обраще- ния, а новую единицу таджикских денег назвали «сомони». В 1993 году появились в обращении билеты Цен- трального банка Туркменистана, названные манатами. И сразу на них был помещен портрет великого Сапар- мурата Ниязова, наместника аллаха на туркменской земле, вождя, воспитателя, учителя нации. Узбекистан начал создание своей денежной систе- мы с выпуска сом-купонов Государственного банка Уз- бекистана. В 1994 году сом-купон был заменен денеж- ной единицей с названием «сом». Билеты банка Эстонии были отпечатаны в Германии и выпущены в 1992 году. Курс новой валюты страны привязали к немецкой марке, но дали валюте название «крона». Так к списку денежных единиц мира добавилось еще четырнадцать новых названий. Политический распад некогда единой страны был экономически закреплен появлением новых националь- ных денежных систем. ...и объединяют Греческая драхма — старейшая денежная единица современного мира. Ученые точно не знают, когда она родилась, но предполагают, что это произошло в VI веке до нашей эры, то есть две с половиной тысячи лет назад. Конечно, ни точного месяца, ни даже года ее рождения 0
Увлекательная бонистика никто не знает. Но вот год, месяц и даже день смерти драхмы способен назвать каждый взрослый грек. Про- изошло это 28 февраля 2002 года. В том же году умерли денежные единицы многих су- веренных государств Европы. В их числе французский франк, существовавший с 1360 года, германская марка (с 1502 года), голландский гульден (с 1679 года), бельгий- ский франк (с 1830 года), франк люксембургский (с 1848 года), финская марка (с 1860 года), итальянская лира (с 1862 года), испанская песета (с 1868 года), пор- тугальское эскудо (с 1911 года), австрийский шиллинг (с 1924 года), ирландский фунт (с 1927 года). Причиной мора, постигшего денежные единицы 12 стран, стало появление новой валюты Европы — ев- ро, которую породило объединение европейских стран в экономическое сообщество — ЕЭС. Оно состоялось в 1957 году. Первоначально в эту организацию входили только 6 стран: Франция, ФРГ, Италия, Бельгия, Нидерланды и Люксембург. В 1973 году к ЕЭС присоединились Вели- кобритания, Дания и Ирландия, в 1981-м — Греция, в 1986-м — Испания и Португалия, в 1994 году — Авст- рия, Норвегия, Финляндия и Швеция. В целях более полной экономической интеграции ЕЭС его члены приняли решение о переходе на единую валюту, которую первоначально собирались назвать экю, но в окончательном варианте она получила назва- ние евро. Великобритания, Дания, Норвегия и Швеция от пе- рехода к общеевропейской валюте отказались. В то же время получили право чеканить собствен- ную европейскую монету строго ограниченными тира- жами Ватикан, Монако и Сан-Марино. Банкноты новых европейских денег выпущены в се- ми номиналах — 5, 10, 20, 50, 100, 200 и 500 евро. Они ф
К. А. Щёлоков имеют общее графическое решение, но разные разме- ры для каждого номинала. Графическое оформление банкнот разработано ху- дожником-графиком Австрийского национального бан- ка Робертом Калиной. Рисунки, украшающие деньги, имеют символическое прочтение. На лицевой стороне всех изображены окна и ворота, на оборотной — мос- ты, символизирующие открытость и связи народов и стран. При этом в оформлении использованы не рисунки конкретных объектов, а типичные образцы европей- ских архитектурных стилей, сложившихся на протяже- нии многих веков. Так, на лицевой стороне банкноты достоинством в 5 евро мы можем увидеть триумфаль- ную арку классического стиля, на 10 евро — арку в ро- манском стиле, на 20 — готическое арочное окно, 50 — окно эпохи Ренессанса, 100 — арку с атлантами в стиле барокко, 200 — современные ворота из стекла и метал- ла, 500 — фасад современного здания. Столь же обобщенно и изображение мостов на обо- ротной стороне банкнот. На 5 евро представлен камен- ный акведук (водовод), 10 — каменный мост в роман- ском стиле, 20 — готический каменный мост, 50 — ка- менный мост в стиле Ренессанса, 100 — мост в стиле барокко, 200 — пролет современного моста из металли- ческих конструкций, 500 — вантовый мост новейшего дизайна. Все банкноты несут на лицевых сторонах изображе- ние флага ЕЭС и украшены 12 звездами, которые сим- волизируют Европейский Союз. На оборотных сторо- нах всех знаков изображена карта Европы. При разработке дизайна банкнот учли все, чтобы ни в малой мере не ущемлять национального сознания больших и малых стран, входящих в зону евро. Само слово «евро» на знаках воспроизведено в двух вариан- 0
Увлекательная бонистика тах на самых старых языках Европы — латинском и гре- ческом, а на лицевой стороне помещена аббревиатура Европейского центрального банка в пяти языковых ва- риантах: ВСЕ, ЕСВ, EZB, EKT, ЕКР. Банкнота единой Европы. 10 евро. Итак, как мы видим, банкноты Евросоюза предель- но унифицированы. Несколько иначе обстоит дело с разменной монетой — евроцентами и евро. Заранее уч- тя, что прощание с деньгами, которые служили народам разных стан на протяжении веков, не будет простым, для сохранения некоторых национальных особенностей каждой стране предоставили право оформить оборот- ную сторону звонкой монеты на свой вкус. Так, греки, отдавая память драхме, на монете номиналом в 1 евро поместили изображение древней афинской тетрадрах- мы с фигурой совы. Монету в 2 евро украшает знаме- нитая композиция из древнего мира — похищение Ев- ропы. Унификация валютной системы еврозоны, как в свое время писал журнал «Деньги», «не станет траге- дией для ее культуры, но что-то будет потеряно... Вполне вероятно, что уже через несколько десятиле- тий людям, читающим европейских классиков, затруд- нительно будет с ходу определить, что человек, счи- тающий в марках, был родом из Германии...». ф
А. А. Щёлоков Генеральское топливо Вы никогда не топили печку деньгами? Конечно нет. А вот история знает случай, когда для растопки котлов на электростанции были использованы банкноты. По- скольку этой истории уже почти девяносто лет, о ней стоит рассказать подробнее. Итак, место действия — Прибалтика. Время — 1919 год. Тогда столица России из Петрограда уже переехала в Москву, но Петроград оставался важным центром, ов- ладеть которым ставило перед собой задачу правитель- ство русской Северо-Западной области. Председателем этого правительства, располагавшегося в Таллине, был крупный российский промышленник С.Г. Лианозов. Одновременно он являлся министром иностранных дел и финансов. Главнокомандующим войск Северо-Запада России «верховный правитель» Российского государства адмирал Колчак назначил генерала от инфантерии Ни- колая Николаевича Юденича. Именно он должен был подготовить и осуществить поход на Петроград. В те дни Юденич чувствовал себя на коне. На тор- жественно белом, парадном. Впервые за долгие годы во- енной службы, которая тянулась без блеска и особен- ных взлетов, к нему в руки сама — легко и охотно — шла великая слава победителя большевиков. В один из осенних дней настроение генерала было особенно приподнятым. Утром ему сообщили, что пра- вительство Великобритании на боеприпасы и вооруже- ние Северо-Западной армии перечислило давно обе- щанные 150 тысяч фунтов стерлингов, 1 миллион фран- цузских франков и миллион золотых русских рублей. Второй радостью того же дня стал доклад начальни- ка тыла армии генерала Янова. Он вошел в кабинет главкома без доклада, весь блестящий, сияющий. Опыт- ным взглядом Юденич определил, что Янов «под му-
Увлекательная бонистика хои». Его пристрастие к спиртному уже давно переста- ло был секретом. Но что поделаешь — пьян, да умен. Та- кой хитрой бестии, способной из каждого пустяка извлекать деньги, не сразу сыщешь. Янов подкрутил усы и разгладил холеную раздвоен- ную бородку. — Вот, Николай Николаевич, — пробасил Янов, — спешу вам доложить и порадовать. Вот... Он раскрыл папку и положил ее на стол поверх опе- ративных карт и сводок с фронтов. Юденич взял из папки одну из бумажек. Это была тысячерублевая банкнота, новенькая, только сошедшая с печатного станка. Она остро пахла типографской краской и ломко хрустела в руках. Генерал давно видел проект денег Северо-Западного фронта, сам утверждал его, но это уже была настоящая банкнота, его собственные деньги. Вот справа изображен гордый орел, сжимающий острыми когтями распластанную змею. Аллегория должна означать силу, уничтожающую большевист- скую гидру. Справа внизу красовалась размашистая, намеренно крупная подпись: «Генерал от инфантерии ЮДЕНИЧ». На оборотной стороне снова орел, но на >тот раз двуглавый, правда лишенный корон и регалий. ф
А. А. Щёлоков Рядом, как намек на связь прошлого и его, Юденича, возможного будущего, геральдический щит с изображен- ным на нем Медным всадником — памятником Петру I. Генерал Юденич умел хорошо считать. Под его ко- мандованием двадцать шесть пехотных и два кавале- рийских полка, а это значит — тысячи штыков, сотни сабель, пулеметов. Кроме того, четыре бронепоезда, шесть самолетов, шесть танков, чего у большевиков не имелось и в помине. Заранее позаботился генерал и о собственной валю- те. На Стокгольмском монетном дворе по его заказу от- печатали купюры разных достоинств на общую сумму 1 миллиард 200 миллионов рублей. Тяжелые тюки но- вой валюты будут доставлены в Петроград сразу же, как только в него войдут силы Северо-Западной армии. И тогда кредитки с подписью генерала от инфантерии Юденича станут полноценной всероссийской валютой, деньгами России «единой и неделимой». Но генерал, да- лекий от понимания законов экономики, исчислял свою финансовую мощь в собственных рублях и не отдавал отчета в том, что его богатство — всего лишь красоч- ные, мало что стоившие бумажки. В условиях отсутствия надежных активов обеспече- ние валюты «полевого казначейства Северо-Западного фронта» осуществлялось самыми что ни на есть аван- тюристическими методами. Верховный правитель России адмирал Колчак в це- лях «всемерного содействия успешному завершению борьбы с большевизмом в Петроградском районе» дал указание министру финансов «омского правительства» перевести Юденичу 260 миллионов рублей золотом. Но что такое 260 миллионов, предназначенных на обеспе- чение твердости 1 миллиарда 200 миллионов рублей? Это четыре копейки на рубль. Значит, с самого начала рубль Юденича не добирал до золотого номинала 96 про- центов стоимости. Но и это не все. ф
Увлекательная бонистика Радея за «успехи Петроградского района», админи- страция Колчака перевела в Лондонский банк на обес- печение денег Северо-Западного фронта вместо обе- щанных 260 миллионов золотых всего пять. Пойди они на обеспечение денег Юденича полностью, цена каждо- го его рубля равнялась бы одной сотой копейки. Следо- вательно, сто рублей «полевого казначейства Северо- Западного фронта» изначально равнялись одному доре- волюционному царскому рублю. Однако даже такого обеспечения деньги Юденича не имели. Золото, пере- данное Колчаком Лондонскому банку, безвозвратно осело в его подвалах. Печальная судьба генеральских денег имела почти детективное окончание. Подготавливая успех последнего и решительного наступления на Петроград, Юденич санкционировал образование подпольного «петроградского правительст- ва». Именно оно должно было организовать военное восстание против большевиков в самом городе и тем обеспечить успех Юденича на фронте. Председателем «петроградского правительства» стал профессор Технологического института конституцион- ный демократ А. Быков. На должность министра финан- сов назначили некоего С. Вебера. Именно ему в случае успеха войск Северо-Западного фронта предстояло превратить генеральские бумажные деньги в полноцен- ную валюту. Центральной фигурой заговора стал полковник В. Люндквист — бывший начальник штаба 7-й Красной армии. Зная расположение войск, оборонявших Петро- град, и планы советского командования, он разработал тактическую часть операции и сообщил ее штабу Юде- нича. Однако еще до начала наступления войск Северо- . Западного фронта на город ВЧК уже начала разработку контрразведывательной операции. Один из военнослу-
А. А. Щёлоков жащих красного Ораниенбаумского воздушного диви- зиона сообщил в контрразведку, что начальник диви- зиона Б. Берг поручает доверенным летчикам переле- тать за линию фронта и доставлять в войска Юденича разведывательную информацию. В числе агентов, за- вербованных Бергом, оказался и сам летчик, сообщив- ший в ВЧК о предательстве командира. За Бергом уста- новили наблюдение. В результате удалось задержать не- коего М. Шидловского, которого Берг собирался переправить за линию фронта. Шидловский на допросах признался, что является резидентом разведки Юденича в Петрограде. В итоге опе- рации удалось раскрыть всю агентурную сеть в городе и арестовать членов «петроградского правительства», в том числе Люндквиста и министра финансов Вебера. В ходе наступательной операции Северо-Западная армия была разгромлена. Опасаясь, что красные в ходе преследования Юденича могут войти на территорию Эстонии, эстонские власти разоружили и интернирова- ли остатки его войска. Сам генерал от инфантерии в один миг стал частным лицом в чужом государстве и превратился в эмигранта с прошлым, но без всякого бу- дущего. А бумажные деньги, заготовленные им на слу- чай победы, так и не стали валютой. Изъятые из владе- ния бывшего «полевого казначейства Северо-Западного фронта», они были конфискованы правительством Эс- тонии и отправлены на электростанцию в Нарве. Там огромные тюки распаковывали и бросали в топку, — Плохо горели, проклятые, — вспоминал мой зна- комый энергетик-эстонец Мете. — Одно мучение. Луч- ше купить на рубль настоящего угля, чем жечь миллио- ны генеральских рублей. Возни и хлопот — масса, ды- му — много, а тепла и пользы — не очень. Сегодня в коллекциях коллекционеров-бонистов руб- ли «полевого казначейства» занимают видное место. Как-никак, слишком мало их уцелело, избежав огня. ©
Увлекательная бонистика «Кузнецы» и «косари» Не так уж много денежных знаков, на которых дата их выпуска в обращение обозначена с паспортной точ- ностью. К числу таких редкостей относятся сибирские кредитные билеты 1918 года достоинством 50 рублей с текстом: «Выпускаются на основ, постановления 2-го Всесибир. съезда Советов и Декрета Центро-Сибири» и датой: «4 VII1918». Появление сибирских кредиток было обусловлено трудностями первого года революции. Поскольку любая местная эмиссия таит угрозу всей финансовой системе государства, в тезисах банковской политики, которые разработало правительство большевиков, писалось: «Все отделения Народного банка в пределах Феде- ративной Российской Советской Республики руковод- ствуются точно в своей деятельности инструкциями и директивами центрального управления, не имея права устанавливать каких-либо местных правил и ограниче- ний. Местные правила допускаются лишь с согласия центрального управления». Совнарком РСФСР специальным постановлением строго запретил любые местные эмиссии. Решение это было принято в декабре 1917 года, после всестороннего обсуждения возможности разрешить местным отделе- ниям банков выпускать разменные знаки достоинством не свыше трех рублей. Органы советской власти Сибири строго придержи-
А. А. Щёлоков вались установленного правительством порядка, но де- нег не хватало, и в Центр шли тревожные телеграммы. «Отсутствие денежных знаков в губернии, — сообща- ли из Барнаула в Москву в декабре 1917 года, — создало критическое положение. Остановились крупные закуп- ки для армии, для голодных губерний, остановились вы- платы пособий семьям призванных, эвакуированным солдатам, переселяемым беженцам, оплата чеков, пере- водов, вкладов сберегательных касс, железнодорожным рабочим. Население волнуется. Просим срочного под- крепления знаками мелких и крупных достоинств». Несмотря на мобилизацию всех своих финансовых возможностей, Центр не был в состоянии снять возрас- тавшие денежные трудности на территории от Урала до Сибири. Положение осложняла военная обстановка. 15 июля 1918 года Иркутск захватили мятежные че- хословацкие войска. На востоке действовали банды ата- мана Семенова. В Приморье генерал Хорват объявил себя верховным правителем России. В руках Советов оставались лишь Забайкалье и Приамурье. ЦИК — Центральный Исполнительный Комитет Со- ветов Сибири — перебазировался в Забайкалье. Здесь, с учетом сложностей финансового положения, и было реализовано постановление о выпуске сибирских де- нежных знаков. Подготовить их поручили художнику Верхотурову. На лицевой стороне кредитки, приведенной выше, слева — номинал «50». В цифру вплетены перекрещен- ные орудия труда: молот, кирка, лопата. В прямоуголь- ной рамке с орнаментом справа вверху — номинал про- писью. Ниже на декоративной ленте — слова: «Сибир- ский кредитный билет», дата «1918» и уведомление: «Имеет хождение по всей Сибири и обеспечивается зо- лотым запасом сибирских отделений государственного банка. Подделка преследуется по закону». И подписи ф
Увлекательная бонистика руководящих лиц экспедиционной комиссии, ведавшей выпуском денежных знаков: «Пред. эксп. комиссии В. Леднев. Член комиссии В. Яко- венко». На оборотной стороне купюры художник изобразил сидящего рабочего-кузнеца. Его левая рука опирается на рукоять кузнечного молота. Рядом — наковальня, клещи. На втором плане — заводские здания. Правой рукой кузнец указывает на двуглавого орла, с которого уже сняты царские регалии. Сибирские кредитные билеты были отпечатаны ти- ражом один миллион экземпляров на сумму 50 миллио- нов рублей. В народе они сразу получили два названия: «молотки» и «кузнецы». В промышленных районах, к примеру в Петровском Заводе (ныне Петровск-Забай- кальский), Верхнеудинске (ныне Улан-Удэ), людям больше импонировало название «молотки». В сельских районах эти деньги чаще именовали «кузнецами». В сентябре все Забайкалье оказалось в руках армий Колчака и интервентов. Однако сибирские кредитки оставались в обращении. А.И. Погребецкий, изучавший историю денежного обращения в Сибири и на Дальнем Востоке в годы Гражданской войны, писал: «В послед- ние месяцы 1918 года денежный рынок Забайкалья был насыщен исключительно денежными знаками «местно- го производства» — «молотками». Других знаков в де- нежном обороте не имелось». Не имея возможности чем-либо заменить «молотки», колчаковские власти провели их регистрацию. С 29 ок- тября все, кто имел на руках денежные знаки Центро- сибири, должны были зайти в отделения госбанка, где на купюры ставили календарные штампы, заверяли их печатью и подписью кассира. Например, на приведен- ном выше знаке стоит штамп:
А. А. Щёлоков «Предъявлен 2 ноября 1918 г. Читинское отделение Государственного банка». Слева от штампа — круглая печать, в которой стили- зованной славянской вязью обозначено: «Читинское отдел. Государственного банка». Регистрация продлилась до апреля 1919 года. Всего за это время проштемпелевано кредиток на сумму 19 мил- лионов 222 тысячи рублей из выпущенных в обращение 20 миллионов 350 тысяч рублей. После регистрации «кузнецов» стали появляться поддельные знаки с фальшивыми номерами и печатями. Читинское отделение Госбанка обратилось к населению с таким сообщением: «Доводится до всеобщего сведения, что в обраще- нии появились фальшивые «сибирские кредитные биле- ты» 50 руб. достоинства со штемпелем и печатью от- деления за подписью кассира «И. Соколов». Особен- ность подделки билетов легко отличить на глаз, на настоящих билетах надпись «Читинское отделение Го- сударственного банка» набрана славянским шрифтом, а на фальшивых — гражданским, в государственном гербе значительная разница. Ободок в одну полоску, а на настоящих — в две». «Кузнецы» прошли через многие испытания, проне- ся сквозь годы войны и японской оккупации символы рабочего труда. Позднее на общесоветских монетах то- же появились изображения кузнеца, молота и нако- вальни. Но это произошло уже в 1924 году. Сибирские «кузнецы» были первыми. Еще одним из наиболее ранних выпусков советских денежных знаков стала эмиссия Дальневосточного Сов- наркома. Она была осуществлена задолго до появления в обращении первых общегосударственных бумажных знаков РСФСР. Оторванность огромного региона от ф
Увлекательная бонистика Центра, отсутствие свободной наличности в отделениях Госбанка вынудили Дальневосточный Совет народных комиссаров — Дальсовнарком — в феврале 1918 года принять решение о подготовке разменных денег трех достоинств — 10, 25 и 50 рублей. Их оригинальное гра- фическое оформление разработал художник Ференц Липот, венгр по национальности. На лицевой стороне всех знаков (они стандартны по рисунку) изображен земной шар. На нем угадываются очертания Чукотки, Камчатки, Приморья, Сахалина, Ляодунского полуост- рова, Японских островов, Австралии, Аляски. На разве- вающейся геральдической ленте — надпись: «Дальний Восток». Сверху — текст: «Дальневосточный Совет На- родных Комиссаров». Ниже подписи должностных лиц: председателя Дальсовнаркома А.М. Краснощекова, ко- миссара финансов Г.И. Калмановича, управляющего Госбанком Футалевича. Оригинальное решение Ференц Липот нашел и для оборотной стороны денежных знаков. Слева во весь рост изображен рабочий, держащий в правой руке мо- лоток. У его ног — корабли; вдали на горизонте видне- ются фабричные трубы. Справа — на фоне полей — крестьянин с косой на левом плече. У его ног — паро- воз. Сверху на развернутой ленте — аббревиатура: «Р.Ф.С.Р.». В народе новые знаки сразу получили название «краснощековские», или «краснощековки» и «косари». В промышленных районах чаще употреблялось первое название, в сельских — второе.
А. А. Щёлоков По решению Дальсовнаркома Хабаровское отделе- ние Госбанка выпустило знаки всех трех номиналов на сумму 11 миллионов 396 тысяч рублей общим числом 535 299 экземпляров. Судьба дальневосточных «косарей» во многом по- вторила судьбу забайкальских «кузнецов». Министер- ство финансов Омского правительства, которое контро- лировало территорию Дальнего Востока, не рискнуло запретить обращение советских знаков. Единственное, на что оно решилось, — закрепить революционные со- ветские денежные знаки за определенными террито- риями. Так, «кузнецы» получили право хождения ис- ключительно в Забайкальской области, «косари» — в районе Хабаровска. С этой целью была проведена реги- страция денег в отделении Госбанка. В постановлении, изданном 17 октября 1918 года, ус- тановлен и срок регистрации — до 1 декабря. Но в свя- зи с большим объемом работы его пришлось продлить. Во многих газетах здесь появилось такое объявление: «Хабаровское Отделение Государственного Банка объ- являет, что штемпелевание Краснощековских денеж- ных знаков в 10 и 25 руб. достоинства продлено до 15-го декабря сего года исключительно». Понимая, что без этих знаков денежному хозяйству края не обойтись, Омское правительство вынуждено было еще один раз продлить срок регистрации — до 1 ап- реля 1919 года. За весь период учета «краснощековских косарей» в отделении Госбанка было заштемпелевано 10-рублевых купюр — 284 491, 25-рублевых — 109 937, 50-рубле- вых — 101 471 штука. Советские дальневосточные день- ги сегодня в коллекциях довольно редкие экспонаты и ценятся весьма высоко. ф
Увлекательная бонистика Эмирство, которое не состоялось В декабре 1918 года территория Северного Кавказа была занята войсками Добровольческой армии, которой командовал А.И. Деникин. Это повлекло за собой нема- ло других событий. Они оказались тесно связанными с широко развернувшейся германо-турецкой интервен- цией в Закавказье и оккупацией кайзеровскими вой- сками Донбасса. Из состава турецкой армии, действовавшей в Закав- казье, была выделена группа войск «Восток». В качестве главной цели командование поставило перед ней захват Дагестана. Все свои действия турецкая военщина согла- совывала и координировала с руководителями азербай- джанской националистической партии «Муссават» («Равенство»), В начале октября 1918 года турецкая армия втор- глась в Дагестан, заняла ряд городов на побережье Кас- пия. И хотя некоторое время спустя турки вынуждены были уйти, уступив место войскам Антанты, они сдела- ли многое для укрепления своих позиций среди населе- ния Закавказья и Северного Кавказа, которое испове- довало ислам. В Дагестане и Закавказье осталась широко развитая турецкая агентура. Она вела подрывные акции. Эмисса- ры партии «Муссават» проповедовали необходимость объединения всех мусульман под знаменами Турции и призывали «спасти ислам» от неверных. На почве религиозного фанатизма горцев возникло так называемое «Северо-Кавказское эмирство». Осно- вой его военной силы стали боевые отряды чеченского шейха Узун-Хаджи. Поначалу чеченцы создали небольшие вооружен- ные группы для обороны своих аулов от нападений ка- зачьих и деникинских отрядов. Позже чеченская вер- хушка, вынашивавшая честолюбивые планы объедине-
Al. Al. ЩёлОКОВ ния под своим началом всего Северного Кавказа, за- нялась сведением отдельных и разрозненных групп в войско под единым управлением и командованием. Во главе движения встал шейх Узун-Хаджи, уроженец да- гестанского аула Салты. Своей резиденцией он избрал аул Ведено. Там сразу же появились и обосновались представители муссаватистов, которые перебрались в Чечню из Азербайджана. С шейхом установили прямую связь и агенты турков в лице бывшего командующего армией Нури-паши. Вокруг Узун-Хаджи объединились представители местной горской знати. Шейха усиленно подбивали на создание «шариатской монархии» на Се- верном Кавказе, которая опиралась бы на Турцию. Те, кто управлял действиями Узун-Хаджи, прекрас- но понимали, что малограмотный шейх на многое не способен и удобен только на определенном этапе борь- бы за Северный Кавказ. Поэтому ключевые посты, тре- бовавшие принятия серьезных решений, в правительст- ве Узун-Хаджи занимали представители знати. Так, главнокомандующим войсками «эмирства» являлся князь М. Дышнинский-Арсанукаев. Одной из первых акций Узун-Хаджи, направленной на его самоутверждение, стало штемпелевание личной печатью шейха всех денежных знаков, проходивших через его казну. Акция в экономическом плане была бессмысленной. На территории «эмирства» обращались денежные знаки Северо-Кавказской Советской Респуб- лики. На них велась торговля во всех аулах. Тем не ме- нее Узун-Хаджи объявил, что без его штемпеля на банк- нотах они в Чечне недействительны. Коллекционерам известны заштемпелеванные 50- и 100-рублевые знаки Терской Республики, 100- и 250-рублевые северокавказ- ские банкноты. Штемпелевание осуществлялось путем наложения на знаки советского образца перстневой овальной печати шейха с вырезанными на ней словами «Хаджи фукара О
Увлекательная бонистика Узун аль Хейр» — «Слуга бедняков Узун-Хейр». Над- пись была начертана арабским шрифтом и в большин- стве случаев оказывалась непонятной местному населе- нию, зато создавала впечатление ее принадлежности к исламу. Такая регистрация денежных знаков производилась в основном для округа Ведено, то есть для места распо- ложения резиденции Узун-Хаджи. В тот период еще не стоял вопрос о создании какой-то самостоятельной, замкнутой системы денежного обращения эмирства. Пользуясь нынешней терминологией, можно сказать иначе: Чечня еще не собиралась выходить из рублевой зоны. Решался вопрос самоутверждения туземных пра- вительственных органов. Одновременно велась усилен- ная пропаганда имени и целей новоявленного лидера националистов. Количество денег, помеченных перстневой печатью Узун-Хаджи, оказалось незначительным. К коллекцио- нерам их попало еще меньше. Поэтому даже в неплохих собраниях можно встретить фальшивки, изготовленные для обмана бонистов. По мере усиления влияния турецких и муссаватист- ских советников в окружении Узун-Хаджи, который стал вдруг именоваться «имамом», росли и амбиции че- ченских правителей. Визирь Узун-Хаджи Камиль-хан тоже стал метить денежные знаки российских образцов своей печатью. Ее текст позволяет судить о новых пре- тензиях окружения эмира. Надпись на печати гласила: «Сардар аль азам аль амир аль Кавказ» — «Великий вое- начальник эмира Кавказа». Известные подделки печати визиря Камиль-хана со- вершались исключительно для коллекционеров, по- скольку на рынках Чечни российские знаки прекрасно обращались и без штемпелей. Выполнялись подделки людьми, не знавшими арабской письменности, и пото- му вместо букв на оттиске помещены закорючки. ф
А. А. Щёлоков Существуют и другие фантастические надпечатки на денежных знаках Терской Республики в виде весов, на чашах которых лежат Коран и винтовка. Это тоже поздние подделки, рассчитанные на обман коллекцио- неров. Денежный знак правительства Узун-Хаджи. 100 рублей. 1919 год. Выпуск собственных оригинальных знаков «змирст- ва» относится к осени и зиме 1919 года и первым меся- цам 1920 года. Содержащиеся в некоторых описаниях сведения о якобы имевших место выпусках знаков «эмир- ства» в августе 1920 года неверны. Уже в марте на всем Северном Кавказе была установлена советская власть. Набор символов, вошедших в оформление денеж- ных знаков Узун-Хаджи, весьма стандартен. Прежде всего, это весы, на чаши которых возложены: слева — зеленое знамя пророка, справа — раскрытый Коран. Коромысло весов снизу подпирают карабин и сабля. Над коромыслом — чалма и корона с навершием в виде полумесяца. О
Увлекательная бонистика В надписях на денежных знаках уже отброшена по- казная скромность и исламский «демократизм» Узун- Хаджи. Он теперь не именует себя «слугой бедняков». Его титул звучит куда более торжественно и величест- венно: «Повелитель правоверных на Северном Кавказе Хаджи Узун-Хейр». Появилась на деньгах и подпись на- зира (министра) финансов Абдул Азим Абдуллы. Здесь же обязательно помещается лозунг: «Да здрав- ствует его (имелась в виду Узун-Хаджи) победа!» До- словно с арабского: «Дорога его победа!» Делалось и традиционное предупреждение тем, кто мог умышлять зло: «Печатание подобных настоящему карается, за исключением тех, кому это законно разре- шено правительством. Печатано в Ведено». Предупреждение о запрете подделок на бонах Узун- Хаджи можно рассматривать как исторический пара- докс. Все деньги из главной казнью «имама» были изго- товлены руками опытных фальшивомонетчиков, которых для налаживания производства в Ведено пригласил сам назир финансов. Фальшивомонетчики встали у печатных машин с дозволения «законного» правителя «эмирата». Банкноты несостоявшегося «эмирата». 500 рублей. 1919 г. До революции чеченцы не имели письменности. Все надписи сделаны на русском, арабском и французском языках. з Щелоков А.
А. А. Щёлоков Из-за нехватки бумаги на производство знаков но- миналами в 5, 25, 50, 100, 250 и 500 рублей пускались да- же тетрадные листы в линейку. Купюры тех же номина- лов печатались и на белой бумаге. Только часть знаков в 500 рублей изготовлена на бумаге верже с водяным зна- ком типа струн. В ауле Ведено местный оружейный мастер из аула Дарго организовал для «эмира» чеканку звонкой моне- ты. Для этой цели брались двухкопеечные монеты цар- ского образца, на них старательно забивались старые изображения и чеканились новые с арабскими надпися- ми и датой — 1919, начертанной по-арабски. Конец «эмирства» оказался неожиданным для его устроителей и вдохновителей. Войско «эмирата» было разгромлено объединенными силами казаков и чечен- ских повстанцев. К марту 1920 года об «эмирстве» оста- лись только воспоминания. Сам «имам» Узун-Хаджа, потеряв последователей и подданных, ушел в горы, где заразился тифом и умер в одном из отдаленных аулов. Читинские «воробьи» Впервые мне довелось увидеть эти бумажки более пятидесяти лет назад, когда я служил в армии в Забай- кальском военном округе в Даурии. Ремонтировали ста- рую, дореволюционной постройки казарму. Сорвали обветшалый настил пола и под ним обнаружили кучу рухляди. Валялся там и ворох беспорядочно разбросан- ных бумажек синего и зеленого цвета с надписями «Пять- сот рублей» — «Читинское отделение Госбанка». Взяв несколько штук, показал их старожилу буряту Мунхо Цибикову. Тот подержал бумажки в руках, по- смотрел на свет и сказал: — «Голубки» это. Много лет, однако, не видел. Ата- манские... ф
Увлекательная бонистика — Почему «атаманские»? — Потому, белый атаман Семенов делал. Гришка. Вы уже, конечно, рассмотрели эту необычную ку- пюру. Первое, что бросается в глаза, — небрежное ис- полнение рисунка на деньгах. Художник явно не утру- ждал себя поиском оригинальных решений, а финансовые деятели не рискнули назвать бумажку ни банковской, ни кредитной. «Пятьсот рублей» — выведено на лице- вой стороне пьяным, качающимся во все стороны шрифтом. А на обороте уведомление: «Имеет хождение наравне с денежными знаками». Довольно неграмотно, если учесть, что эта бумажка сама, по существу, и явля- лась денежным знаком. Но выпускавшие ее люди стара- лись подчеркнуть — перед вами нечто платежеспособ- ное, но не очень... Государственный билет Читинского отделения Госбанка. 500 руб. 1920 г. Среди множества бумажных денег, наводнивших Россию в годы Гражданской войны, эти относятся к числу наиболее примитивных. Рождались они в страш- ной спешке и практически не имели никакого обеспе- чения. О
А. А. Щёлоков История появления этих знаков такова. Территория Сибири и Дальнего Востока, на кото- рую старалось распространить свою власть Омское правительство, фактически адмиралу Колчаку никогда полностью и не подчинялась. Немаловажную роль в этом играла конкуренция стран-интервентов — США, Англии, Франции, Японии. Каждая из сторон делала ставку на «своего» генерала, чтобы в случае победы над революцией прибрать к рукам наиболее перспективные источники сырья, занять ключевые позиции в эконо- мике. Американцы и англичане ориентировались на Кол- чака. На определенном этапе подчинить его себе пыта- лись и японцы. С этой целью, после того как Колчак стал диктатором, японское командование предложило адмиралу дислоцировать два своих пехотных полка в Омске. Такая вооруженная сила позволяла бы оказы- вать постоянное давление на политику «верховного правителя» — Колчака. Однако американцы без труда разгадали этот ход, и японцы разрешения на ввод своих войск в Омск не получили. Тогда рассерженные самураи направили вперед свою марионетку — атамана Семенова. Они уже давно при- кармливали этого казачьего предводителя и не жалели средств на вооружение его отрядов. Еще до того как Колчак захватил власть в Омске, Семенов объявил себя главой «временного правительства Забайкалья». В сен- тябре 1918 года на японских штыках он утвердил свою столицу в Чите. Главным средством управления стал террор. Забайкалье превратилось в застенок. Предводи- теля этой власти японцы поспешили противопоставить Колчаку, который на самураев не ориентировался. Пер- вым шагом дотоле малоизвестного атамана стало заяв- ление о том, что он не признает Колчака и ему не под- чиняется. Адмирал Колчак поначалу не придал значения инци-
Увлекательная бонистика денту. Тогда японцы намекнули атаману, чтобы он дей- ствовал смелее. И вот по приказу Семенова было вне- запно прервано железнодорожное сообщение между Омском и Владивостоком. Попутно Семенов конфиско- вал транспорт шкурок черно-бурой лисицы и песца, при- надлежавший американской фирме «Вульфсон». Он же перехватил часть золота, направленного Колчаком во Владивосток. Затем задержал партию бумаги для печа- тания денежных знаков, посланную в Омск из Америки. Колчак тут же подписал указ о смещении взбунто- вавшегося атамана со всех должностей. Генералу Вол- кову он приказал возглавить экспедицию в Читу, чтобы покарать непослушных. Однако произошло то, что и должно было произойти. Японское командование вдруг заявило, что немедленно пресечет любые военные дей- ствия омских властей против Семенова. Пришлось вмешаться в конфликт американцам и англичанам. Отношения между двумя «правителями» были улажены. Семенов признал Колчака и разрешил возобновить движение поездов. Колчак отменил свой указ о смещении Семенова, более того, произвел его в генералы, а позже объявил о назначении генерал-губер- натором Забайкалья. Потерпев сокрушительное поражение от Красной армии, 4 января 1920 года Колчак отказался от своих прав «верховного правителя» и передал всю власть «на территории Российской восточной окраины» атаману Семенову. А уже 30 января новый «правитель» санк- ционировал закон о выпуске собственных денег — бон Читинского отделения Госбанка. Вот тогда-то и пригодилась бумага с водяными зна- ками, которую Семенов перехватил. Боны достоинством в 500 рублей выпускались три раза. Первый выпуск был отпечатан синей краской, а купюры имели серию А и номер 255. Второй выпуск — краска серо-зеленая, серия П, номер 375, и третий —
А. А. Щёлоков краска зеленая, серия — С, номер 485. Качество печа- ти — низкое. Вопреки правилам, никто не следил за тем, как ориентированы водяные знаки, и они на раз- ных купюрах расположены по-разному. Сторублевый знак отпечатан серой краской. Ощипанные птицы, распластанные и тощие, ничем не похожи на имперских российских орлов, а также цвета купюр — грязно-голубой у пятисоток и серый у сторублевок — породили народные названия знаков — «голубки» и «воробьи». Понимая, что плохо обеспеченные деньги население не примет, Семенов издал грозный приказ. Его расклеи- ли на всех читинских заборах. Атаман устанавливал обязательное хождение своих бон наравне с «колчаков- скими сибирскими обязательствами». Для лиц, которые в нарушение приказа не хотели отдавать товар за «го- лубки» и «воробьи», определялось наказание: арест на шесть месяцев и штраф в 10 000 рублей. Однако население чихало на такие приказы. Если не хочешь отдавать товар за подозрительные бумажки, то проще всего вообще не выходить на рынок. Так во мно- гих случаях и получалось. Курс «голубков» и «воробьев» покатился вниз. Спо- собствовало этому и семеновское воинство. Пользуясь моментом и понимая шаткое положение своего атама- на, его «казачки» стали обогащаться за счет спекуляции и денежных махинаций. В марте 1920 года встревоженные экономическим произволом, который все больше захлестывал Забайка- лье, члены Читинской торгово-промышленной палаты представили «господину помощнику по гражданской части главнокомандующего всеми вооруженными сила- ми Российской восточной окраины» специальный док- лад о катастрофическом состоянии финансов. «Палата находит, — сообщалось в докладе, — что обесценение выпускаемых Гос. Банком бон пятисот и О
Увлекательная бонистика сторублевого достоинства произошло, помимо общей государственной разрухи, отчасти по вине самой вла- сти. Власть, выпуская боны, удовлетворяла собствен- ную нужду в денежных знаках, создавшуюся вследствие особого политического положения. Палата убеждена, что, выпуская боны, власть примет все меры против обесценения этих знаков. Между тем в жизни наблюда- лось и наблюдается обратное явление. Власть в лице отдельных ведомств, например штаба походного ата- мана, Управления военных сообщений и других органи- заций... своими действиями вызывает дискредитирова- ние этого денежного знака. Эти ведомства усиленно занимаются сделками на валюту, продают иены, золо- то, причем всякую продажу или покупку обуславливают платежами, или сибирскими знаками, или какими-либо другими и отнюдь не совершают сделок на боны. Вы мо- жете наблюдать ежедневно в штабе походного атама- на картины этой безудержной торговли денежными знаками». Люди, писавшие записку, хорошо разбирались в фи- нансовых вопросах. Они, в частности, обращали внима- ние Семенова на то, что «нужно придти к сознанию, да и в этом нас научили грозные события, что военному ведомству не следует заниматься коммерческими пред- приятиями, ибо это разлагает военную среду и отвле- кает ее от прямых непосредственных задач». Однако деятели торгово-промышленной палаты не понимали главного — «правительству» Семенова не бы- ло дела до развития торговли и производства. Создавая финансовую неразбериху, атаман помогал своим на- стоящим хозяевам — японцам укрепить влияние в За- байкалье. В городах, занятых оккупантами, действовали японские меняльные конторы, которые усиленно вне- дряли в денежное обращение иену. Выступая на совещании по финансово-экономиче- ским вопросам при Государственном банке, один из
А. А. Щёлоков докладчиков говорил: «Таким образом, при заботливой охране иена завоевывает права гражданства на нашем денежном рынке. В то же время предоставленный воле стихий и чужестранных ловчих русский денежный знак переживает лихорадочное состояние с резкими колеба- ниями и беспредельным понижением». Семенов по своему усмотрению управлял золотым запасом, оказавшимся в его распоряжении. А попало к нему 711 ящиков с ценностями на сумму до 90 миллио- нов рублей золотом. Ценности утекали за границу — в Японию. 2 июня 1920 года в газете «Джапан кроникл» появилась любо- пытная заметка. В ней сообщалось, что из Дайрена в Осаку привезено на пароходе «Харбин-мару» золото на сумму два с половиной миллиона иен. Деньги помеще- ны в Осакское отделение Японского банка. Газета пря- мо намекала, что это деньги, награбленные Семеновым. Другая газета, «Осака майнити», 3 июля 1920 года писала: «В связи с предстоящим падением Семенова пе- ред Японией встает ряд трудных вопросов. В настоя- щее время в Порт-Артуре Семенов держит 30 000 000 дол- ларов золотом...» Пока «правитель» устраивал собственные финансо- вые дела, «голубки» и «воробьи» превращались в бумаж- ки, не имевшие никакой покупательной силы. За иену их в июле 1920 года отдавали по 25—30 тысяч рублей. Исследователь денежного обращения в годы Граж- данской войны в Сибири и на Дальнем Востоке А.И. По- гребецкий приводил такие факты. Август 1920 года. Житель Читы собирался на базар за продуктами. С этой целью подряжался извозчик с пролеткой, на которую укладывали огромный куль, на- битый «голубками» для приобретения провизии. Вто- рой такой куль наполняли деньгами, которыми предпо- лагалось расплатиться с извозчиком за рейс на базар и обратно. Случалось, что деньги занимали в пролетке
Увлекательная бонистика столько места, что нанимателю некуда было сесть, и он шагал рядом на своих двоих. Примечательная деталь: деньги, доставлявшиеся в хранилища Госбанка в мешках, никто не пересчитывал. Учет велся на глазок, по объему бумаги. Чтобы компен- сировать возможный просчет, сверх объявленной сум- мы в мешках сдатчик оставлял банку от 500 тысяч до од- ного миллиона «голубков». — Пустой бумага был! Поганый — совсем покупай не годился. •— Так подвел Мунхо Цибиков итог рассказу о знакомых ему по личному опыту забайкальских «го- лубках». И еще бы не быть им пустой бумагой! Всего за во- семь месяцев пребывания у власти семеновские финан- систы откатали на печатных станках «воробьев» на сум- му один миллиард 200 миллионов, «голубков» — на во- семь миллиардов 600 миллионов рублей. Всего на девять миллиардов 800 миллионов при золотом обеспечении всего на 500 тысяч рублей! Заключительным актом разграбления читинского золотого запаса стал приказ «правителя» по белой ар- мии. «Желая поставить армию, — говорилось в нем, — вне зависимости от переговоров и политических согла- шений, атаман Семенов приказал немедленно выдать из золотого запаса 350 пудов золота (7 000 000 рублей) на нужды полевого казначейства». «Ни один рубль из этого запаса, — писал А.И. По- гребецкий, — не поступил и никогда не поступит в кас- су Российского государства». Старый забайкалец Шилов рассказывал мне о ви- денном им в годы Гражданской войны эпизоде. Семе- новцы отступали. Снаряд попал в пароконную телегу. В воздух взлетели тысячи «голубков». И никто из про- ходивших мимо даже из любопытства не взял ни одной бумажки. Они и на самокрутки не годились — горели плохо и сильно горчили...
А. А. Щёлоков В сентябре 1920 года атаман Семенов перешел гра- ницу России и укрылся в Маньчжурии. Ровно двадцать четыре года спустя — в сентябре 1945 года — он был задержан после разгрома японской Квантунской армии. По приговору Верховного суда СССР Семенова казнили. Казалось бы, серая, как и атаманские «воробьи», ис- тория окончилась. Но в 1991 году корреспондент ТАСС В. Головкин, работавший в Японии, решил выяснить судьбу российского золота, которое при содействии атамана Семенова попало в хранилища японского банка «Иокогама Сиокин Гинко» и бесследно исчезло. Дирек- тор информационной службы «Кокусай Токио пресс» господин Кодзи Обаяси сообщил, что обнаружил в госу- дарственной парламентской библиотеке Японии неиз- вестные ранее материалы, которые неопровержимо свидетельствуют, что в 20-х годах в одном из японских банков находилась крупная сумма денег, образованная за счет продажи русского золота. Найденные К. Обаяси документы представляли со- бой огромное судебное дело объемом 1200 страниц, ка- савшееся русского золота. Оно было доставлено в Японию в сентябре 1920 года из Читинского отделения Государ- ственного банка через порт Дайрен в Маньчжурии. Со- гласно приказу атамана Семенова золото предназнача- лось якобы для закупок оружия. Попав в Японию, цен- ности оказалось в распоряжении российского военного агента (военного атташе) в Токио генерал-майора М. Под- тягина. Тот обратил золото в деньги, продав его на сум- му 1,4 миллиона иен, однако на вооружение успел из- расходовать только 300 тысяч. Оставшиеся 1,1 миллио- на иен находились на счетах банка «Иокогама Сиокин Гинко» как официальное достояние России. Бежав из Забайкалья, атаман Семенов воспылал же- ланием «приватизировать» золото, которое Подтягин оформил как государственное имущество. Для этого и о
Увлекательная бонистика пришлось затеять судебный процесс. От имени Семено- ва его вели два японца, один из которых был сотрудни- ком японской военной разведки. Процесс тянулся семь лет. В конце концов стороны, как говорится в материа- лах дела, пришли к «внесудебному компромиссу», кото- рый, как считает Кобаяси, заключался в том, что вся сумма была поделена между японскими военными, Се- меновым и Подтягиным. Дальнейшая судьба этих средств неизвестна. Кобаяси, как сообщалось в печати, убежден, что по- мимо «дела Подтягина» в Токио в те годы проходил еще один «золотой процесс», который, по некоторым дан- ным, вел колчаковский генерал Павел Петров. Он летом 1919 года передал «на хранение» японским военным властям 22 ящика с частью российского золотого запа- са, для того чтобы спасти его от красных. Сын генерала Сергей Петров, проживавший в Калифорнии, утвер- ждал, что на расписке о получении ценностей стояла подпись некоего японского полковника Идзоме. Рассле- дование этого заявления показало, что, действительно, на Дальнем Востоке в указанные времена в составе ок- купационных японских войск служил полковник воен- ной разведки Рокуро Идзоме. Конечно, вернуть украденное «борцами» за свободу России уже никогда не удастся, но знать и помнить о фактах такого рода всегда полезно. Туркбоны. Что вы о них слышали? До Октябрьской революции 1917 года политико-гео- графическое понятие «Туркестанский край» охватыва- ло территории Закаспийской, Самаркандской, Семире- ченской, Сырдарьинской и Ферганской областей. Советская власть была провозглашена в Ташкенте I (14) ноября 1917 года. Ее становление и упрочение
А. А. Щёлоков проходило на фоне острейших социально-экономиче- ских, политических, национальных и религиозных про- тиворечий. Одной из главных проблем, мешавших нормальному функционированию производства и торговли, стала не- хватка денежных знаков. В государственном казначей- стве наличности не имелось. Налоги в казну не поступа- ли. Кредиты отсутствовали. Работа на предприятиях из- за невыплаты зарплаты приходила в упадок. 11 января 1918 года СНК Туркестана издал приказ. «Принимая во внимание, — говорилось в нем, — громад- ные потрясения финансового дела края и произведен- ную панику капиталистов, вынимающих свои сбереже- ния из финансовых учреждений, настоящим с сего числа совершенно приостанавливаются выдачи вкладов свы- ше 3 тысяч рублей. Вклады до 3 тысяч рублей могут быть получены частями, не превышая 500 руб. в три месяца». Эти меры до такой степени оказались «советскими», что были использованы в нашей стране не один раз. 22 января 1991 года Кабинет министров СССР во ис- полнение указа президента Михаила Горбачева издал постановление об ограничении выдачи наличных денег со вкладов граждан. В нем, в частности, указывалось: «Установить, что вкладчик имеет право получить со своего вклада в течение месяца наличные деньги в сумме не более 500 рублей в учреждении сберегательно- го банка только по месту жительства». Короче, «великий» кормчий Советского Союза Гор- бачев, судя по фактам, в экономическом мышлении сто- ял на уровне болыпевика-туркестанца 1918 года и счи- тал, что вправе таким же образом, как революционные комиссары, распоряжаться трудовыми сбережениями граждан, издавая указы о том, как тратить деньги и сни- мать их со счетов в сберкассе. Чтобы придать постановлению достаточную силу
Увлекательная бонистика императива, подписавшие его доблестные рыцари гор- бачевской команды — премьер В. Павлов и управляю- щий делами М. Шкабардня включили в постановление такой абзац: «Министерству финансов СССР и КГБ СССР орга- низовать осуществление контроля и оказание необхо- димой помощи на местах учреждениям банков, государ- ственным, кооперативным, общественным и иным предприятиям, объединениям, организациям и учрежде- ниям в выполнении настоящего постановления». Может показаться, что мостик между случившимся в революционном Туркестане и тем, что произошло в Москве многие годы спустя, наведен искусственно. Но это не так. Деньги и денежные отношения во все време- на подчинены объективным законам, и многое зависит от того, как относится власть к сбережениям своих гра- ждан. Если правительство уважает труд и собствен- ность каждого — это общество равных прав и возмож- ностей. Если власть и ее органы залезают в чужие ко- шельки, произвольно распоряжаются заработанными честным трудом продуктами труда населения, к кото- рым, в частности, относятся и деньги, — то это общест- во тоталитарное, где диктат ограничивает права и инте- ресы отдельных людей. И сколько бы ни говорил Горба- чев о своей приверженности рыночной экономике и демократии, о соблюдении прав человека, об уважении свободы личности, его реальные действия этих утвер- ждений ни в малой степени не подтверждали. Острая нехватка денежных знаков заставила прави- тельство Туркестана пойти на выпуск собственных де- нег. Сперва они были названы «разменными денежны- ми знаками Ташкентского отделения Государственного банка» и датировались 1918 годом. В народе и у коллекционеров более поздних лет бу- мажные деньги Советского Туркестана стали имено- ваться «туркбонами».
А. А. Щёлоков Первый выпуск имел номиналы в 1, 3, 5, 10, 25, 50 и 100 рублей. В их оформлении использована символика Временного правительства — двуглавый орел без корон и регалий, а также официальные гербы Закаспийской, Самаркандской, Сырдарьинской, Ферганской и Семи- реченской областей. Временный кредитный билет Туркестанского края. 1 рубль. 1918 г. Денежные знаки Ташкентского отделения Госбанка получились оригинальными и мало походили на все, что до той поры было известно населению. Особенно выде- лялась из общего ряда пятидесятирублевая купюра. На ее оборотной стороне в обрамлении среднеазиатской экзотики — фруктов и овощей — художник изобразил панораму Ташкента с высоты птичьего полета. Сады, дома, минареты мечетей... Однако у оригинальных туркбон имелся огромный недостаток — у них не было твердого обеспечения, ко- торое бы гарантировало их надежную покупательную способность. Дать такое обеспечение своим денежным знакам Туркестан самостоятельно не мог. Гарантом, как О
Увлекательная бонистика это и должно было быть, выступило правительство Рос- сийской Федерации. Учитывая громадные трудности снабжения денежными знаками далекой окраинной республики из Москвы, Совнарком 3 сентября 1918 го- да предоставил Народному банку в Ташкенте право вы- пустить временные кредитные билеты на сумму не свы- ше 200 миллионов рублей. При этом в декрете точно оговаривалось, при соблюдении каких условий возмо- жен такой выпуск. Трудности на пути развития самостоятельности Тур- кестана во многом были связаны с политикой Велико- британии, которая стремилась подчинить себе эту часть России. Многие годы спустя в Национальном архиве Индии были обнаружены секретные отчеты агента английской разведки Фредерика Бейли своему руководству о рабо- те в Туркестане. Как явствует из них, британская спец- служба поручила Бейли подготовить почву для вторже- ния английских войск в центральные области Туркеста- на из Закаспийской области. В ночь с 18 на 19 января 1919 года в Ташкенте вспыхнул мятеж. Его временный успех объяснялся тем, что во главе переворота стоял некий К. Осипов, зани- мавший пост военного комиссара Туркестанского края. Когда стало ясно, что население не поддерживает мя- тежников, Осипов ограбил Ташкентское отделение бан- ка и скрылся. Последствия мятежа были тяжелыми, и потребова- лась новая эмиссия. Правительство России вновь про- финансировало выпуск временных кредитных билетов, разрешив довести их сумму до двух миллиардов рублей. Одновременно расширялся район обращения этих де- нег. В него постановление включало Закаспийскую, Са- маркандскую, Сырдарьинскую, Ферганскую, Тургай- скую, Акмолинскую области, Хиву и Бухару. ф
А. А. Щёлоков Туркбоны выпускались в трудных условиях. Не име- лось специальной банкнотной бумаги, денежно-печат- ной базы, подготовленных кадров. 23 января 1920 года из Ташкента в Наркомфин пришло сообщение. В нем, в частности, писалось, что для печатания купюр «краски употребляются, применяемые для окраски крыш... вид бон удручающий; в банке скопились горы ветхих зна- ков». Однако всякий, кто имеет возможность сравнить туркбоны с другими денежными знаками, выпускав- шимися в те же годы в Средней Азии, согласится, что первые выглядят довольно сносно. Тем не менее труд- ности приводили к появлению большого количества разновидностей знаков одного и того же номинала и времени выпуска по качеству бумаги (разница в водя- ных знаках, цвете и толщине листов). Имеется множе- ство бон с цветовыми отличиями, которые с учетом об- стоятельств выпуска вряд ли можно отнести к разно- видностям, но для коллекционера они представляют явный интерес. Обмен туркбон на общесоюзные денежные знаки начался в 1921 году. При обмене за десять рублей вре- менных кредитных билетов Туркестана выдавали один рубль в знаках РСФСР. Это практически соответствова- ло реальному соотношению, которое сложилось к тому времени на рынках Ташкента, Бухары и Хивы. Еще две республики Средней Азии осуществляли выпуск собственных денежных знаков — Бухарская На- родная Советская Республика и Хорезмийская (Хо- резмская) Народная Советская Республика. Весьма интересным документом, подтверждающим вмешательство правительства Великобритании в сред- неазиатские дела, являются так называемые денежные «Обязательства Великобританской военной миссии». История их такова.
Увлекательная бонистика Англичане многие годы вынашивали планы присое- динения территории Средней Азии к своим колониаль- ным владениям. В 1918 году лондонским политикам по- казалось, что настало самое удобное время для осущест- вления их планов. Для этой цели в Мешхеде (Северная Персия, ныне Иран) была создана «Британская военная миссия в Туркестане». Ее возглавил генерал-майор Уил- фрид Маллесон. В состав миссии вошли опытные офицеры британ- ской военной разведки — капитан Реджинальд Тиг- Джонс, уже упоминавшийся подполковник Фредерик Бейли и другие. С их непосредственным участием была создана разведывательная сеть на территории Турке- стана, в Бухарском эмирате, Хивинском ханстве и За- каспийской области. «Британская военная миссия» стала центром под- рывной антибольшевистской деятельности в Средней Азии. В июле 1918 года в Асхабаде (Ашхабаде) произо- шел мятеж. Власть перешла в руки марионеточного «за- каспийского временного правительства», которое воз- главил правый эсер Ф.А. Фунтиков. Тут же по договору с этим «правительством» англичане получили в собст- венность Каспийский флот, Красноводский порт и За- каспийскую железную дорогу. Штаб генерала Маллесона переместился в Ашха- бад. Для обеспечения его «безопасности» в город во- шли батальоны Йоркширского, Хэмпширского и Пенд- жабского пехотных полков Британской королевской армии. Англичане начали беззастенчиво грабить богатства туркменской земли. Они захватили судоходство на Кас- пии, занялись эксплуатацией Челекенских нефтепро- мыслов, вывозили за океан хлопок, ковры, скот, ахалте- кинских коней, заводское оборудование.
