1Я1В-1Я45 годы

|/(/ военные
шш теины
Л Л веки
А.Ш. Вездгольныб
НАРОДЫ КАВКАЗА
И КРАСНАЯ АРМИЯ
1318-1345 гады
Москва
«Вече»
2007

ББК 63.3(2)61-62
Б40
Безугольный А.Ю.
Б 40 Народы Кавказа и Красная армия. 1918—1945 годы /
А.Ю. Безугольный. — М.: Вече, 2007. — 512 с.: ил. — (Во¬
енные тайны XX века).
ISBN 978-5-9533-1989-8
Национальная политика советского государства на Кавказе в
1918—1945 годах была очень сложной и противоречивой, что проявля¬
лось и в прохождении военной службы представителями коренных на¬
родов региона. Призыв в армию и особенно допуск к участию в боевых
действиях означали признание лояльности уроженцев Кавказа социали¬
стическому Отечеству. В своем исследовании военный историк А.Ю. Бе¬
зугольный основное внимание уделил политическим и идеологическим ас¬
пектам военной службы жителей Северного Кавказа и Закавказья. В кни¬
ге не обойдены и «острые углы» военно-политической истории Кавказа
1940-х годов: повстанческие движения, бандитизм, дезертирство в ряде
республик, служба кавказцев в различных «легионах» на стороне герман¬
ского вермахта. Впервые подробно рассказывается об ограничениях в
призыве в армию представителей ряда национальностей во время Вели¬
кой Отечественной войны; подчеркивается, что коренной перелом в по¬
ложении воинов-кавказцев начался с середины 1943 года.
ББК 63.3(2)61-62
ISBN 978-5-9533-1989-8	© Безугольный А.Ю., 2007
© ООО «Издательский дом «Вече», 2007

ВВЕДЕНИЕ
Сложная и противоречивая национальная политика советс¬
кого государства на Кавказе в 1918—1945 гг., многократно коле¬
балась от безусловно прогрессивных тенденций к жестко реп¬
рессивным мероприятиям. Как в зеркале она отразилась в прак¬
тике приема и организации прохождения военной службы
представителями коренных народов Кавказа. Призыв и особен¬
но допуск их к участию в военных действиях являлись актами по¬
литическими, поскольку решался вопрос о лояльности урожен¬
цев Кавказа социалистическому отечеству и доверия последнего
им. Практические потребности армии в людских пополнениях
учитывались во вторую очередь. Проблемы службы в РККА пред¬
ставителей народов Кавказа, таким образом, выводят на общие
проблемы национальной политики советского государства. По¬
этому таким аспектам военной службы, как призыв и мобилиза¬
ция, масштабы, организационные формы и методы использова¬
ния их в войсках, а также воспитательно-идеологическому обес¬
печению боевых действий с участием кавказских частей и
способов публичного их освещения в данной работе уделено пер¬
востепенное внимание. Им дается прежде всего политическое тол¬
кование.
Эволюция государственной идеологии от интернациональной
в годы Гражданской войны к великоросской новоимперской в
конце 30-х и 40-е гг. напрямую отражалась на процессах военно¬
го строительства в СССР, сужая или расширяя рамки участия в
рядах РККА кавказских этносов. В период Гражданской войны
горцы Северного Кавказа и представители закавказских народов
всеми силами вовлекались в гражданскую войну и в массовом
порядке принимались в ряды Красной армии. Это соответство¬
вало ожиданиям большевистского руководства высокого револю¬
ционного порыва со стороны жителей бывших имперских окра¬
ин. В 20 — 30-е гг. охотное привлечение коренного населения
Кавказа в ряды РККА в рамках эмансипации национальных ок¬
3

раин и коренизации руководящих кадров ограничивалось мате¬
риальными возможностями государства. Свертывание нацио¬
нального военного строительства в ходе военной реформы в кон¬
це 30-х гг. сопровождалось становлением и развитием идеоло¬
гии осажденного лагеря и консолидации народов СССР вокруг
«старшего брата» — русского народа. Период Великой Отече¬
ственной войны ястал наиболее политизированным в истории
национального военного строительства. Многочисленные экс¬
перименты по возрождению кавказских формирований в нача¬
ле войны окончились деградацией многих из них как нацио¬
нальных и приостановками обязательных призывов и мобили¬
заций уже в 1942—1943 гг.
Предметом данного исследования явилась национальная по¬
литика государства в отношении военнообязанных, призывников
и военнослужащих кавказских национальностей, проблемы фор¬
мирования, подготовки и боевого использования воинских фор¬
мирований с их участием. Это выразилось в специальном зако¬
нотворчестве, директивных и прочих подзаконных актах, действи¬
ях партийно-государственных и военных институтов, а также
отдельных государственных деятелей в отношении военнообязан¬
ных, призывников и военнослужащих кавказских национально¬
стей.
Первостепенное внимание в работе уделено анализу демогра¬
фических и социально-политических характеристик континген¬
тов военнообязанных и призывников кавказских национально¬
стей, дискуссиям политиков и военных по вопросу их привлече¬
ния к военной службе, формам и методам приема в армию
представителей народов Кавказа и укомплектования ими воинс¬
ких частей. Отдельной важной темой является исследование про¬
цесса формирования национальных частей и их боевой подготов¬
ки. Как видно, все эти элементы относятся к начальной, так ска¬
зать, дофронтовой (довоенной) истории участия представителей
народов Кавказа в рядах советских вооруженных сил. Именно на
этом этапе наиболее ярко и в полном объеме проявлялась госу¬
дарственная национальная политика в области военного строи¬
тельства.
В дальнейшем фронтовая обстановка в значительной мере
нивелировала национальные формирования, оставляя (и то не
всегда) их уникальность только сфере пропаганды. Объективные
условия военной обстановки отодвигали далеко на задний план
особенности национальных частей. Если же вести речь о частях
со смешанным национальным составом, куда с пополнениями
поступали кавказские контингенты, то последние и вовсе бесслед¬
но растворялись в преимущественно славянской среде. Поэтому
не удивительно, что достаточно многочисленная советская и со¬
временная литература по истории национальных формирований,
сосредоточенная на реконструкции их фронтовой истории, так и
не смогла выявить их специфики. От аналогичных работ по ис¬
тории воинских частей со славянским составом их отличают толь¬
ко нерусские фамилии исторических персонажей.
Памятуя о многочисленных описаниях боевого пути нацио¬
нальных частей и жизнеописаниях их героев (часто, объективных
и весьма скрупулезных1), автор не счел необходимым повторять
пройденное. Анализ собственно боевых эпизодов в данной мо¬
нографии дается лишь тогда, когда он отвечает главной задаче —
выявлению особенностей государственной национальной поли¬
тики в военной сфере, динамики и тенденций ее развития. На¬
пример, в годы Великой Отечественной войны исключительное
значение в этом отношении имело массовое использование во
второй половине 1942 г. кавказских национальных дивизий в опе¬
рациях Северной группы войск Закавказского фронта, чему в кни¬
ге уделено особое внимание.
Как было отмечено, в боевой обстановке собственно нацио¬
нальное в кавказских воинских формированиях перемещалось в
пропагандистскую сферу. Оно отделялось от своей первоосновы
и существовало во многом независимо от реального боевого пути
национальных частей. Рассмотрению пропагандистских образов
воина-кавказца и кавказских национальных формирований в ра¬
боте также уделено значительное место.
Часть из намеченных выше вопросов в различное время под¬
нималась отечественной историографией. Советские исследова¬
ния национальной политики всегда находились под более или
менее сильным прессом государственной идеологии. Иногда ее
влияние было слабым и почти безобидными для научной исти¬
ны, а иногда — подобно шторму, сметающему на своем пути це¬
лые исторические школы. Так или иначе, политика всегда дик¬
товала науке свою волю. Пожалуй, только ранняя историография
Гражданской войны и первого послевоенного этапа строительства
Красной армии в условиях мягкого общественно-политического
климата нэпа развивалась относительно свободно. В работах не¬
посредственных участников революции на Северном Кавказе и в
Закавказье (Е.А. Эшба, Н. Самурского, А.А. Тахо-Годи, С.С. Ша¬
5

умяна и др.2) сквозило сомнение по поводу классовой зрелости
многих кавказских народов, способности ими принять российс¬
кую модель большевизма. Многие обращали вниманиие на слож¬
ное переплетение социально-политической борьбы с часто зас¬
тарелыми межэтническими и религиозными конфликтами, при¬
дававшими Гражданской войне и вооруженным формированиям
на Кавказе специфический характер. Давались оценки действий
Красной армии в регионе и различным формам вовлечения в нее
горцев.
Интересные наблюдения о боевых качествах горцев оставили
военные — участники боев на Северном Кавказе. Многие отме¬
чали неизбежные трудности, связанные с их интеграцией в регу¬
лярную армию, каковой РККА являлась уже в 1920— 1921 гг., ког¬
да она вернулась на Кавказ победительницей Добровольческой ар¬
мии. Исследователи обращали внимание на невосприимчивость
местных жителей к большевистской доктрине: Красная армия
часто виделась им как армия русская, не отличимая от царских
или добровольческих войск3.
С большим оптимизмом на перспективы интеграции урожен¬
цев Кавказа смотрели военные теоретики милиционно-террито¬
риальной системы комплектования войск, господствовавшей в
20-е гг. В ряде публикаций ими доказывались уместность и по¬
лезность содержания национальных частей, рассматривавшихся
как переходная ступень к обязательному призыву национально¬
стей Кавказа на общих основаниях и направления для службы в
обычные части4.
С приходом сталинской эпохи дискуссии закончились. Слож¬
ная картина Гражданской войны превратилась в непрерывное
поступательное движение Красной армии по территории Кавка¬
за в условиях предрешенной победы большевизма и во главе с
молниеносно канонизированными фигурами Орджоникидзе,
Кирова, Буденного и царицынского «главнокомандующего» Ста¬
лина. Социально-культурная уникальность кавказских народов,
сведенная к терминам типа «забитость» и «суеверность», теперь
лишь оттеняла классовую борьбу, придавая ей некий восточный
колорит. Сталинский классовый схематизм и упрощенчество, как
подход в изучении Гражданской войны на Кавказе, значительно
пережил своего духовного отца и господствовал в поздней совет¬
ской литературе. Национально-религиозные факторы борьбы
выродились в оговорки и эвфемизмы вроде: «Переплетение клас¬
совой борьбы с национальной и сословной» «в известной мере за¬
6

тушевывало классовые противоречия...»5 (курсив мой. — А. Б.), и
этим вообще дезавуировали живые свидетельства творцов рево¬
люции; думается, это сводит научную ценность подобных работ
«в известной мере» к нулю. «Надо отдать должное советской ис¬
ториографии, — замечает дагестанский историк М.А. Магоме¬
дов, — она сумела из сложной, запутанной, далекой от класси¬
ческой марксистской схемы картины Северного Кавказа сделать
сравнительно стройный исторический рисунок»6. То же можно
отнести и к Закавказью. Между тем классовый инструментарий
оказывается недостаточным для объяснения форм, методов, иде¬
ологии вооруженного противостояния в регионе, победителем в
котором в конечном итоге вышла Красная армия.
В еще большей мере идеологическое давление отразилось на
историографии весьма уязвимой для власти темы — участия на¬
родов Кавказа в Великой Отечественной войне. Научный инте¬
рес был уведен далеко в сторону от самого предмета исследова¬
ния — национальной политики и военнослужащих кавказских
национальностей. Дальше всех оказалось самое популярное и пло¬
довитое течение, посвященное истории национальных формиро¬
ваний Красной армии в годы войны. За отправную точку его пред¬
ставителями был взят имевший статус аксиомы тезис о крепком
советском единстве кавказских народов с русским народом. Он
стал предпосылкой шаблона, сводившего исследование к меха¬
ническому подсчету представительства того или иного народа в
войсках и скрупулезной реконструкции боевого пути нацио¬
нальных соединений. Автор одной из больших монографий по
истории национальных формирований Н.А. Кирсанов (1984) ста¬
вил перед собой цель в пику «буржуазным фальсификаторам ис¬
тории», которые, «злобно искажая все аспекты национальных от¬
ношений при социализме, провоцируют различные версии о гос¬
подствующем положении русской нации», доказать наличие
«братского боевого союза народов СССР»7. Отсюда и приорите¬
ты автора: военно-организационная и идеологическая деятель¬
ность республиканских партийно-советских органов, освещение
массового героизма воинов различных национальностей СССР,
их боевой дружбы, взаимовыручки и т.п.8 Результатом подобной
постановки вопроса становилось добротное изложение боевого
пути национальных стрелковых дивизий. В тоже время из виду
выпускались специфические черты национальных частей и, преж¬
де всего, политические аспекты их истории, взаимосвязь нацио¬
нальной политики и военного строительства на Кавказе. Можно
7

согласиться с мнением современного историка М.М. Ибрагимо¬
ва о том, что такая традиция позволяла успешно «растворять»
сложные вопросы истории войны9.
Наиболее одиозной модификацией этой концепции стали офи¬
циальные издания по истории союзных и автономных республик
Кавказского региона в период Великой Отечественной войны10.
Такой подход, видимо, в силу своей простоты и схематизма, ока¬
зался весьма живуч и воспроизводится в современной литературе11.
В тоже время некоторые работы советских историков выде¬
лялись новаторским подходом и актуальны до сегодняшнего дня.
В исследовании А.П. Артемьева, изданном в 1975 г., впервые про¬
веден сравнительно-статистический анализ участия народов
СССР в войне12. Им был выявлен резкий дисбаланс участия раз¬
личных народов в рядах Вооруженных Сил, впрочем, оставлен¬
ный автором без комментариев. Результаты изучения А.П. Арте¬
мьевым динамики численности военнослужащих различных на¬
циональностей в частях Красной армии в разные периоды войны
являются удобной исходной позицией для современных исследо¬
вателей, обладающих значительно лучшей Источниковой базой и
эффективным методологическим инструментарием.
М.А. Мурадян сосредоточился на проблемах воспитательной
и агитационно-пропагандистской работы среди бойцов нерусских
национальностей, особенно выделив серьезные проблемы в этой
области в начале войны, когда велось массовое строительство на¬
циональных соединений13.
Интересные выводы по истории Гражданской войны, межво¬
енному строительству РККА и Великой Отечественной войне14
сделаны зарубежными исследователями. Особенно многочислен¬
на историография Восточного фронта вермахта. В работах по ис¬
тории воинских формирований в Германии15, специальных ис¬
следованиях о битве за Кавказ16 содержатся наблюдения немец¬
ких историков и ветеранов о Красной армии, в том числе о
национальных дивизиях, красноармейцах-кавказцах и т.д. Их
оценки боевых качеств советских соединений нередко прямо про¬
тивоположны тем, которые даются в отечественной литературе.
Немецкие авторы часто подчеркивают национальность захвачен¬
ных в плен красноармейцев, демонстрируя, по их мысли, разоб¬
щенность в рядах РККА, хотя к таким материалам следует отно¬
ситься осторожно.
Внимание современных исследователей сосредоточено на
наиболее острых проблемах национальной политики и межнаци¬
8

ональных отношений на Кавказе, таких как политический бан¬
дитизм, депортации народов и прочие репрессивные акции госу¬
дарственной политики, а также коллаборационизм и служба жи¬
телей Кавказа в рядах вермахта. В отличие от прежнего времени
они рассматриваются как сложные социально-политические яв¬
ления, требующие разработки особых методологических приемов
и расширения Источниковой базы. В последние годы было изда¬
но несколько сборников статей по национальному вопросу в
СССР17, защищены диссертации18, издаются монографии19. Боль¬
шое количество публикаций посвящено различным аспектам
Гражданской войны и истории независимых государственных
образований на Кавказе в этот период20.
На этом фоне вопросы службы представителей коренных на¬
родов Кавказа в рядах Красной армии упускаются из виду, хотя
понятно, что здесь действовали те же исторические закономер¬
ности. Немногочисленные современные исследования по теме
пока не содержат глубоких обобщений, позволяющих уяснить вза¬
имосвязь между боевой судьбой представителей кавказских на¬
родов и национальной политикой государства21.
В немалой мере этому способствуют устойчивые историогра¬
фические традиции, что особо заметно в региональной литерату¬
ре. К примеру, давно сложившееся почитание национальных ча¬
стей периода Великой Отечественной войны как символа нацио¬
нального вклада в дело борьбы с фашизмом отодвигает на второй
план особенности их сложной и неоднозначной истории, в кото¬
рой как в зеркале отражаются повороты национальной политики
во время войны22. Исследователи не задаются вопросом, почему,
в частности на Северном Кавказе, судьба большинства нацио¬
нальных дивизий была очень короткой, почему первоначальные
планы национального военного строительства уже через несколь¬
ко месяцев после их принятия были резко сокращены, а затем и
свернуты. Не получили объяснения начавшиеся в 1942 г. приос¬
тановки призыва коренного населения во всех северокавказских
и закавказских национальных республиках23 и т.д. Все эти воп¬
росы связаны не только с проблемами военного строительства,
но и с ужесточением национальной политики и требуют допол¬
нить военно-историческое исследование изучением политичес¬
ких и социальных проблем региона.
Ключевое место военной службы и войны в ментальной струк¬
туре каждого народа, уважительное, трепетное отношение к ее
героям при всей своей положительной социальной значимости
9

дает плодородную почву для исторического мифотворчества, по¬
рождает односторонний, некритический, выборочный подход к
подбору и анализу исторических фактов, связанных с участием
того или иного народа в войне. Историческое исследование, осо¬
бенно в регионах, тесно соединяется с публицистикой и текущей
политикой с присущими им острой полемикой и субъективизмом.
Эти подходы далеки от науки.
Идеологическая составляющая вопроса о вкладе того или ино¬
го народа в дело победы над фашизмом делает живучими охрани¬
тельные тенденции, присущие советской науке. На страницах со¬
временной литературы о войне — не только публицистической,
но и научной — нередко можно встретить характерную ругатель¬
ную лексику об «очернителях истории», «лицемерах, пляшущих
под западную дудку». Объективный подход к явлениям коллабо¬
рационизма, добровольной сдачи в плен и т.п. явлениях заменя¬
ется узнаваемой оскорбительной лексикой в адрес «отдельных
подонков», «отщепенцев», «затаившихся врагов» и т.д.24
Основу Источниковой базы составили архивные материалы
пяти федеральных архивов: Российского государственного воен¬
но-исторического архива (РГВИА), Российского государственно¬
го военного архива (РГВА), Центрального архива Министерства
обороны Российской Федерации (ЦАМО РФ), Российского го¬
сударственного архива социально-политической истории
(РГАСПИ), Государственного архива Российской Федерации
(ГАРФ).
В РГВА исследованы документы 11 фондообразователей пе¬
риода Гражданской войны и межвоенного периода, а также фон¬
ды войск НКВД по охране тыла Красной армии за период Вели¬
кой Отечественной войны. Наибольшую ценность среди них
представляют документы фонда Кавказского фронта (фонд 109),
11-й армии Кавказского фронта (фонд 195), 10-й Терско-Дагес¬
танской армии (фонд 39247), штаба войск Терской области (фонд
28108), Северо-Кавказского и Закавказского военных округов
(фонды 25896 и 25873 соотв.) и др.
Документальные материалы Гражданской войны отражают
усилия большевистского руководства и частей Красной армии по
разгрому белогвардейского добровольческого и прочих движений,
в том числе национальных и религиозных, трактовавшихся как
контрреволюционные. Период Гражданской войны обеспечен
документами неравномерно. Материалы за 1918—1919 гг. не пол¬
ны, часто фрагментарны, что объяснялось сложным периодом
10

становления и скорой трагической судьбой Красной армии на
Северном Кавказе в этот период. С конца 1919 г. делопроиз¬
водство Реввоенсовета, штаба, управлений Кавказского фронта,
11-й армии и других фондообразователей велось регулярно, что
позволяет представить подробную картину второй половины
Гражданской войны на Северном Кавказе и в Закавказье.
В документах содержится обширная информация о взаимо¬
отношениях советской власти и Красной армии с местным насе¬
лением, а также по вопросам использования местных партизанс¬
ких отрядов на стороне РККА.
Главным для исследований по истории Красной армии пери¬
ода Великой Отечественной войны является ЦАМО РФ. Автором
было изучено почти шестьсот дел этого архива, содержащихся в
47 фондах.
Основной массив материалов по теме сосредоточен в фондах
полевых управлений фронтов и военных округов, в состав кото¬
рых призывались граждане кавказских национальностей и форми¬
ровались дивизии с их участием: Закавказский фронт (фонд 209),
Закавказский военный округ (фонд 126), Северо-Кавказский во¬
енный округ (фонд 144), и на участках которых уроженцы Кавка¬
за использовались в бою массово: Северная и Черноморские груп¬
пы войск Закавказского фронта (фонды 273 и 224 соотв.), Кав¬
казский фронт (фонд 216), Крымский фронт (фонд 215), Южный
фронт (фонд 228), Северо-Кавказский фронт (фонд 224), Отдель¬
ная Приморская армия (фонд 288), 3-й и 4-й Украинские фрон¬
ты (фонды 229 и 208 соотв.) В этих фондах содержатся материа¬
лы десятков управлений и отделов, входивших в структуру фрон¬
тового (окружного) управления.
Для исследования наибольшую ценность представляют доку¬
менты военных советов — высших коллективных руководящих
органов фронтового (окружного) уровня. В них содержатся по¬
становления военных советов, их переписка со Ставкой Верхов¬
ного Главнокомандования, материалы инспекций войск, прове¬
рок и т.д. Военные советы поддерживали тесный контакт как с
местными властями, так и с советским правительством. Поэтому
большое место здесь занимает переписка с лидерами советского
государства и кавказских республик по политическим и хозяй¬
ственным вопросам, в том числе и по вопросам национальной
политики в войсках. В документах оперативных отделов штабов
сосредоточена информация о ходе боевых действий, планирова¬
нии операций, состоянии войск, контактах со Ставкой, Генераль¬
11

ным штабом и т.п. В подавляющем большинстве материалы по
использованию в рядах Красной армии военнослужащих кавказ¬
ских национальностей впервые вводятся в научный оборот.
Документы организационно-мобилизационных отделов шта¬
бов и управлений формирования и укомплектования войск За¬
кавказского и Северо-Кавказского фронтов содержат подробные
сведения по учету, призыву и допризывной подготовке кавказс¬
кой молодежи, мобилизации и использованию в укомплектова¬
нии войск военнообязанных кавказских национальностей, а так¬
же директивы Главного управления формирования и укомплек¬
тования войск (ГУФ) Наркомата обороны и переписку с ним по
этим вопросам. Документы организационно-мобилизационных
органов практически не использовались еще историками или ис¬
пользовались эпизодически. Комплексный их анализ позволил
достаточно полно реконструировать мобилизационную практи¬
ку на Кавказе и по-новому взглянуть на проблемы участия пред¬
ставителей народов Кавказа в Великой Отечественной войне.
Важное значение для исследования имело использование до¬
кументации политорганов, отражающих духовный мир военнос¬
лужащих. При изучении национальной политики и межнацио¬
нальных отношений в войсках этот тип источников незаменим.
Их отличает живость, эмоциональная окрашенность в описании
жизни воинского коллектива, его боевых успехов и неудач. Мно¬
гие десятилетия они ложились в основу военно-исторических ра¬
бот. Последние позаимствовали у них не только фактический ма¬
териал, но способы его интерпретации, структуру и стилистику.
Особое отношение к ним сохраняется и сейчас. В то же время иг¬
норирование специфики политдонесений приводит к крупным
ошибкам, искажениям в воссоздании исторического процесса —
говоря шире — к мифотворчеству.
Начальники политотделов, несшие прямую ответственность
за морально-политическое состояние своих частей, нередко пред¬
почитали скрывать или скрашивать неблагоприятные явления в
своих частях. Этому служил стилистический инструментарий по¬
литдонесений: шаблонность, эпизодичность повествования, гос¬
подство частного над общим, избегание статистических обобще¬
ний. Без серьезных изменений такая традиция просуществовала
всю войну. Нелицеприятная, но точная характеристика, данная
в августе 1944 г. донесениям политотдела 77-й азербайджанской
дивизии вышестоящим политотделом, за небольшими оговорка¬
ми подходит ко многим аналогичным документам: «Политинфор¬
12

мация за истекший период была: 1) несвоевременной; 2) не прав¬
дивой; 3) не целеустремленной. Качество политдонесений исклю¬
чительно низкое. Продолжает иметь место описывание, фотогра¬
фирование фактов. Донесения как две капли воды похожи друг
на друга: описание проделанной работы, факты героизма, зна¬
менитое “но” и дальше — чрезвычайные происшествия и различ¬
ные аморальные явления. Без связи, без анализа, без обобщений и
выводов»25. Такой стиль написания политдонесений чрезвычайно
затруднял любое обобщение. Вышестоящий начальник, а ныне —
историк — путается в огромном объеме шаблонной информации:
«По таким донесениям можно судить о том, что в полку есть хо¬
рошие и плохие командиры и бойцы, есть герои, мародеры, хо¬
рошие организаторы и бездельники, но что же собою представ¬
ляет полк в целом?»26 Все сказанное заставляет относиться к по¬
литическому донесению как роду источников крайне осторожно.
Альтернативную информацию о морально-психологическом
состоянии военнослужащих обычно содержат материалы инспек¬
ций частей вышестоящих политических инстанций. Это относит¬
ся и к спецсообщениям особых отделов НКВД/СМЕРШ. Одной
из функций последних являлся мониторинг дисциплины и бы¬
тового положения личного состава. Находясь лишь в оператив¬
ном подчинении военных начальников, сотрудники особых от¬
делов имели большую, чем политотделы, свободу в изложении и
трактовке событий. Спецсообщения особых отделов лишены ук¬
рашательского антуража, написаны деловым языком, содержат
обоснованные выводы. Правда, их авторы нередко имели склон¬
ность сгущать краски. К сожалению, спецсообщения труднодос¬
тупны историкам, хотя уже имеются их первые тематические пуб¬
ликации.
Документы фронтового (а нередко и низшего) уровня содер¬
жат немало материалов высших государственных и военных ру¬
ководящих органов страны — директивы, постановления, распо¬
ряжения Государственного Комитета Обороны, Совета Народных
Комиссаров, Ставки Верховного Главнокомандования, Генераль¬
ного штаба и ключевых ведомств — наркоматов обороны, внут¬
ренних дел и прочих. Это позволяет в совокупности с материала¬
ми других архивов и опубликованными документами достаточно
полно представлять себе направление государственной полити¬
ки в изучаемой области.
Автором изучены десятки фондов групп войск, армий, кор¬
пусов, дивизий и бригад, в составе которых сражались воины кав¬
13

казских национальностей. При изучении истории кавказских на¬
циональных дивизий использовались их фонды, документы ко¬
торых отражают процессы формирования, переформирования и
расформирования, боевой путь национальных дивизий, а также
важные характеристики личного состава — боечисленный и на¬
циональный состав, состояние дисциплины и морально-боевых
качеств.
Документы РГАСПИ составили следующую важную группу
источников, положенных в основу представленного исследова¬
ния. Копии протоколов заседаний бюро и стенограмм пленумов
горкомов, обкомов, крайкомов и республиканских комитетов
ВКП(б) отражают тесные и многоплановые связи партийных ор¬
ганов кавказских республик с армией, материальную, пропаган¬
дистскую и просветительскую помощь фронту, а также социаль¬
но-политическую ситуацию в кавказских регионах (фонд 17).
Стенограммы пленумов обкомов и ЦК партии интересны зафик¬
сированным в них дискурсом, определенным плюрализмом мне¬
ний, позволяющим определить механизм принятия того или ино¬
го решения.
Сведения о проблемах ведения партийно-политической рабо¬
ты с военнослужащими неславянских национальностей содержат¬
ся в фонде Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) (фонд
125), а также в некоторых личных фондах тех государственных
деятелей, которые занимались вопросами воспитания этих воен¬
нослужащих. Так, в фонде начальника Главного политического
управления Красной армии А.С. Щербакова (фонд 88) хранится
стенограмма всесоюзного совещания агитаторов, работавших с
бойцами нерусских национальностей, проходившего в августе
1943 г. На этом уникальном за годы войны мероприятии был обоб¬
щен опыт воспитательной работы с бойцами-националами и на¬
мечены перспективы дальнейшей работы.
Среди документов, хранящихся в ГАРФ, использованы све¬
дения Наркомата внутренних дел СССР о ситуации с ростом уго¬
ловного и политического бандитизма в северокавказских респуб¬
ликах и мерах правительства по поддержанию правопорядка в них
(фонд Р-9479).
В фондах РГВИА (Кавказской армии, Кавказского военного
округа, Азиатской части Главного штаба и др.) изучены докумен¬
ты, позволившие оценить опыт привлечения кавказских народов
в ряды русской армии до революции. Особый интерес вызывают
материалы по истории местной иррегулярной милиции и ее ис¬
14

пользования в военных действиях. Документы архива позволяют
проанализировать попытки царского правительства использовать
жителей Кавказа в рядах регулярных войск и наладить их обяза¬
тельный призыв в армию на общих основаниях. Эти попытки,
окончившиеся неудачей, полезно сравнить с советскими опыта¬
ми в области привлечения коренных жителей Кавказа в ряды
РККА.
Важное значение для подготовки данной книги имели опуб¬
ликованные документы. По истории различных аспектов Граж¬
данской войны еще в советское время в свет вышли весьма цен¬
ные сборники документов. Наибольший интерес представляет
четырехтомное издание «Директивы командования фронтов
Красной армии. 1917—1922 гг.» (М., 1971—1978), трехтомное из¬
дание «Из истории Гражданской войны» (М., 1957—1961), со¬
держащие десятки документов по проблемам Гражданской вой¬
ны на Северном Кавказе и в Закавказье. Из изданий, посвя¬
щенных отдельным регионам и проблемам Гражданской войны
особо следует отметить фундаментальный сборник «Борьба за
установление и упрочнение советской власти в Дагестане.
1917—1921 гг.» (М., 1958), ставший результатом серьезного ар¬
хивного поиска в центральных и местных архивах. Почти исчер¬
пывающие сведения о действиях 11-й советской армии на тер¬
ритории Армении в 1920—1921 гг. дает сборник документов «Бо¬
евой путь 11-й Красной армии в период установления и
упрочнения Советской власти в Армении. Май 1920 — ноябрь
1921 гг.» (Ереван, 1978). Особо следует отметить скрупулезную
работу осетинских историков, собравших по разрозненным га¬
зетным публикациям 1918 г., государственным и личным архи¬
вам максимально полные стенограммы Съездов народов Тере¬
ка, имевших ключевое значение в политической борьбе после¬
революционного периода27.
Эти и некоторые другие сборники документов содержат пол¬
ную и весьма разностороннюю информацию по заявленным те¬
мам, в том числе и ту, которая слабо освещалась или не поощря¬
лась в монографической литературе. К таковым можно отнести и
документы по формированию местных красных армий в различ¬
ных регионах, их взаимоотношениям с советской властью и про¬
чими политическими силами.
Межвоенный этап строительства РККА хорошо обеспечен
опубликованными документами, издание которых началось в со¬
временную событиям эпоху28 и продолжается до сих пор29.
15

Документальные публикации по истории Великой Отече¬
ственной войны многочисленны и разнообразны. Они отражают
деятельность хозяйственных и партийных органов по мобилиза¬
ции тыла, организации оборонного производства, формированию
военных частей и партизанской войне30. В советское время таким
изданиям традиционно придавалось не только научное, но и про¬
пагандистское значение. Материалы об участии кавказцев в боях,
как правило, черпались из документов военных политорганов (вы¬
держки из донесений политотделов частей, постановления
парторганов кавказских республик, газетные статьи) и поэтому
обладали типичными недостатками, снижавшими их научную
ценность: тенденциозностью и односторонностью в подборе ма¬
териала, ура-патриотическим настроем.
За последнее десятилетие объем опубликованных докумен¬
тов по исследуемой проблеме значительно вырос, чему способ¬
ствовал как общий всплеск интереса к событиям Великой Отече¬
ственной войны, ее белым пятнам, так и внимание к Кавказу со
стороны общественности в связи с нынешней напряженностью в
этом регионе. Вводу в научный оборот новых документов во мно¬
гом способствует интенсивный процесс рассекречивания фондов
центральных ведомственных и федеральных архивов. В многотом¬
ной фундаментальной серии «Русский архив: Великая Отече¬
ственная», издаваемой с 1993 г. Институтом военной истории,
Историко-архивным центром Генштаба и центральными архива¬
ми, опубликованы тысячи документов, отражающих деятельность
высших органов военного руководства и стратегические опера¬
ции Великой Отечественной войны. Многие документы, относя¬
щиеся к 1941—1943 гг., посвящены проблемам обороны Кавказа,
состояния мобилизационных ресурсов на Кавказе, хода и резуль¬
татов формирования новых частей в этом регионе, оценки их бо¬
евой деятельности и т.д.31
Некоторые проблемы представленного исследования, как,
например, учреждение в 1944 г. национальных вооруженных сил
союзных республик, потребовали изучения изменений конститу¬
ционного законодательства в годы войны. Для этого использова¬
лись стенограммы сессий верховных советов Союза ССР и союз¬
ных республик, а также сборники законодательства.
Сегодняшние события на Северном Кавказе вызвали боль¬
шой интерес к выяснению движущих сил и масштабов повстан¬
ческого движения горцев в тылу Красной армии, коллаборацио¬
низму и т.д.32 Большой вклад в дело поиска и обнародования до¬
16

кументов, связанных с репрессиями некоторых народов Кавказа,
в годы войны внес Н.Ф. Бугай33.
Исключительное значение в подготовке данного исследова¬
ния имела мемуарная литература. Большой интерес представля¬
ют воспоминания участников Гражданской войны. Немалое ко¬
личество воспоминаний оставили представители всех воевавших
лагерей и их союзников. О наиболее значительных произведени¬
ях советских революционеров, явившихся и первыми исследова¬
телями Гражданской войны на Кавказе, говорилось в историог¬
рафическом обзоре. Не менее интересны наблюдения о Красной
армии и участии коренного населения в социальной борьбе, ос¬
тавленные противниками советской власти — белогвардейскими
генералами34 и офицерами35, иностранными военными и дипло¬
матами.
К ценнейшим мемуарным источникам относятся дневники
эмиссара турецкого правительства на Северном Кавказе, черкеса
по национальности и учителя-просветителя по профессии, Мус¬
тафы Бутбая, впервые обнаруженные и изданные в 1990 г. По по¬
ручению нового турецкого лидера Мустафы Кемаля и приглаше¬
нию Горского М. Бутбай объехал за период с февраля по август
1920 г. почти всю территорию Северного Кавказа, встречался со
многими представителями Горского правтильства, духовенством
и большевиками, оставив яркие и подробные их характеристи¬
ки36 . Не менее интересны заметки о революции руководителя ан¬
глийской миссии в Персии генерала Л. Денстервиля, лично уча¬
ствовавшем в драматической судьбе Бакинской коммуны летом
1918 г.37
Воспоминания о Великой Отечественной войне еще более
многочисленны.
Немало интересных фактов и мнений по теме содержится в
мемуарах советских (И.В. Тюленева, С.М. Буденного, А.А. Греч¬
ко, Г.Г. Курашвили, С.М. Штеменко, П.Л. Печерицы, И.П. Рос¬
лого и др.38) и германских (Ф. Гальдера, Э. Манштейна, Э. Мак-
кензена39) военачальников.
В последние годы вышел ряд ценных воспоминаний опаль¬
ных партийно-государственных деятелей того периода и непос¬
редственных участников битвы за Кавказ, не издававшихся преж¬
де (Н.С. Хрущева, Л.М. Кагановича, А.И. Микояна, П.А. Судо¬
платова, А.Д. Даниялова и др.)40. Нередко в них встречается
предвзятые толкования и оценки тех или иных событий, стрем¬
ление авторов отдалить себя от злодеяний сталинского режима.
17

К тому же мемуары писались в преклонных годах и, как правило,
без опоры на архивный материал, что обусловило эпизодичность
воспоминаний и, нередко, нелепую путаницу в фактах (особен¬
но этот недостаток проявился в воспоминаниях .сына Л. Берии
С.Л. Берии, П.А. Судоплатова). О.Ф. Сувениров, характеризуя
мемуары Н.С. Хрущева, приводит слова английского историка
XIX в. Т. Карлейля о воспоминаниях одного из участников Вели¬
кой Французской революции: «Книга, полная лжи, но с крупи¬
цами правды, которых нигде более не найдешь»41. В этом смысле
не подвергнутые цензуре мемуары, изданные в 90-е годы, пред¬
ставляют собой безусловную ценность для историка.
В целом источниковая база, накопленная автором при под¬
готовке данной книги, позволила провести анализ нацио¬
нальных процессов на Кавказе, государственной национальной
политики в военном строительстве и в рядах действующей армии
в годы войны.

ГЛАВА 1
«ДИКИЕ» ВСАДНИКИ
НА РУССКОЙ СЛУЖБЕ (XIX В.-1917 г.)
Широкое привлечение коренного населения Кавказа на рус¬
скую военную службу началось в ЗО-гг. XIX в., в разгар Кавказ¬
ской войны. Правительство стремилось, с одной стороны, «иметь
все сии народы в своей зависимости и учинить полезными госу¬
дарству»42 , т.е. способствовать политической и культурной интег¬
рации горцев в российское общество, а с другой — сэкономить
на содержании регулярных частей из России. Сложились два типа
воинских формирований с участием кавказских горцев: времен¬
ная и постоянная милиция. Постоянная милиция содержалась на
казарменном положении и находилась на полном казенном обес¬
печении. Она несла в основном пограничную службу на южных
рубежах империи, а также выполняла полицейские функции.
Постоянная милиция стала интенсивно формироваться с конца
30-х гг. В этот период были созданы: Почетная конвойная команда
при корпусной квартире, 1-й Грузинский пеший полк, Дораро-
Лезгинская милиция, Отряд дагестанских всадников, Отряд кин-
герлинских всадников и Карабахская пограничная стража. Чис¬
ленность частей колебалась от 200 до 700 чел. Для многих из них
предусматривалась возможность развертывания на период воен¬
ных действий. Правительство стремилось сократить издержки на
содержание милиции и в тоже время привлечь максимальное чис¬
ло уроженцев Кавказа на свою сторону. Поэтому нередко воен¬
но-полицейская служба обменивалась на освобождение от госу¬
дарственных повинностей. Например, Карабахская пограничная
стража или отряды кингерлинцев (так именовались скотоводчес¬
кие племена Нахичевани) представляли собой не что иное, как
кочевавшие на персидской границе вооруженные народы—под¬
данные России, на содержание которых она не тратила ни копей¬
19

ки43. Такая милиция хотя и называлась постоянной, но могла
исчезнуть в любой момент, откочевав в сопредельные государства;
с Российской империей эти народы фактически ничего не свя¬
зывало.
Во время своей поездки на Кавказ в 1837 г. Николай I выдви¬
нул идею организации из наиболее развитых закавказских наро¬
дов — грузин и имеретинцев — полков по типу регулярных, с ус¬
тановленной формой одежды и постоянным казенным содержа¬
нием. Венцом грузинских частей, по мысли царя, должен был
стать восьмиэскадронный конный полк из «не служащих» грузин¬
ских дворян с жалованием по гвардейскому кавалерийскому ок¬
ладу. Подсчет расходов на сформирование и содержание полка —
215 тыс. руб. в год — привел к выводу, что лишь для того, чтобы
«дать занятие грузинскому дворянству, коснеющему в празднос¬
ти и безделье», расходы казны будут слишком непомерными44.
Временная милиция формировалась прежде всего на театре
Кавказской войны и предназначалась «для наступательных воен¬
ных действий в отрядах с регулярными войсками или для оборо¬
ны края в случае опасности от неприязненных народов»45. Она
формировалась из «охотников» из числа «покорных» народов и
действовала лишь вблизи районов их расселения. В этот период
сложились несколько способов подбора милиционеров: путем
сбора «охотников» по призыву местных начальников или наря¬
дом на горские общества в соответствии с зажиточностью насе¬
ления. Во владельческих провинциях сбор дружины производил¬
ся через местных феодалов. Милиционеры прибывали на службу
с собственным оружием и лошадьми. Содержание из казны вы¬
давалось лишь на время похода. Сотенный командир получал
25 рублей в месяц, урядник — 5, милиционер — 3 рубля. К тому
же милиционеры получали некоторый запас провианта46.
Количество отрядов милиции значительно колебалось в за¬
висимости от масштабов экспедиций и стратегического положе¬
ния русской армии на Кавказе. Горцы держали себя ситуативно
и ни в коем случае не желали оказаться на проигравшей сторо¬
не. В ЗО-е гг. русские войска в походах сопровождали, как пра¬
вило, 3—4 сотни пеших и конных милиционеров. В 1839 г. ко¬
мандиру Отдельного Кавказского корпуса Е.А. Головину для из¬
вестного майского похода на Ахульго удалось собрать 1000 пеших
милиционеров и 34 конных сотни. Но после провала операции
и последующих крупных поражений русских войск на рубеже
30—40-х и в начале 40-х гг. милиция вновь растаяла. «Ополчение
20

все без остатку разошлось по своим домам, через что неприятель
решительнее и смелее стал действовать на Чохе», — докладывал в
критическом для русских войск 1845 г. командующий войсками
в Южном Дагестане князь Орбелиани47.
При таком непостоянстве милиции русскому командованию
приходилось быть предельно дипломатичным с горскими вождя¬
ми, даже весьма лояльными, чтобы иметь возможность восполь¬
зоваться их отрядами. Характерен в этом отношении тон пись¬
ма, отправленного в августе 1830 г. генерал-фельдмаршалом
И.Ф. Паскевичем его «благоприятелю» Аслан-хану Казикумухс-
кому и Кюринскому, который уже являлся генерал-майором и
«разных орденов кавалером». Паскевич просил хана не распускать
имевшийся у того отряд «по квартирам» и прибавить к нему «не¬
которую часть из храбрых Ваших подвластных, а именно 200 че¬
ловек, вооруженных как должны быть, на лошадях под ведением
достойного начальника». Этим Аслан-хану предоставлялась воз¬
можность лишний раз «изъявить многоизвестное Ваше усердие к
пользам службы Е.И.В.»48
Современники отмечали, что в благоприятной для русской
армии ситуации недостатка в «охотниках» не бывало. Историчес¬
ки сложившийся воинственный характер горца и столь же тради¬
ционная непримиримая вражда между горскими обществами
очень способствовали тому, что военный поход для горца был, по
точному определению историка В.В. Дегоева, одной из «структур
повседневности», ячейкой его социального и духовного существо¬
вания49. Правительство, со своей стороны, использовало пристра¬
стие горцев к наградам, званиям и привилегиям, которые в изо¬
билии «всемилостливейше изливались на туземцев»50. Замирен¬
ные горцы быстро начинали скучать по военному быту и сами
являлись к русским властям с просьбой принять их на службу51.
В то же время горцы тяготились утомительной гарнизонной служ¬
бой, «не совмещаемой с нетерпеливым их характером», и поэто¬
му «охотников» в данном случае не находилось52.
Покорившимся горским вождям без промедления присваива¬
лись офицерские и генеральские звания, заслужить которые в рус¬
ской армии возможно было годами и десятилетиями безупречной
службы. Переход на русскую службу сопровождался также щед¬
рыми денежными подарками и раздачей земельных наделов, час¬
то — за счет земель «изменников»53. Так, например, шамхал Тар¬
ковский, имевший чин генерал-лейтенанта, восхищавший своей
преданностью А.П. Ермолова, на протяжении многих лет за счет
21

казны приращивал свои земли и стал одним из богатейших вла¬
детелей Дагестана.
Особое распространение «политические меры» и «денеж¬
ные способы» в отношении горских лидеров получили с нача¬
ла 40-х гг., когда русской армии стала противостоять организо¬
ванная сила шамилевского имамата и перспектива скорого зами¬
рения Кавказа стала как никогда далекой. В среде русского
командования бытовало мнение о том, что «продолжительное еди¬
нодушие и согласие столь же не свойственны горцам, сколь врож-
дено им корыстолюбие»54. В ноябре 1842 г. командир Отдельного
Кавказского корпуса генерал от инфантерии Е.А. Головин писал
военному министру князю Е.А. Чернышеву, что «считал бы воз¬
можным ослабить враждебный нам союз мюридства посредством
склонения на нашу сторону славных сподвижников Шамиля на¬
деждами обогатиться...» Николай I оставил на докладе Головина
резолюцию: «Это весьма дельно и я согласен дать сему ход»55. Царь
также объявил, что «расходы его не волнуют»56. Следует отметить,
что миротворческие идеи возникли у Головина лишь после це¬
лой серии жестоких поражений, стоивших ему вскоре отзывом «в
отпуск» в Петербург.
Впрочем, покорность горских вождей и их готовность выста¬
вить союзные отряды еще не означали, что таковые отряды ока¬
жутся в распоряжении русского командования. Горские ханы,
беки, уздени и шейхи не имели над своими подданными феодаль¬
ной власти в традиционном понимании этого слова. Жители мог¬
ли оказывать им «одно только наружное уважение». Получалось,
что к покорности приводился лишь один дом старшины, в чем
«не было ни малейшей пользы», поскольку «самый последний»
горец «ни во что не ставит его»57. Горцы всегда могли заявить, что
«в русском правительстве не нуждаются»58. Все же русские влас¬
ти делали ставку на феодалов, «чтобы постепенно изгладить в на¬
роде привычку к самоуправству»59 Считалось, что «немногими»
будет легче управлять, а они, в свою очередь, будут дорожить сво¬
им богатством и положением, подаренными им русским царем.
Прием горцев на русскую военную службу стал одним из наи¬
более эффективных элементов правительственной политики за¬
мирения Кавказа. В отличие от многочисленных, можно сказать,
бесконечных переговоров, когда горские общества и владетели
много раз клялись в вечной покорности русским властям, а затем
столько же раз нарушали клятву, зачисление на службу гораздо
более прочно привязывало горца к русскому социуму и культуре,
22

хотя дезертирство и измены и в этом случае были нередким яв¬
лением. Среди изменников случались даже новоиспеченные ге¬
нералы, как, например, Аварский хан генерал-майор Султан Ах¬
мет60. Самым знаменитым изменником был прапорщик мили¬
ции аварец Хаджи-Мурат, ставший ближайшим помощником
Шамиля.
В целом гибкая и дальновидная политика в области привле¬
чения горцев на военную службу приводила к тому, что русская
армия со временем получала не просто временных союзников, а
храбрых и умелых всадников, блестящих офицеров и полковод¬
цев. Уже во время русско-турецкой войны 1877—1878 гг. прямые
потомки шамилевских наибов сражались в рядах русской армии.
С окончанием Кавказской войны царские наместники (наме¬
стничество на Кавказе было учреждено в 1844 г.) А.И. Барятинс¬
кий и великий князь Михаил Николаевич решали задачу скорей¬
шего приведения законодательных, поземельных, судебных, во¬
енных и культурно-бытовых норм региона в соответствие с
общероссийскими нормами. Для этих целей в 1852 г. была учреж¬
дена система военно-народного управления, сочетавшая в себе
компромиссные, переходные формы горского и российского об¬
раза правления и судопроизводства. В рамках этого курса продол¬
жилось укрепление горской милиции. Аргументацией в пользу
этого традиционно служили финансовые соображения: «Только
при существовании в этом крае милиции можно обойтись без со¬
держания внутри Дагестана значительного числа регулярных
войск», — сообщал в мае 1869 г. военному министру Михаил Ни¬
колаевич61 . Не менее существенной для русских властей была не¬
обходимость «занять» наиболее активный элемент горского на¬
селения, поскольку в случае роспуска милиции «значительное
число самых энергичных людей, не привычных к сельским заня¬
тиям, оставаясь без определенных средств к существованию, без
сомнения воспользуется всяким случаем к возбуждению в насе¬
лении враждебного к правительству настроения»62. Наконец, ми¬
лиция становилась действенной полицейской силой. Например,
во время «опасных волнений» в Гимрах в 1866 г. один только сбор
милиции подействовал на бунтовщиков умиротворяюще63.
Постепенно кавказские горцы стали привлекаться для учас¬
тия во внешних войнах России. Когда началась русско-турецкая
война 1828—1829 гг., главнокомандующий Кавказской армией
генерал Паскевич отмечал: «Мухаммедане всех областей, нам при¬
надлежащих, просили убедительно позволения к предстоящей
23

компании составить ополчение... дабы разделять подвиги храб¬
рых войск наших»64.
В ходе Крымской войны для содействия Отдельному Кавказ¬
скому корпусу (с 1854 г. — Кавказская армия) российским коман¬
дованием использовались как уже имевшиеся формирования гор¬
ской милиции, так и вновь созданные иррегулярные формирова¬
ния (ополчения) из народов Закавказья и Северного Кавказа.
Поскольку действия турецких войск на Кавказском театре непос¬
редственно угрожали прежде всего народам Закавказья, в этих
формированиях преобладали грузинские, азербайджанские («та¬
тарские») и армянские отряды и дружины. Милиция и ополче¬
ния создавались также из представителей Северной Осетии, Ка-
барды, Дагестана, Карачая, Адыгеи и др. «Во время Восточной
войны 1853—1856 гг., — вспоминал впоследствии генерал-лейте¬
нант С. М. Духовской, — части милиции, случалось, оказывали
блестящие успехи»65. Кроме того, в составе регулярных войск
Кавказского корпуса находились и кадровые военнослужащие из
числа горцев, прежде всего из родовитых семей, воспитанные и
обученные в русской армии. Часть горцев, проявив высокие во¬
инские навыки, стали офицерами русской армии уже в ходе
Крымской войны, большинство из них служили в кавалерийских
и казачьих частях66.
В соответствии с указаниями главнокомандующего на Кавказе
от 26 января 1854 г. предписывалось в числе четырех горских со¬
тен, предназначенных для участия в войне с Турцией, 2 сотни
сформировать из жителей Владикавказского округа (Северная
Осетия) и 2 сотни из жителей Центра (Кабарда) и правого фланга
Кавказской линии (Карачай и Черкесия). Ополчение находилось
на полном довольствии русского правительства67. Всего за период
с 1853 по 1856 г. в той или иной форме было выставлено 416 сотен
конных и пеших воинов, общая численность которых составила
до 52 тыс. чел.68
Боевое содружество русского и горских народов особенно про¬
явилось в 1855 г., отмеченном крупным успехом русских войск —
овладением крепостью Карс. По подсчетам Х.М. Ибрагимбейли,
в кампании 1855 г. в составе Кавказской армии сражалось около
30 тыс. представителей народов Кавказа, среди которых было око¬
ло 18 тыс. азербайджанцев, грузин и армян, а остальные 12 тыс.
составляли воины из народов Дагестана, Северной Осетии, Ка-
барды, Балкарии, Адыгеи и других районов Северного Кавказа69.
Доблестно действовали под Карсом всадники-кабардинцы пол¬
24

ковника Кундухова, о которых главнокомандующий Кавказской
армией генерал от инфантерии Н.Н. Муравьев позже вспоминал:
«...Горсть людей сих имела, по необыкновенной их храбрости,
большое значение среди массы местной конной милиции, сопро¬
вождавшей выступившие войска»70.
В период русско-турецкой войны 1877—1878 гг. были созда¬
ны Терско-Горский и Чеченский, Кабардино-Кумыкский конно¬
иррегулярные полки. По утвержденному временному походному
штату, в состав полков входило 15 офицеров, 8 юнкеров, 16 уряд¬
ников, 480 всадников, 5 трубачей, 4 писаря, 1 врач, 2 фельдшера,
а также 1 азиатский лекарь. В мае 1877 г. было объявлено о созда¬
нии 2-го Терско-Горского полка четырехсотенного состава. При
этом в Терской области «почти все население выразило желание
идти в милицию». При формировании 1-го Терско-Горского пол¬
ка уже в первые дни призыва добровольцев набралось больше, чем
требовалось для создания одного полка. Желание вступить в
полк в первую же неделю его формирования изъявили 345 осе¬
тин и 324 ингуша. При формировании полков военное началь¬
ство пыталось придать ему внешние атрибуты регулярной кава¬
лерии. Для всего личного состава была введена единообразная
форма одежды71. Все горские иррегулярные полки приняли уча¬
стие в боевых действиях против турок на Балканах и Кавказском
фронте. За боевые отличия кавказские милиционные полки по¬
лучили почетные Георгиевские знамена72.
Практика формирования иррегулярной кавалерии на пери¬
од войны продолжилась и во время русско-японской войны
1904-1905 гг.
В тоже время добровольческо-милилиционный принцип
обеспечивал армию лишь незначительным контингентом горцев.
До революции на общих основаниях в армию на общих основа¬
ниях стали призываться лишь грузины и армяне. Вопрос о при¬
влечении на военную службу мусульманского населения Кавка¬
за неоднократно обсуждался со времени введения в 1874 г. все¬
общей воинской повинности, однако решение его все время
откладывалось. «Устав о воинской повинности» 1874 г. содержал
главу «об изъятиях, отсрочках и льготах по отправлению воинс¬
кой повинности», предусматривавшей целый ряд ограничений
для отдельных местностей и народностей Российской империи.
Прежде всего, они касались «инородческого» — окраинного —
населения. Все изъятия носили временный, «впредь до дальней¬
ших распоряжений», характер, однако норма повторялась без из-

менений во всех последующих редакциях Устава вплоть до нача¬
ла Первой мировой войны. Причиной тому были, с одной сторо¬
ны, слабая интеграция этих народов в русскую православную
культуру и язык, с другой — политические проблемы, связанные
с относительно недавним вхождением многих из них в состав Рос¬
сийской империи и продолжавшемся на их территориях процес¬
се замирения. Российская армия мирного времени в достаточном
количестве обеспечивалась обученным резервом в основном сла¬
вянских национальностей. Мусульманские народы Востока и
Кавказа облагались специальным военным налогом, заменявшим
им натуральную воинскую службу.
В начале XX в. призыву в армию не подлежали 46 народов
Северного Кавказа, Закавказья, Средней Азии и Казахстана, Си¬
бири. Из представителей народов Кавказа в «Уставе» упомина¬
лись татары Бакинской, Елисаветпольской, Тифлисской и Эри-
ванской губерний, ногайцы, ингилойцы-мусульмане, абхазцы,
курды, иезиды, турки, аджарцы, чеченцы, ингуши, кумыки, гор¬
цы Терской, Кубанской и Черноморской областей (адыги, чер¬
кесы, абадзехи, натухайцы, осетины, кабардинцы)73. По некото¬
рым данным, ежегодный призыв из отсеянных национальностей
мог до войны составлять 47 тыс. чел., т.е. более чем 10 % от всего
призыва.74
После русско-японской войны, когда штатный состав рус¬
ской армии значительно вырос, вопрос о призыве освобожден¬
ных от службы национальностей был поднят Государственной
Думой, учредившей 10 апреля 1907 г. специальную комис¬
сию. В отношении военному министерству комиссия указала,
что тягота воинской повинности «увеличивается еще неравно¬
мерностью распределения числа призываемых в войска по от¬
дельным местностям»75. В 1908 г. Государственная дума уже пря¬
мо указывала на необходимость призыва нацменшинств с целью
более равномерного распределения тягот военной службы сре¬
ди населения. Кроме того, справедливо указывалось на то, что
«такое положение... препятствует слиться всем этим народностям
в одно прочное государство». В то же время комиссия Госдумы
пришла к выводу, что «для народностей, впервые призываемых к
защите общей родины, необходимо создание условий службы,
приспособленных к особенностям их быта, религии, климата и
т.п.»76
В последние предвоенные годы число призывных континген¬
тов не возрастало, а в 1911 г. даже немного уменьшилось, поэто-

му вопрос о призыве неславянских национальностей был отло¬
жен военным министерством, а Государственная дума его не под¬
нимала. В 1912 г. Госдума напомнила об этом вопросе, но в высо¬
чайше утвержденный 23 июня 1912 г. «Закон об изменении Уста¬
ва о воинской повинности» этот вопрос уже не попал. Призыв
1913 г. проходил уже по новым правилам, а в отношении нацио¬
нальных меньшинств, за незначительными исключениями, оста¬
лось прежнее положение устава 1874 г.
В начале Первой мировой войны правительство продолжило
традиционную линию на создание иррегулярных добровольчес¬
ких частей из уроженцев Кавказа. 23 августа 1914 г. был объявлен
высочайший приказ Николая II о сформировании на доброволь¬
ных началах Кавказской туземной конной дивизии трехбригад¬
ного состава из шести полков: Кабардинского, 2-го Дагестанско¬
го, Чеченского, Татарского, Черкесского и Ингушского. Полки
имели четырехсотенный состав.
Высокий патриотический подъем, охвативший все российс¬
кое общество, в полной мере затронул и горцев. Само решение о
формировании дивизии было ответом на инициативу горских об¬
ществ, которые не только выдвинули перед властями идею созда¬
ния национальных полков, но и взяли на себя значительную часть
расходов по их содержанию. Пристальный интерес к формиро¬
ванию дивизии со стороны императорской фамилии, назначение
на должность ее начальника родного брата царя великого князя
Михаила Александровича (по некоторым данным, именно он был
подлинным инициатором создания дивизии77) также способство¬
вали большой популярности дивизии. Архивные документы за
август — октябрь 1914 г. содержат множество заявлений добро¬
вольцев. Один авторитетный чеченец 8 августа просил прямо у
императора «разрешения ехать на войну и взять с собой сотню
чеченцев-добровольцев»78. В период формирования дивизии чис¬
ло добровольцев нередко превосходило штатные потребности
полков, так что приходилось некоторым из них отказывать. Со
своей стороны, горские общества проявляли максимальную за¬
боту о своих национальных полках даже после их сформирова¬
ния. Так, представители Грозненского и Веденского округов на
своем съезде 11 сентября 1914 г. единогласно постановили ассиг¬
новать Чеченскому полку сверх уже оказанной материальной по¬
мощи снаряжением и обмундированием по одному рублю с плос¬
костного дыма и по пятьдесят копеек с горного79. Такие приме¬
ры были в начале войны повсеместными.

Офицеры подавали прошения о переводе в тот или иной полк
дивизии из самых отдаленных уголков империи, равно как и из
привилегированных столичных учреждений80. Многие стреми¬
лись служить именно под началом брата императора. Командный
состав подобрался из представителей самых знатных фамилий.
Здесь были грузинские князья Багратион, Чавчавадзе, Дадиани,
Орбелиани, горские султаны: Бекович-Черкасский, Хагандоков,
ханы Эриванские, ханы Шамхалы-Тарковские, польский князь
Радзивилл, представители старинных русских фамилий князья
Гагарин, Святополк-Мирский, графы Келлер, Воронцов-Дашков,
Толстой, Лодыженский, Половцев, Старосельский; принцы На¬
полеон-Мюрат, Альбрехт, барон Врангель, персидский принц
Фазула Мирза Каджар и другие.
Каждому полку придавался «особо прочный кадр» вахмист¬
ров, старшин и урядников из числа местного казачества. Эту пе¬
струю картину дополняла целая плеяда прапорщиков горской
милиции — людей между 40 и 60 годами, из числа почетных лю¬
дей своих селений и аулов. В большинстве своем они ничем не
командовали, будучи неграмотными и не зная кавалерийского
строя. Их роль была служить «отцами народа» и быть посредни¬
ками между начальниками и всадниками, не понимавшими рус¬
ского языка.
Рядовым всадникам был положен оклад 240 руб. в год (подан¬
ным ротмистра Ингушского полка А.П. Маркова — 300 руб. в год),
младшим урядникам —- 360, старшим урядникам — 420, вахмист¬
рам — 480 руб. в год. Это жалование считалось высоким. За каж¬
дый Георгиевский крест полагалась надбавка в 3 руб. в месяц81.
Часть годового жалования выдавалась единовременно при поступ¬
лении всадника на службу. Это было важным фактором, привле¬
кавшим горцев в дивизию — они сразу могли оказать помощь сво¬
им семьям.
В полках дивизии поддерживалась иерархическая структура,
сходная со структурой большой позднеродовой семьи, свойствен¬
ной всем горским народам. Многие всадники были близкими или
дальними родственниками. А, например, представители семьи
Мальсаговых в Ингушском полку были «столь многочисленны,
что при сформировании полка на Кавказе был даже проект со¬
здать из представителей этой фамилии отдельную сотню»82. Не¬
сомненно, родство многих всадников способствовало укреплению
дисциплины в полку. Некоторые иногда «отлучались» на Кавказ,
но с обязательной заменой себя братом, племянником и проч.83
28

Внутренний распорядок в дивизии значительно отличался от
распорядка кадровых частей, по мере возможности поддержива¬
лись традиционные в горском обществе отношения. По горско¬
му обычаю здесь не существовало обращения на «вы», офицеров
не почитали за господ, уважение всадников они должны был зас¬
лужить храбростью на поле боя. Честь отдавалась только офице¬
рам своего полка, реже — дивизии, из-за чего нередко случались
«истории». Отношения между офицерами и всадниками были да¬
лекими от уставных, патриархально-семейными. Ментальные
особенности горцев обусловили тот факт, что никто из всадни¬
ков категорически не соглашался служить в обозе дивизии, счи¬
тая обозную службу для себя унизительной и позорной. Поэтому
обозные команды дивизии пришлось формировать из лиц русской
национальности84.
Формирование дивизии было окончено в кратчайшие сроки,
и уже 19—22 сентября 1914 г. начальник Терской области гене¬
рал-лейтенант Флейшер с удовлетворением рапортовал намест¬
нику на Кавказе И.И. Воронцову-Дашкову о результатах осмотра
полков. С настоящим восторгом он живописует Кабардинский
полк (впрочем, полком командовал сын наместника): «Личный
состав произвел на меня очень хорошее, а конский состав хоро¬
шее впечатление... Полк приобрел уже облик строевой конной
части, показал легкую ломку фронта, хорошо и сомкнуто прошел
церемониальным маршем, развернутыми сотнями... Духовно¬
нравственная сторона полка великолепная»85. Другие, полки, ос¬
мотренные Флейшером, удостоились более сдержанных, но тоже
высоких оценок86. А.П. Марков также свидетельствовал, что, в
частности, «всадники-ингуши являлись природными воинами,
смотревшими на войну как на честь и настоящее дело для муж¬
чины. Они были храбры, мужественны и очень способны к усво¬
ению военной науки, так что строевая подготовка, пройденная
ими в течение нескольких месяцев на Кавказе, а затем в районе
Проскурова, где дивизия провела также несколько месяцев, была
для них совершенно достаточна для того, чтобы полк стал хоро¬
шей строевой частью»87.
В то же время в ходе боевой учебы выявлялись особенности
горских контингентов, затруднявшие их боевую подготовку. Если
холодным оружием они владели в совершенстве, то обращение с
трехлинейной винтовкой, нахождение в строю и даже самое об¬
щее знакомство с уставами требовали длительного обучения и
ломки традиционных представлений горцев о военном искусст¬
29

ве. Манера конной езды горцев — сидя в седле несколько боком —
оказалась неудовлетворительной во время длительных переходов,
поскольку лошади сбивали бока. К тому же многие всадники со¬
вершенно не владели русским языком, так что офицерам и уряд¬
никам приходилось постоянно иметь при себе переводчиков88.
В начале октября 1914 г. Туземная дивизия отправилась в Га¬
лицию на Юго-Западный фронт и всюду по пути следования про¬
изводила настоящий фурор. Сын Л.Н. Толстого Илья Львович был
свидетелем шествия дивизии по Львову: «Полки проходили в кон¬
ном строю, в походном порядке, один за одним, один красивее
другого, и весь город в продолжение целого часа любовался и ди¬
вился невиданным дотоле зрелищем... под скрипучий напев зур¬
начей, наигрывающих на своих дудочках свои народные воин¬
ственные песни, мимо нас проходили нарядные типичные всад¬
ники в красивых черкесках, в блестящем золотом и серебром
оружии, в ярко-алых башлыках, на нервных, точеных лошадях,
гибкие, смуглые, полные гордости и национального достоин¬
ства»89 .
В связи с обстоятельствами формирования и боевой истории
«Дикой дивизии» следует особо подчеркнуть политический
смысл, который вкладывала власть в это мероприятие. По сло¬
вам последнего начальника дивизии П.А. Половцева, «цель это¬
го формирования была не только боевая, но и политическая, что¬
бы показать неразрывную связь Кавказа с Россией привлечени¬
ем в общерусское дело кавказских народностей»90. Половцев
отмечал в связи с этим и «чисто утилитарные соображения»: уда¬
лить на время войны с Кавказа «наиболее беспокойные элемен¬
ты», среди которых могла бы иметь успех тюркофильская пропа¬
ганда или «просто чрезмерно развиться природные разбойничьи
инстинкты»91.
Другой особенностью истории дивизии была принципиаль¬
ная установка власти на добровольность ее комплектования и
пополнения, делавшая ее зависимым от комплекса социально-
экономических, политических, демографических факторов на
местах. Дивизия существовала до тех пор, пока среди горцев на¬
ходились волонтеры. За период 1914—1917 гг. дивизия каждый из
полков дивизии получил по четыре пополнения. Дагестан к тому
же дал четыре пополнения 1-му Дагестанскому полку, находив¬
шемся в составе одной из казачьих дивизий. Однако уже третье
пополнение начала 1916 г. «не вполне удовлетворяло требова¬
нию», а набор затянулся из-за недостатка добровольцев92. Волон¬
30

теров давали в основном бедные горные общества, в то время как
зажиточные плоскостные аулы их «почти не давали». Сокраще¬
нию численности добровольцев способствовал и традиционный
весьма доходный отходнический промысел горцев — служба в
страже в Центральной России.
Перед вербовщиками дивизии стояла сложная дилемма: про¬
должить добровольческий набор, существенно затянув сбор по¬
полнения или нарушить традицию, ввести принудительные меры
привлечения горцев в армию и стать перед опасностью их актив¬
ного сопротивления. Она была решена паллиативными мерами
(«некоторым давлением», по определению заместителя командира
кадра запаса дивизии подполковника Н. Тарковского93): набор¬
щики договаривались с горскими обществами о распределении
наряда, перекладывая дело принуждения молодежи в ряды диви¬
зии на плечи старейшин. Несколько возросло единовременное
пособие волонтерам. Кроме того, был снят запрет приема в ар¬
мию мелких преступников — канлыев. Из них формировались
сверхштатные «абрекские» сотни. В целом же принципиальное
положение о том, что при наборе всадников «принуждение не
может быть допущено»94 сохранялось весь период существования
«Дикой дивизии». Последнее, четвертое пополнение доброволь¬
цами было получено дивизией 22 июля 1917 г.: 2-й Дагестанский
полк получил 116 всадников, Чеченский — 70, Татарский — 116,
Черкесский — 136, Кабардинский — 115 всадников.
С декабря 1914 г. дивизия находилась на Юго-Западном фрон¬
те и хорошо зарекомендовала себя в боях. Горское соединение в
полной мере сохранило свой неповторимый кавказский колорит,
поражая и изумляя русских боевых товарищей и войска против¬
ника. Как отмечала в феврале 1916 г. газета «Терские ведомости»,
«всадники поражают всякого, первый раз сталкивающегося с
ними. Их своеобразные взгляды на войну, их легендарная храб¬
рость, доходящая до чисто легендарных пределов, и весь колорит
этой своеобразной воинской части, состоящей из представителей
всех народов Кавказа, не могут быть никогда забыты»95. А.П. Мар¬
ков оставил воспоминания о марше Ингушского полка. Яркость
данной им характеристики оправдывает пространность приведен¬
ной ниже цитаты: «Длинной и довольно беспорядочной верени¬
цей, плохо соблюдая строй, тянулись сотни всадников, сидевших
на конях всевозможных мастей и калибров. Одеты они были бук¬
вально кто во что горазд, а именно, кто в бурку, кто в черкеску,
кто в кожаную куртку или гимнастерку. Каждый носил папаху и
31

башлык разного цвета и не без фантазии. В посадке, в манере дер¬
жаться на седле, в самой седловке и даже в вооружении чувство¬
валась индивидуальность каждого всадника, которая совершен¬
но незаметна в регулярной кавалерии, где одинаковое обмунди¬
рование, седловка и выправка стирают личность и делают всех
солдат похожими друг на друга. Здесь же было совершенно ина¬
че. Каждый всадник носил винтовку и кинжал, как ему Бог поло¬
жил надушу, направо, налево за плечами, стволом вверх или вниз,
а то и по горскому обычаю притороченной к седлу, так что толь¬
ко кончик ствола с мушкой выглядывал из-под кучи вьюка. На
походе ехали где рядами, где справа по три, а то и просто кучка¬
ми. Отдельные всадники, несмотря на запрещение, поминутно
отъезжали от строя к обочине шоссе, а иногда и просто в поле»96.
Горцы не любили сидеть в окопах, считали это не «джигитс¬
ким» делом и при любой возможности покидали их, предпочитая
«с чисто мусульманским фанатизмом сидеть или лежать под выс¬
трелами», а не прятаться в земле — пристанище мертвых97. «Спе¬
циальностью» дивизии, по выражению А.П. Маркова, были «бе¬
шеные и лихие» атаки, собственно, и составившие славу дивизии.
«Австрийцы панически боялись Туземной Дивизии и не были в
состоянии выдержать конные атаки горцев, действительно пред¬
ставлявшие собой страшное и незабываемое зрелище»98.
«Разбойничьи инстинкты» горцев, за которые опасался гене¬
рал Половцев, действительно в полной мере проявились на фрон¬
те в Галиции, и командному составу «было очень трудно вывет¬
рить» из горцев «их чисто азиатский взгляд на войну, как на по¬
ход за добычей», несмотря на самые жесткие меры, вплоть до
расстрела. Многие из горцев были «ловкими ворами и чужой соб¬
ственностью не стеснялись»99. Впрочем, в горах это пороком не
считалось, а было достоинством джигита. Прятавшихся при по¬
явлении полков местных жителей, всадники «провожали при¬
стальными и неприветливыми взглядами, как явно ускользающую
от них добычу»100. С пленными австрийцами поначалу расправ¬
лялись изуверским способом — рубили им головы101. Долгое вре¬
мя командиры не могли справиться с еще одной страстью гор¬
цев — продавать и покупать оружие, которое в данном случае яв¬
лялось казенной собственностью.
Довольно снисходительное отношение к этому «опереточно¬
му», в глазах кадровых военных, войску обеспечивалось благода¬
ря высокому статусу его начальника. Командующий 9-й армией
генерал Лечицкий, отличавшийся строгостью и равнодушием к
32

воинским традициям и особенностям, смог «подступиться» к ди¬
визии, устроив ей доскональный смотр лишь после того, как вел.
кн. Михаил Александрович в 1916 г. убыл из дивизии. Свидетели
подчеркивали его большой авторитет среди горцев, полученный
им «прежде всего за то, что он брат государя и храбрый джигит, а
потом уже за стройность фигуры, тонкость талии, за умение но¬
сить черкеску, за великолепную посадку, за приветливость и за
то, наконец, что у него была такая же ясная, бесхитростная душа,
как у них, этих наивных всадников»102. Великий князь был скро¬
мен в быту, не употреблял спиртного, что тоже сближало его со
всадниками.
Большая роль в поэтизации образа горской дивизии принад¬
лежит корреспонденту журнала «Нива» Н.Н. Брешко-Брешковс-
кому. Он неоднократно выезжал на фронт и знакомил широкую
публику с дивизией на страницах популярного журнала, не гну¬
шаясь, однако, откровенными небылицами, рассчитанными на
дамскую публику103.
За годы войны через ее ряды прошло около 7000 горцев. Из¬
вестно, что к марту 1916 г. дивизия потеряла убитыми и умерши¬
ми от ран 23 офицера, 260 всадников и нижних чинов. Ранеными
числились 144 офицера и 1438 всадников104. Дивизия приняла
участие в знаменитом Брусиловском прорыве летом 1916 г., прав¬
да, не сумела там серьезно отличиться. Причиной этому стала об¬
щая установка командования 9-й армией на использование кава¬
лерии в виде армейского резерва, а не как эшелона развития ус¬
пеха, вследствие чего вся армейская конница была рассеяна
побригадно по всему фронту и существенного влияния на ход боев
не оказала105. Это, впрочем, не помешало рождению легенды о
разгроме всадниками некоей «железной дивизии» немцев (диви¬
зия, носившая такое прозвище — 4-я стрелковая — была в соста¬
ве русских войск Юго-Западного фронта). После летнего наступ¬
ления дивизия была занята позиционными боями и разведкой, а
с января 1917 г. находилась на спокойном участке фронта и в бо¬
евых действиях больше участия не принимала. Вскоре она была
выведена на отдых и мировая война для нее закончилась.
Материалы осмотров полков в феврале 1917 г. показали, что
соединение вышло на отдых в полном порядке, представляя со¬
бой крепкую боевую единицу106. В этот период командование ди¬
визии (начальник Н.И. Багратион, начальник штаба П.А. Полов¬
цев) вынашивали даже планы развертывания дивизии в Туземный
корпус, имея в виду присоединение к ней других имевшихся в
2 - 4998
33

русской армии мусульманских кавалерийских частей — 1-го Да¬
гестанского, Осетинского, Крымско-Татарского и Туркменско¬
го полков. Багратион и Половцев ездили с этим предложением в
Ставку, доказывая, что «горцы такой чудный-боевой материал»,
и даже склонили к этому решению императора, однако не нашли
поддержки у Главного штаба107.
И горские, и русские офицеры-ветераны дивизии уже в эмиг¬
рации объясняли ратные успехи горского соединения «мудрой и
человечной колониальной политикой императорской России,
политики, проникнутой чувством уважения к чужим веровани¬
ям, нравам и обычаям»108. Очевидно, многими фронтовиками ос¬
тался не замеченным пример совершенно иных «чувств» царско¬
го правительства к «инородцам». Речь ниже пойдет об инциден¬
те, имевшем бы значительно больший резонанс, если бы он не
был вовремя замят.
Добровольчество как способ пополнения действующей армии
отвечало прежде всего пропагандистскихМ задачам, но не решало
вопроса регулярного и планомерного поступления в нее воинс¬
ких контингентов. Уже в начале войны, одновременно с форми¬
рованием добровольческих частей, военное министерство присту¬
пило к рассмотрению вопроса об условиях массового использо¬
вания в армии представителей не призывавшихся прежде народов.
Лишь в конце ноября 1915 г. Совету министров был представлен
доклад «О привлечении к воинской повинности некоторых час¬
тей населения, освобожденного от нее до настоящего времени».
Вместо серьезного исследования составители доклада ограничи¬
лись небрежной фантазией о ментальных достоинствах и недо¬
статках горцев. Документ основывался на частных мнениях об
окраинных народах царских наместников (по Кавказу таковое
представил И.И. Воронцов-Дашков) й изобиловал литературны¬
ми оборотами и терминами, вроде «природные воины», «несрав¬
ненная отвага», «храбрость», «лихость», «природный ум» и т.п. и,
как и следовало ожидать, остался без последствий. Очевидная по¬
верхностность доклада и архаичная терминология времен Кавказ¬
ской войны насторожила Совет министров, и 27 ноября 1915 г.
было решено отложить его рассмотрение на неопределенное вре¬
мя. Было указано на неизбежные в случае начала призыва труд¬
ности, такие как отсутствие посемейных списков, квалифициро¬
ванных должностных лиц для осуществления призывных мероп¬
риятий, опасность массовых беспорядков в местностях,
намеченных для проведения мобилизаций при недостатке войск
34

и полиции для их подавления. Первый инородческий солдат мог
появиться на фронте спустя не менее полтора года после начала
призывных мероприятий. Справедливо полагалось, что война к
этому времени могла окончиться, сделав все затраченные усилия
напрасными109.
Итогом невежества и равнодушия военных властей в нацио¬
нальном вопросе стала единственная попытка правительства ле¬
том 1916 г. привлечь «реквизиционным порядком на время на¬
стоящей войны освобожденных от воинской повинности инород¬
цев империи»110. Не решившись объявить обязательный призыв
в армию среди нерусских народов, правительство решило извлечь
из них хоть какую-то пользу, использовав «инородцев» на фрон¬
товых инженерных работах. Это решение относилось к большин¬
ству кавказских народов: езидов, ингилойцев-христиан, абхазцев-
христиан Сухумского округа, «трухмен», ногайцев, калмыков
«и прочих подобных им инородцев Ставропольской губернии, а
также мусульманское население Терской и Кубанской областей
и Закавказья»111. Это распоряжение полностью порывало с тра¬
диционными формами отношений нерусских народов империи
с русской армией: или добровольное вступление в боевые части,
или откуп посредством военного налога. Принудительная моби¬
лизация на полевые работы заведомо ставила «туземцев» в уни¬
зительное положение по отношению к фронтовикам. Такой гру¬
бый, сугубо практичный подход (оформленный, между прочим,
императорским указом) находился в вопиющем противоречии с
тем, как царизм лелеял немногочисленные национальные части.
Это еще раз подчеркивало их пропагандистские, декоративные
функции.
Первым к реализации этого мероприятия приступил Туркес¬
танский военный округ. Здесь сразу «возникли тяжкие беспоряд¬
ки, пролилась русская кровь, пришлось прибегнуть к употребле¬
нию оружия», — докладывал царю командующий войсками ок¬
руга А.Н. Куропаткин112. Беспорядки были направлены главным
образом против русских чиновников и их семей и имели ярко
выраженный националистический характер. Благодаря жестким
мерам командования округом восстание было ликвидировано,
население находилось «в подавленном состоянии», но, по сооб¬
щению Куропаткина, «настроение плохое и беспорядки могут
возобновиться»113. Возникла реальная угроза откочевки большей
части кочевого населения Средней Азии в Монголию, Китай и
Афганистан. При этом кочевое население, по мнению Куропат¬
35

кина, оказалось совершенно непригодным к земляным работам,
которыми никогда прежде не занималось, требовало особого за
ним ухода, а также соблюдения мусульманских традиций и проч.
На основании этого Куропаткин ходатайствовал перед царем о
предоставлении ему полномочий-на месте решать объемы и по¬
рядок «реквизиции» туземцев с правом полного освобождения от
него или замены денежным налогом. Николаю II пришлось по¬
ставить на докладе Куропаткину резолюцию: «Согласен. Ставлю
на вид спешное и недостаточно обдуманное проведение в жизнь
этой меры, вызвавшей на окраине кровавые беспорядки»114.
Одновременно мобилизация была объявлена и на Кавказе.
Недавно назначенный наместником на Кавказе и командующим
Кавказским фронтом великий князь Николай Николаевич-млад-
ший употребил весь свой авторитет для ее отсрочки, а когда выя¬
вился провал мобилизации в туркестанском округе, 9 августа 1916 г.
отправил царю большое письмо, в котором предупреждал Нико¬
лая II о назревании в регионе «крайне опасного для государствен¬
ных интересов» положения — настолько серьезного, что он счи¬
тал бы нужным прибыть в Ставку для личного доклада царю115.
Специально созванное совещание губернаторов и начальников
областей единодушно высказалось о том, что самой мягкой фор¬
мой протеста станет массовое дезертирство мужского населения
в горы, после чего начнутся вооруженные мятежи, нападение на
русскую администрацию, порча железных дорог, нефтепромыс¬
лов и проч. Волнения с применением насилия в отношении «на¬
чальствующих лиц» уже началось в среде караногайцев116.
Если материально-бытовые вопросы были в принципе реша¬
емы, то глубокое противоречие «реквизиции» на принудитель¬
ные работы национальным традициям местного населения, от
веку воинственного и презрительно относящегося к физическо¬
му труду, невозможно было устранить, не отказавшись от самого
замысла. Привлечение горцев к принудительным работам, отме¬
чал Николай Николаевич, «равносильно в глазах многих мусуль¬
ман унижению их достоинства» (курсив мой. — А.Б.). Уже име¬
лись сведения о насмешках в адрес горцев со стороны армян117.
Серьезно обеспокоенный ситуацией на окраинах империи
Николай II вначале предложил распространить полномочия, дан¬
ные ему ранее Куропаткину, «а может быть и больше» и на кав¬
казского наместника118. Вскоре мобилизация была приостанов¬
лена, и попытки возобновить ее до самого крушения Российской
империи более не предпринимались.
36

Следует отметить, что царское правительство не брало перед
колониальными народами никаких обязательств, относилось к
ним потребительски, как к балласту, не спеша интегрировать их
в социум метрополии. С этой точки зрения ничтожные усилия
царизма в этом направлении не кажутся чем-то ненормальным.
Этим объясняется и парадоксальное сочетание безудержной про¬
паганды Кавказской туземной дивизии с тем полным пренебре¬
жением к самолюбию горцев, которое сопровождало кампанию
по «реквизиции» на принудительные работы.
Февральскую революцию всадники «Дикой дивизии» встре¬
тили с растерянностью. После Николая II от престола отрекся
недавний начальник дивизии вел. кн. Михаил Александрович. По
наблюдениям современников, «всадники, с присущей горцам
Кавказа мудростью, ко всем “достижениям революции” отнеслись
с угрюмым недоверием»119. «Тщетно пытались полковые и сотен¬
ные командиры втолковать своим “туземцам”, что такое случи¬
лось... “Туземцы” многого не понимали и, прежде всего, не по¬
нимали, как это можно быть “без царя”. Слова “Временное пра¬
вительство” ничего не говорили этим лихим наездникам с Кавказа
и решительно никаких образов не будили в их восточном вообра¬
жении»120. Революционные новообразования в виде дивизион¬
ных, полковых и проч, комитетов затронули и Туземную диви¬
зию. Однако здесь в их «устройстве» самое деятельное участие
принял старший командный состав полков и дивизии, а дивизи¬
онный комитет возглавил командир Черкесского полка Султан
Крым-Гирей. В дивизии сохранилось чинопочитание. Самым ре¬
волюционным очагом в дивизии стала команда матросов-пуле¬
метчиков Балтийского флота, приписанная к соединению еще до
революции. В сравнении с ними «туземцы выглядели гораздо так¬
тичнее и сдержаннее»121. Так что уже в начале апреля П.А. По¬
ловцев мог с облегчением объявить, что его родной Татарский
полк «выходит из горнила революции в полном порядке»122. Ана¬
логичная ситуация была и в других полках. О.Л. Опрышко объяс¬
няет сохранение дисциплины в дивизии особой атмосферой, не
характерной для прочих частей русской армии: добровольным
характером службы, кровными и земляческими узами, которые
скрепляли воинский коллектив123.
В марте—апреле дивизия даже усилила свой состав за счет
прибытия Осетинской пешей бригады (3 батальона и 3 пеших сот¬
ни), сформированной в конце 1916 г., и полка «кадра запаса» —
запасной части дивизии, дислоцировавшейся прежде на Север¬
37

ном Кавказе. В преддверии июньского 1917 г. наступления войск
Юго-Западного фронта дивизии устроил смотр недавно приняв¬
ший 8-ю армию генерал Л.Г. Корнилов. Армия, по его собствен¬
ным словам, находилась «в состоянии почти полного разложе¬
ния... Многие генералы и значительная часть командиров полков
под давлением комитетов были удалены от занимаемых ими дол¬
жностей. За исключением немногих частей, братание процвета¬
ло...»124. «Дикая дивизия» оказалась среди немногих частей, со¬
хранивших воинский вид. Произведя 12 июня смотр дивизии,
Корнилов признался, что был счастлив видеть ее «в таком изу¬
мительном порядке». Багратиону он сообщил, что «наконец ды¬
шал военным воздухом»125. В начавшемся 25 июня наступлении
8-я армия действовала вполне успешно, однако операция Юго-
Западного фронта провалилась после первых контрударов немец¬
ких и австрийских войск. Началось паническое отступление, под¬
гоняемое пораженческой агитацией большевистских «земгуса-
ров», вначале частей 11-й армии, а затем и всего Юго-Западного
фронта. Только что прибывший на фронт генерал П.Н. Врангель
наблюдал, как «“демократизированная армия”, не желая проли¬
вать кровь свою для “спасения завоеваний революции”, бежала,
как стадо баранов. Лишенные власти начальники бессильны были
остановить эту толпу»126. «Дикая дивизия» по личной просьбе ге¬
нерала Корнилова прикрывала отход русских войск и участвова¬
ла в контратаках. Генерал Багратион отмечал: «В этом хаотичес¬
ком отходе... ярко выявилось значение дисциплины в полках Ту¬
земной конной дивизии, стройное движение которой вносило
успокоение в панические элементы нестроевых и обозов, к кото¬
рым примыкали дезертиры пехоты XII корпуса с позиций»127.
Нетипичная для того времени организованность дивизии уже
давно снискала ей имидж «контрреволюционной», что в равной
мере беспокоило и Временное правительство, и советскую власть.
Начальник дивизии генерал-лейтенант Багратион на время был
даже отстранен от своих обязанностей за свои монархические
убеждения. Во время отступления войск Юго-Западного фронта
этот образ укрепился благодаря тому, что сотни дивизии брали
на себя охрану штабов от возможных покушений дезертиров. По
словам Багратиона, «одно присутствие... кавказцев обуздает пре¬
ступное намерение дезертиров, а если понадобится, то сотни явят¬
ся по тревоге»128.
В июле — августе положение на фронте быстро ухудшалось.
Вслед за разгромом Юго-Западного фронта без сопротивления
38

пала Рига и начали беспорядочное отступление части Северного
фронта. Над Петроградом нависла реальная угроза захвата вра¬
гом. Правительство приняло решение о формировании Особой
Петроградской армии. В офицерско-генеральских и правых кру¬
гах российского общества созрело убеждение, что восстановить
порядок в армии и стране и остановить противника невозможно,
не ликвидировав Петроградского совета рабочих и солдатских
депутатов. Лидером этого движения стал верховный главнокоман¬
дующий российской армией генерал Корнилов. Действуя в тес¬
ной связи с представителями Временного правительства и с их
согласия (верховный комиссар при Ставке М.М. Филоненко и
главноуправляющий военного министерства Б.В. Савинков),
Корнилов в конце августа приступил к сосредоточению войск в
окрестностях Петрограда по просьбе самого Керенского, опасав¬
шегося выступления большевиков. Ближайшей его целью являл¬
ся разгон Петросовета (а в случае сопротивления, и Временного
правительства), объявления временной диктатуры и осадного по¬
ложения в столице. Не без оснований опасаясь своего смещения,
27 августа А.Ф. Керенский отстранил Корнилова от должности
верховного главнокомандующего, после чего последний прика¬
зал генералу Крымову двигаться на Петроград. Днем 28 августа в
Ставке в Могилеве господствовало бодрое и уверенное настрое¬
ние. Прибывшему сюда генералу Краснову сказали: «Никто Ке¬
ренского защищать не будет. Это прогулка. Все подготовлено»129.
Сами защитники столицы позднее признавали: «Поведение войск
Петрограда было ниже какой-либо критики, и революция под
Петроградом в случае столкновения нашла бы таких же защит¬
ников, как и отечество под Тарнополем» (имелся в виду июльс¬
кий разгром Юго-Западного фронта)130.
В качестве ударной силы Корнилов выбрал 3-й конный кор¬
пус казаков под командованием генерал-лейтенанта А.М. Кры¬
мова и Туземную дивизию, «как части, способные устоять от раз¬
лагающего влияния Петроградского Совета...»131. Еще 10 августа
по приказу нового Верховного Главнокомандующего генерала от
инфантерии Л.Г. Корнилова «Дикая дивизия» начала переброску
на Северный фронт, в район ст. Дно. Характерно, что слухи о пе¬
реброске дивизии в Петроград для «наведения порядка», носились
уже давно и ее офицерам приходилось периодически выступать в
прессе с опровержениями. Поданным А.П. Маркова, переброс¬
ка дивизии в Петроград планировалась еще в декабре 1916 г. —
царское правительство рассчитывало ею «укрепить гарнизон» сто¬
39

лицы, не полагаясь более на распропагандированные запасные
пехотные части132. По утверждению Н.Н. Брешко-Брешковско-
го, реакционные и монархические настроения преобладали в офи¬
церской среде. В уста главного героя своего романа-хроники он
вкладывает такое характерное восклицание: «Кто может оказать
нам сопротивление? Кто? Эти разложившиеся банды трусов, не
бывавших в огне...? Только бы нам дойги, физически дойти до
Петрограда, а уж успех вне всяких сомнений!... Встанут все воен¬
ные училища, встанет все лучшее, все то, что жаждет только сиг¬
нала к освобождению от шайки международных преступников,
засевших в Смольном!...»133
Приказом генерала Корнилова от 21 августа дивизия развер¬
тывалась в Кавказский туземный конный корпус — решение весь¬
ма спорное (на тот момент в составе дивизии насчитывалось лишь
1350 шашек при большой нехватке оружия134) и несвоевременное
ввиду предстоявших перед ним задач. Корпус должен был состо¬
ять из двух дивизий двухбригадного состава. Пользуясь своими
полномочиями главнокомандующего всеми вооруженными сила¬
ми, Корнилов перебрасывал для этих целей из других соедине¬
ний 1-й Дагестанский и Осетинский конные полки с разверты¬
ванием последнего в два полка. Начальником корпуса был назна¬
чен генерал Багратион. 1-ю дивизию возглавил генерал-майор
А.В. Гагарин, 2-ю — генерал-лейтенант Хоранов.
26 августа генерал Корнилов, находясь в могилевской Став¬
ке, приказал войскам выступить на Петроград. Туземный корпус
к этому времени еще не закончил сосредоточение на ст. Дно, по¬
этому на Петроград двинулись лишь отдельные его части (полно¬
стью Ингушский полк и три эшелона Черкесского).
Временное правительство предприняло экстренные меры для
задержания двигавшихся с юга эшелонов. Во многих местах были
разрушены железнодорожные пути и телеграфные линии, орга¬
низованы заторы на станциях и перегонах и порча паровозов. За¬
мешательство 28 августа, вызванное задержкой в движении, ис¬
пользовали многочисленные агитаторы.
Части «Дикой дивизии» не имели связи ни с руководителем
операции генералом Крымовым, застрявшим на ст. Луга, ни с
начальником дивизии Багратионом, так и не выдвинувшемся со
своим штабом со ст. Дно. Утром 29 августа к командиру Черкес¬
ского полка полковнику Султану Крым-Гирею прибыла делега¬
ция агитаторов ВЦИК и исполкома Всероссийского мусульман¬
ского совета из числа уроженцев Кавказа — его председатель Ах¬
40

мет Цаликов, Айтек Намитоков и др. Мусульманские политики
твердо стояли на стороне правительства, поскольку в корниловс¬
ком выступлении усмотрели угрозу реставрации монархии и, сле¬
довательно, опасность национальному движению на Северном
Кавказе. Они призвали земляков ни в коем случае не вмешивать¬
ся «во внутренние раздоры России». Аудитория, представшая пе¬
ред делегатами, делилась на две части: русские офицеры (а они
составляли подавляющее большинство командного состава в ту¬
земных эшелонах) поголовно стояли за Корнилова, а мусульман¬
ские всадники, по ощущениям выступавших, совершенно не по¬
нимали смысла разыгравшихся событий135. По свидетельствам
участников делегации, младшие офицеры и всадники находились
«в полном неведении» относительно целей своего движения и
«были сильно удручены и подавлены той ролью, которую им хо¬
чет навязать генерал Корнилов»136. В полках дивизии началось за¬
мешательство. Доминирующим настроением всадников было не¬
желание вмешиваться в междоусобную борьбу и воевать против
русских. Полковник Султан Крым-Гирей взял инициативу пере¬
говоров на себя, находясь, по существу, в одиночестве среди про-
корниловски настроенных офицеров. В первый день переговоров
29 августа им удалось взять верх и начальник эшелона князь Га¬
гарин заставил делегацию удалиться137. Он планировал походным
порядком к исходу дня достичь Царского Села138.
Ключевое значение имели переговоры утром 30 августа на ст.
Вырица, в которых участвовали генерал Багратион, мусульманс¬
кие представители, депутаты Петросовета, члены полковых и ди¬
визионных комитетов, командиры полков, многие офицеры. Из
Владикавказа пришла телеграмма ЦК Союза объединенных гор¬
цев Кавказа, запрещавшего «под страхом проклятия ваших мате¬
рей и детей принимать участие во внутренней войне, учиняемой
с неизвестными нам и вам целями»139.
Было принято решение ни в коем случае не участвовать в по¬
ходе «против русских» и избрана делегация к Керенскому, состо¬
явшая из 68 человек во главе с полковником Султаном Крым-Ги-
реем. 1 сентября делегация была принята Временным правитель¬
ством и заверила последнее в своем полном подчинении.
Багратион, слывший безвольным начальником, занял пассивную
позицию в происходивших событиях, предпочтя плыть по тече¬
нию.
Он был смещен правительством, также как Гагарин и началь¬
ник штаба корпуса В. Гатовский. Корпусу была обещана немед¬
ленная отправка на Кавказ на отдых и доукомплектование. В ко¬
мандование («как демократ») вступил бывший начальник штаба
Туземной дивизии генерал-лейтенант Половцев, уже успевший
побывать в должности командующего войсками Петроградского
военного округа. На этом посту, очень удобном, по мнению ге¬
нерала Врангеля, для организации военного переворота в столи¬
це140, Половцев сменил как раз Корнилова, которого Временное
правительство предпочитало держать подальше от Петрограда.
Половцев полностью оправдал надежды Керенского и, увлекшись
бесконечными словопрениями с солдатскими депутатами, даже
и не думал использовать открывшиеся ему возможности.
Полки Туземной дивизии отказались участвовать в мятеже,
однако и большевистская пропаганда в ней не пустила глубоких
корней. По свидетельству корнета Кабардинского полка А.А. Ар¬
сеньева, «несмотря на напряжение агитации, ни одного выступ¬
ления всадников против офицеров русского происхождения ни в
одном полку не было...»141
В сентябре 1917 г. ряд офицеров полка выступили в прессе, а
также на 2-м Общегорском съезде во Владикавказе с заявлением
о том, что до конца не знали целей своего движения на Петрог¬
рад.
В условиях, когда Гражданская война была уже близка, мо¬
тив межнационального столкновения, связанный с использова¬
нием в выступлении Корнилова Туземной дивизии, особенно
смущал участников конфликта, стал жупелом, придававшим над¬
вигающимся событиям зловещий оттенок. В среде заговорщиков
было распространено мнение, обывательское в своей основе, что
«кавказским горцам все равно кого резать»142. Б.В. Савинков (по
просьбе Керенского) еще до разрыва правительства с Корнило¬
вым 24 августа просил его заменить Кавказскую дивизию регу¬
лярной кавалерией, так как «неловко поручать утверждение рус¬
ской свободы кавказским горцам»143. Керенский в публичном
приказе от 28 августа персонифицировал силы реакции в лице
именно «Дикой дивизии»: «Он (Корнилов. — А.Б.) говорит, что
стоит за свободу, [а] посылает на Петроград туземную дивизию»144.
Три остальных конных дивизии генерала Крымова им не были
упомянуты. Петроград, по выражению историка Г.З. Иоффе, от
этой вести «оцепенел», не зная, чего ожидать от «горских голово¬
резов»145 .
Мусульманские переговорщики, агитировавшие в полках
28—31 августа, против своей воли вынуждены были эксплуати¬
42

ровать национально-исламскую тематику, чтобы вбить клин меж¬
ду рядовыми горцам и реакционно настроенным офицерством, в
значительной мере инородном всадникам. По словам А.П. Мар¬
кова, Ингушский полк вынуждены были покинуть грузины, Ка¬
бардинский — осетины146. В Татарском полку также сложилась
«несимпатичная обстановка»: распространились панисламистс¬
кие тенденции147. Очевидно, здесь находилась та болевая точка,
нажатие на которую быстро деморализовало кавказских конни¬
ков. Для сравнения можно напомнить, что социалистическая про¬
паганда радикально настроенных моряков пулеметной команды
после Февральской революции не оказывала на всадников почти
никакого влияния.
Принявший корпус в первых числах сентября генерал Полов¬
цев застал на станции Дно картину нетерпеливого ожидания: «На¬
строение такое, что если не дадут эшелоны, то всадники пойдут
походным порядком через всю Россию и она этот поход не скоро
забудет»148.
В октябре 1917 г. части Кавказского Туземного конного кор¬
пуса прибыли на Северный Кавказ в районы их формирования и
волей-неволей стали участниками революционного процесса и
Гражданской войны в регионе.

ГЛАВА 2
1918 г.: «ВООРУЖЕННЫЙ НАРОД»
И «МЕСТНЫЕ КРАСНЫЕ АРМИИ»
Большевистский Декрет о мире фактически санкционировал
развал старой армии и массовое дезертирство с фронтов Первой
мировой войны. 15 (28) января 1918 г. Ленин подписал декрет о
создании РККА и учреждении при Наркомате по военным делам
Всероссийской коллегии по организации и формированию Рабо¬
че-Крестьянской Красной армии. Перед большевистским руко¬
водством стоял вопрос: как отстоять свою власть, как построить
новую армию, если общепринятые принципы строительства во¬
оруженных сил на основе регулярности, правильной организации,
строгой дисциплины и соподчинения отвергнуты новой идеоло¬
гией?
В первые месяцы после революции в среде большевистского
руководства господствовали наивные представления о военном
искусстве и военном строительстве, сводившиеся к тезису, что уже
сама по себе социалистическая форма устройства общества обес¬
печит военное превосходство над империалистическими армия¬
ми. Создание новой армии мыслилось на началах классового под¬
хода и добровольности149. Один из ее идеологов, первый началь¬
ник Политуправления РККА С.И. Гусев так провел границу между
старой и новой армиями: «В буржуазнОхМ строе служба отделена и
противопоставлена производительному труду и общественно-по¬
литической деятельности, замкнута в тесной и душной казарме,
отрезана от народа стеной железной дисциплины. В советском
строе военная служба протекает в свободных условиях обществен¬
ной самодеятельности, сливается и переплетается в неразрывное
целое с производительным трудом и общественной и политичес¬
кой работой пролетариата и крестьянской бедноты и строится на
началах добровольной, товарищеской дисциплины». Таким об¬
разом, «между армией и народом нет границы... армия и народ
44

совпадают... Советская армия представляет собой вооруженный
рабоче-крестьянский народ»™ (курсив мой. — А. Б.). А потому «ме¬
стный военный отряд» волости, уезда, завода и фабрики и обра¬
зует собой первичную военную организацию по типу первичных
партийных ячеек. Фактически это одно и то же. Из этих отрядов
складывается Красная армия в целом — как военный, социальный
и политический организм. Скрепляющий такую партизанскую
армию «внутренний цемент» — сознательное добровольное подчи¬
нение и дисциплина. К высоким морально-политическим качествам
оставалось лишь прибавить непрерывное военное обучение и со¬
вершенствование тактических и стрелковых приемов. Такова в
общем виде большевистская «формула успеха» в борьбе с регуляр¬
ными армиями капиталистических стран и внутренней контрре¬
волюции, как она виделась в самом начале Гражданской войны и
интервенции.
Что же представляла собой такая армия на практике? Исто¬
рия Гражданской войны на Северном Кавказе дает богатый ил¬
люстративный материал на эту тему. Красная армия возникала
здесь, как и всюду в 1918 г., путем нарождения снизу стихийных
партизанских отрядов, становившихся на защиту своих сел, ста¬
ниц, аулов против всевозможных разорителей: «Поднимается ста¬
ница, берется красное знамя, и выгоняет контрреволюционную
банду...»151 Таким отрядам были присущи спонтанность, непос¬
тоянство целей и состава: «Отразили это наступление и, утомлен¬
ные предыдущей войной, эти люди, имеющие хотя бы маленькое
хозяйство, чтобы не потерять последний кусок, опять возвраща¬
ются к своему хозяйству. Были такие случаи, что отряд, сделав¬
ший свое дело..., нужно было перебросить на другую территорию,
и он отказывался идти туда, говоря, что мы свое дело сделали и
теперь расходимся, а когда на нас будут наступать, мы соберем¬
ся, возьмем винтовки и опять отразим нападение...»152. В военных
частях не существовало хозяйства и обоза, партизаны сменялись,
разъезжаясь на отдых по домам.
Основополагающей была добровольность участия в таких от¬
рядах, поэтому партизаны так противились попыткам управлять
ими, использовать их на других участках фронта. Иррегулярные
красные отряды представляли собой, по определению современ¬
ника событий большевика Н.Л. Янчевского, «разрозненную
партизанскую рать», необученную, стихийную и плохо управля¬
емую. Все крупные красноармейские соединения и объединения
на Северном Кавказе возникли именно таким образом и просу-
45

шествовали в таком виде довольно длительное время. За внуши¬
тельными наименованиями («Северо-Кавказской армия», «Куба-
но-Черноморские войска», «Таманская армия», «Чеченская Крас¬
ная армия» и пр.) скрывались, как правило, небольшие партизан¬
ские подразделения с эклектичной структурой и с целями,
достаточно определенными в лучшем случае на тактическую пер¬
спективу.
Партизанский период на Кавказе затянулся и из-за оторван¬
ности от центра Советской России и господства в регионе Доб¬
ровольческой армии генерала Деникина. Фактически он продлил¬
ся до весны 1920 г., когда красная 11-я армия изгнала доброволь¬
цев с территории Северного Кавказа и вступила в Закавказье. По
словам одного из участников Гражданской войны на Северном
Кавказе, развитие событий в Центральной России «почти не от¬
разилось на положении дел в регионе»153.
В центре, напротив, довольно скоро отказались от «партизан¬
щины» и повели с ней решительную борьбу. Большевистское ру¬
ководство переоценило революционный порыв масс: прием в
Красную армию на основе добровольческого принципа не да¬
вал необходимого количества бойцов. К 1 апреля 1918 г. в Крас¬
ную армию вступило лишь 153,7 тыс. чел., (в том числе на Кав¬
казе 4,4 тыс. чел.)154 К тому же выявилась крайне тревожная тен¬
денция повсеместного вырождения партизанских армий в «банды
мародеров», где «процветало антисемитское настроение, хулиган¬
ство, бандитизм, игра в карты...»155 Это было связано с отрица¬
нием самих основ военной организации — дисциплины, сопод¬
чинения. Чего стоит характеристика знаменитой буденновской
Первой Конной армии как армии «бандитской», «хулиганской»,
«антисемитской», «антикоммунистической», в которой «работни¬
ки, весьма выдающиеся, но нерусской национальности, находясь
в этой армии, определенно рискуют головой». Впрочем, заверил
один из руководителей 1-й Конной, «можно категорически утвер¬
ждать, что здесь... недостатков относительно нисколько не боль¬
ше, чем в любой из остальных [красных] армий»156.
Главнейшим недостатком новой армии была катастрофичес¬
кая нехватка в ней квалифицированных руководителей. Поэтому
уже в первые месяцы революции большевики приступили к пе¬
ресмотру принципиальных основ революционной армии и отка¬
зу от ее главных признаков: классовости, выборности команди¬
ров, добровольности и иррегулярности (милиционности). В ап¬
реле — мае 1918 г. началось формирование кадровых частей,
46

повсеместный переход к принудительным мобилизациям и обя¬
зательному призыву, широкое привлечение «военспецов» (офи¬
церов старой армии), определенные ограничения «революцион¬
ного» произвола комиссаров, введение обязательного военного
обучения, создание системы военных комиссариатов — все эти
молниеносные метаморфозы новой армии, все более обретавшей
признаки регулярности (читай — «буржуазности») требовали
объяснения. Большевикам-практикам пришлось прибегнуть к
весьма изощренной казуистике. Тот же Гусев, уже поработав в
армейских реввоенсоветах, оставляет прожекты начала Граждан¬
ской войны в области «социалистических пожеланий». 23 февра¬
ля 1919 г., отвечая абстрактным «матерым кадетам», подметившим
новую тенденцию (а фактически, оправдываясь перед марксис¬
тами-ортодоксами, требовавших соблюдения буквы революцион¬
ной теории), заявлял, что Красная армия по-прежнему служит ис¬
ключительно интересам рабочего класса и беднейших слоев кре¬
стьянства. Оказалось, что «именно в этом, а не в организационных
формах и не во внутренних отношениях в армии (подчиненность,
дисциплина) коренное, принципиальное отличие Красной армии
от всех буржуазных армий». Поэтому настроения «несознатель¬
ных» красноармейцев, видевших в насаждении принудительной
дисциплины и отношений соподчинения признаки возрождения
старой армии, были объявлены левацкими «бешеными воплями»
«мелкобуржуазных анархистов»157.
В новых условиях уже в августе 1918 г. численность Красной
армии достигла 411,4 тыс. чел.158 Формировались полки и диви¬
зии, объединяемые в армии. Четкость и осмысленность приоб¬
рела штабная работа.
В национальных регионах Северного Кавказа и Закавказья,
где процесс советизации накладывался на бурно развивавшийся
после Февральской революции процесс становления националь¬
ного самосознания, эволюция новой армии оказалась еще более
своеобразной. Специфической чертой данного периода было рез¬
кое обострение межнациональных и межконфессиональных кон¬
фликтов. Национально-религиозный фактор был катализатором
насилия, определял векторы и интенсивность Гражданской вой¬
ны в регионе, стал основополагающей движущей силой револю¬
ционной смуты и гражданской войны.
Гражданская война на Северном Кавказе достаточно четко
делится на три этапа: первый послереволюционный год — ста¬
новление национальных органов власти и советов, острое про¬
47

тивостояние между казаками и горцами (ноябрь 1917 — конец
1918 г.); период господства Добровольческой армии (начало 1919 —
начало 1920 г.) и период утверждения большевистских советских
институтов, сопровождавшийся острыми конфликтами между мест¬
ным населением и властью (апрель 1920—1921 г. включительно).
Главная ось раздора в регионе пролегала между казачьим и
горским населением, прежде всего чеченцами и ингушами. Глу¬
бокий антагонизм между ними был заложен дискриминационной
по отношению к горцам земельной политикой царизма. Со вре¬
мен Кавказской войны плодородные земли речных долин на плос¬
кости занимали казачьи станицы. К 1913 г. на одну душу мужс¬
кого пола в казачьих отделах приходилось по 13,6 дес. удобной
земли, а в горских округах — по 6,1 дес.159 Казачье население име¬
ло большой излишек земель, которые сдавало в аренду тем же гор¬
цам (до 25 %)160. Качество пригодной для хозяйственного исполь¬
зования земли в долинах и горах тоже существенно различалось.
Скудные почвы на каменистых плато смывались частыми ливня¬
ми, уничтожая плоды тяжелых трудов горцев. Значительное ко¬
личество земель в лесистой горной местности находилось в веде¬
нии Управления государственными имуществами. Казне принад¬
лежало около 40 % всех лесов на склонах Северного Кавказа161.
Наконец, само землевладение горцев, до революции не было юри¬
дически урегулировано. В ходе войны многие аулы и семьи нео¬
днократно переселялись, оседали на новых местах, что неизбеж¬
но порождало поземельные споры между самими горскими об¬
ществами.
На рубеже XIX—XX вв. шла быстрая пауперизация горского
населения, возрождался своеобразный институт горского проте¬
ста — абречество. Земли дорожали. По образному выражению де¬
путата Государственной думы от Терской области А.П. Маслова
(1906), у чеченца земли столько, «сколько помещается под его бур¬
кой». «Такое положение, — замечал Маслов, — заставляет неволь¬
но задуматься, каким образом они существуют»162. Трудно не со¬
гласиться со свидетелем событий, абхазским революционером
Е.А. Эшбой: «Корень всех народных движений, постоянного “бес¬
покойства” чеченцев надо искать именно в недостатке земли и
леса (какими бы “одеждами” религиозного характера эти движе¬
ния ни облекались)»163. Земельное неравенство стало причиной
межнациональной борьбы. По замечанию одного из терских боль¬
шевиков, С.И. Кавтарадзе: «Терская область представляет собой
оригинальнейшее явление. Здесь национальная борьба почти совпа¬
48

дает с классовой (курсив мой. — А. Б.). Ингуш борется с казаком
не потому что он казак, о потому что ингуш безземелен, обездо¬
лен, а казак владеет землею. И правильна политика советской вла¬
сти, если она опирается... на ингушей и чеченцев. В этом не ви¬
новат ни ингуш, ни казак. Это — последствие проклятой царс¬
кой политики, которая из казаков устраивала здесь свои
баррикады»164. В ранней послереволюционной историографии
был распространен тезис о том, что у горцев «не было движения
классового порядка» и не наблюдалось «никаких намеков рассло¬
ения»165. Вскоре они обернулись для их авторов обвинениями в
буржуазном национализме и троцкизме.
Уже Февральская революция выпустила из бутылки джинна
межнационального насилия. Летом и осенью 1917 г. между чечен¬
цами и ингушами, с одной стороны, и казаками, с другой, разра¬
зилась настоящая война, помешать которой не имевший реаль¬
ных рычагов власти атаман Терского казачьего войска и комис¬
сар Временного правительства на СевернОхМ Кавказе полковник
М.А. Караулов не мог. Так, в конце июля чеченцы напали на ху¬
тор Сорохтиновский и сожгли его. У разъезда Джалки был обстре¬
лян пассажирский поезд. Казаки станиц Карабулакской, Троиц¬
кой и Слепцовской в начале сентября напали на ингушей. 6 сен¬
тября казаки станицы Сунженской убили делегатов горских
обществ, ехавших со съезда во Владикавказе. В ответ жители ин¬
гушских селений Галашки и Мужич напали на станицу Фельд¬
маршальскую и сожгли ее и т.д.166
Многие столкновения между казаками и горцами не имели
серьезных причин, были спонтанными, вызывались хулигански¬
ми выходками той или иной стороны. Начальник Туземного кон¬
ного корпуса П.А. Половцев по этому поводу отмечал: «Картина
борьбы между ними получается такая. Обыкновенно в воскресе¬
нье казаки, подвыпив... выкатывают пушку и начинают угощать
шрапнелью ингушские аулы, а затем мирно заваливаются спать.
В понедельник ингуши проводят мобилизацию, переходят в энер¬
гичную контратаку на казаков, вторник идет война, а в среду зак¬
лючается перемирие... В четверг происходят дипломатические
переговоры, в пятницу заключается мир, в субботу разъезжаются
после торжественных клятв... а в воскресенье вся история начина¬
ется снова»167. Представитель казаков Г.Ф. Бичерахов на 2-м Съезде
народов Терека представил схожую картину, возложив, в свою
очередь, вину на чеченцев: «Утром, часов в 6—7, чеченцы откры¬
вают орудийный огонь, а потом открывают огонь и наши бата¬
49

реи. Открывают огонь первыми чеченцы и так происходит каж¬
дый день»168. В 1925 г. М. Кац со слов участников событий опи¬
сал набег ингушей на станицу Фельдмаршальскую. Поводом к
расправе послужило убийство казаками почетного старика-ингу¬
ша, сопровождавшееся глумлением, а также увод баранты одного
из жителей аула Галашки. На призыв аульцев немедленно съеха¬
лись всадники из соседних аулов, выбрали из своей среды стар¬
шего и с кличем «Бабий платок на том, кто будет отступать!» ри¬
нулись в бой и сожгли казачью станицу169. Грабежи и уголовный
бандитизм стали повсеместным явлением. Далеко не всегда они
имели политическую окраску. Революционный антураж подоб¬
ных разбойничьих набегов — дело рук историографов Гражданс¬
кой войны.
В первые недели после октябрьского переворота горцев ак¬
тивно склонял на свою сторону глава организованного 1(14) декаб¬
ря 1917 г. Терско-Дагестанского правительства атаман М.А. Кара¬
улов, претендовавший на лидерство в крае. Это государственное
образование было создано совместным решением ЦК Союза
объединенных горцев Кавказа и войскового правительства Терс¬
кого казачества и было попыткой разрешить казачье-горский кон¬
фликт мирным путем. Караулов подкупал чеченцев раздачей ору¬
жия и натравливанием их на большевизированные солдатские
массы, проходившие по железнодорожной магистрали в Россию
с Кавказского фронта. Жестокая расправа над атаманом на стан¬
ции Прохладная 13 декабря 1917 г. была вызвана как раз возму¬
щением солдат провокациями Караулова170. Впоследствии че¬
ченцы обратили полученное оружие против самих казаков. Пос¬
ле развала в начале 1918 г. Терско-Дагестанского правительства
горская его составляющая — Союз объединенных горцев Кавка¬
за — образовала Горское правительство. Оно функционировало
в основном «в бакинских и тифлисских отелях»171 и, не имея ре¬
альных средств и авторитета у горцев, сосредоточилось на дип¬
ломатической деятельности, не оказывавшей, впрочем, на реаль¬
ную обстановку на Северном Кавказе практически никакого вли¬
яния.
Между тем на Северном Кавказе первая половина 1918 г. про¬
шла в безуспешных попытках примирения враждующих сторон,
каждая из которых непрерывно готовилась к войне, вооружалась
и оформлялась организационно. До лета 1918 г. большевики пы¬
тались играть роль третейского судьи, опираясь на легитимный
орган революционной власти — Съезд трудовых народов Терека
50

и его рабочий орган — Терский совнарком, организованный на
2-м съезде 9 марта 1918 г. Первые съезды трудовых народов Те¬
река проходили почти беспрерывной чередой (поэтому совре¬
менниками они считались сессиями одного съезда) — 1-й с 25 по
31 января, 2-й с 16 февраля по 5 марта. Большевики на этих съез¬
дах еще не имели преимущества и выступали в составе единой со¬
циалистической фракции, входившей, в свою очередь, во фрак¬
цию иногородних. Съезды работали в обстановке непрерывных
столкновений между казаками с одной стороны и чеченцами и
ингушами — с другой. В день открытия 2-го съезда в Пятигорске
16 февраля в районе станиц Романовской и Ермоловской разыг¬
ралось настоящее сражение между казаками и развернувшими на
них наступление чеченцами. Только за один день казаки потеря¬
ли 12 человек убитыми и 20 человек ранеными. Обе стороны при¬
меняли артиллерию и пулеметы172. Казачья фракция потребовала
немедленного открытия военных действий против чеченцев и ин¬
гушей, «побить их и выгнать их в горы», а также разоружить гор¬
цев, не останавливаясь ни перед чем173. У терских казаков име¬
лось несколько казачьих полков, вернувшихся с фронта и еще со¬
хранявших военную организацию. Чеченские и ингушские
депутаты в работе съезда участия не принимали, поскольку им тре¬
бовалось добираться к Моздоку через казачьи земли.
Социалистическая фракция заняла миротворческую пози¬
цию, и благодаря ей казачьей фракции не удалось заручиться под¬
держкой съезда. В то же время съезд потребовал от чеченцев и ин¬
гушей немедленно прекратить грабежи и набеги, выдать для пре¬
дания суду всех разбойников, вернуть оружие разгромленных ими
арсеналов Владикавказа, Ведено, Хасав-Юрта174.
В среде местных большевиков в первые месяцы революции не
было единства в отношении горцев. Жесткостью позиции от¬
личались пятигорские большевики, ведомые сильным лидером
Г.Г. Анджиевским. Он первым начал последовательно проводить
в городе военно-коммунистические мероприятия, заслужив одоб¬
рение самого Ленина. Но с точки зрения конкурирующей влади¬
кавказской партийной организации (С.М. Киров, С.Г.(Ной) Бу-
ачидзе), находившейся в эпицентре межнациональной распри,
Анджиевский слишком увлекался, переоценивал силы и смотрел
на все только «с точки зрения пятигорской колокольни»175. Вла¬
дикавказские большевики склонны были к соглашению с горца¬
ми. «...Отсталость горских народов и их национальная рознь тре¬
буют от коммунистов некоторых компромиссов», — так проком¬
ментировал позицию большевиков председатель Терского Со¬
внаркома Ной Буачидзе176.
3-й съезд трудовых народов Терека, открывшийся 22 мая в
Грозном, был своего рода «съездом победителей». За два с поло¬
виной месяца, прошедших со времени 2-го съезда, удалось в зна¬
чительной мере сбить волну насилия и анархии. Терский Совет
народных комиссаров и постоянный законодательный орган —
Народный совет —- совместными усилиями налаживали мирную
жизнь; было восстановлено движение по Владикавказской желез¬
ной дороге. Стало казаться, что самое страшное позади, а приез¬
жавшие из других регионов Северного Кавказа даже говорили, что
увидели на Тереке «маленький рай»177.
В рамках наметившегося «мирного строительства» впервые
серьезно обсуждался вопрос о создании Красной армии Терской
республики, призванной прийти на смену военно-революцион¬
ным комитетам с их плохо управляемыми партизанскими отря¬
дами. До сих пор, по словам военного комиссара Я.П. Бутырина,
в этой области было сделано лишь «кое-что» во Владикавказе и в
районе Минеральных Вод178. Общее стремление к умиротворению
проявилось в пожелании, высказанном разными делегациями, в
том числе и горскими, чтобы армия комплектовалась из «нейт¬
ральных элементов» — иногороднего, крестьянского населения, —
проявившего себя наиболее миролюбиво и ладившего со всеми
сторонами конфликта. В таком случае, «если какая-то народность
встанет на путь противодействия Советской власти», то такая
«нейтральная» армия сможет «не стесняться и всыпать ей»179. На¬
против, предложение некоторых фракций (казачьей, ингушской)
о сохранении национальной структуры войск (в виде казачьих и
горских полков) подверглось критике.
В целом Терский совнарком стоял на общих с центральной
властью позициях, взявшей курс на строительство регулярной
армии. Итоговая резолюция 3-го Съезда содержала требования о
централизации управления Красной армией Терека, создание
единого штаба с привлечением командных и технических специ¬
алистов старой армии, установления твердой дисциплины в час¬
тях, ограничения функций войсковых комитетов хозяйственны¬
ми вопросами. Намечены были обязательные мобилизации
«вплоть до всенародного ополчения»180.
Итоги первых мероприятий по формированию Красной ар¬
мии Терской республики в середине июня 1918 г. сообщил Выс¬
шему военному совету военный руководитель вновь образован¬
52

ного Северо-Кавказского военного округа А.Е. Снесарев: «Войск
имеется: во Владикавказе три батальона (около 1500 человек) с
8 пулеметами, один эскадрон, две полевые батареи, 4—48-[лин.]
гаубицы; в Георгиевске два батальона (около 1000 человек) с че¬
тырьмя пулеметами и одна полевая батарея; в Моздоке полроты
пехоты и гаубичная батарея (4 гаубицы); в Пятигорске два бата¬
льона пехоты и 6 орудий; в Грозном два батальона (1000 человек)
и 6 орудий; летучий железнодорожный отряд — одна рота; один
бронированный поезд и еще один оборудуется. Всего войск око¬
ло 5000 человек»181. Войскам придавалась правильная организа¬
ция. Следует подчеркнуть, что в этот период ставка делалась на
казачьи полки, а не на горское ополчение. При полном напряже¬
нии Терская область могла выставить до 20 тыс. чел., в том числе
12 казачьих полков (в основном пеших)182.
Налет партизанщины в красных частях был еще очень силен.
По словам прибывших летом 1918 г. комиссаров из Центра, «здесь
о декретах о всеобщем обучении воинскому искусству и создании
Красной армии слышали и знают очень мало»183. Дисциплина в
частях была еще слабой — «до 50 % в бою разбегаются»184. Парти¬
занские командиры — авантюристы и храбрецы — всячески са¬
ботировали нововведения, считая себя истинными революционе¬
рами в отличие от «сомнительных коммунистов» с их попытками
централизации управления и организации. Например, в Пятигор¬
ске в июне поднял мятеж начальник местного ВРК солдат Ниже-
вясов, по собственному произволу расправлявшийся с казаками
и во многом спровоцировавший выступление полковника Шку-
ро в июне 1918 г. и начало Гражданской войны на Тереке.
Хрупкое равновесие весны 1918 г. заканчивалось. Эволюция
Терского совнаркома в этот период шла по пути его большевиза¬
ции. Совнарком стал насаждать на местах, прежде всего в горо¬
дах, новые большевистские органы власти — совдепы, что про¬
тиворечило воле Съезда народов Терека, учредившего на местах
народные (национальные) советы. По признанию самих больше¬
виков (Ю.Г. Пашковского), за отсутствием в терских городах про¬
летариата, в совдепы проникла «негодная грязь» и «авантюрис¬
ты», проводившие политику произвола и репрессий185. Возник¬
новение совдепа в Моздоке и его претензии на единоличную
власть стали причиной разрыва между Терским совнаркомом и
терским казачеством, ведомым Г.Ф. Бичераховым. Такая поли¬
тика оттолкнула от большевиков не только казаков, но и правых
социалистов, выступавших прежде единым фронтом.
53

С другой стороны, на 3-м Съезде в Грозном окрепшие чечен¬
ские и ингушские фракции остро поставили вопрос о земле —
«альфы и омеги всех кровавых столкновений, какие были в обла¬
сти и какие могут быть»186. Политика советизации власти, про¬
водимая Терским совнаркомом, и жесткое противостояние каза¬
ков и горцев по земельному вопросу сделали гражданский раскол
на Тереке неизбежным.
Имея готовые традиционные институты самоуправления и
военной организации, казаки до времени лишь терпели Совет, но,
убедившись, что поставить заслон чеченским и ингушским набе¬
гам он не в состоянии, сформировали в Моздоке собственное пра¬
вительство — Терский казачье-крестьянский совет под руковод¬
ством Г.Ф. Бичерахова — и вступили в вооруженную конфронта¬
цию с советской властью, объявив войну Совнаркому Терской
республики и совдепам. Казаки при этом рассчитывали на успе¬
хи белогвардейской армии генерала Деникина, продвигавшейся
в глубь Северного Кавказа. Общий противник поставил больше¬
виков и горцев по одну сторону баррикад. 20 июня председатель
правительства большевик Ной Буачидзе погиб от рук казаков, как
раз когда призывал к примирению на митинге во Владикавказе.
На 4-м съезде трудовых народов Терека, открывшемся во Вла¬
дикавказе 23 июля 1918 г., казачья фракция во главе с Бичерахо¬
вым и правые социалисты потребовали ликвидации большевист¬
ских совдепов. К этому времени в районе Моздока уже велись бои
между казаками и красноармейскими частями. Прибывшие на
съезд представители центральной власти комиссар Юга России
Г.К. Орджоникидзе и комиссар труда А.Г. Шляпников вели себя
подчеркнуто агрессивно, допускали грубые нападки на казаков.
Если на 2-м Съезде Киров призывал казаков «навсегда покончить
с точкой зрения огульных обвинений целого народа»187, то теперь
уже Орджоникидзе, призывая к войне, заявлял: «Мне все равно,
всели казачество принимает участие в контрреволюционном мя¬
теже, или только часть его»188. Мирные переговоры зашли в ту¬
пик, съезд, по призыву Орджоникидзе, «принужден был объявить
войну Бичерахову и призвать всех на борьбу с ним»189.
6 августа съезд был сорван нападением на город казачьих от¬
рядов, к которым присоединились многие осетинские делегаты.
Близость осетин с казаками объяснялась конфессиональной об¬
щностью, застарелыми поземельными спорами с ингушами, дав¬
ней традицией осетин служить в казачьих войсках. На момент
нападения во Владикавказе находились лишь незначительные
54

красные силы: 1-й полк Владикавказского Совета, бойцы Китайс¬
кого революционного отряда, отряды Осетинской окружной орга¬
низации РКП(б) и несколько рабочих отрядов190. После 12-днев¬
ных упорных боев Владикавказ был очищен от казачье-осетинс-
ких отрядов. В этот момент большевики заручились поддержкой
ингушей, которые фактически спасли советскую власть во Вла¬
дикавказе. С. Орджоникидзе позже сказал в связи с этим, что «ког¬
да мы висели на волоске ... когда за нами не шли... маленький
ингушский народ пошел за нами, не оглядываясь»191. О том, что
именно ингуши были опорой большевиков, свидетельствовали и
добровольцы192. 18 августа 4-й съезд возобновил свою работу и дал
СНК Терской республики чрезвычайные полномочия в борьбе с
контрреволюцией.
В августе Красная армия повела наступление на оплот терс¬
кого казачества Моздок. 16 ноября 1918 г. город был взят крас¬
ными отрядами и «эсеровско-казачье-черносотенная авантюра»
ликвидирована. В разгроме Бичерахова большую роль сыграла
кабардинская «Шариатская колонна» Назира Кахтангова. Благо¬
дарный 5-й съезд народов Терека стоя приветствовал командова¬
ние колонны, «мощным ударом взявшей гнездо Терской контр¬
революции»193.
Одновременно в Грозном в августе — ноябре 1918 г. велись
так называемые «стодневные бои», где трехтысячному отряду
Красной гвардии под руководством молодого военного фельдшера
Н.Ф. Гикало, поддержанному пригородными чеченскими аула¬
ми, составившими «Чеченскую Красную Армию», противостоя¬
ло 15-тысячное казачье войско. Чеченцы не допустили воссоеди¬
нения войск Георгия Бичерахова с отрядом его брата Лазаря, при¬
бывшего из Баку194.
Анализ взаимных требований и хода событий ясно показы¬
вает, что борьба носила межнациональный характер. Г. Бичера¬
хов соглашался прекратить огонь под гарантию его неприкосно¬
венности со стороны чеченцев и ингушей. Он также требовал, что¬
бы с орудий броневых поездов Красной армии были сняты замки,
которые должны были быть переданы на хранение кабардинской
и осетинской делегациям. Последнюю из них он называл «братс¬
кой по духу». Действительно, осетины оказали самую широкую
поддержку казакам во время августовского мятежа во Владикав¬
казе, и затем им стоило больших трудов доказывать, что «не боль¬
шинство осетинского народа» принимало участие в мятеже195.
С другой стороны, чеченские депутаты и прежде всего их лидер
55

А. Шерипов возлагали вину за контрреволюционные выступле¬
ния на все казачество в целом. По резкости и огульности обвине¬
ний, откровенному передергиванию фактов Шерипов даже пре¬
восходил Орджоникидзе196.
Так в течение 1918 г. оттачивалось и укреплялось горско-боль¬
шевистское единство (именовавшееся оппонентами «блоком
большевиков с “дикими”»), в котором каждая из сторон пресле¬
довала собственные цели. Такой союз имел тактический харак¬
тер и был жизнеспособен, пока велась борьба с казачеством. Боль¬
шевистская идеология и практика отличалась значительной эк¬
лектичностью, отражавшей стремление революционеров
приспособиться к стихийному повстанческому движению горцев.
При том, что горские отряды сыграли в событиях Гражданс¬
кой войны на Тереке в 1918 г. существенную и даже решающую
роль (бои за Владикавказ, Моздок), статистическому описанию
они не поддаются. В исторических источниках сколько-нибудь
точных данных, позволяющих оценить их численный состав,
организацию, тактику, не сохранилось и не могло сохраниться по
причине того, что горские формирования сохранили свою опол¬
ченческую природу. «Чеченская Красная армия», «Шариатская
колонна» и прочие подобные формирования пульсообразно уве¬
личивались и снова сокращались в зависимости от массы привхо¬
дящих обстоятельств: политической и военной конъюнктуры,
дружественности или враждебности местностей на пути следова¬
ния отряда, материальных возможностях командира отряда и т.д.
В 1918 г. только один из партизанских отрядов был переведен
на регулярную основу: в период создания 11-й армии в начале
октября «Шариатская колонна» была переименована в «1-ю Удар¬
ную Шариатскую Советскую колонну» и включена в состав
1-й внеочередной дивизии. На этот момент в колонне числилось
1000—1200 кабардинцев, 100—150 осетин-керменистов (предста¬
вителей дружественной большевикам национальной партии) и не¬
которое количество русских красноармейцев197.
Горцы из таких отрядов, если они не были «пламенными» ре¬
волюционерами, нередко относились к большевикам и Красной
армии потребительски. Белогвардейский офицер Б.М. Кузнецов
вспоминает, как еще в начале 1918 г. всадники 2-го Дагестанско¬
го полка Туземной конной дивизии, решив, что «сейчас зевать не
надо», в определенные дни месяца исчезали из расположения пол¬
ка. Оказалось, что они числились одновременно и в своем полку
и в Красной армии, где регулярно получали жалование198. Ана¬
56

логичный пример приводил уже в начале 1919 г. представитель
Горского правительства в Чечне М. Курумов. По его словам, «гро¬
мадное жалование» платилось чеченцам-красноармейцам, кото¬
рые «никогда не служили и не думают служить, но жалование по¬
лучают по 550 руб. в месяц. Конечно, это для чеченца самое вы¬
годное дело. Зачем не брать, когда предлагают...»199
В конце 1918 и начале 1919 г. частям Добровольческой ар¬
мии удалось разгромить красные части 11-й и 12-й армий, осе¬
нью 1918 г. составленных из полупартизанских революционных
армий. Разбита была и армия Терского совнаркома, так и не став¬
шая крепким боевым объединением. Последним оплотом боль¬
шевизма был Владикавказ, продержавшийся до 11 февраля 1919 г.
Заключительный эпизод борьбы имел к социалистической рево¬
люции отдаленное отношение. Орджоникидзе докладывал Лени¬
ну, что «на съезде вооруженного ингушского народа по моему
предложению провозглашена независимая Горская Советская
Республика. Чечня поднялась и совместно с нашими красноар¬
мейцами в районе Грозного отражает сопротивление»200 . Ставка
на национально-освободительное движение в безнадежной ситу¬
ации себя не оправдала. Владикавказ пал. По данным советских
авторов, после взятия города были расстреляны 18 тыс. красно¬
армейцев. Часть советско-горских отрядов успела эвакуировать¬
ся в горы201. Разгром довершила эпидемия тифа, убившая многих
красноармейцев отступавшей через терские земли 11-й красной
армии. От эпидемии умер и один из основателей Терской Крас¬
ной армии Я.П. Бутырин.

