Как на Ивана да на Купалу. Народные традиции и обычаи

Tags: фольклор в узком смысле этнография этнос этникос этническая история

ISBN: 978-5-222-48828-7

Similar

Русские легенды и предания

Золотая нить

Богини славянского мира

Народные праздники в детском саду: Методическое пособие для педагогов и музыкальных руководителей

Text

КАК HA ИВАНА

ДА НА КУНАЛУ
жж —жж—жж—ж-ж—ГЖ —жжГжж — жж— -- Ж -- жж—жж—жж—жж —жж— жж—жж —жж -- ЖЖ - - ж-ж — жж —жж —тж—жж—жж ЖЖ” « -- г<" • ЖЖ— • Ж -- ЖЖ—'ЖЖ—'жж —жж—-жж—жж—жж—жж—-жж —жж — жж—жж—жж — • жж— ЖЖ-.- жж—жж -- ЖЖ—жж жж--ТЖ” - « ж - - « —жж—ЖЖ —-жж —жт—жж —ж I I IM

WWWWW

ГТ-

Удивительная Русь

Ж. В. АНДРИЕВСКАЯ

^,о.<>ХоХо:6;6:<>!

Как на Ивана

да на Купалу

НАРОДНЫЕ ТРАДИЦИИ
И
ОБЫЧАИ

Электронное издание

РОСГОВ-на-ДОНУ

2026

УДК 398
ББК 63.5(2|
КТК 037

Л 65

Андриевская Ж. В.

А65 Как на Ивана да на Купалу : народные традиции и обычаи (Элект-
ронный ресурс] / Ж. В. Андриевская. — Электрон, текстовые дан.
(1 файл pdf : 96 с.). — Ростов и/Д : Феникс, 2026. — (Удивительная
Русь).

ISBN 978-5-222-48828-7

В книге «Как на Ивана да на Купалу: народные традиции и
обычаи» автором собраны и систематизированы удивительные
этнографические материалы, которые касаются одного из самых
загадочных русских народных календарных праздников — Ива-
на Купалы, Здесь и песни, и обряды, и поверья, и те традиции,
которые имеют многовековую историю. Фольклорные материалы
дополнены репродукциями великолепных живописных полотен
русских художников и отрывками из произведений русской клас-
сической литературы.

Книга предназначена для широкого круга читателей — всех,
кому интересны культурные традиции России.

страции по лицензии Shutterstock.com

К ЧИТАТЕЛЮ

ИВАН КУПАЛА - ЧТО ЗА ПРАЗДНИК?

Иванская ночка мала-невелика,
Невелика-мала, и я-то не спала
Я-то не спала,
Петра ключи брала.

Зорю размыкала, росу отпускала...
Народная песня

Г. Семирадский <Ночъ накануне Ивана Купалы>, 1880

У предков наших в календаре было несколько значимых праздни-
ков, определяющих, по их мнению, жизнь на весь будущий год, и один
из них — Иван Купала — «главный летний праздник народного сель-
скохозяйственного календаря»’. Об этом сообщает нам и пословица:
«Иван Купала делит год пополам». Многое люди отсчитывали по этому
празднику, ощущая его как животворящий.

1 Капица Ф С. Тайны славянских богов мир древних славян, магические обряды и ритуалы, сла-
вянская мифология, христианские пра здники и обряды — М : РИПОЛ классик, 2006. — С. 44.
1. И * 1 1 ’ t! S • I* • . г. т п у, у . у. ...... .

Отмечался праздник Ивана Купали в период летнего солнцестоя-
ния, когда самым длинным за весь год был день и самой короткой —
ночь. Праздничными при этом считались не только эти день и ночь, но
и еще несколько рядом с ними, не менее недели, когда солнце дарило
людям самые длинные дни, однако купальская ночь имела при этом
особенное значение. Сначала к празднику готовились, потом весело
и разгульно проводили купальскую ночь, а после неё собирали росу и
травы, ждали жатвы.

Как день летнего солнцестояния этот праздник, выражающий об-
щечеловеческие ценности и интересы2, отмечают и ныне во многих
европейских странах3 и в современной России на многочисленных
фольклорных фестивальных площадках.

Современный фольклорный фестиваль, приуроченный к дню Ивана Купали.

Его появление в древности в разных культурах говорит о наблюда-
тельности народа. Ведь в отсутствие календарей люди довольно точно

1 Сухоруков А. С. 1Траздимк Иван Купала: знаки, символы в аспекте режиссуры // XI Лазаревские
чтения «Лики традиционной культуры в современном культурном пространстве: от прошлого к
будущему» сб. мат. междунар науч конф- — Челябинск: ЧГИК. 2024. — С. 119

1 Табакова А. 11раздник Ивана Купала // Вклад молодых учёных в инновационное развитие АНК

России: сб мат. междунар иауч.-практ. конф. — Пенза: ПГАУ, 2023. — С. 133
выясняли, когда в году самые короткие ночи и самые длинные дни, и
воспринимали это время как таинственное и необычное.

Обычно перед Иваном Купалой проходил пробный покос, люди
видели первые плоды своего нелёгкого земледельческого труда. В то же
время селяне были ещё не так уж заняты, поскольку большой жатвы
пока не начинали. Как пишет В. А. Смирнов, «после этого дня прекра-
щались все сельскохозяйственные работы, все подготовительные обря-
ды и действа»4 и люди замирали в ожидании длинных и тяжёлых трудов
по сбору урожая. На летнее солнцестояние у них появлялась небольшая
и тревожная передышка, когда уже было всё сделано для будущего
урожая и уповать теперь можно было только па природу, от которой
зависело, каким он в итоге будет.

Дату праздника никак нельзя было перенести на другой срок, по-
тому что она была привязана к устойчивому природному явлению —
летнему солнцестоянию. Это было время наивысшей солнечной актив-
ности, и потому день Ивана Купалы становился своеобразной рубежной
отметкой солнечного годового цикла. Над всем видимым миром, над
головами наших предков-славян светило в купальские дни яркое и силь-
ное, жаркое и животворящее золотое солнышко!

Иван Купала — праздник наивысшего расцвета природы, когда она
входил в свою максимальную силу, владычествует над всем миром и над
людьми тоже. У праздника значимый дхя русского народа смысл: он обо-
значает «торжество Солнца над Тьмой, -Любви над Злом»5 * 7. Основными
составляющими праздника Ивана Купалы являются мотивы плодородия и
жизни". Его оценивают как праздник, «имевший брачно-аграрную направ-
ленность и сочетавший культ плодородия с эротическим культом» . Жизнь,
любовь, урожай, здоровье, добро — вот главное, ради чего праздник Ивана
Купалы из года в год в одно и то же время затевался нашими предками!

Иван Купала имеет глубокие языческие корни, он связан с самой
сутью славянской культуры. Традицию отмечать летнее солнцестояние
игрищами учёные обнаружили, изучая фрагменты сосудов-календарей
IV века нашей эры. Осколки были найдены в жертвеннике сельского
языческого святилища. Первоначальный облик этих сосудов позже был
восстановлен археологами-реставраторами. С точки зрения академика

4 Смирнов В. А. Купальская обрядовая поэзия восточных славян: автореф. дне.... канд филол. наук:
10.01.09. — М. 1978 — С 22.

Ширяева Н С. Символика «плетения» в вятской (русской) обрядовой традиции // Вестник Че-
лябинского государственного университета — 2014. — № 11 (340). — С. 87.

Шпагина Е В. Мотивы плодородия и жизни как составляющие праздника Ивана Купола //
Проблемы единства славянского мира- исторический, культурный и языковой аспекты: сб. ст-
XII регион, науч. чт. — Майкоп: Материн О. Г, 2019 — С. 282.

7 Золотова Т. II Праздник Пиана Купалы в Омском Прииртышье: традиции и новации // Этно-
графия Алтая и сопредельных территории. — 2023. — № 11 — С. 154
Б. А. Рыбакова”, на сосудах высечены обозначения каждого календарного
месяца в соответствии с сельскохозяйственными работами славян.

*
*

Кувшин солярный календарь
славян. Археологическая
находка.

Секторы на кувшине, помеченные
знаком косого креста, обозначавшего
у древних славян солнце и пламя, со-
ответствовали январю, марту и июню.
На эти месяцы приходились языческие
праздники солнца: праздник начала
прибавления дня. выпадавший на на-
чало января, который считался меся-
цем «разгорания солнца»; праздники
весеннего равноденствия (конец мар-
та) и летнего солнцестояния (Иван
Купала).

Е. Н. Шакун отмечает, что празд-
ник восходит к различным языческим
обрядам по изгнанию духов «при помо-

». Ч
»: *

>: «

> *
к ♦

►

щи воды, огня, различных отваров». Проводимые в этот день с самой
древности обряды были призваны помогать людям «сохранять здоровье,
увеличивать богатство и защищаться от внешнего негатива»‘< Была ли
заложена в них в языческие времена идея повышения плодородия,
сказать сложно, но пришедшее из глубины веков желание очиститься
и стать здоровее — бесспорно.

Итак, нет сомнения, что в дохристианские времена праздник летне-
го солнцестояния у славян л оже был, и восходил он к древнему культу
солнца. Однако исконное название этого праздника нашей культурой
утрачено. Иван Купала, пришедший к нам из древности, был постепенно
вытеснен христианскими ритуалами10 и в то же время тесно слился с
православными торжествами и церковной обрядностью. Многие иссле-
дователи, учёные называют Ивана Купалу праздником, который сохра-
нил языческую основу более всех остальных”, и это подтверждается
всеми обрядами данного дня.

Под названием «Иван Купала» праздник известен примерно с XVT1 века.
Другие варианты названия в разных местностях — Иван Купальник. Иван
Купален. Иван-травник. Купальный день. Купатель, Травник и другие.
По времени день совпадает с праздником Рождества Иоанна Предтечи.

»<

>: *
к +
>: *
f. 1

>=!Г

♦

>.
>

Рыбаков Б А. Язычество древних славян — М Академический проект, 2013. — С 640

Шакун Е Н. На Ивана на Купала красна девица гадала // Из пришлого в настоящее* мат. на*
уч.-практ. конф,; под ред А- В- Константиновой. — !И РУДН, 2019. — С 71

Русский народ. Этнографическая энциклопедия: в 2т Т 1 / гл ред. еост. О А Платонов. — М..

Ин-т русской цивилизации 2013. — С. 607

Скрябина Л Л.. Мархель А. С Традиции праздника Иван Купала в селе ПреоАражснка // Учёный
записки музея-заповедника «Томская Писаница». — 2015. — №2. — С 136

к>

»: <

> *

>. <

♦

Несложно заметить. что название у праздников схожи: Иван — Иоанн, Ку-
пала — Креститель (тоже окунающий и купающий при крещении). Связь
наименований отмечает в этимологическом словаре М. Фасмер'2.

Есть и другие версии происхождения наименования «Иван Купала».
Один из первых исследователей культуры праздника Ф. И. Буслаев считал,
что корень куп- совмещает два понятия: белого, ярого, а также буйного,
цветущего, отсюда купаный — 'белый, красивый43.

Н. С. Ширяева связывает на-
звание «Купала» с семантикой пле-
тения, соединения, которую счита-
ет частью идеи праздника: «Корень
'куп' понимался как 'соединение’.
Все в зги купальские праздники
"совокуплялось": Солнце купалось
в реке, Небо обнималось с Ма-
терью-землёй»1'’. Название «Иван
Купала» распространено гораздо
шире, чем христианские наимено-
вания праздника.

Языческие боги и верования
известны на.м не очень точно
из-за скудных источников, поэто-
му по поводу древней языческой
сути дня Ивана Купалы отече-
ственными исследователями вы-
сказываются различные мнения
и версии. О. Л. Орлов пишет,
что сходство между именами
«Иван Купала» и «Иоанн Кре-
ститель» — совершенная случай-
ность. На самом же деле герои
праздника Купала и Купальница
(Аграфена) — это бог Перун и
восточнославянский фольклор-
ный образ Зари-Заряницы.

Дни купальные —
Венчальные.

Вог сочетается с красной девицей
Зарей-Заряницей

Оком пламенным в землю глядит!
И wmjih Замирает,
Цветы вырастают.

Деревья кудрявые,
Травы.

Оком пламенным в реки глядит'
И невмочь разгоревшимся водам,
Текут они медом,
Жёлтым и старым.

По бродам
И ярам.

Оком пламенным в сердце глядит.
Бог Купало,
Любый, травник, лих...

Сердце — ало,
Загорается...
Явись, воплотись,
Жених!.

Чудо совершается —

Купало в Козла воплощается...
В речке вдды — жёлтый мед.
Пьяный мёд,
Белый к нам Козел идет,
К нам девицы.

Заряницы,
Поутру жених —
Козёл идет,
Круторогий нам
Дары несет.

Фасмер М Этимологический словарь русского языка, в 4 т. Т. 2 / иер с нем. и доп О. Н. Тру-
бачёва. — М . Прогресс, l98b — С. 419

Буслаев Ф И. Исторические очерки русской словесности и искусам, в 2 т. Т. I. — СПб Д Е. Ко-
жанчиков 18Ы, — С. 129.

Ширяева Н С. Символика лплетения» в вятской (русской) обрядовой традиции /7 Вестник Че-
лябинского государственного университета. — 2014. — Nq 11 |340) — С. 87
•.»

X
*

i «Я

<
74
.*
Ч

У него венец
Золотых колец.
С нами Купало великий,
С нами Козел наш, девицы!
Скиньте, сорвите паневы!
Где ты. невеста любовная?
Где ты. Заря Заряница?
Ищет невесту Купало,
Круторогий, кудрявый...
Очами глядит, —
Где ты, Заря-Заряница?

Вот она кружится, — девица, девица,
Кружится, кружится, девица, девица.
Ты ль жениха не ждала,
В небе зарею цвела.
Ты ли вино не пила.

Пояс тугой сорвала. .
Красная девица
Заря-Заряница!

Нашёл Козёл невесту,
Выбрал девицу любовнее всех.
Возьми её, возьми ее,
Веди её на реку,
В меду купать, в меду ласкать,
Купало! Купало!

Люби ее. люби её.
Веди ее по хмелю;
Неделю пить, допьяна нить,
Купало! Купало!
Целуй её, целуй её,
До крови невесту!

Твоя любовь — на теле кровь.’
Купало! Купало!

Л Н. Толстой «Купальские игрища».

родного славянского сознания

Исследователь так описыва-
ет исконную языческую сущ-
ность праздника: «По сохранив-
шемуся народному поверью,
солнце |Перун) сбивается в эти
дни с пути-дороги, и Заря явля-
ется на помощь светлому 6oiy.
Она не только ведёт его по не-

бесной дороге, но и умывает
росой»15. Это красивая народ-
ная легенда, но в своей рабо-
те В. Н. Гагин утверждает, что
Купала — бог летнего солнца, а
суть праздника — в провожании
людьми Ярилы и встрече Ку-
палы1®. Языческие корни Ивана
Купалы учёным ещё предстоит
выяснить, так как существует
много различных споров и вер-
сий на сей счёт.

Возможно, древнее назва-
ние праздника было связано
с именем «Иван Купала» или
схоже с ним, ведь не случайно
именно такую народную форму
обрело имя Иоанн Креститель.
Варианты названия, похожие на
языческие, встречаются в Ярос-
лавской и Тверской областях
(Ярилин день, Ярилино гулянье),
в Новгородской области (Кокуй).

Имя Иван значимо для на-

Учёные полагают, что оно не случайно

Я
*

»: *
х *

х «

так часто встречается в народной культуре, поскольку «русский народ
значимые для себя реалии, которые выполняют жизненно важные
функции, персонифицирует, называя значимыми именами»17.

*
«

Орлоь О. Л. Российский праздник как историкм-кульгурный феномен — СПб.: Нестор. 2003, —
С. 130

Гагин В Н. Национальные праздники и обряды или Праздничность как феномен русской куль*
туры — М.: Профиздат. 2005. — С. 217.

Татарникова О Н Ономастическое поле имени собственного Иван в народном сознании //

Наука о человеке гуманитарные исследования — 2015. — N»4 (22) — С. 73

Г:

♦

I
. «

Иван Купала неразрывно связан с другими христианскими праздни-
ками: с днём Аграфены Купальницы и днём святых апостолов Петра и
Павла, называемым в народе Петровками. Вот и составляют эти народ-
ные праздники вместе единый праздничный цикл — Купала.

Праздник Ивана Купалы считается очищающим10, связывается с
борьбой светлого и тёмного земных начал и с победой, которую одер-
живают светлые силы, символизирующие добро, чистоту, Бога, любовь.
Как отмечает М. Фасмер, «начиная с этого дня разрешалось купаться,
так как, согласно народному поверью, Иоанн Креститель в этот день
прогонял из зоды злых духов»19. После Ивана Купалы разрешалось так-
же заготавливать травы и другие растения, поскольку и они теперь ста-
новились чистыми, свободными от тёмных, колдовских сил. И это было
как раз вовремя, ведь именно к солнцестоянию растения наливались
соками, набирались сил, готовые отдавать их людям.

>: *
я
<
<

:.<

: *

д г
»: л
>:<
»?«

>. -

3
: «

//. Никоненко «У перевоза*, 1896.

Й1

1Й1

Николы кая T M. Семиотические аспекты купальского обряда // Аналитика культурологии. —
20I0. — № I (16) — С.67.

Фасмер М Этимологический словарь русского языка: в 4 т Т 2 / пер с нем. и доп О. Н. Тру-
бачёва — М. Прогреет. 198b — С 419,

i .4

I
н

:o)

<>1

(о я

; I

А ещё считалось, что после Ивана Купалы ведьмы становятся уже
не такими опасными для людей и даже змеи перестают жалить, не по-
нукаемые к этому нечистью.

По своему значению день Ивана Купалы связан в годовом цикле
с Рождеством, симметричен ему и в то же время противопоставлен
(Рождество находится рядом с зимним солнцестоянием, Иваи Купала —
с летним). В словаре «Славянские древности» оба праздника относятся к
«временам откровения тайн природы, когда растворяются небеса и зем-
ля, "играет ’ или останавливается солнце, говорят растения и животные,
вода превращается в вино, обнажаются клады и т. и.»20.

В те древние времена, когда возник праздник Ивана Купалы, в
сознании людей их мир и мир природы не были разделены. Человек
чувствовал себя частью природы. Как пишет В. А. Маслова, «природу
и людей как бы охватывал общий органический круговорот бытия:
жизнь человека была неотрывна от жизни природы, а природа была
его домом, его средой обитания»21. Иван Купала стал одним из народ-
ных праздников, тесно отражающих эту неразрывную связь. Древний
человек растворял себя в природе, считал объекты и явления природы,
например солнце, живыми и входящими непосредственно в его жизнь,
способными и на добро, и на зло.

В купальскую ночь природа отказывалась от части своих тайн, от-
крывала себя перед человеком, они вместе возвращались к древнему
единству. Раскрывалась даже земля, и именно поэтому существовало
стойкое поверье, что выходят на её поверхность все клады.

В структуре праздника особенно важной считается ночь на Ива-
на Купалу. Наши предки верили, что этой ночью особенному разгулу
предаётся нечистая сила, становясь для людей смертельно опасной,
несущей угрозы.

(О’

(Зя

;

Славянские древности: этнолингвистический словарь: в 5 т. Т. 2 / под общ. ред. Н, И. Толстого. —
М.: Международные отношения, 199У. — С. 363.

Маслова В А, Архетип природы как модель мировосприятия // Вестник Российского универси-
тета дружбы народов. Серия. Теория языка Семиотика. Семантика- — 2013. — Ne 2. — С. 6

о^лЗ&^о j

КАК В СТАРИНУ ГОТОВИЛИСЬ

К ДНЮ КУПАЛЫ X

Традиционный купальский венок.

Не туман белеет в темной роще,
Ходит в темной роще Богоматерь,
По зеленым взгорьям, по долинам
Собирает к ночи божьи травы.

Только вечер им остался српку.
Да и то уж солнце на исходе:
Застят ели чёрной хвоей запад,
Золотой иконостас заката...