А. А. Щёлоков 5Gb 7 IHE ВН*ГТ О* ТИЕ ВШТВИ МШТЛВУ MISSION On betatf of Mie BntWi Go warned J promise to par 3 month* iiter ci date to bearer the sua of FIVE flUNDHED &0UBU9. December .__g_____• lets. Maj«r>6en*raf ® Briitih МШтагу Mission. .J —i ГД a> cm — A g ООязатедьвтво Великобританской Военной |Ииее!и. °* Ижснемъ BuiulHnmiri Паазипльстзв а обязуюсь заплатить О о чсреэъ три mUniu с*ь сего числа прелънигелю сего ПЯТЬСОТЪ рубле!. Признано Зак1сп|Яеки1Гь с% денежными знаками Генерал1* майоръ Маллмяа. Великобританская Военная Мис<?1л. Прявитиьствомъ кг гождгнио наразиЬ «Маллесоновка» — обличительный документ претензий Великобри- тании на господство в Средней Азии, свидетельство открытого воен- ного вмешательства в дела других государств. Помимо подписи гене- рала, на ней есть подпись капитана британской разведки Тиг-Джонса, на совести которого лежат все репрессии против тех, кто боролся с оккупантами. В частности, капитан руководил казнью 26 бакинских комиссаров. В том же году отделение британского банка, откры- тое в Ашхабаде, начало выпуск денежных обязательств, которыми британская военная миссия стала расплачи- ваться с населением за товары и услуги, а сам банк вы- давал их вкладчикам, пытавшимся таким образом со- хранить свое состояние. Коллекционерам известны обязательства достоин- ством в 500 рублей от 6, 12 и 14 декабря 1918 года. Доку- мент с датой «14 декабря» славится опечаткой в англий- ском наименовании рублей, которая проникла в часть тиража. Вместо правильного «ROUBLES» напечатано «BOUBLES». Выпуск в обращение долговых обязательств Велико- британии показывает, что «закаспийское временное ©
Увлекательная бонистика правительство» серьезной власти на оккупированной англичанами территории не имело, поскольку без со- противления разрешило обращение на своей террито- рии денежных знаков иноземных военных властей. До нашего времени дошло не так уж много британ- ских обязательств, которые получили у коллекционеров название «маллесоновок». Они относятся к весьма ред- ким знакам, и цена их на нумизматическом рынке весь- ма высока. «Табачные» деньги Терская Советская Республика была провозглашена на территории Терской области (центр — Владикавказ) 3 марта 1918 года. Произошло это после острой полити- ческой борьбы, в результате которой верх взяли боль- шевики. До революции Терская область делилась на районы, границы которых очень четко отражали социальный и национальный состав населения этой территории. Здесь имелось четыре казачьих района (или отдела, как тогда говорили): Пятигорский, Моздокский, Сунжен- ский, Кизлярский и шесть округов: Владикавказский (осетины), Назранский (ингуши), Нальчикский (кабар- динцы и балкарцы), Хасавюртский (кумыки), Грознен- ский и Веденский (чеченцы). Основными богатства- ми — плодородными землями и угодьями — владело терское казачество. Оно, с одной стороны, представля- ло собой умелое земледельческое сообщество, с дру- гой — реальную военную силу, в достаточной мере обу- ченную, вооруженную и хорошо организованную. Революция четко обозначила социальную диффе- ренциацию сил в регионе. Казачьи верхи, которые воз- главлял войсковой атаман М.А. Караулов, заняли от- крыто антибольшевистские позиции.
А. А. Щёлоков Несколько раньше, еще в период правления Вре- менного правительства, был создан в принципе анти- российский Союз объединенных горцев Кавказа. Его возглавили кумыкский князь Р. Капланов, чеченский нефтепромышленник А. Чермоев, кабардинский коне- заводчик П. Коцев и другие. В ноябре 1917 года они со- ставили так называемое Горское правительство и про- возгласили создание Горской республики. Успешное продвижение советской власти сразу за- ставило обе силы — казачью и горскую — искать сою- за. Объединение произошло, и в декабре 1917 года воз- никло «терско-дагестанское правительство», которое направило все силы на борьбу с большевиками. Лозунга о «единой и неделимой России» представители казаче- ства не принимали. Провозглашение Терской Советской Республики (TCP) 2-м съездом народов Терека, с одной стороны, по- казало, что большевики в политическом плане переигры- вали своих противников, с другой — резко обострило про- тивостояние в регионе. Уже в период работы съезда от- ряд революционных рабочих и местной бедноты изгнал «терско-дагестанское правительство» из Владикавказа. В июле на территории от Кубани до Дагестана воз- никла Северо-Кавказская Советская Республика (С-КСР). Она сразу объявила себя частью Российской Федера- ции, четко обозначив стремление к сохранению недели- мости страны. В съезде Советов, который провозгласил создание республики, приняли участие депутаты от ра- нее возникших на Северном Кавказе территориальных образований — Кубано-Черноморской, Ставрополь- ской и Терской Советской Республик. При этом TCP ос- тавалась в составе Северо-Кавказской Республики са- мостоятельной единицей. Столица Северо-Кавказской Республики до августа 1918 года находилась в Екатери- нодаре (ныне Краснодар), затем в Пятигорске. К трудностям, с которыми столкнулись новые пра- О
Увлекательная бонистика пительственные органы, относилась нехватка денеж- ных знаков. Терская республика начала эмиссию собст- венных разменных денег. Первыми появились знаки шпа денег-марок номиналами в 10, 15 и 20 копеек. Но их выпуск никаких серьезных проблем решить не мог. Тогда выпустили купюры более крупных номина- лов — в пять, двадцать пять и сто рублей. В их оформле- нии художник использовал графические элементы цар- < ких ценных бумаг. Внимательный коллекционер легко угадает буквально полное совпадение рисунков оборот- ных и лицевых сторон 25- и 100- рублевых знаков TCP с рисунком билетов Государственного казначейства цар- ской России номиналами от 50 до 500 рублей. Только императорский герб — двуглавый орел с коронами — заменен орлом Временного правительства. Подписывали знаки TCP председатель СНК респуб- лики С.Г. Буачидзе, нарком финансов А.А. Андреев, а также управляющий отделением Госбанка и кассир. 20 июня 1918 года Буачидзе был убит. Поэтому сле- дующую, подготовленную еще при нем купюру досто- инством в 10 рублей подписал Ю.Г. Пашковский, испол- нявший обязанности председателя СНК в июне — июле. Следующий выпуск разменных знаков имел ориги- нальное оформление с использованием революцион- ных символов. Так, на купюрах в 1 и 3 рубля над двугла- вым орлом Временного правительства помещена над- пись: «Равенство», а в лапах орла изображены флаги со < ловами «Свобода» и «Братство». На лицевой стороне пятидесятирублевой банкноты художник разместил надпись «РСФСР» и гербообразную композицию — солнце с лучами, обрамленное венком н i колосьев пшеницы, два скрещенных молота и серпы. 1наки подписал председатель СНК Ф. Булле. Он зани- мал эту должность до падения TCP в феврале 1919 года. По оригинальному пути при подготовке собствен- ной эмиссии пошли финансовые органы Северо-Кав- О
Al. Al. ЩёЛОКОВ казской республики. В целях более надежной защиты денег от возможной подделки они решили воспользо- ваться запасами гербовой вексельной бумаги, которые имелись в банке. Вексель — это долговое обязательство. Оно по зако- нам России оформлялось с соблюдением определенных юридических правил. В частности, расписку требова- лось производить на специальной гербовой бумаге оп- ределенного формата. Для предупреждения подделок на листах имелись водяные знаки сложного рисунка. Цена вексельного бланка зависела от суммы заключае- мого долгового соглашения. Например, при обязатель- ствах до 50 рублей гербовый лист брался стоимостью 10 копеек, до 100 рублей — 15 копеек. Цена бланка ука- зывалась в нижней части сложной цветной графиче- ской композиции, увенчанной двуглавым орлом и рас- положенной на левом поле бумаги. Такие листы и взяло для печатания своих бон Екате- ринодарское отделение Госбанка. Для знаков достоин- ством в 50 рублей употреблялись десятикопеечные бланки, в 100 рублей — пятнадцатикопеечные. «Табачные» деньги — бон Северо-Кавказского отделения Госбанка.
Увлекательная бонистика Крайне интересна форма обеспечения платежеспо- г оОности этих знаков северокавказским правительст- вом. На лицевой стороне каждой купюры помещалось i.iKoe уведомление: «Бон обеспечен обязательством Северо-Кавказской Советской Социалистической Республики под поступ- мтия табачного акциза и имеет обязательное хожде- ние в пределах всей Республики наравне с кредитными аплетами». Подпись управляющего отделением банка воспроиз- водилась типографским способом. Кассир расписывал- ся собственноручно при выдаче билетов из банка. Боны Северо-Кавказской Республики так и вошли в историю под названием «табачных» денег. Последним выпуском денег республики стали ори- гинально выполненные денежные знаки номиналами в 5, 10, 25, 250 и 500 рублей. Коллекционерам этот выпуск оставил памятные опечатки. В текстах лицевой стороны десятирублевых купюр известно два разных написания легенды. В одном случае читаем: «Выпущен на основа- нии общегосударственного эмиссионного права». На другом знаке тот же текст написан так: «...на основании общегооударственного эмиссионного права». На два- дцатипятирублевках также есть отличия. В одном слу- чае написано — «эмиссионного», во втором — «эмисси- оннаго права». Как известно, впервые портретное изображение В. И. Ленина появилось на советских банкнотах только после его смерти, в 1937 году. Между тем, опытные бо- писты знают, что само имя Ленина было напечатано \ же на бумажных денежных знаках С-КСР в 1918 году. На купюрах достоинством в 250 и 500 рублей худож- пик дважды воспроизвел фамилию «ЛЕНИН». Один раз >го сделано с помощью выделения нужных букв в ло- i\ и го «ПроЛЕтарии всех страН, соединяйтесь!». Чтобы е
А. А. Щёлоков Шифрограмма в тексте лозунга «Пролетарии всех стран, соеди- няйтесь!» на денежных знаках С-КСР достоинством в 250 и 500 рублей. 1918 г. не было сомнения, выде- ленные буквы соединены специальной линией. В дру- гом случае слово «Ленин» помещено в затейливой ра- мочке, которая на первый взгляд кажется простой штриховкой. Упоминать сегодня имя Ленина всуе не принято, но из истории, как и из пес- ни, слова не выкинешь. Тем более что многие зарубеж- ные публикации о советских денежных знаках эпохи ре- волюции особо акцентиру- ют внимание собирателей бон на шифрограмме в тексте банкнот С-КСР высших достоинств. Боны Северного Кавказа в наше время достаточно редки и представляют немалый интерес для тех, кто за- нимается историей России. Бухарские «коврики» О
Увлекательная бонистика Две денежные купюры. Одинакового внешнего ви- да, размера и цветов. На них одинаковая дата — 1338— 1919 год. Первые цифры — дата по мусульманскому ка- мшдарю — хиджре, вторая — в переводе на григориан- ( кое летоисчисление. У обеих банкнот общий номи- нал — 10 000 теньгов. Тем не менее эти знаки принадлежат разным эпо- хам, более того, разным государствам. Вглядимся в надпись, начертанную арабскими зна- ками в малом центральном круге первой банкноты. Она гласит: «Выпущено по высочайшему повелению». Люби- тели высокого монархического слога могут перевести для себя и так: «по августейшему повелению». Это денежный знак Бухарского эмирата, государст- ва, существовавшего до Октябрьской революции на территории Средней Азии. На второй купюре в том же малом верхнем круге мы видим уже не текст, а эмблему — серп и колос, нало- женные друг на друга наперекрест. Эту купюру со старых печатных форм выпустили уже в Бухарской Советской Республике, которая в 1920 году возникла на развалинах эмирата. Вынужден- ные спешно подготовить эмиссию, финансовые органы молодой республики сохранили старый образец денег, заменив лишь некоторые надписи. В частности, на обо- роте старых банкнот имелись подписи «благородного управляющего личными делами эмира», «благородного < екретаря» и не менее благородного «казначея великого I чсударства». Так вот, подписи этих сиятельных чинов- ников сменились другими. На банкнотах советской Бухары появилась надпись, ообщавшая, что они выпущены по постановлению Бу- |рского Центрального революционного комитета. Здесь я е располагались подписи новых должностных лиц — па шра (министра) финансов Бухарской Советской Рес- публики и Правительственного контролера. О
А. А. Щёлоков Два внешне не схожих знака разделены бурными событиями социально-экономических преобразований. И только текст, сохранившийся в центральном медальо- не, подчеркивал сохранявшуюся связь времен: «Печа- тано в благородной Бухаре. Кто произведет подделку этого, подвергнется наказанию, согласно священного шариата». Бухарский эмират был феодально-деспотическим мусульманским государством. Оно занимало часть тер- ритории современного Узбекистана, Таджикистана, Турк- мении и фактически являлось колонией царской Рос- сии. Октябрьская революция принесла эмирату государ- ственную независимость. Подчеркивая этот факт, пра- вительство России учредило в Бухаре свое политиче- ское представительство. Уже в марте 1918 года Россия заключила с эмиром Сейид-Алимханом мирный дого- вор. Однако Алимхан, опасавшийся за судьбу деспотии, стал налаживать тайные контакты с англичанами, кото- рые оккупировали Закаспийскую область Туркеста- на — нынешнюю Туркмению. В глубокой тайне из Бу- хары в стан интервентов выезжали представители эми- ра. В частности, роль посланников исполняли Мирза Салимбек Парвончи и Абдурауф Караван-беги. Они ве- ли переговоры о вступлении англичан в Бухару. Осенью 1918 года английский генерал Маллесон, возглавлявший британские интервенционистские силы в Средней Азии, направил к эмиру караван с оружием и боеприпасами. Вместе с караваном двигались десять британских офицеров, в обязанность которым вменя- лось стать военными советниками в войсках эмира. Алимхан торопил англичан с приходом, поскольку демократическое движение в эмирате нарастало. В фев- рале 1919 года вспыхнуло восстание в Шахрисабзе, в О
Увлекательная бонистика марте восстали Каракуль, Гинджуван, Вабкент; в апре- ле — Карши. 7 июля 1920 года эмир открыто разорвал отношения с Россией и Туркестанской Республикой. Он обнародо- вал указ, который призывал правоверных к газавату — священной войне против русских. Надо ли доказывать, что эти события всерьез обес- покоили Ташкент и Москву? Тем более что разведка со- общала об агрессивных замыслах эмира, направленных против России. 28 августа в Чарджуе (ныне Чарджоу) началось воо- руженное выступление рабочих. В пределах эмирата вспыхнуло восстание. Временный комитет восставших, который возглавлял Бяшим-Сардар, обратился за помо- щью к России. 2 сентября 1920 года штурмом была взята крепость Старая Бухара. Огнем артиллерии и ударами с воздуха подавили сопротивление цитадели, которая обороня- лась за стенами в десять метров высотой и пять метров толщиной. Эмир бежал на юг, под защиту англичан. 7 ноября 1920 года полномочный представитель Рос- сии при правительстве Бухарской Советской Республи- ки объявил о признании ее Москвой. Заключая союзный договор, правительство России безвозмездно передало бухарскому народу все принад- лежавшие России по праву собственности земли, город- ские участки, заводы, фабрики, строения, расположен- ные в пределах эмирата. Верховной властью в Бухаре был объявлен Всебу- харский курултай. В промежутках между его сессиями власть осуществлял Центральный исполнительный ко- митет курултая. Исполнительная власть принадлежала Совету народных назиров (министров). Боны Бухары интересны своими надписями и сим- воликой, в которых хорошо просматриваются и тради- ции Востока, и новые веяния, принесенные революцией. О
А. А. Щёлоков На денежных знаках Бухары государственная при- надлежность обозначалась довольно примитивными изображениями герба. В его состав в некоторых вари- антах входили урак (среднеазиатский серп), перекре- щенный с колосом. В других случаях в нем присутствуют пятиконечная звезда, стебли джугары (среднеазиатско- го злака), перекрещенные заступ и кетмень (азиатская тяпка). Можно увидеть иногда и традиционный для ис- ламских стран полумесяц. Все это свидетельствует, что изображения не были строго зафиксированы каким-ли- бо законодательным актом, а зависели от квалифика- ции и вкуса художников. Интересно проследить и те изменения, которые ка- саются полиграфического оформления денежных зна- ков. Поначалу купюры печатались примитивным спосо- бом с применением обычных масляных красок. Они имели значительные отклонения в тонах, детали рисун- ка получались неодинаковой толщины и т.д. Номера на знаки кассиры проставляли вручную, используя при этом чернила разных цветов. По мере укрепления союзнических и экономиче- ских отношений БНСР и РСФСР положение в денеж- ном производстве менялось в лучшую сторону. С 1922 года на знаках Бухары появился унифициро- ванный герб республики. В центре окружности помещено изображение пучка стеблей хлопчатника с коробочками. На стебли нало- жен урак — среднеазиатский серп. Внизу в декоратив- ном свитке надпись арабской вязью: «Бухарская Народ- ная Советская Республика». По мере укрепления полиграфической базы бухар- ской экспедиции по заготовке государственных бумаг в обращение стало поступать все больше знаков, отпеча- танных типографским методом с применением денеж- ной бумаги с водяными знаками. Немалый интерес представляет сегодня довольно 0
Увлекательная бонистика редкая купюра достоинством в 1000 рублей. Она отпе- ч.пана на плотной бумаге лиловой краской с высоким качеством в 1922 году. Известен интересный знак с опечаткой. Он выпу- щен в ходе деноминации, когда знаки старого образца обменивались на новые в соотношении 100 рублей ста- рыми за один рубль новыми. Однако на банкноте номи- налом в пять рублей ошибочно указано «5000 рублей» вместо положенных 500 рублей. Денежные знаки Бухары весьма красочны и экзо- тичны. Почти сразу после их появления коллекционеры стали называть новые банкноты «ковриками». Сегодня «коврики» — весьма редкие экспонаты в коллекциях бонистов и краеведческих музеев. Самое интересное, что найти эти знаки у коллекционеров в России куда проще, нежели в Средней Азии. Увидят ли потомки со- временных узбеков и таджиков эти деньги лет через двадцать — никто уверенно сказать не сможет. Редкая банкнота Бухары. 1000 рублей. 1922 г. Мы учимся беречь природу, окружающую нас сре- ду. Учимся, но пока успехов на этом поприще не так уж н много. Но разве свидетельства материальной культу- О
А. А. Щёлоков ры не та же среда, в которой мы проживаем? Ломая па- мятники, уничтожая кажущиеся ненужными нам сего- дня книги, не умея сохранять вышедшие из обращения деньги — не наносим ли мы тем самым вред себе и бу- дущим поколениям? Не пора ли научиться собирать и беречь все, что связано с историей страны, что расска- зывает о ее бедах и достижениях, о ее славе и утерян- ном величии? Шелковая радуга Хивы Наши встречи с чужими деньгами бывают порой са- мыми неожиданными. Однажды, в первые послевоенные годы, в Хиве на базаре я увидел бродячего фокусника. Вокруг шумела пестрая толпа. Люди толклись, гомо- нили на разных языках и наречиях. Кому что надобно, кто что искал, постороннему нельзя было ни понять, ни угадать. На восточные базары часто идут совсем не так, как мы привыкли идти в магазины. Здесь, прежде чем что-то купить, даже если требует- ся только головка лука, человек не сразу идет к торгов- цам овощами. Он сперва обойдет все ряды, оглядится, приценится. Он посмотрит на горы оранжевой кураги, загорелого винограда гелин-бармак; помнет в руках ли- ловые листья душистой мяты, разложенной перед зе- ленщиком; понюхает стручки жаркого перца, вдохнет запахи шафрана и тмина; подержит, будто взвешивая, и звонко похлопает ладонями по гладкой коже увесистый арбуз; с видом знатока поговорит с продавцом о досто- инствах знаменитых азиатских дынь. Он похвалит зна- комые любому мальчишке вкусные андаляки; сравнит аромат душистой гуляби с медовой пряностью ширин- печак; сопоставит вкусовые качества дыни гурвак с дос- ф
Увлекательная бонистика нтпствами каракиз. Потом, обходя ряды, как не задер- । <iться возле факира, как не попытаться угадать, из ка- i-oro рукава он достанет неожиданные предметы, осо- бенно если рукава закатаны по самый локоть? Остановился возле факира и я. А тот, надо сказать, работал удивительно весело и вдохновенно. Он улыбал- < я собравшимся вокруг него людям, всем своим видом показывая, что настоящая ловкость рук не боится стро- гого народного контроля, что можно дурачить самых больших хитрецов даже на виду у товарища милиционе- ра, пришедшего на базар из райотдела. Оглядев зрителей, факир почему-то выбрал меня, подошел вплотную и протянул на ладони оранжевую тряпицу. — Кара, мана. Смотри, вот... Я взял шелковый лоскут в руки. Разглядел, что он с обеих сторон исписан арабской вязью. Но даже тогда не сразу понял, что держу в руках денежную купюру — столь необычна она была с виду. Лишь значительно позже узнал, что в Хиве после ре- волюции обращались «шелковки» (шелковые деньги) — «хивинки». И это была одна из таких банкнот. — Беш мын манат, — сказал факир, — пять тысяч рублей. Верно? Я не встречал «шелковок» ранее и потому согласил- ся, что вижу написанную на шелке цифру «5000». Взяв у меня купюру, факир скатал ее в трубку, за- жал в кулаке, сделал несколько пассов руками. Потом вдруг вскинул их вверх, тряхнул кулаками, будто сби- вал воду, и разжал пустые ладони. Затем он снова сжал кулак, сделал несколько движе- ний и вдруг из маленькой щелочки между пальцами < тал вытаскивать легкие платки — красный, синий, желтый, оранжевый... С тех пор всякий раз, разглядывая удивительные деньги Хорезма, я невольно вспоминаю разноцветье
А. А. Щёлоков шелковой радуги в руках факира на старом хивинском базаре. Родились шелковые денежные знаки еще до рево- люции в Хивинском ханстве. Это государственное об- разование располагалось в центре Средней Азии. С се- вера его естественным пределом служили воды Амуда- рьи. С юга граница по пескам Каракумов отделяла ханство от Закаспийской области Туркестанского края, с востока — от Бухарского эмирата. Население, не дос- тигавшее и одного миллиона человек, сосредоточива- лось в оазисах, где в достаточном количестве имелась пресная вода, — в Хиве, Ургенче, Ходжейли. Город Хива — центр ханства — в те времена выгля- дел обычной среднеазиатской крепостью. Для путника, пересекавшего Каракумы, измученного жарой и пре- вратностями нелегкого пути, Хива вырастала из раска- ленного песка как мираж, залитый солнцем. Уже изда- лека виднелись в мареве раскаленного воздуха округ- лые купола мечетей, тонкие свечи минаретов. Они упирались в небо, чтобы голоса мулл, звавших право- верных на молитву, были слышны и самому аллаху. В наружный город — Дишан-калу, обнесенный сплошной стеной, с разных сторон вели десять ворот. Как во всех средневековых городах, ворота эти имели собственные имена. Шихлар-дарбаза — Ворота шейхов, Гадайлар-дарбаза — Ворота нищих... Самые красивые ворота, башни-вереи которых вен- чали голубые купола, открывали дорогу в Ургенч и на- зывались Кушан-дарбаза — Двойные. Писатель В. Ян посетил Хиву в начале двадцатого ве- ка. Он оставил интересные путевые заметки о своих азиатских путешествиях. «После того как русские войска в 1873 году вступили в Хиву, — сообщал писатель, — они убрали головы каз- ненных, торчавшие на кольях перед ханским дворцом, освободили рабов и положили конец работорговле, пре-
Увлекательная бонистика кратили деятельность множества разбойничьих шаек, нападавших на мирных земледельцев и грабивших кара- ваны, и для населения Хивинского ханства наступила пора мирной жизни. Номинально Хива оставалась под властью своих феодалов, но в ней появились представители русской администрации, военные, купечество, а кое-где — рус- ские переселенцы. Сыновья богатых и знатных хивин- цев отправлялись на учение в Петербург, хивинцы ста- ли служить в русской армии. Внешне облик Хивы мало чем изменился. Ко времени моего приезда это был маленький гряз- ный и пыльный город с лабиринтом узких кривых улочек, состоявших из одних стен, не имевших окон и выводив- ших на пустыри, базары и кладбища, окруженные осы- павшимися рвами и разваливавшимися глинобитными стенами с башнями и воротами. В городе насчитывалось примерно десять тысяч жителей, десяток ханских дворцов, полсотни мечетей и медресе, несколько караван-сараев и множество ба- зарных лавок, мастерских ремесленников, торговых складов». В. Ян побывал в гостях у Сейида Мухаммеда Рахим- хана. Писатель оставил интересные заметки об этой встрече. Хан жил во дворце, окруженном высокой стеной с башнями и воротами в них. Внутри крепости размеща- лось скопище одноэтажных домиков, соединенных ла- биринтами переходов, с множеством дверей, возле ко- торых стояли мрачные воины в восточных одеждах, со старинными винтовками и саблями. Хан, принимая гостя, сидел на стопке квадратных верблюжьих кож, выделанных до мягкости замши. Они лежали на небольшом кубическом возвышении, похо- дившем на стол, слепленный из глины. Писателю объяснили, что стопка кож — настоящий 4 Щелоков А. 0
А. А. Щёлоков трон потомка Чингисхана. Этот завоеватель не возил с собой трон в походы, хотя на родине имел золотой. Он считал, что истинный воин должен иметь сиденьем только потник седла. Выполняя завет Чингисхана, хан хивинский изображал, что «всегда готов выступить в поход для защиты родины и мусульманской веры». Впрочем, выродившиеся от безделья властители Хивы не могли к тому времени защитить даже себя. Довелось Яну побывать и у наследника престола Ис- фендиара-тюря. Он сменил на троне Сейида Мухамме- да и через двадцать лет был зарезан на стопке тех са- мых верблюжьих кож, которые служили ему троном. Узурпатором, свергшим Исфендиара, стал предво- дитель небольшого туркменского племени Курбан-Ма- мед. Собрав конный бандитский отряд, он поначалу грабил караваны, потом объявил себя Джунаид-ханом и двинулся на Хиву. Ему удалось взять город. Спасло по- ложение хивинского хана вмешательство царских войск, которые изгнали Джунаида в пески и позволили Исфендиару остаться еще на некоторое время на троне. Только после революции Джунаид спровоцировал убийство Исфендиара и посадил на его место марионет- ку — С ейид-Абдуллу. Первые собственные денежные знаки в Хорезме — манаты — были выпущены именно при последнем пра- вителе Хивы — Сейид-Абдулле. Это был человек ни- чтожный, мелкий, ко всему завзятый терьякеш — нар- коман, пристрастившийся к употреблению опиума. Тем, кто не знает арабской письменности и узбек- ского языка, манаты дадут немного информации. Един- ственное, что легко на них разобрать, — это номинал, который продублирован привычными для нас цифрами. В феврале 1920 года в Хиве произошла революция. Хан Сейид-Абдулла отрекся от престола. Возникла Хо- резмская Народная Советская Республика (ХНСР). Пер- вые денежные знаки ХНСР — «шелковки» — подписа- 0
Увлекательная бонистика ны председателем Совета народных назиров Хаджи Палваном Ниязом Юсуповым. Этот деятель был лиде- ром партии младохивинцев, а до революции служил приказчиком у начальника ханской канцелярии — ди- ван-беги Хусаин-бека. Знал русский язык. По торговым делам посещал Москву, Петербург, Нижний Новгород. В результате политической борьбы и под влиянием внутренних интриг Юсупова переизбрали. Его место занял новый председатель Совета народных назиров — Ибнаминов. 13 сентября 1920 года правительства РСФСР и ХНСР подписали союзный договор. В нем объявлялось, что Россия считает уничтоженными все договоры и согла- шения, которые были ранее навязаны царским прави- тельством хивинскому хану. Обе республики договори- лись о предоставлении равных политических прав своим гражданам как на территории РСФСР, так и Хорезма. Россия брала на себя одностороннее обязательство ока- зывать помощь хивинскому народу в борьбе с негра- мотностью, послать в ХНСР инструкторов, учебные по- собия, литературу, наладить типографское дело. Россия также предоставила Хиве единовременную субсидию в размере 50 миллионов рублей. Сегодня денежные знаки Хорезма сохранились в незначительном числе. Особенно мало их осталось в хо- рошем состоянии. Поэтому для начинающего коллек- ционера самое опасное — начинать знакомство с деньга- ми ХНСР, сопоставляя их с другими подобными. «Хи- винки» вряд ли выдержат сравнение, даже если разло- жить рядом примитивные выпуски соседней Бухарской республики. Поэтому рассматривать «хивинки» стоит отдельно от всех прочих банкнот. Сравнения допустимы чуть позже, когда вы откроете для себя строгую стройность рисунка хорезмийских графиков, богатство художест- венного замысла, проступающее сквозь паутину ужас- 0
А. А. Щёлоков ной бедности изобразительных средств и убогости по- лиграфической базы. Да и откуда всему этому было взяться в стране нищей, отсталой? О многом может рассказать и бумага денежных зна- ков. После того как иссякли запасы халатной шелковой ткани, на которой печатались первые выпуски хорез- мийских денег, назират финансов дал разрешение ис- пользовать кагаз — бумагу. А где было взять ее, столь привычную для нас — гладкую, прочную, хрустящую, да еще с водяными знаками? Такой в республике не имелось. Потому все, что попадало в типографию, шло в денежное производство. Элемент графического оформления хорезмийских денег — подписи должностных лиц. Некоторые купюры отпечатаны на бумаге верже — достаточно плотной, удобной для рисования. Ее отлича- ют водяные знаки в виде тонких светлых линий — струн. Печатались деньги и на сероватой и желтой бу- маге, удобной для заворачивания покупок. Наконец, в дело шли даже тетрадные листы, разлинованные в ли- нейку. Тем не менее стоит обратить внимание, с какой лю- бовью и тщанием разрабатывали художники оформле- ние знаков республики. Ислам категорически запрещал рисовать живых су- ществ. Строгость запрета подкреплялась страхом нака- зания. Считается, что в Судный день аллах призовет
Увлекательная бонистика скульпторов и художников к ответу. И повелит каждо- му оживить свои творения. Конечно, этого никто сде- лать не сумеет. Тогда за самоуверенность и попытки со- ревноваться с аллахом все нарушители будут обречены на вечные муки. Рисунки (слева направо): Советский Хорезм. Хорезмский Совет. (Правая сторона — зеркальное отображение левой.) Хорезмская Советская Республика. (Левая сторона — отражение правой.) Хорезмская денежная экспедиция. Хива издавна отличалась фанатичной строгостью властей в отношении соблюдений религиозных правил. Так, в Ташкенте, Бухаре, Фергане, Самарканде право- верным не возбранялось носить чалму по собственному усмотрению. А вот в Хиве следили за тем, чтобы этот головной убор надевали только служители культа. И де- нежные знаки, выходившие здесь, не должны были на- рушать требований шариата. Именно поэтому в руках оформителей главным средством изобразительных ре- шений стали алфавит и орнамент. Обратим внимание на две из четырех приведенных выше арабесок, которые человеку непосвященному ка- жутся простыми декоративными деталями оформления купюр. На самом же деле — это тексты. Во второй слева виньетке читается только левая часть рисунка, в третьей — правая. Поскольку компози- ция создана методом зеркальной развертки, то нечитае- мая часть служит лишь для симметрии. Так художник- каллиграф сумел использовать для создания интерес- ной композиции буквы арабского алфавита.
А. А. Щёлоков Потребности в большом количестве знаков малых номиналов создавали трудности при их печати на мало- производительном оборудовании. В результате возни- кали разновидности неожиданного характера. Напри- мер, на 25-рублевых купюрах 1922 года слово «рублей» на лицевой стороне набрано тйпографским шрифтом с использованием разного сочетания строчных и пропис- ных букв. Это образовало такие варианты начертания слов: «рублей», «руБлей», «руБЛей» и «рубЛей». Много и других, часто забавных различий. Найти и собрать все денежные знаки Хорезма — де- ло весьма непростое. Они утрачены, износились в рабо- те, не привлекли внимания тех, у кого оставались. За- чем человеку, получившему в руки банкноту, прекрасно изданную на современной полиграфической машине, хранить купюры, отпечатанные на тетрадной бумаге? А ведь все потому, что мы не умеем собирать и сбе- регать материальные свидетельства собственной исто- рии и культуры — неважно, связаны ли они с радостны- ми или мрачными страницами. Оглянемся вокруг себя и увидим — монументальные памятники ломают из-за идеологических разногласий, скульптуры, картины, книги уничтожают в силу низкой культуры и нетерпи- мости к чужой вере, чужим убеждениям. В Республике Узбекистан, которую мы некогда на- зывали «солнечной» и «братской», происходит ныне стирание всего, что связано с русской культурой. Рост национального самосознания определенные круги здесь увязывают не с расширением границ культурного общения, а с приверженностью тому, что напоминает о некоем историческом величии собственного народа. Так, идеалом, на который сегодня должен равняться уз- бек, стал кровавый завоеватель Тимур. Конечно, выбирать для себя идеалы — дело самих узбеков, но придет время, когда кому-то станет стыдно,
Увлекательная бонистика что в «солнечной» стране даже в музеях нет того исто- рического материала, который удалось собрать музеям, частным коллекционерам России и других стран. А ведь уже теперь «шелковки» Хивы на международном ну- мизматическом рынке идут не менее чем по 300 долла- ров за экземпляр. Что будет завтра? Неиссякающий поток фальшивок Выпуск в России государственных ассигнаций сразу же всколыхнул скрытые «таланты» преступного мира, который бросился осваивать новое поприще. Повод на первых порах дало само правительство. Не имея доста- точного опыта, русские банкиры ввели в серию ассиг- наций номиналы в 100, 50, 75 и 25 рублей. То, чего не предугадали учредители, быстро заметили злоумышлен- ники. Ведь если искусно переделать двойку в цифре «25» на семерку, то номинал знака сразу возрастет в три раза. Быстро нашлись «специалисты», которые не стали откладывать дело в долгий ящик и начали перери- совывать двадцатипятирублевые бумажки в семидеся- типятирублевые. Дабы не вводить население в искушение и избавить его от лукавого, правительство упразднило одну из ку- пюр. 20 июля 1771 года, то есть всего три года спустя по- сле введения в России бумажных денег, последовал указ о прекращении выпуска ассигнаций достоинством в 75 рублей. Заметим, что с тех пор так и повелось — в русской денежной системе долгое время находились 25-, 50- и 100-рублевые знаки, а 75-рублевых не было. Однако изменение номиналов бумажных денег не помогло остановить фальшивомонетчиков. 27 октября 1794 года был широко обнародован указ, затем вошед- ший в Полное собрание законов Российской империи.
А. А. Щёлоков В нем сообщалось, что «отставной морских батальонов капитан Фейденберг и бывший в иностранной службе подпоручик барон Гумпрехт за изготовление фальши- вых ассигнаций лишены чинов и дворянского достоин- ства, затем публично в С.-Петербурге заклеймены под виселицей: каждому на обе руки первыми буквами слов «Вор и сочинитель фальшивых ассигнаций». Первона- чальный смертный приговор «сочинителям» заменили ссылкой в Нерчинск на каторжные работы. Однако ка- питан и подпоручик-барон не стали последними, кто подделывал деньги. Шествие ассигнаций по стране со- провождалось историями о фальшивомонетчиках. О не- которых из них мы еще вспомним. Впрочем, думать, что только наши соотечественники умели делать фальшивки, было бы ошибкой. Этим про- мыслом занимались, да и поныне занимаются ловкие люди во многих государствах. В начале XIX века Англию буквально захлестнула волна поддельных денег. Королевское правительство объявило фальшивомонетчикам настоящую войну. За 13 лет было повешено около 20 человек, сотни попали на каторгу и в тюрьмы. В 1819 году Общество искусств сделало заявление, что в Англии не менее 10 тысяч че- ловек способны изготовить банкноты отличного качест- ва. Дошло до того, что французы, взятые в плен в напо- леоновских войнах, делали фальшивки, находясь в за- ключении. Некий Джордж Круикшенк выпустил в Лондоне са- тирическую банкноту в знак протеста против смертной казни фальшивомонетчиков. На лицевой стороне в ме- дальоне, образованном корчащимися преступниками, он поместил символическое изображение Британии. Над ним — оскаленный череп, а ниже — пеньковую ве- ревку с петлей. Основную часть «банкноты» занимало изображение виселицы с одиннадцатью повешенными.
Увлекательная бонистика Внизу находилась надпись: «Джек Кэтч». Это было имя известного всей Англии палача. Когда Круикшенк стал продавать сувенирные банк- ноты на улице, лорд-мэр Лондона послал полицию, что- бы разогнать толпу, собравшуюся на месте торговли. Особенно быстро пополняются ряды фальсификато- ров денег в смутное время, когда происходит ослабле- ние государственной власти или, наоборот, возникает многовластье. «25 рублей холячею монетой» Когда Наполеон задумал нападение на Россию? Ко- гда он начал прямую подготовку к агрессии ? Историки чаще всего называют дату — 1811 год. «Есть точные указания, — писал историк-академик Е. Тарле, — что впервые не только размышлять вслух о войне, но и серьезно изучать этот вопрос Наполеон на- чал с января 1811 г., когда ознакомился с русским тамо- женным тарифом. Этот тариф очень повышал пошли- ны на ввоз в Россию вин, шелковых и бархатных мате- рий и других предметов роскоши, которые являлись главными предметами французского импорта в Россию. Наполеон протестовал против этого тарифа... Тариф остался». Примерно в то же время по воле императора нача- лась подготовка к тайной экономической войне против России. И начало ей положили события, организован- ные по лучшим канонам детективных романов. В начале 1810 года в скромное жилище гравера во- енного картографического ведомства Франции мсье Лаля постучался незнакомец. Открыв дверь, Лаль уви-
А. А. Щёлоков дел человека, кутавшегося в плащ, в шляпе, надвинутой на глаза. — Мсье Лаль? Я не ошибаюсь? — спросил таинст- венный незнакомец. — Не соблаговолите ли выслушать меня наедине? — Пожалуйста. Они прошли в комнату. Не раздеваясь, незнакомец присел на предложенный ему стул и заговорил: — Насколько я знаю, мсье Лаль, вы гравер. — Да, мсье, — отозвался хозяин дома. — Я наделен некоторым умением в этом деле... — Мне нужно срочно снять копию с одного доку- мента, — сказал незнакомец. — Точную печатную ко- пию с печатного текста. Поскольку документ иностран- ный, могут быть трудности. — Мастера трудности не пугают. — Мсье Лаль ста- рался выглядеть человеком, который знает себе цену. — Конечно, если специалист заранее знает, какие плоды принесут его старания. Незнакомец вынул кошелек и стукнул им по крыш- ке стола. — Для меня, мсье, важно высокое качество. Будет качество — плоды ждать себя не заставят. Добрые плоды... Аванс оказался солидным. Вдохновленный блеском золотых наполеондоров, гравер взялся за труд. Надо отдать должное искусству Лаля — был он мас- тером высшей квалификации, и в этом нам еще пред- стоит убедиться. Через неделю заказ был выполнен. Пришедший за ним заказчик долго и придирчиво рассматривал све- женький оттиск документа, даже достал из чехла лупу. Он сличал букву за буквой, разглядывая то оригинал, то копию. Наконец, окончив осмотр, встал: — Поздравляю, мсье Лаль! Вы просто волшебник. Все идеально. Вы согласны выполнять мои заказы?
Увлекательная бонистика — Да, мсье. Только бы они не шли вразрез с зако- ном. Я служу по военному ведомству, и моя репутация... — О, мсье Лаль! — Незнакомец весело засмеялся. — Будьте уверены, деньги Франции подделывать вам не придется... Теперь засмеялся и сам Лаль. — Я представляю Особое отделение тайного кабине- та Его Императорского Величества, — продолжал не- знакомец. — Это вам о чем-нибудь говорит? — О, конечно, мсье. Хотя не представляю, какие за- казы у вас могут быть ко мне. — У нашего комитета заказы особые и секрет- ные, — последовал ответ. — Поэтому о каждом из них будем говорить на месте. В министерстве полиции, мсье Лаль. Пусть вас это не пугает. Вы готовы проехать со мной? Тогда в путь. Вдвоем они сели в экипаж с поднятым верхом, кото- рый уже ожидал их на улице. — Монпарнасский бульвар! — коротко приказал не- знакомец. Сытый конь, высекая из булыжников мостовой ис- кры, рванулся резвой рысью. Позднее Лаль оставит воспоминания. Наверное, их можно назвать уникальными. Дело в том, что фальши- вомонетчики обычно не любят света: они работают в подполье, а скопив денег, если удается отойти от дел, стараются помалкивать, откуда у них капиталы. Сделай Лаль хоть один фальшивый билет француз- ского банка — его бы мигом отправили на гильотину. Император строго пресекал подобного рода преступле- ния. Лаль законов Наполеона не преступал. Он делал фальшивые деньги, но они были английскими и рус- скими. Лаль являлся фальшивомонетчиком, так сказать, на ф
А. А. Щёлоков «законной» основе. Он изготавливал денежные знаки не для себя, а для казны Его Императорского Величест- ва на цели тайной войны. На Монпарнасском бульваре, в здании, принадле- жавшем полицейскому ведомству, располагалась сек- ретная типография. Ее возглавлял брат личного секре- таря императора, некий Фен. Здесь на специально изго- товленной бумаге с клише, подготовленных Лалем, печатали ассигнации. В той же мастерской, в глухой кладовке, новенькие купюры «старили». Изощренные умы полицейского ве- домства изобрели такую методику: на толстый слой уличной пыли (кто-то сметал и таскал ее сюда!) бросали новенькие купюры, потом специальной кожаной мет- лой гоняли их из угла в угол. После такой обработки, писал Лаль, ассигнации «выглядели так, словно прошли уже через многие руки». Надо ли доказывать, что подделка одним государст- вом денег другого это уже война, пущены ли купюры в обращение или нет. Двинув «великую армию» на Россию, Наполеон за- брал печатную машину с собой. Теперь уже никто не «старил» фальшивки. Их печатали, упаковывали в тюки и везли за собой со специальной охраной. Фальшивки внедрялись в денежное обращение раз- ными методами. Ими, например, населению оккупиро- ванных российских территорий платили (конечно, там, где не взяли силой) за приобретение фуража, продо- вольствия, за услуги. Таким образом, определенную часть затрат на содержание армии император Наполеон покрывал за счет ловкости рук деятелей особого отделе- ния своего тайного кабинета. Оценить размах тайных денежных операций рос- сийскому правительству удалось не сразу. Факты о фальшивых ассигнациях накапливались постепенно, и
Увлекательная бонистика источник их происхождения выявился лишь при отступ- лении захватнической армии. Вот лихим наскоком эскадрон русских драгун смял и заставил бежать арьергард отступавших французов. Через полчаса егеря уже осматривали трофеи. Один солдат полоснул ножом рогожный тюк, лежав- ший на брошенной противником фуре. Лошадей фран- цузы успели распрячь и ускакали на них. — Робяты! Гляди-кось! Сигнации! Солдаты с удивлением увидели, как сквозь разре- занную мешковину на свет выперли деньги, спрессо- ванные в толстые пачки. Подскакал офицер. Спросил: — Что тут у вас, братцы? — Деньги, ваше благородие. — Унтер доложил, вскинув ладонь к шапке. — Ну-хоть, покажи. — Вот, ваше благородие, — протягивая бумажку, взятую из тюка, сказал солдат. — Глядите, мешок. — Мешо-ок! — передразнил унтер. — Тоболец он, ваше благородие. Двадцать пять рублей сиганциями по- тобольски — мешок. — Знаю, братец, — усмехнулся офицер. — Бывал на Тоболе. Два ста с мешком — это двести двадцать пять. Так? — Так точно! — обрадованно доложил солдат. — По-нашенски. Только их, сигнаций, здесь на самом деле мешок. Офицер, нагнувшись с седла, поднял край мешкови- ны. Подумал немного, не сумев сразу понять, откуда и почему в фуре столько денег. Потом принял решение: — Поставь караул, Шапкин. И чтобы ничего не про- пало. Некоторое время спустя в полковом штабе офицеры рассматривали привезенную ассигнацию.
А. А. Щёлоков — Она подложная, господа, — объявил громко по- жилой капитан с крестом офицерского Георгия на мун- дире. — Гнусная фальшивка... — Не может быть! — воскликнул поручик, привез- ший купюру. — Я видел там их целый куль. — Что ж, — сказал капитан и засмеялся. — Метните карту, поручик. Проигрыш я заплачу вам холячею моне- тою... — Простите, господин капитан, не уразумел. — А вы потрудитесь прочесть вот это. Только как следует. — Капитан протянул ассигнацию поручику. Купюра пошла по рукам, но теперь ее разглядывали с пристрастием, и все увидели то, чего раньше не заме- чали. В тексте ассигнации были ошибки. Давайте и мы вчитаемся в текст купюр, сохранив- шихся в коллекциях. Для печатания фальшивых 25-рублевых — самых массовых российских ассигнаций — в подпольной фран- цузской мастерской было изготовлено по меньшей ме- ре четыре типа печатных форм. Они отличались друг от друга характером ошибок в тексте. Как известно, на подлинных ассигнациях он читался так: «Объявителю сей государстве- нной ассигнации платитъ асси- гнационный банкъ двадцать пять рублей ходячею монетою». Первое фальшивое клише содержало ошибку в сло- ве «государственной». Копируя букву «д», в силу незна- ния русского языка гравер придал ей форму «л». В ре- зультате слово читается как «госуларственной». Второе клише имело ошибку в слове «ходячею». По той же причине мсье Лаль заменил букву «д» на «л». Читается: «холячею». Третье собрало обе ошибки вместе. Читается «госу- ларственной» и «холячею».
Увлекательная бонистика Объявителю сей государстве- нной АССИГНАЦИИ ПЛАТИТЬ АССИ- ГНАЦИОННЫЙ БАНКЕ ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ РУБЛЕЙ ХОДЯЧЕЮ МОНЕТОЮ '1В441ЫТЬ ИЯ'Щ Образец денежной фальшивки, произведенной в тайной типогра- фии Наполеона. Четвертое клише ошибок не имело. Известны фальшивые купюры, датированные 1803, 1806, 1807, 1809, 1810 и 1811 годами. Главным отличительным признаком подделок явля- ется характер подписей на купюрах. На подлинных должностные лица расписывались собственноручно с помощью гусиного пера и железистых чернил. Попадая на бумагу, чернила несколько расплывались, а сами подписи приобретали рыжеватый оттенок. На фаль- шивках подписи сделаны методом гравирования, как и остальной текст. В результате факсимиле выглядят ров- ными по черноте и четкими в линиях. — Так мечите карту, поручик. Проигрыш — холя- чею монетою. За счет фальшивомонетчиков Наполеона Буонапарте. — Господа, — взволнованно воскликнул молчавший дотоле корнет, — Наполеон — дворянин, император — и фальшивые деньги. Это чудовищная клевета! — Не горячитесь, корнет, — сказал капитан. Его об- ветренное, задубленное лицо было суровым. — Наив- ная вера в благородство императоров...
А. А. Щёлоков — Господин капитан! Я не позволю! — Голос корне- та звучал истерически. — Священные особы... — Вот именно, священные особы. — Капитан слов- но не обратил внимания на тон корнета. — Я был при дворе Людовика XVIII в Митаве. Он жил на подаяния императора Павла. И вот там граф д'Аваре показывал мне фальшивые ассигнации. Их с благословения самого короля печатали в Англии его сторонники — роялисты. И граф показывал мне фальшивки с гордостью. Вот, мол, мы какие находчивые... Да, так было. В 1790 году Национальная ассамблея молодой Французской республики выпустила бумаж- ные деньги — ассигнаты. А уже год спустя с печатных станков подпольных типографий сошли свеженькие фальшивки. Сторонники богом данного Франции, а за- тем свергнутого французским народом короля — Людо- вика XVI доставляли подделки из Англии во Францию. С одной стороны, за счет таких фальшивок финансиро- вались силы контрреволюции, с другой — подрывалась денежная система республики. Руководил тайным производством граф Пюще. В кон- це 1794 года в его мастерской работало 70 человек, про- изводя не менее одного миллиона ливров в день. Под эти уголовно наказуемые деяния роялисты под- водили своего рода теоретическую базу. Коли револю- ция самовольно присвоила себе королевское право вы- пуска денег, то ее ассигнаты — фальшивки. А вот фаль- шивки роялистов и есть подлинные деньги Франции! Логики в этих рассуждениях ни на грош, но какую глупость не сморозишь, чтобы хоть как-то оправдать се- бя в глазах собственных и тем более в глазах окружаю- щих. Когда в 1795 году войска генерала Гоша разгромили высадившиеся в Кибероне отряды роялистов, в числе трофеев было взято на 10 миллиардов ливров фальши- вых ассигнатов. Подрывные типографии работали про-
Увлекательная бонистика тив Французской республики в Англии, Италии, Швей- царии, в Нидерландах и на территории самой Франции. В том же 1795 году из-за катастрофического обесце- нения денег республика вынуждена была аннулировать ассигнаты. Историк Ж. Бушари, изучавший влияние де- нежных фальшивок на-экономику Франции, пришел к выводу, что массовый выброс фальшивок роялистами в большой степени спровоцировал инфляцию. Собирая факты, Россия также неопровержимо до- казала, что правительство императора Наполеона I за- нималось фальсификацией русских денег. Точкой в це- пи доказательств стал печатный станок, который окку- панты при поспешном отступлении бросили в Москве. Еще долгое время никому не нужный, он стоял в сто- рожке на Преображенском кладбище. Доказано было и то, что Наполеон выпускал фаль- шивые денежные знаки Австрии и Англии. Ассигнации образца 1786 года — редкие денежные знаки, и многие коллекционеры, особенно проживаю- щие на окраинах страны, порой их никогда не видели. Поэтому основные сведения о таких знаках черпаются из печатных источников. Любая публикация, появляю- щаяся в газетах и журналах, попадает в личное досье собирателей, и поэтому ошибки, появляющиеся в прес- се, закрепляются в памяти и повторяются со временем. Думается, есть резон напомнить о некоторых неточно- стях, которые дезориентируют собирателей. Одна из них связана с вопросом о качестве русских ассигнаций. С легкой руки некоторых исследователей оно признается невысоким, зато французские фаль- шивки объявляются знаками «высокого качества». Так, в одном из номеров журнала «Наука и жизнь» были приведены фоторепродукции ассигнаций — подлинной периода правления Павла I и фальшивой — наполео- новской. Внизу дан текст, который гласил: «Сравните общую сохранность ассигнаций, и павловской в частно-
А. А. Щёлоков сти; на фальшивой, благодаря большей упругости бума- ги, очень хорошо сохранились выдавленные медальоны, совершенно уже стершиеся на русской ассигнации». В той же статье есть фраза: «Любопытно, что из-за лучшего качества бумаги до нас дошло больше фальшивых ас- сигнаций, чем настоящих». Эти же аргументы в пользу «высокого качества» фран- цузских ассигнаций встречались и в других статьях. Выводы, которые сделаны авторами-бонистами, по- ражают своей некорректностью. Противопоставление качества двух знаков — подлинного и фальшивого — несмотря на наглядность, создаваемую фотографиями, не выдерживает критики. Да, подлинная купюра обор- вана по краям, от перегибов в середине образовались разрывы, а на фальшивой края обрезаны по линеечке и перегибов нет. Но давайте подумаем: подлинная банк- нота, воспроизведенная для сравнения, датирована 1798 годом, фальшивая — 1808-м. Каждый, кто держал в руках бумажные деньги, скажет, чем должны отличать- ся одна от другой ассигнации, чей возраст разделяет де- сять лет! Известно, что даже современные денежные знаки, вобравшие в себя весь опыт и достижения денежного производства, «работают» в среднем не более года. Сфе- ра обращения устраивает им тяжелые испытания. Тес- ные кошельки, прилавки рынков и кассы магазинов, пе- ресчеты в банке и опять путешествие по кошелькам — все это мнет, сгибает, вытирает, пачкает и обесцвечива- ет знаки, быстро их старит. Вполне понятно, что не лучшими были условия об- ращения и во время курсирования первых ассигнаций. Ценные бумажки прятали в шапках-треухах и даже в лаптях. Их держали в сундуках и за иконами, считали, поплевывая на пальцы. Убирая подальше, сгибали по меньшей мере в два-четыре раза. Надо также иметь в виду, что выпущенная в 1798 го-
Увлекательная бонистика ду ассигнация «работала» по меньшей мере до 1828 го- да, когда окончился начатый в 1818 году обмен старых знаков на билеты нового образца. Это утверждение строится на вполне естественном предположении, что ранее указанного срока действующая ассигнация (25 руб- лей — сумма по тем временам немалая) не могла быть положена в коллекцию. Более того, если бы это и случи- лось, то человек состоятельный мог выбрать купюру и поновее. Что касается наполеоновских фальшивок, то многие из них попали в коллекции не из обращения, а из кон- фиската. Посмотрите на сторублевые или даже тысяче- рублевые знаки модификации 2004 года в своем порт- моне. Много ли вы найдете среди них банкнот без пере- гибов пополам? Теперь решите, могла ли фальшивка 1808 года рождения после хождения по рукам остаться немятой? Не проще ли объяснять ее хорошую сохран- ность не отличным качеством бумаги и работы, а тем, что ассигнация оставалась у участников и очевидцев войны как память о лихих годах? Автору удалось просмотреть более пяти десятков русских ассигнаций в разных по полноте коллекциях. И этот просмотр не дает возможности утверждать каче- ственное превосходство наполеоновских фальшивок. Все действительные знаки хранят на себе следы пребы- вания в обращении, фальшивки — следы пребывания в коллекциях. Первые русские деньги производились на самом вы- соком техническом уровне своего времени. Чистая, дос- таточно плотная, износоустойчивая бумага. Филигранно выполненные «внутренние прописи». Хорошая печать. Все это — результат усердия, с которым относились к делу мастера денежного производства. Так, печатникам строго указывалось следить за тем, «чтобы водяные зна- ки не приходились вверх ногами, чтобы строки текста печатались прямо, чтобы штемпели ставились точно на 4^
А. А. Щёлоков своем месте». Поэтому мы вправе утверждать, что каче- ство русских ассигнаций было высоким, и не очень кор- ректно сравнивать их с фальшивками, даже француз- скими. Беспредел фальшивомонетничества В романе Михаила Булгакова «Белая гвардия» есть эпизод, рисующий разгул «фалыпування грошей» на Украине в период правления так называемой Директо- рии (1918 г.). Некий домовладелец Василиса, пользуясь моментом, сколачивал состояние. «Ночь. Василиса в кресле. В зеленой тени он чистый Тарас Бульба. Усы вниз, пушистые — какая, к черту, Ва- силиса! — это мужчина. В ящике прозвучало нежно, и перед Василисой на красном сукне пачки продолговатых бумажек — зеленый игральный крап: Знак державно! скарбниц! 50 карбованщв ходит нар!вн! з кредитовыми б!летами. На крапе — селянин с обвисшими усами, вооружен- ный лопатою, и селянка с серпом. На обороте, в оваль- ной рамке, увеличенные красноватые лица этого же се- лянина и селянки. И тут усы вниз, по-украински. И над всем предостерегающая надпись: За фалыиування карается тюрмою, уверенная подпись: Директор державно! скарбниц! Леб!дь-Юрчик... Василиса оглянулся, как всегда делал, когда считал деньги, и стал слюнить крап. Лицо его стало вдохновен- ным. Потом он неожиданно побледнел. — Фалыиування, фалыиування, — злобно заговорил он, качая головой, — вот горе-то. А? — Голубые глаза Василисы опечалились. В третьем десятке — одна. В чет-
Увлекательная бонистика вертом десятке — две, в шестом — две, в девятом под- ряд гпри бумажки, несомненно, таких, за которые Лебгдь- Юрчик угрожает тюрьмой. Всего сто тридцать бума- жек, и, извольте видеть, на восьми явные признаки фальшування. И селянин какой-то мрачный, а должен быть веселый, и нет у снопа таинственных, верных — перевернутой запятой и двух точек, и бумага лучше, чем леб!дивская. Василиса глядел на свет, и Леб1дь явно фальшиво просвечивал с обратной стороны. — Извозчику завтра вечером одну, — разговаривал сам с собой Василиса, — все равно ехать, и, конечно, на базар. Он бережно отложил в сторону фальшивые, предна- значенные извозчику и на базар, а пачку спрятал за зве- нящий замок». Допустим, что роман — не протокол следствия и пи- сатель вправе немного заострить ситуацию, преувели- чить ее. Но вот еще одно писательское свидетельство, относящееся к тем же временам. Пишет Константин Паустовский: «Когда давали сдачу в магазине, мы с не- доверием рассматривали серые бумажки, где едва-едва проступали тусклые пятна желтой и голубой краски, и соображали — деньги это или нарочно. В такие замусо- ленные бумажки, воображая их деньгами, любят играть дети. Любимый объект фальшивомонетчиков в годы Гражданской войны на Украине.