ГЛАВА 3
ГОРСКИЕ ПАРТИЗАНЫ МЕЖДУ
БОЛЬШЕВИКАМИ И ДОБРОВОЛЬЦАМИ
Советская власть на Северном Кавказе пала, не успев за нич¬
тожный период своего существования пустить глубоких корней.
В горских районах она осталась почти не замеченной и не по¬
нятой. Сменившие большевиков добровольцы, по мнению со¬
временных исследователей, имели достаточно стройную концеп¬
цию национального строительства в Терско-Дагестанском крае.
В основу ее была положена идея «единой и неделимой России»,
не допускавшая образования независимых государств на тер¬
ритории добровольческой администрации. Но в ее рамках до¬
пускалась широкая автономия и для казачьего и для горского
населения. У горцев управляли выборные или назначенные пра¬
вители из числа коренной национальности, имевшие советников
из старейшин. Сохранялось шариатское судопроизводство, пони¬
жалась арендная плата на землю и т. д. Это можно было считать
шагом вперед по сравнению с царскими временами202 . Однако
отношения между Вооруженными силами Юга России (ВСЮР)
и горцами почти сразу перешли в силовую плоскость. Столкнув¬
шись с первым сопротивлением горцев, белогвардейские генера¬
лы на местах (Ляхов, Драценко, Шкуро, Гейман и др.) сразу взя¬
ли курс на террор, огнем и мечом отстаивая принцип «единой и
неделимой» России, делая ставку главным образом на казачье на¬
селение Терской области. Это лишало жителей гор всякой надеж¬
ды на изменение своего положения в сравнении с царскими вре¬
менами и прежде всего на справедливое решение земельного воп¬
роса.
Уже в феврале 1919 г., сразу же после оккупации горских зе¬
мель, добровольческое командование потребовало провести мо¬
билизацию всего мужского населения Ингушетии, Осетии, Ка¬
барды от 18 до 50 лет для участия в борьбе с большевизмом203 .
58

Акции устрашения и возмездия в виде десятков сожженных аулов,
непосильные контрибуции и попытки мобилизации всадников,
воспроизводство ряда царских институтов управления быстро от¬
вратили горцев от деникинской модели правления регионом и
способствовали росту панисламистских настроений, подогревав¬
шихся Азербайджаном и Турцией.
Обращает на себя внимание совершенное равнодушие белых
генералов к обычаям горцев. Во время мобилизаций и жестоких
облав на большевиков они брали в заложники стариков, разру¬
шали целые аулы в ответ на один выстрел. Вот образчик пропа¬
гандистского листка к горцам, составленный от имени некоего
«мусульманина» пропагандистским органом администрации
ВСЮР — ОСВАГ: «Как раскат грома пронесется по родным ва¬
шим горам и долинам рев сотни чудовищных орудий и трескотня
тысячи пулеметов; появятся грозные, не знающие преграды чу¬
довища-танки, истребляя все на своем пути, а с неба им будут
указывать путь в ваши родные аулы стальные птицы-аэропланы.
Десятки тысяч хорошо вооруженных и опытных воинов, руково¬
димые своими боевыми генералами и офицерами, придумавши¬
ми такие грозные орудия истребления и разрушения инжене¬
рами и техниками, принесут в ваши аулы смерть и разрушение.
У вас ничего этого нет и неоткуда взять. Не легкомысленно ли
было, в таком случае, начинать войну... Итак, братья, одумайтесь,
пока не поздно! Обсудите свои нужды с главнокомандующим Доб¬
ровольческой армии и согласно с ним стройте свою жизнь соот¬
ветственно требованиям религии, нашей жизни и обычаев...»204
Обращает на себя внимание не только свирепый тон воззва¬
ния, но и оскорбительная для горца снисходительность к его тех¬
нической и тактической неграмотности. Нельзя не согласится с
большевистским агитатором Я. Никулихиным, охарактеризовав¬
шим такую пропаганду как «тупую» и «великодержавную», оттал¬
кивавшую горцев от Деникина205 . Горцы по своему обыкновению
соглашались на все предложенные деникинской администраци¬
ей условия, давали обещание «не признавать никакого другого
правительства», но с отбытием добровольческих отрядов прини¬
мались за прежний промысел — грабежи складов и проходящих
эшелонов206 .
Уже осенью 1919 г. Добровольческой армии пришлось отвлечь
значительные силы на подавление восстаний горцев в Чечне и
Дагестане, вызванные, в частности, попыткой организовать мо¬
билизацию в армию среди горцев. По признанию Деникина, в
59

самый ответственный момент наступления на Москву летом и
осенью 1919 г. до трети частей Добрармии были отвлечены на
Северном Кавказе. Белые войска несли большие потери (по дан¬
ным С. Кирова, в ходе боев летом и осенью в Дагестане горца¬
ми были уничтожены до 3 тыс. казаков, а в районе Грозного —
800 чел.) и т.д.
Нельзя не согласиться с мнением В. Дегоева и Р. Ибрагимова
о том, что «если бы кто-то нарочно задался целью подготовить на
Кавказе почву для торжества большевистских идей, то он не смог
бы справиться с этим лучше, чем это нечаянно удалось против¬
никам большевиков»207 . На фоне власти деникинцев советская
власть, не успевшая в 1918 г. запятнать себя репрессиями, сохра¬
нила в сознании горцев налет очарования. Большевики в этот пе¬
риод были загнаны в глубокое подполье. Общая борьба с бело¬
гвардейцами дала новый импульс к их сотрудничеству с горцами.
Бежавшими в феврале 1919 г. из Владикавказа «товарищами» (Ор¬
джоникидзе, Булле, Фигатнер, Назаретян, Махарадзе, Гегечкори
и др.) в Грузии был создан Горский Комитет ВКП(б). Часть боль¬
шевистских агитаторов осела в горах и, по данным ОСВАГа, вела
«неустанную пропаганду» среди местных жителей.
Собственная слабость заставляла большевиков идти на союз,
а вернее, присоединиться к набиравшему силу национально-ос¬
вободительному движению горцев, имевшему сильную религиоз¬
ную окраску. Особенно колоритная картина наблюдалась в Даге¬
стане, где к осени 1919 г. сложился союз, в котором причудливо
переплелись национальный сепаратизм (в лице Горского прави¬
тельства Коцева и Чермоева), панисламизм (движение шейха Али-
Хаджи Акушинского), пантюркизм (деятельность турецких офи¬
церов Нури-паши и Кязим-бея) и, наконец, большевизм (во гла¬
ве с дагестанскими коммунистами Д. Коркмасовым, М. Долгатом,
Б. Шеболдаевым и др.) 19 октября 1919 г. в с. Леваши был создан
Совет Обороны, в котором председательствовал духовный лидер
Дагестана шейх-уль-ислам Али-Хаджи Акушинский. Собствен¬
но, на базе его уже действовавшего повстанческого штаба Совет
и был сформирован. Большевики по требованию других членов
коалиции не афишировали свою партийную принадлежность —
выступали «без образования фракции и без флага»208 .
К этому нужно добавить, что за турками в Совете Обороны
стояло мусаватистское правительство Азербайджана, которое, в
свою очередь, заручилось поддержкой подпольно тогда существо¬
вавшего Кавказского Краевого Комитета РКП(б). Азербайджан
60

взял на себя содержание турецких войск Нури-паши. Совет под¬
держивала также Грузия, успевшая передать ему оружие и боеп¬
рипасы. Закавказские государства рассчитывали на Дагестан как
на буфер деникинской угрозе.
Создание Совета Обороны было попыткой «оседлать» неор¬
ганизованную борьбу дагестанцев против белогвардейцев. К это¬
му моменту она строилась следующим образом: «Каждый округ и
селение существовали сами по себе и принимали участие в вос¬
стании самостоятельно, сами заботясь о снабжении своих отря¬
дов вооружением и продовольствием. На фронте эти отряды объе¬
динялись в группы, руководимые различными штабами, случай¬
но организованными и действующими без связи друг с другом и
центром»209 .
Совет наметил курс на создание «регулярной армии Дагеста¬
на» по штатам советской Красной армии в составе трехполковой
бригады (11 тыс. штыков), четырехполковой кавалерийской ди¬
визии (1600 сабель), артиллерийских и саперных частей. Комп¬
ромиссным с национально-мусульманской частью Совета реше¬
нием можно считать намерение набрать в первую очередь «кадры»
формируемых частей — по 400 чел. на пехотный полк (100 офице¬
ров и 300 унтер-офицеров) и по 100 чел. на кавалерийский полк
(25 офицеров и 75 унтер-офицеров), что более соответствовало
кадрам старой армии, не говоря уже об отсутствии офицерских и
унтер-офицерских должностей в штатах советских вооруженных
сил. В этих целях 20 октября Совет Обороны объявил мобилиза¬
цию горцев.
Командующим армией стал бывший командующий турецки¬
ми войсками в Азербайджане Нури-паша, еще год назад воевав¬
ший против Бакинской коммуны. Недавний коммунар Б. Шебол¬
даев теперь оказался его коллегой. Нури-паша привлек на служ¬
бу немало турецких офицеров, которые работали бок о бок с
военспецами, присылавшимися большевиками из Астрахани.
В дагестанские отряды в большом количестве вливались также
грузинские и азербайджанские офицеры. Начальником штаба был
назначен большевик А. Дьяков (Турбин). Аскеры (солдаты) ру¬
ководимой Советом «Народной армии» («армии Свободы») при¬
носили следующую клятву: «Я, аскер Народной армии Совета
Обороны Северного Кавказа, клянусь священным Кораном за¬
щищать шариат, свободу, независимость трудовых народов Се¬
верного Кавказа, избранный верховный орган власти — Совет
Обороны»210. Первое воззвание «К народам и войскам Дагеста¬
61

на», подписанное шейхом Али-Хаджи Акушинским, призывал к
борьбе за «независимый союз горцев Кавказа», торжеству шари¬
атского правосудия и благословлял восставших именем Аллаха211.
Большевики все это безропотно принимали.
Столь разнородная коалиция изначально была обречена на
внутренние раздоры. Председатель Совета Али-Хаджи Акушин-
ский как духовный лидер народа пытался сблизить членов Сове¬
та и даже испытывал симпатию к большевикам и их социальной
программе защиты бедноты. Местные большевики отвечали ему
взаимностью, ценя в нем «высокообразованного и умного от при¬
роды человека»212. Однако противоречия между большевиками и
турками оказались непреодолимыми. Осенью еще не окрепшей
большевистской организации пришлось «пользоваться услугами»
турецких офицеров в организации революционной армии. В на¬
чале 1920 г., когда определилось скорое падение добровольчес¬
кого режима, уже большевики навязывали Нури-паши свои «ди¬
рективы», однако, «зная цену» его обещаниям, старались «скорее
избавиться от него»213. Накануне прихода в Дагестан частей Крас¬
ной армии турецкие офицеры и аскеры сместились к Дербенту,
где действовал «Дербентский фронт» Нури-паши и другого турец¬
кого офицера, Руфат-бея. Оба заявили, что «никому не подчиня¬
ются»214 . Само турецкое офицерство было расколото на два лаге¬
ря в связи с гражданской войной на их родине между султаном и
сторонниками Мустафы Кемаля, поддержанного советской вла¬
стью. Кязим-бей вскоре вышел из подчинения Нури-паши и на¬
чал открытую борьбу с большевиками. К этому моменту ряды ан-
тиденикинских войск пополнились дезертирами из числа самих
добровольцев, быстро набравшихся на целый полк (именовав¬
шийся русским, в отличие от турецких аскерских отрядов), руко¬
водимый грузинскими офицерами. Отношения между уже безраз¬
дельно принадлежавшим большевикам Советом Обороны и турец¬
ким командованием совершенно разладились. Все закончилось
казнью майором Кязим-Беем председателя Дагобкома РКП(б)
С.С. Казбекова и разгромом советской власти в с. Леваши 5 мар¬
та 1920 г.215
Армия дагестанских горцев в период добровольческой окку¬
пации так и не преодолела повстанческо-партизанский рубеж.
Накануне занятия Дагестана красными частями у отряда Шебол¬
даева «из дагестанцев и тавлинов» «политическая ситуация коле¬
балась под ногами»216. В бедственном положении пребывал и
«Дербентский фронт»: «в связи с отсутствием обмундирования,
62

из рук вон плохим питанием и сильным холодом усилилось по¬
вальное дезертирство...»217
В Чечне у большевиков также оформились своеобразные со¬
юзнические отношения с национал-клерикальными силами. Пос¬
ле ухода 11-й советской армии здесь остался небольшой отряд
красноармейцев во главе с Н.Ф. Гикало. Отряд обосновался в че¬
ченском ауле Шатой и быстро пополнялся за счет чеченцев, ин¬
гушей, добровольцев-дезертиров. Особенно много (до 200 чел.,
или 30—35 % бойцов) в отряде было кабардинцев и балкарцев.
21-летний военный фельдшер Николай Гикало, несмотря на мо¬
лодость, обладал недюжинными организаторскими способностя¬
ми и вызывал неизменно восторженные характеристики больше¬
вистского руководства: «Отличный работник, пользующийся ог¬
ромным авторитетом Чечни, Дагестана и Ингушетии... Человек,
по-видимому, во всех отношениях безукоризненный» (Гордиен¬
ко)218. Одним из близких помощников Николая Гикало стал
20-летний чеченец Асланбек Шерипов, уже известный политик.
С начала осени 1919 г. горцы вели непрерывные нападения на ка¬
зачьи гарнизоны. В конце сентября в районе Грозного разыгра¬
лось крупное сражение между повстанческими отрядами и че¬
тырьмя полками корпуса генерала Шкуро, в которых, по дан¬
ным горцев, было взято 28 орудий, 31 пулемет, 4000 винтовок
т.д.219 В сентябре 1919 г. здесь была провозглашена независимая
теократическая монархия — Северо-Кавказское эмирство, главой
которого стал шейх Узун-Хаджи — очень влиятельный и уважае¬
мый в Чечне человек, сподвижник Шамиля. Для большевиков это
был «славный старичок», физически уже немощный и подвержен¬
ный чужим влияниям. Рядом с Узун-Хаджи подвизался ловкий
авантюрист, «пройдоха с блестками нахватанных верхов», рот¬
мистр И. Арсанукаев (вошедший в историю как князь Дышинс-
кий), самопровозглашенный фельдмаршал и министр пяти пор¬
тфелей в эмирстве. Дышинский приступил к «реорганизации ар¬
мии по примеру благоустроенных держав»220 . Склонный к
внешней эффектности, Дышинский организовал сразу пять ар¬
мий, представлявших собой небольшие партизанские отряды. Две
из них дислоцировались на территории Дагестана (в Темир-Хан-
Шуре и Хасав-Юрте)221. Реальных вооруженных сил эмирство не
имело, поэтому Дышинский воспользовался услугами красных
командиров, укрывшихся в горах Чечни. 1-ю армию возглавил ко¬
мандир Ударной шариатской колонны Н. Кахтангов222.5-й арми¬
ей был назначен отряд большевиков Гикало и Шерипова, а Ги-
63

кало стал ее командующим. 29 августа 1919 г. в важном бою с бе¬
лыми воины эмира сражались бок о бок с «мюридами революции»
отряда Гикало. Асланбек Шерипов погиб в этом бою.
В декабре 1919 г. Центру удалось установить контакты с от¬
рядом Гикало через одного из близких ему людей Михеева. На тот
момент отряд насчитывал до 800 штыков и до 500 безоружных
бойцов, «русских и кабардинцев больше всего». Отряд, по оцен¬
ке Кирова, был «хорошо сплочен, но находится в тяжелом мате¬
риальном положении»223 . По мере продвижения частей 11-й ар¬
мии на юг поддержка горцами Г икало усиливалась. В декабре 1919г.
отправленный к Кирову помощник Гикало Михеев сообщал, что
ингуши, чеченцы и дагестанцы все более скептично относятся к
Узун-Хаджи, покидают его отряды. В ноябре 1919 г. Гикало отка¬
зался от должности командующего 5-й армии эмирства224 . Этим
был оформлен разрыв между Гикало и Узун-Хаджи. Последний
пытался разоружить большевистский отряд, но «после перегово¬
ров т. Гикало оставил в покое, но без всякой помощи»225 . Весной
1920 г. Узун-Хаджи умер, а Арсанукаев-Дышинский был аресто¬
ван большевиками и убит. Национально-религиозное движение
в Чечне на некоторое время оказалось дезорганизованным; Веде¬
но было оставлено сторонниками Узун-Хаджи, «остались только
два офицера... да и те слонялись как неприкаянные»226 . Поэтому
отряд Гикало стал единственной боеспособной вооруженной си¬
лой в Чечне. Центр возлагал большие надежды на него.
Позднее советским историкам нелегко было найти объясне¬
ние такому неожиданному союзу. Признав общую национально-
освободительную почву движений Узун-Хаджи и Шерипова, они
развели их на классовой почве: движение Шерипова—Гикало,
мол, до известной степени сдерживало «предательство шейхов, за
которыми шли горцы, так как противостояло ему как более ре¬
шительное и революционное, но опять-таки национальное дви¬
жение»227 .
Анализ документов и воспоминаний участников войны пока¬
зывает, что, как правило, исламские ценности в таких большеви¬
стско-национально-религиозных союзах многократно перевеши¬
вали социальные мотивы, которые горцам нередко были непонят¬
ны и чужды. Один из дагестанских руководителей революции,
Наджмутдин Самурский, описал любопытную картину больше¬
вистского митинга в горах: «Ответственный агитатор на митинге
долго говорил, его со вниманиехМ слушали бедняки... Наконец,
когда наступило время полуденного намаза, слушатели заявили,
64

что следует устроить перерыв, так как им нужно молиться. От¬
ветственный агитатор возмутился религиозностью полудиких
обитателей гор: “Какие же вы большевики, если не можете, не¬
смотря на слышанное вами, отказаться от молитвы? Какие же из
вас коммунисты?!”» Тактичный переводчик опустил эту тира¬
ду. Аналогичный случай описал Е. Эшба, побывавший вместе
с Н. Гикало в октябре 1919 г. в родовом селе шейха Узун-Хаджи
Ведено, где они должны были вести с ними переговоры. Больше¬
вики попали на большой сбор местных жителей, которые выра¬
жали верность «имаму» Узун-Хаджи «под звуки религиозных пе¬
сен и многочисленных барабанов, под знаменами зелеными, раз¬
ноцветными, ритмические массовые религиозные пляски...»2?8.
Далее «экстаз танцующих все нарастал, многие доходили до ис¬
ступления, с пеной у рта, бледные подхватывались и выводились
из строя... Так продолжалось час, два...» Пораженный таким зре¬
лищем Гикало сокрушенно воскликнул: «Можно ли с этими людь¬
ми строить советскую власть, социализм. Ведь это — средневеко¬
вье!» Сомнение закралось и в душу Эшбы229 .
Этот многократно повторявшийся антагонизм, когда коса аб¬
солютно секуляризированной идеологии находила на камень ре¬
лигиозной «дремучести» горцев, в конце концов и развел их до¬
роги.
Налицо нерасчлененность в сознании горцев понятия борь¬
бы за справедливость (религиозную, национальную, классовую).
Н. Гикало определил его как «стихийное революционное настро¬
ение горцев». Поэтому они легко «шарахались» от большевиков
к Узун-Хаджи, например, и обратно. Узун-Хаджи, который «упор¬
но сражался с советской властью в 1918 году, ныне (в 1919 г. —
А.Б.)... также упорно сражается с добровольцами»230 , в 1919 г. не
вызывал никакого отторжения у большевиков.
Горские революционеры вполне допускали религиозность
горской бедноты и тактический союз с «наименее реакционным
духовенством» (часто это можно встретить в работах и речах Ше-
рипова, Самурского, Тахо-Годи, Габиева и др.) Левый эсер (с кон¬
ца 1918 г. большевик) С.И. Габиев, например, на 5-м Съезде на¬
родов Терека в ноябре 1918 г. прямо заявил, «что самыми лучши¬
ми спутниками нашими в Дагестане, кто нас поддерживал, были
шейхи и муллы»231. Политический союз дагестанских большеви¬
ков с духовенством, ведомым шейхом Али-Хаджи Акушинским,
основывался на идейном единстве учения Корана, шариата и
коммунизма..«Большевизм не нов исламу, коммунисты были во

2-й эре ислама, и они так и называются в шариате — коммунис¬
ты». Поэтому «в исламе борьба за свободу осталась лучшим заве¬
том, и у нас в Дагестане проводниками этого завета были муллы
и шейхи», — заключил Габиев232 . Столь же однозначно ассоции¬
ровал шариат «с счастьем своего народа, тех, кто трудится от зари
до зари и никого не обижает» и кабардинский просветитель, ос¬
нователь Шариатской колонны Н. Кахтангов233 . Трепетное отно¬
шение к духовным лидерам не затмевало политических приори¬
тетов большевиков, и тот же Габиев именовал имама Северного
Кавказа и Дагестана Нажмутдина Гоцинского не иначе как «пу¬
затым немецким колбасником»234 .
Турецкий эмиссар М. Бутбай, весной и летом 1920 г. имев¬
ший беседы со многими горскими лидерами, отмечал, что мно¬
гих из них (в частности Али-Хаджи Акушинского) большевики
заверяли в своей поддержке стремления горцев к государствен¬
ной независимости. На этом основании сотрудничество с боль¬
шевиками казалось им очень выгодным235 . Эту же мысль лично
высказал Бутбаю и руководитель красных отрядов в Дагестане
Д. Коркмасов: «Как кавказец, он за создание Северо-Кавказско¬
го государства, но сначала нужно обезопасить себя от врага, т.е.
от казаков, отбросить их, а уж потом говорить о независимости».
Нюанс, по Коркмасову, заключался в том, что «проблему неза¬
висимости возможно будет обсуждать только после того, как боль-
шевики овладеют Кавказом»236 . Однако после того как Бутбай
попытался развить эту мысль, Коркмасов вернул его к проблемам
обороны. Турецкий эмиссар понял, что «единственной целью
Коркмасова было подчинение Кавказа большевикам» и
«умолк»237 . «Он считает, что народ его еще не достиг политичес¬
кой зрелости»238 . Столь же уклончив был и другой большевик —
министр внутренних дел в кабинете Узун-Хаджи кабардинец Бес-
ленеев239 .
Противнику оставалось удивляться такому парадоксальному
единству. Командующий войсками Терско-Дагестанского края
генерал Ляхов отметил: «Сопротивление ингушей упорное и пря¬
мо непонятное... С ними есть офицеры, красноармейцы, матро¬
сы и муллы. Благодаря ошибке, которая была допущена сначала,
не удалось сломать ингушей в Малой Кабарде...»240
Там же, где коммунисты пытались не отступать от партийных
догматов, они сразу же наталкивались на скрытое или открытое
сопротивление горцев. Например, по мнению Самурского, еще
летом 1918 г. большевики могли бы закрепиться в Дагестане, но

не имели поддержки у населения из-за «слишком прямолиней¬
ного проведения российского военного коммунизма»241. В 1920 г.
аналогичная линия спровоцировала крупномасштабную много¬
месячную войну в Горном Дагестане, о чем речь пойдет ниже.
Социалистическая революция в горах началась именно с мо¬
мента, когда большевики попытались отделить горские массы от
национально-освободительного и религиозного движения, рас¬
колоть повстанчество. 30 ноября 1918 г. на 5-й сессии Съезда Тру¬
довых Народов Терека Асланбек Шерипов заявлял, что необхо¬
димо внутри каждого отдельного народа произвести социальную
революцию. «Предъявлять посему требования каждому племени
одинаково быстро выступить на защиту революции не было ни¬
какого смысла...»242 Сам Шерипов демонстрировал дуализм ми¬
ровоззрения — национального и коммунистического. Этот «пер¬
вый марксист Чечни» (определение Орджоникидзе) — офицерс¬
кий сын с гимназическим образованием, — после Февральской
революции примкнул к Союзу объединенных горцев Кавказа,
имел тесные контакты с его лидерами Тапой Чермоевым и Раши¬
дом Каштановым, и даже, по некоторым данным, обеспечивал для
них контакты с турецкой стороной243 . Но вскоре он стал быстро
леветь, отверг все силы, считавшие возможным соглашение с ка¬
зачеством и мусульманским духовенством, и вступил в РКП(б) уже
убежденным большевиком весной 1919 г., когда, казалось, боль¬
шевистские Советы потерпели на Тереке сокрушительное пора¬
жение от Деникина. В то же время до конца дней он пребывал
под сильнейшим очарованием абреческой романтики, переводом
и адаптацией которой на русский язык он занимался в юноше¬
стве. А незадолго до своего вступления в партию в частном пись¬
ме подруге он фактически дезавуировал свои установки на граж¬
данскую, классовую войну: «единственно, что я хочу — это не про¬
лить братской крови и не пасть от братской руки»244 .
В этом механическом, непрочном союзе вождя и вооружен¬
ного народа естественно и отделение вождя от толпы: «...Я заяв¬
ляю, что всякие преследования, притеснения за политику совет¬
ской власти в Чечне я прошу и хочу принять на себя. Аулы и от¬
дельные красноармейские группы чеченцев, .признавшие
советскую власть, не должны подвергаться репрессиям... Это все
простые чеченцы, мало разбирающиеся в политических вопро¬
сах...» (Шерипов)245 . Похоже, Шерипов в своем классовом созре¬
вании намного обошел своих соплеменников. За обещаниями с
помощью Чеченской Красной армии одержать победу «над кон¬
67

трреволюционными шейхами и муллами»246 , за квазимессиан¬
ством вождя стоит его одиночество, пропасть, отделяющая его от
стихии, управлять которой он фактически не в силах. Да и поги¬
бает он, идя на поводу у толпы — не сумев сдержать спонтанную
и заранее обреченную на неудачу атаку чеченцев на ст. Воздви¬
женскую, но и не считая для себя возможным отказаться от учас¬
тия в ней. Они едины, только когда их цели совпадают, во всех
других случаях большевистский вождь не нужен толпе. Следует
учесть и то, что вожди революции в горах, как и везде в России, в
основном выходили из интеллигентской и нередко из аристокра¬
тической среды, далекой от массы горцев. Тахо-Годи и Коркма-
сов были юристами, Дахадаев — инженером, Гикало — военным
фельдшером, Кахтангов — учителем и просветителем, Габиев —
математиком и писателем и т.п.
Шерипова с его секуляризированной идеологией можно от¬
нести к самому левому крылу горских революционеров, к кото¬
рому примыкали прежде всего русские, пришлые большевики.
Например, бывшего солдата-санитара Кавказского фронта Бори¬
са Шеболдаева смущал «противоестественный наш союз с буржу¬
азией и даже с империалистическими слоями населения»247 .
Большевики негорского происхождения (Гикало, Шеболдаев)
активно вовлекали горцев в смешанные отряды, рассчитывая
этим перенаправить их энергию из национально-освободитель¬
ной в классовую борьбу. Шеболдаев призывал «не особенно бо¬
яться вводить русские элементы во внутреннюю борьбу горцев.
В последней нашей борьбе с турецко-горской контрреволюци¬
ей (имелись в виду столкновения с аскерами Нури-паши и Кя-
зим-бея в марте 1920 г. — А.Б.) успешно действовали смешан¬
ные (русско-горские) части... нас обобщали под общим названи¬
ем “большевики” и, таким образом, классовый признак сказался
и здесь сильнее национального». Шеболдаев требовал беречь этот
«дорого стоящий опыт» «как зеницу ока»248 . Отряды смешанного
национального состава имели более широкий радиус действия,
были в меньшей степени привязаны к району своего формирова¬
ния. Однако такая форма повстанческих объединений не полу¬
чила большого распространения, и в большинстве своем горские
формирования были однонациональными ополчениями одно¬
сельчан.
Договорные отношения между советско-большевистскими
вождями и горскими воинами — важный аспект истории Крас¬
ной армии на Северном Кавказе. Источники сохранили приме¬
68

ры таких договоров: «...Специально была послана делегация в Ба-
зоркино, для переговоров и воодушевления ингушей. Договорив¬
шись для совместных действий, было преступлено к обороне го¬
рода»249. (Речь идет об обороне Владикавказа в феврале 1919 г.)
Один из красноармейских политработников так описал форми¬
рование партизанского отряда в Чечне: «Тов. Эллердов начинает
организацию туземного отряда, подписывая с организаторами
договор, в котором он обещает им все блага земные и обещает им,
то дальше своего аула им выступать не надо будет» (здесь и далее
курсив мой. — Л.£.)250 .
Договор имел, как правило, материальную основу. Предста¬
вителя Кавказского крайкома Гордиенко в его путешествии по
Ингушетии в ноябре 1919 г. сопровождала «как гостя, целая стая
ингушей (конечно, за солидное вознаграждение), и я был гаранти¬
рован от выдачи и предательства»251. Проблемы материального
стимулирования горских революционных чувств по понятным
причинам не афишировались большевиками, однако источники
сохранили определенные упоминания об этом.
Денежный вопрос стал лейтмотивом партизанской борьбы в
горах в 1919 г. Несмотря на всю «стихийную революционность»
горцев и их искрению ненависть к деникинской реакции, горцы,
по определению Орджоникидзе, «народ расчетливый»252 . Другой
большевик, предреввоенсовета Кавказско-Каспийского фронта
К.А. Мехоношин подчеркивал, что горцы «чувствуют, с кем
сила»253 . Красные горские отряды всегда в большей или меньшей
степени имели характер наемных отрядов. Большевики призна¬
вали, что «смогут стать реальной властью, только если получат
средства»254 . Переписка местных большевистских организаций с
Кировым и Центром — это бесконечная мольба о деньгах: «Не¬
обходимо не менее 100 миллионов рублей, и Северный Кавказ бу¬
дет наш» (Гордиенко)255 ; «Если сюда... будет переброшена круп¬
ная сумма денег (от 90 млн до 100 млн руб.), то здесь власть Доб¬
ровольческой армии можно ликвидировать за два месяца»
(Гикало)256 ; «Ради всего шлите... деньги (их много нужно), раз в
Дагестане мы организовываем регулярные части, их придется со¬
держать...» (член Кавказского краевого комитета В. Найнешви-
ли)257 ; «Мы здесь предпринимаем все меры снабжения Баку и Да¬
гестана оружием, деньгами...» (Микоян)258 ; «От Вас требуется...
перебросить крупную сумму денег нам (... 20—30 миллионов). Это
надо сделать и сделать немедленно и каким угодно путем» (Ше¬
болдаев)259 и т.д. В целом вопрос о власти упирался в материаль¬
69

ные возможности горских политиков и, как подчеркивали дагес¬
танские большевики, «та партия, которая даст средства — будет
держать в руках Совет и будет фактически управлять Дагестаном
и направлять движение сообразно своим целям»2-60.
Дуализм сознания местных революционеров, приводивший к
причудливому нагромождению компромиссных идей и соци¬
альных программ, мало затронул московских большевиков. Дол¬
гое время Северный Кавказ оставался в глубоком тылу ВСЮР и
ему доставалось лишь остаточное внимание Центра. Организо¬
ванный в начале 1920 г. в Саратове Кавказский революционный
комитет (председатель Г.К. Орджоникидзе, члены С.М. Киров,
П.Г. Мдивани, А.М. Стопани) имел очень приблизительное пред¬
ставления о происходивших на Северном Кавказе событиях.
Только Киров, как председатель Астраханского ревкома, находил¬
ся близко к месту событий и настаивал на переезде в Астрахань
всего ревкома. Первоначально Кавказский ревком подчинялся
Реввоенсовету Юго-Восточного фронта, что неблаготворно ска¬
зывалось на кавказской работе: «фронт тормозит дело, ничего не
дает, все ресурсы идут на Царицын»261. После совместного давле¬
ния на Ленина членов ревкома «Ильич обещал поставить в ЦК
вопрос об изменении подчиненности ревкома — вместо РВС Юг-
вост непосредственно Центру»262 . Связь с Кавказом была крайне
нерегулярной. В октябре в Москву через Астрахань из Баку при¬
был член Кавказского крайкома А.И. Микоян?Встретившись с
Лениным, он изложил ему и проблемы Северного Кавказа. Кав¬
казский краевой комитет чувствовал себя в Баку вполне комфор¬
тно, имел сочувствующих ему членов мусаватского кабинета и в
целом делал с ним одно дело, помогая дагестанским повстанцам.
Однако регулярной связи с северокавказскими революционера¬
ми он наладить не смог. После этого в течение длительного вре¬
мени с Кавказа не поступало «никаких вестей» ни в Баку, ни в
Астрахань. «ЦК забрасывает запросами, а мы ничего не знаем», —
сообщал Киров263 . В начале ноября Кавказский краевой комитет
поставил своему представителю Гордиенко задачу «поехать на
Северный Кавказ, разыскать [большевистские] организации, свя¬
заться с ними и доложить Кавказскому краевому комитету или
прислать доклад и за средствами»264 .
Особое место в Гражданской войне на Северном Кавказе при¬
надлежит С.М. Кирову. Как один из лидеров большевистской ре¬
волюции на Тереке в 1917—1918 гг., он активно вмешивался в кав¬
казские дела, выступал с разнообразными инициативами, благо¬
70

даря чему быстро вошел в большевистский бомонд. Само геогра¬
фическое положение Астрахани как единственного пункта, свя¬
зывавшего Северный Кавказ и Баку с центром страны и перева¬
лочного пункта по переправке туда оружия, продовольствия и де¬
нег, объективно способствовало возрастанию роли Кирова, тогда
еще очень далекого от большевистского бомонда.
В начале 1920 г. раскол между местными и московскими боль¬
шевиками вполне определился и стало ясно, что «горские ком¬
мунисты выскажутся за отдельную коммунистическую партию»
и не пожелают идти под единым знаменем РКП(б)265 . Вопрос этот
был поднят в начале весны 1920 г.,266 и вскоре этот вопрос стал пред¬
метом жарких споров с Кавказским крайкомом РКП (б) и централь¬
ными властями. К тому же Совет Обороны Дагестана, будучи
«выдвинутым стихийным народным движением», провозгласил
себя «верховным органом власти на Северном Кавказе»267 и был
переименован в Революционный Совет Обороны Северного Кав¬
каза (председателем стал Д. Коркмасов). Совет должен был дей¬
ствовать как временный орган до созыва съезда горских народов,
который должен был определить будущую форму государствен¬
ного правления на Северном Кавказе. Совет объявил свободу ве¬
роисповедания и невмешательство в «священный шариат». Но уже
13 января 1920 г. для организации советской власти на Северном
Кавказе было учреждено «Бюро по восстановлению Советской
власти на Северном Кавказе». Его председателем был назначен
Г.К. Орджоникидзе, заместителем С.М. Киров, членами П.Г. Мди¬
вани, А.М. Стопани и Н.К. Нариманов. 31 марта решением ВЦИК
и Реввоенсовета Кавказского фронта в Пятигорске начал работу
Северо-Кавказский революционный комитет (председатель Ор¬
джоникидзе, заместители Киров и Полуян, члены Мдивани, Сто¬
пани, Нариманов, Габиев).
Для Москвы провозглашение каких-либо автономных горс¬
ких партийных и государственных форм до прихода на Северный
Кавказ было неприемлемо, поскольку в этом она видела зародыш
сепаратизма. Между тем судьба деникинского режима была ре¬
шена на других фронтах, и Красная армия более не нуждалась в
несговорчивых союзниках в лице клерикальных горских вождей.
Узун-Хаджи, которого в октябре 1919 г. Киров именовал «верхов¬
ным вождем горских революционных войск»268 , превратился в
авантюриста. Гибкость местных большевиков, пытавшихся втис¬
нул ься в многомерную картину гражданского противостояния на
Северном Кавказе и показавших, что они готовы входить в со¬
71

глашения с любыми силами, давала основания предполагать, что
они станут инструментом в руках закавказских государств и Ан¬
танты, которые постараются создать на Северном Кавказе буфер
продвижению красных войск. Киров квалифицировал эту идею
как авантюру и признак вырождения революции. Он также под¬
черкивал, что в горах «революционная энергия заметно упала»269 .
Растущую политическую индифферентность горцев на рубеже
1919—1920 гг. отмечали и другие наблюдатели. Это объяснялось
истощением их сил в тяжелой борьбе с Деникиным и одновре¬
менно ослаблением нажима со стороны терпящих поражения Во¬
оруженных сил Юга России270 .
Здесь угадывались скорые проблемы в строительстве советс¬
кой власти на Кавказе. Наделе поддержка горцами большевиков
была не столь однозначна и постоянна, как это виделось из Аст¬
рахани, Саратова или Москвы их восторженным поклонникам
вроде Орджоникидзе, редко высказывавшимся о горцах без ли¬
кования («Осетины, ингуши, кабардинцы, дагестанцы, балкар¬
цы проникнуты полным сознанием могущественности Советской
власти и безграничным доверием к ней»271; «жители аулов — гор¬
цы — выносят хлеб и соль»272 и т. д.). Отчаянное сопротивление
горцев белогвардейским частям не означало их безусловной под¬
держки большевиков. По свидетельству адъютанта отряда Гика¬
ло Комарова, даже в 1919 г., во время господства в крае добро¬
вольцев, «чеченцы были настроены враждебно к советской влас¬
ти», вследствие чего отряду пришлось покинуть хорошо
укрепленное селение Шатой и разместиться в непосредственной
близости от белых в ст. Воздвиженской, где он подвергался по¬
стоянным нападениям противника273 .
На рубеже 1919—1920 гг. Добровольческая армия терпела се¬
рьезные поражения от регулярных частей Южного и Юго-Восточ¬
ного фронтов Красной армии под Царицыным, Воронежем, Ро¬
стовом, она была расколота на несколько частей. Созданный
16 января 1920 г. на базе Юго-Восточного фронта Кавказский
фронт в течение февраля—марта довершил разгром войск Дени¬
кина.
В этот период впервые достаточно четко определились состав
и структура повстанческих отрядов в горах. Большевистские вой¬
ска, наступавшие на Северный Кавказ, первоначально были не¬
значительны (малочисленный экспедиционный корпус Ю.П. Бу-
тягина) и нуждались в поддержке местных повстанцев. Инфор¬
мация о положении в горах была приблизительна и базировалась
72

на донесениях немногочисленных разведчиков. В непосредствен¬
ный контакт с передовыми частями корпуса Бутягина вступили
кумыки в районе Хасав-Юрта, принявшие красноармейцев «очень
радушно» и немедленно установившие у себя советскую власть.
Бутягин предлагал немедленно сформировать конный отряд из
кумыков и присоединить его к своему передовому отряду274 .
В январе 1920 г. в соответствии с директивой Кавказского
Краевого Комитета РКП(б) был организован Штаб Терской Об¬
ластной Группы Красных повстанческих войск под общим руко¬
водством Н.Ф. Гикало. Отряд Гикало 31 января разгромил доб¬
ровольческие части генерала Драценко в районе станицы Воздви¬
женской. В то же время партизанские отряды Терека и Дагестана
не только не содействовали друг другу, но и внутри областей не
имели друг с другом контактов. Это положение сохранялось до са¬
мого момента прихода сюда 11-й армии в марте — апреле 1920 г.275
Красные отряды продолжали бедствовать. «Дагестанские красные
части страшно оборваны, необходимо их одеть. Они требуют [об¬
мундирования] на пять тысяч [человек]. Придется дать. Эти час¬
ти нам пригодятся» (Орджоникидзе, Киров)276. По данным Ми¬
кояна, в Дагестане был двухтысячный коммунистический отряд и
6000 «остальных войск». В Осетии действовал 1 -й Осетинский кав-
полк, сформированный из числа керменистов под командовани¬
ем Тогоева, в Ингушетии — отряд Арцханова. Эти горские фор¬
мирования предупреждали отход разбитых частей Добрармии в
Грузию по военным дорогам. В Большую и Малую Кабарду в кон¬
це марта были направлены несколько кабардинских большеви¬
ков (в их числе Бетал Калмыков, Хамир Кошоков и др.) имевших
удостоверения о том, что они должны были организовывать «во¬
енные силы» для «борьбы за установление Советской Власти»277 .
Отряд Гикало был присоединен к Экспедиционному корпусу
11 -й армии и участвовал в штурме Грозного. Добровольческие ча¬
сти были сильно деморализованы и не оказывали серьезного со¬
противления. Последний опорный пункт белогвардейцев в Дербен¬
те 25 марта штурмовали горские части Дербентского полка и лез¬
гинские отряды.
В районах, где еще сохранялось влияние Добровольческой
армии (например, в Черкессии), войскам было строго предписа¬
но проявлять максимальную деликатность к горцам278.2 апреля
Ленин наставлял Реввоенсовет 11-й армии «действовать осторож¬
но и обязательно проявлять максимум доброжелательности к му¬
сульманам, особенно при вступлении в Дагестан. Всячески демон¬
13

стрируйте при этом самым торжественным образом симпатии му¬
сульманам, их автономию, независимость и прочее» (курсив мой —
Л.5.)279 . Выполняя установку Ленина, в ближайшие дни партий¬
ные и военные руководители (Орджоникидзе, Киров, Тухачевс¬
кий) несколько раз провозгласили, что «советская власть предос¬
тавит всем горским народам полную возможность самоопределять¬
ся»280. Во всем этом чувствовалось тактическое маневрирование
центральной власти перед горцами; то, что в конфидициальном
разговоре Киров сформулировал прямо: «Можно надеяться, что
наше дело верное. Все дело в том, что мы должны правильно об¬
ставить операцию» (курсив мой. — Я.£.)281.
В течение марта—апреля 1920 г. Северный Кавказ был пол¬
ностью освобожден частями 11-й советской армии от войск доб¬
ровольцев. На всей территории Северного Кавказа установилась
долгожданная многими горцами советская власть. Новая власть
немедленно приступила к формированию местных нацио¬
нальных частей и передавала их областным ревкомам, рассчи¬
тывая таким образом создать себе надежную военную опору сре¬
ди коренного населения. Кроме того, стояла острая необходи¬
мость пополнить очень немногочисленные и измотанные
наступлением части 11-й армии (на 1 апреля 1920 г. в ней чис¬
лилось 85 тыс. чел.)282 , перед которой стояла задача завоевания
Закавказья.
Во главе новых территориальных органов военной власти ста¬
ли заслуженные местные большевики: Дагестанский областной
военный комиссариат (Дагвоенкомрат) возглавил Б. Шеболдаев,
Терский (Тероблвоенкомрат) — Н. Гикало. Под их руководством
на местах формировались штатные караульные батальоны и роты,
призванные заменить разношерстные революционные отряды, а
также запасные полки для пополнения действующих частей фрон¬
та283. В Дагестане были сформированы три стрелковых полка и
два кавалерийских.
В конце апреля во Владикавказе появилось Управление фор¬
мирования горских кавалерийских частей, которое возглавил еще
один местный (пятигорский) большевик А.М. Беленкович. Уп¬
равление принимало от всех желающих (не только от горцев) за¬
явления о приеме в Красную армию284. В планах Управления было
формирование девяти полков и трех бригад из горцев, на укомп¬
лектование которых требовалось 9750 бойцов и свыше 250 коман¬
диров285 . Некоторые горские части (чеченские и дагестанские кон¬
ные сотни, 1-й Дагестанский стрелковый полк и т.д.) были при¬
74

даны 11-й армии и содействовали ей в замирении Азербайджана
весной и летом 1920 г.286
В тоже время изначально командование Красной армии ста¬
ралось свести к минимуму «революционное творчество масс» в
этой области. Приказом по армии № 32 от 9 апреля командарм-
11 Левандовский категорически запретил кому бы то ни было без
его санкции вести вербовку добровольцев и формирование час¬
тей. Нарушители подлежали аресту287 . Ряд местных частей были
расформированы или переподчинены. Стремление искоренить
революционную вольницу, родившуюся в партизанском подпо¬
лье, было вызвано тем, что под революционными знаменами
встречались и откровенно уголовные банды, своими разбоями и
бесчинствами компрометировавшие новую власть. Партизанские
отряды были слабо управляемы и не вписывались в штатную
структуру 11-й армии.
Хотя советская власть и была желанна большинством насе¬
ления, ожидания от нее строились прежде всего на антитезе доб¬
ровольческой политике, а не на социалистических идеалах. Да¬
гестанский большевик М. Кундухов сформулировал их так: «На¬
селение ждет истинного порядка и культуры... Большевизм
становится чуть ли не религией бедняков...»288 (курсив мой. — А. Б.)
К осени 1920 г. выявился резкий диссонанс между ожиданиями
горцев и реальной политикой большевиков. Надежды на них как
на носителей патриархальных порядков и культуры не оправда¬
лись. Сказывалась и глубокая невежественность горцев, их не¬
способность уловить грани и оттенки пестрой российской по¬
литики времен Гражданской войны. Пытавшийся разобраться
в политических предпочтениях чеченцев начальник политотде¬
ла 33-й стрелковой дивизии С. Каменский пришел к парадоксаль¬
ному заключению: «Отношение населения, отличающегося край¬
ней некультурностью, в целом к Советской власти хорошее, к
Красной армии отрицательное вследствие абсолютного непони¬
мания задач ее. Отношение к коммунистам хорошее, к больше¬
викам плохое...»289 . «Население с трудом понимает, зачем здесь
Красная армия, — продолжал Каменский. — Спектакли и агита¬
ционные митинги очень плохо посещаются чеченцами»290 .
Новая власть сразу проявила себя прямолинейно, неуклюже,
совершенно не считаясь с особенностями хозяйства, быта и мен¬
талитета горцев. Особенно остро это проявилось в горных окру¬
гах Дагестана. Нелепые учеты кур, яиц, деревьев, жестокие про¬
дразверстки в сочетании с «безудержным произволом местной
75

ЧК»291, «случаи бесчинства отдельных отрядов» красноармейцев,
доходивших «до явных грабежей и убийства среди мирного насе¬
ления»292, а также совершенно отвлеченная разъяснительная ра¬
бота быстро сделали свое дело. По этой причине у армейских вла¬
стей сложились напряженные отношения с местными большеви¬
ками. Чувствовалось взаимное разочарование местных и вновь
прибывших «товарищей». Предревкома Дагестана Наджмутдин
Самурский посвятил перечислению «неправильностей» новой
власти две страницы своего небольшого труда293 . Между Ревво¬
енсоветом 11-й армии и Чеченским ревкомом с самого начала от¬
ношения были остроконфликтными. Его председатель Т.Э. Эль-
дарханов пунктуально отстаивал букву деклараций Центра в от¬
ношении Северного Кавказа, обращал внимание на любые случаи
ущемления традиционных прав и обычаев чеченцев. В итоге вы¬
ходило так, что «облисполком ходатайствует за всех кулаков и спе¬
кулянтов, которые попали в руки ЧК»294 . Эльдарханов посадил на
все важные посты своих родственников и быстро сконцентриро¬
вал власть в области в своих руках. Среди русских большевиков
его считали «чистой контрреволюцией»295 , а военком 33-й стрел¬
ковой дивизии даже удивлялся, «как это его еще по земле но¬
сит»296 .
Военное управление на Северном Кавказе быстро обрастало
бюрократическим аппаратом, а в методах работы обозначился за¬
стой. Объектом острой критики, в частности, стал Дагестанский
облвоенкомат. Проверка его Реввоенсоветом фронта в октябре
1920 г. показала, что военкомат предоставлен сам себе, никакого
руководства и контроля над ним нет297 . Спустя полгода ситуация
лишь усугубилась: новый военком области застал в своем ведом¬
стве «такое безобразие, какого еще не видел и вряд ли придется
еще видеть». Учету и мобилизации в Дагестане подлежало только
немногочисленное русское население (до 12 тыс. чел.) Войск во¬
енкомату не было подчинено никаких. В итоге военкоматы не за¬
нимались совершенно ничем, кроме самоснабжения298 . Картина
застоя и безделья была тем удивительнее, что со времени созда¬
ния Дагестанского военкомата едва минул год.
Изменялось и отношение местного населения к советским
войскам. «Местные» красные армии времен добровольческой ок¬
купации, в которых важнейшим составляющим элементом стали
горцы-партизаны и Красная армия, пришедшая на Северный
Кавказ весной 1920 г., были совершенно не сопоставимы, и гор¬
цы не ассоциировали себя с ней. Регулярные части 11-й армии
76

среди чеченцев и ингушей даже именовали «добровольцами»299 .
Негативное впечатление на горцев производило и удручающее ма¬
териальное состояние красных частей: в них царил голод; многие
красноармейцы были оборваны и завшивлены. «Жалкий вид
большевистских солдат придавал им смелость». Красноармейцы,
чтобы прокормиться, стали распродавать оружие и лошадей, что
тоже вызывало презрительные насмешки300 .
С другой стороны, местное население, прежде всего в Чечне,
в связи с установлением советской власти было не склонно отка¬
зываться от традиционного промысла — грабительских набегов.
Это производило на многих красноармейцев, командиров и по¬
литработников русской по составу 11-й армии буквально шоки¬
рующее впечатление. Материалы военной цензуры писем крас¬
ноармейцев на родину содержат немало высказываний, подобных
этим: «Часто бывают вспышки с горцами и [они] убивают крас¬
ноармейцев, нападают на военные обозы и все забирают в горы»;
«Здесь живут дикие племена; чеченцы, ингуши все ходят воору¬
женными. Забрались в горы и делают налеты с целью грабежа».
«Чечены... очень издеваются над красноармейцами, раздевают
догола, вырезают носы, отрезают уши, пальцы и выкалывают гла¬
за»; «Сильно развит бандитизм. Чеченцы грабят до последней
нитки, борьба с ними безуспешна» и т.п.301
Такое отношение к горцам, особенно чеченцам и ингушам,
проникало в официальные сферы. В докладе Реввоенсовету Кав¬
казского фронта работника из Центра Белецкого, датированного
10 декабря 1920 г., не оставалось уже ни следа романтики первых
месяцев знакомства с героическими горцами, беззаветно боров¬
шимися с добровольцами. О чеченцах Белецкий сообщал, что это
«племя хитрое, жадное, всю свою жизнь проводящее в грабежах,
хотя и владеет землей, но обрабатывает лениво» (имелась в виду
земля, переданная чеченцам из казачьих наделов. — Л.2>.)302 . Ав¬
тор склонялся к переориентации на казачье население, как наи¬
более культурное и «способное к советизации», в отличие от «гор¬
ских диких племен»303 . Мнение Белецкого, весьма поверхностное,
основанное, по его собственному признанию, на наблюдениях
«случайного характера», нельзя считать господствующим. В то же
время следует отметить, что его доклад был внимательно изучен
в РВС, о чем говорят многочисленные подчеркивания и пометы
на полях подлинника.
Аналогичное мнение господствовало в штабе 32-й дивизии,
которому в начале 1921 г. было поручено собрать материалы о дей¬
77

ствиях советских войск в Дагестане. В материалах, к которым
приложил руку и начальник дивизии, полковник старой армии
А.И. Тодорский (позже они легли в основу исследования Тодор-
ского «Красная армия в горах: Действия в Дагестане», изданной
Главным штабом в 1925 г.), отдавалось должное положительным
качествам горцев —- их здоровью, силе, гордости, свободолюбию
и чувству собственного достоинства. В то же время отмечалось,
что они «хитры, лукавы, пронырливы, приторно-льстивы, завис¬
тливы, корыстолюбивы, охотники до кляуз, лжи, клеветы». В очер¬
ках проводились прямые параллели с Кавказской войной, воспе¬
валось «необыкновенное мужество и стойкость кавказского сол¬
дата», а русская Кавказская армия ассоциировалась с Красной:
«наши войска прославились...» (курсив мой. — Л.2>.)304.
Сложилась патовая ситуация. «Красная армия, научившаяся
в Гражданской войне разбираться в простых выпуклых политичес¬
ких вопросах... не могла проникнуться сразу исключительными
тонкостями подхода к горским народам; поэтому при общении с
ними также допускала совершенно бессознательно и неумышлен¬
но действия, задевающие или быт, или установившиеся обычаи,
и оскорбляющие достоинство горца», — вспоминал в 1925 г. То¬
дорский305 (курсив мой. — А.Б.). Ответственные за разъяснитель¬
ную работу политорганы Северо-Кавказского военного округа
были совершенно не готовы к такому повороту событий. Интер¬
национальное отделение окружного политуправления в июне
1920 г. состояло из одного человека, «отправленного на Кавказ с
инспекцией для сбора сведений... с чем мы имеем дело...»306
В сентябре 1920 г. в горном Дагестане впервые разгорелось
антисоветское вооруженное восстание, по масштабам превзошед¬
шее антиденикинские выступления горцев. Его руководителями
стали имам Нажмутдин Гоцинский и полковник Кайтмас Алиха¬
нов, и прежде твердо державшиеся антибольшевистской линии,
а также прибывший из Турции внук Шамиля Саид-бек. Восста¬
ние проходило под лозунгом свержения советской власти и уч¬
реждения в Дагестане шариатской монархии. Первоначальный
отряд полковника Алиханова в 600 чел. быстро вырос. Весной
1921 г. численность повстанцев в Андийсчком, Аварском, Гуниб-
ском и Лакском округах достигало 7 тыс. штыков, 2,5 тыс. сабель
при 40 пулеметах и 2 орудиях. В этот период борьбу пришлось ве¬
сти «чуть ли не с регулярными частями, имеющими опытное ко¬
мандование, легко учитывающими и быстро нащупывающими
наши слабые пункты»307 . Противник «чрезвычайно вынослив,
78

способен быстро совершать значительные переходы (дагестанцы
отличные пешеходы) с самым ограниченным запасом провиан¬
та... одет тепло... вооружен разнообразно, оружием владеет отлич¬
но, привык беречь патроны и обходиться самым ограниченным
запасом их», — отмечал командующий Терской группой войск
М.К. Левандовский308 .
Первоначально, пока не выяснились масштабы восстания, все
усилия по его подавлению легли на плечи Дагестанского област¬
ного военкомата, располагавшего небольшими силами («разуты¬
ми, раздетыми»309), в том числе сформированным из местных жи¬
телей 1-м Дагестанским стрелковым полком и караульными ро¬
тами. Последние стали таять из-за дезертирства и перехода горцев
на сторону противника310. По этой же причине из региона была
выведена и формируемая Дагестанская сводная бригада. «В свя¬
зи с ненадежностью населения» в нее в августе и сентябре стали
набирать русских военнослужащих, отложив призыв местных
жителей на будущее311. Военком Дагестана Смирнов настаивал на
экстерриториальном содержании национальных частей: «Очень
важно — это вывод из Дагестана формируемых частей, ибо они
никогда не будут воспитаны и постепенно все дезертируют». По
его оценке, только некоторые горские части «из старых повстан¬
цев» могут считаться надежными (к таковым относился 1-й Даге¬
станский стрелковый полк)312. В середине октября 1920 г. Дагес¬
танская сводная бригада в составе свыше 900 бойцов и 1300 не¬
строевых «едоков» была срочно («пока полки не перешли на
сторону абреков») погружена в эшелоны и отправлена в Ростов,
где продолжила формирование313. Самый «нетвердый» 1-й кав-
полк, даже не дожидаясь подачи составов был пешим порядком
отправлен в Грозный314. С начала октября в Дагестан стали при¬
бывать русские по составу части Красной армии — 32-я, 14-я стрел¬
ковые дивизии и др. формирования, составившие Терскую груп¬
пу войск 11-й армии, а с марта 1921 г. выделенные в отдельную
10-ю Терско-Дагестанскую армию общей численностью свыше
75 тыс. чел. при 94 орудиях и 505 пулеметах315.
Борьба принимала очень ожесточенные формы, нередко в ней
участвовали женщины и дети. Нередко прямолинейная, негиб¬
кая тактика советских войск только прибавляла им противников.
Поведение в районе Ботлиха одной из красноармейской частей,
по иронии судьбы названной 1-м Образцовой Революционной
Дисциплины полком, вызвал всеобщее возмущение даже лояль¬
ного к советской власти населения. Следуя в ноябре 1920 г. из Чеч¬
79

ни, полк допустил внеплановые реквизиции продовольствия,
имелись случаи насилия над местным населением, взятия залож¬
ников. При содействии самого населения полк был обманом за¬
держан в крепости Ботлих и полностью вырезан Гоцинским316.
Вскоре полностью уничтоженными оказались еще два красных
полка, что стало причиной падения авторитета Красной армии у
горцев, «ободрило» их. Это послужило серьезным уроком для со¬
ветского командования, и оно больше не допускало насилия в от¬
ношении местного населения, но и определенно сторонилось его,
как бы не освобождая горцев, а проводя военную операцию на
нейтральной или враждебной территории. Положение осложня¬
лось тем, что части Красной армии не имели достаточного числа
политработников, чтобы вести разъяснительную работу с насе¬
лением. Таковая велась спорадически, в инициативном порядке.
Для мирных переговоров привлекались «почетные старики»317.
В подавлении восстания Гоцинского активное участие приня¬
ли красные дагестанские партизанские отряды. В декабре 1920 г.
их было 12, а к весне 1921 г. их число достигло 20. Командование
11-й армии вооружало отряды огнестрельным оружием. Коман¬
дарм вновь образованной 10-й Терско-Дагестанской армии К. Ле-
вандовский, взявший в феврале—марте 1921 г. курс на уступки
горскому населению и «очень бережное отношение с беднотой»318
и одновременно наращивание военных усилий в регионе, очень
поощрял создание крупных партизанских отрядов. В приказе нач¬
диву-32 Тодорскому он отмечал: «С целью внесения политичес¬
кого расслоения между повстанцами, разрешаю в самой широ¬
кой мере использовать доброжелательно относящихся к советв-
ласти жителей, формируя из них, в зависимости от количества,
полки или бригады для партизанских набегов с передачей в не¬
посредственное подчинение начдивам 14, 32»319.
Мотивация горцев, поддержавших советскую власть с оружи¬
ем в руках, была проста: они ждали от большевиков немедленных,
«прямых и непосредственно личных (благодаря большому непо¬
ниманию) благ» (Гикало)320 . К этому следует добавить, что крас¬
ные партизанские отряды формировались по территориальному
(аульскому) признаку и в основном в предгорной зоне, в то вре¬
мя как эпицентр восстания находился в трех горных округах Да¬
гестана — Андийском, Аварском и Кази-Кухумском. Это позво¬
ляет говорить о том, что немаловажным побудительным мотивом
для дагестанских партизан было сведение старых счетов с высо¬
когорными обществами, т.е. речь шла о традиционной межкла¬
80

новой борьбе. Дагестанские отряды сохранили все признаки пре¬
словутой «партизанщины», давно уже изжитой в регулярной
Красной армии: отряды легко рассыпались под ударами против¬
ника и так же легко собирались после ликвидации опасности (на¬
пример, после нескольких стычек с превосходившим противни¬
ком в одном из партизанских отрядов в районе аула Хушада из
70 чел. осталось 5 партизан321), в управлении ими силен был эле¬
мент самостийности и командирского произвола («Вместо выпол¬
нения... задачи отряды т.т. Богатырева и Эфендиева из аула Го-
лотль самовольно перешли в укрепление Каражах, а затем разош¬
лись по своим аулам, мотивируя этот поступок недостаточным
довольствием и необмундированностью. Позже эти отряды вновь
собрались»322). Красноармейские командиры в целом спокойно
относились к таким фактам, объясняя их «особенностями горс¬
кой психологии». Например, во время первой осады Гоцинским
крепости Хунзах в октябре 1920 г. большая часть Дагестанского
эскадрона была распущена по домам, а 25 человек остались сре¬
ди русских защитников добровольно323 . В то же время сразу по
завершении операций по разгрому движения Гоцинского крас¬
ноармейские части 14-й и 32-й дивизий немедленно были отде¬
лены от партизанских отрядов, а вопрос об их введении целиком
или частями на пополнение понесших большие потери регуляр¬
ных частей, как это случилось в начале 1920 г. с отрядом Гикало,
не поднимался. Характерно и то, что в праздничном приказе Тер¬
ско-Дагестанского Реввоенсовета по поводу победы над Гоцинс¬
ким, изданном 15 марта 1921 г. в далеком от линии фронта Пет-
ровске, партизаны вообще не были упомянуты. Местное населе¬
ние представлено лишь «обманутыми» и «темными массами»,
нуждающимися в крайне бережном отношении, дабы снискать у
них любовь к советской власти и Красной армии324 . С точки зре¬
ния местных большевиков, игнорирование «добровольцев-полу¬
пролетариев» таило в себе «стратегическую ошибку»: военное ко¬
мандование лишало инициативы дагестанских большевиков, «де¬
лавших ставку на классовое расслоение и потому настаивавших
на развитии отрядов партизан на местах»325 . Уже в мае 1920 г.
председатель Дагревкома Н. Самурский настоятельно просил Ки¬
рова вернуть в Дагестан всех «горских красных всадников», со¬
провождавших 11-ю армию в ее походе в Азербайджан326 .
Разгрому восстания Гоцинского весной 1921 г. способствова¬
ли не только наращивание сил Красной армии в регионе и про¬
ведение успешных операций, но и отступление от военно-ком¬
81

мунистических методов управления регионом, «более сугубое
внимание к населению», по выражению одного из большевиков.
20 января 1921 г. была провозглашена Дагестанская советская рес¬
публика. Был проведен в жизнь комплекс позитивных хозяйствен¬
ных (помощь населению продовольствием и предметами первой
необходимости, ослабление транспортной повинности, участие
в посевных работах и т. д.) и политических (подбор и замена не¬
подготовленных «строителей новой жизни» «наиболее подходя¬
щими в местных условиях», освобождение из концентрационных
лагерей пленных горцев и т. д.) мероприятий327 .
Весь период восстания в горном Дагестане очень неспокой¬
ной была ситуация в Чечне. По наблюдениям красноармейского
руководства, «настроение плоскостной Чечни... не в нашу пользу.
Определенно циркулируют слухи, что с наступлением весны
[1921 г.] поднимется поголовное восстание. Случаи явного недру¬
желюбия к нам чеченцев нередко кончаются гибелью красноар¬
мейцев...»328 Несмотря на то что в советских источниках именно
к чеченцам было более всего претензий, их противодействие со¬
ветской власти не вышло за рамки уголовного бандитизма. Не¬
малую роль в этом сыграло отсутствие у чеченцев харизматичес¬
кого лидера масштаба Узун-Хаджи после его смерти. Характер¬
но, что чеченцы охотно кооперировались с казаками и белыми
офицерами для создания крупных бандформирований, о чем име¬
ется немало документальных свидетельств329 . Сказывался ради¬
кальный способ решения земельной проблемы, к которому при¬
бегла советская власть. Распоряжением Орджоникдзе осенью
1920 г. часть казачьих станиц Надтеречной линии была сожжена,
а часть выселена. Население отправлялось «на Север для тяже¬
лых принудительных работ»330 . В долину переселялись малозе¬
мельные чеченцы и ингуши.
На фоне ожесточенной борьбы в горах Дагестана, общего
ухудшения социально-политической обстановки на Северном
Кавказе и хозяйственной разрухи регулярные национальные ча¬
сти, созданные в первой половине 1920 г. на добровольной осно¬
ве, неизбежно быстро эволюционировали в сторону разложения.
Причиной этому становились политические, бытовые проблемы,
языковой барьер, не позволявший многим горцам адаптировать¬
ся в русскоязычной среде. «Солдаты-чеченцы, кабардинцы, осе¬
тины по-русски говорят плохо и при первой возможности стара¬
ются убежать домой», отмечалось в письме одного русского крас¬
ноармейца331 . Выше было показано, как быстро деградировала
82

Дагестанская сводная бригада. Часть таяла из-за повального де¬
зертирства, чему не помог ее вывод с территории Дагестана. На-
чоперод Кавказской трудовой армии, которой бригада была при¬
дана в середине ноября 1920 г., сообщал в Терскую группу войск,
что эта часть «невысокого качества, плохо обучена, малочислен¬
на ... серьезной задачи ей дать нельзя»332 . 1 января 1921 г. она была
переформирована в 1-й Дагестанский стрелковый полк, в кото¬
ром числился лишь 71 человек при 36 винтовках. И почти сразу
полк был обращен на укомплектование 1 -го Дагестанского стрел¬
кового батальона333 .
В сформированных в Чечне трех конных бригадах «с самого
начала формирования наблюдалось массовое дезертирство», ко¬
торое совершалось с лошадьми и оружием. Приказы, возлагаемые
на чеченские части, «никогда в точности не выполнялись»334 .
Вскоре бригадам был придан статус «рабочих» и они были пере¬
подчинены командующему Кавказской трудовой армии. В каж¬
дой из бригад числилось до 2 тыс. чел. Поскольку чеченские час¬
ти продолжали привлекаться к несению гарнизонной службы и
борьбе с бандитизмом, при них сохранялось штатное вооружение,
в том числе пулеметы. В непривычном для чеченцев положении
рабочих массовое дезертирство из бригад усилилось. Командарм
Кавтрудовой С.В. Косиор доносил: «Чеченская бригада разбега¬
ется большими группами, ни одного боезадания не выполнила,
занимается грабежами»335 . Чеченские бригады были расформи¬
рованы.
В период борьбы с отрядами Гоцинского в районе Кавказс¬
ких Минеральных вод происходили столкновения Красной армии
с разрозненными казачьими бандами, в которых с советской сто¬
роны принимали участие подразделения Кабардино-Балкарской
и Осетинской конных бригад, о которых, к сожалению, сохрани¬
лось мало сведений, кроме того, что в совокупности в их рядах
насчитывалось 1500 сабель336 . Из-за малочисленности они также
подверглись реорганизации, были переформированы в кавале¬
рийский полк и кавалерийский дивизион, соответственно. В Ка¬
бардино-Балкарском полку на 1 января 1921 г. числилось 26 ко¬
мандиров, 345 сабель и 116 штыков. В Осеткавдивизионе имелось
15 командиров и 208 кавалеристов337 . Обе эти части входили в со¬
став 33-й стрелковой дивизии, дислоцировавшейся в Кабарде и в
районе Кавминвод.
К весне 1921 г. большинство частей и подразделений, укомп¬
лектованных горцами Северного Кавказа, были расформировав
83

ны, а их личный состав распущен по домам. Сведения о «лицах
восточных национальностей», поданные в штаб армии частями
войск Терской области, 32-й и 33-й стрелковых дивизий в начале
февраля 1921 г., демонстрируют единичное представительство
горских народностей в регулярных войсках Красной армии338 .
Роспуск национальных частей шел в рамках курса на много¬
кратное сокращение частей Красной армии в связи с окончани¬
ем широкомасштабной Гражданской войны и не являлся специ¬
фической мерой, примененной только к горским формировани¬
ям. На местах сохранялись мелкие милиционные отряды и так
называемые «боевые участки», подчинявшиеся окружным воен¬
коматам и ставшие на ближайшие годы единственной военной
школой для горцев. Переход к мирному социалистическому стро¬
ительству, относительное умиротворение региона, коренное из¬
менение государственно-административного устройства (провоз¬
глашение Горской и Дагестанской социалистических республик)
ставили на повестку дня задачу более регулярного и планомерно¬
го привлечения горцев в ряды РККА, требовавшего организации
военно-учебных заведений, запасных частей, перевода и издания
на местных языках уставов и наставлений, систематического обу¬
чения военнослужащих горцев русскому языку и т.д. Попытки
решения этих труднейших задач пришлись на межвоенный период
истории Красной армии.

ГЛАВА 4
ВОЙСКА БАКИНСКОЙ КОММУНЫ:
СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ БОРЬБА
НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКИМИ СРЕДСТВАМИ
Февраль 1917 г. в Закавказье выпустил наружу джинна наци¬
онализма. До осени 1917 г. он обретал силу в лице многочислен¬
ных национальных комитетов, национализации войск Кавказс¬
кого фронта, государственного размежевания и просто обостре¬
ния бытового национализма при одновременном ослаблении
органов власти и развале фронта.
Особенно активно этот процесс пошел осенью 1917 г. В нача¬
ле ноября главнокомандующий войсками фронта генерал от ка¬
валерии М.А. Пржевальский по согласованию с национальными
советами утвердил план создания «в спешном порядке» армянс¬
кого, азербайджанского, грузинского и русского корпусов, целью
которых были «укрепление фронта, поднятие боевой способнос¬
ти армии, оздоровление тыла и создание надежных источников
пополнения действующих частей»339 . Корпуса предполагалось
содержать в двухдивизионных составах. Был назначен командный
состав и приступлено к формированию штабов. Командование
Кавказским фронтом рассчитывало этой мерой сохранить разва¬
ливавшийся фронт. Однако деструктивные процессы были уже
необратимы. Известие о падении Временного правительства сде¬
лали сам фронт пережитком времени. Зародыши национальных
корпусов послужили основой национальных армий образовав¬
шихся закавказских республик, избравших самостоятельный от
Советской России путь государственного строительства. Особня¬
ком в этом ряду стоит история Красной армии Бакинской ком¬
муны, объявившей себя неразрывной частью нового социалисти¬
ческого государства.
Драматическая история Бакинской коммуны, как немногие
события Гражданской войны, была исключительно мифологизи¬
85

рована и сознательно искажена. Причина этого крылась в той тон¬
кой и очень ранимой материи, на которой произросла коммуни¬
стическая республика, а именно — исключительно напряженной
межэтнической обстановке в Закавказском регионе, Азербайджа¬
не и Баку. Этнические мотивы, против воли создателей Комму¬
ны, сопровождали и часто определяли всю ее короткую историю,
стали ее доминантой. Другой особенностью революционной прак¬
тики коммунаров стала их беспринципная готовность сотрудни¬
чать с любыми политическими силами ради сохранения власти.
В связи с этим нельзя не оценить сверхусилия советской истори¬
ографии, сумевшей нивелировать эти два фактора и прежде все¬
го взрывоопасный этнический, до значения случайности и недо¬
разумения, в худшем случае — к «проискам» и «провокациям» все¬
возможных врагов. Данная глава посвящена военной истории
Бакинской коммуны. Собственно, всю ее историю составила вой¬
на, а строительство боеспособной армии было главной задачей
коммунаров, вопросом в прямом смысле слова жизни или смер¬
ти. «Кавказская Красная армия» Бакинской коммуны впитала в
себя весь хаос трагического 1918 года...
Падение Временного правительства послужило сигналом для
эскалации межнационального насилия. Уже в первые недели пос¬
ле октябрьского переворота в Муганской долине на юге Азербай¬
джана разгорелся конфликт между русскими поселенцами и азер¬
байджанским населением (именовавшимся тогда тюрками или та¬
тарами), вылившийся в многомесячное взаимное истребление.
Особой жестокостью вошли в историю так называемые «шамхор-
ские события» 9—12 января 1918 г., когда тюркское население не¬
сколько дней громило воинские эшелоны, возвращавшиеся с Кав¬
казского фронта в Россию. Азербайджанцам удалось завладеть до
15 тыс. винтовок, до 70 пулеметов и 20 орудий. В ответ русские
войска уничтожили десятки азербайджанских селений. С обеих
сторон погибли тысячи людей340. Резко обострились отношения
между азербайджанцами и армянами, армянами и грузинами.
Несколько тысяч вооруженных армян, покинувших фронт, ско¬
пились в Баку, но не могли отправиться на родину, поскольку
передвижение по территории Азербайджана было смертельно
опасным занятием. Баку и его окрестности дважды в 1918 г. ста¬
новились ареной страшной этнической резни — в марте азербай¬
джанской, а в сентябре армянской. Массовый геноцид русских,
армян и горских евреев произошел весной 1918 г. в Кубинском и
Шемахинском уездах. Все это, помноженное на исключительную
86

слабость новых органов власти — Закавказского комитета и сме¬
нившего его Закавказского сейма, раздиравшихся противоречи¬
ями между национальными советами, и разлагающую, дезорга¬
низующую деятельность большевиков, противников и недавних
союзников России по мировой войне (немцев, турок, англичан,
американцев), при том обстоятельстве, что каждая из указанных
политических сил преследовала собственные цели, — создавало
исключительно благоприятную почву для разгула шовинизма, эт¬
нических чисток, произвола и хаоса.
Другой ключевой фактор закавказского политического про¬
странства 1918 г. — внешний. «Похабный» Брест-Литовский мир
дорого обошелся Советской России: она потеряла значительные
территории, в том числе Батум, Карс и Ардаган, которые отошли
Турции. Закавказский сейм не принял условий Брестского мира.
Чтобы сделать закавказское правительство более сговорчивым,
турки еще 12 февраля начали крупномасштабное наступление с
рубежа Трабзон, оз. Ван в направлении на Эрзерум, Батум, Карс.
Для армянского населения этих областей это грозило гибелью. По
существу, только армяне пытались организовать оборону. Уже в
конце марта турецкие войска перешли государственную границу
1914 г. 22 апреля 1918 г. была юридически оформлена фактичес¬
кая независимость Закавказья. Правительство выполняло одно
требование турок за другим. 26 мая они потребовали пропуска
турецких войск по всем железным дорогам Закавказья для про¬
следования в район Баку, где «сотни тысяч Тюрков и мусульман
терпят в Баку и окрестностях ярмо безжалостных бандитов, так
называемых революционеров»341. В это время грузины повели се¬
паратные переговоры с Германией о протекторате, а азербайджан¬
ские мусаватисты не скрывали своих протурецких настроений.
Не имея возможности повлиять на ситуацию, 26 мая Закав¬
казский сейм сложил свои полномочия. Были провозглашены
независимые Грузинская, Азербайджанская и Армянская респуб¬
лики, каждая из которых самостоятельно выстраивала свою вне¬
шнюю политику. 4 июня они подписали договоры «о мире и друж¬
бе» с Турцией, условия которых были еще более кабальными, чем
положения Брест-Литовского мира: Турции дополнительно ото¬
шли Ахалкалакский и Ахалцикский уезды Грузии и большая часть
Армении. Вне сферы досягаемости турок оставался главный
промышленный центр региона — Баку. Ближайший союзник ту¬
рок — вновь образованная Азербайджанская Демократическая
Республика, — считала Баку своей столицей.
87

Между тем еще 2(15) ноября 1917 г. в Баку была провозгла¬
шена советская власть, и только здесь она смогла укрепиться. Этот
один из крупнейших пролетарских городов бывшей имперской
России принял советскую власть быстро и безболезненно. Среди
городского пролетариата преобладали русские и армяне. В основ¬
ном русско-армянским по составу был и Бакинский совет. После
перевыборов 12(25) декабря в его состав вошли 48 большевиков,
85 эсеров, большинство — левых, блокировавшихся с большеви¬
ками, 36 дашнаков, 18 мусаватистов, 13 меньшевиков. Председа¬
телем совета был избран старый большевик Степан Шаумян. Он
же в 16 декабря был назначен Лениным чрезвычайным комисса¬
ром СНК по делам Кавказа. В условиях армяно-азербайджанской
напряженности особенно бросался дисбаланс в новых органах
власти между представителями этой национальности. Кроме даш¬
наков много армян было среди большевиков и левых эсеров. Меж¬
ду тем армяне значительно уступали по численности азербайджан¬
скому населению (на 1 января 1916 г. 75 тыс. армян и 183 тыс. му¬
сульман проживало в Баку и 42 тыс. армян и 691 тыс. мусульман
в Бакинской губернии)342 .
Бакинский совет оказался в полном одиночестве перед целым
рядом противников: национальными советами и правительства¬
ми, турецкими, германскими и английскими вооруженными си¬
лами. Повсеместное вооружение и создание собственных воору¬
женных сил стало главнейшей заботой всех национальных объе¬
динений Закавказья. Еще при органе Временного правительства —
Особом Закавказском комиссариате — было принято решение о
национализации частей Кавказского фронта. Решение было при¬
нято под давлением национальных советов и имело целью «укре¬
пить фронт» и «поднять боеспособность армии»343 . Закавказский
комиссариат, не признавший большевистской революции, про¬
должил курс на национализацию. В Закавказье начали перебра¬
сывать кадровых солдат и офицеров местных национальностей344 .
Действенность этой сомнительной меры проверить не пришлось:
октябрьский переворот окончательно уничтожил Кавказский
фронт. Тем не менее зародыши национальных корпусов послу¬
жили вскоре основой для формирования новых национальных
армий.
Оружие наводнило регион в процессе распада Кавказской ар¬
мии и возвращения солдат домой. Оружие покупалось, отбира¬
лось силой, «национализировалось» вместе с арсеналами Кавказ¬
ского фронта.

Бакинский совет не мог оставаться в стороне от процесса все¬
общей милитаризации. Зарождение красноармейских и красно¬
гвардейских отрядов в Баку происходило в условиях почти пол¬
ной изоляции города от большевистского центра страны и Крас¬
ной армии советской России. Революционным лидерам на местах
приходилось действовать автономно. Первоначально отряд Крас¬
ной гвардии Бакинского совета состоял лишь из 300—400 чел. во¬
оруженных рабочих, не имевших военной подготовки. Несколь¬
ко бывших солдат выполняли функции командиров. Такое войс¬
ко не могло быть серьезной силой.
Демобилизация старой армии, начавшаяся сразу после ок¬
тябрьского переворота, значительно ускорила процесс нарожде¬
ния вооруженных сил Коммуны. В ноябре, после обнародования
декрета о мире, в Баку стало прибывать большое количество час¬
тей и одиночных солдат. Сюда же в первых числах янаря 1918 г.
перебрался Военно-революционный комитет Кавказской армии —
большевистский орган, альтернативный эсеро-меньшевистскому
Краевому Совету Кавказской армии. В распоряжении ВРК име¬
лось до 6000 солдат, ожидавших отправки на Северный Кавказ345 .
В Баку их в значительной мере удерживал страх повторения рас¬
правы над русскими солдатами, подобной той, которая случилась
на ст. Шамхор 9—12 января. Большевистский РВК сделал шам-
хорские события стержнем пропаганды против оборонцев — пра¬
вых социалистических и национальных партий, — обвинив их в
провоцировании погромов под предлогом изъятия у солдат ору¬
жия346. В Баку РВК противостоял Совету, в котором большевики
были в меньшинстве347 .
Мусульманский национальный комитет располагал в Баку в
начале 1918 г. значительно меньшими силами. В октябре 1917 г. в
город прибыл Татарский полк Кавказской туземной конной ди¬
визии, именовавшейся в просторечье «Дикой дивизией». Тузем¬
ная дивизия была едва ли не последним соединением русской ар¬
мии, являвшимся серьезной военной силой. Традиционная воин¬
ственная ментальность кавказских всадников, крепкие
патриархально-семейные узы в частях, добровольный характер
службы оградили «Дикую дивизию» от разложения, за что она
быстро снискала репутацию «контрреволюционной». В середине
сентября, после того как дивизия приняла участие в выступлении
генерала Корнилова, туземные полки были отправлены «на от¬
дых» на Кавказ и волей-неволей стали важными участниками ре¬
волюционных событий. Татарский полк был расквартирован в
89

Баку и, по свидетельству начальника дивизии П.А. Половцева, по
прежнему сохранял воинский вид348 .
Ключевыми стали мартовские события, получившие в совет¬
ской литературе наименование «подавление мусаватского мяте¬
жа». Более всего процесс установления советской власти в Баку
30 марта — 1 апреля (18—21 марта по старому стилю) 1918 г. по¬
ходил на кровавую межэтническую резню. Ожесточенный спор
по поводу разоружения рабочими отрядами (преимущественно
русско-армянскими по составу) офицеров Татарского полка пе¬
рерос в отрытые кровопролитные столкновения на улицах горо¬
да с применением артиллерии. На сторону большевиков в те дни
стало много демобилизованных армян, находившихся в городе.
Официально Бакинский совет поддержало местное отделение
партии «Дашнакцутюн».
По оценке С. Шаумяна, на стороне Бакинского совета выс¬
тупило 3—4 тыс. чел. из числа армянских национальных частей.
По данным С. Шаумяна, с обоих сторон в боях принимали учас¬
тие более 20 тыс. чел.349 Бомбардировки города большевистским
флотом велись главным образом по мусульманским кварталам350 .
В ходе боев и со стороны армян и со стороны азербайджанцев
было отмечено «много случаев зверств: не только убивали, но и
надругивались над своими жертвами и те и другие»351. По неко¬
торым данным, только азербайджанцев в эти дни погибло свыше
12 тыс. чел.352
Большевистские коммунары укрепили свою власть, но ока¬
зались в очень неловком положении: молва об их симпатиях к ар¬
мянам быстро распространилась среди российских мусульман и
сослужила дурную службу большевикам, боровшимся за власть в
других мусульманских регионах, в частности на Северном Кав¬
казе353. Представитель Бакинского совета в Астрахани С.М. Тер¬
Габриэлян был шокирован деятельностью своих коллег-револю¬
ционеров: «Ни от одного русского, которые сейчас массами вы¬
езжают из Баку, независимо от их социального положения, не
услышишь о советской борьбе в Баку, все в один голос говорят —
в Баку идет армяно-татарская резня, и что эта резня создана ар¬
мянами»354 .
Действия большевиков требовали объяснений. В довольно
путаной форме и лишь спустя две недели после событий их дал
С. Шаумян. Гражданская война на «кавказской почве», по его
мнению, не исключала межнациональных столкновений. В пись¬
ме в СНК 13 апреля 1918 г. он доносил, что участие в боях армян¬
90

ских национальных частей «придало отчасти гражданской войне
характер национальной резни, но избежать этого не было возмож¬
ности. Мы сознательно шли на это» (курсив мой. — А.Б.). Далее
следовал каламбур, призванный примирить классовую борьбу с
национальным геноцидом: «Мусульманская беднота сильно по¬
страдала, но она сейчас сплачивается вокруг большевиков и вок¬
руг Совета»355 . Столь же неуклюжую попытку развести нацио¬
нальную и классовую борьбу предпринял А.И. Микоян, один из
руководителей военных отрядов Баксовета. В частном письме он
отмечал: «Военные действия носили классовый характер, по¬
скольку во главе с нашей стороны был Военно-революционный
комитет. Однако неграмотная масса обывателей старалась при¬
дать всем этим событиям национальный характер... До воскрес¬
ного дня партия Дашнакцутюн и Армянский национальный ко¬
митет объявили о своем нейтралитете. Но многие их солдаты не
остались нейтральными, а активно участвовали в боях»356 . Через
несколько дней на заседании Бакинского совета Шаумян выдер¬
жал свое выступление в стиле «цель оправдывает средства» и уже
не испытывал неудобств по поводу произошедшего: «Результаты
показали, что мы не ошиблись. Национальный состав нашего го¬
рода пугал нас. Мы боялись, что борьба примет нежелательную
окраску. Нам даже пришлось прибегнуть к помощи армянского
полка. Мы даже не могли допустить себе роскошь отказаться от
его услуг... Победа настолько велика, что это мало омрачает дей¬
ствительность»357. По его мнению, прояви большевики сдержан¬
ность и не пойди они в атаку, «вся немусульманская часть насе¬
ления была бы вырезана»358 .
Несколько сгладило положение решение Баксовета об осво¬
бождении из под стражи всех захваченных в плен мусульман, в
том числе их лидера Бейбута Джеваншира. К тому же для соблю¬
дения баланса сил азербайджанское население города не подвер¬
глось разоружению.
Первые успехи чрезвычайно вдохновили большевиков, немед¬
ленно приступивших к экспорту революции в окрестные уезды.
Здесь надо подчеркнуть, что начало 1918 г. было самым романти¬
ческим временем большевистской революции, когда любые цели
казались легко достижимы, а трудности временными и преодо¬
лимыми. 1 мая вновь образовавшийся Бакинский Совет Народ¬
ных Комиссаров с удовлетворением отмечал, что «гражданская
война продолжается и сейчас», а «передовые отряды наших това¬
рищей из Красной армии и Красной Гвардии» сражаются в Пет-
91

ровске, Шемахе, Ленкорани, Дербенте, Кубе, Сальянах и т.д.
Один из таких отрядов наблюдал в Муганской долине русский
офицер-пограничник В.А. Добрынин, давший им весьма нелест¬
ную характеристику: «Красные части состояли главным образом
из армян, беженцев, “товарищей” дезертиров и прочей бездом¬
ной и разнузданной рвани...»359
Широкая революционная экспансия требовала крепких воо¬
руженных сил. Между тем русские части, прибывшие в Баку с ВРК
Кавказской армией, быстро таяли. К весне 1918 г. исчезла сама
армия, солдаты разъехались: подавляющее их большинство было
политически индифферентно, не желало вступать в политичес¬
кое противоборство и «стремилось во что бы то ни стало быстрее
разойтись по домам»360 .
15 апреля 1918 г. было объявлено о создании Красной армии
Бакинского Совета («Кавказской Красной армии»). В этот день
Военно-революционный комитет Кавказской армии постановил
свести все отряды Красной гвардии, партийные дружины и про¬
чие вооруженные группы в регулярные батальоны Красной армии.
Одновременно с этого времени проводились регулярные прину¬
дительные мобилизации в армию рабочих и солдат, была «объяв¬
лена регистрация всех офицеров на предмет их мобилизации в
Красную армию»361. Достаточно нейтральный свидетель событий
кадет Б. Байков подчеркивает, что мобилизации велись среди
«христианского» населения362 .
25 апреля было объявлено о создании отраслевого руководя¬
щего органа — Бакинского Совета Народных Комиссаров. Пред¬
седатель ВРК Георгий Корганов стал комиссаром по военным и
морским делам в Бакинском совете.
Войска Бакинской коммуны (апрель — начало августа 1918 г.)
представляли собой типичный пример совместного «революци¬
онного творчества масс» и большевистского актива. Формально
к концу мая 1918 г. Бакинские советские вооруженные силы со¬
стояли из 19-ти стрелковых батальонов, объединенных в четыре
бригады. По разным данным, они насчитывали от 13 до 18 тыс.
красноармейцев, мобилизованных Бакинским советом, при двух
десятках орудий363 . В состав армии в полном составе были вклю¬
чены части формировавшегося армянского корпуса вместе с их
командирами. Возглавили это войско бывшие полковники царс¬
кой армии армяне Казаров, Аветисов, Амазасп. Армянские части
почти полностью состояли из фронтовиков-партизан, служивших
во время войны в иррегулярных армянских дружинах Кавказско¬
92

го фронта. В свое время они производили большое впечатление
своей отличной новой экипировкой, и особенно вооружением —
длинными пистолетами системы «маузер» с деревянным прикла¬
дом для упора в плечо. В годы войны они стали «очень ценными
помощниками казачьему отряду... К тому же они дрались фана¬
тично, и ни турки, ни курды армян, как и армяне их, в плен не
брали. Они уничтожали друг друга в бою безжалостно»364 . Весной
1918 г. это было уже не то войско, однако оставалась надежда, что
на фронте они проявят себя хорошо.
Нельзя сказать, что большевики целенаправленно отбирали
в Красную армию армян и эксплуатировали их вражду к азербай¬
джанцам и туркам. Это был союз ради выживания. Б. Байков от¬
мечал, что в позиции армян, поддержавших большевиков, опре¬
деляющую роль сыграло откровенно нетерпимое отношение к
армянской нации ведущей азербайджанской партии «Мусават».
Тот же Байков отметил причину популярности большевиков сре¬
ди армян: даже «правоверные кадеты» из числа армян считали,
что «на Кавказе большевики делают “русское” дело»365 . Иными
словами, как это ни парадоксально, большевики воспринимались
армянским (да и русским) населением как продолжатели царс¬
кой политики с ее преференциями христианам. На фоне пестро¬
ты противостоявших друг другу кавказских народов, дополнен¬
ной многочисленными интервентами (турками, англичанами,
немцами), большевистские силы выделялись именно значитель¬
ным удельным весом русских в своем составе. Имидж русской
армии как защитницы христианского населения Закавказья пос¬
ле развала Кавказского фронта старой армии остался вакантен и
достался большевикам автоматически ввиду полного отсутствия
конкуренции. Бакинские большевики сами вольно или не воль¬
но смешивали понятия «русский» и «советский»: «Единственное
спасение Баку, — доносил в Москву коммунар Б. Шеболдаев, —
это присылка немедленно не менее 4000 красноармейцев... надеж¬
ных в смысле партийном и, в крайнем случае, в смысле крепкой
русской советской ориентации»366 (здесь и далее курсив мой. — А. Б.)
в другом донесении представитель Бакинского Совнаркома пи¬
шет о большой силе «обаяния», «которое приобрели русские вой¬
ска среди местного населения»367 и т.д. То же самое отметили и в
штабе Добровольческой армии: «Русское и армянское население
города без различия партий стало на защиту города, как части еди¬
ной России»368 . Начальник политической канцелярии Доброволь¬
ческой армии полковник Д.Л. Чайковский обратил внимание на
93

«старательно подчеркиваемый русско-государственный центра¬
лизм» бакинских большевиков, отметив, кажется с некоторым
огорчением, что эта позиция близко подходила к позиции «мос¬
ковского Совнаркома», а к добровольческой армии коммунары
были враждебны369 . Отождествление большевистских и русских
войск — важный аспект истории Красной армии и большевизма
в целом в Закавказье.
Большевики были открыты для сотрудничества. «Мы никог¬
да не были доктринерами, — заявлял Шаумян, и готов был «идти
на некоторые уступки до некоторого предела», определявшегося
интересами удержания Баку в руках большевиков370 . Поэтому они
не стеснялись делать предложения любым силам, в том числе и
позиционировавшим себя монархистами. Например, такое пред¬
ложение получили защитники Муганской области — самой юж¬
ной провинции Азербайджана, где компактно проживали русские
переселенцы. Отряд «муганцев» состоял из русских погранични¬
ков под командованием полковника Ильяшевича. Это была дос¬
таточно мощная сила (до 10 тыс. чел. при 20 орудиях, 50 пулеме¬
тах, нескольких бронемашинах и эскадрилье гидропланов371),
правда, как и другие части бывшей русской армии, в немалой сте¬
пени затронутая «митингами и сумлениями» солдат372 . Такая
вполне боеспособная единица была очень привлекательна для ба¬
кинских большевиков. Первоначально они оказали «муганцам»
немалую помощь оружием, боеприпасами. К пограничникам при¬
езжал один из руководителей коммуны Алеша Джапаридзе, кото¬
рый своей образованностью и манерами даже на чрезвычайно
скептически настроенного к большевикам офицера В.А. Добры¬
нина произвел впечатление человека «не глупого, самостоятель¬
ного и даже культурного». Джапаридзе, имевший у большевиков
репутацию «товарища несколько оппортунистического характе¬
ра»373 , обращался к «муганцам» «господа офицеры» и не возра¬
жал против ношения ими погон374 . Только географическая удален¬
ность Мугани от Баку и разразившийся вскоре кризис коммуны
помешали этому своеобразному союзу новой коммунистической
армии и остатку старой.
Преобладание в армии армян ставило на повестку дня опре¬
деление их позиции к мусульманскому населению. Главнокоман¬
дующий Бакинскими вооруженными силами Г. Корганов докла¬
дывал Ленину, что преобладание в армии солдат-армян (до 80 %
от всего личного состава) «неизбежно приводит в отдельных слу¬
чаях к эксцессам, жестокостям и насилиям». Однако «с национа¬
94

лизмом боремся непрерывно и уже многого добились», — продол¬
жал он375 . Прежде всего, «во имя торжества интернационализма»
было предписано расформировать армянские национальные ча¬
сти и влить армянских военнослужащих в Красную армию по от¬
дельности. Однако наделе эта мера реализована не была и армян¬
ские части вошли в Кавказскую Красную армию целиком. Шау¬
мян заявлял о развертывании в частях интернациональной
пропаганды: «Пусть скажет кто-нибудь, что наш военный руко¬
водитель в каждый отряд не посылал специального комиссара,
который должен был удержать солдат, чтобы они не обижали му¬
сульманского населения, чтобы не было мародерств и убийств
мусульманской бедноты...»376 За то историческое мгновение, ко¬
торое просуществовала Бакинская коммуна, интернациональная
воспитательная работа, как и дело насаждения твердой воинской
дисциплины в целом, конечно, не могли дать глубоких результа¬
тов. Само большевистское руководство, очевидно, относилось к
этой работе как к перспективной. В масштабах «текущего момен¬
та» гораздо более эффективна была ставка на вражду между ар¬
мянами и мусульманами. Тактический рисунок готовившегося
главного наступления Бакинской Красной армии Шаумян сфор¬
мулировал так: «Нужно торопиться в Елизаветполь, — сообщал
он в Москву 24 мая, — чтобы там, а затем и дальше вызвать вос¬
стание армян. Это повлияет на грузинское крестьянство, и сейм
будет разогнан»377 . От классовой борьбы в этом призыве не оста¬
лось и следа. На одном из публичных выступлений 29 мая он раз¬
вил свою мысль, заранее сложив всю ответственность на «ханов
и беков» и само азербайджанское крестьянство: «Если первое вре¬
мя (имеется в виду начало наступления войск Красной армии. —
А. Б.) ханам и бекам удастся сбить с толку мусульманское кресть¬
янство... первые столкновения могут принять национальный ха¬
рактер и если в Елизаветпольской губернии произойдут печаль¬
ные столкновения армян и татар, если, может быть, это и неиз¬
бежно, то это не должно нас пугать, ибо это будет лишь
временным явлением»378 . Впрочем, он выразил надежду, что му¬
сульманское крестьянство «скоро очнется и не даст возможности
развиться армяно-татарской резне, подобно тому, как это было в
Баку»379 .
Целью похода, начавшегося 10 июня и ставшего роковым для
Коммуны, был Елизаветполь (Гянжа), где разместилось мусават-
ское правительство Азербайджана. 28 мая здесь была провозгла¬
шена независимая Азербайджанскай Демократическая Республи-
95

ка. «Кавказская Красная армия» на тот момент еще не закончила
формирования, но, по мнению большевиков, медлить было
нельзя, поскольку турки уже приступили к сосредоточению сил
и подготовке наступления на Баку. Необходимо было опередить
их380 . Действительно, с 25 мая в Елизаветполь стали прибывать
части 5-й, азатем и 15-й турецких дивизий. Обе они вошли в фор¬
мировавшуюся Кавказскую исламскую армию. Сюда же был
включен Особый Азербайджанский корпус генерала А.А. Ших-
линского. В Елизаветполе обосновался штаб турецкого команду¬
ющего Нури-Паши. Общая численность турецких частей на за¬
паде Азербайджана к середине июля достигла 15 тыс., азербайд¬
жанских —- 5 тыс.381
Другой причиной форсирования наступления Красной армии
стало то, что коммунары рассчитывали опередить противника в
привлечении на свою сторону азербайджанского крестьянства, с
которым на тот момент у них не имелось буквально никаких кон¬
тактов. Без этого невозможно было никакое продвижение за пре¬
делы города. Прошедший 26 мая съезд крестьянских депутатов
Бакинского уезда провалился из-за полного непонимания депу¬
татами (ими оказались в основном кулаки) идей классовой борь¬
бы и прочных националистических настроений.
Наконец, в Баку начался «форменный голод», и успешная
война могла компенсировать нарушение рыночного обмена. Го¬
лод значительно пошатнул положение большевиков, не сумевших
наладить хозяйственную жизнь в Баку, и давал козырь в пропа¬
ганде правых социалистов, которые не преминули воспользовать¬
ся «недостойным приемом — пользоваться озлоблением голодных
людей»382 . В. Добрынин в свойственной ему резкой манере резю¬
мировал замыслы большевиков стремлением «укрепить свою
власть, избавить себя от бушующей в Баку вооруженной и пре¬
ступной черни и как-то раздобыть хлеба...» «Реквизициями и гра¬
бежами» они надеялись «прокормить огромный город»383 .
Первоначально большевистским войскам, насчитывавшим по
разным данным, от 12 до 18 тыс. штыков384, противостояли «не¬
регулярные войска грузин, мусаватские татары и банды дагестан¬
цев в форме нашей пехоты»385 . Особенно ожесточенные бои ве¬
лись на территории Шемахинского и Геокчайского уездов, насе¬
ленных преимущественно тюрками. Русское и армянское
меньшинства этих уездов помогало большевикам. Красная армия
нанесла противнику ряд поражений. 16—18 июня в боях под Ге-
окчаем он потерял, по разным данным, от 800 до 3000 чел. Ба¬
96

кинскому совету казалось, что победа уже близка, а Кавказская
Красная армия, благодаря наличию армянских дружин прибли¬
жалась к идеалу, в тот момент недостижимому, т.е. к стандарту
регулярной армии: «общее впечатление от армии людей, сведу¬
щих в военном деле, что это не обычная “советская” армия —
в лучшем случае партизанские отряды, — а настоящее регуляр¬
ное войско. Все товарищи, приезжающие из России, выражают
восторги, знакомясь с нею. И пока что эта армия ведет себя вели¬
колепно»386. 23 июня Шаумян уверенно писал Ленину о необхо¬
димости двигаться на Тифлис, о вреде простоя для его войск387 .
Однако наступательный порыв новой армии, терзаемой жа¬
рой, жаждой, малярией, голодом и нехваткой боеприпасов, быс¬
тро иссяк. В конце июня в бой вступили турецкие войска, полу¬
чившие солидное подкрепление388 , а Красная армия смогла по¬
полниться лишь 2 тыс. чел., призванных по мобилизации. В боях
под Геокчаем 27 июня — 1 июля бакинские войска были разбиты
и стали беспорядочно отступать. Начался массовый уход бойцов
с фронта. В. Добрынин отмечал «полную дезорганизованность,
совершенное отсутствие порядка и дисциплины и повальное по¬
трясающее дезертирство» в красных частях389 . Командир одного
из батальонов доносил в Бакинский Совнарком: «Касаясь дис¬
циплины во вверенном мне отряде, я должен констатировать... что
сознательного и разумного отношения к своим обязанностям не
было. Неповиновение командному составу, подчас переходившее
в грубые реплики и ругань по адресу инструкторов, неисполне¬
ние часто простых боевых задач... мародерство, изнасилование
женщин, подчас молодых подростков... Из 700 штыков, находя¬
щихся в моем распоряжении, только 300 человек были в окопах,
остальные спрятались в ближайшей деревне и на пароходах. И мне,
начальнику, вместо того, чтобы отдавать те или иные распоряже¬
ния, приходилось бегать по пароходам и собирать солдат для от¬
правки в окопы»390 . Этого начальника за нежелание отступать в
конце концов изгнали из отряда. К 19 июля в действующих час¬
тях оставалось 4—4,5 тыс. чел. До 5 тыс. чел. было потеряно уби¬
тыми и ранеными и до 3 тыс. чел дезертировали391.
Красная армия Бакинского Совнаркома фактически разва¬
лилась и в беспорядке отступала к Баку. Сами большевики склон¬
ны были всю вину взваливать на командиров старой армии —
«дашнаков» Амазаспа, Казарова и главнокомандующего Авети¬
сова, — слишком поспешно отводивших войска (хотя армией не¬
прерывно руководил военный комиссар большевик Г.Н. Корга¬
4 -4998
97

нов). Об этом вспоминал, в частности, А.И. Микоян, бывший
комиссаром 3-й бригады, и отступавший, может быть, лишь чуть
медленнее военных руководителей армии392 . Советской истори¬
ографии версия о предательстве дашнаков позволила без труда
объяснить проблемы падения Коммуны.
Отличительной особенностью истории бакинской Красной
армии этого периода стала бесконечная митинговщина, сопро¬
вождавшая каждое действие войск. Б. Байков отмечал, что «в вой¬
сках дисциплины не было никакой и таковая заменялась рево¬
люционным сознанием», по любому поводу выводившим солдат
на собрание393 . Митинговали даже в критические моменты, ког¬
да решалась судьба самой коммуны. По любому вопросу созыва¬
лись партийные конференции, съезды, митинги и совещания.
Впрочем, это было повсеместное явление в нарождавшейся ком¬
мунистической армии. Муганский офицер В. Добрынин с него¬
дованием замечал, что «митинговать, сумлеваться и выражать не¬
доверие офицерам было гораздо... легче, чем, обняв винтовку, ле¬
жать под пулями в грязном окопе»394 . Когда на линии фронта
практически не оставалось бойцов, 25 июля в заседании Бакинс¬
кого совета принимали участие 500 чел. (только тех, кто голосо¬
вал!). Закончились митинги только с гибелью самой Коммуны.
4 августа состоялась последняя «партийная конференция».
В силе бакинской Красной армии таилась и ее слабость. Ар¬
мянские солдаты-фронтовики и офицеры, добровольно вставав¬
шие на сторону большевиков, из инстинкта самосохранения по
той же причине стали искать себе иных покровителей, как толь¬
ко положение коммуны пошатнулось. «Командный состав плох, —
писал еще в конце июня заместитель комиссара по военным и
морским делам Б. Шеболдаев, — и опорой советской власти мо¬
жет быть только до тех пор, пока дашнаки имеют “русскую ори¬
ентацию”... Возможна перемена ориентации на английскую и тог¬
да... могут быть любые неожиданности...»395 Именно депутаты-ар¬
мяне Бакинского совета продавили в конце июля решение о
приглашении в Баку английских войск, чем, по словам Шаумя¬
на, «окончательнодеморализовали армию»396 . «Предательство по
отношению к нам дашнаки совершили явное», — сокрушался Ша¬
умян397 .
Бакинский совнарком засыпал Центр просьбами о помощи,
составлял пространные списки необходимых припасов398 . Ленин
мог только обещать: «Насчет посылки войск примем меры, но
обещать наверное не можем»399 . Военный совет Северо-Кавказс¬
98

кого военного округа (Сталин, Минин), в состав которого был
включен Бакинский участок, также «боеспособных войск не
имел» и «помочь серьезно ни одному участку не мог». Без помо¬
щи центральной власти он был «бессилен спасти положение»400 .
За все время Бакинский фронт получил лишь один отряд бывше¬
го полковника русской армии Г.К. Петрова. Первоначально он
состоял из шести полков и представлял собой внушительную силу.
Но по пути И. Сталин изъял его большую часть на нужды оборо¬
ны Царицына, где в июле тоже складывалась критическая ситуа¬
ция. До Баку добрались лишь один эскадрон (100—120 сабель),
одна батарея (6 орудий), одна рота моряков и команда конных
разведчиков — всего 780 чел401. По воспоминаниям секретаря
Шаумяна О.Г. Шатуновской, правда, обнародованных ею более
чем через 70 лет после событий, в Царицыне осталась вся пехота
отряда Петрова общим числом 7240 чел.402 Сам Петров упоминал
в эти дни «свои части» — «1 -ю Донскую революционную армию» —
и, уже будучи на боевых позициях под Баку, рассчитывал их по¬
лучить в свое распоряжение403 .
Даже в таком урезанном виде отряд Петрова стал самой боес¬
пособной единицей Кавказской Красной армии, и не раз факти¬
чески в одиночку он спасал город. При этом Петров — человек
молодой и горячий, успевший повоевать на нескольких фронтах
Гражданской войны и даже покомандовать армией — «держал
себя самостийником и наши товарищи его нередко опасались...
В блоке с [Армянским] Национальным Советом ему бы ничего
не стоило свернуть шею советской власти». К тому же из центра
он приехал в должности «чрезвычайного военного комиссара по
делам Кавказа» и считал себя если не выше Шаумяна, то по край¬
ней мере равным ему. Он был типичным представителем «парти¬
занщины» — первого, стихийного этапа строительства новой ре¬
волюционной армии. «Шаумяну приходилось очень сдерживать
себя» в общении с Петровым404.
Последней надеждой большевиков и, пожалуй, самым экзо¬
тическим союзником Коммуны стал казачий отряд полковника
Л.Ф. Бичерахова — осколок бывшего экспедиционного Кавказс¬
кого кавалерийского корпуса генерала Н.Н. Баратова. По разным
данным в его отряде было от 15 до 18 сотен терских и кубанских
казаков, несколько батарей, аэропланов и броневиков405 . Мате¬
риальные средства и вооружения он получал от англичан, скло¬
нивших его к службе в конце марта 1918 г.406 Руководитель анг¬
лийской миссии в Северной Персии генерал-майор Л.Ч. Денстер-
99

виль только Бичерахову был обязан удержанием этого региона в
первой половине 1918 г., когда англичане имели здесь лишь «не¬
сколько офицеров, несколько броневиков и сколько угодно де¬
нег»407. Со своей стороны, англичане вынуждены были взять на
содержание казачий отряд, как и прочие русские части терпев¬
ший бедственное положение. Имевшаяся в отряде техника и тя¬
желые вооружения также в основном были предоставлены анг¬
лийской стороной. Взаимная «союзническая» поддержка позво¬
лила сохранить отряд полковника Бичерахова как крепкую боевую
единицу, в то время как остальные части экспедиционного кор¬
пуса генерала Баратова покидали Персию в полном беспорядке.
«Его часть была единственной, имевшей еще какое-то уважение
к закону и порядку»408 . Отряд Бичерахова стал, пожалуй, после¬
дней русской частью, предпринявший наступление на фронте
Первой мировой войны. В ноябре 1917 г. в Персии он вел совме¬
стное с англичанами наступление против турецких войск.
Сам Лазарь Бичерахов — православный осетин, храбрый бо¬
евой офицер. Еще в молодости он был исключен судом чести из
списков 1-го Горско-Моздокского полка Терского казачьего вой¬
ска за какой-то проступок409. В последующем он руководил от¬
дельными отрядами своего имени. Экзальтированная, харизма¬
тическая личность, инвалид, опиравшийся на трость, служившей
ему и оружием в бою, Бичерахов обладал огромным авторитетом
среди своих казаков. Свидетели отмечали комическую манеру
почти всех офицеров отряда ходить, опираясь на палку, и пода¬
вать для приветствия левую руку, как это делал командир410. В то
же время Бичерахов являлся искренним русским патриотом;
28 ноября 1917 г. он направил генералу Баратову телеграмму:
«Я решил: 1) остаться на фронте; 2) продолжать воевать; 3) не уча¬
ствовать в перемирии; 4) считать все переговоры предательски¬
ми... Это решение мое, и я один отвечу за него перед Россией»411.
Он не стяжал английские деньги, а честно тратил их на нужды сво¬
его отряда, что с некоторым удивлениехМ отмечал Денстервиль412.
Имея филантропические наклонности, впоследствии он пожер¬
твовал большую часть средств различным русским общественным
организациям на Кавказе, а при отъезде в эмиграцию раздал в
Баку все деньги, отправившись в Лондон почти без средств, а за¬
тем гордо отказался от помощи королевского дома413.
Очевидцев поражал неповторимый колорит бичераховского
войска: «совершенно неправдоподобный грязный вид», настрое¬
ния казачьей вольницы и пьянство414. «Развращенные высокими
100

окладами, полной безнаказанностью, отсутствием дисциплины...
бездельем, обеспеченные возможностью широко пользоваться
услугами голодающих персов, солдаты лихо скачут со стрельбой
и употреблением холодного оружия по улицам, и даже понятное
стремление домой... совершенно незаметно и в разговорах отсут¬
ствует»415 .
Крайняя нужда бакинских большевиков заставила их сбли¬
зиться с Бичераховым. Первыми в сношения с Бичераховым во¬
шел военно-революционный комитет в Энзели, бывший своего
рода передовым отрядом Бакинского Совнаркома в Северной
Персии. Председатель ревкома А. Челяпин характеризовал Биче-
рахова как «очень умного, тонного дипломата... Что-либо запо¬
дозрить в его словах невозможно»416. В то же время он считал, что
ему «нужно довериться»417. Шаумян в донесениях в Москву так¬
же повторял: «Все, кого я уполномочивал вести с ними перегово¬
ры, и лица, многие годы знающие его и знакомые с его отрядом, —
все уверяли в его порядочности и том, что мы без всяких колеба¬
ний должны принять его услуги»418. Шаумян склонялся к сотруд¬
ничеству с Бичераховым, будучи стесненным нуждой в способ¬
ном командующем для своей армии. Еще 24 мая он писал в СНК:
«Нет командного состава, не можем найти даже командующего
войсками, которые должны быть двинуты к Елизаветполю. При
этих условиях очень остро стоит вопрос о Бичерахове, о котором
я уже несколько раз писал вам»419. Советское правительство сму¬
щала его чрезвычайно тесная связь с англичанами.
Так или иначе, в мае договоренности достигнуто не было. Не
исключено, что если бы во главе армии во время июньского на¬
ступления стал Бичерахов, а не коллегия армянских полковни¬
ков, судьба коммуны сложилась иначе. Другое дело, что Комму¬
на не смогла бы платить бичераховеким казакам золотом, как это
делал генерал Денстервиль. Возможно, это обстоятельство затя¬
нуло переговоры и Бичерахов прибыл в Баку слишком поздно.
К концу июня была достигнута договоренность об участии его от¬
ряда в наступательной операции Кавказской Красной армии, раз¬
вивавшейся пока успешно. Бичерахова даже предполагалось ис¬
пользовать для действий на Тифлис, где он мог бы принести
пользу, «поднимая по пути горцев, в частности осетин». Бичера¬
хова этот план «очень воодушевляет», так как «он говорит своему
отряду: мы идем домой через Тифлис по Военно-Грузинской до¬
роге»420. Шаумян отрапортовал Ленину: «Отряд Бичерахова... во¬
шел в состав Бакинской советской армии, спешит на помощь ба¬
101

кинцам»421. В публичных выступлениях Шаумян подчеркивал рус¬
ский состав отряда, что соответствовало общей цели сохранения
независимости России и Баку422 .
Именно «желанием добраться до Кавказа» генерал Денстер-
виль объяснял решение Бичерахова «сделаться большевиком»423 .
Тактический союз с большевиками не предполагал перехода от¬
ряда Бичерахова на сторону революции. Его казаки по-своему
восприняли революционные идеи, прежде всего в той их части,
которая уравнивала их в правах с офицерами и давала им возмож¬
ность оспаривать их приказы. В целом же они оставались равно¬
душными к политике, а попытки выяснить их взгляды на советс¬
кую власть терпели крах, «благодаря отсутствию таковых». «От¬
ряд безнадежно не мыслит», заключал бакинский разведчик
С. Буданцев424 . Красноармейцев они презирали за их непригляд¬
ный внешний вид, называли их «красными индусами», «считая
себя в положении англичан» по отношению к ним425 . В тоже вре¬
мя казаки наконец захотели домой и предпочитали добраться до
Северного Кавказа организованной силой, чтобы избежать гра¬
бежей, поскольку, как заметил А. Челяпин, они «имеют при себе
приличные деньжонки и много имущества»426 .
В первых числах июля отряд Бичерахова высадился южнее
Баку и занял правый фланг обороны города. Красная армия пя¬
тилась назад, и бои велись уже на ближних подступах к Баку. Би-
черахов принял должность Главнокомандующего войсками Крас¬
ной армии, но руководство центром и левым флангом фронта за
собой оставил Корганов. Положение к этому времени уже было
критическим. Большевики возлагали очень большие надежды на
Бичерахова и раздавали ему щедрые авансы в хвалебных статьях,
утверждавших, что одно только прибытие казаков на фронт на¬
столько взбодрило красные войска, что они повсеместно готовы
перейти в наступление427 .
Между тем отношения между красноармейцами и казаками
не сложились: последние были возмущены тем, что бакинские
части нередко покидали поле боя без единого выстрела, оставляя
их одних. По мнению Денстервиля, только отряду Бичерахова
принадлежит заслуга того, что в течение июля удавалось удержи¬
вать фронт.
В городе царили панические настроения. 25 июля было со¬
звано расширенное чрезвычайное заседание Бакинского совета,
на котором присутствовали члены Баксовета, районных советов,
судовых комитетов, представителей Центрокаспия и других орга-
102

низаций — всего 500 чел. Стенограмма заседания (она опублико¬
вана полностью единожды в 1929 г.428 ) свидетельствует о чрезвы¬
чайном накале страстей. Главным на заседании стал вопрос о при¬
глашении в Баку английских войск в связи с критическим поло¬
жением на фронте. Правые социалисты и дашнаки ставили вопрос
о физическом выживании армянского населения города. Один из
лидеров партии «Дашнакцутюн», Аракелян, заявлял: «Когда с од¬
ной стороны у нас английские войска, а с другой германские и
турецкие, мы берем меньшее зло, т.е. решаемся пригласить анг¬
личан. Мы знаем, что если допустить сюда турецкую армию, то
здесь будет поголовная резня»429 .
Большевики выступали резко против этого, уверяя присут¬
ствовавших, что помощь из Центра уже близка, да и своих сил
достаточно, чтобы справиться с противником. Г. Корганов созна¬
тельно преуменьшал силы врага, утверждая, что у него отсутству¬
ет артиллерия и общий перевес в силах на стороне Коммуны430 .
«Я говорю вам: не зовите англичан, потому что вы погубите со¬
ветскую власть, оторвете Баку от России, и эта ошибка будет не¬
поправима», — призывал А. Джапаридзе431.
На заседании выступили и военные руководители Л. Бичера-
хов и 3. Аветисов. Бичерахов заявил, что армия «деморализова¬
на, устала и утомлена» и что «если считать не находящихся на
котле, а действительно воюющих», то на его правом фланге из
3500 человек в расчет можно брать только 1000432. Что касалось
сил противника, то только на своем участке фронта Бичерахов на¬
считал 8 орудий. Интересно, что Бичерахов поддержал мнение
большевиков по поводу англичан. Он считал, что можно обой¬
тись собственными силами, но при условии немедленной присыл¬
ки подкреплений не менее 5,5 тыс. штыков хорошо обученных
солдат433 . Видимо, он также был введен в заблуждение больше¬
вистскими лидерами, поскольку прибытия таких сил на самом
деле не ожидалось.
Тем не менее после долгой дискуссии правыми социалиста¬
ми и дашнаками небольшим большинством было продавлено ре¬
шение о приглашении в город английских войск. В ответ боль¬
шевики сложили с себя все руководящие должности в Бакинском
совнаркоме. Снялся с фронта и ушел на север, в Дагестан, и би-
чераховский отряд, вскоре влившийся в Добровольческую ар¬
мию434.
Для обывателя сам факт прибытия союзников казался пана¬
цеей. По словам Сурена Шаумяна, «решение о приглашении ан-

гличан вполне соответствовало настроению всех слоев населе¬
ния... Слишком реальна была угроза смерти под кинжалами ту-
рецко-мусаватских банд, слишком мало было уверенности в том,
что Советская Россия сможет перебросить достаточные силы и,
наконец, слишком соблазнительна была помощь англичан»435 .
Поэтому, хотя городской пролетариат и сочувствовал большеви¬
кам, но на прошедших в последующие дни митингах дал под их
резолюцией лишь несколько подписей436 .
Баку был оставлен большевиками 1 августа. Напоследок боль¬
шевики огласили воззвание к рабочим Баку, где объявили, что
теперь борьба ведется между двумя империалистическими бло¬
ками, «одинаково враждебными рабоче-крестьянской Советской
власти». Сражаться бок о бок с английскими солдатами они не
считали возможным. Большевики явно были в обиде на бакинс¬
кий пролетариат, который «находится в заблуждении». «С болью
в сердце и с проклятиями на устах, приехавшие сюда, чтобы сра¬
жаться и умирать вместе с бакинскими рабочими за Советскую
власть», большевики «вынуждены покинуть Баку», хотя их никто
не изгонял. Они выразили надежду, что бакинский пролетариат
одумается «и вновь свяжется» с партией437 .
Между тем бакинские большевики от энзелийского ревкома
(А. Челяпина) располагали весьма точной информацией о чрез¬
вычайной малочисленности английских войск438 . Английское
командование было вынуждено разбросать силы по всей Север¬
ной Персии, поскольку здесь назревало национально-освободи¬
тельное движение Кучук-хана. Баку был обречен, и ничто уже не
могло его спасти. Возможно, именно это обстоятельство стало
главным в принятии большевиками решения о сложении с себя
полномочий и эвакуации в Астрахань. Принципиальные сообра¬
жения о невозможности сотрудничества с иностранными интер¬
вентами, которые были объявлены публично, вряд ли следует при¬
нимать столь серьезно. Как и другим политическим силам Баку,
большевикам не был присущ «догматизм», и, возможно, при оп¬
ределенных условиях, они бы приняли английскую помощь. Во
всяком случае, контакт с генералом Денстервилем через Энзели у
них был. Нужно учитывать и то, что при всей автономности ком¬
мунары находились в зависимости от Центра. Например, пригла¬
шение Бичерахова было одобрено Лениным и Сталиным. А анг¬
лийскую помощь они категорически запретили принимать. Не ис¬
ключено, что в противном случае прекратились бы поставки
вооружений и продовольствия из России.
104

Власть в городе подхватила «Диктатура Центрокаспия» —
весьма аморфная политическая структура, взявшая курс на со¬
трудничество с англичанами. Положение, несмотря на решение
о приглашении английских войск и самоустранение большеви¬
ков, лишь ухудшилось: большевики сняли свои части с фронта и
готовились к эвакуации. Следом под предлогом отсутствия обмун¬
дирования фронт покинули до 3 тыс. чел. армянских частей. На¬
конец и Л. Бичерахов решил «порвать все связи с этими негод¬
ными войсками» и 30 июля отошел сначала на ст. Баладжары, а
затем двинулся на Дербент. Генерал Денстервиль выдвинул вер¬
сию о том, что принятию этого решения предшествовала посту¬
пившая к Бичерахову информация о том, что большевики реши¬
ли выдать его туркам в обмен на перемирие439.
Советская литература разделила ответственность за падение
Баку между армянским командованием и Бичераховым. Уход пос¬
леднего объяснялся заранее запланированным совместно с анг¬
личанами предательством с целью облегчения последним захвата
Баку440. Однако беглый взгляд на последующие события показал,
что англичане не смогли удержаться в Баку именно вследствие
ухода Бичерахова и недостатка собственных сил. Бичерахов об¬
манул ожидания не только большевиков, но и англичан. Генерал
Денстервиль, привыкший за последние полгода опираться на него
как на свою «единственную надежду», и в данном случае рассчи¬
тывал, что, «как он только там утвердится, то дело будет в шля¬
пе»441 . Он намекал на некое соглашение между ним и Бичерахо¬
вым, на которое он возлагал «большие надежды»442.
Через несколько дней после отплытия в Астрахань больше¬
вистские пароходы были возвращены в город моряками Центро¬
каспия. Большевики не были арестованы: невозможно было взять
под стражу несколько тысяч вооруженных людей. Просто им пред¬
лагалось разделить общую судьбу бакинцев. До 14 августа они
просидели трехтысячным вооруженным лагерем на Петровской
площади. Отряд Г.К. Петрова еще раз вступил в бой в критичес¬
кий момент 5 августа, когда турки уже ворвались в Баку через гос¬
подствовавшие над городом Волчьи ворота. Большевики выкати¬
ли на Петровскую площадь батарею и открыли огонь по району
Волчьих ворот, чем вызвали необъяснимую панику в рядах турец¬
ких войсках, откатившихся от города сразу на целый переход. Уже
ожидавшие скорой расправы деятели Центрокаспия прислали к
Петрову депутацию с благодарностями. Однако это не улучшило
их отношений с большевиками. При повторной попытке отбыть
105

в Астрахань большевистские комиссары в порядке «дружествен¬
ной» акции были выданы англичанами закаспийскому времен¬
ному правительству. Все они, в том числе полковник Петров,
были бессудно расстреляны 20 сентября близ Крдсноводска, по¬
ложив своей смертью начало одной из самых главных легенд
Гражданской войны.
Английские войска стали высаживаться в Баку 4 августа, но
их численность не превысила 900 штыков; они значительно усту¬
пали осадившим город туркам. Между английским командовани¬
ем и деятелями Центрокаспия начались долгие препирательства
по поводу организации обороны. Не дожидаясь турецкого штур¬
ма, 14 сентября англичане эвакуировались из города. Генерал Ден-
стервиль цинично прокомментировал ситуацию: «Положение ве¬
щей в Закавказье уже давно безнадежно. Они должны продолжать
убивать друг друга, пока не придут в изнеможение, а тогда мы,
может быть, сумеем навести там порядки»443 .
Худшие опасения армян полностью оправдались. Вступив в
Баку, турки и азербайджанцы зверски уничтожили все армянс¬
кое население города — около 30 тыс. чел., отомстив тем самым
за «мартовские дни». Первый опыт коммунистического строи¬
тельства в Закавказье окончился печально. Оставшиеся в живых
коммунары (Микоян, Назаретян, Найнешвили, Нариманов и др.)
ушли в подполье и готовились к новым «боям».