Уж в долинах сыро, пали тени,
Уж луга синеют, пали росы,
Пахнет под росою медуница,
Золотой венец по роще светит
Как туман, бела её одежда,
Голубые очи точно звёзды,
Соберёт она цветы и травы
И снесёт их к Божьему престолу.
Скоро ночь — им только ночь осталась,
А наутро срежут их косами,
А не срежут — солнце сгубит зноем.
Так и скажет сыну Богоматерь:
«Погляди, возлюбленное чадо,
Как земля цвела и красовалась!
Да недолог век земным утехам:
Б мире Смерть, она и Жизнью правит».
Но Христос ей молвит: «Мать! не солнце,
Только землю тьма ночная кроет;
Смерть не семя губит, а срезает
Лишь цветы от семени земного.

И земное семя не иссякнет

Скосит Смерть — Любовь опять посеет,
Радуйся, Любимая! Ты будешь
Утешаться до скончанья века!»

И Бунин «Канун Купалы».

Чем ближе была купальская ночь, тем сильнее нарастало зло, нави-
сало над людьми, угрожало им. Чувствовали славяне эту угрозу, потому
к празднику Ивана Купалы начинали загодя готовиться.
- " .4. .-ч «.

. « ж. - ж ж. - ж.
ЭД

• Ч
< ;<
j.«
< *
е :<

'•i иг • гв", .W,-

- =* “ ж *

«****•-

II, Суходольский * Вечер под Ивана Куполу*, 1887

Накануне начинали собирать травы, коренья и цветы, украшали
зеленью избы, подворье и хозяйственные постройки, домашний скот и
самих себя. Верили, что зелень, символизирующая жизнь, особенно
сильная, бурно растущая в эти дни года, способна прогнать нечисть,

.Матушка в Купальниц)1 по лесу ходила,
Босая, с подтыками, по росе бродила.
Травы ворожбиные ноги ей кололи,
Плакала родимая в купырях от боли.
Не дознамо печени судорга схватила.
Охнула кормилица, тут и породила.
Родился я с песнями в травном одеяле
Зори меня вешние в радугу свивали
Вырос я до зрелости, внук купальской ночи,
Сутемень колдовная счастье мне пророчит
Только не по совести счастье наготове,
Выбираю удалью и глаза и брови
Как снежинка белая, в просини я таю
Да к судьбе разлучнице след свой заметаю.

. . , С. Есенин

которая несла смерть и жиз-
ненных токов природы боя-
лась.

Перед самым Купалой
заготавливали банные вени-
ки, добавляя к дубу и березе
(основным составляющим)
понемногу веток ольхи, черё-
мухи, ивы, липы, калины, ря-
бины и лечебные травы. Ве-
ничек следовало подсушить,
подвялить и успеть с ним,
новеньким, полным соков и
природных сил, вымыться в
бане накануне праздника.

-<
<

<
<
*

Л. Харламов ^Летнее время», 1900.

1Х>!

Спешили к Ивану Купале почистить колодцы, вытащить из них всю
грязь, которая скопилась за год. Тогда вода в них станет не только чистой
и на вкус приятной, но и целебной. Да и нечистая сила в обновлённый
колодец не полезет. Что ей там делать?

Все женщины села, молодые, зрелые и старые, собирались вместе
и выходили за околицу. На головах у них были венки из свежей летней
зелени, в первую очередь из веток берёзы, а также из различных ку-
А1

r-v:

К Ai

а.

А?

АН

(о

0-1
i

Ач

УЛ

•<н
ioj

>АЛ

во J

пальских трав. Они совершали шествия вокруг полей, поднимались на
ближайшие холмы и горы, пели «ивановские» песни. Основной целью
этих «хождений» было отпугивание нечистой силы. Злу стремились
сообщить: жизнь сильна, она здесь, она способна противостоять ему,
прогнать его.

Заранее готовились жечь костёр — главное купальское действо.
Дрова для костра, хворост, ветки и прочее, что следовало сжечь в ку-
пальскую ночь, собирали в основном молодёжь, дети, пастухи. Брачное
значение праздника проявлялось в том, что в костер добавлялись «вот-
ки мужских (дуб, клён, бук) и ветки женских деревьев (ольха, сосна,
рябина) деревьев»22. Часто дрова были крадеными23, что считалось хо-
рошей приметой, также в дело шли старые телеги и мётлы, сломанные
ворота, колёса, корзины, веники и многое другое, что копилось целый
год в избах и дворах. Люди старались в этот день избавиться от старых
деревянных вещей, от мусора, а вместе с ним — от накопившегося зла,
болезней, склок и ругани. Ещё в костёр подкладывали старую, изношен-
ную одежду и обувь.

В некоторых сёлах сбор хлама для купальского костра становился
целым ритуалом. Парни ходили по деревне, и каждый двор обязательно
должен был что-то дать для купальского огня. Заранее сооружалась вы-
сокая пирамида из собранного хвороста, дров и хлама, в центре которой
помещался устремлённый в небо шест.

Символом жизни и здоровья были в этот день женщины. Особую
же роль играли девушки и молодые женщины, не более года назад вы-
шедшие замуж (молодки). Праздник вообще был молодёжным. Чтобы
отогнать нечистые силы от села, девушки и молодки обходили избы
с пожеланиями, с народными песнями, участвовали в приготовлении
обрядовой еды и подготовке общей трапезы на поляне возле жаркого
костра.

У праздника Ивана Купалы люди ощущали двойственный харак-
тер. С одной стороны, это было торжество, прославляющее всё новое,
живое, молодое и полное сил. Не случайно его основными символами
выступали, во-первых, зелёные, полные соков растения, во-вторых, здо-
ровые и румяные деревенские девушки и вообще молодёжь.

• •
(О1

о:

СО

‘•О.

'О)

СО’

<oi

I
со.

«О;

: .-

i'o

to;

Союшкона Е. R. День Ивина Купалы // Переломные моменты истории: люди, события, исследо-
вания. К 350-летию со дня рождения Петра Великого: мат. междунар науч, конф : в 3 т. Т. 3 /
под ред. С. И. Бугашева, 1О. В. Ватолиной, А. С. Минина. — СПб.: СПбГУПТД, 2022. — С. 597.

Славянс кие древности: этнолингвистический словарь: в 5 т. Т 2 / под общ. ред. Н. И Толстого. —
М.: Международные отношения, 1999. — С. ЗЬб.

/;А^;9:А*А:.?ЛА;АФЛ95^,;Ог^Ф-;£ -

О •>;<>;<
Я л

«*

К <
«

И, Горохов ^Русалка», 1912,

«Ю-J

>ф:

С другой стороны, н день Ивана Купалы чувствовалось, что к лю-
дям подступает что-то опасное, потустороннее. Приоткрывается завеса
между «этим» и «тем» мирами, становится проницаемой граница между
ними. Выходит на охоту нечистая сила: лешие, водяные, русалки. Они
тоже связаны с играющей своими силами природой и потому особен-
но опасны. В ночь на Ивана Куналу человек противостоит нечисти, он
должен выдюжить, чтобы потом спокойно жи гь до следующей опасной
даты.

м
<
а

К'Л
ТАИНСТВО
КУПАЛЬСКОЙ НОЧИ

Тенью лёгкой и неслышной
Я замедлил у пути,
Там где папоротник пышный
Должен будет расцвести...

Сон придёт. Цветок волшебный,
Что блестит однажды в год,
Златоцветный и целебный.

На мгновенье расцветёт...

К. Бальмонт
«Папоротник».

Каждая мелочь в купальскую ночь становилась знаком со своим
сакральным смыслом. Берёзка олицетворяла женское начало, природ-
ные силы, жизнь. Цветок папоротника, поиском которого занималась
на Купалу молодежь, — защиту от злых сил, готовность преодолеть
любые трудности, стойкость, упорство в следовании своей цели. Огонь
символизировал солнце, лето, тепло, будущий урожай, здоровье.

Колесо тоже становилось знаком солнца, его повторением на
земле. Иногда во время празднования скатывали с горы большое заж-
жённое колесо или пылающую старую бочку. Неслись вниз колесо или
бочка, показывая, как идёт с одного края неба к другому солнышко,
согревая землю. Этот обычай был призван увеличить плодородие зем-
ли, которую жарко и щедро должно греть начавшимся летом ласковое
светило.

Были и другие обычаи для повышения плодородия. Например,
многодетные, легко и много рожавшие молодые женщины выходили во
широко поле и катались там во ржи или льне24. Опи словно передавали
земле часть своей плодовитости, когда-то от неё же и полученной.

14 Бебешева Э.Г., Павлов А Ю. Праздник Иван Купаль в российской и западноевропейской куль-
туре' сравнительный анализ // Молодежь третьего тысячелетия: сб. науч ст. XUI науч.-практ
конф — Омск. ОГУ им Ф М. Достоевского. 201H — С. П20.

Л. Л. Jg

К. Маковский «Девушка в венке», 1890-е к.

Большой знаковостью обладал венок из дикорастущих луговых
трав или веточек берёзы, который на Ивана Куналу заплетала каждая
девушка. Н. С. Ширяева видит в нем символику включения себя в
«круг жизни», «переплетения» своей судьбы с судьбой суженого, «за-
плстения» круга своей новой семьи, то есть мысль, мечту о грядущем
замужестве23. А ещё венок — символ бесконечности, вечности жизни,
которая никогда не завершается, просто переходит из одного состоя-
ния в другое. В купальской традиции венки плели девушки, и эти вен-
ки становились символами чистоты, юности, женственности, защиты
жизни от посягательств тёмных сил.

К. Трутовский «Надевают венок*, 1893.

и Ширяева Н. С, Симшллика «плетения» в вятский (русской! обрядовой традиции // Вестник Че-
лябинского государственного университета. — 2014 — Na 11 (340). — С. 87.
Каждое действие, каждый обряд в купальскую ночь, перед нею и
после неё имеет сакральный смысл и вполне конкретную цель: повысить
урожаи, обеспечить хорошие надои, стать здоровее, вылечиться от хво-
рей и болезней, скрепить отношения, выйти замуж, разбогатеть, вызвать
дождь, очиститься от грехов, стать красивее и привлекательнее и т. п.

Купальская ночь, такая опасная и открывающая перед человеком
большие возможности, всё же закапчивается. Наступает купальское
утро, и природа вокруг становится уже не той природой, которая была
накануне вечером. Весь мир преображается, побеждая зло, и готовится
жить весь следующий год до новой купальской ночи.

Раннее утро у славян было символом возрождения, преодоления
трудностей. Не случайно существовал обычай омывать лица сверка-
ющей росой, чтобы получить здоровье на весь год. Этот обычай, как
пишет В. А. Маслова, до сих пор сохраняется у белорусов24’. У людей
было ощущение, что они словно заново народились, преодолели смерть,
прогнали всеми своими ритуалами путающую тьму, исходящую с «того»
света, и теперь можно заново в единении с природой работать, чтобы
добывать свой хлеб.

Вера в особую знаковость купальской ночи породила многочислен-
ные запреты. И в эту таинственную ночь, и несколько дней перед нею и
после неё запрещалось многое. Нельзя было жаловаться на жизнь, гру-
стить, сетовать на какие-то неудачи. Считали, что расходившаяся в эту
пору нечисть обязательно услышит и сделает всё ещё хуже. Запрещалось
сгричь волосы, менять причёски. Думали, что тогда волосы будут весь
год плохо расти, путаться, слабеть и выпадать. Нежелательно было совер-
шать любые действия с деньгами: продавать имущество, делать большие
покупки, брать и давать деньги в долг и т. п. Опасались привлечь нужду,
ведь деньги обязательно увидят черти, которые заговорят их на бедность.

Запрещалось поднимать что-либо с земли: монеты, пуговицы, укра-
шения. Эти предметы могли быть заговорены ведьмами и колдунами.
К примеру, на колечко заговаривали болезнь, а кто колечко находил
и надевал па палец, к тому переходила болезнь от страдальца. Нельзя
было разгребать ногой угли в костре. В них могла сохраниться злоба от
сгоревшей в пламени нечистой силы, и тогда семью весь год ждут ссоры.
Перед Иваном Купалой и в сам этот день нельзя было резать скотину и
даже бить домашних животных. Верили, что в этот период домашние жи-
вотные особенно подвержены влиянию нечисти, их следовало беречь и
защищать, чтобы не болели потом весь год, хорошо росли, чтобы коровы
давали много молока и т. п.

* Маслова В. А. Архетип природы как модель мировосприятия // Вестник Российского универси-
тета дружбы народов. Серия: Теория языка. Семиотика. Семантика. — 2013. — №2. — С. 9.

О; о; О- одод о; од о; О
Несмотря на обычное радушное славянское гостеприимство, в день
Ивана Купалы запрещалось пускать в свою избу незнакомых людей,
странников, которые шли через село и просились на ночлег. Верили, что
в этот день под масками обычных путников наверняка скрывается кака-
я-нибудь нечисть, которая норовит проникнуть в жилище и сделать там
какое-нибудь зло: навести сглаз, порчу, наговор или иное колдовство.

Л. Киселев «Село на берегу реки*, 1893.

Множество существовавших в народе примет, запретов и поверий,
касавшихся дня Ивана Купалы, отражали важную мысль: необходимо
быть осторожным, поскольку весь мир наполнялся нечистой силой,
всё вокруг становилось подвержено скрытым напастям. С опасностями
надо было бороться с помощью обливаний, прыжков через пылающий
костёр, гаданий и многого другого, чтобы достойно пережить это время,
остаться целыми и невредимыми, сберечь детей и хозяйство, пригото-
виться к следующему годовому циклу.

Обычаев на Ивана Куналу, отражающих его знаковость, симво-
личность, существовало великое множество; некоторые из них были
сходными в разных местах, где жили славяне, другие отличались. Так,
например, отечественные исследователи А. А. Иванова и Т. В. Соболе-
ва, собиравшие различные предания и приметы об этом празднике, упо-
минают следующие: «Ходили в муравейник, искали муравьиное масло.
Считалось: кто масло найдёт, тот весь год счастливым будет», «Если в тот
день порежешь палец, то он не заживёт целый год», «Веник, сделанный
на Ивана Купалу, клали в гроб покойника»27. Эти и многие другие, порой

37 Иванова А.Л. Соболева Т. В На Ивана Купал) колдуньи ходю сламывать хлеба.. // Живая
старина — 2015. — Ns 2 (86) — С. 42.
странные поверья были не просто народными обычаями. В каждом из
действий, которые в этот народный праздник стали ритуальными, совер-
шались многими поколениями людей, заключалось какое-то значение,
какой-то смысл.

Л. Каменев«Пеймж», 1868.

Сам праздник был знаком обновления, новой жизни, возрождения
природы, избавления от всего негативного и липшего, что накопилось
за предыдущий год: знаком подготовки к новому циклу, к добрым начи-
наниям, к благодатному 1руду.

ПОЧЕМУ НЕЧИСТЬ
СОБИРАЛАСЬ?

«.. На Ивана Купала они бегают с рас-
пущенными волосами и отманива-
ют людей от папоротника, чтобы кто
не сорвал его цвета.

— Бог с ними, — сказала Пашенька, —
мало ли что бывает в Иванов день, не при-
веди бог увидеть!

— А ты боишься русалок, Пашенька?

— Как их не бояться! Сегодня и в лес хо-
дить страшно...*

А. К. Толстой «Князь Серебряный».

Купальская ночь считалась не только самой короткой в году, но и
самой опасной, словно нечисть стремилась вырваться из-под власти
дня. противостоять свету, оставившему ей для игрищ в эту пору совсем
немного ночного времени.

В эту ночь становились проницаемыми 1раницы между человече-
ским и потусторонним, «этим» и «тем» мирами. Начинался разгул нечи-
стой силы: колдунов, ведьм, оборотней, волхвов и волховиток.

Неистовствующая на Ивана Купалу проклятая нечисть собира-
лась, как считали наши предки, в разных местах. По малороссийским
представлениям, главным местом сбора ведьм была лысая гора. Чтобы
отправиться туда, ведьма «смазывает себе тело какой-то неизвест-
ной жидкостью, садится верхом на помело или кочергу, берёт мечик,
т. е. валёк от мялки для конопли, и вылетает в печную трубу»211. Ма-
лоросские предания о сборищах ведьм были особенно красивыми, в
них рассказывалось, что разъярённая ведьма может взлететь на своей
метле очень высоко, разогнать кучевые тучи, украсть с тёмного неба
ясные звёзды.

Во всех славянских землях, даже находящихся далеко от Лысой
горы, верили, что есть какие-то близко расположенные места, где со-
биралась в купальскую ночь нечистая сила: ближайший высокий холм,
болотные топи, кроны деревьев. Особенно плохой славой пользовалось
какое-нибудь «уродливое» дерево, имевшееся в округе.

” Русский народ Этнографическая энциклопедия в 2 т. Т- 1 / гл. ред., сост. О- А. Платонов. — М
Ин-т русской цивилизации, 2013. — С. 152
* * W 'ж ж . ж ж - ж ж ж 'ж: > ж ж ж ж « ж - .ж.-, ж. ж ж ж Ж

’ ?

И Прянишников <На Лысой горе*, 1875.

Впрочем, люди полагали, что более всего любая ведьма стремится
добраться именно до Лысой горы, норовя для этого увести из конюшни
самую сильную и выносливую лошадь. Коней в купальскую ночь стерег-
ли особенно тщательно29.

Нечисть могла вредить людям и животным по-разному. Она словно
хотела оставить людей голодными, уменьшить их урожай, забрать его
себе. Могла скотину сглазить, чтобы та начала болеть, а то и умирать,
чтобы коровы переставали доиться или давали жидкое, невкусное мо-
локо. Очень пакостила хозяйственной деятельности, мешала получить
хороший урожай: могла посевы попортить, могла пройтись по полю с
выросшей пшеницей так, что наутро на свежей зелени появлялись «пе-
режимы» и «заломы». Хлеба как раз начинали колоситься и стояли на
полях беззащитными перед проказами нечистой силы.

29 Табакова А Праздник Ивана Кунала // Вклад молодых учёных в инновационное развитие АПК
России сб. мат. междунар науч.-практ, конф. — Пенза: ПГЛУ. 2023 —С. 134
л

*«

К!

В Максимов *3алом рэки*, 1903.

О
*

X’

»:*

» *

»:.«

>:«
»: *

Древние представления о том, как появляются на полях в купаль-
скую ночь «заломы», описывает Н. А. Криничная: «...Колдун берёт “на
корню" пучок колосьев и, загнув их книзу, перевязывает суровой нит-
кой или заламывает колосья и скручивает (свивает) в направлении на
запал, с которым соотносятся представления о смерти, нечистой силе и
бесплодии»30. Разновидностями «заломов» были ломание, перевязыва-
ние, завязывание, верчение, кручение, завивание, плетение.

В XVII-XVIII веках крестьяне нередко обращались в суд с жало-
бами на ведьм и колдунов, сделавших на их полях «заломы» (их ещё
называли «завитками», «завязками», «закрутками», а также «куклами»,
если они были похожи по очертаниям на людей). Суд в те времена
относился к таким жалобам с пониманием и серьёзно принимался за
расследование.

«Пережины» представляли собой места, на которых рожь как буд-
то частично сжата, колоски сострижены кружком или в какой-то иной
форме. Иногда поутру появлялась на поле такая проплешина, где было
гораздо меньше колосьев, словно кто-то себе их на пропитание посре-
зал, или взял на пробу, или состриг забавы ради.

к->

|<я

-;я

»: <

X ♦

X 4

* Криничная Н. А. Русская мифология Мир образов фольклора. — М; Академический Пр<>ект
Гаудгамус. 2004 — С. 525

♦;.л

*; >
-------- - - .------- - - - . х .

Множество преданий о вреде, наносимом посевам ведьмами, опи-
сывают А. А. Иванова и Т. В Соболева. Селяне считали, что ведьмы
делают «заломы» на полях тех людей, которые им не нравятся, что вы-
дергивать «заломы» нельзя, «руки все погнёт»31.

И. Шишкин «Сжатое поле. Полесский пейзаж», 1884.