А. А. Щёлоков Фальшивых денег было так много, а настоящих так мало, что население молчаливо согласилось не делать между ними никакой разницы. Фальшивые деньги ходи- ли свободно и по тому же курсу, что и настоящие. Не было ни одной типографии, где наборщики и ли- тографы не выпускали бы, веселясь, поддельные петлю- ровские ассигнации — карбованцы и шаги. Шаг был са- мой мелкой монетой. Он стоил полкопейки. Многие предприимчивые граждане делали фальши- вые деньги у себя на дому при помощи туши и дешевых акварельных красок. И даже не прятали их, когда кто- нибудь посторонний входил в комнату». Это литературные свидетельства двух известных писателей, непосредственных очевидцев событий тех времен. Но есть и другие, строго официальные доку- менты, подтверждающие правдивость этих описаний. В августе 1919 года в городах Украины на-афишных тумбах, на стенах домов в городах и поселках появились печатные объявления. Поскольку их текст сохраняет дыхание той эпохи, приводим его полностью: «К населению Украинской Народной Республики. В последнее время в городах и селах Украины, в мага- зинах и на рынке появилось большое количество так на- зываемых ОДЕССКИХ денежных знаков в 50 (пятьде- сят) рублей, с литерами АО и номерами 210, 211, 212 и выше. Эти деньги, как выяснило Министерство финансов, были отпечатаны ДОБРОВОЛЬЦАМИ (деникинской Добровольческой армией. — А.Щ.) в городе Одессе, а может быть, и теперь еще печатаются, и Украинским Государственным Банком в обращение не выпускались. Поэтому все денежные знаки в 50 рублей, которые несут на себе знаки в виде «АО 210», «АО 211», «АО 212» и выше, которые были изготовлены по виду нашего зна- ка Государственного Банка в 50 рублей, Государствен- ным Банком признаются за фальшивые и с этого време-
Увлекательная бонистика ни ни кассами Банка или Казначейства, как и всеми кас- сами в платежи приниматься не будут. Министр Финансов Б. Мартос Директор Государственного Банка Яковенко Август 1919». Как видим, фальсификацией денег занимались не только обыватели на дому, но и воюющие стороны. Именно в тот период стали появляться на банкнотах «подписи доверия», когда, передавая деньги из рук в ру- ки, граждане заверяли их своими факсимиле. В коллек- циях есть купюры, поля которых сплошь исписаны фа- милиями. В мутной водице Гражданской войны фальшивомо- нетчики развелись не только на Украине. Куда больше их было в России, и в частности в Сибири. Писатель-дальневосточник Николай Наволочкин в книге «Дело о полутора миллионах» рассказал об одном прогремевшем в свое время фальшивомонетчике. Некий Абрам Шпилькин держал в селе Большой Улуй близ Ачинска пасеку. Считался человеком бога- тым, хозяйство его процветало, и, главное, у Шпильки- на всегда можно было получить заем под большие про- центы. В начале декабря 1919 года к пасечнику нагряну- ли полицейские власти. При обыске в доме, между печью и иконостасом, был обнаружен тайник. Из него извлекли пачки новеньких денежных обязательств кол- чаковского правительства номиналами по 250 рублей. Всего на несколько миллионов. В лесу на пасеке нашли печатный станок, нумера- тор, резак, запас бумаги. Выяснилось, что техническую часть фабрикации фальшивок взял на себя военноплен- ный венгр Ингоф — гравер и полиграфист. Отличились в России на поприще подделки денег и два ушлых японца — некие Инуое и Сосики. Они отпе- чатали 10 тысяч денежных знаков «сибирского прави- тельства» Колчака по 250 рублей достоинством каждый.
А. А. Щёлоков Замах был, как видим, сделан широкий. Японцы пользо- вались не акварелью и не тушью — они готовили фаль- шивки в солидной типографии. Но попались. Однако колчаковским властям пришлось посчитаться с тем, что японские оккупационные военные власти, установив- шие собственные порядки на Дальнем Востоке, своих подданных жуликов российскому правосудию решили не выдавать. Судили Инуое и Сосики в Японии. Первая инстан- ция — окружной суд в Вакояме был показательно строг. Не поняли вакоямские блюстители закона, что одно де- ло, если подделаны японские иены, другое — рубли. И приговорили фальшивомонетчиков к каторге. Тогда-то и начался фарс, в полной мере отразивший истинные взгляды правящих японских кругов, которые видели в Колчаке всего лишь марионетку. Инуое и Со- сики подали апелляцию в высшую судебную инстан- цию. Главный оправдательный мотив был такой: «Ом- ское правительство Колчака — не государство, а не- весть что. Если так, почему нельзя делать его деньги? Какие японские законы запрещают это?» Пересмотром дела занимался Осакский кассацион- ный департамент. Эксперты Министерства иностран- ных дел в законах Японии запрета на подделку денег колчаковской власти не нашли. Жулики были оправда- ны. В приговоре есть такие замечательные строки; «Ом- ское правительство не представляло Россию, не воз- главляло государственное целое и не являлось дружест- венным Японии государством, чьи интересы должны быть защищены, а потому обвиняемые не могут быть привлечены к ответственности за подделку иностран- ных денег». Было бы неверным представить дело так, будто кол- чаковские финансы подрывали одни японцы. Наши си- бирские «умельцы» работали не хуже. Советское правительство установило ответствен- ность за фальшивомонетничество еще в июле 1918 года,
Увлекательная бонистика когда принимался декрет о суде № 3. Главным призна- ком, по которому определяли подделки в то время, было отсутствие водяных знаков на купюрах. К сожалению, ста- тистических данных о количестве изъятых за период Гра- жданской войны фальшивок не имеется, да и вряд ли кто- то мог тогда вести такой учет в масштабах всей страны. Зато известно, что в другое, более позднее время, а именно с 1940 по 1944 год, в СССР число выявленных в обращении фальшивых банкнот составило всего 710 штук. В основном это были знаки, выпускавшиеся для подрыва советской экономики фашистской Германией. Можно не сомневаться, что в целом количество подде- ланных знаков было гораздо большим, но из-за трудно- стей экспертизы в военное время они просто остались невыявленными. Обнаружение фальшивок началось сразу после капитуляции фашистской Германии. Так, в 1945 году их «выловили» 244, в 1946-м — 2797, в 1947-м — 4419 штук. Государственная индустрия фальшивок Серая невзрачная купюра. Никакого обозначения государственной принадлежности. Текст исполнен по- русски. «ОДИН ЧЕРВОНЕЦ». Ниже уведомление: «Из- дано на основании положения об эмиссионном банке.
А. А. Щёлоков Киев. 1941». И сведения об «издателе»: «Эмиссионный банк». На обороте строгое предупреждение: «Подделка денежных знаков карается каторжными работами». Это один из самых загадочных денежных знаков пе- риода Второй мировой войны. Бонистам он известен как «киевский выпуск». Банкноты этого типа сохранились в самом малом ко- личестве, и цены на них у любителей достаточно высо- кие. Такими деньгами гитлеровцы планировали заме- нить на оккупированной советской территории денеж- ные знаки СССР, но, судя по всему, не в ходе самой вой- ны, а после окончательного разгрома Советского Союза. Поскольку фашистской армии достигнуть постав- ленной цели не удалось, «киевский выпуск» так и остал- ся в хранилищах рейха. Лишь небольшое количество знаков выпорхнуло наружу и попало в руки коллекцио- неров. Самые тщательные поиски, проведенные извест- ным немецким нумизматом доктором Келлером, не по- могли найти истоки фальшивых советских «червон- цев». Дело в том, что фабрику, печатавшую деньги в гитлеровской Германии, дотла уничтожили бомбарди- ровки союзников. Но гитлеровцы печатали не только знаки для заме- ны советских денег — они производили фальшивки, ко- торые забрасывали на советскую территорию для под- рыва денежной системы. И началась работа по подго- товке подрывного материала еще накануне войны. 18 мая 1941 года президент Германского имперского банка Вальтер Функ пригласил на совершенно секрет- ное совещание несколько доверенных лиц. Обсуждался вопрос об изготовлении денег, которые находились в обращении в СССР. Именно в указанный день Импер- ский банк Германии стал филиалом международного фальшивомонетничества, а его президента можно было смело назвать паханом преступной шайки.
Увлекательная бонистика Организуя выпуск фальшивых денег, Функ не опа- сался гестапо — государственной тайной полиции или крипо — криминальной уголовной полиции. Курировал тайную операцию лично начальник службы имперской безопасности Рейнгард Гейдрих. Всю практическую часть ее проведения он возложил на опытного гестапов- ского офицера Науйокса, который до того был прове- рен во многих грязных делах. В частности, Науйокс стал организатором нападения отряда эсэсовцев, переоде- тых в польскую военную форму, на радиостанцию в Глейвице. Эта провокация дала Гитлеру повод объявить в 1939 году войну Польше. Дело фальсификации банкнот Науйокс поставил с размахом. По всем тюрьмам и концлагерям Европы гес- таповцы собирали фальшивомонетчиков, граверов, пе- чатников, специалистов по бумаге и краскам. Неподале- ку от Берлина, в замке Фриденталь, под наблюдением гестапо было создано «химико-графическое предпри- ятие». Его возглавил гауптштурмфюрер Бернгард Крю- гер. По его имени вся деятельность шайки фальшивомо- нетчиков рейха получила кодовое название «Операция Бернгард». Во Фриденталь свезли собранных по местам заклю- чения специалистов. Граверы, химики, мастера бумаж- ного производства, печатники, художники, фотогра- фы — все включились в производство. А началось оно не с советских рублей, а с американских долларов и английских фунтов стерлингов. Фальшивомонетчикам удалось раскрыть рецепты производства специальной денежной бумаги и красок, не отличавшихся по качест- ву от настоящих. Изготовили они и нужные клише. Практическая часть операции — печатание купюр — велась в специальном блоке 18/19 концлагеря смерти Заксенхаузен. Блок в целях секретности был огражден металлической сеткой. Из этого блока живым никого не выпускали. Даже заболевших специалистов вместо ле-
А. А. Щёлоков чения уничтожали по дороге в медпункт. Эсэсовцы уме- ли заставлять других хранить тайны рейха. Первая продукция фирмы «Бернгард и К°» — фаль- шивые фунты стерлингов и доллары США — была вы- пущена в конце 1942 года. Банкноты подвергли строгой экспертизе и только после этого стали пускать в дело. Сбытом фальшивок занимался штандартенфюрер СС Федерико Швенд. Он лично разработал технологию вывоза нелегальной продукции из Германии. Вначале тюки с деньгами дипломатической почтой отправлялись в германские торговые представительства в нейтраль- ных странах. Оттуда немцы через свою агентуру пере- правляли фальшивки в страны, которые воевали против фашистов. Тайным финансовым агентам в порядке поощрения выплачивалась одна треть барышей, которые давал об- мен фальшивых купюр. На доходы от «Операции Бернгард» фашисты скупа- ли за границей золото, драгоценности, которые «на вся- кий случай» помещались в тайные хранилища за рубе- жами Германии. Фальшивыми деньгами гитлеровцы расплачивались и со своими зарубежными секретными агентами. Так, в оплату за шпионские услуги триста ты- сяч фунтов стерлингов получил один из наиболее ак- тивных и результативных агентов абвера (германской военной разведки) камердинер английского посла в Ан- каре некий Эльяс Базна — «Цицерон». После пораже- ния фашизма он остался у разбитого корыта с ворохом бумажек, которые никто не принимал в оплату. Банковские специалисты Англии и США довольно быстро обнаружили наличие фальшивых денег в обра- щении. Слишком много их было выброшено на рынок. За последние два года войны нацистские фальшивомо- нетчики откатали на печатных машинах в блоке 18/19 почти сто тридцать пять миллионов фунтов стерлингов. Тем не менее сведения о фальшивых деньгах держались
Увлекательная бонистика в секрете. Англичане боялись, что известие о существо- вании большого количества фальшивок в обращении подорвет и без того пошатнувшуюся финансовую сис- тему союзников. Только после войны, ликвидируя по- следствия деятельности немецких фальшивомонетчиков, английский эмиссионный банк изъял из обращения все купюры достоинством в десять фунтов стерлингов. Как показала история, ни на одном из этапов сйоей деятельности нацистские главари не отличались спо- собностями реально оценивать ход мировых событий. Осенью 1944 года, когда уже было совершенно очевид- но, что Германия стоит на пороге разгрома, Гитлер санкционировал создание так называемой «Альпийской крепости». В южной части Альф в районе Зальцкамергута, среди скал на участке в несколько десятков квадратных кило- метров началось создание фортификационных сооруже- ний. Комендантом «крепости» в горах, где намерева- лось «до лучших времен» отсидеться нацистское руко- водство, был назначен подручный Гиммлера Э. Каль- тенбруннер. Шеф гитлеровских диверсантов Отто Скорцени обеспечивал снабжение «крепости» оружи- ем, боеприпасами, продуктами. Шеф по сбыту фальши- вых денег Федерико Швенд получил назначение на должность начальника финансовой службы «Альпий- ской крепости». По мнению Гитлера, в «крепости» можно было про- держаться несколько лет, пока фашизм вновь не собе- рет силы. Бессмысленность такой затеи очевидна даже для людей, далеких от военного дела. Тем не менее эсэ- совцы с тупой готовностью выполняли безрассудные замыслы и приказы фюрера. По узким теснинам в «Альпийскую крепость» потя- нулись колонны военных грузовиков. Везли в горы ору- жие, снаряжение, оборудование для бункеров. Сюда же свозились награбленные сокровища, секретные архи-
А. А. Щёлоков вы, чертежи, связанные с производством атомного ору- жия, сырье для его производства. Сюда направили и оборудование «химико-графического предприятия». Гит- леровцы не были осведомлены, что их подпольная фаль- шивомонетническая деятельность уже раскрыта. В конце февраля сорок пятого года в Зальцкамергут начали переправлять оборудование блоков 18/19. По дороге часть машин застряла. Зная о приближении войск союзников, эсэсовские руководители приняли решение утопить ящики с оборудованием и частью готовой про- дукции в глубоководном высокогорном озере Топлицзее. Однако тайна затопленного груза все же не сохра- нилась. Некоторые ящики лопнули, и фальшивые банк- ноты всплыли на поверхность. Несколько раньше в со- ляных копях союзники обнаружили документацию фир- мы «Бернгард и К°». Она легла в основу обвинения на- цистских вождей еще в одном виде преступлений — фальшивомонетничестве. На Нюрнбергском процес- се обер-жулик Вальтер Функ и руководители эсэсов- ской мафии были обвинены в изготовлении фальшивых денег. Непосредственный исполнитель «Операции Берн- гард» Федерико Швенд пытался скрыться от возмездия, но со временем Интерпол его разыскал. Гитлеровский фальшивомонетчик в послевоенное время оказался тес- но связан с кровавым палачом французского города Лиона Клаусом Барбье. Пробравшись в Южную Америку тайным маршру- том под охраной фашистской подпольной организации ОДЕССА, которая спасала от возмездия высокопостав- ленных чинов СС и гестапо, Швенд оказался в Перу и поселился в Лиме. Здесь он проживал, совершенно не таясь, завел широкий круг знакомств среди местных крупных дельцов и военных чинов. Пользуясь своим положением, Швенд помог обосно- ваться в Лиме фашистскому палачу-садисту Барбье и ф
Увлекательная бонистика даже втянул его в свой бизнес. Они занимались контра- бандой шариковых авторучек, потом махинациями с ва- лютой. Швенд ускользнул от английского правосудия, кото- рое, похоже, не особенно и хотело проводить процесс по делу фальшивомонетчиков из гестапо. Огласка мно- гих фактов нанесла бы урон авторитету фунта стерлин- гов. В 1980 году военный преступник отправился на клад- бище, а его сообщник Барбье попал-таки на скамью под- судимых. Что касается тайн озера Топлицзее, то и сейчас они далеко не все выявлены. До сих пор не оставлены по- пытки проникнуть в подземную галерею, которая рас- положена под лесистым холмом на южном берегу озе- ра. Вход в пещеру находится в семидесяти метрах от бе- реговой кромки и прочно забит пробкой из валунов и обрушившимся грунтом. Основанием для поисков служат заявления очевид- цев, которые утверждали, что вход заделан перед са- мым окончанием войны. Саперы, проведя обследование холма с помощью специальных детекторов, обнаружи- ли внутри его большую массу металла. В западной прес- се проскальзывали предположения, что, возможно, именно там гестаповцы припрятали часть награбленно- го золота. Так или иначе, но страсть к наживе влечет к озеру самодеятельных кладоискателей. В 1959 году со дна озе- ра Топлицзее на поверхность были подняты контейне- ры из листового железа. Увы, не золото, а фальшивки Науйокса заполняли их. В 1963 году, во время поисков сокровищ, погиб ныряльщик. После этого австрийские власти запретили любые самодеятельные экспедиции на Топлицзее, проводимые без специального разреше- ния. А разрешений с тех пор никому не дают.
к. А. Щёлоков История вроде бы окончилась, но поставлена ли в ней точка? Как видим — нет. Статистика последних лет показывает, что удельный вес фальшивомонетничества в общем составе преступ- лений по-прежнему сохраняет свои позиции. Главными объектами преступных посягательств, как всегда, явля- ются купюры достоинством в 100 долларов, российские 100-, 500- и 1000-рублевые банкноты. Ведь именно эти знаки позволяют фальшивомонетчикам окупать нема- лые расходы на их фальсификацию. Ежемесячно правоохранительные органы изымают около двух тысяч фальшивых долларов. При этом боль- шинство из них изготовлены в странах, откуда начина- ется поток фальшивок. Это Голландия, Италия, Польша, Турция и даже Чечня. Самым высоким качеством обла- дают подделки, производимые в Голландии, самые пар- шивые делаются в Турции. На производстве высококачественных долларов спе- циализируются «мастера» Ирана, Китая, России и Се- верной Кореи. Появление в 2001 году в обращении 1000-рублевой купюры вдохновило российских фальшивомонетчиков. Уже в начале 2002 года сотрудники отдела по борьбе с организованной преступностью УВД Южного округа Москвы задержали двух активных участников банды — жителей Республики Армении. В их квартире в столице был обнаружен целый набор полиграфической техни- ки, с помощью которой они изготавливали копии тыся- черублевок. Может показаться смешным, но фальшив- ки выдает не только плохое качество бумаги, но и отсут- ствие специфического «денежного» запаха, который исходит от подлинных банкнот. В мире уже давно существуют специальные коллек- ции фальшивых банкнот, которые составляют борцы с фальшивомонетчиками. В собрании, которое система- тически ведет и пополняет Интерпол, почти тридцать
Увлекательная бонистика тысяч образцов разного рода подделок со всех конти- нентов. Правда, из них две трети — доллары США. Су- пердержава и здесь лидирует. Кстати, Интерпол издает специальный бюллетень «Фальшивки и подделки», в котором дается описание наиболее заметных отличий фальсификатов от ориги- налов. Причем включаются сюда описания не кустар- ных, дешевых подделок, а только индустриальных, вы- полненных на самом высоком техническом уровне. Ни одна подделка, попавшая на полицейскую или банковскую экспертизу, не может укрыться от разобла- чения. Одним из методов изучения образцов является их фотографирование при большом увеличении дета- лей рисунка и текстовых элементов печати. Сравнивая эталонные образцы с теми, что поступили на эксперти- зу, специалисты во всех случаях обнаруживают призна- ки фальсификации. В Соединенных Штатах действует закон, регули- рующий правовой статус копий платежных докумен- тов, денежных знаков, удостоверений личности и т.д. Он запрещает изготовление ценных бумаг и докумен- тов в подлинных размерах и цветах. О том, сколь пунктуально, следуя не духу, а парагра- фам законов, в США издавна борются с подделками, мо- жет показать такой, на наш взгляд курьезный, случай. В 1893 году на Международной ярмарке в Чикаго свои картины, написанные маслом, выстаьил художник из Огайо Чарльз Меурер. На одном из полотен среди других предметов были изображены три американские банкноты разных достоинств. Художник-реалист вос- произвел их на холсте во всех подробностях. Несколько дней спустя, после того как картину вы- ставили на обозрение, федеральные власти конфиско- вали полотно, а самому Меуреру было предъявлено об- винение в нарушении закона, который запрещал вое- 5 Щелоков А.
А. А. Щёлоков производить денежные знаки Соединенных Штатов Америки. Можно сказать; ерунда, копии, в конце концов, сде- ланы маслом на полотне. Разве это преступление? Но закон не детализировал, где можно воспроизводить деньги, а где нельзя. Он запрещал это делать, и власти поступали строго по закону. Конечно, полотно художнику спустя какое-то время вернули, но не раньше, чем банкноты были перечеркну- ты красными, ярко видимыми линиями погашения. Банкнота Резервного банка США номиналом в 10 долларов, искусно превращенная в 100 долларов. х Понять это легко, если обратить внимание на то, что дизайн знака принадлежит 10 долларам. Не следует думать, что фальшивки обязательно де- лаются на самом высоком техническом уровне. Помимо «индустриального» метода, распространен и обыч- ный — ручной, рассчитанный на доверчивых простаков и просто невнимательных людей. Делаются рукотворные знаки достаточно просто. Ловкий художник подрисовывает недостающие нули к единице или вообще перерисовывает цифры номина- лов. Применяется и метод подклейки, когда цифры вы- резаются из банкнот меньших номиналов и вклеивают-
Увлекательная бонистика ся так, что человек (особенно, если он не привык иметь дело с валютой) легко становится жертвой обмана. В целях защиты денежных знаков, особенно банк- нот высоких достоинств, специалисты продолжают уси- ленный поиск новых средств. Технический прогресс оказывает постоянное воздействие на сам облик денеж- ных знаков. Они периодически меняют внешний вид, совершенствуются. Диалектику этого процесса в свое время проницательно отметил К. Маркс. «Получило ли бы изготовление банкнот, — писал он, — такое усовер- шенствование, если бы не существовало подделывате- лей денег?» Второе, не менее важное, обстоятельство связано с желанием удешевить выпускаемые знаки, сделать их более износоустойчивыми, долговечными. Методы защиты банкнот от злоумышленников мно- гообразны и применяются давно. В процессе подготов- ки оригиналов и печатных форм граверы прятали в эле- ментах оформления так называемые «защитные» зна- ки. В этом деле каждый специалист изощрялся в меру своего таланта и мастерства. В определенных частях ри- сунка делались едва заметные глазу разрывы линий, кое-где добавлялись контрольные штрихи, вроде бы случайно появившиеся точки. В сетке, образующей виньетки, розетки и другие украшения, также шифро- вались условные признаки подлинности. Защитную роль играла и бумага. На нее в процессе производства наносились водяные знаки — сложные и многообразные рисунки, очень трудно воспроизводи- мые в кустарных условиях. Коллекционеры знакомы с фальшивыми совзнаками достоинством в 1000, 5000, 10 000, 25 000, 50 000 и 100 000 рублей образца 1921 года. Сделаны они типографским способом и весьма похожи на курсировавшие купюры. Однако даже человек мало- опытный в состоянии отличить фальшивки — на них нет водяных знаков. Поэтому мошенники старались ф
А. А. Щёлоков сбывать свою продукцию, подмешивая поддельные зна- ки к большим суммам подлинных. Не проверяли же лю- ди миллион рублей, выплаченный 10-тысячными банк- нотами, разглядывая каждую бумажку на просвет. Известны и другие старые способы придания специ- альных охранительных свойств денежной бумаге. В нее, например, при производстве заделывают тонкие цвет- ные волокна шелковых или синтетических нитей. Так, на бумаге, которая шла на производство знаков досто- инством в два червонца образца 1928 года, хорошо за- метны микроскопические красные прожилки. Это банкноты подлинные. Важные охранительные функции выполняет слож- ная цветовая гамма рисунка денежных знаков. Худож- ники добиваются того, чтобы у купюр каждого номина- ла был один, хорошо запоминающийся населению гос- подствующий цвет. Но в то же время делают это так, чтобы основной тон складывался из разных оттенков. Многие уже заметили, что современные банкноты за- метно «посерели», то есть утратили яркость красок. Это делается в целях защиты их от простейшего ксерокопи- рования. Блеклые цвета, которые на одном листе соче- таются с яркими, не прорабатываются аппаратурой, вы- глядят провалами. На банкноты в определенных местах наносятся штрихи, воспроизвести которые копироваль- ная техника не в состоянии. Содержат в себе секреты и сами современные крас- ки. Например, в некоторых случаях в их состав добавля- ют вещества, которые с помощью приборов позволяют безошибочно отличать подлинные деньги от подделок. В числе защитных средств используется заделка в банкноту специальных металлизированных узких и ши- роких ленточек. На первом этапе на просвет они выгля- дели черными линиями. Теперь ленточки усложнились, стали «ныряющими». На поверхности банкноты они видны в виде блестящих прямоугольных фрагментов, на
Увлекательная бонистика которых микрошрифтом напечатано название банка- эмитента. В других случаях, разглядывая банкноту пе- ред источником света, можно увидеть ленточку с внут- ренними прописями. На 50 долларах США со стороны левого поля внутри бумаги размещаются многократно повторенные надписи: «USA 50 USA». На стодолларовой купюре читаем: «USA 100 USA». Микрошрифт также в числе современных защит- ных средств. Сделанные чрезвычайно маленькими бук- вами надписи для невооруженного глаза кажутся про- стыми линиями оформления. Но если поглядеть на них через увеличительное стекло, то прочитаешь надпись. Например, такую: «Банк России. Банк России». Над- пись тянется на протяжении избранной художником длины и создает иллюзию линии. Ксерокопированием микрошрифт не воспроизводится. К новым средствам защиты относятся голограммы, которые несут на себе невоспроизводимые фальсифи- каторами рисунки и под различным углом зрения меня- ют свой цвет в широком диапазоне. И все же подделыватели денег трудятся... С фальшивомонетничеством связано немало курь- езных историй. Среди них такой буквально анекдотиче- ский случай, имевший место в Перу. В столице страны, Лиме, были обнаружены фальшивые перуанские банк- ноты — соли. Поиски, которые вела полиция, не увен- чались успехом. И вдруг разгадка преступления пришла как бы сама собой. Один из преступников, отбывавший срок наказания в столичной тюрьме, донес властям, что его сообщники по заключению организовали в тюрьме денежную фабрику. «Монетный двор» надежно охра- нялся полицией, которая «ничего не видела, ничего не слышала». Перед судом встал вопрос: как быть с пре- ступниками? Они ведь и без того отбывали пожизнен- ный срок заключения... Все перечисленные нами методы защиты денежных знаков от злоумышленников государство использует
А. А. Щёлоков для того, чтобы уберечь сферу обращения и не постра- дать от наводнения поддельных денег. Но фальшивки гуляют по миру прежде всего потому, что мы не умеем оберегать свои денежные интересы и нередко подстав- ляемся фальсификаторам сами. Как же избежать обмана и не напороться на фальшак? Наша страна давно перестала быть страной советов, особенно бесплатных. И все же мы их дадим, в зачет той суммы, которую читатель заплатил за эту книгу. ’ Попав в чужую страну, валюта которой вам не- знакома, никогда не совершайте обменных операций и не покупайте деньги с рук. Иностранцы — один из са- мых желанных объектов фальшивомонетчиков и мошен- ников.. ' Не совершайте крупных сделок в обстановке, ко- гда у вас нет возможности пересчитать всю сумму де- нег, вручаемую вам в пачке. * Не стесняйтесь хотя бы бегло просмотреть банк- ноты на наличие на них водяных знаков. Такое дейст- вие никогда не является признаком недоверия к тому, кто вам платит. Оно лишь показатель вашего серьез- ного отношения к деньгам. " * Считая деньги, просматривайте номера банкнот. Повторение одних и тех же цифр и букв серий убеди- тельно свидетельствует, что вам вручили подделки. * Не стесняйтесь при счете послюнить палец и наи- более подозрительную банкноту проверить на проч- ность краски. Ксерокопированная купюра такого испы- тания не выдерживает. • Помните: ни одно государство в мире не несет ответственности перед теми, кто стал жертвой мо- шенничества и обмана. Помимо того что фальшивая валюта у вас будет конфискована, вас заставят нема- ло поволноваться, таская по полицейским участкам, или предложат походить в нашу родную милицию. И еще один совет. Даже в некоторых обменных пунктах иностранной валюты в наших городах и даже в ©
Увлекательная бонистика Москве вас могут попытаться надуть при операциях об- мена. Найример, так. Кассир объявляет, что одна из по- данных вами долларовых бумажек вызывает подозре- ние. В таких случаях он имеет право задержать банкно- ту для проведения экспертизы. В подобных случаях сразу же требуйте составления акта с точным описани- ем реквизитов вашей купюры: ее серии, номера, назва- ния эмиссионного банка. И не стесняйтесь проверить акт экспертизы, который вам после ее проведения обя- заны предъявить. Постарайтесь заранее сообщить о своих будущих действиях кассиру. Очень часто из-за испуга оказаться замешанным в историю с фальшивы- ми банкнотами клиент в обменном пункте больше не появляется и теряет свои деньги. Деньги войны В наши дни каждый японец со школьной скамьи уже знает, что его страна претендует на возвращение четырех островов Курильской гряды, перешедших по- сле победы Советского Союза в войне с империалиста-
А. А. Щёлоков ческой Японией под юрисдикцию России. При этом ни- кто из японцев не пытается серьезно вникать в сущест- вующие соглашения, которые требуют от правительства Страны восходящего солнца вести предметный разго- вор об островах только после подписания мирного дого- вора с Россией. А этот договор с 1945 года так до сих пор и не подписан. К сожалению, у нас далеко не все хорошо знают свою историю и не всегда помнят, что южная часть рос- сийского острова Сахалин с 1905 по 1945 год была окку- пирована японцами, что в годы Гражданской войны японские интервенты, захватившие весь юг Дальнего Востока, от Владивостока до Читы, делали все, чтобы ус- тановить экономическую власть над этими районами России. Осуществлялось это в первую очередь путем подрыва российской денежной системы и введения в обращение японской денежной единицы — иены. Видеть денежную купюру, приведенную в начале этой главы, доводилось немногим. Поэтому невольно обраща- ешь внимание на кажущиеся странности в ее оформле- нии: традиционный японский орнамент, два журавлика, под ними — драконы, и по полям две надписи на русском языке: «Императорское Японское Правительство» на одной стороне и обозначение номинала на другой. Всего в руки коллекционера, если ему сильно пове- зет, могут попасть знаки такого типа шести номиналов: в 10, 20, 50 сен, в 1 иену, в 5 и 10 иен. Насчет того что по- пасть в частное собрание все эти банкноты могут толь- ко при большом везении, сказано не для красного слов- ца. В каталоге «Бумажные деньги мира», издаваемом в США, самая «ходовая» купюра этой серии, номиналом в 20 сен, в отличном состоянии оценена в 285 долларов, наиболее редкая, в 10 иен, — в 6000 долларов. История появления этих денежных знаков довольно давняя, поэтому о ней стоит рассказать чуть подробнее. В начале января 1918 года в бухту Золотой Рог во- шли и на виду у Владивостока встали на рейде японские
Увлекательная бонистика крейсера «Ивами» и «Асахи». Рядом уже лениво дымил английский крейсер «Суффолк». На кораблях — отря- ды морской пехоты. Для высадки войск на русский бе- рег требовался только подходящий повод. И повод, как всегда бывает в хорошо продуманных актах агрессии, появился «совершенно случайно». В ночь на 5 апреля «неизвестные лица» напали на Владивостокское отделение японской торговой фирмы «Исидо» и убили двух служащих. Японскому императорскому правительству в Токио сразу стало ясно, что обеспечить безопасность граждан Страны восходящего солнца во Владивостоке может только морская пехота. В тот же день на берег высадился десант — две японские роты. За ними, видимо тоже заинтересован- ная в безопасности японских граждан, последовала по- лурота английских морпехов. На следующий день на землю Дальнего Востока сту- пили еще 250 матросов Японии. И почти в то же время (вот ведь какие «случайные» совпадения!) в Забайкалье начал наступление ставленник самураев атаман Семенов. Быстрый разгром Семенова в Даурских степях, неуда- чи других атаманов в Уссурийском крае заставили интер- вентов отбросить всякую маскировку. Теперь уже ни- кто не вспоминал о злосчастном происшествии в конторе фирмы «Исидо». Началось открытое, ничем не оправдан- ное вторжение иностранных войск на Дальний Восток. Одновременно с целью укрепления собственного влияния в экономике края японцы начали подрывать денежное хозяйство, «выбивая» из его основания рубль. Быстро выяснилось, что японские военные заранее приготовили и привезли с собой специальные оккупа- ционные денежные знаки для использования их на рус- ской территории. Именно те, с описания которых мы начали этот очерк. Там, где население встречало иену без восторга, дело доходило до прямой ликвидации рус-
А. А. Щёлоков ских финансовых учреждений, мешавших распростра- нению японской валюты. Например, вскоре после окку- пации Северного Сахалина заведующий Александров- ским казначейством получил от интервентов такое распоряжение: «Ввиду того, что занимаемое казначейством здание требуется ремонтировать, японское командование приказывает освободить таковое как можно скорее. 5 августа 1920 года. Александровск. Полковник Томон». Трогательная забота оккупантов о русском финан- совом учреждении, верно? Тем не менее пришлось ка- значейство закрыть. И это стало первым шагом пере- подчинения на острове денежных отношений японским оккупационным порядкам. К сентябрю все денежное обращение японцы пере- вели на иену: В лавочках, на базаре рубли перестали принимать. Уже через полтора месяца после вступления самура- ев на землю Северного Сахалина японский колониаль- ный Чосен-банк направил в Александровск своих слу- жащих. Им предстояло внедрит^ в обращение острова японские оккупационные боны на сумму в один милли- он 600 тысяч иен. Действия японцев носили хорошо продуманный ха- рактер. Они учитывали все возможные обстоятельства и поступали сообразно им. Этому способствовали дан- ные разведки, которую японцы проводили на Дальнем Востоке еще задолго до начала интервенции. Мои ранние годы прошли в Никольске-Уссурий- ском. В нашем доме свободными вечерами собирались командиры кавалерийской бригады, сослуживцы отца. Годы Гражданской войны были у всех на памяти, и гос- ти то и дело говорили о боях под Волочаевкой, Спас- ском, Ипполитовкой. В числе гостей нередко бывал вы- сокий широкогрудый человек, бывший партизан Титов. На Дальний Восток он попал солдатом в Русско-япон-
Увлекательная бонистика скую войну в 1906 году, да так и остался здесь, полюбив замечательный край. Перед революцией Титов был раз- норабочим во Владивостоке и однажды столкнулся со своим хозяином — японцем, господином Икедой. Рас- серженный упрямством рабочего, владелец тут же рас- считал Титова, протянув ему десять рублей. — Мало, — сказал Титов. — Платите больше. Сделав каменное лицо, господин Икеда счел, что в такой ситуации лучше говорить по-японски. И ответил рабочему: — Тотэмодзаннэн дэс га, дэкимасен. (Очень жаль, но не могу.) — Кудасай иппяку рубль! — грозно потребовал Ти- тов, который тоже был не лыком шит. — Давай сто руб- лей! Японец расплылся в иронической улыбке: — О-таноми-ни наттэмо, муда дэс. (Не проси, никак не могу...) — А, муда дэс, говоришь! — Титов возмутился, не поняв тонкой стилистики японского языка. Он тут же сгреб за грудки хозяина, приподнял его одной рукой над землей, потряс немного и повторил: — Иппяку рубль! — Хай сети симасита, —- забормотал японец. — Со симас. (Я согласен. Я так и сделаю.) В двадцатом году Титов по заданию партизанского штаба пробрался в Николаевск-на-Амуре. И там, в пер- вый же день, неожиданно для себя столкнулся на улице с японским офицером, в котором узнал Икеду. Что де- лать? Титов был один. Икеду сопровождали три солдата. — Старый знакомый, — с улыбкой обратился Икеда к Титову. — Здравствуй. И отпустил солдат. Когда они остались вдвоем, Икеда сказал: — Иди к нам на работу. Хорошо платим. Тебе в день — сан эн — три иены. ф
А. А. Щёлоков — А если я партизан? — В этом не сомневаюсь, — засмеялся Икеда. — Та- кой человек, как ты, должен быть партизаном. — Арестуете? — поинтересовался Титов. — Нет, — печально сказал Икеда. — Я русских хо- рошо знаю. Нам вас не победить. Два-три года посто- им здесь, потом придется уходить. Русские — крепкие. Как ты. Прав и разумен был майор Икеда. А вот его началь- ники, диктовавшие волю из Токио, понимали далеко не все. Они верили, что удастся сделать русский Дальний Восток своим. Они наводнили Николаевск войсками и оккупационными банкнотами Чосен-банка, ожидая, что побежденные встанут на колени. Историки, описывая период иностранной интервен- ции в России, за редким исключением всё сводят к бое- вым действиям, к перемещению войск, оккупации насе- ленных пунктов, к японским карательным операциям. Между тем, как мы можем видеть, использование денег и дезорганизация экономики — это не менее серьезные методы закабаления оккупированной страны. В июле 1920 года японское командование присвоило себе право распоряжаться рыбными богатствами Амура и Амурского залива. Населению было объявлено, что право на рыбалку продается по конкурсу. А к конкурсу допускались японцы, имевшие особые удостоверения, и лица, получившие разрешение штаба японских войск. Конкурсный залог в размере половины оценочной стоимости разыгрывавшегося для рыбалки участка дол- жен был вноситься в японской валюте. Подрывая прочность российского рубля, В апреле 1920 года японские оккупанты совершенно неожиданно провели военную акцию и «взяли под охрану» ценности Госбанка. Во Владивостоке самураи захватили 16 ваго- нов с разменным серебром на сумму более 16 миллио- нов рублей и с золотом, эвакуированным из Петрограда дь
Увлекательная бонистика и Омска. Золота в русской монете было на 1,5 миллиона рублей, в испанской и индийской — более чем на 100 тысяч. Проводить политику вытеснения рубля из экономи- ки Дальнего Востока оккупантам помогали пособники типа недоброй памяти хабаровского городского голо- вы Лихойдова. Высмеивая его преданность интервен- там, дальневосточники произносили фамилию головы «ЛихООЙдов». Смысл намека в том, что Хабаровск за- нимали японские войска, которыми командовал генерал Оой. По настоянию Лихойдова Хабаровская городская дума приняла решение, в котором, в частности, было за- писано: «Просить у Японии заем не менее 30 миллионов иен, по 5 миллионов ежемесячно, под обеспечение всем достоянием города и уезда. Заем должен быть погашен или конвертирован краевым правительством, которое будет признано Японией. Немедленно в виде временной меры ввести японскую валюту». Знак 1920 года не несет на себе названия эмитента, но он выпущен на Дальнем Востоке и по традиции на- зван кредитным билетом. Знак стал символом патрио-
А. А. Щёлоков тизма и единения оккупированной японцами окраины с Россией. К удивлению оккупантов и их пособников, едва на- селению стало известно о решении Думы, в городе на- чалась всеобщая стачка. Народное собрание уже на другой день приняло постановление о роспуске Город- ской думы. Тихое вторжение не состоялось. Рубль про- должал бороться и побеждал в трудной борьбе. Трудной эта борьба была хотя бы потому, что отсут- ствовала прямая связь с центром страны и приходилось изыскивать способы, каким образом удовлетворять по- требности обращения в бумажных деньгах. Для этого использовались самые разные методы. Вглядимся в изображение малознакомой для многих из нас сегодня банкноты. Это тот самый знак, который противостоял японской валютной оккупации. Рубль, крепкий, как генерал Оой Купюра, изображение которой вы можете рассмот- реть ниже, никогда не была государственным платеж- ным средством. Это так называемый «частный знак», один из многих тысяч подобных, появившихся в России в годы Гражданской войны и иностранной интервен- ции. Поскольку история Этого знака весьма примечатель- на и поучительна, о ней следует рассказать особо. Второго августа 1918 года в устье реки Амура про- следовала японская эскадра. Несколько транспортов в сопровождении четырех миноносцев подошли к Нико- лаевску-на-Амуре. На берег высадились солдаты в мун- дирах цвета хаки. Над городом был поднят белый флаг с красным кругом в середине. Армия Страны восходяще- го солнца вступила на русскую землю, полная уверен- ности и больших надежд.
Увлекательная бонистика Глава крупной торговли и механических мастерских японец Симада буквально преобразился. Он приказал над своими магазинами вывесить японские флаги. Сам встречал и провожал только офицеров императорской армии. А ведь совсем недавно Симада делал все, чтобы его национальность поменьше бросалась в глаза. Он да- же принял православие и русское имя — Петр Николае- вич. Стараясь завоевать симпатии покупателей, Симада обычно внимательно относился к клиентам, выделяя в первую очередь владельцев тугой мошны, — публикой попроще занимались приказчики, среди которых были и русские. Как-никак хозяин — Петр Николаевич! Но главную роль в деле играли японцы. Коренастые, креп- козубые, прекрасно знавшие русский язык, они тем не менее говорили на японский манер, заменяя звук «л» на «р»: «Добро пожаровать, господина. Товара хоросо! То- вара много. Бери — не хосю!» И низко кланялись, при- жимая руки к груди. Польщенный таким вниманием, «господина» — до- бытчик пушнины из тайги или старатель с дальних при- исков, сам порой не умевший расписаться, поглядывал на приказчика свысока и уже не задумывался, что тот легко и просто может обвести его вокруг пальца. В магазинах Симады, как любил говорить сам хозя- ин, «можно достать все, но только за деньги». В кредит здесь не торговали. Об этом извещало специальное объ- явление: В КРЕДИТ НЕ ОТПУСКАЕМ ДАЖЕ ВАМ Для удобства расчетов в золотом исчислении Сима- да выпустил собственные разменные знаки. Купюры пяти различных достоинств были отпечатаны на мягкой рисовой бумаге за морем, в переплетных мастерских господина Масимото в Токио.
А. А. Щёлоков Симада сделал все, чтобы его частная «валюта» вы- глядела солидно и респектабельно. На лицевой стороне в овальном медальоне красовался портрет самого Петра Николаевича. Главное место в центре занимало изобра- жение флага Страны восходящего солнца, обрамленное лавровым венком. Поверху банкноты шла надпись: «Магазинъ Петра Николаевича Симада в г. Николаевске на Амуре». Внизу помещалось обозначение достоинства в русской валюте: «один рубль», «три рубля», «пять руб- лей»... Чуть правее — дата «1919». Так выглядел частный знак — «симадка» — японского торговца Си- мады, державшего торговую фирму в Николаевске-на-Амуре. 1919 г. Имелись и номера банкнот. На оборотной стороне знаков была отпечатана расписка: «Предъя- витель сего талона имеет право получить в магазине П.Н. Симады товары на сумму «один рубль» (или на другую сумму в зависимости от достоинства бумажки), И подписи. Симада расписался по-русски, размашисто, четко. Рядом — нераз- борчивая завитушка подписи кассира. Не обошлось и без курьезов. Наборщик типографии господина Масимото сделал ошибку и перекрестил Си- маду из Николаевича в «Пиколаевича», а слово «кас- сир» набрал как «кассйр».
Увлекательная бонистика Поначалу недоверчивые покупатели не желали брать в размен рисовые бумажки. Таким, держа талон с портретом хозяина, приказчики, так и не научившиеся произносить букву «л», терпеливо разъясняли: — Бери, надо, господина. Ему все равно как зорото. Рубрь господина Симада крепкий. Это кинка — зоротой японски монета. Вы нам зоротую рубрь. Мы вам тоже зоротой бумага. Остроумные николаевцы вмиг окрестили деньги Си- мады «рублями Петра Четвертого». Были и другие шу- точные названия — «пиколайки», «симадки», «рубли Петруши» и даже просто «петрушки». Короче, пред- приимчивый японский коммерсант открыл остроумцам простор для устного творчества, причем самый широ- кий. В магазинах Симады торговали не только товарами. Здесь «продавали» также самые свежие новости, точ- нее, слухи, которые готовились специалистами япон- ской армейской пропаганды. Обслуживая клиента, при- казчики льстиво улыбались и как бы между прочим, пе- реиначивая названия российских городов на японский лад, доверительно сообщали: — Ниппонски генерар Оой держит фраг в Урадзио- сутоке. Теперь рубрь господина Симада твердый, креп- кий, как крейсер «Ивами». Очень крепкий, как сам ге- нерар Оой. В любых вариациях в торговом квартале Симады ут- верждалось мнение о непобедимости японской армии, надежности рублей Симады и скором крахе России. — Генерар Оой, крейсер «Ивами», рубрь господина Симада — очень надежны. Очень. Просто рубрь — фу! Нет его. Урети совсем... Малейшие успехи японских войск, любое их пере- движение на Дальнем Востоке разъяснялись быстро и активно:
А. А. Щёлоков — Генерар Оой завоевар Хабарофусуку. Рубрь гос- подина Симада стал теперь крепки, как доррар! Конечно, среди покупателей встречались и такие, что спрашивали любезных приказчиков: «А ваши здесь долго стоять будут? » И торговцы уверенно отвечали: — Тепер всегда. Ваша рюди порядок держать не умей. Наша рюди порядок держай хоросо. Крепко... Торговля шла. Спрос на товары Симады был высо- кий. С прилавков в обмен на русское золото выдавали красивые свертки, а на сдачу покупатели получали ри- совые бумажки разменных талонов. Истины ради надо заметить, что в стране, разорван- ной на части, наполненной множеством ничего не стоив- ших денег, талоны Симады хорошо обеспечивались то- варами. И это давало торговцу немалые выгоды. Золото, попадавшее в кассу, уходило в надежное место — за мо- ре. На всякий случай. Петр Николаевич знал русских чуть лучше, нежели его покровители в Токио. Поэтому он придерживался чужой для него мудрости: «Подаль- ше положишь — поближе возьмешь». А знаки, те, что были напечатаны в Японии, жалеть не приходилось. Ведь рубли Симады, «крепкие, как японский генерал Оой», вне стен его магазинов оставались всего лишь мягкими рисовыми бумажками... Флаг Империи восходящего солнца не долго дер- жался над русской землей. 29 февраля 1920 года в Николаевск-на-Амуре вошли партизанские отряды. Двенадцать дней спустя японцы напали на штаб русского отряда. Завязался жестокий бой, в котором гарнизон майора Исикавы был наголову разгромлен. На помощь ему по Амуру поспешили япон- ские корабли. Партизанам пришлось отступить, но не- надолго. Чашу весов истории уже не могли перевесить ни миноносцы адмирала Като, ни оккупационные иены, ни
Увлекательная бонистика рисовые рубли торговца Симады. 22 сентября над Ни- колаевском-на-Амуре взвился флаг России. Теперь на- всегда! Гражданская война породила огромную массу раз- ных бумажек, претендовавших называться деньгами. Чего только не встретишь, перебирая кучу привлека- тельного для коллекционера материала: расписки общи- ны в Дунаевцах, банкноты Малинского общества вза- имного кредита, квитанции Яновского кооперативного кредитного товарищества, гарантийные чеки генерала Шкуро, знаки китайского театра Хау Ю-Тай во Влади- востоке... Разные названия, разный цвет и форматы... Как напоминание о прошлом, когда белый флаг с красным кругом посередине пытался утвердиться на земле моего детства -— на Дальнем Востоке, хранятся в коллекции знаки Петра Симады. Флаги чужого государ- ства вывешивали и охраняли солдаты, вооруженные винтовками Арисаки. Изображение этого флага своим покупателям вручал вместе со сдачей предприимчивый японский торговец. Расчет во всем был глубокий и тон- кий. Японская оккупация — это надолго. Может быть — навсегда. Не вышло! Главу «Рубль, крепкий, как генерал Оой» прочитал и в свое время по просьбе автора прокомментировал Вла- дислав Иннокентьевич Юзефов, заслуженный работ- ник культуры России, директор Николаевского-на-Аму- ре городского краеведческого музея, руководитель го- родского отделения организации коллекционеров. Он писал: «Есть небольшие исторические детали, которые могут сделать материал еще более познавательным. Действительно, японская эскадра появилась в устье Амура в августе. Но высадку десанта самураи осущест- вить не рискнули. С нашей стороны были приняты ре-
А. А. Щёлоков шишельные меры, чтобы этому воспрепятствовать. В Николаевск прислали канонерскую лодку «Смерчъ» и отряд «бочкаревцев» — железнодорожников со стан- ции Бочкарево. В городе прошли демонстрации. Представитель Дальревкома вручил ноту протеста японскому консулу. В результате японская эскадра уб- ралась в Амурский Лиман и вновь появилась у города только после падения Хабаровска -- 8 сентября. 9-го самураи высадили десант, захватили город и крепость. Первый выпуск «денег» Симады (50 коп и 1 рубль) не имел портрета «Петра Николаевича» и нес на себе только японский государственный флаг. Знаки первого выпуска более редки сегодня, чем второго и трепзьего. Интересно, что «симадки» стали единственными денежными знаками периода гражданской войны, на ко- торых был помещен портрет эмитента. Даже Юденич, Врангель, Деникин не рискнули пойти на такой шаг. Среди николаевцев знаки Симады, кроме перечис- ленных названий, имели еще кличку «пиколаевичи». Сам владелец торговли, не обладая особой скромностью, иногда величал себя «Петром Дальневосточным». Ка- кие претензии за этим скрывались, каждый волен га- дать сам. Торговый дом Симады просуществовал в Николаев- ске до конца 1925 года, когда полностью выяснилась не- благовидная роль некоторых служащих этой компании (в том числе ведение шпионажа). Лавочку прикрыли. Двухэтажный дом (1-й этаж каменный, 2-й деревянный) был передан Николаевскому-на-Амуре отделению Госу- дарственного банка, где оно размещается и по сей день. Датой окончательного освобождения города счита- ется 25 сентября, когда представитель Дальневосточ- ной республики подписал акт о приеме города у япон- ского командования. 1 октября 1922 года на канонерке «Беднота» и пароходе «Труд» в Николаевск прибыли подразделения Народно-революционной армии ДВР».
Увлекательная бонистика Рубль побеждает иену Знак Дальневосточной республики. 500 рублей. 1920 г. 5 июня 1920 года правительство Приморья, преодо- левая сильное противодействие японских оккупацион- ных властей, приняло закон о денежной реформе. Уже сам по себе этот акт свидетельствовал, что позиции ие- ны на Дальнем Востоке ослабевают, а экономическое сопротивление интервентам усиливается. По новому законодательному акту из обращения на территории Приморья изымалась огромная масса раз- нородных денежных знаков и денежных заменителей (суррогатов), занесенных сюда накатами Гражданской войны. В первую очередь удар наносился по колчаков- ским обязательствам, которые составляли основу обес- цененных денег. В обращение вводились новые знаки так называемого «американского образца» номиналами в 50 копеек, 25 и 100 рублей. Внимательно вглядевшись в рисунок и надписи на
А. А. Щёлоков этих банкнотах, отлично выполненных с полиграфиче- ской точки зрения, коллекционер легко заметит некото- рые их особенности. Во-первых, на лицевой стороне рядом с цифрами номинала дважды повторена заведомо устаревшая да- та — «1918». Во-вторых, на знаках нет указания их госу- дарственной или национальной принадлежности. О них можно судить только по русским текстам. В-третьих, присутствует сообщение о том, что «Государственный банк разменивает кредитные билеты на золотую мо- нету без ограничений суммы (1 р. = 1/15 империала, со- держит 17,424 долей чистого золота)». Надпись повто- ряет те, что имелись на банкнотах царского правитель- ства, хотя известно, что размен кредиток на золото был прекращен еще в начале Первой мировой войны по за- кону от 27 июля 1914 года. Откуда же появились такие билеты в Приморье? История эта полна приключений и курьезов. В довольно интересной книге Колина Норберта «Как коллекционировать бумажные деньги», изданной в Лондоне на английском языке, есть такие строки: «В марте 1917 года бумажный рубль стоил всего 27 копеек (имеется в виду российский рубль в сравне- нии с его стоимостью до начала Первой мировой вой- ны. — А.Щ.). Поскольку у советских полиграфических предприятий не было возможности достаточно быст- ро напечатать большое количество бумажных денег, другие страны — включая Американскую банкнотную компанию — были приглашены сделать такую работу... Большое количество 25- и 100-рублевых банкнот было заказано в США, но, поскольку дата их передачи была не ранее весны 1918 года, выпуск стал слишком позд- ним, чтобы спасти правительство от паралича». Трудно сказать, по какой причине автор допустил столько ошибок, но многие зарубежные читатели его книги оказались дезориентированными в событиях О
Увлекательная бонистика сложного времени. Прежде всего, в России в марте 1917 года не было ни советской власти, ни «советских» полиграфических предприятий. Заказчиком банкнот для России за рубежом выступило Временное прави- тельство, имея в виду замену кредитных билетов цар- ского образца новыми, «демократическими». Осуществлялся заказ в большой спешке. Никто в тот момент не позаботился о сохранении традиционных цветов купюр разных достоинств. В результате знаки 25 и 100 рублей отпечатаны черной краской, знак в пятьде- сят копеек — желто-песочной. Все надписи, ранее по- мещавшиеся на кредитках царского образца, в основ- ном были сохранены. Заказ российского правительства исполняла ABNC — «Америкен банкноут компания, известная банкното- производящая фирма США. Она специализируется на исполнении заказов многих стран, выполняя денежные знаки от разработки дизайна до печатания купюр. Отмечая высокое полиграфическое качество работ ABNC, нельзя вместе с этим не сказать о том, что все- мирно известная фирма в оформление государственно- го кредитного билета, заказанного Временным прави- тельством, включила рисунок, который уже использо- вался при создании банкнот Банка де Сото в Колумбии номиналом в 5 песо. Они были пущены в обращение 1 января 1884 года. Кстати, опыт, должно быть, пришелся по душе аме- риканским банкнотным издателям, и десять лет спустя ABNC в третий раз использовала тот же самый рисунок при производстве банкнот по заказу Эквадора. С 1928 по 1937 год билеты номиналом в 5 сукре курсировали в латиноамериканской стране с «дальневосточным» ри- сунком. Итак, денежные знаки для Временного правительст- ва отпечатали. Но получить оно их не сумело, поскольку утратило власть и ушло с политической арены. Казалось ф
А. А. Щёлоков бы, труд ABNC пропал. Но тут на горизонте появилось Омское правительство Колчака. Оно подтвердило аме- риканцам. свою готовность получить заказ. К концу 1919 года груз отпечатанных кредитных би- летов поступил во Владивосток. Их решили перепра- вить в Омск по двум маршрутам — через Харбин и Чи- ту. Основную часть продукции оставили во Владиво- стоке. Судьба двух партий денег сложилась по-разному. Пока их везли в Омск, «верховный правитель» уже ут- ратил всякую власть. Ящики, следовавшие через Хар- бин, там и застряли навечно. Деньги, отправленные че- рез Читу, доехали лишь до Иркутска и были там задер- жаны. Впоследствии их пустили в обращение как первые денежные знаки Дальневосточной республики. Запас, оставшийся во Владивостоке, стал базой для проведения денежной реформы в 1920 году. Всего в распоряжении властей Приморья имелось кредитных билетов «американского» образца на сумму свыше 3,5 миллиарда рублей. В течение июня — сентября того же т^да Владиво- стокское отделение Госбанка выпустило еще и собст- венные разменные знаки достоинством в 5, 10 и 30 ко- пеек, а также 1, 5 и 10 рублей. Денежная реформа российских приморских вла- стей вызвала бурю возмущения в стане интервентов, чьи вооруженные силы находились на территории Дальнего Востока. Да и как не возмутиться: особым по- становлением правительства в крае запрещались любые сделки на иностранную валюту, а также ее покупка и продажа! Для нарушителей устанавливалось наказание в виде тюремного заключения до трех месяцев, штраф до 10 тысяч рублей, закрытие частных предприятий и высылка виновных из пределов Дальнего Востока. Управ- ляющий юстицией отдал распоряжение, что дела о на-
Увлекательная бонистика рушении обязательного постановления, запрещавшего сделки на иностранную валюту, должны рассматривать- ся не позднее одного дня со времени поступления. Совет народных комиссаров РСФСР специальной телеграммой из Москвы санкционировал проведение денежной реформы на Дальнем Востоке. Более того, ориентируясь на систему обращения, действовавшую к тому времени в Центральной России, правительство ис- ключило из числа изымавшихся знаков кредитные би- леты царского образца и Временного правительства. Правда, в центральных областях они все еще ходили. С особенной яростью восприняли постановление о денежной реформе японцы. Выразителем недовольства стал консульский корпус во главе со своим старшиной японцем Кикучи. В письменной форме правительству Приморья было заявлено, что «Консульский корпус протестует против введения постановления за № 353 от 5 июня с.г., вос- прещающее все местные сделки на иностранную валю- ту. По мнению Консульского корпуса, действие этого постановления должно быть приостановлено до тех пор, пока устойчивость нового денежного знака не бу- дет доказана в течение достаточно продолжительного времени, причем этот срок должен быть не менее трех месяцев. Далее Консульский корпус полагает, что не- медленное проведение вышеуказанного постановле- ния вызовет в результате полную остановку загранич- ной торговли, что непременно будет во вред местному населению». Вряд ли Кикучи-сан заботился о нуждах русского населения Приморья. А вот судьба оккупационной ие- ны, которую он проталкивал со всем старанием, его действительно волновала. Потому-то, отбросив диплома- тические тонкости, консулы, как мы видим, ультиматив- но требовали если не отмены, то длительной задержки
А. А. Щёлоков проведения намеченных правительством Приморья мер. За вежливыми дипломатическими формулировками внимательный читатель легко почувствует прямую уг- розу бойкота, то есть «полной остановки заграничной торговли», если иностранцам не пойдут навстречу. А че- го стоит демагогическая фраза о том, будто реформа на- правлена «во вред местному населению». Что же ему было бы во благо? Может быть, включение Дальнего Востока в сферу обращения иены? Видимо, так. Ответ на вызов был твердым, полным достоинства и силы. Это следует отметить особо. Вся территория При- морья в те дни находилась под контролем японских войск. От правительства требовалось немалое граждан- ское мужество, чтобы не только принять решение о ре- форме, но и отстоять его. «Временное правительство Дальнего Востока, — го- ворилось в ответе консулам, — в силу суверенных прав представляемого им государственного образования по- лагает своею неотъемлемою прерогативою — установ- ление законодательных норм, регулирующих хозяйст- венную и общегражданскую жизнь населения подвласт- ной Правительству территории. Столь же несомненно, что установление той или иной денежной системы, замена одних денежных знаков другими, девальвация их, запрещение обмена денежных знаков на иностранную валюту и прочие возможные ре- формы в области денежного обращения относятся к сфере внутреннего законодательства, имеющего своим единственным источником суверенные права того или иного государственного образования, на территории коего эти реформы проводятся». Сейчас, восемьдесят шесть лет спустя, мы можем ощутить ту высокую силу патриотизма и национальной гордости, которая в наше время поистерлась у тех, кто
Увлекательная бонистика должен отстаивать суверенитет великого государства — России. Нет никакого сомнения, что господа генеральные консулы Японии, Дании, Швейцарии, Швеции, Польши, Бельгии, Китая, Франции, Великобритании, представи- тели иностранных банков — Иокогама-Спеши-банка, Чосен-банка, Мацуда-банка, Гонконг-Шанхайского бан- ка, Китайского промышленного банка, поддержавшие протест, прекрасно представляли, что такое суверени- тет и каковы права любого правительства на своей тер- ритории. Однако они все верили, что японский штык уже сумел поставить русский народ на колени, сделал его послушным, лишил самостоятельности и решитель- ности. Вот почему спокойное разъяснение консулам азов государственного права, сделанное в правительст- венном ответе, было воспринято общественностью При- морья как щелчок по носу интервентам. Те же поня- ли — Россия встает с колен. В те дни мощным предупреждением оккупантам прозвучало опубликованное информационным агентст- вом Руста сообщение о тйм, что в силу соглашения, со- стоявшегося между верхнеудинским (Дальневосточная республика.—А.Щ.) и владивостокским правительства- ми и советским правительством, РСФСР признает кре- дитные билеты образца 1918 года достоинством в 100, 25 рублей и 50 копеек. За этим заявлением виделось не простое признание денежных знаков Приморья, но и поддержка Советской России. Однако японцы не вняли голосу разума и продолжи- ли подрывную работу, направленную против рубля. Особенно усердствовала японская газета «Владио-Нип- по». Слухи, домыслы, прямая ложь на ее страницах пе- ремежались с провокационными призывами к бойкоту реформы. Газета с восторгом описывала любое прояв-
А. А. Щёлоков ление протеста, подбивала иностранных купцов и тор- говцев на решительные действия. В одном из номеров «Владио-Ниппо» дала описание демонстрации, которую провели иностранные резиден- ты. Приняв на своем собрании резолюцию протеста, они в полном составе направились к штабу главноко- мандующего японского экспедиционного корпуса гене- рала Оой. Поскольку его самого в штабе не было, де- монстрантов встретил начальник штаба генерал Инага- ки. Он заявил пришедшим, что сочувствует их резолю- ции. Затем все прошли к генеральному консульству Японии. Там их принял уже известный нам Кикучи-сан. Участники демонстрации выслушали консула и прокри- чали «банзай» в честь императора Японии. Только по- сле этого все разошлись, полные уверенности в своей силе. «Владио-Ниппо» умело добавляла в настроения япон- цев страстей. Она выступила инициатором бойкота де- нежной реформы. Предлагалось закрыть торговлю. Но- вых знаков не принимать. Вынудить власти уступить. 2 июля японский Биржевой комитет опубликовал объявление: «На основании резолюции объединенного общего со- брания иностранных граждан японские местные рези- денты вместе с китайскими закрывают 3-го июля в полдень магазины и лавки, о чем доводится до всеобще- го сведения». Уклониться от участия в бойкоте, не закрыть тор- говлю у многих иностранцев не было возможности. На предварительном собрании организаторы провокации выработали карательные санкции против нарушителей бойкота. Фамилии не принявших в нем участия предпо- лагалось публиковать в газете «Владио-Ниппо». Их ли- шали права участвовать в работе общественных органи-
Увлекательная бонистика заций японской колонии, отказывали в кредите и под- держке. Срок наказания устанавливали до трех лет. Удар по новому рублю наносился мощными объеди- ненными силами. Экономическая диверсия готовилась открыто и шумно. Русских пугали. Японцы старались учесть пси- хологию обывателя, ожидали тайной поддержки своих прихвостней, полагались на разлагающую силу слухов, на присутствие на Дальнем Востоке большого количест- ва своих войск. Не было учтено лишь главное — то, что революци- онные события пробудили патриотическое сознание масс. Успехи Красной армии, образование на террито- рии Забайкалья Дальневосточной республики со своей армией — все это усиливало стремление к сопротивле- нию, убеждало дальневосточников, что дни интервен- тов сочтены. Прогрессивные силы Приморья встали на защиту реформы. Ширилось сопротивление населения диктату интер- вентов. Например, Индустриальный союз тружеников морского транспорта Дальнего Востока в обращении к своим членам дал такую оценку происходившему: «Вне- дряя и закрепляя русскую единицу в новых знаках, тру- дящиеся выполняют историческую роль в борьбе с интер- венцией, пытающейся оторвать Д. Восток от России, подавить стремление трудящихся России к свободной, трудовой, независимой жизни». Вскоре борьба приняла самые решительные формы. Началась забастовка иностранных торговцев. Закры- лись японские и китайские магазины. А они играли не- малую роль в обеспечении товарами жителей города. Замерла суета на китайском базаре. В городе возникали неизбежные трудности со свежим хлебом, овощами, рыбой. Происходили провокации: японские солдаты врывались в русские магазины и мешали нормальной торговле.