ГЛАВА 5
СОВЕТСКАЯ АРМИЯ
И ЕЕ ЗАКАВКАЗСКИЕ КОПИИ
(1920-1921)
Период с 1918 по 1921 г. стал для закавказских народов ко¬
ротким периодом истории, когда они пытались построить суве¬
ренные национальные государства и наладить государственный
механизм со всеми его сложными институтами, в том числе ар¬
мией. В мае 1918 г. были провозглашены независимые Грузинс¬
кая, Армянская и Азербайджанская демократические республи¬
ки. Однако объективные условия (продолжавшаяся Первая ми¬
ровая война и турецко-немецкая агрессия, развал Кавказского
фронта, хозяйственная разруха, обострение межнациональных
отношений, политический раскол общества и т.д.) сделали зада¬
чу государственного строительства и налаживания нормальной
жизни почти невозможной для закавказских правительств, не дав¬
ших своим народам ни подлинной государственной независимо¬
сти, ни мира, ни стабильности, ни хлеба.
Не смогли они создать и сколько-нибудь крепких армий. Наи¬
большие трудности в этом отношении испытывал мусаватский
Азербайджан. В царскую армию азербайджанцы не призывались,
поэтому не оказалось «ни одного унтер-офицера, ни одного сол¬
дата старой службы, с которых могли бы брать пример старые сол¬
даты»444 . До окончания Первой мировой войны Азербайджан на¬
ходился под протекторатом Турции, из-за чего формирование
собственной армии фактически было отложено до конца 1918 г.
Крупных складов материальных запасов бывшего Кавказского
фронта на территории Азербайджана тоже не оказалось. Хотя вой¬
ска возглавили блестящие царские генералы, уроженцы Азербай¬
джана С.С. Мехмандаров и А.А. Шихлинский, а Турция всячес¬
ки помогала материально и методически, объективные условия
долго не позволяли сколотить более или менее боеспособные ча¬
107

сти. A.A. Шихлинский вспоминал, как «молодые люди, приходив¬
шие для поступления в корпус, получив винтовку, патроны и по¬
стельные принадлежности, ночью крали все это имущество, и ухо¬
дили домой. И некому было поймать и возвратить их на место
службы»445 . Проблема командного состава в конце концов была
решена за счет многочисленного безработного и нуждавшегося
русского и грузинского офицерства, не знавшего, однако, языка
и обладавшего психологией наемников446. Служба в армии не име¬
ла популярности в народе, была уделом бедняков, не имевших
средств откупиться от коррумпированных чиновников. Вслед¬
ствие этого масштабы уклонения от призыва и дезертирства из
армии весь период ее существования были чрезвычайно высоки447.
К маю 1920 г. вооруженные силы Азербайджанской республики
были объединены в три пехотных дивизии и один кавалерийский
корпус и насчитывали до 15 тыс. штыков и до 5 тыс. сабель, а так¬
же 2—3 аэроплана, 1 гидроплан, 2—3 бронепоезда и 2 бронеавто¬
мобиля448 .
Несколько благоприятнее была ситуация в двух других закав¬
казских армиях. На территории Армении и Грузии имелись силь¬
ные крепости Карс и Батум, обильно снабженные артиллерией,
боеприпасами, запасами снаряжения и продовольствия; там же
располагались обширные армейские склады, артиллерийские ма¬
стерские, арсеналы в Александрополе и Тифлисе, многочислен¬
ные казармы, лазареты и проч.
В особенно благоприятном положении оказалась Грузия, в
распоряжение которой попали все помещения центральных служб
Кавказской армии и фронта. Удачнее была и кадровая ситуация.
Так, число офицеров и солдат старой службы в Грузии даже зна¬
чительно превышало штатные возможности грузинской армии,
так что многим офицерам пришлось даже отказать в приеме на
службу449 . Немалое их число нашло себе работу в азербайджанс¬
кой армии450 .
Общая численность вооруженных сил Грузии к концу октяб¬
ря 1920 г. достигала 38 батальонов, 10 эскадронов (23 тыс. шты¬
ков, из них 11 тыс. полевых войск и 1250 сабель) при 543 пулеме¬
тах, 83 орудиях, 3 бронепоездах, 8 бронеавтомобилях и танках,
12 аэропланах451. Особенностью вооруженных сил Грузии было
преобладание в них Национальной (по началу именовавшейся
«Красной») гвардии — местных милиционных батальонов из во¬
оруженного народа — дань социалистическому антуражу меньше¬
вистского государства. Эта «аномалия военной организации»452
108

не обладала высокой боевой выучкой и морально-политической
устойчивостью, что позволило грузинским генералам списывать
на гвардию неудачи грузинской армии. Регулярная армия состо¬
яла в начале 1921 г. из 12 батальонов, которые по мобилизации
разворачивались в 36. Однако и содержание 12 кадровых баталь¬
онов для грузинской казны было непосильной ношей. Посколь¬
ку за свою короткую историю Грузинское государство успело при¬
нять участие в шести войнах и вооруженных конфликтах, то ар¬
мия едва ли не все время находилась в состоянии мобилизации
или демобилизации.
Вооруженные силы Армении к концу октября 1920 г. совет¬
ская разведка оценивала в 40 батальонов, 15 эскадронов (всего
9200 штыков и 1620 сабель) при 208 пулеметах, 65 орудиях, 3 бро¬
непоездах и 10 аэропланах. Армения — единственное из всех за¬
кавказских государств, установившее нормальные отношения с
деникинским режимом. В частях армянской армии служило много
русских кадровых офицеров, за что она получила у грузин про¬
звище «7-й Деникинский корпус»453 . В свою очередь, несколько
тысяч армян, поданным советской разведки, служили в Добро¬
вольческой армии454 . Армянское государство существовало в си¬
туации перманентной гуманитарной катастрофы, блокады, угро¬
зы геноцида. В стране царил голод. Это не могло не сказываться
на состоянии армии.
Многочисленные вооруженные конфликты, в которые закав¬
казские государства вступали между собой, показали, что боевые
качества этих армий были невысоки, в них процветало дезертир¬
ство. За весь период независимости в Закавказье сложился толь¬
ко один военно-политический блок между Азербайджаном и Гру¬
зией. Острый приграничный конфликт между Арменией и Гру¬
зией по поводу принадлежности Борчалинского уезда,
переросший в короткую, но интенсивную войну, и перманентный
армяно-азербайджанский национальный антагонизм способство¬
вали сближению этих двух стран. Кроме того, у всех закавказс¬
ких правительств, кроме армянского, сложились очень напряжен¬
ные отношения с Добровольческой армией, которая не без осно¬
вания считалась реакционной силой, угрожавшей их молодому
суверенитету. Грузия и вовсе пребывала с ней в состоянии войны
из-за территориального спора по поводу принадлежности Сочин¬
ского округа. В свою очередь, Азербайджан являлся предметом
пристального интереса деникинского руководства. Многие из
русских офицеров на азербайджанской службе, включая дежур¬
109

ного генерала при Главном штабе генерала Жиляева, регулярно
снабжали разведку ВСЮР настолько подробными данными, что
«фактически Деникин имел абсолютно все сведения о мусаватс-
кой армии, как о своей собственной»455 .
Постоянная конфронтация кавказских правительств между
собой и их сильная зависимость от западных стран, относивших¬
ся к ним исключительно потребительски, неизбежно делали их
достаточно простой добычей более сильных соседей. Закавказье
стало ставкой в сложной игре между новоявленными союзника¬
ми — Советской Россией и пробуждавшейся кемалистской Тур¬
цией, — исход которой долго не был ясен. Даже в середине нояб¬
ря 1920 г. Сталин не исключал, что «с Арменией уже опоздали,
т.е. ее скушает Кемаль раньше, чем мы подоспеем...»456 Серьез¬
ной почвы для социалистической революции российские боль¬
шевики здесь не находили. Так, по поводу положения в Грузии
Орджоникидзе и Киров докладывали в ЦК: «Надеяться на реша¬
ющий взрыв внутри самой Грузии не приходится... Грузия не мо¬
жет советизироваться без нашей помощи»457 . Подобная обстанов¬
ка складывалась также в Азербайджане и Армении накануне
вступления в них войск Красной армии. Отсюда происходили ли¬
хорадочные поиски «удобных поводов» и «комбинаций» «для на¬
шего вмешательства», недвусмысленные намеки Орджоникидзе
типа: «Держать войска в таком состоянии невозможно. Или мы
должны отвести части, или двинуться, вернее, догадаться (курсив
источника. — А1>.)»458 В свою очередь, командарм-11 Василенко
писал Орджоникидзе: «Я буду ждать от Вас маленькой телеграм¬
мы» о вступлении в Армению (курсив мой. — AZ>.)459. Поэтому тер¬
мин «оккупация территории» применительно к закавказским го¬
сударствам, «осчастливленных» социалистической революцией,
был уместен и использовался в служебной переписке большеви¬
стских вождей460 .
Идеологически предстоящая операция укладывалась в кон¬
цепцию экспорта революции, получившую к тому времени впол¬
не законченный вид в работах и речах Ленина, Сталина, Бухари¬
на и др. Трудовой класс был выделен из нации и противопостав¬
лен ей. При сохранении декларации о праве на самоопределение
перед нерусскими народами ставилась предельно жесткая альтер¬
натива: либо «освобождение трудящихся масс окраин от импери¬
алистического гнета» вместе с Россией, либо «неименуемое им¬
периалистическое ярмо» вместе с Антантой461. С этой точки зре¬
ния в расчет принималось мнение только левых слоев населения
110

национальных регионов, которые не задерживались с призыва¬
ми о помощи к Красной армии. По мнению некоторых современ¬
ников, политика молодого советского государства, по сути, про¬
должила экспансию Белого движения, подхватило из его рук «зна¬
мя Единой России», «собирая» осколки Российской империи462 .
Сценарий экспорта революции в Закавказье впервые был
опробован в Азербайджане. Здесь в апреле 1920 г. был сформиро¬
ван Азербайджанский ревком (Н.Н. Нариманов, Д. Буниатзаде,
М.Д. Гусейнов, А.Г. Караев и др.), который от лица всего народа
попросил помощи Красной армии в свержении режима мусава¬
тистов. После этого части 11-й советской армии немедленно всту¬
пили на территорию страны и уже 28 апреля были в Баку. Азер¬
байджанская армия была отвлечена войной с Арменией и не имела
на северной границе значительных сил и укреплений. К тому же
вследствие хозяйственной неустроенности и интенсивной боль¬
шевистской пропаганды она была подвержена моральному раз¬
ложению и массовому дезертирству463 .
Вступившие в Азербайджан части 11-й армии были по пре¬
имуществу русскими. Это обстоятельство (т.е. отсутствие в крас¬
ноармейских частях армянского элемента), а также горячая под¬
держка советским правительством революционной Турции, на
которую традиционно ориентировались азербайджанцы, понача¬
лу обеспечили Красной армии теплый прием: она «приехала по
железной дороге, радостно встречаемая революционным Бакин¬
ским пролетариатом»464 А.И. Микоян, приехавший на головном
бронепоезде, писал о настоящем братании бакинцев с красноар¬
мейцами, «объятьях, всеобщем ликовании»465 . В то же время боль¬
шевистские настроения местного населения описывались очевид¬
цами как довольно эфемерные, неустойчивые, «инстинктивно¬
сочувственные настроения»466 , «анархический большевизм»
«малокультурной темной толпы»467 . Однако в атмосфере побед¬
ной эйфории это обстоятельство не настораживало советское ко¬
мандование. Встреча красных войск бакинским пролетариатом
действительно была торжественной. Народ устал от нескольких
лет политического и экономического кризиса и ждал перемен.
«Азербайджан пал жертвой умело проведенной политической про¬
паганды», — резюмировал начальник грузинского Генерального
штаба генерал Г.И. Квинитадзе468 .
Новая советская Азербайджанская республика приняла на
себя весь груз проблем прежнего правительства. Между прави¬
тельствами еще демократического Азербайджана и Грузии, не¬
111

смотря на союзнические отношения, шла вялотекущая пригра¬
ничная война, которая не прекратилась и с установлением новой
власти. Продолжался и застарелый конфликт с Арменией. В спор¬
ных Зангезурском, Казахском, Шушинском уездах он выливался
в кровопролитные этнические чистки, справедливо именуемые в
источниках «резней». Азербайджанская армия, руководимая уже
Азревкомом, не просто продолжила свое существование после
прихода Красной армии, но некоторое время после прихода в рес¬
публику Красной армии даже вела боевые действия и против Гру¬
зии и против Армении (в последнем случае царил исключитель¬
ный хаос, и потому говорить об осмысленной правительственной
политике). Пикантность ситуации состояла в том, что правитель¬
ства РСФСР и Грузии заключили 7 мая 1920 г. мирный договор
между собой. Вышедшим к этому времени на грузино-азербайд¬
жанскую границу красноармейским частям оставалось только
наблюдать за стычками между двумя кавказскими армиями, одна
из которых уже считалась советской. Частям 11-й армии стави¬
лась сугубо миротворческая задача: «в районах расположения не
допускать национальной резни и ни в коем случае не проявлять
симпатии к той или иной стороне, являясь контрольным посред¬
ником по ликвидации указанных явлений и принимая самые ре¬
шительные и беспощадные меры как [к] тем, так и [к] другим за
неисполнение законных требований»469 . Красная армия активно
содействовала разведению сторон. Во второй половине мая под
давлением Реввоенсовета 11-й армии Азербайджанский ревком
заключил перемирие с грузинским правительством и приступил
к переговорам. Боевые действия и межэтнические конфликты
пошли на спад. Конечно, не стоит переоценивать в майских со¬
бытиях степень политической самостоятельности Азербайджанс¬
кого ревкома (председатель Н.Н. Нариманов, А. Алимов, Д.Х. Бу-
натзаде, М.Д. Гусейнов, А.Г. Караев, Г.М. Мусабеков и Г.Г. Сул¬
танов). В то же время, стремление к таковой, том числе и в таких
основополагающих направлениях, как ведение внешнеполитичес¬
ких дел и распоряжение собственной армией, несомненно, было.
Характерно, что грузинская сторона не ощутила разницы от сме¬
ны государственного строя в Азербайджане, продолжая обвинять
в эскалации военного конфликта «Азербайджанское правитель¬
ство», разумея Азербайджанский ревком470 .
Перед Реввоенсоветом Кавказского фронта и 11-й армии не
стояло серьезной дилеммы о дальнейшей судьбе азербайджанс¬
ких формирований. По уже сложившейся в годы Гражданской
112

войны повсеместной практике, пленные военнослужащие против¬
ника часто принимались в ряды Красной армии. 11 мая 1920 г. Рев¬
ком АзССР постановил переформировать существующею армию
«на положении РККА Советской России». Части переходили в
оперативное и организационное подчинение РВС 11-й армии
(М.К. Левандовский, К.А. Мехоношин, А.К. Ремезов). Военно-
морской комиссар АзССР отвечал за формирование и мобилиза¬
цию войск471. Старые азербайджанские части составили основу
новых частей (1-й Сводной Азербайджанской Рабоче-Крестьян¬
ской стрелковой дивизии и кавалерийской бригады). Деморали¬
зованные и сильно поредевшие из-за дезертирства азербайджан¬
ские части механически вливались в состав новых войск. 1-я Свод¬
ная стрелковая дивизия впитала в себя остатки 1 -й и 2-й пехотных
дивизий старой армии472 .
Лишь единичные азербайджанские части находились в удов¬
летворительном состоянии. Например, осмотр 2-го Карабахско¬
го конного полка, произведенный инспекцией 11-й армии 28 мая
1920 г., показал, что полк был неплохо сколочен, имел хороший
конный состав. Командирами подразделений являлись строевые
офицеры. Хорошо были обучены пулеметчики полка. Инспекто¬
ры оптимистично смотрели на будущее полка при условии нор¬
мального режима боевой подготовки: «...в настоящее же время
необходимо использовать свободное время и немедленно присту¬
пить к занятиям, тем более, что аскеры необученные — быстро
воспринимают, поэтому обучение их при наличии языка может
проходить вполне успешно»473 . Доброжелательный тон армейско¬
го инспектора кавалерии отражал общий позитивный настрой
русских большевиков к перспективам сотрудничества с азербай¬
джанскими военными.
Наделе, воодушевленный теплой встречей, оказанной бакин¬
ским населением частям Красной армии, Реввоенсовет 11-й ар¬
мии начал принимать в состав Красной армии аскерские фор¬
мирования, причем, как правило, целыми частями и подраз¬
делениями (3-й Гянджинский, 4-й Кубинский, 5-й Бакинский,
6-й Геокчайский). Массовый прием азербайджанских частей в
состав 11-й армии являлся не только политической акцией, но и
настоятельной необходимостью пополнить состав гарнизонных
частей в виду крайней малочисленности армии. Вступившие в
Закавказье части насчитывали лишь 60 тыс. чел. (из них лишь
16 тыс. штыков и 8 тыс. сабель)474 в составе трех стрелковых
(20, 28, 32-я) и двух кавалерийских (1-я и 18-я) дивизий. Войска
113

устали и рассчитывали на отдых после длительного похода через
весь Северный Кавказ и Азербайджан. Имевшиеся силы при¬
шлось растянуть на всем протяжении границ Азербайджана с Гру¬
зией и Арменией и одновременно держать гарнизоны в важней¬
ших пунктах внутри страны. Дивизии непрерывно маневрирова¬
ли, пытаясь сохранять ударные кулаки, а в особых случаях они
даже имели разрешение «не стесняться с отходом по десяткам
верст», для перегруппировки и подготовки контрудара475 .
Легкий успех в Азербайджане подхлестывал энтузиазм Ревво¬
енсовета 11-й армии. В мае 1920 г. он всерьез вынашивал планы
овладения всем Закавказьем. По распоряжению Орджоникидзе
большая часть войск 11-й армии была сосредоточена на границе
с Грузией, и уже 1 мая в Тифлисе была осуществлена неудачная
попытка военного переворота476 . Генерал Г.И. Квинитадзе сви¬
детельствует, что при убитом в столкновении с грузинскими по¬
граничниками красном командире был найден приказ о наступ¬
лении на Тифлис477 . Другая часть войск располагалась на азер¬
байджано-армянской границе. Своих сил у армии было немного,
однако большевики рассчитывали спровоцировать в Армении и
Грузии крупные восстания. Без наличия мощного народного дви¬
жения внутри этих стран «не в наших интересах осложнять отно¬
шения» с ними, полагало руководство 11-й армии. Например, уже
в мае вспыхнуло просоветское восстание в районе города Дели-
жан Казахского уезда Армении. Реввоенсоет 11-й армии немед¬
ленно откликнулся на него, направив на помощь повстанцам ка¬
валерийский полк, получивший наименование «Армения».478 Од¬
нако восстание в Делижане было быстро подавлено армянским
правительством и РВС 11-й армии предпочел отступить.
Конъюнктурный «стихийный большевизм» быстро сошел на
нет, сыграв, впрочем, свою «историческую» роль в большевистс¬
кой пропаганде. «Размажь все это как следует в газетах», — реко¬
мендовал Орджоникидзе А.М. Назаретяну, секретарю Кавказско¬
го бюро ЦК РКП(б). Тот брал под козырек: «Кричать в прессе
начнем!»479 Как только клерикальная и земельная знать оправи¬
лась от первых ударов советских войск, азербайджанские части
также в полном составе стали переходить на ее сторону. В ряде
случаев они становились ядром антисоветских восстаний. Наи¬
более крупный антисоветский мятеж разгорелся 25 мая в Гянд¬
же, где восстала целая дивизия (1-я пехотная генерала от инфан¬
терии А. Шихлинского), уже получившая наименование «1-я Азер¬
байджанская дивизия Красной армии».
114

На момент начала Гянджинского мятежа «многие аулы... даже
не знали о советизации страны»480 . Начальник 20-й стрелковой
дивизии М.Д. Великанов спустя несколько лет после событий,
отмечал, что «старые войсковые части не подверглись коренной
реорганизации, а продолжали существовать без всяких перемен
полинии руководства и командования. Революционные возмож¬
ности этой армии переоценивались»481. Поднимался вопрос о на¬
сыщении азербайджанских частей большевистски настроенными
командирами тюркского происхождения, но его решение пробук-
совывалось за неимением таковых482 . Роковым упущением совет¬
ских властей стало и остаточное финансирование военных учреж¬
дений, что заставляло искать многих офицеров и аскеров лучшей
доли в гражданских учреждениях и «на службе буржуазии», ина¬
че говоря, дезертировать483 .
Восстание 1-й Азербайджанской дивизии Красной армии про¬
изошло, когда советские части 20-й стрелковой дивизии только
входили в город и значительно уступали восставшим в силах. На
сторону восставших стали добровольцы, пришедшие записывать¬
ся в Красную армию. Азербайджанские части сознательно были
сконцентрированы советским командованием в Гяндже для пе¬
реформирования. Новое командование дивизии (начальник
С.С. Шевелев, военком И.И. Леженин, начальник штаба Соко¬
лов) полагало, что таким образом будет «удобнее наблюдать за ча¬
стями», а также обеспечить их продфуражом.
В течение 26 мая вся татарская часть города, пригородные
предприятия и железнодорожный вокзал были захвачены восстав¬
шими, насчитывавшими 10—12 тыс. чел. Их трофеем стала вся
артиллерия 20-й дивизии. В течение 26—29 мая к городу были стя¬
нуты значительные силы Красной армии и входе нескольких кро¬
вопролитных штурмов город был взят. В напряженный момент
боя 31 мая из тюрьмы, расположенной в центре города, вырва¬
лась большая группа пленных командиров во главе с начальни¬
ком 3-й бригады Г.А. Ширмахером. Они ударили в тыл повстан¬
цам и значительно ускорили их разгром484 .
С границы с Грузией были сняты все находившиеся там час¬
ти 20-й стрелковой дивизии. Грузинский генерал Г.И. Квинитадзе
не без оснований полагал, что в период Гянджинского восстания
положение большевиков в Закавказье было столь шатким, что
Грузия имела, пожалуй, единственный шанс разбить их и выпол¬
нить союзнические обязательства по отношению к Азербайджа¬
ну485 . Советское руководство действительно было столь обеспо¬
115

коено возможным разрастанием восстания, что всерьез рассмат¬
ривало возможность полного оставления территории Азербайд¬
жана (кроме Баку)486 . Провал в Гяндже расценивался как провал
«всей нашей политики в Закавказье и на всем мусульманском
Востоке»487 . Исходя из того, что только «самые жестокие распра¬
вы в Гяндже, вплоть до полного разрушения города, смогут раз¬
рядить всю создавшуюся атмосферу», Левандовский требовал от
руководителя операции Великанова: «Теперь же приказываю...
начать разрушать квартал за кварталом и разрушить весь город»
(здесь в машинописный текст рукой Левандовского вписано: «до
основания»); «Подавление восстания должно носить характер са¬
мой жестокой и беспощадной расправы. За каждую пролитую
кровь красноармейцев всех участников восстания расстреливать
без всякого суда»488 . В дальнейшем, впрочем, РВС 11 -й армии вер¬
нулся к миролюбивому тону, потребовав у нижестоящих началь¬
ников «использовать все средства для мирного успокоения», про¬
явить «исключительную предупредительность» добровольно сло¬
жившим оружие аулам489. Мероприятия по разоружению сочетали
карательные меры (взятие заложников, обстрелы селений и квар¬
талов) с раздачей помещичьих земель бедноте.
Гянджинское восстание неизбежно уточняло положение
Красной армии в политическом пространстве Азербайджана и
всего Закавказья. Один из политначальников 11-й армии, Я. Ни-
кулихин, определил ее функцию так: «Она являлась... силой, зак¬
репляющей и поддерживающей в проведении в жизнь волю тру¬
дящихся»490. Если отбросить пропагандистскую риторику, то,
иными словами, красноармейские части под революционными
лозунгами выполняли традиционные функции оккупационных
войск: расположившись гарнизонами, несли полицейскую служ¬
бу. Не собираясь ни при каких условиях покидать территории за¬
кавказских республик, они в то же время рефреном повторяли те¬
зис о своем временном пребывании в Закавказье.
Интересно отметить, что как и на Северном Кавказе, мест¬
ное население воспринимало 11-ю Красную армию как русскую
и оккупационную: «Скопление большого количества войск, вер¬
нее, едоков, тяжелым бременем ложится на население, — призна¬
вался Орджоникидзе Ленину. — От мясных заготовок население
буквально стонет и проклинает все и вся — и советскую власть, и
красную армию, и русских...»491 Начальник 1-й азербайджанской
пехотной дивизии генерал Шихлинский сдавал 7 мая 1920 г. уча¬
сток обороны «российским войскам»492 . Гянджинскому восста¬
116

нию предшествовали упорные слухи о том, что «русские хотят
вновь взять в свои руки власть над мусульманами»493 . В свою оче¬
редь, большевистское руководство охотно использовало форму¬
лу «мы, русские»494 , особенно во «внешних» сношениях с кавказ¬
скими политиками и в пропагандистской работе с коренным на¬
селением.
Советское командование подчеркивало свою нейтральную
позицию в отношении межнациональных проблем, волновавших
Закавказье. На момент вступления частей Красной армии в Азер¬
байджан жестокая межнациональная резня шла во всех пригра¬
ничных с Арменией районах. Курс на строгий нейтралитет и
разведение сторон многократно подчеркивался в приказах РВС
11-й армии и Кавфронта. В одном из них от войск в категоричес¬
кой форме требовалось: «В районе расположения не допускать на¬
циональной резни и ни в коем случае не проявлять симпатии к
той или иной стороне, являясь контрольным посредником по лик¬
видации указанных явлений и принимая самые решительные и
беспощадные меры как [к] тем, так и [к] другим...»495 Точно та¬
кую же миротворческую роль Красная армия взяла на себя на гру¬
зино-азербайджанской границе496 . В ходе Гянджинских событий
линия фронта пролегла по естественной преграде — реке Гянд-
жинке, — разделявшей город на татарскую и армянскую части.
Естественным в этой ситуации было участие на боях на стороне
Красной армии местных армянских ополченцев (красным помо¬
гали также немецкие крестьяне из пригородной колонии Еленен-
дорф). Однако попытки армянских ополченцев после подавления
мятежа пограбить противника и «особенно... устроить резню»,
были пресечены497 . Во время разоружения восставших даже при¬
шлось отделить коммунистов-армян от коммунистов-азербайд¬
жанцев, чтобы «не создавать провокацию»498 .
Восстание в Гяндже принципиально изменило вектор раз¬
вития азербайджанских вооруженных сил. Оно позволило РВС
11-й армии вздохнуть с облегчением: «Спорный вопрос о поряд¬
ке пересоздания военного аппарата и армии Азербайджанской
республики разрешился самим ходом развития революции. Штаб
и армия легко втягивались в контрреволюционные организации...
поэтому первыми подпали под удары при борьбе с контрреволю¬
цией»499 . Отныне Реввоенсовет мог позволить себе не оглядывать¬
ся на азербайджанских большевиков, запятнавших себя близос¬
тью к мятежникам, и ставило свои условия в ультимативном по¬
рядке. По требованию РВС азербайджанская армия и все ее
117

институты были распущены, за исключением нескольких частей,
разворачиваемых в трехполковые стрелковую и конную бригады
(2-й Карабахский конный полк, Бакинский полк, караульный
батальон Баку и некоторые другие), в которых оставались только
добровольцы. Реорганизованы был караульные части. Принято
было решение о создании школ для подготовки командного и ун¬
тер-офицерского состава500 . Особое внимание обращалось на
классовое «лицо» военнослужащих. Добровольцы принимались
только с рекомендацией партии и с испытательным сроком в
6 месяцев. Левандовский требовал у начдива Шевелева «руковод¬
ствоваться исключительно революционной сознательностью» при
подборе командиров и «не стесняться назначать рядовых аскеров
на высшие командные должности, ни в коем случае не принимать
беков и ханов»501.
Реорганизация центрального аппарата Наркомата по военным
и морским делам заключалась прежде всего в кадровой чистке.
После мятежа пост наркома занял А.Г. Караев. Он подчинялся
временному чрезвычайному высшему органу власти в республи¬
ке — Азревкому (существовал до мая 1921 г.) Наркомвоенморат,
как и прежде, занимался учетом и распределением военнообязан¬
ных, формированием частей и соединений. Изменялась струк¬
тура и назначение национальных частей. К середине сентября
1920 г. к боевым частям относились 1-й Бакинский им. 26-ти полк
и формировавшаяся 1-я Азербайджанская стрелковая дивизия
трехбригадного состава по три полка в каждой с кавалерийской
бригадой (12 июля 1920 г. дивизия переименована в 1-ю Азербай¬
джанскую рабоче-крестьянскую сводную). Весь старший коман¬
дный состав в дивизии был заменен на русских командиров (до
мятежа все командиры полков были азербайджанцами). Осталь¬
ные подразделения являлись караульными ротами и сотнями при
центральном и уездных военкоматах502 . 1-я Азербайджанская ди¬
визия также длительное время использовалась на караульной
службе и хозяйственных работах в ущерб боевой подготовке. По
этой причине осенью дивизия считалась «не только небоеспособ¬
ной, но и не достаточно воспитанной в духе Российской Крас¬
ной армии»503 . В аналогичном состоянии пребывали в 1920 г. и
другие азербайджанские («тюркские») части504 .
Эволюция высшего органа военного управления — Азнарком-
военмората — шла по пути его слияния с управлением 11-й ар¬
мии и превращения в армейский орган, отвечавший за военно¬
мобилизационную работу. В начале января 1921 г. обсуждалась
118

схема, предложенная Реввоенсоветом 11-й армии, согласно ко¬
торой «управление армии замещает в отношении наркомвоенмо-
рата центральные учреждения Красной армии», но в то же время
командарм становился заместителем наркомвоенмора. Аналогич¬
ный порядок предлагалось распространить на военную систему
недавно советизированной Армении505 .
1-я Азербайджанская сводная дивизия просуществовала до
13 ноября 1920 г., пока из-за небоеспособности не была расфор¬
мирована и по частям передана на усиление частей 11-й армии.
К этому времени не удалось подготовить сколько-нибудь значи¬
тельного количества азербайджанских командиров. Все команд¬
ные должности в дивизии занимали русские командиры. Первый
в советской истории эксперимент по созданию лояльных советс¬
кой власти и сравнимых по боевой мощи с русскими азербайд¬
жанских частей был окончен. По мере успешной советизации
Азербайджана острая нужда в революционных национальных вой¬
сках здесь отпала.
В то же время задачи легитимизации революции в еще неза¬
висимых закавказских государствах настоятельно требовали со¬
держания таких частей. Именно их борьба внутри страны прида¬
вала событиям характер классовой и гражданской войны. Воен¬
ком 32-й стрелковой дивизии И.А. Свиридов призывал «бросить
армянские массы в гражданскую войну. Необходимо создать кро¬
вавую вражду между армянской беднотой и дашнаками. Необхо¬
димо, чтобы между ними легла кровь... Это нужно сделать при
помощи армянских отрядов...»506 В период между завоеванием
Азербайджана и Армении, т.е. с начала мая по начало декабря
1920 г. Реввоенсовет 11-й армии активно поддерживал армянс¬
кие революционные отряды в приграничных с Азербайджаном
Казахском и Делижанском уездах (в последнем просоветское вос¬
стание вспыхнуло уже в мае 1920 г.), с помощью которых он рас¬
считывал ворваться в Армению. Собственных сил для этих целей
было явно недостаточно: на всем протяжении границы с Армени¬
ей были растянуты части лишь одной 20-й стрелковой дивизии.
В июне 1920 г. в Казахском уезде имелось 1500 «великолепно
организованных» повстанцев под командой А. Тархана507 . Их нуж¬
ду в вооружении, боеприпасах и артиллерии 11-я армия покры¬
вала за счет собственных ресурсов. «Обращаю Ваше внимание на
необходимость помощи армянам-повстанцам», подчеркивал в
переговорах с командармом-11 председатель Кавбюро РКП(б)
Г. Орджоникидзе. Отряд в оперативном отношении подчинялся
119

начдиву-20 Великанову, усилиями которого он был переформи¬
рован в стрелковый полк (сам Тархан называл его «Армянской по¬
встанческой армией»508 ) в составе девяти рот и двух рот, прико¬
мандированных из 20-й дивизии при 10 пулеметах и 4 орудиях.
Любопытно, что в период формирования к полку охотно присое¬
динялись («рвались» в него) азербайджанские мусульмане «для на¬
ступления на дашнаков»509. Предстоящее использование полка
против дашнакских частей дало наштарму Ремезову повод для
некорректного каламбура: «Хорошая получается штука: армяне
будут колотить армян же совместно с мусульманами, чего в исто¬
рии еще не бывало»510.
Ставка на отряд Тархана оказалась ошибочной: подхлестыва¬
емый армянскими большевиками, он постоянно ввязывался в
неравные бои, нес большие потери. «Слезно Тархан и Армянс¬
кий комитет [большевиков] просят выслать русские войска для
поддержки», — сообщал начдив-20 Великанов511. Результатом
бурной партизанской деятельности отряда Тархана было лишь то,
что «этот отряд высосал из дивизии почти все патроны и много
оружия» и, по словам Великанова, «как бы нам не пришлось его
разоружать»512. Вскоре отряд был переименован в бригаду, одна¬
ко из-за проблем со снабжением и военных неудач в ней нача¬
лось массовое дезертирство. В июне отряд был отведен в Гянджу,
где стал 7-м Азербайджанским (!) стрелковым полком Азербайд¬
жанской сводной дивизии. Однако и отсюда «оборванные до не¬
возможности» армянские бойцы были отведены, «чтобы не по¬
зориться»513 .
Судьба Армении решилась на большой международной аре¬
не. По Севрскомудоговору (10 августа 1921 г.), оформившему рас¬
пад Османской империи и раздел ее территории между странами
Антанты, Армении отошли северо-западные вилайеты Турции.
Однако последняя в нарушение договора 28 сентября 1920 г. на¬
чала войну против Армении. 40-тысячный 15-й пехотный корпус
повел наступление на Сарыкамыш и Карс. 7 ноября турки заня¬
ли Александрополь. Большинство жителей Карса, Александропо-
ля и других городов были уничтожены. В стране начался очеред¬
ной этап гуманитарной катастрофы, царил голод. По неполным
данным, потери Армении в этой войне составили до 200 тыс. чел.
Дашнакское правительство вынуждено 2 декабря подписать с тур¬
ками кабальный Александропольский договор, сводивший тер¬
риторию Армении к району г. Эривань. Армия Армении была де¬
морализована и не могла противостоять туркам. По словам на¬
120

чальника оперуправления Главного штаба армянской армии
М. Фесенко, «армяне боятся турок, даже если имеют численный
перевес», турки слыли «непобедимым противником»514. На на¬
чало декабря армия насчитывала 14 тыс. чел., из них 7 тыс. шты¬
ков и 1 тыс. сабель, однако из-за массового дезертирства в реаль¬
ности эти цифры были меньше на 30—40 %515.
Воспользовавшись тяжелым положением Армении, 29 нояб¬
ря советское командование ввело свои войска на территорию
страны, и уже 2 декабря дашнакское правительство, не имея сил
к сопротивлению и выбирая меньшее из зол, сложило свои пол¬
номочия в пользу советской власти.
В походе на Армению принимал участие «Полк особого на¬
значения (Армянский)»516. Он двигался в авангарде наступающих
войск вместе с Ревкомом Армении (С.И. Касьян, А.А. Мравян,
А.А. Бекзадян, А.С. Нуриджанян, С.М. Тер-Габриэлян), провоз¬
глашавшим по пути советскую власть. Пропагандистский кон¬
текст этого мероприятия очевиден. Любопытно, что демонстра¬
ционные функции полка были предназначены лишь для «внут¬
реннего потребления»: информация о его продвижении в глубь
республики не оглашалась публично, видимо, чтобы не раздра¬
жать Турцию, которая предпочитала видеть на своей границе рус¬
ские войска. В то же время и советское командование имело ди¬
рективу содействовать Армянскому полку, «не афишируя без на¬
добности своей части». Последнее предполагалось только в случае
оказания противником сильного сопротивления517.
До начала 1921 г. армянская армия пребывала в своем перво¬
начальном, «развалившемся» состоянии, а ее главнокомандую¬
щий даже именовался «товарищ Дро». Вскоре, однако, выявились
принципиальные разногласия между Драстаматом Канаяном
(Дро) и большевистским руководством (советская литература пи¬
сала: «выяснилось контрреволюционное лицо Дро»518), и знаме¬
нитый борец с турецкой агрессией сдал дела по случаю «отъезда
из Армении»519. Армию возглавил подполковник Генерального
штаба М.В. Молкочанов. Пост начальника штаба сохранил за со¬
бой его прежний начальник Генерального штаба генерал-лейте¬
нант русской службы Ахвердов; в феврале 1921 г. его сменил Ге¬
нерального штаба полковник и один из руководителей Главного
штаба армии дашнакской Армении Притоманов.
Так же как и в Советском Азербайджане, в Армении был со¬
здан Наркомат по военным делам во главе с А.С. Нуриджаняном.
Армянские части по наблюдениям советских военных, «вели себя
121

хорошо», их состоянием и численностью интересовался Главно¬
командующий Красной армией520 . Армянская армия имела боль¬
шое количество английского и французского вооружения и сна¬
ряжения, полученного согласно союзным обязательствам. К нача¬
лу февраля 1921 г. армянская армия была частично реорганизована,
имела управленческие структуры (штаб, политотдел, тыл, инспек¬
ции, штабы спецвойск), 3 стрелковых бригады двухполкового со¬
става и кавалерийскую бригаду общей численностью 4346 шты¬
ков, 343 сабель, 3449 строевых военнослужащих, 14 164 едоков при
185 пулеметах и 47 орудиях521. Численность ее динамично росла
за счет возвращавшихся в части дезертиров и добровольцев. И те
и другие спасались в армии от голода.
Рядовое население, принимавшее Красную армию «хлебом-
солью», требовало, прежде всего, защиты от турок, поэтому счи¬
талось, что, «как только Красная армия уйдет, дашнаки вернут¬
ся»522 . Красная армия действительно была отвлечена завоеванием
Грузии. В Армении осталась только малочисленная 28-я стрелко¬
вая дивизия, полки которой насчитывали по 150—200 штыков523 .
Среди местных коммунистов также был силен национализм524 .
13 февраля 1921 г. в антибольшевистские силы подняли в Арме¬
нии крупное восстание, захватили Эривань и удерживали боль¬
шую часть страны до начала апреля. Причиной восстания стали
мероприятия по разоружению населения, воспринимавшиеся как
разоружение армян. Возглавлял восстание командир армянских
ополченцев в годы Первой мировой войны Нджей. Советские ис¬
точники отмечали повсеместное объединение армян и мусульман
в борьбе с большевизмом525 . Остатки Армянской Красной армии
составили так называемую кармалинскую группу, долгое время
действовавшую в отрыве от остальных советских войск. РВС
11-й армии не имел сведений об армянской советской армии и
сомневался в самом ее существовании. Эривань была взята час¬
тями 20-й стрелковой дивизии, а руководству последней (Мол-
кочанов, Притоманов, военком Свиридов) пришлось в дальней¬
шем опровергать «превратное мнение» о себе и доказывать «об¬
разцы мужества», проявленные армией в борьбе с дашнаками526 .
После окончательного разгрома дашнакских повстанцев и в
связи с общим сокращением Красной армии были расформиро¬
ваны и армянские красноармейские части. 18 ноября 1921 г. они
были сведены в стрелковую бригаду двухполкового состава и ка¬
валерийскую бригаду. Приказом Командующего Отдельной Кав¬
казской армии (бывшей 11-й армии) от 5 сентября 1922 г. Армян-

ская сводная бригада была переформирована в Армянскую стрел¬
ковую бригаду527 .
12 февраля части Красной армии на двух участках перешли
границу с Грузией. Поводом к этому стало начало повстанческо¬
го движения в приграничном с Арменией Борчалинском уезде
«грузкрестьян в пользу советвласти, зверства со стороны грузко-
мандования... и одновременно угроза [наступления] грузвойск
[на] территорию А[рмянской] ССР». Грузинские военные чув¬
ствовали свою обреченность и не оказали красным частям серь¬
езного сопротивления: «все бежало в полном беспорядке»528 . На
ст. Шагалы советское командование констатировало «неописуе¬
мый подъем духа» грузинских «красных повстанцев»; «красный
бунт растет»529 . Грузинская армия не смогла оказать советским
войскам организованного сопротивления, и уже 25 февраля ими
был занят Тифлис. Правительство Грузии переместилось внача¬
ле в Кутаиси, затем в Батуми, а вскоре и вовсе сложило свои пол¬
номочия. 18 февраля была провозглашена Грузинская Социали¬
стическая Советская Республика во главе с Ревкомом (А.А. Гегеч¬
кори, Б.Е. Квиркелия, Ф.И. Махарадзе, А.М. Назаретян, М.Д. Ора-
хелашвили, Ш.З. Элиава).
В Грузии также декларировалось создание местной красной
армии — все для того, чтобы население поверило, что русская
«Красная армия Советской Республики находится в Грузии вре¬
менно».
Декретом Ревкома Грузинской ССР от 11 марта 1921 г. было
объявлено о создании Красной армии Грузии. Одновременно был
образован Наркомат по военным и морским делам Грузинской
ССР во главе с Ш.З. Элиавой. Армия меньшевистского правитель¬
ства и «Народная гвардия» были распущены. Красная армия Гру¬
зии также строилась по образцу российской Красной армии. К кон¬
цу марта была сформирована 1-я Грузинская стрелковая брига¬
да. Одновременно создавались специальные части и подразделения
на базе 1-го Грузинского стрелкового полка (созданного еще год
назад по инициативе Орджоникидзе). В апреле 1921 г. создана
1-я Грузинская стрелковая дивизия в составе трех стрелковых и
кавалерийской бригад, отдельного стрелкового полка, артилле¬
рийских и других специальных частей. Ксередине 1921 г. Грузин¬
ская Красная армия насчитывала свыше 17 тыс. штыков и сабель.
Сокращение армий всех трех закавказских советских респуб¬
лик и сведение их в отдельные национальные дивизии — по од¬
ной на каждую республику — проводилось в рамках радикально¬
123

го (почти десятикратного к 1924 г.) сокращения численности
всей Красной армии. Национальные дивизии даже выиграли от
этого сокращения, поскольку им были выделены излишки мате¬
риальной части, оставшиеся после сокращения частей 11-й ар¬
мии и переформирования ее 29 мая 1921 г. в Отдельную Кавказ¬
скую армию. Первоначально предполагалось перебросить в За¬
кавказье и полевое управление 10-й армии. Однако усилиями
Орджоникидзе удалось не допустить этого. Серго указывал на
нецелесообразность нагромождения тылов, продовольственных
служб и неизбежную «политическую путаницу», связанную с
усилением имиджа Красной армии как оккупационной и пара¬
зитарной530 .
Советское руководство полно решимости экспортировать ре¬
волюцию в сопредельные с границами бывшей империи страна¬
ми — прежде всего в соседнюю раздираемую внутренними про¬
тиворечиями и наполовину оккупированную английскими войс¬
ками Персию. С этой целью решено было использовать
революционное движение в приграничной с Азербайджаном про¬
винции Гилян. Во главе движения стоял местный вельможа Мирза
Кучук-хан, известный своим авантюризмом, тщеславием и ковар¬
ством531 . Эти качества делали его весьма неудобным политичес¬
ким партнером, однако иных вариантов у советского руководства
не было. К тому же Кучук-хан обладал реальной властью и вну¬
шительной для тех условий военной силой — до 5 тыс. чел. На
фоне персидских губернаторов, которые были «приятными джен¬
тльменами и очаровательными представителями Тегерана» на
местах, но ничего более, могущественный разбойник Кучук-хан
представлялся всем «спасителем Персии, который выгонит ино¬
странцев и вернет стране ее прежний золотой век» 532 . Иностран¬
цами являлись русские и англичане, оккупировавшие страну в
годы Первой мировой войны. Русский экспедиционный корпус
генерала Баратова и его осколка в виде отряда Бичерахова поки¬
нул Персию еще в 1918 г. Англичане же, напротив, старались уси¬
лить свое присутствие в стране. Они предприняли попытку со¬
здания вспомогательных войск из персов и поначалу, как им ка¬
залось, разгадали секрет успеха «в этой стране, где “вид” играет
такую большую роль»533 . Персидских партизан одели в прилич¬
ную военную форму, что оказало серьезное дисциплинирующее
влияние на них. Впрочем, им не пришлось участвовать в сколь¬
ко-нибудь серьезных боях, они использовались в качестве гарни¬
124

зонных и полицейских команд и в этой ипостаси оправдали свое
существование. На большее рассчитывать было невозможно, по¬
скольку, по наблюдению английского генерала Денстервиля, гос¬
подствующим настроением среди персидских партизан была го¬
товность «поддержать того, кто выиграет игру, но они все никак
не могли решить, на чьей стороне будет победа»534
На рубеже 1920—1921 гг. на территории Советского Азербай¬
джана было приступлено к формированию Персидской Красной
армии. Армия комплектовалась этнически родственными азер¬
байджанцами (их нередко именовали иранскими азербайджанца¬
ми). Сформировать, однако, удалось лишь один полк (названный
2-м Азербайджанским), к которому был прибавлен кадровый полк
из состава 28-й стрелковой дивизии 11-й армии.
В начале сентября 1920 г. Персидская Красная армия вступи¬
ла на территорию Ирана с целью захвата г. Решт и укрепления
там. В первые же дни азербайджанский полк «рассеялся по го¬
рам» и армия стала полностью русской по составу535 . Оставалось
отбросить революционный антураж и поставить на очередь прин¬
ципиальный вопрос: «или о ликвидации Рештской операции или
о продолжении ее, но уже в форме оккупации и завоевания рус¬
скими частями...»536 В последнем случае советское правительство
стало бы прямым продолжателем царской политики и закономер¬
но получило бы вполне определенное отношение к русским со
стороны населения Северной Персии — «чувство крайней нена¬
висти»537 .
«Маститый вождь Персии» Реза-Хаджи («товарищ Риза Хад¬
жиев»), приглашенный на 2-й Съезд советов Горской республи¬
ки в январе 1922 г., еще провозглашал скорую победу революции
в своей стране538 , но, по существу, в ней уже разочаровалось со¬
ветское руководство. Вскоре персидский проект был отвергнут.
Советское правительство не имело достаточных сил для распост-
ранения влияния на эту страну и предпочло в 1921 г. заключить с
ней мирное соглашение.
В целом опыт Гражданской войны в национальных регионах
Кавказа показал, что красное вооруженное движение даже в та¬
ких пролетарских центрах, как Баку или Грозный, неизменно ок¬
рашивалось в национальные тона, в то время как классовое на¬
чало затушевывалось и даже совсем исчезало. Большевикам не
приходилось рассчитывать даже на простое усвоение большевис¬
тской доктрины в условиях, когда классовое расслоение и клас¬
125

совая борьба находилась в зачаточном состоянии, а межнацио¬
нальные противоречия (даже на социально-экономической по¬
чве — например, по поводу несправедливого землеустройства)
были обострены до предела. Поэтому кавказские народы так и не
смогли самостоятельно «родить» свою коммунистическую армию,
а большевики вынуждены были лавировать в тактических союзах
с кавказскими народами в широком диапазоне от участия в эт¬
нических чистках до попыток организации национальных про¬
летарских частей.

ГЛАВА 6
«ИСТОЧНИК ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ МОЩИ
КРАСНОЙ АРМИИ» (1930-е гг.)
Итак, в годы Гражданской войны плана и системы в созда¬
нии национальных формирований не было, да и не могло быть,
как ввиду объективных трудностей военного строительства, так
и в силу того, что многие национальные окраины бывшей Рос¬
сийской империи были советизированы значительно позже цен¬
тра. Различия социально-экономического и культурного уровней
регионов Советского Союза, национальная пестрота населения
отдельных республик, а также полное отсутствие у целого ряда
народов всяких военных традиций и национальных военных кад¬
ров не позволяли двигаться по пути национального военного стро¬
ительства уже в первые мирные после Гражданской войны годы.
Однако вопрос о национальных формированиях в эти годы
имел важнейшее политическое значение, особенно ввиду интен¬
сивных объединительных процессов в послевоенные годы, окон¬
чившихся созданием в декабре 1922 г. союзного государства. Для
национальных меньшинств наличие собственных воинских фор¬
мирований было знаком и залогом сохранения государственной
и культурной независимости. Для Красной армии многочислен¬
ны нерусские контингенты являлись, по выражению М.В. Фрун¬
зе, «источником дополнительной мощи».
Законодательно вопрос о привлечении на военную службу
представителей народов, ранее не служивших в армии, был решен
постановлением Совета Труда и Обороны 10 мая 1920 г. В первом
пункте постановления указывалось, что граждане нерусской на¬
циональности Кавказа, Сибири, Туркестана и других окраин под¬
лежат призыву в ряды Красной армии на одинаковых основаних
с остальными граждами РСФСР. Однако уже второй пункт пре¬
дусматривал возможность временного освобождения от призыва
некоторых национальностей. Право освобождения было предос¬
тавлено местным органам власти по согласованию с губернски-
127

ми военными комиссарами и Всероглавштабом. При этом пред¬
лагалось мероприятия по освобождению той или иной националь¬
ности от военной службы представлять каждый раз на утвержде¬
ние СТО с мотивированным объяснением необходимости осво¬
бождения. Все освобождаемые по постановлению подлежали
привлечению к государственной трудовой повинности с учетом
местных бытовых и хозяйственно-экономических условий.
В развитие постановления СТО от 20 мая 1920 г. в 1921 г. Штаб
РККА запросил соображения военных округов о возможности
призыва нацменьшинств. В округах были образованы особые со¬
вещания с участием представителей местных властей, военных и
обсуждаемых народностей. Командование Красной армии поста¬
вило на рассмотрение комиссий широкий перечень вопросов: ка¬
кие народности и в какой форме можно привлечь к военной служ¬
бе немедленно, для каких ее можно заменить трудовой повинно¬
стью и на каких условиях и для каких сохранить льготы в полном
объеме и т.д.
На местах к вопросу о призыве подошли серьезно; по мнению
Дагестанского ревкома, пришла пора «сдвинуть дело с мертвой
точки». Материалы из округов продолжали поступать до октября
1922 г., поэтому ко времени призыва осенью 1922 г. вопрос о не¬
русских национальностях не был решен. В постановлении СНК
от 6 сентября 1922 г. о призыве граждан, родившихся в 1901 г.,
оговаривалось: «Граждан, кои по своим национальным, бытовым
и экономическим условиям не призывались в ряды армии при
ранее бывших призывах, от призыва, согласно настоящего поста¬
новления, освободить»539 .
Помимо и независимо от Штаба РККА в том же 1922 г. воп¬
рос о призыве нацменьшинств обсуждался в Наркомнаце, где тоже
была создана специальная комиссия. Она сочла возможным и
необходимым распространить всеобщее военное обучение во всех
союзных и автономных республиках и областях. По вопросу же о
призыве жителей национальных окраин в армию Наркомнац до¬
пускал целый ряд исключений. В частности, было отмечено, что
«принцип мобилизации и отбывания воинской повинности при¬
ходится совершенно отбросить по отношению к кавказским на¬
родностям, населяющим Дагреспублику, Горреспублику, Кабар¬
дино-Балкарскую, Карачаево-Черкесскую и вообще горцев Се¬
верного Кавказа»540 .
ВЦИК учел эти мнения в своем постановлении от 28 сентяб¬
ря 1922 г., содержащем норму о «временной отсрочке» «тем из
128

населяющих РСФСР народностей, которые по своим культурным
и бытовым особенностям еще не могут... дать вполне годных во¬
инов...» Близкую по содержанию статью содержал проект «Уста¬
ва об обязательной военной службе» (1923 г.) Перечень освобож¬
денных от службы народностей здесь почти полностью повторял
аналогичный перечень дореволюционного «Устава о воинской
повинности».
Освобождение от обязательной срочной службы северокавказ¬
ских горцев диктовалось не только отсутствием у них историчес¬
кого опыта прохождения таковой, но и сложной социально-по¬
литической обстановкой в регионе. На Северном Кавказе совет¬
ская власть утверждалась с трудом. После кровопролитных
антисоветских восстаний конца 1920 — начала 1921 г. централь¬
ным властям пришлось ослабить прессинг военного коммунизма
на горцев, констатировав, что «Наделе мы не сдержали... ни од¬
ного обещания, данного горцам. Мы не дали ни земли, ни хлеба,
ни мануфактуры...», — писал в ЦК РКП(б) в феврале 1922 г. пол¬
номочный представитель ВЧК К.И. Лансер541. «Единственное, что
мы сделали для горцев, — продолжал он, — это оставили их в по¬
кое, вернее, в забросе»542 . Это означало, что у руля встали мест¬
ные большевики. В ноябре 1920 г. была образована Горская Ав¬
тономная Советская Социалистическая Республика, а в январе
1921 г. — Дагестанская. Центральной власти удалось избежать се¬
паратистского толкования автономии и, по замечанию одного из
местных работников, «с центром у нас отношения правильные»543 .
Местное руководство не могло игнорировать традиционную
схему построения власти на Северном Кавказе, опиравшуюся на
горских авторитетов (шейхов, мулл, кади)544 . Благодаря стремле¬
нию учитывать интересы всех слоев населения работа партийных
и советских чиновников превращалась в «сплошную дипломати¬
ческую аудиенцию»545 . Поэтому работа ревкомов вскоре свелась
к распределению продовольствия и товаров народного потребле¬
ния, а перестройка горского хозяйства и общества на социалис¬
тических основах оставались в далекой перспективе. Негативно
сказывалась клановая структура горских народов, особенно силь¬
но сказавшаяся в Чечне, «беднота требовала разгона» «богатеев
плоскостной Чечни, засевших в Чеченском исполкоме» (имелся
в виду клан Эльдарханова)546 . Борьба интересов (прежде всего,
земельные споры) привели к расколу Горской республики уже в
первый год ее существования. В течение 1921 г. из ее состава выш¬
ли Кабарда, Карачай и Балкария. На Втором Съезде советов Гор¬
5 -4998
129

ской республики было объявлено, что «советские Кабарда и Ка-
рачай почти объявили войну друг другу на почве земельных не¬
доразумений, и есть данные, что со стороны Карачая есть десят¬
ки убитых»547 . Кабардинской стороной командовал лично Бетал
Калмыков — председатель Кабардино-Балкарского ревкома. По¬
добный конфликт вспыхнул также между кабардинцами и эльхо-
товскими осетинами. Все это давало Москве повод считать мест¬
ных руководителей «представителями местной самостийности»548 .
История как бы пошла по кругу: выдвинутые вместо пришлых
работников местные коммунисты очень скоро перестали удовлет¬
ворять Москву. В свою очередь, горские лидеры были недоволь¬
ны, что их вопросы решаются «с кондачка», на основе «весьма
смутных» данных549 . Особенно резкой критике подвергалось Юго-
Восточное бюро РКП(б), руководители которого часто менялись,
следствием чего, по замечанию лидеров Дагестана Н. Самурско-
го и Д. Коркмасова, становилось то, что пока каждый новый на¬
чальник входил в курс дела, «горские затылки оказываются в кровь
разбитыми от ошибочных тумаков и подзатыльников»550 .
Наиболее тревожное положение складывалось в Чечне и Ин¬
гушетии, тем более считалось, что «спокойствие всего Кавказа
зависит от спокойствия Чечни»551. В начале 1922 г. констатиро¬
валось, что власти пока «недостаточно изучили» Чечню: «что же
она из себя представляет, чем живет, чего желает...»552 Между тем
наблюдались «анархия, неудержимый рост шариатских тенден¬
ций, подготовка к началу активных действий, отсутствие советс¬
ких аппаратов на местах»553 . «Нашего влияния ни на грош!»554 —
нашестом году революции, в январе 1923 г. констатировал К.Е. Во¬
рошилов. В этом «бурлящем котле» Кавказа на руках у населения
имелось около 70 тыс. винтовок, царили банды, представители
власти не могли передвигаться «без риска для жизни»555 . Но, что
самое важное, чеченское общество оказалось наиболее патриар¬
хальным и религиозным, а потому и трудно восприимчивым к
коммунистической пропаганде. «Пресловутые “расслоить”, “опе¬
реться на бедноту”, “вырвать массу из-под влияния кулачества и
святых” и прочие красиво звучащие слова оставались на бумаге и
висли в воздухе, а жизнь текла своим порядком, не считаясь с
сильными желаниями т. Гикало и других коммунизировать “свя¬
тую” и мулльскую Чечню», — признался Ворошилов556 .
Рассмотрение вопроса о призыве «националов» шло в период
бурной политической дискуссии о национальном строительстве
и в условиях сложного, часто силового сценария насаждения со¬
130

ветской власти на местах. В марте 1921 г. на X съезде РКП (б) на¬
циональный вопрос стал одним из центральных. Для большин¬
ства делегатов было очевидно, что национальное движение, куль¬
турная революция на местах были разбужены революцией. При
этом подчеркивалось, что во многих регионах «мы прозевали это
национальное движение... не сумели направить по нашему рус¬
лу... прозевали его и оно целиком пошло по пути, по которому
его повели местная мелкобуржуазная интеллигенция и кулачье»,
что национальный вопрос в непролетарской окраине бывшей
империи находится не в области борьбы с местной буржуазией и
помещиками, а с русской крестьянско-казачьей колонизацией и
русским культуртреггерством557 . Делегат Затонский говорил, что
у русских коммунистов происходит «колоссальная» путаница по¬
нятий между необходимостью социалистического централизма и
«тенденцией на “единую неделимую”»558 . «Я знаю, что в представ¬
лении многих товарищей Восток — это нечто фантастическое,
нечто смутное», — резюмировал делегат А.И. Микоян559 .
В политическом руководстве страны шла острая дискуссия по
поводу стратегии национального строительства в молодом госу¬
дарстве, достигшая апогея на первом после образования СССР
XII Съезде РКП(б) в апреле 1923 г. В основу ленинской концеп¬
ции «автономизации» был положен тезис о том, что формальное
равенство наций в социалистическом государстве нивелируется
самим существованием большей по численности нации. Поэто¬
му «лучше пересолить в сторону уступчивости и мягкости к на¬
циональным меньшинствам, чем недосолить». Оппонентом Ле¬
нину выступал Сталин, ставивший национальные проблемы в за¬
висимость от решения государственных задач. По мнению
Сталина, местные большевики слишком всерьез приняли «игру в
независимость», предложенную слабым еще Центром в 1917 г. и
теперь «упорно требуют от нас проведения в жизнь буквы кон¬
ституций независимых республик»560 . Сталин категорически
предлагал Ленину прекратить «демонстрации либерализма Мос¬
квы», определив, что «во всем основном окраины, безусловно,
должны подчиняться центру»561. Такой взгляд имел тенденцию к
культурной и политической ассимиляции национальных мень¬
шинств.
Вопрос о национальном военном строительстве в этих дис¬
куссиях был одним из главных. Еще на X съезде РКП(б) раздава¬
лись настойчивые требования делегатов-националов начать «ре¬
шительный приступ к формированиям красноармейских частей
131

из трудовых слоев коренного населения» 562 . Но тогда этот воп¬
рос не получил разрешения и в итоговую резолюцию съезда не
вошел. В постановлении по вопросу об укреплении Красной ар¬
мии, принятой XI съездом (27 марта — 2 апреля 1922 г.) нацио¬
нальный вопрос не упоминался.
В резолюции XII Съезда «По национальному вопросу» был
подтвержден ленинский курс на добровольное и равноправное
участие советских республик в государственном и культурном
строительстве новой державы. Достижение этой цели было воз¬
можно лишь в результате преодоления наследия царизма — ве¬
ликорусского шовинизма и местного национализма. Этим явле¬
ниям в резолюции было уделено основное внимание. Причем пер¬
вое из них считалось главным злом, а второе — «своеобразной
формой обороны» против первого, производной от великорусских
настроений вначале царских, а теперь и советских чиновников.
Констатировалось стремление «значительной части» советских
чиновников в центре и на местах рассматривать новый Советс¬
кий Союз как «шаг к ликвидации» республик, «как начало обра¬
зования так называемого “единого-неделимого”»— с намеком на
воспроизведение деникинской имперской идеи563.
Съезд брал под свою защиту национальные меньшинства
СССР, потребовав карать «со всей революционной суровостью
всех нарушителей национальных прав»564 . В резолюции отмеча¬
лось, что «пережитки прошлого» представляют собой «сильней¬
шее препятствие» и «не могут быть преодолены в короткий срок
одним ударом»565 .
Провозглашенный съездом курс получил наименование «ко-
ренизация». В военной области курс на коренизацию выразился
в переходе к широкому национальному военному строительству,
воспитанию в личном составе идей братства и солидарности на¬
родов566 .
«Коренизация» стала долговременным курсом, охватившим
все сферы национального государственного и культурного стро¬
ительства. По оперделению Т. Свентоховского, цель коренизации —
«легитимизация пришедшей из города революции в по преиму¬
ществу аграрном и полиэтничном государстве путем поддержки
развития различных национальных идентичностей»567 . В совре¬
менной науке распространено мнение о том, что этот курс являлся
некоей ширмой подлинной сталинской модели национальной
политики, возобладавшей уже после XII съезда, а на самом деле
«все уже было предопределено»568 . Однако масштабы и всеохват-
132

ность преобразований едва ли позволяют назвать их маскиро¬
вочными. В то же время справедливо утверждение И.С. Яжбо-
ровской о том, что все достижения коренизации были сметены
в ЗО-е годы форсированным экономическим развитием страны и
ее дальнейшей милитаризацией и поворотом к тоталитаризму569 .
Государственная политика в области военного строительства
в национальных регионах СССР являлась органичной частью кур¬
са на коренизацию. Строительство армии на новых основах было
одним из важнейших пунктов приложения новой национальной
политики. Программные заявления на этот счет были сделаны на
3-м Всесоюзном совещании политработников Красной армии,
проходившем 21—26 октября 1923 г. Задача на «смычку» между
преимущественно русскоязычным пролетариатом и в основном
крестьянской нерусской массой должна была учитываться и во¬
енном строительстве, «чтобы Красная армия не только сохрани¬
ла прежние симпатии, которые питают к ней массы народов
СССР, но и смогла бы связать свое развитие с замечающимся ро¬
стом всего советского строительства в указанных национальных
республиках и областях» 570 . По определению Сталина, Красная
армия являла собой «сборный пункт рабочих и крестьян» разных
губерний и культур, которые, сходясь, «выковывают свою поли¬
тическую мысль»571.
Программа развития национальных частей Красной армии
стала составной частью общей реформы армии, проводившейся
в середине 20-х гг. и направленной на сокращение расходов на
вооруженные силы при оптимизации их состава и создании зна¬
чительных контингентов подготовленных резервов. Существен¬
ным моментом реформы был вынужденный переход на смешан¬
ную кадрово-милиционную армию, при которой лишь часть
войск оставалась на казарменном положении в местах постоян¬
ной дислокации, а остальные части представляли собой мили¬
цию — собирались лишь на кратковременные сборы, комплек¬
туясь из числа местных жителей.
На основании решений XII съезда РКП(б) пленум Реввоен¬
совета СССР в ноябре 1924 г. принял программу национального
строительства Красной армии, которая была одобрена в мае 1925 г.
III Всесоюзным съездом Советов. Программой определялся по¬
рядок комплектования национальных воинских формирований
с учетом потребности страны в обороне и реальных возможнос¬
тей разрушенного Гражданской войной народного хозяйства. На
Кавказе предполагалось формирование следующих национальных
133

частей: на Северном Кавказе должна была быть создана одна тер¬
риториальная (милиционная) дивизия из народностей Кавказа
(к концу 1924 г. был сформирован отдельный Дагестанский эс¬
кадрон); в Закавказье численность существовавших с начала 20-х гг.
1-й Грузинской (кадровой), 2-й Грузинской (территориальной),
Армянской (кадровой) и Азербайджанской (территориальной)
доводилась до штатных норм.
К весне 1925 г. в национальных воинских формированиях слу¬
жило 65 тыс. чел., что составляло 10 % от общей численности
Красной армии. Более быстрому их росту в значительной мере
мешала проблема национального военного образования. Резко не
хватало национальных командных кадров, так же как и учебной
литературы, уставов, наставлений для них на национальных язы¬
ках. Работа по переводу этой литературы делалась «с чистого ли¬
ста», нередко сразу же следом за созданием письменности для не¬
которых народов, не имевших ее прежде. К концу 1924 г. на Кав¬
казе действовал ряд военно-учебных заведений: Кавалерийская
командная школа Северо-Кавказских горских национальностей,
Грузинская, Армянская, Азербайджанская объединенные воен¬
но-политические школы и Закавказская военно-политическая
школа. Кроме того, принимались меры к увеличению представи¬
телей нерусских национальностей в других военно-учебных за¬
ведениях. Если на 1 октября 1923 г. в них обучалось 23,7 % кур¬
сантов этой категории, то в 1925 г. их стало почти 34 %572 .
Несмотря на все трудности, «принципиальная необходимость
национальных формирований вообще» не подвергалась сомне¬
нию, поскольку являлась политической задачей. Как было заяв¬
лено в сборнике «ВКП(б) и военное дело», изданное под редак¬
цией А. Бубнова в 1928 г., эта необходимость «вытекает из всего
характера советского государства и основ национальной полити¬
ки партии» 573 . Даже предусматривалась возможность временно¬
го «ущерба для обороноспособности Советского Союза»574 .
В этот период стали налаживаться учет и изучение призыв¬
ных контингентов, без чего невозможно было успешное про¬
ведение реформы. Попытки первых статистических исследова¬
ний результатов призыва в Красную армию относятся к нача¬
лу 20-х гг. 575 , а в 1928 г. специалистами Главного Управления
РККА были сопоставлены результаты призывов молодежи 1902,
1903 и 1904 годов рождения, состоявшиеся в 1924—1926 гг. 576 Ис¬
следование основывалось на изучении «личных карт призывае¬
мых на военную службу». Характерно, что данные за 1924 г. еще
134

не точны, поскольку учитывают только часть данных о призыв¬
никах. Материалы же за 1925 и 1926 гг. уже вполне объективы и
достаточно разносторонни.
Наибольший удельный вес (65,07%) среди призванных в ар¬
мию в 1926 г. составили русские, украинцы (21,04%), белорусы
(4,41%), евреи (1,55%) и татары (1,50%). Из числа представи¬
телей народов Кавказа в армию было призвано 5218 грузин
(1,11% от общего числа призванных) и 4748 армян (1,01%).
Азербайджанских тюрок было призвано значительно меньше —
2194 чел. (0,47%). А из всех прочих народов Северного Кавказа и
Закавказья в армию принимались только осетины (516 чел. или
0,09%), причем подавляющее их большинство были призваны из
числа южных осетин577 .
В целом с территории Северо-Кавказских республик в 1926 г.
в армию было призвано лишь 5367 чел. из 75 842 чел. (7,1 %), при¬
званных по всему Северо-Кавказскому военному округу. При
этом в национальных республиках призывалось прежде всего рус¬
ское население. Например, осетины составили лишь 0,1 % из чис¬
ла призванных578 . Доля северокавказских горцев в частях Крас¬
ной армии долгое время оставалась мизерной. Северокавказские
автономии плохо вписывались в территориальную систему ком¬
плектования войск, предполагавшую дислокацию национальных
частей по месту жительства их состава. Трудно представить, что в
условиях напряженной социально-политической ситуации, по¬
казанной выше, советское руководство стало бы вооружать и обу¬
чать военному делу чеченцев или ингушей. В таких условиях
секретарь Югвостбюро Микоян в октябре 1922 г. считал, что воз¬
можно привлечение горцев, в том числе, — он подчеркнул, — и че¬
ченцев и ингушей, к военной службе на добровольных началах,
используя части вне пределов своей республики, а целью такого
привлечения называлась «выработка кадров из горцев»579 (курсив
мой — А. Б.),
Призыв 1926 г. охватил 89,6% граждан СССР 22-х летнего воз¬
раста. За рамками призыва остались народы Средней Азии, Кал¬
мыкии, Якутии и горских народов Северного Кавказа, за исклю¬
чением осетин. При этом в предыдущем, 1925 г., и «во исполне¬
ние воли трудящихся» был проведен пробный призыв среди
карелов, якутов и узбеков, казахов, калмыков и бурятов которые
(за исключением бурятского опыта) были оценены неудовлетво¬
рительно. Поэтому в 1926 г. «воля трудящихся» была проигнори¬
рована. Любопытно, что руководство РККА выступало сдержи¬
135

вающим фактором в призыве «нацменьшинств», и пробные при¬
зывы 1925 г. проводились после требовательных запросов мест¬
ных ЦИКов. В постановлении Калмыцкого ЦИК прозвучал мо¬
тив национального унижения: «Устранение калмыков от священ¬
ной обязанности и почетного долга защиты рабоче-крестьянского
государства... считать унижением калмыцкого народа, выделяю¬
щим его из семьи народов СССР»580 .
В целом, поданным переписи 1926 г., в рядах Красной армии
находилось 64, 8% великороссов, 17,4% украинцев, 4,2% белору¬
сов, 2,1% евреев, 2,0% татар, 1,3% грузин, 1,1% армян, 0,5% тю¬
рок (азербайджанцев) и 6,0% остальных национальностей581.
Таким образом, в 20-е гг. число уроженцев Кавказа, прошед¬
ших обязательную военную службу, было мизерным. Хотя при¬
нятый в 1925 г. закон «Об обязательной военной службе» не со¬
держал исключений ни для отдельных граждан, ни для целых на¬
родностей, фактически массовый призыв в национальных
республиках так и не начался. В статье 16 этого закона предус¬
матривался особый порядок прохождения обязательной военной
службы для некоторых народов, перечень которых не приводил¬
ся. На деле военная служба для этих народов ограничилась обя¬
зательной допризывной подготовкой и различными формами вне¬
войскового обучения, которые понимались как переходные фор¬
мы к призыву на действительную службу. Одновременно
разворачивалась работа по налаживанию учета призывных воз¬
растов и приписка их к призывным участкам, подготовке нацио¬
нальных командных кадров, привлечению в армию добровольцев,
изданию военной литературы на местных языках и т. д.
На практике все эти дорогостоящие мероприятия далеко не
всегда проводились комплексно и часто задерживались. В севе¬
рокавказских автономиях положение об обязательной военной
службе впервые было применено в отношении коренного насе¬
ления горских областей в 1928 г.: здесь проводилась перепись при¬
зывников. По данным ОГПУ, акция проходила успешно. Было
зарегистрировано большое количество добровольцев, что объяс¬
нялось не только «воинственными традициями», но и высоким
уровнем безработицы. В то же время отмечалось активное проти¬
водействие кампании со стороны «кулацко-религиозного бло¬
ка»582. Подготовка уставов и пособий на местных языках очень
затянулась, а в ряде случаев издание не было осуществлено вплоть
до самого упразднения национальных формирований в 1938 г.
В ноябре 1937 г. командующий войсками Закавказского военно¬
136

го округа Н.В. Куйбышев сообщал, что значительная масса ко¬
мандиров местных национальностей не владели русским языком
и не могли самостоятельно работать с уставами и прочей литера¬
турой. Это «страшно мешает уровню боевой подготовки»583 .
В конце 20-х гг. военные специалисты с оптимизмом смотре¬
ли в будущее, подчеркивая свой прогресс в сравнении с царским
временем, когда военное министерство так и не смогло всерьез
подступиться к вопросу о призыве на окраинах империи584 .
Интересно, что программа национального военного строи¬
тельства в Красной армии была оценена и противниками советс¬
кой власти — эмигрантскими белогвардейскими военными спе¬
циалистами. В 1926 г. в изданной в Берлине работе о принципах
и методах комплектования Красной армии они хвалили демок¬
ратизм современной призывной системы в Советской России,
подчеркивали, что создатели советских вооруженных сил пошли
гораздо дальше царского правительства, упорно отстаивавшего
архаичный призывной закон 1874 г., сохранявший многие черты
рекрутчины в виде ограничений по призыву для различных кате¬
горий граждан585 . «Разумно и правильно», по мнению белогвар¬
дейских офицеров, было привлекать нерусские народы для служ¬
бы вначале в составе небольших национальных подразделений, а
курс на полную отмену льгот по национальному признаку оце¬
нивался как «единственно правильный» и «не подлежащий ни¬
какому сомнению»586 . По оценке тех же авторов, русская армия
теряла на ограничениях по национальному признаку до 10 % люд¬
ских ресурсов587 . Красная армия, как было показано выше, как
раз на 10 % состояла из национальных контингентов.
В 30-е гг. страна вступила в состоянии лихорадочной модер¬
низации, инициированной Сталиным. Начало этой революции
сверху положил кризис хлебозаготовок 1927—1928 гг. и резкий
поворот партии влево, связанный с возобновлением принудитель¬
ных реквизиций хлеба и свертыванием свободных рыночных ме¬
ханизмов нэпа. В конце 1929 г. был объявлен курс на «ликвида¬
цию кулачества как класса» и ускоренное строительство колхо¬
зов. Он осуществлялся путем массовых экспроприаций, арестов
и выселений зажиточных крестьян и середняков. Террор повлек
массовый выход из колхозов и крестьянские выступления, дос¬
тигшие своего пика в марте 1930 г. — 1642 выступления с участи¬
ем до 800 тыс. чел. 588 Запоздалое постановление СНК, ЦИК и ЦК
ВКП(б) в мае 1932 г. о сокращении хлебозаготовок и разрешении
свободной торговли излишками хлеба не исправило ситуации:
137

излишков не было, в стране начался свирепый голод, унесший
жизни до 5 млн. чел. Лишь беспощадные и тотальные репрессии
позволили удержать ситуацию в стране под контролем. Число реп¬
рессированных в 1932—1933 гг. достигло 2 млн. чел.
Коллективизация не имела национальных оттенков; она лег¬
ла тяжким бременем на все народы Советского Союза. Сопротив¬
ление ей тоже оказывали всюду. На Северном Кавказе, где про¬
цесс подавления национальных движений продолжался факти¬
чески все 20-е гг. и к началу коллективизации не завершился до
конца, оно приняло наиболее жесткие, организованные, воору¬
женные формы. Оперативные сводки ОГПУ с мест в это время
походили на фронтовые донесения: «Группа бандитов вела непре¬
рывные наступления на Микоян-Шахар...», «В результате боя
наши части были вынуждены закрепиться на занятом рубеже...»,
«Части особой группы... вели упорный бой с повстанцами...» и
т.д.589 Широким повстанческим движением были охвачены Ка-
рачай, Черкесия, Кабарда, Балкария, Чечня, Ингушетия. При
этом повстанческие группы имели тенденцию к организацион¬
ному оформлению (взводы, сотни, полки и т.п.) и структуриро¬
ванию оперативно-командных инстанций590. Сильной была ре¬
лигиозная составляющая движения. Идеологическим лозунгом
повстанцев стал газават591.
Повстанческое антисоветское движение наблюдалось и в За¬
кавказье. В Азербайджане повстанцы вели наступательные дей¬
ствия с целью захвата административных центров Нуха, Заката-
лы, Кахи, Белоканы. Крупные банды действовали в Армении и
Нахичевани592 . В то же время масштабы бандитско-повстанчес¬
кого движения здесь были значительно меньше. Борьба с кулаче¬
ством в Закавказье не велась так ожесточенно, как на Северном
Кавказе.
Органы ОГПУ признавали, что без широкой поддержки мес¬
тного населения сопротивление повстанцев не приняло бы столь
ожесточенные формы: нередко уже разгромленные банды за не¬
сколько дней полностью восстанавливали и приумножали свой
состав после нескольких митингов в горных аулах. Все это пока¬
зывает, какой шаткой была социальная база советской власти на
Кавказе в этот период.
Если в этом контексте вести речь об интересах Красной ар¬
мии, то, несомненно, жесткие сталинские реформы, проводив¬
шиеся под идеологическим знаменем «обострения классовой
борьбы», оказали ей дурную услугу. Господствовавший в то вре¬
138

мя территориально-милиционный способ комплектования час¬
тей личным составом предусматривал поступление в территори¬
альные части Северо-Кавказского округа местных контингентов.
В условиях социальной катастрофы в деревне воинские части того
времени без преувеличения часто представляли собой бурлящий
котел. Происходившие в кубанских и донских станицах трагичес¬
кие события не могли не сказываться на настроениях прибывав¬
ших в терчасти людей. Получая письма из дома о голодном суще¬
ствовании и массовых репрессиях против своих родных, ново¬
бранцы нередко высказывали такие мысли: «Как мы можем
спокойно сидеть, когда наших отцов выселяют...», «Все берут и
берут, когда только перестанут...»593
Отсев по политико-моральным критериям значительно воз¬
рос в эти годы. Из общего числа 140 тыс. чел. призывных кон¬
тингентов, взятых на учет по СКВО в 1932 г., в ходе призыва были
отсеяны как неблагонадежные свыше 21,5 тыс. чел. (15,4 % от об¬
щего числа приписанных). С учетом же того, что квота на при¬
зыв составляла, как правило, значительно меньшее число, чем мог
поставить округ, то неофициальный отсев шел еще до призыва.
Наибольшее число отсеянных приходилось на Кубанский реги¬
он, где сложилась наиболее напряженная ситуация в связи с хле¬
бозаготовками, расказачиванием, голодом.
С этим же нужно связывать существенное сокращение про¬
граммы приема в армию представителей горских национально¬
стей Северного Кавказа. Намеченная кавалерийская дивизия гор¬
ских национальностей так и не была создана. Мелкие нацподраз-
деления (роты, эскадроны) были распределены по нескольким
стрелковым и кавалерийским дивизиям. Собственно нацио¬
нальными были лишь Отдельный кавалерийский полк горских
народностей и Северо-Кавказская кавалерийская школа горских
национальностей594 . Последняя вскоре была упразднена595 .
В целом, однако, национальные формирования продолжали
оставаться объектом приоритетного внимания военных и поли¬
тических органов. Характерно, что еще в конце 1934 г. решения
XII съезда партии одиннадцатилетней давности считались про¬
граммными и руководящими в национальном военном строитель¬
стве596 . В Политуправлении РККА считалось, что «успех достиг¬
нут» и следует его «полностью сохранить и в дальнейшем укреп¬
лять»597 . Поэтому, хотя ряд мелких национальных подразделений
преимущественно в европейских округах был ликвидирован, об¬
щий курс на сохранение национального сегмента в Красной ар¬
139

мии оставался неизменным. Причем в самих крупных нацио¬
нальных формированиях сохранялись подразделения из нетитуль¬
ных национальностей (например, курдских и талышских в составе
армянской и азербайджанской дивизий). На Кавказе до 1938 года
национальные грузинские, армянские и азербайджанские диви¬
зии (17-я кавалерийская, 20,47, 63,76-я и 77-я горнострелковые)
составляли ядро войск Закавказского военного округа.
Кардинальные перемены в военном строительстве в нацио¬
нальных регионах связаны с новой масштабной военной рефор¬
мой конца 30-х гг. Старт ей был дан положениями принятой в
1936 г. Конституции Советского Союза, в статьях 132 и 133 кото¬
рой было закреплено положение о том, что «защита Отечества есть
священный долг каждого гражданина СССР» 598 . Кроме того, в
статье 123 утверждалось равноправие всех граждан, вне зависи¬
мости от расы, национальности. В составленном на основе но¬
вой Конституции Законе о всеобщей военной обязанности от
1 сентября 1939 г. были сняты все ограничения на призыв в ар¬
мию: «Все мужчины-граждане СССР, — гласил новый закон, —
без различия расы, национальности, вероисповедания, образова¬
тельного ценза, социального происхождения и положения обя¬
заны отбывать воинскую службу в составе Вооруженных Сил
СССР». В сравнении с аналогичным законом 1925 г. здесь не со¬
держалось оговорок об особых формах прохождения службы для
отдельных народов.
В 1938—1939 гг. РККА была переведена на экстерриториаль¬
ную систему комплектования, при которой личный состав про¬
ходил службу вне регионов своего проживания (директива НКО
№ 33791сс). Этот принцип позволял пополнять воинские части
личным составом и создавать группировки войск вне зависимос¬
ти от плотности населения в той или иной местности. Террито¬
риальная (милиционная) система, сосуществовавшая прежде на¬
ряду с экстерриториальной, была упразднена как не отвечавшая
этим требованиям и не гарантировавшая высокую профессио¬
нальную подготовку личного состава. Национальные части как
один из видов милиционных формирований были преобразова¬
ны в унифицированные интернациональные. Красная армия ста¬
новилась современной массовой армией. В условиях ухудшения
внешнеполитического положения Советского Союза правитель¬
ство взяло курс на наращивание численности войск. С 1939 г. по
22 июня 1941 г. двухмиллионная Красная армия выросла более
чем вдвое599 .
140

Реформа отражала возросшие экономические и политические
возможности советского государства и имела целью ликвидиро¬
вать существовавшую разнотипность войсковых формирований,
усилить мобилизационную готовность кадровых дивизий, обес¬
печить равномерный подъем военнообязанных запаса при моби¬
лизации между округами и сократить сроки мобилизационного
развертывания войск.
В соответствии с экстерриториальным принципом перемен¬
ный состав призывался в части, дислоцировавшиеся вне родного
региона, и проходил срочную казарменную службу в местах дис¬
локации части, а не кратковременные сборы по месту жительства.
Этим существенно повышалась выучка личного состава частей,
обеспечивалось полноценное овладение ими новыми сложными
видами вооружения. Для призывников из национальных регио¬
нов, в том числе коренных жителей Кавказа, это означало дли¬
тельный срок службы вне своей республики, в ходе которого они
быстрее адаптировались в составе русскоязычного воинского кол¬
лектива и, по словам командующего войсками Закавказского во¬
енного округа комкора И.В. Тюленева, «приобщался к общей
культуре единого многонационального народа»600.
Реформа советских вооруженных сил совпала по времени со
сменой государственного курса от интернационализма к мили¬
таризму и великодержавности. Некоторое изменение идеологи¬
ческого статуса национальных дивизий можно заметить в одной
любопытной дискуссии, произошедшей в середине 1936 г.,
правда, не на Кавказе, а в Туркмении. Начальник политотдела
18-й Туркменской национальной стрелковой дивизии Бей-Наза-
ров, вооруженный решениями XII съезда партии и уверенный в
приоритетности национального военного строительства, обру¬
шился с резкой критикой («вы не интересовались...», «команди¬
ры недовольны...» и в конце требовательное: «жду ответа!») ни
много, ни мало, на партийное и советское руководство респуб¬
лики. Бей-Назаров заподозрил его в пренебрежении интересами
нацчастей, выразившееся, в частности, в том, что до сих пор не
был издан учебник по истории компарии Туркмении и в процес¬
се политической учебы бойцам оставалось не ясно, «в борьбе с
какими врагами победил большевизм в Туркмении».
Удивительно, но хотя письмо Бей-Назарова не содержало и
намека на национализм, напротив, он ратовал за изжитие «гри¬
мас старого быта» (калыма, многоженства) и выступил за сбли¬
жение с русской культурой, ЦК в ответ обвинило его как раз в
141

этом смертном для того времени грехе. В свою очередь, Бей-На-
заров проявил чудеса изворотливости. В следующем письме при¬
знал свои «ошибки», не замедлил присоединиться к ЦК и после¬
дними словами клеймил «национал-шовинцстов» и всяческое
«протаскивание» националистических взглядов.
Приведенная выше дискуссия, где предмет спора выглядит
нелепостью, а его развитие сумбурно, все же недвусмысленно де¬
монстрирует недалекое будущее национальных частей: им угото¬
вана участь «рассадников национализма», золотой их век кончил¬
ся. Ретивый туркменский подив в 1936 г. легко отделался: в виду
того, что он «забрал свои слова назад», ему лишь было «указано
на его легкомысленное поведение»601. В 1937—1938 гг. такие
ошибки стоили уже значительно дороже.
Еще одним процессом, сопровождавшим военную реформу,
был невиданный государственный террор, охвативший всю Крас¬
ную армию, и особенно ее высший и старший командный состав.
Одной из производных большого террора стал всеобщий страх,
поразивший души командиров и политработников, который по¬
рождал порочный круг доносов и арестов. Начальник политуп¬
равления Закавказского округа Раздольский, преуспевший в чи¬
стках партаппарата, так напутствовал своих инструкторов перед
командировками в части: «Товарищи! При выезде в полки чтобы
ни один не ночевал у командиров. Может быть, завтра они будут
разоблачены, и вы будете разоблачены» 602 . Сам Раздольский в
ближайшем будущем был «разоблачен» и заменен таким же запу¬
ганным преемником. Один из работников замечал: «В ПУ как-то
неохотно идешь — думаешь, есть ли там кто или уже всех переса¬
жали?»603
Квалификация и опыт молодых выдвиженцев, ставших на
место репрессированных командиров, были совершенно недоста¬
точны для руководства крупными соединениями и объединения¬
ми. Осложняло положения всеобщая практика «вридства» — вре¬
менного замещения должностей вследствие чрезвычайно быстрой
ротации командно-начальствующего состава. «Вриды» нередко
рассматривали свои должности как временные, старались избе¬
жать ответственности. Вследствие этого в 1937—1938 гг. уровень
боевой подготовки частей РККА резко упал. В полной мере это
касалось и кавказских национальных дивизий. В ноябре 1937 г.
Военный совет Закавказского округа оценивал боевую подготов¬
ку подчиненных ему войск как неудовлетворительную, главной
причиной чего командующий войсками округа Н.В. Куйбышев
142

назвал то, что «у нас округ обескровлен очень сильно»604 . Напри¬
мер, Армянской стрелковой дивизией командовал капитан, ко¬
торый прежде не командовал ни полком, ни батальоном, а лишь
батареей. Азербайджанской дивизией командовал майор, вообще
не имевший командной практики. Он являлся преподавателем
военного училища. Все их усердие разбивалось об отсутствие опы¬
та. «Откуда может быть хорошим командир Грузинской дивизии
Дзабахидзе, который до этого в течение двух лет командовал толь¬
ко ротой и больше никакого стажа командира не имеет» — вос¬
клицал командующий605 .
В гнетущей атмосфере «большого террора» жупел борьбы со
шпионажем и военными заговорами в армии не мог обойти сто¬
роной и такой своеобразный институт Красной армии, как на¬
циональные формирования. Они могли теперь квалифицировать¬
ся как центры местного национализма.
Документы показывают, что чистки личного состава, прежде
всего командного и политического, являлись составной частью
процесса переформирования национальных дивизий в интерна¬
циональные. Ожидаемым результатом тщательного просева воен¬
нослужащих стало выявление «большой засоренности» началь¬
ствующего состава людьми, теми или иными путями связанны¬
ми близлежащими иностранными государствами (прежде всего
родственные связи). Выявлялись «нездоровые настроения», выз¬
ванные с нежеланием кавказцев отправляться служить в иные ре¬
гионы и изучать русский язык606 . Заступивший в разгар террора
на должность командующего войсками Закавказского округа ком-
кор И.В. Тюленев в июле 1938 г., докладывая Сталину итоги пе¬
реформирования нацчастей, подчеркивал, что это мероприятие
«имеет исключительно важное значение», поскольку «разрушило
базу... выбило почву из-под ног врага» 607 .
В таких условиях опыт строительства национальных форми¬
рований, хотя и признавался целиком и полностью оправданным
«на определенном этапе» истории Красной армии, но явно был
дискредитирован кампаниями по «выкорчевыванию» «врагов на¬
рода» и поэтому безусловно предавался забвению. Национальные
дивизии не подвергались прямым нападкам. В то же время при
изучении документов создается впечатление, что политические
обвинения в адрес национальных дивизий и национальных кад¬
ров ожидались. Поэтому обновленный руководящий состав кав¬
казских округов стремился выкорчевать следы национальных ди¬
визий. В частности, принципиальным считался вопрос распре¬
143

деления национальных кадров вне кавказского региона: «Мно¬
го работников бывших нацчастей сидит в округе, — докладывал
Л. Мехлису один из ответственных работников ПУОкра ЗакВО. —
Все они на должностях... Но все-таки считаю, что дело освеже¬
ния кадров надо довести до конца. Нехорошо, когда человек ро¬
дился, вырос и всю службу проводит на одном месте»608 .
В ходе переформирования национальных дивизий ЗакВО ко¬
мандный, политический и рядовой состав специально переводил¬
ся в другие округа. Призывники из северокавказских и закавказ¬
ских республик также направлялись в основном в западные ок¬
руга.
Расформирование национальных соединений в основном
окончилось к лету 1938 г. Одновременно быстро сложилась дос¬
таточно сложная система распределения представителей разных
национальностей по военным округам в зависимости от общего
культурного уровня призывных контингентов, степени владения
ими русским языком и прочих критериев. По итогам обсуждения
в июле 1938 г. в Главном военном совете РККА вопросов гряду¬
щего осеннего призыва было, например, решено, что уроженцы
среднеазиатских республик не должны поступать на укомплекто¬
вание Ленинградского, Белорусского, Уральского, Московского
и Сибирского округов и т.п. Призыв коренных уроженцев Закав¬
казья и Северного Кавказа, а также Средней Азии в 1938—1939 гг.
проходил на общих основаниях. В результате к 1940 г. западные
округа оказались «насыщенными ими», в то время как удельный
вес не владевших русским языком среди этих контингентов ко¬
лебался между 40—45 %. Именно языковая проблема стала при¬
чиной того, что, намечая мероприятия по призыву 1940 г., Гене¬
ральный штаб вышел в Главный военный совет РККА с предло¬
жением ограничить призыв нерусской молодежи из этих регионов
до 20 % от общего количества годных к воинской службе609 . Из¬
лишек призывных контингентов приблизительно на четверть от
общей потребности в пополнениях армии мирного времени610 по¬
зволял пренебречь этими контингентами.
Ограничения для ряда национальностей (немцы, поляки,
финны, латыши, эстонцы, турки, греки, карелы, болгары) носи¬
ли политический характер. В основу отбора их в армию ложились
«политико-моральные соображения». В мобилизационной доку¬
ментации предвоенных лет они рассматривались в одной катего¬
рии с лицами, репрессированными «за контрреволюционную и
шпионскую деятельность». В зависимости от места происхожде¬
144

ния призывника и его родителей перечисленных выше нацио¬
нальностей он либо не призывался в армию, либо призывался во
вновь учреждаемые «специальные команды», рабочие части и
пр.611 В последние предвоенные годы перечень народов, чей при¬
зыв в армию ограничивался, несколько варьировался.
Политические чистки задвинули далеко на задний план сугу¬
бо практические вопросы, возникавшие в связи со смешением
военнослужащих различных национальностей, например, о по¬
рядке отправки в западные округа красноармейцев, не владею¬
щих русским языком, и, наоборот, о ведении политзанятий с
вновь прибывшими русскими красноармейцами, о судьбе редак¬
ций дивизионных газет на национальных языках и т. д.612
В 1939 г. впервые в истории на Северном Кавказе и в Закав¬
казье был проведен призыв молодежи местных национальностей.
Итоги призыва показали его своевременность, поскольку кавказ¬
ская молодежь дос/игла высокого общеобразовательного уровня
и пребывала в хорошем физическом состоянии. Ее быстрой адап¬
тации в рядах Красной армии способствовал и общий подъем со¬
ветского народного хозяйства во второй половине 30-х гг., сопро¬
вождавшийся интенсивным развитием культуры и образования,
которое особенно положительно сказалось на положении совет¬
ской молодежи. Она являлась основным творцом и потребителем
материальных и духовных продуктов окрепшего социализма.
Кавказские республики не остались в стороне от этих процес¬
сов. По ряду показателей они превосходили другие республики
Советского Союза. Так, поданным переписи 1939 г., Грузия была
на первом месте в СССР по удельному весу лиц, обладавших сред¬
ним и высшим образованием.
Итоги призыва 1939 г., когда в армию поступили молодые
люди 1917—1919 годов рождения, показали, что их образова¬
тельный уровень значительно превышал средний по Закавка¬
зью. 27,5% из них имели среднее и 22,1% — незаконченное сред¬
нее (7—9 классов) образование, 2,4% высшее образование. Лишь
1518 человек (1,4%) были неграмотными и еще 16% — малогра¬
мотными613 (в среднем по Закавказью 10,68% населения имело
среднее образование, 1,11% — высшее)614. При этом имелась ус¬
тойчивая тенденция к дальнейшему росту уровня образования
закавказской молодежи. Так, если в 1938 г. на учете в закавказс¬
ких военкоматах числилось 8167 чел. с законченным средним об¬
разованием, то в 1940 г. — 15958 чел.615 Еще выше эти показатели
были у возрастов 1921 — 1923 годов рождения, которые стали од¬
145

ним из основных ресурсов для комплектования войск в Закавка¬
зье в первый период войны. Из 94624 чел., взятых на учет только
1,4% являлись неграмотными и 9% малограмотными; все они
были охвачены ликбезом. А среди уроженцев 1923 года таковых
уже не имелось616. Одновременно быстро сокращалось число при¬
зывников, не владевших русским языком. В Армении и Азер¬
байджане этот показатель снизился с 49% среди лиц 1921 года
рождения до 15% среди лиц 1923 года. А общий удельный вес при¬
зывников, не владевших русским языком, в начале войны состав¬
лял 37,6% (в Армении — 50,5%, Азербайджане — 33,8%, Грузии —
28,5%)617.
Значительная масса молодежи охватывалась допризывной
военной подготовкой. Не менее половины призывников прошли
курсы ворошиловских стрелков 1-й ступени и являлись значкис¬
тами ГТО, ГСО и ПХВО 1-й ступени618.
Северокавказская горская молодежь также отличалась высо¬
ким образовательным, культурным уровнем и хорошей физичес¬
кой подготовкой. По уровню грамотности в лучшую сторону вы¬
делялись осетины (90% мужского населения в возрасте от 9 до
49 лет) и некоторые крупные народности Дагестана — лаки и ава¬
ры (92,6 и 90,5%). У прочих народов Северного Кавказа уровень
грамотности мужского населения достигал 80—85%, у чеченцев
и ингушей — 68—70%. Тот же показатель у славянского населе¬
ния СССР к 1939 г. приближался к 100%. Аналогичным было рас¬
пределение лиц со средним и высшим образованием. Если на 1000
русских таковых приходилось 76,8 и 5,8 соотв., то на 1000 адыгей¬
цев и черкесов — 53,9 и 2,1, карачаевцев — 31,2 и 1,1, кабардин¬
цев — 29,8 и 1,0, дагестанцев — 20,8 и 0,9, чеченцев — 8,1 и 0,3 и
т.д. У осетин эти показатели превосходили аналогичные цифры у
русских — 99,1 чел. из 1000 имели среднее образование и 9,3 —
высшее619.
Из приведенных данных видно, что северокавказские наро¬
ды развивались неравномерно, причиной чему был ряд истори¬
ческих, демографических, хозяйственных факторов, рассмотре¬
ние которых не входит в задачи данного исследования. Следует
лишь подчеркнуть, что горцы добились несомненного прогрес¬
са, если сравнить их культурный уровень с царскими временами,
когда многие из горских народов даже не имели своей письмен¬
ности. Начальник политуправления Северо-Кавказского военно¬
го округа в донесении в Главное Политуправление РККА отме¬
чал: «Рост материального благосостояния советского народа из
146

года в год улучшает призывной состав. На призывные пункты при¬
шла в основном здоровая, грамотная, политически развитая мо¬
лодежь, до конца преданная партии, правительству и вождю тру¬
дящихся всего мира товарищу Сталину» 620. Значительно вырос¬
ла организованность и дисциплина призывных мероприятий.
В среднем по северокавказским республикам годными к строе¬
вой службе были признаны 87% молодых людей621.
В то же время ряд северокавказских республик значительно от¬
ставали от других регионов округа по общеобразовательному уров¬
ню призывников и степени владения ими русским языком. Преж¬
де всего, речь идет о Дагестане и Чечено-Ингушетии, дававших
наибольший процент неграмотных и малограмотных622 . Однако и
в указанных республиках обучением грамоте и русскому языку было
охвачено не более 15—18% от общего числа подлежавших учебе.
Никакие самые суровые предупреждения вышестоящих инстан¬
ций, включая Главное управление кадров РККА, не могли про¬
бить стены местной бюрократии, круговой поруки, местничества.
В целом, однако, кавказская молодежь отличалась достаточ¬
но высоким образовательным и культурным уровнем, интеграци¬
ей в советский социум. Эти качества позволяли ей быстро адап¬
тироваться в интернациональных частях Красной армии. После
введения всеобщего призыва и экстерриториального распределе¬
ния контингентов, призывные возраста 1917—1920 годов рожде¬
ния из Закавказского и Северо-Кавказского округов в 1938—1940 гг.
направлялись, главным образом, в западные округа. Они приня¬
ли на себя первые удары немецко-фашистских войск и раздели¬
ли трагическую судьбу Красной армии 1941 года. Только из Гру¬
зии по итогам текущих призывов 1938—1940 гг. и досрочных
призывов весной и в июне 1941 г. армия получила 126 039 чел. ря¬
дового и младшего командного состава, а с учетом кадровых
военнослужащих число выходцев из Грузии, служивших в Крас¬
ной армии к началу войны, превышало 130 тыс. чел623 .
В отличие от молодежи общая, физическая и военная подго¬
товка основной массы взрослого мужского населения Кавказа —
главного мобилизационного ресурса — оставались невысокими.
Диссонансом к призывному контингенту выглядят социально¬
демографические и образовательные характеристики военнообя¬
занных запаса. Так, по Закавказскому военному округу из 977 тыс.
военнообязанных РККА, РКВМФ и НКВД военно-учетными
специальностями (далее — ВУС) обладали лишь 38 209 младших
командиров и 483 506 рядовых (53%). Но наличие ВУС далеко не
147

всегда означало, что военнообязанный в действительности обу¬
чен военному делу. Только половина запасников с ВУС (50,03%)
обладала конкретными военными специальностями и годилась к
строевой службе. Другая половина составляла своего рода моб-
резерв, отнесенный к бессодержательным военно-учетным спе¬
циальностям: «годные необученные» — 38%, «годные мало
обученные» — 6%, «ограниченно годные обученные» —- 0,8% и
«ограниченно годные необученные и мало обученные» — 5%624 .
Как правило, представители этих категорий никогда военной
службы не проходили и переводились в соответствующую ВУС по
своей гражданской специальности. Таким образом, лишь менее
четверти всех запасников одновременно годились к строевой служ¬
бе и были обучены военному делу.
В мобилизационном отчете штаба Закавказского округа за
1940 г. отмечены политически и профессионально значимые де¬
мографические показатели — партийность (90 456 чел.), принад¬
лежность к рабочему классу (119 924 чел. или 12,24% всех воен¬
нообязанных), наличие высшего (9641 чел. или 0,99%) и средне¬
го (50 661 чел. или 5,17%) образования625 . Примечательно, что
уровень образования военнообязанных запаса серьезно уступал
общему уровню по Закавказью, который поддерживался главным
образом, за счет молодежи.
Невысокий уровень военной подготовки и образования объяс¬
нялся тем, что жизнь сельского, особенно высокогорного, взрос¬
лого населения Закавказья и Северного Кавказа лишь в незначи¬
тельной степени была затронута культурной революцией, оста¬
валась по сути своей патриархальной. Армейская реформа конца
30-х годов также почти не коснулась больших масс военнообя¬
занных. Под всеобщий призыв, впервые объявленный в 1938 г.,
она не подпадала. Занимавший в те годы должность председа¬
теля правительства Дагестана А. Даниялов вспоминал позднее:
«К 1941 г. взрослое население гор мало владело русским языком.
Исторически сложившийся уклад жизни, когда горцы без край¬
ней нужды не выходили дальше своего аула, в лучшем случае рай¬
она, являлся громадной трудностью при мобилизации горцев в
действующую армию... Беда состояла в том, что кроме тех, кто
прошел службу в армии до войны, горцы не умели обращаться
даже с винтовкой. Что касается автомата, пулемета, миномета или
гранаты, то они их просто не видели» 626 .
Самые подготовленные из военнообязанных (резервисты
1-й категории) в ходе переучета осенью 1940 г. были приписаны
148

к кадровым частям и соединениям Закавказского и Северо-Кав¬
казского военных округов. Обязательным требованием к припис¬
ному составу было хорошее владение русским языком, но в таких
людях испытывался дефицит. Он покрывался военнообязанны¬
ми, понимающими русскую разговорную речь. К этой категории
относилось тогда не более 25—30%627 . Языковая проблема в до¬
кументах довоенной поры не занимает сколько-нибудь значитель¬
ного места. Относительно незначительные масштабы армии мир¬
ного времени и длительные сроки службы красноармейцев-
кавказцев не оставляли для ее возникновения серьезной почвы.
Важно подчеркнуть и то, что, как показала дальнейшая прак¬
тика, качественные характеристики мобресурсов Кавказа, преж¬
де всего военнообязанных запаса, оказались существенно завы¬
шены военкоматами. Это относилось к таким ключевым показа¬
телям, как уровень военной подготовки, грамотности и владения
русским языком. В целом военкоматы Советского Союза в пред¬
военный период представляли собой громоздкие бюрократичес¬
кие учреждения и не обеспечивали должного учета и оценки мо¬
билизационных ресурсов. Анализируя итоги финской кампании
1939—1940 гг., Сталин охарактеризовал мобилизационные органы
страны как «очень слабое» звено Красной армии628 .
Все это в экстремальных условиях войны стало причиной се¬
рьезных издержек в процессе формирования соединений и мар¬
шевых пополнений личным составом требуемых возрастов и ква¬
лификации и в конечном итоге сказывалось на боеспособности
соединений, формировавшихся на Кавказе, а также масштабах
понесенных потерь629 . Именно качественные характеристики по¬
полнения, поступавшего из военкоматов кавказских республик,
обусловили позднее неоднократные кардинальные перестройки
принципов комплектования войск национальными кадрами и их
использования в бою.

ГЛАВА 7
ЛЮДСКИЕ РЕСУРСЫ КАВКАЗА
В НАЧАЛЬНЫЙ ПЕРИОД
ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
22 июня 1941 г., в первый день Великой Отечественной вой¬
ны, Президиум Верховного Совета СССР своим Указом объя¬
вил о всеобщей мобилизации военнообязанных четырнадцати
возрастов с 1905 по 1918 год рождения включительно («подни¬
маемые возраста»)630. Лица более молодого возраста — 1919—
1921 годов рождения уже находились в рядах Красной армии,
будучи призванными в течение 1939— 1941 г. Кроме того, с на¬
чала 1941 г. проводились досрочные призывы части призывни¬
ков 1922 года рождения. Интенсивно формировались новые со¬
единения. Еще до конца декабря 1941 г. Красная армия получи¬
ла 286 стрелковых дивизий, 159 стрелковых бригад и прочие
соединения, большинство из которых были вновь сформирован¬
ными631 .
С самого начала войны народы Кавказа стали широким по¬
током вливаться в ряды действующей армии. По Закавказью ле¬
том 1941 г. было призвано в строевые части, военные училища,
резерв и строительно-рабочие подразделения 85 561 призывни¬
ков. Мобилизация военнообязанных запаса, завершенная к се¬
редине июля, дала 212 721 чел., в том числе 16 939 командиров,
18 728 младших командиров и 175 876 рядовых. Мобилизацион¬
ный план 1941 г. был выполнен по Закавказью на 99%632 . Из се¬
верокавказских республик в армию поступило 29 937 военнообя¬
занных. Результаты мобилизации в регионе представлены в таб¬
лице 1. Военкоматы закавказских и северокавказских республик
рапортовали о высоком боевом духе и дисциплинированности
призываемых, большом числе добровольцев.
В начале войны как на Северном Кавказе, так и в Закавказье
призыв велся без различия национальности, военкоматы не вели
150

Таблица 1
Итоги мобилизации 1941 г.
по северокавказским автономным республикам
Даге¬
стан
Чечено-
Ингу¬
шетия
Север¬
ная
Осетия
Кабарди¬
но-Бал¬
кария
Всего
Всего ре¬
сурсов
поднимае¬
мых воз¬
растов
на 22.6.41
54675
39120
20691
23457
137943
Из них
обученных
16631
Нет дан¬
ных
10504
14767
Отправ¬
лено
в войска
3203
8456
11501
6777
29937
Остаток
ресурсов
44220
28173
9190
13198
94781
ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 48. Л. 178—180, 206, 243, 259; Д. 50.
Л. 165, 195; Д. 51. Л. 111, 189, 220-235; Д. 53. Л. 32, 79, 81-90 (Подсчи¬
тано автором).
статистики национального состава мобилизованных. Региональ¬
ные исследователи, опираясь на альтернативные источники,
предлагают следующие цифры принятых в ряды Красной армии
в начале войны. В 1941 г. в Северной Осетии было призвано свы¬
ше 40 тыс. чел.633 По Чечено-Ингушетии в начале войны было
призвано свыше 17 тыс. чел, из которых до 50 % были пред¬
ставителями титульных народов634 (среди спецпереселенцев в
1949 г. числилось 4248 чеченца и 946 ингушей, ранее служив¬
ших в рядах Красной армии635 ). По другим данным, за годы
войны в армию было призвано 18,5 тыс. чеченцев и ингушей, а
в кадровых частях на момент ее начала уже состояло не менее
9 тыс. чел. (всего до 6 % населения)636 По Кабардино-Балкарии
было призвано 25,3 тыс. чел.637 , в том числе балкарцы дали фрон¬
ту более 10 тыс. чел.638 Из Карачаевской Автономной Области
было призвано 15,6 тыс. коренных жителей (при общей числен¬
ности народа ок. 80 тыс. чел.)639 , что дает основание некоторым
местным историкам утверждать, что карачаевцы занимали одно
151

из первых мест в стране среди народов СССР по числу участво¬
вавших в войне (до 10 % населения)640 . Среди спецпереселенцев
к марту 1949 г. числилось 2543 карачаевца — бывших военнос¬
лужащих Красной армии641. Как видно, региональные источни¬
ки также дают лишь приблизительную информацию о нацио¬
нальном составе лиц, призванных в Красную армию. Известно
также, что значительное число северокавказских горцев уже на¬
ходились в войсках на момент 22 июня 1941 г. Так среди защит¬
ников Брестской крепости оказались сотни чеченцев, ингушей,
балкарцев, карачаевцев.
Использование людских ресурсов в военных целях шло в не¬
скольких направлениях. Основные из них: развертывание и доу¬
комплектование до штатов военного времени кадровых частей и
соединений Северо-Кавказского и Закавказского военных окру¬
гов, формирование новых дивизий за счет людских и материаль¬
ных ресурсов округов, подготовка маршевого пополнения с пос¬
ледующей отправкой в действующие войска, создание разного
рода ополченческих формирований для местной самообороны и
подготовка резерва для регулярной армии по линии Всевобуча.
Молодые кавказцы, имевшие образование не ниже среднего и
владевшие разговорным русским языком, направлялись в воен¬
ные училища.
В первые же месяцы войны Закавказским военным округом
на фронт были направлены 7 кадровых соединений, 377 марше¬
вых рот, 756 танковых экипажей642 . Кадровые дивизии, коих на
22 июня 1941 г. в Закавказском военном округе насчитывалось
15 (2 стрелковых, 9 горно-стрелковых, 1 горно-кавалерийская,
1 кавалерийская, 2 танковых и 1 мотострелковая)643, пополнялись
военнообязанными, приписанными к ним до войны и прошед¬
шими в них военные сборы. В августе — октябре было приступ-
лено к формированию еще 18 стрелковых дивизий. Северо-Кав¬
казский округ разворачивал 10 кадровых стрелковых дивизий и в
течение лета — осени 1941 г. сформировал 12 новых стрелковых
дивизий, 6 стрелковых бригад, 9 бригад морской пехоты, 12 кава¬
лерийских дивизий и 2 воздушно-десантных корпуса, а также
большое количество маршевых подразделений644 .
Уже к исходу 1941 г. людские ресурсы Кавказа оказались на
исходе. Между тем кавказские округа давали значительные резер¬
вы фронту. В середине декабря 1941 г. командующий Закавказс¬
ким фронтом генерал-лейтенант Д.Т. Козлов докладывал началь¬
нику Генерального штаба:
152

«Прошу доложить народному комиссару обороны следующее.
Заместите; ь наркома тов. Щаденко, несмотря на то, что фрон¬
том сформировано уже 15 дивизий и формируется еще 6 дивизий
и 2 бригады, все время дает наряды на откомандирование в дру¬
гие округа и фронты большого количества рядового и младшего
командного состава кадра. Последний раз было взято 17,5 тыс.,
приказано еще отправить 34 роты кадрового состава.
Выполняя приказ, я оголил горно-стрелковые дивизии (5) и
последние кадры стрелковых дивизий. Больше никаких нарядов
выполнять не в состоянии, так как придется расформировать ос¬
тавшиеся горно-стрелковые дивизии»645 .
Весной 1942 года основная масса ресурсов военнообязанных
возрастом до 46 лет и призывников 1922—1923 годов рождения
была исчерпана как в Северо-Кавказском военном округе, так и
на Закавказском фронте646 . В Северо-Кавказском округе в армию
было призвано 984 тыс. чел. из 1002 тыс., подлежавших мобили¬
зации надень начала войны647 . С 1942 г. «борьба за дополнитель¬
ное выявление людских ресурсов» стала основным содержанием
работы кавказских военкоматов и военных отделов парторганов.
В этом году нагрузка на людские ресурсы Северного Кавказа и
Закавказья только усилилась, поскольку с началом битвы за Кав¬
каз его защитники оказались в значительной мере отрезанными
от Центра и им пришлось рассчитывать на собственные силы.
Только в течение 1942 г. Закавказским фронтом, оборонявшим
Северный Кавказ, из ресурсов всего Кавказа было сформиро¬
вано и передано действующим войскам 35 стрелковых дивизий,
33 стрелковые бригады и сотни специальных частей и подразде¬
лений648 .
Положение осложнялось потребностью забронирования боль¬
шого количества высококлассных специалистов — как правило,
образованных и здоровых людей, — за оборонным производством,
управленческими структурами и сельским хозяйством. Несмотря
на общий лозунг дать армии все необходимое, наделе в ходе при¬
зывных кампаний интересы военкоматов и партийно-хозяйствен¬
ных органов резко расходились. Последние старались удержать
ценных работников в тылу, в силу чего нередко их отношения с
военкоматами были конфликтными. Один из азербайджанских
райвоенкомов описывал их следующим образом: «Военком, по¬
лучая наряд (на мобилизацию граждан. — А.Б.), обращается к
партийной организации и просит оказать помощь, а секретарь
райкома говорит: ...такого-то не призывать, такого-то не призы¬
153

вать, председателя колхоза нельзя призывать, председателя сель¬
совета нельзя призывать, механика нельзя призывать, а осталь¬
ные забронированы...»649 Как правило, если не издавалась специ¬
альная директива НКО или ГКО о разбронировании определен¬
ных категорий граждан, такие споры решались в пользу партийцев
и хозяйственников, пользовавшихся поддержкой республиканс¬
ких властей. Например, в 1943 г. из 111 889 чел., забронирован¬
ных по всему Закавказью и Дагестану, в армию было призвано
только 273 человека650. Положение усугублялось неблагополучной
ситуацией в самих военкоматах. Некоторые из военкомов и со¬
трудничавших с ними членов врачебных комиссий пошли по пре¬
ступному пути коррупции, выдавая отсрочки от призыва или ос¬
вобождения от военной службы здоровым людям651.
В 1942—1943 гг. был издан целый ряд приказов народного ко¬
миссара обороны по вопросам военно-учетной и мобилизацион¬
ной политики (№№ 064, 089, 0242, 0283, 336, 0882 — за 1942 г.,
№ 089,0316 и др. — за 1943 г.) Они выполняли важную корректи¬
рующую функцию, приспосабливая работу военкоматов страны
к реалиям войны. Важнейшие из них были изданы в критичес¬
кий 1942 год, в основном в его начале, когда кадровый состав
Красной армии начала войны в основном уже выбыл из строя и
действующим частям требовалось полнокровное пополнение.
Приказы НКО регулировали порядок бронирования, перерегис¬
трации, медицинского освидетельствования, призыва граждан с
освобожденных территорий, борьбы с уклонистами, дезертира¬
ми, коррупцией в военкоматах и др. вопросы652 . Все эти мероп¬
риятия имели одну цель: дать армии как можно больше людей.
Как правило, они смягчали прежние ограничения на призыв по
состоянию здоровья, возрасту, политическим мотивам, брониро¬
ванию и устанавливали новые, более широкие рамки в этих об¬
ластях. Например, предельный возраст военнообязанных, состо¬
явших на учете в военкоматах, возрос с 45 лет в 1941 г. до 50 в
1942 г. и до 55 в 1943 г. Вводились новые категории военнослужа¬
щих. С 1942 г. упоминаются военнообязанные, «не годные к служ¬
бе, но годные к физическому труду»653 . Ранее такие лица освобож¬
дались от службы в армии, отныне — составляли определенный
резерв и высвобождали для строя большую массу нестроевых во¬
еннослужащих, занятых на тыловых и хозяйственных должнос¬
тях. Из числа последних, в свою очередь, постоянно велся отбор
лиц, подходивших к строевой службе. Качественные требования к
военнообязанному (призывнику) постоянно снижались. В 1942 г.
154

в результате медицинского переосвидетельствования, прове¬
денного «с учетом обстановки военного времени» в Закавказье,
24 % призывников, ранее признанных ограниченно годными к во¬
енной службе, были зачислены в категорию годных к строевой
службе654 . Только по Армении в результате проведения медицинс¬
кого переосвидетельствования по приказу НКО № 0882 в 1942 г.
в армию были призваны 37 183 чел., в том числе 17 686 чел. —
в строевые части. Обычной практикой было также сокращение
штата других военизированных ведомств, прежде всего, структур
НКВД655 .
Важным источником пополнения рядов действующей армии
людскими резервами стали заключенные, трудпоселенцы и про¬
чие категории граждан, доступ которых к оружию до войны был
категорически запрещен ввиду их «политической неблагонадеж¬
ности». К этому толкала объективная потребность воюющей ар¬
мии в непрерывном восполнении тяжелых потерь. Не считаться
с ней было нельзя. На это обстоятельство следует обратить осо¬
бое внимание в связи с дальнейшим исследованием мобилизаци¬
онной политики на Кавказе.
В конце 1941 г. в результате первых крупных успехов Крас¬
ной армии были освобождены большие участки советской тер¬
ритории. В войска, после тщательной фильтрации органами
НКВД и военной контрразведки, стали направляться значитель¬
ные контингенты освобожденных военнопленных и лиц, прожи¬
вавших на оккупированной территории656 . В конце ноября 1942 г.
УНКВД Краснодарского края даже организовало операцию по
выводу лиц призывного возраста с территории, занятой против¬
ником657. Всем органам НКВД 7 июля 1942 г. было предписано
усилить борьбу с уклонением от службы и дезертирством658 . Од¬
новременно пересматривались дела уголовных заключенных659 , а
также трудпоселенцев (раскулаченных), находившихся в распо¬
ряжении ГУЛАГа660 . Многократно пересматривались континген¬
ты разного рода строительных батальонов и рабочих колонн —
формирований, где использовался принудительный труд лиц, от¬
численных из строевых частей по политико-моральным сообра¬
жениям. Приказ НКО № 0283 от 1942 г. существенно снизил план¬
ку отсева людей этой категории661 и тем самым отменил установ¬
ки, данные в начале войны662 . Например, в результате их
пересмотра по военкоматам Грузии летом 1942 г. были переведе¬
ны на общий учет и призваны в армию 4395 чел. (56,3% от обще¬
го числа)663 , в Азербайджане переводу на общий учет также под-
155

лежали до 60% лиц664. Осенью 1942 г. отдел укомплектования шта¬
ба Закавказского фронта неоднократно напоминал республикан¬
ским военкомам о недопустимости огульного зачисления людей,
особенно призывников в категорию лиц, отсеянных по полити¬
ко-моральным соображениям. Отныне руководством к действию
стал сталинский тезис «сын за отца не отвечает»665 . Это означало,
что анкетные данные типа «отец осужден» или «брат изъят орга¬
нами НКВД» более не учитывались при зачислении в ряды Крас¬
ной армии.
В либеральном духе составлен и приказ НКО № 089, издан¬
ный в феврале 1942 г., о порядке приема в состав Красной армии
военнообязанных, проживавших на временно оккупированной
территории666 . Правда, отдельным распоряжением начальник
Главного управления формирования и укомплектования войск
Е.А. Щаденко оговорил, что такие лица после проверки органа¬
ми НКВД подлежат зачислению в штрафные подразделения667 , но
на практике многие из них попадали в обычные строевые части,
испытывавшие острый недостаток в людях. Наступавшие совет¬
ские дивизии самостоятельно проводили мобилизации на осво¬
бождаемых территориях, вбирая в свой состав практически все
мужское население, способное носить оружие (от 17 до 52 лет)668 .
С октября 1943 г. формальные ограничения для этой категории
советских граждан были сняты, они призывалось в армию безо
всяких ограничений, лишь с оговоркой о необходимости «самого
пристального наблюдения» за их поведением669 . По мере продви¬
жения советских войск на запад в войска стали поступать урожен¬
цы Западной Украины и Западной Белоруссии. В конце войны
(1944— 1945 гг.) на общих основаниях в армию принимались так¬
же латыши, литовцы, эстонцы, советские поляки, карелы. Час¬
тично западными украинцами, белорусами и прибалтами заме¬
нялся личный состав внутренних (не действовавших) военных
округов.
В соответствии с постановлением ГКО № 2779/сс от 21 янва¬
ря 1943 г. советские военнопленные, освобожденные из немец¬
ких лагерей, после проверки представителями военной контрраз¬
ведки, зачислялись в строевые части. Постановление исключало
длительный период проверки бывших военнопленных в фильт¬
рационных лагерях НКВД, практиковавшийся в 1941 — 1942 гг., а
предписывало организовывать комиссии особых отделов на мес¬
те и немедленно направлять прошедших проверку в войска670 .
Приказ НКО № 158/24 от 6 апреля 1943 г. предписывал начать

призыв в армию лиц, пораженных в правах после отбытия зак¬
лючения. Досрочному снятию поражения в правах не подлежали
лишь лица, осужденные за контрреволюционные преступления
и бандитизм671. В постановлении Верховного Совета СССР, по¬
ложенного в основу этого приказа, была подчеркнута «нецелесо¬
образность» подобного ограничения «в условиях военного време¬
ни»672 .
Военная целесообразность стала лейтмотивом всех мобилиза¬
ционно-призывных мероприятий. Она определяла их эволюцию,
постепенно отодвигая в сторону политические ограничения.
В целом эти мероприятия аналогичны «тотальным мобилизаци¬
ям» в гитлеровской Германии, толковавшихся в Советском Со¬
юзе как признак глубокого кризиса в стане врага и нередко ста¬
новившихся объектом публичных саркастических замечаний Ста¬
лина673 . Следует отметить, что все эти мероприятия ни в коей мере
не отменяли подозрительность в отношении лиц, политически
чуждых советской власти, но принятых в ряды Красной армии.
В случае чрезвычайных происшествий с их участием, их соци¬
альный статус непременно подчеркивался как отягчавшее вину
обстоятельство.