Г И. Площук полагает, что издавна, ещё в языческие времена, волх-
вы делали «заломы» на полях не для вреда, а как часть древнего обряда
возвращения земле её сил. Стебли завивались и пригибались так, чтобы
колосьями уткнуться в землю, и показывали тем самым возвращение ей
с благодарностью полученного добра32. «Пережины» Г. И. Площук также
относит не к вредоносной, а к продуцирующей и охранительной магии,
с помощью которой происходит имитация жатвы накануне большой
страды33. По прошествии времени, под влиянием христианства предания
о благотворном волхвовании над посевами, по мнению автора, ушли в
прошлое и заменились рассказами о вредящих полю ведьмах.

Находили люди «заломы» и «пережины» в поле обычно нау-
тро, и начинали они появляться где-то за неделю до Ивана Купалы,

31 Иванова А. А., Соболева Т В На Ивана Купалу колдуньи ходят заламывать хлеба-.. // Живая
старина — 201J. — N»2 (Hbj — С. 42.

и Площук Г И Поверья о «заломах* и «пережимах» как источник реконструкции архаических
чорт купальского обряда // Вестник Псковского государственного университета. Серия Соци-
ально-гуманитарные и психологопедагогические науки — 2013. — ГчяЗ. — С. 61

м Там же, С. ’О
показывая, что нечистая сила совсем расходилась. Такие места на
поле считали нечистыми, старались обходить, не наступать на них.
Рожь в «заломах» не пытались распрямить и поправить. А когда
приходило время жать, то в этих местах вообще не убирали урожай.
Люди верили, что «заломы» и «пережины» не просто уменьшают
количество зерна, которое они соберут, но и делают несь остальной
урожай хуже. Полагали, что хлеб на всём поле, где похозяйничали
ведьмы, становился менее вкусным и сытным. Иногда приглашали
волхва или священника, чтобы он развязал «заломы» и очистил поле
от ведьмовского колдовства.

Современный вид на живописную трипу вдоль вершины Лысой горы в Гороховце
Владимирской области России.

Где бы, по народным преданиям, ни собирались нечистые силы,
на Лысой горе или на ближайшем холме, они только и думали, как бы
навредить людям, поэтому на Ивана Купалу следовало быть начеку, вни-
мательно смотреть вокруг и быть готовыми отразить любое нападение
ведьмы или лешего. Мир вокруг в эти дни становился особенно опас-
ным, и нужно было предпринимать различные охранительные действия,
чтобы сберечь себя, свои семьи, жилища, скотину и хозяйство.

V Я" • .’» Я- ,w .* Т Я- , * Я- -Г ♦ Т Г W г»

КТО САМ СЕБЯ СТЕРЕЖЁТ,
ТОГО И ЗАГОВОР БЕРЕЖЁТ

Бог, избавь от глаза нас,
Защити на слабый час.
Сохрани от чёрного,
Серо-голубого,
Дискового, злого,
Жёлтого, укорного,
Синего, немого.
От зеленолистного,
Горько-ненавистного,
Дживого, завистного,
Ясного, лихого,
Женского, мужского,
И от полуночного,
От совсем бессрочного,
От непостижимого,
Нам неощутимого,
Ни неотвратимого,
Бог, избавь от глаза нас,
В глазе жизнь — и смертный час.
К. Бальмонт «Заговор от сглаза».

Мясоедов ^Знахарь. (У колдуна.
Деревенский знахарь*), 1860

В купальскую ночь не ложились спать. Принято было с вечера до
самого утра плести венки, произносить заговоры, гулять, веселиться,
водить дружные хороводы, прыгать через жаркое пламя костра, тра-
пезничать, стеречь село и посевы от ведьм и нечистой силы, собирать
травы, купаться, в том числе в прохладной росе, даже безобразничать и
многое другое. Верили: кто ляжет спать в купальскую ночь, тому быть
жертвой нечистой силы14.

Все ритуалы, связанные с праздником Ивана Купалы, имели охра-
нительный смысл, были призваны сберечь людей от нечисти и тех, кто
ей на земле покровительствовал, являлся её проводником [колдунов,
ведьм, чародеев).

“ Кочарян Ж. Л., Гаврищуъ. И. А. Языческие праздники раз! гы к народов: Halkiwt-еп и праздник
Ивана Купала — сходства и различия // Студенческая паука Подмосковья, сб мат. междунар,
науч, конф — Орехово-Зуево. ПТУ. 2023. — С. 26-4
“J

Охранную роль должны были играть заговоры. Произносили их от бо-
лезней и неудач, против одиночества, на здоровье, на любовь, счастье, ве-
зение, богатсгво и многое друпте. В русской культуре заговоры были очень
распространены и существовали здесь как отголоски древнего язычества,
признаки того, что «русская духовная культура представляет собой соче-
тание, сплав традиционных дохристианских и христианских элементов»35.

На Ивана Куналу заговоры повторяли, плетя пышный венок, кру-
жась вокруг купальского огня, окунаясь в реку, собирая душистые тра-
вы. Верили предки наши, что именно в этот день, когда приоткрывают-
ся двери в «иной» мир, когда особенными силами наполняется природа,
а с ее помощью — и человек, заговорные слова подействуют наилучшим
образом.

Для защиты от тёмных сил в купальскую ночь использовали
Васильевский огарок, который хранился в завозном месте с новогоднего
дня святого Василия Великого. Это был огарок от лучины, которую за-
жигали углями из печки в новогоднюю ночь. На Ивана Куналу огарком
«зачерчивались» — про-
водили вокруг себя круг
«супротив солнца», а ког-
да гадание завершалось,
то «расчерчивались» —
проводили круг «по солн-
цу». Считалось, что ни
одно нечистое существо
в этот круг не зайдёт.

Присутствие нечи-

Б. Смирнов ^Деревенский знахарь в приуральской
местности Село Новоабдудино*, 1904.

сгых
ночь
дям

сил в купальскую
представлялось лю-
таким явственным,

что был даже обряд полу-
чения завегной косточки,
с помощью которой мож-
но было, как верили, стать
невидимым. Это был об-
ряд колдовской, на кото-
рый простые люди не ре-
шались. Косточку получа-
ли от чёрной кошки,
сварив её в купальскую

“ Дмитриева Е. Н Языческие м<»тивы в системе русской народной кухьтуры XIX века, на примере
заговоров: аатореф лис.... канд. ист наук 07.00-02 — М 2004 — С. 3

*
<

*
<
.*
*

««

-4
<

»: <

ночь. Каждую косточку проверяли, глядя на себя в зеркало, верили, что
одна из них окажется «заветной» и через неё не увидишь своего отра-
жения. Вот тогда косточку следует приберечь и использовать, когда хо-
чешь стать невидимым.

Более всего купальский праздник в народном восприятии был свя-
зан с природными стихиями воды и огня, которые выступали в единстве

.♦

я
♦

>;<
»: *
»: <

двух составляющих — земной и небесной,
Огонь и вода воплотились в народных леген-
дах и преданиях в образах брата и сестры,
влюблённых друг в друга. Брат по имени Иван
символизировал огонь, небесную стихию; се-
стра, прозываемая Марьей (в древности это
имя звучало как Мара), — воду, стихию зем-
ли. Так полюбили друг друга брат и сестра,
что соединились связью интимно-греховной
в глазах природы и людей. Природа осерчала
на Ивана и Марью и сотворила из них жёл-
то-синий цветок иван-да-марья, называемый
«цветком купалы».

Народ со временем забыл о том, что влюб-
лённые преступили законы кровосмеситель-
ной связи между братом и сестрой, и помнит
только об их всепобеждающей, не знающей
границ, преодолевающей все препятствия
любви. Соединяет этот жёлто-синий цветок
людей не только друг с другом, но и с богами,

Марьянник дубравный,
народное название —
иван-да-марья.

а огонь и вода остаются

>:«

> *

самыми главными купальскими стихиями, с помощью которых люди
ограждаются от всех напастей, от зла и нечисти. Иван Купала — это
прежде всего очистительный костёр и вода!

Центром ночных молодёжных гуляний становился разжигаемый
в купальскую ночь костёр (иногда называемый купалец), в котором ис-
следователи видят «отголоски солярного культа и мифологических пред-
ставлений о браке неба и земли»36. Солярные праздники — это «празд-
ники, приуроченные к движению Солнца вокруг Земли»37. Время для них
наступало четыре раза в год — в дни весеннего и осеннего равноден-
ствия и дни зимнего и летнего солнцестояния. Их назначение в разных
культурах — «отогнать тьму и смерть и даровать хорошую жизнь»38.

*•

«?
>: *
х +
>>
Г. 4

Золотова Т II Праздник Ивана Купалы в Омском Прииргышьс: традиции и новации fi Этно-
графия Алтая и сопредельных территорий — 2023, — №11 — С. 154.

Журча Т. С,, Шерапюкива Е. А. Солярные праздники как преемственность традиций различных
культур // Вестник Тюменского государственного института культуры. — 2022 — Ns 2 (24). —
С. 53.

Там же

>. *
У 4

Хм
Е 4

>: <

s <

й *

Солнце понималось нашими предками как огненное божество, которое
борется за тепло с наступающей тьмой, иногда побеждает, а иногда
вынуждено временно отступить. И жаркий костёр наилучшим образом
помогал установить ритуальную связь с ним. Люди, ощущая единство с
солнцем, стремились помочь ему в борьбе с кромешной тьмой

Купальский костер нельзя было устраивать где угодно, для это-
го существовали специальные сакральные пространства, обязательно
находившиеся за пределами поселения, подальше от изб, от живого
человеческого жилья. Костёр зажигали на краю деревни, на выгонах
для скота, на развилках и перекрёстках дорог, границах сёл, около рек,
озер или прудов, на холмах, возле полей, на паровом поле, под большим
одиноким деревом и т. д.

Прямо на земле или на деревянном помосте — козлах — втыкали
длинную, до 10—15 м, жердь с поперечными перекладинами, на верху
которой закрепляли колесо (де1тярную бочку или корзину), И колесо, и
перекладины обматывали пучками соломы, затем все эго закладывалось
дровами и хворостом.

Делали это потому, что купальский костер был способен отгонять
ведьм, оборотней, русалок, колдунов, домовых, водяных и леших, однако
он же их сначала и приманивал.

// Соколов «Ночь на Ивана Kynaiy», 1856

? •

: ।

Костёр становился средоточием народного шумного праздника, а
вокруг него создавалось целое игровое пространство. Здесь сооружали
качели, ставили столы для общей трапезы, так объединяющей всех жи-
телей села. Здесь водили игровые хороводы и кружились в озорных пля-
сках, запевали песни. Участвовали в забавах в первую очередь молодые
люди, причём «иногда отмечался "дикий", бесовский характер купаль-
ских плясок»39. Было множество весёлых заигрышей для купальского
праздника: искали «клады», водили «Ручеёк», играли в салки и другие
оживлённые забавы с беготнёй, смехом и криками. Многие игры были
такими, что в них девушки и парни в определённые моменты обнима-
лись и целовались, при этом ревновать своих суженых, которые в игре
целуют другого, не было принято.

Также во многих играх присутствовал мотив соревновательности, в
основном для парней. Необходимо было одержать победу над другими
юношами, выполнить какие-то задания быстрее, лучше, проявить силу,
ловкость, смекалку. По характеристике Н. А.. Власкиной, соревнования
выступают как «ритуальный комплекс очищения и пропициации (уми-
лостивления)»40. В традициях донских казаков, в праздниках которых
присутствовала воинская составляющая, именно соревновательный мо-
тив оказался наиболее востребованным. Устраивали такие состязания,
как гонки на лодках, бег на длинные дистанции, перетягивание каната
и другие. Да и прыжки через костёр были соревнованием: кто выше,
ловчее, дальше!

По правилам одной из игр, проводимой в конце праздника, надо
было «гонять старуху»41. Старухой, как правило, наряжался один из
наиболее бойких парней или молодой мужик. Ряженого начинали звать
ведьмой, он разными способами пытался украсть огонь из костра, а все
присутствующие мешали его попыткам и весело гонялись за «старухой».

Оживление действий молодёжи, которая окружала костёр, словно
продолжало пламя, увеличивало его в размерах, делало сильнее и вме-
сте с ним защищало людей от напирающей на них в эту ночь нечисти.

Чтобы обмануть нечистую силу, купальский костёр разводили из
«живого» огня, то есть добытого прямо на месте древним способом —
трением. Делали это обычно старейшины, словно передавая свою муд-
рость, свои силы молодым, которые с замиранием сердца наблюдали
за ритуальным появлением огня, как только загоралось пламя, его

к !

КО;
й

*.<>.:

k<>';

to;

koj

с О;

Славянские древности: этнолингвистический словарь: в 5 т. Т 2 / под общ ред. II. И Толстого. —
М.: .Международные отношения, 1999. — С. 366.

Власкина Н А. Иванов день у донских казаков- хрононимы и ритуальные действия // Русская
старина. — 2021 — № 12(2). — С. 155.

Кибалко В. В., Литвинова .М. В. Традиционные основы и современные формы празднования дня
Ивана Купалы // Наука Культура Искусство: актуальные проблемы теории и практики: <Т>. мат.
всорос. науч -практ. конф . в Зт. Т 3. — Белгород: БГИИК 2020. — С. 262

подносили к старательно собранному всей деревней высокому костру.
Быстрее всего вспыхивал хлам, скопившийся во дворах за год. Славяне
верили, что вместе с деревянным хламом, старой, ветхой одеждой и
обувью сгорают горести и печали, боли и потери, неурядицы и несча-
стья, случившиеся в их жизни в течение прошедшего года. В костёр
бросали сорочку больного ребёнка, чтобы его хворь ушла искрами в
тёмное небо. Старьё и хлам занимались быстро, пылали ярко, и людям
казалось, что в небо летят не искры, а их проблемы, болезни и печали.

Купальскому огню вообще было принято приносить своего рода
жертвы. Очевидно, в дохристианские времена это делалось повсемест-
но и активно, а после принятия христианства стало происходить реже.
Один из жертвенных обычаев — сжигать в купальском костре белого
петуха12 — наблюдался дольше остальных. Впрочем, сжигание деревян-
ной рухляди, одежды больных и умерших людей, вообще старой и вет-
хой одежды — это тоже отголоски жертвенных обычаев. Наши предки
очеловечивали огонь, считали, что его следует хорошенько кормить,
питать, чтобы он стал добрее и сильнее, чтобы отдавал людям свою
солнечную мощь.

Центр костра обозначали каким-нибудь высоким ритуальным пред-
метом, зарытым в землю. Это было или дерево (помимо берёзы исполь-
зовались сосна, черноклён, верба, ель без макушки), или шест. Обяза-
тельно из земли должно было что-то торчать, поднимаясь повыше к не-
бесам. Костёр, запалённый вокруг шеста, становился конусообразным,
устремлённым в небо. Эта форма символизировала путь, по которому
солнце спускается па землю, чтобы её оплодотворить, наделить жиз-
нью, обеспечить урожай. На шест в центре костра насаживали дерево,
соломенное чучело, куклу Купалы или Купальницы, колесо, череп коня
или коровы.

Фигуру в центре костра можно считать образом Купалы. Кроме
того, Купала представал в обрядовых действах в разных обликах. Это
могла быть кукла, чучело, которое водружали на длинную палку и во-
дили вокруг хороводы. Чучело делали заранее, и, в отличие от Масле-
ницы, оно могло быть и женского, и мужского пола, что обозначалось с
помощью одежды13. Л. А. С.крябина и А. С. Мархель описывают обычай,
принятый в селе Преображенка Кемеровской области. Кукла Ивана
Купалы имела здесь мужской облик, что было «принято обозначать
фаллосом из моркови»44.

о:

so:
ко,!

ко

L...:

I
i

Г ;

tO)

Кибалко В В., Литвинова М. В. Традиционные основы и современные формы празднования дня
Ивана Купалы // Наука. Культура. Искусство: актуальные проблемы теории и практики: сб. мат.
всерос. науч.-практ. конф.: в Зт. Т. 3. — Белгород БП1ИК, 2020. — С. 260.

Капица Ф С. Таины славянских богов: мир древних славян, магические обряды и ритуалы, сла-
вянская мифология, христианские праздники и обряды. — М.: РИПОЛ классик, 2006. — С. 62.
Скрябина Л. А., Мархель А, С. Традиции праздника Иван Купала в селе Преображепка // Учёные
записки музея-заповедника «Томская Писаница». — 2015. — Na 2. — С. 138.

TO:

= _ jSW

о.<

:х
: я
Л

«>
<

к:

Й1

;О;

К. Лебедев <11очъ на Ивана Куполу», 1900-е гг.

После гуляний куклу или чучело Купалы сжигали, как делали это
с большинством предметов, используемых в ритуалах. Сжигание было
способом очиститься от всего старого, нечистого^ нездорового.

Иногда на шест прикрепляли колесо с торчащими в стороны спица-
ми, которое символизировало солнце. Как писал А. А. Потебня, «Солнце
пляшет, именно вертясь как жернов или колесо»43. Купала, возвышаю-

' Потебня Л Л Слови и миф, — М,: Правда. 1989. — С. 535.

Ч<.|

<Я|

;ч

: <

. *

:.з
я

щийся над людскими головами, участвующий в обрядах, должен был
подарить людям богатый урожай.

Важнейшим купальским обрядом было перепрыгивание через ко-
стёр, которое начиналось, когда вершина прогорала, падала и костёр
становился пологим, то есть нередко уже под утро. Если на верхушке
шеста был лошадиный или коровий череп, то его весело сбивали пал-
ками, чтобы он упал прямо в пламя. Сгорание черепа символизировало
победу над тёмными силами. В эту ночь молодёжь вообще постоянно
«шрала» с огнём, норовила влезть в него, не боясь обжечься. Обжига-
лись и правда редко: соприкасаясь с огнём, делали всё быстро, пламя
не успевало опалить.

> <
» я
»: *

Л. Каменев ^Костёр в лесу», 1876.

к я

>.♦

Прыжки через костёр были и весёлой, немного опасной Ифой
(Представьте, как радостно красные девицы и удалые парии, взявшись
за руки и поодиночке, перемахивали, разбежавшись, через пламяI), и са-
кральным, .магическим действием. Пламя, опасное, способное причинить
боль и ущерб, признавалось также очищающим началом, прогоняющим
нечистые силы, дающим людям природную мощь. Несколько связанных с
костром верований описывает А. А. Потебня, утверждающий: «...Купаль-
ские огни имеют отношение к урожаю»46. В одних местностях верили,

" Потебня А А Сливи и миф — М Правда- 1989 — С. 530.

что кто выше скачет через костер, у того самый обильный будет у этом
году урожай, самый высокий лен вырастет, самая сильная конопля и во-
обще — самый большой успех в предстоящем году. В других — разносят
по полям и огородам горящие факелы, бросают их в тем ноту, чтобы на-
секомые не портили посевы. В третьих — огонь разжигают на вершине
длинного шеста, чтобы, опять же. лучше и выше всё на поле росло47.
С урожаем костры связывал жар, исходивший от огня и делавший его
похожим на Солнце. Считали, что костёр соединяет в купальскую ночь
небо и землю.

Верили также, что прыжок через купальский костер очищает от хво-
ри, дарует здоровье. Поэтому прыгали все: и дети, и взрослые, и стари-
ки. Начинали юные девушки, затем прыгали все женщины детородного
возраста18, чтобы напитаться животворящей, плодотворной силой огня.
С малыми детьми, которые сами прыгнуть пока не могли, матери на
руках перемахивали через костёр. Женщина, у которой не получалось

Я Павлов *Ночъ под Ивана Купала*, 1911.

Потебни А А Сливо н миф — М.. Правда. 1989 — С 530

Кибалко В В,, Литвинова М. В. Традиционные неновы и современные формы празднования дня
Ивана Купалы // Наука. Культура. Искусство: актуальные проблемы теории и практики: сб. мат
всерос. Иауч.-Практ конф., в Зт Т 3. — Белгород. БГИИК. 2020. — С. 262

” ’ • - - ’ • - - .* * <* > -Ч -

35 у- -• -

? ।
№

к:

S
|о>

(ол

Ко*

ic ।

Ki,

Г
.'OJ

! ।

:o>
f>< I
H
FV>
<S

о*

(OS

забеременеть, прыгала через костёр в надежде понести в следующем году.
Она чаяла получить от купальского костра плодородную силу так, как сё
получали в этот праздник посевы. Поскольку считалось, что болезни и
бесплодие приносят злые духи, сглаз и порча, то люди хотели изничто-
жить всё это живым купальским пламенем в выйти из огня очищенными.