А. А. Щёлоков Японская пресса, пытаясь раздуть события, вдох- новляла читателей леденящими душу страстями. В но- мере от 10 июля «Осака Майнити» опубликовала кор- респонденцию под заголовком «Весь Владивосток в ужасе от бойкота японских магазинов». «Продовольст- вия не хватает, — сообщала газета, — жизнь находит- ся под страхом нужды; если оставить в таком положе- нии, то возникнет бунт». Но на деле было не так. Единение владивостокцев в те дни достигло небывалой силы. Люди понимали: идет упорная борьба за то — быть Приморью русским или стать японской полуколонией. Городские власти решительно предупредили всех работавших на предприятиях города иностранцев, что заменят бастующих русскими рабочими. Китайским арендаторам, снабжавшим город овощами, заявили, что в случае продолжения бойкота с ними будут расторгну- ты договора на аренду земли. Торговцам, арендовавшим землю под лавки на Китайском базаре и в других мес- тах города, объявили о ликвидации их патентов на тор- говлю. Первыми дрогнули мелкие разносчики. Им бойкот, кроме убытков, ничего не принес. Они стали осаждать китайское купеческое общество «Шан-у-гуй», которое побуждало своих членов к ведению бойкота. Давление торговцев оказалось настолько сильным, что руковод- ство союза сдалось. 16 июля открылись все китайские магазины и лавки. Побежали по улицам разносчики то- варов. Понимая, что бойкот сорвался, открыли торгов- лю и японцы. Рубль под сильнейшим напором штыка и иены все же сумел сохранить свои позиции. Интервенты отсту- пили перед духом народа, который не только готов был постоять за себя, но и сумел это сделать.
Увлекательная бонистика Знаки «похоронного звона» Банкнота деникинского правительства «колокольчик». Цветная, видавшая виды купюра в коллекции. Ко- гда-то она давала неизвестному нам человеку право сде- лать покупку, оплатить услугу. Теперь это всего лишь знак прошлого, о котором не каждый что-то и помнит. Но денежный знак всегда останется хранителем па- мяти былого времени. Надо только уметь его разгово- рить. Однажды я показал несколько старых купюр Ивану Дмитриевичу Папанину. Известный полярник задолго до своей ледовой арктической эпопеи, в годы Граждан- ской войны был тайным агентом большевиков и рабо- тал в тылу Врангеля. «...Крымский перешеек, — писал о том времени в своих воспоминаниях Папанин, — был укреплен так, что, казалось, мухе не пролететь. И вот тогда я, ко- миссар оперативного управления штаба морских сил Юго-Западного фронта, и один из организаторов борь-
А. А. Щёлоков бы против Врангеля Алексей Васильевич Мокроусов по- лучили задание проникнуть на занятую врагом терри- торию, связаться с местными партизанами и органи- зовать в тылу белых повстанческую армию, помочь красным войскам, наступавшим на Крым с севера, в ре- шающую минуту ударить по белогвардейцам с тыла... Задание мы получили, а как его выполнять, надо бы- ло решать самим. Командование не могло обеспечить нас ни транспортом, ни прикрытием. Мы получили только деньги — миллион рублей того времени и удо- стоверения». Иван Дмитриевич без видимого интереса разгляды- вал пачку старых денежных знаков и вдруг оживился. — Это «похоронный звон», — сказал он и показал тысячерублевый билет Государственного казначейства Главнокомандования Юга России. — «Колокольчики», — я пытался подсказать Папа- нину известное народное название этих денег, думая, что он что-то путает. В годы своего существования в об- ращении такой знак на юге России называли либо «лен- точкой», либо «колокольчиком». — Колокольцы — другое, — возразил Папанин. — То были деникинские. А это крымская. Яшкин звон... — Почему Яшкин? — Меня заинтересовало опреде- ление, которое ранее не приходилось слышать. Он взял одну из купюр: — Вот буквы, видишь? ЯА? — Да, это литеры серии. Буква Я показывает, что выпуск банкнот делался в Севастополе. — Где они выпускались — уволь, — сказал Папа- нин. — Подробностей не знаю. А вот то, что Яшкина — тут у меня без ошибки. Был в Крыму такой генерал — Слащев. Звали Яковом Александровичем. В народе его прозвали Яшка-топор. Свои, в смысле белые, те тоже Яшкой за глаза называли. Боялись его все, а вот уважать
Увлекательная бонистика никто не хотел. Крови он море пролил, своей и чужой. Вот по этим буквам и звали билеты «Яшкиными». Гово- рят, что кто-то специально для серии буквы выбрал ЯА. В намек, что вся надежда белого движения в Крыму на него, на Якова Александровича... (Кстати, именно зло- вещая фигура Слащева послужила М.А. Булгакову про- тотипом вешателя генерала Хлудова. — А.Щ.) — Но ведь не все серии были ЯА. А если ЯБ? — Еще лучше, — Папанин соленое словцо знал и любил. — Я — все равно Яшка, а насчет Б — такого Б, как Слащев, надо еще было поискать... — Еще вопрос, Иван Дмитриевич. Почему «звон», а не колокол? На банкноте все же изобра- жен колокол. — А ты знаешь разни- цу? Я — нет. На юге у нас так сроду: звон — это ко- локол. Колокол — это звон. Отложив бумажку, Па- панин взял другую — кре- дитку. Из тех, что в годы Гражданской войны печа- тались в Крыму — в Сева- стополе и Феодосии. — Это «баба на ступе». Точно, помню такую. — Почему «баба», да еще «на ступе»? — Ты приглядись. Вот — баба, вот — ступа. — Иван Дмитриевич! Это же Памятник тысяче- летию России в Новгороде. Фрагмент банкноты казначей- ства Главного командования Вооруженных сил Юга России с Памятником тысячелетию Рос- сии. Слова «Единая Россия» на рисунке отношения к партии, ставшей сегодня умом, честью и совестью новой эпохи, отно- шения не имеют. 1920 г. 6 Щелоков А.
А. А. Щёлоков — Ишь чего захотел! — Папанин засмеялся. — Что- бы в двадцатом году мы все памятники российские зна- ли. А баба на ступе — тут каждому ясно было. Вот так и звали. Третью купюру — казначейский знак «Государства Российского» достоинством в 50 рублей — Иван Дмит- риевич прихлопнул ладонью. — Эту вот бумажку никогда не видел. Таких денег в Крыму не было. Точно. Что верно, то верно, старого полярника память не подвела. Действительно, в обращение эти знаки не по- падали. Но до их появления в жизни России произошло не- мало событий. И в центре их находился генерал-лейте- нант Петр Николаевич Врангель. Этот видный военный деятель Белого движения происходил из семьи богатейшего по своим временам промышленника. Его отец — Николай Егорович — был председателем Амгунской золотопромышленной компа- нии, членом правления Биби-Эйбатского нефтяного об- щества и товарищества спиртоочистительных заводов, вице-председателем немецкого акционерного общества «Симменс-Гальске». Молодой Петр Врангель окончил Горный институт, после чего пошел служить в армию и высочайшим пове- лением императора был произведен в офицеры. Слу- жил в лейб-гвардии казачьем полку. Высокий ростом, худой, он, по отзывам сослуживцев, был человеком над- менным, желчным. В годы Русско-японской войны Врангель находился на фронте. Он — хорунжий 2-го Аргунского полка За- байкальского казачьего войска. После войны — Акаде- мия Генерального штаба. Затем служба в должности ко- мандира 1-го Нерчинского казачьего полка Уссурий- ской дивизии. Врангель участвовал в боях Первой мировой войны
Увлекательная бонистика в Карпатах. Неожиданно был отозван с фронта в Петро- град и получил назначение флигель-адъютантом импе- ратора Николая II. Столь же внезапно из столицы вер- нулся на фронт. Произведен в генерал-майоры. Коман- довал бригадой, потом принял у генерала Крымова командование Уссурийской дивизией, в которой неко- гда служил. Революция прервала службу генерала в российской армии. Встал вопрос: как быть, чем заняться? Гетман Украины Павел Скоропадский, приятель и однокашник Врангеля, бывший, как и он, генералом свиты императора Николая II, пригласил сослуживца возглавить штаб армии самостийной Украины. Вран- гель отказался. Он сохранял монархистские убеждения и верность лозунгу «Россия единая и неделимая». Уехал на юг, где формировалась и действовала Доб- ровольческая армия. Деникин назначил его команди- ром 1-й конной дивизии. Именно на юге Врангель обрел облик, который мно- гим знаком по карикатурам большевистской прессы времен Гражданской войны: папаха, черкеска цвета ут- раченной бакинской нефти, погоны с отблеском уте- рянного сибирского золота, сапоги с голенищами до ко- лен, кинжал на поясе... Назначение на дивизию задело самолюбие Вранге- ля. Он видел себя спасителем монархии, вождем Белого движения, а его... Началась скрытая борьба за первенство в Белой ар- мии Юга России. В конце концов конфликт выплеснул- ся наружу. Военные успехи Деникина сменились крупными не- удачами. С января 1920 года Красная армия силами Кав- казского фронта начала наступление. В ходе Доно-Ма- нычской операции деникинские войска были отброше- ны по всей линии фронта. Врангель, к тому времени уже командовавший Добровольческой армией, открыто
А. А. Щёлоков обвинил главнокомандующего в бездарности, в неспо- собности руководить войсками и потребовал отстране- ния его от командования. Конфликт принял скандальную известность, и Де- никину пришлось его пресекать по-военному реши- тельно. 2 февраля 1920 года главнокомандующий подписал приказ об исключении генерал-лейтенанта П. Врангеля со службы. И тут же отставленному военачальнику пе- редали указание немедленно покинуть пределы терри- тории, на которой действовали так называемые Воору- женные силы Юга России. Врангель уехал в Константинополь. Однако напосле- док он продемонстрировал Деникину, что не ставит его ни в грош. В письме главнокомандующему Врангель со- общал: «Со времени увольнения в отставку я считаю себя от всяких обязательств по отношению вас свобод- ным и предложение ваше совершенно необязательным. Средств заставить его выполнить у вас нет, тем не менее я решаюсь оставить Россию...» Деникин — главнокомандующий остатков Белой гвардии на юге, последняя надежда Белого движения, козырная карта Антанты — не мог оставить без ответа письмо строптивого генерала. Дела на фронте обстояли все хуже и хуже, и надо было хоть как-то показать ок- ружающим, что не один он, Деникин, во всем виноват. Впрочем, все так и было. Деникин написал Врангелю ответ: «Милостивый государь Петр Николаевич!.. Если у меня и было маленькое сомнение в вашей роли в борьбе за власть, то письмо ваше рассеяло его окончательно... Для подрыва власти и развала вы делаете все, что мо- жете». 3 марта войска Кавказского фронта Красной армии начали Кубано-Черноморскуто операцию. Сопротивле-
Увлекательная бонистика ние белых армий было сломлено. Позже белогвардей- ские историки назовут это поражение «Новороссий- ской катастрофой». Остатки деникинских войск стали перебазировать- ся в Крым — последнее прибежище Белой гвардии на Юге России. Полуостров Крым с первых дней революции стал своеобразным котлом, в котором бурлили страсти, по- догреваемые мощными антироссийскими политически- ми силами. В декабре 1917 года здесь возникло так называемое «крымско-татарское национальное правительство». Ос- нову его вооруженных сил составили около двух тысяч белых русских офицеров. Оторвать Крым от России, сделать его частью турецких владений тогда не удалось. Националистическое воинство, пытавшееся осущест- вить белую идею под зелеными знаменами, было раз- громлено. В июне 1918 года под крылом немецких оккупантов, захвативших Крым, литовский католик генерал Сульке- вич создал «татарское националистическое правитель- ство». В сентябре Крымское краевое казначейство, под- чинявшееся правительству Сулькевича, выпустило в об- ращение денежные обязательства номиналами в 500, 1000 и 5000 рублей на сумму в 4,9 миллиона рублей. Пе- чатались они в частной типографии некой мадам Бреш- ко-Брешковской в Симферополе. Владелица типографии, предоставившая производ- ство в распоряжение властей Сулькевича, была фигу- рой весьма одиозной. Начинала Екатерина Константи- новна Брешко-Брешковская (подпольный псевдоним «Бабушка») свою революционную деятельность в семи- десятые годы девятнадцатого столетия в рядах так назы- ваемых «народников». С 1874 по 1894 год провела в тюрьмах и ссылке. Стала одним из лидеров партии эсе-
А. А. Щёлоков ров, членом ее боевой организации. Участвовала в рево- люции 1905—1907 годов. В 1907—1917 годах вновь нахо- дилась в ссылке. После Февральской революции с вос- торгом встретила Временное правительство. В июне 1917 года на III съезде партии эсеров отказалась войти в ЦК, поскольку туда не был избран А.Ф. Керенский. К Октябрьской революции Брешко-Брешковская отнеслась негативно и все силы отдала на борьбу про- тив советской власти. Печатание денег для ставленника немецких оккупантов Крыма Сулькевича, видимо, так- же совпадало с ее идейными убеждениями. Правительство Сулькевича держалось на штыках оккупационной кайзеровской армии. Именно с опорой на Германию связывал католический генерал далеко шедшие планы создания «Крымского ханства» под по- кровительством немцев и турок. Откровенно проявляв- шееся стремление Сулькевича стать полновластным ха- ном Крыма вызвало раскол даже в его марионеточном совете министров. miMtumiBramaaS 3-0141 3-0141 Крымская банкнота украшена подписями членов правительства, од- нако особого веса на рынке не имела. 1920 г.
Увлекательная бонистика Едва немецкие войска оставили Крым, уступив там место французам, правительство Сулькевича тут же вы- нуждено было покинуть политическую арену. При французах в Крыму под тем же, что и у Сульке- вича, названием возникло новое правительство. Его возглавил ловкий делец кадет Соломон Крым. Загля- дывая далеко вперед, новая власть тут же выпустила в обращение собственные денежные знаки. На них вос- становили изображение двуглавого орла с император- скими коронами и с православным крестом на груди. На оборотной стороне банкнот в круглом медальоне помещалась карта полуострова с обозначением сети дорог. Для придания особого «веса» своим деньгам, зна- ки трех номиналов — в 5, 10 и 25 рублей — подписали сразу восемь (!) членов правительства: сам премьер Соломон Крым (Нейман), министр юстиции В. Набо- ков, внешних сношений — М. Винавер, финансов — С. Борт, торговли — А. Стевен, труда — П. Бобровский, МВД — Н. Богданов и министр народного просвещения С. Никонов. В казначейские кассы было передано описание сек- ретных примет, по которым контролерам предстояло определять подлинность купюр. Так, на левой лапе орла на 10- и 25-рублевых знаках художник между пальцами изобразил литеру М, на правой — Г. На оборотной сто- роне денежного знака слева между верхней и нижней цифрами 10, в завитках, спрятана буква Ь. От нижней цифры 10 слева отходят девять прямых линий, спра- ва — десять. С точки зрения нынешнего опыта предупрежде- ния подделок денежных знаков ухищрения прошлых лет выглядят крайне примитивными. Основные усилия для защиты банкнот в те времена брали на себя худож- ники.
А. А. Щёлоков Однако предосторожности в отношении крымских кредиток оказались излишними. Никто не собирался подделывать знаки, которые тут же утратили покупа- тельную способность. Да и времени у фальшивомонет- чиков практически не было. Под давлением обстоя- тельств Соломон Крым покинул полуостров Крым и бе- жал в Константинополь. Большая часть денежных знаков, выпущенных его правительством, так и не по- бывала в обращении, зато в коллекциях они представле- ны в прекрасно сохранившемся виде. В июне 1919 года в районе Коктебеля высадился де- сант, которым командовал генерал Я.А. Слащев. Безжа- лостный садист, что признают даже историки белогвар- дейского движения, он тем не менее любил позу. Оде- вался Слащев подчеркнуто мрачно: носил черную добровольческую гимнастерку. На рукаве у него были нашиты изображения белого черепа и костей, а под ни- ми слова — «Не бойся никого, кроме Бога одного». По- эзия невесть какая, но впечатляла она сильно, посколь- ку все знали — Слащев и бога не боялся. Штыком, виселицей, пулей Слащев утвердил на по- луострове режим военной диктатуры и вел себя здесь, по меткому народному выражению, как царь, бог и во- инский начальник. Не потому ли, если принять во внимание объясне- ние очевидца событий И. Папанина, кто-то угодливо вписал в серию белогвардейских денег инициалы гене- рала Якова Александровича — ЯА? Не трудно представить, как сообщал об этом своему шефу чин военно-полевого казначейства, отвечавший за выпуск банкнот: «В вашу честь, ваше высокопревос- ходительство!» Катастрофа Белой армии под Новороссийском низ- вергла Слащева с высокого пьедестала военачальника Крыма. Он в один миг стал всего лишь командиром кор-
Увлекательная бонистика пуса, входившего в состав армии, оборонявшей полу- остров. А вокруг сразу появилась масса другого, более высокого начальства. В марте 1920 года находившийся в Константинополе Врангель получил из Крыма телеграмму: «Вам предлагается прибыть 21 марта (3 апреля н.с. — А.Щ.) в Севастополь на заседание Военного Со- вета под председательством генерала от кавалерии Драгомирова для избрания главнокомандующего Воору- женными силами Юга России...» Плыл через море, понимая — свершилось. Иначе за- чем было вызывать отставного? В апреле в Крыму Военный совет избрал Врангеля очередным спасителем России. В Феодосии Деникин подписал свой последний приказ за номером 2899: «1. Генерал-лейтенант барон Врангель назначается главнокомандующим Вооруженными силами Юга России. 2. Всем, честно шедшим со мною в тяжелой борь- бе — низкий поклон. Господи, дай победу армии, спаси Россию». Подчеркивая преемственность белого дела, Вран- гель свой первый приказ пометил номером 2900. Даль- ше он не пошел и стал переформировывать армию. В мае, после многих перестановок и усиления за счет техники и оружия, поставленных западными союзниками, Вран- гель переименовал свои силы в Русскую армию. Не в пример многим предшественникам, барон знал силу денег и умел их делать. Созданное при главноко- мандующем правительство возглавил известный дея- тель Александр Васильевич Кривошеин. В прошлом один из ближайших сотрудников П.А. Столыпина, он в октябре 1906 года стал заместителем («товарищем», как тогда выражались) министра финансов России. С.Ю. Вит- те, близко знавший Кривошеина, характеризовал его
А. А. Щёлоков как «величайшего карьериста», «поклонника полицей- ского управления» крестьянством. Заведовал финансами врангелевской армии М.В. Бер- нацкий, последний министр финансов Временного пра- вительства (в «Советской исторической энциклопе- дии», в статье «Врангелевщина», он ошибочно назван Беркацким). Компания этих ловких финансовых деятелей, уже разуверившихся в возможности реальной победы, стала проворачивать сомнительные денежные операции в це- лях собственного обогащения. Современники так их и называли — «Торговый дом Врангель и К°». 14 октября 1920 года они на военном корабле вывезли в Сербию ценности Петроградской ссудной кассы, считавшейся самой богатой в России. В ней находились золото, се- ребро, драгоценные камни, художественные изделия из драгоценных металлов, картины русских художников из музея Александра III и частных собраний, а также сейфы частных лиц. В начале октября 1917 года сокровища ссудной кас- сы были тайно вывезены из Петрограда через Москву к Ейску. На всем пути следования спецпоезда касса соби- рала вклады банков и ломбардов мелких городов. Все эти ценности оказались сперва у Деникина и хранились под Екатеринодаром, затем в Новороссийске. После вы- воза ценностей в Сербию их хозяева практически поте- ряли на них право владения. Этой нечистой операцией по конфискации частной собственности уверенно руко- водил сам А.В. Кривошеин. Вскоре началась эвакуация белых войск из Крыма. 10 ноября уплывали за море органы тыла Русской ар- мии, увозя так и не пущенные в обращение деньги «Го- сударства Российского». «В 2 часа 40 минут, — писал о тех днях в книге вос- поминаний «Южный фронт» Врангель, — мой катер ф
Увлекательная бонистика отвалил от пристани и направился к крейсеру «Генерал Корнилов», на котором, взвился мой флаг. «Генерал Кор- нилов» снялся с якоря. Тускли и умирали одиночные огни родного берега. Вот и потух последний... Прощай, Родина!» О существовании денежных знаков «Государства Российского» коллекционеры и историки в нашей стра- не не знали долгое время. Лишь постепенно удалось ус- тановить историю их происхождения. Деньги «Государства Российского», которые разворовали до того, как они попали в обращение. 500 рублей. Лицевая н оборотная сто- роны. 1919 г. Банкноты были заказаны за рубежом, и в обраще- ние их должно было выпустить Управление финансов при главнокомандующем Вооруженных сил Юга Рос- сии. Правда, весь тираж купюр номиналами в 50, 100 и 500 рублей, отпечатанный в Англии, поступил в Крым еще до того, как врангелевцам пришлось его оставить. Но приемщики казначейства обнаружили, что во время транспортировки кто-то сумел умыкнуть из-под строгой военной охраны несколько ящиков новеньких креди- ток. О хищении доложили по команде. Составили акт. А выпуск денег в обращение задержали. Началось след- ствие, но обнаружить похитителей не сумели. Тут по- доспело время оставлять Крым... Нераспакованные ящики с денежным грузом опус- тили в трюм корабля...
А. А. Щёлоков Казначейства не очень-то любят раскрывать свои тайны. Никто о денежном заказе и случившемся с ним приключении долго не знал. И только годы спустя, ко- гда окончательно стала ясна абсолютная ненужность прекрасно изданных денежных знаков, предприимчи- вые дельцы из тыловых органов бывшей армии стали продавать их торговцам нумизматическими товарами. Так постепенно образцы начали появляться в коллекци- ях. Дошли и до Советского Союза. Вполне вероятно, что среди них могли объявиться и те, что были украдены из генеральской казны еще при доставке знаков в Крым из Англии, где деньги печата- лись. Историю «крымских» денежных знаков закончу до- кументом, который хранится в Российском государст- венном военном архиве. Это телеграмма члена Реввоен- совета 4-й армии С. Анучкина. «Москва. Наркомфин Крестинскому. Копия РВС Южфронта. Феодосия, 16 ноября 1920 г. При занятии Феодосии нашими частями захвачена полной исправности Экспедиция заготовления госу- дарственных бумаг. Запас врангелевских денег до 6 мил- лиардов рублей, хотя цифра еще не проверялась. Ис- прашивается указание, как быть с врангелевскими денежными знаками. Аннулировать их не представля- ется возможным, пока не будут присланы в доста- точном количестве советские знаки, о чем и ходатуй- ствуется. Необходимо прислать самым экстренным способом, используя для этой цели, может быть, гру- зовой аэроплан, чтоб скорее аннулировать дензнаки Врангеля». «Sic transit gloria mundi» — «Так проходит земная слава» — говорили древние. Знали, что говорили. ф
Увлекательная бонистика «Банановые» деньги «Банановые» деньги японской оккупации Малайи. 1 доллар. Вглядимся в изображение банкноты, иллюстрирую- щей этот очерк. Не правда ли, сам вид ее настраивает на мирный, идиллический лад? Пальмы, осыпанные плодами, кокосы, бананы — осязаемые приметы богат- ства тропической природы, солнца и моря. На память невольно приходят слова некогда модной песенки Вер- тинского: «В бананово-лимонном Сингапуре...» В коллекциях многих бонистов можно встретить та- кие банкноты, хотя территории, где они циркулирова- ли, слишком далеки от России. К тому же более шести- десяти лет отделяют нас от времени, когда купюры та- кого типа были пущены в обращение. И потому далеко не все знают, что пальмы и кокосы — всего лишь деше- вый камуфляж для ужасов войны и вторжения, что по- явлению этих денежных знаков предшествовал ряд дра- матических событий, опаливших судьбы миллионов лю- дей. Шел 1940 год. Мечты японских самураев о завоева- нии господства в Юго-Восточной Азии и Океании бли- зились к осуществлению. Военный союз Токио — Бер-
А. А. Щёлоков лин — Рим помог Японии накачать мускулы, усилить аг- рессивность. Подготовка к началу большой войны перешла в прак- тическую фазу. Императорским указом в стране был создан специальный институт — официальное прави- тельственное учреждение, руководство которым возло- жили на премьер-министра. Развернулась широкомас- штабная пропагандистская кампания под лозунгом «Азия для азиатов». При этом, как показали после- дующие события, самыми истинными и действительны- ми азиатами японцы в первую очередь считали самих себя. В Генеральном штабе японской армии разработали два оперативных плана — северный, направленный против нашей страны, и южный, который предусматри- вал захват Французского Индокитая, Малайи, Сингапу- ра, Голландской Индии и Бирмы, островов Океании. К войне в Японии готовились очень серьезно. Здесь обдумывали и заранее материально обеспечивали все будущие военно-политические операции. Производи- лись новые самолеты, артиллерийские орудия, боепри- пасы, спускались на воду новые корабли — подводные лодки, крейсера, авианосцы. В специальных типографи- ях втайне делались деньги для стран, которые еще пред- стояло завоевать; для Бирмы, Малайи, Океании, Филип- пин. Тюки с купюрами опечатывались и вручались ко- мандованию боевых частей, чтобы те могли пустить новые банкноты в обращение, едва ступив на чужую территорию. Боевые действия начались по всем правилам, разра- ботанным агрессорами: предусматривалась тщательная маскировка действий с тем, чтобы удары обрушивались на противника внезапно и в тех местах, где он их мень- ше всего ожидал. Японские десанты выходили в море
Увлекательная бонистика задолго до начала операций, втайне, с соблюдением всех мер предосторожности. Развертывание боевых сил на театре военных действий происходило под видом больших военно-морских учений. Каждый десант имел свою, строго определенную цель. Свои планы японские самураи выполнили достаточ- но точно и в очень короткий срок. Операции были нача- ты в декабре 1941 года, а к марту 1942-го в руках япон- цев уже находились — Бирма, Малайя, Филиппины, острова Бали, Борнео, Суматра, Тимор, Целебес, север- ная часть Новой Гвинеи. Всего в ходе массированного вторжения японцы за- хватили территорию примерно в 5,6 миллиона квадрат- ных километров с населением свыше 190 миллионов че- ловек. И сразу в обращение хлынули новые, ранее неве- домые местным жителям денежные знаки. Творцы оккупационных денег постарались придать банкнотам миролюбивый вид. Для оформления были выбраны сюжеты, хорошо знакомые жителям Юго-Вос- точной Азии и Океании, — море, пальмы, кокосы, пло- ды манго, хлебного дерева, бананы. Все главные и легко читаемые надписи делались на английском, а для Гол- ландской Индии — на голландском, и сохраняли сведе- ния, к которым население уже привыкло. Правда, на видном месте обязательно находилась надпись «Япон- ское правительство», а в нижней части банкнот поме- щались семь маленьких иероглифов, читавшихся как «Императорское японское правительство». Оккупанты сохранили названия денежных единиц, привычных для населения завоеванных стран. Так, для Малайи купюры выпускались достоинством в 1, 5, 10, 50 центов, 1, 5, 10, 100 и 1000 долларов; для Филиппин — в 1,5, 10, 50 сентаво, 1,5, 10, 100, 500 и 1000 песо; для Бир- мы — 1,5, 10 центов, ’/4, ’/2, 1, 5, 10 и 100 рупий; для
А. А. Щёлоков Океании — V2, 1, 10 шиллингов и 1 фунт стерлингов; для Суматры — 1, 5, 10 центов, ’/2, 1, 5, и 10 гульденов. Интересная деталь — ни на одной из купюр нет на- звания национальной принадлежности страны, для ко- торой деньги предназначены. Тем не менее принадлеж- ность тех или иных банкнот к определенным географи- ческим регионам можно определить по первым литерам серий знаков: М — Малайя, В — Бирма, О — Океания, Р — Филиппины, S — Голландская Индия. Для этой страны взята первая буква от японского слова Shonan, что означает «яркий, прекрасный юг». Местное население оккупированных стран отне- слось к оккупационным деньгам с плохо скрываемым недоверием и враждебностью. В отличие от подлинных долларов, фунтов, рупий, гульденов, которые все еще оставались в обращении, новые знаки получили назва- ние «банановых денег». Подрыву доверия к оккупационной японской валю- те придавали большое значение спецслужбы Соединен- ных Штатов Америки и Англии. С особым размахом эта кампания стала проводиться, когда боевые операции союзников приобрели наступательный характер. Однажды в виде трофеев англичане захватили боль- шие запасы «банановых» банкнот десятидолларового достоинства и использовали их в пропагандистских це- лях. На купюры типографским способом на трех язы- ках — китайском, малайском и бирманском — наносил- ся такой текст: «В настоящее время в Малайе японские деньги не признаны, и подлинными банкнотами оста- ются только имеющие законную платежную силу сред- ства. Когда Британия вернется в Малайю, ее деньги снова будут ходить, как и прежде. Японские знаки ис- чезнут вместе с японцами навеки, тогда как британ- ские знаки будут обращаться всегда».
Увлекательная бонистика Оккупационные деньги Японии для Голландской Индии. 10 гульденов. В ходе наступательных операций на Тихоокеанском театре военных действий американские войска завладе- ли огромным количеством японских оккупационных знаков разных достоинств и наименований — гульдена- ми, долларами, песо. Поскольку реальной покупатель- ной силы они не имели, американские солдаты прозва- ли их «микки-маусами». Так и осели в коллекции злове- щие по сути и безобидные с виду памятники претензий японского империализма на мировое господство. Следует заметить, что не сбылись и заявления бри- танской пропаганды о том, что «британские деньги бу- дут обращаться всегда». Развернувшаяся национально- освободительная борьба позволила народам Юго-Вос- точной Азии создать самостоятельные государства. Ос- новной денежной единицей современной Малайзии стал рингит (малайзийский доллар). Денежное обраще- ние в Бирме, которая с 1989 года стала именоваться Мьянма, обслуживает собственная единица — кьят. На Филиппинах обращается филиппинское песо. Бывшая Голландская Индия стала самостоятельным государст- вом Индонезией, денежное обращение в ней обслужи- вает индонезийская рупия. И сегодня в этих странах с
А. А. Щёлоков таким же интересом, как и у нас, рассматривают «бана- новые» купюры. Они ведь из других времен. Многое за- бывается людьми. Только вот всей истории забывать все же не стоит. Японские «банановые» деньги — типичные военные деньги. «А что это вообще такое — «военные день- ги»?» — вправе спросить читатель. Вопрос достоин лю- бознательного человека. Слова «военная промышлен- ность», «военная служба», «военное имущество» ясны каждому без пояснений. Но вот что такое «военные деньги», объяснит далеко не каждый. Итак, в понятие «военные деньги» обычно включа- ются два вида непохожих по функциям денежных зна- ков. Во-первых, это банкноты, которые выпускаются в период войны государством или группой государств, чьи вооруженные силы вступили на территории чужих стран. Такие выпуски осуществляются с целью финан- сирования военных нужд и оккупационных расходов победителей. Поэтому к такого рода военным знакам правомерно подходит также названия «оккупационные деньги», «оккупационная валюта». Военные деньги первого типа по своей экономиче- ской сущности представляют разновидность порожден- ных войной и реально не обеспеченных бумажных денег. Для них характерны следующие особенности: ог- раниченная оккупированной территорией сфера обра- щения; наличие принудительного курса по отношению к местной валюте (а сам этот курс произвольно опреде- ляют победители); отсутствие реального ценностного обеспечения денежной единицы; кратковременный ха- рактер обращения. Вторым типом военных денег являются банкноты, которые военная администрация или оккупационные власти выпускают для обращения в замкнутой системе торговли и обслуживания оккупационных войск, распо- ложенных на чужих национальных территориях. Такие
Увлекательная бонистика знаки обычно выпускаются на основе валюты стран-ок- купантов и сохраняют собственные названия, привыч- ные для победителей. В 1945 г., после изгнания японской армии из Маньчжурии, совет- ская военная администрация для расчетов с местным населением выпустила специальные деньги достоинством в 1, 5, 10 и 100 юаней. Позже проведена перерегистрация банкнот в 10 и 100 юаней путем наклеивания на них специальных марок. На рисунке — перерегист- рированная банкнота. Впервые военные деньги в широких масштабах вы- пускались в период Первой мировой войны кайзеров- ской Германией и ее союзницей Австро-Венгрией на оккупированных территориях Франции, Бельгии, Ита- лии, Румынии, Сербии, России. В период между Первой и Второй мировыми войнами массовую эмиссию воен- ных денег практиковала Япония на оккупированных территориях Китая и Маньчжурии. За счет их выпуска Япония покрывала расходы на содержание Квантун- ской армии и обеспечивала прибыли японским монопо- лиям, которые скупали за бесценок национальные бо- гатства Китая. В огромных количествах военные деньги выпускала нацистская Германия в период Второй мировой войны.
А. А. Щёлоков Во всех оккупированных странах гитлеровские власти установили сильно завышенный курс военной немец- кой марки: по отношению к французскому франку на 63 процента, голландскому гульдену — на 42 процента. В конце 1943 года в Тегеране на конференции руко- водителей трех держав антигитлеровской коалиции были обсуждены и приняты принципиальные положе- ния об организации послевоенного устройства Европы. В рамках этих решений Европейская консультативная комиссия стран-союзников разработала протоколы о зонах оккупации Германии, о контрольном механизме, экономических правах союзных войск, в частности о выпуске специальных военных денег для обращения на территориях Германии и Австрии. Были сохранены тра- диционные для этих стран названия денежных единиц — марка для Германии, шиллинг для Австрии. Технические вопросы подготовки эмиссии разраба- тывались американской стороной, поскольку в соответ- ствии с договоренностью знаки для всех зон оккупа- ции — советской, американской, английской и фран- цузской — должны были иметь одинаковую форму. Долгое время среди наших коллекционеров сущест- вовало мнение, будто весь выпуск военных денег для Германии тиражировался в США. На деле это не так. Американцы лишь готовили печатные формы, которые были позже переданы советской стороне. Знаки амери- канского производства отличаются от советских выпус- ков наличием секретного опознавательного знака, за- маскированного в деталях рисунка. Знак этот представ- ляет собой букву F, которую художник разместил в декоративном завитке в углу банкнот. Кроме того, четкое различие признаков, которые позволяют судить о том, какая из стран-победительниц выпускала банкноты в обращение, заложено в нумера- ции серий. Серия, начинающаяся с 1, свидетельствует, что день-
Увлекательная бонистика ги выпущены в обращение финансовыми органами ар- мии США, 0 — означает вооруженные силы Великобри- тании, 00 — Франции. Советская военная администра- ция выпускала банкноты, перед серией которых стоял знак «—» (минус). При этом сами серии в разных случа- ях имели либо девять, либо восемь цифр. Военная банкнота союзнических сил для Австрии. 100 шиллингов. Таким образом, разновидности военных знаков со- юзнических войск для Германии образовывались чис- лом цифр в номере (8 или 9), а также наличием или от- сутствием секретного знака F для опознания эмитента. Военные банкноты для Германии выпускались в сле- дующих номиналах: ‘/2, 1, 5, 10, 20, 50, 100 и 1000 марок. Массовое производство банкнот велось по упрощенной технологии, в результате этого существует много цвето- вых оттенков печати фона и надписей. Военные день- ги союзных войск обращались в оккупированных зо- нах наряду со старыми германскими рейхсмарками. Наиболее распространенными в коллекциях являются знаки в ‘/2, 1, 5 и 10 марок. Самая редкая купюра — 1000 марок.
А. А. Щёлоков Второй совместный выпуск военных денег антигит- леровской коалиции предназначался для Австрии. По своему виду он отличен от германских оккупационных банкнот более высоким качеством художественного и полиграфического исполнения. Банкноты имели номи- налы в 50 грошей, 1, 2, 5, 10, 20, 25, 50, 100 и 1000 шил- лингов. Часть знаков печаталась на бумаге с водяными знаками в виде надписи (на английском) — «Союзное командование», другая — в виде волнистых линий. Наи- более редкими в серии являются знаки в 25 и 1000 шил- лингов. Оккупационные банкноты для Германии и Авст- рии — убедительное свидетельство тесного сотрудниче- ства держав антигитлеровской коалиции — СССР, США, Великобритании и Франции в борьбе за ликвида- цию фашизма и установление нового порядка в Европе. Коллекционерам известны также сепаратные вы- пуски военных денег США для Италии (военные лиры), для Франции (франки вторжения). Советский Союз, вступив на территории стран Вос- точной Европы, выпустил военные деньги для Венгрии и Румынии от имени командования Красной армии. На территориях Чехословакии и Польши, чьи войсковые соединения участвовали в освобождении своих стран от фашистских оккупантов, военные деньги были выпу- щены от имени правительств этих стран. В одном слу- чае — Словацким национальным банком, в другом — Народным банком Польши. Мсье Жан — «отец инфляции» Слово «инфляция» переводится с латыни как «взду- тие». Оно очень точно определяет суть явления, с кото- рым мир познакомился после появления бумажных де-
Увлекательная бонистика нег. Знакомство это для Европы связано с именем Джо- на Ло, прозванного экономистами «отцом инфляции». О Джоне Ло немало написано и сказано, хотя в Рос- сии фамилия премьер-министра Кириенко, неудачливо- го финансиста и отца дефолта, который обрушил поку- пательную способность рубля и потряс российскую эко- номику в конце XX века, сегодня куда более известно. Джону Ло посвящены статьи в «Большой советской энциклопедии» (см. Ло), в «Советской исторической эн- циклопедии» (см. Лоу), в «Советских энциклопедиче- ских словарях» (см. Ло). В России в позапрошлом веке изданы две книги, по- священные Ло. Первая, вышедшая в Москве в 1858 го- ду, называлась «Джон Ло, или Финансовый кризис Фран- ции в первые годы регентства. Сочинение Ивана Баб- ста». Вторая напечатана в Петербурге в 1895 году и на- зывается «Джон Ло. Опыт исследования по истории фи- нансов». Автор — Горн. Нет сомнения, что деятели правительства Ельци- на — Кириенко, в одночасье обесценившие и тем са- мым уничтожившие денежные сбережения народа Рос- сии, хорошо знали механизмы, открытые и опробован- ные Джоном Ло на ниве бумажных денег. Но знать и уметь не создавать финансовых потрясений — катего- рии разные. Итак, кем же был этот человек, чье имя вот уже без малого триста лет в сфере денежного хозяйства служит символом катастроф и финансового краха? С портрета на титульном листе книги, автором кото- рой был сам Джон Ло, «Соображения о торговле и день- гах», изданной в Париже в 1720 году, на нас глядит муж- чина в завитом парике с хищным, пронзительным взгля- дом, с длинным носом, жестко поджатыми губами — гордый, надменный, суровый. По овалу рамки, обрам- ляющей портрет, надпись: «Г-н Жан Ло, советник коро-
А. А. Щёлоков ля во всех его советах, Главный контролер финансов в 1720 году». Внизу четверостишие: «Под августейшим и мудрым Регентством Принца, любящего добросовестность, Ло, изощрившийся в искусстве управлять финансами, Открывает искусство обогатить подданных и ко- роля». Это была вершина славы Ло, время его триумфа на краю пропасти перед лицом катастрофы. Восхождение было долгим и трудным. Падение — мгновенным. Ло родился в 1671 году в Эдинбурге в Шотландии. Человек по натуре азартный, он с молодых лет ударился в карточную игру, промотал наследство, полученное по- сле смерти отца. Поссорившись с неким мистером Виль- соном, Ло убил его на дуэли и вынужден был бежать в Голландию. Там устроился клерком в контору местного банкира. Почувствовал интерес к бизнесу и глубоко вник в существо банковских операций. Годы спустя, вернувшись в Шотландию, представил в парламент за- писку — «Замечания относительно торговли и звонкой монеты». Главным смыслом записки было предложение заменить в обращении звонкую монету бумажными деньгами. Парламент отнесся к идеям Ло со вниманием. За- писку обсудили в открытых дебатах, но решение, как и следовало ожидать, было отрицательное. Обидевшись на земляков, Ло уехал в Лондон и там предложил проект реорганизации денежной системы. Чтобы придать заманчивость своему предложению, Ло обещал правительству Англии в случае принятия его проекта обеспечить работой 500 тысяч голодных бедня- ков. Несмотря на радужные перспективы, которые ри- совал Ло, его проект отвергли и там. С островов Ло переехал во Францию. Не найдя и там поддеРжки своим идеям, остался в Париже и повел
Увлекательная бонистика карточную игру по крупному. Играл Ло удачно, сумел обеспечить себе на жизнь. Это показалось властям по- дозрительным. Министр полиции д'Аржансон приказал авантюристу покинуть Париж. Вскоре Ло объявился в Вене. И опять стал предла- гать свои методы реорганизации финансов государства. Австрия отвергла «рецепты» шотландца, и тот уехал в Италию. Там он добился встречи с графом Виктором Амадеем Савойским II. Граф милостиво выслушал про- жектера, но тоже ответил отказом. Ответ его стал при- мером государственной мудрости и потому запомнился. «Я не так богат, — сказал граф, — чтобы разоряться по собственной воле». Не найдя в Европе покровителя, который бы после- довал его советам, Ло из своих странствий снова вер- нулся во Францию. К этому времени здесь финансовые обстоятельства заметно ухудшились, и правительство искало возможности их улучшения. Богатство государства в древние и Средние века в условиях обращения монет из благородных металлов во многом определял наличный запас золота. Иногда, не- ожиданно открыв для себя новые источники металла, государство сразу богатело, быстрое развитие получали ремесла, расширялась торговля. И наоборот, ослабле- ние притока золота создавало трудности общественно- му развитию. Для того чтобы найти и добыть золото, прилагались неимоверные усилия. Эпоха Великих географических открытий, многие войны, развитие пиратства — все это было обусловлено надеждой на быстрое обогащение, вдохновлено призрачным блеском золота. Энергичный правитель России — Петр I сделал не- мало, чтобы вдохновить подданных на поиски месторо- ждений благородных металлов. Было, например, велено «освободить каждого, кто пожелает стать рудознатцем» от заводских работ, рекрутских наборов, подводной
А. А. Щёлоков гоньбы (в смысле от извозной обязанности) и от посто- ев. Объявили народу, что даже преступники будут осво- бождены от наказания, если они верно сообщат о ка- ких-либо месторождениях. В нарушение основ частной собственности на землю и крепостных Петр в 1719 году принял неожиданное для России решение. Он объявил «горную свободу», разрешив даже на чужих землях «искать, копать, плавить, варить и чистить всякие ме- таллы... злато, сребро, медь, олово, свинец, железо, та- кож и минералов...». Когда не было притока металлов, правительство на- чинало «портить» монету, добавлять в нее дешевые при- садки (лигатуру), уменьшая вес, шло на другие хитрости и махинации. Так, правивший во Франции от имени Людовика V регент Филипп Орлеанский в 1715 году за- думал провести денежную реформу. Предлогом для нее послужила якобы назревшая необходимость заменить лик усопшего короля другим изображением. Главная же хитрость заключалась в подготовленном изменении курса монет. До реформы курс золотого Луи — луидо- ра — равнялся 14 ливрам, курс серебряного экю — трем ливрам. Население должно было сдавать на перечекан- ку монеты по повышенной ставке — луидор за 16, экю — за пять ливров. Казалось бы, сплошная выгода. Но правительства никогда о выгоде собственных под- данных не заботятся. И механизм махинации обнару- жился быстро. После чеканки монеты пускались в обра- щение по новой ставке: луидор за 20, экю за пять лив- ров. Регент надеялся из ничего сделать нечто. Ловкие финансовые советники предсказывали успех. Однако французы быстро раскусили хитрость правительства. Луидоры не потекли в казну рекой на перечеканку, а залегли в кубышки. Операция принесла не столько до- ходы, сколько убытки. Регент скрипел зубами. Мудрые советники старались не показываться ему на глаза.
Увлекательная бонистика Короче говоря, обстоятельства сложились так, что Джону Ло, который во Франции предпочел стать Жа- ном, открылся путь в покои регента. Объяснять свои идеи сиятельным особам Ло умел без особых сложно- стей. Он уже не раз излагал свои теории и письменно, и устно. Вот небольшая выдержка из книги самого Ло: «Прочие необходимые монете свойства суть сле- дующие: 1) удобство в платежах; 2) повсеместная цен- ность; 3) хранение без потерь и издержек; 4) делимость без потери ценности; 5) чеканка. Билеты обладают всеми этими качествами в гораздо большей степени, чем серебро: 1) ими легче платить: 500 ливров скорее можно сосчитать бумажками, чем серебром; 2) их легче пересылать, а потому их ценность меньше будет от- клоняться в различных местностях; 3) их легче хранить вследствие небольшого объема; 4) их можно делить без порчи, обменивая крупные билеты на мелкие; 5) они до- пускают своего рода чекан и их труднее подделывать, чем монету». «Сколько положений, столько и софизмов!» — вос- кликнул по поводу объяснений мсье Жана Горн, автор книги 1895 года о Ло. И он прав. За внешней убедитель- ностью теоретических посылок Ло человек, знающий экономику, легко увидит, что для их автора бумажные деньги — не просто представители благородного метал- ла в обращении, не денежные знаки, лишенные собст- венной внутренней ценности без твердого обеспече- ния, а сами деньги. Поставив главное свойство золотой или серебряной монеты — ее «повсеместную ценность» — на второе место после удобства в платежах, Ло забывает об этом качестве, когда начинает восхвалять преимущества бу- мажных денег. А ведь именно отсутствие «повсемест- ной ценности» или — вспомним русское выражение «отсутствие внутренней доброты» — таит в себе глав- ную опасность употребления бумажных денежных зна-
А.. А. Щёлоков ков. Золотую монету российского чекана, проверив на подлинность пробы металла, примут и в Африке. Бу- мажный миллион, нарисуй на нем даже всенародно из- бранного и всеми любимого первого президента России Ельцина в кругу его верных финансовых рыцарей — Гайдара, Чубайса, Немцова, не примут даже в Монго- лии. Регент, увлеченный перспективами обогащения «короля и его подданных», которые умел столь красно- речиво преподносить Ло, противоречий в его теории не заметил. Доказывая свои проекты, Ло выдвинул перед реген- том и определенные условия. Он испрашивал право на открытие Королевского эмиссионного банка. Прави- тельство, по его замыслу, обеспечивало банку основной капитал, получало 3/4 прибылей, а их четвертую часть отдавало ему, мсье Жану — директору банка. Филипп Орлеанский условия принял. Но оконча- тельное решение вынес на утверждение финансового совета. Совет, после обсуждения, проект Ло отклонил. Главным противником нововведения стал герцог Ноаль — президент финансовой коллегии. Он справед- ливо полагал, что появление нового могущественного финансового учреждения в Париже и возвышение Ло отодвинет его самого на второй план и лишит влияния на финансовую политику правительства. Уловив колебания регента, которому сильно требо- вались деньги, Ло усилил натиск. В этот раз он стал до- биваться права открыть частный банк под покровитель- ством самого регента. И тот, поколебавшись, дал согла- сие. 2 мая 1726 года Ло получил патент, который предос- тавлял ему возможность создать собственный банк сро- ком на 20 лет. Второй патент Ло добыл 20 мая. В июле в отеле «Де Меем» открылся Генеральный банк Франции. Покровитель — сам регент. Директор — мсье Жан Ло.
Увлекательная бонистика Счетной единицей банка стало серебряное экю с кур- сом в пять ливров. Основной капитал составил шесть миллионов ливров, разделенных на 1200 акций по пять тысяч ливров каждая. К неудовольствию мсье Жана, правительство навя- зало ему обязательное условие — в зачет покупаемых акций звонкой монетой брать только одну четверть сум- мы, остальные три четверти — облигациями государст- венного займа, которые, кстати, к тому времени упали в цене до 60 процентов от номинала. Открытие банка дало французам повод для шуток и анекдотов. Над Ло открыто посмеивались, рисовали на него карикатуры. Однако дела банка неожиданно по- шли в гору. Уже на первом собрании акционеры утвер- дили дивиденд размером в 7,5 процента на акцию. Вы- сокая прибыль заставила скептиков пересмотреть свои взгляды. Теперь к банкнотам Ло относились без недове- рия, больше того, началась гонка за их приобретением. Удивляться нечему, если вспомнить, какой ажио- таж, какую веру в возможность делать деньги из возду- ха в России двести семьдесят лет спустя проявили де- сятки тысяч граждан, когда перед ними появилась фи- нансовая пирамида МММ авантюриста Мавроди, денежные ловушки для простаков вроде жульнических пирамид «Хопра-инвеста», банка «Чара», ОСТ и других. И это происходило в стране, народ которой считал себя прекрасно образованным, самым читающим в мире. Оказалось — о мсье Жане Ло большинство из россий- ских вкладчиков не ведало ни сном ни духом. Рост популярности бумаг, выпускавшихся банком Ло, позволил регенту утвердить циркуляр, который обя- зывал пересылать правительственные платежи из про- винции в Париж только в банкнотах. Удобство нового метода оценили в первую очередь торговцы. Теперь мо- нету не выкачивали из провинции, а доставка платежей удешевилась.