ГЛАВА 8
«ГОРЦЕВ В АРМИЮ НЕ ПРИЗЫВАТЬ...»:
СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ В 1942-1943 гг.
Одновременно с постепенным снятием барьеров для службы
в армии для политически чуждых элементов власть проводила со¬
вершенно противоположные по смыслу мероприятия в отноше¬
нии неславянских граждан СССР. В 1941—1942 гг. был издан ряд
совершенно секретных постановлений ГКО и директив НКО, ог¬
раничивавших призыв и службу в армии значительного числа на¬
родов СССР, среди которых были несколько закавказских наро¬
дов и все северокавказские. Целесообразно показать все докумен¬
ты в хронологической последовательности их появления и
анализировать их затем как единый комплекс.
19 сентября 1941 г. Закавказскому фронту было предписано
прекратить призыв в армию и уволить из ее рядов представите¬
лей некоторых народов, родственных населению сопредельных
государств — Ирана и Турции. В эту категорию были отнесены
аджарцы, хевсуры, курды, сваны Кедского, Хулойского, Земо-
Сванетского, Квемо-Сванетского районов и «горцы» Казбегско-
го района и Хевсурского сельсовета Душетского района Грузинс¬
кой ССР (мохевцы)674 . Вскоре в эту категорию были включены
уроженцы ряда сельсоветов Кобулетского и Батумского районов
Аджарии675 . В 1942 г. отсрочка от призыва и мобилизации на год
была распространена на всех аджарцев (постановление Военного
совета Закфронта № 077 от 16 сентября 1942 г.).
В феврале 1942 г. военнообязанные запаса по Казбекскому
райвоенкомату Северо-Осетинской республики были освобожде¬
ны от перерегистрации (а значит, и от дальнейшей мобилизации
в армию). Органам милиции в связи с этим разъяснялось, что
жители Казбекского района не нарушили закона, не являясь в
пункты перерегистрации676 .
158

В конце марта 1942 г. был издан приказ начальника Главного
управления формирования и укомплектования войск НКО (ГУФ)
армейского комиссара 1 ранга Щаденко, в соответствии с кото¬
рым было предписано всех военнослужащих рядового и младше¬
го начальствующего состава по национальности чеченцев и ин¬
гушей уволить в запас и отправить по месту своего жительства с
отметкой в военном билете «уволен в запас до особого распоря¬
жения»677 .
26 июля 1942 г. постановлением ГКО № 2100сс была объяв¬
лена общегосударственная кампания по призыву «полностью всех
граждан» 1924 года рождения678 . Через несколько дней, 30 июля,
приказом НКО № 0585 было внесено уточнение: «до особых ука¬
заний» запретить призыв в армию представителей горских, т.е. ко¬
ренных национальностей Чечено-Ингушетии, Кабардино-Балка¬
рии и Дагестана, а также национальностей, не призывавшихся по
Закавказью. Эту же норму повторил и приказ НКО № 0974 от 21 де¬
кабря о призыве лиц 1925 года рождения679 .
28 июля постановлением ГКО № 2114 было объявлено о фор¬
мировании на территории Северо-Кавказского военного округа
восьми стрелковых дивизий. Из перечня людских ресурсов, при¬
годных к укомплектованию новых соединений, были исключены
горцы Чечено-Ингушетии и Кабардино-Балкарии680 . При ко¬
лоссальном дефиците людей на данное мероприятие — 52,5 тыс.
чел., этим республикам был дан мизерный наряд — в совокупнос¬
ти 700 чел.
24 августа на основании директивы начальника ГУФ издан
приказ командующего Закавказским фронтом о запрете призыва
в армию военнообязанных из числа представителей всех народ¬
ностей Дагестана681.
Призыв в армию карачаевцев, черкесов и адыгов прекратил¬
ся естественным путем после оккупации этих районов противни¬
ком в августе 1942 г.
В 1941—1942 гг. ограничение не коснулось осетин, за исклю¬
чением горцев Казбекского района СОАССР, не упоминается оно
и официальных документах, в которых можно встретить перечень
народов, не подлежавших призыву. В то же время обращает на
себя внимание и то, что наряд для военкоматов Северной Осетии
в 1942 г. составил всего 400 чел.682
Во избежание недоразумений следует подчеркнуть, что в от¬
ношении северокавказцев, уже находившихся на фронте на тот
момент, никаких ограничительных мероприятий не велось. Ос-
159

новная масса лиц, мобилизованных в начале войны в части, к ко¬
торым они были приписаны, отправились на фронт и приняли
участие в борьбе с фашизмом, пройдя боевой путь до Дня Побе¬
ды. К сожалению, статистики на этот счет обнаружить не удалось.
Исключение составили представители тех северокавказских на¬
родов, которые были депортированы с исторической родины в
1943—1944 гг. Их увольняли из рядов Вооруженных Сил одновре¬
менно с проведением репрессивных акций на родине.
Мероприятия по ограничению призыва по социально-поли¬
тическим и национальным мотивам отличались тотальностью и
бескомпромиссностью, оставляли за бортом десятки тысяч здоро¬
вых и нередко обученных военному делу мужчин. Только по Се¬
веро-Кавказскому округу (без учета Северной Осетии и Дагеста¬
на) на 1 февраля 1942 г. числилось свыше 75 тыс. военнообязан¬
ных, не призываемых в армию по политико-моральным и
национальным признакам683 . С точки зрения интересов действу¬
ющей армии эти мероприятия не логичны. Изложенный комп¬
лекс директивных документов отражает некий курс советского
правительства, требующий анализа.
В случае с мусульманским населением Аджарии (Кедский,
Хулойский, Кобулетский и Батумский районы), а также тюркс¬
ким населением Казбеговского и Душетского районов, увольне¬
ние в запас велось в рамках общей программы очистки рядов
Красной армии от представителей национальностей, враждебных
Советскому Союзу и состоявших с ним в войне. Оно не было выз¬
вано конкретными проявлениями враждебности в отношении
государственной власти и представляло собой превентивную
меру, издревле укоренившуюся в практике ведения войн. Еще в
довоенный 1939 год, игнорируя конституционные нормы и не¬
давно принятый Закон о всеобщей воинской повинности, нар¬
ком обороны запретил прием в армию ряда национальностей, чья
лояльность социалистическому отечеству в условиях осложнения
международной обстановки считалась сомнительной. Очередно¬
му призыву не подлежали граждане СССР по национальности тур¬
ки, греки, японцы, китайцы, корейцы, немцы, поляки, финны,
прибалтийцы и болгары684 . Эта норма затем повторялась в еже¬
годных мобилизационных планах, в том числе и в мобплане на
1941 год, хотя очередные призывы граждан указанных выше на¬
циональностей были возобновлены685 . С начала войны все граж¬
дане СССР вышеперечисленных национальностей были уволе¬
ны из рядов Вооруженных Сил, а прием их в армию прекратил¬
160

ся. В одном из официальных документов эти национальности не¬
корректно определены как «несоветские»686 . Грузинские тюрки,
иранцы и мусульмане пополнили эту категорию «несоветских» из-
за своего этнического и/или конфессионального родства с враж¬
дебными турками.
Иначе дело обстояло со сванами Верхней Сванетии — насе¬
лением высокогорных районов Большого Кавказа. Этот малочис¬
ленный народ (не многим более 16 тыс. чел.), находившийся на
позднеродовой стадии общественного развития (натуральное хо¬
зяйство, племенная замкнутость, кровная месть, круговая пору¬
ка, прочие родовые институты), с трудом принял советскую
власть. Несмотря на достаточно гибкую политику государства,
многочисленные отступления и льготы местному населению, со¬
ветские и партийные институты утвердились здесь лишь формаль¬
но. Замкнутому сознанию сванов не ясен был смысл начавшейся
войны, ее целей и масштабов («Зачем мы пойдем в армию — фа¬
шистов мы будем бить здесь, если они сюда придут»687 ).
Пример сванов, многократно повторившийся в последующем
на Северном Кавказе, показывает, что с началом войны сталинс¬
кое руководство столкнулось с проявлениями у представителей
некоторых народов замкнутого архаичного менталитета, не раз¬
делявшего целей воюющего государства, гражданами которого
они состояли. Как в случае с аджарцами, так и со сванами, мо¬
билизация лета 1941 г. была сорвана. В директиве по поводу от¬
мены призыва в Аджарии причина была сформулирована так:
«В связи с особыми условиями, создавшимися... в связи с моби¬
лизацией в армию»688 . Трактовка такого поведения со стороны
властей как «антисоветского» в условиях военного времени была
ожидаемой, а приостановка приема представителей этих народов
в армию — простое средство ограждения вооруженных сил от «не¬
устойчивых элементов». По мере того как война и сопровождав¬
шие ее невзгоды затягивалась, негативные настроения среди на¬
селения Кавказа усиливались. Своего апогея они достигли нака¬
нуне и в период битвы за Кавказ, когда антисоветски настроенные
слои населения обрели надежду на реальное освобождение от ста¬
линского режима, которое им навязчиво сулила нацистская про¬
паганда.
Призывные кампании на Кавказе в годы войны еще никог¬
да не рассматривалась историками в контексте национальной
политики советского государства. Мобилизационные меропри¬
ятия требуют тщательного изучения, основанного на выявлении
6 -4998
161

их корреляции с установками государственной национальной поли¬
тики.
Тенденции развития государственной национальной полити¬
ки следует, в свою очередь, рассматривать в контексте развития
социально-политической ситуации в стране в целом и внутрен¬
ней политики в Советском Союзе в годы войны. Тяжелая, подчас
катастрофическая ситуация, в которой оказалось советское госу¬
дарство в начальный период войны, потребовало резкого ужес¬
точения внутренней политики. Начало Великой Отечественной
войны складывалось для Советского Союза крайне неблагопри¬
ятно. Красная армия терпела крупные поражения и непрерывно
отступала. В тылу у противника оставались наиболее населенные
и промышленно развитые регионы страны. Развитие событий тре¬
бовало от советского руководства немедленных мер по наведению
порядка на фронте и в тылу, искоренению имевших большое рас¬
пространение панических и пораженческих настроений. Уже в
первом после начала войны публичном выступлении Сталин ори¬
ентировал народ и армию на решительную борьбу с провокато¬
рами, паникерами и трусами689 . Еще более резкий тон содержит
приказ НКО № 270, изданный 16 августа 1941 г. В нем констати¬
ровалось наличие опасной тенденции к снижению боеспособно¬
сти Красной армии из-за участившихся случаев измены родине
среди военнослужащих всех рангов, чему приводилось несколь¬
ко примеров (впоследствии не подтвержденных) о переходе на
сторону противника ряда советских генералов. Уникальная откро¬
венность этого документа и степень огласки — приказ в обяза¬
тельном порядке доводился до каждого бойца — означали, что ру¬
ководство страны оценивало ситуацию как отчаянную и готово
было на радикальные меры для ее исправления. Такое сложное и
противоречивое явление? как трагедия окружения и плена? по¬
давалась здесь лишь в ракурсе предательства и измены родине690.
Приказ НКО № 270 имел долговременный политический и
пропагандистский эффект. В совокупности с Указом Президиу¬
ма Верховного Совета СССР «О каре за измену Родине» и соот¬
ветствующими пунктами Дисциплинарного устава, постановле¬
нием ГКО № 1069 от 27 декабря 1941 г., посвященного выявле¬
нию в войсках шпионов, дезертиров и окруженцев, а позже и
приказа НКО № 227 от 1942 г. («Ни шагу назад!»), он составил
основу репрессивной нормативной базы, действовавшей в армии
на протяжении войны. Упредительно-угрожающий тон приказа
(«Если дать волю этим трусам и дезертирам, они в короткий срок
162

разложат нашу армию и загубят нашу Родину») наряду с наделе¬
нием командиров и комиссаров правами внесудебного наказания
изменников родины (предписывалось «уничтожать их всеми сред¬
ствами», «расстреливать на месте») означали открытие новой —
жестокой и бескомпромиссной — кампании бдительности691. Ат¬
мосфера страха, всеобщей подозрительности, шпиономания, ак¬
тивно культивировавшиеся государственной пропагандой, с на¬
чалом войны многократно усилились, приобрели тотальный ха¬
рактер, всячески нагнетались прессой.
В этих условиях любые признаки социальной напряженнос¬
ти, независимо от ее природы, могли быть квалифицированы как
антисоветские и «контрреволюционные» и повлечь за собой не¬
адекватно жесткие меры. Нередко эти меры из соображений под¬
страховки и оперативности носили тотальный, превентивный и
внесудебный характер. Н.Ф. Бугай находит в сталинской нацио¬
нальной политике эмоциональные, «труднообъяснимые» мотивы,
исходившие от нескольких верховных руководителей Советского
Союза, руководимых «безумными политическими фантазия¬
ми»692 . Характерный ход мысли сталинского руководства демон¬
стрирует Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 авгус¬
та 1941 г. о переселении немцев Поволжья из мест традиционно¬
го проживания и ликвидации государственной автономии. Здесь
безапелляционно было заявлено, что, «по достоверным данным»,
среди них «имеются тысячи и десятки тысяч диверсантов и шпи¬
онов, которые по сигналу, полученному из Германии, должны
произвести взрывы». Однако остальное население из числа нем¬
цев не оповещает об этом советские власти, чем содействует шпи¬
онской деятельности. Поэтому правительство вынуждено «при¬
нять карательные меры против всего немецкого населения По¬
волжья»693. Аналогичным образом в начале войны велись
мероприятия по изъятию из рядов Красной армии выходцев из
западных областей СССР, которым поголовно инкриминирова¬
лось ведение «черного дела по разложению войск». Один воен¬
ный наблюдатель замечал, что «даже если те ведут себя образцо¬
во, это признается как напускное» (курсив мой. — А.Б.) 694 .
Одной из конфликтных сфер советской внутренней полити¬
ки был национальный вопрос. Экономические и социально-по¬
литические эксперименты 20—30-х годов нарушили традицион¬
ный патриархально-родовой быт горцев и вызвали брожение в их
среде. Еще до войны в некоторых регионах Северного Кавказа
случались вооруженные восстания, которые подавлялись силой695 .
163

В условиях войны лояльность горцев советскому государству
имела особую важность, поскольку стоял вопрос о допуске их к
оружию и профессиональной военной подготовке. Призыв в ар¬
мию стал действенным средством коррекции .государственной
национальной политики в соответствии с новыми реалиями во¬
юющего государства. Можно сказать, что военно-мобилизационная
политика отражала степень доверия государства к этническим и
социальным категориям своих граждан. Чувствительность призыв¬
ной политики в годы войны к изменениям политического кли¬
мата в кавказских национальных автономиях стала одной из клю¬
чевых ее характеристик.
С началом войны многочисленные налоги, мобилизации
скота и транспорта, оборонительные работы, денежные займы
не всегда воспринимались с пониманием местным населением.
По мере приближения линии фронта этот нажим лишь увели¬
чивался. Сложная задача довольствия более чем миллионной
армии, оборонявшей Северный Кавказ, также в основном была
решена за счет местного населения. Принятое вскоре после на¬
чала битвы за Кавказ постановление Военного совета Закавказс¬
кого фронта требовало «усилить использование местных продо¬
вольственных и фуражных ресурсов и особенно муки, жиров,
круп, мяса, зернофуража» Дагестанской, Северо-Осетинской,
Кабардино-Балкарской, Чечено-Ингушской республик, Орджо-
никидзевского и Краснодарского краев. Одновременно прекра¬
щался завоз перечисленных продуктов на территории этих рес¬
публик и краев696. Иногда военными допускались перегибы. Пред¬
ставитель Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б)
Битиев, командированный на Северный Кавказ, наблюдал весь¬
ма распространившуюся с приближением линии фронта карти¬
ну. Группы военных под предлогом военных нужд, без предъяв¬
ления нарядов изымали у колхозников хлеб, скот, материальное
имущество. На строительство полевых сооружений без особой
нужды разбирались новые дома. По словам Битиева, «все эти фак¬
ты вызывают большое недовольство у населения...», а их искоре¬
нение тормозится покровительственным равнодушием военных
властей697 . Такие «факты безобразного обращения с местным на¬
селением»698 выставляли советские войска в очень невыгодном
свете. Приходилось принимать экстренные меры для предотвра¬
щения этого явления, применяя жесткие меры в отношении лиц,
допускавших экспроприации без санкции военных советов армий
и фронта699 .
164

Гражданские власти, выполняя правительственные задания,
также часто прибегали к грубому администрированию. В Дагес¬
тане во многих районах работы по сооружению оборонительных
рубежей не оплачивались, людей кормили плохо700 . Имела место
жестокая практика взятия в заложники членов семей, уклоняв¬
шихся от работ701. Между тем число уклонистов от работ достиг¬
ло к концу года 10 тыс. чел.702
Бескомпромиссная борьба с бандитизмом в автономных рес¬
публиках порой принимала недопустимые формы. В начале сен¬
тября 1942 г. несколько партизанских отрядов сожгли два чеченс¬
ких аула. Это было акцией возмездия за то, что бандиты — жители
этих аулов участвовали в нападении на группу красноармейцев703 .
Такие меры лишь способствовали эскалации противодействия
горцев советским властям. Заместитель начальника отдела по
борьбе с бандитизмом НКВД Руденко к числу главных причин
расширения повстанческого движения относил «допускаемые
перегибы в проведении чекистско-войсковых операций, выража¬
ющиеся в массовых арестах и убийствах лиц, ранее не состояв¬
ших на оперативном учете и не имеющих компрометирующего
материала»704 .
Благодаря круговой поруке и местничеству республиканским
властям подолгу удавалось замалчивать неблагоприятную ситуа¬
цию в своих регионах. Так, в Дагестане проверка, проведенная в
сентябре 1942 г. сотрудниками НКВД и лично Л. Берией, выяви¬
ла крупнейшие недостатки и злоупотребления в административ¬
ном управлении горными районами республики. В результате
многолетних засух и недородов их население находилось на гра¬
ни голода. Оно активно выражало свое недовольство, игнорируя
колхозы, уклоняясь от призыва в армию, дезертируя, уходя в бан¬
ды. Однако местные партийные и советские власти самоустрани¬
лись от проблем, опасались брать на себя инициативу в столь
сложном деле и ожидали указаний сверху705 . Председатель СНК
Дагестана А. Даниялов впоследствии признавал, что «во многом
дезертирству способствовала нечеткость в работе аппаратов рай¬
военкоматов, партийных, советских и комсомольских организа¬
ций, слабая разъяснительная работа»706 . На основе предложений
Л.П. Берии, И.В. Тюленева и первого секретаря ЦК КП(б) Азер¬
байджана М.-Д.А. Багирова 16 сентября было издано специаль¬
ное постановление ГКО по Дагестану № 2309 за подписью Ста¬
лина707 , в соответствии с которым со своей должности был снят
первый секретарь Дагестанского обкома Н.И. Линкун. На после¬
165

довавшем сразу за этим XIV Пленуме обкома ВКП(б) Дагестана,
стремясь отмежеваться от грядущих чисток, недавние коллеги
Линкуна выплеснули наружу масштабную картину бедствий, по¬
стигших республику. Говоря о последствиях голода среди горцев-
аварцев и их стихийном переселении на равнину в 1941 г., обер¬
нувшемся многочисленными жертвами, один из выступавших
отмечал: «Все происходило на наших глазах, и только после вме¬
шательства ГКО мы делаем удивленные лица: искривления на¬
шей национальной политики... Не мы ли были свидетелями это¬
го невольного переселения..., когда многотысячная армия бед¬
ствующего народа спустилась с гор на плоскость, голодала и
вымирала, кто из нас на наших партийных совещаниях и конфе¬
ренциях, пленумах открыто сказал об этом? Никто, ни один. Все
это как-то считалось явлением обычным, проходило мимо нас и
называлось “неорганизованным переселением”»708 .
Аналогичная ситуация складывалась и в других северокавказ¬
ских регионах. Осенью 1942 г. заместитель наркома внутренних
дел СССР И.А. Серов докладывал в Москву: «В течение длитель¬
ного времени местные органы власти не завозили в горные райо¬
ны товаров широкого потребления (керосин, спички, мыло, соль
и т.д.), в результате [чего] небывало возросли цены на эти това¬
ры. Это все в известной степени восстанавливало местное насе¬
ление против органов власти...»709 Это же называлось непосред¬
ственной причиной срыва мобилизаций и призывов, как это было
в Аджарии и Сванетии710.
Постепенно руководство страны стало осознавать, что лишь
репрессивными подходами ситуацию невозможно было испра¬
вить. Тот же Серов замечал: «Только оперативно-чекистские ме¬
роприятия без политико-разъяснительной работы и удовлетворе¬
ния потребностей горского населения товарами широкого потреб¬
ления будут неэффективными, и мы не сумеем оторвать рядовую
часть в бандгруппах от их главарей»711. С конца 1941 г. вырабаты¬
вается система мер, направленных на оздоровление обстановки в
неспокойных регионах Кавказа, снижение социальной напряжен¬
ности. Этот комплекс включал в себя следующие мероприятия.
Во-первых, непрерывная агитационная и разъяснительная
работа по вопросам текущего момента войны и политики советс¬
кого правительства. Она понималась как барьер на пути слухов и
домыслов, которые заполняли информационный вакуум во мно¬
гих горных районах712. Особая ставка делалась на работу со ста¬
риками и женщинами. Используя авторитарные обычаи патри¬
166

архальной семьи, они должны были усовестить своих неприми¬
римых сыновей и мужей, не желавших мириться с советской вла¬
стью713 .
Во-вторых, широкое распространение получила практика ле¬
гализации членов бандитских и повстанческих групп, дезертиров
и уклонистов. Легализация исключала применение репрессий по
отношению к лицам, добровольно спускавшихся с гор и скла¬
дывавших оружие. Так было весной 1943 г. в Карачае714. В мае
1943 г., даже после полного провала добровольческой кампании
по вступлению в ряды Красной армии горцев, обком партии Че¬
чено-Ингушской республики рекомендовал компетентным орга¬
нам применять репрессии только к отдельным из выявленных
1136 дезертиров715. Нехарактерный для тоталитарного государства
мягкий подход к лицам, совершившим тяжкое государственное
преступление и уличенным в этом, имел целью не спровоциро¬
вать еще большее противодействие горцев. Это был сугубо так¬
тический прием, применявшийся в конкретной обстановке. Нар¬
ком внутренних дел Дагестана Медведев отмечал позицию Берии
на этот счет: «Тов. Берия... говорил, [что] не всегда нужно разго¬
варивать с бандитами оружием»716.
В-третьих, работа по улучшению продовольственного снаб¬
жения горского населения. В 1941 г. снижен сельскохозяйствен¬
ный налог у сванов Квемо-Сванетии, отменена мобилизация ло¬
шадей и других материальных ценностей717, балкарскому населе¬
нию в октябре 1942 г. было выделено 600 тонн кукурузы718.
Вопрос о масштабах банддвижения в горских республиках
Северного Кавказа активно обсуждается в современной научной
литературе и периодике. Своего пика оно достигло в 1942 г., во
время обороны Кавказа. В течение этого года на территории Се¬
верного Кавказа было проведено 43 войсковых чекистских опе¬
рации (не считая операций, проводившихся частями Красной
армии), в ходе которых было ликвидировано 2342 бандита. Су¬
ществовала вполне определенная тенденция к организационно¬
му оформлению банддвижения и провозглашению лидерами
крупных бандгрупп в Кабардино-Балкарии, Карачае и Черкессии,
Чечено-Ингушетии политических целей. Уголовный бандитизм
перерождался в антисоветское профашистское повстанческое
движение. Бандгруппы имели штабы, базы, средства связи. Одна
из группировок, разгромленная на территории Чечни, насчиты¬
вала около 600 человек719. В октябре 1942 г. командующий Закав¬
казским фронтом И.В. Тюленев доносил в Ставку: «Нужно ска¬
167

зать, что бандитизм развивается в размерах, с которыми приходится
считаться и привлекать на [его]подавление немалые силы. (Курсив
мой — А.Б.) Помимо частей НКВД, от фронта занято борьбой с
бандитизмом 18 отдельных рот и два усиленных батальона; на всех
военных дорогах держатся усиленные гарнизоны, оружие для ко¬
торых выдано за счет фронта»720 .
Указаны были и наиболее пораженные этим явлением регио¬
ны — Чечено-Ингушетия и Северо-Западный Дагестан721. В дру¬
гом аналитическом документе регионами, где политический бан¬
дитизм получил значительное распространение, названы Кара¬
чаевская автономная область, Северо-Осетинская и Чечено-
Ингушская автономные республики722 . В Кабардино-Балкарии
повстанческим движением были охвачены пять районов723 .
Наибольшее беспокойство вызывала ситуация в Чечено-Ин¬
гушетии. Именно отсюда впервые стали поступать тревожные
данные об обострении социально-политической ситуации. По¬
литическое повстанческое движение и уголовный бандитизм здесь
не угасали с момента установления советской власти, несмотря
на жесткую непрерывную борьбу с этими явлениями724 . Уже пер¬
вая мобилизация в июне—июле 1941 г. прошла с напряжением и
обнаружила, что определенные слои горцев не желали служить в
советской армии. Все последующие военно-мобилизационные
мероприятия — приписки и призывы призывников, перерегист¬
рации, освидетельствования и мобилизации военнообязанных и
материальных средств проходили при все усиливавшемся со¬
противлении населения725 . Своего апогея оно достигло весной
1942г. Поданным современного историка Э. Абрамяна из 14576чел.,
мобилизованных в марте 1942 г., дезертировали и, перейдя на не¬
легальное положение, ушли в горы 13 560 чел.726 Наблюдалась тен¬
денция к распространению антисоветских и профашистских на¬
строений среди населения. Особенно опасной была поддержка
антисоветских настроений со стороны представителей самих со¬
ветских, партийных властей и руководства силовыми ведомства¬
ми Чечено-Ингушетии727 . В специальном постановлении Воен¬
ного совета 44-й армии констатировалось: «элементы из местного
населения... ведут антисоветскую агитацию и сеют пораженческие
настроения... Контрреволюционная часть населения сама встает
на этот путь и тем самым активно содействует противнику в про¬
ведении его планов. Так, установлено немало случаев скупки на¬
селением оружия, укрытия банд, подведения немцев к нашим
окопам...»728
168

Органы НКВД давали еще более категоричную оценку ситуа¬
ции в Чечено-Ингушетии, что видно из документов, опублико¬
ванных Н.Ф. Бугаем: до войны строительство колхозов шло в ре¬
гионе формально, земля оставалась в рыночном обороте, кулаче¬
ство имело большое влияние на массы. С началом войны
бандитизм резко активизировался. В Чечне создана политичес¬
кая антисоветская организация — Чечено-Горская национал-со¬
циалистическая партия (ЧГНСП)729 . Современные исследовате¬
ли подчеркивают тесную связь повстанцев в Чечне, Дагестане с
германской разведкой абвер, всячески (материально и организа¬
ционно) стимулировавшей антисоветские настроения горцев и
старавшейся взять движение под свой контроль730 . Интенсивная
борьба с повстанчеством шла и в 1943 г., после освобожения края
от оккупантов. Ее результаты представлены в таблице 2,
Тесно связанной с распространением бандитизма была тен¬
денция роста уклонения от службы в армии, саботаж мобилиза¬
ционных мероприятий и дезертирство, в том числе массовое де¬
зертирство с оборонных работ. По словам председателя Дагестан¬
ского Верховного Совета Тахтарова, выступившего в сентябре
1942 г. на XIV пленуме Дагестанского обкома ВКП(б), еще три-
четыре месяца назад эти явления не были широко распростране¬
ны в республике731. Аналогичная тенденция отмечалась в горах
Кабардино-Балкарии и Чечено-Ингушетии. В отличие от по¬
встанческого движения и общего брожения среди горского насе¬
ления, с трудом поддававшихся количественной оценке, срыв
мобилизационных, призывных и добровольческих кампаний сра¬
зу становились очевидными руководству. Поэтому именно сабо¬
таж населением призыва и мобилизаций нередко являлся непос¬
редственным поводом для приостановки призыва в том или ином
регионе. Документально такая взаимосвязь зафиксирована в слу¬
чае с приостановкой призыва у аджарцев и сванов в 1941 г.732 , а
также у чеченцев и ингушей — в начале 1942 г.
Причины приостановок призыва центральными властями не
раскрывались и не комментировались. Даже республиканские
руководители не получали официальных разъяснений на этот
счет. В своем ходатайстве начальнику Главупраформа РККА о
возобновлении призыва среди народностей Дагестана руководи¬
тели республики А. Алиев и А. Даниялов высказывались предпо¬
ложительно: «Основанием для дачи таких указаний (имелась в
виду директива Главупраформа о приостановке призыва дагестан¬
цев. — А.Б.) могли служить (курсив мой. — А.Б.) соображения о
169

Таблица 2
Сведения о результатах борьбы с бандитизмом
на Северном Кавказе. Январь — 10 октября 1943 г.
Кол-во опе¬
раций
Убито
бандитов
Ранено
Захвачено
в плен
Итого
Убито
сотрудников
НКВД
Ранено
Итого
Краснодарский край
98
109
15
660
784
14
8
22
Ставропольский край
23
15
1
108
139
—
—
—
Черкесская АО
22
13
8
111
132
—
—
—
Карачаевская АО
37
99
14
380
493
60
55
115
Кабардино-
Балкарская АССР
25
141
22
1039
1202
18
42
60
Чечено-Ингушская
АССР
57
256
22
3188
4119
45
29
74
Северо-Осетинская
АССР
3
13
-
8
21
-
-
-
Дагестанская АССР
2
4
—
178
182
1
—
1
Грузинская ССР
79
30
12
229
271
9
11
20
Армянская ССР
2
1
1
4
6
—
—
—
Итого
352
681
94
5910
6685
147
145
292
РГВА. Ф38650. On. 1. Д. 128. Л. 3.
Примечание: Сведения по Ставропольскому краю и Чечено-Ингу¬
шетии даны по состоянию на 31 декабря 1943 г.
политико-моральной неустойчивости состава призываемых в
ряды Красной армии людей из народностей Дагестана»733 .
Руководители северокавказских автономий оказались в слож¬
ном положении. Реакция лидеров Дагестана представляет собой
редкий пример, когда республиканское руководство вступало в
полемику с центральным правительством по поводу приостанов¬
ки призыва в своем регионе. Напротив, оно становилось объек¬
том резкой критики со стороны Сталина за неспособность под¬
держать правопорядок во вверенных им регионах.
Неуверенности лидерам северокавказских автономий добав¬
ляла угроза предъявления им политических обвинений, главным из
которых в национальных окраинах СССР было обвинение в бур¬
жуазном национализме. Например, с именами лидеров Кабарди¬
но-Балкарии — секретаря ВКП(б) З.Д. Кумехова и председателя
СНК Х.К. Ахохова связывался разгул на территории республики
в период битвы за Кавказ «буржуазного национализма», борьба с
170

которым стала успешной только после их смещения734 . По при¬
знанию бывшего председателя правительства и первого секрета¬
ря Северо-Осетинского обкома К. Кулова, «мы... побаивались Бе¬
рия, не проявляли достаточной воли»735 . Поэтому даже на весть о
выселении чеченцев председатель СНК Чечено-Ингушетии Мол-
лаев, по словам Берии, лишь «прослезился», а затем обещал вы¬
полнить все задания правительства на этот счет736 . Какую-то роль,
несомненно, играло и то, что политические руководители мно¬
гих республик были русскими (первые секретари — Дагестана
Н. Линкун, Северной Осетии, позже Кабарды — Н.М. Мазин, Че¬
чено-Ингушетии — В.А. Иванов) и не столь остро ощущали вред¬
ность для народного самосознания отказа в призыве в армию.
С начала января 1943 г., по мере стремительного освобожде¬
ния территорий северокавказских республик от оккупантов, ра¬
бота республиканских военкоматов стала немедленно восстанав¬
ливаться. Так, весь аппарат Кабардино-Балкарского республикан¬
ского военкомата был направлен в Нальчик уже на следующий
день после освобождения города. Всем военкоматам были даны
указания «не допускать излишней задержки» в регистрации и от¬
правке в армию военнообязанных и призывников из освобожден¬
ных районов. Оперативные группы военкоматов следовали непос¬
редственно за боевыми порядками наступавших частей Красной
армии, выявляя и направляя в армейские запасные части годные
к службе контингенты737 .
Однако результаты мобилизации и призыва были мизерны¬
ми: призыву в армию подлежали лишь лица так называемых «ев¬
ропейских» национальностей. В перечень последних входили рус¬
ские, украинцы, белорусы, а также, как правило, евреи. На 1 ап¬
реля 1943 г. из трех республик (Кабардино-Балкарии, Северной
Осетии и Чечено-Ингушетии) в войска было отправлено лишь
1313 чел738 . В отношении представителей горских народов было
дано категоричное разъяснение: «в армию не призывать и никуда
не отправлять»739 . После регистрации в военкоматах по месту
жительства они распускались по домам «до особых распоряже¬
ний». Также не был возобновлен призыв среди коренных нацио¬
нальностей Черкесской, Карачаевской и Адыгейской автономных
областей. Правда, в августе 1943 г. горцы — призывники 1926 года
рождения проходили приписку к призывным участкам наравне с
другими призывниками Советского Союза740 .
В 1943 г. запрет на призыв северокавказских горцев приобрел
новый оттенок. Наряду с усилиями по легализации членов банд¬
171

группировок он лег в основу мероприятий, направленных на наи¬
более полное выявление, учет и концентрацию в населенных пун¬
ктах лиц национальностей, намеченных к депортации. Прави¬
тельство немедленно реагировало на всякие сообщения о попыт¬
ках организации призыва в северокавказских республиках. Так,
29 июня 1943 г. представитель Главного управления формирова¬
ния и укомплектования войск в телеграфных переговорах с на¬
чальником штаба Северо-Кавказского фронта Барминым в рез¬
кой форме отчитал последнего за то, что якобы был начат при¬
зыв в армию карачаевцев, что вызвало в Москве «недоразумения».
Бармину в категорической форме было приказано «немедленно
отменить призыв и призванных карачаевцев распустить по до¬
мам». Тут же он счел нужным подчеркнуть: «Повторяю — Кара-
чай, Кабардино-Балкария, Чечено-Ингушетия, Дагестан, Север¬
ная Осетия — не горские национальности подлежат перерегист¬
рации; горцев не перерегистрировать и не призывать»741.
Тревога центральных органов оказалась необоснованной:
штаб СКВО не нарушал предыдущих запретов на призыв. Зато
документ четко указывает на источник этих настойчивых распо¬
ряжений. По словам Бармина, секретарь ставропольского край¬
кома М.А. Суслов «разговаривал по этому вопросу с т. Берия»,
который сообщил, что «существует ряд причин», по которому
призыв карачаевцев недопустим742 . Упомянутый ряд причин в
совокупности с именем наркома внутренних дел указывают на
последующую депортацию карачаевцев, проведенную в ноябре
1943 г. Здесь отказ в призыве в армию встроен в репрессивную
цепь: легализация дезертиров и бандитов и прекращение призы¬
ва — концентрация карачаевского населения в долинах — пого¬
ловная депортация. Аналогичные меры были предприняты в от¬
ношении чеченцев и ингушей, а также «местных национально¬
стей Кабардино-Балкарской АССР»743 . Дезертиры из числа
местных национальностей, добровольно являвшиеся в органы ме¬
стной власти, не подлежали уголовному преследованию, как и
воинской повинности744 . В одной из телеграмм разъяснялось, что
лицам из числа дезертиров, добровольно подавших заявления о
возвращении в армию, также должно быть отказано в призыве745 .
Отмена призыва вызывала порой неожиданные последствия.
4 августа 1943 г. ставропольский крайвоенком Христофоров со¬
общал начальнику штаба Северо-Кавказского военного округа,
что известие об отмене призыва в Карачаевской автономной об¬
ласти вызвал массовый отток карачаевцев с фронта. Под предло¬
172

гом командировок или отпусков они возвращались в родные се¬
ления, нигде не регистрируясь. Органы НКВД закрывали глаза
на это явление, с тем чтобы не вызвать тревоги у населения и не
сорвать легализацию карачаевцев, возвращавшихся с гор в аулы746 .
Принципиальный отказ от использования в войсках предста¬
вителей северокавказских народов объясняет мизерные показа¬
тели наличия годных для службы в армии людских ресурсов в этих
республиках. Так, на 15 июля 1943 г. в Кабардино-Балкарии со¬
стояли на учете как годные к строевой службе 222 военнообязан¬
ных в возрасте до 47 лет и ни одного призывника, в Северной Осе¬
тии, соответственно, 408 и 39 чел., в Чечено-Ингушетии — 281 и
35 чел. и т.п. Всего по трем республикам числилось 3928 чел., год¬
ных и негодных к строевой службе призывников, а также 419 чел.,
годных к физическому труду. Одновременно возрастал контин¬
гент лиц, не призывавшихся по политическим мотивам. К нояб¬
рю 1943 г. численность военнообязанных и призывников, при¬
зыв которых был запрещен по национальному признаку или как
социально чуждых, превысила 95тыс. чел. (см. таблицу 3). Эта циф¬
ра сопоставима с численностью усиленной общевойсковой армии.
Северокавказцы почти перестали поступать в войска. Так, в
28-й запасной бригаде СКВО, через которую проходила значи¬
тельная часть лиц, призванных и мобилизованных по Северному
Кавказу, их удельный вес летом 1943 г. колебался от 0,5 до 1%.
Представителей чеченского, ингушского, кабардинского, балкар¬
ского и карачаевского народов в составе бригады не было747 . До
конца войны (в случае с балкарцами, карачаевцами, чеченцами и
ингушами — до дня депортации) представители северокавказс¬
ких народов принимались на службу в армию исключительно на
добровольной основе748 .
Казалось, устранена сама причина запрета на призыв горцев.
Уже в конце ноября 1942 г. политическое руководство Дагестана
вышло в Главное управление мобилизации и формирования с
предложением снять существующий запрет, мотивируя его почти
полным подавлением повстанческого движения, резким сокраще¬
нием дезертирства и уклонения от мобилизационных меропри¬
ятий. Однако и в данном случае и в последующих руководство
страны непоколебимо следовало избранному в первые дни вой¬
ны курсу на тотальный запрет призыва северокавказских горцев.
Он сохранился до самого конца войны. Призыв граждан 1927 года
рождения, проводившийся уже летом 1945 г., также обошелся без
них750 .
173

Сведения об остатках ресурсов военнообязанных запаса и призывников
по Северо-Кавказскому военному округу на 1 ноября 1943 г.749
Итого
1946
17194
969
19869
57147
87412
33025
791/7155
|	110700	|
и
« S
as
о
гч
Ь 5
Os
OS
5
Os
Os
СВСД.
ет
ед.
Os
ш
—
х ®
ио
= S
ГЧ
co
Нет
д я
ОО
S it
sO
C>
о
а и
ОО
«П
ГО
о
1584
32/
—
Os
«О
я 5 И
»п
ГО
СО
гч
Os
ГЧ
os
in
*n
00
12/9
Os
СО
wH
Os
О
и °*
*п
SO
co
co
ГЧ
ГЧ
ГЧ
Чеч,-
Инг.
РВК
66
307
49
546
48781
48636
1965/87
3/3095
| 8907 1
SO
гч
оэ S
ОО
о
Qs
Г-
3
00
о
so
*n
о
о и И
гч
о
о
гч
и О ft-
VO
so
wH
•н
1Л
о Ы
so
Os
CO
'575
гч
OS
Ь CQ
о О
»п
46
so
wo
^4
О
oo
44)
СП
Си
5
Е
а И
ОО
)97
2
о
oo
О
ГЧ
Tf
5/693
os
о
^4
о
о
ОО
g
о
ОО
СО
o>
ГЧ
i4
oo
ОО
и
ч
о
расно
КВК
127
6016
ОО
ОО
6231
508
О
834/74
e
23619
1
S
о
6
«г
1ЫХ
ui
JS
я
Л т
2 х
о ю
X
ужб
1чес
s
я
s ?
E =
i
e
a	О
e
ых:
Ы1Ь
Q
Все возраст
до 50 лет
одних к стр
енных и нсо
пых
Нестроевы
годных к сл;
ДНЫХ К фИ31
му труду
5
IO
о
о
s
s
я
о
призыв, no
<x по нац. пр
Призывник)
1926 г.р.
стройДнестр
В том числ
епризываем
1С/национал
признак
На спецучеп
Г
буч
Не
0 го
о
He
1 Hl
)
S S
Е
о
—
sa
S
174

В конце 1942 г. волну бандитизма, дезертирства и прочих не¬
гативных явлений в северокавказских республиках удалось
сбить, а в течение 1943 г. в основном ликвидировать эти явле¬
ния.
Следует обратить внимание на важную особенность практи¬
ки исполнения распоряжений вышестоящих инстанций. Невзи¬
рая на категоричность директив, многочисленные внушения и
предупреждения, приказы, поступавшие сверху, нередко не ис¬
полнялись в полном объеме. Причин тому было множество: пло¬
хие связь и взаимодействие внутри бюрократической вертикали,
халатность исполнителей, кампанейщина, отписки, объективная
неисполнимость некоторых распоряжений в назначенные сроки,
формальность контроля со стороны вышестоящих инстанций и
т.д. Так или иначе, применительно к ограничительным мерам в
призывной политике это означало, что нередко на местах они
проводились в жизнь с опозданием или даже фиктивно. Предста¬
вители народов, на чью службу в армии был наложен запрет, по¬
долгу находились в войсках, а вследствие частых перемещений и
перетасовок личного состава работу по «отсеиванию» «социаль¬
но-чуждых элементов» много раз приходилось начинать заново.
Еще в 1942 г. в большинстве дивизий насчитывалось от несколь¬
ких человек до нескольких десятков турок, курдов, поляков и др.
Вот один пример. После неоднократных категоричных разъясне¬
ний Главного управления формирований об отмене призыва и
увольнении из армии уроженцев Аджарии летом 1942 г. между
республиканским военкомом Грузии и штабом Закавказского
фронта завязалась оживленная переписка: призывать все же ад¬
жарцев или нет? Представители штаба даже настаивали на том,
что «их призыв никем не запрещался», чем окончательно поста¬
вили грузинского военкома в тупик751. Широко распространен¬
ная практика легализаций уклонистов, дезертиров и бандитов на
Северном Кавказе санкционировалась республиканскими обко¬
мами, которые при этом сами признавали, что велась она «воп¬
реки всем существующим законам»752 . В 1944 г., после выселения
с исторической родины чеченцев, ингушей, карачаевцев и др. на¬
родов, директивы действующим войскам о немедленном уволь¬
нении военнослужащих этих национальностей в запас не выпол¬
нялись по несколько месяцев753 и т.д.
Приостанавливая призыв и мобилизацию военнообязанных
в том или ином регионе, руководство страны, с одной стороны,
объективно усложняло себе задачу по изысканию резервов для
175

Военные действия на Северном Кавказе летом и осенью 1942 г.
176

пополнения действующей армии. Чрезмерную нагрузку несли
политически «благонадежные» народы. Политические решения
шли вразрез с актуальными потребностями действующей армии.
С другой стороны, широкая огласка таких решений могла навре¬
дить интернационалистскому имиджу советского государства и
Красной армии, возмущало патриотически настроенное населе¬
ние регионов, чья служба в армии считалась нежелательной.
Именно о таких настроениях жителей Дагестана сообщали в но¬
ябре 1942 г. начальнику Главупраформа Щаденко руководители
Дагестана А. Алиев и А. Даниялов: «запрещение призыва в ряды
Красной армии является в жизни народов Дагестана политичес¬
ки вредным и ничем не смываемым пятном...» (здесь и далее курсив
мой. — Л.5.)754 Этот запрет также «отрицательно и вредно отра¬
зится на фактически призванных в ряды РККА [дагестанцах], так
как каждый из призванных систематически поддерживает пись¬
менную связь со своими семьями...»755
Альтернативой обязательному призыву в тех регионах, где он
был отменен, стало добровольчество. Оно должно было автомати¬
чески предохранять Красную армию от проникновения в нее ан¬
тисоветски настроенных и неустойчивых лиц и одновременно
давало возможность удовлетворить стремление тех кавказцев, ко¬
торые действительно готовы были на фронте отстаивать интере¬
сы советского государства.
В начале войны добровольчество на Северном Кавказе, как и
во всей стране, дополняло обязательный призыв. Не менее важ¬
на была и его идеологическая функция: масштабы добровольчес¬
кого движения демонстрировали степень патриотического подъе¬
ма населения. Этот показатель был очень важен для советского
правительства. Политическая значимость этого явления сделала
добровольческую статистику самостоятельным показателем, су¬
ществовавшем отдельно от фактических результатов приема доб¬
ровольцев в армию. Человек, подавший в военкомат заявление о
добровольной отправке на фронт, совсем не обязательно отправ¬
лялся туда. В тех случаях, когда он подлежал плановому обяза¬
тельному призыву, очередной мобилизации, был забронирован за
производством, не подходил для службы в армии по возрасту, со¬
стоянию здоровья и прочим показателям, он оставлялся на мес¬
те, но обязательно учитывался в добровольческой статистике.
Добровольчеством охватывался, как правило, непризывной
контингент граждан: старшие и допризывные возраста, комиссо¬
ванные по болезням, увечьям и т. д. На Северном Кавказе на
177

добровольной основе в конце 1941 — начале 1942 г. были сфор¬
мированы Адыгейский добровольческий кавалерийский полк,
115-я Кабардино-Балкарская кавалерийская дивизия, некоторые
другие национальные части.
Интенсивность добровольческого движения в разных регио¬
нах была не одинаковой. В начальный период войны в русле вы¬
сокого патриотического подъема в большинстве республик доб¬
ровольческие кампании давали хорошие результаты. Поданным
X. И. Сиджаха, при формировании в начале 1942 г. Адыгейского
добровольческого кавалерийского полка, включенного позже в
состав 13-й Кубанской кавалерийской дивизии, поток доброволь¬
цев значительно превысил штатную потребность, многим при¬
шлось отказать. Из 1294 отобранных бойцов и командиров около
700 чел. были адыгейцами756 . Большой энтузиазм наблюдался и
при формировании добровольческой 115-й Кабардино-Балкарс¬
кой кавалерийской дивизии. В состав соединения вошли три ка¬
валерийских полка, артдивизион, мотоэскадрон химзащиты, по¬
луэскадрон связи и других подразделений общей боевой числен¬
ностью в 3500 сабель757 . В обнаруженном в ЦАМО дневнике
начальника штаба этой дивизии подполковника М.С. Эхохина за
период формирования дивизии не зафиксировано серьезных не¬
достатков, а деятельность партийных и советских органов он оха¬
рактеризовал положительно. В день приема одного из полков в
действующую армию 2 мая 1942 г. в населенном пункте Баксан
Эхохин наблюдал настоящий народный праздник, где все люди
были сплочены общей гордостью за своих сыновей, одетых в на¬
циональную воинскую форму, вооруженных кинжалами и клин¬
ками758 .
В то же время неудачей окончилось формирование 114-й Че¬
чено-Ингушской кавалерийской дивизии, которую из-за недо¬
статка добровольцев и массового дезертирства759 пришлось пере¬
формировать в полк. Однако и после этого дезертирство в чече¬
но-ингушском полку носило массовый характер760 .
С приостановкой призыва титульных национальностей севе¬
рокавказских республик добровольчество приобрело особый по¬
литический оттенок. Потребности комплектования войск и вос¬
полнения потерь противоречили проводимому курсу националь¬
ной политики. Возможность стать добровольцем теперь стала
привилегией политически благонадежных граждан.
В конце августа 1942 г. Чечено-Ингушский обком партии со¬
вместно с командующим Северной группы войск Закавказского
178

фронта генералом И.И. Масленниковым запросили у Ставки Вер¬
ховного Главнокомандования разрешения провести прием доб¬
ровольцев среди чеченцев и ингушей на том основании, что все
они — 45 тысяч здоровых мужчин — «хотят драться с фашиста¬
ми»761 . Перед принятием решения Сталин запросил мнение ге¬
нерала армии Тюленева и Берии. Последний пребывал в тот мо¬
мент на Кавказе в качестве полномочного представителя ГКО и
фактически подмял под себя фронтовое руководство. Сталин по¬
лучил следующий ответ: «Формирование каких-либо частей из
чеченцев и ингушей в данное время считаем нецелесообраз¬
ным»762. Очевидно, рекомендация Берии оказала решающее вли¬
яние на окончательный запрет приема чеченцев и ингушей в ар¬
мию. Однако здесь же допущено исключение: «Наиболее проверен¬
ные чеченцы и ингуши, также как и осетины будут использованы
в необходимых случаях в качестве проводников, разведчиков ча¬
стями Красной армии (Здесь и далее курсив мой. — А.Б.). После
проверки на конкретных делах из них будут создаваться неболь¬
шие добровольческие отряды для борьбы с противником»763 . В дру¬
гом донесении Берии в Москву говорится о «тщательной провер¬
ке каждого из них»764 . По данным историка З.М. Аликберова, в
начале сентября 1942 г. на фронт отправились 2000 добровольцев
из числа коренных национальностей Чечено-Ингушетии765 и 4900
добровольцев из Дагестана766 .
Перевес политических мотивов над потребностями армии
вкупе с пристальным вниманием к добровольчеству на Север¬
ном Кавказе лично Сталина («товарищ Сталин приказал...», «то¬
варищ Сталин разрешил...» вместо обычно употреблявшегося
безличного «ГКО постановил» или «Ставка приказала») говорит
о том, что оно стало важным элементом национальной полити¬
ки в регионе.
Наиболее отчетливо этот тезис нашел отражение в доброволь¬
ческой кампании в Чечено-Ингушетии и Дагестане в феврале-
марте 1943 г., проведенной спустя много месяцев после приоста¬
новки здесь обязательного призыва.
Директивой генерал-полковника Щаденко № ГУФ/28ш от
26 января 1943 г. была объявлена мобилизация всех доброволь¬
цев — по национальности чеченцев, ингушей и представителей
народностей Дагестана.
Мобилизация велась при активном участии советских,
партийных и комсомольских организаций республик. Была орга¬
низована мощная пропагандистская кампания, в которой уча-
179

ствовали все наличные силы партийных идеологов республик и
работников военкоматов.
Основным принципом проводимого мероприятия была
объявлена добровольность вступления в ряды -Красной армии.
Местные власти отдавали себе отчет в политической важности
мероприятия. Требовалось на деле доказать лояльность горцев
советскому строю. Однако добровольческая кампания сразу же
стала давать сбои именно из-за нежелания многих военнообязан¬
ных служить в армии.
Особенно напряженная ситуация сложилась в Чечено-Ин¬
гушетии. Здесь призывные комиссии в полной мере столкнулись
с особенностями архаичного позднеродового менталитета гор¬
цев, как, например, с большим влиянием старейшин родов и му¬
сульманских священников, тейповой замкнутостью и враждой
между тейпами. В отдельных случаях советской власти удавалось
успешно использовать древние обычаи населения, склоняя на
свою сторону старейшин («авторитетов», «почетных стариков»),
пожилых женщин — основательниц родов и ведя через них аги¬
тацию. При этом допускалось серьезное отклонение от комму¬
нистической идеологии. Особенно интересно с этой точки зре¬
ния широкое сотрудничество с мусульманским духовенством и
повсеместная эксплуатация исламских ценностей. Процесс аги¬
тации за вступление в ряды Красной армии и ее содержание при¬
нимали экзотические формы. Имела место агитация непосред¬
ственно во время богослужений. Один мулла, возглавив парти¬
занский отряд, обосновывал обязанность каждого ингуша
защищать Родину положениями Корана. Другой старик на ми¬
тинге заявлял: «Каждый, погибший на фронте, попадет в рай, а
умерший трусом попадет в ад»767 . Распространены были апел¬
ляции к родовому позору, который ляжет на лиц, отказавшихся
от призыва («Тем, которые не пойдут в армию, и не только им,
но и семьям их не может быть места в селе Базоркино», «Пусть
помрет та молодежь, которая не идет добровольно в ряды Крас¬
ной армии»768 ).
Однако в целом население Чечено-Ингушетии почти не про¬
являло интереса к данному мероприятию. «Добровольцев очень
мало», — отмечал военком республики полковник К.А. Брон¬
зов769. Люди справедливо указывали властям на добровольность
кампании и ссылались на наложенный прежде запрет: «Сталин
запретил призывать чеченцев и ингушей в армию, а местные вла¬
сти, несмотря на это, призывают»770 . Как и в случае с карачаев-

цами, о чем говорилось выше, многие чеченцы и ингуши расце¬
нивали этот запрет скорее как благо.
Угроза срыва добровольческой кампании наряду со стрем¬
лением республиканских властей оправдать доверие советского
правительства неизбежно вела к перерождению добровольческо¬
го принципа в обязательный. Существенные элементы принуди¬
тельности были заложены еще в самой директиве ГУФ, посколь¬
ку республикам был выдан наряд на добровольцев. Для Чечено-
Ингушской АССР был установлен наряд в 3000 человек для
пополнения 30-й кавалерийской дивизии. Для его выполнения
использовались обычные методы обязательного призыва: райво¬
енкомы по согласованию с местными советскими и партийными
властями составляли списки кандидатов в «добровольцы», рассы¬
лали им повестки, а затем при помощи работников милиции обес¬
печивали их явку в райвоенкомат. «Добровольная мобилизация
сразу же превратилась в очередной призыв», — констатировал
полковник Бронзов. Сам термин «мобилизация», в большинстве
случаев использовавшийся в документации, имел принудитель¬
ную семантику, вместо более подходящего для добровольчества
«вербовка». Грубое администрирование, неразборчивость в мето¬
дах (заложничество, вооруженное конвоирование «доброволь¬
цев»), невнимание к будущим бойцам и их семьям (например,
нередко из семьи забирался единственный кормилец, в то время
как в соседних семьях оставалось несколько взрослых мужчин)
только отталкивали горцев. Они всячески сопротивлялись про¬
водимым мероприятиям: отказывались получать на руки повест¬
ки, не являлись на сборные пункты, сбегали от конвоя и т. д.
К середине марта 1943 г. по Чечено-Ингушетии удалось моби¬
лизовать 4208 человек, прежде всего чеченцев. В войска (112-й за¬
пасный стрелковый полк и 30-ю кавалерийскую дивизию) удалось
отправить только 1850 чел.771
Благоприятнее положение складывалось в Дагестане. Здесь
тоже местами констатировались «грубейшие нарушения принци¬
па добровольности»772 . Однако властям не пришлось прибегать к
крайним мерам, поскольку дагестанцы проявляли значительно
большую сознательность. Обновленному осенью 1942 г. Дагестан¬
скому обкому удалось достойно организовать кампанию. К сере¬
дине марта 1943 г. поступило 8255 заявлений добровольцев, боль¬
шинство из которых составляли молодые люди; 3,2 тыс. человек
владели русским языком. По утверждению заведующего военным
отделом Дагестанского обкома партии Омарова, «в большинстве
181

районов заявления подали почти все мужчины»773 . Правда, он же
отметил слабую явку добровольцев на комиссию, что свидетель¬
ствовало об определенном формализме записи в добровольцы. Но
в целом положение в Дагестане выгодно отличалось от ситуации
с добровольчеством, сложившейся в соседней республике. Заме¬
ститель командующего Закфронтом генерал-лейтенант Курдюмов
в служебном документе отмечал: «Вербовка добровольцев в Даге¬
стане проходит гораздо лучше, чем в Чечено-Ингушской респуб¬
лике. Как видно, [Дагестанский] обком подошел по-серьезному
к этому вопросу»774 .
Определяющей чертой добровольчества на Северном Кавка¬
зе можно считать ярко выраженный кампанейский, управляемый
характер добровольчества, также роднивший его с обязательны¬
ми мобилизационно-призывными мероприятиями. Как правило,
инициатива развертывания таких кампаний принадлежала
партийным лидерам автономных республик, которые таким об¬
разом демонстрировали толерантность своих народов курсу цен¬
трального правительства, приобретавшую особую актуальность с
ростом политического бандитизма в горах. Такие инициативы от
лица трудящихся в разное время выдвигали обкомы Адыгеи775 ,
Чечено-Ингушетии, Дагестана776 , Кабардино-Балкарии777 и т.д.
Результаты кампании оценивались в Москве и с политичес¬
кой точки зрения и легли в основу решений о дальнейшей судьбе
чечено-ингушского и дагестанских народов. В рассмотренных
добровольных мобилизациях начала 1943 г. новое руководство
Дагестана, возглавленное в сентябре 1942 г. креатурой Берии и
влиятельного лидера Азербайджана М. Багирова — вторым сек¬
ретарем ЦК КП(б) Азербайджана А. Алиевым, — несмотря на из¬
держки, выдержало экзамен.
Уже после падения Берии в 1953 г. К.Д. Кулов — в годы вой¬
ны председатель правительства Северной Осетии — утверждал,
что в 1944 г., когда на Северный Кавказ часто выезжал Берия, он
«несколько раз похвалил народы Осетии и Дагестана как актив¬
ных участников войны». «Он говорил правду, — добавляет Ку¬
лов, — но этим он упрекал другие народы Северного Кавказа»778 .
Чечено-Ингушское руководство (первый секретарь обкома —
В. Иванов), несмотря на сверхусилия, не смогло переломить ус¬
тойчивых антисоветских настроений в среде чеченских горцев.
«Как никогда, — докладывал республиканскому обкому полков¬
ник Бронзов, — политическая и разъяснительная работа была хо¬
рошо организована... но [будучи] исключительно слабая в про¬
182

шлом, [она] дала свои плохие результаты»779 . Ощущая неотвра¬
тимость наказания, партийное руководство Чечено-Ингушетии
всячески старалось сгладить свои промахи. 13 мая 1943 г. в по¬
становлении местного обкома было заявлено о «готовности чече¬
но-ингушского народа выполнить свой долг перед советской от¬
чизной», но перечисление затем «ряда крупных и серьезных оши¬
бок» фактически перечеркивало популистский тезис780 .
После добровольческой кампании февраля — марта 1943 г. в
северокавказских республиках добровольческое движение суще¬
ствовало только в масштабе частной инициативы отдельных лю¬
дей, но не в масштабах республиканских мероприятий. В отно¬
шении чеченцев и ингушей было и вовсе признано целесообраз¬
ным прекратить вербовку добровольцев, а контингенты,
оставшиеся после республиканской кампании, распустить по до¬
мам781 .

ГЛАВА 9
ОСТАНОВКА МОБИЛИЗАЦИИ
И ПРИЗЫВА ЗАКАВКАЗСКИХ НАРОДОВ
ОСЕНЬЮ 1943 г.
9 октября 1943 г. начальником Главупраформа генерал-пол¬
ковником Щаденко была издана директива № М/1/1493. Этот до¬
кумент, до сих пор остававшийся вне поля зрения научной обще¬
ственности, определил крутой поворот во фронтовой судьбе мно¬
гих советских народов и требует тщательного анализа. Содержание
директивы таково: «впредь до особых указаний» военнообязанные
и призывники «местных национальностей» Узбекской, Таджикс¬
кой, Туркменской, Казахской, Киргизской, Грузинской, Армян¬
ской, Азербайджанской ССР, а также Дагестанской, Северо-Осе¬
тинской, Чечено-Ингушской, Кабардино-Балкарской АССР,
Адыгейской, Карачаевской и Черкесской автономных областей
«призыву в армию не подлежат»782 .
Директива ГУФ от 9 октября 1943 г. была издана в преддве¬
рии осенней призывной кампании. Вскоре ее положения были
развиты в специальном постановлении ГКО № 4322 от 13 октяб¬
ря 1943 г. и в директиве Главупраформа № М/1/1498 от 16 октяб¬
ря 1943 г. Фронтам были разосланы частные разъяснения этих до¬
кументов. Так, штабу Закавказского фронта было указано, что на
укомплектование соединений и частей фронта подлежит призы¬
вать лиц 1926 года рождения «только русской, украинской, бело¬
русской и других некавказских национальностей»783 .
Увольнение военнослужащих из числа закавказских нацио¬
нальностей из рядов Вооруженных Сил не производилось. В За¬
кавказском фронте они составляли значительное большинство
личного состава частей784 .
Если в отношении большинства северокавказских народов
указанные директивы только продлевали ограничения, введенные
еще в 1942 — начале 1943 г., то для крупных союзных республик
184

Закавказья и Средней Азии с многомиллионным коренным на¬
селением эта норма вводилась впервые.
Судя по массе разъяснений, поступивших в штабы Северо-
Кавказского и Закавказского фронтов, а также в республиканс¬
кие военкоматы, новая призывная политика вызвала немалое за¬
мешательство на местах. Содержание запросов, поступавших от¬
туда, показывает, что нововведение было разработано поспешно;
многие детали остались за рамками октябрьских директив. В ча¬
стности, на местах было неясно, подлежали ли увольнению лица
закавказских национальностей, уже состоявшие в рядах Красной
армии, как нужно было поступать с военнослужащими местных
национальностей, которым решением судов военного трибунала
отбытие наказания заменялось отправкой в штрафные фронто¬
вые части, и т.д. Некоторые военкоматы продолжали вести учет
по-прежнему, не разделяя призывников и военнообязанных по
национальному признаку785 .
С этого момента одной из главных задач закавказских воен¬
коматов стала максимально возможная замена забронированных
представителей славянских национальностей на высвободивши¬
еся контингенты кавказцев786 . Однако эти мероприятия были не¬
эффективны: в промышленности, сельском хозяйстве, управле¬
нии оставались только высококлассные специалисты, которых
некем было заменить. Напротив, по статистике Закфронта, чис¬
ло забронированных специалистов «европейских» национально¬
стей с осени 1943 г. к концу войны выросло с 24,4 тыс. чел. до
45,7 тыс.787
Попыток объяснить причины этой крупномасштабной ак¬
ции в отечественной историографии еще не предпринималось,
хотя факт приостановки призыва среди закавказцев был извес¬
тен некоторым исследователям, судя по тому, что их статистичес¬
кие выкладки по призывам и мобилизациям в Закавказье неожи¬
данно обрывались началом октября 1943 г.788
В случае с северокавказскими народами и народами, род¬
ственными воевавшим с СССР, приостановка призыва была ре¬
акцией (или превентивной мерой) на проявления антисоветских
настроений в их среде. В закавказских и среднеазиатских респуб¬
ликах антисоветские, «контрреволюционные» проявления никог¬
да не приближались к масштабам повстанческого движения на
Северном Кавказе, Крыму или в западных регионах Советского
Союза, хотя оные интенсивно готовились абвером и эмигрантс¬
кими национальными группами789 .
185

Результаты скрупулезного статистического исследования до¬
левого участия народов Советского Союза в рядах Красной ар¬
мии, проведенного А.П. Артемьевым еще в 70-х гг. XX в., ведут к
иному ходу рассуждений. Автор сравнил динамику представитель¬
ства различных народов в армии в течение 1943 г. с итогами пере¬
писи населения 1939 г. Оказалось, что удельный вес уроженцев
Закавказья и Средней Азии в войсках значительно превышал их
удельный вес среди народов СССР в довоенный период. Так, к
апрелю 1943 г. для армян он составлял 1,77%, в то время как сре¬
ди всего населения этот показатель не превышал 1,27%. Эти же
цифры для грузин составили 1,48 и 1,33%, азербайджанцев —
1,40 (на 1 июля 1943 г. — 1,57) и 1,34%, узбеков — 2,62 (на 1 июля
1943 г. — 4,44) и 2,86%, казахов — 2,22 (на 1 июля 1943 г. — 2,77)
и 1,83% 790. А.П. Артемьев оставил эти цифры без комментариев.
Но они представляются важными, поскольку демонстрируют се¬
рьезную демографическую перегрузку, которую в этот период не¬
сли закавказские и среднеазиатские народы. Соответственно, уро¬
вень боевых потерь у представителей этих национальностей так¬
же оказался непропорционально высок. Тем более что ими
преимущественно комплектовались стрелковые части, несшие са¬
мые высокие потери среди всех родов войск. Кроме представите¬
лей народов Кавказа и Средней Азии, подобная ситуация наблю¬
далась только в случае с русскими и украинцами.
Выше уже приводились факты, свидетельствующие об остром
дефиците людских ресурсов, который испытывало Закавказье. Дей¬
ствительно, к исходу 1943 г. в Красную армию по Закавказскому
фронту было призвано 1290658 призывников 1922—1925 годов рож¬
дения и военнообязанных, в том числе по Грузии 538 025, Азер¬
байджану 424 772, Армении 205 861 чел.791 Но на третьем году вой¬
ны людские резервы Закавказья оказались на исходе. В тоже время
народное хозяйство Закавказья испытывало острый недостаток в
рабочих руках. Число военнообязанных до 50 лет и призывников
1926 года рождения составляло на 1 декабря 1943 г. лишь 255 тыс.
чел.792 Особенно тяжелая демографическая ситуация сложилась в
Армении. На 15 октября на общем учете в Армянского РВК оста¬
валось немногим более 18 тыс. мужчин в возрасте от 18 до 50 лет и
еще 12,5 тыс. состояли на спецучете793 . Прямые (фронтовые) по¬
тери среди уроженцев закавказских и среднеазиатских республик
дополнялись косвенными потерями, связанными с общим ухудше¬
нием уровня жизни, санитарного обслуживания населения, а также
демографическими потерями (снижение рождаемости)794 . Общее
состояние людских ресурсов Закавказья представлено в таблице 4.
186

Состояние людских ресурсов общего и специального учета по военкоматам Закавказского фронта
по состоянию на 15 октября 1943 г.
военнообязанные, «не призываемые в армию по политико-моральным соображениям, [а также представители] на¬
циональностей, чей призыв специальными указаниями запрещен (греки, курды, айсоры, сваны, хевсуры и вою¬
ющих [с СССР] стран)». В знаменатель внесены лица «европейских» национальностей — русские, украинцы, бе¬
лорусы, евреи, татары, латыши и проч.
187

Таким образом, приостановка призыва среди закавказцев и
среднеазиатов отвечала целям сохранения демографического ядра
титульных наций, населявших эти регионы.
В то же время едва ли сталинское правительство руководство¬
валось чисто гуманными соображениями. Принятие такого реше¬
ния не могло быть возможным без коренных изменений на со¬
ветско-германском фронте, произошедших в 1943 г. После Курс¬
кого сражения началось грандиозное контрнаступление советских
войск, результатом которого стало освобождение от оккупантов
огромной советской территории. К регионам Северного Кавка¬
за и Нижнего Дона, освобожденным в ходе зимней кампании
1942—1943 гг., прибавились Левобережная Украина и централь¬
ные области России. Контингент лиц, подлежавших призыву в
Красную армию согласно положениям приказа НКО № 089-1942 г.,
возрастал пропорционально стремительным темпам наступления
советских войск. Как показал А.П. Артемьев, к 1 июля 1944 г., ког¬
да была освобождена вся территория Украины, удельный вес ук¬
раинцев в рядах Красной армии возрос в три раза по сравнению с
аналогичным периодом 1943 г. (с 11,6 до 33,9%). Одновременно
быстро уменьшалось представительство других национальностей:
русских с 63,84% в июле 1943 г. до 51,78% в июле 1944 г., армян —
с 1,40 до 0,81%, грузин — с 1,17 до 0,50%, азербайджанцев —
с 1,57 до 0,81 %, узбеков — с 4,44 до 1,25% и т. д.795
Другой причиной принятия решения о приостановке призы¬
ва среди представителей народов Закавказья и Средней Азии было
резкое снижение физического и культурно-образовательного
уровней остававшихся в этих регионах контингентов. По мере того
как все большее число кавказцев призывалось в армию, оставши¬
еся ресурсы все менее удовлетворяли требованиям военной служ¬
бы. Повсеместно в документах отмечается крайне низкий уровень
грамотности кавказцев, поголовное незнание русского языка и
отсутствие военной подготовки, что резко снижало возможности
подготовки этих контингентов к военной службе в установлен¬
ные сроки. Молодые возраста (до 35 лет) военнообязанных были
исчерпаны полностью. В аналитической записке политотдела
Северной группы войск Закавказского фронта начальнику Глав-
ПУРККА Щербакову отмечалось, что «в своем подавляющем
большинстве» бойцы и младшие командиры не владеют русским
языком и малограмотны796 . Вот типичная жалоба одного из вой¬
сковых командиров: «Для покрытия некомплекта наших частей
Упраформ Закфронта необходимого контингента пополнения не
188

дает, предлагая людей необученных, старых возрастов, местных
национальностей и не владеющих русским языком»797 . Профес¬
сиональный уровень командного и политического состава из
числа националов также был очень низок. Материалы проверки
402-й азербайджанской дивизии, проходившей переформирова¬
ние в тылу в феврале 1943 г., показали, что прибывшие с курсов
усовершенствования политработников запаса (КУПСЗ) «отвеча¬
ют назначению, но очень плохо подготовлены в военном отно¬
шении, малограмотны, а часть из них даже плохо читает на род¬
ном языке»798 .
Между тем требования к профессионализму бойцов Красной
армии к концу войны значительно выросли. С середины 1943 г.
было строго запрещено направлять в действующие части красно¬
армейцев, прошедших курс подготовки в запасных частях менее
шести месяцев. С 1944 г. в части направлялись только годные к
строевой службе лица. В соответствии с опытом войны усложня¬
лись программы обучения. Введены были новые боевые уставы и
наставления. Появилось большое количество сложных видов тех¬
ники и вооружения.
Дальнейшая мобилизационно-призывная практика в Закав¬
казье в 1944—1945 гг. эволюционировала в соответствии с этими
требованиями. Еще осенью 1942 г., наименее пригодная к служ¬
бе в армии часть военнообязанных и призывников закавказских
национальностей направлялась в запасные части для прохожде¬
ния длительной военной подготовки799 . После октября 1943 г.
мобилизация военнообязанных-кавказцев более не возобновля¬
лась до конца войны. Призывники же набирались в армию через
год после достижения ими призывного возраста. Был проведен
один такой призыв. 31 октября 1944 г. в соответствии с поста¬
новлением ГКО № 6784сс о наборе в армию по СССР урожен¬
цев 1927 года рождения кавказцы этого возраста были освобож¬
дены от призыва. Одновременно постановлением ГКО № 6786сс
был объявлен призыв молодежи закавказских национальностей
1926 года рождения, отстраненной от призыва в октябре 1943 г.800
Одновременно был разрешен прием в армию добровольцев 1927 го¬
да рождения из числа «наиболее достойных и физически креп¬
ких»801 . Как и в случае с призывниками славянских националь¬
ностей 1927 года рождения, призывники-кавказцы направлялись
в строевые части только в случае их годности к строевой службе,
т.е. в хорошей физической форме802 . Годичная отсрочка для при¬
зывников 1926 года рождения предназначалась для полноценно¬
189

го завершения ими допризывной подготовки и обучению русско¬
му языку. Никакие специальные политические условия призыва
не оговаривались.
На следующий год, осенью 1945 г., граждане закавказских (как
и среднеазиатских) национальностей 1927 года рождения в армию
призваны не были, а лица 1928 года рождения этихже националь¬
ностей даже не были приписаны к призывным участкам и не взя¬
ты на списочный учет. Полноценный призыв в армию закавказ¬
цев возобновился только спустя несколько лет. Общее количество
военнообязанных закавказских национальностей, не призывав¬
шихся в армию, на 1 сентября 1945 г. составило 238 516 чел., из
коих 92,6 тыс. чел. были забронированы за оборонной промыш¬
ленностью и управленческими структурами. Помимо этого чис¬
ло лиц малых закавказских и прочих национальностей, чей при¬
зыв в армию был отменен в 1941—1942 гг., равнялось 20 457 чел. Чис¬
ло призывников местных национальностей составило 60 087 чел.803
Таким образом, к концу войны призыву в армию не подлежали
по Закавказью в общей сложности около 320тыс. чел.
Анализ показывает, что в основе решения о приостановке
призыва и мобилизации в армию коренных народов Закавказья
лежали не политические мотивы, а соображения демографичес¬
кой и военной целесообразности. До Дня Победы в мобилиза¬
ционной документации они не смешивались с народами, осво¬
божденными от призыва по политическим мотивам. Вследствие
этого мобилизационные документы приобретали весьма громоз¬
дкий вид, а терминология не устоялась до конца войны. В ста¬
тистических документах Упраформа Закавказского фронта ис¬
пользован тавтологичный прием: народы Закавказья показаны
в них как «временно не призываемые национальности», а про¬
чие национальности (северокавказские народы, калмыки, крым¬
ские татары и т.д.) — как «не призываемые в армию по нацио¬
нальному признаку» или как те национальности, «чей призыв
специальными указаниями запрещен»804 . «Несоветские» наци¬
ональности здесь не выделены специально и отнесены в катего¬
рию не призываемых по политико-моральным соображениям.
Причем в последнюю категорию включены отказники как пер¬
вой (национальности, воевавшие с СССР), так и второй волны
(малые народы Закавказья — курды, айсоры, аджарцы, сваны,
хевсуры)805 .
Семантически термины «освобожденный от призыва», «вре¬
менно не призываемый» и «вовсе не призываемый» трудно отде¬
190

лить друг от друга. Между тем эта классификация обозначает же¬
сткую иерархию народов по признаку политического доверия к
ним со стороны государства, подчеркивает неодинаковый поли¬
тический статус различных народов. Целью этого было поставить
барьер, например, между крупными закавказскими нациями и
«отказниками» первых лет войны, чья политическая «неблагона¬
дежность» не подлежала сомнению. Возможно, этим подчерки¬
вался временный статус первых.
Приток кавказцев в войска в последующие годы хотя не пре¬
кратился полностью, но существенно ослаб. Статистический ана¬
лиз национальностей переменного состава 38-й запасной стрел¬
ковой бригады (одной из двух запасных бригад Закавказского
фронта) показывает, что из 13 тыс. рядовых и младших команди¬
ров, направленных с маршевыми ротами в действующие войска с
января по май 1944 г., около 30 % являлись представителями за¬
кавказских национальностей, в то время как русских и украин¬
цев насчитывалось почти 55 %. При этом 80 % бойцов являлись
участниками Великой Отечественной войны и, значит, направ¬
лялись на фронт после излечения, переформирования и т.д., а не
были призваны или мобилизованы по Закавказью806 .
Прямым следствием ограничительной политики государства
в области призыва и мобилизаций стала явная диспропорция во
вкладе различных народов СССР в дело Победы, что отражено в
итоговых цифрах безвозвратных людских потерь (убитые, умер¬
шие от ран, пропавшие без вести и попавшие в плен) различных
народов СССР, представленных недавно одним из соавторов из¬
вестного обобщающего труда о людских потерях советских Воо¬
руженных Сил807 М.В. Филимошиным808 . Правда, как и А.П. Ар¬
темьев, он не связывал полученные результаты с особенностями
призыва в национальных регионах СССР. Если цифры, получен¬
ные автором809 , соотнести с данными переписи 1939 г., то полу¬
чится картина, представленная в таблице 5.
Из таблицы 6 видно, что удельный вес безвозвратных потерь
среди представителей армянского и грузинского народа меньше
их удельного веса среди всего населения СССР на треть, азербай¬
джанцев — наполовину. У северокавказских народов эта диспро¬
порция гораздо выше: потери осетин в войне в 1,7раз ниже их
удельного веса среди населения Советского Союза, кабардинцев
и балкарцев в 3,3раза, дагестанцев в 3,9раза, чеченцев и ингушей —
более чем в 11 раз*". Напротив, это соотношение у русских соста¬
вило 1,13:1.
191

Таблица 5
Безвозвратные потери Красной армии в годы
Великой Отечественной войны по национальному составу810
Национальность
погибших
Число потерь,
тыс. чел
В % к общему
числу безвоз¬
вратных
потерь
В % к общему
числу населе¬
ния СССР
по переписи
1939 г.
Русские
5756,0
66,402
58,41
Украинцы
1377,4
15,890
16,56
Белорусы
252,9
2,917
3,11
Татары
187,7
2,165
2,54
Евреи
142,5
1,644
1,78
Казахи
125,5
1,448
1,83
Узбеки
117,9
1,360
2,82
Армяне
83,7
0,966
1,27
Грузины
79,5
0,917
1,33
Мордва
63,3
0,730
0,86
Чуваши
63,3
0,730
0,81
Азербайджанцы
58,9
0,673
1,34
Молдаване
53,4
0,621
0,04
Башкиры
31,7
0,366
0,50
Киргизы
26,6
0,307
0,52
Удмурты
23,2
0,268
0,50
Таджики
22,9
0,264
0,72
Туркмены
21,3
0,246
0,48
Эстонцы
21,2
0,245
—
Марийцы
20,9
0,241
0,28
Буряты
13,0
0,150
—
Коми
11,6
0,134
0,24
Латыши
11,6
0,134
—
Литовцы
11,6
0,134
—
Народ. Дагестана
11,1
0,128
0,50
Осетины
10,7
0,123
0,21
Поляки
10,1
0,117
—
Карелы
9,5
0,110
0,15
Калмыки
4,0
0,046
0,08
Кабардинцы
и балкарцы
3,4
0,039
0,13
Чеченцы и ингуши
23
0,026
0,29
Остальные народы
40,0
0,459
ВСЕГО
8668,4
100,0
100,0
192

Кавказские национальные регионы внесли свой историчес¬
кий вклад в дело Великой Победы над фашизмом. В общей слож¬
ности они дали действующей армии почти 2 миллиона человек,
включая лиц славянских и прочих национальностей.
В то же время отказ в призыве в Красную армию в течение
войны в конце концов постиг все без исключения коренные наро¬
ды Кавказа. Общее число национальностей, не призывавшихся в
армию, по стране достигло 43812, что почти совпадало с аналогич¬
ным показателем в царской России (45 национальностей813). При¬
остановки призыва имели неодинаковую природу, хотя нередко
перекликались. Они могли составлять звено в репрессивной це¬
почке, как это было с некоторыми народами Северного Кавказа
и Закавказья, могли иметь предупредительный характер. В опре¬
деленной мере они являлись реакцией на демографическую си¬
туацию, складывавшуюся в национальных окраинах страны. Со¬
держание государственной призывной политики определялось
двумя противоположными по смыслу факторами. С одной сто¬
роны, потребности несшей тяжелые потери действующей армии
требовали постоянного притока людских пополнений. С другой —
государство с помощью призывной политики корректировало на¬
циональную политику. В конце концов приоритет политических
соображений взял верх.
Для самого Кавказского региона отмена призыва среди закав¬
казцев одним из главных следствий имела резкое сокращение
людских ресурсов, пригодных для службы в армии. Особенно его
ощутили Закавказский и Северо-Кавказский фронты, получав¬
шие пополнение из местных источников. Так, в Закавказье чис¬
лилось лишь около 16 тыс. чел. «европейских» национальностей,
состоявших на общем учете в военкоматах, причем почти 9 тыс.
из них не годились к строевой службе814. Для других народов,
прежде всего славянских, такая политика обернулась демографи¬
ческой перегрузкой, сказавшейся и в послевоенные годы.
Призывная политика никогда в годы войны не обнародова¬
лась, так как акции, ограничивавшие призыв в армию, неизбеж¬
но конституировали неравноправие народов СССР. Они явля¬
лись, по существу, репрессивными мероприятиями, непосред¬
ственно за которыми иногда следовали депортации тех или иных
народов с исторической родины. Средствам массовой информа¬
ции приходилось предпринимать большие усилия для сокрытия
этих мероприятий от народа и создания иллюзии благополучия в
национальных регионах.
7 -4998

ГЛАВА 10
ПРОБЛЕМЫ ВОЕННОГО СТРОИТЕЛЬСТВА
НА КАВКАЗЕ В НАЧАЛЕ ВОЙНЫ
На 22 июня 1941 г. Закавказский военный округ располагал
четырмя корпусными управлениями, 15 дивизиями (4, 31, 136-я
и 136-я стрелковые, 9, 20, 47, 63, 76, 77-я горно-стрелковые, 17-я
горно-кавалерийская, 24-я кавалерийская, 6-я и 54-я танковые и
236-я мотострелковая)815. В составе Северо-Кавказского округа
насчитывалось три управления стрелковых и одного танкового
корпуса, десять стрелковых (28, 38, 106, 129, 157, 158, 165, 171,
175, 207) и ряд кавалерийских дивизий816. Все кадровые соедине¬
ния были укомплектованы преимущественно славянским коман¬
дным, младшим начальствующим и рядовым составами. Уже в
августе 1941 г. многие кавказцы, призванные в армию, приняли
участие в оккупационном походе войск Закавказского фронта в
Иран, территорию которого нацистская и турецкая разведки ис¬
пользовали для подрывной деятельности против СССР. Поход
прошел организованно, многие части показали образцы дисцип¬
лины817.
С первых дней войны коренные жители Кавказа стали посту¬
пать на укомплектование частей и учреждений Красной армии.
Изначально кавказские военные округа — Северо-Кавказский и
Закавказский — располагали различным контингентом. В Закав¬
казском округе преобладали национальные ресурсы — предста¬
вители трех закавказских наций. Именно они составляли основу
формировавшихся соединений и маршевых рот. В Северо-Кав¬
казском округе, включавшем в себя к началу войны кроме терри¬
торий северокавказских автономных республик многонаселенные
русскоязычные Ростовскую, Сталинградскую области, Красно¬
дарский и Орджоникидзевский (Ставропольский) края; напротив,
военнообязанные и призывники северокавказских национально¬
стей имели незначительный удельный вес среди славян. Это
194

обусловило значительные различия в формах, методах и темпах
строительства военных формирований в Закавказье и на Север¬
ном Кавказе.
После мобилизационного развертывания кадровых соедине¬
ний Закавказский округ (в конце августа 1941 г. преобразован в
Закавказский фронт, с конца декабря 1941 г. — снова в Закавказ¬
ский округ), как и другие военные округа, приступил к формиро¬
ванию новых соединений (директивы НКО № Орг/2/539001 —
Орг/2/539013 от 11 августа 1941 г.). Генеральным штабом был ус¬
тановлен следующий график передачи готовых дивизий дей¬
ствующей армии: 402-я и 408-я — к 15 сентября, 398, 400, 404,
406-я — к 15 октября, 409, 390, 392,394, 396-я — к 15 ноября, 386-я
и 388-я дивизии — к 15 декабря 1941 г. Именно здесь была ис¬
пользована основная масса кавказцев, поступивших в армию по
мобилизации. Помимо этого, отдельными директивами в 1941 г.
были сформированы еще несколько дивизий: 61, 89, 151, 223-я и
224-я. Они развертывались на частично кадровой основе.
Работа велась специалистами организационно-мобилизаци¬
онного отдела штаба округа (фронта) с привлечением необходи¬
мых управлений и отделов округа, партийных, советских органов
Закавказья, республиканских военкоматов.
Комплектование новых дивизий личным составом велось на
общих основаниях, вследствие чего контингенты основных на¬
циональностей (русские, украинцы, армяне, грузины, азербайд¬
жанцы) относительно равномерно распределялись по соединени¬
ям. Этот порядок был предписан специальным постановлением
Военного совета округа от 15 августа и соответствовал довоенно¬
му экстерриториальному принципу укомплектования войск818.
Если организационное оформление новых соединений и их
материальное обеспечение шли относительно быстро, то скола¬
чивание подразделений, боевая подготовка и воспитательная ра¬
бота наталкивались на серьезные проблемы, к решению которых
округ оказался не готов. Среди них главной стала особенность
людских ресурсов, использовавшихся для укомплектования но¬
вых дивизий.
После доукомплектования кадровых соединений приписным
составом оставшийся для формирования новых соединений кон¬
тингент в большинстве своем оказался необученным военному де¬
лу. Так, в 390-й стрелковой дивизии из 10 252 военнослужащих
8979 чел. никогда не держали в руках оружия, в 392-й — из 10 447 ря¬
довых таковых было 9194 чел. и т.д. Огромная масса красноар¬
195

мейцев не знали русского языка. В той же 392-й дивизии 4204 чел.
не говорили по-русски, а 2415 чел. говорили слабо. В некоторых
соединениях ситуация была еще хуже819. Кроме того, рядовой со¬
став был возрастным и не полностью соответствовал требовани¬
ям строевой службы. Имелся острейший дефицит младших ко¬
мандиров, которых было меньше половины потребного количе¬
ства даже после сокращения осенью 1941 г. их штатной
численности на треть (с 2323 до 1596 чел. на стрелковую диви¬
зию). Значительная доля командного и политического состава
была призвана из запаса и имела низкую квалификацию820 .
Перед Закавказским округом встала нелегкая задача. Как от¬
мечалось в одном из постановлений Военного совета, «округ не
учитывал особенностей местных условий мобилизации по наци¬
ональному... признаку»821. Военный совет фронта и политуправ¬
ление долго не реагировали на растущие трудности.
Обучение и воспитательная работа на русском языке без ски¬
док на национальный состав подразделений, даже спустя два-три
месяца после их сформирования, имели исключительно низкую
эффективность. Ведение занятий в единых группах оказалось
громоздким и методически сложным мероприятием. В 390-й
стрелковой дивизии большинство рядового состава являлись
крестьянами армянской и азербайджанской национальности, а
младшие командиры и политруки были русскими и грузинами822 .
В 388-й стрелковой дивизии проверяющие политуправления
фронта наблюдали, как групповод-армянин по слогам читал рус¬
ский текст, пытаясь донести его содержание до слушателей, боль¬
шинство из которых русским языком не владели вообще: «сам не
понимает и бойцам ничего не дает»823 . Командиры и политработ¬
ники далеко не всегда могли прибегнуть даже к помощи своего
родного языка, поскольку в подразделениях их национальности
нередко не совпадали с национальностью личного состава. В упо¬
мянутой 388-й дивизии политработникам приходилось проявлять
чудеса языкознания, чтобы переводить, например, с армянского
на грузинский материал, прочитанный на русском языке824 .
Надо отметить, что и другие фронты и округа, в большом чис¬
ле получавшие пополнение из национальных регионов Советс¬
кого Союза, оказались в схожем положении. И везде политработ¬
никам и командирам приходилось действовать по собственному
усмотрению825 , поскольку Главное Политуправление Красной
армии (ГлавПУРККА) пока не признавало наличие националь¬
ной и языковой проблем в войсках. За 1941 г. не было издано ни
196

одной специальной директивы ГлавПУра, регламентировавшей
учебно-воспитательный процесс в частях с преимущественно не¬
русским личным составом.
В середине сентября 1941 г. действующая армия должна была
принять от Закавказского фронта дивизии первой очереди (402-ю
и 408-ю). Пришло время подводить предварительные итоги орга¬
низационной работы фронта. В этот период во всех трех респуб¬
ликах были проведены представительные совещания военных
комиссаров частей и соединений с участием партийных лидеров
Закавказья (Г.А. Арутюнов, К.П. Чарквиани, М.-Д.А. Багиров),
командующего (генерал-лейтенант Д.Т. Козлов), политическо¬
го руководства (член Военного совета дивизионный комиссар
Ф.А. Шаманин и начальник политуправления бригадный комис¬
сар П.М. Соломко) и ведущих юристов (председатель военного
трибунала Стельмахович и прокурор Израэлян) фронта. Главной
темой совещаний было укрепление воинской дисциплины в час¬
тях и предотвращение аморальных явлений, с которой смыкались
и другие «болезни роста» молодых соединений — медленные тем¬
пы развертывания боевой подготовки бойцов и сколачивания под¬
разделений. Выступления должностных лиц на совещаниях
вскрыли безрадостную картину. Проблема интеграции бойцов-
националов в новую обстановку стала одной из важных тем об¬
суждения.
Совещания выявили неэффективность обезличенного, меха¬
нистического подхода к комплектованию формируемых соедине¬
ний личным составом. Констатировался эклектизм и сумбур в
ведении политзанятий и боевой подготовке. Проблема русского
языка немалому числу командиров и политработников казалась
безвыходным тупиком и порождала среди некоторых из них рав¬
нодушие, выливавшееся в формальное отношение к работе, дис-
танцированность от личного состава, «попутничество». Комис¬
сары и политработники работали по-старому, отмечал член Во¬
енного совета фронта Шаманин: «Беседы, лекции беспредметны,
проводятся оторванно от жизни части и подразделения...»826 По
словам первого секретаря ЦК КП(б) Армении Г.А. Арутюнова,
«военные комиссары характеризуют части по случившимся фак¬
там»827. Среди некоторых командиров распространялось мнение
о том, что «закавказские народы плохие вояки»828 . Инертность и
безынициативность командных и политических кадров дивизи¬
онного звена и ниже были во многом остаточным явлением до¬
военных, мирных настроений, убеждением в том, что идет какой-
197

то, ни к чему не обязывающий «организационный» период, а на¬
стоящая, боевая работа еще впереди829 .
В то же время на совещаниях прозвучало немало примеров
того, как проблема русского языка более или менее успешно ре¬
шалась благодаря инициативе и энергичности некоторых руко¬
водителей, находивших собственные оригинальные решения.
Так, в 34-м запасном артиллерийском полку ежедневно в фор¬
ме обыгрыша изучалось 10—15 русских слов. Через полтора ме¬
сяца красноармейцы сносно понимали военные термины и ко¬
манды. В 106-м запасном стрелковом полку, где бойцы-азербай¬
джанцы не знали даже родной грамоты, было создано 160 учебных
групп, которые ежедневно по два часа изучали русский язык.
В 25-м запасном отдельном батальоне связи на должность пре¬
подавателя русского языка был приглашен университетский про¬
фессор830 .
Замечания и рекомендации военных и политических руково¬
дителей фронта и Закавказья, данные на совещаниях военных
комиссаров, были положены в основу постановления Военного
совета фронта № 42 от 20 сентября 1941 г. Для оздоровления си¬
туации намечено было заменить старшие возраста свыше 40 лет
(удельный вес которых в некоторых частях достигал 40%) более
молодыми и подготовленными, наладить в частях бесперебойное
изучение русского языка, мобилизовать из Закавказья 1000 дву¬
язычных политработников на должности замполитруков рот, про¬
сить наркома обороны нарядить недостающий комсостав из дру¬
гих округов.
В эти же дни начальником политуправления фронта Солом-
ко была утверждена 100-часовая программа изучения русского
языка, рассчитанная на 2 месяца. Целью программы было научить
бойцов нерусских национальностей «свободно выражать свою
мысль на русском языке, понимать приказы»831. Упор в обучении
должен был делаться на военную и политическую терминологию,
отсюда — подбор учебных пособий (уставы, сводки информбю¬
ро, передовицы фронтовых газет) и методики (предельная нагляд¬
ность, обучение русскому языку в поле)832 .
Политическое руководство Закавказья взяло на себя заботы
по составлению и тиражированию учебных пособий, пропаган¬
дистской литературы на языках народов Кавказа, организации
национальных редакций и т.д. К новым дивизиям были персо¬
нально прикреплены заместители председателей СНК, секрета¬
ри ЦК нацкомпартий, ЦК ЛКСМ республик. Их трудная и по¬
198

лезная работа подробно отражена в литературе советского пери¬
ода833 .
Принятые в сентябре и октябре 1941 г. документы были при¬
званы наполнить конкретным содержанием первоначальный за¬
мысел интернационального «плавильного котла», на выходе из
которого ожидались полноценные кадровые русифицированные
соединения многонационального состава.
Русификаторскому курсу способствовала отправка в Закавка¬
зье многотысячного пополнения военнообязанными, эвакуиро¬
ванными из Одесского военного округа834 . К ноябрю 1941 г.
удельный вес славян в соединениях был доведен в среднем до
30,6% (русские — 12,7%, украинцы — 22,9%)835 . Украинцы теперь
составили наиболее солидную этническую прослойку в новых ди¬
визиях Закфронта. В некоторых дивизиях удельный вес славян
достиг 50% и выше (400, 404, 406-я стрелковые дивизии). В дру¬
гих, напротив, их численность едва превышала 20% (386,409-я ди¬
визии). 402-я и 408-я стрелковые дивизии вовсе не были попол¬
нены славянами, так как к моменту прибытия последних были
уже сформированы. Соединения, формировавшиеся вне общего
потока (61, 89,151,223,224-я стрелковые дивизии), также не были
пополнены славянами, но за счет старого кадрового состава удель¬
ный вес славян (в основном русские) составлял в них 27,5%836 .
Следует отметить, что русские и украинцы использовались прежде
всего для укомплектования специальных и технических подраз¬
делений, где для освоения сложных военных специальностей тре¬
бовались достаточно высокий образовательный уровень и хоро¬
шее понимание русского языка. Стрелковые части по-прежнему
комплектовались преимущественно представителями кавказских
народов.
Замена части личного состава славянами не решала по суще¬
ству национальной проблемы, для чего требовалась организация
кропотливой, всесторонней и к тому же весьма специфичной
учебно-воспитательной и пропагандистской работы с личным
составом нерусских национальностей. Налаживание ее проходи¬
ло низкими темпами и фактически не закончилось до самой от¬
правки дивизий на фронт в конце 1941 г.
Объективно реализация принципиальной установки на руси¬
фикацию дивизий Закфронта ограничивалась дефицитом време¬
ни, кадровых и материальных ресурсов. Лишь в некоторых соеди¬
нениях удалось наладить систематическое изучение русского язы¬
ка. Главной причиной задержки был недостаток педагогических
199

кадров и учебных пособий по русскому языку. Помощь учебни¬
ками, методикой, педагогическими кадрами, художественной и
пропагандистской литературой и периодикой могли оказать толь¬
ко гражданские власти. Но воплощение в жизнь обширных про¬
грамм, принятых в октябре, требовало немало времени и к концу
октября, согласно донесению начальника политуправления фрон¬
та Соломко начальнику ГлавПУ Л.З. Мехлису, еще не начиналось,
находилось в стадии «постановки»837 .
Сам руководящий аппарат не проявил должной оперативно¬
сти и решительности в работе, традиционно ожидая указаний
сверху. Мероприятия по развертыванию издания информацион¬
но-пропагандистской периодики и учебных пособий для бойцов-
националов более месяца после постановления Военного совета
фронта от 20 сентября ждали утверждения Москвы838 . Введенные
в штатное расписание рот вторые политруки из числа коренных
национальностей, призванные с партийных должностей в Закав¬
казье, из-за отсутствия у них военной квалификации зачастую
оставались без работы.
Все это не могло не отразиться на важнейших показателях —
уровне боевой подготовки личного состава и боеспособности но¬
вых формирований в целом. Во второй половине ноября 1941 г.
они были оценены комиссиями 44, 45, 46-й и 47-й армий, кото¬
рые принимали сформированные соединения в свой состав. В это
время выделенный из состава войск Закавказского фронта Кав¬
казский фронт готовился принять участие в зимней наступатель¬
ной кампании советских войск. В ходе намеченной на конец де¬
кабря 1941 г. Керченско-Феодосийской десантной операции часть
войск Кавказского фронта (44-я и 47-я армии) должны были вы¬
садиться на берегу Крыма с моря и очистить его от врага. Моло¬
дым кавказским соединениям предстояло исключительно труд¬
ное боевое крещение. Обширные итоговые документы работы
армейских комиссий — акты приема стрелковых соединений в
состав действующей армии — полно описывают их количествен¬
ные и качественные параметры.
Уровень всех видов боевой подготовки (огневая, тактическая,
строевая) подавляющего большинства дивизий был признан не¬
удовлетворительным. Особенно подчеркивалась низкая квалифи¬
кация командного состава, прибывшего главным образом из за¬
паса. Такие сложные механизмы управления, как штабы, рабо¬
тали медленно, разрозненно и не были способны обеспечить
постоянное и оперативное руководство боем. Низкие оценки по¬
200

лучили специалисты — артиллеристы, связисты, саперы, развед¬
чики, — чья подготовка задерживалась нехваткой положенного
вооружения и оборудования.
Важнейший пункт постановления Военного совета фронта от
20 сентября 1941 г. о доукомплектовании дивизий младшим ко¬
мандным составохМ выполнен не был. На конец октября 1941 г.
укомплектованность соединений младшими командирами состав¬
ляла менее 50%839 . В конце ноября армейские комиссии не выя¬
вили существенного улучшения в этой сфере: относительно хо¬
рошо (на 65%) младшим командным составом были укомплекто¬
ваны дивизии 2-й очереди (398, 400, 406, 404-я), первоначально
готовившиеся к передаче в войска 15 октября. В дивизиях 3-й и
4-й очереди (готовились к передаче, соответственно, 15 ноября и
15 декабря) ситуация была удручающей. Так, в трех соединениях
3-й очереди имелось лишь 39% от штатной численности младших
командиров. В 392-й стрелковой дивизии из положенных по штату
1596 младших командиров имелось лишь 371 чел., а в 396-й ди¬
визии — 666 чел. Дивизии 1-й очереди (402-я и 408-я) имели ту
же проблему. Например, 408-я стрелковая дивизия была укомп¬
лектована младшими командирами лишь на 43%840 .
Следует добавить, что до 90% младших командиров были при¬
званы из запаса, а недостаток их покрывался за счет выдвижения
красноармейцев, знавших русский язык и имевших командирс¬
кие задатки. В обоих случаях квалификация младших команди¬
ров была невысока.
Имелась серьезная диспропорция между национальностью
младших командиров и национальностями бойцов, превалировав¬
ших в соединениях. Если на одного русского младшего команди¬
ра приходилось в среднем 4,4 русских бойца, то на одного коман¬
дира-армянина — 11,9 бойцов-армян, грузина — 16,6 бойцов-гру¬
зин и азербайджанца — 26,8 бойцов-азербайджанцев841.
Например, в 409-й дивизии на 3683 красноармейцев азербайджан¬
ской национальности было лишь 50 младших командиров азер¬
байджанцев, в 396-й дивизии 66 на 3713 чел. и т.д. Понятно, что
на должности командиров взводов и отделений, кавказских по со¬
ставу, назначались, как правило, русские командиры, а это не
могло не сказываться на качестве подготовки одиночного бойца
и важнейших тактических подразделений — стрелковых взводов
и отделений.
Недостаток взаимопонимания между бойцами и командира¬
ми отрицательно сказался на качестве боевой подготовки и стал
201

одной из главных причин широкого распространения грубого ад¬
министрирования вместо кропотливой воспитательной работы.
Специальное распоряжение Военного совета от 17 ноября кон¬
статировало процветание в частях «унтер-прищибеевщины»,
«барско-пренебрежительного» отношения к нуждам бойцов и
предписывало вести с такими настроениями «беспощадную борь¬
бу»842 .
На фоне низкой обучаемости бойцов-националов ширилось
другое явление, трактовавшееся политорганами как проявление
великорусских и шовинистических настроений. Особенно часто
в источниках они упоминаются осенью и зимой 1941 г. Проявле¬
ния национализма в этот период были зафиксированы в 20-й,
63-й горно-стрелковых, 386-й, 404-й стрелковых, 1-й, 23-й кава¬
лерийских дивизиях и других соединениях. Следует отметить, что
эти настроения были распространены прежде всего среди коман¬
дного состава и «даже у некоторых товарищей из политического
состава»843 . Не сумев должным образом организовать процесс бо¬
евой и политической подготовки (часто не имея к этому объек¬
тивных условий), они подчас были готовы заменить «как небоес¬
пособных» до 50% красноармейцев своих частей844. В 404-й стрел¬
ковой дивизии велось «много разговоров» о том, что «с таким
составом, как наши запасники — армяне, азербайджанцы, гру¬
зины — воевать будет трудно»845 . В их высказываниях отчетливо
видна корреляция: отстающий — потому что не знает русского
языка, а отсюда ярлык неполноценности распространялся на его
национальность846. Например, в 386-й дивизии в число отстаю¬
щих попали бойцы, в мирное время являвшие собой образец со¬
ветского человека, например, парторг одной из рот Исмаилов, до
призыва несколько лет проработавший председателем передово¬
го колхоза, боец Ф. Кварацхелия — член ВКП(б), колхозный бри¬
гадир-стахановец, участник Всесоюзной сельскохозяйственной
выставки. Оба они не владели русским языком, и «никто ими не
занимается»847 .
В таком состоянии кавказские дивизии находились к началу
крымской наступательной кампании декабря 1941 — мая 1942 г.,
имевшей целью деблокаду Севастополя и освобождение Крымс¬
кого полуострова от немецко-фашистских захватчиков. Эта опе¬
рация вписана в историю Великой Отечественной войны как одна
из самых трагических ее страниц. Грубые ошибки советского ру¬
ководства в оценке стратегической обстановки на советско-гер¬
манском фронте в тот период и «головокружение» от успехов зимы
202

1941 — 1942 гг.848 обернулись гибелью и пленением многих десят¬
ков тысяч советских воинов.
Советское Верховное Главнокомандование придавало опера¬
ции в Крыму большое значение. Поэтому среди других подгото¬
вительных мероприятий в ноябре и декабре 1941 г. шел жесткий
отбор всего личного состава дивизий, предназначенных для вы¬
садки на полуострове849 . Предпочтение отдавалось кадровым во¬
еннослужащим славянских национальностей, обученным и про¬
веренным в политическом отношении. Северо-Кавказский и За¬
кавказский округа передали вновь созданному Кавказскому
(вскоре переименованного в Крымский) фронту все людские ре¬
сурсы, удовлетворявшие этим требованиям850 . Однако их оказа¬
лось недостаточно. Бойцы-кавказцы составили солидную про¬
слойку в частях, высадившихся в Крыму. 63, 77, 1 ?8-я горнострел¬
ковые, 224, 227, 386, 388, 390, 396, 398, 40^ъ -Й4-я стрелковые
дивизии Крымского фронта были сформированы в Закавказье.
В феврале в составе Крымского фронта сражались около 48 тыс.
воинов-представителей закавказских национальностей (35% от
всего личного состава фронта)851. Из Закавказья получали попол¬
нение и защитники Севастополя. В дивизиях, поступавших из
Северо-Кавказского военного округа, имелись представители
северокавказских народов (271,276, 320-я стрелковые дивизии).
В 156-й стрелковой дивизии количество представителей народ¬
ностей Дагестана доходило до половины личного состава, а 345-й
дивизии в аналогичных пропорциях были представлены осети¬
ны852. Таким образом, операция по освобождению Крыма, нача¬
тая в декабре 1941 г. и оконченная в мае 1942 г., представляла со¬
бой первый опыт массового использования в бою военнослужа¬
щих кавказских национальностей.
Известный писатель П. Павленко, побывавший на Крымском
фронте, описывая бой, в котором участвовали бойцы разных кав¬
казских национальностей, безапелляционно утверждал, что им не
требуется вербального общения, ведь «у них есть речь, речь без
слов, речь общей цели». И наоборот — Павленко свидетельству¬
ет, как один грузин бросает гранату в другого, поднявшего руки
навстречу врагу — «с ним нет общей речи, хотя бы он был и триж¬
ды грузином»853 . Однако реальное положение дел было значитель¬
но более сложным.
Крымская операция велась в тяжелейших погодных условиях
и при дефицитном материальном снабжении. Тыловые службы
Крымского фронта оставались на Таманском полуострове; под¬
203

воз продовольствия и боеприпасов осуществлялся через Керчен¬
ский пролив под постоянными бомбежками немецкой авиации.
В отдельные периоды снабжение боевых частей было настолько
плохим, что имелись случаи дистрофии и даже гибели от недо¬
едания личного состава854 . Слабо подготовленные части из Закав¬
казья легко дезорганизовывались под воздействием ударов врага
и несли чрезмерно высокие потери. Сравнительную характерис¬
тику закавказских и славянских частей дал командарм-51 гене¬
рал-лейтенант Львов: «Наблюдая сегодняшний бой батальона 803-
го с[трелкового] п[олка] [77-й азербайджанской горнострелковой
дивизии], еще раз убедился, что наступательная сила частей,
укомплектованных закавказским контингентом, весьма незначи¬
тельна... Обратное явление наблюдал в бою батальона 12-й [стрел¬
ковой] бригады. Этот батальон, несмотря на большие потери, на¬
ступал отлично, держа быстрые темпы, и задачу выполнил»855 .
Упомянутая 12-я стрелковая бригада была укомплектована пре¬
имущественно славянами.
Лично проверив состояние вновь прибывшей 396-й стрел¬
ковой дивизии, командарм-51 доносил командующему фронтом:
«С такими штабами выполнить боевую задачу нельзя. Это случай¬
ные люди, абсолютно неподготовленные и нуждающиеся в заме¬
не... Полки дивизии не сколочены, не обучены, не обмундирова¬
ны, завшивели»856 . Однако вышестоящие штабы, если не имели
возможности заменить небоеспособное соединение на передовой,
оказывались в тупиковой ситуации. В случае с 396-й дивизией
командующий фронтом генерал Толбухин отделался отговоркой:
дивизия с 25 сентября 1941 г. занималась боевой подготовкой и
организовывать ее заново нет нужды857 .
Тон в оценке формирований с Кавказа задавал Л.З. Мехлис,
прибывший 21 января 1942 г. на Крымский фронт как предста¬
витель Верховного Главнокомандующего и фактически подмяв¬
ший под себя фронтовое командование. Мехлис называл нацио¬
нальные соединения «трудными», просил Ставку заменить лич¬
ный состав кавказских национальностей славянским и т.д. Как
политработник, он должен был стать проводником интернацио¬
налистской идеологии, но вынужден был поступиться ею перед
лицом конкретных боевых задач, за выполнение которых отвечал
лично. «Здесь пополнение прибывает исключительно закавказс¬
ких национальностей, — докладывал Мехлис Сталину. — Такой
смешанный национальный состав дивизий создает огромные
трудности»858 . Настаивая на необходимости заменить «кавказцев»
204

пополнением «именно русским и обученным», Мехлис пользо¬
вался всеми рычагами воздействия — благосклонностью Стали¬
на, приятельскими отношениями с членом ГКО Г. Маленковым,
настойчивыми просьбами к Щаденко и категорическими требо¬
ваниями к командующим СКВО Курдюмову и Закфронтом Тю¬
леневу859. Поскольку обеспечить фронт полностью славянским
пополнением не представлялось возможным, то Мехлис добился
распоряжения Ставки заменить всех кавказцев на русских в та¬
ких ключевых подразделениях стрелковых полков, как автомат¬
ные, разведывательные минометные, истребительно-противотан¬
ковые и заградительные роты и взводы860 . Из кавказцев подходя¬
щими считались только лица, владевшие русским языком, и
прежде всего коммунисты и комсомольцы. Сугубо прагматичес¬
кие интересы успешного ведения наступления войсками Крым-
фронта оборачивались игнорированием национальных особенно¬
стей бойцов. В ответ на большие потери в боях и рост чрезвычай¬
ных происшествий национальные соединения объявлялись
«неустойчивыми»861.
Мнения, подобные тем что высказывал Мехлис, были дале¬
ко не единичны и особенно были распространены среди коман¬
дного состава862 . Очевидный намек на это содержится в требо¬
вании комфронта Толбухина командующему Приморской арми¬
ей. Констатируя распространение в частях армии дезертирства
и переходов на сторону врага, Толбухин настаивал: «сколько и
какой национальности» (курсив мой. — А.Б.) выявлено преступ¬
ников863 .
Жалобы Мехлиса долгое время воспринимались в Ставке бла¬
госклонно. Только когда в начале мая положение войск Крымс¬
кого фронта стало резко ухудшаться, критиканская, но пассив¬
ная позиция Мехлиса была охарактеризована Сталиным как «на¬
сквозь гнилая», а его претензии к командованию фронтом
необоснованными. Но к тому моменту ситуация в Крыму стала
безнадежной. Потери войск фронта в период майских боев соста¬
вили 176 тыс. чел., свыше 3,5 тыс. орудий, 347 танков, а общие
безвозвратные потери за все 111 дней существования Крымского
фронта достигли около 450 тыс. чел.864 Подавляющее число за¬
кавказских дивизий (224, 227, 396, 398, 400, 404-я) были полнос¬
тью разгромлены и прекратили свое существование. Дивизии, по¬
лученные Крымфронтом из СКВО, были отведены на террито¬
рию округа и переформированы, практически полностью обновив
свой состав.
205

Дивизии, сформированные в Закавказье, участвовали также
в героической обороне Севастополя в составе Отдельной Примор¬
ской армии. В составе 388-й и 386-й стрелковых дивизий было
5676 и 6284 военнослужащих-грузин соотв.865 На 20 марта 1942 г.
из 65 тыс. защитников Севастополя 5,2 тыс. (8%) были грузина¬
ми, 4,3 тыс. (6,6%) азербайджанцами и 3,6 тыс. (5,5%) армяна¬
ми866. На фоне легендарных соединений, таких как 95-я Чапаев¬
ская стрелковая дивизия, 25-я стрелковая дивизия, 79-я особая
бригада морской пехоты, эти соединения отличались неопытно¬
стью личного состава, неслаженностью штабов, неустойчивостью
к ударам противника, хотя в отличие от первых были лучше воо¬
ружены и более многочисленны. Они неоднократно становились
объектом критики командарма генерал-майора И.Е. Петрова867 .
386-я и 388-я стрелковые дивизии выделялись «в худшую сторо¬
ну» и считались «мало боеспособными», в связи с чем они не¬
сколько раз «энергично очищались» от «антисоветских» и «неус¬
тойчивых» элементов868 . Много нареканий вызывала профессио¬
нальная подготовка как командного, так и рядового состава.
В то же время некоторые соединения с преимущественно кав¬
казским составом отличились в боях и положительно характери¬
зовались командованием. На совещании Военного совета Крымс¬
кого фронта с командирами и военкомами соединений 51 -й армии
17 апреля предметом обсуждения стала прошедшая наступатель¬
ная операция войск армии. 77-я стрелковая дивизия участвовала
в феврале и марте в разгроме 18-й румынской дивизии, выбила
немецкие части из нескольких населенных пунктов. В ходе
боев дивизией были захвачены большие трофеи. На совеща¬
нии 77-я стрелковая дивизия была удостоена похвалы командар¬
ма-51 генерал-лейтенанта Львова. Мехлис также выразил удовлет¬
ворение ее состоянием869.77-я и 398-я стрелковые дивизии хоро¬
шо взаимодействовали с танками. 390-я стрелковая дивизия была
введена в бой в середине января 1942 г. во время контрнаступле¬
ния немцев и румын. Заняв оборонительный рубеж, дивизия
прочно удерживала его вплоть до общего отхода советских войск
на ак-монайские позиции. В марте дивизия участвовала в отра¬
жении атак 22-й немецкой танковой дивизии. В докладе штаба
фронта, подготовленном незадолго до майской катастрофы, была
представлена суммарная оценка боеспособности каждого из со¬
единений фронта за март и апрель 1942 г., и многие соединения с
Кавказа охарактеризованы положительно. В тяжелейших услови¬
ях наступления хорошо себя проявили 77, 390, 398-я стрелковые
206

дивизии, укомплектованные преимущественно армянами и азер¬
байджанцами870 . Доклад был составлен специалистами оператив¬
ного отдела штаба фронта на основе беспристрастного анализа
хода боевых действий.
Таким образом, налицо резкое расхождение между объектив¬
ной оценкой боевых качеств некоторых кавказских дивизий и гос¬
подствовавшим штампом об их недостаточной по сравнению со
славянскими соединениями боеспособностью. В критические
моменты последний всегда превалировал. Сами политработники
признавали факты огульно негативного отношения ко всем кав¬
казцам: «Проявления отдельными бойцами всевозможных [отри¬
цательных] настроений приписывались безразлично всем бойцам
нерусских национальностей»871.
В Северо-Кавказском военном округе после доукомплекто¬
вания кадровых дивизий округа до боевого штата в первые неде¬
ли войны командование приступило к формированию еще ряда
дивизий - 302, 333, 335, 337, 339, 341, 343, 345, 347, 349, 351,
353-й стрелковых, 35, 38, 40, 42, 56, 66, 68, 70, 72-й кавалерийс¬
ких. В октябре 1941 г. было начато формирование девяти морс¬
ких стрелковых бригад, шести стрелковых бригад курсантов и двух
воздушно-десантных корпусов трехбригадного состава. В даль¬
нейшем округ выполнял в основном наряды на переформирова¬
ние снятых с линии фронта дивизий. К началу 1942 г. таковых в
его составе насчитывалось пять (73, 242, 276, 320)872.
За счет русскоязычных регионов Северо-Кавказского округа
формируемые дивизии по национальному составу были в основ¬
ном русские (от 80 до 97% личного состава). Если прибавить к ним
украинцев и белорусов, то удельный вес не славян в дивизиях,
формировавшихся осенью 1941 г., не превышал 2—5%873 . Исклю¬
чение составляла только 345-я стрелковая дивизия, формировав¬
шаяся на территории Северной Осетии и Дагестана, в которой на
начало октября удельный вес славян составлял лишь 38,3%, в то
время как осетин было 24%, чеченцев — 18%, дагестанцев — 7,5%874 .
Такое положение объясняется не только относительной ма¬
лочисленностью коренного населения северокавказских автоно¬
мий, но прежде всего особой политической линией в отношении
горцев Северного Кавказа, проявившейся еще в самом начале
войны. Уже в первые месяцы войны многим из них был затруд¬
нен доступ в боевые части Красной армии. Это стало частью об¬
щей правительственной программы по предотвращению допуска
в войска «неблагонадежных» и «контрреволюционных» элементов.
207

19 сентября в Северо-Кавказский округ поступила инструк¬
ция, утвержденная начальником ГУФ за № V/X/1875, в которой
было прописано, что в целях «очищения запасных частей от не¬
годных, вражеских и неустойчивых элементов.», в переменном
составе «только русских, украинцев, белорусов (кроме западных),
казанских татар, мордвы, армян, грузин, азербайджанцев, евре¬
ев»875 . В число отсеянных попали чеченцы, ингуши, кабардинцы,
балкарцы, осетины, карачаевцы, черкесы, адыги, народности Да¬
гестана и представители среднеазиатских народов. Масштабы от¬
сева были впечатляющими: из 16-й запасной стрелковой брига¬
ды было отчислено 10 342 чел., из 26-й — 2853 чел., из 45-й —
1817 чел876 . Многие из них были националами. В документах от¬
дела комплектования и мобилизации штаба Северо-Кавказского
фронта обнаружены многочисленные списки лиц, отчисленных
из частей, относящиеся к ноябрю 1941 г. Среди них представите¬
ли карачаевского, черкесского, кумыкского, ногайского, абазин¬
ского, калмыцкого, татарского народов, а также народов Сред¬
ней Азии: туркмен, таджиков, узбеков877 . Если напротив лиц, уво¬
ленных по политико-моральным соображениям, указывалась
причина увольнения (судимость за преступления против государ¬
ства, неподходящее родство и т.п.), то увольнения националов не
мотивировалось. Командиры на местах и не нуждались в таких
объяснениях. Пользуясь расхожими негативными штампами, они
легко и быстро навешивали ярлыки на уволенных, скатываясь, по
сути, к шовинистическим высказываниям: «Отсеянные национа¬
лы... являлись в основном всегда больными, малодушными, не¬
устойчивыми, постоянно ссылались на плохое состояние здоро¬
вья...»878
Директивой ГУФ № V/X/1875 был объявлен осенний 1941 г.
призыв лиц 1923 года рождения. В связи с недостатком лиц при¬
зываемых национальностей многие военкоматы северокавказских
автономий не выполнили наряд Упраформа СКВО879 . Призывни¬
ки горских национальностей в запасные части не принимались.
Таковых по Дагестану, например, было 6150 чел. (84,2% всех при¬
зывников республики)880 . Исключение составили призывники
осетинской национальности. По итогам осеннего призыва в за¬
пасные части и в гвардию было направлено 557 чел. В то же вре¬
мя 315 осетин были отправлены в рабочие подразделения. Сюда
отсеивались лица, непригодные к строевой службе по физичес¬
ким признакам либо по политико-моральным соображениям.
Соотношение направленных в строевые части и откомандирован¬
208

ных в рабочие подразделения у осетин лишь незначительно усту¬
пало соответствующим показателям для русских юношей, при¬
званных по тому же Северо-Осетинскому республиканскому во¬
енкомату (64% к 36% у осетин и 69% к 31% у русских)881.
Как юноши призывного возраста, так и лица, отчисленные из
запасных и боевых частей, в большинстве своем направлялись на
укомплектование рабочих колонн, использовавшихся на тяжелых
работах: «На строительство железнодорожной линии Бзыбь —
Сухуми выделено 6000 [чел.] не призываемых [национальностей]:
греки, эстонцы и др.»882 На строительстве ветки Кизляр — Астра¬
хань использовалось восемь рабочих колонн общей численнос¬
тью около 9 тыс. чел.883 и т.д. Хотя личный состав рабочих колонн
призывался в армию на общих основаниях и имел все права во¬
еннослужащих Красной армии, бытовые и санитарные условия
его службы были исключительно тяжелыми. Гражданские ведом¬
ства, на объектах которых эти люди трудились, подолгу не брали
рабочие колонны на свой баланс, обрекая их личный состав на
голодное существование и замерзание884 . Снабжение этих частей
осуществлялось по остаточному принципу. Пищу личный состав
получал по самой низшей норме, а обмундирование — по 4-й ка¬
тегории, фактически ветошь. Как правило, заболеваемость и
смертность бойцов строительных частей в несколько раз превы¬
шала аналогичные показатели у вольнонаемных рабочих одного
и того же промышленного или строительного объекта885 .
Вскоре положение северокавказцев в частях Северо-Кавказ¬
ского округа стало совсем неопределенным. 9 декабря 1941 г. в
округ поступила директива Щаденко с перечнем категорий лич¬
ного состава, подлежавших оставлению в составе рабочих ко¬
лонн886. Представителей северокавказских народов среди них не
оказалось. В штабе округа это умолчание было принято как при¬
каз отчислять их из рабочих колонн, хотя прямого указания об
этом не обнаружено. Отныне штаб округа не мог укомплектовы¬
вать уроженцами Северного Кавказа ни боевые части, ни запас¬
ные, ни даже рабочие части. В такой ситуации местные военные
власти действовали по своему усмотрению, отчисляя или остав¬
ляя в частях горцев.
При всей частоте и категоричности приказов из Москвы об
очищении войск от северокавказцев, вследствие бюрократизма и
неповоротливости военного механизма немалое их количество
долго продолжали оставаться в частях. Отчисление шло, но мед¬
ленными темпами и редко проводилось до конца. Интенсивная
209

ротация военнослужащих, особенно в запасных частях и частях,
находившихся на стадии формирования, а также непрерывная
досылка призывников и военнообязанных военкоматами, застав¬
ляли многократно начинать работу по отсеву заново. В таблице 6
представлены данные национального состава некоторых запас¬
ных частей СКВО. Из нее следует, что на 1 апреля 1942 г. в пред¬
ставленных в выборке запасных частях округа числилось 9160 чел.
военнослужащих горских национальностей или 23,9 % всего лич¬
ного состава частей.
В то же время обращает на себя внимание то обстоятельство,
что в формировавшихся в СКВО в этот же период стрелковых
дивизиях, напротив, горцев было значительно меньше. В по¬
становлении ГКО № 2114 от 28 июля и приказе НКО № 0155
от 1 августа 1942 г., предписывавших условия формирования
новых восьми стрелковых дивизий, прямо был оговорен запрет
приема в их состав лиц «горских национальностей Чечено-Ин¬
гушетии и Кабардино-Балкарии»888 . В семи соединениях, в до¬
кументации которых зафиксирован национальный состав на
момент сформирования (73, 203, 242, 271, 276-й и 320-й стрел¬
ковых дивизиях и 58-м укрепрайоне), в совокупности предста¬
вителей народов Северного Кавказа насчитывалось 1052 чело¬
века (около 1,4 % штатной численности соединений)889 . По¬
скольку формирование и переформирование соединений велось
в основном за счет ресурсов запасных частей округа, то налицо
непропорциональное использование ресурсов запасных частей
по национальному признаку. При этом 707 чел. из учтенных по
шести дивизиям 920 горцев были осетинами890 (67,2 % против
11,1 % в запасных частях). Хотя на адыгов, карачаевцев и черке¬
сов в первые летние месяцы 1942 г. запрет приема в строевые
части не распространялся, их представительство здесь было ми¬
нимальным. Налицо неодинаковое отношение к различным се¬
верокавказским народам при явном преимущественном положе¬
нии осетин.
Многие горцы продолжали числиться в строительных колон¬
нах до апреля 1942 г., когда приказом НКО последние были рас¬
формированы. Личный состав колонн, не годный для службы в
армии по состоянию здоровья и политико-моральным признакам,
был демобилизован и на время войны закреплен за теми хозяй¬
ственными организациями, в ведении которых находились рабо¬
чие колонны891. Для тех горцев, которые оставались в колоннах,
военная служба окончилась.
210

Таблица 6
Национальный состав запасных частей СКВО
на 1 апреля 1942 г.887
Националь¬
ность
15 зебр
24 зебр
26 зебр
3 зап.
артбр
15 зкп
29 зкп
Итого
Русские
2714
4528
3247
2318
1945
376
11881
Украинцы
291
409
811
457
195
2163
Белорусы
20
117
42
33
12
13
237
Евреи
273
250
150
91
51
5
820
Армяне
685
506
472
43
394
124
2224
Азербай¬
джанцы
3484
2249
2459
3
601
112
8909
Грузины
1210
942
303
18
229
261
2963
Адыгейцы
170
142
59
7
378
Аварцы
3
12
6
1
63
85
Балкарцы
4
118
72
7
38
173
412
Даргинцы
2
4
18
6
75
105
Ингуши
18
376
2
4
82
482
Кабар¬
динцы
789
604
231
148
170
791
2733
Карачаевцы
80
71
102
34
287
Кумыки
33
14
65
9
45
166
Лезгины
64
81
15
160
Ногайцы
85
47
67
27
28
5
259
Осетины
414
232
114
46
143
72
1021
Чеченцы
1223
750
99
49
585
2704
Черкесы
57
169
77
4
55
6
368
Несмотря на прямые запреты, поступавшие из Москвы,
представители северокавказских народов в незначительных коли¬
чествах продолжали прибывать в войска. Так, дагестанцы в нача¬
ле 1942 г. в некоторых соединениях (151-я стрелковая дивизия
Закавказского фронта и 156-я стрелковая дивизия Северо-Кав¬
казского округа) составляли солидную прослойку от 12 до 40%.
Еще в нескольких соединениях Закавказского фронта их удель¬
ный вес составлял от 1 до 5%892 .
В восьми стрелковых дивизиях Северо-Кавказского округа,
формировавшихся в августе 1942 г. (242, 271, 276, 317, 319, 328,
337-я и 351-я), среди личного состава имелись осетины, карача¬
евцы, кабардинцы, балкарцы, чеченцы (см. таблицу 7).
211

Таблица 7
Представительство славянских и северокавказских народов
в стрелковых дивизиях Северо-Кавказского военного округа
в период их переформирования
(конец августа — начало сентября 1942 г.)
Всего
личного
состава
Русские
Украин¬
цы
Осе¬
тины
Кара¬
чаев¬
цы
Кабар-
дино-
бал кар-
цы
Че¬
чен¬
цы
328 сд
8954/11620
1791/4902
813/1723
401
39/9
93/84
32/0
351 сд
8808/9284
1792/4682
539/1398
543
0/9
218/119
6/0
317 сд
4606/10381
2426/7378
942/1744
101/0
88/90
0/7
276 сд
6662/5959
1372/1752
427/645
320
0/17
337 сд
10386/10323
6737/6482
1125/1040
0/16
271 сд
7202/7925
3212/3321
366/401
76/15
0/2
319 сд
0/13
0/26
0/16
242 сд
9881
2900/3815
581/1895
ЦАМО. Ф. 224. Оп. 832. Д. 133. Л. 30
Примечание: в числителе — данные за 28.8.42, в знаменателе —
за 9.9.42 (для 337 и 271 сд — за 1.9, для 319 сд — за 4.9, для 242 сд данные
есть только за 5.9.42)
На 20 ноября 1942 г. в составе Северной группы войск Закф¬
ронта, полоса действий которой пролегала по территории Кабар¬
дино-Балкарии, Чечено-Ингушетии и Дагестана, числилось 1483
представителя народностей Дагестана, 1094 осетина, 357 кабар¬
динцев и балкарцев, 90 чеченцев и ингушей (см. таблицу 8).
Их распределение по объединениям группы (например, ос¬
новная масса осетин и кабардинцев — 719 и 308 чел., соответ¬
ственно, — находились в составе 9-й армии, действовавшей на
территории их республик, а подавляющее число дагестанцев —
1339 чел. — в составе 44-й армии, прикрывавшей дагестанское на¬
правление; в 37-й армии, дислоцированной в Кабардино-Балка¬
рии, было 858 кабардинцев и балкарцев893 ) наводит на мысль о
том, что решения о призывах горцев проводились явочным по¬
рядком на уровне военного совета армии и при попустительстве
вышестоящих инстанций894 . Тому есть некоторые документаль¬
ные подтверждения. Известно, например, что военкоматы Кабар¬
дино-Балкарии проводили специальные мобилизации местного
населения для пополнения дислоцированной на территории рес-
212

Национальный состав войск Северной группы Закавказского фронта на 20 ноября 1942 г
Удель¬
ный
вес, %
| 43,85 |
I 12,67 I
Ю‘1
| 18,67 |
1 6,41 |
1 S*0 ]
1 И)‘0 1
1 9$‘О 1
| 0,68 I
1 0,03 I
1 1*0 1
o'
2,56 I
10,01 1
о
o'
1 0,44 1
| 0,65 I
| 0,92 I
1_£йТП
3,19 I
1.001 I
1 U82 |
О
U
о
—
sO
sO
о
tn
сп
Os
оо
tn
гч
оо
ГЧ
о
о
О
U
о
СО
о
О
гч
гч
о
оо
СП
о
о
гч
'"Т
гч
й
гч
Г''
о
Os
о
с>
sO
40
гч
Os
СП
275 сд
1 6Z.6I 1
гч
оо
гч
о
сч
оо
S
ОО
СП
sO
—
оо
| 207 1
ГЧ
оо
о
Ss
| 2827 1
гч
sO
4 гв. кк
| 8720 |
I 0161 1
тг
о
оо
о
О'
о
1П
оо
Й
1 9£Z 1
оо
о
гч
£
оо
о
о
ГЧ
СП
4 ВОЗД.
АРМИЯ
|	10547	|
|	6578 I
|	400	1
гч
m
гч
гч
оо
40
ГЧ
sO
in
—
о
о
о
1	833	1
|	19465	|
40
ГЧ
37
АРМИЯ
1	330	1
оо
оо
ОО
ОО
44
АРМИЯ
| 11922 |
| 2472 |
1 VLZ 1
| 18478 I
| 1338 |
| 10241 1
| 1339 |
Os
сП
Cs
| 1224 1
40
Os
о
| 2323 |
| 50008 |
| 1339 I
58
АРМИЯ
| 7630 |
| 2162 |
О'
I 1КЕ1 |
1 /.if 1
1 702 |
1 206 1
1 zvs 1
|	227	1
1 ££V 1
1 £96 1
| 26942 |
1 206 1
9 АРМИЯ
с 11 и 10
ГВ. СК
1	1
I	|
|	1372	1
|	8121	|
|	11742	|
|	2808	|
1	61/, I
СП
оо
о
гч
оо
чо
ОО
1 szh 1
г-
сч
1	6Z9 I
|	1057	1
|	1404	|
sO
ГЧ
|	3323	|
| 104518 |
|	1225	|
Русские	|
Украинцы	|
Белорусы	|
Азсрбайдж.	|
Армяне	|
Грузины	|
Осетины	|
!ченцы и ингуши |
фдинцы и балкарцы |
Дагестанцы	|
зчаевцы и черкесы |
Турки	|
Калмыки	|
Узбеки	|
Таджики	|
Киргизы	1
Казахи	|
эрдвины, чуваши |
Татары	|
Евреи	|
Прочие	|
ВСЕГО	|
■к горцев Сев. Кавказа |
3-
^9«Я
^«Я
2
1 Из hi
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1019. Д. 42. Л. 1569.
213

публики 37-й армии. Мобилизованные кабардинцы и балкарцы
не использовались в бою, а шли на укомплектование тыловых ча¬
стей (гужевых транспортных рот)895 .
Так или иначе, военные власти использовали лишь малую то¬
лику реальных мобилизационных возможностей северокавказс¬
ких республик. В отмеченный период их жители составляли в вой¬
сках Северной группы войск лишь 1,8 %896 .
Языковая проблема, столь остро стоявшая в частях, где боль¬
шую прослойку составляли военнослужащие закавказских наци¬
ональностей, в частях, сформированных на Северном Кавказе, не
оставила серьезного следа в источниках. На фоне большого при¬
тока в войска жителей Закавказья она игнорировалась. Однако
там, где северокавказцы поступали в части в больших количествах,
вопрос о необходимости овладения ими русским языком также
становился актуальным.
Проведенный анализ показывает, что в начальный период
войны военнослужащие кавказских национальностей составили
солидную прослойку в рядах Вооруженных Сил СССР. Однако
особенности контингентов, поступавших из кавказских нацио¬
нальных регионов (слабое владение русским языком, низкая гра¬
мотность и слабая военная подготовка, нехватка национальных
командных кадров), существенно замедляли и затрудняли боевое
сколачивание частей с их участием и последующее их использо¬
вание в бою. Смешанные по национальному составу формирова¬
ния, создававшиеся в республиках СССР, обладали, как правило,
более низкими боевыми качествами, чем части, формировавшие¬
ся на территории России и Украины. Довоенная экстерритори¬
альная система комплектования частей в условиях развертывания
массовой армии оказалась неэффективной. Хотя нередко причи¬
ной невыполнения боевых заданий частями, укомплектованны¬
ми кавказцами, становились объективные условия, в острой бое¬
вой обстановке и при отсутствии эффективных воспитательных
мер со стороны политорганов это порождало негативное, пред¬
взятое отношение к ним со стороны русскоязычных командиров.
Командиры старались избавиться от военнослужащих кавказских
национальностей. Стремление командного состава всех уровней
минимизировать численность кавказцев в своих подразделениях
можно считать общей тенденцией. В случае с представителями
коренных народов Северного Кавказа ограничение их доступа в
строевые части было санкционировано высшей властью. В отно¬
шении закавказцев оно достигалось с помощью различных фор¬
214

мальных (ходатайства вышестоящему начальству) и неформаль¬
ных (намеренная задержка приема занаряженных контингентов
в состав дивизий, их возврат под разными предлогами в запас¬
ные части и т.д.) В обоих случаях отсев кавказцев никогда не про¬
ходил до конца, потребного числа славянских контингентов, как
правило, не находилось. Напротив, объективные условия (боль¬
шие потери, отсутствие регулярных пополнений частей) порой
заставляли пополнять войска за счет представителей народов Кав¬
каза, даже несмотря на прямой запрет этого. С началом войны
национальный состав частей и соединений, особенно смешанных,
подавался как одна из важных их характеристик наряду с боевы¬
ми. Для сравнения уместно будет напомнить, что до войны мно¬
гие кавказские военкоматы вообще не имели статистики нацио¬
нального состава имевшихся на их территории контингентов во¬
еннообязанных и призывников.
Все мероприятия начала войны, касавшиеся использования
кавказцев в частях Красной армии, в той или иной мере являлись
импровизацией, немедленным ответом на ухудшавшиеся условия
пополнения действующих войск. Но назревала необходимость
принципиально нового подхода в деле интеграции представите¬
лей народов Кавказа в воюющую армию и поднятия их боевой вы¬
учки до общего уровня военнослужащих Красной армии. В конце
1941 г. выход виделся советскому руководству в воссоздании од¬
нонациональных формирований, упраздненных в конце 30-х го¬
дов. Однородная языковая и культурно-ментальная среда в них
должна была способствовать ускорению и повышению качества
боевой подготовки бойцов нерусских национальностей, укреп¬
лению дисциплины в подразделениях и стойкости личного со¬
става.