Перепрыгнуть через костёр надо было как можно более ловко,
высоко. Если же вдруг кто-то, перепрыгивая через огонь, спотыкался,
то это считалось очень плохой приметой. Жди тогда тяжёлой болезни.
Нехорошо было и ногой случайно разворотить костёр; тогда пойдут не-
лады в семье, ссоры да перебранки. Вообще к тем, кто неудачно прыгнул
через купальский огонь, получил ожоги, относились весьма насторожен-
но, допуская, что этот человек связан с колдовством, что ему помешала
перепрыгнуть чистота зажжённого на Ивана Купалу костра. Замечали и
тех, кто прыгать вообще не хочет, отказывается. Девушку такую могли
обозвать ведьмой, облить водой, отхлестать крапивой. Существовало по-
верье, что ведьма в купальскую ночь не может усидеть дома, её словно
тянет к костру, но когда она туда придёт, то прыгать не способна. Любо-
го, кто отказался или вообще не пришёл на гулянье, ждало осуждение.
Теперь к этому человеку будут по-особенному приглядываться. А ну как
это и в самом деле колдун шли ведьма?

От купальского костра зажигали факелы — шесты с укреплённой с
краю соломой, еловой веткой, тряпкой и др. Факел поднимали повыше
и бегали с ним окрест — по лугам, но холмам, вокруг засеянных нолей.

Это был охранительный обычай: верили, что купальский огонь
защитит всю округу и от нечисти с колдунами, и от вполне реальных
опасностей: неурожая, вредителей, сорняков, порчи. Также выхваты-
вали из огня тлеющие с одного края головешки, используя их с теми
же целями. Огонь на факелах и головешках становился, кроме того,
способом пугать девиц и заставить перепрыгнуть через костёр тех,
кто отказывался.

На купальский костёр возлагали также право проверки прочности
душевной связи между парнем и девушкой. Как пишет Е. В. Шпагина,
они «должны были перепрыгнуть через костёр, держась за руки. Если
же они отпускали друг друга, значит, им суждено было расстаться»'19.
Это тоже было своеобразным способом гадания.

Гадания самого разного типа были в купальскую ночь распростра-
нены потому, что люди верили: приоткрывается завеса между' мирами.
Это сулит опасность, диктует необходимость противостоять нечисти,

= 01
=

у
to J
toi

Г
ко;

г •:

** Шпагина E. В Мотины плодородия и жизни как составляющие праздника Ивана Купала //
Проблемы единства славянского мира: исторический, кул!>турпый и языковой аспекты: сб ст.
XII регион, науч. чт. — .Майкоп. Материн О Г.. 2019 — С. 28Ь.

; i

Зб\ий£и
-л -л ш л •. к » - Л

готовой хлынуть в «этот» мир. но одновременно открывает большие
возможности, в первую очередь —- увидеть будущее.

Зола купальского
костра, пепел, огарки,
угли, головешки счита-
лись лечебными, цели-
тельными. Золу соби-
рали и потом в тече-
ние года использовали
для врачевания. Пепел
и угли разбрасывали
по огородам, полям и
грядкам, прикапывали
в углах участков, что-
бы помогали они земле

Зила и угли от купальского костра.

лучше родить. Несли угольки и в дом, чтобы от них распалить в печи новый,
«живой» огонь. Через отгоревший, остывающий костёр поутру перегоняли
скот, тоже для здоровья. Животные, конечно, огня боялись, поэтому неред-
ко делали замену костру: насыпали большую гору крапивы или колючих
веток шиповника и перегоняли скот через нее.

Немудрено, что крапиву почитали заменой огня, ведь она тоже
очень жзучая, особенно в начале лета, когда вся зелень полна свежих
летних соков.

Сушки дикорастущих трав.

Для охраны жилья и построек от нечистой силы на Ивана Куналу
крапиву раскладывали под окнами и в стойлах, чтобы не ходили по из-
бам и окопным дворам ведьмы да упыри, не вредили людям и живогине.

► >

, <

»: <
«

й'<

iy
;<
а
<
а

й!

К <
Ч *
<.*

IS
a
a
i

»♦

+
<
♦
<

Использовали пучок крапивы как веник, веря, что выметают им из жилища
не просто мусор, но и порчу, нанесённое людьми вольно и невольно зло.

♦

Л. Гине ^Лесной пейзаж с шером в лунном свете*, 1877.

Вода в купальскую ночь становилась второй стихией, которая вме-
сте с огнём охраняла людей. Это объясняется смыслом праздника, ведь
«стихия воды участвует во всех календарных и семейных обрядах, свя-
занных с идеей рождения, смерти и возрождения»50. В эту ночь вода
считалась целебной, волшебной, чистой. Ритуальные омовения ио время
купальской ночи прекрасно сочетались с крещением как омовением,
поэтому день Иоанна Крестителя легко вошёл в единство с древними
народными купальскими традициями.

Купаться после Ивана Купалы разрешалось не просто так: люди
верили, что, хорошенько порезвившись в эту ночь, вся водяная нечисть
покидает водоёмы и уходит до Ильина дня (в начале августа). Уходила,
отступала во многом благодаря тому, что люди ей в купальскую ночь
правильно противостояли, напугали и прогнали ведьм, колдунов, леших,
водяных. Вот и разрешалось купаться в реках и озёрах исключительно

л Подколзини Е. В Концепт «вода» в малых фольклорных жанрах славянских народны // Интел-
лектуальный потенциал XXI века, ступени познания. — 2011. — №5—1. — С. 129.

►Я
г*

1^1

*'>

ку

й?

!£J

- й£-»»« - . ............

►5я

между этими праздниками, чтобы не уволокли на дно водяные, не за-
щекотали до смерти русалки.

К *
О
X <
::
>. «

:«

к.

К. Трутовский ♦ Воскресенье*, 1878.

4
Л.

С полуночи до рассвета купальская вода, избавившаяся от нечистой
силы, считалась особенно полезной, целебной, даже «живой». Каждый в
эти часы старался окунуться: в речке, в озере или пруду. Если в окрест-
ности не было водоёма, то шли в баню. Затапливали баню и накануне,
но в неё шли в основном люди постарше. Молодёжь обливалась водой,
окатывала друг друга и прохожих из вёдер.

Однако не только молодёжь занималась обливанием. Т. Н. Золотова
описывает такой народный обычай, распространённый в Омском При-
иртышье. Замужние женщины собирались вместе и шли во двор одной
из молодух (то есть женщины, которая замужем меньше года). Пригла-
шали ту выйти во двор и с ног до головы окатывали её водой, а затем
уже все вместе отправлялись «купать» остальных поселян5’.

Согласия на обливания, как пишут Т. В. Махрачева и М. А Шлы-
кова, анализируя купальские обычаи Тамбовской области, не тре-
бовалось; для тех, кто был против, они проводились принудительно,
сопровождаясь шумом и смехом, причём для людей любого возраста.

11 Золотова Т Н. Праздник Ивана Купалы в Омском Прииртышье: традиции н новации // Этно-
графия Алтая и сопредельных территорий. — 2023 — № 11 — С. 152

<g«

•4i

JO:
*

Говорили: «Как подойдёт Иван Купала, так купай кого попало» Основ-
ными инициаторами весёлых обливаний были, конечно, молодые люди.
В веселые ритуальные действия при этом был заложен важный для се-
лян мотив вызывания дождя, необходимого для полевых работ, в связи
с чем на Тамбовщине существовало выражение «накупать дождь», то
есть заслужить, вызвать его благодаря купанию52. Купания, обливания,
затаскивание прохожих в ближайший водоём и другие подобные «вод-
ные» ритуалы были на Ивана Купалу во многих местностях одним из
способов вызывания дождя, который к концу июня всегда был нужен
для хорошего урожая, но не всегда шёл вовремя^3.

Летний дождь.

Окатывали водой не только людей. Если у компании на пути попада-
лась собака или кошка, доставалось и им, поскольку верили, что в этом
облике в Иванов день может скрываться ведьма или колдун.

Исследователи отмечают, что и в современной культуре можно
встретить традиции обливания на Ивана Купалу. Например, в Новоси-
бирске в этот день и в наше время «есть вероятность, что... обольют

Молрачева Г. В.. Шлыкова М. А Ими Купала в Тамбовский области // Живая старина. — 2021) —
Ne 4 ИОН) —С 16

" Золотова Т Н. Праздник Ивана Купалы в Омском Прииртышье традиции и новации // Этно-
графия Ал гая и сопредельных территорий — 2023. — N? 11. — С. 154

> ♦

> <
х«

-д’5- ~ ~

водой без всяких предупреждений — на улице, в городском транспорте,
собственном авто»34. Традиция обливания оказалась одной из самых
крепких из существующих в структуре праздника, что подкрепляется и
самим названием «Иван Купала».

Один из связанных с водой ритуалов описывает Л. А, Чёрная. До
восхода солнца в день Ивана Купалы нужно было набрать воды и при-
нести её без единого слова домой. Такая вода называлась «немой». По
народным поверьям, опа «обладала особой силой: ею поили больных,
кропили скот, утлы дома, амбары и т. п.»“.

Особое значение в проведении очистительного водного обряда имел
рассвет. Попрыгав через костёр, люди на рассвете совершали ритуаль-
ное омовение — купались в проточной воде, смывая с себя пот, копоть
и (рехи. Получалось двойное очищение: огнём и водой.

П. Суходольский *Утро>, 1890.

44 Васеха М В День Ивана Купалы в Новосибирск)* праздник между «городом* и «деревней» //
Вестник антропологии. — 2022, — N» 1. — С 70.

* Черная Л. А, Антропологический код древнерусский кульгуры // Культурология — 2015. —
№3(74). — С. 78
Из всех вод, которые давала природа, самой целебной, наделённой
природной силой считалась роса. Не случайно и сейчас есть поговорка:
«Все мы растём под красным солнышком, на Божьей росе». На Ивана
Купалу умывались утренней росой для здоровья и красоты, ходили по
ней босиком. На покрытой росой траве расстилали рубаху, а потом на-
девали на себя, чтобы пропитаться целительной свежей влагой. Дома
рубаху выжимали, собирали росу и окропляли ею стены и всё вокруг,
надеясь изгнать этой чистой купальской водой злых духов. Использова-
ли купальскую росу «для увеличения надоев молока и в других магиче-
ских целях»36.

%
1Х>’

Роса на траве.

«У

Родители отправляли детей в огород умываться росой, которая соби-
ралась к утру на капустных листьях, при этом приговаривали: «Нынче
Иван Купала, ступай вон в капусту, умывайси»57. Умывание детей це-
лебной купальской росой должно было избавить их от болезней в пред-
стоящий год. Совсем слабых, болеющих детей обёртывали в простыню,
пропитанную росой.

* Слйвянские древности, этнолингвистический словарь: в 5 т. Т. 2/под общ ред Н И Толстого.—
М.. Международные отношения, 1999. — С. 365.

Махрачева Т. U.. Шлыкова М А Иван Купала в Тамбовской области // Живая старина. — 2020, —
№4(108). — С 17

?=
и

I*
:<

у*

На Дону записан обычаи утром после купальской ночи искупать в
росе не только детей, по и скотину. Здесь говорили: «Надо выгнать до
рассвета скот в этот праздник, чтоб 61>1Л здоровым»1*.

Росу использовали при глазных болезнях, закапывали в глаза, про-
тирали их и умывались росой. Собрав купальскую росу, её применяли
для закапывания и протираний и какое-то время после праздника, пока
не закончится запас. Иногда такую росу называли «капустные слезки»59,
потому что сливали её в ёмкость с капустных листьев, где влаги поутру
было особенно много.

Летний ненок на шесте.

Обладающим охранительными свойствами считался купальский
венок. Как пишет А. А. Потебня, на Руси был обычай на Ивана Купалу
доить через него коров, чтобы прогнать всю нечисть, которая может за-
бирать молоко у коров, например русалок4' Венок почитали как оберег,
который своей круглой формой символизировал бесконечность жизни.

Помимо купальского костра и воды, охранительными силами, как
считали славяне, обладали громкие звуки. Все действия на Ивана Ку-
палу сопровождались звучными криками, оглушительной стрельбой из
самопалов, ударами бичей по земле, звоном колоколов, громкими пес-
нями-заклинаниями. весёлым смехом и т. п. Музыканты били в бубны,

>:«
х +

>• <
х <
» *

«а

Власкина Н.А Иванов день у донских казаков; хрононимы и ритуальные* действия // Русская
старина. — 2021. — Na 12(2). — С. 159.

Там же

Питебнн А А. Слово и миф — М. Прайм 1989 —С. 520 - 521
о

8*
'<>?

ГО>

о,

ГО’
’S)

Я’

О’

&
ГО’

изо всех сил дули в дудочки-сопелки. Иван Купала — очень громкий
праздник, на котором песни, крики, свист, визг и другие звуки должны
вместе с огнём и водой хорошенько напугать и прогнать нечисгую силу,
защитив людей от её происков.

Охранительные свойства были присущи и самим веселью и радо-
сти, которые сопровождали все купальские традиции. День накануне
Ивана Купалы, купальскую ночь, купальское утро следовало провести
в весёлых, смелых, бодрых, громких действиях. Это словно защищало
людей каким-то покровом, схожим с магическим крутом и не пропуска-
ющим внутрь зла, исходящего от нечистой силы. Само солнце в этот
день купается, радуется, веселится, пляшет61, поэтому людям следует де-
лать то же самое. Грустить и печалиться на Ивана Купалу запрещалось,
причём не какими-то зафиксированными запретами, а самыми важ-
ными и действенными — народными, исходящими из традиций. Если
кто-то грустил, то ему говори,ли: «Не печалься, а то долго от тоски не
избавишься!» — и, конечно, старались развеселить, вовлечь в какую-то
весёлую, яркую забаву.

Охранительным действием было также то, что основную массу
предметов, которые использовались в купальских ритуалах (венки, буке-
ты, шесты, чучела Куналы и ведьм и др.), люди наутро старались унич-
тожить: или бросали в костёр либо в канаву, присыпая сверху землёй,
или разрывали на кусочки. Верили, что вместе с предметами исчезает
нечистая сила, а значит, менее опасным становится мир вокруг.

<>•

О1

ГО’

V--

ГО'

о>

ГО

61 Аниконопа Т. Г, История праздников: учебное пособие в 2 ч. Ч. 1. — Белгород: Изд во БГИКИ,
20U9. — С. Ы.

ГО)М^^||||

’ гогоТс го

кол

ЧУДОДЕЙСТВЕННЫЕ

РАСТЕНИЯ jjjg/

НА ИВАНА КУПАЛУ

«Дикий бурьян чернел кругом и глушил всё
своею густотою. Но вот блеснула на небе
зарница, и перед ним показалась целая гря-
да цветов, всё чудных, всё невиданных; тут
же и простые листья папоротника. <...>
Глядь, краснеет маленькая цветочная почка
и, как будто живая, движется. В самом деле,
чудно! Движется и становится всё больше,
больше и краснеет, как горячий уголь. Вспых-
нула звёздочка, что-то тихо затрещало, и
цветок развернулся перед его очами, словно
пламя, осветив и другие около себя#.

II Гоголь «Вечер накануне
Ивана Купала».

Н Кузнецов «В праздник#, 1879.

Природная сущность праздника Ивана Купалы проявилась в пред-
ставлениях о наличии чудодейственной силы у трав, цветов, кореньев,
кустов, древесных веток. Наши предки одухотворяли и одушевляли мир

'и

природы, растений и животных. Они верили, что каждая зверушка, ка-
ждая травка имеет в структуре мира какой-то смысл.

На Ивана Куналу на первый план выходили растения, поскольку их
мир. их бурный рост и цветение символизировали в эту пору жизнь,
выступали той силой, которая способна противостоять вселенскому
злу, тьме и смерти. Люди накручивали зелень на рога коровам, плели
для себя венки, прикрепляли на одежду и головные уборы маленькие
букетики грав и цветов, украшали зеленью жилища и постройки как
снаружи, так и внутри; и явно, и тайно, пряча травки в щели, под кры-
шу, за окна и двери.

И. Левитан ^Папоротники у воды», 1895.

В наибольшей степени ассоциируется с купальской ночью папорот-
ник, «волшебное» растение, которое «считали дьявольским и вместе с
тем чудесным зельем»68. По преданию, папоротник цветёт только в эту
ночь в продолжение нескольких секунд или минут, давая три цветка.
Цветы горят в темноте самой короткой в году ночи, по разным преда-

я Славянские древности: ггнолингвистическия словарь: в 5 т. Т. 2 / под общ. ред Н. И Толстого. —
М Международные отношения, 1999 — С 365

L '"•'w

ниям, как огонь или как искорки. Многие хотят их сорвать, ведь тогда
они обретут невероятную силу, смогут находить спрятанные в земле
клады, или начнут понимать язык животных и птиц, или смогут испол-
нить заветное желание, а возможно, станут чародеями или научатся
делаться по своей воле невидимыми. Предания о силе, которую имеет
цветок папоротника, в разных местностях разнились'А но это всегда
были какие-то невероятные свойства.

Папоротник.

Получить цветы папоротника были непросто, их «охраняет нечистая
сила, поэтому часто ушедшие в лес за этим цветком погибают»*. Того,
кто отправился в полночь за цветком папоротника, будут отвлекать го-
лоса живых и умерших родственников, уводить в сторону удивительные
явления; его станет пугать леший и другая нечисть; его тропу будут
всячески путать, чтобы увести смельчака в чатцу и заставить пропасть
там бесследно.

Для защиты от нечисти человеку, нашедшему цветок папоротника,
следует «очертить вокруг себя магический круг, сесть внузри него и не
выходить, как бы ни путала нечистая сила»65. Сидеть так следовало до
первого луча солнца, когда нечисть утратит свою силу, а потом надо
было уйти из леса и ни в коем случае не оглядываться, иначе — неми-
нуемая смерть. Во множестве легенд и сказок рассказывается о людях,
которые соблюли или нарушили такие запреты и судьба которых сло-
жилась по-разному.

Шпагина Е. В. Мслтгаы плодородия и жизни как составляющие праздника Ивана Купала //
Проблемы единства славянского мира' исторический, культурный и языковой аспекты- сб. ст.
XII регион, науч. чз. — Майкоп. Магарин О. Г, 2019. — С. 286

Маслова В. А. Архетип природы как модель мировосприятия // Вестник Российского унинерси1
тета дружбы народов. Серия- Теория языка. Семиотика. Семантика. — 2013 — №1 — С. 9.

Левкиевская Е Е Мифы и легенды восточных славян — М.. Детская литераз-ура, 2010. — С 56
Нечистая сила не просто сторожила клады, чтобы люди их, рас-
крывшиеся в купальскую ночь, не забрали; «клады служили особой
приманкой, на которую нечисть ловила людей»*’6. Это означало, что
уйти от зловредных нелюдей живым, здоровым и с богатством удаётся
немногим, что и подтверждается в легендах, сказах, преданиях.

В. Прушковский * В купалы кую ночь* (или ^Цветок
папоротника*), 1875.

“ Соклахопа Е В. День Ивана Купалы // Переломные моменты истории люди, события, исследо-
вания К 350-летию со дня рождения Петра Великого; мат. междунар, науч. конф, в 3 т Т 3 /
под ред. С И. Бугашева. 1О В Ватолиной, А. С. Минина. — СПб. СПбГУПТД 2022 — С. 596
:e^veaK4S-№MMMrwif^w*M4K%ir-M4t4MnMrK4f^^K-w4K4^fi^Mv*inK4$-iK>4S4niFW,4rw*w^

Л. Н. Виноградова находит в полесских преданиях несколько вариан-
тов судьбы, которая ждёт человека, отправившегося в купальскую ночь за
цветком папоротника. Конечно, все стремятся к тому, чтобы найти его,
обхитрив нечистую силу, и стагь богатым, счастливым, знающим. Но по-
рой поход за папоротниковым цветком заканчивается и по-другому: чело-
век, стремившийся за цветком и вот-вот готовый сорвать его, остаётся ни
с чем; либо он обретает цветок случайно, наступив на пего или поменяв-
шись обувью с чёртом"7. В полесских легендах, как и в других славянских
преданиях, охота за цветком папоротника выступает как увлекательное
приключение, иногда весьма страшное, потому что приходится вступать
н противостояние с нечистой силой, но чаще всего не вредящее человеку
непоправимо. Герой остаётся жив, а с цветком он или без, с удачей или
нет, может зависеть и от него самого, и от судьбы, обстоятельств.