А. А. Щёлоков Слава Ло как удачливого реформатора финансов росла. А тут подвернулось еще одно дельце, сулившее златые горы. В 1683 году Франция овладела устьем реки Мисси- сипи в Америке. Новую заморскую территорию в честь короля Людовика XIV — Луи — назвали Луизианой. Однако колонизация шла туго. В королевской казне не было достаточно золота, чтобы это дело продвигалось быстро и эффективно. Правительство стало искать бо- гатого дельца, который бы взялся за освоение новых зе- мель на свои средства. Больших охотников тратить деньги не находилось. Трезвые подсчеты показывали, что сверхприбылей не получишь, зачем же рвать пупок и опустошать кошелек? И тогда взор регента упал на мсье Жана: не возьмется ли он? Чтобы увлечь Ло, ему предложили основать акционерную компанию с капи- талом в два миллиона ливров. К всеобщему удивлению, Ло согласился учредить компанию, но с основным капиталом в 100 миллио- нов — 200 тысяч акций по 500 ливров каждая. Сумма, которую называл Ло, по тем временам была баснослов- ной. При одном ее упоминании у дельцов перехватыва- ло дыхание. В самых смелых мечтах они никогда не на- зывали себе таких цифр. В обмен на широкие права Ло брал на себя обяза- тельство дарить каждому новому королю Франции в день восшествия на престол золотую корону, весившую свыше семи килограммов. Кроме того, компания бра- лась за свой счет ежегодно устраивать на жилье в Луи- зиане 6000 бедных поселенцев и 3000 черных рабов, а также строить церкви для обращенных в христианскую веру индейцев. В августе 1717 года компания была образована. Во главе совета директоров встали сам Ло и регент. Сто ф
Увлекательная бонистика миллионов основного капитала составили бумажные деньги. Регент Филипп Орлеанский полностью доверился советам Ло. В мае 1718 года он объявил о монетной ре- форме. Из обращения изымалась и перечеканивалась вся монета' прошлых лет. Декрет был объявлен без ут- верждения его парламентом только по настоянию мсье Жана Ло. После объявления декрета последовал взрыв недо- вольства. Всем было ясно, что правительство в очеред- ной раз пошло на махинацию, которая позволит обо- брать население. Более того, все знали имя устроителя ограбления. Парламент собрался на чрезвычайное засе- дание. К регенту обратились с просьбой до конца обсу- ждения прекратить чеканку новой монеты. Филипп Ор- леанский решительно отказал в такой просьбе. Монетный двор продолжал работать полным ходом, выпуская ежедневно новых монет на 800 тысяч ливров. Тогда парламент вынес решение: новых денег в пла- тежи не принимать. Провинциальные парламенты заня- ли такую же позицию. В Руане работникам местного монетного производства запретили чеканку новой мо- неты под страхом смертной казни. В одном городе мо- нетное производство вообще закрыли и выставили воз- ле предприятия муниципальный караул. В Париже тол- пы недовольных граждан выкрикивали угрозы в адрес Ло и искали его, чтобы повесить. Парламент в Париже принял специальный закон, который запрещал иностранным гражданам, получив- шим французское подданство, косвенно или прямо вме- шиваться в финансовые дела государства. Имени Ло в законе не упоминалось, но все прекрасно знали, что только о нем, принявшем французское подданство лишь в мае 1716 года, и шла речь. Заметим, так французы отстаивали право на само-
А. А. Щёлоков стоятельность финансовых и государственных институ- тов в годы королевской власти, считая, что только они сами вправе решать проблемы своих кошельков. Конечно, победить власть тогда не удалось, но сам факт сопротивления финансовым махинациям Ло сви- детельствовал о высоком национальном сознании и гор- дости народа Франции. Филипп Орлеанский, подталкиваемый личными фи- нансовыми интересами, занял жесткую позицию. Вой- ска взяли под охрану Парижский монетный двор. Дей- ствия парламента король объявил посягательством на его суверенные права и отменил все принятые решения (ну прямо как президент какой-нибудь африканской «демократии»!). Английский король Георг I предложил регенту под- держку и военную помощь. Оппозиция монетной ре- форме была подавлена. Те, кто еще вчера выступал про- тив Ло, пришли к нему с просьбой о заступничестве. В итоге выиграл регент. С помощью несложной опе- рации при обороте в три миллиарда ливров Ло одним махом уменьшил государственный долг на один милли- ард 200 миллионов ливров. К рукам авантюриста при- лип немалый куш. Ведь ему удалось укрепить авторитет бумажных денег, которых реформа не затронула. В декабре 1718 года благодарный регент специаль- ным указом возвел банк Ло в ранг королевского. Осо- бым эдиктом банку предоставили эмиссионное право — выпуск банкнотов на 12 миллионов в билетах экю и на 18 миллионов в билетах на ливры. Пользуясь полной бесконтрольностью, Ло начал вы- пуск ничем не обеспеченных бумажек. В феврале 1719 го- да он пустил в обращение 20 миллионов бумажных лив- ров, в апреле — еще 21 миллион. К печатанию экю Ло так и не приступал. Суть комбинации была в том, что за билеты на экю требовалось иметь твердое обеспечение,
Увлекательная бонистика а на ливры они обеспечивались монетой, курс которой определялся законодательно. Чтобы укрепить доверие к бумажным знакам, Ло вновь объявил о реформе, которая касалась всех денег, кроме бумажных. Объяснялось это народу тем, что «об- ращение банковых билетов гораздо выгоднее для коро- ля». В свою очередь, регент также делал все, чтобы об- легчить обращение бумажных денег в стране. Специ- альными актами в платежи разрешалось употреблять всего на шесть ливров разменной монеты и на 600 лив- ров серебра. Крупные платежи осуществлялись только в золоте и билетах банка. Категорически запрещалось перевозить звонкую монету из города в город. Занятый банком, Ло не забывал и о своей акционер- ной компании. В печати велось безудержное восхвале- ние богатств, которые якобы таила на своих просторах Луизиана. «Там есть горы, — писалось в одной из таких статей-«завлекалок», — наполненные золотом, сереб- ром, медью, свинцом, ртутью. Металлы эти там столь обыкновенны, что дикари, не подозревающие об их цен- ности, обменивают куски золота и серебра на европей- ские товары: ножи, котлы, копья, маленькие зеркальца и даже на глоток воды». Кто, прочитав такое, не бросился бы искать счастья на земле Миссисипи? По некоторым сведениям, в 1719 году компания име- ла 3,5 миллиона ливров наличными, на 750 тысяч ливров товаров, 21 корабль, 700 своих солдат, офицеров, свя- щенников. И все же практический вклад Ло в развитие заморской территории был невысок. Дельца в действи- тельности интересовала не колонизация, а возможность нажиться на ней. Тем не менее для прославления новой земли Ло сделал больше, чем король Луи. Поэтому Луи- зиану вполне можно было именовать и Лозианой — страной отчаянного авантюриста мсье Ло. 7 Щелоков А.
Ai. Ai. Щёлоков Руководствуясь стремлением к наживе, Ло объеди- нил целый ряд мелких торговых компаний в единую Индийскую компанию и взял под контроль всю замор- скую торговлю Франции. Одновременно от имени ком- пании за 50 миллионов ливров в золотой монете он при- обрел у правительства патент на выпуск бумажных де- нег. Затем взял на откуп у короля сбор некоторых госу- дарственных налогов. Раньше это право долгое время принадлежало четырем французам — парижским бан- кирам братьям Пари. Перехватив куш, принадлежавший другим, Ло бро- сил вызов могущественным конкурентам. Братья Пари составили против банка Ло заговор, не очень точно про- считав все свои ходы. В заговоре приняли участие еще несколько крупнейших финансистов того времени — Самуэль Бернар, герцог Конти, другие банкиры. План диверсии был прост. Во все последующие времена мо- гучие конкуренты таким образом подрывали авторитет и финансовую мощь соперников. Братья Пари и их сообщники скупили колоссальное количество банкнот и разом предъявили их для обмена на золото банку Ло. Акция осуществлялась неожиданно и потому всеобщей паники не вызвала. Банк, почти опустошив свои хранилища, сумел расплатиться с бан- кирами. Однако, чтобы пресечь повторение таких по- пыток в будущем, Ло объявил о понижении курса луи- дора. Другие клиенты его банка обменивать бумажки на золото, «потерявшее» в цене, не бросились. Ло продолжил аферы с акциями компании. Объявив их держателям, что компания станет выплачивать 40 процентов дивиденда на вложенный капитал, он выпус- тил 100 тысяч акций по пять тысяч ливров каждая — всего на 500 миллионов ливров. Деньги потекли в банк рекой. Да еще как потекли! Видимо, российский ультра- аферист Мавроди прочитал о мсье Жане куда больше и
Увлекательная бонистика куда глубже познакомился с его опытом, чем младшие научные сотрудники, ставшие руководителями финан- совых органов демократического президентского госу- дарства и тем самым взявшие на себя заботу о населе- нии своей страны. «Многие королевские особы Европы, — писал Горн, — присылали в Париж особых агентов, которые униженно заискивали милости Регента или шотландца по раздаче акций». В Париже в день начала продажи акций творилось нечто невероятное. «На улицах Ришелье и Вивиенн, — описывал происходившие события Горн, — где были подъезды к бюро Компании, лица, алкавшие подписать- ся, подвигались вперед тесною вереницей, которую не расстраивали в продолжение многих дней ни голод, ни жажда, ни сон, ни усталость; многие запасались прови- зиею, одни кряхтели под тяжестью мешков с деньгами, другие боязливо прижимали к груди туго набитый портфель. Давка людей и экипажей была такова, что ежедневно были или задавленные, или вынесенные со сломанными членами; быть может, последние менее го- ревали об увечье, чем об акциях, которых они впослед- ствии этого лишились». Слава Ло, изо всех сил обогащавшегося и «обога- щавшего» своих акционеров (хотя последние пока ни- чего не получили кроме обещаний), росла как снежный ком. 8 декабря Французская академия приняла Ло своим членом. Охваченные восторгом акционеры скандирова- ли: «Да здравствует король и господин Ло!» О мсье Жа- не слагались оды, на него писали эпиграммы. Именно в это время гравировали портрет Главного контролера финансов Франции (чин-то какой!), который якобы «изо- щрился в искусстве обогащать подданных и короля». Ло достиг вершины славы. Теперь оставался только один путь — вниз. Так всегда бывает, когда строишь
А. А. Щёлоков финансовую пирамиду. Все вверх, вверх, а потом безу- держно вниз. Тем более что пирамида мсье Жана была бумажной. К марту 1720 года банк Ло выпустил в обращение бумажных денег на сумму в 1 199 590 000 ливров. И вся эта гора ждала дуновения ветра. Он подул внезапно. Три крупных банкира, прекрас- но знавшие обстановку, привезли в банк бумажки на двух огромных подводах и потребовали немедленного обмена на золото. Слух об этом разнесся с быстротой звука. Сразу около шестнадцати тысяч акционеров по- требовали возврата денег. Началась паника. Банк при- остановил операции. «Мыльный пузырь, — писал Горн, — как бы ни вели- чествен и красив он был при восходящем полете, дол- жен был лопнуть рано или поздно». И он лопнул. 21 мая Ло объявил о банкротстве, и по приказу ре- гента его взяли под стражу. Были вскрыты хранилища и учтены активы. Оказалось, что все обеспечение огром- ной, в три миллиарда ливров, суммы бумажек, выпущен- ных Ло, составляло 289 миллионов ливров — 21 милли- он в звонкой монете, 28 миллионов в слитках драгоцен- ного металла и 240 миллионов в векселях. Известия такого рода быстро распространялись по городу, и паника росла. Толпы обманутых вкладчиков со всех концов Москвы и пригородов ринулись на Вар- шавское шоссе к зданию, которое занимал офис МММ господина Мавроди... Стоп! Простите, уважаемый читатель! Автор увлек- ся и забыл о времени. На самом деле события в Москве произошли более чем два века спустя после тех, кото- рые связаны с именем Ло. Тысячи россиян стали свиде- телями тому, что история ничему не учит, а жажда лег- кой наживы окончательно лишает нас разума. На самом деле обманутые французские вкладчики собрались воз- ф
Увлекательная бонистика \е парижского банка мсье Жана Ло и взяли его в осаду. < Напор толпы, — читаем у Горна, — сделался еще стре- мительнее и кровопролитнее, чем в июне. Высших раз- меров он, по-видимому, достиг в ночь на 16—17 июля. В 3 часа ночи скопилось на улице Вивиенн уже около 15 000 человек, и толпа все более и более увеличивалась новыми, вновь прибывавшими со всех концов города. Ко- гда взошло солнце, было найдено 15 трупов лиц, раздав- ленных или затоптанных ночью». Разъяренные парижане разгромили отель Ло. Тело задавленной женщины толпа принесла и положила под окнами короля Людовика XV. Регент вызвал войска. Те- перь положение мог спасти только штык... Последствия инфляционного краха банка Ло были катастрофическими. Около 30 тысяч рантье, живших на проценты со своих капиталов, пошли по миру. Тысячи людей, которые в надежде разбогатеть вложили в фи- нансовую пирамиду Ло последние сбережения, оста- лись без них. Сам Ло, скрываясь от расправы, уехал в провинцию, в свое поместье Герман. Туда по поручению регента ему привезли паспорт, позволявший выехать за грани- цу. Захватив припасенные заранее 800 золотых ливров и пять миллионов в бумагах, Ло выехал в Бельгию. На границе его опознал интендантский офицер. Беглеца задержали, 800 ливров золотом у него отобрали, сочтя, что изобретателю бумажных денег хватит вороха бума- ги, который он прихватил с собой. Далее судьба Ло уже не знала взлетов, хотя сам он распространял слух о том, что русский император Петр I приглашал его в Россию для налаживания финансов. Сведения эти никаких подтверждений не имеют, и их можно отнести к фантазиям погоревшего финансиста. Но, может, зря Петр I не пригласил мсье Жана в наши края в интересах обучения наивных лопухов, которые
А. А. Щёлоков верят в чье-то бескорыстное желание сделать их бога- тыми? У книги Горна, изданной в русском переводе, до- вольно интересная история. Известный царедворец Витте, делавший карьеру при дворе императоров Алек- сандра III и Николая II, рассказывал в воспоминаниях, как он познакомился с неким И.П. Шиповым. «Я, — писал Витте, — обратил внимание на Шипо- ва... потому, что он написал одну книжку, вернее, не на- писал, а перевел с французского (с немецкого, если ве- рить указанию на титульном листе книги. — А.Щ.) и со- ставил к ней предисловие (в книге указано: предисловие написал Н.Х. Бунге. — А.Щ.). Книжку эту — об извест- ной исторической личности Джоне Ло — он перевел по указанию Н.Х. Бунге (председателя комитета министров России. — А.Щ.). Всякий финансист знает, что при имени Джона Ло сейчас же представляются кредитные билеты и все то зло, все те несчастья, которые Джон Ло причинил Франции введением кредитных билетов. С именем Джона Ло и с кредитными билетами всегда неразрывно связана мысль о несчастьях, к которым ве- дет злоупотребление кредитными билетами. Джон Ло — это, так сказать, пугало для всякого правоверного финансиста... Книжечка эта составлена, или, вернее сказать, переведена Шиповым очень хорошо, что и об- ратило мое внимание на этого молодого человека». Оставим некоторые неточности, допущенные Витте. Скорее всего доверившись памяти, он не проверял фак- ты, о которых писал. Для нас интереснее знать, что пе- реводчик книги Иван Павлович Шипов быстро сделал карьеру и в 1905 году стал министром финансов России. В 1914 году Шипов принял должность директора Госу- дарственного банка России и занимал эту должность до Октябрьской революции. Это под его доглядом в годы войны худел и терял покупательную способность рус-
Увлекательная бонистика ский рубль. Это при Шипове сумма кредитных билетов, находившихся в руках у населения, выросла более чем в десять раз. К началу 1915 года на рубль, подписанный Шиповым, можно было купить столько, сколько до вой- ны покупалось на 80 копеек, к февралю 1917-го — на 55, к марту — на 27, к началу октября — на 10 копеек. А вот как инфляция съела рубль 1961-го, а за ним 1991 годов, многие наши сограждане могут разобрать- ся сами, руководствуясь личным опытом и воспомина- ниями. Что делает деньги «твердыми»? Деньги — центральное звено в цепи круговраще- ния товар-деньги-товар. Выбей его, и начинаются в об- ществе трудности, которые и придумать непросто. «Куда чаще всего идут рубли?» —- спрашивала рус- ская народная загадка. И сама отвечала: «На базар». По- скольку ведем речь о деньгах, придется и нам выйти на торжище. Благо оно шумное и большое. Представим 1921 год. Ростов-на-Дону. Город — пе- рекресток дорог, которые ведут из центра страны на юг, с юга — в центр. Говорили: «Одесса — мама, Ростов — папа». Ни объехать его, ни обойти. В таких местах базар испокон веков превращался в ярмарку. И вот мы в тол- пе торгующих и покупающих. Денег, которые охотно бы приняли разборчивые торговцы, у нас нет. Зато есть спички. Целые две пачки. Невелик товар, но в стране, страдавшей от разрухи, которую оставила России Граж- данская война, — спички всегда находили покупателя. Подходим к первому же торговцу, перед которым лежит пестрый ситец старого довоенного изготовления. — Торгуем? — задаем первый, прощупывающий во- прос. ф
А. А. Щёлоков — Торгуем и помениваем, — прибауткой отвечает продавец. — Что угодно? — Угодно ситчик. Почем? — По деньгам! — острит продавец. Ростовцы (теперь чаще говорят и «ростовчане») — народ до шутки быстрый, на язык острый и любой пред- лог могут использовать для подковырки. —- А без денег? Что возьмешь за аршин? {Здесь для тех, кто не помнит, а скорее и просто не знает, скажем, что русский аршин — это примерно семьдесят один сантиметр длины.) — Что возьму? — Продавец задумчиво чешет за ухом. — Мне нужен фунт гвоздей. Тащи гвозди — ме- няю баш на баш. — Но я могу предложить спички... — Русским языком сказано, за гвоздями приехал. Как поступали в таких условиях? Отвечаем: поступали весьма просто и рационально. Следили за конъюнктурой, составляли меновые таблич- ки, без которых на базаре и делать было нечего. Сего- дня, заглядывая в такие таблички прошлых лет, мы мо- жем достаточно ясно представить, что сколько стоило в прямом обмене товара на товар. Вот как выглядели эквиваленты ростовского рынка в 1921 году: Один аршин ситца = 20 фунтов зерна. (Кстати, сразу объясним, что русский фунт тянул на 409 граммов. Английских фунтовых гирек в России не употребляли: было бы себе в убыток. Там, на островах за Ла-Маншем, фунт тянул на 453 грамма.) Одна пачка спичек = 13,5 фунта зерна. Ведро крашеное = 60 фунтам зерна. Один пуд ковочных гвоздей (ухналей) = 27 пудам 7 фунтам зерна.
Увлекательная бонистика Теперь уже каждому под силу прикинуть, на что можно было сменять две пачки спичек в Ростове. Кто-то может сказать: мало ли какие чудачества проявлялись на «вольном рынке» послереволюционных лет. Ведь потому и «вольным» был назван, что каждый мог выставлять на нем свои требования. Суждение верное, но нужно учитывать, что для рынка торговать на деньги всегда удобнее и проще. Натуральный обмен возникает там и тогда, где деньги теряют свою твердость, то есть утрачивают надеж- ную обеспеченность товарами по гарантированным ценам. Убедиться в справедливости такого правила позво- ляют факты, хорошо нам известные. Перевод хозяйства России на рыночные отношения, который правительст- ва Горбачева и Ельцина называли «перестройкой», при- вел экономику и денежное хозяйство к развалу. И сразу денежные отношения между предприятиями стали сме- няться отношениями натурального обмена. Конечно, за годы, прошедшие после Октябрьской революции, все мы выросли, подковались, научились красивыми слова- ми маскировать реальные явления жизни. Сокращение социальных расходов назвали секвестром, распродажу общественного богатства по дешевке — «приватизаци- ей». Натуральный обмен в новый деловой язык вошел под псевдонимом «бартер». Но экономическая суть яв- ления от этого не изменилась. В 20-х годах в стране товарно-денежные отношения на долгий срок вытеснил натуральный обмен. Государ- ство брало в натуральной форме сельскохозяйственные налоги, натурой выдавалась преобладающая часть зара- ботной платы рабочим и служащим. Первые государст- венные займы имели натуральную форму. Так, в мае 1922 года вышел краткосрочный хлебный заем на об- щую сумму до 10 миллионов (160 тысяч тонн) ржи в зер-
А. А. Щёлоков не. Заем погашался натурой. В ноябре 1923 года был объявлен государственный краткосрочный сахарный заем на один миллион пудов (16 тысяч тонн) сахара-ра- финада. Каждый, купивший облигацию, под гарантии государства надеялся при погашении получить свою до- лю сахарку к чаю. Аналогичную акцию предприняло и просвещенное правительство Горбачева. Заведя страну в финансовый тупик, оно стало искать выход на путях натуральных займов. Правда, в силу более высокой образованности общества и отменного владения чиновниками демагоги- ческими приемами надувательства населения, такой заем 1990 года был назван «выпуском в обращение то- варных облигаций». Всего государство эмитировало их на сумму 10 миллиардов рублей, И пообещало, что все, кто пожелал прибрести такие обязательства за налич- ные деньги на три года, по истечении срока получат де- фицитные товары, отсутствовавшие в свободной тор- говле. Это были автомобили «Волга» — «ГАЗ-2410», «Жигули», «Москвич», «Таврия», холодильники, цвет- ные телевизоры, персональные компьютеры. Для тех, кто хотя бы немного смыслил в экономике, сразу было ясно — замена денег облигациями и рас- срочкой идет не от хорошей жизни. Но государствен- ные советские чиновники успокаивали граждан. Ох как успокаивали! И главное, они не стеснялись врать напро- палую. Врали публично, громко, пользуясь услугами со- ветских средств массовой информации. И никто из них ни разу не сказал: «Все может быть, дорогие согражда- не. Вкладывая деньги в дело, считайте, что это ваш риск». Нет, на такую честность наш чиновник неспосо- бен. Сомнениями он может подорвать доверие к своему учреждению, а оно ему платит деньги. Как говорят, «накололись» на доверии к советскому
Увлекательная бонистика правительству миллионы людей. Долг большинству ни- кто не вернул до сих пор. К сожалению, мы очень забывчивый народ. В про- шлом личные имена становились нарицательными и в добром, и в плохом смысле. Малюта Скуратов — палач. Мазепа — предатель. Емелька Пугачев — бунтовщик. Гришка Распутин — ловкий авантюрист. А вот сегодня мы стали слишком добры и прощаем все — обман, наду- вательство, и ни один чиновник, обманывающий граж- дан и налогоплательщиков, не заклеймен в историче- ских хрониках позором. А ведь есть за что. Имена государственных обманщиков должны сто- ять в одном ряду с именами тех частных лиц, кто чуть позже путем афер «обул» сотни тысяч доверчивых вкладчиков. Обман государственный ничем не лучше любого частного мошенничества. Среди «державных обманщиков» были бывший председатель правления Госбанка СССР В. Геращенко, а также заместитель председателя Сбербанка СССР М. Нахманович. Вот что сообщал народу со страниц газеты «Правда» (6 апреля 1990г.) этот человек, возглавлявший организацию, кото- рая брала на себя обязанность распространять облига- ции «товарного займа». Корреспондент газеты «Правда» не скрывал сомне- ний по поводу реальности обязательств, взятых на себя правительством и Сбербанком, и спрашивал Нахмано- вича: «— Есть ли гарантия, что все без исключения обла- датели облигаций получат в 1993 году товары, за кото- рые полностью заплатят в 1990 году? — Лично у меня нет никаких сомнений, что облига- ции будут в срок погашены соответствующими това- рами... — А если у руля власти к тому времени окажется другая администрация? Не посчитает ли она себя сво-
А. А. Щёлоков бодной от обязательств предыдущей? Скажем, примет решение сначала погасить облигации всех послевоенных займов? — Я не могу себе представить ситуацию, когда сме- на состава правительства может повлечь за собой от- каз от обязательств перед населением. Напомню, обла- дателями названных облигаций станут несколько мил- лионов человек. Никакое правительство не рискнет шутить с такой аудиторией». А ведь нашлось такое правительство. И рискнуло. И пошутило с миллионной аудиторией. И обобрало на- род, не просто отказавшись от выполнения обязательств, гарантированных обществу Нахмановичем. Более того, оно пошло смелее и дальше. Оно практически обесце- нило все сбережения граждан, сведя их к нулю. Трудно поверить в наивность господина Нахманови- ча и в то, что он не понимал, какая судьба ожидала до- верчивых клиентов Сбербанка. Но чиновники — племя особое. Находясь на государственной службе, человек обязан врать, если этого от него требует должность. За деньги душой кривят все — премьеры и вице-премье- ры, председатели и члены избирательных комиссий, прокуроры и следователи, судьи и адвокаты, великие комментаторы и дикторы телевидения. И плакали денежки «аудитории», как назвал наш по- корный народ руководитель Сбербанка СССР. Потому, что бумажки, с которыми мы имеем дело ежедневно, будь то рубли, доллары, фунты, — это не деньги, а всего лишь их отражение. Мнимая бумажная величина, иначе говоря — денежные знаки. Настоящие деньги родились в глубокой древности, когда людям удалось обнаружить универсальный товар, который обеспечивал посредничество при любом обме- не. Этим товаром было золото. И в какой бы форме этот
Увлекательная бонистика металл ни выступал в обмене — в виде слитков, золото- го песка или самородков, — он уже выполнял функцию денег. Итак, мы на собственном опыте убедились, что лю- бое государство всегда может потрясти кошельки своих граждан. Поэтому люди должны уметь сознательно предпринимать меры для защиты собственных сбере- жений не после того, как они обесценятся, а заранее. И примеры такой «финансовой самообороны» сущест- вуют. В 2001 году японцам стало известно о намерении правительства отменить с февраля 2002 года государст- венные гарантии по банковским вкладам. А японцы, как отмечает газета «Файненшл тайме», очень «сберега- тельная нация»: средний объем сбережеций на семью составляет 14 миллионов иен (это около 104 630 долла- ров). В то же время японцам не откажешь в финансовой осторожности. Лишь около 10 процентов своих денег они вкладывают в акции. Зато 45 процентов сбереже- ний — это около 1400 триллионов иен — лежит на бан- ковских счетах, сохранность которых гарантирована го- сударством. Естественно, слух о возможной отмене га- рантий встревожил общество, и японцы начали снимать деньги со счетов, переводя сбережения в золото. В прес- се описан случай, когда в Токио в ювелирном магазине некий покупатель сразу выложил 30 миллионов иен (в то время 224 000 долларов) и унес с собой 26 килограм- мов золотых слитков. «Покупатели считают, — сообщала «Файненшл тайме», — что, даже если цена золота снизится, она никогда не упадет до нуля. А вот если обанкротится их банк, все сбережения могут пропасть в одночасье». Нет, не такими раболепно послушными, как нынеш- нее поколение, были наши предки! Не такими! Доста- точно вспомнить про «медные» бунты во времена царя
А. А. Щёлоков Алексея Михайловича, чтобы понять — не позволяли русские даже своим царям дурить себя в денежных во- просах. Вот почему всегда перед любым правительством вставал вопрос о придании денежным знакам «твердо- сти», о том, как ее поддерживать и сохранять. Напеча- тать красочные бумажки с обозначением номиналов для любой типографии дело не сложное. Но вот что бу- дут стоить эти знаки на рынке? Что на них можно будет купить? И возьмут ли их продавцы вообще? В 1918 году в Астраханской губернии возникла ост- рая необходимость в денежных знаках малых досто- инств. Быстро получить требуемые деньги из Москвы не было возможности. И тогда Астраханский Совет при- нял решение выпустить на время собственные размен- ные знаки. Сказано — сделано. Тираж отпечатали и стали выдавать купюры в зарплату. Но, к удивлению членов совета, торговцы на рынке незнакомые им бу- мажки в оплату за товары брать отказались. Тогда в совете приняли «по-революционному» ради- кальное решение. Раз не берут — значит, «контра». Ес- ли контра — то саботаж. Тут же власти пригнали на ры- нок для убеждения строптивых торговцев броневик с пулеметом. После грозного требования представителя Совета, обращенного к торгующей части рынка, принимать но- вые деньги, пулемет нацелился на ряды... Обеспечение, если верить очевидцам тех событий, произвело на торговцев сильное впечатление, но совсем не то, которого добивался орган народной власти. Кое- что кое-кому в тот день на базаре продали. Однако на другой день торговая площадь была пустой... Выходит, «бронепулеметная» подкладка под бумаж- ные деньги не делает их твердыми. Положение в губер-
Увлекательная бонистика нии спасло прибытие денег из Москвы. Неудавшиеся местные бумажки собрали и уничтожили. Зато коллек- ционеры, у которых они оказались в собраниях, могут с интересом разглядывать купюры с такой скандальной историей. Эти знаки вошли в народную речь современ- ников как «дементьевские». Название их увековечило фамилию человека, давшего жизнь бумажкам, покупа- тельную способность которых он пытался обеспечить силой оружия. «Революционные» меры для обеспечения платеже- способности принимали не только в Астрахани. Вот «Бон Екатеринодарского отделения Государственного банка». Год выпуска — 1918-й. Номинал — 10 рублей. Уведомление сообщает, что «означенный бон обезпечен обязательством Государственного казначейства за Ns 575 на номинальную сумму 50 000 руб.». Однако опасения в том, что гарантиям казначейства могут не поверить, эмитенты сопроводили грозным пре- дупреждением, которое помещено на оборотной сторо- не денежного знака. Деньги Гражданской войны. На оборотной стороне в рамках уведом- ление: «Означенный бон согласно постановлению Кубанского Обла- стного Центрального Исполнительного Комитета Советов Народ- ных Депутатов имеет хождение в пределах Кубанской республики, и лица, отказывающиеся в приеме бонов, подлежат суду Народного Трибунала как не подчиняющиеся Советской Власти. Подделка бо- нов преследуется». 1918 г.
А. А. Щёлоков Рассматривая банкноты Гражданской войны, мы мо- жем заметить, что в виде активов, которыми обеспечи- валась платежеспособность местных денег, выступали различные ценности. В 1918 году в Семиречье, то есть на территории, за- нимавшей большую часть нынешней Киргизии и часть Казахстана, существовали собственные кредитные би- леты — семиреченские денежные знаки. Сейчас они очень редки, малоизвестны и крайне высоко ценятся коллекционерами. К обеспечению этих денег семире- ченские власти подошли куда более серьезно, нежели в Астрахани. На купюрах значились подписи комиссара финансов и военного комиссара края. Кроме того, спе- циальная надпись объявляла: «Кредитные билеты обес- печиваются опием, хранящимся в Государственномъ Банке, и всем достоянием области Семиречья». Опий в то время был дорогостоящим лекарствен- ным веществом, которое вырабатывали из специальной культуры мака. Его издавна выращивали в Семиречье. Чтобы сделать текст более воспринимаемым, художник изобразил на некоторых денежных знаках цветки и со- зревшие коробочки мака. В том же самом году эмиссию собственных креди- ток осуществило Екатеринодарское отделение Государ- ственного банка. На знаках поместили такую надпись: «Бон обеспечен обязательством Северо-Кавказской Со- ветской Республики под поступления табачного акциза». Акциз — это особый вид косвенного налога на това- ры массового потребления и услуги. Включался в цену товаров. В данном случае все средства, собранные в ви- де акцизов, местные власти пустили на обеспечение своих местных денег. Заботились об обеспечении твердости частных де- нег, выполнявших разменные функции, и мелкие хозяе- ва магазинов, аптек, ресторанов. Широко известная до революции торговая фирма «Кунст и Альберс», сущест-
Увлекательная бонистика вовавшая на Дальнем Востоке, выпускала чеки с гаран- тийным текстом такого содержания: «Взамен сего в ма- газине Т.Д. (то есть «торгового дома» — A.IIJJ «Кунст и Альберс» во Владивостоке выдается товаров на сумму 50 копеек (или рублей, в зависимости от достоинства чека)». Знаменитая «опиумная» банк- нота Семиречья. Справа: увели- ченный фрагмент с опиумной гарантией. 100 рублей. 1918 г. Поскольку торговые точки у фирмы были и в других городах, там ходили чеки, заверенные специальными штампами. Например: «Настоящее обязательство дей- ствительно до 1 мая 1919 года. Т.Д. «Кунст и Альберс» в Хабаровске». Частные денежные знаки иногда выглядели как про- стые квитанции, изготовленные типографским спосо- бом, а иногда они выполнялись на хорошем полиграфи- ческом уровне. После введения в оборот твердой советской валюты, номинированной в золотых рублях, правительству еще долго пришлось искоренять привычку предприятий и регионов выпускать в обращение частные денежные знаки, которые подрывали монополию государства на эмиссию платежных средств.
А. А. Щёлоков Твердый советский червонец Были ли в нашей стране после революции хоть раз деньги «твердыми»? Да, были, хотя в историческом плане их твердость сохранялась недолго. При этом официальная советская история часто замалчивала и искажала факты о том, ко- му принадлежат заслуги оздоровления рубля, существо- вавшего с 1917 года в виде обесцененного совзнака. Дело в том, что большинство участников этого важ- нейшего процесса в жизни общества и экономики стра- ны для советской власти оказались «персонами нон гра- та». Поскольку многие участники борьбы за твердый рубль в годы так называемых «сталинских чисток» ока- зались в числе репрессированных. На упоминание их фамилий был наложен запрет, и потому историки дела- ли вид, что таких вообще не существовало. Позже, когда пошла волна реабилитации, проблема- ми прошлого занялись не столько историки, сколько скорые на руку газетные и журнальные публицисты. Они стали снимать пенки с актуальной темы, часто не проясняя, а путая дело. В результате заслуги в проведе- нии эффективной денежной реформы приписали ре- прессированным номенклатурным руководителям фи- нансовой отрасли хозяйства, в частности народному комиссару финансов Григорию Яковлевичу Сокольни- кову. Однако если внимательно проследить историю раз- вития финансов на первых порах становления советской власти, то легко убедиться, что большинство политиче- ских руководителей Наркомата финансов, выдвинутых на эти должности партией большевиков, оказались ли- цами весьма некомпетентными в важном деле развития новых денежных отношений.
Увлекательная бонистика Трудно поверить, но уже в 1918 году Ленин стал по- нимать, что ему не под силу противостоять бюрократи- ческим играм аппарата Совета народных комиссаров, который затягивал создание новой денежной системы. Тогда он обратился за помощью еще к одному «специа- листу» — члену Высшего Совета народного хозяйства (ВСНХ) Ю. Ларину, который в этом ведомстве занимал- ся вопросами финансов. Ю. Ларин — это не фамилия. Это партийный псев- доним пламенного большевика М.З. Лурье, который в партии большевиков считался ведущим советским эко- номистом. Но на самом деле Ю. Ларин был экономи- стом плохим, не понимавшим роли денег в нормально работающей экономике. По этой причине Ю. Ларин явился одним из яростных сторонников полной ликви- дации денежного обращения и вообще денег в нашей стране. Он доказывал необходимость скорейшего пере- хода к прямому распределению благ и услут. Ю. Ларин осмеивал коммерческий расчет и свобод- ную торговлю и стал одним из вдохновителей подготов- ки проекта решения, по которому съезд Советов дол- жен был объявить отмену денежного обращения в Рос- сии. 18 августа 1918 года СНК освободил бездеятельного наркома финансов Гуковского от тяготивших его обя- занностей и на его место назначил Николая Николаеви- ча Крестинского. Новый руководитель финансов, получивший долж- ность в 35 лет, также не был специалистом в данной об- ласти. Но, к его чести, он сумел сохранить в Наркомате старых кадровых работников системы российских фи- нансов, которые отбирались им не по идеологическим соображениям, а исходя из профессиональной пригод- ности. Коллекционер, собирающий бумажные денежные
А. А. Щёлоков знаки России, может разложить перед собой кредитные билеты царского правительства образца 1898 года номи- налами в один рубль. На них, как полагалось в то время, печатались подписи кассиров банка. В их числе легко обнаружить такие фамилии — Алексеев, Г де Милло, Гальцев, Гейльман, Лошкин, Осипов, Стариков, Титов. Теперь можно рассмотреть купюры расчетных зна- ков РСФСР образца 1922 года, подписанные наркомом финансов Н. Крестинским и обнаружить на них фами- лии «советских» кассиров Алексеева, Г де Милло, Галь- цева, Гейльмана, Лошкина, Осипова, Старикова, Тито- ва... Кстати, фамилию Лошкина можно найти на расчет- ных знаках РСФСР до 1923 года включительно. В октябре 1922 года Крестинского на должности наркома финансов сменил Григорий Яковлевич Соколь- ников. Это был типичный партийный функционер, го- товый возглавлять все что угодно, лишь бы иметь право командовать. В годы Гражданской войны он был членом военных советов 13, 16 и 6-й армий. Позже занимался хозяйственной деятельностью. Короче говоря, больше- вистский мастер на все руки. Поскольку денежная реформа и стабилизация рубля происходили в период, когда наркомом финансов был именно Сокольников, все главные заслуги в этом деле историки приписали ему. Способствовало этому и то, что Сокольников выпустил несколько брошюр, в кото- рых излагались происходящие в советских финансах преобразования. На самом деле одним из главных авторов преобра- зований, породивших «твердый» конвертируемый чер- вонец, стал Николай Николаевич Кутлер, в прошлом видный деятель царского правительства, член кадет- ской партии. Его фамилию легко найти в «Большом эн- циклопедическом словаре» и в алфавитном указателе к Полному собранию сочинений Ленина. Тот еще до рево-
Увлекательная бонистика люции вел с Кутлером острую полемику по вопросам общественных преобразований, критиковал его взгля- ды с большевистских позиций. Кутлер — русский дворянин — был человеком неза- урядным, самостоятельно мыслившим и не боявшимся высказывать свои взгляды, которые далеко не всегда нравились царскому окружению. Тем не менее с 1885 по 1905 год он работал в Министерстве финансов, зани- мая разные должности. Дошел до положения товарища (то есть заместителя) министра. В 1905—1906 годах был министром земледелия и землеустройства, являлся де- путатом Государственной думы. Оценивая взгляды Кутлера как политика, председа- тель Совета министров царского правительства С.Ю. Вит- те называл его честным, умным и дельным человеком, которого недоброжелатели при дворе загнали травлей в лагерь партии левых кадетов. В 1919 году Кутлер прекрасно понял необратимость событий, происходящих в России, и начал сотрудничать с советской властью. Он стал членом совета Института экономических исследований Наркомата финансов (ИЭИ). В августе 1921 года Кутлера назначили замести- телем председателя комитета цен при Наркомате фи- нансов, где он должен был заняться разработкой про- граммы вывода экономики из финансового кризиса. Взгляды Кутлера и его сторонников на финансовое положение в РСФСР и на возможные пути его развития не нравились «марксистам-экономистам» типа Ю. Ла- рина. 1921 год в истории советской экономической мысли ознаменован успехами сторонников «прямого коммунистического распределения» и отмены денеж- ных отношений. Находясь на ключевых постах власти, «экономисты» такого типа провоцировали издание декретов, которые уничтожали денежные расчеты государства с граждана-
А. А. Щёлоков ми, переводили эти отношения в сферу прямого распре- деления. 27 января 1921 года был издан декрет СНК «Об от- мене взимания платы за жилые помещения с рабочих и служащих и за пользование водопроводом, канализацией и очисткой, газом и электричеством и общественными банями — с государственных учреждений и предпри- ятий и их рабочих и служащих и о распространении указанных льгот на инвалидов труда и войны и лиц, на- ходящихся на иждивении». 7 апреля следует декрет «О натуральном премирова- нии рабочих». Если учесть, что годом раньше был при- нят ряд декретов такого же характера, то можно пред- ставить, сколь активно наступали на экономику против- ники денег. Среди их «достижений» — декреты «Об отмене не- которых денежных расчетов», «О бесплатном отпуске населению продовольственных товаров», «О бесплат- ном отпуске населению предметов широкого потребле- ния». Не надо обладать большими познаниями в экономи- ке, чтобы понять авантюризм и глупость подобных ме- роприятий. В стране, разрушенной Гражданской вой- ной, велось не налаживание производства, не увеличе- ние выпуска товаров и услуг, а разрабатывались меры по бесплатному распределению того немногого, что бы- ло ранее произведено. Денежный счет даже в личном хозяйстве каждой се- мьи велся на миллионы. Если первые совзнаки в 1919 го- ду имели номиналы 1, 2 и 3 рубля, то уже к 1921 году в обращение были выпущены Обязательства Российской Социалистической Федеративной Советской Республики достоинством до 10 миллионов рублей. Вышли расчет- ные знаки номиналами в 25, 50 и 100 тысяч. Появление их было обусловлено практической необходимостью в
Увлекательная бонистика связи с неимоверно высоким уровнем розничных цен. Так, в 1921 году пуд ржаной муки (16,38 кг) стоил 140 тысяч рублей, картошки — 20 600 рублей. Чтобы про- ехать по Москве на трамвае одну остановку, надо было заплатить за билет 500 рублей, за две остановки — 900. Номер газеть! «Правда» стоил 2500 рублей. Миллион рублей, обладание которым в то время не означало большого богатства, в просторечии без особо- го почтения именовался «лимоном», миллиард — «ли- мардом». Выход из создавшегося положения мог быть один: восстановление торговли и денежных отношений в пол- ном объеме по всей стране, ликвидация уравниловки в распределении благ, введение хозяйственного расчета, ориентирование производства на прибыль. Понимание этих проблем Ленин выразил такими словами: «Личная заинтересованность поднимает производство; нам нужно увеличение производства прежде всего и во что бы то ни стало. Оптовая торговля объединяет миллио- ны мелких крестьян экономически, заинтересовывает их, связывая их, подводя их к дальнейшей ступени, к разным формам связи и объединения в самом производ- стве». Выполнить эту задачу было невозможно без стаби- лизации курса рубля, без укрепления его покупатель- ной способности. По представлениям, которые навязы- вали обществу советские историки, партия большеви- ков была союзом единомышленников, хотя на деле все обстояло далеко не так. Доморощенные партийные «экономисты», волей случая оказавшиеся у руковод- ства финансами, понимали, что ликвидация в стране распределительного принципа ослабит их власть, а мо- жет, и вообще лишит ее. Нетрудно понять, почему те, кто пытался вести об- щество к «светлому» будущему через уравнительное ф
А. А. Щёлоков распределение, в штыки встретили объявление НЭПа — новой экономической политики, предложенной Лени- ным. Ортодоксальные революционеры типа Ю. Ларина всполошились и начали скрытую войну с переменами. Ударить по самому Ленину у них было немного возмож- ностей, поэтому они нападали на тех, кто честно рабо- тал над восстановлением экономики. В числе противни- ков НЭПа оказалось и такое влиятельное учреждение, как ГПУ, которое возглавлял Дзержинский. В этом ве- домстве лояльность человека к советской власти опре- деляли в ту пору его социальным происхождением. Назначенный правительственным решением на долж- ность заместителя председателя комитета цен при На- родном комиссариате финансов, в новой должности Н. Кутлер проработал недолго. И почти сразу за назна- чением последовал его арест органами ГПУ. Правда, за- ключение было недолгим. В ведомстве «Железного Фе- ликса» стало известно, что Совет народных комиссаров, председателем которого был Ленин, рассматривает кан- дидатуру Кутлера для введения в состав правления вновь создававшегося Госбанка. Арестованного немед- ленно освободили. Перед нами — типичный пример того, что не пре- ступление, не конкретная вина человека, а некие иные причины часто становились причиной ареста в годы со- ветской власти. Будь Кутлер арестован на законных ос- нованиях, то оправдать или наказать его мог только суд. Ничего подобного! Судьбу человека решали комиссары ГПУ, действовавшие на основе собственных политиче- ских взглядов: сами посадили, сами и освободили. Что же на самом деле послужило фактической осно- вой для признания Кутлера «социально опасным» эле- ментом? Прежде всего, четко декларированная им по- зиция о необходимости ухода от силовых методов «воен- ного коммунизма» в экономике. В конце мая 1921 года
Увлекательная бонистика Кутлер выступил перед экономистами с докладом. В нем он изложил свои взгляды на возможные пути реформи- рования денежных отношений. Одновременно извест- ный банковский деятель дореволюционной России В. Тар- новский предложил ввести в стране твердую валюту, которая обращалась бы параллельно с хилым советским денежным знаком. На основе предложений Кутлера и Тарновского в Госбанке началась разработка конкрет- ного плана денежной реформы. Возглавлявший правление Госбанка А.Л. Шейнман направил на имя Ленина записку, в которой излагалась суть проекта. Он, в частности, писал: «Установление правильного денежного обращения, без которого невоз- можно ни развитие промышленности, ни торговля, ни, в частности, банковская деятельность, не терпит ни- какого отлагательства, и вопрос этот должен быть разрешен революционными мерами». Ленин сразу обратил внимание на фразу о «револю- ционных мерах» в решении финансовых проблем. Он подчеркнул ее тремя жирными линиями и на поле сде- лал замечание; «?? вообще нельзя решить этими мерами». И в самом деле, экономика живет своими законами и не подчиняется тому, кто пытается руководить ею во- преки здравому смыслу. Сегодня, имея возможность объективно оценивать прошлое, мы видим, что Ленин, на которого некоторые историки в наши дни целиком и полностью возлагают вину за все насилия над экономическими законами, случившиеся за годы советской власти, на самом деле часто ощущал свое полное бессилие и не скрывал от- чаяния, когда видел то, что творили его так называемые «соратники». Сегодня лозунг «учиться торговать» пропагандиру- ется всеми средствами массовой информации, которые поддерживают развитие рыночной экономики. А ведь ф
А. А. Щёлоков этот лозунг в период перехода к новой экономической политике выдвинул именно Ленин. В упоминавшейся уже записке председателя правления Госбанка Шейн- мана были такие строки: «...необходимо неотложное осуществление намеченных государственных монопо- лий и развития в стране правильно поставленной тор- говли как товарами государственного производства, так и частного, торговли или государственной', или кооперативной и даже частной...» Ленин четыре раза подчеркнул жирной чертой сло- ва «правильно поставленной торговли» и на поле поме- тил: «В этом гвоздь. Дело длинное». Я понимаю, кто-то скептически усмехнется. Мол, еще одна попытка стереть черную краску, которой сей- час принято марать пьедесталы памятников. Но, на мой взгляд, и марать, и очищать их от хулы — в равной мере дело неблагодарное. Не каменные идолы, а дела в конце концов ценит история. А дела прошлого свидетельству- ют: партия большевиков, которую собрал вокруг себя Ульянов, далеко не во всем следовала за своим вождем, не всегда понимала и поддерживала его. И уж тем более не продолжала то лучшее, что было в его делах. Ленин и сам знал это, но сделать ничего не мог. Любая партия, любое движение — величины самодовлеющие, они час- то влекут за собой тех, кто считает, будто управляет движением. О водителе, который разогнал машину, не смог во- время повернуть в сторону и обойти препятствие, мы говорим: не справился с управлением. В политическом плане то же самое происходит и с государствами. В 1922 году (а не в 2006-м) написал Ленин такие строки Г. Сокольникову: «Вся работа хозорганов стра- дает у нас больше всего бюрократизмом. Коммунисты стали бюрократами. Если что нас погубит, то это... Дело теперь не в учреждениях, а в людях и в проверке
Увлекательная бонистика практического опыта. По одному подыскивать умею- щих торговать и шаг за шагом их опытом, их трудом чистить комговно, разгоняя добродетельных коммуни- стов из правления, закрывая сонные (и строго «комму- нистические») предприятия, закрывая их, выделяя 1 из 100 годных. Либо Нкфин сумеет перейти на такую ра- боту, либо весь НКФ О». Круто, не правда ли? Попробуйте сегодня найдите сторонника свободного предпринимательства и рыноч- ных отношений, который сказал бы, что Ленин не был прав! Попробуйте в 1937 году отыскать человека, который бы, не зная автора, не назвал бы его врагом народа, про- тивником социализма! Почему же дело не менялось? Почему реформы шли с трудом? Причин много. Но главная в том, что «комгов- но» из массовой партии одному человеку вычистить оказалось не под силу. Против рынка, против торговли, за курс на посте- пенную ликвидацию товарно-денежных отношений вы- ступали сторонники Ю. Ларина. Сам он, произнося речь на X Всероссийском съезде Советов, бросил в зал слова о том, что для улучшения работы Наркомфина требуется в первую очередь «очистка от Кутлера и других ему подобных». Тем не менее работа по укреплению рубля в стране велась. Осенью 1921 года была подготовлена первая дено- минация —- уменьшение номиналов старых денег путем замены их новыми. С 1 января 1922 года прекратилась выдача денежных знаков старого образца по всей тер- ритории страны, одновременно объявлялось, что они принимаются в платежи или в обмен на новые знаки по курсу один рубль новых за 10 000 рублей любых преж- них выпусков, допущенных к обращению в республике.
А. А, Щёлоков Государственный денежный знак, выпущенный для первой совет- ской деноминации. 250 рублей. 1922 г. Купюры образца 1922 года достоинством от 1 до 10 тысяч рублей графически были исполнены более тща- тельно, чем знаки предшествовавших выпусков, но ста- рое, утвердившееся в народе название «совзнаки» авто- матически перешло и к ним. Борьба мнений о судьбе экономики в правительст- ве и партии большевиков продолжалась. Сторонникам Ю. Ларина удалось в резолюцию Одиннадцатого съезда РКП(б) протащить тезис, по которому требовалось счи- тать основной задачей финансовой политики сокра- щение, а затем и прекращение бумажно-денежной эмиссии. Вопреки здравому смыслу, в угоду идеологическим догмам, не мытьем, так катаньем опытных и толковых специалистов, знатоков законов денежного обращения, продолжали выпирать, выталкивать из финансовых ор- ганов. Свободное обсуждение экономических проблем
Увлекательная бонистика государства и, не дай бог, их критика решительно по- давлялись. Так, по воле ГПУ был закрыт теоретический журнал Наркомата финансов, на страницах которого велись дискуссии о проблемах экономики. В 1922 году «Железный Феликс» написал своему за- местителю Уншлихту записку, в которой советовал вве- сти контроль ГПУ за ведомственной литературой. «На- пример, —- считал Дзержинский, — авторы сборника НКФ Ns 2 «Очередные вопросы финансовой полити- ки» — явно белогвардейцы». Дзержинский никогда не был большим специали- стом в экономике, его взгляды часто совпадали с теми, что исповедовал «экономист» Ю. Ларин. Считать на- стоящих экономистов «белогвардейцами» Главного че- киста подтолкнули публикации советских «специали- стов». Дело в том, что едва наркомфиновский сборник, который предназначался для узкого круга, вышел в свет, журнал «Народное хозяйство» тут же поместил на него рецензию. Она была построена в ключе политиче- ского доноса. «Все прошлое мировоззрение авторов статей, — писал рецензент, — было чуждо интересам рабочих и крестьян. Конечно, проф. А. Мануйлову, напр., бывшему лидеру кадетской партии и министру Временного пра- вительства при Керенском, очень трудно искренне стать на рабоче-крестьянскую точку зрения». То, что Александр Аполлонович Мануйлов был крупным рус- ским экономистом, в расчет не бралось. Рецензент был уверен, что законы экономики зависят от того, каков государственный строй, от того, кому декларирована принадлежность власти — классу имущих или рабочим и крестьянам. Для ГПУ и «Железного Феликса» такой аргумента- ции оказалось достаточно. Злополучный дискуссион-
А. А. Щёлоков ный «Сборник» похоронили, поскольку то, что писали крупные теоретики и практики финансового дела, не совпадало с тем, что требовали писать «добродетельные коммунисты». И все же старые финансисты, решившие служить России, несмотря на сопротивление власти, которая пригласила их на работу, довели денежную реформу до конца. 11 октября 1922 года Совнарком издал декрет «О пре- доставлении Государственному банку права выпуска банковых билетов». Устанавливалось, что в целях уве- личения оборотных средств без дальнейшего расшире- ния эмиссии денежных знаков, в интересах урегулиро- вания денежного обращения и исходя из наличия нако- пленных реальных ценностей Госбанк имел право выпустить в обращение банкноты достоинством в 1, 2, 3, 5, 10, 25 и 50 червонцев. Принятию этого решения предшествовало обсужде- ние будущего названия новых советских денег. Были попытки порвать с наименованиями, сложившимися на протяжении веков, и ввести новые, «революционные». Например, работники Наркомфина предложили имено- вать единицу твердой советской валюты «федералом». Обсуждались и более традиционные названия — целко- вый и червонец. Словом «целковый» в России с давних пор обозначалась серебряная рублевая монета — «це- ликовый рубль». «Червонцами» поначалу именовали иностранные, чаще всего голландские дукаты, которые чеканились из высокопробного «червонного» золота. Позже название перешло к царским монетам, содер- жавшим 3,4 грамма золота. Предлагалось также назва- ние «гривна», но оно было отвергнуто сразу, поскольку в годы Гражданской войны его скомпрометировали «са-
Увлекательная бонистика мостийные» правительства Украины, выпускавшие зна- ки с таким названием. После обсуждения приняли решение именовать но- вую валюту червонцем. Это слово ассоциировалось у населения с понятием о твердом золотом обеспечении денег и должно было вызывать доверие. Первыми в обращение в конце ноября 1922 года по- ступили банкноты достоинством в 5 и 10 червонцев. Ку- пюры в 1, 3 и 25 червонцев были пущены в оборот позд- нее. Распространение их по стране затянулось до лета 1923 года. Банкноты номиналами в 2 и 50 червонцев, предусмотренные декретом, так и не были выпущены за ненадобностью. Появление в денежной системе страны червонцев вносило серьезные изменения в ее состояние. Во-первых, в обращении появились деньги, полно- стью обеспеченные государством золотом, платиной, серебром, иностранной валютой и дефицитными това- рами повышенного спроса. Государственные гарантии покупательной силы червонцев были твердыми. Один бумажный червонец приравнивался к 1 золотнику 78,24 доли (7,74 г) чистого золота. Во-вторых, декрет строго увязывал количество вы- пускаемых в обращение червонцев с требованиями то- варооборота. Десять червонцев. 1922 г. Пять червонцев. 1928 г.
А. А. Щёлоков В-третьих, червонец также выпускался в монет- ной форме и чеканился из золота с пробой 900/1000. Монета имела массу 8,6 г и содержала 7,74 г чистого зо- лота. Червонец быстро стал устойчивой валютой, кото рую признали все мировые валютные рынки. Он коти- ровался на биржах в Нью-Йорке, Берлине, Риме, Кон- стантинополе, Харбине, Тегеране. Так при помощи старых опытных финансистов, ре- шавших проблемы денежной системы не с классовой, а с экономической точки зрения, была создана новая со- ветская валюта. Червонец образца 1922 года оказался единственной твердой валютой за все годы советской власти. Второй этап денежной реформы начался с новой де- номинации совзнака, который находился в обращении вместе с червонцами. Цель мероприятия заключалась в том, чтрбы обме- нять денежные знаки 1922 года, сыгравшие роль проме- жуточного обменного эквивалента, на новые. Обмен производился по курсу один рубль новыми за 100 руб- лей знаков образца 1922 года. В марте 1924 года был окончательно завершен пе- реход к единой валюте — червонцу. Совзнаки образ- ца 1923 года выкупались у населения из расчета один золотой рубль в казначейских билетах за 50 тысяч ста- рых. Итог всем деноминациям, проведенным в ходе ре- формы, подвести нетрудно. В их ходе в стране возник советский рубль, равный 50 МИЛЛИАРДАМ рублей пе риодадо 1922 года. Событие вызвало в обществе одобрительный от клик. Поэты в его честь слагали стихи:
Увлекательная бонистика Равны серебро И новый бумажный билет, Ныне Меж ними Разницы нет. Бери, Какая бумажка больше на вкус, — Теперь и бумажкам твердый курс. Узнали? Конечно, В. Маяковский. Известный публицист Михаил Кольцов, как и подо- бает фельетонисту, отслужил «панихиду» по ушедшему с арены совзнаку: «Смерть подкосила тебя, совзнак, вкрадчиво и неожиданно, во дни астрономического рас- цвета, накануне нового этапа, когда ты собирался да- ровать жизни новое слово «триллион». К сожалению, твердый червонец в первородной по- купательной способности просуществовал недолго, по- скольку в экономической практике Советского государ- ства по-прежнему сохранялись идеологические догма- ты, мешавшие пониманию реалий жизни, а экономикой занимались люди типа Ю. Ларина. В Советском Союзе ни Хрущев, ни Брежнев, ни Андропов, ни Горбачев, во- левыми решениями определявшие судьбы советской экономики, никогда не были экономистами, не понима- ли объективных законов развития общества, а потому не могли учитывать их влияния на развитие страны. Сегодня Ленин находится под огнем жестокой кри- тики. Однако парадокс истории в том, что судьбу Лени- на на себе в полной мере испытали и лидеры сегодняш- них преобразований. Для оценки их деятельности у бу- дущих исследователей найдется немало доказательств и язвительных слов, изобличающих вопиющую некомпе- тентность и авантюризм. В свое время в письме Вере Засулич об этом преду- преждал всех потенциальных революционеров Фрид- рих Энгельс. Он писал: «Люди, хвалившиеся тем, что '< Щелоков А.
А. А. Щёлоков сделали революцию, всегда убеждались на другой день, что они не знали, что делали, — что сделанная револю- ция совсем не похожа на ту, которую они хотели сде- лать. Это то, что Гегель называл иронией истории...» Ленин понял всю глубину высказанного Энгельсом предупреждения в то время, когда поделать уже ничего не мог. Его прозрение стало трагедией человека, кото- рый начал понимать, отцом какого ребенка он стал. «Ужасно боюсь, — писал Ленин Сокольникову, но- вому наркому финансов страны в 1922 году, — что мы околеем от переорганизаций, не доведя до конца ни од- ной практической работы...» Мог ли Ленин что-то сделать в оставшееся ему вре- мя? Нет, хотя уже точно знал истинную цену всему, что было сотворено большевиками. Знал и не стеснялся в оценках. «...Торговый отдел Госбанка, — писал он, — вовсе не торговый, а такой же говенно бюрократический, как все остальное в РСФСР». Заметим — такой же говенный, как все остальное! И никаких исключений! Такие же говенные результаты подарили нашему народу отцы перестройки, те, которые обещали привес- ти общество к всеобщему процветанию и счастью. Начиная очередную «переорганизацию», Горбачев да- же не думал о том, что общество может от нее околеть. Продолжателей его дела такие мысли вообще не беспо- коили. Поэтому, держа в руках деньги нового образца, можно заранее сказать, что на фоне доллара и евро они все еще «не твердые». Зато уже сейчас твердо известно, что ни один из нынешних деятелей, вознесенных вол- ной новой революции на вершины власти, не войдет в историю в ореоле святости и поклонения. Что поделаешь, сделанные революции совсем не по- хожи на те, которые люди хотят сделать... ф
Увлекательная бонистика Диагноз: хроническая дистрофия Итак, в 1924 году Россия получила твердый рубль. Это факт неопровержимый. Его зафиксировали коти- ровки червонца по отношению к доллару, фунту стер- лингов и золоту, которые публиковали крупнейшие банки Лондона, Берлина, Нью-Йорка. Невольно возникает вопрос: отчего, когда и почему рубль, с таким трудом «потвердевший», начал сбрасы- вать прочность, затем превратился в бумажку, на кото- рую и купить-то толком ничего было нельзя? Чтобы разобраться в происходившем, снова вспом- ним, что в среде коммунистов, взявших в России власть после революции, существовало два представления о социализме. Одно из них исповедовали сторонники ликвидации денег как «мрачного капиталистического наследия» в сфере измерения результатов труда и стоимости. Они настаивали на жестком командном руководстве эконо- микой. По взглядам этих «теоретиков», главным в руко- водстве обществом должно быть распределение продук- тов труда и организация централизованного планового производства. Именно эти люди, «комговно» по известному нам теперь определению, получившие практический опыт руководства экономикой в годы так называемого «воен- ного коммунизма», пришли к власти после смерти Ле- нина. В их числе был и Сталин, который лучше многих других познал силу принуждения и умел ею пользовать- ся без колебаний и сожалений. Экономические взгляды Сталина сформировались в тот период, когда на его глазах родилась политика «во- енного коммунизма». Будущий великий вождь хорошо усвоил ее правила. Они были не так уж сложны. Схема выглядела просто.