ГЛАВА 11
КАВКАЗСКИЕ НАЦИОНАЛЬНЫЕ
ДИВИЗИИ В ФОКУСЕ ПОЛИТИКИ (1942 г.)
Воссоздание национальных соединений в 1941 — 1942 гг., как
и появление иррегулярных (не кадровых) воинских формирова¬
ний — истребительных батальонов, ополченческих дивизий, орга¬
низационное оформление стихийного партизанского движения
и т.п. — диктовалось острой необходимостью предельно быстро
и без значительных затрат дефицитных материальных и кадровых
ресурсов восполнить тяжелые потери начала войны и остановить
врага.
В августе 1941 г. решением ГКО было начато формирование
латвийской стрелковой дивизии. В ноябре и декабре 1941 г. пра¬
вительством также было санкционировано создание еще двух ди¬
визий из жителей Литвы и Эстонии, 15 стрелковых бригад и 20 ка¬
валерийских дивизий главным образом из представителей наро¬
дов среднеазиатских республик, а также жителей Башкирии,
Чечено-Ингушетии, Кабардино-Балкарии и Калмыкии897 .
В начале 1942 г. к формированию национальных соединений
приступил Закавказский военный округ. В своих воспоминаниях
бывший командующий округом генерал армии Тюленев выделя¬
ет языковую проблему как главную в принятии решения о строи¬
тельстве национальных частей898 . Кроме того, в преддверии обо¬
роны Кавказа округ мог рассчитывать в основном только на свои
силы, о чем комфронта предупредил сам Сталин899 . Приказ на¬
родного комиссара обороны поступил 3 февраля 1942 г.900 Пред¬
писывалось переформировать уже готовые дивизии Закавказского
военного округа (преобразован из Кавказского фронта после вы¬
деления Крымского фронта), имея: 392-ю и 406-ю стрелковые
дивизии грузинскими, 408-ю и 409-ю — армянскими, 402-ю и
223-ю — азербайджанскими. Одновременно переформировыва¬
лись три дивизии Крымского фронта, прибывшие незадолго до

этого из Закавказья: 224-я — в грузинскую, 388-я — в армянскую,
396-я — в азербайджанскую. Наконец, по национальному при¬
знаку укомплектовывались вновь создаваемые в Закавказье ди¬
визии: 414-я и 418-я как грузинские, 89-я и 419-я как армянские
и 416-я как азербайджанская. Новые соединения были охаракте¬
ризованы как «национальные по содержанию и интернаци¬
ональные подуху»901.
Переформирование дивизий происходило главным образом за
счет перемещения личного состава из одного соединения в дру¬
гое. При активной материальной и кадровой помощи партийных
организаций Закавказья переформирование было завершено в
15-ти дневный срок, после чего они приступили к боевому ско¬
лачиванию902.
Но результаты проведенной работы не оправдали возлагав¬
шихся на нее надежд. Главной проблемой стала острая нехватка
национальных командных кадров. При переформировании ими
удалось укомплектовать не более 50 % штата средних и старших
командиров903 . Большинство из них были призваны из запаса.
Остальной некомплект покрывался за счет командиров-славян.
Младшее командное звено также испытывало острый недостаток
в командирах нерусских национальностей. Их некомплект покры¬
вался за счет выпускников полковых школ, квалификация кото¬
рых была невысока. Только в политработниках не было недостат¬
ка. По нарядам ЦК закавказских республик они в достаточном
количестве поступали в войска из партийных, комсомольских
органов и из лекторско-преподавательской среды. Но они в боль¬
шинстве своем не обладали навыками военной службы904 .
В то же время ресурсы национальных кадров командиров
были исчерпаны фронтом, заставляя его руководство пополнять
части совершенно неквалифицированным составом. Например,
о выпускниках курсов усовершенствования политсостава запаса
(КУПСЗ) было сказано, что они «очень плохо подготовлены в во¬
енном отношении, малограмотны, а часть их плохо читает даже
на родном языке». И тут же сделан парадоксальный вывод о том,
что все они «отвечают назначению» в 402-ю дивизию905 . Низкая
квалификация, неопытность и недостаточная требовательность
командно-политического состава национальных дивизий стали
главной причиной того, что боевое слаживание новых соедине¬
ний растягивалось на долгие месяцы.
В конце августа проверка 223-й стрелковой дивизии выявила
«безобразнейшие факты»: в дивизии не велось практически ни¬
217

какой учебной и воспитательной работы, «личный состав... бук¬
вально лежит целые сутки и ничем не занимается, за исключени¬
ем отдельных стрельб и случайных занятий по политической под¬
готовке и материальной части оружия»906. Командиры жили от¬
дельной жизнью от своих подразделений и зачастую не знали ни
свой личный состав, ни места нахождения бойцов, слонявшихся
по окрестностям гарнизонов907 . Незадолго до этого дивизия со¬
вершила длительный пеший переход в новое место дислокации,
в ходе которого части растянулись на десятки километров, пере¬
мешались и утратили всякий воинский вид. По пути были уте¬
ряны десятки винтовок и автоматов908 . Аналогичную картину
проверяющие застали в других азербайджанских соединениях —
402-й и 416-й стрелковых дивизиях и 9-й стрелковой бригаде,
укомплектованной в значительной мере азербайджанцами909.
На настроения бойцов резко негативное влияние оказывали
очень плохие бытовые условия в частях. Проверки комиссии Во¬
енного совета фронта в июне 1942 г. в 223-й, 414-й и 416-й стрел¬
ковых дивизиях показали, что в них распространены вшивость,
продукты в столовых расхищались910.
Документы содержат немало свидетельств того, как команди¬
ры и военкомы полков и дивизий, потерявшие рычаги управле¬
ния своими частями, предпочитали скрывать или приукрашивать
дисциплинарную ситуацию в них. Такие случаи зафиксированы
в 223-й, 89-й и других стрелковых дивизиях. Командный и осо¬
бенно политический состав таких соединений, как правило, пол¬
ностью обновлялся. В упомянутых 223-й и 89-й дивизиях от дол¬
жностей были отстранены командиры дивизий, комиссары и на¬
чальники политотделов дивизий, полков и большинства
батальонов911.
Кадровая проблема стала основным препятствием на пути
создания многих национальных дивизий на всей территории стра¬
ны. Проверки некоторых стрелковых бригад, сформированных в
Средней Азии, проведенные в сентябре 1942 г. комиссией под ру¬
ководством маршала Ворошилова, показали, что даже восьмиме¬
сячного срока оказалось недостаточно, чтобы привести бригады,
укомплектованные казахами и узбеками, в боеспособное состоя¬
ние. По многим показателям уровень их подготовки оценивался
как неудовлетворительный912.
Все эти обстоятельства стали причиной постепенного упраз¬
днения национальных формирований, создававшихся в Средней
Азии и на Северном Кавказе, уже в 1942 г. В директиве Генераль¬
218

ного штаба от 25 марта 1942 г. отмечалось, что «указанные диви¬
зии недостаточно подготовлены, сколочены и не отвечают всем
требованиям современного боя»913. Большинство из них — 16 ка¬
валерийских дивизий и 10 стрелковых бригад — не успели даже
принять участия в бою. Личный состав и материальная часть этих
соединений поступили на пополнение действующих войск Крас¬
ной армии. Из попавших на фронт четырех кавалерийских диви¬
зий и пяти стрелковых бригад две дивизии и две бригады, понеся
потери, были расформированы в первые месяцы боев.
Судьба национальных дивизий, сформированных в Закавка¬
зье, складывалась иначе. Являясь недействующим фронтом, За¬
кавказский фронт в начальный период войны выступал донором
действующих войск и клету 1942 г. располагал лишь незначитель¬
ным количеством готовых соединений (20 стрелковых дивизий и
бригад, 3 кавалерийских дивизии, 3 танковых бригады), прикры¬
вавших по периметру все Закавказье914. Перед лицом опасности,
которая исходила от профашистски настроенной Турции и угро¬
зой прорыва на Кавказ немецких войск с севера, эти силы были
крайне недостаточны.
Поэтому, несмотря на очевидные недостатки, Генеральный
штаб считал национальные соединения Закфронта «основным
костяком» его войск915. А с началом битвы за Кавказ обороняю¬
щимся войскам приходилось рассчитывать в основном на соб¬
ственные резервы. На фоне чрезвычайно краткой исторической
судьбы большинства национальных формирований Красной ар¬
мии в годы войны историю кавказских национальных дивизий
следует считать аномальной. Вместо переформирования в конце
лета и в начале осени 1942 г. во многих кавказских национальных
соединениях были проведены «мероприятия по их оздоровле¬
нию», суть которых состояла в замене командно-политического
состава дивизии, усилении национальных политических кадров,
отсеве «неустойчивых элементов» из числа рядового и младшего
командно-начальствующего состава, а также усилении пропаган¬
ды на родных языках916.
На Северном Кавказе в начале войны также велось нацио¬
нальное военное строительство. Как и прочие мероприятия в этой
области, создание национальных формирований изначально име¬
ло здесь политическую окраску. Не случаен выбор республик, ко¬
торым постановлением ГКО от 13 ноября 1941 г. было разрешено
иметь собственные национальные дивизии — Чечено-Ингушетия
(114-я кавалерийская) и Кабардино-Балкария (115-я кавалерий¬
219

ская). Коренные жители именно этих регионов в первую очередь
отчислялись из боевых и запасных частей Северо-Кавказского
военного округа осенью 1941 г.
Эти соединения изначально имели ряд принципиальных от¬
личий от аналогичных закавказских дивизий. Их формирование
проходило на добровольных началах, а материальное обеспече¬
ние, кроме вооружения, возлагалось на население и республикан¬
ские власти. Горцам было разрешено использовать национальную
форму одежды. Добровольность вступления в ряды национальной
дивизии позволяла отбирать только наиболее надежных в мораль¬
но-политическом и физическом плане людей. Это мероприятия
являлись, таким образом, альтернативой обязательному призы¬
ву. Публичность формирования частей служила созданию важно¬
го пропагандистского символа, олицетворению национального
духа в борьбе с врагом и втягивала все население республики в
патриотическую работу. Одновременно этим же способом на Ку¬
бани и Дону шло формирование кавалерийских казачьих диви¬
зий.
Кабардино-Балкарскому обкому, который взялся задело «по-
большевистски», удалось сформировать дивизию в короткие сро¬
ки и без значительных затруднений917. Формирование 114-й кав-
дивизии в Чечено-Ингушетии фактически было сорвано из-за
незначительного числа добровольцев. В конце марта 1942 г. ди¬
визия была переформирована в 225-й Чечено-Ингушский кава¬
лерийский полк. Боевая судьба обоих северокавказских нацио¬
нальных формирований оказалась очень короткой. В самом на¬
чале битвы за Кавказ летом 1942 г. они использовались в борьбе с
плацдармами войск вермахта на левом берегу Дона. Как и мно¬
гие другие части Северо-Кавказского фронта, 225-й кавалерийс¬
кий полк и 115-я кавалерийская дивизия были буквально смете¬
ны армадами танков врага. По случайному совпадению в очень
незначительных по объему фондах обоих национальных форми¬
рований сохранились дневниковые записи их начальников шта¬
бов. Дневники — крайне редкий вид источников среди военных
документов — сохранили интересные оценки боевых качеств но¬
вых формирований. Капитан Емельянов (255-го кавполк) и под¬
полковник Эхохин (115-я кавдивизия) подчеркивали, что их час¬
ти использовались не по назначению — в обороне для борьбы с
танками. В хаосе отступления они не получали четкой задачи, ча¬
сто переподчинялись другим соединениям. Оба начальника шта¬
ба высказывались в том смысле, что при более благоприятных
220

условиях и при грамотном использовании конницы северокавказ¬
ские соединения могли бы проявить себя лучше: «Хорошо с че¬
ченцами быть в наступлении. Здесь они дерутся храбро» (Емель¬
янов)918.
255-й кавалерийский полк и 115-й кавалерийская дивизия
ввиду малочисленности осенью 1942 г. были расформированы и
более не восстанавливались. Значительная часть кавалеристов,
пользуясь относительной близостью родных мест, вернулись до¬
мой. Подполковник Эхохин встречал целые группы воруженных
кабардинцев и балкарцев, невозмутимо следовавших прочь от
линии фронта и считавших свой воинский долг выполненным919.
По данным НКВД КБАССР, число дезертиров, вернувшихся в
республику, достигало 700 чел. Многие из них «с оружием ушли в
горы, составив ядро бандитских групп»920 .
Северо-Кавказская стратегическая оборонительная операция
(25 июля — 31 декабря 1942 г.) явилась периодом войны, в кото¬
рый соединения, укомплектованные частично или полностью
военнослужащими кавказского происхождения, использовались
наиболее массированно. На момент начала сражения за Кавказ в
распоряжении Северо-Кавказского и Закавказского фронтов име¬
лись 12 национальных частей и соединений: 115-я Кабардино-
Балкарская кавалерийская дивизия, 255-й Чечено-Ингушский
кавалерийский полк (оба формирования в составе войск Северо-
Кавказского фронта), 276, 392, 406, 414-я грузинские, 223, 402,
416-я азербайджанские и 89, 408 и 409-я армянские стрелковые
дивизии (в составе Закавказского фронта). Уже в ходе самого сра¬
жения комплектование частей по национальному признаку про¬
должалось, хотя новые соединения не получали статус нацио¬
нальных, поскольку не являлись новыми, а переформировывались
из старых дивизий, сохраняя их наименования. Помимо этого,
кавказцы в той или иной мере были представлены во всех осталь¬
ных соединениях указанных двух фронтов. По данным исследо¬
вателя кавказских национальных формирований Г.С. Бурназяна,
в шести ненациональных дивизиях (61, 151, 271, 276, 295, 319-й)
число уроженцев Кавказа колебалось от 60 до 75%, в трех (275,
328, 320-я) — от 50 до 60%, и еще в четырех (176, 389-я стрелко¬
вые, 9, 20-я горнострелковые) — от 30 до 40 %921.
В силу обстоятельств первых недель сражения основная мас¬
са национальных формирований была сосредоточена на грознен¬
ско-бакинском направлении (Северная группа войск Закавказс¬
кого фронта) и перевалах Главного Кавказского хребта (части
221

46-й армии). Западный Кавказ (туапсинское и новороссийское
направления) обороняла Черноморская группа войск Закавказс¬
кого фронта, преобразованная 1 сентября 1942 г. из Северо-Кав¬
казского фронта и унаследовавшая его преимущественно славян¬
ский национальный состав. Поэтому в дальнейшем речь пойдет
о национальных частях Северной группы войск и 46-й армии За¬
кавказской группы.
По первоначальному плану обороны подступов к Закавказью,
с севера в группировку войск на грозненско-бакинском направ¬
лении входил ряд национальных дивизий: 392-я грузинская и
89-я армянская в первом эшелоне и 223, 416-я азербайджанские
и 414-я грузинская дивизии во втором. На перевалы Главного Кав¬
казского хребта была поднята 394-я грузинская стрелковая диви¬
зия и 242-я горно-стрелковая дивизия, укомплектованная русски¬
ми и грузинами.
Немецко-фашистское командование было невысокого мне¬
ния о боевых качествах национальных дивизий Красной армии и
в предстоявшем сражении на Кавказе рассчитывало встретиться
именно с ними. В специальной справке германского штаба сухо¬
путных войск (OKW) кавказские соединения оценивались как
«неполноценные войска» как в плане материального оснащения,
так и по качественным характеристикам личного состава. Счита¬
лось, что бойцы кавказского происхождения равнодушны к со¬
ветской власти, если не враждебны ей, склонны к коллаборацио¬
низму (они «будут готовы к переходу на нашу сторону в любой
момент»)922 . В определенной мере именно этим успокаивающим
выводом был обусловлен поворот значительной части сил 4-й не¬
мецкой танковой армии на сталинградское направление еще до
начала основных боев на Северном Кавказе923. 12 августа началь¬
ник штаба вермахта генерал Гальдер заключил: «Русская кавказ¬
ская армия... идет навстречу полному разложению...»924 . Советс¬
кое командование в середине августа отмечало пренебрежитель¬
ное отношение немцев к возможности серьезного сопротивления
советских войск, выражавшееся в огульном и безоглядном про¬
движении вперед, даже без серьезной разведки состава и глуби¬
ны обороны наших войск925 .
Однако неожиданно для себя гитлеровцы вскоре «получили
другое впечатление»926 : советские войска на Северном Кавказе
ожесточенно и умело оборонялись. Когда в августе 1942 г. в Но¬
вороссийске, под Майкопом и Туапсе, на перевалах Главного
Кавказского хребта, под Моздоком и в ногайских степях совете-
222

кие войска оказали гитлеровцам обескуражившее их ожесточен¬
ное сопротивление, основная масса национальных дивизий ос¬
талась в стороне от сражения. Они заняли оборону во втором эше¬
лоне, на второстепенных участках передовой или на границе с
Турцией. Командование фронтом полагалось прежде всего на
дивизии со славянским личным составом. Часть их была направ¬
лена из резерва Ставки в готовом виде, а часть формировалась на
месте из наличных ресурсов за счет сокращения тылов и остат¬
ков отступавших войск других фронтов. Они немедленно вводи¬
лись в бой. В самом начале битвы за Кавказ — в августе—начале
сентября 1942 г. — Закавказский фронт с большим напряжением
сил сформировал восемь стрелковых дивизий (242, 271, 276, 317,
319, 328, 337-я и 351-я), действовавших в последующем на самых
важных участках фронта. В процессе формирования из них со¬
знательно и целенаправленно вымывался кавказский элемент,
заменявшийся славянским. Указание о недопущении в состав
формируемых дивизий закавказцев исходило от Щаденко. Пред¬
писано было «прежде всего использовать все остатки ресурсов
русских, белорусов, украинцев»927 . В конце августа руководители
Упраформа Закфронта неоднократно обращались к нему с
просьбой об использовании хотя бы 14,5 тыс. чел. из числа луч¬
ших военнообязанных-закавказцев в связи с острой нехваткой
славянских ресурсов928 . То же самое происходило с ресурсами
среднеазиатских национальностей. «Неплохо обученные» узбеки,
которых в запасных бригадах СКВО насчитывалось 21 тыс. чел.,
не направлялись на укомплектование новых частей округа до пос¬
ледней возможности929 .
То же самое происходило с готовыми соединениями, направ¬
лявшимися из Закавказья на передовую. Например, из 61-й стрел¬
ковой дивизии, переданной Северной группе войск в конце ав¬
густа, распоряжением Генштаба были предварительно изъяты
3736 армян, 2721 азербайджанец и 510 дагестанцев. Образовав¬
шийся некомплект покрывался за счет русских, украинцев и бе¬
лорусов930 . Однако из-за нехватки ресурсов славянских нацио¬
нальностей далеко не всегда удавалось провести замены в полном
объеме и часть закавказцев продолжала службу в этих соедине¬
ниях931 . Как сообщал в Главное управление формирований работ¬
ник штаба СКВО 16 августа, «отказаться от использования [люд¬
ских] ресурсов Закавказья нельзя»932 . А командующий СКВО ге¬
нерал-лейтенант Курдюмов докладывал Щаденко, что «другого
выхода не было и нет»933 .
223

Практика замены кавказцев на славян не была частной ини¬
циативой фронтового руководства. Формирование новых соеди¬
нений находилось под пристальным контролем Ставки и ее пред¬
ставителей на местах. Например, в случае с 61-й стрелковой ди¬
визией распоряжение о замене кавказцев было оформлено
директивой Ставки. Определяющее влияние на этот процесс ока¬
зал Л. Берия, находившийся в это время на Кавказе в качестве
представителя Государственного Комитета Обороны и обладав¬
ший чрезвычайными полномочиями934 . Особое внимание он уде¬
лил дивизиям, предназначенным для обороны перевалов Главного
Кавказского хребта. По его предложению из 351 -й и 242-й стрел¬
ковых дивизий были удалены узбеки, азербайджанцы и проч.935
Этот шаг был вполне логичен и полезен, учитывая непривычность
указанных народов к горному ландшафту и климату.
По той же причине в этих дивизиях была сохранена большая
прослойка грузин. Только 242-я дивизия, так же как и 276-я, за
формированием которой Берия «лично следил и помогал»936 , и
351-я дивизия, которой Берия «сам ставил задачу»937 , сохранили
значительную массу нерусских военнослужащих. 276-я дивизия
стала считаться грузинской национальной. Благодаря своему при¬
вилегированному положению и особому вниманию к ним со сто¬
роны высокого начальства в эти дивизии был подобран хороший
личный состав. Все они отличились в боях с немецко-фашистс¬
кими войсками. Генерал армии И.В. Тюленев, давая в июле 1953 г.
показания следствию по делу Берии, подчеркивал, что тот «при¬
казал с обороны перевалов снять кавалерийские части, укомплек¬
тованные казахами, мотивируя это тем, что они якобы трусы. Та¬
кое же отношение было со стороны Берия и по отношению к дру¬
гим национальностям, особенно к азербайджанским»938 .
Однако, как показывает анализ документов, перемещения
личного состава далеко не всегда положительно сказывались на
боеготовности войск. Непрерывная ротация военнослужащих
подрывала нормальный процесс боевой подготовки. Например,
в сентябре 1942 г. пропорции национального состава 320-й стрел¬
ковой дивизии менялись трижды. Из дивизии было отправлено в
другие части 6846 чел., а получено 7442 чел.939
Если часть соединений получала лучший личный состав, то в
остальных неминуемо сосредотачивались наименее подготовлен¬
ные бойцы и командиры. В таких соединениях складывался боль¬
шой дисбаланс между славянским командным составом и кавказ¬
ским рядовым. Причем рядовые, как правило, практически по¬
224

головно не владели русским языком и не были обучены военно¬
му делу. Спецчасти этих дивизий испытывали огромный дефи¬
цит в грамотных кадрах. Начальник Упраформа Закавказского
фронта генерал Курдюмов докладывал свои выводы командую¬
щему фронтом: «Систематическая переброска ресурсов из диви¬
зии в дивизию, занарядка новых ресурсов на замену изымаемых
и вообще вносимые изменения поличному составу крайне отри¬
цательно отражаются на ходе формирования дивизий»940 . По его
мнению, стремление сформировать как можно больше дивизий
при ограниченных возможностях не позволяла создавать из них
полноценные боевые единицы.
Настойчивые замечания специалистов Упраформа фронта
возымели действие. В течение осени 1942 г. постепенно утвердил¬
ся принцип раздельного комплектования национальных кавказ¬
ских и интернациональных соединений. Последние по существу
оставались интернациональными, но удельный вес военнослу¬
жащих кавказского происхождения в них сводился к миниму¬
му. В семнадцати соединениях, сформированных фронтом в пе¬
риод обороны Кавказа941, удельный вес кавказцев лишь едва пре¬
вышал треть от общего числа военнослужащих. При этом
кавказский элемент был в основном сосредоточен в нескольких
соединениях (77, 261, 242, 271, 349-я стрелковые дивизии).
Из всех национальных формирований, которыми располагал
Закавказский фронт с самого начала сражения за Кавказ, в бое¬
вое соприкосновение с противником вошли только 392-я грузин¬
ская и 89-я армянская дивизии. Для обеих дивизий эти бои были
первыми. Оба соединения занимали участки обороны на пери¬
ферии главного удара противника. Сходными были и задачи, ко¬
торые встали перед ними: отражение разведывательных выпадов
противника. Однако справились с этими задачами грузинская и
армянская дивизии по-разному. Бойцы и командиры 392-й
стрелковой дивизии в последних числах августа, действуя в со¬
ставе 37-й армии, отразили несколько танковых атак противни¬
ка, а затем сами перешли в наступление, в ходе которого освобо¬
дили несколько населенных пунктов. За эти бои командиру ар¬
тиллерийского дивизиона А.З. Пирмисашвили было присвоено
звание Героя Советского Союза942 .
Противоположный пример показала 89-я стрелковая дивизия,
действовавшая в составе 9-й армии. 18 сентября дивизия прибы¬
ла на фронт с задачей занять оборону по правому берегу р. Терек
в районе сел Аду-Юрт и Кень-Юртов, прикрывая с севера город
8 - 4998
225

Грозный. Участок обороны дивизии пролегал в стороне от глав¬
ного удара немецко-фашистских войск, который пришелся запад¬
нее, в районе Моздока. На долю бойцов 89-й стрелковой диви¬
зии выпало только отражать отвлекающие удары врага и препят¬
ствовать работе его разведки. Однако и это оказалось для дивизии
непосильным испытанием. При каждом проникновении против¬
ника на правый берег оборонявшиеся подразделения дезорга¬
низовывались и несли неоправданные потери. В начале октяб¬
ря 89-я дивизия решением командующего Северной группы войск
была отведена во второй эшелон.
Уже отмеченная выше бытовая неустроенность красноармей¬
цев в боевой обстановке лишь усугубилась, что было одной из
главных причин невыполнения боевых задач и тяжких воинских
преступлений. Бойцы 89-й армянской стрелковой дивизии, заняв¬
шей оборону на спокойном, но неудобном для организации снаб¬
жения участке правого берега р. Терек в сентябре 1942 г., находи¬
лись в ужасных бытовых условиях. 30 сентября командир диви¬
зии докладывал, что 5 тысяч «абсолютно голых и босых» людей
страдают от недоедания и жажды, вследствие чего в дивизии име¬
лись «случаи возмущения»943 .
Катастрофическое падение дисциплины в дивизии вырази¬
лось в том, что даже беспокоящий пулеметный огонь со сторо¬
ны противника приводил к полной дезорганизации оборони¬
тельные порядки целых полков. Командир и комиссар одного
из батальонов так охарактеризовали положение: «Если составить
список благонадежных, то в батальоне останется 1% отличного
состава»944 .
Во второй половине сентября наступление на левом берегу
Терека повели части 10-го гвардейского стрелкового корпуса,
имевшие задачу овладеть сильным опорным пунктом противни¬
ка Ищерская и выйти в тыл основной Моздокской группировке
немцев. Основу корпуса составили жители Москвы и Московс¬
кой области; сентябрьская операция стала первым его боевым
крещением, и скоро 10-й гвардейский корпус заслужил репута¬
цию одного из наиболее боеспособных соединений Закавказско¬
го форонта. В боях за Ищерскую корпус нес тяжелые потери и по¬
полнялся кавказскими контингентами. 26—27 сентября 10-й гвар¬
дейский корпус выводился советским командованием на новый
участок фронта. Отвод прикрывали части 89-й стрелковой диви¬
зии, подвергшиеся интенсивной пропагандистской атаке со сто¬
роны армянских легионеров из батальона «Бергманн», которых
226

германское командование специально расположило напротив
позиций армянской дивизии. С 22 сентября части дивизии стали
забрасываться пропагандистскими листовками на армянском
языке. По вечерам легионеры устраивали показательные пляски
и песнопения на армянском языке. 26 сентября 89-я стрелковая
дивизия впервые участвовала в наступлении, неудачном для нее.
А в ночь на 27 сентября началось массовое дезертирство. Немец¬
кие авторы так описали эти бои: «Продолжавшиеся бои не при¬
носили успеха ни той ни другой стороне, атакующие русские ис¬
текали кровью. Число перебежчиков росло. Кавказцы использо¬
вали любую возможность, чтобы перебежать на сторону немцев.
Часто русских направляли в подразделения для того, чтобы пре¬
дотвратить их развал. Только 27 сентября в полосе корпуса (име¬
ется в виду 40-й танковый корпус противника. — А.Б.) на сторо¬
ну немцев перебежало 14 офицеров и 523 солдата...»945
30 сентября 89-я стрелковая дивизия была выведена во вто¬
рой эшелон и заменена 414-й грузинской стрелковой дивизией,
которая также немедленно подверглась пропаганде, теперь уже со
стороны грузинских легионеров батальона «Бергманн». После
передач через громкоговорители на грузинском языке на сторону
немцев перешла большая часть 3-го батальона 375-го стрелково¬
го полка и личный состав одной из артиллерийских батарей. Ис¬
тория повторилась после замены грузинских частей азербайджан¬
скими946. Характерно, что и в 392-й грузинской стрелковой ди¬
визии, отличившейся в августе 1942 г., в октябре резко упал
уровень дисциплины и также наблюдалось массовое дезертир¬
ство947 .
Анализ документов показывает, что уровень дисциплины в
частях или — шире — морально-политический уровень личного
состава далеко не всегда связывался военным и политическим
руководством с плохими бытовыми условиями. Гораздо более ча¬
стые детерминанты — низкий уровень партийно-политической
работы и «засоренность вражеским элементом». Усиление про¬
паганды и агитации и чистки личного состава не приводили к тре¬
буемым результатам.
Неурядицы в национальных дивизиях использовались пропа¬
гандой противника, направленной на усиление неуверенности и
колебаний бойцов-националов. Если во время крымской кампа¬
нии начала 1942 г. вражеская пропаганда носила спонтанный и
скоморошный характер (например, ряженая женщина с колбасой
и водкой в руках призывала бойцов переходить к немцам), то на
227

Северном Кавказе она стала систематической, разнообразной и
адресной. Фашисты старались убедить горцев в национальной,
социальной, конфессиональной чуждости им славянской культу¬
ры и советского политического строя948 . Немецким солдатам было
строго предписано уважительно относиться к горским обычаям,
особенно к женщинам-горянкам, к пленным. Многочисленные
листовки и радиопередачи, обращенные к бойцам именно дан¬
ного подразделения, обращения бывших сослуживцев, уже ока¬
завшихся в плену, многочисленные обещания не могли не ока¬
зывать влияния на терпевших нужду бойцов.
Вражеская пропаганда, тяготы военной обстановки, небла¬
гоприятные бытовые условия становились причиной воинских
преступлений, в частности, сдачи в плен врагу. Использование
отечественных архивных источников по этому вопросу до сих пор
невозможно. В немецкой литературе о битве за Кавказ, напротив,
данные о количестве пленных бойцов Красной армии привлека¬
ются для иллюстрации временных успехов немецко-фашистской
армии и поэтому встречаются часто. Поданным немецкого гене¬
рала Э. фон Макензена, командовавшего летом и осенью 3-м тан¬
ковым корпусом, наступавшим на нальчикском направлении, а
затем 1-й танковой армией, только за первые два месяца кавказс¬
кой кампании его корпус пленил 5 тыс. советских бойцов и ко¬
мандиров, причем 2465 чел. из них являлись перебежчиками949 .
Во время наступательной фазы Нальчикской операции (25 октяб¬
ря — 2 ноября) в плен попало 16 тыс. чел.950 Немецкие авторы не¬
редко с удовлетворением отмечают, что большинство перебежчи¬
ков были представителями кавказских народов951. Подразделения
Красной армии, укомплектованные кавказцами, немцы считали
«явно неустойчивыми»952 , «имеющими невысокую боевую цен¬
ность по сравнению с “русскими”» частями953 .
Состояние национальных дивизий вызывало сильное недо¬
вольство у командования Северной группы войск. Выразителем
этой позиции стал прежде всего командующий группой генерал-
лейтенант И.И. Масленников. Он получил эти соединения от За¬
кавказского фронта в готовом виде и не нес прямой ответствен¬
ности за их состояние после формирования. Поэтому он откры¬
то выражал свое раздражение. Пользуясь возможностью
непосредственно связываться со Ставкой Верховного Главноко¬
мандования и близкими отношениями с наркомом внутренних
дел Л.П. Берией (он являлся заместителем наркома по внутрен¬
ним и пограничным войскам), Масленников через голову коман¬
228

дующего фронтом в конце сентября запросил Ставку о перефор¬
мировании 89-й армянской, а затем еще трех азербайджанских —
402, 416 и 223-й стрелковых дивизий в стрелковые бригады со¬
кращенного штата (по 4356 чел. в каждой), предварительно отсе¬
яв из них «неустойчивый элемент»954 . Это мероприятие означало
бы сокращение численности личного состава национальных со¬
единений от 40 до 60%. Первоначально Ставка одобрила это пред¬
ложение.
Донесение Масленникова Ставке в обход членов Военного
совета фронта вызвало возмущение последних. Членами Военного
совета фронта состояли все первые секретари ЦК закавказских
союзных республик — Г.А. Арутюнов, М.Д. Багиров и К.П. Чар-
квиани. Намерения Масленникова представлялись тем более вы¬
зывающими, что самая критикуемая 89-я армянская стрелковая
дивизия создавалась как образцовая. Личный состав дивизии от¬
бирался очень тщательно; удалось достичь рекордной партий¬
но-комсомольской прослойки — 53% (при норме в 15 — 20%).
Лучший личный состав изымался из прочих армянских час¬
тей955 . В качестве политработников в дивизию было направлено
немало высокопоставленных партийных функционеров, депута¬
тов Верховного Совета Армянской ССР. В донесении политотде¬
ла дивизии в начале 1942 г. командно-политические кадры были
охарактеризованы как «опытные, смелые, волевые и энергичные,
преданные делу партии Ленина—Сталина»956 . На фоне таких от¬
зывов результаты работы командиров и политработников, про¬
явившиеся в первых боях, выглядели удручающе. Выяснилось, что
высокая морально-политическая планка, которая была поставле¬
на 89-й стрелковой дивизии, выродилась в «шумиху и пара¬
дность», круговую поруку и «путь замазывания и скрытия недо¬
статков и имеющихся безобразий», на который встал командно¬
политический состав дивизии. Между тем бытовые нужды бойцов
игнорировались, боевая подготовка подразделений была запуще¬
на, командиры за десять месяцев растеряли свою квалифика¬
цию957 . Авторитет закавказских партийных лидеров, под чьим пат¬
ронажем шло формирование дивизий, в глазах военных и цент¬
рального правительства был подорван.
9 октября на имя Сталина была направлена телеграмма за под¬
писью командующего фронтом Тюленева и всех троих лидеров
Закавказья, — что случалось очень редко. Военный совет Закав¬
казского фронта, держа удар, тоже прибег к популизму. Указыва¬
лось, что Военный совет Северной группы войск выдвинул пред¬
229

ложение о реорганизации стрелковых дивизий «ошибочно», а в
основу этой просьбы был положен лишь «единичный случай» с
89-й стрелковой дивизией. Сам Военный совет «никаких подоб¬
ных случаев в них (национальных дивизиях. — А.Б.) не замечал»;
«оказалось, никакой тревоги в этом отношении ни в одной из ди¬
визий нет»958 . В 1953 г. генерал армии Тюленев в показаниях по
делу Берии, связав генерала Масленникова с арестованным, раз¬
вил эту мысль: по его мнению, постановка вопроса Масленнико¬
вым по поводу переформирования национальных дивизий «не
имела под собой никаких оснований, так как последующая про¬
верка этих соединений показала здоровое политико-моральное
состояние, высокую дисциплину и полную их боевую готовность.
Подобное отношение к национальным соединениям не только не
укрепляло обороноспособность войск фронта, а наоборот, ослаб¬
ляло ее и нарушало дружбу народов»959 . Нетрудно угадать здесь
будущее историографическое клише (генерал Тюленев воспро¬
изводил эту точку зрения в популярных работах; позднее на его
мнение которого ссылались историки), столь же далекое от ис¬
торической истины, сколь и экстремистские выпады генерала
Масленникова.
Учтя все объективные обстоятельства, Военный совет фрон¬
та просил Ставку отменить решение о реорганизации нацио¬
нальных соединений. Было выделено три причины сложившей¬
ся ситуации. Наряду с политическими — засоренностью нацио¬
нальных частей «неустойчивым и вражеским элементом» и плохой
организацией партийно-политической работы — впервые был от¬
мечен «не учет национальных особенностей во время управления
боем»960 .Предложенные им меры по исправлению сложившейся
ситуации были традиционными: во-первых, развертывание «уг¬
лубленной политической работы» в войсках, во-вторых — очист¬
ка частей от трусов, паникеров и предателей961. Сталин поддер¬
жал просьбу Военного совета фронта. На этом этапе конфликт
был исчерпан. Все центральные комитеты партии закавказских
союзных республик направили в стрелковые дивизии комиссии,
возглавляемые высокопоставленными партийными чиновника¬
ми — секретарями ЦК, заведующими военными отделами ЦК рес¬
публик и т.п. В пику заявлениям Военного совета Северной груп¬
пы руководители фронта и партийно-советская элита Закавказья
апеллировала к примерам героизма, проявленного воинами кав¬
казских национальностей в тех же боях. В частности, азербайд¬
жанцы отличились в боях 9-го стрелкового корпуса под станицей
230

Ищерской на северном берегу Терека в октябре 1942 г. Прошед¬
ший всю войну участник этих боев историк Б.Г. Тартаковский и
спустя 60 лет считал эти бои советской пехоты против десятков и
сотен немецких танков самым тяжелым и сильным впечатлени¬
ем в своей жизни — «олицетворением самой сущности войны со
всеми ее ужасами и бесчеловечностью»962 .
Однако от боевого использования национальных дивизий
пришлось надолго отказаться. Подавляющая часть национальных
соединений Северной группы (402,416,414,417, 89, 223-я, а так¬
же укомплектованные по преимуществу представителями наро¬
дов Кавказа 271, 320 и 77-я стрелковые дивизии) были включены
в состав занимавшей спокойный участок обороны 44-й армии и
находившейся во втором эшелоне 58-й армии. Тяжесть боевых
действий с врагом несли на себе крайне истощенные боями час¬
ти 9-й и 37-й армий, укомплектованные преимущественно сла¬
вянами. За распределение славянских соединений по объедине¬
ниям фронта (армиям и группам войск), особенно гвардейских
частей, нередко возникали тяжбы, в которые приходилось вме¬
шиваться даже Генштабу963 .
Анализ конфликта между военными советами Закавказского
фронта и Северной группы войск приводит к следующим выво¬
дам. Военный совет Северной группы аккумулировал устойчивые
представления командного состава о военнослужащих-кавказцах.
Зафиксированы случаи, когда под разными предлогами комдивы
отказывались принимать занаряженное им кавказское пополне¬
ние964 . Однако Масленников не решился бы вмешаться в область
национальной политики, не чувствуя поддержки сверху. Именно
на сентябрь, первую половину которого Берия провел на Кавка¬
зе, приходится период наибольшей «независимости» Масленни¬
кова от Военного совета Закавказского фронта. Нередко коман¬
дующий Северной группой не ставил в известность своего непос¬
редственного начальника о принимаемых решениях, направляя
донесения о них только в два адреса — Сталину и Берии. В связи
с этим отношения между военными советами Закавказского
фронта и Северной группы войск и лично между генералами Тю¬
леневым и Масленниковым весь период обороны Кавказа были
конфликтными965 .
Покровительством Берии следует объяснять и избиратель¬
ность критики Масленникова: из четырех намеченных Маслен¬
никовым к переформированию дивизий три были азербайджан¬
скими, одна армянская и ни одной грузинской дивизии. При том
231

повышенном внимании, которое нарком уделял формированию
грузинских соединений, поставить под сомнение его усилия Мас¬
ленников не мог, хотя боеспособность некоторых дивизий, уком¬
плектованных грузинами, была не выше, чем армянских и азер¬
байджанских. К тому же Масленников учитывал грузинское
происхождение Берии и Сталина. Между тем 414-я грузинская
дивизия характеризовалась как «низкодисциплинированное» со¬
единение. Оценки 394-й грузинской дивизии, с лета 1942 г. обо¬
ронявшей перевалы Клухор, Санчаро и Марух, неоднозначны.
Политотдел Закфронта считал, что дивизия проявила себя «с ис¬
ключительно плохой стороны». В дивизии были зафиксированы
многочисленные случаи аморальных явлений966 . Хорошо зареко¬
мендовала себя только 392-я стрелковая дивизия (командир —
полковник Г.И. Купарадзе), воевавшая в составе 37-й армии на
нальчикском направлении967 . Дивизия формировалась в Юго-
Осетии и носила неофициальное наименование «Горийская», чем
подчеркивалась особая, сакральная связь с именем Сталина968 .
После прорыва 25 октября 1942 г. немцами обороны 37-й армии
под Нальчиком дивизия оказалась прижатой к горам в полной
изоляции от других советских войск и, казалось, неминуемо бу¬
дет раздавлена врагом. Однако благодаря умелому и твердому ру¬
ководству дивизия смогла в полном составе за пять дней перепра¬
виться через высокогорный перевал Довгуз-Орунбаши, сохранив¬
шись как боеспособная единица969 .
Напротив, об азербайджанцах в войсках сложилось преиму¬
щественно негативное мнение. Еще в период кампании по осво¬
бождению Крыма, когда по настоянию Л. Мехлиса национальный
состав дивизий неоднократно изменялся, в первую очередь избав¬
лялись от военнослужащих-азербайджанцев. Если не было воз¬
можности заменить их на русскоязычный состав, то им предпо¬
читали армян и грузин. Командарм-51 генерал-лейтенант Львов,
докладывая о причинах незавершенности переформирования од¬
ной из дивизий, сообщал командующему фронтом, что командир
дивизии под всякими предлогами задерживал отправку армян и
грузин: «Все же они лучше азербайджанцев...»970 Во время оборо¬
ны Кавказа эти тенденции только усилились. Азербайджанцы
нередко теперь выделялись не только из среды прочих военнос¬
лужащих, но и из числа закавказцев, что выразилось в характер¬
ных оборотах: «немедленно принять эшелон с военнослужащими
азербайджанцами и другими...» (начальник Упраформа Закфрон¬
та Курдюмов)971, «национальные части, особенно азербайджанс¬
232

кие...» (Масленников)972 , «...с азербайджанцами будет трудно во¬
евать» (комдив-223 полковник Романов)973, «требуется усиление
политпартработы, особенно в национальных частях, например,
в Азербайджанской дивизии» (Каганович)974 , «...охаивание и опо-
рачивание национальных частей, особенно азербайджанских...»
(Тюленев, Каганович)975 . Жалобы на азербайджанцев поступали
даже с Дальневосточного фронта, куда направлялось пополнение
из Закавказья976 . Особенности исторического пути и культуру
Азербайджана сказались на том, что по уровню образования, вла¬
дения русским языком, интеграции в русскую культуры они су¬
щественно уступали своим закавказским соседям.
Интересное в этом плане наблюдение оставил Б.Г. Тартаков¬
ский, чья 7-я гвардейская стрелковая бригада, сформированная
весной 1942 г. в Москве, пополнялась затем из местных ресурсов
Закавказского фронта. «...Об этом пополнении ходила дурная сла¬
ва, — сообщает историк. — Их (азербайджанцев. — А.Б.) считали
в солдатской среде не только плохими вояками, но и людьми, со¬
знательно старавшимися любыми путями увильнуть, хоть на вре¬
мя, от тяжелой доли пехотинца на передовой. Мне самому при¬
ходилось не раз видеть, как целая группа совершенно здоровых
бойцов, человек 5—6 сопровождала в тыл, на медпункт или даже
в медсанбат своего раненого (даже сравнительно легко) соплемен¬
ника, громко голося при этом, как бабы на деревенских похоро¬
нах. Такие сцены не могли не вызывать раздражения у солдат,
мокнувших и мерзших в своих окопах, постоянно рискуя стать
жертвой осколка мины или шальной пули»977 . Далее Б. Тартаков¬
ский замечает: «Не решусь судить, в какой мере тут сказывались
национальные моменты. Ведь в адрес казахов или татар мне та¬
ких упреков никогда не приходилось слышать». Правда, историк
тут же оговаривается, что и пополнения других национальностей
бригада не получала978 .
В военной обстановке азербайджанцы, часто оставленные
нерадивым командованием на произвол судьбы, быстро теряли
воинский вид и опускались. Б.Г. Тартаковский неоднократно на¬
блюдал группы солдат «в перепачканных грязью шинелях, зябко
жавшихся у костра, где поджаривались на импровизированном
вертеле куски конины, вырезанные из только что откопанного из-
под тонкого слоя земли лошадиного трупа»979 .
Азербайджанский народ имел общие тюркские корни с насе¬
лением антисоветски настроенной Турции и поэтому считался не
вполне благонадежным. В сентябре 1942 г., когда советско-турец¬
233

кие отношения переживали особенно острую фазу, с турецкой
границы была снята 402-я азербайджанская стрелковая дивизия.
Держать ее там считалось «нецелесообразным»980 .
В Азербайджане осознавали эту опасность. Характерна реак¬
ция члена Военного совета первого секретаря ЦК КП(б) Азербай¬
джана М.Д. Багирова на анонимное письмо группы бойцов-азер¬
байджанцев, жаловавшихся на издевательства и притеснения в
отношении них со стороны бойцов других национальностей.
В случае игнорирования их сообщения они наивно угрожали об¬
ратиться за помощью не к кому-либо, а к турецкому премьер-ми¬
нистру Ш. Сараджоглу. Резолюция Багирова была дуалистична:
«конечно, они мусаватисты», но проверить их претензии необхо¬
димо981 . Термин «азербайджанские тюрки», «тюркское население
Азербайджана» в значении коренного населения до сих пор ис¬
пользуется на Западе в быту и научной литературе, не создавая
там терминологических затруднений982 .
Поэтому, хотя в октябре 1942 г. партийные лидеры Закавка¬
зья и выступили единым фронтом против намерений Военного
совета Северной группы войск, наиболее активную защитную
позицию вынужден был занять М. Багиров. Он чаще других вме¬
шивался в конфликты по поводу национальных дивизий, в раз¬
личных документах комментировал действия азербайджанских
дивизий, стремясь представить их в лучшем свете и т.д. Сохрани¬
лось немало сведений о том, как Багиров лично инспектировал
азербайджанские дивизии и разрабатывал для Военного совета
фронта мероприятия по оздоровлению положения в них983 . На¬
чальник Упраформа фронта генерал-лейтенант Курдюмов под¬
черкивал, что никто более из руководителей союзных и автоном¬
ных республик, территории которых входили в состав фронта, не
предъявлял военным так много претензий984 .
Багиров первым использовал средства политического давле¬
ния на военных. В частности, распоряжения начальника Упра¬
форма фронта, требовавшего использовать на укомплектование
частей только лиц, владевших русским языком, он расценил как
«провокационные» и «нечистоплотные»985 . Сознательный пере¬
вод конфликта на политические рельсы стал сильным средством
кавказских партийных лидеров в противоборстве с военными на¬
чальниками, заставлял их искать оправдания своим действиям.
Среди документов Военного совета Закфронта регулярно
встречаются личные письма на имя Багирова, принадлежавшие,
как правило, перу политработников и командиров среднего зве¬
234

на азербайджанской национальности (политруков, старших по¬
литруков, лейтенантов, капитанов). Руководствуясь не правила¬
ми субординации, а порывами совести — «революционной созна¬
тельностью», — авторы откровенно информировали секретаря ЦК
о тяжелом бытовом положении бойцов, трудностях воспитатель¬
ной и пропагандистской работы с азербайджанцами в русскоязыч¬
ной среде, фактах ущемления национальных чувств бойцов-азер¬
байджанцев986. Багиров не оставлял без внимания такие неофи¬
циальные обращения — на них осталось множество помет и
резолюций как самого Багирова, так и прочих руководителей
фронта, кому он направлял документы для принятия мер. В то же
время в обширном массиве документации Военного совета Закав¬
казского фронта не обнаружено признаков подобной переписки
фронтовиков с лидерами Грузии и Армении.
Активность Багирова можно объяснить и его близкими, даже
дружескими, отношениями с Берией987 . Американский исследо¬
ватель Т. Свентоховский охарактеризовал их как «классический
пример советского высокопоставленного патроната»988 . Уже к
началу войны культ личности Берии в Закавказье вполне сложил¬
ся и по масштабам уступал только культу личности Сталина. Мас¬
ленников и Багиров были выдвиженцами одного и того же крем¬
левского вождя. Однако лидер Азербайджана имел большие воз¬
можности выхода непосредственно на Сталина, чем эффективно
пользовался.
Багиров всеми средствами старался развеять предвзятое от¬
ношение к азербайджанцам. Работники ЦК КП(б) Азербайджа¬
на, которые почти непрерывно находились в азербайджанских
частях, регулярно информировали первого секретаря об отличив¬
шихся бойцах. Багиров, в свою очередь, доводил эти сведения до
Военного совета фронта. Примером массового героизма воинов
азербайджанской национальности стал бой частей 9-го стрелко¬
вого корпуса в районе станицы Ищерской на северном берегу
р. Терек. В составе корпуса имелись несколько частей, полнос¬
тью укомплектованных азербайджанцами. После сформирова¬
ния корпус лишь недавно вошел в соприкосновение с против¬
ником. 17 ноября части 40-го немецкого танкового корпуса под¬
вергли советскую пехоту ожесточенным атакам бронетехники и
мотопехоты. Части 9-го корпуса отбили десятки атак, однако вы¬
стояли. Немецкие источники также отметили ожесточенный ха¬
рактер этого боя, в котором части 3-й танковой дивизии потеря¬
ли девять танков989 . В боях отличились немало бойцов и коман¬
235

диров азербайджанской национальности. Двое из них были пред¬
ставлены к званию Героя Советского Союза. Например, младший
лейтенант Идрис Сулейманов был четырежды ранен, однако не
ушел с поля боя, пока со своим подразделением не занял новый
рубеж990 . Этот пример показывал, что азербайджанцы тоже были
способны храбро драться.
Новый этап дискуссии вокруг национальных формирований
относится к декабрю 1942 г. В этот период Закавказский фронт
оказался вовлеченным в грандиозный стратегический замысел
Верховного Главнокомандования по разгрому южного крыла не¬
мецко-фашистских войск на советско-германском фронте. Со¬
действуя наступавшим фронтам сталинградского направления,
советские войска на Северном Кавказе должны были сковать, а
затем и разгромить противостоявшую частям Северной группы
войск 1-ю немецкую танковую армию и тем создать условия для
полного окружения и уничтожения кавказской группировки про¬
тивника991 .
Для решения такой масштабной задачи потребовалось при¬
влечение всех наличных сил фронта. К этому времени советские
войска на Северном Кавказе набрались боевого опыта, научились
бить врага, что показали героическая оборона Новороссийска,
Туапсе, грамотно проведенные оборонительные и контрнаступа¬
тельные операции под Моздоком и Владикавказом. На первое
декабря соотношение сил на фронте Северной группы войск было
в нашу пользу по пехоте 3:1, по артиллерии 2:1, по минометам 4:1,
по танкам 1: 1992 . Противник потерял свое главное преимущество
в танках, позволявшее ему до сих пор атаковать превосходящие
его по другим видам оружия советские войска. Впервые в опе¬
ративном планировании главные надежды возлагались на све¬
жие части 44-й (командующий генерал-майор В.А. Хоменко) и
58-й (командующий генерал-майор К.С. Мельник) армий.
Поскольку контрнаступление советских войск под Сталинг¬
радом уже началось, сроки подготовки операции войск Северной
группы были ограничены. Многие мероприятия пришлось сокра¬
тить, а от некоторых отказаться вовсе. Измотанные в боях части
37-й и 9-й армии пополнились лишь частично, материальные за¬
пасы не были накоплены, система питания войск и эвакуации
раненых не разработаны, полноценные разведданные о против¬
нике добыты не были. 27 ноября войска 37-й и 9-й, а 30 ноября и
войска 44-й армии перешли в наступление по всему фронту Се¬
верной группы. С самого начала операция велась под непрерыв¬
236

ным давлением Ставки, требовавшей не ослаблять нажима на про¬
тивника и не допустить переброски его механизированных диви¬
зий под Сталинград. Войска несли тяжелые потери и практичес¬
ки не имели продвижения. Более того, противнику удалось выс¬
вободить и отправить на север сразу две подвижные дивизии —
23-ю танковую и мотодивизию СС «Викинг».
Уже 7 декабря наступление пришлось приостановить. В док¬
ладе Военному совету фронта начальник штаба генерал-лейтенант
А.И. Антонов сообщал: «Войска Северной группы какого-либо
значительного успеха не достигли... и план наступательной опе¬
рации фактически был сорван»993 . Однако некоторый успех на¬
метился на левом берегу Терека, где наступление против немно¬
гочисленных сил прикрытия противника вели части 44-й армии,
4-го и 5-го гвардейских корпусов. Решено было основной удар
перенести на этот участок фронта. 9-я и 37-я армии перешли к
обороне994 .
11 декабря советское наступление возобновилось и продолжа¬
лось до 31 декабря. В составе 44-й армии наступали 402, 416-я и
223-я азербайджанские, 409-я армянская, 414-я грузинская
стрелковая дивизии, 320-я дивизия, укомплектованная преимуще¬
ственно армянами. Несколько позже в бой была введена 271-я ди¬
визия, укомплектованная преимущественно азербайджанцами,
151-я дивизия, преимущественно армянская, и 347-ядивизия сме¬
шанного национального состава. На южном берегу Терека в на¬
ступление перешли части 58-й армии, в составе которой была 89-я
армянская дивизия и несколько дивизий смешанного националь¬
ного состава. Общее число представителей кавказских народов в
войсках Северной группы составляло 42,5% личного состава995 .
Таким образом, основная тяжесть наступательных боев впер¬
вые выпала на дивизии, укомплектованные представителями за¬
кавказских народов. Декабрьское наступление войск Северной
группы войск Закавказского фронта — единственная операция
Великой Отечественной войны, в которой национальные соеди¬
нения применялись столь массово.
Операция сразу зашла в тупик. Соединения несли огромные
потери и почти не имели продвижения вперед.
Участник боев на этом участке Б.Г. Тартаковский — полит¬
рук роты 10-го гвардейского стрелкового корпуса — вспоминал
типичный образ действий советского командования в боях под
Ищерской: его 7-я гвардейская стрелковая бригада многократно
поднималась в ночные атаки. Все они проводились по одному
237

шаблону, оканчивались неудачей и имели результатом лишь ог¬
ромные потери в бригаде. «В течение нашего полуторамесячного
“стояния” под Ищерской их пришлось пережить немало... Мне и
моим друзьям, включая кадровых командиров батальонов, эти
атаки против хорошо укрепившегося противника,* без какой-либо
артиллерийской подготовки... без сколько-нибудь достоверных
сведений о характере обороны немцев... нам эти атаки казались
совершенно бессмысленными. А ведь каждая из них стоила жиз¬
ни многим чудесным ребятам... и ни на шаг не приближала нас к
цели, к “этой проклятой Ищерской”»996 . Следует иметь в виду,
что 10-й гвардейский стрелковый корпус считался одним из луч¬
ших соединений Закавказского фронта и за его использование
между командармами даже возникали тяжбы. Трудно было ждать
более прогрессивной тактики боя от командиров сменившего его
9-го стрелкового корпуса (в значительной мере укомплектован¬
ного азербайджанцами), а затем и национальных дивизий. Так¬
тика нисколько не изменилась. Соединения быстро таяли.
Недоумение Тартаковского легко объяснимо, если ознако¬
миться с оперативными документами 44-й армии и Северной
группы войск Закавказского фронта, буквально пронизанных го¬
рячкой и угрозами в адрес нижестоящих начальников. В телеграф¬
ных переговорах с командармом-44 Хоменко Масленников на¬
стойчиво повторял: «Требую самых решительных действий, не
оглядывайтесь на фланг и на свой тыл. Надо бросить все силы,
каковыми Вы располагаете и во что бы то ни стало выполнить
поставленную Вам задачу», «Говорить об усталости [войск] и о
необходимости смены новыми вредно», «Частям, не выполнив¬
шим свою дневную задачу, выполнять эту задачу ночью», «Лю¬
быми средствами, не останавливаясь ни перед чем... заставить
войска наступать...»997
Долго не была налажена связь между соединениями и выше¬
стоящими штабами. Оперативный отдел штаба 44-й армии, так
же как и штабы дивизий, оказались не готовыми к руководству и
координированию наступательной операции998 . Штаб наступав¬
шей армии оказался далеко оторван от наступавших частей, вслед¬
ствие чего порой по несколько дней не имел подробных сведе¬
ний о положении на фронте и подавал в вышестоящие штабы
информацию, не соответствовавшую действительности. В опера¬
тивных сводках штаба Закавказского фронта данные о боевых
действиях соединений 44-й армии нередко заменялись фразами
типа «сведений не поступало» или «положение без изменений»999.
238

Командный состав кавказских дивизий, в значительном чис¬
ле призванный из запаса, не обладал высокой квалификацией,
использовал шаблонные тактические приемы боя. Соседние ди¬
визии, как правило, не знали положения друг друга и не могли
оказать друг другу помощь. Например, о гибели 402-й стрелко¬
вой дивизии в районе хутора Ново-Мельников стало известно
лишь спустя несколько дней, а до этого оперативные расчеты
строились с учетом планового продвижения дивизии вперед. Не¬
достаточная выучка командиров и сложные условия местности
(однообразная песчаная степь, почти без ориентиров) станови¬
лись причиной того, что части нередко блуждали по степи, на¬
скакивая на подвижные группы противника. Специалисты диви¬
зий (артиллеристы, минометчики, связисты и др.) были плохо
обучены и не могли обеспечить поддержку атакующей пехоты и
взаимодействие подразделений. Полноценный подвоз боеприпа¬
сов и питания, так же как и эвакуацию раненых, до Нового года
так и не удалось организовать. Перебои с питанием стали хрони¬
ческими. В 416-й азербайджанской дивизии ни одного дня не про¬
ходило без перебоев с питанием, в 89-й армянской дивизии люди
два месяца не мылись в бане, завшивели и износили одежду и
обувь. В 58-й армии ощущался острый недостаток продуктов и
зимнего обмундирования. Все это, отмечали политработники,
являлось основной причиной «невыполнения отдельными под¬
разделениями боевых приказов»1000.
Много раз на протяжении декабря 1942 г., по свидетельству
германских историков, немецкая группировка на северном бере¬
гу Терека находилась на грани катастрофы1001. Однако наступле¬
ние вновь не имело успеха. Стрелковые части несли тяжелейшие
потери, большинство из них к 1 января 1943 г. лишились 50—70 %
своего личного состава. Так, в частях 9-го стрелкового корпуса
на 26 декабря оставалось лишь 246 активных штыков — 130 в од¬
ной бригаде и 116 в другой1002 . Некоторые дивизии (402-я и 320-я)
попали в окружение и были смяты немецкими танками. Но ре¬
шительного успеха достичь не удалось. Потери частей 44-й армии
оказались самыми высокими в декабре среди всех армий Закав¬
казского фронта. По донесению командарма, к концу месяца ар¬
мия была фактически небоеспособной.
Вся тяжесть наступления выпала на плечи необстрелянных,
плохо обученных, голодных и полураздетых бойцов-кавказцев.
И во многих боевых эпизодах они показывали образцы мужества
и героизма. «Пехота у нас золотая и все беды терпит она», — при¬
239

знавал начальник штаба Северной группы генерал-майор А.А. За-
балуев1003 . В одной из аналитических записок о высоких потерях
в азербайджанских дивизиях штаба группы особо подчеркивалось:
«Пехотинцы азербайджанской национальности смело шли впе¬
ред и не отступали перед танковыми атаками* но зачастую, без
поддержки огня бронебойщиков, не умея должным образом при¬
менять противотанковые гранаты и бутылки, несли большие по¬
тери»1004.
В тоже время наблюдалось падение дисциплины. Возросло
число без вести пропавших в частях 44-й армии. Например,
22 декабря в 416-й дивизии пропали без вести 253 чел., в 409-й —
два стрелковых взвода. Этим термином в советских документах
нередко именовали лиц, попавших во вражеский плен. По не¬
мецким данным, в течение месяца на левом берегу Терека было
захвачено в плен 8037 чел., из которых 1037 чел. сознательно пе¬
ребежали в расположение противника1005 (по советским данным,
таковых было ПО чел). В дневнике командира одного из под¬
разделений 111-й немецкой пехотной дивизии, действовавшего
на северном берегу, Терека было записано, что в его располо¬
жение «при каждой возможности приходят перебежчики, глав¬
ным образом представители кавказских народов, не говорящие
по-русски»1006 .
В этих условиях у командования Северной группы войск вновь
возобладало мнение о небоеспособности национальных форми¬
рований. Генерал Масленников утверждал, что подавляющая мас¬
са тяжких воинских преступлений (дезертирства, саморанения,
добровольная сдача в плен врагу) приходилась на бойцов закав¬
казских национальностей. В донесении Военному совету фронта
и начальнику Генерального штаба 23 декабря генерал Масленни¬
ков охарактеризовал 416,402, 223-ю азербайджанские и 409-ю ар¬
мянскую стрелковые дивизии как «слабоманевренные, не стой¬
кие и не способные к наступательным действиям»1007. «Целые под¬
разделения дивизий ложатся перед первым разрывом мины или
снаряда. Поднять такие подразделения... тяжело», даже несмотря
на массовые репрессии1008 . Далее Масленников недвусмысленно
намекал на распространение воинских преступлений в нацио¬
нальных дивизиях, заявив, что «до 60% ранений падает на ране¬
ния в левую руку»1009 . В конечном итоге именно на национальные
дивизии командующий группой возлагал ответственность за про¬
вал наступления. 416, 409-ю и еще одну 320-ю армянскую диви¬
зии он предложил расформировать. Кроме этого, Масленников
240

попросил перевести в состав этой армии 10-й гвардейский стрел¬
ковый корпус, укомплектованный в основном славянами и хоро¬
шо зарекомендовавший себя в боях1010.
Неприязнь командующего группой генерала Масленникова
усиливало то обстоятельство, что частям 44-й армии фактически
противостояла лишь незначительная группировка противника —
«надерганные с различных направлений» части 3-й танковой ди¬
визии, к тому же очень ослабленные, и несколько вспомогатель¬
ных подразделений1011. Данные советской разведки на этот счет
подтверждаются и немецкими источниками1012. Масленников в
уничижительном тоне говорил о «мизерной группочке врага»,
которой при таких темпах наступления враг «пешком придет из
Берлина» на помощь1013.
Анализ документов показывает, что генерал Масленников от¬
ражал не только собственную позицию и позицию членов Воен¬
ного совета Северной группы войск, но и настроения достаточно
широкой прослойки «военных товарищей» старшего командно¬
го и оперативного звена. Последние, по словам авторитетного
свидетеля А. Даниялова, часто «упорно доказывали [ему] неспо¬
собность к войне национальных формирований из народностей
Кавказа и азербайджанцев». 24 декабря Даниялов присутство¬
вал при весьма красноречивой беседе на совещании командира
5-го гвардейского казачьего кавалерийского корпуса генерал-
майора Селиванова с оперативными работниками штаба 44-й ар¬
мии: «В разных вариантах развивалась одна мысль — основной
причиной неудачи является трусливая, чуть ли не предательская
роль азербайджанских и армянских дивизий. На другой день...
Селиванов заявлял, что его казаки возмущены действиями наци¬
ональных дивизий»1014. Командиры, старавшиеся объективно и
взвешенно оценивать боевые качества кавказских дивизий, ока¬
зались в меньшинстве. Среди них, в частности, был начальник
штаба группы А.А. Забалуев, назначенный на эту должность в ка¬
нун наступления.
На этот раз к числу защитников закавказских дивизий поми¬
мо командующего фронтом и первых секретарей ЦК закавказс¬
ких республик присоединилась такая авторитетная фигура, как
Л.М. Каганович — член Государственного Комитета Обороны и
Политбюро, в ноябре 1942 г. по предложению Сталина введен¬
ный в состав Военного совета фронта1015. Назначение Каганови¬
ча на эту должность означало, что он снова обрел доверие вождя
после его смещения с должности наркома путей сообщения вес¬
241

ной 1942 г. Сталин положительно оценил стремление Каганови¬
ча «глубоко влезать в военные дела и нужды фронта»1016 на его
прежней должности члена Военного совета Черноморской груп¬
пы войск Закавказского фронта. Обладавший большой энергией
и политическими амбициями Каганович не мог остаться в сто¬
роне от назревавшего конфликта по поводу национальных диви¬
зий, тем более что он, по его собственным словам, как член По¬
литбюро, чувствовал большую ответственность, чем «обычный
член Военного совета»1017. Каганович считал себя проводником
«правильной критики Ставки», личного представителя Сталина,
к которому он часто апеллировал, повышая тем самым свой ав¬
торитет у подчиненных. К 19 декабря относится послание Кага¬
новича вождю, в котором он настоятельно просил давать ему «ука¬
зания и советы», поскольку он мог «недосмотреть» или «непра¬
вильно поступить»1018. Ответ Сталина Кагановичу обнаружить не
удалось, но, судя по энергии, с которой Каганович вступил в кон¬
фликт с генералом Масленниковым, его действия были одобре¬
ны сверху. Сталин явно поддерживал Военный совет Закавказс¬
кого фронта и в одном из приказов в резкой форме потребовал у
Масленникова: «Прекратите пререкания с Тюленевым и выпол¬
няйте его директивы»1019.
Прежде, в Черноморской группе войск, Каганович уже на¬
блюдал в бою национальные части. Единственная в составе груп¬
пы войск 408-я армянская стрелковая дивизия в октябре 1942 г.
оказалась на направлении главного удара противника и подвер¬
глась разгрому1020 . В приказе командующего Черноморской груп¬
пы войск от 29 октября была отмечена слабая боевая подготов¬
ка и неустойчивость личного состава. От должностей было от¬
странено военное и политическое руководство соединения1021.
В то же время Военный совет группы учел объективные обстоя¬
тельства поражения дивизии и специальным приказом отметил
те подразделения дивизии, которые не дрогнули и долго дрались
в окружении, дождавшись контрнаступления советских
войск1022 . Многие историки согласны с такой оценкой действий
408-й дивизии1023 . В документах Черноморской группы войск не
обнаружено ни одного националистического выпада в адрес во¬
еннослужащих 408-й стрелковой дивизии и бойцов нерусских
национальностей других частей группы. Таким образом, Л. Ка¬
ганович, как член Военного совета Черноморской группы, чет¬
ко обозначил свою позицию по вопросу национальных форми¬
рований.
242

Поэтому он уверенно и решительно дал отпор действиям Мас¬
ленникова. Каганович возглавил комиссию по исследованию со¬
стояния национальных соединений и лично выезжал на места1024 .
В специальном постановлении Военного совета фронта генералу
Масленникову было указано, что вместо добросовестного исправ¬
ления недостатков в организации наступления, вскрытых после
приостановки наступления 8 декабря, он «все свои усилия напра¬
вил на оправдание грубых ошибок и взваливание недостатков ру¬
ководства на войска»1025 .
Каганович сознательно пошел на эскалацию политических
мотивов в разрешении конфликта: «Вы скатываетесь на совер¬
шенно неправильный путь охаивания национальных диви¬
зий...»1026 В другом документе в адрес Военного совета Северной
группы произошедший инцидент характеризовался как «грубая
политическая ошибка»1027 . Знакомый с этими оценками А. Дани-
ялов в конце декабря в донесении Кагановичу пошел еще даль¬
ше, квалифицируя позицию отдельных командиров Северной
группы войск как «по сути фашистскую»1028 .
На этот раз проблема имела большой резонанс и стала при¬
чиной комплексной проверки частей Черноморской и Северной
групп Закавказского фронта комиссии Главного политического
управления РККА. Ее итоги были подведены в директиве началь¬
ника ГлавПУ генерал-полковника Щербакова № 01 от 24 января
1943 г. В директиве отмечались низкий уровень бытового обслу¬
живания бойцов, формальность партийно-политической работы
в войсках, распространение среди командного состава шовинис¬
тических настроений в отношении бойцов нерусских националь¬
ностей1029.
На некоторое время после этих событий проблема нацио¬
нальных дивизий оказалась в центре внимания руководящих ор¬
ганов. Военный совет Северной группы войск, «признавший свою
ошибку» и обязавшийся покончить с «недооценкой» военнослу¬
жащих нерусских национальностей, выработал и принял обшир¬
ную программу из четырнадцати пунктов. Сюда, в частности, вхо¬
дили меры по укреплению партийно-комсомольских организа¬
ций, существовавших во время боев только формально, усилению
пропаганды на языках народов Закавказья, расширению подго¬
товки командных кадров из среды националов и т. д. Отдельно
было указано на необходимость улучшения питания и бытовых
условий бойцов, причем рацион должен был быть пересмотрен с
учетом их национальных особенностей. Для непосредственной
243

работы в частях туда были направлены члены Военного совета
группы1030. Со своей стороны, Военный совет Закавказского
фронта в лице Л. Кагановича отслеживал состояние нацио¬
нальных дивизий. Их начальники политотделов лично доклады¬
вали Кагановичу о текущих делах.
Однако политический фактор не смог оказывать длительного
влияния на решения военных. Началась важная операция по
преследованию отступавшего с Северного Кавказа противника.
В тяжелых условиях непрерывного марша, в которых войска на¬
ходились в течение января и февраля 1943 г., реализовать наме¬
ченную программу оздоровления обстановки в национальных ча¬
стях было невозможно. Напротив, наступавшие части — и не толь¬
ко национальные — несли на себе дополнительные тяготы,
связанные с длительным маршем, растянутыми на сотни кило¬
метров тылами и чрезвычайно холодной зимой.
24 января 1943 г. Северная группа войск Закавказского
фронта была преобразована в самостоятельный Северо-Кавказ¬
ский фронт. Новое объединение возглавил генерал-лейтенант
(с 30 января — генерал-полковник) Масленников. Почти одно¬
временно Л. Каганович был отозван в Москву. Новый комфрон¬
та получил возможность самостоятельно распоряжаться нацио¬
нальными формированиями. Он более не допускал «грубых по¬
литических ошибок» в виде националистических выпадов.
Большинство национальных дивизий на несколько месяцев были
выведены на тыловые оборонительные рубежи и не участвовало
в наступательных операциях на Кубани. В условиях быстрого со¬
кращения линии фронта и уплотнения боевых порядков в них не
было острой необходимости.
Анализ источников показал, что переход в начальный период
войны к однонациональной системе комплектования военных
формирований был вызван объективными причинами: выбыти¬
ем из строя в результате потерь значительной части кадрового со¬
става Красной армии и дефицитом подготовленных в военном
отношении и владевших русским языком людских ресурсов в на¬
циональных регионах СССР.
Северокавказские и закавказские национальные формиро¬
вания уже на этапе формирования имели принципиальные от¬
личия. Северокавказские дивизии изначально выполняли ком¬
пенсаторную функцию в условиях в целом репрессивной наци¬
ональной политики правительства в регионе. При общей
тенденции к ограничению доступа в ряды Вооруженных Сил
244

представителей некоторых северокавказских народов нацио¬
нальные дивизии были призваны аккумулировать положитель¬
ный патриотический порыв горцев. Поэтому их формирование
здесь проходило публично и на добровольных началах. Полити¬
ческие задачи имели приоритет перед интересами военного стро¬
ительства, поэтому задача ограничивалась созданием единичных
образцовых соединений, без массового вовлечения горцев в ряды
Красной армии. Из-за недолгого существования кавказских на¬
циональных дивизий их политическая история не получила раз¬
вития.
Напротив, формирование национальных соединений в Закав¬
казье преследовало цель вовлечь в ряды Красной армии макси¬
мум имевшихся ресурсов военнообязанных и призывников закав¬
казских национальностей, слабо владевших русским языком и не
имевших военной подготовки. Национальные дивизии здесь со¬
здавались на общих условиях, принятых в Красной армии.
Национальное военное строительство шло во многих нацио¬
нальных регионах, но только на Кавказе совпало по времени с
возникновением реальной угрозы региону со стороны противни¬
ка. Поэтому, хотя из-за специфических кадровых проблем они
отличались низкой боеспособностью, но не были подвергнуты
расформированию, а напротив, явились важным элементом в по¬
строении обороны Закавказского фронта. Однако проявившиеся
в первых же боях имманентные недостатки национальных диви¬
зий, стали причиной острого конфликта между военными и по¬
литическими руководителями Закавказского фронта. Дискуссия
вышла далеко за рамки обсуждения собственно проблем боеспо¬
собности кавказских дивизий. В подтексте претензий военных
явно читалось сомнение в политической благонадежности воен¬
нослужащих кавказских национальностей. Лидеры Закавказья
также пользовались политическими аргументами, обвиняя воен¬
ное руководство в великорусском национализме.
Интенсивность политической аргументации усиливалась по
мере усложнения положения на фронте. Обе конфликтующие сто¬
роны маскировали, таким образом, собственные упущения: по¬
литические руководители фронта — в ходе боевой подготовки на¬
циональных соединений, военные — в ходе их использования в
бою. Поэтому спор был далек от объективности. В пользу после¬
днего тезиса говорит и явная избирательность объектов критики
Военным советом Северной группы войск. За рамками дискус¬
сии остались грузинские формирования. Очевидно, роль здесь

сыграла принадлежность к грузинской нации Сталина, а также
Л. Берии, курировавшего битву за Кавказ.
Для разрешения конфликта потребовался арбитраж Сталина.
Благодаря его взвешенной позиции не было допущено дальней¬
шей эскалации межнациональной напряженности в войсках, а
большинство кавказских национальных формирований сохрани¬
лись как боевые единицы и в дальнейшем хорошо зарекомендо¬
вали себя.

ГЛАВА 12
ПОСЛЕ КОРЕННОГО ПЕРЕЛОМА:
КОНСТРУИРОВАНИЕ «СЛАВНОГО ПУТИ»
1943 год стал годом триумфа Красной армии, годом великих,
переломных побед под Сталинградом, Новороссийском, Курс¬
ком, в Донбассе и на Днепре. Красная армия прониклась духом
победы. Кавказские национальные дивизии внесли немалый
вклад в коренной перелом в войне, но вступили в 1943 г. в крайне
измотанном состоянии. С февраля 1943 г. большинство из них на
несколько месяцев были выведены во второй эшелон или на вто¬
ростепенные участки обороны, где они доукомплектовывались и
занимались боевой подготовкой.
История кавказских национальных дивизий в этот период
изучена слабо. Исследователи отмечают в истории нацформиро-
ваний последних лет войны устойчивую тенденцию: мононацио¬
нальный состав кавказских дивизий (как и прочих нацдивизий,
формировавшихся в начале войны) стал быстро размываться за
счет вливания в состав национальных дивизий пополнений раз¬
личных национальностей. Одновременно наращивались темпы
строительства национальных дивизий и корпусов из представи¬
телей народов Прибалтики и Восточной Европы1031. По мнению
А.П. Артемьева, в национальных формированиях отпала необхо¬
димость, поскольку бойцы-националы достаточно возмужали,
выучили русский язык и могли сражаться на равных с красноар¬
мейцами-славянами1032 . Документы фиксируют явные качествен¬
ные изменения личного состава национальных формирований.
Участие в тяжелых боях на Кавказе не прошло для них бесслед¬
но. С приобретением бойцами нерусских национальностей бое¬
вого опыта их политико-моральное состояние становилось устой¬
чивым. По выражению командира 276-й грузинской дивизии,
люди «посуровели»1033 . С середины 1943 г., когда кавказские на¬
циональные дивизии интенсивно пополнялись личным составом,
документы нередко фиксировали ситуацию, обратную той, кото¬
247

рая наблюдалась в 1941 — 1942 гг. Бойцы кавказских националь¬
ностей, как ветераны своих частей, теперь становились автори¬
тетами в отношении нового пополнения разных национально¬
стей, являлись кадровым ядром подразделений1034 . Теперь они
редко становились нарушителями дисциплины.
Многие кавказские дивизии вели наступательные бои на са¬
мых ответственных участках фронта. Например, 223-я азербайд¬
жанская стрелковая дивизия в 1943 г. участвовала в прорыве вра¬
жеской обороны под Харьковом, захвате плацдарма в районе Аулы
при форсировании Днепра. Весной 1944 г. дивизия участвовала в
тяжелых боях за плацдарм на правом берегу р. Днестр, а в августе —
в знаменитой операции по уничтожению Ясско-Кишиневской
группировки врага, в ходе которого пленила 3327 немецких сол¬
дат и офицеров1035 .
В целом приток закавказцев в ряды Красной армии суще¬
ственно сократился из-за исчерпания людских ресурсов союзных
республик. Так, к исходу битвы за Кавказ число армян, азербай¬
джанцев и грузин в войсках Северо-Кавказского фронта снизи¬
лось в течение года — с ноября 1942 г. по ноябрь 1943 г. — с 42,5%
до 12,9% (Таблица 9).
После зимней наступательной кампании зимы 1942—1943 гг.
по действовавшим кавказским национальным формированиям
не принято ни одного решения государственного уровня. Поэто¬
му вопрос о поддержании мононационального характера кавказ¬
ских дивизий в значительной мере утратил свою актуальность,
решался теперь индивидуально и зависел, главным образом, от
субъективных факторов — воли и желания на то закавказских
лидеров, командования действующих группировок войск, в со¬
ставе которых находились национальные формирования, и в оп¬
ределенной степени — позиции Военного совета Закавказского
фронта, готовившего резерв личного состава для таких соеди¬
нений.
Для фронтового руководства проблема сохранения однонаци¬
онального состава являлась лишней «головной болью». Русско¬
язычное пополнение целенаправленно равномерно распределя¬
лось в подразделениях1036 .
Статистика национального состава дивизий велась в тот пе¬
риод нерегулярно, поэтому трудно представить ее полную карти¬
ну. Таблица 10 составлена на основе разрозненной документаль¬
ной информации, однако общая тенденция очевидна. Еще в де¬
кабре 1942 г. укомплектованные почти на 100% одной нацио-
248

Таблица 9
Представительство нерусских народов
в войсках Северо-Кавказского фронта на 1 ноября 1943 г.
(9, 18, 56 армии и части фронтового подчинения)
Национальность
Офицеры
Сержанты
Рядовые
Итого
Украинцы
7910
9292
20272
37477
Армяне
1548
2700
8678
12926
Грузины
1187
1914
6686
9788
Азербайджанцы
320
832
5330
6482
Узбеки
91
329
1597
2017
Таджики
17
66
201
289
Туркмены
19
45
153
217
Казахи
64
217
623
904
Киргизы
6
58
137
201
Татары
240
471
1189
1900
Башкиры
40
90
194
324
ИТОГО
11442
16017
45061
72520
Списочная числ.
СКФ на 1 ноября
49077
63973
170696
283446
В т.ч. 9,18, 56 А, 4
ВА и фронтовые
части
33110
55534
136339
224983
ЦАМО. Ф. 51. Оп. 952. Д. 55. Л. 425.
наивностью кавказские дивизии быстро теряют свою мононаци¬
ональную специфику.
Пополнение дивизий титульными национальностями проис¬
ходило теперь спорадически, в частном порядке. Инициатива со¬
хранения прежнего национального облика дивизий исходила, как
правило, от их командно-политического руководства. Комдивы
и начальники политотделов сигнализировали об ослаблении на¬
ционального ядра своих соединений в два адреса: вышестоящему
командованию и в центральные комитеты партии своих респуб¬
лик. Военное командование нередко игнорировало такие запро¬
сы, чему, как правило, находилась объективная причина: отсут¬
ствие резерва личного состава требуемой национальности. Поэто¬
му результат зависел во многом от желания и настойчивости
республиканских партийных лидеров. Поскольку после битвы за
Кавказ центральная власть утратила интерес к кавказским наци-
249

Таблица 10
Динамика удельного веса представителей
титульных национальностей в национальных стрелковых дивизиях
в 1943—1945 гг. (в процентах ко всему личному составу)1037
Название дивизии
1.1.1943
1.7.1943
1.1.1944
1.7.1944
1.1.1945
77-я азербайджанская
—
21,5
—
13,1
—
89-я армянская
—
—
—
62,7
57,7
223-я азербайджанская
86,1
24,6
19,4
И,2
—
276-я грузинская
85,5
61,5
12,0
—
—
394-я грузинская
64,0
—
3,6
—
—
409-я армянская
—
—
29,1
17,5
16,8
414-я грузинская
84,9
—
75,5
78,8
56,9
ональным дивизиям и официальной программы поддержания их
мононационального состава не было, этот вопрос решался нефор¬
мально. Секретари ЦК закавказских республик использовали
широкие связи в военной среде командующего Закавказского
фронта генерала армии Тюленева, вместе с которым посылали
«приветы» начальнику Главного управления формирований
РККА Щаденко, командующим фронтами, в составе которых дей¬
ствовали их дивизии, и прочим лицам, от которых зависело ре¬
шение вопроса1038 .
Из секретарей закавказских ЦК КП(б) традиционно наиболь¬
шую активность демонстрировал М. Багиров, делавший неоднок¬
ратные запросы на фронт по этому поводу. Если настойчивость
лидеров Закавказья соответствовала возможностям военных, то
национальные соединения регулярно пополнялись личным соста¬
вом необходимой национальности. Так было, например, в слу¬
чае с 77-й и 416-й азербайджанскими дивизиями, действовавши¬
ми в 1943—1944 гг. в составе 4-го Украинского фронта. Назна¬
ченный на должность члена Военного совета генерал-полковник
Е.А. Щаденко, хорошо знакомый с потребностями национальных
дивизий, шел навстречу запросам Багирова1039 . Так, 22 июня 1943 г.
Багиров поставил перед Военным советом Закавказского фронта
вопрос о сохранении национального характера 416-й и 77-й стрел¬
ковых дивизий. Военный совет этому не возражал и, со своей сто¬
роны, возбудил ходатайство перед генерал-полковником Щаден¬
ко, соглашаясь выделить на доукомплектование необходимое чис-

ло азербайджанцев призывного возраста1040. Подобные запросы
делали К. Чарквиани и А. Арутюнов1041.
Для национальных политических элит Кавказа идеологичес¬
кая составляющая существования национальных формирований
имела исключительное значение. Как сказано было об одной из
азербайджанских дивизий, она есть «еще одно неопровержимое до¬
казательство» (курсив мой. — А.Б.) верности азербайджанцев со¬
ветскому народу и Сталину1042 . Утеря мононационального харак¬
тера таких соединений считалась недопустимой. Напротив, на¬
блюдалось возрождение старых закавказских дивизий, еще в ходе
военной реформы 30-х гг. утерявших национальный статус. На¬
пример, 77-я стрелковая дивизия, после переформирования в кон¬
це 1942 г. пополненная большим количеством азербайджанцев,
командирами и политработниками азербайджанской националь¬
ности, явочным порядком вновь стала именоваться националь¬
ной. Весной 1944 г. начальник политотдела дивизии майор Джа¬
вадов, обеспокоенный притоком в дивизию славянского по¬
полнения, ставил перед Военным советом 51-й армии вопрос
«о дальнейшем существовании дивизии как азербайджанской»1043 .
«Дивизия, которая... двадцать четыре года носила звание азербай¬
джанской... перестанет существовать»1044 . С такими аргументами
Джавадов обращался к Багирову. 349-я срелковая дивизия, с 1943 г.
дислоцировавшаяся на приграничной с Турцией территории Гру¬
зии, была укомплектована в основном грузинами и постепенно
стала называться «грузинской». Партийный лидер Грузии Чарк¬
виани уделял большое внимание этой дивизии. 261-й дивизия по¬
лучила с 1943 г. неофициальное наименование «армянская» и т.д.
В то же время закавказские руководители осознавали грань,
за которой их желание поддерживать национальный престиж че¬
рез национальные формирования могло быть признанным чрез¬
мерным. В феврале 1943 г. один из офицеров 416-й азербайджан¬
ской дивизии, подполковник Г.К. Кафаров, направляясь с попол¬
нением вслед за своим соединением, собрал по пути большую
массу отставших от различных частей бойцов, в основном азер¬
байджанской национальности. Неофициально (посредством то¬
варищеского письма) он выступил перед Багировым с предложе¬
нием создания «интернациональной бригады» «для того, чтобы
они не шатались... и не дискредитировали звание бойца Красной
армии»1045 . Предприимчивый подполковник быстро сформиро¬
вал в г. Тихорецке стрелковые и специальные подразделения бри¬
гады вместе с материальной частью и даже добился постановки
251

бригады на довольствие. Однако Багиров не решился поддержать
Кафарова перед Военным советом Южного фронта, в состав ко¬
торого последний предлагал включить свою часть. Отставшие от
своих частей бойцы, которых собирал Кафаров, подлежали спец-
проверке органами военной контрразведки, действия же Кафа¬
рова, хотя и были направлены на благое дело, являлись самоуп¬
равными. Поэтому Багиров оставил судьбу бригады и самого
подполковника Кафарова на усмотрение командующего Северо-
Кавказского фронта, в чьем тылу находилась «интернациональ¬
ная бригада», не высказав своего официального отношения по
этому вопросу1046 , хотя, по утверждению самого Кафарова, оно
было положительным1047 . Вскоре весь личный состав части был
отправлен в запасные полки, а Г. Кафаров приговорен судом во¬
енного трибунала к расстрелу. В условиях 1941 г. и даже 1942 г.
подобная инициатива, скорее всего, закончилась бы зачислени¬
ем новой войсковой части в состав действующей армии. В начале
1943 г. она расценивалась уже как преступление и заставила по¬
борника сохранения национальных частей Багирова отмеже¬
ваться от него.
С фактической денационализацией кавказских национальных
дивизий с середины 1943 г. соседствовало принципиально новое
явление, которое в определенной мере поддерживало их суще¬
ствование до конца войны, а после ее окончания легло в основу
историографических мифологем. Если прежде нацформирова-
ния становились объектом жарких, но сугубо конфиденциаль¬
ных дискуссий между высокопоставленными военными и партий¬
но-государственными чинами, то теперь попали в сферу публич¬
ной пропаганды и политики.
В первые годы войны пропаганда боевого пути национальных
формирований сдерживалась чрезмерно жесткими правилами
сохранения военной тайны. Не дозволялось публиковать в прес¬
се и прочихМ образом разглашать нумерацию, дислокацию части,
имена командного состава, боевой состав и целый ряд иных све¬
дений. Противнику такая, самая общая, информация, как пра¬
вило, была легко доступна из других источников, зато ее отсут¬
ствие в советских СМИ и устной пропаганде делало информацию
с фронта абстрактной, безадресной, неинтересной. В конце лета
и осенью 1943 г. положение резко изменилось в лучшую сторону.
В связи с грандиозными победами Красной армии на фронтах
Великой Отечественной была развернута кампания по присвое¬
нию частям и соединениям Красной армии почетных наимено¬
252

ваний по названиям тех населенных пунктов, в освобождении
которых они особо отличились или в которых дислоцировались
длительное время. Одновременно оглашалась нумерация частей
и соединений. В прессе открыто выступали их командиры и по¬
литначальники. Из числа кавказских национальных дивизий пер¬
выми такие наименования приказами наркома обороны войскам
были присвоены 89-й армянской («Таманская»), 416-й азербайд¬
жанской («Таганрогская») и 414-й грузинской («Анапская») стрел¬
ковым дивизиям. С этого момента указанные дивизии стали пред¬
метом самого пристального внимания национальной прессы, яв¬
ляясь символом национального вклада в дело борьбы с фашизмом. Это
было значительным шагом вперед по сравнению с прежними фор¬
мами ознакомления населения со своими национальными геро¬
ями. С осени 1943 г. газетные полосы с обзорами боевого пути
этих соединений регулярно появлялись на страницах закавказс¬
ких газет, производился обмен делегациями между тылом и фрон¬
том1048.
Перечисленными выше тремя стрелковыми дивизиями круг
соединений, чья боевая история стала публичной, в целом и ог¬
раничился, хотя почетные наименования, ордена на знамена, а в
отдельных случаях и гвардейские звания до конца войны заслу¬
жили большинство национальных формирований. В азербайд¬
жанской прессе изредка упоминалась еще 223-я стрелковая ди¬
визия. Однако она осталась в тени 416-й стрелковой дивизии —
«гордости азербайджанского народа»1049. В армянской прессе, кро¬
ме 89-й дивизии, ни одна более не приобрела публичной извест¬
ности, в грузинской даже упоминания 414-й дивизии вскоре со¬
шли на нет. Подбор объектов для национальной гордости при
этом был достаточно случаен. Как уже говорилось, ими стали те
национальные дивизии, которым первым были присвоены почет¬
ные наименования. У остальных между тем боевой путь сложил¬
ся не менее славно. Некоторые из них (как, например, 76-я ар¬
мянская Краснознаменная им. К.Е. Ворошилова и 77-я азербай¬
джанская Краснознаменная им. Серго Орджоникидзе) вели свою
историю с дней основания Красной армии. 76-я армянская стрел¬
ковая дивизия, прославившаяся в обороне Сталинграда, являлась
единственной из всех кавказских национальных дивизий, преоб¬
разованной за заслуги в гвардейскую. 223-я азербайджанская ди¬
визия в числе первых форсировала Днепр, участвовала в уничто¬
жении Ясско-Кишеневской группировки противника, освобож¬
дении Белграда и т.д.
253

Возможно, набор дивизий-символов стал бы шире, но пери¬
од гласности в содержании праздничных приказов НКО вскоре
окончился, соображения сверхсекретности вновь взяли верх. Уже
с конца 1943 г. населению подавалась усеченная информация, не
позволявшая персонифицировать образ героического соедине¬
ния, отмеченного Верховным Главнокомандующим. Например,
присвоение «соединению генерал-майора Бобракова» почетного
наименования «Симферопольская» не нашло никакого отклика
в азербайджанской прессе1050. Между тем речь шла об отличив¬
шейся в боях за освобождение Крыма старейшей 77-й азербайд¬
жанской дивизии.
Таким образом, перед пропагандистскими органами не сто¬
яло задачи объективного освещения боевого пути национальных
формирований. Главной целью прославления отдельных дивизий
было создать их идеальный образ, пригодный для пропагандистско¬
го использования. Он вмещал в себя типичные идеологические
штампы, мифологические образы, имевшие мало общего с реаль¬
ным трудным и противоречивым боевым путем этих соединений.
Так, осенние 1942 г. бои 89-й стрелковой дивизии на р. Терек,
в которых она проявила себя как неустойчивая и малобоеспособ¬
ная, стали теперь началом «славного пути», когда воины-армяне
«обрушили всю огневую мощь советского оружия на головы зах¬
ватчиков», «непреодолимой стеной стали на рубежах нашей обо¬
роны»1051 . В ходе кровопролитных наступательных боев в декаб¬
ре 1942 г. 416-я азербайджанская дивизия ни разу не прорвала не¬
мецкой обороны и потеряла до 80% личного состава. Между тем
в газете «Бакинский рабочий» сообщалось, что «дивизия успеш¬
но выполняла одно боевое задание за другим» и в конце концов
«оборона противника была окончательно сломлена»1052 . Автором
статьи был командир дивизии полковник Д.М. Сызранов, хоро¬
шо осведомленный о подлинном положении дел, но по тем или
иным причинам втянувшийся в мифотворчество.
Таким образом, создавалась как бы параллельная история на¬
циональных соединений, положенная позже в основу обширной
послевоенной историографии национальных формирований.
На заключительном этапе войны в судьбе национальных фор¬
мирований Красной армии произошел неожиданный поворот. На
10 сессии Верховного Совета СССР I Созыва 1 февраля 1944 г.
был принят Закон «О создании войсковых формирований Союз¬
ных Республик и о преобразовании в связи с этим Народного Ко¬
миссариата Обороны из общесоюзного в союзно-республиканс¬
254

кий комиссариат». В соответствии с этим были внесены измене¬
ния в Конституцию СССР (статьи 14, 18 и 60), а позже внесены
поправки в конституции союзных республик. Отныне было уста¬
новлено право союзных республик «иметь свои войсковые фор¬
мирования» и военное министерство, в то время как руководя¬
щие основы военного строительства на местах оставались за со¬
юзным центром. Вопрос о военной реформе рассматривался на
сессии в связке с аналогичной реформой внешнеполитического
ведомства, которое также было преобразовано в союзно-респуб¬
ликанское. С главным докладом на сессии выступил нарком ино¬
странных дел В.М. Молотов.
Главным тезисом его доклада было утверждение о том, что в
результате успешного социалистического строительства союзные
республики вышли на новый уровень социально-политического
и культурного развития. При этом их возможности выросли, а
потребности возросли. Это сделало необходимым допустить ве¬
дение республиками самостоятельной внешней политики в рам¬
ках внешнеполитического курса СССР и заниматься собственным
военным строительством в составе Красной армии.
В случае республиканских МИДов Молотов достаточно кон¬
кретен: специфические культурные и экономические интересы
республик требовали ведения внешнеполитических дел, касав¬
шихся их, с учетом их национальной специфики. Отныне союз¬
ные республики могли вступать с иностранными государствами
в непосредственные сношения, заключать с ними соглашения,
обмениваться дипломатическими представителями. Соответ¬
ственно, возникали задачи по воспитанию национальных дипло¬
матических кадров, повышению уровня изучения истории, куль¬
туры и языков зарубежных государств. Упор на общественно¬
культурное сотрудничество с заграницей делало функции будущих
республиканских МИДов схожими с функциями ВОКСа — Все¬
союзного общества культурных связей с заграницей. Но, несмот¬
ря на декоративность полномочий, их деятельность более или
менее была наполнена содержанием.
Напротив, и терминология и перспективные планы военной
реформы в союзных республиках были весьма неопределенны.
Молотов не пояснил, чем должны заниматься новые наркоматы
обороны, ограничившись пропагандистскими лозунгами о даль¬
нейшем росте мощи Красной армии. Последующие докладчики
на сессии Верховного Совета Союза ССР и на сессиях верховных
советов закавказских республик, не получив руководящих указа-
255

ний, ограничивались пересказом тезисов доклада Молотова и те¬
кущих указаний Сталина. Сообщалось о больших достижениях на
фронте национальных соединений, росте профессионализма на¬
циональных командных кадров, пользе возрождения нацио¬
нальных воинских традиций и т.д.1053 До конца не была опреде¬
лена даже терминологическая база реформы: новый закон не со¬
держал определения «войскового формирования союзной
республики», не пояснил новый термин и Молотов. Представи¬
тели республик ставили в пример уже существовавшие нацио¬
нальные дивизии, но речь в законе шла об «образовании» респуб¬
ликанских войсковых формирований. Последний термин не под¬
менял «национальные формирования», как иногда подается в
литературе1054 . Не разъяснялись функции новых республиканских
наркоматов обороны. Последние становились предметом предпо¬
ложительных суждений некоторых выступавших на сессиях вер¬
ховных советов республик. Наиболее творчески к вопросу подошли
в Грузии. Главный докладчик по вопросу на VII сессии 1-го созыва
Верховного Совета Грузинской ССР председатель СНК В.М. Бак¬
радзе увязал современные преобразования с довоенным опытом
строительства национальных формирований. Он так определил
круг полномочий нового наркомата: ему «придется провести боль¬
шую работу в области укрепления и дальнейшего улучшения во¬
енного обучения в школах, вузах и подразделениях Всевобуча»1055 .
Более чем скромные попытки уяснить содержание реформы то¬
нули в славословиях в адрес вождей страны и союзных республик
и их национальной политики.
Далее конституционных реформ в союзных республиках
СССР дело, однако, не пошло. Среди документов Закавказского
фронта и Бюро ЦК закавказских союзных республик за период
1944—1945 гг. не обнаружено ни одного конкретного решения,
связанного с новой военной политикой. Военный совет и штаб
Закавказского фронта продолжал выполнять функции военного
строительства в Закавказье, координируя свою деятельность с рес¬
публиканскими военкоматами и военными отделами республи¬
канских центральных комитетов партии.
Постановления верховных советов всех уровней в СССР не
засекречивались и публиковались в прессе и специальных изда¬
ниях. Поэтому в отличие от подавляющего большинства мероп¬
риятий, связанных с роенным строительством на Кавказе и став¬
ших предметом данного диссертационного исследования, закон
о создании в союзных республиках наркоматов обороны, как и
256

Великий князь Михаил Александрович
Л.Г. Корнилов

Отряд воинов Кавказской туземной конной дивизии
на приваде. 1916 г.
Группа представителей Кавказского туземного конного корпуса,
прибывших вместе с мусульманской делегацией
в Петроград 31 августа 1917 г., у здания Соборной мечети

Встреча группы воинов Кавказского туземного конного корпуса
и революционных солдат в окрестностях Петрограда.
1 октября 1917 г.
Братание частей Дикой дивизии
с революционными солдатами

0 Харьков
Устпь-Медведиц кая
Ыорозовсхав
Таганрог
£йск.
Астрахань
Туапсе*
* Кизляр
Моздок
Пятигорск
Сочи
Нальчика
Петровс>
Сухум4
Закатал^
:умненто
фБатум
Тифлис
Тихорешшлр
А Н X К
Кавказе*
веха	\Суяин'" Нижнечирска^
^АмвеоароескЛ Д О Н С К О ГО
-Груихиккив. J&C*.	У
Jr* *ч О Медвежье
А Я\
] Ц’РМмржж
Ведено_^ \	*/tosm
BomjLx 'W ©Те»й|>Ха»-Шур»
’'<гДх°
/ ГунибО 1 м ^жалос
X, КумухО О V
. Екатеринодар
!ОДОрОССИЙСК в> ,
Майкопу
СТАВРОПОЛЬСКАЯ
Хф ~	& Благодарное ч.

Ставрополь m с^аХр«т^~^
/ КУТАИССКАЯ /
ОКутаис
Z^ULJ1 ФЛИССКАЯ
Лабинская у \ Александрове*
Б Л U С Т lb чч
Баталпашинскаяр
1сяочерк^к f Константиновке
о \Pocmoa	/
Азов J
©Харьков
2
3
4
О Моздок
о Азов
УР^С КАЯ (ВОРОНЕЖСКАЯ _
J Г7	-Aj><
У Б/Л ? Н И;	y^cz\
Урюпинская
ГУБ Е Р Н ИЯ f \
СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ в 1917 г
Границы и центры губерний,
j областей и самостоятельных
округов
: Центры уездов, отделов и округа!
Прочие населенные пункты
Железные дороги
Цифрами обозначены:
[ Дагестанская область
> Закатальский округ
J Елизаветпольская губерния
I Бакинская губерния
Северный Кавказ в 1917 г.

К.Е. Ворошилов, C.M. Киров, А.И. Микоян

ГОСС1ЙСКАЯ ФЕДЕРЛТИВНАЙ
' —1 л	УДО С Т С В Ъ Р Е Н 1 Е
TepcKifi Областной Coein
ИШЩНЬИЬ МВИШШ1
	 	 -
, 16 . и а я Гд18г.
л i'V
Гор	...	Выдано настоящее удостоверение
тов,Сергею КИРОВУ въ томъ,что онъ
командируется въ Москву къ Совету
Народныхъ Комиссарова съ особо-важ-
ними порученiями>все железнодорожные
и ноенно-рВволюцхонныя власти обя¬
заны содействовать скорейшему пред*
виженхю его.
Председатель Coi
Народныхъ К(
; 1 '
Во вн ны|Ь)<о ми с с аръ
Секретарь Совета
Удостоверение С.М. Кирова за подписью председателя Совнаркома
Терской республики С.Г. Буачидзе. Владикавказ. 1918 г.

Мирза Кучук-хан

Н.Ф. Гикало
Л.Ф. Бичерахов
А.Д. Шерипов
Б.Э. Калмыков

Г.К. Орджоникидзе	С.Г. Буачидзе
М.Д. Великанов

С.Г. Шаумян	П.А. Джапаридзе
А.М. Микоян
Д. Канаян (Дро)

Л.П. Берия

Немецкие танковые соединения
в предгорьях Кавказа
Немецкие танки в районе Моздока

Военнослужащие Грузинского легиона вермахта
Кавказские добровольцы вермахта

А.С. Щербаков в 1941 г.
Л.М. Каганович и И.Е. Петров
на испытаниях новой военной техники

Партизаны Северной Осетии
Партизаны в Кабардино-Балкарии. 1942 г.

Освобождение Северного Кавказа
Медаль «За оборону Кавказа»

прения по этому поводу в союзном и республиканских парламен¬
тах немедленно были доведены до населения. Однако пропаган¬
дистская кампания, начатая было в период сессий верховных со¬
ветов Закавказья весной 1944 г., неожиданно оборвалась, что
вполне отражало незавершенность реформы, ее формальность.
Немногочисленные разъяснительные статьи по этому поводу в
основном обыгрывали положения доклада Молотова. Пропаган¬
дой даже был проигнорирован сталинский тезис о войсковых фор¬
мированиях в союзных республиках, озвученный в праздничном
приказе народного комиссара обороны, посвященном 26-й годов¬
щине Красной армии в феврале 1944 г.1056 Столь важные консти¬
туционные изменения не получили никакого отражения в мно¬
готомных изданиях советского периода по истории союзных рес¬
публик.
Анализ документов показывает, что реформа готовилась
спешно, была слабо согласована с имевшимся опытом военного
строительства в национальных регионах, а возможно, и вовсе была
формальной, изначально нереализуемой. В чем же была ее цель?
Лишь немногие историки прокомментировали решения Верхов¬
ного Совета СССР от 1 февраля 1944 г. Н.А. Кирсанов и А.Л. Аль¬
штадт предлагают искать истоки реформы в области большой по¬
литики1057 . Н.А. Кирсанов связывает ее с активным обсуждением
в тот период в рамках антигитлеровской коалиции формата буду¬
щей международной организации по поддержанию мировой бе¬
зопасности и порядка голосования в ней1058 . Действительно, на
конференции, посвященной специально этому вопросу, прохо¬
дившей в американском Думбартон-Оксе в августе 1944 г., воп¬
рос о членстве в создаваемой ООН стал одним из наиболее ост¬
рых. Советский Союз выдвинул требование о принятии в состав
организации всех своих шестнадцати республик. Понадобилось
придать союзным республикам недостающие атрибуты суверен¬
ной государственности — армию и самостоятельную внешнюю
политику. Это вызвало резкие протесты главных партнеров на
переговорах — английской и американской делегации. «Россия,
сознавая свою мощь, может стать более алчной», — так проком¬
ментировал ситуацию У. Черчилль1059 . Союзников не впечатлило
молниеносное «повзросление» союзных республик. Они ставили
в пример британские доминионы, «которые приближались к не¬
зависимости постепенно и терпеливо»1060. Поддавшись давлению
западных держав, Советский Союз снял вопрос с повестки дня
конференции, отложив его решение на будущее. Сталин при этом
9 - 4998
257

в довольно резкой форме заявил Рузвельту, что якобы «правитель¬
ства Союзных Республик весьма настороженно относятся к тому,
как отнесутся дружественные государства к принятому в Советс¬
кой Конституции расширению их прав в области международных
отношений», и что эта «исключительно важная проблема» требу¬
ет дальнейшей проработки1061.
После наделения Советского Союза как великой державы ста¬
тусом постоянного члена Совета Безопасности с правом вето воп¬
рос о принятии в ООН всех 16-ти республик стал для советской
стороны не принципиальным. В ряду других, более важных про¬
блем, таких, как состав Совета Безопасности будущей Организа¬
ции Объединенных Наций и схема голосования в нем, проблема
раздела сфер влияния в Восточной Европе, будущего Германии,
польского вопроса и др., он был второстепенным, став предме¬
том дипломатического торга с западными союзниками. В январе
1945 г. во время Ялтинской конференции, к «большому облегче¬
нию»1062 последних, был достигнут компромисс: США и Великоб¬
ритания обещали поддержать на предстоявшей конференции
Объединенных Наций в Сан-Франциско предложение СССР о
предоставлении статуса полноправных членов ООН Украине и
Белоруссии1063 .
Теперь правомерно поставить вопрос: есть ли взаимосвязь
между приостановкой призыва у закавказцев осенью 1943 г. с
описанными событиями в области внешней политики? На пер¬
вый взгляд, при их сопоставлении обнаруживается хронологи¬
ческая симметрия. Впервые послевоенное мироустройство ста¬
ло предметом обсуждения союзников по антигитлеровской ко¬
алиции на конференции министров иностранных дел в Москве
19—30 октября 1943 г. Решимость мировых держав к созданию
международной организации безопасности была подтверждена
на Тегеранской конференции в ноябре 1943 г. Можно было бы
предположить, что поначалу советское правительство всерьез го¬
товилось к созданию вооруженных сил союзных республик, что¬
бы придать республикам реальный государственный статус. По¬
этому призыв был остановлен для комплектования впоследствии
из сэкономленных национальных людских ресурсов неких но¬
вых национальных формирований. Но против этого говорит то,
что призыв был отменен только в нескольких республиках СССР
и более не возобновлялся даже тогда, когда решения о создании
союзно-республиканских наркоматов обороны и республикан¬
ских воинских формирований превратились в пустую формаль¬
258

ность, а вопрос о включении союзных республик в ООН был
снят с повестки дня.
Решение Верховного Совета СССР от 1 февраля 1944 г., хотя
и не было воплощено в жизнь, но еще раз показывает, что нацио¬
нальные формирования неоднократно становились объектом
большой политики, в том числе и внешней политики. Положе¬
ние о воинских формированиях союзных республик еще долгие
годы продолжало сохраняться в союзной и республиканских кон¬
ституциях, оставаясь чистой фикцией.
Анализ истории закавказских национальных формирований
в 1943—1945 гг. показал, что общей тенденцией их развития ста¬
ла постепенная утеря ими мононационального характера. При¬
чиной тому стали приток в них пополнения с освобожденных тер¬
риторий и значительное поступление в войска военнослужащих
закавказских национальностей после отмены призыва и мобили¬
заций в Закавказье. Личный состав дивизий в ходе боевых дей¬
ствий многократно обновлялся, и остававшееся ядро военнослу¬
жащих кавказских национальностей становилось основой ста¬
бильности подразделений. Ветераны-кавказцы были примером
для бойцов нового пополнения. Поддержание национального ха¬
рактера соединений, сформированных в Закавказье, стало забо¬
той региональных руководителей. Они нередко добивались зана-
рядки в национальные соединения соответствующих пополнений.
Однако в целом кавказские национальные соединения и по на¬
циональному составу, и по боевым характеристикам фактически
стали в один ряд с прочими соединениями Красной армии.
В то же время кавказские национальные формирования со
второй половины 1943 г. приобрели публичную известность. Про¬
паганда их боевого пути была частью общей правительственной
программы знакомства населения с героическими частями Крас¬
ной армии, уверенно шедших к победе над немецко-фашистски¬
ми захватчиками. Создание пропагандистского образа нацио¬
нальных формирований не требовало полного соответствия их
подлинной истории. Такие метаморфозы закладывали основы
параллельной истории национальных дивизий, на которой стро¬
илась их послевоенная историография — крайне политизирован¬
ная и непримиримая к инакомыслию.
Определенный интерес представляют решения союзного и
республиканских верховных советов зимы—весны 1944 г. о наци¬
ональном военном строительстве в союзных республиках СССР.
Как только эти решения сыграли свою роль на международной
арене, они немедленно были преданы забвению. Можно утверж¬
259

дать, что национальные формирования в последние годы войны
существовали как бы в двух ипостасях: как реальные боевые еди¬
ницы и как идеальные идеологические образы. На те и на другие воз¬
лагались вполне конкретные задачи.
Исследование истории кавказских национальных формиро¬
ваний в годы войны показало, что они явились особенным ин¬
ститутом Красной армии с отличными от остальных воинских
частей принципами и условиями формирования, боевой и вос¬
питательной подготовки личного состава, тактики их боевого при¬
менения, а значит — и отличным от других историческим путем.
Его изучение потребовало от автора выработки особого подхода,
сочетающего методы традиционного военно-исторического ис¬
следования с изучением политических процессов и националь¬
ной политики на Кавказе в годы войны.
Важность исследованию истории национальных дивизий при¬
дает и очевидная идеологическая функция, которую те несли как
олицетворение вклада того или иного народа СССР в дело борь¬
бы с фашизмом. Помимо пропагандистской, публичной нагруз¬
ки, национальные формирования стали предметом острой неглас¬
ной полемики в среде политических и военных элит союзного и
республиканского масштабов, никогда не выходившей за преде¬
лы документов с грифом «совершенно секретно». В центре этой
полемики была оценка боеспособности национальных дивизий.
Она оказывала определяющее влияние на их боевую судьбу. Вы¬
воды о боевой ценности национальных дивизий экстраполиро¬
вались на сами народы, из числа которых они формировались и,
несомненно, сыграли свою роль в коррекции национальной по¬
литики советского правительства.