И. Шишкин <Цветы на опушке», 1892.

Помимо папоротника, в ночь на Ивана Купалу стремились найти и
собрать множество трав, веток и корней:

— разрыв-траву, с помощью которой, как верили, можно было
открыть любые кандалы и замки, разорвать любое железо на мелкие
кусочки;

Виноградова Л. Н. Малоизвестные париаиты полесских поверий о нпетепин папоритника // Artd
Linqulstica Petropolitnna. Труды Института лингвистических исследований — 2017 — T 13. —
№2. - С 41.

Г Л Ж-Ж X Ж Ж-Ж '?гЛ ЖЖ Ж ЖЖ Я-ЖЛ-И ж ж ж ж жг 4Q >х ж ж ж ж ж ж ж ж ж ж ЖЖ Ж Ж Ж-Ж Ж-ЖЖ Ж. Ж
ft1
|'<л

ft?

HOI
г>к

[>«□
ГОЧ

[О ч

Коч

(о)
ЙЯ

ft’

IO)

— плакун-траву (дербенник), прогоняющую злых духов и вселяю-
щую в человека уверенность;

— терлыч-траву — приворотную, с помощью которой девушка мог-
ла приворожить любого парня, приговаривая: «Терлыч, терлыч, хлопцев
покличь!»;

— чернобыльник, или чернобыль-граву, охраняющую двор и хозя-
ина от ведовских чар;

— петров крест, корень которого, найденный на Ивана Купалу, де-
лал удачным любое начинание, избавлял от болезней и врагов, берёг от
внезапной смерти;

— чертогон, используемый для защиты от нечистой силы и колду-
нов. для изгнания из дома чертей;

— зяблицу, которую, вымочив сначала в молоке, применяли как
средство от ребячьего крика, от неспокойного младенческого спа;

— расперстьице — траву, почитаемую как средство для лечения
кожных болезней: нарывов, порезов, опухолей;

— девясил, используемый при смешивании с ладаном в обряде при-
ворота, а также ценимый как средство от всех болезней;

— богородскую траву (чабрец), с помощью которой окуривали избу
и скотину от нечисти, на которой гадали, вставляя в венки из неё заж-
жённые лучинки и свечки;

— травку с названием мария-Магдалина, которая, собранная на Ива-
на Купалу, по преданиям, защищала от тоски;

— болиголов (головную, или лютую, траву), которая помогала от
головной боли, но была ядовитой, однако именно на Ивана Купалу из-
бавлялась от своего «яда», уходившего в корень;

— богатку (богатипку), которую в купальскую ночь использовали
для гаданий, втыкая в стену жилища по цветку для каждого члена се-
мьи, или развешивая на стенки пучки травы, или раскладывая их на
потолочной балке, а потом наблюдая, чья трава наутро распустится, а
чья — быстрее всех завянет;

— купаленку, которую, засушив, применяли как средство от всех
напастей, использовали в девичьих гаданиях, а также при лечении скота;

— арарат-траву, дающую власть над нечистой силой, помогающую
добывать волшебные растения;

— перелёт-траву, исполняющую все желания нашедшего её чело-
века;

— одолень-траву (кувшинку), помогающую преодолеть все препят-
ствия, а ещё лечащую зубную боль и отравления;

— мяту, которая на Иванов день была способна усилить ум чело-
века;

, о; oXo*ОДО so? О/ о £ О...<> • О,

(О)

С.О)
1 g.O

л-е ’ ** r
> Ai - a. di di л

.я
<

— крапиву, которая, будучи сорванной на рассвете дня Ивана Ку-
палы, обретала способность защищать от зла и наделять человека жиз-
ценной энергией;

— изгон-траву, помогающую при разных заболеваниях, а сорванная
на Ивана Купалу обретала колдовскую силу;

— чертополох, который защищал дом и хлев от ведьм и прочей не-
чисти, а ещё использовался в гаданиях;

— трипутник (подорожник), с помощью которого девушки гадали
положив траву под подушку и прося её показать во сне суженого;

— барвинок, который вплетали в венки и гадали на суженого, на
будущую семейную жизнь;

— зверобой, который считали не только целебным, но и прогоняю
щим нечисть, подобно солнечному свету;

— полынь, растение с сильным запахом, который, наверное, и дол-
жен был отпугнуть нечисть. Полынь раскладывали дома, ею окуривали
постройки, ею опоясывались и мужчины, и женщины, носили её с собой
как оберег от русалок и ведьм®8.

Кувшинки на водной глади.

" Славянские древности, этнолингвистический словарь, в 5 т. Т. 2 / иод общ род. 11 И Толстого. —

М Международные отношения, 1999 — С 364
«

$
«

>: *
8,3
:::

Особой силой наделялись в купальскую ночь растения с сильными
запахами, а также колючие и решетчатые {напоминающие по форме
решётки). Собирали ветви колючих кустарников, крапиву, полынь, ди-
кий чеснок. В. Б. Колосова пишет, что колючесть и решетчатость расте-
ний одинаково используются в качестве оберегов от нечистой силы64.
Целая группа цветов и трав, «как жгучие растения, так и растения, об-
ладающие шипами и колючками, а также резким запахом и вкусом»'0,
были наделены в народном восприятии качествами оберегов. Люди
верили, что нечисть их не любит, боится, что эти растения прогонят
ведьм, русалок и леших, не пустят на порог дома упырей и колдунов,
помешают им навредить детям и посевам.

♦

>:.«

»: *

; л
*

»: <

>! л

Ф Сычков чСбор трав*, 1929.

Многообразие трав, ко-
реньев, цветов, которые соби-
рались в день Ивана Купалы,
послужили появлению у празд-
ника множества говорящих об
этом народных названий: Иван
Травник, Иван Цветной, Иван
Лопушник и др

С некоторыми из этих про-
стых или волшебных грав было
связано какое-то предание.
Так, считали, что разрыв-трава,
как и папоротник, распуска-
ется ровно в полночь, а потом
цветёт, испуская свет, не более
пяти минут. Надо успеть уви-
деть этот свет во тьме леса и
схватить траву. Верили, что пе-
релёт-трава не сидит в лесу на
одном месте, а порхает мотыль-
ком, сияя радужным цветом и
светясь в темноте, словно звёз-
дочка. Многие травы просто
собирали на Ивана Куналу, и
только в этом случае они счита-
лись выполняющими свои ле-
чебные и защитные действия.

*2
г*

•г<

*: <

Колосова В Б Лексика И с нчвилика народной ботаники ВОСТОЧНЫХ СЛавЯН; На общеславянском
фоне, этнолингвистический аспект автпрсф дис. .. канл филол наук: 10.02.03 — М.. 2003. —
С. 22
Там же.

»;л
я

♦
<

♦

X I
хк

f. Волков ^Цветущий луг», 1880.

>: «

: .я

* !1

• .

Было особое время для сбора трав: полночь, заутреня и обедня.
Самым лучшим временем, когда травы в наибольшей степени обретали
свои чудесные силы, считалась заутреня — промежуток на рассвете
24 июня, когда уже светает, а солнце ещё не взошло. Те растения, кото-
рые не успело озарить солнышко, считались самыми целебными. Вери-
ли: «именно в это магическое время каждая травка просит сорвать её и
сама раскрывает свою целебную силу»71 *. В других местах травы считали
целебными, именно когда солнышко уже выглядывало, потому что оно
купалось в росе, выпавшей на граве.

Целебные силы травы и росы могли на Ивана Купалу объединять-
ся, увеличиваться, что использовали в Омском Прииртышье. Здесь
«целебные травы собирали на Аграфену и раскладывали в огородах, на
борозды “под Иванову росу", чтобы они усилили свою лечебную силу»73.

та

X +

X Я
К я

Славянские древности: этнолингвистический словары в5т. Т 2 / под общ ред. Н И Толстого. —

М.. Международные отношения, 1999. — С 364.

Золотина Т. Н. Праздник Ивана Купалы в Омском Прииртышье традиции и новации // Этно-
графия Алтая и сопредельных территорий. — 2023 — N° 11 — С 152.

1 I

а
:<я

£
&

Сортировка дикорастущих трав.

Собирание трав было целым искусством, передававшимся из по-
коления в поколение в основном по женской линии Для многих трав
существовали свои особые приемы выкапывания и отделения от корня.
К примеру, одолень-траву следовало вытягивать из земли полностью,
вместе с корнем, при этом нельзя было срывать или отрезать. При сборе
всех трав надо было следить, чтобы на траву не падала тень. Корень из
земли следовало вытягивать по солнцу, а не против Hei*o и т. п. При этом
сборщик травы должен быть чистым.

Собирая траву, наши бабушки не молчали. В одних местах пели,
в других — надо было произносить определенные молитвы, которые
больше походили на древние заговоры. В молитвах почтительно обра-
щались к матушке-земле, прося у неё благословения и разрешения на
пользование дарами природы, а также вознося благодарности за эти
дары. Как отмечает А. Б. Ипполитова, в молитвах-заговорах на сбор
трав содержались: мотив сотворения мира, обращение к траве за бла-
гословением на сбор (с мотивом происхождения гравы от земли и от
неба), обращение к матери-земле за благословением на сбор и другие
мотивы73. Приведём отрывок из такого заговора:

А ты еси трава от земного столпа, от животворящего креста, от
Бога трава, от земли Земля, ты еси мати, благослови плода твоего взя-
та и стояти праведного солнца для моего подобья. К чему мне надобно,
к тому я и рву ее74.

” Игитлитииа А. Б иМолнтвы к собиранию грав и наставление, как рвать гравы* в рукописном
сборнике М. Вгльякпва 1890-х гт ft Вестник РГГУ Сория. История Филология. Культурология.
Востоковедение. — 2017. — N» 10-2 |31). — С 205.

м Тач же С 212.

। w - -T * ’ - * <n л-. -. * -.

A- _ X - :* W A--- W «Wii «> %-*:> wt.
-----------. . - - * * * « - * - .

Сбор трав в купальскую ночь не приветствовался церковью. Свя-
щенники считали, что травы собирают только ведьмы и делают это не
для лечения, а «на пагубу человекам и скотам»7’, для колдовских риту-
алов. Но купальские травы всё равно собирали, передавая описания их
целебных и чудодейных свойств из поколения в поколение.

Наши предки прекрасно понимали, что, собирая травы, обращают-
ся к древним языческим силам, которые христианской религией не
признаются, но от связи с которыми они не в силах отказаться. Поэто-
му старались собранные и подсушенные цветы, травы, коренья освятить
в церкви.

Хранить собранные на Ивана Куналу травы надо было в особенных
местах. Это часто делали в пограничном пространстве, где, по представ-
лениям наших предков, сходились вместе «тот» и «этот» свет, мир людей
и духов. Это в первую очередь место у входа в дом, под порогом — между
внешним и внутренним мирами. Пограничными местами считали также

трубу и домашнюю печь, окна
и плинтусы, рядом с которыми
или в которые тоже склады-
вали высушенные травы-обе-
реги. Купальские травы, сло-
женные в «опасных» местах,
защищали дом от злых чар и
нечистых сил.

Купальские травы в виде
букетов, веников и венков ис-
пользовали в гаданиях. Зна-
чение имело количество грав
в венке или букете. Чаще все-
го полагалось использовать
12 трав или 24. Е. В. Шпаги-
на отмечает, что существо-
вал «мотив сбора на рассвете
12 видов полевых цветов для
ритуального венка, который
в дальнейшем венчал голо-
ву девушки в течение всего
дня и использовался для гада-
ния»7”. В состав 12 трав входи-
ли листья папоротника, цветы

Неизвестный художник «Девушка и венке
из васильков», первом половина XIX в.

’* Левкиевскам £ £. Мифы и леденды восточных славян. — М.: Детская литература. 2010 — С. 56,

* Шпагина Е. В Могилы плодородия и жизни как составляющие праздника Ивана Купала //

11роблемы единства славянского мира исторический, культурный и языковой аспекты сб. ст
ХП регион, науч. чт. — Майкон; Материн О. Г, 2019 — С 284
>: *

*Ж

Сушение трав над пространством печи в русской избе.

чертополоха, богатинка, трипутник, барвинок, полынь и др. Число 12
считалось очень важным, хотя сам набор немного отличался в разных
местностях и у разных селянок. Девушка могла подобрать травы инди-
видуально, выбрав их именно для себя с учётом тех свойств, которыми
наделяла их народная магия: «...Полынь служила защитой от злых духов,
базилик разжигал страсть, лаванда привносила в жизнь гармонию, роза
дарила счастье в семейной жизни, винотрадная лоза прочила беремен-
ность и т. д.»;7. Девушки старательно собирали и заплетали веночек
только для себя, поэтому одинаковых купальских венков не было. Ярко-
оранжевые бархатцы, алую кисть калины, лазоревые васильки вплетали
в знак верности и красоты, маки в венке краснели как символ любви,
усики хмеля добавляли, чтобы рассказать, что сердечко тоскует, рвётся
соединиться с любимым, а любисток и незабудки о верности говорили.
Каждый цветок, каждая травинка своё значение имели.

Для гадания использовались не только венки, но и «косы», зави-
тые из веточек берёзы и цветов. «Коса» символизировала девушку и
ее судьбу, ведь все девушки до брака носили длинные красивые косы.

тт

Шлагини Е. В Мотивы плодородия и жизни как составляющие праздника Ивана Купала // Про-
блемы единства славянского мир<> исторический, культурный и языковой аспекты: сб. ст. ХП
регион науч. чт. — Майкоп Материи О Г., 2019 — С 285.

Г Эгжж ж ж-жж -ж ж. «я ж жж жж ж ж ж ж жж «Г RA 1ж жж ж ж-жж ж ж жж жжя ж жж ж-жж ж ж
- - Ц$И»54ййЭДЧЛЧйгйм<53йи;$4₽»Зй#%мйЗюЗД1Ы^^

<
<

€

Её опускали в воду и тоже следили, утонет или нет, в какую сторону
поплывёт78.

Возле реки гадали также на двух ромашках. Одна обозначала девуш-
ку, а вторая — парня. Цветы рядышком пускали по реке и наблюдали
за ними. Если плывут поблизости, далеко не расходятся, то быть паре
вместе, а если направились в разные стороны, то нет.

♦

►

♦

И Соколов «Гадание на венках о замужестве*, 1860.

> 4

»' Я

»: ♦

> *

»<

Венок из трав можно было пустить на рассвете по реке, загадав
желание, узнать что-то о жизни в будущем году, а можно было прине-
сти домой и забросить па крышу или повесить над дверью, чтобы он
защищал весь дом в течение года. Когда кто-то в семье заболеет, хозяйка
подойдёт к висящему над дверью венку и отломает от него несколько ве-
точек, чтобы бросить их в чай болеющему^' и дать ему важную защиту,
исходящую от сильной па Ивана Купалу природы. А когда через год от
купальского веночка останется только сухой остов, его бросят в костёр,
а на его место повесят новый — со свежими, полными купальской силы
травами и цветами.

.О?

Золотова Т.Н Пратдни*. Ивана Кумолы и Омским Прииртышье: традиции и нивации // Этпсь
графим Алтая и сопредельных территорий. — 2023. — N® 11 — С, 152

ж Ссжлакова Е. В. День Ивана Купалы // Переломные моменты истории: люди, события исследо-
вания К 350-лотмю со дня рождения Петра Великого: мат. междунар науч конф, в 3 т. T. 3 /
под ред. С. И. Бугашева, Ю В Ватолиной, А. С. Минина. — СПб.. СПбГУПТД, 2022. — С. 597.

к:
ж ж. ’ж ж ж ж ж ж. ж. ж. ж. ж 'ж 'ж ж ж ж ж ж ж жж ж ж ж ж. ж ж ж. ж -ж ж. ж жж ж ж ж жж. ж- ж ж ж .
J!?'••’J! J ’1! • •1 ’ 1 ’1' 1ч ! 14F'’’’ 1 ЧП '.!• ’•!• Ч 1 • J • ’11 I” 11 i ' Г444 11 ” Г ' • 1 Ч””| • • ’ и 1 — • 1 |, • f ! ! JI • i 41 1' ’ 1 'Г; ’' 4F’ 'I 1 ’ ’ П1 ’1 ’' '1 ’ 1 * - ' Ч ' Ч I 1 «гТ»"

►У

Венок из луговых трав, спущенный на воду.

Иногда венок забрасывала на крышу девушка, которая в этом году
не хотела выходить замуж, решила ещё годик посидеть дома, с отцом и
матерью00. Такой обычай существовал у донских казачек, которые были
более самостоятельными и независимыми.

В Омском Прииртышье существовало гадание на колосках. Девуш-
ка должна была, загадав желание, ночью выйти из дома и в одиночку,
не проронив пи слова, сходить в поле за колоском. Сорвав колосок, опа
прятала его за пазуху или вставляла в волосы, а затем шла домой. Дома
колосок внимательно рассматривали. Если он был распустившимся, то
желание сбудется4”.

Люди искали знаков в каждой веточке зелени, в каждом листике и
колоске. Опи верили, что природа в этот день хочет говорить с ними,
готова делиться своими тайнами и раскрывать загадки.

" Власкина Н А. Иванов день у донских казаков, хрипонимы и ритуальные действия // Русская
старина — 2021. — Np 12(2] — С 162.

•' Золотова Т Н Праздник Ивана Купалы в Омском Прииртышье- традиции и новации // Этно-
графия Алтая и Сопредельных территорий. — 2023 — № 11 — С. 153.
EjF*W it ж «ж ж иг w Mf'ir жй*1!г ягмгжАЙ МЙ жж1 й й иг IwT^frww1 Wlf МиИЬЙЙ1 ftft ft jit ft ft« ft!

КУПАЛЬСКАЯ БЕРЕЗА -
ЛЕСНАЯ КРАСАВИЦА
ДА ЦЕЛИТЕЛЬНИЦ А

Береза в летней роще.

Чуть солнце пригрело откосы
И стало в лесу потеплей,
Берёза зелёные косы
Развесила с тонких ветвей.
Вся в белое платье одета,
В серёжках, в листве кружевной,
Встречает горячее лето
Она на опушке лесной.

Грози ли над ней пронесется,
Прильнёт ли болотная мгла, —
Дождинки стряхнув, улыбнется
Берёза — и вновь весела.
Наряд её лёгкий чудесен,
Нет дерева сердцу милей,
И много задумчивых песен
Поётся в народе о ней.

Он делит с ней радость и слёзы,
И так её дни хороши,
Что кажется — в шуме березы
Есть что-то от русской души.

В. Рождественский «Берёза»

Из деревьев наибольшим почетом пользовалась на Ивана Купалу
берёзка — дерево, которое весной раньше других оживало, покры-
валось свежей яркой листвой, распускало серёжки. Особенно чтили
предки ветки березы, особенно верхние, так как полагали что там бу-
шует жизнь, ведь именно там быстрее всего нарастала новая, нарядная
листва. Эти части деревца считались наделёнными силой, ветви березы
завивали в венки, чтобы силу неренять, забрать её у леса, у природы
и привнести в человеческий мир, который в природной поддержке в

начале земледельческого сезона очень нуждался.

I ♦

К 1

ът .......... ..........................

л ж.л.ж.л « л л л .*< яжжж м .т л л л ж ч яя л х л ж жж ж жл жж-жж

I Л
v « ь
___»
О

И. Шишкин * Берёзовая рощае, 1896.

С берёзой были связаны различные купальские обряды. Ветви бе-
рёзки вносили в избу, украшали лентами. Под берёзкой, растущей во
дворе, устраивали трапезу, а затем оставляли под деревом угощение —
для тех, кто придёт потом, или для скрытых гостей. Из гибких ветвей
берёзки девушки завивали венки, которые затем, поносив, бросали в
воду и гадали о будущем по их движениям в реке. В этом гадании схо-
дились, сплетались воедино три купальские стихии; огонь, вода и зелень
растений. Венок из веточек берёзы или из трав плыл по реке, и в нём
светился огонёк: «В сплетённые венки из трав вставлялись зажженные
маленькие лучинки или свечки, после чего венки спускали на воду»82.