А. А. Щёлоков Снабжение городов продовольствием осуществля- лось путем изъятия у крестьян произведенной продук- ции. Это называлось «продразверсткой». Поначалу продразверстку ввели в Тульской, Вят- ской и некоторых других губерниях. Затем декретом от 11 января 1919 года ее распространили на всю террито- рию России, позднее — на Украину и Белоруссию, за- тем на Туркестан и Сибирь. Быстро ширилась не только территория, но и список продуктов, которые у крестьян изымались принуди- тельно. Вначале это были хлеб и зерно, а к концу 1920 года в деревне собиралось без малого все, что там про- изводилось. В 1918—1919 годах было изъято 107,9 мил- лиона пудов зерна, в 1920—1921 годах — 367 миллионов пудов. Поскольку крестьяне не отдавали продукты тяжело- го труда без сопротивления, правительство создало спе- циальную вооруженную силу — продовольственно-рек- визиционную армию Наркомата продовольствия РСФСР. Она получила название Продармии. К 1 сен- тября 1920 года в Продармии под ружьем находилось 77 500 человек. Наряду с Продармией существовали са- мостоятельные продотряды. Их численность в 1919— 1920 годах колебалась от 55 до 82 тысяч человек. Для распределения реквизированных продуктов при- шлось создать бюрократическую систему, взявшую это дело на себя. Помимо Наркоматов, в стране как грибы после дождя росли «главные управления» — главки. К лету 1920 года их уже существовало 49, в том числе такие, как Главкрахмал, Главкожа, Главтекстиль, Глав- топливо. Кадры, выдвинутые партией в систему управ- ления, прошли войну, имели опыт не делового руково- дства, а военного командования и потому быстро осваи- вали методику жесткого административного давления
Увлекательная бонистика на производителей, изымали продукты труда без экви- валентной компенсации отчуждаемого. Вполне понятно, что принцип «отобрать и разде- \ить» не мог стать надежной основой эффективно дей- ствовавшей экономики. А ведь именно этот метод, если судить объективно, и был основой «военного коммуниз- ма». Однако самым странным можно назвать то, что в партии нашлись «теоретики», которые в своих изыска- ниях касались не главного — производительного труда и организации производства, а строили теории вокруг вопросов распределения хилого общественного продук- та «по справедливости». Родившись как вынужденная система мер в окру- женной фронтами стране, «военный коммунизм» ча- стью партийных теоретиков стал рассматриваться как прообраз общественных отношений и новых социаль- но-экономических порядков в государстве. Пагубность политики, направленной на ликвидацию денег, на свер- тывание торговли, ставки на вечный энтузиазм, а не на личную заинтересованность производителей быстро дали о себе знать. Страна заполыхала антибольшевистскими восстаниями. Мятеж крестьян на Тамбовщине, крон- штадтский мятеж, разгул махновщины и другие прояв- ления местного бандитизма отражали недовольство сельских производителей продразверсткой, их стремле- ние добиться возвращения себе прав распоряжаться произведенной продукцией по собственному усмотре- нию. Часть здравомыслящих коммунистов поняла, что для создания высокоразвитого индустриального обще- ства политика отмены денег и торговли, попытки пере- хода к прямому распределению жизненных благ себя не оправдали, а сама идея не имеет будущего. Указывая на это, Ленин в статье «К четырехлетней годовщине ф
А. А. Щёлоков Октябрьской революции», опубликованной 18 октября 1921 года в «Правде», писал: «Мы рассчитывали — или, может быть, вернее бу- дет сказать: мы предполагали без достаточного расче- та — непосредственными велениями пролетарского го- сударства наладить государственное производство и государственное распределение продуктов по-коммуни- стически в мелкобуржуазной стране. Жизнь показала нашу ошибку». У статьи совершенно ясная цель — смягчить оценки происшедшего, объяснить крах политики установления в обществе безденежных отношений всего лишь как ошибку. Лукавил Ленин и в том, что во всем виновата «мелкокрестьянская» суть России. В любой индустри- ально развитой стране насаждение прямого распреде- ления продуктов труда, ставка на ликвидацию товарно- денежных отношений даст тот же отрицательный ре- зультат. За все годы социалистического хозяйствования про- изводительность сельского труда на селе не достигала 30 процентов лучших мировых показателей. Бесплатную работу на коммунистических субботни- ках Ленин назвал «новым отношением к труду», увидел в ней желание народа производительно работать на об- щество без зарплаты. Однако статистика советских лет показывала, что субботники никогда не были «праздни- ками труда», как это объявлялось. С помощью этих дней латались дыры, возникавшие из-за неэффектив- ной организации, недостатков плановой экономики. Ни в один из субботников за все годы их проведения не бы- ла превышена годовая производительность труда сред- нестатистического рабочего дня. Опасность линии, которую партия продолжила под руководством Сталина после смерти Ленина, была за- мечена некоторыми экономистами сразу же. В 1928 го-
Увлекательная бонистика ду вышла в свет книга профессора Л.Н. Юровского «Де- нежная политика Советской власти (1917—1927)». На пороге второго десятилетия советской власти, когда уже обозначились пути, по которым большевики повели развитие экономики, автор смело высказал предположения, куда эти пути в конце концов приве- дут. Заключая размышления о проблемах денежной по- литики на десятом году революции, Юровский говорил: «Организация очередей не может рассматриваться как прием экономической политики и подлинный метод пре- одоления тех затруднений, которые вытекают из от- сутствия равновесия между спросом и предложением». Мог ли Сталин, все больше и больше укреплявший систему командной экономики, позволить кому-то, кро- ме себя, формулировать оценки и ставить задачи перед обществом? Конечно же нет. А читал ли он книгу Юровского? Читал, сомнений быть не может. Читал и полнился гневом, запомнив фамилию крамольного эко- номиста до времени, когда с ним можно будет свести счеты. И свел. В одной из записок, в более позднее время направ- ленной В.М. Молотову, Сталин продиктовал, как надо обойтись с учеными, которые имели свою точку зрения, а не слепо воспринимали все, что им приказывали. Ста- лин писал: «Провести сквозь строй г.г. Кондратьева, Юровского, Чаянова и т.д.». Имена двух экономистов — Н.Д. Кондратьева и А. В. Чаянова, репрессированных за несхожесть их взгля- дов с официальными, сегодня хорошо известны. Эконо- мист-денежник Л.Н. Юровский забыт. В «Большом эн- циклопедическом словаре» (2004) можно найти фами- лию театрального артиста Юровского, который дважды удостаивался Сталинских премий, но о человеке, кото- рого провели «сквозь строй» репрессий рядом с Конд- ратьевым и Чаяновым, там не упоминается. 0
А. А. Щёлоков Политика Сталина на ускоренное развитие индуст- риализации и насильственной коллективизации, его не- желание слушать специалистов, непринятие рыночных механизмов регулирования экономических отношений быстро нарушили хрупкий баланс денежного хозяйства страны. Рубль, с таким трудом набиравший крепость при новой экономической политике — НЭПе, начал бы- стро слабеть. Слово «блат» на еврейском языке идиш означает «листок», «записку». Оно вошло в русский с первых дней советской власти, когда нужный товар можно бы- ло получить в торговле только из-под прилавка по за- писке — «по блату». В то же время в лексикон народа входили и аббре- виатуры типа ЗР — закрытый распределитель, ЗРК— закрытый рабочий кооператив, ОРС — отдел рабочего снабжения, Церабкооп — центральный рабочий коопе- ратив. Новые времена рождали новые песни: Прибежали в избу дети, Второпях зовут отца: — Тятя, тятя, в Церабкоопе Выдают по два яйца. — Врите, врите, бесенята, — Пробурчал отец в ответ, — В Церабкоопе только члены, А яиц давно уж нет. Границей, обозначившей окончательное превраще- ние «трудового рубля» в фиктивное платежное средст- во, стало появление в стране параллельных денежных знаков, которые превосходили рубль по своей покупа- тельной способности, Имеется в виду появление систе- мы магазинов Торгсина и их собственных денежных знаков — «товарных ордеров», именовавшихся в про- сторечии «бонами».
Увлекательная бонистика шюхкмй комиссанмт^уголмоД пясиииишиюстм fwjJMM iMiwiil Траст ав добыч* и еЛгту утя» ав оетрмак а повврвжы ЕврамВсяо! часта Северного Поаарвога вора „АРКТИКУГОЛЬ“ талок А* 044836 ! 1В ' tIз'и и ' *1 м А"Л • iT VPte*' , .iptTitrroib* аз i- «наиргев НА СУММУ СТО РУБЛЕЙ 1 9 * а НИКАКИЕ ЗАЯВЛЕНИЯ Об УТЕРЕ НЕ ПРИНИМАЮТСЯ Эти боны, имевшие в стране право на параллельное хождение с «трудовым рублем», по своей покупательной способности превосхо- дили рубль в десятки раз. Боны Торгсина выдавались тем, кто прода- вал государству золото, боны «Арктикутля» получали те, кто работал на острове Шпицберген. Им они заменяли полноценную валюту. Торгсин — Всесоюзное объединение для торговли с иностранцами — государственное учреждение в СССР, действовавшее в 1930—1936 годах. Торгсин осуществ- лял продажу советским и иностранным гражданам то- варов на иностранную валюту и драгоценные металлы (золото, платину, серебро в изделиях и ломе). Торгсин в условиях товарного голода приобретал у населения зо- лотые и серебряные монеты царской чеканки, доллары, франки, фунты стерлингов, короче говоря, все, что пах- ло золотом. Взамен этого сдававшим ценности выдава- лись товарные ордера, на которых лицемерно выставлялось достоинство в рублях. При этом курс рубля приравни- вался к доллару, на что реальный, «трудовой» рубль не мог и претендовать, хотя на нем и значилось уведомле- ние, что он обеспечен «всем достоянием государства». Закрытые формы распределения сменили в стране свободную торговлю. Специальные «чеки Внешторг- банка» в различном оформлении, магазины типа «Бе- резка», открытые только обладателям недоступных для большинства населения чеков, — все это те самые фор- мы, о которых, заглядывая в будущее, в 1927 году писал Юровский: «Нет товаров, рынка, денег и цены... Орга- низация очередей не может рассматриваться как при- ем экономической политики...»
А. А. Щёлоков Очередь выстроилась и тянулась через годы и деся- тилетия. А ученых, предупреждавших, как ее избежать, «прогнали сквозь строй». Отсутствие у советских денег всех присущих полно- ценным деньгам функций, наличие в стране второй, бо- лее твердой валюты в виде разного рода чеков и тало- нов не способствовало стимулированию общественного производства, извращало, деформировало назначение многих социальных структур общества. Министерство финансов стало выступать в государстве в роли органа, который сдерживал рост заработной платы, старался постоянно сбалансировать количество денег в обраще- нии со скудной массой общественного продукта, кото- рая выпускалась промышленностью. Чтобы не допустить переполнения каналов обраще- ния избыточной массой бумажных денег, правительст- во считало, что лучше сохранять ее дефицит. Для этого нашлась удобная форма так называемых «государствен- ных займов». Кому я должен, всем прощаю Немало российских коллекционеров бумажных де- нежных знаков увлечено собиранием облигаций совет- ских государственных займов. Их отношение к денеж- ному обращению в хозяйстве, которое более семидесяти лет называли «социалистической экономикой», просле- живается очень четко, В нормально организованной экономической систе- ме движение денег происходит по непрерывному цик- лу. В предельно упрощенном виде эта схема выглядит так. Производство поставляет товары в торговлю. Здесь товар преобразуется в деньги, часть которых уходит к государству в виде налогов, часть возвращается в про-
Увлекательная бонистика изводство. Короче говоря, это знаменитая формула К. Маркса «товар—деньги—товар». Именно так и дей- ствует капиталистическая (или, по-нынешнему, — ры- ночная) экономика. Плановое социалистическое хозяйствование, полно- стью исказившее формулу К. Маркса, не могло обеспе- чить производство такого объема товарной массы, кото- рый был необходим для удовлетворения потребностей общества, и в то же время обеспечивал бы возвращение денег, остававшихся на руках у населения, в сферу про- изводства. Переполнение сферы обращения бумажны- ми деньгами, не обеспеченными товарами, постоянно грозило инфляцией. Как в таких случаях работает рыночная экономика? Она, реагируя на потребности общества, стремится уве- личить выпуск товаров и услуг. Потребление растет, из- лишки денег вновь включаются в производство. Советское правительство нашло иной выход для связывания не обеспеченных товарами денег, имевших- ся на руках населения. В стране начали выпускать обли- гации государственных займов. В принципе, зто нормальное явление, известное и в странах с рыночной экономикой, но в СССР оно вместе с ростом «хронической дистрофии» рубля постепенно приобрело уродливые формы социального принужде- ния. Начиналось все хорошо. Условия первых советских займов в обстановке полностью расстроенной финансов вой системы разрабатывали те же люди, которые гото- вили денежную реформу. Учитывая постоянное паде- ние курса рубля, они старались обеспечить займам особую привлекательность с тем, чтобы люди, приобретающие облигации, были уверены в выгоде сделки с государст- вом. Именно поэтому первые займы при их погашении обеспечивали владельцам облигаций получение дефи- ©
А. А. Щёлоков цитных продуктов. Например, облигации «Первого внут- реннего краткосрочного хлебного займа» 1922 года вы- пускались в номиналах от одного пуда ржи (16,38 кг) до 50 пудов (819 кг). Облигации «Государственного кратко- срочного сахарного займа 1923 года» вышли номинала- ми от 10 фунтов (4,1 кг) до 25 пудов (409 кг) сахара. Привлекательной была и краткосрочность займов. Первый, хлебный, погашался через 8 месяцев, второй — хлебный и сахарный — через 11 месяцев. Вслед за натуральными займами с декабря 1922 года начался выпуск процентно-выигрышных. Гарантируя точное соблюдение условий займа, облигации подписы- вали высшие должностные лица советского правитель- ства: председатель ВЦИК М. Калинин, председатель Совнаркома А. Рыков, народные комиссары финансов Г. Сокольников, Н. Крестинский, Н. Брюханов и другие. К 1930 году, когда из управления финансами страны были выдавлены опытные и хорошо образованные эко- номисты, когда уже достаточно четко обозначились не- достатки экономики социализма, полностью исключив- шие из производства рыночные отношения, государст- во в целях привлечения в бюджет свободных денег населения начало постепенно увеличивать число зай- мов, снижать их процент доходности, удлинять сроки погашения облигаций от десяти до двадцати лет. После войны займы окончательно принимают ха- рактер государственного вымогательства. Ю. Гоголин и Ю. Иванин — исследователи истории советских облига- ций — называют кампании распространения займов в послевоенный период (1946—1957 гг.) «подписными». Да, с точки зрения формы облигации займов были под- писными. Но с точки зрения социально-экономической их точнее было бы называть «принудительно-подпис- ными». Дело в том, что правительство, ежегодно определяя
Увлекательная бонистика сумму, которую должен был принести очередной заем, закладывало эту цифру в бюджет. И получалось, что ес- ли облигации приобретут только добровольцы, а не все население, то бюджет не доберет миллионы рублей. Чтобы этого не случилось, в ход пускался администра- тивный ресурс. Администрация предприятий оказывала нажим на рабочих, организуя соревнование за наиболь- ший охват подпиской трудящихся. Постоянное давле- ние на своих членов оказывали и профсоюзы. Формула была проста: не подпишешься на заем, лучше не прихо- ди в профсоюзный комитет просить путевку в санато- рий или пансионат, не требуй для ребенка места в дет- ском саду. С членами Коммунистической партии и ком- сомольцами обходились круче: у партийных боссов власти было побольше, нежели у профсоюзных. В ар- мии на «несознательных» офицеров, не желавших отда- вать взаймы государству 200 процентов месячного де- нежного довольствия, давление оказывали командиры. Короче говоря, в денежных отношениях со своими гражданами советская власть всегда вела себя непоря- дочно. Систему займов она превратила в денежный на- сос социалистической экономики, который откачивал деньги из личного бюджета людей. К 1957 году общая сумма денег, не возвращенных подписчикам по облига- циям, достигла 300 миллиардов рублей, а суммы, кото- рые надлежало выплачивать по выигрышам, возросла до размеров, которые делали дальнейший выпуск обли- гаций бессмысленным. Что же сделало правительство? Оно поступило вполне по-советски, объявив о пре- кращении подписных займов, и одновременно приоста- новило все операции по ранее выпущенным государст- венным займам, перенеся все расчеты по ним на 20 лет вперед! Таким образом, люди, которых принудили приобре- тать облигации в сороковые годы пошлого века, узнали,
А. А. Щёлоков что обещанного государством возврата денег им надо ждать не 20, а 40 лет! Попробуй еще доживи! Облигации государственных советских займов оформ- лялись весьма красочно. Дымящие трубы заводов и фабрик, крестьяне, обрабатывающие поля, рабочие в цехах у станков. Цветные рамки, виньетки, Государст- венный герб СССР превращали денежный документ в красивую картинку. Человеку, интересующемуся исто- рией, стоит знать, что на самом деле стояло за такой картинкой. Когда цены сходят с ума Обвал любой лавины всегда начинается с первого сдвинувшегося с места и покатившегося с горы комка снега или льда. Инфляция местного французского значения, порож- денная махинациями шотландского авантюриста Ло, не была настоящей лавиной. Она лишь возвестила миру о бедах, которые могут обрушиваться на денежные систе- мы государств, основанные на бумажных знаках. Имен- но XX век оказался веком расцвета инфляция, и даже гиперинфляция не представляется нам сегодня уни- кальным явлением. В пучину этой финансовой беды в разных странах стали одна за другой срываться лавины, погребая под собой некогда казавшиеся миру стабиль- ными рубли, динары, тугрики, франки... Проиграв Первую мировую войну, Германия и рас- павшаяся Австро-Венгерская империя оказались в во- довороте гиперинфляции. Сначала ослабленная авст- рийская валюта — крона — начала падать в цене. С до- военного уровня — 4,9 кроны по отношению к доллару — она упала до фантастической отметки 1:70 000, пока в 1922 году правительство Австрии не взяло ситуацию
Увлекательная бонистика под контроль. Инфляция в Австрии, впрочем, оказалась лишь прелюдией к кризисам, разразившимся в немец- кой и венгерской валютных системах. Франция и Англия, одержавшие в вооруженной борьбе верх над Германией, оказали на побежденных жесткое давление, заставив немцев взять вину за развя- зывание войны на себя, и постарались выжать из побеж- денных как можно больше денег в виде репараций. По условиям Версальского договора, который был подпи- сан всеми европейскими правительствами, Германия согласилась оплатить весь счет за войну, который был ей предъявлен. Союзники выставили Германии счет на 132 миллиарда золотых марок. Это вдвое превышало весь национальный доход Германии и равнялось по кур- су тех лет 33 миллиардам долларов. Чтобы покрыть расходы по репарациям, правитель- ство побежденной страны стало печатать ничем не обеспеченные деньги, и сразу стоимость бумажной марки поползла вниз. В течение трех месяцев после предъявления полного счета цены в Германии выросли, и к концу 1921 года они в тридцать пять раз превысили довоенный уровень. К концу 1922 года этот уровень был превзойден уже в 1475 раз, а вскоре перевалил за один триллион. Менее чем за два года — с 1922 по 1923 год — цена немецкой почтовой марки выросла с 20 пфеннигов до 500 миллиардов марок. Кредиторы повысили процент- ные ставки до 35 процентов в день. Если в конце войны цена доллара США равнялась примерно 4 немецким маркам, то уже к июлю 1922 года его цена повысилась до 493 марок. К новому, 1923, году немецкая марка упала до 17 792 за один доллар. На пике инфляции к середине ноября 1923 года немцу требова- лось 4,2 триллиона (4 200 000 000 000) марок, чтобы ку- пить один доллар. Американский цент стоил 40 милли-
А. А. Щёлоков ардов (40 000 000 000) немецких марок. Любой товар, который можно было купить в конце войны за одну марку, к 1923 году стал стоить 726 миллиардов марок. Правительство Веймарской республики гнало де- нежные станки с такой быстротой, что типографиям не хватало времени, чтобы напечатать каждую банкноту с обеих сторон. Задержки в доставке денежных знаков на места иногда означали, что банкноты могут обесце- ниться прежде, чем попадут в банк. Рабочие получали зарплату ежедневно, но если что- то мешало им заглянуть в магазин в тот же день до за- крытия, то на другое утро пачки бумажных купюр уже годились лишь для растопки печки. Инфляция вышла из-под контроля правительства, банков, торговых фирм, не говоря уже о простых лю- дях, которые были ее самыми главными жертвами. Что- бы помочь немецким коммерческим фирмам остаться на плаву, правительство сделало займы на сумму 497 миллиардов марок. Инфляция нанесла страшный урон Германии. Уро- вень рождаемости в стране резко упал, в то время как уровень смертности, особенно детской, так же резко вырос, достигнув 21 процента. Увеличилось число само- убийств среди взрослого населения. Английский писа- тель Герберт Уэллс назвал инфляцию в Германии тех лет средством «массовых экономических убийств». С особой силой это относилось к среднему классу и к тем, кто жил на фиксированный доход. Инфляцию удалось остановить к 20 ноября 1923 го- да, когда марка достигла цифры 4,2 триллиона по отно- шению к доллару. Тогда правительство зачеркнуло на банкнотах все нули и создало новую марку, которая по- лучила название рентной. Новая марка опиралась на стоимость земли, и ее соотношение с долларом было возвращено к обменному курсу имперской марки перед
Увлекательная бонистика Первой мировой войной — 4,2 за один доллар или один триллион инфляционных марок к одной рентной марке. В 1924 году, следуя рекомендациям международной комиссии, созданной с целью рассмотрения вопроса о военных репарациях Германии, Соединенные Штаты предоставили Германии заем на сумму 200 миллионов долларов, чтобы Германия смогла вернуться к золотому стандарту. Экономическое крушение Германии и огромное фи- нансовое и психологическое бремя, которое легло на средний и рабочий класс, вероятно, в большей мере, чем какой-либо другой фактор, проложили дорогу тому политическому экстремизму, который и привел впо- следствии к власти Адольфа Гитлера. После распада Австро-Венгерской империи по окон- чании Первой мировой войны каждое вновь образован- ное на территории Европы государство создавало соб- ственную валюту, и все они переживали те же пробле- мы, что и Германия. Валютные системы Австрии, Венгрии, Чехословакии, Польши, Болгарии и Греции рухнули одна за другой. Это крушение, за которым по- следовала депрессия во всем мире в 30-х годах, также укрепило экстремистские политические движения как на левом, так и на правом флангах, приводя к появле- нию в каждой стране диктаторских режимов. Франция, Бельгия, Италия и Испания пережили па- дение стоимости своих денег примерно до одной пятой от их довоенной покупательной способности. Давление инфляции на английский фунт вызвало трехкратное по- вышение цен, которое Британия сумела обуздать, лишь вернувшись быстро к золотому стандарту в 1924—1925 годах. Вызванная этим депрессия вынудила Англию снова отойти от золотого стандарта, и она уже больше так к нему и не вернулась.
А. А. Щёлоков Пенгё. Вы о таком слыхали? Если верить «Книге рекордов Гиннесса», то самой дорогой коллекционной почтовой маркой в мире счита- ется марка США номиналом в 5 центов, выпущенная 25 ноября 1846 года. В 1981 году ее купил некий Нор- манн за один миллион долларов. Конечно, на человека, далекого от собирательства марок — филателии, такое сообщение произведет впечатление, но у завзятого кол- лекционера удивления не вызовет. Более того, он на- верняка сможет задать такой вопрос: «А почему, собст- венно говоря, «Книга рекордов» не зафиксировала'цену самой дорогой марки, купленной по ее официальной цене в почтовом окошке?» И такой вопрос будет право- мерен. У очень многих серьезных коллекционеров в со- браниях есть не столь уж редкие марки, за которые в масштабе цен данного государства на почте была упла- чена сумма в 5 000 000 000 000 000 000 денежных единиц страны. И все для того, чтобы послать письмо. Вряд ли многие читатели этой книги вот так с ходу сумеют правильно назвать словами данное число. Наши познания обычно иссякают на миллиарде. С большими цифрами в жизни приходится сталкиваться разве что астрономам. В истории появления почтовых марок с ценой, кото- рую обозначило число с восемнадцатью нулями, нет ни- чего необыкновенного. После окончания Второй мировой войны Венгрия, воевавшая на стороне Германии, вышла с разоренной и дезорганизованной экономикой. Денежной единицей страны с 1925 года служило пенгё. Выпускавшийся в ви- де монеты, пенгё содержал 3,2 грамма серебра 640-й пробы. С 1926 по 1945 год Национальный банк Венгрии выпускал в обращение банкноты номиналами от 1 до 100 пенгё. Лишь в 1927 и 1943 годах эмитировались зна- ки достоинством в 1000 пенгё. Однако послевоенная ин-
Увлекательная бонистика фляция, начавшаяся в стране, стала быстро взвинчивать цены и обесценивать некогда твердый пенгё. Заработа- ли на полную мощность типографские машины, печатая новые и новые банкноты. 15 мая 1945 года вышла в обращение купюра номи- налом в 500 пенгё, а уже 15 июля появились купюры в 1000 и 10 000 пенгё. 23 октября венгры с удивлением могли разглядывать знаки номиналами в 100 000 пенгё. Однако удивляться пришлось недолго. 16 декабря в об- ращение пошли банкноты достоинством в 1 и 10 мил- лионов. Новый, 1946, год ознаменовался выходом ку- пюр в 100 миллионов и 1 миллиард пенгё. Выпуск денег с новыми номиналами хорошо под- тверждал пословицу: бумага все стерпит. Ведь продол- жай правительство Венгрии выпускать металлические пенгё, для чеканки их только на сумму, равную одной купюре номиналом в один миллиард, потребовалось бы 3200 тонн серебра. А так, как видим, дело решила одна бумажка, правда цветная, но малостоящая. Чтобы облегчить населению денежный счет и по- зволить не путаться в огромном количестве нулей, фи- нансисты Венгрии придумали новую счетную едини- цу — милпенгё. Она равнялась одному миллиарду пенгё сразу. И начался выпуск знаков в новом исчислении. 25 апреля 1946 года вышли банкноты с номиналами в 10 000 и 100 000 милпенгё. Если написать достоинство последней купюры цифрами, то оно выглядело бы так: 100 000 000 000 000. Однако цифра с четырнадцатью нулями уже не мог- ла удовлетворять цены рынка. Месяц спустя националь- ный банк «осчастливил» венгров купюрами в 1 и 10 миллионов милпенгё. Минуло еще десять дней, и по ру- кам пошли банкноты достоинством в 100 и 1000 миллио- нов милпенгё. Снова финансистам представилась возможность по- тренировать воображение и изобрести облегчение для
А. А. Щёлоков счета денег. Один миллиард пенгё теперь назвали Б-пен- гё — то есть биллипенгё, от слова биллион, которое за- меняет в венгерском языке понятие миллиард. Номинал этой банкноты нормальному человеку трудно даже пред- ставить; цифр было бы столь много, что финансисты постеснялись их даже печатать. Они ограничились письменным уведомлением, что банкнота представляет собой знак в десять миллионов миллиар- дов пёнге. Это равно 10 000 000 000 000 000! Бред! Но это было. И, как вы видите, — зафиксировано документально. Смотрите и удивляйтесь! Венгрия. 3 июня 1946 года. Войны, революции, перестройки в том виде, в каком их умеют делать только у нас в России, буквально разру- шают денежную систему страны. Это подтверждают фак- ты, о которых мало задумываются, а может быть, вообще о них не знают те, кто с планами «великих преобразова- ний» приходит к власти в государстве. Очень интересную кардиограмму «денежной аритмии», которая сотрясала в годы после Второй мировой войны китайскую экономику, зафиксировали марки Китая. В 1939 году китайской почте для франкировки пи- сем хватало набора стандартных марок с номиналами от 1 до 50 центов. А вот 1948 год почта отметила выпус- ком серии марок с ценами от 20 тысяч до 5 миллионов
Увлекательная бонистика китайских долларов. Легко сделать вывод, что подоро- жали не почтовые отправления, а потерял свою преж- нюю способность китайский доллар. И все же рекорд принадлежит не китайской почте. В 1921 году в Германии самый дорогой знак почто- вой оплаты стоил 50 немецких марок. В 1922 году мак- симум номинала возрос до 100 тысяч немецких марок. В 1923 году на знаках почтовой оплаты появились над- печатки со словом «миллион». Затем оно уступило ме- сто слову «миллиард». Слева — знак почтовой оплаты Германии с номиналом в 50 000 000 000 марок, справа — инфляционная почтовая марка Китая в 500 000 дол- ларов. (Рисунки увеличены.) Финансисты, так же как и врачи, о тяжести заболева- ния судят по симптоматике. Поэтому те виды инфляции, которые мы приводили выше, можно считать высшей формой болезни — гиперинфляцией. Лечение гиперин- фляции — долгий и сложный процесс, на который ухо- дят годы. После того как устраняется одна из ее причин, как правило, происходит деноминация — изменение номиналов банкнот за счет снижения числа нулей, изо- браженных на них. В 1924 году в нашей стране был окончательно совер-
А. А. Щёлоков шен переход от инфляционной к стабильной валюте. Знаки образца 1923 года у населения выкупили из рас- чета один рубль новых в казначейских билетах за 50 ты- сяч старых рублей. Итог деноминациям, проведенным в ходе борьбы с гиперинфляцией, подвести нетрудно: один рубль 1924 го- да был равен 50 МИЛЛИАРДАМ рублей периода 1922 года! Существует и другая форма инфляции — вялотеку- щая, ползучая, которая незаметно, но постоянно застав- ляет расти цены и обесценивает национальную валюту. Такого рода явления практически неискоренимы, и с ними приходится жить и мириться каждому обществу. Ни одна валюта современного мира не существует вне поля инфляции, и главные усилия экономисты направ- ляют на то, чтобы национальная валюта их стран обес- ценивалась не обвально, а в пределах процентов, отпу- щенных ей для колебаний. Только в таких случаях цены не сходят с ума и не заставляют нас применять в счете такие единицы, как миллиарды и квинтиллионы. Рубль падает, но встает на колени Для того чтобы еще более наглядно разобраться в том, с какой стремительностью обрушиваются денеж- ные системы, обратимся к нашему недавнему россий- скому опыту. Возьмем в качестве отправной точки цену российской почтовой марки в 1992 году и от нее начнем строить график инфляции, которая привела к обвалу денежной системы страны. 1992 год был ознаменован выпуском серии стан- дартных почтовых марок, которые позволяют судить о том, как падал рубль и росла цена услуг почты. Сперва в обращение были выпущены марки номиналами в 10, 15, 20, 25, 30, 50, 55, 60, 80 копеек, 1 рубль и 1 рубль 50 копе- ек. Но это уже не покрывало расходов на почтовые ус- луги, и цена новых марок начала резко расти — 2, 3, 5, ©
Увлекательная бонистика 10, 15, 25, 50, 100, 250, 500 рублей. В 1995 году в почто- вых окошках уже продавали новые знаки оплаты писем и бандеролей номиналами в 750, 1000, 1500, 2500, 5000 рублей. Не надо быть большим специалистом в финан- совых вопросах, чтобы оценить происходившее. Доста- точно положить перед собой две марки — десятикопе- ечную 1992 года и ту, что в 1995 году стала стоить 5000 рублей, и становится ясно, на какую высоту взлетела стоимость минимальных услуг в результате обрушив- шейся на Россию инфляции. Инфляция, вызывающая снижение паритета одной валюты по отношению к другой, в денежных системах отдельных стран явление неизбежное. Но самое инте- ресное, что это явление не всегда идет во вред экономи- ке современных развитых государств. В нашем мире, где достаточно четко определились зоны обращения доллара, евро и иены, колебания курсов валют стано- вятся средством конкурентной борьбы. Инфляционные марки современной России. 25 коп. — 1992 г. 500 руб. — 1992 г. 5000 руб. — 1995 г.
А. А. Щёлоков Чтобы разобраться в этом явлении, обратимся к примеру. У многих на памяти не столь давнее время, когда за один доллар в обменных пунктах приходилось платить 30 рублей, в то время как евро стоил 27. Вполне понят- но, что человеку, решившему что-то купить, было вы- годнее брать товар за дешевое евро. По этой причине, чтобы не упускать выгоду, наши торговые учреждения, продававшие импортные товары, в качестве у.е. — ус- ловной денежной единицы — брали только доллар. Но вот положение изменилось. В дни, когда писа- лись эти строки, в обменных пунктах доллар продавался за 28 рублей, а евро — за 34. И сразу выяснилось, что стало выгоднее закупать товары, а для туристов ездить в страны долларовой зоны. А вот часть наших торговых учреждений поспешили поменять у. е. с доллара на евро. Потеряла ли Америка после того, как доллар по от- ношению к евро достаточно сильно обесценился? Нет. Американские товары в мире стали раскупаться быст- рее и лучше. Выиграла ли Объединенная Европа от чрезмерного усиления евро? Нет. Европейские товары, номиниро- ванные в дорогом евро, стали менее конкурентоспособ- ными против американских. Дело дошло до того, что вопросы об укреплении дол- лара и снижении курса евро вышли на уровень межго- сударственных споров. Банкнота в 20 миллионов турецких лир — один из наивысших по но- миналу денежных знаков мира в начале XXI века.
Увлекательная бонистика Определенный ежегодный уровень постоянно дей- ствующей инфляции характерен для экономики многих стран. Некоторые из них даже не считают нужным бо- роться с ним и учитывают его при выпуске денежных знаков более высоких достоинств. Примером такой экономической политики может служить Турция. В 1991 году здесь в обращении появи- лась банкнота Государственного центрального банка достоинством в 100 000 турецких лир. В 1992 году вы- шли 250 000 лир, в 1993 — 500 000, в 1995 — 1 000 000, в 1997 — 5 000 000, в 1999 — 10 000 000 лир. Наибольший номинал банкноты, курсирующей в Турции в начале XXI века, — 20 000 000 лир. Впрочем, даже такое поло- жение не продержалось. Многочисленные нули стали затруднять бухгалтерские расчеты. И с 1 января 2005 го- да в Турции была произведена деноминация государст- венной валюты: отброшено шесть нулей. В обращение пошли знаки, украшенные «обычными цифрами». Что делают, когда денег мало? Творчество бытописателя московской жизни доре- волюционных лет Дяди Гиляя — писателя Владимира Гиляровского — вот уже многие годы интересует люби- телей отечественной истории. Живые типы прошлых лет, уличные сценки, колоритный народный язык — все это позволяет нам хорошо представить особенности эпохи быстро удаляющихся от нас времен. И эта хроно- логическая дистанция, а также перемены, происходя- щие в жизни, делают многие места книг Гиляровского, совершенно ясные и понятные нашим дедам, труднопо- нимаемыми для наших внуков. Давайте проверим. Вот отрывок из очерка «Москов- ский листок», который входит в книгу В. Гиляровского «Москва газетная». Читаем.
А. А. Щёлоков «Пошли мои странствия по Гуслицам. Гуслицы — название неофициальное. Они были расположены в смежных углах трех губерний: Московской, Владимир- ской, Рязанской. Здесь всегда было удобно скрываться беглым и разбойникам, шайки которых, если ловят в од- ной губернии — перекочевывали рядом, в соседнюю, где полиция другой губернии не имела права ловить. Пере- шагнул в другую — недосягаем!.. Глухое место были Гуслицы: леса, болота, а по де- ревням хмелевщина. Тогда богородские гусляки ткали на ручных станках нанку и канаус и разводили лучший «бо- гемский» хмель. Кроме того, славились печатанием фальшивых денег, которые даже стали нарицательны- ми: «гуслицкими» назывались в Москве все фальшивки. Оттуда вышло много граверов. Печатали у себя серии и много лет печатали купоны от серий в 2 руб. 16 коп., ко- торыми в 80-х годах наводнили Москву. «Дай-ка купон- ную машинку, попечатать надо, на базар еду», — обра- щались соседи друг к другу». «Москва газетная» написана почти восемьдесят лет назад, но, к примеру, сумеете ли вы, прочитав о том, что гусляки печатали у себя серии, точно объяснить, чем они занимались и что такое эти серии? Тем более что энциклопедические словари советского периода это слово в интересующем нас значении не приводили. Его можно было извлечь только из «Толкового словаря» В.И. Даля. Там дается такое объяснение: «Серия — де- нежный процентный, срочный билет государственного казначейства, из выпускаемых у нас сериями, т.е. по- рядками». Определение точное, но для современного человека и оно не все объясняет. Поэтому уточним наиболее су- щественные детали. Билеты Государственного казначейства выпуска- лись нумерованными сериями на определенную общую сумму на точно установленный срок с фиксированным
Увлекательная бонистика процентом, который выплачивался держателям два раза в год в назначенные числа по предъявлении отрезного купона. «Купон, — поясняет словарь Даля, — отрезок, урез, сукрой; часть билета или пая, акции, отрезок от него на получение ростов или доходов». Рост в данном слу- чае — процент. Привлекательность серий для людей, имевших сво- бодную наличность, заключалась в возможности полу- чения нетрудовых доходов. Не менее выгодным для них было и то, что доход с билетов Государственного казна- чейства не облагался налогами. Кроме того, серии при- нимались по нарицательной цене во все государствен- ные платежи, а также брались в залоги по казенным подрядам и поставкам и вообще по всем обязательствам перед казной. При этом обязательным условием стави- лось наличие всех купонов, сроки оплаты которых не наступили. Билеты казначейства (серии) сохраняли платежную силу в продолжение десяти лет после истечения срока их действия, а купоны — в продолжение десяти лет со дня, назначенного для их оплаты. Для получения процентов по купону не обязательно было предъявлять его вместе в билетом (серией). Поэто- му отрезанные купоны, дававшие право на получение денег в определенный срок, использовались в качестве вспомогательных денежных знаков при мелких сдел- ках. На базаре продавец мог принять купон в оплату по- купки по означенной на нем сумме или сдать купоном сдачу. С купонами выпускались и другие ценные бумаги. В частности, их имели закладные листы Крестьянского поземельного и Дворянского земельного банков. Сегодня далеко не все ясно представляют смысл су- ществования и назначения такого рода банков и тем бо- лее мало знают о закладных листах. Поэтому расскажем
А. А. Щёлоков о них с некоторыми подробностями. Это тем более ин- тересно в условиях, когда ведутся дебаты о законе, ка- сающемся собственности на землю. Крестьянский поземельный банк существовал с 1822 года в качестве ипотечного учреждения, которое предоставляло ссуды хозяевам под залог земли и строе- ний. Условия предоставления ссуд были крайне тяже- лыми, требовали высоких гарантий, и, получая деньги, крестьяне во многом рисковали. Ведь большинство зем- ледельческих хозяйств в России находилось и находится в зоне рискованного земледелия. Рассуждения «знато- ков» сельского хозяйства, часто прибегающих к аргу- менту: «А что, в Америке условия лучше? », не выдержи- вают никакой критики. Достаточно взглянуть на карту или на глобус, и станет ясно, что северная граница Со- единенных Штатов (северная!) протянулась на широте лучших черноземных земледельческих районов Украи- ны. Земли России расположены в более холодной зоне. В результате, из-за капризов погоды не сумев полу- чить достаточно высокий урожай, крестьяне, чтобы расплатиться с долгами, вынуждены были расставаться со своими хозяйствами. Только по недоимкам в 1906— 1915 годах у мелких хозяев было отобрано 575 тысяч де- сятин земли, продано с молотка 15 тысяч отрубных и хуторских участков. Главным источником средств для банка был выпуск государственных свидетельств под залог недвижимо- сти. Именно этими свидетельствами, а не кредитными билетами, как правило, и выдавались ссуды клиентам. В качестве ценных бумаг владельцы имели возмож- ность реализовывать свидетельства самому банку, но уже по цене ниже номинала, или употребить их как средство платежей при взаимных расчетах. Документы под залог в разное время выпускались с различными процентами дохода с капитала — 4,4 */2 и 5 процентов. Для этого свидетельства печатались заодно
Увлекательная бонистика с купонными листами, в которых имелось по 20 купонов с датировкой выплат на десять лет вперед. И опять же — процент, выплачиваемый с дохода, не в пример Российскому Сбербанку нынешних лет, произвольно изменяться не мог. После расходования купонов к сви- детельству выдавался новый лист с тем же числом от- резных талонов и продолжением нумерации. Купоны изготовлялись с соблюдением таких же тре- бований защиты от подделки, которые применялись для кредитных билетов — водяные знаки, тонкие переходы цветов. Все это должно было предохранять знаки от фальсификаторов. Но, как видим, не предохраняло. Гуслицкие мастера преодолевали сложности и ухитря- лись ставить производство фальшивок на поток. Тем не менее Гиляровский ошибался. Купоны дос- тоинством в 2 руб. 16 коп. от ценных бумаг неизвестны. Да и в проценты, которые выплачивались по ценным бумагам, такая сумма не ложится. Лев Толстой был бо- лее точен в описании деталей. В его рассказе «Фальши- вый купон» читаем: «Федор Михайлович достал бумаж- ник, поискал и вынул купон в 2 */2 рубля». Да, такие суммы по купонам выплачивались. Это точно. Много ли прибыли могли получать по купонам их владельцы? Известный русский юрист Анатолий Федорович Ко- ни в обвинительной речи о расхищении имущества умершего Николая Садовникова нарисовал типичный образ рантье-процентовщика, жившего стрижкой купо- нов. У того одних пятипроцентовых банковских билетов имелось на 169 тысяч рублей, не считая при этом налич- ных денег в сумме 30 тысяч рублей и массы билетов внутренних займов. Сидел он в своей непроветривае- мой норе и только и знал, что стриг купоны. А в минуты откровения показывал знакомым мозоли, которые на- тирал на пальцах ножницами. После Февральской революции 1917 года Временное
А. А. Щёлоков правительство сразу прибегло к займу, придав ему ку- понную форму и назвав «Займом свободы». Прямо на облигации помещалось высокопарное воз- звание к народу, истерзанному войной: «К Вам, граждане великой свободной России, к тем из Вас, кому дорого будущее нашей Родины, обращаем мы наш горячий призыв. Сильный враг глубоко вторгся в наши пределы, гро- зит сломить нас и вернуть страну к старому, ныне мертвому строю. Только напряжение всех наших сил может дать нам желанную победу. Нужна затрата многих миллиардов, чтобы спасти страну и завершить строение свободной России на на- чалах равенства и правды. Не жертвы требует от нас Родина, а исполнения долга. Одолжим деньги Государству, поместим их в новый заем и спасем от гибели нашу свободу и достояние». Облигация купонного «Займа свободы». Ее подписали все члены Времен- ного правительства. Редко где можно увидеть сразу подписи-факсимиле министра председателя князя Г.Е. Львова, министра финансов М.И. Тере- щенко, обер-прокурора святей- шего Синода В.Н. Львова, мини- стра иностранных дел П.Н. Ми- люкова, министра земледелия А.И. Шингарева, министра пу- тей сообщений Н.В. Некрасова, министра торговли и промыш- ленности А.И. Коновалова, во- енного и морского министра А.И. Гучкова, министра народ- ного просвещения А.А. Ма- нуйлова, министра юстиции А.Ф. Керенского. 1917 г.
Увлекательная бонистика Этот текст, украшавший облигацию, лишний раз подтверждал, что Временное правительство не помыш- ляло о выходе из разорительной войны с Германией. Неправильно оценивались и перспективы развития со- бытий в стране. Правительство князя Львова выпустило заем на срок 54 года, т.е. до 1971 года. У многих людей, настроенных демократически и после свержения мо- нархии поверивших в свободу, равенство и братство, требовавших отмены сословных различий, вызывало раздражение то, что министр-председатель, провозгла- шавший с облигации «строение свободной России на началах равенства», не пожелал отказаться от титула и подписался «Князь Львов». Заодно со своим премьером обращение и облига- цию подписали все члены Временного правительства, в том числе министр юстиции А. Ф. Керенский. «Заем свободы» у населения и даже у богатых слоев общества энтузиазма не вызвал. К октябрю 1917 года он дал властям всего 250 миллионов рублей наличными. Зато под облигации, демонстрируя «патриотизм», вла- дельцы облигаций прежних выпусков сбросили почти на три миллиарда краткосрочных денежных обяза- тельств царского правительства, на получение доходов по которым оставалось мало надежды. В романе Валентина Пикуля «Моонзунд», посвящен- ном героизму матросов Балтики, есть такой эпизод. Один из офицеров, верных Временному правительству, агитирует матросов: «— Товарищи, подписывайтесь на «Заем свободы»... Ну, кто даст? Портнягин, тебя на пять рублей подпи- сать можно? Не похудеешь? Качнуло еще раз, и матрос уперся сапогами в палубу. — Чего, чего? — спросил, потускнев лицом. — Ну, на три рубля. Будешь подписываться? — Нет. На кой?» Эпизод вполне возможный. Были офицеры, разделяв-
А. А. Щёлоков шие стремление князя Львова собрать миллиарды на про- должение войны. Не было только в составе займа ни трех- рублевых, ни пятирублевых облигаций. «Заем свободы» выходил в знаках достоинством от 20 до 25 000 рублей. Далее, не существовало понятия подписки. Облига- ции распространялись за наличные. И были у них ку- понные листы, обещавшие владельцу получение гаран- тированных пяти процентов годового дохода. Так что коллективное приобретение облигаций мало кого бы за- интересовало. Платежное обязательство Наркомата финансов РСФСР. Номинал 500 рублей золотом. 1923 г. Облигации «Займа свободы» хорошо послужили со- ветской денежной системе на первом этапе ее образо- вания. 20 января (2 февраля) 1918 года на заседание Со- вета народных комиссаров был вынесен вопрос об эмиссии разменных знаков нового образца. В ходе об- суждения СНК признал принципиально возможным выпуск в обращение мелких купюр «Займа свободы» как вспомогательных денежных знаков.
Увлекательная бонистика 22 января (4 февраля), вернувшись к тому же вопро- су после его тщательного изучения в рабочем порядке, СНК посчитал желательным введение Государствен- ным банком в обращение облигаций «Займа свободы» па правах кредитных билетов с точно установленным курсом (не свыше 100 рублей). Купонные листы, имев- шиеся при облигациях, в момент их выпуска в обраще- ние в качестве денежных знаков отрезались. Таким же образом из-за острой потребности в де- нежных знаках правительство РСФСР допустило в ка- честве временных заменителей денег обращение биле- тов государственного казначейства (серий), а также купонов ценных бумаг. При этом признавались плате- жеспособными только аннулированные и погашенные (выкупленные) в период с 1 января 1908 года по 1 декаб- ря 1917 года купоны. Делалось это для того, чтобы не до- пустить выброса в обращение огромной массы не под- лежавших оплате купонов, которые находились на ру- ках богатых слоев населения. Советские процентные обязательства с купонами появились в 1928 году. Назывались они обязательства- ми Наркомата финансов СССР с годовым сроком. Купон, имевшийся при каждом обязательстве, давал право на получение денег в сумме 3 процентов от стои- мости обязательства за первые шесть месяцев после вы- пуска. Остальная часть прибыли выплачивалась при вы- купе обязательства государством. Обязательства НКФ, или, как их еще называют, «платежки», имели достоинство 100, 250, 500 и 1000 зо- лотых рублей. Эти знаки крайне редки, и даже солид- ные каталоги мира не могут точно определить их цену. Для того чтобы ее представить самим, скажем, что банк- нота 1924 года достоинством в пять рублей золотом в от- личном состоянии оценивается в 350 долларов. ч Щелоков А.
А. А. Щёлоков Поиски и открытия Молодой человек, живущий в Харькове, нашел ста- рую денежную купюру. Осмотрел, удивился и прислал мне письмо: «Не можете ли вы объяснить, почему на фашистских деньгах все надписи сделаны по-русски? В центре фашистский знак, а поверх надписи: «Госу- дарственный кредитный билет. Пять тысяч рублей». Подписи управляющего и кассира неразборчивы. Внизу дата: «1918». На оборотной стороне — двуглавый орел без корон. Вот и встал я в тупик: вроде бы не хозяйни- чали у нас в восемнадцатом году фашисты, а деньги бы- ли выпущены. Как это понять? Помогите разобраться». Как вы считаете, что главное в этом письме? Загадка само собой. На нее мы получим ответ в этой книге. Для меня куда важнее, что человек, встретив нечто для него новое — старый денежный знак, — заинтересовался и решил найти истину. Именно так возникает увлечение коллекционера. Увидит он загадку в другой банкноте — глядишь, со временем появится еще один бонист, серь- езный, глубоко знающий предмет собирательства. Кстати, занятие, которое у нас именуют бонисти- кой, на Западе предпочитают называть нотофилией (до- словно — любовь к денежным знакам — банкнотам). Думаю, наш термин точнее, поскольку слово боны под- разумевает банкноты, как вышедшие из употребления, утратившие покупательную силу, так и те, которые на- ходятся в обращении, но положены в коллекцию. К но- тофилам, если толковать термин буквально, можно от- нести и тех людей, кто, не доверяя сбербанкам, хранит деньги в виде наличных и ценных бумаг в чулке или персональном сейфе. Ведь кто-кто, а такие люди с пол- ным правом могут пропеть: «А я денежки люблю». Мы же станем держаться своего: для бониста денежные знаки — лишь повод для приобретения новых званий,
Увлекательная бонистика для расширения и углубления уже имеющихся. То есть увлечение для него — поле поиска и открытий. Кто-то возразит: что можно открыть в наше время, когда уже все исследовано, изучено и описано? Да, в некоторой степени это так. Но все ли мы сами уже ис- следовали и открыли для себя? Можете ли вы прямо сейчас, не заглядывая в словари и справочники, отве- тить на вопрос: что такое ногата'? Если это сложно, по- пробуйте сказать, что такое куна? Ответили? Прекрасно. С такой осведомленностью вам только и заниматься нумизматикой и бонистикой. Увлечение еще шире раздвинет границы вашего круго- зора, углубит знания, подкрепит их материальными свидетельствами. Не сумели? Не расстраивайтесь. Вопрос не так-то прост. Чтобы на него ответить, историкам в свое время пришлось немало поработать. Вы готовы пройти их пу- тем? Значит, первый шаг в бонистику уже сделан. Известный историк Василий Осипович Ключев- ский, исследуя древнейший памятник русского права, так называемую «Русскую Правду», уделил серьезное внимание проблеме денежного счета древних. Он пи- сал: «Главным видом возмездия не только за граждан- ские, но и за уголовные правонарушения, как увидим, служат в Русской Правде денежные взыскания. Они вы- считываются на гривны кун и их части. Гривна значит фунт до появления в нашем языке этого немецкого сло- ва, в свою очередь происшедшего от латинского pondus, гривна серебра — фунт серебра. Куны — деньги; наше нынешнее слово деньги татарского происхождения, оз- начает звонкую монету, и вошло в наш язык не раньше XIII века. Гривной кун, т.е. денежным фунтом, называл- ся слиток серебра различной формы, обыкновенно про- долговатый, служивший самым крупным серебряным ме- новым знаком на древнерусском рынке до XIV в. или не-
А. А. Щёлоков сколько раньше, когда его заменил рубль. Гривна кун подразделялась на 20 ногат, на 25 кун, на 50 резан; реза- на подразделялась на векши, на сколько именно — это не установлено точно. В памятниках нет прямых ука- заний, какие именно меха назывались ногатами, кунами, резанами, но мы знаем, что это были меховые денеж- ные единицы, как и слово куны в смысле денег вообще означали собственно меха, ходившие на рынке как день- ги. В известных уже вам древних словах на святую че- тыредесятницу проповедник осуждает богатство, ко- торое скрывают в землю, между прочим, «куны и пор- ты (платье) на изъядение моли»: это выражение не идет к металлическим деньгам. Но рано появились в русском обороте и металлические деньги. Я уже гово- рил, что в пределах Европейской России находили и на- ходят очень много кладов с диргемами, арабскими моне- тами VIII—X вв. Диргем — это серебряная монета с наш полтинник, только тоньше его. Клады большею ча- стью некрупные, содержат монеты не более фунта. Та- кие клады, как найденный в Муроме, весом более двух пудов (более 11 тысяч монет) — большая редкость. За- мечательно, что в этих кладах рядом с цельными дирге- мами находили обыкновенное множество их частей, по- ловинок, четвертей и более мелких долей. В одном кладе с монетами X в., найденном под Рязанью, оказалось при 15 цельных диргемах до 900 кусочков, из которых самые мелкие равнялись одной сороковой диргема. Это подало повод к очень вероятному предположению, что у нас ре- зали и крошили диргемы, чтобы получить мелкую раз- менную монету. Свою монету, русские «сребреники» ве- сом не более диргема, у нас начали чеканить только при Владимире Святом, и то, по-видимому, в небольшом ко- личестве. Устанавливалось определенное рыночное со- отношение диргемов и их частей к меховым ценностям, от которых они получали свои названия: часть дирге- ма, за которую покупали мех резану, назывался резаной
Увлекательная бонистика и т.п. Так расчеты производились, как бы сказать, на две валюты — меховую и металлическую. Памятники не раз сопоставляют те и другие денежные единицы: «...а пять ногат за лисицу, а за три лисицы 40 кун без ногаты», как читаем в одном документе XIIв. В Русской Правде находим указание и на постоянное соотноше- ние меховых и металлических ценностей. Оно устанав- ливает одну добавочную пошлину к судебным пеням в 5 кун — «на мех 2 ногате»; это значит, что 5 металли- ческих кун могут быть заменяемы двумя меховыми но- гатами. Итак, мех-ногата равнялся двум с половиной металлическим кунам. Любопытно, что подобное соот- ношение тех и других ценностей встречаем и у волж- ских болгар. Тогдашние рынки отличались устойчиво- стью цен, а при оживленных торговых сношениях Руси с болгарским Поволжьем, скреплявшихся договорами, русские рыночные цены вывозных товаров могли иметь тесную связь с болгарскими. Араб Ибн-Даста, писавший в первой половине X в., говорит об этих болгарах, что у них звонкую монету заменяют куньи меха, а каждый мех стоит два с половиной диргема. Если можно сбли- жать данные, разделенные таким пространством и временем, то металлической куной на Руси времен Рус- ской Правды служил диргем». Видите, сколько пришлось историку поднять доку- ментов, причем не только русских, но и арабских, что- бы разобраться в том, какие же вещи именовались ку- нами и ногатами, какое реальное соотношение покупа- тельной способности было им присуще в далекие, неподвластные взору времена. Да и мы можем сделать некоторые выводы, очень интересные для нас с совре- менной точки зрения. Оказывается, торговля на Руси не имела границ, и деньги разного происхождения охотно брали на рынке не по тому, какое название на них было отчеканено, а по реальному весу: фунт диргемов — это и русская единица — гривна кун. И никто не боялся,
А. А. Щёлоков что страна обеднеет от вывоза меха. Ведь она получала универсальный товар взамен своего — драгоценный металл серебро. Если быть последовательно точным в суждениях, то исследование В.О. Ключевского все же ближе к нумиз- матике, поскольку касалось металлических денег — дирхемов (так более точно и современно звучит слово «диргемы», которое употреблял историк). Однако в хо- де развития денежных систем и денежного обращения монеты, которые в своей массе перестали быть деньга- ми и превратились в денежные знаки, сблизились с банкнотами, утратили с ними многие различия. А вот метод исследования — анализ исторических источни- ков и скрупулезное сопоставление сведений, которым пользовался В.О. Ключевский, весьма полезен и для бо- нистов. Представьте, в годы Гражданской войны на тер- ритории бывшей Российской империи обращалось бо- лее двух тысяч типов бумажных денег различного вида и наименований. Не имея достаточных навыков само- стоятельного исследования, начинающий бонист не- вольно растеряется, встретившись вдруг с бумажками, на которых написано: «карбованец», «гривна», «тенга», «шаг» и т.д. К большому сожалению, подобных навыков мы час- то не выносим ни из средней, ни из высшей школы. Идеология «троечничества», стремление не познать предмет во всей его глубине, а лишь бы сдать экзамен и получить оценку, заставляют многих из нас скользить по поверхности. Не в упрек читателю из Харькова, за- давшему вопрос про деньги со свастикой, скажу, что для него оказалось проще написать письмо, чем загля- нуть в любой энциклопедический словарь и самому по- пробовать выяснить, что же это такое — свастика. У че- ловека возникли сомнения — 1918 год, свастика и рус- ский текст. Что-то здесь не то... Может быть, эта пресловутая свастика и не связана с фашизмом?