ГЛАВА 13
РУССКИЙ ПАТРИОТИЗМ
И НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС
Военная пропаганда издавна была мощным оружием воздей¬
ствия на морально-психологическое состояние как своих войск
и населения, так и войск и населения противника. Вторая миро¬
вая война, носившая характер столкновения антагонистических
идеологий (национал-фашистской, интернационально-коммуни¬
стической, либерально-демократической), придала пропаганди¬
стскому обеспечению военных действий исключительно важный
характер. По мнению советского историка пропаганды Г.Д. Ком¬
кова, идеологическая борьба в этот период выделилась в самосто¬
ятельный фронт, от состояния которого в немалой степени зави¬
села судьба воюющих государств1064 . Немецкий историк Р. Зуль-
цман высказал аналогичную мысль, рассматривая пропаганду
наравне с любым другим оружием — как по степени эффектив¬
ности воздействия на войска и гражданское население, так и по
глубине наносимых ей «ран»1065 . Бескомпромиссная тотальная
борьба в духовной сфере выражалась формулой: «Там, где мы не
работаем, там работает враг, ибо пустоты в природе не бывает»1066 .
«Оружие лжи» — эпитет, давно утвердившийся за пропагандой на
Западе, представляется неточным, поскольку помимо сознатель¬
ной дезинформации, приукрашивания или передергивания фак¬
тов важнейшей составляющей пропагандистской работы было
объективное информирование своих войск и войск противника
о положении на фронтах, международном положении и проч. Без
этого нельзя было добиться доверия со стороны потребителей
пропагандистской продукции. Сочетание объективности и созна¬
тельного мифотворчества обеспечивало создание идеальных об¬
разов — врага, собственной армии, народа и т.д. — легко усваи¬
ваемых участниками вооруженного конфликта.
Достижения советских военно-политических органов в этой
области были внушительны. Сами гитлеровцы отмечали преиму¬
261

щества советской пропаганды. Осенью 1943 года, обобщая совет¬
ский опыт, немецкий специалист в области пропаганды Гиммел
писал: «Большевистский солдат с его фанатизмом, твердостью и
равнодушием к смерти понятен только в том случае, если извест¬
но, что он подвергается постоянному, неслыханно эффективно¬
му политко-пропагандистскому воздействию... Одна только ра¬
бота политического аппарата, значение которой ставится в один
ряд со значением военно-технического обучения или даже выше,
придает Красной армии ударную силу»1067 . Его коллега В. Рейхард
в специальном докладе в 1943 г. подчеркивал: «Если пропаганда
и агитация с давних пор были самым опасным оружием больше¬
визма, то сейчас они еще в тысячу раз опасней, потому что... они
превращаются в динамическую силу, пусть даже ценой жизни со¬
тен тысяч и миллионов людей»1068 .
Все это заставляет чрезвычайно серьезно относиться к про¬
блемам идеолого-пропагандистского обслуживания советских
войск в годы войны и оправдывает их рассмотрение в рамках от¬
дельной главы книги.
Прежде чем приступить к изучению политико-пропагандис¬
тской работы с бойцами кавказских национальностей, следует
выявить особенности развития государственной идеологии вще-
лом в период войны, поскольку последняя безусловно и полнос¬
тью определяла форму и содержание первой. При этом приори¬
тетное внимание требуется уделить тому сегменту государствен¬
ной идеологии, который отражал национальный вопрос в СССР
в это время.
Развитие сталинской государственной идеологии интенсив¬
но изучается современной наукой. Одним из главных тезисов,
разделяемых всеми исследователями, является утверждение о
чрезвычайной гибкости и конъюнктурное™ официальной идео¬
логической линии1069 . Она круто изменялась, моментально тира¬
жировалась и директивно распространялась в соответствии с те¬
кущими потребностями государства. При этом вектор эволюции
государственной идеологии, соответствуя логике развития само¬
го советского государства, пролегал от интернационально-классо-
вых постулатов к державно-националистическим. Эти идеи — не
новость в историографии, к схожим выводам приходили многие
западные советологи в 70—80-х годах XX в. (работы Б. Шефера,
X. Девиса, М. Ривкина, Г. Рауха и др.)1070 . Но теперь неизмеримо
обогатилась источниковая база, что позволило современным рос¬
сийским ученым внести достойный вклад в изучение проблемы.
262

Исследования последних лет выявили, что колебания между
интернационально-классовым и национально-державным подхо¬
дами в идеологии и обслуживавших ее науках (прежде всего в ис¬
торической) наметились еще в начале 30-х годов. Они отражали
основные тенденции развития советского государства и внешне¬
политические изменения: становление тоталитарного общества,
перевод народного хозяйства на индустриальные рельсы, мили¬
таризация экономики и социальной жизнй, угасание надежд на
мировую революцию и вызревание предпосылок новой большой
войны в связи победой нацизма в Германии. Несущим элемен¬
том новой идеологической конструкции становилась русская на¬
циональная патриотика. В литературе эта идеологическая модель
получила наименование «новоимперской»1071. Наряду с частич¬
ной реабилитацией истории Российской империи (прежде всего
военной и внешнеполитической), разгромом ортодоксально-ком¬
мунистической исторической школы М.Н. Покровского сохраня¬
лись интернационалистические и классовые подходы, однако они
находились в подчиненном положении1072 .
Одной из институциональных черт развития идеологии был
ее ярко выраженный прикладной, практический характер. Неред¬
ко она делала неожиданные повороты, следуя за изменениями
политического курса государства. Красноречивой иллюстрацией
тому может послужить хорошо исследованная современными ис¬
ториками зигзагообразная политика Советского Союза в отноше¬
нии фашистской Германии в последние предвоенные годы. Иде¬
ологическая машина то доказывала вечность и нерушимость со¬
ветско-германской дружбы, то антигуманность и преступность
гитлеровского режима1073 . Такие повороты, происходившие не¬
редко одномоментно, после какой-либо речи Сталина, немало
удивляли советских граждан, но в условиях тоталитаризма они
принимались безропотно, а новые идеологические установки не¬
медленно усваивались.
В годы войны националистические мотивы в идеологической
сфере получили новый импульс. Наряду с иными моральными
факторами они сыграли роль мощного цементирующего факто¬
ра в коллективном сознании советских людей. В настоящее вре¬
мя это явление стало предметом внимания отечественных исто¬
риков. По словам известного исследователя сталинской нацио¬
нальной политики Г.В. Костырченко, государство «в критический
для него период вынуждено было поощрять и направлять в кон¬
структивное русло здоровый патриотизм народа, который инстин¬
263

ктивно проявился в тяжкую годину»1074 . Е.С. Сенявская отмеча¬
ет, что на время войны «патриотические, национально-государ¬
ственные интересы России подчинили себе тоталитарную маши¬
ну советской империи... Тонкий слой собственно коммунисти¬
ческой идеологии во многом сошел на нет и за ним открылись и
пробудились глубины народного духа. Только обращаясь к ним,
система могла выжить»1075 . По мысли Е.С. Сенявской, в итоге иде¬
ологическая система пришла в соответствие с умонастроениями
народа, стала адекватной им1076 . Классовая риторика продолжала
использоваться («Гитлер хочет вернуть помещиков и капиталис¬
тов...»1077, «...Рабско-крепостнические порядки, устанавливаемые
немецкими фашистами, выгодны немецким плутократам и бан¬
кирам, а не рабочим и крестьянам»1078), но приоритетными стали
национально-русские идеи. В декабре 1941 г. по указанию началь¬
ника Главного политического управления НКО армейского ко¬
миссара 1 ранга Л.З. Мехлиса на всей печатной продукции, рас¬
пространявшейся в войсках, приобретший двусмысленное звуча¬
ние и «неправильно ориентирующий некоторые прослойки
военнослужащих» лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»
заменен патриотическим призывом «Смерть немецким оккупан¬
там!»1079
Мехлис — человек, по наблюдению его биографа Ю. В. Руб¬
цова, очень оперативно и точно схватывавший мысли вождя1080 ,
стал выразителем русофильской идеологии в армейской пропа¬
ганде. В первые же недели войны, анализируя опыт партийно¬
политической работы в условиях военного времени, Мехлис од¬
нозначно обозначил противоборствующие стороны в текущей
войне: «Гитлер и его банда пытаются захватить... Советскую Рос¬
сию, Советскую Украину, Советскую Белоруссию, истребить сла¬
вянские народы...» (здесь и далее курсив мой. — А.Б.), «Гитлер —
заклятый враг русского и других славянских народов...», «Гитлер по-
зверски ненавидит славян и особенно русский народ. ..»1081 В дирек¬
тиве нет ни одного упоминания других народов Советского Со¬
юза. Следует отметить, что Мехлис пошел гораздо дальше Стали¬
на, который в первой своей речи по радио 3 июля в числе
«свободных народов Советского Союза», вступивших в смертель¬
ную схватку с фашизмом, подчеркнуто скрупулезно перечислил
практически все титульные нации союзных республик СССР, а
русофильские лозунги вообще не выдвигал1082 .
В значительной мере катализатором этого курса стала расис¬
тская позиция нацистской пропаганды, которая классифициро¬
264

вала народы СССР по степени их «расовой полноценности». Рус¬
ским и славянам в целом в этой классификации отводилась низ¬
шая ступень. К тому же термины русский и «советский» употреб¬
лялись нацистами, как правило, как синонимы. Например, в «Об¬
ращении всеславянского митинга ко всем угнетенным славянским
народам» 11 августа 1941 г.1083 , в речи Сталина на заседании Мос¬
ковского горсовета 6 ноября 1941 г.1084 и др. официальных доку¬
ментах русофильские тезисы выдвигались в ответ на нападки на¬
цистской пропаганды на русских и других славян. Советская про¬
паганда, таким образом, защищалась, расставляя акценты в
пользу славянских народов. Нацистский специалист в области
пропаганды В. Рейхард в 1943 г. заключил по этому поводу, что в
связи с неэффективностью марксисткой доктрины в условиях
войны, Советы, по существу, позаимствовали у немцев «фашис¬
тский» — националистический — метод пропаганды1085 .
Так или иначе, но именно пропаганда русской ментальнос¬
ти, культуры, истории, языка надолго стала стержнем пропаган¬
дистской работы в войсках. Видимой связью времен служил воз¬
врат к атрибутике старой царской армии. Еще в 1940 г. в Красной
армии были введены воинские звания, отмененные в первые дни
Октябрьской революции как признак неравноправия военнослу¬
жащих. В 1941 г. отличившимся воинским частям стали присва¬
ивать гвардейские звания. С осени 1942 г. было санкционирова¬
но широкое присвоение частям почетных наименований, суще¬
ствовавшее прежде в ограниченном масштабе. В ноябре 1942 г.
был упразднен институт военных комиссаров и введено едино¬
началие командиров. В январе 1943 г. были введены погоны, прак¬
тически полностью соответствовавшие образцу царской армии.
С 1943 г. советские командиры официально стали носить звание
«офицер».
Главные идеологические кампании первого периода войны,
проводившиеся пропагандистскими органами, были связаны с
этим вопросом. Помимо упомянутых «Обращения Всеславянско¬
го митинга» (10—11 августа) и речи Сталина 6 ноября в директи¬
ве ГлавПУ № 226 от 5 сентября о пропаганде патриотических пе¬
сен патриотическими были названы русская песня и «веселая рус¬
ская пляска»1086 . 7 ноября в речи на военном параде на Красной
площади Сталин благословил войска пантеоном русских полко¬
водцев: «Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный об¬
раз наших великих предков — Александра Невского, Дмитрия
Донского, Кузьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра
265

Суворова, Михаила Кутузова!»1087 В перечне докладов и лекций
для чтения в войсках, разосланных ГлавПУ 14 ноября, каждый
из этих исторических персонажей стал предметом отдельной
беседы1088 . В заключительной части праздничного приказа НКО
№ 55 от 23 февраля Сталин прибегнул к авторитету М. Горького —
«великого русского писателя». Сталин сознательно сделал выбор
эпитета в пользу «русского писателя», хотя цитированная им горь¬
ковская фраза «Если враг не сдается — его истребляют» (у Стали¬
на «уничтожают») относится уже к позднему, советскому перио¬
ду творчества писателя (статья под этим заголовком была опуб¬
ликована в «Правде» в конце 1930 г.1089), когда Горький считался
основоположником пролетарской литературы — великим совет¬
ским писателем. Широкое пропагандистское звучание получило
празднование 700-летия разгрома «немецких псов-рыцарей» на
Чудском озере в апреле 1942 г. В директиве ГлавПУ № 51 от 28 марта
подчеркивались славные военные традиции русского народа в
борьбе с немецкими оккупантами1090.
Нельзя не сказать и о реабилитации Русской православной
церкви в годы войны. Правительство разделило с церковью фун¬
кции по поддержанию и укреплению морального духа воюющего
народа.
Анализ пропагандистских кампаний Главного политуправле¬
ния показывает, что интенсивность использования идей нацио¬
нального патриотизма зависела от остроты ситуации, складывав¬
шейся на фронте. Патриотические призывы сопровождали прежде
всего оборонительные кампании. Например, после больших по¬
бед зимой 1941—1942_гг. апелляции к величию русского народа и
русской истории утихли. Вместо них были выдвинуты лозунги о
необходимости окончательного разгрома гитлеровцев и заверше¬
ния войны в 1942 г. Когда несостоятельность этого призыва ле¬
том 1942 г. стала очевидной, вслед за известным приказом НКО
№ 227 «Ни шагу назад!» ГлавПУ вновь пустило в пропагандистс¬
кий оборот образы «матери-Родины», «русской крови», русских
полководцев. Начиная с 1943 г., после коренного перелома в вой¬
не, русофильские идеи ушли на второй план. Термин «русский»
был вытеснен термином «советский».
Вскоре после окончания войны Сталин сам дал некоторые
пояснения на этот счет. В своем хорошо известном сейчас тосте
за здоровье русского народа, произнесенного им на приеме в честь
командующих войсками 24 мая 1945 г. и не предназначенного для
широкой огласки, Сталин заявил, что в «моменты отчаянного
266

положения 1941—42 гг.» русский народ имел все основания от¬
казать в доверии своим вождям: «мог бы сказать»: «вы не оправ¬
дали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое пра¬
вительство...» Однако русский народ этого не сделал, «ибо верил
в правильность политики своего правительства и пошел на жерт¬
вы». Апология русского народа в начале войны носила характер
своего рода публичного договора с ним советского правительства,
осознававшего, что именно на плечи русских легла основная тя¬
жесть войны. Сталин прямо ассоциировал их со всем советским
народом («...Советский народ, и, прежде всего, русский народ»),
провозгласил их «руководящей», «наиболее выдающейся нацией
из всех наций, входящих в состав Советского Союза»1091.
Именно на фоне безусловного (особенно в начале войны) до¬
минирования русско-славянских ценностей в государственной
идеологии следует вести анализ развития идеологических моде¬
лей на Кавказе и частях Красной армии, укомплектованных пред¬
ставителями народов Кавказа. Эта весьма специфическая ветвь
общей советской идеологической конструкции пока не подвер¬
галась исследованию историков.
Еще до войны на Кавказе шел поиск нового типа националь¬
ного патриотизма, несводимого к буржуазному национализму
времен демократических республик 1918—1921 гг. Главные поли¬
тические процессы эпохи репрессий 1937—1938 гг. в Закавказье
проходили именно под лозунгом выкорчевывания буржуазного
национализма — наследия коротких периодов независимости
закавказских народов после революции. Поиск опоры для новой
национальной идеологии велся в истории. Интерпретация исто¬
рии кавказских народов развивалась по той же схеме, что и рус¬
ского — от классового подхода к национал-патриотическому, но
при условии признания ведущей роли русского народа. В. Шни-
рельман, давший детальный анализ закавказской историографии
советского периода, подчеркивает тесную смычку исторических
курсов с требованиями текущего политического момента. Напри¬
мер, мистически-религиозный эпос «Бабек» IX столетия в первом
учебнике по истории Азербайджана, изданном в 1939 г., рассмат¬
ривался как памятник антифеодальной крестьянской борьбы, а в
учебнике 1943 г. — как эпос о национально-освободительной борь¬
бе азербайджанского народа против арабских оккупантов1092 .
В военные годы продолжились начатые в ЗО-е годы поиски исто¬
рических корней закавказских народов. Особо здесь преуспели
азербайджанские историки, перед которыми стояла нелегкая за¬
267

дача деисламизации и детюркизации исторического прошлого
своего народа. Азербайджанцы, еще до революции не имевшие
самоназвания, теперь были объявлены потомками древней ми¬
дийской культуры и таким образом ставились в один ряд с бога¬
тыми культурами Грузии и Армении. Одновременно совершался
отрыв от «молодой» исламской религии и тюркского этноса. Ана¬
логичным образом велась «арменизация Урарту», связавшая ар¬
мян с индоевропейской культурой. На фоне расистской теории
нацистов о неполноценности восточных народов последние при¬
обретали историю, гораздо более глубокую, чем у самих немцев.
Как заметил упомянутый выше В. Рейнхард, «во всем Советский
Союз сразу стал “национальным”. Не чисто национально-рус¬
ским, но все же национально-русским, национально-грузинским,
национально-татарским и т.д.»1093
Культивировавшийся с начала войны кавказский национа¬
лизм имел, однако, четкие границы, выхолащивался внешнепо¬
литическими проблемами на юге Советского Союза и застарелой
межэтнической напряженностью между кавказскими нациями.
Все без исключения закавказские республики имели территори¬
альные претензии друг к другу и к сопредельным государствам.
В первые годы войны табу действовало в отношении турецкой и
тюркской проблемы. Обсуждение, например, самой трагической
в истории Армении страницы — геноцида 10-х годов XX в., про¬
блемы территорий, отошедших от Грузии и Армении к Турции
после революции, считалось нецелесообразным, потому что мог¬
ло спровоцировать профашистски настроенного южного соседа
на войну1094.
За весь период войны Сталин, на основе речей которого выс¬
траивалась вся пропагандистская работа, ни разу развернуто не
высказался по национальному вопросу в СССР. В то же время
общим местом в его речах стали тезисы о «нерушимой дружбе на¬
родов» и о войне как «общем деле всех трудящихся без различия
национальности и вероисповедания». Дружба народов Советского
Союза, в числе прочих факторов, в начале войны была объявлена
важным условием обороны, в конце ее — как одно из условий по¬
беды.
Главное политуправление Красной армии не проявляло ини¬
циативы в этом вопросе. В первый год войны во фронты и окру¬
га, где призывались и использовались контингенты кавказских
национальностей (Закавказский, Кавказский, Северо-Кавказс¬
кий, Крымский), не получили ни одной директивы, регулировав¬
268

шей воспитательно-идеологическую работу с ними. Между тем
уже первый опыт комплектования новых соединений кавказски¬
ми контингентами выявил их специфические особенности, серь¬
езно замедлявшие процесс боевой подготовки и снижавшие их
результаты. Показательна реакция Мехлиса по этому вопросу.
Фактически руководя войсками Крымского фронта в феврале —
мае 1942 г., он искал и, как правило, находил паллиативные меры
в виде перестановок в частях по национальному составу и изъя¬
тию кавказцев из боевых частей.
Ведущая роль в формировании воспитательной политики
принадлежала политическим органам кавказских фронтов и
партийным организациям кавказских национальных республик.
Идеологическую основу этой политики строило партийное руко¬
водство республик. Отправным пунктом в этой работе служили
главные идеологемы сталинской национальной политики: равен¬
ство народов СССР, при старшинстве русского народа, прогресс
нерусских народов в советский период их истории и их неруши¬
мая братская дружба.
Вопрос о выработке особой линии в работе с бойцами нерус¬
ских национальностей встал после сентябрьских 1941 г. совеща¬
ний с участием членов Военного совета Закавказского фронта и
республиканских военкомов, выявивших крупные недостатки в
этой области. В октябре бюро ЦК всех трех закавказских компар¬
тий подготовили и приняли развернутые постановления, направ¬
ленные на укрепление дисциплины, повышению обучаемости
кавказских контингентов1095 . В числе прочих большая роль отво¬
дилась укреплению боевого духа красноармейцев. Во фронтовой
и республиканской прессе начались публикации на нацио¬
нальную тематику. Их можно подразделить на несколько под¬
групп.
К первой относились публикации по современной советской
истории кавказских народов. Их целью являлась демонстрация
успехов социалистического пути развития кавказских республик.
Ко второй относились статьи по истории народов Кавказа.
Упор делался на периоды борьбы за национальную независи¬
мость.
К отдельному направлению можно отнести публикации, де¬
монстрировавшие дружбу народов Кавказа.
Только с началом битвы за Кавказ можно говорить о инсти¬
туционализации образа кавказца-воина. Причем на Северном
Кавказе, ставшем театром военных действий, этот процесс шел
269

быстрее, чем в Закавказье. Немалое значение здесь сыграли яр¬
кие художественные образы, созданные Ильей Эренбургом, Ге¬
оргием Леонидзе, Петром Павленко, Виталием Закруткиным,
широко растиражированные региональной и фронтовой прессой.
Расчет строился на противопоставлении красивому и гордому гор¬
цу отвратительного образа немца-оккупанта — «безмозглого кол¬
басника» с «квадратной головой». В данном случае был исполь¬
зован расистский прием гитлеровской пропаганды, отказывавшей
противнику в звании полноценного человеческого существа.
Широко использовались негативные анималистские образы («зве¬
ри», «скоты», «волки», «прусские шакалы», выпускающие свои
«отравленные когти» и т.д.) Звериную сущность врага подчерки¬
вали факты бесчинств гитлеровцев в горских селениях. Для пу¬
щей убедительности, эти факты засвидетельствовали горские ста¬
рейшины, которых привозили на места трагедии.
Начало эскалации милитаристских и националистических
настроений горцев в прессе и устной пропаганде было положено
обнародованием обращения старейшин Кабардино-Балкарии и
Чечено-Ингушетии к народам Северного Кавказа по поводу
зверств оккупантов в кабардинском селении Кызбурун-I, азатем
митингами народов Закавказья 7 августа, Северного Кавказа 13
августа и горской молодежи 26 августа.
Образ горской воинственности включал в себя как общий на¬
бор положительных человеческих качеств — смелость, решитель¬
ность, верность, — так и специфический пласт, обычно припи¬
сываемый горцу: гордость, неподкупность, свободолюбие. Исполь¬
зовались такие традиционные элементы кавказско-мусульманской
ментальности, как кровная месть, круговая порука, священная
война против неверных (газават или джихад), долг воина перед
родителями, трепетное отношение к женщинам в противовес на¬
силию над ними немцев1096 . Очевидно стремление направить эти
качества в нужное русло. Например, чеченец, наделенный эпи¬
тетом «свободный из свободных» — это «сын советского народа,
не терпевший никогда над собой никакого хозяина...». Поэтому
«немцы скоро почувствуют ваш (чеченцев. — А.Б.) удар — удар
“мюридов революции”»1097 . Впервые исламская терминология
подверглась секуляризации в годы Гражданской войны. Эклек¬
тичные «мюриды революции» были озвучены легендарным геро¬
ем Гражданской войны чеченцем Асланбеком Шериповым
(«Мы докажем, что мы не мюриды газавата, но мюриды револю¬
ции'.»). В годы Отечественной войны этот процесс продолжился с
270

новой силой. Тема газавата за советскую родину получила офи¬
циальную поддержку и неоднократно озвучивалась мусульманс¬
ким духовенством. По замечанию А.А. Нуруллаева, «советский
режим разрешал... популяризировать идею о войне против гитле¬
ровской Германии как войне за мусульманскую веру»1098 .
В то же время непосредственно в воинских частях политорга¬
ны не поощряли распространение религиозных (как мусульман¬
ских, так и христианских) представлений среди военнослужащих.
Автором не обнаружено ни одного свидетельства какой-либо под¬
держки армейскими воспитательными органами религиозных
обращений, поступавших из тыла и вообще сколько-нибудь се¬
рьезного отношения к религиозности воинов Красной армии.
Религиозная пропаганда была предназначена для агитации при¬
зывников и военнообязанных в тылу, как фактор, усиливавший
эффект традиционной советской пропаганды, и прекращалась с
отправкой их на фронт.
Поощрялись воинственные представления, ведущие корнями
к родовому обществу и язычеству. Историк Б.З. Плиев свидетель¬
ствует о культивировании у осетин нартских воинских обычаев:
клятва перед родом (лаузганан) и торжественный проход воина
сквозь строй обнаженных сабель, использование нартских цен¬
ностей, таких как отвага в бою, воздержание в пище и уважение к
женщине1099.
Комплекс исторических героических символов и персонажей
во время войны стал основой для генерации новых героев, рож¬
денных текущей войной. Все без исключения Герои Советского
Союза обретали национальную славу и широко пропагандирова¬
лась. Уже в годы войны о них складывались песни, их именами
называли топографические объекты и военную технику.
Обращает на себя внимание, что развернутая в августе 1942 г.
пропагандистская кампания, адресованная специально северо-
кавказским горцам, ориентировала их прежде всего на партизан¬
скую борьбу, оборону гор — «своего края», — но не на вступле¬
ние в ряды Красной армии. По важности стоящих перед ними за¬
дач они не уступали тем горцам, которые уже находились в рядах
действующих войск: «Будем уничтожать фашистских людоедов,
как уничтожают их на фронтах Отечественной войны героичес¬
кие сыны Дагестана...»1100 В ответ на известие о зверской распра¬
ве фашистов над жителями селения Кызбурун-I газета своеобраз¬
но взывала к мести: «Вдвое, втрое напряженнее работать, чем вче¬
ра и сегодня»1101. Для северокавказских народов такая форма
271

патриотизма развивалась на фоне ширившегося антисоветского
повстанческого движения в горах, уголовного бандитизма, при¬
остановки призыва в армию в северокавказских республиках, а
также увольнения в запас чеченцев и ингушей. Вскоре ряду наро¬
дов, выселенных со своей исторической родины, было вовсе от¬
казано в патриотизме.
Дистанция между пропагандистскими лозунгами и реальной
оценкой ситуации их создателями порой была очень велика. Так,
7 ноября 1942 г. Военный совет Северной группы (Масленников,
Фоминых, Грушевой) в армянской газете «Коммунист» поздра¬
вил ЦК КП(б) и армянский народ с юбилеем Октября, заверив,
что «сыны армянского народа храбро дерутся на фронтах Отече¬
ственной войны»1102. Почти одновременно Военный совет Север¬
ной группы во главе с генералом Масленниковым ходатайство¬
вал перед Верховным Главнокомандующем о переформировании
89-й армянской дивизии, а на момент составления этого посла¬
ния дивизия была отведена в тыл как небоеспособная и неустой¬
чивая. Точно так же Мехлис во время крымской кампании всеми
способами старался избавиться от кавказцев в боевых частях и
одновременно восхищался их высокими боевыми качествами в
закавказской прессе.
Развитие национал-патриотических идеологем в союзных рес¬
публиках в первые годы войны шло без серьезного вмешательства
центральных идеологических органов. Управление агитации и
пропаганды ЦК ВКП(б) и Главное политуправление РККА огра¬
ничивались общими рекомендациями в адрес ЦК нацкомпартий
и политуправлений фронтов1103. Между тем война способствова¬
ла росту национального самосознания народов СССР. Исследо¬
ватель национальной политики Советского государства Г.В. Ко-
стырченко определил его как «стихийный национализм»1104. Пос¬
ледний выразился в акцентировании в национальной пропаганде
места в войне собственной нации и ее героической истории. В то
же время центральные установки общегосударственной идеоло¬
гии — дружба народов СССР и ведущая роль русского народа —
отодвигались на задний план. Уже в конце 1942 г. в пламенной
статье «Кавказ борется!» грузинского писателя Г. Леонидзе не
было ни одного упоминания о приоритете русских в вооружен¬
ной борьбе с фашизмом1105.
В последний период войны центральные власти стали прояв¬
лять беспокойство по поводу сложившейся в национальных ре¬
гионах ситуации. Современные авторы наиболее показательной
272

в этом плане считают дискуссию между ведущими историками
страны, проходившую в 1943—1944 гг. и закончившуюся разгромом
«антирусской», по мнению руководителя Агитпропа Г.Ф. Алек¬
сандрова, монографии «История Казахской ССР с древнейших
времен до наших дней», редактором которой была заместитель
Института истории АН СССР А.М. Панкратова. В книге крити¬
ковалась завоевательная политика царизма в Средней Азии, де-
факто реабилитированная Сталиным еще накануне войны в ста¬
тье «Внешняя политика русского царизма». Высказывания
партийных функционеров, стоявших у руля государственной иде¬
ологии, однозначны: «Всеми признано, что русский народ при¬
ходится старшим братом в семье народов Советского Союза»1106.
Почти одновременно резкой критике Александрова и прорусски
настроенных историков подверглись татарские историки за по¬
пуляризацию эпоса татар «Идегей».
Весной 1944 г. свои претензии к военным пропагандистам
сформулировал начальник Главного политуправления А.С. Щер¬
баков. Говоря об «идейно-политических ошибках» в работе фрон¬
товой прессы на языках народов СССР, он отмечал, что отдель¬
ные газеты, «показывая на своих страницах боевые действия и
героизм бойцов той национальности», на языке которой издает¬
ся газета, не уделяют должного внимания, с одной стороны,
«разъяснению ведущей роли русского народа в Отечественной вой¬
не», с другой — «недостаточно показывают другие народы СССР,
рука об руку ведущие борьбу против общего врага...»1107 В поздра¬
вительной телеграмме Военного совета Закавказского фронта по
поводу трехлетия 349-й грузинской по составу стрелковой диви¬
зии (август 1944 г.) в исходный вариант: «В течение многих меся¬
цев на Северном Кавказе дивизия имела честь вместе с другими
соединениями Красной армии сдерживать бешеный натиск и гро¬
мить гитлеровские полчища» рукой члена Военного совета гене¬
рал-майора Ефимова была внесена фраза «во главе с русскими
патриотами»1108. В 349-й дивизии проверкой в конце 1944 г. было
также зафиксировано, что «забыта пропаганда любви к великому
русскому народу. Нет даже лекции на эту тему». Русский офи¬
цер этой дивизии сообщал, что грузинский национализм в ди¬
визии достиг таких масштабов, что «довоенные национальные
дивизии — это еще цветочки»1109.
Сам национальный статус кавказских дивизий для некоторых
руководящих работников в конце войны стал раздражающим фак¬
тором. Так, в феврале 1945 г. начальнику штаба 13-го стрел ково-
273

го корпуса из штаба 45-й армии было заявлено: «Вторично сооб¬
щаю, что в составе 13 с[трелкового] к[орпуса] национальных со¬
единений нет. Если 392-я стрелковая дивизия в преобладающем
большинстве укомплектована сержантским и рядовым составом
грузинами, то это не значит, что она должна считаться нацио¬
нальным формированием»1110. Трудно представить, какими еще
основополагающими критериями должны были обладать нацио¬
нальные формирования, чтобы считаться таковыми. Тем более
что 392-я стрелковая дивизия прежде, с 1942 г., официально име¬
новалась национальной.
Практика межнационального общения в среде личного соста¬
ва в частях Красной армии также в течение войны претерпела се¬
рьезные изменения. В исторической литературе существует твер¬
дое убеждение о крепкой дружбе между военнослужащими Крас¬
ной армии разных национальностей. Этот тезис пришел из
советской историографии и с тех пор не подвергался проверке.
Между тем трудно представить, что многочисленные специфичес¬
кие проблемы (языковой барьер, культурно-ментальные и рели¬
гиозные различия), сопровождавшие процесс становления частей
с участием представителей кавказских национальностей, не мог¬
ли не отразиться на такой тонкой области человеческих отноше¬
ний, как сфера межнационального общения. Тем более что в пер¬
вые месяцы войны практике общения русскоязычных бойцов и
командиров с кавказцами, а также между представителями раз¬
личных кавказских национальностей, воспитательными органа¬
ми оказывалось недостаточное внимание. Поскольку большин¬
ство командиров в кавказских по составу подразделениях были
славянами, то в отсутствие должной воспитательной помощи со
стороны политсостава создавалась почва для разного рода нега¬
тивных явлений в виде национального размежевания в воинском
коллективе, межнациональной напряженности и проявлений на¬
ционализма. В течение осени 1941 г. (20 октября и 6 ноября) на¬
чальник политуправления Закавказского фронта Соломко издал
две директивы, предписывавших немедленно реагировать на про¬
явления настроений великодержавности и строго наказывать их
носителей. Одновременно требовалось усилить работу по пропа¬
ганде дружбы народов СССР, «сталинской национальной поли¬
тики». Особо подчеркивалась важность создания положительно¬
го пропагандистского образа бойца-национала через активное
знакомство всего личного состава с героями текущей войны из
числа нерусских национальностей (в директиве от 20 октября упо¬
274

минались грузины Ситаташвили и Цурумия, армянин Григорь¬
ян, азербайджанец Тагуров)1111. Однако эта программа, как и про¬
чие долговременные воспитательные мероприятия, не была до
конца реализована из-за участия Кавказского фронта в Керченс¬
ко-Феодосийской десантной операции.
Ценным свидетельством по проблеме налаживания межнаци¬
ональных отношений в первые месяцы войны является большое
частное письмо старшего политрука Х.Д. Ширинова на имя М. Ба¬
гирова, датированное 14 июля 1942 г. Судя по стилю и содержа¬
нию документа, X. Ширинов был грамотным и высококультур¬
ным политработником. Всю крымскую кампанию он прошел на
разных руководящих должностях в 404-й стрелковой дивизии сме¬
шанного национального состава. Автор письма подчеркивал, что
еще в тылу «вопрос об интернациональном воспитании являлся
самым слабым местом нашей работы»1112. По словам Ширинова,
«молодые лейтенанты... к националам относились очень плохо.
Они обвиняли колхозников... в том, что якобы они нарочно не
говорят по-русски, называют их “елдашами”»1113. Этот термин,
означающий в тюркских языках “товарищ”, “друг”, неожиданно
приобрел оскорбительную семантику.
Пока сформированные на Кавказе дивизии находились в ме¬
стах своей постоянной дислокации, эти проблемы не проявлялись
остро. В условиях же фронтовых, когда командиры лично отве¬
чали за выполнение поставленной задачи и находились под по¬
стоянным давлением начальства, получая слабо обученное и не
владевшее русским языком пополнение, они выражали свое не¬
довольство. На специальные воспитательные мероприятия в от¬
ношении кавказцев времени не оставалось.
Формировались устойчивые негативные штампы восприятия
красноармейцев кавказских национальностей. Старший полит¬
рук Ширинов сообщал Багирову: «Когда мы отступали из Фео¬
досий (в январе 1942 г. — А.Б.), то говорили: “Феодосию сдали
елдаши”. А на самом деле, когда эти “елдаши” одними винтовка¬
ми, без пищи и боеприпасов, воевали еще на горах Феодосии, ко¬
мандование дивизии находилось уже в Керчи»1114. Точно такое же
мнение бытовало и после сдачи советскими войсками Керчи в мае
1942 г., хотя усилиями Мехлиса к этому времени удельный вес
кавказцев в частях Крымского фронта был сведен к минимуму.
В документах зафиксированы случаи, когда русские коман¬
диры стремились скорее «израсходовать» прибывшее пополнение
из состава нерусских бойцов, чтобы получить другое. Командир
275

одной из кавалерийских частей Южного фронта в апреле 1942 г.
цинично заявил: «Пусть их давят танки и расстреливает против¬
ник, тогда скорее уедем в тыл на формирование. Казаков и рус¬
ских нам нужно сохранять, они нам пригодятся»1115. Комполка без
подготовки отправил 300 человек пополнения в бой, в результате
чего много людей погибло1116.
На подобные очевидные преступные акты политические орга¬
ны и особые отделы НКВД (позднее — СМЕРШ) немедленно и
жестко реагировали. Упомянутый командир кавалерийского пол¬
ка был арестован и предан суду военного трибунала. «Бытовой»
же национализм существовал без серьезных препятствий. Между
тем насмешки, унизительные клички («африканцы»1117, «елда-
ши»1118, «чернозадые»1119, «чучмеки»1120), ксенофобское противо¬
поставление славян кавказцам («пятнадцать украинцев разобьют
вас всех и уничтожат весь полк»1121) значительно ослабляли един¬
ство воинского коллектива. X. Ширинов подчеркивал, что во вре¬
мя крымской кампании это «создало антагонизм между русски¬
ми и кавказцами, сеяло недоверие между ними»1122. Иногда в трав¬
ле кавказцев участвовали даже политработники. Здесь уместно
вспомнить ленинскую фразу: «Поскрести иного коммуниста —
и найдешь великорусского шовиниста». Подтверждение этому
прозвучало на Совете военно-политической пропаганды при
ГлавПУРККА, проходившем летом 1942 г. Один из политработ¬
ников так резюмировал опыт работы с военнослужащими кавказ¬
ских национальносей: «Мы оказались в этой работе не подготов¬
ленными, не знали, что работа с ними вызовет ряд особенностей...
Оказалось, что некоторые наши политработники начали работу
с мата. А нужно было знать, что обругать человека кавказской на¬
циональности, это значит нанести ему оскорбление, унизить его
достоинство, это значит — кровная месть. А наши низовые по¬
литработники не понимают этого: раз русского человека обруга¬
ет матом и ничего от этого не получается, то почему и другого не
обложить. Затем наши политработники стали распространять
[слухи], что они не знают русского языка, что с ними трудно ра¬
ботать, они ничего не понимают, забывая о том, что, рассуждая
таким образом, они отталкивают от себя людей, а не привлека¬
ют»1123 .
Большинство случаев национальной напряженности в частях
Красной армии относились к взаимоотношениям русских воен¬
нослужащих и кавказцев. Причем первые, как правило, являлись
командирами, вторые — рядовыми красноармейцами и младши-

ми командирами. Это указывает на то, что в основе конфликтов
лежали прежде всего проблемы организации многоязычного по
составу военного коллектива. Межнациональный конфликт яв¬
лялся побочным продуктом организационных неурядиц.
С приобретением боевого опыта недавними новобранцами с
Кавказа, ростом их боевого мастерства эти конфликты теряли под
собой почву, исчерпывали себя. Например, в донесении началь¬
ника политотдела 417-й стрелковой дивизии от 4 мая 1944 г. о бой¬
цах нерусской национальности сообщалось, что «все они владе¬
ют русским языком, не раз участвовали в боях и фактически ни¬
чем не отличаются от остального состава подразделений», в связи
с чем какой-то специальной воспитательной работы с ними вес¬
ти не требуется1124.
Русские писатели-фронтовики, чьи произведения заслужили
уважение читателей жизненной правдой, нарисовали яркие кар¬
тины рождения настоящих воинов из новобранцев нерусских на¬
циональностей, приходивших на фронт растерянными и неуме¬
лыми. Таковы, например, казах Талгат Виктора Астафьева из ро¬
мана «Прокляты и убиты» или герои знаменитой панфиловской
дивизии, сформированной в Алма-Ате, в книге Александра Бека
«Волоколамское шоссе».

ГЛАВА 14
КАВКАЗСКИЕ ВОИНЫ
НА ИДЕОЛОГИЧЕСКОМ ФРОНТЕ
Руководящим органом партийно-политической работы в вой¬
сках являлось Главное политическое управление РККА, началь¬
ник которого имел статус заместителя наркома обороны. Нака¬
нуне войны на эту должность был назначен армейский комиссар
1 ранга Л.З. Мехлис, а с июня 1942 г. его сменил секретарь ЦК
ВКП(б) А.С. Щербаков. На фронтах политической работой в вой¬
сках руководили члены военных советов фронтов и начальники
политуправлений. Организационная структура политорганов в
течение войны постоянно совершенствовалась. Они состояли из
управлений и отделов, занимавшихся конкретными направлени¬
ями партийно-политической работы: организационно-инструк¬
торского, пропаганды и агитации, кадров, комсомольской рабо¬
ты, спецпропаганды, печати, партучета и др.
В самом начале войны, 16 июля 1941 г., был возрожден ин¬
ститут военных комиссаров (в ротах, батареях — политруков). Это
решение мотивировалось необходимостью расширить и углубить
партийно-политическую работу в войсках, помочь командиру в
организации боевой деятельности своей части. В октябре 1942 г.
этот институт был упразднен. Важной опорой для штатных по¬
литработников были первичные партийные и комсомольские
организации, создававшиеся во всех низовых армейских струк¬
турах — ротах и батареях. Коммунисты и комсомольцы считались
становым хребтом воинского коллектива. Поддержание органи¬
зационной структуры и постоянный рост партийных и комсо¬
мольских организаций в армии являлись одними из главных обя¬
занностей руководителей армейских политорганов. Нормальным
считалось, когда партийно-комсомольская прослойка колебалась
в пределах 15—20 % от всего личного состава, хотя иногда она до¬
стигала 40—50 %. Только за первый год войны количество ком-
278

мунистов в Красной армии выросло втрое (две трети этого роста
дали мобилизации коммунистов в армию, одну треть — прием в
партию в частях) и составило 1312 тыс. чел. Количество первич¬
ных партийных организаций также почти утроилось1125.
В каждом подразделении с небольшими группами бойцов ра¬
ботали агитаторы, подбиравшиеся из числа коммунистов и «бес¬
партийных большевиков». Агитаторская сеть охватывала весь без
исключения личный состав, и поддержание ее стабильности яв¬
лялось одной из важнейших задач политорганов.
Кроме того, в разное время, особенно в начале войны, ис¬
пользовались разные способы усилить политико-пропагандист¬
ское воздействие на красноармейцев. Особенно инициативен был
Л. Мехлис, отличавшийся приверженностью к архаичной, но
броской революционной практике, основанной на импровиза¬
ции. Так, в начале войны интенсивно формировались коммуни¬
стические роты и батальоны. Военный непрофессионализм здесь
компенсировался большевистской дисциплиной и решимостью
личного состава. Схожие цели — подъем морально-политического
настроя подразделений — преследовало и насыщение их «полит¬
бойцами». Последние, выполняя обязанности обычных солдат,
должны были еще непрерывно вести боевую агитацию.
Координация деятельности политорганов в частях возлага¬
лась на инструкторов пропаганды политуправлений фронтов и
политотделов армий. Они постоянно посещали войска. Матери¬
алы инспекций инструкторов политуправлеий, отложившиеся в
фондах политорганов армейского и фронтового звеньев, содер¬
жат обширную и достоверную информацию о состоянии партий¬
но-политической работы и дисциплинарной статистике в частях
и соединениях.
В то же время многие политорганы были поражены бюрокра¬
тией, за счет многочисленных мобилизаций коммунистов из тыла
имели раздутые штаты. По словам начальника оргинструкторс-
кого отдела ГлавПУРККА дивизионного комиссара Пронина,
июль 1942 г.: «Многие комиссары и политорганы утонули в бу¬
мажном море (в этом виновно и ГлавПУРККА)... Этим политот¬
дельцам работать некогда: успевай писать... Подобное положение
с писаниной характерно для всех звеньев политаппарата, начи¬
ная от ГлавПУРККА и кончая комиссаром части»1126.
Одной из острейших и до конца не решенных в годы войны
проблем, серьезно сказывавшихся на качестве воспитательной ра¬
боты в частях с участием кавказцев, была кадровая проблема. Еще

после расформирования национальных дивизий в 1938 г. Закав¬
казский военный округ утратил практически весь кадровый со¬
став политработников кавказских национальностей — они были
переведены в западные округа и в большинстве своем выбыли из
строя в первые же месяцы войны. К тому же, как и весь корпус
советских командиров, они подверглись опустошительной «чис¬
тке» 1937—1938 гг. К середине 1939 г., когда волна террора схлы¬
нула, на руководящих постах политаппарата кавказских военных
округов оказались молодые выдвиженцы, имевшие малый опыт
работы. Обычно на должности комиссаров полков выдвигались
политруки рот и батарей1127. Политуправлением Закавказского
округа руководил недавний комиссар полка1128. В начале войны,
когда началось мобилизационное развертывание войск, пробле¬
ма замещения должностей кадровыми политработниками много¬
кратно обострилась. Решениями центральных комитетов и обко¬
мов партии в армию направлялись руководящие партийные ра¬
ботники, которым немедленно присваивались воинские звания.
Однако они не имели военных навыков. Острейшая кадровая про¬
блема ставила под угрозу срыва любое хорошее начинание.
Нехватка квалифицированных специалистов кавказских на¬
циональностей очень остро ощущалась на уровне политотделов
армий и групп войск, в связи с чем политотделы национальных
дивизий оставались без опеки вышестоящих органов. Русские
политначальники не всегда учитывали специфику национальных
формирований. Так, политотдел 44-й армии в период, когда она
состояла почти полностью из национальных дивизий, зимой
1942—1943 гг. возглавлял бригадный комиссар Долин — соглас¬
но характеристике вышестоящего начальника, «неплохой комму¬
нист», но малоопытный руководитель1129. Долин совершенно не
реагировал на бедственное положение национальных дивизий и
распространение националистических настроений среди русских
командиров, пока в ситуацию не вмешался Военный совет фрон¬
та. Как правило, политработники кавказских национальностей
вводились в эти органы лишь после резкого падения дисципли¬
ны среди военнослужащих-кавказцев.
Кадровая проблема усугублялась часто неправильным исполь¬
зованием политработников. По выражению одного из них, этот
«вечно старый и вечно новый вопрос» стал настоящим бедствием
армии1130. Многократно критиковавшееся ГлавПУром «толкаче-
ство», когда работники политаппарата делегировались командо¬
ванием в тылы, способствуя скорейшему прохождению грузов,
280

пополнения для дивизии и проч., из-за хронической недостатка
тыловых начальников было трудноискоренимым делом. С другой
стороны, политработники нередко втягивались в собственно бо¬
евую работу, участвовали в оперативном планировании и руко¬
водстве боевыми действиями, т.е. выполняли собственно коман¬
дирские функции. Впрочем, по заключению специалиста поли¬
тотдела одной из армий Закавказского фронта Г. Акопяна, «если
учесть, что заниматься оперативными делами, хозяйственными
вопросами гораздо легче, чем собственно партийно-политичес¬
кой работой, то будет понятно, почему наши политработники ча¬
сто сбиваются на это дело...»1131 При таком подходе к делу полит¬
работники старались «всячески отмахнуться» от такого «назой¬
ливого» и сложного вопроса, как работа с личным составом
нерусской национальности, — подчеркивал Г. Акопян1132.
Усилия руководящих политических органов были направле¬
ны на постоянное совершенствование квалификации политработ¬
ников. Часто проводились армейские и фронтовые слеты, семи¬
нары политработников, на которых они делились друг с другом
опытом воспитательной работы. В целях популяризации опыта
лучших работников материалы таких слетов всегда публиковались
во фронтовой прессе. Особенно интенсивной обобщающая ана¬
литическая работа стала в 1943—1945 гг. В документах политот¬
делов за этот период часто встречаются аналитические доклады,
именовавшиеся «Опыт такого-то» или «Результаты работы тако¬
го-то».
Личные качества политического руководителя, его реши¬
мость, авторитет играли огромную роль. В одной из лучших ди¬
визий Закавказского фронта, преобразованной после обороны
Кавказа в гвардейскую — 176-й — таких политработников было
немало. Во время трехдневных боев в окружении комиссар тре¬
тьего батальона старший политрук Мироненко стал надежным
помощником своему командиру, личным мужеством воодушев¬
лял солдат. Батальон пять раз поднимался в рукопашную атаку и
опрокидывал врага. Все это было результатом долгой и кропот¬
ливой работы Мироненко с личным составом, мобилизации им
всех партийно-комсомольских сил1133. Заместитель командира по
политчасти третьего батальона 109-го Краснознаменного стрел¬
кового полка батальонный комиссар Вислогузов всегда находил¬
ся на передовой на виду у своих бойцов, подменял командира в
случае необходимости1134. В составе 176-й стрелковой дивизии
сражалось немало кавказцев.
281

Очень плодотворным в годы Великой Отечественной войны
стало теснейшее сотрудничество армейских и гражданских
партийных органов. Не будет преувеличением утверждение, что
едва ли работа армейских политорганов достигла серьезных ус¬
пехов без участия гражданских партийных организаций. Масш¬
табы и всесторонность помощи, которую оказывали армии прежде
всего мощные партийные организации закавказских союзных рес¬
публик, впечатляют, а перечисление только наиболее значимых
мероприятий заняло бы много страниц. При колоссальной на¬
грузке по подготовке резервов, которая Ставкой была возложена
на кавказские фронты и округа, их политуправления не имели
объективных возможностей обеспечить воспитательный процесс
во вновь сформированных соединениях. Особенно остро эта про¬
блема стояла в первый период войны. Помощь центральных ко¬
митетов и обкомов кавказских партийных организаций оказалась
своевременной и необходимой.
В ответ на просьбы военных советов фронтов и армий кавказ¬
ские партийные организации непрерывно делегировали из своих
рядов политработников. Едва ли не в каждом протоколе заседаний
бюро республиканских ЦК закавказских республик и обкомов се¬
верокавказских автономий встречаются обширные списки ответ¬
ственных политработников, направлявшихся партией на фронт.
Все издательские и типографские возможности республик были
переориентированы на фронтовые нужды. Дивизиям с преимуще¬
ственно кавказским личным составом передавались готовые ре¬
дакторские коллективы и типографское оборудование. Большим
потоком в войска шла печатная продукция — от ежедневных га¬
зет до целых библиотек. Очень эффективными были поездки на
фронт республиканских делегаций, возглавлявшихся секретаря¬
ми ЦК и обкомов, членами правительства и прочими высокопо¬
ставленными чиновниками. В состав делегации входили извест¬
ные деятели культуры, искусства, творческие коллективы.
Таким образом, войска были пронизаны разветвленной сетью
политорганов, что обеспечивало непрерывное и интенсивное про¬
пагандистко-агитационное воздействие на весь личный состав. Их
задачей являлось воспитание боевой стойкости, отваги, повыше¬
ние воинского мастерства, укрепление дисциплины, готовности
пожертвовать собой во имя защиты Родины, стремления во что
бы то ни стало выполнить приказ командира. При этом политор¬
ганы нацеливались на постоянное совершенствование форм и
методов работы с личным составом в боевой обстановке, предос¬
282

терегались от применения необоснованных репрессий, формализ¬
ма и обезличивания в работе с личным составом.
Воспитательная работа велась в условиях боевой обстановки,
которая определяла ее успешность и корректировала ее развитие.
В первые годы войны эта обстановка, как правило, была небла¬
гоприятной. Вновь сформированным соединениям со слабо обу¬
ченным составом приходилось вести тяжелые оборонительные
бои. Это снижало эффективность воспитательной работы и ста¬
новилось причиной отрицательных явлений в дисциплинарной
практике. В работе с таким своеобразным контингентом военнос¬
лужащих, как бойцы нерусских национальностей, эти недостат¬
ки, особенно в первые годы войны, были наиболее заметны. Же¬
сткий централизм в работе партполитаппарата становился при¬
чиной нередких пробуксовок, проявлений формализма и
равнодушия в работе, недостатка гибкости и инициативы. Сте¬
пень эффективности политико-пропагандистской работы в нема¬
лой степени определяли типичные черты функционирования армей¬
ского политаппарата.
Важной особенностью партийно-политической работы был
кампанейский принцип ее организации. Распоряжения о развер¬
тывании кампаний исходили из Главного политуправления
РККА, Генеральную идеологическую линию, как и ее изменения,
вдохновлял и идейно наполнял сам Сталин. Как правило, про¬
граммные заявления вождя обнародовались в его публичных вы¬
ступлениях и в праздничных приказах НКО к 23 февраля, 1 мая и
7 ноября. Достаточно равномерное распределение праздников в
течение календарного года позволяло подвести итог за истекший
период времени и наметить программу на будущее, тем более что
даты удобно совпадали с началом военных кампаний: весенней,
летне-осенней, зимней. Совокупность публичных приказов НКО
с передовицами «Правды», «Известий» и «Красной Звезды», от¬
ражавших пропагандистские усилия Управления агитации и про¬
паганды ЦК и Главного политуправления РККА, а также публи¬
каций выступлений лидеров советского государства: В.М. Моло¬
това, М.И. Калинина, авторитетных деятелей культуры и военных
журналистов (К. Симонова, И. Эренбурга, А. Толстого и др.) дает
полную картину развития советской пропаганды. На их разъяс¬
нение личному составу направлялись все усилия пропагандистов
и агитаторов, армейской прессы.
Кампанейский характер пропагандистской работы нередко
оборачивался формализмом, отвлекал политаппарат от задач по¬
283

вседневной жизни части. При появлении очередной директи¬
вы из Москвы работа над предыдущей, как правило, сворачи¬
валась независимо от степени ее освоения в войсках. И, напро¬
тив, некоторые документы, имевшие статус программных, про¬
должали интенсивно изучаться в войсках, даже безнадежно
устарев. Так было, к примеру, с приказами НКО № 55 от 23 фев¬
раля 1942 г. и 130 от 1 мая 1942 г., в котором Красной армии,
вдохновленной зимними победами, была поставлена задача до
конца года разгромить гитлеровскую армию и завершить войну.
Последовавшие вскоре за этим катастрофические поражения со¬
ветских войск в Крыму и под Харьковом, которыми немецкое
командование открыло летнюю наступательную кампанию, пе¬
речеркнули этот замысел. Однако в работе политико-пропаган¬
дистских органов приказ № 55 долго оставался основным про¬
граммным документом и использовался еще летом 1942 г., вы¬
зывая изумление у бойцов, которые своими глазами наблюдали
истинное положение дел. 28 июля 1942 г. его сменил приказ НКО
№ 227, чей призыв «Ни шагу назад!» был прямо противополо¬
жен прежнему.
Формальные, малосодержательные директивы начальства
имели следствием подчас безответственное отношение к работе,
когда «занятия ведутся “вообще” и только потому, что их по пла¬
ну нужно проводить»1135. Очень красноречивый пример приводил
работник политуправления Черноморской группы войск Закф¬
ронта, проверявший состояние политработы в одном из полков
20-й горно-стрелковой дивизии. Заместитель командира полка по
политчасти капитан Файнберг проводил красноармейское деле¬
гатское собрание, совершенно не подготовившись к нему. Ауди¬
тория, в свою очередь, не проявляла никакого интереса к обсуж¬
даемым вопросам, апатично наблюдая за происходящим. Файн¬
берг пытался «расшевелить» красноармейцев: «Ну что же, будем
сопеть или высказываться? Вы сюда не сопеть пришли»1136. Но в
политдонесении Файнберг написал: «Собрание прошло активно
на высоком идейном уровне»1137.
В относительно спокойной обстановке очевидная профана¬
ция вполне устраивала все инстанции. Однако она не выдержи¬
вала критики, когда в частях случались чрезвычайные ситуации,
падала боеспособность частей и проч. В этих случаях оценку по¬
литико-моральному состоянию личного состава давали другие
органы — командование, органы контрразведки, республиканс¬
кие партийные комиссии и т.д. В большинстве случаев результа¬
284

ты их расследований резко расходились с идиллическими карти¬
нами политотделов.
Несмотря на многочисленные трудности, постепенно полит¬
работники накапливали опыт воспитания и политической про¬
паганды среди бойцов кавказских национальностей. На фронтах
прежде всего южного крыла советско-германского фронта были
разработаны программы обучения русскому языку, тематика лек¬
ций и бесед на патриотические и интернациональные темы. Юж¬
ный фронт еще в первые месяцы войны принял большое количе¬
ство пополнений из числа коренного населения Кавказа и Сред¬
ней Азии. В июле 1942 г. здесь была издана брошюра П. Соина и
М. Густерова «Воспитательная работа среди бойцов нерусских на¬
циональностей (из опыта работы в частях Южного фронта)». На
примере одного из лучших полков фронта, сформированного из
шахтеров Донбасса, было показано, как заботливо и вниматель¬
но относились командиры, политработники и красноармейцы к
нерусскому пополнению. Вновь прибывшие бойцы не вводились
немедленно в бой. Выделялось 12 дней для их знакомства с час¬
тью и доподготовки. В полку имелся резерв нерусских политра¬
ботников. Бойцы немедленно вовлекались в жизнь части, стано¬
вились эпицентром всеобщего внимания. Такое отношение к не¬
русским красноармейцам быстро приносило положительные
результаты. Приводился пример 16-ти героев батареи лейтенанта
Оганова, в составе которой были русские, украинцы, армяне,
азербайджанцы, татары. Все они пали в бою с немецкими танка¬
ми, но не дрогнули1138.
Главное политуправление РККА включилось в процесс регу¬
лирования межнациональных отношений в армии только спустя
пятнадцать месяцев после начала войны. Это связано с личной
позицией начальника ГлавПУра Мехлиса, не признававшего
проблемны адаптации нерусских бойцов в частях Красной армии.
17 сентября 1942 г. была издана директива нового начальника
Главного политуправления А.С. Щербакова № 012 «О воспита¬
тельной работе с красноармейцами и младшими командирами
нерусской национальности». Этот документ известен исследова¬
телям, и отдельные его положения были опубликованы еще в со¬
ветской литературе. Директива ГлавПУ № 012 требует повышен¬
ного внимания, поскольку она на долгое время стала основой вос¬
питательной работы с военнослужащими нерусских националь¬
ностей. Начальник ГлавПУра признал, что специальная работа с
бойцами нерусских национальностей «имеет огромное полити¬
285

ческое значение». Между тем политорганы и военные комисса¬
ры «забыли, что у каждого из них есть родной язык, свои обычаи,
устоявшийся уклад национальной жизни, и стригут всех под одну
гребенку, не учитывая национальных особенностей». Отсюда —
рост чрезвычайных происшествий, членовредительств, дезер¬
тирств, фактов измены Родине со стороны «некоторой части крас¬
ноармейцев нерусской национальности». Щербаков приказал
всем политиорганам и комиссарам уделять работе с бойцами не¬
русских (прежде всего закавказских и среднеазиатских) нацио¬
нальностей первоочередное значение. Предписывалось иметь в
частях достаточное число агитаторов, владевших национальны¬
ми языками, организовать переводы и публикацию газет, листо¬
вок, брошюр, а также отдельных докладов и бесед на темы друж¬
бы народов СССР, расистской сущности нацизма. В пропаган¬
дистскую работу вводились конкретные примеры героизма на
фронтах текущей войны, проявленные красноармейцами нерус¬
ских национальностей. Особо была подчеркнута роль «великого
русского народа как старшего брата народов Советского Союза».
Отдельным пунктом воспрещались всякие проявления великорус¬
ского шовинизма, пренебрежения к нерусским военнослужащим;
предписано было всячески поощрять дружбу между солдатами
различных национальностей1139. В день выхода директивы Глав-
ПУ № 012, и независимо от этого события, Военный совет Зак-
фронта издал постановление о состоянии 223-й азербайджанской
стрелковой дивизии, подготовленное по итогам проверки диви¬
зии комиссией во главе с Багировым. С постановлением был оз¬
накомлен весь командно-политический состав фронта. Военный
совет требовал от него «беспощадно расправляться со всеми, кто
практикует или поощряет матерщину, рукоприкладство, оскорб¬
ление национальных чувств красноармейцев и принижает способ¬
ность азербайджанцев драться с врагом»1140.
Ситуация, однако, менялась медленно. Спустя месяц после
издания директивы № 012 начальник политотдела Северной груп¬
пы войск бригадный комиссар Надоршин отмечал, что повсеме¬
стно командование и партполитаппарат «все еще мало общаются
с бойцами нерусской национальности, плохо изучают их нравы
и обычаи, их запросы и требования», поэтому допускают в рабо¬
те с ними формализм, а порой и бездушие и грубость1141. Это обо¬
рачивалось снижением дисциплины в национальных частях, мас¬
совым распространением воинских преступлений. В первых же
боях из 89-й армянской и 392-й грузинской дивизий на сторону
286

врага перешло несколько сот человек1142. Из 223-й азербайджан¬
ской дивизии на марше дезертировало с оружием 168 человек1143.
Эти явления многократно увеличились зимой 1942—1943 гг., ког¬
да многие национальные дивизии были введены в бой. Это стало
причиной острого конфликта между военными советами Закав¬
казского фронта и его Северной группы войск по поводу боеспо¬
собности национальных дивизий и политической благонадежнос¬
ти бойцов кавказских национальностей. Комиссия Главного поли¬
туправления, направленная на Северный Кавказ в январе 1943 г.,
выявила поразительные факты. Оказалось, что «многие политра¬
ботники соединений и частей даже не знают (курсив мой. — А, Б.)
о существовании директивы ГлавПУ РККА № 012». Начальники
политотделов 89-й армянской, 223-й азербайджанской, 414-й гру¬
зинской стрелковых дивизий эту директиву «подшили к делу, но
до частей не довели, на партийных и комсомольских собраниях
не обсудили»1144.
Особое внимание отводилось интернациональному воспита¬
нию командного состава. В расчете на более высокий, чем у ря¬
довых солдат, культурный и образовательный уровень, тематика
просветительских лекций на офицерских политзанятиях о Кав¬
казе и его коренных народах была обширной. Немало тем было
посвящено героическому прошлому кавказских народов, их нра¬
вам и обычаям, борьбе кавказцев с гитлеровскими захватчиками.
Отдельно даже изучались биографии царских и советских гене¬
ралов кавказского происхождения1145. Тем не менее иногда неиз¬
бежные в любом коллективе профессиональные трения перехо¬
дили на национальную почву. Командиры миноритарной наци¬
ональности (в национальных дивизиях ими являлись русские) не
всегда могли адаптироваться в офицерском коллективе и искали
объяснение этому в национальной несовместимости. В декабре
1942 г. некоторые русские командиры штаба 414-й грузинской
стрелковой дивизии в разговорах жаловались на то, что русских
вытесняют1146. Острую форму и большой резонанс имел конфликт
русских и грузинских офицеров в 349-й стрелковой дивизии в
1944—1945 гг., в 223-й азербайджанской дивизии в 1943 г.1147
24 января 1943 г. была издана вторая и последняя директива
начальника Главного политуправления, посвященная воспита¬
тельной работе с нерусскими красноармейцами и младшими ко¬
мандирами. Директива констатировала полную запущенность в
работе с кавказскими военнослужащими, факты шовинизма, фор¬
мализм проводимых мероприятий, наконец, тяжелое материаль¬
287

но-бытовое положение бойцов. А. Щербаков потребовал у полит¬
работников немедленно покончить с проявлениями бездушия,
бюрократизма, возобновить борьбу с проявлениями великорус¬
ского национализма. «Первейшей обязанностью» политработни¬
ка, — подчеркнул он, — «является забота о бытовых нуждах бой¬
цов и командиров», ибо «политработники, оторванные от крас¬
ноармейских масс, не знающие их быта, запросов — не могут
иметь должного авторитета, не будут на практике душой своих
частей и подразделений, а вся партийно-политическая работа
может превратиться в болтовню»1148.
Директива ГлавПУ РККА № 01 была издана в наиболее кри¬
зисный период истории кавказских национальных формирова¬
ний, когда стоял вопрос о целесообразности их дальнейшего су¬
ществования, а политическая благонадежность и способность
кавказцев к защите родины с оружием в руках немалым числом
русскоязычных командиров подвергалась сомнению. Но перелом
в войне, произошедший после победы советских войск под Ста¬
линградом, коренным образом изменил и боевую судьбу воинов-
кавказцев.
После зимних боев 1942—1943 гг. личный состав нацио¬
нальных дивизий сильно поредел, устал, но возмужал и стал ос¬
новой при доукомплектовании дивизий весной и летом 1943 г.
«В результате проведенных боев в дивизии остался хороший кос¬
тяк как бойцов, так и командиров, получивших опыт», — конста¬
тировал комдив-320 полковник Зажигалов1149. Национальным
формированиям, вынесшим основную нагрузку тяжелейших трех¬
месячных наступательных боев и преследования врага, дана была
возможность отдохнуть. Соединения, введенные в бой вновь в
конце лета и осенью 1943 г., сразу положительно проявили себя,
вскоре заслужили на свои знамена ордена и получили почетные
наименования.
Для объяснения этой метаморфозы следует рассмотреть эво¬
люцию в течение войны факторов, определявших успешность
партийно-политической работы с красноармейцами, влиявших на
настроение и боевой дух бойцов.
Одним из важнейших среди них был уровень санитарно-бы¬
тового обслуживания и питания воинов. В первые годы войны по
объективным причинам он был повсеместно низким. Прямая вза¬
имосвязь между бытовыми условиями и боеспособностью войск
была вполне ясна командованию, что неоднократно подчеркива¬
ется в различных документах, в том числе и начальником Глав¬
288

ного политуправления1150. В апреле 1943 г. начальник политуп¬
равления Северо-Кавказского фронта образно показал ее так:
«Когда боец сидит... в необорудованном блиндаже... вроде робин-
зонов на одиноком острове, оторванные от внешнего мира, за¬
рождаются различные настроения, а враг этим пользуется»1151.
В этой связи отдельного внимания требует рассмотрение са¬
нитарно-бытовых условий в запасных частях Красной армии, в
которых начинали военную службу большинство призванных и
мобилизованных в ее ряды граждан. Русский писатель Виктор
Астафьев в романе «Прокляты и убиты» называет свой 21-й за¬
пасной стрелковый полк, в который он сам попал после призыва
в армию в 1942 г., «чертовой ямой». В книге со всей силой и бо¬
лью выдающегося писателя показаны подчас неимоверные усло¬
вия существования молодых бойцов. Некоторые из них за время
службы в запасном полку становились немощными инвалидами.
Запасные части и соединения Северо-Кавказского округа и
Закавказского фронта не составили здесь исключения. В первые,
самые сложные годы войны маршевые роты готовились в предель¬
но сжатые сроки в 30—35 дней, совершено недостаточные для пол¬
ноценной подготовки бойцов.
Закономерным результатом тяжелой ситуации, сложившей¬
ся в запасных частях, было низкое качество обучения бойцов во¬
енным дисциплинам. Маршевые подразделения, отправлявшие¬
ся на фронт из Закавказья, имели оценку «посредственно» и
«удовлетворительно». В то же время это были положительные
оценки, что позволяло приемным комиссиям заключать, что
«маршевые роты вполне подготовлены и готовы для отправки в
действующую армию для выполнения боевых задач»1152.
По мере перевода экономики страны на военные рельсы снаб¬
жение армии постепенно улучшалось. Уже в период освобожде¬
ния территории Северного Кавказа требования к санитарно-бы¬
товому обслуживанию войск существенно возросли. Среди доку¬
ментов стрелковых дивизий за период 1943—1945 гг. содержится
немало отчетов, справок и прочих материалов, отражавших со¬
стояние быта солдат. Уже в 1943 г. питание солдат значительно
улучшилось. Нормой стала подача на передовую горячей пищи и
горячего чая дважды в сутки и выдача сухого пайка с колбасой и
салом в обед. Меню стало разнообразным. Если этот режим не
выдерживался, работа снабженческих органов считалась неудов¬
летворительной1153. Точно так же оперативно ремонтировалось
или заменялбсь изношенное обмундирование1154. Если прежде
10 -4998
289

марши и преследования противника молодыми кавказскими ди¬
визиями надолго нарушали систему снабжения соединений и
многократно снижали уровень их боеспособности, то в последние
годы войны они почти не отражались на ней..Например, после
длительного марша 414-й грузинской дивизии в апреле 1944 г. уже
в первый же день сосредоточения на новом месте было организо¬
вано трехразовое горячее питание1155.
Коренным образом менялось отношение к бойцу как лично¬
сти. С конца 1942 г. был установлен порядок периодического от¬
дыха войск передней линии. Срок кратковременного отдыха в
прифронтовой полосе достиг шести дней. В течение этого вре¬
мени было предписано провести санитарную обработку людей
и одежды. Отдых должен был сочетаться с боевой подготовкой
(с 9 до 17 часов) — тактической, огневой, строевой и инженер¬
ной1156. Среди документов 89-й армянской стрелковой дивизии
за июнь 1943 г. обнаружена справка о результатах опроса свыше
1100 бойцов дивизии на предмет сбора их жалоб и предложений
по поводу бытового обслуживания. Красноармейцы высказали
свои пожелания об улучшении качества и разнообразия пищи,
высказали просьбы об оказании помощи своим семьям, попро¬
сили увеличить количество концертов, кинопоказов и прочих
культурных мероприятий. В предыдущие годы ничего подобного
данному опросу не проводилось.
Если старослужащие, закаленные в боях и привыкшие к фрон¬
товым невзгодам, не нуждались в повышенном внимании, то но¬
вое пополнение, прибывавшее в соединения, требовало особой
заботы. Именно на эту категорию военнослужащих, оказывав¬
шихся в чужом коллективе, а часто впервые участвовавших в бою,
приходилось наибольшее число чрезвычайных происшествий и
аморальных явлений. Постепенно утвердилась традиция торже¬
ственного приема пополнения, в ходе которого вновь прибывшие
бойцы знакомились с боевыми традициями соединения, коллек¬
тивом. Боец окружался заботой: немедленно по прибытии орга¬
низовывалась баня, питание, ремонт одежды и обуви. Когда по¬
зволяла обстановка, командиры и политработники лично знако¬
мились с ними. Бойцы, прибывавшие из госпиталей и имевшие
большой боевой стаж, нередко награждались приказом команди¬
ра дивизии1157. Практиковалось вручение лучшим красноармей¬
цам из числа вновь прибывших именного оружия погибших ге¬
роев дивизии. Такое, подлинно теплое, отношение к новому по¬
полнению способствовало его скорейшей адаптации в части и в
290

конечном итоге повышало ее боевые возможности. Например,
во 2-й гвардейской стрелковой дивизии за короткий срок более
50 % из числа пополнения были представлены к наградам1158.
Огромное значение в поддержании высокого боевого духа
бойцов имела система поощрений и награждений за проявлен¬
ные в бою мужество и доблесть. В начале войны наградная поли¬
тика представляла собой исключительно громоздкий механизм.
Отличившегося бойца или командира представлял к награде ко¬
мандир полка, представление утверждал комдив. Затем требова¬
лось заключение военного совета армии и приказ военного сове¬
та фронта. Только после этого военнослужащий получал награ¬
ду. Промежуток между совершением подвига и награждением
нередко растягивался на несколько месяцев, когда порой сам на¬
гражденный выбывал из строя части. Кроме того, награды разда¬
вались весьма скупо, только за подвиги, беспримерные по храб¬
рости. Поэтому даже наиболее активные в наградной политике
фронты (например, Западный или Брянский) имели к сентябрю
1941 г. лишь по 350—400 награжденных1159. Естественно, что про¬
пагандистский эффект от такого рода процесса был ничтожным,
хотя значение его было очевидным.
Постепенно громоздкая схема награждения стала упрощать¬
ся. С августа 1941 г. вручение наград производилось непосред¬
ственно в частях представителями военных советов фронта или
армии. В марте 1942 г. этим структурам было предоставлено пра¬
во самостоятельного награждения медалями СССР с последую¬
щим утверждением награждения Президиумом Верховного Сове¬
та СССР1160.
Тем не менее число награжденных бойцов и командиров по
отношению к представленным к наградам оставалось мизерным.
После девяти месяцев войны на многомиллионную армию име¬
лось лишь 40 тыс. награжденных. Ненормальность этой ситуа¬
ции была очевидна всем. Особенно остро ее переживали нацио¬
нальные политработники и руководство национальных респуб¬
лик, для которых факт награждения их земляков означал
признание советским государством усилий их народов в борьбе
с агрессором1161. Как видно из таблицы 11, воины кавказских на¬
циональностей награждались достаточно редко.
Наконец 10 ноября 1942 г. право награждения и орденами и
медалями отличившихся от имени Президиума Верховного Со¬
вета СССР было предоставлено командному составу вплоть до
командиров дивизий, бригад и полков1162. 21 июля 1943 г. было
291

Таблица 11
Сведения о награжденных орденами и медалями СССР
на 2 марта 1942 г.
Националь¬
ность
Звание Героя ССР
Орден Ленина
Орден Красного Знамени
Орден Красной Звезды
Медаль «За отвагу»
Медаль
«За боевые заслуги»
ВСЕГО
В % к общему числу на-
		граждсний
В % к населению
по переписи 1939 г.
Русских
95
765
7106
8815
6650
4369
27800
58,41
Украинцев
28
209
1910
2438
1652
1230
7497
16,56
Евреев
3
21
234
366
216
225
1065
1,78
Татар
2
6
114
123
124
122
491
2,54
Белорусов
2
35
323
410
294
185
1249
3,11
Грузин
—
10
71
76
72
39
268
1,33
Армян
—
5
53
73
27
30
188
1,27
Азербайд¬
жанцев
1
3
18
14
16
18
70
1,34
Казахов
—
3.
41
51
59
41
195
1,10
Чувашей
1
1
26
57
41
26
152
0,81
Латышей
—
7
61
59
16
9
152
—
Узбеков
—
1
20
25
32
14
92
1,08
Таджиков
—
4
1
3
7
3
18
0,72
Киргизов
—
1
4
3
5
5
18
0,52
Туркмен
1
—
4
3
2
1
И
Марийцев
—
1
10
9
13
5
38
Эстонцев
1
1
4
3
6
1
16
Литовцев
—
—
1
1
1
1
4
Лезгин
—
—
4
3
2
—
9
Кабардин¬
цев
—
—
5
3
3
3
14
Черкесов
—
—
—
—
1
2
3
Карачаев¬
цев
—
—
1
3
3
4
И
Чеченцев
—
—
4
3
3
2
11
58,4
Адыгейцев
—
1
3
5
1
3
13
16,6
Кумыков
—
—
1
2
—
—
3
292

Продолжение таблицы 11
Националь¬
ность
Звание Героя ССР
Орден Ленина
Орден Красного Знамени
Орден Красной Звезды
Медаль «За отвагу»
Медаль
«За боевые заслуги»
ВСЕГО
В % к общему числу на¬
граждений
В % к населению
по переписи 1939 г.
Лакцев
—
1
1
1
—
—
3
Даргинцев
—
—
—
—
—
1
1
Табасаран¬
цев
—
—
—
—
1
—
1
Ингушей
—
—
—
—
—
1
1
ИТОГО
136
1094
10228
12796
9448
6476
40178
Архив Института военной истории МО РФ. Ф. 169. Оп. 102. Д. 2.
Л. 54.
издано постановление Военного совета Северо-Кавказского
фронта о немедленном награждении бойцов и командиров, от¬
личившихся в боях. Было предписано не позднее суток награж¬
дать личный состав роты, первой ворвавшейся в окопы против¬
ника и обеспечившей успех других подразделений, орденами
Александра Невского, Красной Звезды, Отечественной войны и
медалями в зависимости от проявленной доблести1163. Комдив-
414 полковник Курашвили награждал отличившихся бойцов и
командиров прямо на поле боя. В дни наступательных операций
число награжденных многократно возрастало. Только за две не¬
дели боев на Тамани осенью 1943 г. орденами и медалями было
награждено 673 чел. Еще 82 человека были представлены к выс¬
шим орденам в отдел кадров армии и фронта1164. В 77-й азербай¬
джанской дивизии за четыре недели апреля 1944 г. было награж¬
дено 942 чел. Еще 10 чел. были представлены к званию Героя Со¬
ветского Союза1165. Нормой стало награждение «по совокупности
заслуг» прибывавшего нового пополнения из числа лиц, несколь¬
ко лет пробывших на фронте или имевших ранения. К середине
1944 г. во многих частях число награжденных достигало показа¬
теля 80—90% личного состава; многие были награждены дважды
и трижды1166. Наблюдавший эту картину нацистский специалист
293

по пропаганде В. Рейхард осенью 1943 г. заметил, что «награды и
премии сыплются как из рога изобилия на красноармейцев и
партизан»1167.
Такая наградная политика при умелой ее использовании по¬
литорганами давала большой воспитательный эффект. Комдив
223-й азербайджанской дивизии полковник Шкодунович, обоб¬
щая опыт практики поощрений и награждений в своей дивизии,
подчеркивал: «Поощрение у бойца нерусской национальности его
успехов и достижений, его дисциплинированности, его радивос-
ти перед другими, широкая популяризация нашими агитаторами
успехов бойцов нерусской национальности — основные факто¬
ры успеха в нашей работе»1168. Пропаганда отличившихся бойцов
и командиров постепенно заняла одно из важнейших мест в ра¬
боте армейских агитаторов. В практику вошли беседы и выступ¬
ления героев перед личным составом, в которых они делились
своим ценным боевым опытом. Даже когда они выбывали из со¬
става части, уважение к ним сохранялось. Особо отличившиеся
бойцы и командиры, павшие в боях, нередко навечно зачисля¬
лись в состав своей части. Их имя произносилось на ежедневных
поверках личного состава, а оружие, как особая святыня, переда¬
валось лучшим бойцам. Так, рядовой-артиллерист 5-го гвардей¬
ского казачьего кавалерийского корпуса Айдамир Ачмизов, в оди¬
ночку принявший бой с немецкими танками, был посмертно на¬
гражден Золотой Звездой Героя Советского Союза и навечно
зачислен в списки своей части.
Не меньшее значение для морально-боевого духа бойцов и
командиров имело и поощрение всей части. К началу войны в
составе Красной армии имелось незначительное количество со¬
единений, прославившихся еще в годы Гражданской войны в боях
с интервентами. Они имели почетные наименования и награды
на своих знаменах. Служить в таких соединениях считалось очень
почетным, и политработники всячески подчеркивали это. Через
несколько месяцев после начала войны наиболее отличившиеся
в боях части и соединения стали преобразовываться в гвардейс¬
кие. Бойцы и командиры таких соединений носили почетное наи¬
менование «гвардеец», даже если переводились в другую часть,
поскольку получение этого звания являлось их боевой заслугой.
С середины 1943 г. было санкционировано присвоение частям по¬
четных наименований по названиям тех населенных пунктов, в
освобождении которых они особо отличились. Одновременно
активизировалось награждение частей и соединений орденами.
294

Наименование дивизии становилось солидным, гордым, празд¬
ничным. К концу войны, например, 414-я грузинская дивизия
имела полное название «414-я Анапская Краснознаменная стрел¬
ковая дивизия», 77-я азербайджанская «77-я Симферопольская
Краснознаменная ордена Суворова дивизия им. Серго Орджони¬
кидзе». Многочисленные документы свидетельствуют, что на¬
граждение части орденом или присвоение ей почетного наиме¬
нования неизменно встречались с огромной радостью всем лич¬
ным составом, становились предметом их гордости1169.
Большое значение имели благодарности наркома обороны или
военных советов фронтов частям за их доблесть. Весть об этом
молниеносно распространялась среди бойцов, а читка празднич¬
ного приказа сопровождалась громовыми аплодисментами1170.
Следующим важным фактором высокого боевого духа совет¬
ских солдат были регулярные контакты бойцов со своей малой
родиной — представителями партии, советской власти, культу¬
ры, передовиками производства из своих республик. Как прави¬
ло, делегации из тыла приезжали с богатыми подарками бойцам,
а также широкой культурной программой. Так, по сведениям Уп¬
равления по делам искусств при СНК АзССР, с начала войны до
конца 1942 года в действующих частях было дано 1276 концер¬
тов, в госпиталях Баку — 2640 концертов, полторы сотни профес¬
сиональных работников искусств были прикреплены к коллек¬
тивам художественной самодеятельности. Азербайджанский те¬
атр русской драмы совершил большое гастрольное турне по
прифронтовым городам Северного Кавказа, дав 37 спектаклей и
122 концерта с охватом зрителей в 70 тыс. чел., и т.д. Поставлены
были оперы «Кероглы», «Шах Исмаил», «Лейла и Меджнун»1171.
В 1941—1942 гг. дивизиям, сформированным в Азербайджа¬
не, были переданы 5 библиотек, 50 тыс. экземпляров политичес¬
кой и 3 млн художественной литературы в 270 названиях, 900 тыс.
агитплакатов и свыше 3 млн. различных листовок на азербайд¬
жанском, русском и армянском языках1172.
Еще важнее была непосредственная материальная помощь
фронтовикам. Республиканские делегации никогда не приезжа¬
ли на фронт с пустыми руками. Их сопровождали десятки ваго¬
нов с подарками, собранными трудящимися. После издания 18 мая
1942 г. постановления ГКО, разрешившего населению и органи¬
зациям направление адресных посылок1173, главный поток посы¬
лок с Кавказа был перенаправлен на национальные и подшеф¬
ные дивизии. Например, только в ноябре 1942 г. делегация Азер¬
295

байджана привезла азербайджанским частям Северной группы
войск 51 вагон подарков, в том числе: 32,6 тыс. индивидуальных
посылок, 6 тыс. индивидуальных швейных пакетов, 8 вагонов теп¬
лых вещей, 26 вагонов продуктов питания1174. В этот же период
трудящиеся Грузии передали войскам фронта около 100 вагонов
подарков1175.
Эпистолярные контакты с родиной также не прерывались.
Довольно образно эффект писем фронтовиков смоделировал
А.С. Щербаков, выступая на заседании Совета военно-полити¬
ческой пропаганды при ГлавПУРККА 6 июля 1941 г., передавая
положительный опыт политотдела одной из дивизий: «Пишут
отцу или матери в таком духе: “Дорогой Иван Иванович Иванов,
сообщаем Вам о том, что Ваш Сын Василий Иванович Иванов
награжден Военным Советом орденом. Ваш сын участвовал в та¬
ком-то бою, подбил танк противника. Поздравляем Вас и гордим¬
ся Вашим сыном!” Представте, такое письмо получают в колхозе
родители. Сначала старики всплакнут, потом пойдут с этим пись¬
мом по всему колхозу, а в колхозе молодежь, которая готовится в
армию. Так вот эта молодежь и думает, почему я не могу сделать¬
ся как Вася, значит немец не такой страшный. Дальше, будьте
уверены, в большинстве случаев колхоз соберет собрание, старик
выйдет и зачитает письмо на собрании, найдутся люди, которые
скажут, что вот у нас Вася отличился, а мы берем на себя обяза¬
тельство скорее убрать и сдать хлеб государству...»1176
В обычай вошли взаимные коллективные письма. Причем
письма-наказы из национальных республик подписывали сотни
тысяч человек1177, что не могло не оказывать на бойца сильного
впечатления. В целом постоянная связь со своими земляками при¬
давала бойцу дополнительные моральные силы, положительно
влияла на его мотивацию защиты родины вне зависимости от того,
на каком фронте он находился. В конце войны поток поступав¬
ших в части публичных писем стал столь большим, что приходи¬
лось организовывать в дивизионных газетах рубрики «Письма с
родины»1178. Партийные организации республик Северного Кав¬
каза, подвергшихся оккупации, извлекали дополнительный про¬
пагандистский эффект, посылая бойцам, призванным в этих рес¬
публиках, индивидуальные письма с описанием и фотоотчетом
злодеяний фашистов на их малой родине. Такие письма способ¬
ствовали «воспитанию жгучей ненависти к врагу»1179.
Немалое влияние на политико-моральное состояние лично¬
го состава оказывало отношение к проблеме опознания и достой¬
296

ного погребения воинов, павших в бою. В первые годы войны да¬
леко не всегда удавалось вовремя собрать с поля боя трупы, опоз¬
нать их и захоронить с воинскими почестями. Ответственность
за это лежала на командирах и политработниках, недооценивав¬
ших деморализующее влияние на бойцов вида брошенных тру¬
пов их погибших товарищей. Тем более что они продолжали чис¬
литься без вести пропавшими. А в эту категорию потерь могли
быть включены и лица, сдавшиеся в плен противнику. Автор этих
строк неоднократно участвовал в экспедициях по поиску незахо¬
роненных останков советских воинов, в том числе и на местах боев
кавказских национальных дивизий. Многочисленные находки
останков в окопах, щелях, оврагах и просто на поле боя подтвер¬
ждают практику оставления трупов красноармейцев на месте ги¬
бели. Особенно остро эта проблема стояла во время позицион¬
ных оборонительных боев, когда трупы накапливались на хоро¬
шо пристрелянных нейтральных полосах, а также во время зимних
боев, когда они скрывались под снегом. Опознание тел погибших,
а значит, и информирование родных о судьбе бойцов, нередко ос¬
ложнялось плохой сохранностью тел и документов, выходом из
строя непосредственных командиров, ведших учет личного соста¬
ва, необходимостью производить захоронения ночью на поле боя.
Кроме того, во время интенсивных боев пополнения, прибывав¬
шие в часть, далеко не всегда оформлялись установленным по¬
рядком, и погибшие из их числа навсегда оставались безымян¬
ными1 180. Негативный эффект этого явления эмоционально сфор¬
мулировал в октябре 1942 г. на партактиве 89-й армянской
стрелковой дивизии корпусной комиссар А.Я. Фоминых: «У вас
огромное число без вести пропавших. Всех смазали в одну кучу —
убитых, не убранных с поля боя... Разве так можно относиться к
человеку, честно погибшему в бою?... Дети должны гордиться сво¬
ими отцами, погибшими в бою»1181. Коммунист Т. Гаспарян под¬
твердил его слова: раненые зачастую оставались на поле боя и
умирали на глазах их товарищей, и «каждый думал, что завтра его
ждет то же самое»1182.
Только с 1943 г. положение с учетом, опознанием и захороне¬
нием погибших стало выправляться. По окончании боев на Та¬
мани в октябре 1943 г. специально сформированные команды
тщательно прочесывали все овраги и лиманы в поисках трупов
советских военнослужащих. В полосе каждой армии были орга¬
низованы мемориальные кладбища, в которых над братскими
могилами ставились памятники. Кладбища передавались на ба¬
297

ланс местным органам власти, которые обязаны были поддержи¬
вать их в должном состоянии1183. Новым явлением, обозначившим
поворот в отношении памяти павших товарищей, стала установ¬
ка памятников на местах тяжелых боев. Усилиями военнослужа¬
щих 89-й армянской дивизии, на участке обороны которой еще в
октябре 1942 г. несколько недель валялись неубранные трупы их
сослуживцев, в августе 1944 г. в Крыму было торжественно от¬
крыто несколько обелисков на месте гибели однополчан1184.
Советские политорганы выдержали напряженную пропаган¬
дистскую борьбу с противником за военнослужащих-кавказцев.
Гитлеровцы намеревались расколоть советские войска на нацио¬
нальные сегменты, внести в красноармейский коллектив нацио¬
нальную и религиозную неприязнь. Уже в период формирования
национальных дивизий в Закавказье немецкие самолеты сбрасы¬
вали листовки с антирусскими и антибольшевиситскими призы¬
вами. В листовке на азербайджанском языке, обнаруженной в со¬
ветской зоне оккупации Ирана 15 сентября 1941 г., утверждалось,
что советская армия уже разбита и отступает «в расстроенном со¬
стоянии», что сталинской советской системе приходит конец.
Далее следовали призывы к восстаниям и сдаче в плен «непобе¬
димой немецкой армии»1185.
После некоторых колебаний в начале войны, связанных с по¬
зицией Гитлера, опасавшегося «политических выводов, которые
могли определить позднейшее решение судьбы оккупированных
восточных территорий»1186, нацисты приступили к формированию
национальных частей вермахта из многочисленных контингентов
военнопленных красноармейцев и командиров. Вербовщики,
прибывавшие в лагеря, сулили истощенным голодом и болезня¬
ми людям достойную военную службу и беззаботную жизнь пос¬
ле войны. Под руководством созданного в феврале 1942 г. «Шта¬
ба (позже — «Командования») восточных легионов» создавались
армянские, грузинские, азербайджанские (тюркские), северо-кав¬
казские легионы. Поданным известного исследователя коллабо¬
рационизма Й. Хоффманна, уже до осени 1942 г. немецкое ко¬
мандование направило на фронт по два азербайджанских, армян¬
ских и грузинских батальонов и по одному черкесскому,
осетинскому и дагестанскому. К концу 1943 г. было сформирова¬
но и отправлено на фронт 8 азербайджанских, 8 грузинских, 9 ар¬
мянских и 9 северокавказских батальона1187. По данным исто¬
рика германской армии Б. Мюллера-Гиллебранда, уже к началу
1943 г. в составе вермахта числилось 11 азербайджанских, 8 ар-
298

минских, И грузинских и 13 северокавказских батальонов1188. Так
или иначе, масштабы строительства коллаборационистских час¬
тей из представителей народов Кавказа были значительны.
В период обороны Кавказа многие из этих частей оказались
лицом к лицу с национальными дивизиями Красной армии. На
Северном Кавказе в составе войск вермахта по крайней мере три
полка (кавалерийский полк фон Юнгшульца, укомплектованный
казаками, 207-й кавалерийский полк, именуемый в советских ис¬
точниках «белоказачьим», и полк «Бранденбург», в составе кото¬
рого использовалось много бывших военнопленных красноармей¬
цев) и семь батальонов («Горец», 795-й грузинский, 801-й и 802-й
северокавказские, 311-й запасной азербайджанский, 804-й и 805-й
азербайджанские, 809-й армянский) были полностью коллабора¬
ционистскими формированиями1189. Батальоны «Горец» («Берг¬
ман») и 802-й были укомплектованы представителями северо-
кавказских народов. В 802-м батальоне числилось 900 северных
осетин, чеченцев и ингушей1190. На туапсинском направлении
уже действовали 796-й грузинский и 808-й армянский батальоны.
В конце 1942 — начале 1943 г. на Северный Кавказ прибыли так¬
же 806-й азербайджанский и 810-й армянский, 842-й северокав¬
казский батальоны, а также два азербайджанских и один грузин¬
ский батальоны, включенные в штат пехотных дивизий1191. По¬
мимо этого, роты и эскадроны, укомплектованные кавказцами,
славянами и казаками, имелись во всех дивизиях и отдельных ча¬
стях, особенно во всякого рода вспомогательных формировани¬
ях — жандармских, охранных, дорожно-строительных, трофей¬
ных и т.п.
Важно подчеркнуть, что изначально национальные легионы
рассматривались гитлеровским руководством как «политические
средства борьбы» с Красной армией. Генерал Ольбрихт, куриро¬
вавший это направление в вермахте, назвал легионы «формиро¬
ваниями добровольных борцов за освобождение своей Родины от
большевиков и за свободу своей веры»1192. Это положение актив¬
но пропагандировалось советским бойцам кавказских националь¬
ностей. Судя по сообщениям политорганов, своего апогея эта про¬
паганда достигла в период битвы за Кавказ. Разнообразие при¬
емов (листовки, радиопередачи, плакаты, даже посылка в
расположение советских войск делегаций), адресность и регуляр¬
ность пропаганды делали ее очень опасным оружием в руках вра¬
га. Это порождало такое негативное явление, как добровольная
сдача в плен врагу, дававшая повод Военному совету Северной
299

группы войск Закавказского фронта обвинять кавказцев в поли¬
тической неблагонадежности.
В период кровопролитных тяжелых боев в Крыму и на Север¬
ном Кавказе в 1942 г., когда к тому же подолгу не удавалось нала¬
дить быт солдат, гитлеровцам не составляло значительного труда
прельстить наиболее ослабленных и поникших духом бойцов обе¬
щаниями достойного содержания в германской армии. Однако
вскоре они оказывались в атмосфере недоверия, драконовских
порядков, репрессий, насаждавшихся немецкими командирами
легионов. К октябрю 1942 г. относится уникальный для началь¬
ного периода войны случай, когда целый грузинский батальон
(в советских источниках «полк “Георгиен-легион”») пытался в
полном составе перейти на сторону Красной армии. Переход
750 легионеров с оружием и обозом был детально спланирован и
согласован с командованием 37-й армии Северной группы войск
Закавказского фронта. Легионеры заявляли, что не желают вое¬
вать против своих братьев и будут рады повернуть недавно вы¬
данное им оружие против самих немцев1193. К сожалению, побег
был сорван несколькими предателями. Оценивая случившееся,
один пленный германский унтер-офицер так выразил «общее
мнение» немецких солдат: «Все эти иноземные части в первый же
удобный момент изменят... Немецкие солдаты на эти части не на¬
деются и считают их неустойчивыми. В своехМ большинстве сол¬
даты оценивают мобилизацию этих людей в германскую армию
как показатель нашей слабости»1194. Действительно, подобные на¬
строения царили во многих национальных легионах, хотя до орга¬
низации массовых переходов на сторону Красной армии дело не
доходило. Серьезным препятствием на этом пути была боязнь реп¬
рессий со стороны советских карательных органов. По показани¬
ям бывших легионеров, «солдаты азербайджанцы, армяне и гру¬
зины говорили между собой о том, что им незачем стрелять в своих
братьев, но, боясь расстрела со стороны русских, они не перехо¬
дят на сторону Красной армии»1195.
Замысел перехода грузинского легиона на сторону Красной
армии возник у самих легионеров еще по пути их следования на
советско-германский фронт. Советские политорганы не добились
значительного успеха в деле разложения национальных частей
вермахта. Еще в декабре 1942 г. в справке политуправления Чер¬
номорской группы войск констатировалось, что мероприятия по
разложению национальных легионов вермахта находятся в зача¬
точном состоянии, хотя эта работа «в высшей степени актуаль-
300

на»1196. Эта работа заключалась в распространении агитационных
листовок среди личного состава национальных легионов, ведении
радиопередач на языках народов Кавказа и, самое главное, заб¬
роске в эти части агентов и пленных для ведения устной агита¬
ции и переговоров о сдаче в плен Красной армии. Последняя, наи¬
более сложная часть работы, удавалась хуже всего.
Политотдел Северной группы войск подготовил для издания
на языках закавказских народов большое обращение к легионе¬
рам, озаглавленное довольно необычно: «Приказ Командования
Советскими Войсками на Кавказе»1197. Документ составлен в при¬
мирительном тоне. Легионеры представлены в нем как жертвы,
изнуренные пленом и обманутые ложью гитлеровцев, принуждав¬
ших их «своими руками убивать своих братьев»1198. Зная, что ни
один честный грузин, армянин или азербайджанец не станет из¬
менять своей Родине, немецкие офицеры убеждали их в том, что
если они перейдут на сторону Красной армии, их там расстреля¬
ют. Советское командование заявляет, что это «наглая ложь». На¬
против, все «бывшие военнослужащие Красной армии», добро¬
вольно «возвратившиеся» в расположение частей Красной армии,
получат гарантию сохранения жизни, восстановления в рядах со¬
ветской армии и даже отпуск на родину1199. Однако несмотря на
такие щедрые посулы, легионеры сдавались в советский плен нео¬
хотно, хотя и значительно чаще, чем немцы. Не зафиксировано
ни одного случая восстановления их в правах военнослужащих
Красной армии. Напротив, известно, что они передавались орга¬
нам контрразведки, а их родные лишались всякой государствен¬
ной поддержки и поражались в правах1200.
Несмотря надостаточно скромные успехи советских политор¬
ганов в деле пропагандистского разложения национальных леги¬
онов вермахта, в целом их борьбу с пропагандой врага можно при¬
знать удовлетворительной, поскольку они сформировали у крас¬
ноармейцев их негативный образ и не допустили массового
перехода военнослужащих кавказских национальностей на сто¬
рону врага. С 1943 г. эффективность нацистской пропаганды на
воинов кавказских национальностей стала мизерной. Факты сда¬
чи их в плен и перехода на сторону врага были единичными. Точ¬
ную характеристику морального духа бойцов Красной армии дал
немецкий полковник генерального штаба, анализировавший ито¬
ги борьбы против героического Эльтигенского плацдарма совет¬
ских войск в Крыму (ноябрь—декабрь 1943 г.) «Стойкость коман¬
диров всех степеней и поведение в бою рядовых даже в очень труд-

ном для них положении значительно выросли, — отмечал немец¬
кий офицер. — Наша пропаганда, даже в период критического
положения, плохого снабжения, совершенно на них не действова¬
ла. (Здесь и далее курсив мой. — А.Б.) Большевистская идеология
является их убеждениями и укрепляется дальше, особенно после
больших успехов, достигнутых Красной армией в этом году. Толь¬
ко в последние часы сопротивления наша пропаганда могла как-
то воздействовать на их психологию»1201.
Анализ особенностей партийно-политической и воспитатель¬
ной работы с военнослужащими кавказских национальностей в
годы Великой Отечественной войны позволяет сделать следую¬
щие выводы.
Доминирующей идеологической моделью на период войны в
союзном масштабе была национально-патриотическая. В первый,
оборонительный, период войны она однозначно ассоциировалась
с русским (или, шире — славянским) носителем. В национальных
республиках СССР (прежде всего союзных) национально-патри¬
отические концепции развивались при обязательном признании
главенства русского народа в семье советских народов. В северо-
кавказских национальных автономиях процесс становления на¬
ционально-патриотических идей оказался замедлен, а в некото¬
рых республиках приостановлен. Это связывается с обострением
социально-политической обстановки на Северном Кавказе в годы
войны и государственными репрессиями в некоторых нацио¬
нальных регионах. В Закавказье, напротив, этот процесс развил¬
ся настолько, что центральные идеологические органы квалифи¬
цировали отдельные его аспекты как проявления национализма.
Культ собственной истории, героев войны и национальных ди¬
визий стал в основе новых национально-патриотических схем в
закавказских союзных республиках.
При помощи армейских военных органов ЦК компартий За¬
кавказья активно продвигали их в армейские массы. Однако не¬
благоприятные условия ведения боевых действий в 1941—1942 гг.,
в которых оказались части Красной армии, частично или полно¬
стью укомплектованные кавказцами, делали личный состав ма¬
ловосприимчивым к патриотическим лозунгам. Достаточно ши¬
рокое распространение получили проявления национализма со
стороны русских командиров.
Коренной перелом в положении воинов-кавказцев наблю¬
дается приблизительно с середины 1943 г. Это было связано с
302

грандиозными победами Красной армии и началом изгнания фа¬
шистских захватчиков с территории страны, что высоко подня¬
ло боевой дух всех советских воинов. Кроме того, с завершением
перестройки советского народного хозяйства на военный лад зна¬
чительно повысилось качество снабжения и бытового обслужи¬
вания войск. Коренным образом изменилось отношение к бойцу
как к личности. В такой атмосфере военнослужащие кавказских
национальностей, приобретшие ценный опыт боев в 1942 г., ста¬
ли возмужавшими, храбрыми солдатами. До минимума снизилось
число отрицательных явлений с их участием. Для молодого по¬
полнения славянских национальностей они сами стали настав¬
никами.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Представленное исследование началось с обзора дореволюци¬
онного опыта привлечения представителей народов Северного
Кавказа и Закавказья к военной службе. В течение нескольких
десятилетий царское правительство не смогло перешагнуть через
ступень добровольно-милиционного принципа, позволявшего
использовать лишь незначительную часть потенциально годного
к службе местного мужского населения. Причиной этого был
большой разрыв в культурно-образовательном уровне местных и
славянских контингентов, языковой барьер и, особенно, напря¬
женная социально-политическая обстановка в регионе, связан¬
ная с явными преференциями царизма русскому и казачьему на¬
селению. Интеграция народов Кавказа в общеимперский соци¬
ум шла очень медленно. Вялотекущий процесс обсуждения
вопроса о привлечении горцев к обязательной военной повинно¬
сти хорошо иллюстрирует этот тезис. Очевидно, это демонстри¬
ровало незначительный прогресс российских властей на Кавка¬
зе. Некоторое исключение составляли христианские народы (гру¬
зины, армяне, осетины).
Большевики, в отличие от царских властей, не могли позво¬
лить себе не замечать местное население. В период Гражданской
войны, не располагая значительными силами, они нашли опору
в северокавказских горцах и умело использовали межнациональ¬
ные противоречия в Закавказье. Во время Великой Отечествен¬
ной войны, потребовавшей предельного напряжения сил всех со¬
ветских народов, советское правительство интенсивно использо¬
вало кавказские контингенты в критический период войны в
1941—1942 гг., когда наиболее густонаселенные славянские реги¬
оны были оккупированы противником. Таким образом, объектив¬
ная потребность в пополнении рядов Красной армии диктовала
советскому руководству требование максимально полно исполь¬
зовать людские ресурсы Кавказа.
Советская власть изначально придала вопросу вовлечения
жителей Кавказа в ряды вооруженных сил политическое звуча¬
304

ние и развернула в этой области кипучую деятельность. Уже в пе¬
риод Гражданской войны Красная армия на Кавказе несла важ¬
нейшую политическую и культуртрегерскую миссию. Она рас¬
сматривалась как институт, прохождение через который прочно
привяжет горцев Северного Кавказа и Закавказья к советской вла¬
сти и большевизму. Местные большевистские элиты предпочи¬
тали иметь собственные «местные» красные армии. Эти армии
вызрели на Кавказе почти без помощи из советского Центра на
своебразной коалиционной почве. Большевики, хотя и руково¬
дили этими армиями, но фактически плыли по течению нацио¬
нально-освободительной и религиозной борьбы. В период господ¬
ства на Северном Кавказе белогвардейских войск эти армии смог¬
ли оказать серьезное сопротивление добровольцам. Однако
московские большевки не без основания видели в этих отрядах
ядро и опору местной оппозиции. Механическое вливание таких
отрядов (в случае с Закавказьем речь нужно вести о целых нацио¬
нальных армиях) в состав Красной армии очень скоро дало нега¬
тивный эффект в виде быстрой деморализации и распада таких
отрядов из-за дезертирства или, напротив, превращения их в эпи¬
центр антисоветского сопротивления. В любом случае открылась
неприятная для большевистского руководства правда — не все
горцы поддерживали советскую власть, а часть даже боролась с
ней с оружием в руках. Вскоре выявилась и огромная ментальная
пропасть между русскими красноармейцами и жителями Кавка¬
за. Для большинства местных жителей Красная армия оставалась
прежде всего русской. Крупные восстания в Гяндже и Горном Да¬
гестане окончательно отрезвили большевиков. В вопросе нацио¬
нального военного строительства тактика наскока сменилась
стратегией длительной осады инокультурной и иноязычной кре¬
пости кавказских народов.
Экономия государственных средств, выразившаяся в десяти¬
кратном, по сравнению с последним периодом Гражданской вой¬
ны, сокращении Красной армии и переходу к упрощенной кад¬
рово-милиционной системе содержания войск, отразилась и на
экспериментах 1920—1930-х гг. в области национального военно¬
го строительства. Интернациональной кузницей советских граж¬
дан для жителей Кавказа Красная армия в этот период не стала,
поскольку войска могли принять в свои ряды лишь небольшое
число местных жителей. Ими укомплектовывались национальные
части и соединения, мыслившиеся как переходные институты на
пути к обязательному призыву народов Кавказа в обычные час¬
305

ти. Многие мероприятия, предусмотренные теоретиками нацио¬
нальных формирований, оказались нереализованными, а на Се¬
верном Кавказе напряженная социально-политическая обстанов¬
ка вообще не позволила развернуть национального военного стро¬
ительства.
Многократно провозглашавшийся курс на обязательный все¬
общий призыв в отношении народов Кавказа впервые был при¬
менен лишь в 1938—1939 гг. Последние предвоенные призывы
продемонстрировали высокий образовательный уровень кавказ¬
ской молодежи, ее хорошие физические данные. Однако анало¬
гичные показатели у большей части взрослых мужчин — военно¬
обязанных — оставались весьма низкими. Эти контингенты в зна¬
чительной своей массе не владели русским языком. Это вызвало
большие проблемы при массовой мобилизации жителей Кавказа
и комплектовании ими войск в начале Великой Отечественной
войны и стало причиной новых экспериментов.
В период Великой Отечественной войны мероприятия по мо¬
билизации и призыву на военную службу граждан в годы войны
были напрямую связаны с текущими установками государствен¬
ной национальной политики. Особенно это характерно для Се¬
верокавказского региона, где с началом войны среди определен¬
ных слоев местного населения наблюдался рост антисоветских и
антирусских настроений, выливавшихся в явления саботажа и
открытого сопротивления властям. Общее ужесточение нацио¬
нальной политики государства на Северном Кавказе выразилось,
в том числе, и в приостановках призыва среди горского населе¬
ния, охвативших к середине 1942 г. все северокавказские народы
и получивших перманентный характер. Обязательный призыв и
мобилизация среди горского населения Северного Кавказа не во¬
зобновлялся до конца войны. Представители тех народов, кото¬
рые были выселены в 1943—1944 гг., принудительно увольнялись
из армии и направлялись в места нового поселения.
Ограничения в призыве имели тотальный характер и распро¬
странялись на всех без исключения представителей того или ино¬
го народа. Принцип регулирования призыва по национальному
признаку сосуществовал с социально-политическим. Причем ог¬
раничения приема в армию по политическим соображениям
(лиц, считавшихся политически неблагонадежными, осужденных
по политическим статьям и пр.) в течение войны значительно ос¬
лабли, а по национальному признаку, наоборот, непрерывно рас¬
ширялись.
306

Добровольчество в северокавказских республиках следует рас¬
сматривать как компенсацию за отмену обязательного призыва.
Его целью была вербовка в армию патриотически настроенных гор¬
цев. Масштабы добровольчества в той или иной республике демон¬
стрировали уровень толерантности местного населения к советс¬
кому политическому строю. Поэтому местные власти прилагали все
усилия для его стимулирования. Нередко это оборачивалось при¬
менением принудительных мер в отношении потенциальных доб¬
ровольцев, что вызывало резкое противодействие населения.
В Закавказье осенью 1943 г. мобилизация и призыв также
были приостановлены, однако причиной тому было не ослож¬
нение социально-политической обстановки, как на Северном
Кавказе, а исчерпание демографических ресурсов закавказских
наций и низкий культурно-образовательный и физический уро¬
вень оставшихся контингентов военнообязанных и призывни¬
ков. В целом в конце войны обязательному призыву в армию не
подлежали представители всех народов Северного Кавказа и За¬
кавказья.
В ограничительной политике имелась очевидная дифферен¬
циация. Представителям большинства народов Кавказа было ос¬
тавлено право вступать в ряды Красной армии на добровольных
началах. Другим этой возможности не было предоставлено. Во¬
еннослужащие, чьи народы были «наказаны», увольнялись из ар¬
мии и направлялись в места нового поселения.
В ходе мобилизационного развертывания советских войск на
Кавказе в начале войны выяснилось, что общий уровень образо¬
вания, знания русского языка, физического развития у кавказс¬
ких контингентов невысок. В смешанных по национальному со¬
ставу соединениях, формировавшихся по принятому до войны
экстерриториальному принципу комплектования, проявились
специфические проблемы, главной из которых стал языковой ба¬
рьер. В условиях, когда большинство командиров были славянс¬
ких национальностей, а рядовые красноармейцы — кавказских,
это порождало непонимание, нервозность и значительно замед¬
ляло процесс подготовки новых частей к отправке на фронт.
Опыт массового использования дивизий, сформированных на
Кавказе по смешанному принципу в период обороны Севастополя
и Крымской наступательной операции советских войск (декабрь
1941 г. — май 1942 г.), показал, что в целом эти соединения усту¬
пали по уровню боеспособности и стойкости соединениям с пре¬
имущественно славянским составом.
307

Возврат к однонациональной системе комплектования частей
в национальных регионах СССР в конце 1941 и начале 1942 г.,
упраздненной еще до войны, имел целью создание монолитных
воинских коллективов, в которых не было места проблеме меж¬
национального общения. Однонациональные воинские форми¬
рования создавались прежде всего в Закавказье, где не было по¬
литических ограничений для их службы в армии. Однако ново¬
введение в военном строительстве не дало ожидаемого эффекта,
прежде всего из-за недостатка национальных командных кадров,
имевшего следствием медленную и неполноценную боевую под¬
готовку личного состава и слабое сколачивание частей и штабов.
Многие национальные части, созданные в союзных и автоном¬
ных республиках СССР, были расформированы, так и не попав
на фронт. Судьбу национальных формирований, созданных на
Кавказе, следует считать аномальной, поскольку ни одно из них
не было расформировано до вступления в бой, так как фронты,
дислоцированные на Кавказе к началу оборонительного сраже¬
ния на территории Северного Кавказа, не имели полноценной за¬
мены им. Кавказские национальные дивизии приняли активное
участие в важных стратегических операциях Великой Отечествен¬
ной войны: обороне Крыма, битве за Кавказ, освобождении Кры¬
ма, Украины и т.д.
Опыт первого боевого крещения для большинства кавказских
дивизий пришелся на тяжелый для советских войск период обо¬
роны Кавказа. Недостатки, в боевой подготовке и невысокая ква¬
лификация командного состава особенно проявились в период обо¬
ронительных и контрнаступательных операций частей Северной
группы войск Закавказского фронта в сентябре—декабре 1942 г.
Национальные формирования не всегда выполняли поставлен¬
ные перед ними боевые задачи и несли неоправданно высокие
потери.
В среде русского командного состава это порождало негатив¬
ное отношение к ним. В течение всего периода обороны Кавказа
шла интенсивная дискуссия между высшим командным составом
Закавказского фронта и партийным руководством Кавказа по
поводу целесообразности сохранения кавказских национальных
формирований. Командующий Северной группой войск Закав¬
казского фронта не раз запрашивал Ставку Верховного Главно¬
командования и лично Сталина о расформировании имевшихся
в его подчинении национальных дивизий. В этом отношении он
продолжил линию начальника Главного политуправления РККА
308

Л.З. Мехлиса, который, фактически руководя наступательной
операцией в Крыму в начале 1942 г., всеми способами старался
избавиться от военнослужащих кавказских национальностей.
Важной особенностью дискуссии была ее политическая ок¬
раска: многие русские командиры напрямую увязывали невысо¬
кую боеспособность и стойкость в бою кавказских частей с воп¬
росом о политической благонадежности воинов кавказских на¬
циональностей. Поэтому в орбиту споров были втянуты многие
региональные лидеры и представители высшего руководства стра¬
ны. Наибольшей активностью в отстаивании необходимости со¬
хранения кавказских национальных дивизий отличались команду¬
ющий войсками Закавказского фронта генерал армии И.В. Тю¬
ленев, первый секретарь ЦК КП(б) Азербайджанской ССР
М.Д. Багиров и член Политбюро ЦК ВКП(б) Л.М. Каганович. Для
руководителей союзных республик Закавказья национальные
формирования представлялись важнейшим символом националь¬
ного вклада в дело борьбы с врагом, поэтому они квалифициро¬
вали нападки на них как проявления великорусского национа¬
лизма и шовинизма. И.В. Сталин к конечном итоге встал на их
сторону.
Анализ боевого пути кавказских национальных дивизий в пос¬
ледующие годы войны показал, что с приобретением бойцами-
кавказцами боевого опыта они ничем не уступали военнослужа¬
щим других национальностей. Больше того, старослужащие кав¬
казских национальностей становились примером для вновь
прибывавшего пополнения славян. Многие кавказские нацио¬
нальные дивизии заслужили почетные наименования и были на¬
граждены орденами.
В то же время выравнивание уровня боевых качеств воинов
кавказских и славянских национальностей, освоение кавказца¬
ми русского языка сделали задачу поддержания однонациональ¬
ной среды в кавказских частях неактуальной, а по мере продви¬
жения Красной армии на запад — технически сложным и доро¬
гостоящим делом. Кавказский состав национальных дивизий
быстро размывался славянскими пополнениями. Сохранение од¬
нонационального состава во многом зависело теперь от инициа¬
тивы и настойчивости командования дивизий и руководства за¬
кавказских республик. Эта задача представлялась тем более важ¬
ной, что именно со второй половины началось широкое
знакомство в средствах массовой информации кавказского насе¬
ления со своими национальными формированиями. Последние
309

быстро превратились в реальный пропагандистский символ гря¬
дущей победы.
Идеолого-воспитательная работа с бойцами кавказских наци¬
ональностей велась на основе доминировавшей национально-пат¬
риотической идеологической модели, на годы войны сменившей
интернационально-патриотическую. В национальных республи¬
ках СССР (прежде всего союзных) идеологические концепции
развивались при обязательном признании главенства русского
народа в семье советских народов. В северокавказских нацио¬
нальных автономиях процесс становления национально-патри¬
отических идей оказался замедлен, а в некоторых республиках
приостановлен, в связи с объявлением их народами-предателя¬
ми. В Закавказье, напротив, этот процесс развился настолько, что
центральные идеологические органы квалифицировали отдель¬
ные его аспекты как проявления местного национализма. Культ
собственной истории, героев войны и национальных дивизий стал
в основе новых национально-патриотических схем в закавказс¬
ких союзных республиках.
За годы войны серьезное развитие получила методика партий¬
но-политической и воспитательной работы с бойцами нерусских
национальностей. В начале войны она развивалась в целом сти¬
хийно, на местах, на тех фронтах, которые принимали большие
контингенты военнослужащих кавказских национальностей.
В первые же месяцы войны стал налаживаться выпуск печатной
продукции на языках народов Кавказа, организовывалось обуче¬
ние русскому языку, подбирался национальный политический
состав соединений. Неоценимую помощь в области воспитатель¬
ной работы с бойцами-кавказцами военным оказали партийно¬
советские органы Кавказа, и прежде всего закавказских союзных
республик.
В 1943 г. — году коренного перелома в Великой Отечествен¬
ной войне — и в последующие годы войны эффективность
партийно-политической работы с военнослужащими значитель¬
но возросла. Это было обусловлено общим улучшением факто¬
ров, определявших морально-психологическое состояние личного
состава: грандиозными победами советской армии, серьезным
повышением уровня материально-бытового и санитарного обслу¬
живания бойцов и т.д.