Основной вопрос для этого гадания — какая из девушек первой вый-
дет замуж. Лучше всего было, если венок легко и спокойно плыл вперед
посередине реки, не прибиваясь к берегам. Быстрее выйдет замуж та,

“ Чепель F А. Современное отношение к празднику «Иван Купола» // Студенческое сообщество
и современная наука: сб исслел работ — Ewtr ЕГУ им И А Бунина, 2015 —С 120

>: *

чей венок опередил все остальные, вырвался вперёд. А ту девушку, венок
которой уплывёт очень далеко, дальше венков подруг, утонет последним,
ждёт замужество в дальние края. В Тамбовской губернии по направле-
нию движения венка определяли, «в какой стороне живёт суженый»"1.

Купальские гадания по венку сулили не только хорошее, потому и
наблюдали девушки за веночками, плывущими по реке, с замиранием
сердца. Если венок пристанет к берегу, запутается в прибрежных тра-
вах, то девушка в этом году замуж не выйдет. На Дону не любили, если
венок кружится на месте, это означало, что «жизнь будет не совсем
гладкая» '4. Тревожно было и если венок в воде распадался на части: это
сулило нескорое замужество, возможно, и тяжелые болезни. Особенно
плохим результатом было утопление венка; это могло означать не только
отсутствие замужества в ближайший год, но и скорую смерть.

Если невдалеке от деревни росла одинокая раскидистая берёзка,
это место на Ивана Купалу притягивало молодежь. Вокруг дерева, укра-
шешгого лептами, нитками, лоскутками, перевитого, как человек, ярким
пояском, водили хороводы, пели под ним песни.

»: <

>: ♦

Украшенная берёзка в Суздале,

в Малрачева Т В. Шлыкова М. А Иван Купали в Тамбовской сХблаСги // Живая СТаринй — 2020 —
X» 4 (108). — С. 18.

** Власкина Н А. Иванов день у донских казаков: хрононимы и ритуальные действия // Русская
старина — 2021. — № 12 (2) — С. 162.
Если две небольшие берёзки росли рядом и вдалеке от других де-
ревьев, то девушки наклоняли и притягивали их верхушки друг к дру-
гу, а затем связывали, переплетали лентами. Получалась зелёная арка,
пройти под которой значило обрести силу и удачу. Такую конструкцию
оценивали как «зелёное солнце» или большой венок.

Арка на основе берёзовых стволов.

»: <

Позже появился обычай срезать па опушке леса красивую неболь-
шую берёзку, богато украсить её веточки разноцветными лентами и
пронести по селу, распевая купальские песни. Затем дерево устанав-
ливали где-то в деревне или рядом с нею, на открытом месте, порой
его же помещали как центр в купальский костёр, и рядом начинались
гуляния.

Особенно популярным был обряд кумления (кумовства), проводи-
мый подружками рядом с берёзой. Девушки разбивались на пары, в
которой одна была «кумом», а другая — «кумою», обнимались и цело-
вались. Через венок, завитый из ветвей прямо на берёзе с помощью
ярких ленточек, передавали друг другу подарки, проговаривая при этом
пожелания: замужества, доброго мужа, здоровых детей, счастливой се-
мейной жизни. Через венок и целовались, приговаривая: «Покумимся,
кума, покумимся, чтобы нам с тобой не браниться, вечно дружиться».
В этот обычай были внесены изменения в связи с христианством: де-

вушки целовали крест, клялись в дружбе и обменивались нательными
крестами, однако появилось это уже намного позже, чем сам древний
обряд кумления.

Д. Осипов *Посестрим1 тво. Кумление па Семик:
девушки целуются через берёзовый венок*, 1870

Обряд был связан с замужеством, которое предстояло большинству
девушек в ближайшее время. Вскоре многие из них будут засватаны,
кто-то уедет в соседнее село, кто-то — ещё дальше. Девушек в старину
могли выдать замуж примерно в 13 — 18 лет. Обряд кумления помогал
подружкам стать ещё ближе, давал им надежду на сохранение связей в
повой для них семейной жизни. Как считают исследователи народной
культуры, «смысл данного обряда заключается в просьбе девушек о за-
мужестве, чтобы оно было удачным, чтобы сила природная и к ним пе-
рошла»05. Истоки его — и в страхе, который испытывали девушки перед

® Никольская Г М. Семиотические аспекты купальского обряда // Аналитика культурологии —

2010 — №1(16).— С 69

предстоящими для них переменами. Крепкая девичья дружба, кумление
должны были поддержать их, придать уверенности.

Кумление нередко было парным, и в нём участвовали две осо-
бенно близкие подружки. Однако часто обряд был и коллективным,
общим. Все девушки примерно одного возраста «на выданье», то есть
13—18 лет, проводили его вместе, по очереди целуясь друг с другом че-
рез берёзовый венок Т. М. Никольская предполагает, что при кумлении
происходил «союз не одной женщины с другой, а союз женщин между
собой, дело здесь не в парах, а во взаимной солидарности»88. Покумив-
шись, девушки входили в некое женское сообщество, которое будет
существовать всю жизнь и в котором они будут друг другу по мере сил
помогать. Происходило что-то вроде девичьей инициации, пороговый
обряд перехода из одного состояния (детского) в другое (взрослое).
А. Н. Веселовский, рассмотрев различные виды кумления в славянской
культуре, пришёл к выводу о том, что такая форма установления связей
между людьми является остатком былого принятия в род. пережитком
общинного группового брака"'

Af Боскин ^Весёлый хоровод», 1912.

Ь
1

»’* f

“ //икильскол Т. М. Семиотические аспекты купальского обряда // Анолипши культуролотн —

«?

2010. — Nel (lb). — С. 70.

Веселовский А Н Гетеризм, побратимство и кумовство в купальской обрядности If Журнал Ми-
нистерстиа народного просвещения. Седьмое десятилетие. — 1894 — Ч. CCXCL № 2 - С 299

V Ч', т -г ,* . - т - * -г - ♦. * w

Ik'v'-hS' > .<>• -ae W х' «< х'

M. Боскин «Хоровод*, 1910-е гг.

Купальские песни были девичьими, основными темами в них ста-
новились предстоящее замужество, любовное томление, будущая се-
мейная жизнь. Песни были немного грустными, но всё-таки светлыми.
Девушки как бы задабривают берёзку и вообще природу величальными
песнями, просят у матери-земли помощи, покровительства в самом важ-
ном для них в этот момент деле — замужестве, при переходе в новое
жизненное качество.

Разнообразие игровых действ с деревом, в которых принимали уча-
стие исключительно девушки, сообщает нам, что берёза — это не только
знак природной мощи и образ праздника, но и символ девичества, чи-
стоты, которой наполнены девушки вместе со своей покровительницей.
Песни не были грустными, как свадебные. Это были не плачи, а весёлые
песни. Например:

Берёзка, березка,

Завивайся, кудрявая!

К тебе девки пришли,

К тебе красны пришли,
Пирога принесли
Со яишницею!
К. Маковский «Головка девочки*, 1889.

Венки плели на Ивана Купалу и из берёзы, и из купальских трав.
Н. С. Ширяева говорит о плетении как об особом действе купальского
праздника, символизирующем единение с природой, стремление людей
наполниться живительными соками матери-земли. Помимо заплетания
венков, идея плетения проявлялась и в других обрядах: например, «де-
вушки ложились на землю и сплетали свои волосы с травой»88.

Венок имеет значимую в народной культуре символику круга —
бесконечного движения вперёд, победы над холодом, голодом, нечистой
силой и смертью, торжества жизни.

* Ширяева Н. С. Символика «плетения» я вятской (русской) обрядовой традиции // Вестник Че-
лябинского государственного университета- — 2014. — N? 11 (340). — С. Н7
Н. Пимоненко ♦ Веночек на Ивана Купала», 1890-е гг.

В купальской обрядовости тесно связаны понятия «венок» и «ве-
ник». Оба предмета складываются, сплетаются из свежей зелени, из
купальских трав, наполненных соками жизни и обладающих, будучи
собранными на Ивана Купалу, магическими свойствами. И венок, и

веник свиваются н этот день и

становятся носителями идеи единения

с природой, наполнения от неё силой, а также чистоты, избавления из
зла и нечисти.
> <

J£ *

КОЛИ ДО ИВАНА ПРОСО
В ЛОЖКУ, ТО БУДЕТ
И В ЛОЖКЕ

Кутья, кутья,
проста да вкусна!
Кутья, кутья,
накорми Ивана досыта!

Народная закличка

В. [олынский ilia крестьянском дворе», 1890-е гг.

На Ивана Куналу было принято готовить и есть особую риту-
альную еду, в которой каждое блюдо и его составляющие обладали
значением.

+ А'"
89

’Л1

О/

I' :

г :

L?1

с<5:

Накануне праздника варили кутью — кашу из цельных, чаще всего
непорушенных зёрен, обычно пшеницы. Цельность зерна была важным
качеством. В восприятии людей «зерно обладает свойством надолго
сохранять и вновь воссоздавать жизнь, умножая её»89. Жизнь, как счи-
тали паши предки, содержится втгутри зерна, хранится там до поры до
времени, готовая выйти наружу, когда придёт срок. С помощью кутьи
из цельного зерна люди приобщались к круговороту жизни, ведь зерно
легко превращается в растение, а затем вновь даёт семена, внутри ко-
торых опять скрывается до поры до времени жизнь.

С кутьёй как самым важным ритуальным кушаньем было связано
много обычаев, несколько отличавшихся в разных местах. М. М. Забы-
лин описывает костромской обряд. Накануне Ивана купалы девушки
села собирались вместе у кого-нибудь дома и толкли в ступе ячмень,
каждая по очереди При этом обязательно пели песни. Наутро именно
из этого ячменя, ставшего благодаря обычаю «общим», варили кутью90.

Кутья была сладкой, в неё добавляли ягоды, например черёмуховые,
которые тоже являются семенами и символизируют жизнь, а ещё пред-
рекают сытный, сладкий, хороший год, добрый урожай.

Кутью готовили па все календарные и иные народные праздники,
которые были связаны с идеей возрождения жизни. Кроме Ивана Ку-
палы — на Рождество, Масленицу, Пасху, Троицу, на свадьбы, в связи с
рождением детей. А. ещё её ели во время похорон и поминок, поскольку
уход близкого — это тоже новая жизнь, часть бесконечного круговорота
рождения и смертей. Кутья, сваренная на Ивана Купалу, символизиро-
вала просьбу к природе о здоровье, семейном счастье и благополучии.

Обрядовый стол устраивали девушки после кумления. Покумив-
шись через берёзу, они сначала ходили по деревне, пели песни, во-
дили хороводы, а потом вскладчину (кто что принесёт) накрывали на
стол. Обязательными блюдами в ней были яйца, например яичница,
и выпечка. Яичница символизировала солнышко, яркое и доброе,
побеждающее тьму и зло. На солнышко по форме похожи и блины,
которые на купальском столе считались колдовскими. Девушка стара-
лась поделиться блинком со своим суженым, чтобы таким способом
привязать его к себе. Обрядовое застолье называлось «вечерей»91, так
как проходило обычно глубокой ночью рядом с местом гуляний, неда-
леко от костра или на берегу реки. Парни присоединялись к вечере,

Никольская Т М. Семиотические аспекты купальского обряда // Аналитика культурологии, —
2010. — № 1 (16). — С 68

Зибылин М. М. Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. — М.: Ин-т
русской цивилизации 2014. — С 95.

Скрябина Л. Л., Мархель А. С Традиции праздника Иван Купала в соле Преображепка // Ученые
записки музея-заповедника «Томская Писаница». — 2015. — №2. — С. 138.

ко

KO.
‘.6.

№
KO:

ко)

принося выпивку, тогда как обязанностью девушек было приготовить
и принести еду92.

К столу, который собрали девушки после кумления, присоединялись
обычно все жители деревни — каждый со своими блюдами, мужчи-
ны — с выпивкой. Эта трапеза очень объединяла людей; в ходе застолья
они вместе и изгоняли нечисть, и обеспечивали этим ритуалом своей
земле хороший урожай.

Обрядовая еда, которую готовили и ели на Ивана Купалу, могла
немного отличаться в разных местностях нашей страны.

Постные сочни пекли из теста без молока и яиц. Начинка могла
быть разной: капуста, фрукты, грибы. Главное, чтобы она была сочной,
подтекала немного во время выпекания и хорошо пропитывала тесто.
Поэтому и называли такие пирожки сочнями, то есть «сочными».

Ещё лепили вареники — творожные, картофельные и другие, так-
же готовили клёцки — мучные или картофельные, которые подавали с
поджаренным луком или сметаной, и лепёшки с толчёным конопляным
семенем, луком или чесноком. Пекли и пироги с караваями, начиняя
их творогом, яйцами и зеленью, ягодами. Если к этому времени созре-
вали какие-то первые ягоды и плоды, то их обязательно добавляли во
всю выпечку — и для сладости, и для вкуса, и как символ победы над
холодом и голодом, как знак нового урожая, который был ещё впереди,
но который эти ягоды уже предрекали. Эти первые ягоды и плоды, до-
бавленные в обрядовую еду, были своеобразной жертвой, с помощью
которой люди показывали природе: всё, что ты нам даёшь, мы готовы
вернуть тебе и ничего лишнего от тебя не просим, зато благодарны за
каждую ягодку.

В разных видах использовали яйца, которые символизировали
солнце, начало, продолжение и обновление жизни. Яйца варили, делали
яичницу-глазунью, а «белорусы готовили верещагу — взбитые яйца с
молоком запекали в большой сковороде на костре и делили на всех»й.

Особенно же важной в купальском обряде была каша, разновидно-
стей которой имелось великое множество.

Кулага (солодуха, киселица, кисельница) — жидкая каша из гречне-
вой или ржаной муки. Муку разводили тёплой водой, добавляли ягоды,
например калину, остатки сушёных яблок с прошлого года, мёд и варили
па небольшом огне. Оставляли на ночь в печи, чтобы забродила, а потом
ещё пару часов варили. Подавали холодной. Каша такая была тя!учей и
кислой, потому и называлась кисельницей.

UHHU.H.IB.

co.

40'
co

L'Z'

СО.
'.О

- :

(O.i
CO
(Ol

‘O'

i =

• :
! :

40'

4 Забылин Al. M. Русский народ. Его обычаи, обряды предания, суеверия и поэзия — М.: Ин-т
русской цивилизации, 2014. — С. 159.

Золотова Т. Н. Праздник Ивана Купалы в Омском Прииртышье: традиции и новации // Этно-
графия -Хлтая и сопредельных территории — 2023. — № 11 — С. 153.

<v
co

№О>.оХо:О>ё

В. Макине кии печи*, 1905.

1 I 1

*/•

*«

Обетная каша варилась не только для себя. Её готовили в большой
посуде всей деревней. Начинали варить ещё узром накануне Ивана
Купалы. Девушки пели песни и толкли в ступе ячмень, затем добавляли
воду. Днём этой кашей угощали нищих, а вечером, сдобрив её маслом,
ели сами, потчевали гостей. Обетной она называлась потому, что и при-
готовление, и поедание каши сопровождалось песнями и молитвами —
обетами. Люди обещали друг другу в следующем году помощь и заботу,
давали самые разные обеты, отсюда и пошло название каши. Приготов-
ление обетной каши было похоже на разговор с матушкой-природой,
с которой делились планами, просили совета и помощи. Это было небы-
строе дело. Получалось, что для обетной кати процесс её приготовления
имел большее значение, чем процесс поедания.

Кашу нередко делали густой, запекая для этого в печи (загуста, или
густушка), а затем резали на куски и ели. Такая каша символизировала
сытость, довольство, хороший урожай, богатство, которые будут ждать
людей в этом году.

Ещё одна разновидность каши, которую на Ивана Куналу' варили
не все. а по необходимости только те, кому было нужно, — «мирская».
С её помощью замирялись те, кто успел поссориться.

Каша, приготовленная «в ссыпку», помогала всем селянам почув-
ствовать себя членами единого сообщества, близкими людьми, делаю-
щими одно и то же дело. Каждый приносил из дома горсть ячменя или
другой крупы, а затем в общем котле готовилась каша для всех.

Каша на Ивана Куналу была одним из самых распространённых
кушаний, которое варили из любого доступного для наших предков
зерна, а также из крупы и муки. Кашу из муки именовали мукавашей,
мукавешками, муковниками, муковками, толокняхой, толокопником,
заварухой. Кашу из муки, в которую добавляли солод, делая её слад-
кой, называли соломатом (саламатом). Па Ивана Куналу также готовили
варёный горох, который могли перетереть, и тогда получалась ещё одна
каша — гороховка. Из зёрен и круп, помимо кутьи, варили овсянку
перловку’, гречневую гущу, житную (из жита) и т. д.

Наши предки считали, что каша символизирует достаток, семейное
благополучие, урожай, сытость для всех членов семьи, хорошую, долгую
жизнь без потерь.

На Ивана Куналу важно было наесться до отвала, почувствовать сы-
тость, даже тяжесть, а ещё — накормить всех вокруг, чтобы в этот день
все были счастливы. Победа над голодом — это было одно из проявле-
ний победы над тёмными природными силами, над злом и нечистью,
которые постоянно, в понимании наших предков, вредили урожаю,
мешали людям быть здоровыми и сытыми.
»: *

О:

ВСЯКАЯ НЕЧИСТЬ
НА КУПАЛУ ВОДИТСЯ
ВОДЯНОЙ С ЛЕШИМ,
ВЕДЬМА С ЧЁРТОМ, РУСАЛКА
С БЕСОМ

На русалке горит ожерелье
И рубины греховно-красны.
Это странно-печальные сны
Мирового, больного похмелья.
На русалке горит ожерелье
И рубины греховно-красны.

У русалки мерцающий взгляд,
Умирающий взгляд полуночи.
Он блестит, то длинней, то короче,
Когда ветры морские кричат.

У русалки чарующий взгляд,
У русалки печальные очи.
Влюблю её, деву-ундину,
Озарённую тайной ночной,
Я люблю её взгляд заревой
И горящие негой рубины..
Потому что я сам из пучины,
Из бездонной пучины морской.

Н. Гумилёв «Русалка».

В. Пруuiконский < Русалки*, 1877.

>. ♦

> <

На Ивана Купалу нечисть окружала человека, становилась сильной
Существовало поверье, что в ночь на Ивана Купалу справляет свои име-
нины водяной, приглашая на них всякую-разную нечистую силу, чтобы
вместе повеселиться. Это было и интересно, и страшно, а обычаи в свя-
зи с этим были у народа прямо противоположные. Где-то было принято
в эту ночь купаться, а в других местах даже близко к воде старались не
подходить, опасаясь, что водяной с русалками, расшалившись на име-
нинах, утащат купальщика в глубину и утопят.

На Ивана Купалу человек чувствовал себя одновременно и безза-
щитным перед всякого рода нечистью, которая в этот день смелела,
вылезала изо всех щелей, начинала открыто вредить людям и животным,
и защищённым, потому что все селяне объединялись, чтобы противосто-
ять напору нечистых и вместе одолеть их.

В Котарбиш кий «Водяная нимфа*, 1917.

Одним из способов борьбы с тёмными силами на Ивана Купалу
становилось ряжение. Обрядившись, люди как будто переставали быть
только людьми, начинали, как и нечисть, занимать промежуточное поло-
жение между мирами, находиться и «там» и «тут», и в этом, и в другом
мире.

Рядились животными: один надевал медвежью шубу, другой —
старый заячий тулуп, а кто-то — просто рваную одежду, украсив её
облезлым лисьим хвостом. На голову водружали меховые шапки или
рога. Раскрашивали себе лица красками или сажей. Подражая живот-
ным, ревели, блеяли и скулили, поднимали как можно больше шума,
а также скакали на палках и шестах. Женщины нередко наряжались
мужчинами94.