Увлекательная бонистика Коль скоро человек не решился вступить на путь са- мостоятельного поиска, давайте попробуем пройти его вместе. Итак, перед нами энциклопедия «Мифы народов мира», том второй, страница 420. «СВАСТИКА (др.-инд. svastika, от su, букв, «связан- ное с благом»), один из наиболее архаичных символов, встречающихся уже в изображениях верхнего палеоли- та, в орнаменте многих народов в разных частях све- та. С. — обозначение благоприятного, счастливого объекта, изображается в виде креста с загнутыми (под углом или овально; чаще — в направлении часовой стрелки) концами. С. с древнейших времен весьма рас- пространена в индийской культуре, где традиционно толковалась как солярный символ, знак света и щедро- сти. Засвидетельствована в традиционной символике Китая, Древнего Египта, в раннем христианстве (т.н. «гаммированный крест») и т.д. В новейшее время С. ис- пользовалась немецкими фашистами в качестве эмбле- мы «арийского» начала, что придало С. одиозный харак- тер в современном восприятии». Отсылая читателя к литературе, энциклопедия назы- вает книгу Т. Вильсона «Свастика, ранний известный символ и его миграция», изданную в Вашингтоне в 1896 году. Уже такая справка позволяет сделать вывод, что ис- конный смысл свастики — добро и свет, что ею как символом могли пользоваться и пользовались задолго до возникновения фашистской идеологии многие народы мира. В Китае — знак бесконечности, символ бессмер- тия и числа 10 000. В Японии — символ процветания и долгой жизни. Этот знак встречается на древней греческой кера- мике, в римских мозаиках, на предметах, которые обна- ружены при раскопках Трои, в орнаментальном оформ- лении восточных ковров.
А. А. Щёлоков Кстати, о таком использовании этого знака, кото- рый еще называют «бегущим крестом», «ломаным кре- стом», мы и должны вести речь, когда говорим о денеж- ном знаке, который поставил в тупик начинающего бониста. И выпущена банкнота была в 1919 году финан- совыми органами советской власти (!). Может возникнуть вопрос: а почему нет на банкно- те никаких следов ее советского происхождения? А все дело в том, что печатные формы этих знаков были под- готовлены к выпуску еще по заказу Временного прави- тельства, сделанному в 1917 году. Именно тогда свасти- ка была утверждена как один из символов благоприят- ного будущего России. Изображение ломаного креста сразу же появилось на денежных знаках Временного правительства, кото- рые вышли в 1917 году в купюрах номиналами в 250 и 1000 рублей. В первом случае свастика наложена на двуглавого орла на оборотной стороне знака, во вто- ром — вплетена в оформление лицевой стороны. И на- до сказать, ни у кого появление такого символа на день- гах не вызвало ни возражения, ни раздражения. В боль- шой серии знаков, от одного рубля до десяти тысяч рублей, которые заказало Временное правительство, свастика изображена на купюрах номиналами в 5000 и 10 000 рублей. С таким оформлением деньги были отпе- чатаны и пущены в обращение. По месту печати зна- ков — на Пензенской денежной фабрике — они полу- чили в народе название «пензенки». Стоит заметить, что использование свастики в рево- люционной символике было достаточно широким. На- пример, на шлемах бойцов конной калмыцкой бригады Красной армии помещался голубой бегущий крест, ко- торый символизировал очищающее пламя революции. Его же рисовали на плакатах, флагах. Перелом в частом обращении к свастике произошел в 1922 году, когда из Кремля последовал директивный
Увлекательная бонистика окрик. В газете «Известия» появилось «предупрежде- ние» наркома просвещения А.В. Луначарского, выдер- жанное в типичном для советской эпохи директивном стиле: «На многих украшениях и плакатах в дни послед- него празднества, как и вообще на разного рода издани- ях и так далее, по недоразумению беспрестанно упот- ребляется орнамент, который называется свастикой... Так как свастика... в последнее время приобретает ха- рактер символического знака всего фашистского реак- ционного движения, то предупреждаю, что художники ни в коем случае не должны пользоваться этим орна- ментом». Как видим, отеческое разъяснение наркома просве- щения закончилось на угрожающей ноте: «предупреж- даю». Что означало такое «предупреждение», прозву- чавшее из уст высокопоставленного советского чинов- ника, за спиной которого маячила тень ВЧК, население России уже прекрасно знало. С той-то поры и возникло представление о свастике как о символе антисоветском, страшном. Еще задолго до того, как ее принесли на нашу землю гитлеровцы на своих знаменах и нарукавных повязках, советский че- ловек мог поплатиться за простое употребление знака в орнаменте. В других странах подобных запретов никто в те годы еще не делал и потому, когда в Германии эсэ- совцы щеголяли в «паучьих лапках», в Индии ткали ков- ры, орнаментированные «бегущим крестом», и это ни- коим образом не связывалось с тем, что творили и со- вершали гитлеровцы. Символом нацизма свастика (по-немецки Haken- kreuz — «крючковатый крест») стала в 1919 году, после переименования Немецкой рабочей партии в Нацио- нал-социалистскую рабочую партию, когда знак раз- местили в качестве эмблемы на партийном флаге. На флагах, нарукавных повязках, кокардах и знач- ках свастика изображалась в белом круге на малиновом ф
А. А. Щёлоков фоне. В книге «Майн кампф», которую прародитель на- цизма написал в 1923 году в тюрьме, Гитлер упоминает свастику как символ «борьбы за победу арийцев». Считается, что фюрер не был оригинален в своем обращении к свастике. Немецкий поэт-националист Гвидо фон Лист в уже 1910 году предложил ее использо- вание в качестве символа антисемитской организации. Можно напомнить, что на монетах Германии сва- стика утвердилась в 1936 году, когда начали чеканить деньги Третьего рейха. Исчез с них этот знак в 1945 го- ду вместе с рухнувшим гитлеровским режимом. В том же году в обращение были пущены монеты Союзного военного командования оккупационных войск. На них еще оставалась надпись «Дойчес райх», но из лап орла уже был изъят венок со свастикой, а самой птице изме- нили рисунок крыльев. Эти монеты достаточно распро- странены, если на них даты «1945—1948». Зато монета с датой «1944» и с меткой D — Мюнхенский монетный двор — редка чрезвычайно. Ценится она примерно в две тысячи долларов за экземпляр не первой свежести. Обломки «бегущего» гитлеровского креста, который не сумел убежать от суда истории, можно увидеть под ногами советского солдата на монете СССР, выпущен- ной в честь 20-летия Победы над фашизмом. В конце Второй мировой войны в 1945 году исполь- зование всех форм свастики в Германии было запреще- но Союзными оккупационными властями. На этом можно было бы и закончить историю сва- стики, протянувшуюся от 1919 до 1945 года, если бы не воскрешение этого символа в современной России. Мо- сковское правительство, не дожидаясь утверждения федерального закона о противодействии политическо- му экстремизму, решило принять свои собственные ме- ры против использования свастики в российской сим- волике. Определенные шаги в этом направлении были сделаны в 1997 году, когда вступил в силу столичный закон «Об административной ответственности за из-
Увлекательная бонистика готовление, распространение и демонстрацию нацист- ской символики на территории города Москвы». Мос- гордума установила административную ответственность физических лиц за нарушение общественного порядка, выражающееся в изготовлении, распространении и де- монстрации нацистской символики в Москве. Нацистской символикой, как установил этот законо- дательный акт, считаются, как сказано в законе, «зна- мена, значки, атрибуты униформы, приветствия и па- роли, представляющие собой воспроизведение в любой форме соответствующей символики, использовавшейся Национал-социалистской рабочей партией Германии и фашистской партией Италии: свастики, фасций, при- ветственных жестов и т.д.». Нарушение этого запрета влечет административную ответственность. Эта норма, по утверждению москов- ских властей, сохранится и в будущем. Как бы автору этих строк не поплатиться за главу о денежных знаках, образцы которых утвердило Временное правительство в 1917 году, а советская власть дозволила их обращение до 1922 года. Они несли на себе злополучную свастику! Цари, короли, деспоты, диктаторы... Денежный знак хотя бы раз может побывать в ру- ках самого бедного жителя любой самой бедной держа- вы. Поэтому с давних времен для властителей мира сего нет более удобного средства, чтобы заставить поддан- ных лицезреть свое венценосное изображение. Причем в таком виде, который самому властителю нравится, и он верит, что именно таким он выглядит на самом деле. Именно по этой причине портреты владык — царей, ко- ролей, деспотов и диктаторов — занимают одно из пер- вых мест в изобразительном ряде оформления банкнот. Портретные изображения на денежных знаках Рос-
А. А. Щёлоков сии появились в 1866 году. Они украсили государствен- ные кредитные билеты периода правления Александ- ра II. На оборотной стороне знаков в овальном медальо- не располагались портреты: на пятирублевом — князя Дмитрия Донского, на десятирублевом — царя Михаила Федоровича и на двадцатипятирублевом — царя Алек- сея Михайловича. Пятидесятирублевый билет украсило изображение императора Петра I, сотенный — импе- ратрицы Екатерины И. Трудно сказать, в какой момент и кому стало вдруг ясно, что нарушена историческая субординация порт- ретов на купюрах самых высоких номиналов, но едино- жды выпущенную в 1866 году банкноту достоинством в 50 рублей на время перестали выпускать. Другие — 5, 10, 100 рублей — выходили до 1880 года, 25 рублей — до 1876 года. В 1898 году кредитные билеты выпустили в новом оформлении: 100-рублевая банкнота с портретом Екатерины и 500-рублевая с изображением Петра. С тех пор этот порядок не менялся до самой революции. В 1899 году в обращение был пущен билет достоин- ством в 50 рублей. На нем поместили портрет Николая I, а в 1909-м — Александра III. Кредитный билет царской России. 100 руб. «Катенька». 1910 г.
Увлекательная бонистика Надо сказать, что при всем уважении населения к царскому дому банкноты с изображениями венценос- ных особ в народе имел довольно легкомысленные на- именования. Так, кредитный билет с портретом Петра Первого получил ласковое название «петруша» или бо- лее официальное — «петр». Сотенная бумажка, укра- шенная портретом Екатерины Второй, неофициально именовалась «катенькой». Легкость отношения к кредиткам с изображением Екатерины поддерживали и питали сами элементы оформления банкнот. Едва знаки вышли в обращение, все заметили, что в тесном соседстве с надменной цари- цей оказался юноша с обнаженным торсом. Это собы- тие было воспринято как намек на известную любвео- бильность царствующей особы. В обществе родилась довольно злая эпиграмма: Не то чудно, что голый Геркулес В соседство близкое к императрице влез, А то чудно, что памятка о легком сем сюжете Увековечена на сотенном билете. Советские денежные знаки портретным разнообра- зием никого не баловали: единственный лик, которым позволялось их украшать, был ленинский. Но зато это изображение отличалось долгожительством. Впервые портрет Ленина украсил билеты Государственного бан- ка СССР номиналами в 1, 3, 5 и 10 червонцев образца 1937 года. Десять лет спустя, в 1947 году, в ходе денеж- ной реформы изображения Ленина поместили на бан- ковские билеты в 10, 25, 50 и 100 рублей. В 1961 году профильный портрет Ленина вновь сохранен на банк- нотах в 10, 25, 50 и 100 рублей, в 1991 году перешел на купюры в 200, 500 и 1000 рублей, на которых сохранял- ся до 1992 года. Изображение Ленина украшало совет- ские денежные знаки в течение 55 лет. Соединенные Штаты Америки не сразу пришли к
А. А. Щёлоков существующему в настоящее время порядку размеще- ния портретов в соответствии с номиналом доллара. Ни один из американских президентов и политиков высо- кого ранга не получил права быть запечатленным на банкнотах при жизни. В настоящее время мы можем увидеть на долларах США следующий «портретный ряд» — они располагаются в таком порядке: 1 доллар — Джордж Вашингтон — 1-й президент США; 2 доллара — Томас Джефферсон — 3-й президент США; 5 долларов — Авраам Линкольн — 16-й президент США; 10 долларов — Александр Гамильтон —- финансист; 20 долларов — Эндрю Джексон — 7-й президент США; 50 долларов — Улисс Грант — 18-й президент США; 100 долларов — Бенджамин Франклин — ученый. В долларовом ряду закреплены места банкнот досто- инством до 100 000 долларов. Их портретный ряд также имеет строгий порядок: 500 долларов — Гровер Кливленд — 22-й и 24-й пре- зидент США; 1000 долларов — Джеймс Мэдисон — 4-й президент США. 10 000 долларов — Саймон Чейз, финансист, один из отцов американского доллара. В последний раз в обращение эти банкноты самых крупных номиналов выпускались в 1934 году. Денежный знак номиналом в 100 000 долларов с портретом Вудро Вильсона — 28-го президента США — в обращение никогда не поступал. Выпускался он толь- ко в 1934 году исключительно для обслуживания внут- ренних расчетов в учреждениях Федеральной резерв- ной системы. Президенты, не попавшие в святой долларовый мав- ф
Увлекательная бонистика золей памяти, но высоко оцененные нацией, удостоены места на памятных монетах. В числе таких Дуайт Эй- зенхауэр и Джон Кеннеди. Но почему почетное место на банкнотах заняли Александр Гамильтон и Бенджамин Франклин, никогда не бывшие президентами США? Так вот, «Бенджамин Франклин, — пишет знаток американской денежной системы Джек Везерфорд в книге «История денег», — имеет честь быть отцом бумажных денег (США. — А.Щ.). В ознаменование его роли в процессе создания бумажных денег на сотенной купюре — самом высокой номинации, выпущенной в США, — изображен его портрет». Еще в 1729 году Франклин опубликовал «Скромное исследование природы и необходимости бумажных де- нег». Ему принадлежат афоризмы: «Есть три преданных друга — старая жена, старая собака и наличные деньги». «В этом мире нет ничего постоянного, кроме нало- гов и смерти». Франклин был одним из авторов Декларации незави- симости США (1776 г.) и Конституции (1787 г.). В 1789 го- ду его избрали иностранным членом Петербургской академии наук. Александр Гамильтон (1757-—1804) стал основателем банковской системы в США, начав с организации Пер- вого банка Соединенных Штатов. Ему принадлежит инициатива создания Монетного двора и перехода аме- риканской денежной системы в 1792 году на десятич- ное счисление. Был министром финансов в администра- ции президента Вашингтона. Человек, неуклонно соблю- давший законы чести джентльмена, он погиб на дуэли. Своеобразным «портретным» рекордом знаменита банкнота «великой Литвы» достоинством в 10 литов вы- пуска 1938 года. По заказу Литовского банка ее с пре- красным качеством отпечатала фирма BWC. На лице- ф
А. А. Щёлоков вой стороне, в медальоне слева, портрет сурового госу- дарственного мужа — президента Антанаса Сметоны. На обороте — семейный групповой портрет Совета ми- нистров в полном составе. Двадцать строгих господ рас- положились строго по государственному ранжиру. Де- вять человек, чинно сложив руки на коленях и сытых животиках, сидят в первом ряду. Одиннадцать — калиб- ром помельче — стоят за их спинами. Идиллия сплочен- ности и величия власти, воплощенная в денежном знаке. Современные деятели Монголии сочли, что на банк- нотах портрет обязателен. При этом изображение на- ционального героя революции Сухэ-Батора, неизменно украшавшее тугрики с 1939 года, за сорок с лишним лет прошло определенную эволюцию. Долгие годы его изо- бражали в красноармейской гимнастерке со стоячим воротничком, но в 1993 году переодели в национальный халат — дели — ив конусообразный колпак. Поколе- нию молодых степных реформаторов показалось, что такое переодевание все еще не позволяет монголам ощутить гордость за свое национальное величие, и по- тому банкноту в 500 тугриков образца 1993 года украси- ли портретом Чингисхана. Что интересно — стоило только новым монгольским купюрам появиться в обращении, знатоки истории сра- зу заметили: портрет Чингисхана обладает неточно- стью. Великий повелитель монголов изображен не с ко- сичками, которые он носил на китайский манер, а с серьгой в правом ухе. Впрочем, как считают те же спе- циалисты, мелкие искажения существенных деталей на монгольских банкнотах встречаются не впервые. На тугриках, где Сухэ-Батор изображен в гимнастерке, планка с пуговицами пришита слева, как на женской одежде. В галерее портретов, которые для изучения нам от- крывают банкноты разных стран мира, можно увидеть облик удивительных типов. Например, бывшего капра-
Увлекательная бонистика ла французской армии, ставшего императором Цен- тральной Африки Джина Бедела Бокассы, который на весь мир прославился своим каннибализмом. На трон Бокасса взошел по давно отработанной в мире схеме, которая уже многие годы используется все- ми политическими авантюристами. Схема эта крайне проста, и именно в этом ее сила. Сперва в обществе появляется человек, который обли- чает старые власти в коррупции и обещает народу по- кончить с ней, когда получит власть. В 1966 году началь- ник штаба вооруженных сил Центральноафриканской Республики полковник Бокасса сверг правительство президента Давида Дако и объявил себя гарантом кон- ституции. Чтобы двинуться дальше, потребовалось ра- зогнать Национальную ассамблею, которая мешала чес- толюбивым планам Бокассы. В 1972 году послушные его воле члены нового Конгресса торжественно провозгли- ли Бокассу «пожизненным президентом страны». Сделать следующий шаг и объявить себя императо- ром было уже нетрудно. Бокасса объявил Центрально- африканскую Республику конституционной монархией, а в монархи короновал самого себя. Когда императора наконец свергли с престола, то выяснились жуткие подробности его жизни. Император жрал своих подданных. И не в переносном смысле, а в самом прямом. Для коронованного гурмана подручные подыскива- ли жирненького соотечественника. Обязательно моло- дого и некурящего: мясцо помягче и никотином не по- ванивало. Затем жертву забивали и разделывали опыт- ные мясники. Вырезка, филейная часть, грудинка... Особенно любил Бокасса пожевать мужские половые органы и сердце. Как он считал — в них вся сила и му- жество человека. И это происходило в конце семидесятых годов XX века! ф
А. А. Щёлоков Бокассу судили. Оправдываясь перед судом, он го- ворил примерно так: «В чем вы меня обвиняете? Другие правители посылают своих подданных на войну, где их убивают сотнями и тысячами. А я съел несколько чело- век. За каждого родственникам выплачена хорошая компенсация. Все они довольны. Вам-то что?» После императора остались банкноты с портретами разного вида: Бокасса в военной форме без фуражки, он же в форменном головном уборе, в костюме с пижо- нистым галстуком-бабочкой... Император, защитник на- ции, гарант ее прав... На всех банкнотах своей страны, вышедших в годы его правления, оставил свой портрет еще один «отец на- ции», всенародно избранный и всеми любимый прави- тель Заира господин Джозеф Дезире Мобуту Сесе Се- ко. Или еще в одном куда более торжественном звуча- нии — Мобуту Сесе Секо Куку Нгбенда Ва За Банга. Не впечатляет? Тогда послушайте, как это звучит в воспри- ятии народов луба, конго и других, кто населяет страну, которой правил Мобуту: «Великий воин, идущий от по- беды к победе». Или еще в одном переводе: «Великий воитель, оплодотворяющий нацию». Потому и на банк- нотах его портреты тоже выглядели по-разному. То он в леопардовой островерхой шапочке, в очках, в строгого покроя пиджаке — вылитый профессор университета; то в военной форме с орденской цепью на шее, напоми- нающей российский орден «За заслуги перед Отечест- вом 1-й степени». Или в той же леопардовой шапочке, с воротом нараспашку. При этом во всех случаях на банк- нотах изображен леопард в прыжке. Должно быть, тот самый, который пошел на шапочку президента. Биография у Мобуту привлекательна в своей про- стоте. Родился в 1930 году. Отец — повар, мать — кре- стьянка. Сам «великий воин» служил в колониальной бельгийской армии. Затем стал журналистом, был сек- ретарем первого президента Республики Конго Патри-
Увлекательная бонистика ca Лумумбы. Захватил власть в стране в 1965 году. И тут же встал на путь сотворения собственного образа, или, как теперь у нас принято говорить, имиджа. В 1972 году принял новое имя — «Великий воин». Стал сколачивать состояние. К 1985 году оно уже дос- тигло фантастической суммы — 5 миллиардов долларов. Немало усилий у Мобуту уходило на то, чтобы дока- зать народу, будто он всенародно ценимый и всеми лю- бимый президент, что у него самый высокий рейтинг среди политиков Заира, что ему нет альтернативы, а кто подумает иначе... Однако в стране действия президента все более и более раздражали людей. Началась гражданская война, которая закончилась поражением Мобуту. В 1997 году он бежал из страны и почти сразу умер в изгнании, так и не поняв, что любовь народа не определяется рейтин- гами. Отказавшись от наследия «великого Мобуту», но- вые власти тут же переименовали Заир в Демократиче- скую Республику Конго. Правда, название денежной единицы страны так и осталось — заир. Надолго ли? На многих банкнотах Ирана помещался портрет ша- ха Мохаммеда Реза Пехлеви, в руках которого с 1941 го- да находилась вся власть в стране. Уж в каком только виде не изображался сей в полном смысле грозный и безжалостный повелитель на денежных знаках Ирана! В форме главнокомандующего иранской армии, в фор- ме офицера военно-воздушных сил Ирана, в граждан- ском костюме. Для каждого изображения художники выбирали самые выразительные ракурсы: анфас, в три четверти оборота, в профиль... Ориентация шаха на Запад, светский характер госу- дарства, жестокое подавление любых стремлений к де- мократии настраивали против власти все слои общест- ва. Но главной оппозиционной силой в стране стали религиозные круги, требовавшие восстановления в
А. А. Щёлоков Иране так называемых «исламских духовных ценно- стей». В 1979 году под напором развернувшегося в стра- не антишахского движения Мохаммед Реза вынужден был бежать из Ирана. Власть перешла в руки исламских шиитских священнослужителей, которых возглавил ая- толла Хомейни. Иран был провозглашен исламской рес- публикой. Демонстрируя свою ненависть к свергнутому с пре- стола шаху и верность новому исламскому режиму, иранцы начали самостоятельно замарывать на банкно- тах портреты ненавистного ей правителя. Их зачерки- вали, заляпывали чернилами, однако денежные знаки такого рода не считались испорченными. Демонстрация ненависти к прошлому, в каких бы формах она ни вы- ражалась, всегда ценится победителями. Позже, чтобы не уничтожать запасы имевшихся в банке купюр, госу- дарство само стало замарывать на них портреты шаха. О том, как это делалось, мы уже говорили. Начало XXI века для мира прошло под знаком Сад- дама Хусейна, поскольку Соединенные Штаты Америки под водительством храброго президента Буша-младше- го решили преподать всему миру урок послушания и начали агрессию против Ирака. Саддам, конечно, не ан- гел, не посланник аллаха, не всенародно любимый и пе- кущийся о народном благе просветитель. Это хитрый политический интриган, беспредельно жестокий, готовый пойти на любую подлость, преда- тельство, коварное убийство. Когда в 1963 году в Ираке произошел государственный переворот, в ходе которо- го был свергнут руководитель страны и главнокоман- дующий вооруженными силами Ирака Абдель Керим Касем, двадцатишестилетний Саддам Хусейн оказался в числе заговорщиков. Вскоре он начинает борьбу за ли- дерство в Партии арабского социалистического возро- ждения — Баас.
Увлекательная бонистика Устранив конкурентов, Хуссейн в 1979 году стано- вится Генеральным секретарем этой партии, президен- том Иракской Республики, главой правительства, в зва- нии маршала получает должность Верховного главноко- мандующего вооруженных сил Ирака. Саддам Хусейн — один из последних диктаторов Ближнего Востока. 10 динаров. 1992 г. 1413 год хиджры. Правление Саддама Хусейна иначе, как деспотиче- ским, назвать нельзя. Любое сопротивление своей по- литике он жестоко подавлял. На попытку курдов до- биться для себя автономии правительство Хусейна ответило химическим оружием, запрещенным всеми международными конвенциями. В 1980 году Хусейн развязал агрессивную войну против ближайшего сосе- да — Ирана. Длившаяся в течение восьми лет бойня унесла тысячи жизней, не принеся Ираку никакой пользы. Хусейн вынужден был пойти на перемирие. Но это не остудило воинственного пыла диктатора. В авгу- сте 1990 года Ирак внезапно нападает на Кувейт и за- хватывает небольшую, но крайне богатую нефтью страну. На защиту суверенитета Кувейта встали многонацио- нальные вооруженные силы во главе с США. Хусейн
А. А. Щёлоков вынужден был уйти с захваченных территорий. После освобождения Кувейта Организация Объединенных Наций санкционировала введение морской, сухопутной и воздушной блокады агрессивного режима Хусейна. Конечно, в первую очередь эта блокада ударила по на- селению Ирака, принудив его прозябать в нищете и изоляции от остального мира. Война, начатая Соединенными Штатами Америки в 2003 году под предлогом свержения Саддама Хусейна и освобождения иракского народа от диктатуры, оберну- лась невероятным бедствием для «освобождаемых». Правомерно говорить о том, что с лица земли были стерты города Басра, Багдад и другие, имеющие тысяче- летнюю культуру и историю. Как ни оценивать эту войну, неизбежно придется назвать ее агрессивной, несправедливой. Организация Объеденных Наций, заставив правительство Саддама Хусейна разоружиться, не дала Ираку гарантий безо- пасности. Действия США в Ираке восприняты в мусуль- манском мире как война христиан против ислама, как война расовая, как война богатых против бедных. Победа США не принесла успокоения миру. Саддам Хусейн, к которому в большинстве исламских стран бы- ло негативное отношение, теперь стала для многих му- сульман символом человека, пострадавшего за веру, символом джихада. Борьба Соединенных Штатов против Ирака имела интересный финансовый аспект, о котором стоит рас- сказать. Военной операции в Персидском заливе предшест- вовала антисаддамовская финансовая агрессия. После объявления эмбарго, которое отрезало Ирак от выхода на нефтяные рынки мира, США в стремлении ускорить экономический крах правительства Хусейна повели атаку на иракский динар. Правительства богатейших
Увлекательная бонистика нефтяных стран Ближнего Востока — Кувейта, Объеди- ненных Арабских Эмиратов и Саудовской Аравии — начали массовую скупку иракских банкнот. Такое не осталось незамеченным, и торговля динарами Хусейна для мелких менял и валютных спекулянтов стала выгод- ным бизнесом. До иракского вторжения в Кувейт в августе 1990 го- да динар Хусейна стоил 3 доллара. Многим иорданцам, жителям страны, которая стала центром валютных опе- раций, начало казаться, что приобретение динаров, на которые вдруг возник большой спрос, может стать вы- годным капиталовложением. Ведь рано или поздно эм- барго, объявленное ООН против Ирака, будет снято, страна возобновит экспорт нефти и курс динара не только не упадет, но и возрастет. Иорданские бизнесме- ны стали принимать иракские динары в качестве опла- ты не только при официальных правительственных сделках, но и в рыночной торговле. Ажиотаж принял массовый характер. Казалось, на- ступило время легкого обогащения. Это грустно, но многие иорданцы закладывали свои дома и пускали в ход сбережения, чтобы сделать выгодный бизнес на ди- наре. Каждый день меняльные конторы в столице Иорда- нии Аммане наводняли люди, скупая иракские динары на динары иорданские. При этом предпочтение отдавалось банкнотам дос- тоинством в 25 динаров с изображением Саддама Ху- сейна выпуска до 1990 года. Во-первых, считалось, что их легче вывозить из страны в больших количествах, нежели мелкие купюры. Во-вторых, эти знаки печата- лись на более высоком полиграфическом уровне, чем те, которые появились позже. Результаты операции сказались быстро. Только в
А. А. Щёлоков Иордании за короткий срок осело 100 миллионов ирак- ских динаров. Новые динары, которые печатались на плохой бума- ге, в тусклых цветах, мало чем отличались от копий, вы- полненных на ксероксе. Они быстро получили название «военных денег». Их паритет к доллару опустился до 3 центов за динар. Ответные действия правительства Хусейна не заста- вили себя ждать. Ирак просто-напросто вывел из обра- щения все знаки номиналами в 25 динаров общей сум- мой примерно на 25 миллиардов. Иракцам старые банк- ноты обменяли. В то же время на шесть дней границы страны были закрыты, чтобы не пустить в страну ва- лютных спекулянтов. Границу открыли только после то- го, как истек срок обмена старых банкнот на новые. В качестве меры, которая должна была препятство- вать контрабанде валюты, Багдад ввел крутой выездной налог в 15 000 динаров. Это составляло 250 долларов по курсу черного рынка, или 48 000 долларов по официаль- ному. Количество выезжающих из страны сразу сокра- тилось. Возмущенные валютные спекулянты стран Ближне- го Востока, которые в результате принятых Ираком мер потеряли десятки миллионов долларов, пытались про- тестовать. Ответом на эти протесты стало, например, заявление президента Иракского торгового банка Шав- ки Кубайси. Он сказал: «Они совершили ошибку, спе- кулируя нашими деньгами. То, что мы сделали, необхо- димо для оздоровления нашей экономики. Это наше внутреннее дело». Так в результате широкомасштабной операции по подрыву экономики Ирака пострадали те, кто не знал ничего о замыслах игроков от большой политики. Теперь вернемся к лицам, украшающим денежные знаки. Есть еще одна интересная фигура среди совре-
Увлекательная бонистика менных деспотов, о которой стоит сказать несколько слов. Это Сапармурат Атаевич Ниязов, Туркменбаши, пожизненный глава туркменской нации. Выросший и воспитанный в лоне Коммунистической партии Совет- ского Союза, Ниязов занимал ответственную долж- ность в аппарате Центрального Комитета КПСС в Мо- скве, был председателем Совета министров Туркмении, затем первым секретарем Компартии Туркменистана. После распада СССР он стал президентом своей рес- публики. Именно своей, поскольку утвердил в Туркме- нии режим средневекового деспотизма, объявив себя отцом и благодетелем туркмен, их пожизненным вож- дем. Каждое утро дикторы республиканского радио взывают: «Аллах, благослови нашего вождя, сохрани ему жизнь на долгие годы и окажи ему содействие во всех его начинаниях». Затем звучит гимн Туркмении, после чего следует вторая часть обращения, адресован- ного народу: «Просим произнести клятву верности: Туркмения — моя родина, и если я нанесу ущерб сво- ему отечеству, пусть отсохнут мои руки, если я скажу что-то плохое о своем отечестве, о своем президенте, пусть отсохнет мой язык, а если же я изменю своей ро- дине, то пусть прекратится мое существование». Вступая в армию, молодые туркмены приносят при- сягу на личную верность Туркменбаши. Он переимено- вал дни недели в честь своих родственников. Именем великого вождя названы улицы не только в городах, но и в захудалых кишлаках. Порт Красноводск, город, по- строенный на берегу Каспийского моря в 1869 году, пе- реименован в Туркменбаши. За малейшее подозрение в отсутствии преклонения перед «отцом нации» людей объявляют врагами туркменского народа и бросают в тюрьмы. В одном из анекдотов, имеющем хождение в Средней Азии, говорится, что теперь даже аллах ничего не делает без совета с Ниязовым.
А.. А. Щёлоков Манаты (или «туркменбашли»), и на них «папа» — Отец и Слава туркмен- ского народа, Благодетель нации, Са- пармурад Ниязов, блистательный и не- повторимый. Он пока единственный из несменяемых властителей стран Средней Азии украсил своим портретом изображения туркменских денег — манатов. Введены эти знаки в ноябре 1993 года. На банкноте в 10 000 манатов выпуска 1998 года (справа) великий Сапармурат еще не удостоил себя заслуженных орденов. На другой, выпуска 1999 года (слева), мы видим его уже в блеске высших наград Туркмении, которыми он сам себя удостоил. В левом верхнем углу этого денежного знака один из тех орденов, которые видны на груди блистательного деспота. Объективности ради скажем, что во многих цивилизо- ванных странах с демократическим строем существуют законы, запрещающие помещать на денежных знаках и почтовых марках изображения избранных народом и стоящих у власти персон. Поэтому банкноты таких стран несут на себе портреты великих ученых, писателей, по- этов — людей, своими трудами внесших вклад в мировую цивилизацию и прославивших собственную нацию. Так, на банкнотах Франции, до того как их заменило евро, можно было найти портреты Мольера, Пастера, Вольте- ра, Паскаля, Берлиоза, Делакруа, Дебюсси, Экзюпери и других великих французов. В Киргизии первый выпуск своих национальных банкнот украсили портретами киргизского дирижера и композитора А. Малдыбаева, балерины Б, Бейшеналиевой, ученого и общественного деятеля К. Тыныстанова и других видных людей.
Увлекательная бонистика Таким образом, даже по оформлению банкнот мож- но косвенно судить о том, при каком строе они выпуще- ны и какую государственную систему обслуживают — монархию, демократию или деспотизм. И всего лишь одно замечание, которое следовало бы знать и помнить деспотам и диктаторам. История знает случай, когда безудержное стремление увековечить свой облик на деньгах привело венценосное лицо к пе- чальным для него результатам. В 1793 году французский народ сверг своего сия- тельного короля Людовика XVI, и тот пытался бежать из страны. Шансов на успех было достаточно много. Портретов монарха в общественных местах не разве- шивали, фотографий не существовало, поэтому редко кто из подданных своего короля знал его в лицо. Надень другую шляпу, платье поскромнее и беги! Но беглеца подвел непредвиденный случай. Офицер, досматривав- ший на границе карету, заметил, что лицо пассажира сильно напоминает ему портрет, изображенный на французских деньгах — луидорах. «А ну-ка, поверни- тесь в профиль, мсье», — попросил офицер, достал из кармана луидор и сравнил оригинал с лицом проезжего. Так король и попался. Затем — гильотина... Будьте добры, ваш автограф! С такой фразой к своим кумирам — спортсменам, популярным певцам, киноартистам — часто обращают- ся их фанатичные поклонники — собиратели автогра- фов. Бонисты также интересуются подписями, вернее, факсимиле — точно воспроизведенными типографским способом росписями должностных лиц — финансистов и политических деятелей, которые авторитетом своих фамилий подкрепляют общественный вес денежных знаков и государственных облигаций.
А. А. Щёлоков До революции кредитные билеты в России подписы- вали управляющие Государственным банком и касси- ры. Знание сроков пребывания разных управляющих в их должностях позволяет коллекционеру датировать от- дельные купюры даже в тех случаях, когда на них стоит общая дата, показывающая год утверждения данного типа кредитных билетов. Вот перед нами четыре рубле- вые кредитки с общей датой «1898». Первая подписана Э.Д. Плеске. Он занимал долж- ность управляющего Госбанком с 1893 по 1903 год. Зна- чит, банкнота вышла в обращение где-то в период с 1898 по 1908 год. Следующую кредитку подписал С.И. Тимашев (та- кие знаки коллекционеры именуют «тимашевками»). Он был управляющим с 1903 по 1909 год. Следующий — А.В. Коншин — 1910—1914 годы. И, наконец, послед- ний — И.П. Шипов. Он возглавлял банк с 1914 по 1917 год. При этом надо иметь в виду, что кредитки, подпи- санные Шиповым, обращались и при советской власти, до проведения деноминации 1922 года. Эти знаки одинаковы по номиналу. Даже год выпуска у них один. Но они не похожи друг на друга, поскольку после ареста наркома финансов Гринько и его гибели в застенках НКВД подпись главного финансиста СССР есть на верхнем знаке. Внизу ее уже нет. Она на- всегда перестала появляться на советских банкнотах.
Увлекательная бонистика Собственные советские денежные знаки несут на себе факсимиле наркомов финансов и кассиров. Это позволяет нам сегодня увидеть подписи Н. Крестинско- го, Г. Сокольникова, Н. Брюханова, Г. Гринько. Кстати, судьбы этих людей объединило не только общее дело. Все они были уничтожены в застенках НКВД в период кровавых сталинских чисток... Уже известные нам «пензенки», те, что несли на се- бе изображения свастики, а также некоторые червонцы подписывал Г. Пятаков, бывший председателем Госбан- ка. Судьба его ничем не отличается от судьбы многих других, кто стал жертвой политических репрессий. Подписи на банкнотах с момента их появления в на- шей стране рассматривались как гарантия надежно- сти бумажек. Поэтому в период подготовки первой советской денежной реформы финансовая комиссия ЦК РКП (б) и СНК внесла в проект постановления та- кой пункт: «10. Новые дензнаки выпустить за подписью Пред- седателя Совета народных комиссаров и Народного ко- миссара финансов». Таким образом, на советских банкнотах должна бы- ла появиться подпись В.И. Ленина. Но сам он этого предложения не принял и собственноручно зачеркнул указанный пункт проекта. Зафиксировать свою фамилию на денежном зна- ке — это не просто банальная обязанность банковского деятеля, часто это его вожделенное желание, связанное с тем, чтобы запечатлеть свое имя в истории. Хотя из- вестно, что история — дама капризная и требует от тех, кого она заносит в свои анналы, подвигов, чаще всего — кровавых, расписаться на деньгах для «вечности» норо- вят многие. Такое стремление увековечить себя всем давно известно. Забраться на неприступную скалу с тю- биком масляной краски и на девственном камне начер- тать слова «Здесь был Вася» — разве это не проявление
А. А. Щёлоков гипертрофированного желания заявить о себе, обра- тить на себя внимание? Подобные надписи и сегодня можно встретить даже на труднодоступных скалах Кав- казских и Крымских гор. Интересный исторический факсимильный материал содержат бумажные денежные знаки Хорезмской На- родной Советской Республики (ХНСР), выпущенные в 1920 году. На них в оригинально оформленных надпе- чатках остались для «вечности» фамилии должностных лиц правительства — председателя Совета народных назиров (министров), управляющего банком и казначе- ев. При этом графическое исполнение подписей было частью оформления банкнот. На банкнотах другой советской республики — Бу- харской — также указывались фамилии назира финан- сов, директора народного банка, директора казначейст- ва и даже исполняющего обязанности председателя Высшего Совета народного хозяйства республики. Подписи должностных лиц на банкнотах не были украшением. Фамилии лиц, подписавших купюры, хо- рошо знали в народе, и часто именно по этим фамилиям денежным знакам присваивались обиходные названия. Правда, «именные» прозвища некоторых бумажных денег связаны чаще с инициаторами их выпуска, а не с подписями на купюрах. Так, знаменитые «керенки», прославившиеся своей низкой покупательной способ- ностью, вообще не имели на себе никаких подписей. В народе их появление сразу связали с фигурой предсе- дателя Временного правительства России А.Ф. Керен- ского и увековечили эту связь в названии. Столь же отдалено от подписей народно-обиходное наименование гарантийных чеков Пятигорско-Баталпа- шинского отряда деникинской Добровольческой армии. Этим отрядом командовал небезызвестный генерал А. Шкуро, ради благозвучия сменивший в своей настоя- щей фамилии последнюю букву «а» на «о». Ничем не
Увлекательная бонистика обеспеченные «гарантийные чеки» по приказу Шкуро выпустило в обращение Кисловодское отделение Гос- банка. И они получили в народе сомнительную по смыс- лу и звучанию кличку «шкуринки». Временные кредитные билеты Астраханского казначейства образца 1918 года вошли в народную речь современников тех лет как «де- ментьевские». Название их увековечило фамилию человека, давше- го жизнь бумажкам, покупательную способность которых он пытал- ся обеспечить силой оружия. Не стоит думать, что народные названия денежных знаков известны только прошлым временам. В наше время, когда после распада Советского союза во вновь возникших государственных образованиях появились собственные деньги, у них почти тут же возникли псев- донимы. Купоны, заменившие на Украине советские рубли, не несли на себе подписей должностных лиц го- сударства, но их тут же по фамилии первого президента Украины Л. Кравчука стали именовать «Кравчуками». Подпись президента банка Латвии Эйнарса Репше на временных денежных знаках республики породило их народное прозвище — «репшики».
А. А. Щёлоков Неизменный портрет отца туркменской нации — «Туркменбаши» Сапармурата Ниязова на денежных знаках республики всех достоинств позволило остря- кам дать им прозвище «туркменбашли». Чрезвычайно низкая покупательная способность со- ветских денежных знаков, маркированных специаль- ными марками в Приднестровье, породила насмешли- вое название этих денег — «приднестрофики». Москва, как много в этом звуке... Как часто в горестной разлуке, В моей блуждающей судьбе, Москва, я думал о тебе... Москва, как много в этом звуке Для сердца русского слилось, Как много в нем отозвалось... Строки, написанные поэтом два века тому назад, и сегодня задевают струны наших сердец. Москва всегда занимала и занимает особое место в жизни страны — политической, культурной, научной, экономической. Столь же велика роль столицы в создании и налажива- нии денежной системы страны. В Москве в старину работало восемь монетных (или, как их называли до XVIII века, — «денежных») дворов. Так, в XVII веке монету для государственной казны чеканили Старый двор, располагавшийся в Китай-горо- де на Варварке, и Дворцовый в Кремле. В 1654—1663 годах на бывшем Английском подворье (в районе современной улицы Мясницкой) работал Но- вый Английский монетный двор, который, несмотря на название, был исконно русским, московским. В XVII веке у Воскресенских ворот Китай-города разместили Новый Красный китайский двор. В конце
Увлекательная бонистика 1730-х годов для него было построено новое здание, ко- торое сохранилось до наших дней. В начале XVIII века в городе соорудили новые монетные дворы: Новый Крас- ный земский (1697—1700) в бывшем здании Земского приказа, Новый медный Набережный (1699—1727) в Крем- ле у Боровицких ворот Кремля, Новый монетный Када- шевский (1701—1736), который также называли Хамов- ным, Замоскворецким, Адмиралтейским. Чуть позже от Кадашевского двора отделился Яузский монетный двор (1727—1735). В топонимике Москвы с давних пор запечатлены на- звания, связанные с деньгами — с их производством и тратами. В частности, это Банковский переулок на Мяс- ницкой, неподалеку от Почтамта; Денежный переулок на Арбате, где в XVII веке располагалась слобода, в ко- торой проживали мастера денежного двора. Это и Мил- лионная улица, расположенная на севере столицы, непо- далеку от Ростокинского водовода (акведука), который был построен в XVIII веке, в период, когда создавался первый московский водопровод. По огромным денеж- ным затратам водовод поначалу назвали «Миллионный мост», позже название перешло на улицу. Это Серебряный переулок в районе Арбата, где на- ходилась слобода мастеров Старого государева сереб- ряного двора. В Замоскворечье до сих пор существует 6 Монетчи- ковских переулков, расположенных между Валовой, Пятницкой и Новокузнецкой улицами. Старомонет- ный переулок тянется от Кадашевской набережной па- раллельно Полянке и вливается в нее. А уж о Рублевском шоссе слышали все, — правда, теперь его именуют еще «Миллионорублевским» или «дорогой Олигархов». Серебряную денгу, чеканившуюся в Москве, в XVI ве- ке называли «московской» в отличие от «новгородки», которую выпускали в Новгороде. © ю Щелоков А.
А. А. Щёлоков В годы недолгого пребывания на троне императри- цы Екатерины I были отчеканены медные разменные мо- неты нового типа, не с орлом — государственным гер- бом России, а с гербом Московским. Чтобы удостове- рить сей факт, на монетах ко всему помещалась надпись: «Москва». Впервые московский пейзаж появился на советской банкноте в 10 тысяч рублей образца 1923 года. Худож- ник для графического оформления оборотной стороны знака избрал панораму Кремля — так он выглядел из Замоскворечья, с Софийской набережной. Тот, кто зна- ет современную Москву, легко найдет немало различий с тем, что можно увидеть сегодня. Прежде всего исчез Большой Москворецкий мост, построенный в 1872 году. Сегодня на его месте другой, современный мост, кото- рый возвели в 1938 году. Наблюдательный глаз заметит на водной глади Москвы-реки одинокую весельную ло- дочку, каких в наше время здесь не встретишь. В последующие годы московская тема стала исполь- зоваться при оформлении денежных знаков все чаще и чаще. В 1947 году на оборотной стороне банкноты высше- го, сторублевого номинала, будто споря с рисунком на знаке 1923 года, появилась панорама Кремля, нарисо- ванная почти с той же точки, что и раньше, — с Софий- ской набережной Замоскворечья. Размер банкноты (13,5x23 см) позволил художнику воспроизвести исто- рическое ядро Москвы достаточно подробно. Мы видим Боровицкую башню, Оружейную палату, Водовзводную башню, Большой Кремлевский дворец, Тайницкую, 1-ю Безымянную, 2-ю Безымянную и Петровскую башни. За ними на холме Архангельский собор и колокольня Ивана Великого, вдали заметен силуэт собора Василия Блаженного. Рисунки Кремля на советских денежных знаках вы- полнены очень точно и заслуживают высшей оценки.
Увлекательная бонистика 1961 год на новой серии казначейских и банковских билетах подарил сразу четыре кремлевских сюжета. На знаке зеленого цвета номиналом в 3 рубля изо- бражена часть Кремлевской набережной, Водовзводная башня, Большой Кремлевский дворец и колокольня Ивана Великого. Синий казначейский знак достоинством в 5 рублей украшен изображением Спасской башни. Банкнота зеленого цвета с номиналом в 50 рублей несет на себе рисунок Большого Кремлевского дворца и Тайницкой башни. Фрагменты оформления казначейских билетов образца 1961 года. 5 рублей и 3 рубля. На сторублевой купюре коричневого цвета мы ви- дим прекрасное изображение Водовзводной башни (так она выглядит с Большого Каменного моста). На знаках в 3, 5, 50 и 100 рублей серии банкнот 1991 го- да в несколько измененных цветах повторены рисунки предыдущего выпуска. На оборотной стороне впервые появившейся в тот же год 200-рублевой купюры справа от белого поля с водяным знаком — Кремлевский дво- рец съездов и Троицкая башня (вид с внутреннего дво- ра Кремля).
А. А. Щёлоков На знаке в 500 рублей — часть внутреннего двора Кремля с видом на здание Президиума Верховного Со- вета СССР и Спасскую башню. На 1000-рублевой банк- ноте — собор Василия Блаженного и Спасская башня со стороны Васильевского спуска к Москве-реке. В 1992 году выпущена новая серия банкнот 50-, 200-, 500- и 1000-рублевого достоинства, которая печаталась на бумаге с измененными водяными знаками в новых цветах и с надпечатками виньеток с номиналами на бе- лом поле. На знаках повторены рисунки 1991 года. Кроме того, к общему ряду добавлены два новых но- минала — 5000 и 10 000 рублей. На лицевой стороне первой банкноты композиция из башен, соборов Крем- ля и высотных зданий Москвы. На обороте — панора- ма, открывающаяся с внутреннего двора Кремля, от Тайницкой башни, на Москву-реку, Большой Москво- рецкий мост и высотное здание на Котельнической на- бережной. Банкнота в 10 000 рублей также оформлена кремлевскими видами с обеих сторон. На лицевой сто- роне — символическая композиция, в которую входят Тайницкая башня и Большой Кремлевский дворец с трехцветным знаменем над куполом. На обороте зна- ка — три кремлевские башни — Угловая, Никольская, Спасская, часть Красной площади с Мавзолеем Ленина и вид на крыши зданий внутри Кремля. Новая серия банкнот 1993 года номиналами в 100, 200, 500, 1000, 5000, 10 000, 50 000 рублей несут на лице- вых сторонах уже известную композицию с триколо- ром, впервые появившуюся на 10 000 рублях 1992 года. На оборотных сторонах всех знаков новой серии поме- щены различные виды Кремля. Лишь обновленная серия знаков в 1995 году прерва- ла монопольное право Кремля изображаться на банкно- тах Советского Союза и России. Только на стотысячном знаке, где на лицевой части появилось изображение
Увлекательная бонистика фронтона Большого театра, оборотная сторона по- прежнему посвящена Кремлю. Чтобы правильно понять неизменную традицию изображать Кремль в разных ракурсах на банкнотах Советского Союза, стоит напомнить историю тех лет. Начинается земля, Как известно, от Кремля... Эти строки из детского стихотворения поэта Самуи- ла Маршака как нельзя лучше характеризуют эпоху, в которую они были написаны. Не от Чукотки, первой встречающей каждый новый день, начиналась Россия. Страна начиналась от Москвы, от Кремля. И не потому, что он таков сам по себе, а потому, что за его стенами, проводя дни и ночи в бессонных заботах о благе народа, жил и работал великий вождь советского народа, друг советских пионеров, летчиков, физкультурников, кори- фей всех наук товарищ Иосиф Виссарионович Сталин. Так Кремль на денежных знаках, то есть на самых массовых повседневных предметах, которые советский человек брал в руки каждый день, утверждал культ вождя. Потому что, как известно, начиналась советская земля от Кремля... Долго ли проживут деньги? Книга в потертом старинном переплете, хрупкая по- желтевшая бумага страниц. Дата издания — 1888 год. Автор Эдуард Беллами. Заголовок: «ОГЛЯДЫВАЯСЬ НА- ЗАД: 2000—1887». Роман-утопия. Сюжет прост: некий американец впал в летаргический сон 30 мая 1887 года, а проснулся через ИЗ лет и 4 месяца — 30 сентября 2000 года. Проснулся и не узнал мира, в котором родил- ся. Америка преобразилась не только внешне, но и
А. А. Щёлоков внутренне. Погоня за деньгами перестала быть смыслом жизни. В обществе восторжествовала мораль, которая бы привела в восторг самого Карла Маркса. Американ- цы теперь работают не по обязанности, а следуя высо- кой духовной потребности. Денег — монет и банкнот — не существует. Зарплаты никому не платят. Вместо де- нег у всех имеются специальные «кредитные карточ- ки», которые дают право производить все расчеты. Утопия есть утопия. В XXI век Америка вошла, не утратив темпа погони за долларом. Его стремятся при- обрести всеми правдами и неправдами. Наркотики, ог- рабления банков, фальшивомонетничество не исчезли, а процветают. Казалось бы, что интересного в книге? Между тем кое-кто считает Эдуарда Беллами провид- цем, предсказавшим появление кредитных карт как средства для ведения безденежных расчетов. Короче говоря, этот американец еще в 1888 году предсказал возможность появления пластиковых карт. Можно спорить с корректностью таких утвержде- ний, но зачем? Американцы ничуть не хуже нас, рус- ских, умеют доказывать, что Америка — родина слонов, и право на свой приоритет отстаивают упорно. Впрочем, первенство в изобретении платежных средств нового типа в самом деле за Америкой. В мире принято считать, что первая кредитная карта для расче- тов была выпущена в 1951 году нью-йоркским банком «Лонг-Айленд». А уже к 1957 году в США имелось 26 банков-эмитентов, а оборот операций, проводимых с помощью пластиковых карт, достиг 400 миллионов дол- ларов в год. Сегодня многие хорошо знают, что собой представ- ляют пластиковые карты, тем не менее стоит немного рассказать о них. Социальная карта москвича, проездной билет для прохода в метро с магнитной лентой, телефонная карта городской телефонной сети, банковские кредитные
Увлекательная бонистика карты «Виза», «Американ экспресс», «Мастер-Кард» — все это предметы одной природы, отличающиеся друг от друга только сложностью своего устройства. Сама пластиковая пластина любой карты — это только основа, на которой покоится запоминающее уст- ройство — магнитная лента, чип или модуль интеграль- ной микросхемы. Микромодуль — это тонкая печатная плата, вмонти- рованная в пластик. На внешней стороне модуля распо- ложены контактные площадки, на внутренней — кри- сталл микросхемы. Технология такого монтажа называ- ется Chip on Board — «кристалл на пластине». Карты делятся на три основные группы: — карты с простой памятью; — с программируемой памятью; — с микропроцессором. Карты с простой памятью имеют емкость в не- сколько килобитов, реже — десятков килобитов. Они применяются для ведения картотек, сохранения данных текущей статистики и других несложных дел. Программируемые карты уже более сложны по уст- ройству. Они должны иметь по меньшей мере четыре степени защиты занесенной на них информации, пре- дохранять карту от съема с нее несанкционированной записи, прочтения ПИН-кода, осуществлять блокиров- ку при введении неправильного кода. Кстати, аббревиа- тура ПИН-код расшифровывается как «код потреби- тельского индивидуального номера». Карты с микропроцессорами — это микроэлектрон- ные вычислительные машины, имеющие центральный процессор, оперативное запоминающее устройство (ОЗУ), постоянное запоминающее устройство (ПЗУ), программируемое постоянное запоминающее устрой- ство (ППЗУ) и электрическое стираемое и перепро- граммируемое постоянное запоминающее устройство (ЭСППЗУ). Микропроцессоры такого типа сопостави-
А. А. Щёлоков мы по возможностям с первыми компьютерами 80-х го- дов прошлого века. Они обладают большим количест- вом функций и множественной защитой нанесенных на карту записей. В частности, защищают от несанкциони- рованной записи и прочтения секретного кода владель- ца, от записи и считывания кода пользователя; блокиру- ют незаконный доступ и позволяют снимать эту разбло- кировку владельцу; имеют собственные алгоритмы шифровки информации. В 1974 году французский инженер Ролан Морено разработал карту с микросхемой, которая получила на- звание «смарт-карты». Smart по-английски значит ра- зумный, сообразительный, но обычно, характеризуя этот вид карт, их называют «интеллектуальными». Эти карты обладают памятью от 32 байт до 8 килобайт. Обладатели смарт-карт избавлены от необходимо- сти иметь при себе крупные суммы наличности, в то же время могут осуществлять платежи и денежные опера- ции в разных странах. Эти карты не позволяют полу- чить на руки или истратить сумму выше остатка на ли- цевом счете. Владелец имеет возможность периодиче- ски менять пароли. Защита карты не разрешает снять с нее информацию о состоянии финансовых дел клиента, а также дает и другие преимущества. Скажем несколько слов о дизайне пластиковых маг- нитных карт, обратившись к примеру одной из весьма популярных в мире — «Master Card». В верхней части на лицевой стороне этой карты раз- мещена символика и название банка-эмитента, номер счета, БИН — кодовый номер банка-змитента (BIN — Bank Identification Number), дата истечения срока дей- ствия карты, установленного банком. На обороте — магнитная полоса, на которую занесены персональные данные клиента: фамилия, имя, отчество и образец его личной подписи. В случае несовпадения подписи с об- разцом или ее подделкой на панели банкомата высвечи-
Увлекательная бонистика вается слово «VOID» — «недействительно». Кроме того, магнитная запись содержит в себе номер карты, бан- ковского счета и срок его действия, ПИН-код (персо- нальный идентификационный номер), сведения о со- стоянии счета, дату последнего использования карты. Сегодня в Москве сотни тысяч пенсионеров, кото- рым натуральные льготы заменили монетизацией, поль- зуются так называемыми «социальными картами моск- вича». На зеленой лицевой стороне этих карт в левом верхнем углу — герб Москвы на красном поле. Тонкая линия цветов Государственного флага России разделяет две надписи: вверху «СОЦИАЛЬНАЯ КАРТА», внизу — Москва. Справа — символ банка-эмитента и его назва- ние: «БАНК МОСКВЫ». Чуть ниже середины поля — цифровые реквизиты карты. Слева под ними — срок действия карты (Electronic use only), имя и фамилия владельца латин- ским шрифтом в английской транскрипции. Справа в белой рамке — символика VISA Electron. На обороте вверху — магнитная лента. Ниже рекви- зиты владельца, его фотография, фамилия, имя и отче- ство на русском языке и образец подписи в рамке. Вни- зу штрих-код. Социальная карта москвича — денежный документ. Она дает право прохода в метро через электронные тур- никеты, выполняет функцию полиса обязательного ме- дицинского страхования, позволяет открыть личный счет в Банке Москвы, осуществлять платежи за товары и коммунальные услуги, получать краткосрочные кре- диты. Смарт-карты французской фирмы Gem Plus Card International подвергались суровым испытаниям на на- дежность и прочность. Результаты таковы: — время возможного хранения карты без потери качества — 10 лет; — минимальное число перезаписей — 10 000 раз;
А. А. Щёлоков — время записи одного байта информации — не бо- лее 10 мс; — температура хранения — в диапазоне от —20 до + 55 градусов Цельсия; — рабочая температура — в диапазоне от 0 до + 50 градусов Цельсия; — сохранность информации — 1000 часов при тем- пературе +150 градусов Цельсия. Появление пластиковых карт стало важным событи- ем и в модернизации денежных отношений. Новинка была встречена с большим оптимизмом. Как это бывает и при выпуске каждой новой серии банкнот нового об- разца, эмитент рекламирует их надежную защищен- ность, гарантирующую деньги от подделок. Однако про- ходит некоторое время, и в обращении появляются ку- пюры, о которых только что говорилось, что их подделать нельзя. С надежностью смарт-карт, с их способностью за- щитить финансовые интересы владельцев также связы- вались большие ожидания. Однако все, что придумано одним талантливым человеком или коллективом, не мо- жет дать абсолютных гарантий от мошенников. Это подтверждают факты. Так, в 2001 году каждый 20-й вла- делец пластиковых карт по тем или иным причинам ста- новился жертвой мошенников. Потери в этом секторе денежных отношений по самым скромным подсчетам в мире составили 2 миллиарда долларов. Так заменят ли карты наличные деньги? Не грозит ли прогресс привычным нам банкнотам и разменной монете? Ответ может быть только один: в обозримом будущем такой угрозы нет. Мир велик и разнообразен. Во многих странах есть немало людей, которые вообще еще не видели и не дер- жали в руках знаки своей национальной валюты. В ве- ликой России существуют люди, которые не слыхали о
Увлекательная бонистика банкоматах, о картах, которые заменяют деньги. И для того, чтобы встретить таких людей, не надо забираться в таежную глушь. В стране, где доверие населения по- дорвано даже к банкам, где многие предпочитают хра- нить деньги в кубышках, должно пройти немало време- ни, прежде чем люди поверят в надежность и удобство интеллектуальных расчетных карт. Не будем торопить время. Деньги еще долго прожи- вут в нашем мире. Сколько стоит рубль? Странный вопрос, не правда ли? Рубль, он и стоит рубль. Если хотите — ровно сто копеек. Однако при- вычная логика может подвести человека, если дело ка- сается денег. Перенесемся в 1921-й год, в Забайкалье. «В деревне Барон-Кондуй, — записывал в своих заметках мой отец, бывший в те годы казначеем кавалерийской бригады, — ко мне подошел местный житель, гуран, как их тогда называли. И спросил: «Солдат, денегне продашь?» Я от такой просьбы опешил. Не зря говорят: «Что ни город, то свой норов». Чтобы не показать себя полным дура- ком, стал осторожно выяснять: а почем нынче у вас деньги идут? Вложил, конечно, в интонацию определен- ную долю иронии. А мой собеседник на нее ноль внима- ния и ответил с полной серьезностью: «Это каки день- ги смотря. У нас разные идут по-разному». — «Какие как?» — «В Борзе курс есть, однако, а до нас еще не дошло. Потому тут у нас по разумению и согласию». Так я узнал, что в Забайкалье на бумажные деньги существовал разный спрос. Выше всего ценились круп- ные царские кредитные билеты номиналами от 25 руб- лей и выше. «С царями», как тогда говорили. За такие
А. А. Щёлоков давали около десяти золотых рублей за три тысячи. Примерно десять тысяч на золотую десятку просили мелких царских купюр — от рубля до десятки кредит- ками. Совзнаки Дальневосточной республики шли по 1000 рублей за 20—30 копеек серебром царского чекана. Причем пятисотка с изображением медведя иногда це- нилась как и тысяча. «Медведь, однако, — объяснили мне, неразумному, — почти все равно царь». «Думские», или «домики», — достоинством в 1000 и 250 рублей ко- тировались по 10—15 копеек серебром за тысячу. 20- и 40-рублевые «керенки» брать никто не хотел даже по копейке за тысячу. Было их много, и внимания они не привлекали. «Шелупина», — сказал о таких бумагах мой знакомый. Слово для меня показалось незнакомым, и он пояснил: «Лузга, по-вашему, по-российски». — «Шелу- ха», — понял я. Со временем удалось разобраться, в чем дело и поче- му деньги покупают. До революции в течение длитель- ного периода в Монголии, в Уряхайском крае (историче- ское название нынешней Тувы) обращались русские мо- неты и бумажные денежные знаки. Обращались они и в полосе отчуждения Китайско-Восточной железной до- роги (КВЖД). Возникшая после революции и в ходе Гра- жданской войны нехватка привычных денежных знаков нарушала торговлю, и китайские менялы охотно приоб- ретали русские деньги, покупая их у соседей-забайкаль- цев. Особенно интересовали их «надежные», то есть при- вычные «николаевские» кредитки. Это с одной стороны. С другой — происходило не менее интересное явление. Местное население, пережившее за сравнительно ко- роткий срок смену множества властей (царскую, Вре- менное правительство, власть Омского правительства Колчака, правление атамана Семенова, власть Дальне- восточной республики), постоянно думало о том, как на- дежнее подготовить себя к любым возможным полити-
Увлекательная бонистика ческим переменам. Пользуясь обстановкой, забайкальцы скупали впрок кредитки разных выпусков. По вполне по- нятным причинам психологического характера пред- почтение отдавалось старым царским знакам. А ведь они в те времена уже имели обеспечение не выше, неже- ли остальные, ходившие по рукам деньги». Интересная деталь, на которую обращали внимание очевидцы событий тех лет: знаки одного типа и досто- инства имели разную цену, которая зависела от качест- ва бумажек. Новые купюры ценились процентов на два- дцать выше, чем просто хорошие, мятые, грязные — значительно ниже. Значит, в ценообразовании участво- вало не только достоинство знаков, но и их внешний вид. Спрос на «хорошие» кредитки рождал на Дальнем Востоке удивительные формы услуг населению. Харбин в те времена был городом неповторимым в своем русско-китайском облике. Части города отлича- лись друг от друга не только видом, но и названиями. Старый Харбин, Новый город — места обитания рус- ских. Людягоу, Фуцзядянь — районы китайские. На китайских улицах — китайские вывески — жесть, краска, бумага, тушь. Иероглифы сверху вниз. Цветные фонарики. Драконы. На русских улицах — русская реклама. На Бирже- вой, Гоголевской, Новоторговой вывески солидные — металл и эмаль. Медали поставщиков двора Его Величе- ства. «Лучшее мыло в магазинах торгового дома Чурин и К0». «Папиросы табачной фабрики Чурин и Ко»: «Восточные», «Ара», «Лотос», «Богатырь», «Жар-птица», «Сокол», «Тигр». «Пейте чай — «Букетный № ООО» и «Любительский № О». И вдруг рядом с лавочкой китайца — менялы де- нег — объявление. На листе картона надпись черной ту- шью: ф
А. А. Щёлоков ПОЧИНКА ДЕНЕГ РУССКИ ДЕНЬГА ИСПРАВЛЯЙ Не думайте, что китаец не смог найти подходящего грамотея, который бы написал ему русские слова пра- вильно и красиво. Опытные, вооруженные интуитив- ным пониманием людской психологии китайские куп- цы, или, как они сами себя называли, — «купезы», счита- ли, что полуграмотно написанное объявление привлека- ет сильнее. В Никольске-Уссурийском в наш дом носил огородную зелень китаец Василий, крещеный и пре- красно говоривший по-русски. Так он беседовал с мате- рью. А на базаре этот же человек изъяснялся, коверкая слова, строя фразы наперекосяк: «Моя-твоя покупайла. Ой, твою майло, дорого!» Не оставалась без внимания и реклама о «починке» денег. Входивших в лавку встречал медово-вежливый хозяин. Кланялся. Улыбался: — Капитана, твоя верно пришла. Хорошо. Моя рус- ки денга починяй умей. Отчен лутче. Сё равно новый становись... Была разработана технология обновления прошед- ших множество рук купюр. Сперва их отмачивали в хо- лодной воде, осторожно отмывали от грязи, потом вы- держивали в крахмальном растворе и сушили. На окон- чательном этапе знаки проглаживали и протирали, чтобы снять крупицы крахмала. Конечно, прошедшие «обновление» кредитки чуть блекли, но выглядели чисто и хрустели в руках. Торговля деньгами существовала не только в Сиби- ри и на Дальнем Востоке. Для западных районов России это явление также было знакомо. В ряде мест существо- вала подпольная система спекуляции деньгами старых российских образцов. С одной стороны, промысел пи- тало неверие части населения в стабильность советских денег, с другой — действовал куда более весомый фак- ф
Увлекательная бонистика тор. Кредитки старого образца уходили в Польшу, Лат- вию, Литву, Эстонию, где они издавна обслуживали ме- стные системы денежного обращения. Стоимость «нико- лаевских» бумажек до изъятия их пользования в РСФСР на черном рынке западных городов России в 50 и более раз превышала стоимость совзнаков. Торговля деньгами (не обмен по государственным курсам, а продажа одной валюты за другую по курсу «договоренности») существует и в наше время. Напри- мер, в поездах, следующих в Белоруссию, можно ку- пить тамошние «зайчики», а в поездах среднеазиатско- го направления — сомы, манаты и тенге. А посмотрите на ценники обменных пунктов в Мо- скве и других городах. «Доллар. Покупка 27,00. Продажа — 28,00. Евро. Покупка 35,00 Продажа — 38,00». Так сколько же стоит рубль? Посчитайте сами. Ав- тор не берется этого делать, чтобы не портить настрое- ние читателям слабостью нашего прославленного тру- дового многовекового рубля. Выходит, время идет, а в денежных отношениях ново- го ничего не придумано. И в деревне Барон-Кондуй, лежа- щей в Забайкалье, тоже знают, что сколько стоит и без са- мой малой выгоды для себя ничего не купят и не продадут. Чтобы поставить точку в теме, приходится сказать, что у денег, вышедших из обращения и потерявших по- купательную способность, есть своя цена, превышаю- щая номиналы бон, обозначенных на них. Более того, со временем нумизматическая цена старых банкнот рас- тет. И чем выше редкость боны, тем выше ее цена. Вот небольшой пример из самого недалекого про- шлого. Вслед за купюрой в 100 000 рублей Центральный банк России в 1995 году выпустил в обращение денеж- ный знак номиналом в 500 000 рублей. По тогдашнему соотношению рубля и доллара новая купюра стоила где-то в пределах 83 долларов.