ПРИЛОЖЕНИЯ
ПРИЛОЖЕНИЕ 1
Извлечения из стенографического отчета
II Съезда трудовых народов Терской области
(Пятигорск — Владикавказ, 16 февраля — 5 марта 1918 г.)1202
Чеченский вопрос
18-го февраля заседание начинается заслушиванием внеоче¬
редного заявления казака Хитрова, делегата станицы Романов¬
ской. Перед нами рисуется картина кровавых столкновений с че¬
ченцами, которые напали на Ермоловскую и Романовскую ста¬
ницы. Всю речь Хитров подкрепляет ссылкой на телеграммы в
Народный Совет с мест — из станиц и от Грозненского военно¬
го ревкома и выпиской из протокола заседания чеченского на¬
родного совещания от 3 февраля. Видимо, благоразумние среди
сознательных представителей масс чеченского народа брало
верх: соглашаясь сдать оружие, они требовали и разоружения и
казаков. С одной стороны, Хитров вполне правильно рассужда¬
ет, что до этой гражданской войны довели «деспотические пра¬
вители Николай и Караулов1203 », и, по его мнению, как будто
необходим мир; а с другой стороны, по мнению пославших его
казаков, остается только одно: «встать всем с оружием и по¬
бить Чечню, выгнать ее в горы». Хитров рекомендует поступать
с чеченцами так, как поступал «герой Сунженской линии гене¬
рал] Слепцов1204», которого они боялись как огня. Призывая,
таким образом, к войне, оратор заканчивает свою речь воскли¬
цанием: Пусть они знают, что объединенная демократия сумеет
наказать их.
Второй казачий делегат с Сунжи, Елисеев, говорит, что каза¬
ки не хотели войны. Казаки согласились в последний раз на Моз¬
докском съезде1205 послать мирную делегацию, но Чечня про¬
должала, и что будто бы чеченцы подбросили письмо, в котором
311

«требовали перейти в их веру или убраться». Казак Портаев огла¬
шает протокол заседания казачий фракции от 17 февраля, в ко¬
тором говорится об организации из всех национальностей засло¬
на по всей Сунженской линии и о командировании мирной де¬
легации для агитации среди ингушского и чеченского народа.
После этих речей председателем народного совета т. Пашковс¬
ким1206 были оглашены телеграммы: из первой видно, что какая-
то провокационная рука создает условия, при которых невоз¬
можна была поездка ингушской делегации; а из второй, из Гроз¬
ного, видно, что чеченский народ горячо откликнулся на призыв
народного совета о принятии участия в Пятигорском съезде и
по аулам идут выборы. Прекрасную информацию, разъясняющую
положение тяжелой атмосферы Гражданской войны, дал т. Со¬
мов1207, заведующий военотделом народного совета, в которой
он подчеркнул, что только темные силы повинны в грабежах и
нападениях, а не весь народ; и указал на то, что и казаки не ус¬
покоятся, пока против вооруженных шаек, или, вернее, контр¬
революционных сил, не будут поставлены заслоны из смешан¬
ного отряда.
Разъяснения эти не удовлетворяют казачью фракцию, кото¬
рая просит решение передать заявление казаков в военную сек¬
цию, с предложением срочно разрешить этот вопрос.
Доклад преднарсовета т. Пашковского
Съезд переходит к заслушанию доклада председателя Народ¬
ного Совета1208 т. Пашковского. Пашковский начинает свою речь
тем, что характеризует колоссальную разруху, охватившую весь
край, словами: В какую бы область жизни не заглядывал Народ¬
ный Совет, он всюду наталкивался на развал, на неорганизован¬
ность сил, на отсутствие плана. За кратковременную, 15-дневную,
деятельность свою до созыва 2-й сессии съезда1209 , Народный Со¬
вет обратил внимание на те стороны жизни, которые требовали
немедленного разрешения, как-то: 1) в деле ликвидации военных
столкновений он, получая телеграммы о боях, нападениях и гра¬
бежах, посылал ежедневно своих членов на места: на Сунжу, [в]
Муртазово, в Нальчик и в др[угие] места для выяснения причин
и обстоятельств недоразумений и ликвидации их путем ополче¬
ния сил революционной демократии; 2) в деле восстановления
транспорта — идут работы по возобновлению ж[елезно]-д[орож-
ного] движения между Бесланом и Грозным, так как на промыс¬
лах накопились колоссальные запасы нефти и керосина, а за от¬
312

сутствием этого топлива на местах — стали фабрики и заводы и
движение поездов сократились до одной пары; 3) в деле охраны
дороги не только от грабежа банд абреков, но и от самовольных
реквизиций. (Здесь большой пропуск1210.)
Съезд единогласно выражает свое доверие Народному Совету
и поручает ему продолжить свою работу до выборов нового соста¬
ва совета.
Прибытие делегатов от Чечни и Ингушетии
23 февраля на съезд прибыли делегаты от ингушского наро¬
да и чеченского национального Совета. В приветственной речи
т. Такоев1211 указал на то, что вступившие в общее лоно демокра¬
тии горцы теперь становятся равноправными членами Республи¬
ки и не будут угнетаемы, как ранее, не будут голодать от безземе¬
лья, не будут опекаться администрацией (военно-народным уп¬
равлением), а сами будут устраивать свою жизнь, не развращаться
судами, чуждыми их обычаям и нравам, а будут иметь свои суды,
согласно их воле, а потому призывал трудовых ингушей и чечен¬
цев взять их судьбу в свои руки, в трудовых казаках видеть своих
друзей, в казачьих и горских верхах общих врагов. Далее прибыв¬
шие приветствовались от Народного Совета Сомовым, [от] кабар¬
динцев Травомовым, от казачьей фракции Поморцевым, от гру¬
зинского народа Геашвили, от иногородних Ситниковым и от
социалистического блока т. Кировым1212. В задушевной речи
т. Киров сказал: социалистический] блок верит, что ни бек, ни
князь и не уздень не дадут нам избавление; мы его добьемся только
сами, своими руками!
В ответной речи т. Ахриев1213, представитель ингушского на¬
рода, описав тяготы быта своих единоплеменников при царском
режиме и указав на то, что после Моздокского съезда ингуши уз¬
нали о социализации земли, сообщил, что темные силы все вре¬
мя мешали вхождению депутатов от ингушей в Советы рабочих,
солдатских и крестьянских депутатов. Всюду говорили, что ингу¬
ши разбойники и абреки, их никуда не пускали, всячески огора¬
живались от них. Только демократия Терской области сказала, что
не все ингуши абреки и разбойники, и ингушская трудовая де¬
мократия бросилась сюда. Ахриев говорил о том, что цепкие руки
темных сил держали и уговаривали делегатов не ехать на съезд,
уверяя, что он распущен и т.д. В таком же духе говорил и пред¬
ставитель Чеченского национального] Совета т. Шерипов1214. Во
время самодержавия чеченцы были пасынками. Темные элемен¬
313

ты, увидав, что после Моздокского съезда национальное движе¬
ние переходит в социалистическое и в народе произошел перево¬
рот от войны к миру, постарались провокационно натравить ма¬
лосознательную часть народа на казаков, и произошли нападе¬
ния на отдельные казачьи станицы, обстрел чеченских аулов из
Грозного и пр. Шерипов привел справку о том, что в Чечне не
было крепостного права, сословий, беков и князей.
Доклад по национальному вопросу
Докладчик т. Коренев1215 указал на то, что национальный воп¬
рос является страшно запутанным в ходе революции. Вопрос этот
должен разрешиться в грандиозной борьбе труда с капиталом. Что
национальный вопрос плелся в хвосте революционного движе¬
ния и не давал покоя и удовлетворения национальным] группам.
Отдельные племена и народы стали подходить к осуществлению
своих затаенных надежд путем накопления национальных] пол¬
ков, будто — бы в остановке российской революции им угрожала
опасность. Докладчик охарактеризовал роль в Германской войне
тогда — национального вопроса. Далее он метко указал на то, что
формулой «самоопределения народов» наравне с пролетариатом
пользуется и буржуазия^ Последняя для того, чтобы натравить де¬
мократию соседних народов друг на друга и погубить этим дело
революции. Т. Коренев разоблачил блестяще в своей речи тем¬
ные реакционные силы Кавказа, которые, пользуясь богатым ма¬
териалом из истории покорения Кавказа, когда горцы пережива¬
ли угнетения под русским владычеством, сеяли на этой почве
шовинистические семена, распаляя религиозный фанатизм му¬
сульман. Кровь на Сунже и Тереке, опустошения в Хасав-Юртов-
ском округе — результат этой черной работы. Докладчик указал
на то, что во все периоды человеческой истории в руках господ¬
ствовавших классов развитие национального чувства было силь¬
нейшим орудием для борьбы с солидарностью трудовых масс.
Далее он указал на печальный пример народов Терской области,
когда в момент решительной схватки труда с капиталом предста¬
вители крупной земельной собственности пользовались форму¬
лой самоопределения народов для того, чтобы затушить стихию
классовой борьбы и сохранить в рамках национального хозяйства
имущественные права, которые были обеспечены за ними старым
строем. Национальное движение должно подчиняться высшему
критериуму — классовой борьбе. Если Терская область будет са¬
мостоятельным государством, не связанным ни с Кавказом, ни с
314

Россией, то национальный вопрос будет решен так, что Тероб¬
ласть будет союзом государств — Ингушетии, Чечни, Осетии, Ка¬
барды и Тер[ского] казачества. Корнев выразил свое мнение о
том, что большинство делегатов съезда мыслят одинаково с ним,
что Теробласть должна входить в общую Российскую федерацию.
В заключении докладчик предлагает, в поисках разрешения
национального вопроса, принять за исходную точку следующее:
1) междунациональные отношения, как и вообще все важнейшие
культурно-экономические вопросы Теробласти, могут найти
справедливое согласованное с заветами российской революции
разрешение только лишь при условии установления организован¬
ного единства всей России, и в частности Кавказа. Но, исходя из
фактических обстоятельств текущего момента, необходимо при¬
знать, что Теробласть является временно составною единицею
Российской] федерации, и 2)как основная часть Российской фе¬
дерации — Теробласть является союзом народов и племен, поли¬
тическое участие которых по управлению областью выражается
пропорциональным представительством в состав единого объе¬
диненного органа обл[астной] власти.
Поэтому докладчик, в разрешении вопроса о территориаль¬
но-национальном самоуправлении, предлагал создать территори¬
альный или земельный союз народов, а не государства отдельных
горских народов и казачества. Тут возникал серьезный и слож¬
ный вопрос об определении территории и земель каждого наро¬
да, вопрос, тесно связанный с земельным вопросом. В связи с раз¬
решением земельного вопроса в России, по которому каждый кре¬
стьянин, без различия нации, желающий обрабатывать землю,
должен ее иметь, произойдет переселение, передвижение наро¬
дов, известный сдвиг при распределении. Еще сложнее вопрос с
городами со смешанным составом населения. Но решается он
просто — эти города будут экстерриториальными, т.е. внеземель-
ными. Здесь докладчик дал подробное объяснение относительно
организации национальных меньшинств. В заключение он к двум
предложенным пунктам проекта предложил еще 13 пунктов: фор¬
ма союза, права меньшинств, границы территорий, язык, школа,
суд, армия и органы национального самоуправления.
В заседании 24 февраля доклад т. Коренева вызвал оживлен¬
ные прения. Т. Малыгин1216, считает, что проект докладчика не
отвечает задачам социализма, [призванного] разбивать нацио¬
нальные перегородки; что Великая российская революция вручи¬
ла власть трудовому народу и, проводя это в жизнь, надо руково¬
315

диться строго принципами интернационализма, чтобы не мешать
основной задаче — борьбе труда с капиталом.
Докладчик, во избежание дальнейших недоразумений, разъяс¬
нил, что доклад — плод коллективного творчества секции. Основ¬
ная линия социалистического поведения в решении националь¬
ного] вопроса — объединения трудящихся всех наций. Учрежде¬
ние Совдепов с национальными] отделами не разрешит
национального] вопроса. Но практика показала, что рядом с Со¬
вдепами существуют национальные] советы. В заключение т. Ки¬
ров сообщил, что не возражает о передаче вопроса о националь¬
ных] вооруженных силах в военную секцию.
Большинством принимается предложение Анджиевского1217 —
считать решение съезда резолюциями, а декретирование их по¬
ручить исполнительному] органу — Тер[скому] Нар[одному] Со¬
вету.
Заседание 24 февраля закончились выборами от групп членов
делегации для поездки в Беслан — для встречи и оказания содей¬
ствия чеченским делегатам.
На следующий день съезд открылся чтением ответа на теле¬
грамму Нальчикского исполкома от Каб[ардино]-Балкарской
фракции съезда: «Принимая во внимание, что окрисполком и ок-
ркомиссар давно потеряли доверие в глазах Кабардинского на¬
рода, считать членов исполкома врагами народа и злостными кле¬
ветниками, действия их провокационными».
Доклад о Сунженских событиях
Заседание 3-го марта [началось] заслушаньем доклада чрез¬
вычайной следственной комиссии, командированной в г[ород]
Грозный для расследования обстоятельств столкновений у станиц
Ермоловской и Романовской. Докладчик — предкомиссии изве¬
стный Бичерахов1218. Из доклада мы усматриваем, что в 5 час[ов]
утра 16 февраля, по словам станичников Романовской, 5—6 че¬
ченцев сделали вооруженное нападение на эту станицу. Чечен¬
цы, к счастью, сделали ошибку — подходя к станице, подожгли
сенники. Увидя зарево, станичники подняли тревогу и заняли
окопы. Началась ружейная перестрелка. Чеченцы, освещенные
заревом пожара, были прекрасно видны казакам. Казаки же не¬
заметны в окнах. Если бы не оплошность чеченцев, то от стани¬
цы не осталось бы ничего. Потери со стороны казаков — 8 уби¬
тых и 16 раненых, чеченцев — 53 убитых и 25 раненых. Чеченцы,
пораженные метким огнем казаков, были отбиты. Убытки от на¬
316

бега комиссией определены: от пожара — 476 т[ысяч] р[ублей] и
принесенные мельнице Руденко — 250 т[ысяч] р[ублей]. Что по¬
будило чеченцев сделать нападение, об этом комиссия материа¬
ла не имела: не дали ответа на этот вопрос и чеченцы. Наступ¬
ление было организовано, очевидно, под руководством фронтови¬
ков, 3-мя колоннами, ж[елезно]-д[орожный] путь был разобран,
а телеграфное сообщение с Грозным было прервано. Не учли на¬
падавшие одного обстоятельства — существования телеграфного
сообщения с ст[аницей] Ермоловской и отсюда с Грозным. Ер-
моловцы выслали в подкрепление Романовнам одну сотню, а из
Грозного к ст[анице] романовской чеченцы сделали заслон. Би-
черахов высказывает свою уверенность в том, что члены Чечен¬
ского] национального] сов[ета] не были осведомлены об этом на¬
ступлении. В распоряжении наступавших была и артиллерия —
пробоина от снаряда в крыше столичного правления. По Грозно¬
му в момент нападения на станицу, стрельбы не было. Романов-
цы просили разрешения у нач[альника] гарнизона идти в наступ¬
ление на аул Алды, но последний ответил, что до получения при¬
казания от революционного] штаба не может дать разрешения.
Окопники пошли в наступление без разрешения, которое име¬
ло несерьезный характер, всего они потеряли 2 человека убиты¬
ми и 6 было ранено. Все же следственной комиссии удалось уст¬
роить свидание с представителями [чеченцев] в исторической ме¬
стности «Курган». Здесь члены следственной комиссии были
встречены членами национального] совета, окруженные толпой
в 200—300 чел. Члены национального] совета живо заинтересо¬
вались работой съезда. Среди них были 6[ывший] член государ¬
ственной] думы Альдерханов1219 и студент Чуликов1220 . Я сказал,
что перед съездом стоят два кардинальных вопроса: власть и зем¬
ля, говорит Бичерахов. Это удовлетворило чеченцев, и они зая¬
вили, что съезд стоит на правильной платформе. Во время пере¬
говоров подъехал в сопровождении всадников известный чечен¬
ский социалист Али-Мигаев1221. В прочувственной речи Мигаев
вспомнил, что отец его понес тяжелую кару при царизме за свои
убеждения о том, что теперь только чеченский трудовой народ на¬
чинает отмежевываться от своих верхов, но что необходимо, что¬
бы эта классовая борьба скорей выявилась и отмежевание закон¬
чилось. Собралась к концу беседы толпа чеченцев в 700—800 чел.,
причем фанатики схватывались за винтовки, чтобы покончить с
делегацией, но Мигаев нагайкой бил нещадно таких фанатиков.
Да и на обратном пути в Грозный комиссии, не раз чеченцы выс¬
317

какивали из кустов и брали винтовки на изготовку, но чеченцы,
охранявшие делегацию, предотвращают выстрелы. В чеченских
аулах не редко перестрелки между партиями войны и мира. Пос¬
ледняя имеет большой успех и должна была, по словам Бичера-
хова, победить. Следственной комиссии удалось войти в связь с
дагестанцами, которые с почетной делегацией во главе с Шейх-
Узун-Хаджи1222 и регулярными войсками прибыли в Чечню для
восстановления полного порядка, спокойствия и твердой влас¬
ти в ней, в Ингушетии, и по возможности на всей территории
Терской области.
Замечательно, что окопники — казаки не хотели пропустить
обратно из Грозного следственную комиссию. Комиссия ознако¬
милась с положением военнопленных чеченцев в Грозном. Най¬
дя пленных в сырой и холодной тюрьме, при невозможном пита¬
нии, и среди них стариков и беременных женщин, комиссия про¬
сила у съезда об облегчении их неволи и об освобождении старцев
и женщин. К тому же в тюрьме начался сыпняк. Далее из доклада
видно, что чеченцы обстреляли г[ород] Грозный из старых ору¬
дий крепости Ведено. Обстреливают чеченцы станицу Греденс-
кую и Щемиловку. Хотя эти снаряды не разрываются, но станич¬
ники нервничают и стреляют из ружей. Эта перестрелка помеша¬
ла комиссии выехать для переговоров с представителем
Шейх-Узун-Хаджи на Кургане.
Докладчик делает вывод о том, что, видимо, как у чеченцев,
так и у казаков нет власти. По мнению докладчика, будто бы нет
нужды в посылке новых мирных делегаций на Сунжу, ибо эту де¬
легацию там встретят с бранью, даже изобьют. По заключению
комиссии надо послать на Сунжу дисциплинированные заслоны.
Не достигли никаких результатов разосланные комиссией воззва¬
ние казакам и военно-революционным советам на Сунже. Вели¬
кая вражда между чеченцами и казаками является плодом земель¬
ного неустройства. Обиженной стороной являются чеченцы.
Только на этой почве объясняются постоянные грабежи со сто¬
роны чеченцев. Если Пятигорскому съезду удалось [бы] благопо¬
лучно разрешить земельный вопрос, то будет вырвана с корнем
почва хищнических набегов чеченцев.
Далее в воззвании говорилось, что при разрешении этого воп¬
роса должно быть полное представительство на съезде чеченско¬
го народа — до 150 делегатов. Между тем на съезде всего один де¬
легат1223 . Происходит это и от того, что чеченцам со всех сторон
закрыта дорога. Поэтому комиссия обращается с горячим призы¬
318

вом ко всем казакам и гражданам Сунжи — не иметь препятствий
к проезду чеченских делегатов.
Свой доклад Бичерахов заканчивает словами: «Полный раз¬
вал. Власти нет. Командует улица». После рядов вопросов док¬
ладчику — выносится резолюция о немедленном телеграфном
распоряжении, об освобождении всех пленных, выдаче трупов,
прекращении стрельбы с обеих сторон. За неисполнение распо¬
ряжения виноватые будут преданы военно-революционному
суду.
Затем съезд переходит к продолжению обсуждения вопроса о
власти. Андреев говорит, что проект после первого обсуждения
был передан в специальную комиссию с представителями всех
фракций. Проект, в общем, приемлем за исключением, системы
выборов в органы власти — «четыреххвостки».
Съезд проект принимает.
Признание власти Совнаркома
Затем съезд снова возвращается к вопросу о признании влас¬
ти Совнаркома. Т. Карпинский1224 от имени фракции иногород¬
них вносит предложение ввиду неясности в положении о власти
признании съездом власти Совнаркома, внести поправку: Терс¬
кий Народный комиссариат — высшая исполнительная в облас¬
ти власть, подчиняется Совнаркому. Представитель Кабарды
т. Ахохов просит от имени всего народа голосовать этот вопрос.
Тов. Данилов1225 обвиняет в этом пропуске социалистический]
блок, который (очевидно, меньшевики и с[оциал]-революцио¬
неры]) «все время хочет это замазать». Такое явление — разобла¬
чение «соглашателей» — вызывает отповедь т. Маршака, предста¬
вителя меньшевиков. Он говорит, что фракция соц[иал]-демок¬
ратов выступает не для того чтобы разжигать партийные страсти
и удовлетворять свое партийное самолюбие, а для того, чтобы еще
раз подолгу революционной] совести предупредить опьяненных
угаром мнимых побед, что близко горькое тяжелое похмелье. На¬
висла угроза наступления европейской реакции, готовой уничто¬
жить наши завоевания. Слабнут надежды на скорое выступление
западноевропейского пролетариата: безработица и обнищание ос¬
лабляют наши позиции. Тот факт, который вы собираетесь при¬
нять, внесет раскол, отметет от вас широкие массы народа. Вы
лишаете широкие круги избирательных прав и тем подрываете
доверие к народной власти. Вы будете вводить систему террора,
смертную казнь, подавлять свободу слова, собраний и печати, и
319

вы останетесь в одиночестве, опираясь не на народ, а на штыки.
Вы будете пытаться повторить несвоевременные и неудачные со¬
циальные опыты, уже приведшие к краю гибели наше народное
хозяйство и промышленность. Действительная власть будет при¬
надлежать безответственным вооруженным организациям, кото¬
рые давят на Советы и в случае неподчинения — распускают со¬
веты. Демократический строй идет к уничтожению, водворяется
власть комиссаров и чиновников. Мы считаем, что необходимо
сохранение единого революционного] фронта, что необходима
усиленная совместная практическая работа. Но все последствия
признания т[ак] н[взываемой] Советской власти, которые мы
предвидим, могут уничтожить все плоды нашей работы.
Съезд не дает ему закончить криками: долой, долой!
Но он продолжает, заявляя, что не боится шума, что он толь¬
ко год тому назад выпущен из тюрьмы, не потерял опыта неле¬
гального работника, объявляет, что социалистический] блок не
берет на себя гибельные последствия акта признания власти Со¬
внаркома и будет потому при голосовании воздерживаться.
История революционного движения на Тереке. Сборник ста¬
тей, воспоминаний и материалов. Пятигорск, 1924. С. 196—209.
ПРИЛОЖЕНИЕ 2
Воззвание Моздокского казачье-крестьянского съезда1226
к сунженцам
21 сентября 1918 г.
Станичники-сунженцы!
Когда отряды кубанцев разбивают красноармейцев на голову
под Невиномысской и занимают ее1227 ; когда отряд ставропольцев
и Алексеева с Деникиным гонят красноармейские стада, сгоняя их
в общее стойло — Пятигорск; когда красноармейцы мечутся из сто¬
роны в сторону, видят свою гибель и для поднятия духа в состоя¬
нии лишь расстрелять того или иного несчастного безоружного,
случайно оказавшегося в руках этих зверей; когда красноармейцы,
очертя голову, бегут, не зная сами куда, ибо в России уже немного
мест, где еще царят банды; когда красноармейцы вкупе с ингуша¬
ми разбивают татарский хутор1228 , бомбардируют Сунженскую ста¬
320

ницу и сгоняют, опять-таки в содружестве с ингушами, станицы
Тарскую, Сунженскую, Акиюртовскую с насиженных мест; когда
красноармейцы осаждены повсюду и боевые запасы у них на ис¬
ходе; когда у казачества и крестьянства Терской области силы рас¬
тут и растут; когда на днях братская рука кубанца, изгнавшего уже
от себя бандитов-красноармейцев, пожмет руку терского казака и
крестьянина, борющегося с теми же бандитами и дело грабитель¬
ства бандитов-красноармейцев погибло; когда снаряды и патро¬
ны, пулеметы и винтовки у терских казаков и крестьян есть и при¬
бывают от Бичерахова; когда сам Бичерахов не за горами и гро¬
мит красноармейцев, то спрашивается, станичники-сунженцы о
которых уже говорят, что вы пристали к красноармейцам, спра¬
шивается: лучше ли иметь дело с умирающей Красной армией или
с усиливающимся казаком и крестьянином, вашим братом.
Казаки-сунженцы! Вы хватаетесь за холодеющую от дыхания
смерти грязную руку красноармейцев, которые сами хотят ва¬
шей помощи, а не помогать вам! Вы тормозите своими согла¬
шениями с красноармейцами дело трудового казачества и крес¬
тьянства и тем идете к собственной гибели, ибо умирающая
Красная армия вас потянет за собою. Станица Государственная
так же как и вы изменила своим братьям и пошла за бандита¬
ми1229, а ныне ее душат их же союзники ингуши, раньше бив¬
шие вас вкупе с теми же красноармейцами и желающие на ва¬
шей же слабой шее выехать.
Станичники! Ваше спасение в усилении мощи трудового ка¬
зачества, а не [в] Красной армии. Ваше спасение в том, чтобы все¬
ми силами поддерживать казачье-крестьянский совет, организу¬
ющий силы казаков и крестьян; ваше спасение в общем марше с
кубанцами и отрядами, борющимися за учредительное собрание.
Казачье-крестьянский совет протягивает вам братскую руку
и зовет на съезд, собирающийся 25 сентября нового стиля сего
года в Моздоке.
Идите к нам и усильте ряды возрождающейся казачье-крес-
тьянской силы и с отвращением оттолкните обагренную кровью
казаков и крестьян, красноармейскую длань. Не у умирающего
красноармейца в руках секрет вашего спасения, а у возрождаю¬
щейся мощи трудового казачества и крестьянства.
Да здравствует единый казачье-крестьянский фронт!
История революционного движения на Тереке. Сборник ста¬
тей, воспоминаний и материалов. Пятигорск, 1924. С. 210—211.
11 -4998
321

ПРИЛОЖЕНИЕ 3
Циркулярное письмо Великого Визиря и Командующего войсками
Северо-Кавказского Эмирства кн. Дышинского1230 министрам,
Командующим армиями, Градоначальнику временной столицы
Ведено и другим должностным лицам Эмирства
Сентябрь 1919 г.
Даю Вам знать, что высочайшим приказом его величества
Эмиром Северного Кавказа, как известно, я был назначен Вели¬
ким Визирем с поручением мне составления кабинета министров;
кроме того, мне передано его величеством верховным вождем глав¬
ное командование войсками С[еверо-] Кавказского] Эмирства.
Кабинет министров мною составлен следующим образом:
1)	Министром двора его величества — Генерал-майор Каимхани.
2)	Министром Иностранных Дел военно-юридич[еской] Ака¬
демии ротмистр князь Магомет Киамиль-Хан (он же Иналук)
Арвелануков Дышинский;
3)	Министром Продовольствия, Торговли и Промышленно¬
сти Магомет Хамхоев;
4)	Министром Земледелия и Государственных Имуществ —
Билал Шамилев;
5)	Министром Военным — генерал-майор Шиты Истамулов;
6)	Министром путей сообщения, почт и телеграфов — Куси
Вайгиреев;
7)	Министром Внутренних дел — генерал-майор Хабал Бес-
лениев;
8)	Портфель министра юстиции временно остается за мной;
9)	Портфель министра народного просвещения временно ос¬
тается за мной;
10)	Портфель министра вакуфных дел и имущества остается
временно за мной.
По главному командованию мною приступлено к реализации
армии по примеру благоустроенных держав.
О состоявшемся акте правительства, в виде составления на¬
званного кабинета, мною будет дано знать своевременно сосед¬
ним державам, с просьбой о признании С[еверо-] Кавказского]
Эмирства самостоятельною шариатской монархией во главе с
Эмиром Узун-Хаир-Хаджи-Ханом, но под протестом Халифа му¬
сульманского мира его величества Оттоманского императора Ма-
гомета-Ваххидинна Vl-ro1231.
322

За сим с Божией волей, я буду добиваться шариатской монар¬
хии, ибо в стране мусульманской республика не может существо¬
вать на том основании, что признанием республики мы бы не при¬
знали Халифа, значит отрицание Пророка Магомета, отрицание
последнего — это значит отрицание Бога.
Итак, мы не требуем автономии, а хотим самостоятельной
шариатской монархии. Всякий пришелец наш гость, которого мы
в силу своей религии так любим и уважаем, но всякое вмешатель¬
ство в наше правое дело посторонних лиц, еще не реабилитиро¬
вавшим себя за прошлое перед народом, не можем принять.
Мы не можем протянуть руки людям, изгнанным из собствен¬
ного отечества. Мы не можем подать руки людям, не признаю¬
щим ничего святого. Мы не можем отступить от шариатской мо¬
нархии. Мы не можем допустить в нашу среду лиц, не испытан¬
ных его величеством Эмиром нашим Узун-Хаир-Хаджи- Ханом.
Мы избегаем повторения эпопей мифической горской республики.
Об изложенном объявить народонаселению и подведомствен¬
ным должностным лицам для неуклонного исполнения и сведения.
Великий визирь и Главнокомандующий
Войсками военно-юрид[ической] [академии]
ротмистр Дышинский
Правитель Канцелярии поручик Асанхани
Янчевский Н. Гражданская война на Северном Кавказе. Рос¬
тов, 1927. Т. 2. С. 133—134.
ПРИЛОЖЕНИЕ 4
Телеграмма коммандующего войсками 11-й армии
М.К. Левандовского начальнику 32-й стрелковой дивизии
А.И. Тодоровскому о формировании партизанских отрядов
из народностей Дагестана
Копия: комфронта
Копия: Орджоникидзе
18 февраля 1920 г.
С целью внесения политического расслоения между повстан¬
цами, разрешаю в самой широкой мере использовать доброжела¬
323

тельно относящихся к советвласти жителей, формируя из них в
зависимости от количества полки или бригады для партизанских набе¬
гов с передачей в непостредственное подчинение начдивам 14, 32.
Командующий 11 армией Левандовский
РГВА. Ф. 39247. On. 1. Д. 16 Л. 39-40.
ПРИЛОЖЕНИЕ 5
УДОСТОВЕРЕНИЕ № 35
Предъявитель сего — товарищ КАЛМЫКОВ БЕТАЛ1232 —
Член Революционного Совета Малой Кабарды, уполномочен
РЕВОЛЮЦИОННЫМ СОВЕТОМ XI армии для организации
военных сил Большой и Малой Кабарды для борьбы за установ¬
ление Советской Власти.
Всем военным, гражданским и должностным лицам прика¬
зывается оказывать тов. КАЛМЫКОВУ полное содействие в вы¬
полнении им возложенных на него задач.
Настоящее удостоверение действительно по первое мая 1920 года.
Дано в г. Пятигорске «25» марта 1920 г.
Командующий XI армией Василенко1233
Член революционного Военного Совета
XI армии и заместитель председателей
кавказских революционных комитетов Киров
РГВА. Ф. 195. Оп. 4. Д. 204. Л. 24. Машинопись. Подлинник.
ПРИЛОЖЕНИЕ 6
Оперативная телеграмма по проводу
С.М. Кирова и Г.К. Орджоникидзе1234 командующему
фронтом М.Н. Тухачевскому1235 о положении в Дагестане
У апп[арата] тов[арищ] Козин
У аппарата Киров и Орджоникидзе
февраль 1920 г.
324

КИРОВ И ОРДЖОНИКИДЗЕ. Принимайте, пожалуйста, за¬
писку для комфронта и передайте ему немедленно. Комфронта
товарищу Тухачевскому. Сегодня был съезд чеченцев. Съезд еди¬
ногласно приветствовал советскую власть и командующего Кав¬
казским фронтом товарища Тухачевского. Создан Чеченский рев¬
ком. Маршрутные поезда с бензином и нефтью пойдут с завтраш¬
него дня. Из Дагестана говорили только что с Петровском1236 с
нашими товарищами, которые сообщили, что двадцать пятого
был занят Дербент красными дагестанскими частями. Во всей
Дагестанской области нет добровольческих частей. Только в го¬
рах Нури-Паша1237 на азербайджанские деньги мутит горское на¬
селение, агитируя за независимость Дагестана. Думаю, что это
чепуха. Страшный недостаток в продовольствии, имеется только
на два дня. Необходимо как можно поскорее двинуть продоволь¬
ствие. Дагестанские красные части страшно оборваны, необхо¬
димо их одеть. Они требуют на пять тысяч. Придется дать. Эти
части нам пригодятся. Сегодня выезжаем во Владикавказ.
РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 198. Л. 37-38. На ленте.
ПРИЛОЖЕНИЕ 7
Приказ войскам 11 армии № 32/пол
о запрете несанкционированной вербовки добровольцев
в Красной армии в Терской и Дагестанской областях
Действующая армия
9 апреля 1920 г.
В Терской и Дагестанской областях неизвестными лицами
производится набор и даже мобилизации с целью формирования
отрядов. ПРИКАЗЫВАЮ:
1)	Все мандаты, выданные кем бы то ни было на предмет фор¬
мирования частей, отрядов, полков и др. без моей санкции счи¬
тать недействительными.
2)	Всех лиц, производящих вербовку добровольцев, формиро¬
вание частей и т.п. и не имеющих на то полномочий от меня, не¬
медленно арестовывать и препровождать в Штаб армии.
325

3)	Всякие формирования и мобилизации производить с мое¬
го на то каждый раз разрешения. Настоящий приказ не распрос¬
траняется на формирование Трудовых полков по полномочиям
командарма Трудовой.
Приказ ввести в действие по телеграфу.
Командующий армией Левандовский1238
Член Реввоенсовета К. Мехоношин1239
Наполештарм В. Воронков1240
РГВА. Ф. 195. Оп. 4. Д. 17. Л. 142. Типографский экз.
ПРИЛОЖЕНИЕ 8
Приказ войскам Кавказского фронта № 596/5969/z
о мерах в отношении лиц,
добровольно сдающихся Красной армии
Ростов
23 апреля 1920 г.
Объявляется для неуклонного исполнения телеграмма Нашта-
ревсовресп1241 за № 2194/оп: «Москва 20 апреля 1920 года точка
От имени Р.В.С. Кавказского фронта послана через Астрахань в
Ташкент нижеследующая радиотелеграмма двоеточие кавычки
Эривань радио станция Вадиму Чайкину1242 по указаниям Р.В.С.
военными властями неоднократно было заявлено всем состоящим
в рядах Деникинских войск запятая. Что тем из них запятая, ко¬
торые добровольно сдадутся и сдадут свое оружие будет сохране¬
на жизнь и что они не будут рассматриваться как изменники рес¬
публики, взятые с оружием в руках. В равной мере неоднократно
войскам Красной армии были даны указания о соответственном
вышеуказанном обращении [к] добровольно сдающимся. Ныне
это указание подтверждается красными войсками действующи¬
ми в направлении на Сочи. В свою очередь можете принять меры
к осведомлению об этом черкесов [о] которых Вы сообщаете в
Вашей радио[телеграмме]. Реввоенсовет Кавказфронта. Трифо¬
нов1243 и Пугачев1244 . № 2178/оп» Главком приказал подтвердить
для неуклонного исполнения войскам указанное в радио гуман¬
326

ное обращение по отношению черкесов, добровольно сдающих¬
ся и сдающих свое оружие. № 2194/оп.
Наштареввоенсовет Лебедев1245
Военком штаба Данилов1246
РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 194. Л. 24. Типографский экземпляр
ПРИЛОЖЕНИЕ 9
Телеграмма начдива-20 № 189/1152 серия «Г»
кавбригу Таманской1247 о порядке использования
армянского кавалерийского полка
Копия: наштарму XI
Елизаветполь
15.15. 19 мая 1920 г.
Во исполнение приказа Р.В.С. армии приказываю выслать [в]
Делижан кавполк «Армения», расквартированный в Чайли для
поддержки восстания беднейшего населения против буржуазии.
Полку следовать по дороге Казах — Делижан со всеми мерами пре¬
досторожности. При подходе к Делижану предварительно снес¬
тись с восставшими. Полк снабдить ответственными политичес¬
кими работниками. При установлении Советвласти всемерно со¬
действовать ее укреплению. О ходе событий и принимаемых мерах
доносить ежедневно. О получении приказа и сделанных распо¬
ряжениях донести.
Начдив 20 Великанов1248
Военком Ткачев1249
Наштадив Викторов1250
РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 20. Заверенная копия.
327

ПРИЛОЖЕНИЕ 10
Фрагмент записи переговоров по телеграфу
начальника оперативного отделения штаба 11-й армии
Кузнецова с представителем 20-й стрелковой дивизии по поводу
антисоветского восстания в Гяндже (Елизаветполе)
27 мая 1920 г.
КУЗНЕЦОВ. По приказанию Командарма немедленно отве¬
чайте на все предложенные вопросы. Первое: сообщите подробно¬
сти восстания в Гандже, как оно началось и как оно развивалось?
ГРАХОВСКИЙ. Около двух часов ночи имелось сведение, что
будто бы [в] Гандже будет восстание. Об этом послал в штаб 20 ди¬
визии. До половины шестого все было спокойно. Приблизительно
около этого времени дошли слухи, что около керосинопровода ско¬
пилось много всадников. Бывший на станции бронепоезд «Астра¬
хань» сейчас же выступил за семафор в сторону Акстафы, где дей¬
ствительно находилась толпа пеших и верховых всадников, откуда
последовали выстрелы в сторону броневика и, по словам коман¬
дира броневика, много было расстреляно неприятельских банд.
Броневик курсировал по обе стороны станции, так [как] с обоих
сторон был неприятель. Немедленно были организованы отряды
из местных служащих и рабочих, которые вместе с частями войск
наступали цепями в сторону города Ганджа и [в] противополож¬
ную сторону к северу. До часу наступление шло успешно, но после
перестрелка в городе прекратилась и большие силы [противника]
двинулись на станцию, а также начался обстрел станции из бата¬
рей. Зажжен от снарядов склад «Форер», и наши части под давле¬
нием противника начали отступать к станции. Я получил распо¬
ряжение немедленно организовать поезда и вывезти части, поме¬
щенные в вагоны, что и было мною исполнено1251. Впереди
отправился Азербайджанский [...]1252 , а под его прикрытием отпра¬
вились четыре поезда разных составов и вслед должен был для при¬
крытия отправиться броневик «Астрахань». Но перед самым от¬
правлением последнего эшелона «Астрахань» пошел по направле¬
нию к станции, а эшелон ушел под обстрелом. Я выехал последним
эшелоном, не доезжая до станции Далмамедлы, конный неприя¬
тель нас обстреливал. Связь с городами мы потеряли в 2 часа ночи
и ни как восстановить ее не было возможности. Убитых и раненых
с нашей стороны, по слухам, около ста человек, поручиться за эти
сведения не могу. От Далмамедлы до Евлаха все, по-видимому,
328

спокойно. Подъезжая к станции Мингечаур, мы встретили к севе¬
ру нашу конницу, приблизительно около 300 лошадей [...]
РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 94—95. На телеграфной ленте.
ПРИЛОЖЕНИЕ 11
Фрагмент записи переговоров командарма-11
М.К. Левандовского с начдивом-20 М.Д. Великановым
о мерах по ликвидации Гянджинского восстания
29 мая 1920 г.
КОМАНДАРМ. [...] Приказываю в течение двух дней каким
угодно способом подавить восстание, ни в коем случае не выпус¬
кать восставших из образовавшегося кольца. Теперь же приказы¬
ваю приступить к уничтожению восставших огнем, т.е. начать
сжигать дома и кварталы. Помните, что своими действиями вы
проваливаете не только политику центральной власти, но всю
нашу политику в Закавказье и на мусульманском Востоке. У вас
достаточно артиллерии, чтобы начать разбивать квартал за квар¬
талом и разрушить весь город1253 . Имеются аэропланы, которые
могут забросать площади восставших, имеется у вас и живая сила,
и в большом количестве, которая может расправиться самым же¬
стоким образом над восставшими. Таким образом, все зависит от
вас лично. Поэтому предупреждаю, что если вы в течение самого
короткого промежутка времени1254 , но не более трех суток, не по¬
давите восставших, вы понесете самую тяжелую ответственность.
Подавление восстания должно носить характер самой жесто¬
кой и беспощадной расправы. За каждую пролитую кровь крас¬
ноармейцев всех участников восстания расстреливать без всяко¬
го суда1255 . Способны ли вы на это и можете ли справиться с этой
задачей? Я хочу получить совершенно откровенный ответ от вас.
НАЧДИВ-20. Будет выполнено хотя бы ценой жизни.
КОМАНДАРМ. Кавалерию на город, на глинобитные стены
не посылать. Ею нужно только окружить район восставших, иметь
возможность для того, чтобы парировать нападения извне, а рас¬
правляться только пехотой. Помните, что лишний час укрепляет
позиции восставших, переносит восстание из Ганджи на больший
участок и может вызвать всеобщее восстание на всей территории.
329

Бакинский район накануне восстания, у контрреволюционных
сил все готово, чтобы поднять восстание, но все их взоры направ¬
лены к Гандже и только самые жестокие расправы в Гандже,
вплоть до полного уничтожения города, смогут разрядить всю со¬
здавшуюся атмосферу. Расправляйтесь какими угодно средства¬
ми. За все это я беру на себя ответственность, не трогайте только
женщин и детей [...]
Что вам известно о об участии наштадива Шевелева1256 и по¬
сланных с ним для назначения в азербайджанскую дивизию?
НАЧДИВ-20. Шевелев жив и находится в Штадиве. Комбриг
Войцеховский1257 остался в татарской части. За исключением не¬
которых сотрудников, их [...]1258 собой переправить всех залож¬
ников, тов. Шевченко и Карге, назначенные помкомполками в
2 и 3 полки, ранены. Трофимова же и двух своих инструкторов
участи я не знаю. [Они] остались в татарской части.
РГВА. Ф. 195. оп. 3. Д. 232. Л. 108—115. На телеграфной ленте.
ПРИЛОЖЕНИЕ 12
Запись разговора по телеграфу начальника штаба армии
А.К. Ремезова1259 с начальником 20-й стрелковой дивизии
М.Д. Великановым об использовании армянского отряда
24 ч. 00 мин. 11 июня 1920 г.
НАЧДИВ-20 у аппарата. Прошу указать, кому подчиняется армян¬
ский повстанческий отряд Тархана1260 в оперативном отношении.
У аппарата НАШТАРМ. Это тот отряд, который у Караван-
Сарая?
ВЕЛИКАНОВ. Да.
РЕМЕЗОВ. Вам, начдиву-20. Причем его надо по возможнос¬
ти одеть, обуть, вооружить, принять на продфуражное и денежное
довольствие, сорганизовать и придать ему военную организацию.
ВЕЛИКАНОВ. Все это делается. Мною уже сформирован из него
стрелковый полк до 1200 штыков, начал снабжать его огнеприпаса¬
ми, выдал все что можно из обмундирования. В смысле ведения
боевых операций, представляется ли ему свобода как отряду по¬
встанческому, или он должен действовать по моим указаниям?
РЕМЕЗОВ. По вашим указаниям и в связи с вашими опера¬
тивными намерениями. Общую директиву о его назначениях вы
330

попросите у командарма в Евлахе, т.к. ЦК Армянской компар¬
тии1261 передал его вам всецело. Завтра выезжает к вам предста¬
витель этого ЦиКа товарищ Костадиан1262, который и посвятит вас
во все намерения ЦК Армянской. Он сегодня говорил, что во всей
Армении и даже в Эривани идет восстание против дашнаков и
маузеристов1263 . Какие виды будет иметь ЦК на этот полк даль¬
ше, об этом поговорю с тов. Микояном1264.
И об этом вам сообщу, а пока располагайте по своему усмот¬
рению. Хорошая получается штука: армяне будут колотить армян
же совместно с мусульманами, чего в истории еще не бывало.
ВЕЛИКАНОВ. Хорошо, до свидания.
РЕМЕЗОВ. До свидания.
РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 196—196 об. На телеграфной ленте.
ПРИЛОЖЕНИЕ 13
Телеграмма начальника Азербайджанской сводной дивизии
командиру Кавалерийской бригады Самовскому
об использовании в рядах Красной армии отрядов местных вождей
Баку
12 августа 1920 г.
Копия: начоперодарму 11
Командарм разрешил комполка 9 стр. тов. Карпенко привлечь
в свои ряды шайку Рамазана для совместных действий для поим¬
ки других шаек или привлечения их на свою сторону. Приказываю
действовать очень осторожно, дабы не попасть в ловушку. О ходе
переговоров или предложении тех или иных условий немедленно
донести. Разузнать состав шайки, род оружия, место нахождения,
нет ли среди них белогвардейских офицеров и прочее. Подлин¬
ную подписал:
Начдив сводной Азербайджанской Шевелев1265
Военком Полянский1266
Наштадив Кузнецов1267
РГВА. Ф. 195. Оп. 4. Д. 186. Л. 15. Заверенная машинописная
копия.
331

ПРИЛОЖЕНИЕ 14
Обращение командующего Освободительной армией
генерал-майора Фостикова1268 к полковнику Крым-Шамхалову1269
по поводу дезорганизующей деятельности карачаевцев
Сентябрь 1920 г.
Медленность формирования и инертность в действиях кара¬
чаевских частей свидетельствует о выжидательности позиции,
которую горцы избрали.
Карачаевцы находят полезным сейчас заниматься ограблением
кабардинцев и казаков; открыто днем нападают в тылу у меня и гра¬
бят мирных жителей и угоняют скот. Каменномостцы1270 устроили
засаду казакам Бургустанской станицы. Ежедневно происходят гра¬
бежи; скот продают в осетинском поселке или делят на кошах. Всё
это указывает на грабительский нрав очень многих карачаевцев.
О причиненных бедах населению карачаевцами мною донесе¬
но кубанскому правительству и генералу Врангелю. Жители Н[иж-
него] Даута задерживают без причины моих людей, направленных
в Сухуми, и на все мои мирные предложения ничего не отвечают.
Просил вас о высылке ко мне делегатов большого Карачая, и
это не выполнено.
Комбинируя все происходящее, я прихожу к заключению, что
карачаевцы не только помогают мне, но вредят и мешают работе.
На днях я перехожу в наступление и именем правительства
приказываю вам произвести демонстрацию на Кисловодск. Я из¬
немогаю в боях, а горцы сидят за моей спиной и только наблюда¬
ют. Им нравятся коммунисты.
Прошу внушить карачаевцам не чинить препятствий коман¬
дам донцов и терцев, направляющимся ко мне. Недавно партия
донцов была заведена карачаевцами в горы и ограблена; пущена
в одном белье. В военных действиях предписываю вам немедлен¬
но приступить к помощи мне, операциями на Кисловодск и ста¬
ницу Бекешовскую; в настоящее время достаточно будет одной
демонстрации и охраны моего правого фланга».
Генерал-майор Фостиков
Начальник штаба полковник Тупалов
История революционного движения на Тереке. Сборник ста¬
тей, воспоминаний и материалов. Пятигорск, 1924. С. 76—77.
332

ПРИЛОЖЕНИЕ 15
Рапорт начальника Азербайджанской сводной дивизии
командарму-11 № 01553/оп
о нецелесообразном использовании дивизии1271
Копия: Нарвоеморкому А. С. С. Р.
Копия: Инспехарму 11.
[...] октября 1920 г.
Доношу, что дивизия находится в стадии формирования и,
казалось бы, все свое время должна бы убивать на усиленную под¬
готовку в деле обучения и воспитания аскер и комсостава. Наделе
же выходит совсем другое, ибо одна бригада почти целиком на¬
ходится на работах по укреплению позиций и разгрузке леса, а
остальные части дивизии входят в оперативное подчинение Нач¬
дива-321272 и Комбрига 96-й и несут сторожевую и караульную
службу. Налицо остаются жалкие остатки совершенно разутых, с
коими правильных занятий вести невозможно.
Принимая во внимание все вышеизложенное, будет понятно,
почему дивизия до сих пор не только небоеспособна, но и недо¬
статочно воспитана в духе Российской Красной армии, и все мои
усилия в этом направлении разбиваются о вышеперечисленные
препятствия.
Не решаясь просить о совершенном освобождении от несе¬
ния какой-либо службы, все же ходатайствую сделать распоря¬
жение Начдиву-32 и Комбригу 96-й не слишком усердно исполь¬
зовать части дивизии для несения службы по охране промыслов,
высылая их за пять верст в заставы, а возможно больше давать
ей возможности в короткий срок достаточно обучиться и вос¬
питаться, дабы в скором времени могла бы нести службу само¬
стоятельно. А также ходатайствую о снятии с работ частей диви¬
зии, заменив их содержащимися под стражей и осужденными
гражданами.
Начальник 1-ой Азербстр. [Шевелев]
Военкомдив [Полянский]
Наштадив Кузнецов
РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 194. Л. 86—86 об. Подлинник, маши¬
нопись.
333

ПРИЛОЖЕНИЕ 16
Приказ начальника штаба 11-й армии
начальнику Бакинского гарнизона № 5560
об использовании Азербайджанской стрелковой дивизии
Копия — начдиву 1-й Азербайджанской
28 октября 1920 г,
Части Азербайджанской Стрелковой Дивизии находятся в ста¬
дии формирования, обучения и воспитания, а потому им надо
дать возможность все это делать, между тем как начальники час¬
тей 32-й Дивизии не принимают это во внимание и заставляют
Азербайджанские части выполнять иногда непосильные наряды.
Командарм приказал принять меры к урегулированию этого
вопроса и отдать распоряжение Начдиву-32, дабы частям Азер-
дивизии была предоставлена полная возможность продолжать до-
формирование, обучение и воспитание.
Начальник штаба Ремезов
Военный комиссар Гришковский
Начальник Оперативного Отдела В. Воронков
РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 194. Л. 84. Заверенная копия. Маши¬
нопись.
ПРИЛОЖЕНИЕ 17
Телеграмма начальника штаба Терской группы войск
Терещенко командующему Кавказским фронтом о дезертирстве
в 3-й Чеченской кавалерийской бригаде
Грозный
17 ноября 1920 года 2 ч. 40мин.
По донесению командарма Трудовой1273, в 3[-й] Чеченской
кавбригаде с самого начала формирования наблюдалось массовое
дезертирство, невзирая на принятые меры; причем дезертирство
совершалось с лошадьми и вооружениием, благодаря чему, не¬
334

смотря на сравнительно большое пополнение, бригада оставалась
с [...] 1274 численностью. Боезадания, возлагаемые на бригаду, ни¬
когда в точности не выполнялись, и она оставалась совершенно
небоеспособной. На основании всего вышеизложенного помко-
мандарма Трудовой просит распоряжения о расформировании
названной бригады, оставшихся людей и лошадей влить на попол¬
нение X отдельного кавтрудполка Кавтрудармии. Согласно резо¬
люции Командующего группы, изложенное представляю на Ваше
рассмотрение. HP 377/оп
Наштагрупп Терещенко
За начоперода[...]
РГВА. Ф. 28108. Оп. 1.Д. 42. Л. 12. На телеграфной ленте.
ПРИЛОЖЕНИЕ 18
Приказ Революционного Военного Совета
Терско-Дагестанской группы войск1275 № 6/адм
от 15 марта 1921 г.
Героическими усилиями доблестных частей Терско-Дагес¬
танской группы контрреволюционное восстание в Чечне и Да¬
гестане раздавлено и ликвидировано. Кровавые виновники вос¬
стания, идейные его руководители и организаторы, непрошен¬
ные Дагестанской и Чеченской беднотой, скрылись в глухих
дебрях Салатавии и Дагестана, избегнув, таким образом, заслу¬
женного наказания за бесчисленные преступления и несчастия,
которые пришлось перенести обманутой ими бедноте Дагеста¬
на и Чечни1276 .
Ценой бесчисленных жертв Красной армии, ценой обильных
потоков крови скромных незаметных героев-красноармейцев,
темные дагестанские и чеченские массы избавлены от кабалы
белогвардейского офицерства и обманно-лживых тунеядцев-
шейхов и мулл.
Тяжкие лишения перенесли геройские части Красной армии,
участвовавшие в ликвидации Терско-Дагестанского восстания,
ведя непрерывные бои и неся нечеловеческие лишения.
335

Полуголодные, оторвавшиеся от тылов части, преодолевая все
препятствия, шли к цели, ломая на пути ожесточенное сопротив¬
ление обманутых чеченцев и дагестанцев.
Доблестные части Красной армии доказали всем контррево¬
люционным элементам Чечни и Дагестана безуспешность и бес¬
полезность их затей, направленных к свержению Советской вла¬
сти и уничтожению Красной армии.
РВС Терско-Дагестанской группы глубоко ценит героизм,
проявленный всеми частями Терско-Дагестанской группы и от
имени революции объявляет сердечную благодарность всему крас¬
ноармейскому, комиссарскому и командному составу.
Однако для закрепления успехов Красной армии, РВС при¬
казывает строго учесть все исторические, бытовые и политичес¬
кие стороны жизни горцев, строго согласовав с ними поведение
наших частей в занимаемых районах Чечни и Дагестана, дабы убе¬
дить горскую бедноту в мирных намерениях Красной армии, яв¬
ляющейся другом и могучей защитницей бедноты.
Развить политическую работу, поставить главнейшей ее зада¬
чей установление прочных дружеских взаимоотношений между
армией и населением.
РВС уверен, что командиры и комиссары частей проявят лич¬
ную инициативу и находчивость и заслужат любовь и уважение
горской бедноты.
Левандовский
Воронков
Тодорский А.С. Красная армия в горах. Действия в Дагеста¬
не. М., 1924. С. 149-150.
ПРИЛОЖЕНИЕ 19
Инструкция Полевого политотдела 11-й армии,
утвержденная Реввоенсоветом армии, о советской политике
в Грузии
Март 1921 г.
Кладя в основу следующее руководство тов. Ленина о такти¬
ке коммунистов в Грузии, переданное по прямому проводу Рев¬
кому1277 ,
336

1)	Надо немедленно вооружить рабочих и беднейших кресть¬
ян в целях создания Грузинской Красной армии.
2)	Необходима особая политика уступок по отношению к гру¬
зинской интеллигенции и мелким торговцам. Надо понять, что
последних не только нерасчетливо национализировать, а надо
пойти на известные даже жертвы, лишь бы улучшить их положе¬
ние и оставить им возможность вести мелкую торговлю.
3)	Чрезвычайно важно искать приемлемого компромисса для
блока с Жорданием1278 или подобными ему грузинскими меньше¬
виками, кои еще до восстания не были абсолютно враждебны
мысли о Советском строе в Грузии на известных условиях.
Необходимо помнить, что и внутреннее положение и между¬
народные условия Грузии требуют от грузинских коммунистов не
применения русского шаблона, а умения в гибком создании и сво¬
еобразной тактики, основанной на большой уступчивости всячес¬
ким мелким буржуазным элементам.
Исходя из признания существования Грузии, как самостоя¬
тельного Советского государства (с сохранением грузинского язы¬
ка как государственного), заключающего союз с другими Советс¬
кими Республиками, коммунистам Красной армии необходимо
добиваться следующего:
1)	Внедрить в сознание населения Грузии освободительную
цель временного прихода Красной армии, раскрыть обман бур¬
жуазии и меньшевиков, разъяснить значение и необходимость
Советской власти и занимаемое Грузией место в международной
обстановке; заручиться горячим сочувствием и деятельной под¬
держкой Красной армии со стороны населения.
2)	Следить, чтобы поведение красноармейцев соответствова¬
ло их освободительной роли; разъяснить красным воинам, как им
нужно держать себя в Грузии; не допускать грабежей и самочин¬
ного занятия помещений, захвата подвод и продовольственных
закупок без разрешения Ревкомов или соответствующих Советс¬
ких органов; не допускать никаких действий, которые могли бы
задеть национальное самосознание трудящихся Грузии и восста¬
новить их против Советской власти.
3)	Особенное внимание необходимо обратить на агитацию за
вступление в организующуюся сейчас Красную армию Грузии. Крас¬
ная армия Советской Республики находится в Грузии временно.
4)	Считая основной руководящей и опорной силой Коммуни¬
стическую Партию Грузии, необходимо укреплять ее ряды, по¬
могать организовываться всюду коммунистическим ячейкам,
проявлять в этом деле широкую инициативу и делиться опытом
337

партийного строительства Советской России. Необходимо энергич¬
ной агитацией вытравить меньшевистское влияние в населении и
распространить его на широкое коммунистическое влияние.
5)	Влияние на советскую работу с тем, чтобы она была рево¬
люционной, отвечала духу коммунистической‘политики, не про¬
тиворечила бы приказам Ревкома Грузии, необходимо оказывать
через соответствующие местные партийные организации Грузин¬
ской] Коммунистической] П[артии] путем товарищеского воз¬
действия, избегая каких бы то ни было видов принуждения.
В тех случаях, когда товарищеское воздействие не приносит
результатов и возникает конфликт, разрешать его необходимо в
Ц.К. Коммунистической Партии Грузии, представляя материал
в Поарм XI.
Все усилия должны быть направлены к самому тесному кон¬
такту и дружной работе с местными партийными и советскими
организациями.
6)	Памятуя, что Кавказ является ареной схваток империали¬
стических стран Антанты и ее прислужников, с силами Советс¬
ких Республик и мировой революции, необходимо постоянно
разъяснять красноармейцам смысл международных событий, их
высокую обязанность; необходимо всеми способами повышать
боеспособность и коммунистическое сознание Красной армии.
Никулихин Я. На фронте Гражданской войны (1918—1921).
Очерки и воспоминания. Петроград, 1923. С. 174—176.
ПРИЛОЖЕНИЕ 20
Извлечения из доклада № 39431/оп/раз разведотдела штаба
СКВО «Общий обзор повстанческого движения и бандитизма
на территории Северо-Кавказского округа за 1920 и 1921 гг.»
12 июля 1921 г.
[...] Терская область
История развития повстанческого движения и бандитизма
Начало зарождения
Появление повстанческих отрядов и начало их открытой борь¬
бы отмечается еще в марте 1920 г., т.е. с того момента, когда по¬
338

чувствовался окончательный перевес побед Красной армии над
белыми.
Причины
Плохая работа с самого начала органов Советской власти, ча¬
стые применения репрессий в связи с продразверсткой, безответ¬
ственная власть и преступная работа для достижения своих це¬
лей отдельных советработников, вышедших зачастую из кулаков,
спекулянтов, полковников и князей — белогвардейских агентов,
притеснения последними бедноты окончательно разочаровали на¬
селение в своих ожиданиях от Советской власти. Запрещение сво¬
бодной торговли, разные мобилизации, аннулирование денег, об¬
щая транспортная, хозяйственная, промышленная разруха, подо¬
рвавшие благосостояние края и убившие личную инициативу
свободолюбивых казаков [и] горцев, крайне озлобили население,
и оно готово было поддерживать всякое антисоветское выступ¬
ление, лишь бы избавиться от нового порядка под влиянием со¬
ветской агитации оставшейся не у дел интеллигенции и кишащих
всюду белогвардейских агентов, а также благодаря неумелому под¬
ходу к населению со стороны пришлых совработников, незнако¬
мых с национальным и бытовым укладом края, и наиболее недо¬
вольные активные элементы населения начали уходить в горы,
леса, дабы организоваться в отряды и противодействовать мест¬
ным Советским властям
Архив Института военной истории (ИВИ). Ф. 217. Оп. 259.
Д. 83. Л. 15.
ПРИЛОЖЕНИЕ 21
Постановление Государственного Комитета Обороны № ГКО-
894сс о формировании национальных войсковых соединений
13 ноября 1941г.
Государственный Комитет Обороны постановляет:
1. Разрешить ЦК КП(б) и Совнаркомам Союзных и автоном¬
ных республик формирование следующих национальных войско¬
вых соединений:
339

а)	в Башкирской АССР
б)	в Туркменской ССР
в)	в Узбекской ССР
г)	в Таджикской ССР
д)	в Казахской ССР
е)	в Калмыцкой АССР
ж)	в Киргизской ССР
з)	в Чечено-Ингушской и
Кабардино-Балкарской
Всего:
2 кавалерийских дивизии
2 кавалерийских дивизии и
2 отдельных] стрелковых бригады
5 кавалерийских дивизий и
9 отдельных] стрелковых бригад
1 кавалерийскую дивизию и
2 отдельных] стрелковых бригады
2 кавалерийских дивизии и
2 отдельных] стрелковых бригады
2 кавалерийских дивизии
3 кавалерийских дивизии
2 кавалерийских дивизии, имея по
2 кав[алерийских] полка каждой
национальности
20 кавалерийских дивизий
15 отдельных] стрелковых бригад.
2.	Дивизии укомплектовать здоровым и крепким личным со¬
ставом местных национальностей, в возрасте не старше 40 лет.
Начальствующим составом обеспечить по возможности так¬
же из местных национальностей, недостающих пополнить рус¬
скими.
3.	Обмундирование, людское и конское снаряжение, седла,
продфуражное и прочее довольствие, конский состав, холодное
и частично огнестрельное оружие [обеспечить] за счет ресурсов
союзных и автономных республик.
4.	По сформировании кавалерийские дивизии и отдельные
стрелковые бригады принять на бюджет НКО и дообеспечить не¬
достающим вооружением.
5.	Обязать Военные Советы СКВО, САВО и УрВО провести
формирование, обучение и сколачивание кавалерийских дивизий
и отдельных стрелковых бригад, формируемых на территории этих
округов.
6.	Обязать НКО принимать дивизии для доформирования и
обеспечения недостающим вооружением и снаряжением только
по ходатайству Военного Совета округа после того, когда диви¬
зии будут укомплектованы всем необходимым из местных ресур¬
сов и проверены специальной комиссией округа.
Принятые дивизии зачислить на все виды довольствия НКО,
для чего Главному Интенданту КА отпустить потребное количе¬
ство пайков.
340

Срок приема дивизий установить не ранее января месяца
1942 года.
Председатель Государственного
Комитета Обороны
И. Сталин
РГАСПИ. Ф. 644. On. 1. Д. 14. Л. 85—85 об.
ПРИЛОЖЕНИЕ 22
Доклад начальника штаба Закавказского военного округа
генерал-майора Я.А. Ищенко7279 Военному совету округа
об итогах формирования национальных стрелковых дивизий
и мобилизационных ресурсах Закавказья
13 марта 1942 г.
I. Итоги формирования национальных стрелковых дивизий.
1.	Народным Комиссаром Обороны СССР шифровкой от
3 февраля 1942 г. № Орг (2) 534 приказано: 392, 406, 408, 409, 402
и 223 сд укомплектовать личным составом по национальному при¬
знаку и иметь: 392 и 406 сд грузинскими, 408 и 409 сд — армянс¬
кими, 402 и 223 сд — азербайджанскими.
2.	Укомплектование названных дивизий было приказано про¬
извести:
а)	За счет ресурсов самих этих дивизий, путем соответствую¬
щей перестановки их (в зависимости от национальности) из од¬
ной дивизии в другую, для чего имелось: грузин — мл[адшего] нач¬
состава — 1038 чел., рядового состава — 7219, что составляло до
34% потребности двух грузинских дивизий; азербайджанцев —
мл[адшего] начсостава — 1623, рядового состава — 9500 человек,
что составляло до 40% потребности двух азербайджанских диви¬
зий, армян — мл [адшего] начсостава — 1981 человек, рядового
состава — 6180, что составляло до 36% потребности двух армянс¬
ких дивизий.
б)	За счет переменного состава запасных стрелковых бригад —
грузин — 4000, азербайджанцев — 5000, армян — 2000, а всего —
11 000 человек. Отобрано же из этих бригад — 8400 человек, ос¬
341

тальные недобраны, как не отвечавшие предъявленным требова¬
ниям и за недостатком ресурсов в этих бригадах.
в)	За счет ресурсов военнообязанных, призываемых из запа¬
са: грузин — мл[адшего] начсостава — 656 чел., рядового состава —
4478; азербайджанцев — мл[адшего] начсостава — 250 чел., рядо¬
вого состава — 4638 человек.
3.	Таким образом, национальные дивизии рядовым и млад¬
шим начальствующим составом должны быть укомплектованы в
среднем — 60% за счет перемещения личного состава из дивизии
в дивизии (переформировываемых) и за счет запасных частей,
остальной рядовой и младший начсостав за счет призыва из за¬
паса: кроме изложенного, на укомплектование этих дивизий было
взято — 1200 человек младшего начсостава из 9,20, 61,151, 394 сд,
28 и 38 зсб[р].
4.	Во исполнение приказа Наркома обороны и предъявлен¬
ных им требований штаб ЗакВО с 5 февраля 1942 года приступил
к переформированию упомянутых шести стр. дивизий. Одновре¬
менно по согласованию с Центральным Комитетами КП(б) Азер¬
байджана, Грузии, Армении нами было возбуждено ходатайство
перед Народным Комиссаром обороны о том, чтобы соответствен¬
но (по национальному принципу) произвести перемещение сред¬
него, старшего и высшего командного и начальствующего соста¬
ва. Такое перемещение было санкционировано. На этом основа¬
нии, по согласованию с ЦК КП(б) Грузии, Азербайджана и
Армении, были назначены и приступили к работе командиры и
комиссары дивизий: 392 сд — командир дивизии — полковник
Силагадзе1280 , военком дивизии — ст[арший] бат[альонный] ко¬
миссар Сахадзе1281,406 сд — командир дивизии — полковник Ку-
парадзе1282 , военком дивизии — батальонный комиссар — Кик-
вадзе1283,402 сд — командир дивизии — подполковник Гусей¬
нов1284, военком дивизии — полковой комиссар Исмаилов1285 ,
223 сд — командир дивизии полковник Зюванов1286 , военком ди¬
визии полковой комиссар — Алиев1287,408 сд — командир диви¬
зии — полковник Кицук1288 , военком дивизии — бат[альонный]
комиссар — Амержданов1289,409 сд — командир дивизии — пол¬
ковник Василян1290 , военком дивизии бат[альонный] комиссар —
Арутюнов.
Подавляющее большинство командиров и комиссаров полков
было подобрано и назначено соответствующей национальности.
Подобран средний начсостав за счет перемещения внутри войск
округа и за счет выпускников военных училищ и дан в нацио¬
342

нальные дивизии в следующем количестве: 392 сд — 569 чел., или
60,5%, 406 сд — 553 чел., или 58,8%, 402 сд — 325 чел., или 34,5%,
223 сд — 231 чел., или 24,5%, 408 сд — 516чел., или 54,7%, 409 сд —
544 чел., или 57,5%. Остальной старший и средний начсостав пока
остается других национальностей, за неимением соответствующих
ресурсов.
5.	В целях лучшего переформирования этих дивизий и обес¬
печения их вполне пригодным личным составом штаб ЗакВО
предъявил следующие требования командирам переформировы¬
ваемых стр. дивизий, командирам запасных бригад и военкома¬
там:
а)	Командирам стрелковых бригад и военкоматам отобрать дня
дивизий людей безусловно здоровых, вполне годных к строевой
службе в войсках, выносливых, стойких и политически проверен¬
ных и вполне надежных людей, даваемых в дивизии, пропустить
через медицинскую комиссию, а перед отправкой в части произ¬
вести им тщательную санобработку, а вещам их — дезинфекцию.
Исключить всякую возможность проникновения в дивизии лю¬
дей больных и политически ненадежных.
б)	Командирам стр[елковых] дивизий в стрелковые запасные
бригады послать своих ответственных представителей для отбо¬
ра, приема от бригад людей и сопровождения их в свои дивизии.
Кроме того, от командиров дивизий требовалось организовать
тщательный прием и отбор посылаемых им пополнения, особен¬
но по 402 сд, с тем чтобы не допустить возможности засорения
дивизий по состоянию здоровья или по политическим сообра¬
жениям негодными людьми. Дивизии должны полностью пере¬
укомплектовываться соответствующим национальным составом,
владеющим соответствующим национальным языком. Такие же
подразделения, как связь, артиллерия, штабы, должны комплек¬
товаться людьми, владеющими кроме соответствующего наци¬
онального языка и русским. Для 402 сд, кроме того, по специ¬
альному заданию Командующего войсками ЗакВО и Члена Во¬
енного совета тов. Багирова1291, был установлен пункт сбора
пополнения в Нахичеване, где личный состав командованием ди¬
визии должен быть тщательно проверен, приведен в полный по¬
рядок, одет в новое советское обмундирование и только после это¬
го должен был посылаться в части дивизий, расположенные в
Иране.
в)	В целях правильного отбора пополнения для национальных
дивизий стрелковыми зап[асными] бригадами в последние были
343

посланы специальные представители штаба округа: в 28 зсб[р] —
подполковник Забельников, в 38 зсб[р] — подполковник Забелин.
Для оказания практической помощи самим стрелковым дивизи¬
ям в переформировании штабом округа были посланы специаль¬
ные бригады.
6.	Как справились с поставленными задачами командование
дивизий, командование стрелковых запасных бригад, военкома¬
ты и представители штаба округа по переформированию нацио¬
нальных дивизий?
Все эти инстанции в основном со своей задачей справились,
и шесть стрелковых дивизий в пятнадцатидневный срок были пе¬
реформированы, все части подразделения организационно впол¬
не оформлены, в основном укомплектованы и включились в нор¬
мальную боевую и политическую учебу.
Мы задержались на 5 суток (требовалось переформирование
закончить к 15.2.42 г., а мы его в основном закончили 20.2.42).
Объясняется это запоздание тем, что жел[езная] дорога испыты¬
вала и еще теперь испытывает большие затруднения с вагонами,
их не было в потребном количестве. Поэтому жел[езная] дорога
оказалась не в состоянии перебросить пополнения дивизиям в
установленные сроки.
Наряду с этим имели место и такие недостатки:
[...] в) Бывш[ий] командир 402 сд — полковник Волкович1292
[и] военком дивизии ст[арший] бат[альонный] комиссар Столя¬
ров1293 при приеме пополнения дивизии допустил[и] безоснова¬
тельный, огульный отсев людей по мотивам того, что якобы они
негодны к строевой службе. Причем отсев этот производился не
врачами и не в соответствии с требованием положений и прика¬
зов НКО, а штабными командирами (н[ачальни]к 1-й части шта-
дива, дивизионный инженер, н[ачальни]к штаба артиллерии ди¬
визии и н[ачальни]к 4 части штадива), и непригодность к службе
определялось не путем освидетельствования врачами, а на глазок
командирами (произвольно). В результате такого произвола из
прибывшего пополнения в 1150 чел. было в первый день призна¬
но годными лишь 500 чел., т.е. менее 50%, а остальные оказались
негодными, на второй день отсеянных еще раз пересмотрели че¬
рез командирский осмотр и признали негодными уже 218 чел. Все
эти 218 человек по приказанию полковника Волковича и были
возвращены в 28 зап[асную] стр[елковую] бригаду. По приказа¬
нию командующего войсками нач[альни]к отдела боевой подго¬
товки округа — полковник Плехов и представитель политуправ¬
344

ления округа т. Герасимов произвели расследование того, как шел
отбор личного состава в 28 зап[асной] стр[елковой] бригаде и при¬
ем этих людей в 402 сд. Они установили, что среди возвращен¬
ных 402 с.д. в 28 зап[асной] стр[елковой] бриг[аде] 218 чел. (как
негодных к строевой службе). Подавляющее большинство, безус¬
ловно, годны, например,тов. Плехови Герасимовизчисла218 чел.,
возвращенных в 28 зсб[р] из 402 сд, пропустили через врачебную
комиссию 10 чел., из которых оказались 8 чел. безусловно год¬
ных к строевой службе, а 2 годных к нестроевой службе. Тов. Пле¬
хов и Герасимов установили и то, что донесение командира и ко¬
миссара 402 сд, как и личный доклад полковника Волковича ко¬
мандующему войсками о том, что из 28 зсб большинство людей
прибыло в 402 сд больных, негодных к службе, что с прибытием
поезда на ст. Нахичевань сразу же 16 человек унесли на носилках в
госпиталь, что командир 28 зсб[р] приемщиков от 402 сд выгнал
с бригады, не дал им возможности произвести отбор людей и пр[о-
чее] — является безответственно надуманным и неправдивым.
7.	В итоге переформирования 392, 406, 402, 223, 408 и 409 сд
укомплектованы и материально оснащены.
Для покрытия некомплекта дивизий штабом округа приняты
следующие меры:
а)	По начсоставу при военных училищах созданы курсы по
подготовке командиров взводов: азербайджанцев — 400 чел., гру¬
зин — 500 чел., армян — 400 чел. Подготовка этих командиров
будет закончена в апреле.
б)	По рядовому составу: для 402 сд уже дан наряд и произво¬
дится отбор — 1500 чел. — в 28 сзб1294 . Остальное по этой и дру¬
гим дивизиям призывается из запаса. К концу марта рядовым со¬
ставом эти дивизии будут доукомплектовываться полностью.
г) В отношении довооружения возбуждено ходатайство перед
НКО по этому поводу, и, видимо, к концу марта кое-что из воо¬
ружения, в частности пулеметы, нами будет дано.
В работе по переформированиям этих дивизий штабу округа
и самим переформировываемым дивизиям оказали своевремен¬
ную и большую помощь Центральные комитеты КП(б) Азербай¬
джана, Грузии и Армении как в части подбора и расстановки кад¬
ров, так в самом переформировании, материальном обеспечении
дивизий, налаживанию учета, политического воспитания лично¬
го состава и пр.
Для оказания практической помощи дивизиям и их увязка с
местными партийными и советскими организациями Централь¬
345

ные Комитеты КП(б) Азербайджана, Грузии и Армении коман¬
дировали своих ответственных представителей непосредственно
в соответствующие дивизии, что дало большие положительные
результаты. Само переформирование национальных по форме и
интернациональных по содержанию стрелковых дивизий нашло
единодушное одобрение и поддержку со стороны широких масс
командного, начальствующего, рядового состава этих дивизий и
самого населения.
Эти массы с чувством гордости и высокого советского патри¬
отизма встретили это важнейшее мероприятие. Все это является
незыблемым залогом тому, что личный состав этих дивизий бу¬
дет достойными, воинственными сынами своего замечательного,
свободолюбивого Советского народа, национальностей Закавка¬
зья.
8.	Кроме перечисленных шести стрелковых дивизий, по при¬
казанию Народного Комиссара Обороны сформирована Армян¬
ская 89 стр. дивизия.
Кроме того, с 3 марта приступлено к формированию: двух гру¬
зинских стр[елковых] дивизий (414 и 418-й), одной азербайджан¬
ской стр[елковой] дивизии (416-й), одной армянской стрелко¬
вой] дивизии (419-й). Формирование их идет за счет призыва из
запаса: призывников 1922 и 1923 г. рождения, разбронированных
и военнообязанных в возрасте до 45 лет. Дивизии эти должны быть
укомплектованы: 414, 416и417к15 марта, а окончательная го¬
товность их 1 июня, 418 и 419 к 1 апреля, а окончательная готов¬
ность 1 октября 1942 года.
9.	Создание национальных дивизий по форме и высокоинтер¬
национальных по содержанию имеет огромное политическое и
боевое значение. Оно еще более сплачивает народы Закавказья
вокруг Великой партии Ленина — Сталина, Великого Вождя На¬
рода и Гениального Полководца т. Сталина. Оно еще более ук¬
репляет нерушимую дружбу многонациональных народов нашей
родины; оно открывает широкую дорогу к обогащению народов
Закавказья боевой доблестью, боевой славой и геройством в боях
за нашу социалистическую отчизну, за независимость и свободу
Великого Советского Народа, за полное истребление фашистс¬
ких варваров.
Отсюда задача командного и политического состава, партий¬
ных и комсомольских организаций национальных дивизий состо¬
ит в том, чтобы в кратчайший срок отдельные части и дивизии в
целом сделать в военном отношении обученными, политически
346

воспитанными, образцово дисциплинированными и высокобо¬
еспособными. Учебу и воспитание личного состава вести на рус¬
ском и соответствующем национальном языке — так, например:
а)	Все команды подавать только на русском языке.
б)	Командирскую учебу, командирские инструктажи, подго¬
товку штабов, служебную переписку в штабах и частях и подраз¬
делениях вести на русском языке.
в)	Партийно-политическую работу, печать подразделений ча¬
сти и соединений, лекции, беседы, теоретические занятия для
рядового и младшего начсостава вести на соответствующем на¬
циональном языке.
г)	В тех подразделениях (взводах, ротах, батареях), где начсо¬
став остается другой национальности, не владеющей соответству¬
ющим национальным языком, командирам необходимо иметь
переводчиков из числа лучших младших командиров и рядовых
бойцов — хорошо владеющих русским и соответствующим наци¬
ональным языком, с целью лучшего общения с подчиненными,
лучшего обучения и воспитания их.
д)	Вся жизнь, деятельность и учеба этих дивизий должна быть
пронизана высокими и благородными чувствами интернацио¬
нального воспитания личного состава, беззаветной преданности
его нашей родине и ненависти к врагу.
В каждом человеке ковать высокие качества смелости, реши¬
тельности, отваги, доблести, геройства и презрение к смерти во
имя победы над фашистскими извергами.
II. О мобилизационных ресурсах Закавказья (Грузинской,
Азербайджанской, Армянской ССР и Дагестанской АССР)
К началу Отечественной войны мобилизационные ресурсы
Закавказья по людским ресурсам, конскому составу, повозкам и
автотранспорту состояли:
а) По людским ресурсам в возрасте до 50 лет имели: Грузинс¬
кой ССР — 392 112 чел., Азербайджанской ССР — 335 378 чел.,
Армянской ССР — 142 692 чел., Дагестанской АССР — 95 363 чел.,
Нахичеванской АССР — 14 692 чел. Итого — 980 082 чел. Из них
по состоянию на 1 марта 1942 г. (включая и проводимый в насто¬
ящее время призыв на новые формирования) в армию призвано:
по Грузинской ССР — 275 815 чел., Азербайджанской ССР —
247 043 чел., Армянской ССР — 124585 чел., Дагестанской АССР —
57 442 чел., Нахичеванской АССР — 8958 чел. Итого — 713 870 че¬
ловек, или 72,84% к общему числу довоенных ресурсов.
347

Общий остаток ресурсов: Грузинская ССР — 94 158 чел., Азер¬
байджанская ССР —78 814чел., Армянская ССР —24 129 чел., Да¬
гестанская АССР — 29 358 чел., Нахичеванская АССР — 4505 чел.
Итого — 230 964 чел.
Из числа общего остатка людских ресурсов, годных для стро¬
евой службы в армии, имеем: по Грузинской ССР — 54 400 чел.,
Азербайджанской ССР —58 829 чел., Армянской ССР — 12 515 чел.,
Дагестанской АССР — 21 726 чел., Нахичеванской АССР — 3044 чел.
Итого — 150 514 человек. Кроме этого, мы имеем новобранцев
1923 г. рождения: по Грузии — 1816 чел., Азербайджану — 5001 чел.,
Армении — 1417 чел., Дагестану — 217 чел. и Нахичевани — 75 чел.
Итого — 8526 человек. А также годных к нестроевой службе и во¬
еннообязанных женщин: по Грузии — 39 758, Азербайджану —
19 958, Армении — 11 614, Дагестану — 7632, Нахичевани — 1416.
Всего 80 450. Если учесть, что из числа этих ресурсов имеется зна¬
чительная часть больных, недостаточно физически развитых и пр.,
то положение с людскими ресурсами становится крайне напря¬
женным. Ресурсов этих хватит только для укомплектования за¬
пасных частей не более как на три месяца, т.е. апрель, май, июнь,
при условии до 50-летнего возраста. В людских же ресурсах для
укомплектования военных училищ уже теперь ощущается острый
недостаток по возрасту, грамотности и знанию русского языка.
Остаток новобранцев 1923 года рождения полностью будет ис¬
пользован на укомплектование военных училищ в марте месяце,
для апреля и других месяцев придется брать военнообязанных
старших возрастов, если Москвой не будут подброшены необхо¬
димые ресурсы. В связи с такой ограниченностью людских ресур¬
сов крайне желательно вывоз их за пределы Закавказья прекра¬
тить, а для укомплектования военных училищ ввозить ресурсы из
других Округов [...].
Начальник штаба ЗакВО генерал-майор Ищенко
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 107. Л. 92-104. Подлинник.
348

ПРИЛОЖЕНИЕ 23
Директива Ставки ВГК № 994229 командующему войсками
Закавказского фронта генералу армии И.В. Тюленеву1295
о переформировании четырех национальных дивизий
Копия: командующему Северной группы войск Закфронта
8 октября 1942 г. 16 ч. 40 мин.
Ставка Верховного Главнокомандования разрешила:
1.	К 5.10.1942. 89 армянскую, 402, 416, 223 азербайджанские
стрелковые дивизии, находящиеся в составе Северной группы
войск, переформировать в четыре стрелковых бригад по штату
№ 04/330 — 04/343 каждую.
2.	Укомплектование бригад произвести за счет лучшего наи¬
более подготовленного и боеспособного личного состава перефор-
мируемых стрелковых дивизий.
Весь остальной личный состав этих дивизий использовать для
работы в тылах, произведя им замену пригодного к строю рядо¬
вого состава. Излишествующий начальствующий состав обратить
на доукомплектование частей и штабов.
3.	Начальнику Главупраформа дать указания организацион¬
но-штатном оформлении формируемых стрелковых бригад и рас-
формируемых стрелковых дивизий.
Исполнение прошу донести.
По поручению Ставки
Василевский1296
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 3. Л. 40. Копия.
349

ПРИЛОЖЕНИЕ 24
Из донесения Военного совета Закавказского фронта
Верховному Главнокомандующему И.В. Сталину
по поводу переформирования национальных соединений
9 октября 1942 г. 19 ч. 05 мин.
Вопрос о реорганизации 402, 416, 223 и 89 сд в стрелковые
бригады, выдвинутые Военным советом Северной группы войск
Закфронта без ведома Военного совета, выдвинуты [...] ошибоч¬
но и без должного изучения
Недостаточная боевая устойчивость [указанных] соединений
объясняется главным образом [...] плохой организацией партий¬
но-политической работы, неучетом особенностей наций в орга¬
низации управления боем.
Военный совет Закавказского фронта просит Ставку ВГК ос¬
тавить для вышеупомянутых соединений дивизионную органи¬
зацию. Примем все меры к развертыванию углубленной полити¬
ческой работы [...].
Тюленев
Багиров
Арутюнов1297
Чарквиани1298
ЦАМО. Ф.209. Оп. 1063. Д. 166. Л. 29. Подлинник.
350

ПРИЛОЖЕНИЕ 25
Директива Ставки ВГК № 170646 командующему войсками
Закавказского фронта генералу армии И.В. Тюленеву об отмене
санкции на переформировании национальных соединений
Копия: командующему Северной группы войск
Закавказского фронта
Заместителю народного комиссара обороны
тов. Щаденко1299
10 октября 1942 г.
В связи с ходатайством Военного совета фронта Ставка Вер¬
ховного Главнокомандования отменяет санкции на переформи¬
рование 402,416, 223 и 89 сд и требует принять все меры к повы¬
шению боеспособности указанных дивизий.
По поручению Ставки Верховного Главнокомандования
и Генерального штаба КА Василевский
ЦАМО. Ф.209. Оп. 1063. Д. 3. Л. 40. Копия.
ПРИЛОЖЕНИЕ 26
Распоряжение заместителя начальника штаба
Закавказского фронта полковника С.И. Рождественского1300
начальнику штаба Северной группы войск
Закавказского фронта генерал-майору Я.С. Дашевскому1301
№ 0321/оп об устранении недостатков в боевой подготовке
402-й стрелковой дивизии
21 октября 1942 г. 23 ч. 15 мин.
Поверкой командиром оперативного отдела штаба Закфрон-
та в частях 402 сд 44 армии установлено:
1.	Подразделения частей при перемещении на другие участки
своих боевых участков никому не сдают, а просто оставляют ни¬
кем не занятыми (1 стр[елковая] рота 839 сп и 1 стр[елковая] рота
840 сп 402 сд).
351

2.	Командиры подразделений без разрешения оставляют свои
подразделения и убывают за 10—15 км от расположения своих
подразделений: (командир 5 стр. роты 839 сп — рота занимает ру¬
беж в районе Аду-Юрт, командир роты был в Кень-Юртов, мо¬
тивируя свое появление тем, что он привел больного красноар¬
мейца и приехал получить оружие).
3.	Штаб дивизии не контролирует отданных распоряжений,
сами распоряжения отдаются не четкими и неясными.
Командир дивизии решил 1 стр. роту 839 сп перебросить из
района Аду-Юрт для занятия рубежа в районе (иск) Кень-Юртов,
(иск) Конев. Штадив своим боевым распоряжением № 04 от
10.10.42 г. указал командиру, 839 сп 1 стр. ротой занять рубеж (иск)
Кень-Юртов. Командир 839 сп получив такое распоряжение, ре¬
шил 1 стр[елковой] ротой занять рубеж — курган восточнее Кень-
Юртов 2 км и (иск) Шеды-Юрт. По занятии 1 стр[елковой] ротой
этого рубежа командир 839 сп донес письменно штадиву о выпол¬
нении их распоряжения № 04 от 10.10. Штадив же, получив это
донесение, нанес на карту, что якобы — рота занимает рубеж за¬
паднее Кень-Юртов, а в самом деле она занимает рубеж восточ¬
нее Кень-Юртов, и на этом успокоился. По приезде представи¬
теля оперотдела в штадив, после поверки, начальник первого от¬
деления старался доказать, что действительно 1 стр[елковая] рота
639 сп занимает рубеж западнее Кень-Юртов, ссылаясь на доне¬
сение командира 839 сп о выполнении их распоряжения № 04 и
на следующий день представитель Оперативного Отдела с замес¬
тителем командира дивизии выехали на место, и он показал за¬
местителю командира дивизии, что действительно этот рубеж ни¬
кем не занимался, а 1 стр[елковая] рота была расположена восточ¬
нее Кень-Юртов, таким образом, получается в практике работы
штаба 402 сд, что штаб не контролирует своих распоряжений, а ус¬
покаивается полученными донесениями от нижестоящих штабов.
Все перечисленные факты говорят о том, что некоторые ко¬
мандиры подразделений, частей и соединений до сего времени не
нашли своего места в руководстве и управлении войсками.
Прошу дать указания:
1)	в дальнейшем передачу боевых участков производить по
актам с указанием характера и состояния оборудования боевых
участков в инженерном отношении, в присутствии представите¬
ля вышестоящего штаба;
2)	потребовать от штаба 44 армии поверки расположения ча¬
стей и соединений в занятии ими оборонительных рубежей и обо¬
352

рудования их в инженерном отношении. Расположение резервов,
постановка им задач и знание этой задачи командирами выделен¬
ных подразделений в резерв;
3)	По факту неточного распоряжения, отданного штадивом
402 сд, на виновных наложить взыскание;
4)	потребовать от штабов всех степеней повседневного конт¬
роля за действиями подчиненных частей как по занятию и обо¬
рудованию оборонительных рубежей, а также за ходом боевой
подготовки;
5)	систематически проверять работу штабов, с целью улучше¬
ния их работы по управлению войсками;
6)	рекомендую установить границы районов, за пределы ко¬
торых появление комсостава без командировочных предписаний
считать дезертировавшими, с применением к ним мер со всеми
вытекающими последствиями.
Зам. начальника штаба Закавказского фронта
полковник Рождественский
ЦАМО. Ф. 273. Оп. 879. Д. 1. Л. 168-169. Подлинник.
ПРИЛОЖЕНИЕ 27
Приказ Военного совета 44-й армии войскам
о результатах проверки оборонительного участка
1037-го стрелкового полка 223-й стрелковой дивизии
23 октября 1942 г.
В результате проверки оборонительного участка 1037 сп 223 сд
установлено:
1.	Подразделения 1037 сп — заняв район обороны, ничего не
сделали по развитию и усовершенствованию оборонительных
сооружений. На участке обороны 2-го б[атальо]на 1037 сп вся тер¬
ритория расположения б[атальо]на, захламлена, засорена, отдель¬
ные сооружения развалились, рассыпались, окопы превращены
в уборные.
Бойцами окопы и другие оборонительные сооружения —
не заняты. Вдень проверки в 13.00, бойцы находились в ближай¬
12 -4998
353

шем тылу около своих палаток — кипятили чай, варили кушанье
(в дополнение к обеду). Никаких занятий в батальоне не было.
В к[расноармей]ских палатках, оказались в беспорядке разбросан¬
ными, — патроны, штыки, противогазы, гранаты, лопаты, пуле¬
метные] диски и другое. На самом переднем крае обороны обна¬
ружено 2 ПТО1302 и боеприпасы, никем не охраняющиеся, весь
расчет орудия находился в ближайшем тылу.
Поднятые по тревоге красноармейцы 4-й роты 2-го батальо¬
на 1037 сп очень медленно заняли свои места в обороне, при этом
многие красноармейцы оставили в палатках патроны, гранаты,
противогазы, лопаты и другие предметы.
2.	Регулярных занятий по боевой подготовке в полку нет.
В 3-й роте, (комроты лейтенант Касымов) нет расписания заня¬
тий, нет четкой установки, как проводить занятия во взводах, рас¬
положенных отдельно.
Командиры взводов организуют занятия как им вздумается.
Распорядок дня не соблюдается. Красноармейцы несвоевремен¬
но получают пищу, несвоевременно моются в бане. Нет еще ото¬
пленных землянок. Внешний вид красноармейцев неудовлетво¬
рительный, многие ходят в грязном нечищенном обмундирова¬
нии, не заправленные, небритые и др.
3.	Партийно-политическая работа в подразделениях полка
стоит на крайне низком уровне. Газеты в подразделение полка
доставляют нерегулярно. Командиры и политработники мало бе¬
седуют с красноармейцами, последние не знают обстановки на
фронте и положения в стране.
4.	Командование дивизией, полка, штабы редко бывают в под¬
разделениях, не контролируют выполнение своих приказов и рас¬
поряжений.
В целом полк выглядит, как боевая единица, неорганизован¬
ным, мало боеспособным.
Командиры и политработники всех степеней не живут еще
настоящей фронтовой жизнью, не хотят понять и усвоить того,
что части дивизии заняли боевой рубеж обороны. Пока везде чув¬
ствуется благодушие, беспечность.
Приказываю:
1.	Командованию дивизии и полков в кратчайший срок наве¬
сти полный порядок в своих частях.
Полностью занять оборону, непрерывно ее развивать и усо¬
вершенствовать. Подготовить оборону к зиме, очистить террито¬
рию расположения частей от захламленности и мусора.
354

2.	Одновременно с работой по укреплению обороны наладить
регулярную учебу в подразделениях.
3.	Работникам штабов дивизии и частей не отсиживаться в
помещениях, а непрерывно контролировать учебу в подразделе¬
ниях и помогать командирам в ее организации и проведении.
4.	Проявить максимум заботы о красноармейцах, своевремен¬
но их кормить, мыть в бане, обеспечить доставку и отправку пи¬
сем.
5.	Потребовать от политработников и руководителей партий¬
ных и комсомольских организаций всемерно улучшить партий¬
но-политическую работу в подразделениях, шире практиковать
организацию задушевных бесед к[оманди]ров и политработников
с красноармейцами.
6.	К строжайшей ответственности привлекать всех бездельни¬
ков, инертных, нерадивых к[оманди]ров и политработников, ото¬
рвавшихся от массы, проявляющих благодушие и беспечность.
7.	Начштаба и нач[альнику] политотдела армии — немедлен¬
но направить в дивизию группы работников штаба и политотде¬
ла, для проведения работы — в помощь командиру дивизии, по
наведению порядка в частях и подразделениях.
8.	Обратить внимание командира дивизии — полковника Зю-
ванова и его заместителей по политчасти — батальонного комис¬
сара Кадырова, по артиллерии — подполковника Лашевича, на
неудовлетворительное руководство частями и слабый контроль за
оборонительными рубежами и учебой в частях.
9.	За отсутствие должного военного порядка в подразделени¬
ях полка, слабое руководство учебой и работой по укреплению
обороны командиру 1037 стр[елкового] полка — майору Абдул¬
лаеву, его заместителю — по политчасти — батальонному] комис¬
сару Алиеву — поставить на вид.
Командиру 2-го батальона 1037 стр. полка — старшему лей¬
тенанту Муртазалиеву, командиру 3-й роты лейтенанту Касымо¬
ву, объявить строгий выговор.
Приказ объявить всему комсоставу, до командира взвода
включительно.
Командующий 44 армией гвардии генерал-майор Мельник1303
Член Военного совета 44 армии Бригадный комиссар Уранов1304
Начальник штаба 44 армии полковник Соколов1305
ЦАМО. Ф. 273. Оп. 875. Д. 2. Л. 108. Заверенная копия.
355

ПРИЛОЖЕНИЕ 28
Из показаний генерала армии И.В. Тюленева
следствию по делу Л.П. Берии1306
29 июля 1953 г.
[...] Обращает на себя особое внимание отношение Берия и
Масленникова1307 к национальным соединениям, действующим
в Закфронте, а таких соединений в Закфронте было 9 (две азер¬
байджанских, 3 армянских и 4 грузинских стрелковых дивизий).
Кроме того, была одна кавдивизия, переброшенная в Закфронт
из Туркестана. Берия приказал с обороны перевалов снять ка¬
валерийские части, укомплектованные казахами, мотивируя это
тем, что они якобы трусы. Такое же отношение было со сторо¬
ны Берия и по отношению к другим национальностям, особен¬
но, к азербайджанским. В период [наи]более ожесточенных боев
под Моздоком и на реке Урух Масленников официально поста¬
вил вопрос перед командованием фронта о расформировании
5 национальных стрелковых дивизий. Такая постановка вопро¬
са со стороны Масленникова не имела под собой никаких осно¬
ваний, так как последующая проверка этих соединений показа¬
ла здоровое политико-моральное состояние, высокую дисцип¬
лину и полную их боевую готовность. Подобное отношение к
национальным соединениям не только не укрепляло боеспособ¬
ность войск фронта, а наоборот, ослабляло ее и нарушало друж¬
бу народов [...].
Генерал армии
И. В. Тюленев
Из личного архива Н.И. Тюленевой. Подлинник.
356

ПРИЛОЖЕНИЕ 29
Таблица
Национальный состав соединений Закавказского фронта,
оконченных формированием в сентябре—декабре 1942 г.
Национальность
Количество,
чел.
Удельный вес,
%
Русские
58565
40,9
Украинцы
14824
10,3
Белорусы
1750
1,2
Евреи
2173
1,5
Татары
1129
0,8
Грузины
18770
13,1
Армяне
19811
13,8
Азербайджанцы
12783
8,9
Прочие
13461
9,5
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 165. Л. 24.
357

ПРИЛОЖЕНИЕ 30
Таблица
Национальный состав войск Северной группы
Закавказского фронта на 20 ноября 1942 г.
9 армия
с 11 и 10
ГК. CIC
58 армия
44 армия
37 армия
4 возд.
армия
4 гв. кк
275 сд
Всего
Удельный
вес. %
Русские
54273
7630
11922
10547
8720
1979
95071
43,85
Украинцы
13544
2162
2472
6578
1910
812
27479
12,67
Белорусы
1372
119
224
400
174
12
2201
1,01
Азербайджан¬
цы
8121
13541
18478
127
80
129
40476
18,67
Армяне
11742
417
1338
211
140
48
13896
6,41
Грузины
2808
702
10241
123
109
94
14077
6,43
Осетины
719
206
330
34
47
8
1094
0,5
Чеченцы и ин¬
гуши
3
2
85
90
0,04
Кабардинцы
и балкарцы
308
858
8
41
1215
0,56
Дагестанцы
127
1339
16
13
1483
0,68
Карачаевцы
и черкесы
68
68
0,03
Турки
8
139
12
51
16
219
0,1
Калмыки
9
236
245
о,и
Узбеки
3425
542
1224
56
48
15
5548
2,56
Таджики
17
11
28
0,01
Киргизы
52
4
20
76
0,03
Казахи
629
196
40
77
38
975
0,44
Мордвины,
чуваши
1057
100
48
207
1412
0,65
358

Продолжение таблицы
9 армия
с 11 и 10
ГВ. СК
58 армия
44 армия
37 армия
4 возд.
армия
4 гв. кк
275 сд
Всего
Удельный
вес, %
Татары
1404
227
103
141
101
12
1988
0,92
Евреи
1526
433
833
140
108
3095
1,43
Прочие
3323
963
2323
65
241
97
6922
3,19
ВСЕГО
104518
26942
50008
19465
2827
216800
100
Из них горцев
Северн. Кав¬
каза
1225
206
1339
1188
26
133
62
3950
1,82
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1019. Д. 42. Л. 1569.
Примечание: Нет данных о национальном составе частей 37-й армии.
После боев на нальчикско-орджоникидзевском направлении в конце
октября — начале ноября 1942 г. армия насчитывала лишь 5,5 тыс. чел. —
половину штатной численности одной стрелковой дивизии (ЦАМО. Ф. 209.
Оп. 1063. Д. 198. Л. 87). Сведения о количестве в ней осетин, кабардин¬
цев и балкарцев относятся к октябрю 1942 г. Данные о численности осе¬
тин взяты из кн.: Худалов Т.Т. Северная Осетия в Великой Отечествен¬
ной войне 1941—1945 гг. Владикавказ, 1992. С. 16. Данные о численно¬
сти кабардинцев и балкарцев взяты из: Кавказ. 1942—1943 годы: героизм
и предательство. Публ. Ю.Н. Семина, О.Ю. Старкова // Военно-исто¬
рический журнал. 1991. № 6. С. 40.
359

ПРИЛОЖЕНИЕ 31
Из сообщения командира 392-й грузинской стрелковой дивизии
полковника Г.И. Купарадзе командиру 242-йторно-стрелковой
дивизии полковнику Г.Г. Курашвили1308
о переходе дивизии через перевал Донгуз-Орунбаши
Ноябрь 1942 г.
Получил Вашу кодограмму, она не совсем понятна, но как
будто вопрос стоит о выводе моей дивизии, отрядов, находящих¬
ся в Баксанском ущелье, и скота на южные скаты Кавказского
хребта. Сообщаю наше положение и состояние.
После четырехдневных боев на выс. 910 и израсходования
всех снарядов были вынесены 12 орудий и закопаны в овраге у
выс. 1117.9 [...].
С 25 октября всякая связь с соседями прекратилась, но через
некоторое время была установлена только с армией1309 , которая
работала с перебоями. Пути отрезаны, с 25 октября никакой дос¬
тавки нет, что делается в армии — точно не известно. Сегодня по¬
слали группу командиров и бойцов, которые попытаются разве¬
дать пути к армейским базам в направлении Орджоникидзе и уз¬
нать, где остановились соседи.
Пищей пока дивизия довольствуется из собственных запа¬
сов. Мясо есть, хлеб и другие продукты — на 6 суточных дач, но
соли только на один день. При необходимости можем прожить
15 суток.
Патронов хватит, запас большой, но нужных мин и снаря¬
дов нет — около % боекомплекта.
Уйти нам нельзя, так как дивизия прикрывает Баксанское
ущелье, где имеется ценный, очень богатый комбинат по добы¬
че молибдена, имеющий всесоюзное значение. Имеется в уще¬
лье также армейский госпиталь с ранеными и больными. Воп¬
рос скота тут очень сложный и серьезный. Скота в расположе¬
нии дивизии до 30 000 голов мелкого и 5000 голов крупного
[рогатого скота].
Купарадзе
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 53. Л. 125. Подлинник.
360

ПРИЛОЖЕНИЕ 32
Переговоры по аппарату командующего войсками
Северной группы войск Закавказского фронта
генерал-лейтенанта И.И. Масленникова с командующим
войсками 44-й армии генерал-майором В.А. Хоменко1310
о причинах задержки наступления войск армии
8 декабря 1942 г.
Начало 14 ч. 20мин.
Конец 15 ч. 00 мин.
МАСЛЕННИКОВ. Здравствуйте. Доложите фактическое по¬
ложение и почему Ваш самый отдаленный левый хозяин жалует¬
ся на отсутствие задачи и напрасные потери. Есть ли целесооб¬
разность вводить это хозяйство (414 сд) всеми силами? Возмож¬
но ограничиться одной третью, а две трети держать на южном
берегу?
ХОМЕНКО. Здравствуйте. Докладываю: дополнение [к] бое¬
вому донесению за сутки 7.12. На правом фланге ночными дей¬
ствиями удалось блокировать, захватить опорный пункт Хруста¬
лев. Оказалось: Хрусталев защищался силою б[атальо]на пр[отив-
ни]ка, не менее этого находится [в] Кречетов. Хрусталев —
наскоро подготовленный сильный узел сопротивления. Кто обо¬
ронял, [в] частности, Хрусталев — о потерях и трофеях данные
уточняются.
320 сд — после безуспешных действий в ночное время с утра
приводила себя в порядок. К исходу сегодня ожидаю от нее поло¬
жительных результатов. В течение сегодняшнего дня 320 сд и 256
сбр отражали неоднократные контратаки сил той же группиров¬
ки с направления [хутор] Иванов, что и 7.12. Сейчас получено от
320 сд донесение — она имеет продвижение, подробности раско¬
дируются на месте. Оба эти хозяйства возглавляет Котов. Послал
320 сд в усиление — 103 иптап. На остальном участке [армии]
изменений нет. Что же касается самого левого (414 сд), в 8.00—
8.12 лично разговаривал с начальником этой части, дал ему ука¬
зание пока не лезть в мешок, главное — вынуть из него и подго¬
товлять для использования левее мешка в направлении Галюга-
евской. Туда же самолетом на рассвете сегодня послал Соколова
в помощь. Только что на мой правый [фланг] пролетала наша де -
361

сятка с задачей работать по К (Кречетов)1311 и Иванов. Котов
беспокоится насчет флангов, особенно в сторону Селиванова1312
(Дон. Ккк), так как Гусейнов (402 сд) плохо вел себя, левее 320 сд.
Есть основание тоже беспокоиться за фланг в сторону Гусейно¬
ва, я послал вчера одну единицу фирмы Титова1313 (132 отб). Вре¬
менно там подприкрыть за садами. В 13.30 у Вас должен быть мой
Кашкин1314 с моими соображениями на дальнейшее.
Ночью от 2 до 4 [часов] вызывал Тюленев. Доложил ему об¬
становку.
МАСЛЕННИКОВ. Это мне известно от Тюленева. Что еще
имеете доложить?
ХОМЕНКО. В связи с вопросами, которые докладывать бу¬
дет Кашкин, прошу подтянуть мне 271 сд. Главные трудности:
транспорт, сено, снаряды калибра 76[мм] и мины 120[мм]. При¬
нимаю все меры проводки 256 сбр и 320 сд. Желательно [со] сто¬
роны Селиванова хотя бы по движению отрядами прикрыть меня
справа. Вполне возможна работа авиации [по] таким пунктам, как
Кречетов, Иванов, Кривоносов. Ожидаю вашего решения по ма¬
териалам, докладываемым Кашкиным.
МАСЛЕННИКОВ. 1. Что ж захвачено в результате блокады
Хрусталева?
2.	Кратко [дайте] группировку врага перед Вашим фронтом.
У меня складывается впечатление, что вы деретесь против одно¬
го полка, усиленного 20—30 танками, т.е. имеете громаднейший
перевес в силах и, по существу, топчетесь на месте.
3.	Ваши черепашьи темпы наступления позволяют врагу пе¬
регруппировываться, закрепляться не наспех, а со временем до
трех суток. При таких темпах враг пешком придет из Берлина на
выручку второму полку.
4.	Какими мерами считаете возможным сократить разрыв в
прохождении документации с фактическим положением Ваших
войск? Это нетерпимо, когда Ваш штаб располагает данными
только за вчерашний день. Отвечайте.
ХОМЕНКО. 1. Результаты блокады и захвата Хрусталева —
данных нет.
МАСЛЕННИКОВ. Тогда ясно, что вы блокировали пустое
место. Продолжайте отвечать.
ХОМЕНКО. 2. Перед фронтом [армии] третья танковая
[дивизия немцев] целиком со своим шестым танковым полком,
394 мотополком ...1315
362

МАСЛЕННИКОВ. Эти данные относятся к октябрю и нояб¬
рю и добыты не Вами. Сколько пленных и документов в резуль¬
тате наступления Вы имеете [в] подтверждение ноябрьских дан¬
ных? По моим данным, третья тд без одного мп и 20—30 танков
целиком уведена на север. Следовательно, Вы всеми вашими си¬
лами действуете против мизерной группочки врага и еще требуе¬
те прикрывать Ваш фланг. Селиванова я вынужден остановить
только потому, что он впереди вас, на большем расстоянии и, не¬
смотря на это, он не требует от Вас прикрывать его фланг. Дей¬
ствуйте без оглядки на фланг, имея на всякий случай из северно¬
го Вашего хозяйства небольшую группу для прикрытия, хотя Ва¬
шему флангу за весь этот период действий никакой угрозы не было
и сейчас нет. Продолжайте отвечать.
ХОМЕНКО. О том, что вся третья танковая дивизия находится
в моем участке, говорят факты наличия до 100 единиц танков,
бронемашин и бронетранспортеров.
МАСЛЕННИКОВ. Вы имеете почти такое же количество плюс
колоссальное превосходство, даже несравнимое в живой силе, ар¬
тиллерии и минометах, вопрос только в организации Вашего шта¬
ба и командиров соединений, а не в силах врага. Продолжайте.
ХОМЕНКО. В целях сократить разрыв времени между дей¬
ствиями и прохождением документации я и посадил Котова на
правый фланг, а на участке 402 сд — промежуточную группу с уз¬
лом связи. Добьюсь улучшения работы штаба. 402 сд не может
быть активно использована, она приводится в порядок, это не¬
сколько связывает работу 320 сд через боевые порядки, к кото¬
рой прорываются мелкие группы, срывающие продвижения это¬
го хозяйства. Сейчас главное внимание полинии усиления обра¬
тил на правый фланг, с использованием вновь прибывшего
хозяйства дело пойдет лучшими темпами.
МАСЛЕННИКОВ. Какого нового хозяйства? Каждое хозяй¬
ство имеет кличку, пользуйтесь ей.
ХОМЕНКО. 409 сд, имею в виду, что входит в мои расчеты,
представленные Вам через Кашкина. Для 320 сд необходимо под¬
тянуть 225 тп, что резервировано у нас в тылу. Все.
МАСЛЕННИКОВ. Даю указания.
1.	223 сд: начать смену 9 ск, последний выводить в р[айо]н
Шерстобитов для действий в направлении Довлаткин. Начало
действий 9 ск не позже 12.12.42.
2.	Ускорить действия 402 сд, 416 сд. Избегать любых лобовых
действий, силы позволяют широко применять блокирование и
363

обходы опорных пунктов, имея в виду прерывчатость обороны
врага. Перед Вами сплошного фронта нет и даже нет узлов сопро¬
тивления, а только опорные пункты без всякой связи между со¬
бой. 409 сд вводить рано и нецелесообразно, а на 225 тп вообще
не рассчитывайте — недопустимо все силы показывать врагу.
В недалеком будущем Вы действительно подойдете к переднему
краю обороны врага, и тогда нам потребуются эти силы. Весь
пройденный период Вы имели дело с полосой заграждения при
очень слабых силах врага. Следовательно, никого выводить из боя
не нужно, так как войска еще как следует не дрались.
3.	Удары авиации давайте через представителя Науменко1316
(4-я ВА), который имеется при Вас. При благоприятной погоде
вся авиация будет работать на Вас. Цели указывайте на удалении
2—3 километров от наших войск во избежание их поражения.
Проверьте, имеете ли полотнища, ракеты для целеуказания с зем¬
ли и опознания своих.
4.	Кушейникову дам указания о 76[-мм] (снарядов) и 120[-мм]
(мин). Вы проверьте у себя, видимо, не подвозите. Ограничен¬
ность транспорта обязывает Рывкина более эффективно исполь¬
зовать все средства.
5.	[...] Говорить об усталости и необходимости смены новы¬
ми [частями] вредно. Это может в дальнейшем пагубно отразить¬
ся на операции. Ваш враг предоставил возможность тренировать
и обучать войска в условиях боевых действий на его слабых и раз¬
розненных отрядах. Срок этой учебы больше чем достаточный.
Теперь пора предъявить войскам следующий этап — это выработ¬
ка подвижности и маневренности, а также способности действо¬
вать в сложных условиях, т.е. когда враг отдельными группочка¬
ми просачивается между Вашими боевыми порядками с целью
сеять панику, нарушая управление. Главное — борьба с панике¬
рами и трусами, и в первую очередь в среде начсостава.
6.	Донской Ккк будет действовать, активно выполняя задачу
[с] 10.12, раньше нецелесообразно. Ваш посланец еще не явился.
Разберитесь и получите дополнительное задание. Что Вам не ясно?
ХОМЕНКО. По затронутым данными переговорами вопро¬
сам для меня ясно. Приступаю к мероприятиям по Замерцеву1317
(9 ск) и Зюванову (223 сд). Все остальное — ожидаю после при¬
ема Вами посланца. Все.
МАСЛЕННИКОВ. Выполняйте. До свидания.
ХОМЕНКО. До свидания.
ЦАМО. Ф. 273. Оп. 879. Д. 39. Л. 17—22. Заверенная копия.
364

ПРИЛОЖЕНИЕ 33
Письмо командира роты Грузинского легиона вермахта
В.М. Чичинадзе1318 командиру 383-й стрелковой дивизии
генерал-майору К.П. Провалову1319
8 декабря 1942 г.
Командиру дивизии
Направляю настоящее письмо с моими людьми, которое дол¬
жно быть доставлено Вам. Это письмо направляет один из быв¬
ших командиров Красной армии, который в настоящее время
«служит» в рядах немецкой армии. Прошу при получении данно¬
го письма не удивляться: таких как я здесь не один, под моим ру¬
ководством и влиянием находятся многие.
Товарищ командир дивизии (извините, не знаю Вашего зва¬
ния), перед фронтом расположения Вашей дивизии расположе¬
ны немецкие части, смешанные с грузинскими ротами. Здесь все¬
го три грузинских роты, в среднем по 100—115 чел. в роте. Эти
роты сформированы из военнопленных-красноармейцев, прошли
кратковременное военное обучение в Польше и направлены сюда
на фронт «за освобождение Грузии» для грузинских белогвардей¬
цев и эмигрантов1320. Мои люди против своих не хотят стрелять.
Переходить в одиночку боятся, поэтому я решил установить с
Вами контакт и действовать с Вашего согласия.
Дать Вам кое-какие сведения о фронте я мог бы, но не имею
карты. Мой тактический кругозор достаточен. В Красной армии я
работал НО-1 дивизии1321. Мне здесь оставаться нельзя, за мною сле¬
дят многие. Имеют смутные данные, что я готовлю переход, но фак¬
тов пока не имеют. Я желаю, чтобы Вы направили моими же людь¬
ми Ваш план, как мне действовать здесь. Если это не возможно,
дайте одну красную и одну зеленую ракету с того пункта, который
укажут мои люди. Тогда я буду знать, что Вам все известно, и я буду
готовить переход не менее 30—40 человек, а может быть, больше.
Товарищ командир дивизии, перед моим переходом, накану¬
не дня, дам Вам еще человека и сообщу. Это время мне нужно
для того, чтобы собрать хорошо подготовленных ребят вокруг
себя. Я хочу забрать др[угих] наших командиров. Я [с]делаю, что¬
бы при моем переходе открыть фронт немцев, перебить кое-кого
из них и дать возможность вашим [войскам] свободно занять не¬
мецкие позиции. Надеюсь, что-нибудь сделаем полезное.
365

После моего перехода я готов продолжать службу в Красной
армии. Так же говорит каждый мой солдат.
С приветом, в ближайшие дни надеюсь [до] встречи.
Ком[андир] подразделения
Архив ИВИ. Ф. 8. Оп. 308. Д. 13. Л. 213-214.
ПРИЛОЖЕНИЕ 34
Проект листовки грузинских легионеров,
перешедших на сторону Красной армии
к своим товарищам
Декабрь 1942 г.
Грузинские легионеры!
Вам уже известно о моем переходе к красным. Все мои слова
оправдались полностью. Красные нас встретили радостно и хо¬
рошо. Чего вы ждете? Не теряйте времени, переходите быстрее к
нам. Не бывать тому, чтобы кровопийца Гитлер на наших костях
и за счет нашей кровишагал по цветущим долинам Грузии. Ваши
бывшие товарищи, перешедшие со мной, уже написали письма
домой и послали телеграммы, надеемся что и сами увидимся с
родными. Неужели этого не видите вы? Торопитесь. Переходите
как кто может, в одиночку и группами. Вас ждем! С приветом:
Капитан Чичинадзе, Батковели, Чхаидзе,
Квирикашвили, Лобшанидзе и др[угие] 70 чел.
Архив ИВИ. Ф. 8. Оп. 308. Д. 13. Л. 215.
366

ПРИЛОЖЕНИЕ 35
Запись переговоров по прямому проводу
между командующими Северной группой войск
Закавказского фронта генерал-лейтенантом
И.И. Масленниковым и командармом-44
генерал-майором В.А. Хоменко
25 декабря 1942 г.
МАСЛЕННИКОВ — Доложите, почему не выполняете бое¬
вой приказ?
ХОМЕНКО — Докладываю — На правом фланге 23—24.12 по¬
ставленную задачу 416 и 414 сд не выполнили благодаря слабой
наступательной возможности. Пр[отивни]к в р-не выс. 135.2,
Ново-Луковский, Томазов подтянул до 4-х рот пехоты. Неболь¬
шими группами танков в течение дня сегодня особенно актив¬
но контратаковал. Низкая облачность затрудняла работу поддер¬
живающей артиллерии, танков. 23.12 до 16.00 сильные туманы,
24.12 — до 12.00 туман; затруднял работу артиллерии и танков.
Частные операции в ночь положительных результатов не дали.
Обе дивизии продвинулись в среднем на 0,5 км. Выс. 135.2 в ночь
на 24.12 была захвачена с отрядом пехоты, посаженной на танки.
Будучи контратакованы [, к] утру 24.12 оставили эту высоту. В ночь
на сегодня приняты меры к захвату этой высоты, представляю¬
щей ценность для наблюдения артиллеристами.
Имел [место] второй случай сдачи в плен около 30 чел. —
1368 сп 416 сд благодаря провокационного действия со стороны
противника в р[айо]не отм. 135.2. Провокатор на месте расстре¬
лян.
Одна из главных причин невыполнения боевой задачи —
это пехота, как 416, так и 414 сд, отрывается от танков.
Подразделения пехоты благодаря воздействию минометного
огня противника, легко поддаются дезорганизации. Плохо управ¬
ляют в звене — взвод, рота б[атальо]н, не могли развить успеха
мелких групп танков, поддерживающих пехоту.
Перед фронтом армии — по данным всех видов разведки, дан¬
ных, добытых боем и наблюдением — образована линия опорных
пунктов: Ново-Луковский, выс. 135.2, Томазов, Довлакин, выс.
139.4, Шефатов, раз. Стодеревский, Стодеревская глубиной от
2 до 5 км первой линии.
367

У противника свыше 50 орудий общего назначения, 60 про¬
тивотанковых, около 70 танков (половина которых зарыта в заса¬
дах), бронемашин, бронетранспортеров и самоходных пушек око¬
ло 70 единиц, до 100 минометов и около 500 пулеметов.
Ширина фронта 30 км, численность войск 15—20 тыс.
Положение остальных соединений на фронте армии остается
так же без изменений. Успеха не добились. Считаю наступление
на всем фронте армии создавшейся обстановке без перегруппи¬
ровки — не даст желаемых результатов. Необходимо в полосе от
Довлаткин до Стодеревская перейти к обороне, закрепить достиг¬
нутый рубеж и часть сил, в частности и 347 сд вывести на направ¬
ление главного удара, р[айо]н которого Вам известный.
320 и 409 сд имеют значительные потери, нуждаются в том,
чтобы дать им возможность привести себя в порядок и подгото¬
вить их к использованию на направлении главного удара.
Завтра утром решил все хозяйство Титова, передав ему 256 сбр
9 ск, которая 21.00 сосредотачивается р[айо]не расположения хо¬
зяйства Титова, использовать на решение задачи прорыва на
Графский.
Прошу утвердить использование всего хозяйства Титова с 256 сбр.
По вопросу о других соединениях предоставлю соображения
запиской 25.12.42.
Лично организовал боевую работу на месте и, наблюдая за
ходом действий на правом фланге, я убедился, что единственно
эффективным вариантом может быть использование Титова, как
я уже доложил. Все.
МАСЛЕННИКОВ — 1. Подвезли ли боеприпасы?
2.	Все ли без исключения огневые средства участвуют в бою?
3.	Используется ли в бою пехотное оружие, особенно 50 мм и
82 мм минометы? Отвечайте.
ХОМЕНКО — 1. Боеприпасы были подвезены, недостатка в
них не было.
2. Сегодня особенно отмечалось некоторое оживление в ис¬
пользовании пулеметов, 82 мм минометов и очень мало 50 мм ми¬
нометов. Залпового огня из винтовок не добились. Хотя возмож¬
ность использования их, в частности у выс. 135.2 и Томазов, име¬
лась.
Артиллерия была использована по засеченным ранее огневым
точкам.
Из-за тумана новые цели были видны плохо. Уничтожены
3 батареи минометов, подавлена 1 артбатарея в районе кург[ан],
368

что зап[аднее] 1 км Томазов. Пехотное оружие — несколько луч¬
ше начинают использовать грузинские дивизии. Все.
МАСЛЕННИКОВ — Даю указания:
1.	Наступательных действий прекращать нельзя. Этим мы даем
возможность противнику отводить главные силы на р. Кума.
2.	Никаких перегруппировок не проводить. Категорически
потребовать от командиров дивизий решительного и энергично¬
го наступления. Противник и местность изучены более чем дос¬
таточно.
3.	Титова пускать нельзя, оставить его в том районе, где о сей¬
час находится. Использовать Титова только совместно с пехотой,
имея постоянно одно его соединение (1/3) постоянно в резерве.
4.	Артиллерию и особенно минометы 120 мм плохо использу¬
ете. Дайте эти средства командирам сд, а не централизуйте их у
себя.
5.	Наступая на юго-зап[ад], постепенно вывести не менее двух
сд свой резерв.
6.	Под страхом расстрела заставить командира 409 сд1322 на¬
нести решительный удар в зап[адном] направлении. Этим самым
Вы освобождаете значительные силы.
Командир 409 сд из-за своей личной трусости тормозит Ваше
наступление, он боится удара противника во фланг, тот, кто идет
на окружение противника — сам обязательно попадет в окруже¬
ние. Следовательно, этого бояться нельзя. Это надо растолковать,
внушить, а затем и потребовать от командира 409 сд решитель¬
ных действий.
7.	Ссылка на туман — это детский лепет. Хороший командир
всегда наступает только в плохую погоду и особенно в туман, а
если погода хорошая, тот он ее портит дымовой завесой. Этим
сохраняется жизнь подчиненных и облегчается выполнение за¬
дачи.
Лично я Вам указывал — обеспечить батальонных команди¬
ров проводниками и даже полковых командиров, кои не умеют
пользоваться компасом.
8.	На хитрость врага отвечайте хитростью и дерзостью.
9.	День 25.12 должен быть решительным днем Вашего наступ¬
ления. Обстановка складывается в нашу пользу, и если мы этого
не используем — совершим преступление перед Родиной. Любы¬
ми средствами, не останавливаясь ни перед чем в карательных
мерах, заставить войска наступать. Мобилизуйте весь актив. По¬
шлите в войска для контроля и помощи. Что Вам не понятно?
369

ХОМЕНКО — Указания приняты. Иду организовывать ис¬
полнения их.
МАСЛЕННИКОВ — До свидания. Желаю успеха. Действуй¬
те решительно.
Переговоры вела Мишенева.
ЦАМО. Ф. 273. Оп. 879. Д. 39. Л. 14-16. Подлинник.
ПРИЛОЖЕНИЕ 36
Таблица
Потери войск Закавказского фронта в декабре 1942 г.
Войсковые
объединения
и соединения
Убито
Ранено
Без вести
пропало
Прочие потери
(болезни, об¬
морожения,
плен)
ВСЕГО
44 А
7135
18032
5003
1293
31463
58 А
1839
3712
159
1017
6788
9 А
3882
9020
305
1165
14371
37 А
1135
2711
966
485
5262
Соединения,
подчиненные
СГВ (4, 5 гв.
кк, 151 сд)
3954
5991
3387
2396
15728
18 А
1258
3294
133
2613
7298
46 А
104
133
39
953
1229
47 А
255
662
147
853
1917
56 А
225
477
53
863
1707
Туапсинский
обор, район
10
4
40
436
450
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 432. Л. 157.
370

ПРИЛОЖЕНИЕ 37
Директива Военного совета Закавказского фронта № 001511/оп
Военному совету Северной группы войск об исправлении
ошибок в руководстве наступательной операцией
Копия: начальнику Генерального штаба
25 декабря 1942 г.
Военный совет Закавказского фронта, рассмотрев Вашу шиф¬
ротелеграмму № 0238 от 24.12.42 г., считает, что Вы нарушили во¬
инскую дисциплину: вместо донесения об исполнении директи¬
вы фронта № 001323 от 23.12.42 г. Вы стали на путь дискуссии
извращения фактов для самооправдания.
Приказом фронта № 001245 от 11.12.42 были вскрыты при¬
чины срыва операции, утвержденной Ставкой Верховного Глав¬
нокомандования.
Из приказа ясно, что главной из этих причин является неудач¬
ная подготовка, плохое руководство и организация боя. Вы же,
вместо добросовестного исправления недостатков и лучшей под¬
готовки последующих операций, все свои усилия направили на
оправдание грубых ошибок и взваливание недостатков руководства
на войска. При этом Вы скатываетесь на совершенно неправиль¬
ный путь охаивания национальных дивизий. Главная Ваша ошиб¬
ка состоит в том, что Вы своей нерешительностью в командова¬
нии войсками создали обстановку боязни наступления, то есть не¬
выполнения прямых приказов Ставки, фронта и своих же планов.
Военный совет считает нетерпимым продолжение подобного
топтания на месте и срыва боевого приказа и требует от Вас не¬
медленных решительных действий для выполнения утвержденно¬
го плана наступления. Никакие новые планы, особенно направ¬
ленные на оттягивание наступательной операции, не могут быть
приняты. Отдельные дополнительные мероприятия будут рас¬
смотрены на месте. Для разъяснения Вам сути Ваших ошибок и
принятия на месте мер выезжаю к Вам вместе с членом ВС1323.
Тюленев
КагановичХУ2А
Чарквиани
Ефимов
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 31. Л. 11. Подлинник.
371

ПРИЛОЖЕНИЕ 38
Из политдонесения заместителя начальника политотдела
409-й стрелковой дивизии майора Гуляна
члену Государственного Комитета Обороны Л.М. Кагановичу
о боевых действиях, состоянии политработы
и дисциплины в дивизии
20 декабря 1942 г.
409 стрелковая дивизия за период от 5 до 8 декабря прибыла в
состав действующей 44 армии и после совершения шестидневно¬
го марша, в ночь на 15.12.42 г. сменила 416 стрелковую дивизию
в районе хутора Безорукина, с ходу вступила в бой с немецкими
оккупантами.
Наступательные операции дивизии продолжаются и по сей
день.
Перед отправкой на фронт во всех частях и подразделениях
были проведены красноармейские митинги, совещания политсо¬
става, перед которыми были поставлены задачи, вытекающие в
связи с вступлением дивизии в состав действующей армии.
Партийные организации в ротах и отдельных батальонах, а
также партбюро полков обсуждали эти же вопросы и поставили
перед коммунистами их задачи по политическому обеспечению
боевого приказа. Настроение красноармейцев и всего личного
состава было приподнято, многие красноармейцы и командиры
на красноармейских митингах и на партсобраниях обещали дос¬
тойно выполнить свой долг перед Родиной.
Итоги совершенного переезда по железной дороге показали,
что дивизия прибыла на ст. назначения с незначительными ма¬
териальными и людскими потерями.
По пути следования по железной дороге утеряно две винтов¬
ки и одна лошадь, отстали от эшелонов 6 красноармейцев и мл[ад-
ших] командиров [...].
Отсутствие населенных пунктов по пути марша, плохие кли¬
матические условия, недостаток топлива и воды, трудности ори¬
ентировки, а также необеспеченность транспортом создали боль¬
шие затруднение. По мере удаления частей от ст. назначения ра¬
стянулись их тылы и затруднялось своевременное обеспечение
подразделений продовольствием и боепитанием. К моменту
вступления в бой части соединения не получили обмундирова-
372

ния, большинство подразделений не получали горячей пищи в
течение 3—4 дней, а отдельные подразделения даже сухого пайка
за 1—2 дня.
Несмотря на эти трудности, настроение бойцов и команди¬
ров за весь период марша было хорошее. Они проявили вынос¬
ливость и моральную стойкость. Дивизия продвигалась по линии
фронта, прошла по территории, недавно занятой противником.
Район этот полностью не был разминирован, не было установле¬
но сигнализации, и поэтому ряд красноармейцев, подорвавшись
на минных полях, получили повреждения. Наскочив на мину,
вышла из строя также одна автомашина, имел место один случай
взрыва гранаты, вследствие чего вышло из строя шесть красно¬
армейцев.
9.	12.42 г. боевые порядки 675 сп и 1 дивизион артполка в рай¬
оне хутора Капустина подверглись артиллерийскому обстрелу со
стороны дальнобойных орудий противника, в результате чего ди¬
визия понесла потери 4 убитыми и 6 ранеными.
В районе боя дивизия вступила в непосредственное соприкос¬
новение с немецкими оккупантами и в течение всего срока ведет
непрерывные бои. За эти дни она с боем продвинулась вперед | на|
6 км, но поставленную командармом задачу не выполнила, одно¬
временно неся большие потери в людском составе.
За период от 25 до 20 декабря выбыло из строя 5216 бойцов и
командиров, из коих 542 убитыми, 3186 ранеными и 438 пропав¬
шими без вести. В момент вступления в бой дивизия фактически
имела 10 146 человек. С вычетом переменных потерь к 21.12.42 г.
она насчитывает в своем составе 4930 бойцов и командиров.
Военные операции дивизии показали, что политико-мораль¬
ное состояние и воинская дисциплина личного состава дивизии —
крепкое. Об этом свидетельствуют факты'*25 геройства и храб¬
рости многих бойцов и командиров, которые под сильным огнем
противника смело шли в атаку. Немало бойцов, командиров и
политработников в борьбе с немецкими оккупантами погибли как
верные сыны Родины. Так, например, героически погиб зам. ко¬
мандира по строевой части 684 сп капитан Торосян, который под
шквальным огнем противника возгласами «За Родину», «За Ста¬
лина» повел бойцов в атаку и, когда осколком мины был пора¬
жен насмерть, последними словами его были: «Вперед, товари¬
щи».
Так же героически погиб начальник штаба 684 сп капитан тов.
Гуляев. Лейтенант тов. Саркисян, командир 6-й стрелковой роты
373

675 сп, первым ворвался на огневые точки противника и грана¬
тами вывел из строя 2 станковых пулемета противника и при унич¬
тожении 3[-ей огневой] точки погиб, выполняя свой долг перед
Родиной [...].
1.	12.42 г. во время нашего наступления сдалось 14 военноп¬
ленных, по национальности осетины, сдавшиеся немцам во вре¬
мя летнего [немецкого] наступления. Пленные дали ценные по¬
казания. 18.12.42 г. вернулось из плена 3 красноармейца 402 сд.
Все они отправлены органам 44 армии. Что касается без вести
пропавших, то, по всем данным, эти бойцы и командиры, уби¬
тые и раненые в результате горячих схваток 19 и 20.12.42 г., вы¬
явить которых за такой короткий промежуток времени не уда¬
лось.
Несмотря на все трудности, перенесенные бойцами и коман¬
дирами в период шестидневного марша и упорного огневого со¬
противления противника, с момента вступления соединения в бой
личный состав воевал с немецкими оккупантами с отвагой. По¬
несенные чудовищные потери и неполное выполнение поставлен¬
ной боевой задачи произошли в результате следующих недочетов.
1.	Перед боем не была организованна тщательная разведка
силы и огневых позиций противника, в результате чего часть под¬
разделения попала под фланговый огонь противника. В ходе боя
только удалось установить, что противник, начавши отход, решил
в районе села Шефатова оказать упорное сопротивление, где он
заранее подготовил свои долговременные огневые позиции.
2.	В ходе наступления, в особенности в первые дни, пехота не
имела достаточной артподдержки со стороны приданной артил¬
лерии, а полковые артиллерийские средства действовали неэф¬
фективно ввиду задержки в доставке боеприпасов, которые рас¬
теряли по пути.
3.	Командный состав, управляя своими войсками, слабо дей¬
ствовал огнем и движением, в результате чего противник быстро
обнаруживал их и вел по боевым порядкам нашей пехоты плот¬
ный огонь из минометов и пулеметов, в то время как многие бой¬
цы не успевали произвести ни одного выстрела.
4.	Приказ товарища Сталина № 306 о применении новых бо¬
евых порядков при наступлении командный состав фактически
не выполнял, и вместо того чтобы управлять подразделениями,
большинство командиров двигалось вперед и своим примером ув¬
лекало бойцов в наступление. Именно этим объясняются боль¬
шие потери среди командного состава.
374

5.	Не обращалось также достаточного внимания на маскиров¬
ку, устройство и оборудование окопов, из которых можно было
вести огонь по противнику, и это дало возможность противнику
причинить большие потери нашим частям.
6.	Политработники соединения в ходе боев показали себя ис¬
ключительно с хорошей стороны, большинство инструкторов по¬
литотдела во главе с начподив ст[аршим] бат[альонным] комис¬
саром Хачатуряном1326 , как и руководящий политсостав частей,
непрерывно находились на передовых позициях, среди красно¬
армейской массы, оказывали помощь командирам в деле обеспе¬
чения выполнения боевой задачи.
20	.12.42 г. осколком мины получил ранения начальник поли¬
тотдела дивизии ст[арший] бат[альонный] комиссар тов. Хачату¬
рян, который принимал участие в наступлении 684 сп.
Партийно-политическая работа в ходе боев проявилась в том,
что зам. командиров по политчасти доводили ежедневную задачу
через политработников всему личному составу, парторги и ком¬
сорги путем индивидуальных бесед ставили задачу перед комму¬
нистами и комсомольцами. Большинство ротных партийных и
комсомольских организаций ввиду непрерывности боев провес¬
ти заседание или совещание не имели возможности. Отсутствие
опыта партийно-политической работы в боевых условиях также
отразилось на работе политсостава, которые были заняты не
столько вопросами политического обеспечения наступления,
сколько непосредственно принимали участие в боях. За дни боев
в ряды ВКП(б) дивизиона парткомиссия приняла 11 человек. Бла¬
годаря принятым мерам за последнее время улучшилось питание
бойцов, часть из них получила теплое обмундирование, налажи¬
вается также дело эвакуации раненых.
Зам. начальника политотдела 409 СД
Майор Гулян
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 29. Л. 17—19 об. Подлинник.
375

ПРИЛОЖЕНИЕ 39
Спевдонесение начальника политотдела 89-й стрелковой
дивизии батальонного комиссара Варданяна1327
члену Военного совета Закавказского фронта Л.М. Кагановичу
о политико-моральном состоянии личного состава
и проведенной партийно-политической работе
29 декабря 1942 г.
89 стрелковая дивизия укомплектована личным составом ар¬
мянской национальности. В составе действующей армии диви¬
зия около 5 месяцев. В боях против немецких оккупантов части
дивизии понесли большие потери. В особенности стрелковые
роты. На 29.12.42 года числится: начсостава — 1051 человек, млад¬
шего начсостава — 1567, рядового состава — 4731 человек. На¬
пример, в 1 стрелковой роте 526 сп осталось только 5 бойцов, во
второй роте этого же полка — 4 бойца, в 3 роте — 3 и т.д.
Всего в стрелковых ротах дивизии рядового состава — 760 че¬
ловек.
Занимая прочную оборону, дивизия активными наступатель¬
ными действиями на отдельных участках нанесла ему большие
потери.
За 25 дней декабря истреблено 247 солдат и офицеров, унич¬
тожено 3 станковых пулемета, 3 повозки, разрушено 4 ДЗОТа,
3 блиндажа и 4 окопа, подожжен автогараж, взорван склад ГСМ,
подавлен огонь трех станковых пулеметов.
Командно-политический состав за время боев приобрел боль¬
шой боевой опыт, закалился в боях, тем не менее в частях диви¬
зии слабо поставлено изучение богатого опыта Великой Отече¬
ственной Войны.
Политико-моральное состояние личного состава
[...] В последних активных наступательных действиях в диви¬
зии изменщиков и дезертировавших с поля боя не было.
Политико-моральное состояние личного состава в основном
здоровое. Наступательный дух бойцов, командиров и политработ¬
ников растет и в боях с немецко-фашистскими войсками, вырос¬
ло немало героев, самоотверженно борющихся за честь и незави¬
симость своей Родины.
376

За декабрь месяц в частях дивизии награждено медалями 101
бойцов и командиров. Многие предъявлены к награждению ор¬
денами.
Авангардная роль коммунистов и комсомольцев
В дивизии членов и кандидатов ВКП(б) — 1796 человек, чле¬
нов ВЛКСМ — 3227 человек.
В частях и подразделениях 19 первичных партийных органи¬
заций, 19 первичных комсомольских организаций, 114 низовых
партийных организаций и 130 низовых комсомольских органи¬
заций.
Из общего числа членов и кандидатов ВКП(б) в стрелковых
подразделениях находится 649 человек и ... комсомольцев1328 .
В боях с немецко-фашистскими войсками большинство ком¬
мунистов и комсомольцев на деле осуществляют свою авангард¬
ную роль, личным примером обеспечивают выполнение боевых
приказов командования.
Член ВКП(б), командир отделения 2 пуль, роты 526 сп сер¬
жант тов. Осипов пользуется заслуженным авторитетом среди
личного состава. Когда в бою был убит командир взвода, тов. Оси¬
пов взял на себя командование взводом, отбив атаки противни¬
ка, вынудил отойти его в исходное положение. Сам тов. Осипов в
этом бою уничтожил 3-х немцев.
Командир взвода 3 стрелковой роты 400 сп комсомолец тов.
Айриян в бою был дважды ранен в грудь, но он не оставил поля
боя и продолжал командовать своим подразделением. Третьей
пулей отважный командир был сражен насмерть. Тогда его заме¬
нил член партии зам. командира 3 роты Геворкян Торгом и лич¬
ным примером увлек бойцов в бой. Коммунист тов. Геворкян пос¬
ле боя с поля вынес несколько раненых и ружья ПТР.
Снайперы коммунисты 400 сп Антонян, Варданян, комсомо¬
лец Акопян уничтожили 106 гитлеровцев.
Комсомолец санитар Гурген Акопян вынес с поля боя 42 ра¬
неных взвода связи 3 батальона 526 сп тов. Карапетян. В любой
сложной обстановке под сильным огнем противника кр[асноар-
мее]ц Карапетян обеспечивает бесперебойную работу связи.
Аналогичных примеров в частях дивизии много. Они свиде¬
тельствуют о том, что коммунисты и комсомольцы подавляющим
своим большинством правильно поняли свою роль в Отечествен¬
ной войне и свое место в бою.