** Махрачева Т В.. Шлыкова М. А Иван Купале в Тамбовской области // Живая старина. — 2020 —
№4[10fi). — С 17.

so;

:о>

to»
I
i(O)

г’
(О)

Ещё рядились чаровницами. Это особый класс колдуний, которые в
праздник Ивана Купалы могли и навести порчу, и предотвратить беду,
защитив людей от витающего вокруг зла. Купальская ведьма, как пишет
Л. Н, Виноградова, — это одновременно и реальная «ведьмарствую-
щая» женщина, живущая в селе, и некая абстрактная нечистая сила,
обрядившись в которую можно было на какое-то время символически
обезвредить её, сделать неопасной*5. Если зло становилось реальным,
видимым, то его уже можно было контролировать.

Образ чаровницы среди купальских ряженых отражал народную
мысль о том, что «ведьмой может быть и старуха, и девушка, и жен-
щина средних лет, не выделяющаяся на фоне других»96. Обычно скры-
вающаяся, чаровница в праздник Ивана Купалы становилась видимой,
осязаемой, в компании ряженых расхаживающей по селу, веселящей и
пугающей народ. Это уже персонаж не фольклорный, а относящийся
к нечистой силе. И ведьма оказывается не такой уж страшной. Она
ведь тоже собирает в ночь на Ивана Куналу травы и коренья, как это
делают многие девушки и женщины. Опа водит хороводы вместе с
молодёжью.

Ряженый мог вести себя вызывающе и даже неподобающе, ведь это
был уже словно и не он; это нечистая сила через его тело, его странные
одежды выходила наружу, в наш мир, чтобы напугать, ошеломить, вы-
звать отвращение. Весь праздник ряженые ходили между селян, словно
соревнуясь с настоящей нечистой силой, в этот день и в эту ночь запол-
няющей человеческое пространство.

Из народных преданий возникает такой персонаж купальских ряже-
ных, как Ярило.

В народном сознании Иван Купала вытеснил Я рилу, но ряженый
с таким именем по-прежнему ходил по селу. Ему позволялись непри-
личные шутки и жесты, он мог озорничать и подталкивать к тому же
молодежь.

Опасность, исходящую от нечистой силы в купальскую ночь, пе-
редавал образ трёх змей. Змеи в народных представлениях связаны с
«нижним» миром, подземным, тёмным, ассоциируемым со смертью,
враждебным солнцу и жизни. Поэтому их называли «гадами», «нечи-
стыми», «нечистью».

Змея представлена в фольклорных преданиях практически всех на-
родов. Учёные говорят о существовании в народном сознании архетипа
змеи, символизирующего амбивалентные, противоречивые смыслы:

МК |

]

<oj

СОЗ

9^1
sOd

*.о|

ЭД

' Л

vO.1

•<Г
'<*'

к О -

koj

Виноградова Л. Н. Славянская народная демонология Проблемы сравнительного изучения: дис.
в виде научного доклада .. докт. филол. наук. 10.01.09. — М. 2001 — С. 31.

Тихонова Е /7. Представления о ведьме в культуре славянских народов // Общество: философия
история, культура. — 2018 — №8(52). — С. 202.

5.0!
U-1

1><]
Е '

во-

«воскрешение и смерть, лекарство и яд, соблазн и предательство»97.
Змеи в купальскую ночь выполняют вредоносные функции, сопостави-
мые с действиями купальских ведьм. Их боятся и ждут от них какой-то
пакости.

Согласно одной из народных легенд, слепая змея-медянка получает
на Ивана Куналу зрение на день и ночь. Именно она сторожит клады,
которые могут отвориться перед людьми. Спрятавшись, змея ждёт, пока
какой-нибудь смельчак приблизится к кладу, а затем неожиданно напа-
дает, вылетая как стрела и пронзая грудь человека.

В псковском фольклоре есть легенда о трёх змеях, каждая из кото-
рых вредна по-своему:

Одна змея коров кличйт,

А другая коров доит,

А третья людям вредит98.

Образ змеи является частью смысла праздника Ивана Купалы.
С одной стороны, змея соотносится с плодородием, землёй, ведь место
сё пребывания — подземные темные норы. Через образ земли змея
связана с женским началом, женской производящей силой, домашним
очагом, огнём. Змея выступает покровительницей дома, выполняющей
защитные функции94.

Часто встречаются водные змеи, а живущие на суше прекрасно пла-
вают, поэтому змея также связана с водой и дождём. С другой стороны,
змея может соотноситься с мужским оплодотворяющим началом, муж-
ской силой100. Это значит, что образ змеи очень сложен и многогранен:
он сочетает в себе, казалось бы, несовместимые черты и смыслы.

В купальской обрядности змея символизирует в первую очередь
зло, вред, становится представителем нечисти, одолевающей в этот день
человека. Плохой приметой было в этот день увидеть змею, особенно
ночью, во время гуляний; верили, что это предрекает большую беду,
например потерю кого-то из близких родственников.

Славяне считали, что в купальскую ночь можно выследить ведь-
му, понять, кто из сельских женщин — скрытая колдунья. Купальский
праздник даже называли Иван Ведьмарский, или Ведьмин Иван, потому
что ведьмы в эту ночь были особенно активными. Во-первых, ведьмы

во:

4<>j

Хитарова ТА. Компиратипистский анализ архетипа «змея» в некоторых произведениях
Э. Т А. Гофмана, А. С. Пушкина. П. Волошиной, в русских былинах в синхроническом и диахро-
ническом аспектах // Язык и культура: сб. мат. XXV111 междунар, пауч.-практ. конф — Новоси-
бирск: ЦРНС, 2017. — С. 157.

Песни Псковской земли Вып 1 / сост., ред. и предисл. А. Мехнецова. — Л.: Сов. композитор,
1989. — С. 18U-181

Ситникова С. А. Реликты змеиного культа в тверской традиционной культуре // Вестник славян-
ских культур. — 2018 —Т. 49. — С. 96.

,<И| Рамзана О. И Змеиный символизм в культурных традициях Европы // Вестник Московского
государственного университета культуры и искусств. — 2020. — № I (93). — С. 65.

76
этой ночью летали на шабаш, и можно было легко отследить злодейку.
Во-вторых, ведьмы могли просто не прийти на праздник, тем выдав себя.
В-третьих, они испытывали физическую боль, когда в костре сжигали
кукол, называемых ведьмами; можно было понаблюдать, кто из селянок
в этот момент от боли корчится. Ну и. конечно, за всеми соседками в
эту ночь хорошенько следили. Если видели, что вышла баба ночью во
двор или в поле, проводит какой-то странный обряд, то тогда уже точно
определяли: ведьма!

И.Дженеев ^Водные глубины Омут*, 1907

Один из ведьмовских обрядов описывает Е. Е. Левкисвс.кая. Ведьма
выходила под утро в поле, снимала с себя сорочку или фартук и начина-
ла волочить по росе, приговаривая: «Беру пожиток, но не весь». Время
от времени опа выжимала росу в ведро, а затем несла домой, где давала
выпить своей корове, а также окропляла её росой. Тогда корова начи-
нала очень обильно доиться, давать жирное и вкусное молоко. И всё бы
ничего, но у соседок после такого колдовства коровы начинали доиться
плохо и молоко давать жидкое, невкусное, словно ведьма отняла у них
часть удоя10'.

Если у костра замечали каких-то мелких животных (мышь, крысу,
лягушку, кошку), то ловили и бросали в огонь, считая, что это вполне
может быть ведьма, пришедшая посмотреть на праздник. Если поймать
живность не удавалось, старались хотя бы покалечить, или даже дела-
ли это специально, а на следующий день искали, кто из односельчанок
хромает, не может двигать рукой или потерял к утру глаз. Ночью сто-
рожили в хлевах, потому что, по преданию, ведьма придёт пить молоко
из вымени у коров. Ну и, конечно, закрывали своё жилище и хлева
разнообразными охранными травами.

101 Лгвкиевская Е Е Мифы и легенды восточных славян — М.: Детская литература. 2010. — С. 199

Л. «Г5. ” ,F

' >'•«/ - UV4*<r

w W * ж w Ji

ВСЯКАЯ молодость
РЕЗВОСТИ $ А УДАЛИ
ПОЛНА: РИТУАЛЬНЫЕ
БЕСЧИНСТВА МОЛОДЁЖИ
НА КУПАЛУ

Река в утреннем тумане.

За рекой горят огни,
Погорают мох и пни.
Ой, купало, ой, купало.
Погорают мох и пни.

Плачет леший у сосны —
Жалко летошней весны
Ой, купало, ой, купало,
Жалко летошней весны

А у наших у ворот
Пляшет девок корогод.
Ой, купало, ой, купало.
Пляшет девок корогод.

Киму радость, кому грех,
А ним радость, а нам смех.
Ой, купало, ой, купало,
А нам радость, а нам смех.

С. Есенин.

В купальскую ночь буйно, вызывающе, неподобающе вела себя мо-
лодёжь. В этнографической литературе такое поведение обозначили как
ригуальные бесчинства, а учёные называют его антиповедением, при
котором «наблюдается трансформация порядка в хаос»102.

Парни объединялись в группы, которые глубокой ночью ходили по
деревне, шумели и буянили. Шли в поле и там тоже безобразничали:
с криками скакали через крапиву («стрекаву»), катались по посевам,
боролись во ржи. приминая колосья и делая «заломы» не хуже колдуна.

Расходившаяся молодёжь разными способами вредила односельча-
нам, причём делала это потихоньку, чтобы только утром злые шалости
открылись. Могли завалить ворота во двор или дверь в избу камнями.

,qt Puqb Э. А., Сидорова И. А. Антикарнавал и аптииоведение в повести Н В Гоголя и Вечер накануне
Ивана Купала» // Евразийский союз учёных. — 2015. — Ns 11 — 4 [20] — С. 34,

землёй и хозяйственным инвентарём, который нашли во дворе: утром
люди встают, пытаются их отворить, а не получается. Могли замазать
чем-нибудь окна, перегородить дорогу старой телегой. Могли даже под-
няться на крышу и заложить камнями или заткнуть тряпками печную
трубу. Когда хозяева утром начинают топить печь, весь дым валит не
наружу, а к ним в избу. Ещё во дворе крали дрова, телеги, могли спять
ворота с петель, а затем всё это затаскивали на крышу. Сила молодецкая
и дружные действия помогали порой такое на крышу затащить, что хо-
зяева потом диву давались и гадали, как же это теперь обратно спустить.
Угром на крыше лежали брёвна, тяжёлые ворота, старые телеги... Более
всего бесчинств творили парни во дворе девушки, которая нравилась,
поэтому имеющим красивых да ладных дочек отцам по утрам после Ива-
на Купалы больше всего приходилось в своём дворе порядка наводить.

Л. Лагорио <Пейзале с деревьями, домами и рекой*, 1878.

Совершать некоторые бесчинные действия молодёжь побуждали при-
меты. существовавшие на Ивана Купалу. Например: «Если в купальскую
ночь перелезть через двенадцать огородов, то весь год будешь счастли-
►3
вым»’03. Представляете, как все парии деревни перелезали через двенад-
цать соседских огородов? И что на этих огородах после них оставалось?

И. Пимоненко «На речке», 1893

Встретить группу веселой молодежи на улице было и забавно, и
опасно. Могли окатить водой из ведра, а могли — и грязью, специ-
ально для этого припасённой. Т. В. Махрачева и М. А. Шлыкова
описывают обычай, существовавший в Тамбовской области. Окатить
всех водой здесь было обязательно, даже если человек недавно болел
или красиво, старательно оделся к празднику. Если не желающий
обливаться запирался в диме, то могли и дверь сломать104. Если воз-
мущался по поводу хлынувшей на него из ведра воды, то хватали его
и бросали в реку.

Истоком бесчинств молодежи было желание напугать в эту ночь
нечистую силу и особенно ведьм, которые стремятся выйти со двора

Мусина К Праздники дровинх славян Иван Купала // Инновационные идеи молодых исследова-
телей для агропромышленного комплекса' сб мат. междунар, науч.-практ. конф. — Пенза; ПГАУ,
2025. — С 334.

Махрачева Г. В.. Шишкова М А Иван Кунала в Тамбовской области If Живая старина. — 2020 —
№4|10в).—С. 17.
и пойти в поле делать «заломы»* «отнимать молоко» у коров на целый
год10" или ещё как-то колдовать назло людям. То есть, заваливая чем-то
снаружи ворота или двери, молодые люди хотели, чтобы все остались
дома, никто не вышел до самого угра. Бесчинства, выглядящие как ху-
лиганство, были способом защиты от ведьм и колдунов.

Относиться к проказам молодёжи было принято спокойно, без
криков и проклятий в адрес даже очень злых шалунов. В Рязанской
губернии, например, было предание, что выскочивший с криками воз-
мущения во двор хозяин дома, вероятнее всего, является скрытым кол-
дуном. В Калужской губернии были уверены, что колдунья не выдержит
криков, шума, обязательно выскочит из дома, начнёт укорять молодёжь,
кричать им, к примеру: «Чего вы тут ходите? Чего спать мешаете? Идите
домой !»,ов

11. Пимоненко *Ие шути! в, 1895.

101 Золотова Г Н. Праздник Ивана Купалы в Омском Прииртышье традиции и нивации // Этно-
Iрафия Алтая и сопредельных территорий. — 2023. — №11. — С. 153.

,0° Иванова А А., Соболева Т В- На Ивана Куполу колдуньи ходят заламывать хлеба // Живая
гтарнна. — 2015. — №2 |86) — С. 44.
ГО 4

|>K

Наутро молодые люди, шалившие всю ночь, собирались за околицей
и «караулили» солнце, весело встречая его громкими приветственными
криками. Внимательно смотрели, какого цвета светило; считалось, что
в этот день оно должно «плясать на небе, переливаясь разными краска-
ми»107, потоАгу ’гго вся природа торжествует вместе с Иваном Купалой.

Интересно, что традиции ритуальных бесчинств молодёжи, наряду с
обычаями обливания, оказались наиболее крепкими и не подверженны-
ми времени в структуре праздника Ивана Купалы. М. В. Васеха отмечает
их существование и в настоящий момент, например в городской кулыу-
ре Новосибирска, впитавшей деревенские обычаи населивших когда-то
город крестьян. Здесь ночные молодёжные .забавы на Ивана Купалу
проводятся в ночь на 7 июля и носят названия «ночь творила» и «рас-
сташиха»1™. В отличие от весёлых дневных обливаний этого дня, ночные
бесчинства воспринимаются новосибирцами негативно. Действительно,
это настоящее хулиганство: молодые люди и подростки опрокидывают
мусорные баки, пишут на заборах, переворачивают скамейки в парках
и т. п. Очевидно, что ритуальное значение у таких бесчинств (прогнать,
напугать нечистую силу, предотвратить колдовство, остановить ведьм)
уже исчезло.

Г !

LOI
t
F“’

е<у

(О

l0' Левкиеиская E E. Мифы и легенды восточных славян. — М.: Детская литература. 2010. — С. 56.
Васеха М. В. День Ивана Купалы в Новосибирске; праздник между «городом» и «деревней» //
Вестник антропологии. — 2022. — №1. — С. 76—78

0‘OJ:<>:<>:'070;0:0:0;0:0

К>'

-о
НА ИВАНА КУПАЛУ
КОСТРЫ ГОРЯТ

«Вдень Пеана Купала девушки из Пилипчи приходили
нарядной стайкой к нам на остров, чтобы пускать
по реке венки Они плели венки из полевых цветов
Внутрь каждого венка они вставляли крестовину
из щепочек и прилепляли к ней восковой огарок.
В сумерки девушки зажигали огарки и пускали венки
по реке. Девушки гадали, — чья свеча заплывет даль-
ше, та девушка будет счастливее всех. Но самыми
счастливыми считались те, чей веник попадал в
водоворот а медленно кружился над омутом. Омут
был под крутояром. Там всегда стояло затишье, све-
чи горели на таких венках очень ярко, и даже с берега
было слышно, как трещат их фитили. И взрослые, и
мы, дети, очень любили эти венки на Ивана Купала*.

К. Паустовский «Повесть о жизни».

К. Трутовский «Через кладку*, 1875.

В самой глубокой древности, как говорят предания, Иван Купала
был эротическим праздником «всеобщего брака», когда снимались все

W * W* * аг' *>' wS *
to-

so?

r >

; .

запреты и можно было вести себя очень свободно. В «Стоглаве» — сбор-
нике решений Стоглавого собора 1551 года, об этом говорится вполне
определённо: «Русали о Иванове дни и в навечерии Рождества Христова
и крещения сходятся мужи и жены и девицы на мощное плещевание,
и на безчинпый говор, и па бесовские песни, и на плясание, и па ска-
кание, и на богомерзкие дела. И бывает отроком осквернение и девам
растление»109. Схожие описания видим в памятнике XVI века — посла-
нии игумена Памфила к наместнику города Пскова: «...Мужем же и от-
роком великое прельщение и падение, но яко па женское и девическое
шатание блудное им возерение, такоже и женам мужатым беззаконное
осквернение и девам растление»110. Времена эти давно прошли, посколь-
ку нравы общества, освящённого христианством, стали строже, хотя
заметки о свободном добрачном общении юношей и девушек в купаль-
скую ночь встречаются даже в документах XIX века.

Сложно сказать, сколько в данных характеристиках эротичности
Ивана Купалы точности, а сколько преувеличения, ведь авторы данных
исторических документов были церковными деятелями, а православ-
ная религия очень сильно порицала праздник просто за невероятное
веселье, охватывавшее людей, за «плескание и плясание, и главам их
накивание, устам их неприязнен клич и вопль, всескверненные песни,
бесовская угодия свершахуся, и хребтом их вихляние, и ногам их скака-
ние и топтание»111. Вряд ли наши предки на Ивана Куналу безудержно
и бездумно предавались греху, ведь традиции целомудрия, добрачной и
брачной чистоты существовали ещё в дохристианской древности. Но,
очевидно, какая-то доля правды в легендах об ослаблении в этот день и
ночь запретов на телесные контакты всё же есть.

Признак эротичности древнего ритуала видим и в легенде о брате и
сестре Иване да Марье, которым в этот день разрешено было вступить
в преступную связь. Ритуальные бесчинства молодёжи, несомненно,
восходят к этим временам, поэтому и не возбранялись в купальскую
ночь откровенные и двусмысленные шутки.

Причины эротических традиций в любом случае заключаются не в
распущенности людей, а в знаковости, символике телесного. Как пишет
Т. В. Баленко, «ритуальные эротические проявления тесно ассоцииро-
вались с обеспечением плодородия, поэтому обнажение было важным
элементом календарных праздников, наполненных продуцирующими

ho.

I -- J

ко

i i

*.04

0,1

Коя

К
koi

k.o:

’ и
soi

ко!
koi

-,o:
; о J

4 О.

109

’<1

ни

Стоглав’ Собор, бывший в Москве при великом государе, царе и великом князе Иване Васи-
льевиче |в лето 7059) / авт. предисл. Агапии (Гончаренко). — Лондой: Trubner а. С’ [Волън. рус.
тип.|, I860. — С. 106.

Цнт. по: Калинский И П. Церковно-народный месяцеслов на Руси — СПб.: Тип В. Киршбаума,
1877. — С. 147.

Там же.
обрядами»1’2. Эротические обряды, в том числе игры с поцелуями, саль-
ные песни и шутки и многое другое, были призваны установить связь
между человеком и природой, положительно повлиять на плодородие,
обеспечить высокий урожай. Вера в возможность магического воздей-
ствия на урожай говорит о тесной связи сознания человека с природой,
о представлении о природе как о части себя и о себе — как о части всего
сложного природного мира.

К. Трутовский *Па сеновале», 1872.

Некоторые исследователи высказывают своё мнение, что эротиче-
ские традиции Ивана Купалы для наших языческих предков были в те
далёкие времена одним из способов заключения брака. Обручившиеся
парень и девушка прыгали вместе, не разомкнув рук, через костёр,
участвовали в гулянии и после этого считались мужем и женой. В на-
роде о таких парах говорили: «Купала повенчал» — и считали брак
законным”3.