А. А. Щёлоков 500 000 рублей — самая крупная по номиналу купюра Банка России образца 1995 года. После деноминации при том же рисунке получи- ла номинал в 500 рублей. А вот коллекционная стоимость изъятой банкноты выросла невероятно. Чтобы приобрести ее в банковском состоянии, придется заплатить где-то около 200$. Для многих зарубежных коллекционеров такая цена показалась неприемлемой. Расчет был прост: в России инфляция, стоит подождать годок — и банкноту можно будет купить дешевле. Поэтому торговцы банкнотами для коллекционеров отложили покупку полумиллион- ной купюры на более позднее время. В 1997 году прави- тельство провело деноминацию, сразу отбросив от но- миналов банкнот три нуля. 100 000 превратились в 100, 500 000 — в 500 рублей. Старые деньги были обменены и изъяты из обращения. 500 тысяч рублей в одной бу- мажке были немалой суммой, и те, у кого они имелись, не оставили их на память, а обменяли на новые деньги. Банкнота стала редким коллекционным знаком. Теперь ее цена в банковском состоянии достигла 200 долларов. Легко подсчитать, во сколько раз потяжелел коллекци- онный рубль по отношению к ходовому, но упавшему. Нынешняя, находящаяся в обращении банкнота в 1000 рублей образца 1997 года по курсу 1995 года равнялась бы 1 миллиону рублей, хотя цена ее на нумизматиче- ском рынке не превышает 36 долларов. Какой же вывод? Он прост: денежные знаки, уходя-
Увлекательная бонистика щие в историю, не теряют привлекательности для кол- лекционеров и, как хорошее вино, с возрастом стано- вятся все ценнее и дороже. Так что вопрос «сколько стоит рубль» и в наше время не так уж и нелеп. О чем помнят боны? Рубль, выложенный в кассе магазина, — это перехо- дящий из рук в руки документ, дающий вам право на покупку. К такому порядку все мы привыкли и потому иначе, как средство платежа, свои деньги не рассматри- ваем. Но вот, представьте, кому-то не повезло, и опера- ция по изъятию пятидесяти- и сторублевых банкнот в январе 1991 года застала ваших родителей врасплох. Вроде бы все знаки они обменяли, но вдруг месяц спус- тя выяснилось — в столе лежала забытая всеми пятиде- сятка, отложенная подальше на всякий пожарный слу- чай. Выбросить? Они этого не сделали. И правильно. Для истории такой знак никогда не теряет значения. Он лишь из средства платежа преобразовался в документ эпохи, стал свидетелем, который может в любой момент напомнить о бурных днях января 1991 года, когда очереди вились вокруг сберкасс, когда волновались и пережива- ли все — и те, кто должен был декларировать происхо- ждение своих миллионов, и те, кто всю свою скромную пенсию за день до обмена взял одной банкнотой. О чем же помнят боны? Что они могут нам расска- зать? Думается, об этом мы уже немало говорили в пре- дыдущих главах, но в этой автор решил напомнить о свидетельской роли так называемых частных знаков. Слово не очень понятное гражданину, привыкшему иметь дело с общегосударственными деньгами, и пото- му требует пояснения. Частные денежные знаки рожда- ются в условиях нарушенной денежной системы, рас- строенных хозяйственных отношений.
А. А. Щёлоков 1919 год. Вы — житель небольшого, удаленного от центра страны городка. Заходите в местную аптеку. У вас в кошельке пятьдесят рублей в одной купюре цар- ского образца с Николаем Первым в овальном медальо- не. Аптекарь приветлив и вежлив. Вы его давнишний клиент, а сама аптека еще не стала государственным уч- реждением, где вы вообще-то не очень желанный гость. «Что вам? — спрашивает хозяин. — Нужна касторка? Пожалуйста, десять рублей...» Вы достаете свою заветную банкноту. Аптекарь раз- водит руками: «Простите, уважаемый, но сдачи у меня нет. Вот если только...» — «Давайте «если только», — соглашаетесь вы, уже зная, о чем идет речь. Предпри- имчивый аптекарь давно заказал и напечатал в местной типографии собственные разменные знаки, назвав их «чеками». Теперь желающим выдает ими сдачу. Посколь- ку авторитет у аптекаря солидный, его кредитоспособ- ность известна, «чеки» берут охотно. В любой момент их у вас примет в оплату товара и мясник, и булочник. У них с аптекой собственные отношения, и они призна- ют за «чеками» все права денежных знаков. Так вы стали на какое-то время обладателем «част- ных» знаков. Их в смутное время Гражданской войны, да и после ее окончания выпускали аптеки, зрелищные учреждения — театры, варьете, цирки, клубы, кинотеат- ры, кооперативные товарищества, сберегательные кас- сы, городские управы, конторы предприятий и учреж- дений, даже воинские части, пожарные команды и отде- ления милиции. Такие знаки шли в ход при расчетах в рабочих и учрежденческих столовых, в кооперативных лавках и т.д. Поэтому у «частных» знаков особая па- мять, они могут рассказать о вещах, которые не зафик- сировала никакая официальная хроника, оказалась не способной удержать память умудренных жизнью старо- жилов. В коллекции частных бон немало интересного может отыскать вдумчивый исследователь прошлого,
Увлекательная бонистика будь то историк или писатель, краевед или любитель курьезов. Как-то мне потребовалось воссоздать социальную обстановку, царившую в годы Гражданской войны в мо- ем родном городе — Владивостоке. Сделать зто по пе- чатным источникам минувших лет — газетам, журна- лам — не представлялось возможным. Прошлое, по- скольку его знание подрывало позиции официальных исторических версий, было надежно упрятано за замка- ми и печатями специальных хранилищ библиотек. Доб- раться до запрещенных материалов можно было только после преодоления ряда формальностей, которые отни- мали силы и время, но не давали гарантий благополуч- ного достижения цели. Зато коллекции бон никто ре- прессировать не догадался, и они становились источни- ками для получения некоторых весьма интересных сведений о прошлом. Итак, Владивосток, 1919—1920 годы. Время далекое, во многом загадочное. Считается, что главные опреде- ляющие факторы — разруха, упадок, хаос. Но частные боны, вышедшие в тот период в городе, рисуют картину бурной, интересной и многообразной жизни горожан. Во Владивостоке работали театр «Долина», общедоступ- ный театр «Иллюзион» Урика и Бейлинза, еще один театр «Иллюзион», но на этот раз Ф.Н. Георгапула. Принимали посетителей рестораны «Золотой Рог», «Аме- рикан грыл», «Эрмитаж», «Уньен». Действовали кафе «Старый Шуин», «Почин», «Централь», целые две «Олимпии» — «Элевтораки иК“» и «Бертз и К°». Шуме- ли печатные машины типографии «Далекая окраина» и издательского товарищества «Новая жизнь». Существо- вал украинский национальный клуб, собиралось лите- ратурно-художественное общество «Морская верба»... Надо ли продолжать? Характер городской жизни, ее культурная наполненность уже достаточно вырисовались даже из этого, далеко не полного,, перечисления част- ф
А. А. Щёлоков ных бон, которые ходили по рукам жителей приморско- го города. А если сказать, что в Москве, Петрограде, Киеве, Одессе, в других больших и маленьких городах и городках выходили и обращались сотни, тысячи част- ных бон, несложно представить, сколько сведений они могут подарить. Интересный раздел для бониста-историка и краеве- да составляют так называемое горнорудные боны. Они выпускались горнорудными округами и заводами. По- нятия эти, особенно первое, в нашей нынешней жизни не встречаются, и коллекционеру, если он дотошен и любознателен, придется разбираться в том, что же эти округа собой представляли. В царской России горное дело — добыча и обработка руд и минерального сы- рья — подчинялось министру торговли и промышленно- сти, который заведовал горной частью через горный де- партамент, горный совет, горный ученый комитет. Тер- ритория всей страны была разбита на одиннадцать горных областей: Уральскую, Западно-Сибирскую, Вос- точно-Сибирскую, Кавказскую, Южной России, Запад- ную, Северо-Западную, Замосковную, Волжскую, Юго- Восточную и Северную. Области делились на горные округа, а по заведованию горными заводами — на завод- ские округа. Вполне понятно, что высокоразвитые в промышлен- ном отношении горные округа и заводы в условиях Гра- жданской войны и разрухи весьма резко испытывали на себе нехватку общегосударственных денежных зна- ков. Чтобы ослабить этот пресс, они прибегали к выпус- ку денежных суррогатов собственного производства. Они-то и получили название горнорудных (горных) бон. Типичным образцом этого вида знаков стали выпус- ки Богословского горного округа. К округу относились медные рудники, медеплавильные и механические заво- ды в Верхотурском уезде Пермской губернии. Центр округа — город Надеждинск. Здесь в 1918 году отпеча-
Увлекательная бонистика тали боны номиналами от одного рубля до ста рублей. На знаках печаталось уведомление, что при предъявле- нии в кассу округа бонов на сумму не менее одной ты- сячи рублей они обмениваются на равную сумму госу- дарственных расчетных знаков. Был определен и край- ний срок действия — 1 июля 1920 года, после которого боны утрачивали платежеспособность. Лысьвенский завод Лысьвенского же горного окру- га Пермской губернии в 1918 году пустил в обращение свои знаки, названные «ордерами». Они имели номина- лы в 1, 3, 5, 10 и 25 рублей. Коллекция горнорудных бон, если ее собрать, будет достаточно большой. В нее, по- мимо уже названных выпусков, войдут денежные знаки заводов Белорецкого, Красноуфимского, Кыштымско- го, Надеждинского, Ревдинского, Сергинского, Симско- го, шахт Кизил-Кии. Малоизвестны широкому кругу населения факты о существовании в ЛОН ОГПУ — системе карательных лагерей особого назначения, которая предшествовала ГУЛАГу, — собственных денежных знаков, хотя эти знаки выпускались отнюдь не тайно. Они были выпол- нены в типографии Гознака на бумаге с водяными пропи- сями при соблюдении самых высоких полиграфических стандартов. Боны украсили своими факсимиле высоко- поставленные чины ОГПУ — Бокий, Коган и Берман, являвшиеся в свое время начальниками этой бесчело- вечной системы. Так и остались увековеченными на де- нежных знаках в своей палаческой низости заплечных дел мастера. Причем все трое были не просто чиновни- ками, которых сила обстоятельств вынудила исполнять обязанности тюремщиков. Они являлись карателями по призванию и отдавались делу вдохновенно, изощряясь в реализации придуманных ими же порядков. Это Бер- ман подбросил «великому» Сталину идею заполнять ла- геря трудовым людом, силу которого можно использо- вать бесплатно на великих стройках светлой эпохи.
А. А. Щёлоков Существуют знаки ЛОН ОГПУ с датой «1932» и под- писями Бермана, Бокия и Когана. И именно в 1932 го- ду — 7 августа — ЦИК и СНК СССР издали постановле- ние о мерах борьбы с хищениями социалистической собственности, которое было призвано заполнить конц- лагеря дармовой рабочей силой. Своим острием этот документ оказался направленным не против профес- сиональных уголовников, а против трудящихся, кото- рых на хищения подталкивали голод и нехватка денег. И пошла рабочая сила за проволоку лагерей НКВД. Комсомольск-на-Амуре — это не творение рук ком- сомольцев-добровольцев, воспетых поэтом Евгением Ароновичем Долматовским и писательницей Верой Ка- зимировной Кетлинской. Комсомольск — это город, по- строенный руками тех, кого пригнали в тайгу под кон- воем, кто трудился под дулом винтовок. Беломорско-Балтийский канал. Канал Москва — Вол- га. Куйбышевская ГЭС. Все это полигоны, на которых осуществлялась отработка идей по «преобразованию общества», проводившихся в жизнь Ягодой, Берманом, Коганом и компанией. Впрочем, все они также попали в мясорубку, ручку которой в первое время раскручивали с великим старанием. Подписи, поставленные в минуту наивысшего взлета карьеры палачей, стали обличитель- ными свидетельствами, опровергнуть которые у време- ни нет возможностей. Деньготворчество в смутные времена — болезнь труд- ноизлечимая. Вы думаете, никто не занимался выпус- ком денежных знаков, отличных от государственных, в совсем еще недавнее время? Как бы не так! Лидером в этом деле, подрывавшем единство обще- российской финансовой системы, стали власти Урала. В 1991 году здесь на волне сепаратистских взглядов ро- дилась идея выпуска новой расчетной единицы — уральского франка, который бы обращался на Урале па- раллельно с общероссийским государственным рублем. ф
Увлекательная бонистика Как ни странно, идею выпуска местных денег одобрили московские власти в письме за подписью председателя совета министров Егора Гайдара. По заказу, который оплатило некое товарищество «Уральский рынок», на Пермской фабрике Гознака бы- ли отпечатаны новые денежные знаки, названные «То- варно-расчетными чеками». Всего, по данным, которые в свое время привел в печати корреспондент «Извес- тий» А. Пашков, фабрика изготовила миллион триста тысяч банкнот. Купюр номиналом в один франк изгото- вили двести тысяч штук, в пять — сорок тысяч, в пять- десят — двести тысяч. Знаки от имени правления това- рищества «Уральский рынок» подписал председатель правления А. Назаров, бывший сотрудник КГБ. Кстати, чуть позже он стал одной из первых жертв заказных убийств в Екатеринбурге. Новые, так и не появившиеся в обращении, но все же попавшие в руки коллекционеров денежные знаки оформлены портретами известных людей России, свя- занных с Уралом: Мамина-Сибиряка, Чайковского, Дя- гилева и... хана Ибака! Дурной пример заразителен. Год спустя админист- рация Нижегородской области в стремлении взять для себя как можно больше суверенных прав, отпечатала серию «потребительских казначейских билетов» номи- налами в 50, 100, 500, 1000, 5000 и 10 000 рублей. На ли- цевой стороне каждого знака изображен Нижегород- ский кремль, указан номинал цифрами и прописью. Внизу знака уведомление: «Потребительский казначей- ский билет является свободно обращаемым и принима- ется во все виды платежей на территории Нижегород- ской области». На обороте по обе стороны областного герба помещались еще два уведомления. Слева: «Орга- ны власти Нижегородской области обеспечивают при- ем потребительских казначейских билетов во все виды платежей всеми предприятиями и учреждениями по на- ф
А.. А. Щёлоков рицательной стоимости». Справа: «Обеспечивается всем, имуществом, находящимся в областной и муници- пальной собственности Нижегородской области. Со- гласно закону РСФСР «О собственности в РСФСР». Вряд ли надо объяснять всю юридическую и эконо- мическую несостоятельность такого рода заявлений са- моуверенных чиновников, выпустивших собственную валюту, Но, как говорят, желание вознестись превозмо- гает разум. В Советском Союзе после введения в обращение твер- дого рубля правительство сразу же повело борьбу с ме- стными и частными выпусками денег. Был принят закон, по которому любое советское учреждение или предпри- ятие, решившее продолжить выпускать собственные деньги, подлежит немедленной ликвидации. Полвека спустя в России решили повторить печальный опыт рас- качивания общегосударственной валюты. К счастью, не вышло. Много чего могут рассказать нам банкноты, если уметь их спрашивать. А чтобы научиться этому искусст- ву, стоит стать коллекционером. Возможностей таких сегодня сколько угодно. Парагены Не отнимая у любознательного читателя право вес- ти самостоятельные исследования о связи эмиссии де- нежных знаков и производства почтовых марок, рас- скажем лишь о некоторых интересных фактах этого взаимодействия. Существуют так называемые парагены (от грече- ских слов: пара — возле, рядом и ген — род, происхож- дение). Таким термином обозначаются разнородные предметы, в оформлении которых можно проследить единые мотивы или источники сюжета. Понятие отно-
Увлекательная бонистика сится к тем денежным знакам (банкнотам, бонам) и поч- товым маркам, где главные элементы по тем или иным причинам оказываются одинаковыми. Почему? В пер- вую очередь потому, что очень часто деликатные заказы по подготовке дизайна денежных знаков и почтовых марок поручают одним и тем же, надежно зарекомендо- вавшим себя художникам. А они при исполнении зада- ния, естественно, используют одни и те же сюжеты, тем более что и банкноты, и почтовые марки — это денеж- ные знаки строгой отчетности. Вот одна из таких историй. Некий Джекоб Перкинс в прошлом был совладель- цем полиграфической компании «Перкинс, Бекон энд К°». Это предприятие брало подряды у правительства Соединенных Штатов на выпуск ассигнаций. В 1819 го- ду Перкинс вернулся в Англию. С собой он захватил эс- кизы американских денежных знаков, которые испол- нил в виде черновиков. На одном из них была изобра- жена женская фигура. И вот спустя какое-то время в журнале «Лондонский филателист» появилась публика- ция, автор которой высказывал мнение, что именно с этих эскизов потом и были сделаны рисунки ранних почтовых марок Барбадоса, Маврикия, Тринидада, ныне известные у филателистов как марки типа «Британия». В 1847 году в США была изготовлена марка с друго- го эскиза, предназначавшегося для денежных знаков. Она вышла в стандартной серии, которая включала пя- тицентовую марку с портретом Бенджамена Франклина и десятицентовую с изображением Джорджа Вашинг- тона. Марки печатала известная нью-йоркская полигра- фическая фирма «Роудон, Райт, Хэтч энд Эдсон». Среди ее продукции оказались и банкноты с портретом Ва- шингтона. Его гравировал Джеймс Парсон-старший с картины художника Гилберта Стюарта. Этот же порт- рет воспроизведен на десятицентовой марке.
А. А. Щёлоков В результате возникает немало интересных совпа- дений. Не злоупотребляя иллюстративным материалом, приведем лишь минимальное число рисунков, которые помогут наглядно уяснить, в чем суть родства денежных знаков и знаков почтовой оплаты. Пятирублевый казначейский билет СССР образца 1938 года. Справа — квартблок почтовых марок шестого стандартного выпуска СССР 1939 г. В обоих случаях, как мы видим, для оформления знаков использован ри- сунок художника В. Седельникова «Летчик». Цвет денежного знака и марок одинаковый — синий. Назовем еще не- сколько отправных то- чек для самостоятель- ного и интересного по- иска парагенов коллек- ционерами. На казначейских би- летах СССР 1938 г. достоинством в 1 и 3 рубля внимательный наблюдатель узнает те же рисунки, что и на почтовых марках шес- того стандартного вы- пуска СССР 1939 го- да — номиналами 5 и 15 копеек. Парагенами явля- ются боны Армянской Республики (1919) дос- тоинством в 100 и 250 рублей и почтовые мар- ки этого государства. Денежные знаки были изготовлены банкното- печатающей фирмой «Ватерлоо и сыновья». На обороте сторублевой купюры в круге — орел с мечом в правой лапе.
Увлекательная бонистика Под ним — разрубленная надвое змея. На второй купю- ре — женщина с прялкой в национальной армянской одежде. На марках Армении номиналами в 1, 3, 6, 10 и 15 рублей видим того же орла с мечом. Миниатюра с рисунком пряхи воспроизведена на 40- и 70-рублевых почтовых марках. Ничего случайного в этом явлении нет. Автором рисунков денежных знаков и марок был армянский художник Аршак Фетваджан (1866—1947). В 1919 году ему поручили подготовить образцы денег и почтовых марок. Заказ на печатание банкнот выполня- ли в Лондоне, а марки изготовили в парижской типогра- фии Шаспо. Внимательный коллекционер легко обнаружит, что парагены — явление международное. Например, запе- чатленный на пятидолларовой банкноте США портрет Авраама Линкольна неоднократно воспроизводился на почтовых марках той же страны. На банкнотах Греции достоинством в 100 000 драхм (1944) и на почтовых марках той же страны в 20 лепт и 3,50 драхмы изображены лицевая и оборотная сторона античной монеты Афин. Итак, мы установили определенное родство денеж- ных знаков и почтовых марок, Оно не прошло не заме- ченным и для тех, кто диктует издательскую политику ценных бумаг. Развивая «нумизматическую» тему, из- датели почтовых марок стали сознательно помещать на них рисунки, связанные с денежными знаками и моне- тами. В мире одна за другой разные страны начали выпус- кать «нумизматические» серии почтовых марок, кото- рые быстро получили популярность у коллекционеров. Например, почта Кубы выпустила целую серию знаков почтовой оплаты, оформив ее репродукциями кубин- ских банкнот. ф
Ai. Ai. Щёлоков Трехрублевый казначейский бнлет образца 1938 года, выполненный ху- дожником В. Седельниковым; на нем почтовая марка, повторившая тот же рисунок. Коль скоро мы заговорили о сплетении судеб почто- вых марок и денег, расскажем еще одну историю. В годы Гражданской войны из-за острой нехватки средств обращения Рижский Совет народных депутатов подготовил выпуск собственных денежных знаков. Часть тиража осталась недопечатанной. В 1919 году бумагу снова пустили в дело (с одной стороны она была чис- той). На ней-то и отпечатали рисунок знаков почтовой оплаты. Клей нанесли на сторону, на которой хорошо заметны детали рисунка незаконченных производством ассигнаций. Такие марки в равной мере интересны и для бони- стов, и для филателистов. Когда паспорт с собой Солидные каталоги бумажных денег (национальные и международные) всегда позволяют интересующимся найти нужную для них справку. Однако полезно знать, что не только монеты, но и банкноты многих стран очень часто несут на себе «био-
Увлекательная бонистика графические сведения»: указание не только о месте, но даже и о времени рождения знака. На российских ассигнациях до 1898 года указанная на них дата соответствовала году выпуска банкнот в об- ращение. После 1898 года на кредитных билетах Рос- сии, а позже Советского Союза и России стал указы- ваться только год утверждения образца государствен- ным актом. Так, цифры 1961, 1991, 1995, 1997 и т. п. на наших банкнотах свидетельствуют лишь о годах, когда образцы были впервые подготовлены к выпуску. В то же время в ряде стран на банкноте помещается дата, отсылающая нас ко времени выхода документа, давшего право банку на выпуск денег в обращение. На- пример, на купюрах Боливии пишут так: «Закон 20 де- кабря 1945», Бразилии — «Закон 7А» и т.д. На денеж- ных знаках Алжира дату обозначают просто: «12-9- 1941», «9-4-1942», в Бельгии: «22.01.71». Египетские банкноты до 2000 года датировались оригинальным спо- собом. Цифры (увы, они арабские и не всякому могут быть понятны) размещались так: «901019». Здесь первая и последняя цифры ряда определяют год — 99-й. Вторая пара цифр: число — 01 и месяц — 01. Место эмиссии банкнот Соединенных Штатов Аме- рики обозначается с помощью печатей круглой формы с буквами в середине. Кроме того, на поле купюры име- ются цифровые индексы. Не помешает узнать, а может, и запомнить эти индексы. Обязательным атрибутом долларовых банкнот яв- ляется зеленый оттиск государственной печати, сде- ланный справа в белом поле. Иногда чуть ниже печати помещаются две маленькие буквы «fw». Они свидетель- ствуют о том, что клише изготовлено в Бюро гравирова- ния и печатного оборудования Форт-Уэрте, штат Техас. Слева в круге помещается буквенный код, а в четырех углах поля банкноты — цифры, обозначающие места
А. А. Щёлоков эмиссионных центров, выпустивших данную банкноту в обращение. Значения кодов: 1 — А Бостон 2 — В Нью-Йорк 3 — С Филадельфия 4 — D Кливленд 5 — Е Ричмонд 6 — F Атланта 7 — G Чикаго 8 — Н Сен-Луис 9 — I Миннеаполис 10 — J Канзас-Сити 11 — К Даллас 12 — L Сан-Франциско Американские доллары печатаются сериями, каж- дая из которых обозначается своим годом. Известны выпуски серий 1963, 1966, 1969, 1974, 1977, 1981, 1985, 1988, 1990, 1993 годов. 1995 год стал годом первого вы- пуска 100-долларовой банкноты нового образца, за ко- торой последовало печатание других номиналов в но- вом виде. Долларовые купюры обязательно подписываются казначеем Соединенных Штатов (подпись слева внизу банкноты) и секретарем казначейства (подпись справа внизу). Вот интересный факт, о котором многие пользовате- ли заокеанской валюты даже не задумывались. Казна- чеями США по традиции назначают женщин. До 1995 года казначеем была и подписывала деньги своей фамилией мадам Каталина Васкес Виллапандо. Она вошла в денежную историю Штатов тем, что какое-
Увлекательная бонистика то время платила налоги не со всех сумм, которые зара- батывала. Поэтому была осуждена и приговорена к за- ключению. Далеко не все знают и о том, что Бюро гравирования и печати делает специальные выпуски для богатых кол- лекционеров: листы неразрезанных банкнот, на кото- рых размещаются от 4 до 32 денежных знаков. Такие листы официально продаются по цене выше своих но- миналов и выходят в ограниченном количестве. Заказ на производство национальных монет ино- странным монетным дворам и банкнотопечатающим фирмам — явление обычное в современном мире. Мно- гие страны СНГ заключают договора с западными стра- нами. Так, собственные денежные знаки Эстонии — кроны — изготовлены в Германии. Для Туркмении ма- наты, а для Киргизстана сомы печатает фирма TDLR. В ряде случаев, когда банки-заказчики не пытаются скрывать того, кто для них готовил банкноты, эти фир- мы ставят как товарный знак свои инициалы. Обычно такого рода отметки помещаются на нижнем белом по- ле банкноты. Не претендуя на полноту сведений, назовем лишь некоторых, наиболее известных в мире, производите- лей денежных знаков: ABNC — «Америкен банкноут компани», США; BABNC — «Бритиш-Америкен банкноут компани ЛТД», Канада; BDDK — «Бундесдрукерай», Германия; ВЕРР — Бюро гравирования и печатания, Китай; BWC — «Бредбери, Вилкинсон и К°», Англия; CBNC — «Канадиен банкноут компани», Канада; INBC — «Интернешнл банкноут компани», США; TDLR — «Томас де Ла Рю», Англия; W&S — «Ватерлоу и сыновья. ЛТД», Англия. ф
А. А. Щёлоков Деньги счет любят Это выражение касается не только тех, кто стоит пе- ред окошком Сбербанка с табличкой «Считайте деньги, не отходя от кассы». Не только домохозяек, которые, чтобы не ошибиться в расходах, должны вести каждо- дневный учет своей наличности. Любой человек, начи- нающий дело, связанное с деньгами, поступит верно, если не будет торопиться. Следует помнить, что все спо- собы обмана наивных простаков, разработанные огром- ным племенем мошенников во всем мире, основаны на двух психологических моментах — доверчивости жерт- вы и ее естественном чувстве жадности. Когда «кидалы» — уличные мошенники — втягива- ют «лоха» в «беспроигрышную лотерею» и обещают ему чудовищный выигрыш, они делают все, чтобы тот как можно дольше не понял, что его дурачат. Понимание обмана приходит слишком поздно, когда все сбережения «лоха» из его портмоне переходят в чу- жие руки и становятся недосягаемыми для бывшего хо- зяина. А ведь если бы человек, выходя в город, раз и на- всегда проникся мыслью, что нет таких дураков, кото- рые только и ждут, как обогатить первого встречного, то и сам бы не оставался в дураках. Когда лотерейный зазывала кричит: «Купите биле- тик! Выиграйте десять миллионов!», спросите сами се- бя: «А почему этот бедняга, который продает лотерей- ные билеты в зной и в холод, вместо того чтобы самому купить билетик и стать миллионером, занимается нелег- ким трудом распространителя?» И, может быть, сделае- те полезный для себя вывод. Осваивая огромный мир, попадая в новые дальние страны, российские туристы нередко становятся жерт- вами мошенников лишь потому, что не знают ни денеж-
Увлекательная бонистика ных систем, ни внешнего вида банкнот тех государств, куда приезжают. В Болгарии ловкие дельцы наивным туристам ухитряются «по льготному обменному курсу», как они заявляют, всучить взамен долларов не болгар- ские левы, а дешевые румынские леи. И ведь находятся простаки, идущие на подобные «сделки». Неумение вести счет приводит к растратам хозяйст- венников. Незнание денег «в лицо» подводит туристов. Неглубокое знакомство с историей денег и денежного обращения ставит в неловкое положение людей других профессий — журналистов, писателей, кинорежиссе- ров, даже широко известных. Отношения читателя и писателя всегда основаны на взаимном доверии. Если мы читаем в книге слова «Мар- тобря 86 числа. Между днем и ночью», то, несмотря на абсурдность фразы, прекрасно понимаем смысл, кото- рый Н.В. Гоголь вкладывает в нее. Но вот в повести Юрия Авдеенко «Фальшивый де- нежный знак» читатель встречает текст телеграммы на- чальника ОГПУ Северо-Кавказского края, которая цир- кулярно отправлена из Ростова всем уполномоченным этой организации; «На территории края — Армавир, Курганная, Ла- бинск, Гойхт, Туапсе — имело место обращение фаль- шивых денежных знаков достоинством в три червонца. Номер фальшивого знака АА 1870015. Всем уполномочен- ным ГПУ края приказываю принять меры для задержа- ния и обезвреживания преступников. 24 сентября 1928 года». Телеграмма настраивает читателя на серьезный лад, подкупая видимой документальностью повествования. Но вот далее автор знакомит нас с тем, как выглядит фальшивая купюра. «Лезвия ножниц будто ради приличия надкусили лишь самый край плотного четырехугольного конверта, и Щелоков А.
А. А. Щёлоков из которого Кравец вытащил тетрадный листок в ко- сую линейку и согнутый пополам ярко-красный, хрустя- щий трехчервонный денежный знак». Стоп! После такого описания у человека, знающего историю денег, желание дальше читать повесть пропа- дает немедленно. Да и чекист Кравец вряд ли бы в те дни и годы отнесся к ориентировке, присланной руко- водством, без смеха. Дело в том, что тревога, подня- тая начальником Северо-Кавказского ОГПУ, напрасна. В 1928 году в стране вообще не было в обращении трех- червонных знаков ярко-красного или красного цвета. Банкноты такой расцветки впервые появились только в... 1937 году! Еще одна небольшая деталь, которая наверняка должна была быть известной следователю. Номера АА 1870015 на денежных знаках до 1961 года быть не могло. До этого периода для нумерации банкнот Гос- банк употреблял только шестизначные номера. Автор же, положив перед собой честно заработанный литера- турным трудом рубль образца 1961 года, добросовестно скопировал его номер и перенес в далекий 1928 год, где все было по-иному. В результате повесть читается как нагромождение нелепых выдумок. К сожалению, некоторые писатели, считающие себя «историческими» по жанру, своими работами убивают у читателя уважение к собственной эрудиции и подры- вают доверие ко всему, что пишут. Не меньше, чем писатели, ошибаются кинематогра- фисты, создавая фильмы, связанные с прошлым. На- пример, денежные знаки, использованные Э. Рязано- вым в кинофильме «Жестокий романс», уничтожают все старания режиссера сделать картину исторически достоверной. Вот Мокий Парменович дает матери Ла- рисы пачку денег «на брошку». Мы видим, что это кре- дитные сторублевые билеты — «катеньки» образца 1910 ©
Увлекательная бонистика года. Что ж, события, показанные в фильме, в тот пери- од могли иметь место (хотя Островский писал о второй половине XIX века). Но вот Гуляев, беглый кассир, кла- дет на поднос тысячерублевые бумажки — «думки» об- разца 1917 года, выпущенные в обращение советской властью. Стоп! Дальше, как говорят, ехать некуда. Дос- товерность повествования сразу исчезает. Этого ли до- бивался режиссер? А может, не нашлось в студии копи- ровального аппарата, чтобы пополнить реквизит нуж- ными денежными знаками? Нынешние режиссеры еще меньше заботятся об ис- торической достоверности своих фильмов. У творче- ской элиты укоренилось убеждение в том, что «пипл все схавает». Он и съедает, поскольку для многих не книга, не знание истории, а телевизор стал окном в мир. Вот Остап Бендер в исполнении современного «мно- гостаночника» от искусства — артиста, мотогонщика, шоумена, певца Николая Фоменко выкладывает за гар- нитур стульев толстую пачку червонцев образца 1937 года. События, описанные Ильфом и Петровым в книге «Двенадцать стульев», происходили в конце НЭПа, то есть в двадцатых годах прошлого века. Тогда в обраще- нии находились червонцы 1924, 1925, 1927 годов выпус- ка. Если бы авторы продлили повествование о «великом комбинаторе» на десять лет вперед, то, судя по всем объективным фактам, в 1937 году Остап Ибрагимович Бендер должен был бы находиться на руднике Мальдяк треста Дальстроя системы ГУЛАГа НКВД и с десятилет- ним сроком заключения за плечами добывать для стра- ны социализма так нужное ей золотишко. Что поделаешь, если в студии при наличии ксерокса не нашлось консультанта. «Пипл схавает!» Александр Поляков, автор «документальной» повес- ти «Без права выбора», описал такую ситуацию. Некий
А. А. Щёлоков адвокат Николай Туровский представляет знакомому дельцу-нэпману своего приятеля: «Генрих Карлович — кассир. С ним довольно крупная сумма... деньги старого образца. И как назло — обыск. Словом, к вам просьба — не могли бы вы положить деньги в свой сейф? — Пожалуйста. Только никаких кассовых бумаг, — сухо предупредил Марантиди. — Я понимаю. — Шнабель раскрыл портфель, дос- тал пачку денег. — Здесь сто миллионов, самыми круп- ными купюрами». Давайте в вопросе о деньгах не поверим автору на слово и пересчитаем чужие деньги, не отходя от кассы. Итак, самые крупные купюры старого, царского об- разца имели достоинство в 500 рублей. При весе одной банкноты, равном 0,5 грамма, сумма в сто миллионов рублей составила бы пачку весом в один центнер. Уже не портфель и не мешок, а по меньшей мере два мешка понадобились бы для их транспортировки. И делец Шнабель, поднявший такой груз одной рукой, мог быть смело занесен в «Книгу рекордов Гиннесса». Столь же часто ошибаются и другие авторы детек- тивных повестей и романов. Вот у миловидной кассирши злой грабитель выхва- тил портфель, в котором восемьсот тысяч рублей в ку- пюрах образца 1961 года. И убежал. Другой бандит сбил с ног нерасторопного инкассатора и унес мешок, в ко- тором лежало девятьсот двадцать тысяч рублей. Если бы эта сумма была в сторублевках образца 1993 года — ку- да ни шло. Миллион рублей в них весил бы всего около восьми килограммов. При определенной атлетической подготовке с таким грузом можно и побежать. Ничего подобного! «Если пустит в дело, — горюет следова- тель, — и не узнаешь. Там ведь все рублевки мятые. Ни один номер нам не известен». Хорошо. Пусть мятая рублевка весит 0,1 грамма, хо-
Увлекательная бонистика тя на самом деле ее вес может оказаться и больше. Итак, миллион рублевок. Или сто тысяч граммов. Или все тот же самый, можно сказать «роковой», центнер. Как ни кинь, не в ладах писатели со счетом, а деньги его любят. Исходя из этого, остается пожелать авторам детективных историй: прежде чем послать на ограбле- ние ворюгу, надо заранее прикинуть, сколько денег мо- жет нести с собой кассир, пока «эстафету» у него не пе- рехватит грабитель... И все же неточности, которые допускают литерато- ры, можно терпеть. За справками к художественной ли- тературе никто не обращается. Хуже, когда ошибки по- падают в справочники. Они сразу порождают целую «электрическую» цепь неверной информации, которая базируется на доверии к авторитету справочных изда- ний. Но, оказывается, и справки требуется проверять. Энциклопедия «Гражданская война и военная ин- тервенция в СССР» в статье «Расчетные знаки» в соро- ка двух строках текста нагородила непропорциональ- ное множество ошибок. Поэтому верить даже такому солидному изданию в вопросах, касающихся банкнот времен революции, опасно. Вот читаем: «В 1920 выпускались Р(асчетные) з(на- ки) образца 1919 достоинством в 1, 3, 5, 10, 25, 50, 100, 250, 500, 1000, 5000 и 10 000 руб. На этих Р.з. нет указа- ния года выпуска». Факты говорят иное. Знаков номиналом в 10 и 25 рублей в 1920 г. не выпускалось. На всех знаках от 100 до 10 000 стоит дата — 1919. Далее: «В 1921 вышли Р.з. образца 1921 достоинством в 100, 250, 500, 1000, 5000, 10 000, 25 000, 50 000 и 100 000 руб. На Р.з. на рус. и шести языках мира (франц., итал., англ., нем., кит., араб.) был надпечатан призыв «Проле- тарии все стран, соединяйтесь!».
А. А. Щёлоков Последнее утверждение также ошибочно. Призыв на разных языках помещен только на купюрах в 5000 и 10 000 рублей. При этом в части тиража допущена ошибка. Вместо слова «proletarier» в немецком тексте напечатано «proletapier». Чем этот расчетный знак и стал знаменит среди коллекционеров. Объективность энциклопедии о Гражданской войне в денежных вопросах крайне сомнительна. Тем более что, рассказав о денежном обращении в РСФСР, соста- вители не сочли возможным хотя бы назвать денежные системы, которые существовали на территориях, под- властных не советскому правительству, а Деникину, Колчаку, Врангелю, атаману Дутову и т. д. Между тем эти самостоятельные денежные системы охватывали большие территории России и ее окраин и существова- ли не один год. В мире банкнотных каталогов Собрать хорошую коллекцию денежных знаков, по которой можно составить хотя бы приблизительное представление о развитии денежной системы одной или нескольких, интересующих собирателя стран, очень трудно, если не иметь твердых знаний о том, ка- кие знаки и когда в этих государствах выпускались и курсировали в обращении. Незаменимую помощь в та- ком деле коллекционерам оказывают каталоги банкнот, которые издаются во всех уважающих себя странах. Начинающему коллекционеру следует хотя бы в об- щих чертах познакомиться с каталогами, которые пер- выми появились на столах российских коллекционеров бумажных денег и бон. В 1927 г. в Москве вышел «Каталог бон, дензнаков России, РСФСР, СССР, окраин н образований. 1769—
Увлекательная бонистика 1927», изданный под редакцией Ф. Г. Чучина. Это был первый поистине капитальный перечень всех бумаж- ных денежных знаков, выходивших на территории Рос- сии с момента появления ассигнаций до находившихся в обращении советских червонцев. К «чучинскому», как называют это издание, коллекционеры в поисках справок прибегают до сих пор. В 1928 году в Москве была опубликована книга Л. Юровского «Денежная политика Советской власти. (1917—1927). Это издание, ставшее в наше время редко- стью (после ареста автора как «врага народа» книга бы- ла запрещена), содержит огромный статистический ма- териал по денежному обращению в рассматриваемый период и представляет огромный интерес для серьез- ных исследователей советской денежной системы с ее успехами, недостатками и форменными провалами. Следующим, уже более полно и тщательно разрабо- танным исследованием, стала книга Н. Кордакова «Ка- талог денежных знаков России и Балтийских стран. 1769—1950», изданная в Берлине в 1953 году. В ней ис- правлены недочеты каталога Чучина и прекрасно раз- работана система определения разновидностей бон. В каталоге подробно систематизированы боны Средне- азиатских советских республик послереволюционных лет — Хорезма, Бухары, Закаспийской области, Турке- стана, Семиречья. В Советском Союзе коллекционирование бон и де- нежных знаков официально не запрещалось, но и не получало официальной поддержки. Слово «валютчик» (так правоохранительные органы называли людей, за- нимавшихся валютными спекуляциями) было сродни слову «бандит». Это же определение прилагалось и к коллекционерам. Филателистов еще терпели, относясь к ним как к чудакам. Но совсем иначе правоверный со- ветский чиновник от культуры смотрел на людей, кото-
А. А. Щёлоков рые интересуются иностранными банкнотами — валю- той, а еще хуже — собирают серебро и золото царской чеканки. Валютчики! Клубы коллекционеров, которые на самодеятельных началах образовывались в разных городах, находились под постоянным давлением, то запрещались, то снова появлялись. И уж тем более разными препонами было обставлено издание книг по современной бонистике и нумизматике. Поэтому каталог Кордакова долгие годы служил основным пособием для серьезных коллекцио- неров. Первым серьезным изданием, которое обобщило сведения о бумажных денежных знаках постсоветского периода, стал каталог О.В. Парамонова «Бумажные де- нежные знаки, выпущенные независимыми государст- вами на территории бывшего СССР за период с 1991 по 1994 г.». Эта книга не потеряла своего значения и в на- стоящее время, поскольку содержит немало достовер- ных сведений о становлении самостоятельных денеж- ных систем стран СНГ и Балтии. Серьезные каталоги банкнот (национальные и меж- дународные), как правило, содержат определенный на- бор сведений, интересующих коллекционеров. В числе таких сведений — порядковый номер банкноты в де- нежной системе государства, год ее выпуска, основной цвет печати знака, наличие водяных знаков, коллекци- онная цена той или иной банкноты в зависимости от ее состояния. Одним из наиболее авторитетных, полных и досто- верных является каталог бумажных денег мира «Stan- dard catalog WORLD PAPER MONEY», выпускаемый по многолетней традиции со строгой периодичностью из- дательством Краузе (Krause Publications Inc.) в США. В последнее десятилетие в России также появилось немало книг, посвященных истории российских бумаж-
Увлекательная бонистика ных денег. Несомненный интерес для собирателя могут представить такие издания: А.И. Малышев, В.И. Таранков, Н.Н. Смиренный. «Бумажные денежные знаки России и СССР». Москва, 1991. П.Ф. Рябченко и В.И. Бутко. «Полный каталог ден- знаков и бон России, СССР, стран СНГ (1769—2000 гг.|. Киев, 2000. Л.А. Харламов. «Твердые деньги России». Пермь, 1995. О.В. Парамонов. «Денежные знаки Мальцовского заводского округа в XIX веке». Москва, 2001. «Евро. Денежные знаки Европейского Союза. Спра- вочник». Москва, 2003. Е.М. Овсянкин. «Денежные знаки Северной Рос- сии». Архангельск, 1995. Очень серьезной, прекрасно изданной и хорошо ил- люстрированной, собравшей в себе все последние све- дения, стала книга А.Е. Денисова «Бумажные денежные знаки России 1769—1917 годов». Первый ее том охва- тывает период с 1769 по 1840 год; второй — 1840—1898; третий — 1898—1917 годы. Пользование каталогами требует определенных зна- ний и навыков. Главное, что всегда следует иметь в виду начинающему коллекционеру, — любой денежный кол- лекционный материал, то есть боны, банкноты, казна- чейские билеты, другие бывшие и находящиеся в обра- щении платежные средства, для собирателя выступает в роли товара, а потому всегда имеет свою цену. Трехруб- левый билет Государственного банка СССР образца 1991 года в настоящее время не обладает никакой поку- пательной стоимостью, тем не менее, чтобы приобрести его для своей коллекции, собирателю в 2006 году в Мос- ковском клубе коллекционеров или нумизматическом
А. А. Щёлоков отделе магазина придется заплатить около десяти дей- ствующих ныне рублей. Чтобы хорошо ориентироваться в коллекционном материале, начинающий собиратель должен приобре- сти навык определения качественного состояния бу- мажных денег и Знать основные критерии таких оце- нок, принятые в мире. Надо сказать, что в разных странах существуют соб- ственные шкалы качественных оценок, но мы сосредо- точим внимание на тех, которые приняты в американ- ском каталоге издательства Краузе. Это целесообразно уже потому, что именно этим каталогом, описывающим банкноты всего мира, чаще всего и пользуются коллек- ционеры России. Итак, к высшей категории качества принято отно- сить банкноты «Uncirculated» («анциркулейтед»), то есть не находившиеся в обращении. В России такое ка- чественное состояние знака определяется словами — «в прессе» (или просто «пресс»). Подразумевается, что ку- пюра находится в том виде, в каком сошла с пресса — печатного станка. Такая банкнота должна быть плотной и по всему по- лю идеально чистой, не иметь следов выцветания крас- ки, малейших признаков загрязнения и сгибания (хотя бы однократного). Углы знака идеально прямые, без ма- лейших признаков скругления. Если взять такую банк- ноту за уголок и потрясти, она должна издавать харак- терный «денежный» звук — хруст. В разных каталогах банкноты в прессе имеют раз- ные сокращенные обозначения. В англоязычных — UNC — Uncirculated. В датских — О — Uncirculert. В испанских — ЕВС — Extraordinariamente Bien Concervada. В итальянских — Fds — Flor di Stampa.
Увлекательная бонистика В немецких — VZGL — Vorzoglich. Во французских — NEUF — New. К банкнотам отличного состояния (Fine) принято от- носить знаки, имеющие следы пребывания в обраще- нии: ослабевшая твердость бумаги, чистые, но уже по- тускневшие цвета печати. На поле могут иметься следы сгибания по вертикали и горизонтали. В англоязычных каталогах такие знаки обозначают- ся буквами — FF — Fine. В датских — 1 — Acceptabelt Eksemplar. В испанских — ВС — Bien Concervada. В итальянских — МВ — Molto Bello. В немецких — S.g.e. — Sehr gut erhalten. Во французских — ТВ — Tres Beau. Денежный знак находится в хорошем состоянии (Good), если сохраняет следы долгого пребывания в об- ращении. На нем видны потертости, закругленные уг- лы, заметны изменения цветов, истончение бумаги (или даже небольшое отверстие) посередине знака и другие дефекты. В англоязычных каталогах такие знаки обозначают- ся — G — Good. В датских —-2 — Darlight Eksemplar. В испанских — RS — Regular Concervada. В итальянских — М -- Medeocre. В немецких — G.e. — Gut erhalten. Во французских — ТВС — Ties Bien Conceive. Последняя категория — ветхие (Poor) знаки. Это банкноты крайне изношенные, склеенные из несколь- ких частей, подвергшиеся реставрации. В англоязычных каталогах — PR — Poor. В датских — 3 — Meget Darlight Eksemplar. В испанских — МС — Mala Concervada. В итальянских каталогах для банкнот ветхого со- стояния обозначения не имеется. ф
А. А. Щёлоков Во французских — ВС — Bien Conceive. Каждый коллекционер старается отдавать предпоч- тение знакам отличной сохранности категорий UNC и FF. В этой связи может возникнуть вопрос, для чего же существует так много градаций качества (тем более что для упрощения мы привели их далеко не все) ? А дело в том, что иногда именно знаки сохранности G и PR ста- новятся истинным украшением собрания. Например, российские ассигнации 1769 года, да и более поздние знаки XIX века даже в государственных коллекциях редко встречаются в состоянии выше категории G. Кроме того, градации качества позволяют точнее определять цену знаков на нумизматическом рынке. А она серьезно разнится в зависимости от сохранности купюр. Для примера возьмем цену 100 монгольских тугри- ков 1925 года. В состоянии G каталог Краузе оценивает ее в 75$, в состоянии FF — 200$. Еще более разительна раз- ница в цене 100 американских долларов 1914 года. В со- стоянии FF Краузе ценит ее в 400$, UNC — 2000$. Существует разница между ценами международных каталогов и национальных. Дело в.том, что в стране, где выпускались те или иные банкноты, более известна их реальная редкость и коллекционная цена. Так, Краузе оценивает денежный знак Турции достоинством в 50 лир 1946 года в состоянии UNC в 775 $, а турецкий ката- лог «Republic period Turkish banknotes» те же 50 лир це- нит в 2000 $. Кстати, цены не означают, что нужну