Если древние традиции эротических бесчинств (или заключения
нехристианского брака] на Ивана Купалу были сильны и широко рас-
пространены, то становится вполне понятно, почему церковные власти

Ьаленкч Т. В. «Отроком оскверне1гие и девам растление»’ эрос и празднование Ивана Купалы п
ролноверии // Человек в мире культуры; проблемы науки и образования [XFV Колосницынские
чтения), мат междунар, науч. конф. — Екатеринбург. УрФУ имени первою Президента Роа ин
Б. Н. Ельцина. 2019 — С 125.

|И Шакуц Е Н На Ивана на Купала красна девица гадала // Из прошлого в настоящее; мат. на-
уч -lipaKi. конф., йод ред А. В Константиновой. — М . Р>ДН. 2019 — С 72.
много столетий старательно запрещали и считали бесовскими игрища
этого дня.

Эротическая роль праздника Ивана Купалы проявлялась по-разно-
му, но, по сути, эротическим объектом, нуждающимся в оплодотворе-
нии. выступала всегда мать-земля. Поэтому девушкам, молодым женщи-
нам в купальском обряде, как и в других аграрно-магических обрядах,
отводится значимая роль.

Н. Богданов * Запоздала*, 1889.

В день Ивана Купалы обряды показывают символическую связь
женщин с землёй, находящейся в состоянии плодоношения, готовой «по-
нести» и отдать свои плоды сильному, кто заботится о ней, — человеку.

По срокам день Ивана Куналы сближается с девичьим праздником
Семиком, отмечаемым ежегодно в седьмой четверг после Пасхи, за три
дня до Троицы. И эта связь тоже не случайна. В этот день проводится
множество обычаев, которые похожи на купальские. Так же в центре
находится единение с миром природы. Девушки заплетают {завивают}
кудрявую березку, а потом её расплетают, украшают дерево яркими
лептами, платками и бусами, водят вокруг него хороводы, проводят об-
ряд кумления, а вечером — народные гуляния с хороводами, песнями
и застольями, па которых блюда из яиц символизируют начало повой
жизни,. Отличие в том, что Семик — исключительно девичий праздник,
а на Ивана Куналу веселились все.

Л. Лагорио ^Малороссийский пейзаж», 1862

Пережив длительную историю, праздник Ивана Купалы сохранил
то лучшее, что было заложено в него изначально, — торжество добра
над силами зла, победоносную сущность земли с грядущим урожаем,
силу природы, которая одолевает нечисть и становится опорой для че-
ловека в ого освоении мира, в новом годовом цикле, который перед ним
открывается.
• /ж, ж _РГ

к <
I?
i

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Сегодня поразительная ночь!

Сегодня небывалое сбывается, —
Печаль и горе улетают прочь,
И все мечты чудесно исполняются!
Сегодня — всем фантазиям простор!
Сегодня можно славно веселиться;
Перескочить, смеясь, через костёр,
Стремясь причем нигде не опалиться .
Все нынче рвется в сказку: конный, пеший,
Свистит вдали разбойный соловей,
Хохочет в чаще, подвывая, леший,
Русалки в реку прыгают с ветвей...

Да, нынче тайна — за любым кустом,
Ведь здесь когда-то, словно бы приснилось,
Снегурочка, кружась перед костром,
Чуть слышно вскрикнув, в ветре растворилась...
В подобный час, как и в былые годы,
От всей души неплохо погадать!
И под крылом ночного небосвода
Водить, как наши предки, хороводы
И даже клад, быть может, отыскать!

Волшебник, всем удачу обещающий,
Наверно, мимо всё-таки прошёл!

4 папоротник, в полночь расцветающий,
Пожалуй, вряд ли кто-нибудь нашёл...

Клад признает удачливых и смелых,
Идущих в бой сквозь истины и ложь,
Конечно, клад найти — святое дело!
Но как откроешь? Где его найдешь?
Ведь медлить здесь не следует нисколько!
Тут все сомненья и смущенья — прочь!
Ведь если клад отыскивать, то только
Лишь вот в такую сказочную ночь!

И я ему стократно был бы рад!
Я молча руку протянул. И что же...
Кто скажет мне: я беден иль богат?
Рассыпав тёмно-русый водопад,
Со мною рядом ровно дышит «клад»...
И вряд ли есть хоть что-нибудь дороже...

3. Асадов «В ночь под Ивана Купалу».

-И * V *• J* -
ж-
День Ивана Купалы был и остаётся праздником торжества добра
над злом, сил света над силами тьмы; днём, когда человек объединялся
с набравшей наивысшую мощь природой, чтобы вместе противостоял»
нечисти, желающей заполонить мир. мечтающей отучить людей от добра.
Наутро после купальской ночи человек становился сильнее, здоровее, а
мир тьмы, который постоянно приближался к нему, угрожая, отступал,
испуганный той мощью, которой вместе обладали Человек и Природа.

Е. Полков «Нейвам с прудом*. 1887.

X <

Этот праздник, в котором воедино слились языческие и христиан-
ские традиции, отражает единение трех сил: воды, ошя и бурной летней
растительности, что проявляется во всех обычаях, с ним связанных, в
первую очередь в традициях обливания и купания, разжигания костров
и прыжков через них собирания трав, украшения человека и жилищ
растительностью — травами, цветами, ветвями деревьев и т. п. Иван
Купала связан в народном восприятии с идеями очищения от злых ду-
хов и нечисти, оздоровления, торжества жизни, повышения плодородия
земли и человека, единения с природой, приобщения к сё тайнам.

Для праздника Ивана Купалы издавна была характерна атмосфера
безудержного, доже бесшабашного веселья. В этот день человек ощу-
щал. что способен на всё: и через костёр перепрыгнуть, и цветок папо-
ротника найти, чтобы забрать из растворившейся земли клады, и об-
наружить ведьму, и много работать, чтобы вырастить хороший урожай
и прокормить свою семью. Ему нужно было для этого только немного
помощи, и в праздник Ивана Купалы человек её получал: от природы
(огня, воды, растений), от окружающих, от древних богов и от идущих
из глубины веков обычаев, соблюдая которые он становился сильнее.

о
о

:<>>

[

ЛИТЕРАТУРА

$
о.

:о>

;о>

О]

О:

.04

< -

10.

Аниканова Т. Г. История праздников: учебное пособие: в 2 ч. Я. 1 /
Т. Г. Аниконова. — Белгород: Изд-во БГИКИ, 2009. — 204 с.

Андриевская Ж. В. Русалки и водяные: водная стихия в русской тра-
диции / Ж. В. Андриевская. — Ростов н/Д: Феникс, 2023. — 111 с.
Андриевская Ж. В. Календарные традиции русского народа /
Ж. В. Андриевская. — Ростов и/Д, 2021. — С. 184.

Баленко Т. В. «Отроком осквернение и девам растление»: эрос
и празднование Ивана Куналы в родноверии // Человек в мире
культуры: проблемы науки и образования (XIV Колосницынские
чтения): мат. междунар, науч. конф. — Екатеринбург: УрФУ имени
первого Президента России Б. Н. Ельцина, 2019. — С. 124— 127.

Бебешева Э. Г., Павлов А. Ю. Праздник Иван Купала в российской и
западноевропейской культуре: сравнительный анализ // Молодёжь
третьего тысячелетия: сб. науч. ст. XLI1 пауч.-практ конф. — Омск;
ОГУ им. Ф. М. Достоевского, 2018. — С. 1118—1122.

Буслаев Ф. И, Исторические очерки русской словесности и искус-
ства: в 2 т. Т. 1 / Ф. И. Буслаев. — СПб.: Д. Е. Кожанчиков, 1861. —
IV, 643 с.

Васеха М. В. День Ивана Купалы в Новосибирске: праздник меж-
ду «городом» и «деревней» // Вестник антропологии. — 2022. —
№1 — С. 70-83.

Веселовский А. И. Гетеризм, побратимство и кумовство в купальской
обрядности // Журнал Министерства народного просвещения.
Седьмое десятилетие. — 1894. — Ч. CCXCI. № 2. — С. 290- 310.

Виноградова Л. И. Малоизвестные варианты полесских поверии
о цветении папоротника // Acta Linguistica Petropolitana. Труды
института лингвистических исследований. — 2017. — Т. 13. №2. —
С. 40-59.

Виноградова Л. Н. Славянская народная демонология: Проблемы
сравнительного изучения: дне. в виде научного доклада ... до кт. фи-
лол. наук: 10.01.09. — М., 2001. — 92 с.

11. Власкана Н. А. Иванов день у донских казаков: хрононимы и ритуаль-

12.

ные действия // Русская старина. — 2021. — № 12 (2). — С. 155— 172.
Гагин В. Н. Национальные праздники и обряды, или Праздничность
как феномен русской культуры / В. Н. Гагин. — М.: Профиздат,
2005. — 319 с.

.•у:
й

О'

ко:

Г®

•J

13. Дмитриева Е. Н. Языческие мотивы в системе русской народной
культуры XIX века: на примере заговоров: автореф. дис.... канд. ист.
наук: 07.00.02. — М., 2004. — 22 с.

14. Журик Т. С., Шорстюкова Е. А. Солярные праздники как преем-

F ;

,v<

15.

ответшесть традиций различных культур // Вестник Тюменского го-
сударственного института культуры. — 2022. — № 2 (24). — С. 53 — 55.
Забылин М. М. Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суе-
верия и поэзия / М. М. Забылин. — М.: Ин-т русской цивилизации,
2014 — 688 с.

.о

л']
А

о.

(о)

:<»

о?

16. Золотова Т.Н. Праздник Ивана Купалы в Омском Прииртышье:

17.

18.

19.

20.

21.

традиции и новации // Этнография Алтая и сопредельных терри-
торий. - 2023. — Ns 11.—С. 152-160

Иванова А. А., Соболева Т. В. На Ивана Купалу колдуньи ходят зала-
мывать хлеба... // Живая старина. — 2015. — № 2 (86). — С. 42-45.

Ипполитова А. Б. «Молитвы к собиранию трав и наставление, как
рвать травы» в рукописном сборнике М. Вельякова 1890-х гг. //
Вестник РГГУ. Серия; История. Филология. Культурология. Востоко-
ведение. - 2017. - № 10-2|31). — С. 202-216.

Калинский И. П. Церковно-народный месяцеслов на Руси / И. П. Ка-
линский. — СПб.: Тип. В. Киршбаума, 1877. — 216 с.

Капица Ф. С. Тайны славянских богов: мир древних славян, маги-
ческие обряды и ритуалы, славянская мифология, христианские
праздники и обряды / Ф. С. Капица. — М.: РИ ПОЛ классик, 2006. —
414 с.

Кибалко В. В., Литвинова М. В. Традиционные основы и современ-
ные формы празднования дня Ивана Купалы // Наука. Культура.
Искусство: актуальные проблемы теории и практики: сб. мат. все-
рос. науч.-иракт. конф.: в Зт. Т 3. — Белгород: БГИИК, 2020. —
С. 260-263.

Колосова В. Б. Лексика и символика народной ботаники восточных
славян на общеславянском фоне: этнолингвистический аспект: авто-
реф. дис. ... канд. филол. наук: 10.02.03. — М., 2003. — 23 с.

Кочарян Ж. Л., Гаврищук И. А. Языческие праздники разных наро-
дов: Halloween и праздник Ивана Купала — сходства и различия //
Студенческая наука Подмосковья: сб. мат. междунар, науч. конф. —
Орехово-Зуево: ПТУ, 2023. — С. 262 — 266.

Криничная Н.А. Русская мифология: Мир образов фольклора /
Н. А. Криничная. — М.: Академический Проект; Гаудеамус, 2004. —
1008 с.

22.

23.

24.

iiiiiiiiiiiiimiiiini

:О1

I
«эд

ко

<<Я

<о

<<>l

25.

26.

I<>1
I
»O>

KsH

27.

28.

*'.o>

Левкиевская E. E. Мифы и легенды восточных славян / Е. Е. Левки-
евская. — М.: Детская литература, 2010. — 216 с.

Маслова В. А. Архетип природы как модель мировосприятия //
Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Теория
языка. Семиотика. Семантика. — 2013. — № 2. — С. 5—14.

Махрачева Т. В.. Шлыкова М.А. Иван Купала в Тамбовской обла-
сти // Живая старина. — 2020. — № 4 (108). — С. 16— 19.

Мусина К. Праздники древних славян. Иван Купала // Иннова-
ционные идеи молодых исследователей для агропромышленного
комплекса: сб. мат. междунар, науч.-практ. конф. — Пенза: ПГАУ,
2025. — С. 333-335.

«Qi

о
о

I*. >.

1о;

29 . Никольская Т. М. Семиотические аспекты купальского обряда //
/Аналитика культурологии. — 2010. — № 1 (16). — С. 67 — 88.

30 Орлов О. Л. Российский праздник как историко-культурный фено-

31.

32.

to:

so:

f
f

<>’

ГО)

33.

= -

34.

35.

।

мен / О. Л. Орлов. — СПб.: Нестор, 2003. — 166 с.

Песни Псковской земли. Вын. 1 / сосг., ред. и предисл. Л. Мехнецо-
ва. — Л.: Сов. композитор, 1989. — 295 с.

Площук Г. И. Поверья о «заломах» и «пережинах» как источник
реконструкции архаических черт купальского обряда // Вестник
Псковского государственного университета. Серия: Социально-гу-
манитарные и психолого-педагогические науки. — 2013. — №3. —
С. 59-72.

Подколзина Е. В. Концепт «вода» в малых фольклорных жанрах сла-
вянских народов // Интеллектуальный потенциал XXI века: ступени
познания. — 2011. — №5—1 —С. 128—132.

Потебня А. А. Слово и миф / А. А. Потебня. — М.: Правда, 1989. —
624 с.

Ради Э. А., Сидорова И. А. Антикарнавал и антиповедение в повести
Н. В. Гоголя «Вечер накануне Ивана Кунала» // Евразийский союз
ученых. - 2015. — № 11 - 4 (20). — С. 33- 34.

Рамзина О. В. Змеиный символизм в ку.\ьтурных традициях Евро-
пы // Вестник Московского государственного университета культу-
ры и искусств. — 2020. — № 1 (93). — С. 60 — 66.

Русский народ. Этнографическая энциклопедия: в 2 т. / гл. ред., сост.
О. А. Платонов. — М.: Ин-т русской цивилизации, 2013.

Ситникова С. А. Реликты змеиного культа в тверской традиционной
культуре // Вестник славянских культур. - 2018. — Т. 49. — С. 94 —
106.

I >►'1

Koj

!.О;

36.

37.

38.

: o;

LC I

«О:
©
< :

Г><
kv;

' =

39.

Г1

40.

tv 4

41.

42.

F<4

(ojJ
й>л

43.

ко

ь
к»
!

44.

Скрябина Л. А., Мархель А. С. Традиции праздника Иван Купала в
селе Преображенка // Учёные .записки музея-заповедника «Томская
Писаница». — 2015. — №2. — С. 136—141.

Славянские древности; этнолингвистический словарь: в 5 т. / под
общ. ред. Н. И. Толстого. — М.: Международные отношения, 1995 —
2014.

Смирнов В. А. Купальская обрядовая поэзия восточных славян: авто-
реф. дис. ... канд. филол. наук: 10.01.09. — М., 1978. — 26 с.

Соклакова Е. В. День Ивана Купалы // Переломные моменты истории:
люди, события, исследования. К 350-летию со дня рождения Петра
Великого: мат. междунар, науч, конф.: в 3 т. Т. 3 / под род. С. И. Буга-
шева, Ю. В, Ватолиной, А. С. Минина. — СПб.: СПбГУПТД, 2022. —
С. 595-598.

Стоглав: Собор бывший в Москве при великом государе, царе и ве-
ликом князе Иване Васильевиче (в лето 7059) / авт. предисл. Агапий
(Гончаренко). — Лондон: Trubner а. С' [Вольн. рус. тип.], 1860. —
XVI, 239 с.

Сухоруков А. С. Праздник Иван Купала: знаки, символы в аспек-
те режиссуры // XI Лазаревские чтения «,\ики традиционной
культуры в современном культурном пространстве: от прошлого к
будущему»: сб. мат. междунар, науч. конф. — Че.\ябинск: ЧГИК,
2024. — С. 118-122.

Табакова А. Праздник Ивана Купала // Вклад молодых учёных в ин-
новационное развитие АПК России: сб. мат. междунар, науч.-практ.
конф. — Пенза: ПГЛУ, 2023. — С. 133- 136.

Татарникова О. Н. Ономастическое поле имени собственного Иван
в народном сознании // Наука о человеке: гуманитарные исследо-
вания. -2015. — №4 (22). — С. 70-75.

Тихонова Е. П. Представления о ведьме в культуре славянских
народов // Общество: философия, история, культура. — 2018. —
№8(52). — С. 202-205.

Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: в 4 т. / пер. с
нем. и доп. О. И. Трубачёва. — М.: Прогресс, 1986.

Хитарова Т.А. Компаративистский анализ архетипа «змея» в не-
которых произведениях Э. Т. А. Гофмана, А. С. Пушкина, П. Воло-
шиной, в русских былинах в синхроническом и диахроническом
аспектах // Язык и культура: сб. мат. XXV1II междунар, науч.-практ.
конф. — Новосибирск: ЦРНС, 2017. — С. 157 — 161.

« O1

koi

i
i;

I'.vl

<о:
'.О'

toi
(31

<я

<0.1

45.

46.

47.

48.

49.

ra
$
<<>.

X
га

<о;

О
51.

53.

54.

50. Чепель E. А. Современное отношение к празднику «Иван Купала» //

Студенческое сообщество и современная наука: сб. исслед. работ. —
Елец: ЕГУ им. И. А. Бунина, 2015. — С. 119— 121.

Чёрная Л. А. Антропологический код древнерусской культуры //
Культурология. — 2015. — № 3 (74). — С. 67- 83.

52. Шакун Е. Н. На Ивана на Купала красна девица гадала // Из про-

шлого в настоящее: мат. науч.-пракг. конф.; под ред. А. В. Констан-
тиновой. — М.: РУДН, 2019. — С. 71 - 73.

Ширяева Н. С. Символика «плетения» в вятской (русской) обрядо-
вой традиции // Вестник Челябинского государственного универ-
ситета. - 2014. — № 11 (340). — С. 85 — 87.

Шпагина Е. В. Мотивы плодородия и жизни как составляющие
праздника Ивана Купала // Проблемы единства славя некого мира:
исторический, культурный и языковой аспекты: сб. ст. ХП регион,
науч. чт. — Майкоп: Магарин О. Г., 2019. — С. 282 — 288.

;у)

:6)

^^ОгО^ОХ^Х^Х^Х^Л^Л^Л^Л^А^ЛА

ю»

:::

'О-

СОДЕРЖАНИЕ

'О.!

К ЧИТАТЕЛЮ. ИВАН КУПАЛА — ЧТО ЗА ПРАЗДНИК?

• •i

КАК В СТАРИНУ ГОТОВИЛИСЬ

К ДНЮ КУП АЛЫ........

koi

Ы
Е О.

ТАИНСТВО КУПАЛЬСКОЙ НОЧИ

КТО САМ СЕБЯ СТЕРЕЖЁТ, ТОГО И ЗАГОВОР БЕРЕЖЁТ

ЧУДОДЕЙСТВЕННЫЕ РАСТЕНИЯ НА ИВАНА КУПАЛУ

НА ИВАНА КУПАЛУ КОСТРЫ ГОРЯТ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЛИТЕРАТУРА

ко>

«о.

ко.

ПОЧЕМУ НЕЧИСТЬ

СОБИРАЛАСЬ?....

КОЛИ ДО ИВАНА ПРОСО В ЛОЖКУ, ТО БУДЕТ

И В ЛОЖКЕ........................

ВСЯКАЯ МОЛОДОСТЬ

РЕЗВОСТИ ДА УДАЛИ ПОЛНА:

РИТУАЛЬНЫЕ БЕСЧИНСТВА МОЛОДЁЖИ НА КУ ПАЛУ

КУПАЛЬСКАЯ БЕРЁЗА — ЛЕС НАЯ КРАСАВИЦА

ДА ЦЕЛИТЕЛЬНИЦА...................

ВСЯКАЯ НЕЧИСТЬ НА КУПАЛУ ВОДИТСЯ:
ВОДЯНОЙ С ЛЕШИМ, ВЕДЬМА С ЧЁРТОМ,
РУСАЛКА С БЕСОМ ..................

: . >