Беспартийные бойцы и командиры, увлеченные личной храб¬
ростью коммунистов и комсомольцев, идут в ряды большевистс¬
кой партии. За 25 дней декабря в ряды ВКП(б) принято — 93 че¬
ловека, и в комсомол — 25.
В числе принятых в партию имена наиболее отличившихся в
бою наводчика орудия 45 мм батареи 400 сп Хечояна Ашота, кр[ас-
ноармей]ца разведчика Мартиросяна, зам. командира 45 мм бата¬
реи Георгия Лалабекова, уничтожение прямой наводкой до 10 вра¬
жеских ДЗОТов.
Работа партийно-политического аппарата по обеспечению
выполнения боевых приказов.
В своей практической работе партийные организации частей
и подразделений основное внимание уделяют вопросам оказания
конкретной деловой помощи командования в выполнении бое¬
вых задач.
Партийные организации полков возглавили работу по изуче¬
нию и практическому осуществлению приказов НКО № 306 и
3251329.
По инициативе парторганизации 390 сп в полку проведено
показательное занятие с командным составом в резерве приказа
НКО № 306.
В 400 сп и 526 сп коммунисты, используя свободное время, в
перерывах между боями разъяснили бойцам и командирам зна¬
чение новых приказов Наркома Обороны в поднятии боеспособ¬
ности войск.
При получении боевого приказа или новой боевой задачи
парторганизация через своих членов доводила их до бойцов на¬
ходящихся на передовой линии.
Вопросы, обсуждаемые на партийных собраниях, заседаний
партбюро в последнее время становятся более конкретны и отве¬
чают тем задачам, которые разрешают части или отдельные под¬
разделения. Например: на партсобрании 390 сп обсуждается воп¬
рос об уроках ноябрьских боев полка и задачах части в новом рай¬
оне обороны. В результате коммунисты вынесли много ценных и
полезных предложений по усовершенствованию оборонительных
рубежей, улучшению маскировки, самоокапыванию и т.д.
Парторганизация 390 сп сумела вовремя нащупать более слабые
места боевой деятельности части и помогла командованию в уст¬
ранении этих недостатков.
378

Так, по инициативе парторганизации было проведено сове¬
щание конюхов по вопросам ухода и сбережению конского со¬
става.
Среди старшин и поваров парторганизация провела достаточ¬
ную работу об улучшении качества питания бойцов. По инициа¬
тиве парторганизации был проведен также санитарный день.
526 сп получил боевую задачу вести одним батальоном насту¬
пательные действия на одну высоту. Коммунисты после получе¬
ния боевого приказа разъяснили задачу бойцам. В результате бой
был проведен успешно, батальон захватил безымянную высоту,
закрепился на ней, отбил две контратаки противника. Вместе с
коммунистами и комсомольцами Саркисяном, Есояном, Товма-
сяном самостоятельно дрались с врагом беспартийные бойцы
Арутюнян, Киракосян и другие.
Однако вместе с положительными примерами в работе ряда
партийных организаций есть еще ряд крупных недостатков. Ос¬
новные из них — слабая агитационно-пропагандистская работа
в подразделениях, недостаточные знания парторганизации лич¬
ного состава, слабая работа хозяйственных подразделений.
Рост партийных и комсомольских рядов неудовлетворитель¬
ный, хотя в частях дивизии имеется база для роста. (Бойцы и ко¬
мандиры, честно выполняющие долг перед Родиной.)
Партийные низовые организации вплотную еще не занима¬
ются партийно-политической работой и зачастую сводят свою
деятельность к мелочной опеке командиров подразделений.
Недостаточна еще и ведущая авангардная роль коммунистов
и комсомольцев в боевых действиях, повседневной боевой дея¬
тельности частей.
Политотделом приняты меры по улучшению работы партий¬
ных организаций по этим вопросам.
Об укреплении единоначалия
После упразднения института военных комиссаров партий¬
но-политический аппарат дивизии обратил особое внимание на
поднятие авторитета командира, как единоначальника.
1.	Проведены беседы и политинформация об Указе Президи¬
ума Верховного совета Союза ССР и приказа Народного Комис¬
сара Обороны об упразднении института военных комиссаров.
2.	В подразделениях выпущены специальные боевые листки.
3.	На партийно-комсомольских собраниях обсуждались воп¬
росы поднятия авторитета командира.
379

4.	На странице дивизионной газеты печатаются статьи о роли
командира в бою.
Все эти мероприятия, проведенные партийно-политически¬
ми организациями, намного подняли авторитет командира сре¬
ди личного состава.
Так, например: заместитель] командира по политчасти 2 ба¬
тальона 400 сп капитан Карапетян, правильно поняв Указ Пре¬
зидиума Верховного Совета Союза ССР и приказ Народного Ко¬
миссара Обороны, решительно перестроил партийно-политичес¬
кую работу, обратив ее острие на поднятие авторитета командира.
В результате приказания, отдаваемые командиром батальона, чет¬
ко выполняются. В глазах подчиненных вырос авторитет коман¬
дира батальона.
Заместитель] командира по политчасти 3 дивизиона 581 ап
капитан Абмарцумян хорошо поставив партийно-политическую
работу, добился укрепления дисциплины и отличного выполне¬
ния дивизионом боевых задач.
Заместитель] командира по политчасти 3 батальона 526 сп
старший лейтенант тов. Петросян систематически бывает с бой¬
цами, беседует с ними об их нуждах и запросах, неустанно помо¬
гает командиру в проведении его мероприятий. Подразделение не
имеет нарушений воинской дисциплины. Воины любят и уважа¬
ют тов. Петросяна. Однако некоторые командиры неправильно
поняли роль и значение зам. командиром по политчасти. Так,
например, 2 батальона 526 сп капитан Геворкян в глазах подчи¬
ненных допускает открытую критику качеств своего заместителя
по политчасти капитана Гардещана, игнорирует все его предло¬
жения.
Политотделом приняты меры по пресечению подобных возму¬
тительных фактов недооценки роли заместителей по политчасти.
Вывод
Политико-моральное состояние личного состава дивизии ус¬
тойчивое, дивизия готова выполнять дальнейшие боевые задачи,
но для их успешного осуществления необходимо пополнение в
личном составе.
Начальник политотдела 89 стрелковой дивизии
батальонный комиссар Варданян
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 29. Л. 20-23. Подлинник.
380

ПРИЛОЖЕНИЕ 40
Политдонесение начальника политотдела
223-й стрелковой дивизии майора К.Л. Кадырова1330
члену Государственного Комитета Обороны JLM. Кагановичу
и начальнику политотдела 44-й армии о постановке
партийно-политической работы в дивизии
Не позднее И января 1943 г.1331
Согласно боевого приказа командования, части нашего соеди¬
нения заняли оборонительный рубеж на прежних направлениях.
За эти дни на нашем участке фронта существенных измене¬
ний не произошло. Противник открывает интенсивный огонь и
обстреливает наш передний край обороны, и, особенно в ночное
время, наши бойцы открывают ответный уничтожающий огонь
по противнику. В связи с переходом в оборону политработники
нашего соединения оказывают повседневную помощь команди¬
рам подразделений в деле выполнения поставленной перед нами
задачи. Объясняют бойцам новую обстановку. С силами группы
политработников политотдела дивизий и полков ежедневно про¬
водится агитационно-пропагандистская работа с передним кра¬
ем обороны по направлению войск противника. На переднем крае
обороны установлена передача на азербайджанском, русском и
немецком языках. Передача посвящается сообщениям Совинфор¬
мбюро об успехах наших войск под Сталинградом, на Централь¬
ном фронте и среднем течении Дона. За эти дни с бойцами про¬
ведены следующие беседы на тему:
1.	Сбережение частей боевого оружия.
2.	О значении эффективного оружейного и пулеметного огня.
3.	Об авангардной роли коммунистов и комсомольцев в бою.
4.	Как Советский закон карает изменников Родины.
Наступление наших частей вызвало новый патриотический
подъем среди бойцов и командиров. В парторганизацию подраз¬
деления каждый день поступает многочисленное количество за¬
явлений от бойцов и командиров с просьбой принять их в ряды
партии большевиков. В партию приняты бойцы Агаев, Алиев,
Номазов (3-й пульроты), Хасумов (ПТР), Мамедов (5-й стрелко¬
вой роты), Касумов и т.д. Все принятые в ряды ВКП(б) являются
отличниками и передовиками боевой и политической подготов¬
ки. В этом наступлении вышеуказанные бойцы с честью выпол-
381

нили свою задачу, свой долг перед Родиной. Они стремительно
напали на немцев и нанесли им сокрушительный, смертельный
удар. Кроме того, в течение дня принято в ряды ВКП(б) 9 чело¬
век (1041 сп).
Парторганизации подразделений еще шире развернули
партийно-политическую работу среди членов и кандидатов ВКП
(б). Например: парторг 5-й стрелковой роты тов. Гаибов в одном
из наступлений мужественно дрался с немецкими захватчиками
и, несмотря на его осколочное ранение, он не оставил поле боя
до того времени, пока его не заменил его товарищ. Тов. Гаибов
по своему личному желанию обратился к командованию и вер¬
нулся в строй. После возвращения в строй тов. Гаибов начал вес¬
ти политико-воспитательную работу среди бойцов и организовал
беседу с бойцами на тему: «Героические сыны азербайджанского
народа в борьбе с немецкими захватчиками».
Беседа тов. Гаибова была насыщена яркими фактами, эпизо¬
дами, взятыми из героического прошлого азербайджанского на¬
рода. Тов. Гаибов после беседы с бойцами занялся вопросом о
приеме в ряды ВКП (б).
Коммунисты и политработники частей и подразделений
(1041 сп, 1039 и 1037 сп) организовали индивидуальные и груп¬
повые беседы с бойцами в окопах. Основной темой беседы явля¬
лась «Итоги боевых действий в 1942 году и о задачах 1943 года».
В беседах были затронуты следующие вопросы.
1.	Создание крепкой обороны и ведение беспрерывного огня
по противнику.
2.	Организация патрулей по переднему краю нашей обороны
и дежурства в ночное время.
Беседы с бойцами провел заместитель командира 1041 сп по
политической части капитан Монапов, ответственный] секре¬
тарь] партбюро полка ст. лейтенант Гарибов, заместитель коман¬
дира 1039 сп по политической части майор Мамедов.
Также инструктором по агитации политуправления Закфрон¬
та среди азербайджанцев капитаном Джангировым сделан краткий
доклад о международном положении и об успехах наших войск. Бой¬
цы с исключительным вниманием слушали доклад Джангирова.
В подразделениях началась выдача партийных билетов при¬
нятым в ряды ВКП (б), задень выдано 4 партийных билета.
Политико-моральное состояние всего личного состава бодрое
и наступательное. За эти дни в частях нашего соединения ника¬
ких чрезвычайных происшествий не было, за исключением 2 слу¬
382

чаев обмораживания в виду того, что выданная обувь бойцам тес¬
ная, одевать которую с теплыми зимними портянками невозмож¬
но. Поэтому прошу Вашего содействия в разрешении данного
вопроса.
Начальник политотдела 223 сд
майор Кадыров
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 29. Л. 24—24 об. Подлинник.
ПРИЛОЖЕНИЕ 41
Донесение политического управления Черноморской группы
Закавказского фронта № 10540/п начальнику ГлавПУРККА
генерал-лейтенанту А.С. Щербакову1332 о национальных
легионах немецкой армии, действующих на фронте группы,
и о работе по их разложению
8 января 1943 г.
С начала октября с[его] г[ода] на нашем участке фронта на
переднем крае и в ближнем тылу противника появились части
немецкой армии, сформированные из бывших военнопленных
бойцов и командиров Красной армии. Германское командование
образовало из военнопленных, а также путем привлечения мужс¬
кого гражданского населения в оккупированных районах СССР
и белых эмигрантов туркестанский, армянский, грузинский ле¬
гионы, отряды крымских татар и казачьи части.
Наряду с этим продолжается использование наших пленных
в качестве вьючных рабочих для доставки боеприпасов и пита¬
ния в горы немецким частям.
Красноармеец 2-й роты 694 полка 383 сд Гребенюк Иван, взя¬
тый немцами в плен 31 июля 1942 года и 15 ноября 1942 года зах-
ваченый нашей разведкой, показал, что видел трупы русских во¬
еннопленных, которые были убиты при подноске немцам пищи
на передовые позиции по тропе, интенсивно обстреливавшейся
нашей артиллерией.
Такой способ использования пленных немцами подтвержда¬
ется в захваченном нами неотправленном письме от 7 декабря
383

ефрейтора Шлерет, солдата 9 роты 97 полка 46 немецкой пехот¬
ной дивизии, п/п 3053 3 - Б.
1.	«Туркестанский легион»
Первые сведения образовании национальных легионов посту¬
пили 3 октября 1942 года.
3 октября на участке 38 гсд перешли на нашу сторону солда¬
ты 2 батальона «Туркестанского легиона» Хасанов, Геркенов, Ту-
леваев. Они оказались бывшими красноармейцами, насильно на¬
правленными в так называемый «Туркестанский легион».
По их показаниям было установлено, что «Туркестанский ле¬
гион» состоит из 5 батальонов, примерно по 800 человек каждый,
[состоящие] из народностей среднеазиатских республик СССР —
туркменов, узбеков, таджиков, казаков1333 и др.
2-й батальон прибыл на фронт 26 сентября. К моменту его
прибытия туда, там насчитывалось 800—900 человек. 9 ноября
были взяты в плен: солдат 3 батальона Халилов Мер... по нацио¬
нальности узбек и Турсунов Султан, по национальности туркмен.
Они показали, что 2 и 3 батальоны «Туркестанского легиона» уча¬
ствуют в боях против Красной армии — 2-й батальон занимает
оборону северо-западнее Куринской, а 3-й батальон, прибывший
в район Куринской 20 октября, имел своей задачей оборонять уча¬
сток в 500 метров в 5 клм южнее Куринской. 3 батальон понес
потери: 35 чел. убитыми и ранеными и 10 чел. сбежало.
Пленные показали, что солдаты так называемого «Туркестан¬
ского легиона» не желают воевать против Красной армии, но они,
во-первых, боятся ответственности за проявленное малодушие и,
во-вторых, что они полностью дезориентированы фашистской
пропагандой, распространяющей среди солдат-легионеров, осо¬
бенно через свою агентуру, слухи о том, [что] Красная армия, яко¬
бы, окружена немецкими войсками, находится в тяжелом поло¬
жении, что русские все время отступают и питаются одними ди¬
кими грушами. Далее немецкие фашисты, стараясь запугать
легионеров, пускаются на на чудовищные провокации, например,
в Ходыженской немцы убили двух туркмен-легионеров, зверски
искололи их тела штыками, не оставив там живого места, слома¬
ли им руки, отрезали головы, а потом объявили, что это дело рук
русских (Показания перебежчика «Туркестанского легиона» Су-
лейменова Бека, казаха по национальности от 25.11.42 года).
Не доверяясь солдатам «Туркестанского легиона», немцы рас¬
формировали 3 и 4, а также штабную роты 3 батальона, отобрали
384

у расформированных солдат русские винтовки и распределили их
по немецким частям 101 горно-егерской дивизии по 15 чел. в роту.
2.	«Грузинский легион»
Из опросов пленных и документов было установлено [что] гер¬
манское командование в марте 1942 года начало формирование
грузинского легиона. Солдаты и офицеры подбирались из воен¬
нопленных бойцов и командиров Красной армии. В организации
легиона активное участие принимали грузинские меньшевики и
др[угие] эмигранты, бежавшие из Грузии в 1921 году. Они разъез¬
жали по лагерям военнопленных, составляли списки военноплен¬
ных грузин и отправляли завербованных в лагерь военнопленных
близ Варшавы.
Наиболее активное участие в формировании и подготовке ле¬
гиона приняли: гестаповец Цхомелидзе, бывший тбилисский гу¬
бернатор полковник царской армии Маглакелидзе и белоэмигрант,
парижский фабрикант Багратиони, прибывший из Франции.
Цхомелидзе и Маглакелидзе разъяснили грузинам задачи ле¬
гиона. Они говорили, что грузины должны помочь немцам в борь¬
бе против большевиков. Когда Грузия будет освобождена от боль¬
шевиков, грузинский легион войдет туда под национальным зна¬
менем и будет наводить порядок, что даст немцам возможность
не держать свои войска на грузинской территории, а использо¬
вать их для дальнейшего наступления. Грузия будет самостоятель¬
ным государством, которым будет управлять царь. По показани¬
ям пленных, почти все грузины согласились вступить в легион,
за исключением трех военнопленных, заявивших протест. На сле¬
дующий день их изъяли из лагеря и, как полагают, расстреляли.
«Грузинский» легион состоит из трех батальонов примерно по
800 чел. в каждом. 1 и 2 батальоны были отправлены на фронт
20 сентября 1942 года. Что касается 3-го батальона, то он нахо¬
дится еще в стадии формирования в Польше.
2 батальон «Грузинского легиона» принимает участие в боях
с 30 октября на участке 383 стрелковой дивизии.
Легионом и батальонами командовали немецкие офицеры.
Командирами рот и взводов были назначены грузины из военноп¬
ленных. Командир легиона — старший лейтенант Прайтингер,
командир 2 батальона — лейтенант Штангеер, командир 2 роты
2-го батальона Квивикашвили, командир 3 роты 2 батальона Чи-
чинадзе Виктор, командир 4 роты 2 батальона Пейквишвили Вах¬
танг, командир штабной роты Повакишвили Киви.
13 - 4998
385

Легионеры были одеты в немецкое обмундирование с особы¬
ми знаками различия. Батальон был направлен на Восточный
фронт по маршруту: Кручина — Львов — Белая Церковь — Тар-
нополь — Житомир — Днепропетровск — Таганрог — Ростов —
Майкоп и дальше маршем к передовой.
В ночь на 9 декабря 1942 года командир 3 роты грузинского
легиона послал трех легионеров с письмом к командиру 383 сд с
заявлением о переходе на сторону Красной армии. Он просил
помочь перебежчикам во время перехода. Один легионер остался
в штабе дивизии, а двое направились обратно с ответом началь¬
ника штаба 383 сд. 10 декабря Чичинадзе снова направил двух ле¬
гионеров в штаб дивизии и прислал карту с обозначением места
перехода. Легионеры намерены были перейти на сторону Крас¬
ной армии 14 декабря. Они ставили себе задачу перебить немцев
и открыть фронт для наступления нашего подразделения, но ле¬
гионер Арбеладзе донес немецкому командованию о готовившем¬
ся переходе, поэтому Чичинадзе решил перейти с группой легио¬
неров 11 декабря.
11 декабря в 5.00 после выпуска условных ракет легионеры
начали переходить группами, и капитан Чичинадзе перевел группу
в составе 22 легионеров, командир взвода Чхаидзе — 26 легионе¬
ров, остальные перешли линию фронта отдельными группами по
5—6 человек. Всего 11 декабря перешло 80 человек с вооружени¬
ем и снаряжением. Через день перешло еще два легионера, через
два дня еще двое грузин. Последние рассказали, что после пере¬
хода группы легионеров «Грузинский легион» был немцами ра¬
зоружен, снят с фронта и отведен в тыл в направлении Гунайка —
Апшеронская.
В числе перешедших на сторону Красной армии командир
3 роты Чичинадзе, командир надопросе показал:
«Я поставил себе целью организовать массовый переход леги¬
онеров на сторону Красной армии. Этим самым показать Гитлеру,
что он никогда не заставит воевать грузин против Красной армии
и быть участниками порабощения Кавказа». (Из донесения на¬
чальника политотдела 18 армии бригадного комиссара Соломко.)
Однако среди некоторой части легионеров преобладают при¬
способленческие настроения. Некоторые перебежчики объясня¬
ли свое согласие записаться в легион тем, что они были вынуж¬
дены к этому, что иначе им грозила смерть. Другие исходили из
того, что немцы сильны, что они все равно займут Кавказ и что
поэтому, выступление в легион является для них единственной
386

возможностью попасть в родной край. Некоторые из них полага¬
ют, что сражаясь в рядах легионеров на стороне немцев, они, в
случае оккупации немцами территории Грузии будут пользоваться
определенными привилегиями. Ряд легионеров высказывали ан-
тиколхозные, мелкособственнические настроения они ненавидят
колхозы и думают только о возможности иметь свое индивиду¬
альное хозяйство. Кроме того, многих в легионе удерживает осоз¬
нание того, что немецкая армия имеет успехи. Некоторые под вли¬
янием фашистской пропаганды рассуждают так: «Красная армия
отступает, союзники не помогают, стоит ли после этого перехо¬
дить на сторону Красной армии». (Из показания военноплен¬
ного] Кварцхелия от 19 ноября 1942 года.)
Можно считать, что подавляющее большинство легионеров
загнано в легионы силой. Военнопленный Гегучадзе показал:
«Мы хорошо понимали, что вступая в легион, мы совершили
предательство, что это является тяжким преступлением против
Родины. Где это слыхано, чтобы брат шел в бой против своего
брата. Но голод лишил нас здравого смысла, человеческих чувств
и вызвал звериные инстинкты. Иногда люди от голода доходили
до такого состояния, что готовы были из-за куска хлеба убить соб¬
ственного сына. Люди от голода ползали на четвереньках. Они
превращались в материал, из которого легко можно было сделать
самых страшных преступников, так как [они] теряли всякую волю
и мужество».
3.	«Армянский легион»
Германское командование сформировало «Армянский леги¬
он». В формировании «Армянского легиона» принимали учас¬
тие армянские белоэмигранты в Берлине: генерал Дро, Нидех,
Шавори. 1 батальон «Армянского легиона» в количестве пример¬
но 800 человек прибыл на фронт в р[айо]не Нефтегорска 27 сен¬
тября.
20 ноября на участке 40 стрелковой бригады на нашу сторону
перешло 23 солдата 1 батальона «Армянского легиона» во главе с
бывшим заместителем] политрука Сатарьяном. 20 же ноября ко¬
мандование 40 бригады послало бывшего красноармейца Асату-
рьяна за линию фронта, а 26 ноября Асатурьян привел еще 14 че¬
ловек.
По показаниям пленных, легионеры-армяне не хотят воевать
против Красной армии. По дороге на фронт из батальона бежало
100 солдат-легионеров. Из Майкопа бежал к партизанам коман¬
387

дир отделения Арутюнян Николай. С ним ушло все отделение,
захватив с собой два ручных пулемета.
По показаниям Манукяна Бабкена, бывшего члена ВКП(б) с
1938 года, бывшего капитана-артиллериста Красной армии, на¬
гражденного за участие в финской кампании орденом Ленина и
орденом Красного Знамени, среди легионеров был организован
заговор для организации массового перехода на сторону Красной
армии. Но вследствие предательства, все лица, организовавшие
массовый переход на сторону Красной Армии, были арестованы,
а армянский батальон был разоружен и преобразован в дорожно¬
строительный. Немцы подвергли арестованных пыткам и изде¬
вательствам. Одному из арестованных — капитану Хачатуряну
Енеку — немцы в присутствии Манукяна за отказ выдать других
участников сговора отрезали два пальца на правой руке.
18 ноября батальон был занят на строительстве дороги Нефтя¬
ная — Гунайка, а затем был снят оттуда и направлен в Нефтяную.
По слухам, остатки батальона направляются во Францию.
15 ноября Манукян вместе с 11-ю легионерами перешел ли¬
нию фронта в районе Котловина. После перехода на нашу сторо¬
ну Манукян получил от командования 40 бригады специальное
задание по организации перехода на нашу сторону остальных ле¬
гионеров. Но этого задания выполнить не смог, т.к. весь баталь¬
он выбыл в направлении Апшеронская и 29 ноября и находив¬
шийся с ним легионер Сагатылян вторично перешли линию на¬
шей обороны. (Показания Манукяна — опросн[ый] лист
разведотдела ЧГВ ЗКВ, без даты.)
По инициативе Политуправления ЧГВ выработан план совме¬
стной работы политорганов, разведотдела, особого отдела, Крас¬
нодарского крайкома ВКП(б) и Крымского обкома ВКП(б) для
разложения солдат противника из национальных легионов и для
работы среди населения оккупированных противником районов
план утвержден Военным советом Группы и находится уже в ста¬
дии реализации.
4 октября была издана на русском языке тиражом в 5000 эк¬
земпляров листовка к солдатам «Туркестанского легиона» — об¬
ращение Гасанова, Гергенова, Тулеваева.
Политотделом 18 армии были изданы две листовки с письма¬
ми двух пленных солдат из батальона «Грузинского легиона» в
количестве 9000 экземпляров] и листовки в связи с переходом
группы Чичинадзе в количестве 4000 экземпляров], а также орга¬
низована передача через 6 рупоров.
388

ПолитуправлениемГруппы выпущена листовка-обращение к
солдатам «Грузинского легиона» тиражом в 10 000 экземпляров]
на грузинском языке. 9 декабря были заброшены два легионера-
грузина, перешедшие на нашу сторону.
К солдатам «Армянского легиона» выпущена листовка-обра¬
щение на армянском языке за подписью лейтенанта Саркисяна,
Давидяна и Бабаяна.
От имени командования выпущена листовка к казакам [под
заглавием] «Уходите от смертельных врагов нашей Родины и на¬
шего народа — германских фашистов!». Листовка выпущена 18 де¬
кабря 1942 года.
От имени командования выпущена листовка к населению
оккупированных советских районов [под заглавием] «Будет и
на нашей улице праздник!». Листовка выпущена 18 декабря
1942 года.
От Крымского обкома ВКП(б), Президиума Верховного Со¬
вета Крымской АССР и Совнаркома Крымской АССР выпу¬
щена листовка к населению Крыма на русском языке тиражом
25 000 экз [емпляров] и на татарском языке — 15 000 экземпля¬
ров]. Листовка выпущена 16 декабря 1942 года.
Выводы
План немцев в использовании бывших красноармейцев-во¬
еннопленных из народностей Закавказья, несмотря на длитель¬
ную обработку в лагерях военнопленных и в легионах, оконча¬
тельно провалился. Легионеры не оправдали надежд немецкого
командования.
За последнее время Политуправление и политоделы армий
значительно активизировали работу среди легионеров и немцы
вынуждены были снятых с переднего края [легионеров] заменить
своими румынскими или словацкими войсками.
Только благодаря предательству провокаторов, имеющихся
среди легионеров, сорваны были массовые переходы легионеров
на нашу сторону.
Политуправление продолжает работу по разложению легио¬
неров путем разбрасывания листовок.
Замначальника Политуправления
Черноморской группы войск Закфронта Брежнев1334
Архив ИВИ. Ф. 8. Оп. 308. Д. 13. Л. 268-273.
389

ПРИЛОЖЕНИЕ 42
Приказ командующего войсками Закавказского фронта № 0024
генерала армии И.В. Тюленева войскам фронта
с объявлением директивы заместителя наркома обороны
генерал-полковника Е.А. Щаденко об объявлении
добровольного призыва в северокавказских республиках
27 января 1943 г.
Объявляю директиву Заместителя Народного Комиссара Обо¬
роны генерал-полковника т. Щаденко Е. А. № ГУФ/28ш от 26 ян¬
варя с.г.:
«Председатель Государственного Комитета Обороны товарищ
Сталин — разрешил:
1.	Чечено-Ингушской АССР мобилизовать всех добровольцев
чеченцев и ингушей до 45 лет, из них 3000 человек с лошадьми,
седлами и амуницией направить для пополнения 30 кавдивизии.
Указания об использовании остальных добровольцев будут
даны дополнительно.
2.	В Дагестанской АССР мобилизовать всех добровольцев в
возрасте до 45 лет. Указания об их использовании будут даны по
получении сведений о количестве мобилизованных. Кроме того,
в период до 25 февраля с[его] г[ода] произвести мед[ицинское]
освидетельствование и приписку к призывным участкам призыв¬
ников 1922, 1923, 1924 и 1925 г.
3.	Военсовету Закфронта командировать в Чечено-Ингушс¬
кую и Дагестанскую АССР группу ответственных командиров и
политработников для оказания практической помощи в органи¬
зации и проведении указанных мероприятий.
Всю работу по мобилизации добровольцев и приписке при¬
зывников проводить в тесном контакте и всемерной помощи со
стороны Обкомов КП (б) и ВК1335 Дагестанской и Чечено-Ингуш¬
ской Республики.
4.	Военному совету Закфронта доносить:
а)	о ходе мобилизации добровольцев каждые три дня, начи¬
ная с 26 января;
б)	о ходе медосвидетельствования и приписке призывников —
каждые пять дней, начиная с 1 февраля с.г. № ГУФ/28ш. Е. Ща¬
денко».
390

Во исполнение директивы Заместителя] НКО — приказы¬
ваю:
1.	Заместителю начальника Управформа:
а)	дать практические указания военным комиссарам Чечено-
Ингушской и Дагестанской АССР о порядке организации и про¬
ведения мобилизации добровольцев, лошадей и приписке при¬
зывников 1922—1925 гг. рождения;
б)	командировать в республики группы ответственных ко¬
мандиров и политработников Управформа для оказания воен¬
коматам практической помощи в проведении мобилизации и
приписки;
в)	установить контроль и наблюдение за проведением моби¬
лизации и приписки, а также за ходом отправки мобилизованных
в войсковые части;
г)	дать указания командиру 30 кавдивизии о подготовке к при¬
ему пополнения из числа мобилизованных чеченцев и ингушей,
а также лошадей с седлами и амуницией и правильному распре¬
делению и использованию пополнения в войсковых частях диви¬
зии.
Потребовать от командира 30 кавалерийской дивизии коман¬
дирования представителей войсковых частей дивизии в пункты
проведения мобилизации по Чечено-Ингушской АССР для при¬
ема пополнения.
2 Военным комиссарам Чечено-Ингушской и Дагестанской
АССР:
а)	подготовку к проведению и проведение мобилизации и при¬
писки проводить строго в тесном контакте с партийными и со¬
ветскими организациями республик и всемерной помощи с их
стороны;
б)	оповещение о явке желающих добровольно вступить в
Красную армию провести путем широкого разъяснения целей
мобилизации на общих партийных, комсомольских, профсоюз¬
ных, колхозных собраниях и собраниях общественных организа¬
ций.
Выявление подлежащих приписке к призывным участкам
призывников — произвести путем широкого оповещения и взя¬
тия на учет через сельсоветы, РК милиции, предприятия, орга¬
низации, совхозы и колхозы;
в)	особое внимание районных и городских военных комисса¬
риатов обратить на подготовку и оборудование призывных пунк¬
тов и развертывание на них партийно-политической работы сре¬
391

ди мобилизуемых добровольцев и подлежащих приписке, для чего
привлечь лучших агитаторов и пропагандистов;
г)	подготовку и проведение мобилизации добровольцев и при¬
писку призывников провести в сроки и в порядке— согласно пла¬
ну Управформа Закфронта.
3.	Начальнику Управления продовольственного снабжения
фронта обеспечить пункты отправок мобилизуемых доброволь¬
цев и лошадей продфуражем по расчетам Управформа.
4.	Начальнику БОСО фронта обеспечить перевозку мобили¬
зуемых добровольцев и лошадей из пунктов отправок в пункты
назначения по заявке Управформа.
5.	Начальнику Санитарного управления фронта дать соответ¬
ствующие указания военным комиссарам республик о порядке
проведения медицинского освидетельствования мобилизуемых и
подлежащих приписке призывников.
6.	Заместителю начальника Управформа об исполнении на¬
стоящего приказа доложить мне 15 февраля 1943 года.
Настоящий приказ довести до военных комиссаров Чечено-
Ингушской и Дагестанской АССР по телеграфу.
Зам. комвойсками Закфронта генерал-лейтенант Курдюмов1336
Член Военного Совета Закфронта генерал-майор Ефимов1337
За начальника штаба Закфронта полковник Глушков
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 326. Л. 1—3. Заверенная копия.
ПРИЛОЖЕНИЕ 43
Докладная записка
о ходе призыва добровольцев в Красную армию
из числа местных национальностей — ингушей
по Пригородному району ЧИ АССР
март 1943 г.
1.	Принцип выполнения наряда.
Подлинных добровольцев очень мало, поданных заявлений
около 39, но из подавших заявления не все в действительности
идут в армию.
392

Созданы комиссии содействия призыва добровольцев, кото¬
рые наметили лиц, подлежащих призыву с учетом количества тру¬
доспособных мужчин в семье и служивших в армии, по этим
спискам производится призыв «добровольцев» в армию, для каж¬
дого селения дана контрольная цифра, на которую созданы спис¬
ки. В основу составления списков были положены списки, состав¬
ленные райвоенкоматом на военнообязанных, годных к строевой
службе по каждому сельсовету. Намеченным к призыву лицам были
вручены повестки о явке на призыв за подписью перекомиссии.
2.	Массовая агитационная работа по разъяснению приема
добровольцев.
В районе создана районная комиссия, которую возглавляет
первый секретарь РК ВКП(б) тов. Шустов. Проведены следую¬
щие мероприятия: партийно-советский районный актив, заседа¬
ние бюро РК ВКП(б), заседание бюро РК ВЛКСМ.
Район был разбит на три куста, во главе которых были постав¬
лены второй и третий секретари РК ВКП(б) и председатель Ис¬
полкома Райсовета. В каждом селении были назначены один, два
уполномоченных от райкома партии и Исполкома Райсовета, из
числа районного актива, на которых была возложена в основном
агитмассовая работа, как-то: беседы, собрания, митинги. Причем
вся работа увязывалась с обстановкой на фронтах.
Первый секретарь Райкома партии и заведующий] военным
отделом РК ВКП(б) проводили митинги и консультировали по
всем вопросам, возникающим на местах, а также знакомились и
проверяли ход составления списков подлежащих призыву «доб¬
ровольцев».
После выделения уполномоченных было проведено районное
собрание уполномоченных по вопросу проведения агитмассовой
работы, где одновременно был подработан состав почетных ста¬
риков от каждого селения.
Проведенны совещания с почетными стариками в районе, а
после в отдельности по каждому сельсовету. Уполномоченными
проведены сходы, на которых были выбраны комиссии содей¬
ствия. Комиссии создавались в разном количестве в зависимости
от количества тейпов и лиц, выдвигаемых от них. Сходы прово¬
дились, как правило, после поступления нескольких заявлений
отдобровольцев.
В период составления списков призываемых были проведе¬
ны партийно-комсомольские собрания, увязанные с отбором.
393

Сельские комиссии содействия совместно с уполномоченны¬
ми райкома партии сделали подворный обход семей, откуда были
намечены лица, подлежащие призыву в армию, в период которо¬
го с каждой семьей была проведена индивидуальная беседа.
В ряде селений муллы с минаретов собирали'людей, прово¬
дили моления, а после них собрания по вопросу выполнения ин¬
гушским народом своего долга перед родиной о защите Родины.
Несмотря на больше чем достаточно проведенную политмас -
совую работу, нужные результаты достигнуты не были, на пункт
призыва не только добровольцы, но и отобранные по спискам не
являются.
В Пригородном районе имеется селение Бозоркино, имеющее
более тысячи дворов, которое своим поведением оказывает вли¬
яние не только на села пригородного района, но также на все на¬
селение Ингушетии. В этом селе проживают в основном все ин¬
гушские авторитеты, а на этот раз по Бозоркино вместо... чел1338,
предназначенных к призыву по 3 февраля, явилось всего-на-все-
го 8 человек.
Районные организации, учитывая данную обстановку в селе¬
нии Бозоркино, вновь провели собрание в селении, на котором
присутствовало около 70 человек, в основном старики. На этом
собрании выступил прикрепленный к Пригородному району Об¬
комом ВКП (б) председатель Президиума Верховного Совета ЧИ
АССР тов. Томбиев, первый секретарь РК ВКП (б) Шустов, ав¬
торитеты Ингушетии старики Ужахов Мачуку, Тоси-мулла Ша¬
диев, Кази-Мулла Гантемиров, добровольцы и другие.
Привожу отдельные моменты, характеризующие выступления
авторитетов Ингушетии Ужахов Мачуку: «Каждому человеку пре¬
допределено, когда умереть, а поэтому от смерти не уйдешь, луч¬
ше умереть героем на фронте, чем трусом скрываться в селени¬
ях». «Каждый погибший на фронте попадает в рай, а умерший
трусом попадает в ад». «В армию должны идти все, слово добро¬
волец сказано для того, чтобы лучше украсить призыв в Красную
армию ингушского народа. Под руководством тов. Орджоникид¬
зе ингуши вели борьбу с деникинскими войсками, а мы теперь
под руководством тов. Сталина должны идти на разгром немец¬
ких захватчиков. Ваша служба нужна не Иванову (секретарь Об¬
кома партии), не Шустову (секретарь РК ВКП (б)), не Райвоен¬
кому, а Родине, чтобы спасти ее, чтобы освободить русскую зем¬
лю от немецких войск». «Пусть помрет та молодежь, которая не
идет добровольно в ряды Красной армии».
394

Кази-мулла Гантемиров (помощник] командира партизанс¬
кого отряда): «Мы проехали много сел и видели, что чеченский
народ идет в Красную армию лучше, чем ингуши. Мы явились
инициаторами партизанского движения, сейчас все села смотрят
на Бозоркино. Люди, которые выделены сельскими комиссиями,
должны безоговорочно, немедленно идти в армию. Тем, которые
не пойдут в армию, и не только им, но и их семьям не может быть
места в селе Бозоркино».
Тоси-мулла Шадиев (руководитель партизанского отряда —
старик) свое выступление посвятил долгу каждого ингуша защи¬
щать Родину, обосновывая на священном учении магометан по
Корану. В заключение заявил: «Прошу зачислить меня доброволь¬
цем в ряды Красной армии для защиты Родины».
Яндиев Магомед — один из командиров партизанского отря¬
да, возраст 50—53 года. Яндиев — прапорщик старой армии, имеет
Георгиевские кресты, которыми награжден за бой с немцами в
период 1 Империалистической Войны, потребовал также зачис¬
лить его добровольцем в ряды Красной армии.
В результате целого дня разговоров 3 февраля с/г. в селе Бо¬
зоркино кроме раннее проведенной агит-массовой работы, 4 фев¬
раля на призывной пункт явилось всего-на-всего 4 человека, из
коих годными оказались 3 человека.
3.	Добровольчество и настроение.
Как упоминалось выше, добровольцев очень мало, но среди
этих немногих имеем все же красочные образы преданности Ро¬
дине и партии: коммунист Мерзоев Ахмет, 1899 г. рождения, име¬
ющий большую семью, явился в райком партии до начала еще
объявления о приеме добровольцев, потребовал принять его доб¬
ровольцем в Красную армию.
Принятый Мержоев первым выехал из района в армию.
Исполком Райсовета оказал семье Мержоева помощь, выдав ей
20 пудов кукурузы-початки.
Оздоев 1925 г. рождения, явившись в призывную комиссию,
подал заявление о добровольном зачислении его в Красную ар¬
мию и одновременно просил комиссию исправить ему 1925 г. рож¬
дения на 1924, боясь, его не примут армию.
Отец Оздоева, несмотря на то, что он у него единственный
сын, не возражал против его ухода в армию. Удовлетворена также
просьба о добровольном зачислении в Красную армию т.т. Лья-
нова Магомета Джамботовича 1920 г. рождения, Пурова Исраила
395

Исиевича 1914 г. рождения, Пурова Аюба Матиевича 1909 г. рож¬
дения и многих других, которые также отправлены в Красную ар¬
мию добровольцами.
Среди населения имеются и такие высказывания:
1.	Председатель Сельпо села Бозоркино т/Тебоев (они в ар¬
мии) и председатель комиссии содействия по призыву с села Бо-
зоркина т. Чердиев в период обхода по дворам заявили Райвоен¬
кому: «Пора закончить уговоры о добровольном призыве в армию,
надо принять репрессивные меры к укрывающимся и эти ингуш¬
ские семьи расселить по русским селам».
2.	«Шустов (секретарь РК ВКП (б)) проявляет много демок¬
ратизма, надо было давно принять соответствующие меры через
органы НКВД».
3.	«Сталин запретил призывать чеченцев и ингушей в армию,
а местные власти, несмотря на это призывают».
4.	«Если бы повестки выписывал Райвоенкомат, то мы бы яви¬
лись, а то поскольку это дело идет по линии Райисполкома, то
это не обязательно».
5.	Секретарь Сельсовета Ахки-Юрт заявил: «Есть решение
бюро Обкома ВКП (б) о добровольном призыве, я идти не желаю
и Вы меня призывать не имеете права».
Имеются и такие разговоры среди отдельных стариков, что
только Тоси-мулла и Кази-мулла являются виновниками начала
призыва в Ингушетии, что они проявили инициативу в создании
партизанского отряда и что они объявили газават.
Народ показывает на Бозоркино — бозоркинцы пойдут и мы
пойдем. Бозоркино же смотрит на семьи Аушевых, Султыгова
Ибрагима, Бекмурзиева Хаджибека, Барклихоева Мухтара, Мер¬
жоева Османа, Томбиева Шахмурза, Евлоева Играни, Мезиева
Каванда, у которых за все время войны не взято ни одного сына,
в данное время только в семье Аушевых в армию ушел один чело¬
век, остальных не дают.
Эти семьи являются крепко зажиточными семьями, имеющи¬
ми соответствующий вес и дающими тон всему селу Бозоркино.
Один из призываемых явился в комиссию, симулируя не разги¬
бание правой ноги, после того как был уличен и направлен в
НКВД, выпрямил ногу, взял палку на плечо и пошел.
4.	Выполнение наряда.
Район имеет наряд на 300 человек, но 3 февраля включительно
явилось в призывную комиссию 152 чел., из них признано годны¬
396

ми 102 чел., а отправлено только лишь 34 чел., последний день при¬
зыва, установленный Обкомом партии 5 февраля, срок, к которо¬
му наряд не будет выполнен даже и в порядке призыва, так как
основное большинство стараются увильнуть от призыва в армию.
Призывная комиссия начала свою работу в г[ороде] Орджони¬
кидзе, куда сходились со всех сельсоветов. Видя плохую явку, ко¬
миссия решила со 2 февраля выехать по сельсоветам, в результате
выезда 2 февраля в Бозоркино, имело в результате явки в комис¬
сию 2 февраля 7 человек, а 3 февраля всего 1 человека. 4 февраля
комиссия опять работает в Бозоркино, так как там большая неявка.
Вывод один, чтобы проехать по остальным сельсоветам одного
дня 5 февраля недостаточно и потребуются дополнительные дни
для проведения призыва, так что не только выполнение наряда,
но и объезд призывной комиссии к установленному сроку закон¬
чен не будет. Среди отправляемых нет ни одного члена партии и
комсомольца.
Районная комиссия считает, что основной причиной подоб¬
ного хода призыва является неоднократное перенесение начала
призыва с 1 февраля на 26 января и вновь с 26 января на 1 февра¬
ля, а потом все же начали призыв с 26 января, в результате спис¬
ки подлежащих призыву окончательно подготовлены не были.
Ни одного добровольца с лошадью, седлом и амуницией нет.
Районная комиссия заявила, что призвать добровольцев с лошадь¬
ми, седлами и амуницией не удается, и этой работы не проводит.
5.	Призыв партийного актива.
По решению Обкома ВКП (б) по Пригородному району под¬
лежало призыву 9 чел., отправка их еще не производилась и по
заявлению председателя] комиссии 4 человека из них больные.
Райком партии наметил также призвать из членов партии и
комсомольцев 20 человек, но эти люди еще не призывались и не
отправлялись.
6.	Медицинское освидетельствование.
Комиссия из двух врачей, прошедших инструктаж и знающих
приказ НКО № 336, по заявлению врачей, со стороны комиссии
чувствуется нажим в связи с невыполнением наряда.
7.	Оформление документов.
В призывную комиссию военнообязанные являются, как пра¬
вило, без военных билетов на 80—85% и эти лица отправляются
397

без военных билетов, причина отсутствия — или забыл или уте¬
рял, посылать его за билетом, это значит, что он больше не вер¬
нется.
В имеющихся документах делается отметка «призван в
РККА», на учетных карточках в комиссии никаких отметок не
делается. Отметки делаются в райвоенкомате после сдачи лю¬
дей в Грозном, в списках делается отметка о наличии военного
билета.
Розысков на уклоняющихся от отправки не даются, хотя име¬
ется разрыв меду призывом и отправкой по 3 февраля включи¬
тельно на 68 человек.
Начальник 2 части ВК ЧИАССР
интендант 2ранга Грязев
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 326. Л. 56—59. Подлинник.
ПРИЛОЖЕНИЕ 44
Доклад заместителя начальника политотдела Упраформа
Закавказского фронта полковника Антонова
заместителю командующего фронта по формированиям
генерал-лейтенанту В.Н. Курдюмову о ходе работы
по вербовке добровольцев в Дагестанской АССР1339
5 февраля 1943 г.
На основании директивы заместителя] наркома обороны ге¬
нерал-полковника тов. Щаденко и приказа командующего] вой¬
сками Закфронта № 0024 от 27.1.43 г. о мобилизации доброволь¬
цев из народностей Дагестана — проведены следующие мероп¬
риятия:
1.	30 января 43-го года бюро обкома ВКП(б) Дагестанской]
АССР приняло специальное постановление о мобилизации доб¬
ровольцев из числа военнообязанных, не призываемых в ряды
Красной армии в порядке обязательной мобилизации. В этом по¬
становлении дано указание районным и городским партийным и
советским органам развернуть широкую разъяснительную рабо¬
ту среди военнообязанных народностей Дагестана. Персонально
398

ответственность за проведение работы в районах возложена на
первых секретарей райкомов ВКП (б) и председателей райиспол¬
комов.
2.	1 февраля обкомом ВКП(б) во все районы выделены ответ¬
ственные уполномоченные из числа республиканского партийно¬
го актива. С уполномоченными проведено инструктивное сове¬
щание о порядке проведения призыва добровольцев.
3.	В период с 2 по 4 февраля республиканским военкоматом и
политотделом проведены кустовые совещания всех городских и
районных военных комиссаров, нач[альников] 1 и 2 частей и зав¬
едующих] военными отделами РК ВКП (б). Кустовые совеща¬
ния проведены в пунктах: Махачкала, Дербент, Хунзах, Деваши.
На совещаниях участвовали представители Управформа, которые
дали конкретные указания о порядке проведения призыва доб¬
ровольцев, о работе призывных комиссий и о развертывании мас¬
совой политической работы среди военнообязанных.
4.	Республиканским военкоматом выделено и послано в рай¬
оны 17 человек работников республиканского военкомата для
контроля и помощи в работе на местах.
5.	В период с 4 по 7 февраля в районах проведены совеща¬
ния партактивов с вопросом о задачах по вербовке добровольцев.
Бюро райкомов вынесли решения, обязывающие партийные орга¬
низации возглавить работу, обязывающие коммунистов быть в
авангарде, не нарушая принципа полной добровольности при вер¬
бовке.
6.	Во всех районах оборудованы призывные пункты, в основ¬
ном обеспечивающие работу призывных комиссий и массовую
работу с прибывающими людьми. Из числа районного партакти¬
ва выделены агитаторы, пропагандисты, знающие языки народ¬
ностей Дагестана, составлены планы массовой работы на агит¬
пунктах, выделены газеты, журналы и литература.
7.	С 8 февраля по 12 февраля в большинстве первичных
партийных и комсомольских организаций проведены партийные
и комсомольские собрания с вопросом — о задачах коммунистов
и комсомольцев в работе по вербовке добровольцев. На собрани¬
ях коммунисты и комсомольцы первыми подали заявления о доб¬
ровольном вступлении в Красную армию. После проведения
партийных и комсомольских собраний начали проводиться со¬
брания военнообязанных по предприятиям, колхозам и учрежде¬
ниям.
399

Такой порядок работы дал возможность провести широкую
подготовительную работу по вербовке добровольцев в Красную
армию, дал возможность подготовиться и по вопросам техники
призыва добровольцев.
При всех военкоматах созданы призывные и врачебные ко¬
миссии с участием представителей местных партийных и советс¬
ких органов и НКВД. Комиссия к приему добровольцев подхо¬
дит строго индивидуально, выясняя в первую очередь, действи¬
тельно [ли] подавший заявление желает идти добровольно в ряды
Красной армии.
В результате проведенной работы на вечер 11 февраля по рес¬
публике, по неполным данным, проведено свыше 5000 заявлений
добровольцев.
Призвано комиссиями по 19 военкоматам 2201 человек, из
которых 31% коммунистов и комсомольцев. Из остальных воен¬
коматов на 11.2.43 г. сведений не поступило.
Состав призванных добровольцев: по национальности — ку¬
мыки, лезгины, аварцы, даргинцы и др. Большинство доброволь¬
цев из молодых возрастов — до 30 лет, владеет русским языком.
В процессе работы работниками Управформа и военкомата
были вскрыты отдельные недостатки. Например:
1.	Зарегистрировано до 10 случаев нарушения принципа доб¬
ровольчества, что относится главным образом к коммунистам,
которые подали заявления под давлением партийной обществен¬
ности.
2.	Некоторые райкомы ВКП (б) формально подошли к про¬
ведению работы, долго раскачивались, не контролировали рабо¬
ту выделенных в сельсоветы уполномоченных. Так, по Хасав¬
юртовскому району до 8.2 в 4 сельсовета не выехали уполномо¬
ченные, тогда как райком считал, что выехали все. В том же
районе, несмотря на решение бюро райкома о выделении под
сборный пункт парткабинета и трех комнат для работы комис¬
сии, секретарь райкома Султан-Ахмедов самолично отменил это
решение и отвел место для работы комиссии в другом здании, при¬
мерно в полукилометре от агитпункта.
3.	По г[ороду] Буйнакску подготовительная работа разверну¬
лась своевременно, но при выезде на пленум обкома секретарь
горкома тов. Пруский запретил аппарату горкома давать списки
добровольцев в горвоенкомат для вызова их на комиссию. В ре¬
зультате этого на 11.2 43 г. по Буйнакску через призывную комис¬
сию прошло только 40 человек.
400

4.	Дальние горные районы в результате бездорожья (сильный
снегопад) отстают в темпах развертывания работы. В эти районы
не могли своевременно выехать уполномоченные обкома и пред¬
ставители республиканского военкомата.
По всем этим недостаткам мною были даны указания на пле¬
нуме обкома ВКП (б) 10 февраля. Секретарь обкома тов. Алиев1340
подтвердил мои указания, решительно потребовал от работников
райкомов улучшить всю работу по призыву добровольцев.
Выводы и предложения
1.	Работа по вербовке добровольцев из военнообязанных на¬
родностей Дагестанской] АССР проходит в основном удовлет¬
ворительно. Большая часть населения приветствует это меропри¬
ятие. Партийно-советские органы и военкоматы республики про¬
вели и проводят большую работу по проведению призыва
добровольцев.
2.	Обком ВКП(б) и СНК Дагестанской] АССР возбуждают
ходатайство о создании национальных частей из народностей
Дагестана. Со своей стороны, считаю создание национальных ча¬
стей нецелесообразным ввиду многочисленности различных по
языку и обычаям национальностей среди военнообязанных. Кро¬
ме того, большая часть вступающих добровольно в Красную ар¬
мию владеет в той или иной степени русским языком и с успехом
может служить в не национальных частях.
3.	Необходимо срочно дать наряд военкомату республики на
отправку призванных добровольцев в части Красной армии, иначе
тот патриотический подъем среди добровольцев, созданный всей
работой, может пойти на снижение и может появиться «утечка»
добровольцев.
4.	Среди добровольцев имеется значительное количество
изъявляющих желание пойти в военное училище. По своей гра¬
мотности, общему и физическому состоянию часть добровольцев
вполне подходит для военных училищ.
Необходимо дать наряд военкомату об отправке наиболее под¬
ходящих людей в военные училища.
Заместитель] начальника] политотдела
Управформа Закфронта
полковник Антонов
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 326. Л. 32—36. Подлинник.
401

402

Продолжение таблицы
О
к.
О
н
S
52519
60335
65263
70633
50241
54422
383283
429795
|	1996466	|
Призывники годов рождения:	|
1927
2112
1313
1238
13570
| 29478 |
1926
550
1448
О тГ
о о
сч ОО
697
1124
7229
18462
| 65020 |
1925
1 m ел
1 m m
CM СЧ
2935
2935
о
1 22
।
кп кп
1 СП СП
сч сч
| 89321 |
1924
ОО ОО
| о о
1 Ок О'
rs| CN
о о
| О' Ок
СП <п
I оо S
1 кп кп
20585
20585
| 96521 |
1922-1923
I О о
1 m сп
сч см
2289
2289
3304
3304
40706
40706
| 172975 |
Серж, и
рядовой
состав до
50 лет
40833
45482
г* о
. Tt СМ
m о
1 СП ко
ш КП
41954
44396
£3
1 СП Tt
оо о
СЧ СП
| 1482525 |
Офиц.
состав
3590
3747
2507
2692
1 2 гл
1 МП ко
7747
8187
|	60626	|
Грозненская
область
На 1.1.1943
На 1.1.1944
На 1.7.1945
Северо-Осетинская
АССР
На 1.1.1943
На 1.1.1944
На 1.7.1945
Кабардинская
АССР
На 1.1.1943
На 1.1.1944
На 1.7.1945
Ставропольский
край (включая
Черкесскую и быв.
Карачаевскую АО)
На 1.1.1943
На 1.1.1944
На 1.7.1945
|	ИТОГО	|
ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 731. Л. 357 - 359; Ф. 144. Оп. 13189. Д. 291. Л. 305. (Составлена автором).
Примечание: Названия регионов даны по состоянию на 9 мая 1945 г.
403

ПРИЛОЖЕНИЕ 46
Товарищеское письмо подполковника Г.К. Кафарова
первому секретарю ЦК КП(б) Азербайджанской ССР
М.Д. Багирова с просьбой поддержать создание
“интернациональной бригады”
22 марта 1943 г.
Вашего сведения, что будучи командиром] полка
Мамиссонского направления, после ранения в районе Алагира по
выздоровлении попал в 416 сд. Прибыв в 416 сд, через двое суток
пошел в бой. После упорного боя противник отступил1341.
После удачных боев, когда противник, бросая все, бежал, я
получил приказ от командования возвращаться за пополнением
на станцию Ищерская.
Спустя 16 суток пополнение прибыло (то есть 6 января 1943 г.).
Двигаясь два с половиной месяца с пополнением по бездорожью,
без питания по маршруту Моздок, Прохладный, Георгиевск, Ми¬
неральные Воды, Александровское, Ставрополь, Расшеватс-
кое, Молотовское, Сальск, прибыли в полном составе на стан¬
цию Тихорецкая.
Претерпев много трудностей, я обратился за помощью в быв¬
шую Северную группу войск Закавказского фронта, но в это вре¬
мя ее расформировали и создали Северо-Кавказский фронт. В Се¬
веро-Кавказском фронте мне ответили, что наша дивизия пере¬
шла в распоряжение Южного фронта. Двигаясь с пополнением в
пути, с нами попутно двигались более двух месяцев и группы бой¬
цов и командиров различных частей, которые не знали располо¬
жение своих частей. Двигались без питания. С ними имелись ав¬
томобили и гужтранспорт. Последние останавливались в населен¬
ных пунктах по нескольку недель за неимением горючего, фуража
и питания, чем дискредитировали Красную армию. Я выехал в
СКФ, где с большим трудом добился чековой книжки и нарядов
для получения продуктов и фуража. Имея это на руках, я решил
объединить этих людей в отдельную боевую единицу в виде бри¬
гады с тем, чтобы они не шатались, не дезертировали и не диск¬
редитировали звание бойца Красной армии.
Не задерживаясь, я начал формировать людей, то есть объе¬
динять всех шатающихся, отлучившихся от своих воинских час¬
тей в бригаду. Не имея заместителя, не имея начальника штаба,
404

не имея зам. по политчасти, не имея начальников отделов, я один
принялся осуществлять эту задачу. Приходилось очень трудно. Я
проводил бессонные ночи, так как приходилось все время рабо¬
тать. Приходилось мне пешком ходить, чтобы обеспечить бойцов
и командиров питанием.
В настоящее время я имею три стрелковых батальона, авто¬
роту, миндивизион, артиллерийскую 45-мм батарею, санчасть,
конный разведывательный взвод, комендантский взвод, ПФС и
ОВС. Все это я сколотил с большими трудностями за счет подо¬
бранного в пути. Всего в настоящее время в бригаде 1500 чел. Все
одеты, обуты и полностью обеспечены питанием. В автороте име¬
ется 26 боевых машин. Моральный облик бойцов в самом наи¬
лучшем состоянии.
Собрав все сведения о состоянии бригады, я выехал на маши¬
не в Ростов-на-Дону к командующему Южным фронтом. По до¬
роге машина поломалась, я пешком дошел до Ростова. Команду¬
ющего там не оказалось, он находился в 80 км от Ростова. Далее
пешком я идти был не в силах и решил отправить рапорт и доку¬
менты секретным письмом на имя командующего. Через несколь¬
ко дней я получил ответ — приказ в письменной форме через ин¬
тенданта 2 ранга. Посылаю Вам копию приказа.
Из приказа видно, что мою часть хотят передать в зап[асный]
полк.
В настоящем письме прошу Вашего содействия мне в созда¬
нии бригады, ибо, положив столько сил, претерпев столько му¬
чений, не могу перенести, чтобы расформировали мою часть, ко¬
торая состоит в основном из сынов Азербайджана, поддержанную
морально именем секретаря ЦК КП(б) Азербайджана тов. Баги¬
ровым; я вторично прошу Вас посодействовать мне в этом.
До настоящего времени не было гвардейских интернацио¬
нальных подразделений, но я Вас заверяю, что после первого боя
мы получим звание гвардейской интернациональной бригады.
Мы покажем, как могут разбить врага сыны Азербайджана1342 .
Командир бригады
подполковник Кафаров
ЦАМО. Ф. 224. Оп. 926. Д. 15. Л. 78—79. Заверенная копия.

ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА
АРХИВНЫЕ ИСТОЧНИКИ
Российский государственный военно-исторический архив
(РГВИА)
Ф. 400. Главный штаб Военного министерства.
On. 1 (Азиатская часть). Д. 183, 189, 202, 243, 244, 464.
Ф. 1300. Штаб Кавказского военного округа.
On. 1 (Отдел дежурного генерала). 157, 878, 1031, 1033.
Ф. 14719. Главный штаб Кавказской армии.
On. 1 (Отдел генерал-квартирмейстера). Д. 33.
Оп. З.Д. 113, 124, 208,254, 503.
Российский государственный военный архив (РГВА)
Ф. 9. Главное политическое управление РККА.
Оп. 29 (Секретариат начальника ГлавПУ). Д. 195,281,285, 351,
355, 358, 360, 362, 383.
Оп. 33 (Организационно-мобилизационный отдел). Д. 90.
Ф. 109. Управление армиями Кавказского фронта. 1920—1921 гг.
On. 1. (Реввоенсовет). Д. 1, 7, 8. 15, 16, 35, 67.
Оп. 2. (Политотдел). Д. 1, 64.
Оп. 3 (Оперативное управление штаба). Д. 3.
Оп. 10 (Секретная часть). Д. 3, 47, 66.
Ф. 195. Управление 11-й армии Кавказского фронта.
1919-1921 гг.
Оп. 2 (Политотдел). Д. 25.
Оп. 3. (Оперативный отдел штаба) Д. 1,4, 13, 16, 17, 194, 198,
204, 206, 232, 259, 260, 261, 271, 288, 294, 296, 297, 312, 333, 345,
349, 353, 355, 515, 664, 665, 688, 735, 738, 773, 795, 813, 818, 841, 843.
Оп. 4 (Организационно-мобилизационный отдел штаба).
Д. 17, 186.
406

Ф. 25873. Управление Закавказского военного округа.
1938-1940 гг.
Оп. 1.Д. 104, 107, 129, 132, 135, 145, 382,447,2388.
Ф. 25896. Управление Северо-Кавказского военного округа.
1930-1941 гг.
Оп. 9 (Военный совет). Д. 13, 17, 19, 22, 24, 29, 34, 82, 89, 95,
96, 103.
Ф. 28108. Штаб войск Терской области. 1920—1921 гг.
On. 1. Д. 42, 89, 118, 119, 123, 157, 233, 313, 314,446, 447,448,
449.
Ф. 38650. Главное управление внутренних войск НКВД.
1941-1945 гг.
Оп. 1.Д. 128.
Ф. 38652. Заместитель наркома внутренних дел по войскам.
1941-1945 гг.
Оп. 1.Д. 20.
Ф. 38663. Управление Грозненской дивизии внутренних войск
1942-1943 гг.
Оп. 1.Д.24, 27, 30,31.
Ф. 39247. Управление 10-й Терско-Дагестанской армии (Тер¬
ской группы войск 11-й армии)
Оп. 1.Д. 2, 3, 16, 38, 89.
Ф. 39385. Управление войск НКВД по охране тыла Северной
группы войск Закавказского фронта 1942—1943 гг.
Оп. 1.Д.5.
Центральный архив Министерства обороны Российской Фе¬
дерации (ЦАМО РФ)
Ф. 144. Полевое управление Северо-Кавказского военного
округа (1 и II формирований). 1941—1942, 1943—1945 гг.
Оп. 13181 (Военный совет). Д. 2, 5, 6, 10, 11, 14, 22,26.
Оп. 13184 (Политическое управление). Д. 1, 13, 14, 32, 37, 38,
40,41, 132.
Оп. 13189 (Отдел организационно-мобилизационный и уком¬
плектования штаба). Д. 10, 11, 22, 23, 38, 39, 47, 48, 50, 51, 53, 54,
55, 91, 92, 93, 102, 118, 126, 131, 137, 142, 143, 147, 151, 152, 159,
163, 167, 170, 207, 210, 218, 220, 226, 234, 237, 241, 257, 278, 281,
282, 285, 288, 290, 291.
Ф. 209. Полевое управление Закавказского фронта (I и II фор¬
мирований). 1941—1945 гг.
407

On. 989 (Военный совет II формирования). Д. 1,3, 5,6,7, 8,9,
10, 11, 14, 15, 20, 21, 23, 24, 27, 28, 29, 30, 39, 41, 42, 45, 46, 49, 55,
59, 62, 70, 73.
Оп. 990 (То же). Д. 2.
Оп. 997 (Разведотдел штаба II формирования). Д. 1,8, 9, 10,
23, 24, 25, 26.
Оп. 999 (Отдел организационно-мобилизационный и укомп¬
лектования штаба II формирования).	Д. 6, 8, 14, 21,	30, 35, 39, 50,
53, 57, 69, 99, 107, 117, 125, 138, 139,	151,	153, 156,	157,	171, 163,
165, 194, 206, 209, 220, 246, 275, 288,	300,	303, 313,	317,	326, 332,
333, 408, 425, 429, 446, 486, 487, 501,	521,	526, 547,	578,	581, 600,
685,690, 697, 703,730, 731.
Оп. 1000 (То же). Д. 170.
Оп. 1019 (Политическое управление II формирования). Д. 41,
42, 404, 407, 411, 412, 415, 420, 434.
Оп. 1029 (Тыловое управление фронта II формирования).
Д. 1,8,21,25, 34, 177,232.
Оп. 1063 (Оперативный отдел штаба II формирования). Д. 6,
7, 25, 28, 30, 31, 34,40,42, 61,63, 64, 70, 80, 83, 90, 91, 92,	126,	129,
139, 151, 154, 158, 166,	168,	169, 170, 172,	176, 177, 198,	200,	206,
218, 226, 317, 318, 419,	420,	422, 423, 425,	426, 432, 436,	456,	463,
465, 469, 473, 499, 501,	509,	642, 644, 646,	655, 658, 659,	688,	689,
692, 693, 696а.
Оп. 1064 (То же II формирования). Д. 1,2, 3.
Оп. 1085 (Военный совет I формирования). Д. 1, 5,10.
Оп. 1089 (Оперативный отдел штаба I формирования). Д. 5,
6, 14, 20, 37.
Оп. 1091 (Отдел организационно-мобилизационный и уком¬
плектования штаба 1 формирования). Д. 4, 30, 65, 118, 138, 143,
145.
Оп. 1113 (Политическое управление I формирования). Д. 1,
8, 11, 19, 26, 32,44,45,47,48,49, 82, 93,95, 96, 105, 111, 126, 127,
137.
Ф. 215. Полевое управление Крымского фронта. 1942 г.
On. 1184 (Военный совет). Д. 2.
Оп. 1185 (Оперативный отдел штаба). Д. 7, 18, 25, 26, 27, 28,
44, 59, 67, 72, 85, 98, 100, 103, 126, 151.
On. 1188 (Отдел организационно-мобилизационный и уком¬
плектования штаба). Д. 3.
Оп. 1199 (Политическое управление). Д. 3, 76, 9, 15, 35, 42,
44, 45,89,91.
408

Ф. 216. Кавказский фронт. 1941 г.
On. 1166 (Политическое управление). Д. 3, 4, 6, 7.
Ф. 224. Полевое управление Северо-Кавказского фронта
(I формирования); Черноморской группы войск Закавказского
фронта. 1941—1943 г.
Оп. 760 (Оперативный отдел штаба). Д. 7, 35.
Оп. 811 (Тоже). Д. 39,46, 72, 198, 199,217.
Оп. 832 (Политическое управление). Д. 2, 3, 17, 21, 64, 122,
133,450.
Ф. 228. Южный фронт (II формирования). 1942—1943 гг.
Оп. 536 (Политическое управление). Д. 27.
Ф. 273. Полевое управление Северной группы войск. Закав¬
казского фронта. 1942—1943 гг.
Оп. 875 (Военный совет группы). Д. 2, 4.
Оп. 879 (Оперативный отдел штаба группы). Д. 1, 2, 5, 6, 8, 9,
14, 39.
Оп. 900 (Политический отдел). Д. 1,5.
Ф. 276. Полевое управление Северо-Кавказского фронта
(II формирования). 1943 г.
Оп. 926 (Военный совет). Д. 15.
Оп. 932 (Оперативный отдел штаба). Д. 122, 203.
Оп. 958 (Военный совет). Д. 2, 63, 64, 65.
Оп. 959 (Политическое управление). Д. 2, 63, 64, 65.
Оп. 962 (Отдел организационно-мобилизационный и уком¬
плектования штаба). Д. 2, 4, 14, 52, 55, 65, 78, 133, 450.
Ф. 288. Отдельная Приморская армия (I и II формирования).
1941-1942, 1943-1945 гг.
Оп. 9905. (Военный совет). Д. 19.
Оп. 9925 (Политический отдел). Д. 4, 6, 44.
Оп. 9921 (Оперативный отдел штаба). Д. 48а.
Ф. 5871. Полевое управление 9-й армии (II формирование).
Оп. 5689. Д. 70, 74, 76, 77, 78, 84, 85, 160.
Ф. 399. Полевое управление 44-й армии (II формирование).
Оп. 9385. Д. 15, 17, 18, 20, 25, 27, 28, 29.
Ф. 400. Полевое управление 45-й армии. Оп. 9450. Д. 1,5, 6,
11, 12, 13,21,22.
Ф. 401. Полевое управление 46-й армии. Оп. 9511. Д. 22, 30,
31,32,38,41.
Ф. 414. Полевое управление 58-й армии. Оп. 10945. Д. 2.
Ф. 3470. 4-й гвардейский кавалерийский корпус. On. 1. Д. 2,
4, 13, 15, 16,25,33,36, 37, 502.
409

Ф. 3472. 5-й гвардейский кавалерийский корпус. On. 1. Д. 4,
18, 62, 242, 245, 258.
Ф. 3481. 15-й кавалерийский корпус. On. 1. Д. 1,6, 10, 23, 78.
Ф. 832. 10-й гвардейский стрелковый корпус. Оп.1. Д. 18, 22.
Ф. 827. 9-й стрелковый корпус. On. 1. Д. 1,5.
Ф. 1222. 77-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 8, 87, 94.
Ф. 1251. 89-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 46, 52, 64, 65, 66,
67, 69, 73, 75.
Ф. 1256.91-я стрелковая дивизия. Оп. 1.Д. 16,70,73,76,111,144.
Ф. 1382. 151-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 6, 39, 52, 58, 59.
Ф. 1495. 223-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 1, 2, 4, 6, 8, 30,
47, 49, 54, 55.
Ф. 1563. 271-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 1.
Ф. 1572. 276-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 8, 79, 80, 82, 177.
Ф. 1633. 320-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 7. Оп. 2. Д. 8.
Ф. 1671. 351-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 1.
Ф. 1673. 353-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 2.
Ф. 1713. 389-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 8,9. Оп. 2. Д. 22.
Ф. 1720. 394-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 99.
Ф. 1726.402-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 1, 9, 11,28, 84.
Ф. 1732.408-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 13.
Ф. 1733. 409-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 2, 4, 12, 98, 100,
104. Оп. 2. Д. 20, 34, 50.
Ф. 1736.414-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 3,4, 9,32, 36, 39,
46, 47, 48, 49.
Ф. 1738.416-я стрелковая дивизия. Оп. 1.Д. 2,26а, 61,77,78,81,88.
Ф. 1739.417-я стрелковая дивизия. On. 1. Д. 54.
Ф. 3562. 30-я кавалерийская дивизия. On. 1. Д. 37, 38.
Ф. 3634. 115-я кавалерийская дивизия. On. 1. Д. 1.
Ф. 1842.43-я стрелковая бригада. On. 1. Д. 1, 6, 8, 9.
Ф. 2056.256-я стрелковая бригада. On. 1. Д. 2, 9, 16,19, 36.
Ф. 255-го кавалерийского полка. Оп. 915461. Д. 3.
Ф. 24-й запасной стрелковой дивизии.
Оп. 87924сс. Д. 5, 6
Оп. 94394. Д. 8, 9.
Ф. 26-й запасной стрелковой дивизии.
On. 113805с. Д. 1,2, 3,4.
On. 113806с. Д. 4.
Ф. 28-й запасной стрелковой дивизии.
Оп. 6362сс. Д. 4.
Оп. 32296сс. Д. 2.
410

Ф. 38-й запасной стрелковой дивизии.
Оп. 99452. Д. 10.
Оп. 106373. Д. 9.
On. 110662с. Д. 4.
Российский государственный архив социально-политической
истории (РГАСПИ)
Ф. 17. Оп. 3 (Протоколы заседаний Политбюро ВКП(б) за
1941-1952 гг.)Д. 1044, 1045, 1046, 1047.
Оп. 22 (Протоколы заседаний бюро ЦК ВКП(б) союзных рес¬
публик, обкомов и крайкомов ВКП(б)).Д. 35,36,37, 124,125, 126,
127, 532, 621, 622, 623, 624, 625, 626, 673.
Оп. 43 (Протоколы заседаний бюро ЦК ВКП(б) союзных рес¬
публик, обкомов и крайкомов ВКП(б)). Д. 5, 6, 7, 8, 9, 318, 320,
321, 322, 325, 351, 380, 381, 383, 390, 471, 472, 474, 965, 1171.
Оп. 88 (Сектор информации оргинструкторского отдела ЦК
ВКП(б) за 1938-1955 гг.). Д. 79, 80, 81, 82, 83.
Оп. 125. (Управление агитации и пропаганды ЦК ВКП(б)).
Д. 27, 60, 78, 81, 82, 85, 94, 165, 166, 169,
Ф. 81. Л.М. Каганович. Оп. 3 Д. 254, 255, 294, 309, 417, 420.
Ф. 82. В.М. Молотов. Оп. 2. Д. 314, 316, 330.
Ф. 558. И.В. Сталин. Оп. И. Д. 483, 484, 485, 487, 712, 743,
762,818.
Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ)
Ф. 5445. Распоряжения СНК.
Оп. 2. Д. 31, 32, 35, 36, 37, 38, 39, 41, 42, 45, 46, 47, 49, 50.
Ф. 5446. Протоколы заседаний и постановления СНК.
On. 1. Д. 200, 201, 202, 203, 204, 205, 206.
Ф. 9478. Главное управление по борьбе с бандитизмом МВД.
Оп. 1.Д. 160,299,653.
Архив Института военной истории Министерства обороны
Российской Федерации (Архив ИВИ МО)
Ф. 217 (коллекция). Оп. 259. Д. 109, 83, Ф.8.
ОПУБЛИКОВАННЫЕ ДОКУМЕНТЫ
1.	Азербайджанская ССР в период Великой Отечественной
войны (1941 — 1945 гг.) Сборник документов и материалов в
2-х томах. Т. 1. Баку, 1976.
411

2.	Битва за Кавказ в документах и материалах. Ставрополь,
2003.
3.	Боевой путь 11-й Красной армии в период установления и
упрочения Советской власти в Армении. Май 1920 — ноябрь 1921
гг. Сб. док. Ереван, 1978.
4.	Большевики в борьбе за победу социалистической револю¬
ции в Азербайджане, 1917—1918 гг. Сб. док. Баку, 1957.
5.	Большевистское руководство. Переписка. Сб. док. М., 1997.
6.	Борьба за установление и упрочение советской власти в
Дагестане. 1917—1921 гг. Сб. документов и материалов. М., 1958.
7.	Великая Октябрьская социалистическая революция и по¬
беда Советской власти в Армении. Сб. док. Ереван, 1957.
8.	Верховный Совет СССР. Созыв I. Сессия 10. 28 января —
1 февраля 1944 г. Стенографический отчет. М., 1944.
9.	ВКП(б) и военное дело в резолюциях съездов и конферен¬
ций ВКП(б). М., 1928.
10.	Внутренние войска в Великой Отечественной войне
1941—1945 гг. Документы и материалы. М., 1975.
11.	Военный совет при народном комиссаре обороны СССР.
Ноябрь 1937 г.: Документы и материалы. М., 2006.
12.	Военный совет при народном комиссаре обороны СССР.
1938, 1940 гг.: Документы и материалы. М., 2006.
13.	Всеармейские совещания политработников. 1918—1940.
(Резолюции). М., 1984.
14.	Всесоюзная перепись населения 1939 г. Основные итоги.
М., 1992.
15.	Всесоюзная перепись населения 1939 г. Основные итоги:
Россия. СПб., 1999.
16.	Второй Съезд советов Горской Республики. Стенографи¬
ческий отчет. Владикавказ, 1922.
17.	Генерал Л.Г. Корнилов перед Чрезвычайной комиссией Вре¬
менного правительства. Публ. Г.З. Иоффе // Кентавр. 1995. № 5.
18.	ГКО постановляет... (Публикация Н.С. Гишко) // Воен¬
но-исторический журнал. 1992.№2.
19.	Главный военный совет РККА. 13 марта 1938 г. — 20 июня
1941 г.: Документы и материалы. М., 2004.
20.	Годы суровых испытаний и народного подвига. Сб. доку¬
ментов и материалов (О Дагестане в период обороны Кавказа).
Махачкала, 1995.
21.	Горьков Ю. А. Государственный Комитет Обороны поста¬
новляет (1941—1945). Цифры, документы. М., 2002.

22.	Директивы командования фронтов Красной армии
(1917—1922 гг.) Сборник документов. Т. 1—4. М., 1971 — 1978.
23.	Документы вермахта: Инструкция специальному штабу
«Ф» И Военно-исторический журнал. 1987. № 12.
24.	Застольные речи Сталина. Документы и материалы. М.,
2003.
25.	Из истории Гражданской войны в СССР. 1918—1922.
В 3-х т. М., 1957-1961.
26.	История революционного движения на Тереке. Сб. статей,
воспоминаний, материалов. Пятигорск, 1924.
27.	Кавказ. 1942—1943 годы: героизм и предательство. Публ.
Ю. Н. Семина, О.Ю.Старкова // Военно-исторический журнал.
1991. №6.
28.	Карачаевцы: выселение и возвращение (1943—1957). Ма¬
териалы и документы. Черкесск, 1993.
29.	Комаров Н.Я. Государственный Комитет Обороны
постановляет...: Документы. Воспоминания. Комментарии. М.,
1990.
30.	Корниловские дни. Бюллетени Временного Военного Ко¬
митета при ЦИК С.Р. и С.Д. с 28 августа по 4 сентября 1917 г.
Петроград, 1917.
31.	КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и
пленумов ЦК. Т. 2. 1917-1924. М., 1970.
32.	КПСС о Вооруженных Силах Советского Союза: Докумен¬
ты 1917-1981. М., 1981.
33.	Лаврентий Берия. 1953. Стенограмма июльского пленума
ЦК КПСС и другие документы. М., 1999.
34.	Литвин Г.А., Смирнов Е.И. Освобождение Крыма. Сбор¬
ник документов. М., 1994.
35.	Национальный вопрос и Советская Россия. М., 1921.
36.	Наш край. Документы и материалы (1917—1977 гг.) Став¬
рополь, 1977.
37.	«Обязуюсь помочь немецкой армии...» Публ. В.П. Галиц¬
кого И Военно-исторический журнал. 2000, №3.
38.	Органы государственной безопасности СССР в Великой
Отечественной войне. Т. 3. Кн. 2. От обороны к наступлению. М.,
2003.
39.	От Советского Информбюро... 1941—1945. Тома 1—2. М.,
1982.
40.	Отчет о допризыве граждан, родившихся в 1901 г., осенью
1922 г. М., 1923.
413

41.	Отчет о призыве на действительную службу в 1926 г. граж¬
дан рождения 1904 г. М., 1927.
42.	Переписка председателя Совета Министра СССР с пре¬
зидентами США и премьер-министрами Великобритании во вре¬
мя Великой Отечественной войны, 1941—1945 гг. Т.1—2. М., 1986.
43.	По решению Правительства СССР... (Депортация на¬
родов: документы и материалы). Сост., коммент. Н.Ф. Бугай,
А.М. Гонов. Нальчик, 2003.
44.	Посетители кремлевского кабинета И.В. Сталина. Журналы
(тетради) записи лиц, принятых первым генсеком в 1924—1953 гг.
Сост. А.В. Коротков, А.Д. Чернев, А.А. Чернобаев // Историчес¬
кий архив. 1998. № 4.
45.	Призыв 1908 года: Методические пособия для докладчи¬
ков и групп агитаторов. М., 1930.
46.	Призывные контингенты (1902—1905 годов рождения). М.,
1928.
47.	5 сессия Верховного Совета Азербайджанской ССР I со¬
зыва. 6—8 марта 1944 г. Стенографический отчет. Баку, 1947.
48.	Репрессированные народы: чеченцы и ингуши. Докумен¬
ты, факты, комментарии. Сост. Н.Ф. Бугай. М., 1994.
49.	Руководство по очередным призывам в РККА. М.—Л.,
1934.
50.	Русский архив: Великая Отечественная: Генеральный штаб
в годы Великой Отечественной войны. Документы и материалы.
1942 год. Т. 23 (12-2). М., 1999.
51.	Русский архив: Великая Отечественная: Генеральный штаб
в годы Великой Отечественной войны. Документы и материалы.
1943 год. Т. 23 (12-3). М., 2000.
52.	Русский архив: Великая Отечественная: Главные полити¬
ческие органы Вооруженных Сил СССР в Великой Отечествен¬
ной войне 1941—1945 гг. Документы и материалы. Т. 17 (6). М.,
1996.
53.	Русский архив: Великая Отечественная: Приказы народ¬
ного комиссара обороны СССР. 1937—1941 гг. Т. 13 (2—1). М.,
1994.
54.	Русский архив: Великая Отечественная: Приказы народ¬
ного комиссара обороны СССР 22 июня 1941 г.—1942 г. Т. 13
(2-2). М., 1997.
55.	Русский архив: Великая Отечественная: Приказы Народ¬
ного комиссара обороны СССР (1943—1945 гг.). Т. 13 (2 —3) М.,
1997.
414

56.	Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. До¬
кументы и материалы. 1942. Т. 16 (5—2). М., 1996.
57.	Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. До¬
кументы и материалы. 1943. Т. 16 (5—3). М., 1999.
58.	Русский архив: Великая Отечественная: Тыл Красной ар¬
мии в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг. Документы и
материалы. Т. 25 (14). М., 1998.
59.	Сборник документов Верховного Главнокомандования за
период Великой Отечественной войны. Вып. 2: Январь — декабрь
1942 г. М., 1968.
60.	Советская деревня глазами ВЧК—ОГПУ—НКВД—НКГБ.
Сб.док. Т. 3. Кн.2. М., 1997.
61.	Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагеста¬
на (1917—1918 гг.), Горская республика (1918—1920 гг.) Докумен¬
ты и материалы. Махачкала, 1994.
62.	Ставрополье в годы Великой Отечественной войны. Став¬
рополь, 1962.
63.	Сталинград. 1942—1943 гг. Сб. документов. Рук. авт. колл.
А.А. Гуров. М., 1995.
64.	Сталинградская эпопея: Материалы НКВД СССР и воен¬
ной цензуры из Центрального архива ФСБ РФ. М., 2000.
65.	Съезды народов Терека. 1918. Сб. документов и материа¬
лов в 2-х т. Орджоникидзе, 1977—1978.
66.	ЦК ВКП(б) — ВКП(б) и национальный вопрос. Книга 1.
1918-1939 гг. М., 2005
67.	Час испытаний: Депортация, реабилитация и возрожде¬
ние балкарского народа (документы и материалы). Нальчик, 2001.
68.	Четвертый гвардейский Кубанский. Сб. документов и ма¬
териалов. Краснодар, 1981.
69.	Штеменко С.М. «Почему я докладывал Берии?...» (Пуб¬
ликация Ю.В. Рубцова) // Военно-исторический журнал. 1995,
№ 1.
СПЕЦИАЛЬНАЯ СПРАВОЧНАЯ ЛИТЕРАТУРА
1.	Боевой состав Советской армии. Ч. 1—5 (июнь 1941 — сен¬
тябрь 1945 гг.). Издание Генштаба. Б.г.
2.	Великая Октябрьская Социалистическая Революция. Эн¬
циклопедия. М., 1987.
415

3.	Великая Отечественная война 1941—1945 гг.: Действующая
армия. Научно-справочное издание. М., 2005.
4.	Великая Отечественная. Командармы. Военный биографи¬
ческий словарь. М., 2005.
5.	Военный энциклопедический словарь. В 2-х тт. М., 2002.
6.	Гражданская война и военная интервенция в СССР. Эн¬
циклопедия. М., 1987.
7.	Кузнецов И.И. Маршалы, генералы и адмиралы 1940 года.
Иркутск, 2000.
8.	Лубянка. ВЧК—ОГПУ—НКВД—НКГБ—МГБ—МВД—
КГБ. 1917—1960. Справочник. Под общей редакцией А.Н. Яков¬
лева. М., 1997.
9.	Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии
1933-1945. М., 2002.
10.	Общевойсковые армии и их боевой состав за 1942 г. В 4-х ча¬
стях. М., б.г.
11.	Перечни наименований объединений, соединений и дру¬
гих формирований Вооруженных Сил, народного ополчения,
гражданских ведомств и иностранных формирований, участво¬
вавших в Великой Отечественной и советско-японской войнах
1941—1945 гг. Справочник. М., 2005.
12.	Политические деятели России 1917 г. Биографический
словарь. М., 1993.
13.	Торчинов В.А., Леонтюк А.М. Вокруг Сталина. Истори¬
ко-биографический справочник. М., 2000.
14.	Фронты, флоты, армии, флотилии периода Великой Оте¬
чественной войны. Справочник. М., 2003.
15.	Цуциев А.А. Атлас этгнополитической истории Кавказа
(1774-2004). М., 2004.
Периодическая печать
1.	Правда. 1941—1945.
2.	Известия. 1941—1945.
3.	Красная звезда. 1941—1945.
4.	Бакинский рабочий. 1941—1944.
5.	Заря Востока. (Тбилиси) 1941—1944.
6.	Коммунист (Ереван). 1941—1944.
7.	Дагестанская правда. 1941 — 1943.
8.	Грозненский рабочий. 1941—1943.
9.	Социалистическая Осетия. 1941 — 1943.
10.	Боец РККА (Политуправление Закавказского фронта).
1941-1943.
416

11.	За победу! (Политотдел 276-й стрелковой дивизии). 1942.
12.	На штурм! (Политотдел 44-й армии). 1942.
13.	Боевой удар (Политотдел 392-й стрелковой дивизии).
1941-1945.
14.	Боевой знамя (Политотдел 409-й стрелковой дивизии).
1941-1945.
15.	Вперед, за Родину! (Политотдел 408-й стрелковой диви¬
зии). 1941-1942.
ВОСПОМИНАНИЯ, МЕМУАРЫ, ДНЕВНИКИ,
ПИСЬМА, СТАТЬИ, РЕЧИ
1.	Александр Тодорский: Воспоминания друзей и соратников.
М., 1986.
2.	Бекдемиров Г.В., Алиев А. Трудящаяся молодежь и Крас¬
ная армия. Баку, 1930.
3.	Бережков В.М. Рядом со Сталиным. М., 1998.
4.	Берия С.Л. Мой отец — Лаврентий Берия. М., 1994.
5.	Берия С. Мой отец — Берия. В коридорах сталинской влас¬
ти. М., 2002.
6.	Брешко-Брешковский Н.Н. Дикая дивизия. М., 1991.
7.	Бутбай М. Воспоминания о Кавказе. Махачкала, 1993.
8.	Верещак С.И. О революции в Закавказье и о роли советов в
ней //1917 год в судьбах России и мира: Октябрьская революция.
От новых источников к новому осмыслению. М., 1998.
9.	Ветераны вспоминают. (Воспоминания ветеранов 416-й
Краснознаменный Таганрогский ордена Суворова II степени
стрелковой дивизии). Баку, 1985.
10.	Врангель П.Н. Записки. М., 2001.
11.	Гальдер Ф. Военный дневник. Т. 2. М., 1969.
12.	Гречко А.А. Годы войны. М., 1967.
13.	Гусев С.И. Гражданская война и Красная армия. Сб. ста¬
тей. М., 1958.
14.	Даниялов А. Воспоминания. Махачкала, 1991.
15.	Дауров Д. Этот маленький Большой человек. Владикавказ,
2001.
16.	Деникин А.И. Вооруженные силы Юга России // Белое
дело. М., 1992.
17.	Денстервиль Л. Британский империализм в Баку и Пер¬
сии. 1917—1918. (Воспоминания). Тифлис, 1925.
14 - 4998
417

18.	ДжатиевТ. И. Пламя над Тереком. Орджоникидзе, 1967.
19.	Дзагкоев В.Г. Солдат вспоминает. Владикавказ, 1993.
20.	Добрынин В.А. Оборона Мугани. 1918—1919. Париж, 1974.
21.	Елисеев Ф. И Казаки на Кавказском фронте. 1914—1917:
Записки полковника Кубанского казачьего войска в тринадцати
брошюрах-тетрадях. М., 2001.
22.	Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. В 3-х томах.
М., 1985.
23.	Закруткин В. Кавказские записки. М., 1948.
24.	История революционного движения на Тереке. Сб. статей,
воспоминаний, материалов. Пятигорск, 1924.
25.	Итоги Второй мировой войны: Выводы побежденных. М.,
1998.
26.	Кавказ выстоял, Кавказ победил! Ветераны вспоминают.
Тбилиси, 1973.
27.	Каганович Л.М. Памятные записки рабочего, коммунис¬
та-большевика, профессора, партийного и советско-государ¬
ственного работника. М., 1997.
28.	Калашник М.Х. Испытание огнем. М., 1985.
29.	Караосманоглу Я.К. Дипломат поневоле. Воспоминания
и размышления. М., 1978.
30.	Карпов В.В. Полководец. М., 1985.
31.	Кац М. Ингушетия в огне. Владикавказ, 1926.
32.	Краснов П.Н. На внутреннем фронте //Архив русской ре¬
волюции. М., 1991.
33.	Кузнецов Б.М. 1918 год в Дагестане (Гражданская война).
Нью-Йорк, 1959.
34.	Куманев Г.А. Рядом со Сталиным. Смоленск, 2001.
35.	Курашвили Г.Г. От Терека до Севастополя. Тбилиси, 1968.
36.	Лишин Н.Н. На Каспийском море. Год белой борьбы. Пра¬
га, 1938.
37.	Лукомский А.С. Воспоминания. Т. 2. Берлин, 1922.
38.	Мальцев Е.Е. В годы испытаний. М., 1979.
39.	Манштейн Э. Утерянные победы. М., 1999.
40.	Марков А.П. В ингушском конном полку. М., 1999.
41.	Мартынов Е.И. Политика и стратегия. М., 2003.
42.	Микоян А.И. Так было. М., 1999.
43.	Муратов В.В. В боях за Кавказ. М., 1982.
44.	Начало Гражданской войны: Революция и Гражданская
война в описаниях белогвардейцев. Сост. С.А. Алексеев. М., 1926.
418

45.	НикулихинЯ. На фронте Гражданской войны (1918—1921).
Очерки и воспоминания. Петроград, 1923.
46.	Орджоникидзе Г.К. Статьи и речи. Т. 1. М., 1956.
47.	Ортенберг Д.И. Год 1942. М., 1986.
48.	ОртенбергД.И. Сороктретий. М., 1991.
49.	Печерица П.Л. От Терека до Миуса (о боевом пути 44-й ар¬
мии в битве за Кавказ). Б.м., б.г.
50.	Половцев П.А. Дни затмения (Записки Главнокомандую¬
щего войсками Петроградского военного округа в 1917 г.) Paris,
1922.
51.	Последний рубеж : Битва за Владикавказ в воспоминани¬
ях видных военачальников и активных ее участников. Владикав¬
каз, 1995.
52.	Рокоссовский К.К. Солдатский долг. М., 1968.
53.	Русин Л.В. Казачья гвардия. Записки военного корреспон¬
дента. Краснодар, 1972.
54.	Сафонов М.И. В предгорьях Кавказа: Фронтовые записки
начальника штаба. Грозный, 1985.
55.	Сталин В.И. О Великой Отечественной войне Советского
Союза. М., 2002.
56.	Тангиев А.-Г.Д. Тяжелый век. Назрань, 2000.
57.	Тартаковский Б.Г. Из дневников военных лет. М., 2005.
58.	Тахо-Годи А.А. Революция и контрреволюция в Дагеста¬
не. Махачкала, 1927.
59.	Трояновский П.И. На восьми фронтах. М., 1982.
60.	Тюленев И.В. Крах операции «Эдельвейс». Орджоникид¬
зе, 1988.
61.	Тюленев И.В. Советская кавалерия в боях за Родину. М.,
1957.
62.	Тюленев И.В. Через три войны. М., 1972.
63.	Фомин М. Боевой путь 347-й Краснодарской стрелковой
дивизии. В 2-х частях. Б.м., 1943.
64.	Хрущев Н.С. Люди. Время. Власть. М.,1999. Кн. 2. Ч. 1.
65.	Шаумян С.Г. Статьи и речи. 1917—1918. Баку, 1929.
66.	Шаумян С.Г. Избранные произведения. В 2-х т. М.,
1958.
67.	Шаумян С. Письма. Ереван, 1959.
68.	Шерипов А. Статьи и речи. Грозный, 1977.
69.	Шихлинский А.А. Мои воспоминания. Баку, 1984.
419

ИССЛЕДОВАНИЯ
1.	Абрамян Г.С. Мощное оружие советских войск в боях за
Крым (1941-1942 гг.) Ереван, 1975.
2.	Абрамян Э. Кавказцы в абвере. М., 2006.
3.	Агаян Ц.П. Вековая дружба народов Закавказья. В 2-х ч. Ере¬
ван, 1970.
4.	Азербайджан и Россия: общества и государства. М., 2001.
5.	Аликберов З.М. Защитники Кавказа (по материалам
Азербайджана и республик Северного Кавказа). Баку, 1975.
6.	Алискеров И.Ш. Влияние религиозного и этнического фак¬
торов на военно-политическую обстановку на Северном Кавказе
в годы Великой Отечественной войны 1941 — 1945 // Религиозные
организации Советского Союза в годы Великой Отечественной
войны 1941-1945. М., 1995.
7.	Али-Хаджи Акушинский шейх-уль-ислам Дагестана, патри¬
от и миротворец. Махачкала, 1998.
8.	Амирханова-Кулиш А.С., Зильпукаров 3. Г. Помощь Крас¬
ной армии в социалистическом строительстве в Азербайджане. М.,
1981.
9.	Антонов-Овсеенко А.А. Карьера палача // Звезда. 1989.
№5-11.
10.	Армия и общество. Сб. статей. М., 1990.
11.	Артемьев А.П. Братский боевой союз народов СССР в годы
Великой Отечественной войны. М., 1979.
12.	Бабалашвили И.П. Грузинская ССР в годы Великой
Отечественной войны 1941 — 1945 гг. Тбилиси, 1977.
13.	Баграмян Н.Х. Так начиналась война. М., 2000.
14.	Баданин Б.В. На боевых рубежах Кавказа. Очерки по
инженерному обеспечению битвы за Кавказ в Великой Отече¬
ственной войне. М., 1962.
15.	Базанов С.Н. Борьба за власть в действующей Российской
армии (октябрь 1917—февраль 1918 гг.) М., 2003.
16.	Баликоев Т.М. Народы Северного Кавказа в годы Великой
Отечественной войны (1941 — 1945 г.). Владикавказ, 2000.
17.	Басистов Ю. В. Особый театр военных действий: листовки
на фронтах второй мировой войны. СПб, 1999.
18.	Бахтурина А.Ю. Окраины Российской империи: государ¬
ственное управление и национальная политика в годы Первой
мировой войны (1914—1917 гг.) М., 2004.
420

19.	Безугольный А.Ю. «Горцев в армию не призывать и нику¬
да не отправлять...»: Мобилизационные мероприятия и нацио¬
нальная политика на Северном Кавказе в период Великой Оте¬
чественной войны И Вестник Евразии. 2003. № 3. С. 121—142.
20.	Безугольный А.Ю. «Товарищ Берия и командующий фрон¬
том приказали...» Участие Л. Берии в руководстве обороной Кав¬
каза в августе—сентябре 1942 г. // Военно-исторический архив.
2002. № 3. С. 68-96.
21.	Безугольный А.Ю. Национальные формирования в поли¬
тических дискуссиях в период обороны Кавказа // Сборник ста¬
тей, посвященных 70-летия со дня рождения А.С. Схакумидова.
Майкоп, 2004. С. 102-120.
22.	Безугольный А.Ю. Северная группа войск Закавказского
фронта в обороне Кавказа. Август — декабрь 1942 г. // Magister
historia Сб. магистерских работ. Ставрополь, СГУ, 2003. С. 70—83.
23.	Безугольный А.Ю. Народы Кавказа в Вооруженных Си¬
лах СССР в годы Великой Отечественной войны. Stuttgart, 2005.
24.	Бекишвили В. Оборона кавказских перевалов 1942—1943 гг.
Тбилиси, 1977.
25.	Берия: конец карьеры. Сост. и общ. ред. В.Ф. Некрасова.
М., 1991.
26.	Битва за Кавказ. М., 1952.
27.	Битва за Кавказ. М., 2002.
28.	Блюм А.В. Советская цензура в эпоху тотального террора.
1929-1953. СПб, 2000.
29.	Бордюгов Г., Бухараев В. Национальная историческая
мысль в условиях советского времени // Национальные истории
в советском и постсоветских государствах. Сб. статей. М., 1999.
30.	Борисенко И. Советские республики на Северном Кавка¬
зе в 1918 г. Ростов н/Д., 1930.
31.	Боташев М.А. Карачаево-Черкесия в годы Великой Оте¬
чественной войны // Карачаево-Черкесия в годы Великой Оте¬
чественной войны 1941 — 1945 гг. Материалы областной научно-
теоретической конференции. 1977 г. Черкесск, 1982.
32.	Бромлей Ю. В. Национальные процессы в СССР: в поис¬
ках новых подходов. М., 1988.
33.	Брошеван В.М. Военная мобилизация в Крыму. 1941—1944 гг.
Б. м., [1997].
34.	Бугай Н.Ф. Великая Отечественная война: проблема «вто¬
рого фронта» на территории СССР. 40-е годы // Пятидесятиле¬
тие Великой Победы над фашизмом: история и современность.
421

Материалы международной научной конференции 27—30 апре¬
ля 1995 г. Смоленск, 1995.
35.	Бугай Н.Ф. Государственная политика в сфере нацио¬
нальных отношений в условиях «социалистического эксперимен¬
та» // Россия в XX веке: Проблемы национальных отношений. М.,
1999.
36.	Бугай Н.Ф. Этнические меньшинства: участие в Великой
Отечественной войне 1941—1945 годов // Судьба на фоне вре¬
мени: сборник статей, посвященный 70-летию со дня рождения
А.С. Схакумидова. Майкоп, 2004.
37.	Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Кавказ: народы в эшелонах
(20-60-е годы). М., 1998.
38.	Буниятов З.М., Зейналов Р.Э. От Кавказа до Берлина.
Баку, 1990.
39.	Буркин Н.Г. Октябрьская революция и Гражданская вой¬
на в горских областях Северного Кавказа. Ростов, 1933.
40.	Бурназян Г.С. Участие национальных соединений Закав¬
казских республик в битве за Кавказ и последующих операциях
Красной армии в Великой Отечественной войне. Ростов, 1967.
41.	Бутков П.Г. Материалы для новой истории Кавказа с 1722
по 1803 г.Ч. 1.СП6., 1869\
42.	Важнейшие операции Великой Отечественной войны.
1941-1945 гг. М., 1956.
43.	Вайскопф М. Писатель Сталин. М., 2002.
44.	ВаксбергА.И. Нераскрытые тайны. М., 1993.
45.	Великая Отечественная война (историография). Сб. обзо¬
ров. М., 1995.
46.	Великая Отечественная война 1941—1945. Военно-исто¬
рические очерки. Кн. 1. Суровые испытания. М., 1998.
47.	Великая победа на Волге. М., 1965.
48.	(Великанов) М. Д. В. Ганджинское восстание и его лик¬
видация (Воспоминания) // Война и революция. 1928. № 2.
49.	Вилинбахов В.Б. Из истории русско-кабардинского бое¬
вого содружества. Нальчик, 1977.
50.	Волкогонов Д. А. Сталин. В 2-х частях. М., 1998.
51.	Вооруженные и военизированные формирования в СССР:
взгляды, позиции, документы. М., 1991.
52.	Восканян С.С. Очерк истории армяно-азербайджанских
этнополитических отношений. Волгоград, 2002.
53.	Воскобойников Г.Л. Казачество и кавалерия в годы Вели¬
кой Отечественной войны 1941 — 1945. М., 1995.
422

54.	Гаджиев В.Г. Провал англо-ирано-турецких планов захвата
Кавказа в 20—ЗО-е гг. XIX в. // Ученые записки Института исто¬
рии, языка и литературы. Махачкала, 1966. Т. 16.
55.	Гакаев Дж. Очерки политической истории Чечни (XX век).
М., 1997.
56.	Галицкий В.П. «...Для активной диверсионной деятельно¬
сти в тылу у Красной армии». // Военно-исторический журнал.
2001. № 1.
57.	Гареев М.А. Сталин и верховное главнокомандование //
Свободная мысль. 1995. № 2.
58.	Гареев М.А. О неудачных операциях советских войск в
Великой Отечественной войне. По неопубликованным докумен¬
там ГКО И Новая и новейшая история. 1994. № 1.
59.	Гасанлы Дж. П. СССР — Турция: полигон холодной вой¬
ны. Баку, 2005.
60.	Гнеушев В., Попутько А. Тайна Марухского ледника. Чер¬
кесск, 1963.
61.	Говард М. Большая стратегия. Август 1942 — сентябрь 1943.
М., 1980.
62.	Горкин А. В боях закаляется и крепнет дружба народов. М., 1944.
63.	Горовский Ф. Я., Рымаренко Ю. И. Национальный воп¬
рос и социалистическая практика. Опыт историко-теоретического
анализа. Киев, 1991.
64.	Горьков Ю. А. Кремль. Ставка. Генштаб. Тверь, 1995.
65.	Градосельский В.В. Национальные воинские формирова¬
ния в Красной армии (1918—1938 гг.) // Военно-исторический
журнал. 2001. № 10.
66.	Градосельский В.В. Национальные воинские формирова¬
ния в Великой Отечественной войне // Военно-исторический
журнал. 2002. № 1.
67.	Гречко А.А. Битва за Кавказ. М., 1967.
68.	Грошев И.И. Сущность национальной политики КПСС.
М., 1982.
69.	Гучмазов А., Траскунов М., Цкитишвили К. Закавказский
фронт Великой Отечественной войны. Тбилиси, 1971.
70.	Далландян Г.М. Боевая 89-я. Ереван, 1968.
71.	Дегоев В.В. Большая игра на Кавказе: история и современ¬
ность. М., 2003.
72.	Дегоев В., Ибрагимов Р. Северный Кавказ: постсоветские
итоги как руководство к действию, или Повестка дня на вчера.
Доклад-эссе. М., 2006.
423

73.	Демьяненко А.П. Провал планов ближневосточной экс¬
пансии фашистской Германии // Народы Азии и Африки. 1984.
№6.
74.	10 лет Советской Чечни. Ростов, 1933.
75.	Джанджгава В.С. 414-я Краснознаменная. Тбилиси, 1985.
76.	Другая война: 1939—1945 гг. М., 1996.
77.	Дэвис Р.У., Хлевнюк О. В. Развернутое наступление со¬
циализма по всему фронту // Советское общество: возникнове¬
ние, развитие, исторический финал. Т. 1. М., 1997.
78.	Елисеев В.Т. Стратегические перегруппировки советских
войск при подготовке зимней кампании 1942/43 года // Военно¬
исторический журнал. 1987. № 11.
79.	Ефимов П.И. Героический подвиг Красной армии в обо¬
роне Кавказа // Народный подвиг в битве за Кавказ. М., 1981.
80.	Жилин П.А. О войне и военной истории. М., 1984.
81.	Жиромская В.Б. Демографическая история России в
1930-е годы: Взгляд в неизвестное. М., 2001.
82.	Завьялов А.С., Калядин Т. Е. Битва за Кавказ 1942—1943 гг.
М., 1957.
83.	Зарубежная литература о национальных отношениях в
СССР. Реферативный сборник. Вып. 1. М., 1991.
84.	Захаров И.З. Дружба, закаленная в боях. М., 1970.
85.	Захаров М. Национальное строительство в Красной армии.
М., 1927.
86.	Золотарев В.А. Проблемы изучения истории Великой
Отечественной войны // Новая и новейшая история. 2000. № 2.
87.	Зырина А.А. Документальные издания о битве за Кавказ //
Народный подвиг в битве за Кавказ. М., 1981.
88.	Ибрагимбейли Х.-М. Народы Кавказа в Крымской войне
1853—1856 гг. Автореф. дисс. докт. ист. наук. М., 1971.
89.	Ибрагимбейли Х.-М. Страницы истории боевого содруже¬
ства русского и кавказских народов (1853—1856 гг.). М., 1972.
90.	Ибрагимбейли Х.-М. Битва за Кавказ М., 1983.
91.	Ибрагимбейли Х.-М. Крах «Эдельвейса» и Ближний Вос¬
ток. М., 1977.
92.	Ибрагимов М.М. Власть и общество в период Великой
Отечественной войны. (На примере северокавказских республик).
М., 1999.
93.	Иванов А.Г. Некоторые проблемы истории битвы за Кав¬
каз в буржуазной историографии // Народный подвиг в битве за
Кавказ. М., 1981.
424

94.	Иванов В.Е. Национальные воинские части в СССР: опыт
строительства и применения. Екатеринбург, 1996.
95.	Исраэлян В.Л. Дипломатическая история Великой Отече¬
ственной войны. М., 1959.
96.	История дипломатии. Т. 4. Дипломатия в годы Второй ми¬
ровой войны. М., 1985.
97.	Исупов В.А. Демографические катастрофы и кризисы в
России в первой половине XX века. Новосибирск, 2000.
98.	Исхаков С.М. Российские мусульмане и революция. (Вес¬
на 1917 г. — лето 1918 г.) М., 2004.
99.	Иоффе Г.З. Семнадцатый год: Ленин, Керенский, Корни¬
лов. М., 1995.
100.	Каган С. Кремлевский волк. М., 1993.
101.	Калмыков Б.Э. — выдающийся общественный и государ¬
ственный деятель Кабардино-Балкарии (Сборник статей и вос¬
поминаний). Нальчик, 1960.
102.	Кадишев А.Б. Интервенция и Гражданская война в За¬
кавказье. М., 1960.
103.	Кашкаев Б. Красная армия в Дагестане. Махачкала, 1964.
104.	Керимов Г.М. Ислам и армия // Религиозные организа¬
ции Советского Союза в годы Великой Отечественной войны
1941—1945 гг. Материалы «круглого стола», посвященного 50-ле-
тию Победы 13 апреля 1995 г. М., 1995.
105.	Кириленко Г.В. Нефть во Второй мировой войне // Во¬
енно-исторический журнал. 1987. № 12.
106.	Кирсанов Н.А. В боевом строю народов-братьев. М., 1984.
107.	Кирсанов Н.А. Национальные формирования Красной
армии в Великой Отечественной войне 1941 —1945 гг. // Новая и
новейшая история. 1995. № 5.
108.	Койчуев А.Д. Карачаевская автономная область в годы
Великой Отечественной войны 1941—1945. Ростов н/Д., 1998.
109.	Колесник А.Д. Ополченческие формирования Российс¬
кой Федерации в годы Великой Отечественной войны. М., 1989.
НО. Комков Г.Д. Идейно-политическая работа КПСС в
1941-1945 гг. М., 1965.
111.	Комплектование Красной армии. Берлин, 1926.
112.	Коновалов Ф. П. Военно-политическая обстановка к се¬
редине ноября 1942 г. Краткий стратегический обзор зимней кам¬
пании 1942—43 гг. М., 1952.
113.	Костырченко Г.В. Тайная политика Сталина. Власть и
антисемитизм. М., 2001.
425

114.	Краснознаменный Закавказский. Очерки истории
Краснознаменного Закавказского военного округа. Тбилиси,
1981.
115.	Краснознаменный Северо-Кавказский. Очерки истории
Краснознаменного Северо-Кавказского военного округа. М.,
1990.
116.	Кривошеев Г.Ф. О дезертирстве в Красной армии // Во¬
енно-исторический журнал. 2001. № 6.
117.	Кринко Е.Ф. Северо-Западный Кавказ в годы Великой
Отечественной войны: проблемы историографии и источникове¬
дения. М., 2004.
118.	Критика фальсификаций национальных отношений в
СССР. М., 1984.
119.	Кузнецов В.А., Чеченов И.М. История и национальное
самосознание (Проблемы современной историографии Северного
Кавказа). Владикавказ, 2000.
120.	Куликов М. Советская историография великой Отече¬
ственной войны И Советская историография. Сб. статей. М.,
1996.
121.	Кульков Е.Н., Ржешевский О.А., Челышев И.А. Правда
и ложь о Второй мировой войне. М., 1983.
122.	Лайпанов К.Т. Октябрь в Карачаево-Черкессии. Чер¬
кесск, 1987.
123.	Лахтиков М. Советская армия — армия братства и друж¬
бы народов СССР. М., 1952.
124.	Левин М. Социальные аспекты Гражданской войны в
России И Советское общество: возникновение, развитие, исто¬
рический финал. М., 1997. С. 30—56.
125.	Литвинов А.И. Майский прорыв IX армии в 1916 г. Пет¬
роград, 1923.
126.	Магомедов М.А. О некоторых особенностях Октябрьской
революции и гражданской войны на Северном Кавказе // Новая
и новейшая история. 1994. № 6.
127.	Мадатов Г.А. Азербайджан в годы Великой Отечествен¬
ной войны. Баку, 1975.
128.	Мамедов А. Час «икс» переворота М.Д. Багирова и Л.П. Бе¬
рии. Баку, 2005.
129.	Мамукелашвили Э. Военно-организаторская и идеоло¬
гическая деятельность КПСС в битве за Кавказ (1942—1943 гг).
Тбилиси, 1982.
130.	Межнациональные отношения в России и СНГ. М., 1994.
426

131.	Меликян Г.С. Октябрьская революция и Кавказская ар¬
мия. Ереван, 1989.
132.	Мельтюхов М.И. Упущенный шанс Сталина: Советский
Союз и борьба за Европу: 1939—1941 гг. (Документы. Факты. Суж¬
дения.) М., 2000.
133.	Мехтиев Б.М. 223-я Краснознаменная Белградская. Баку,
1983.
134.	Миллер А.Ф. Очерки новейшей истории Турции. М.—Л.,
1948.
135.	Мнацаканян А.Н. Советская Армения в период Великой
Отечественной войны. Ереван, 1968
136.	Многонациональный воинский коллектив: Вопросы и
ответы. М., 1989.
137.	Морозов М.А. Нация в социалистическом обществе. М.,
1986.
138.	Муравьев Н.Н. Война за Кавказ в 1855 году. СПб., 1877.
Т. 1.
139.	Мурадян В.А. Братство, скрепленное кровью. М.,
1969.
140.	Мустафаев А.Х. Национальные отношения в СССР в тру¬
дах турецких авторов. (Критический анализ националистических
концепций). Баку, 1990.
141.	Мустафа-заде Р.С. Две республики. Азербайджано-рос¬
сийские отношения в 1918—1922 гг. М., 2006.
142.	Нартонова Н.В. Социальные аспекты государственной
политики в Кабардино-Балкарии в 40-х — начале 60-х гг. XX в.
Нальчик, 2001.
143.	Население России в XX веке. Исторические очерки в
3-х томах. Т. 2. 1940—1959 гг. М., 2001.
144.	Национальная политика в странах формирующегося со¬
ветского блока. 1944—1948. М.,2004.
145.	Национальные истории в советском и постсоветских го¬
сударствах. Сб. статей. М., 1999.
146.	Национальный вопрос и Советская Россия. М., 1921.
147.	Небогин О.Б., Сланская М.Д. «...Нельзя оставить в рядах
партии» (Как Л.М. Кагановича исключали из партии) // Вопро¬
сы истории КПСС. 1990. № 6.
148.	Невежин В.А. Синдром наступательной войны: Советс¬
кая пропаганда в преддверии «священных боев». 1939—1941 гг. М.,
1997.
149.	Некрич А. Наказанные народы. Нью-Йорк, 1978.
427

150.	Новейшая история Турции. М., 1968.
151.	Нуруллаев А.А. Мусульмане Советского Союза в Вели¬
кой Отечественной войне // Религиозные организации Советс¬
кого Союза в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг.
Материалы «круглого стола», посвященного 50-летию Победы
13 апреля 1995 г. М., 1995.
152.	Обертас И.Л. Начдив Двадцатой Великанов. М., 1964.
153.	Обожда В.А. Константин Мехоношин: судьба и время. М.,
1991.
154.	Одинцов М.И. Государственные церковные отношения
накануне и в годы Великой Отечественной войны // Религиоз¬
ные организации Советского Союза в годы Великой Отечествен¬
ной войны 1941—1945 гг. Материалы «круглого стола», посвящен¬
ного 50-летию Победы 13 апреля 1995 г. М., 1995.
155.	Они сражались за Родину. Представители репрессирован¬
ных народов на фронтах Великой Отечественной войны. Книга-
хроника. М., 2005.
156.	Опрышко О.Л. Кавказская конная дивизия, 1914—1917:
Возвращение из забвения. Нальчик, 1999.
157.	Осмачко С.Г. Красная армия в локальных войнах и кон¬
фликтах (1929—1941 гг.): боевой опыт и военная политика. Ярос¬
лавль, 1999.
158.	Пашаев Н.А. Очерки истории культурного строительства
Советского Азербайджана. Баку, 1965.
159.	Петров Б.Н. Анализ причин незавершенности некоторых
наступательных операций Великой Отечественной войны // Во¬
енно-исторический журнал. 1987. № 1.
160.	Печенкин А.А. Государственный Комитет Обороны в
1941г. И Новая и новейшая история 1994. № 4/5.
161.	Плиев Б.З. Воины Южной Осетии в боях за Советскую
родину. Тбилиси, 1979.
162.	Пятницкий Н.В. Устройство войск Красной армии и ее
доктрина. Париж, 1933.
163.	Репрессированные народы: история и современность.
Сб. статей. М., 1994.
164.	Рослый И.П. Контрудар под Орджоникидзе // Война.
Народ. Победа. Кн. 2. М., 1995.
165.	Россия и Северный Кавказ: история и современность. М.,
2006.
428

166.	Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных
сил: Статистическое исследование. М., 2001.
167.	Рубин Н. Лаврентий Берия: миф и реальность. М.,
1998.
168.	Рубцов Ю. В. Alter ego Сталина. Страницы политической
биографии Л.3. Мехлиса. М., 1999.
169.	Рубцов Ю. В. Из-за спины вождя: политическая биогра¬
фия Л.3. Мехлиса. М., 2003.
170.	Самурский Н. Гражданская война в Дагестане. Махачка¬
ла, 1925.
171.	Саркисьян С.М. 408-я армянская стрелковая дивизия в
битве за Кавказ. Ереван, 1985.
172.	Саркисьян С.М. 51-я армия. (Боевой путь). М., 1983.
173.	Свечников М. Борьба Красной армии на Северном Кав¬
казе. Сентябрь 1918—апрель 1919. М.—Л., 1926.
174.	Сейранян Ф. Г. «...Надежнейший военный работник»:
Очерк о военно-организаторской деятельности Г.К. Орджоникид¬
зе. М., 1989.
175—176. Сиднев. Призыв национальностей // Война и рево¬
люция. 1927. № 5.
177.	Селезнев И.А. Война и идеологическая борьба. М., 1966.
178.	Семиряга М.И. Коллаборационизм: природа, типология
и проявления в годы Второй мировой войны. М., 2000.
179.	Сенявская Е.С. Психология войны в XX веке: историчес¬
кий опыт России. М., 1999.
180.	77-я Симферопольская. Краткая история. Баку, 1974.
181.	Сидоренко В.П. Особые оборонительные районы Север¬
ного Кавказа // Органы внутренних дел на пути к правовому го¬
сударству. Сборник трудов. Вып. 1. СПб., 1993.
182.	Симонов Ф. В. Они командовали фронтами. Подольск, 1995.
183.	Советские Вооруженные Силы: Страницы истории.
1918-1988. М., 1987.
184.	СССР и Турция. 1917-1979. М., 1981.
185.	Ставропольцы в Великой Отечественной войне. Ставро¬
поль, 1995.
186.	Стеклов А. Армия мусаватского Азербайджана. Баку,
1928.
187.	Стреляное П.Н. Корпус генерала Баратова. 1915—1918.
М., 2002.
429

188.	Суханова Н.И. Ставрополье в годы Гражданской войны
(1918—1920 гг.) И Вестник Ставропольского государственного
университета. Вып. 40. Ставрополь, 2005. С. 44—53.
189.	Сухарев С.В. Лицедейство на поприще истории // Воп¬
росы истории ЦК КПСС. 1989. № 2.
190.	Сухомлинов А.В. Кто вы, Лаврентий Берия? Неизвест¬
ные страницы уголовного дела. М., 2004.
191.	Сухоруков В.Т. XI армия в боях на Северном Кавказе и
Нижней Волге в 1918—1920 гг. М., 1960.
192.	Текуева М.Г. Исламское движение в Кабарде и Балкарии
во время Гражданской войны на Тереке // Южнороссийское обо¬
зрение. 2001. № 1.
193.	Тодорский А. Красная армия в горах. Действия в Дагес¬
тане. М., 1925.
194.	Топтыгин А. Неизвестный Берия. СПб, 2002.
195.	Ушаков С.Ю., Стукалов А.А. Фронт военных прокуроров.
М., 2000.
196.	Френкель М.Ю. Африка и Ближний Восток в стратегии
Германии 1940—1945 // Восток 1995. №1.
197.	Хатукаев А.Т. Боевой путь 115-й кавалерийской дивизии.
Нальчик, 1980.
198.	Хмара Н.И. Из опыта национального строительства в
СССР (1920-е—1930-е годы) // Отечественная история. 2006.
№3.
199.	Хомизури Т. Социальные потрясения в судьбах народов
(на примере Армении). М., 1997.
200.	Хофманн И. Сталинская война на уничтожение: Плани¬
рование, осуществление, документы. М., 2006.
201.	Худалов Т.Т. Северная Осетия в Великой Отечественной
войне (1941—1945 гг.) Владикавказ, 1992.
202.	Цветков В.Ж. Гражданская война на Северном Кавказе
(национальная политика белого движения на юге России) // На¬
учные труды Московского педагогического государственного уни¬
верситета. Серия «Социально-исторические науки». М., 1998.
203.	Цкитишвили К.В. Закавказье в годы Великой Отечествен¬
ной войны 1941 — 1945 гг. Тбилиси, 1969.
204.	Цуциев А.А. Осетино-ингушский конфликт (1992—...):
Его предыстория и факторы развития. М., 1998.
205.	Человек и война. Война как явление культуры. М., 2001.
206.	Чеченцы: история и современность. М., 1996.
207.	Чуев Ф. Так говорил Каганович. М., 1992.
430

208.	Шаманов Н.М., Тамбиева Б.А., Абрекова Л.О. Наказаны
по национальному признаку. Черкесск, 1999.
209.	Шаумян Сур. Бакинская коммуна. Баку, 1928.
210.	Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс глазами очевидца. Т. 1. М.,
1958.
211.	Шихлинский А.А. Мои воспоминания. Баку, 1984.
212.	Штеменко С.М. Генеральный штаб в годы войны. Книга
первая. М., 1981.
213.	Щербинина Н.Г. Герой и антигерой в политике России.
М., 2002.
214.	Шнирельман В.А. Войны памяти: мифы, идентичность
и политика в Закавказье. М., 2003.
215.	Шнирельман В.А. Быть аланами: интеллектуалы и поли¬
тика на Северном Кавказе в XX веке. М., 2006.
216.	Эшба Е.А. Асланбек Шерипов (Опыт характеристики
личности и деятельности А. Шерипова в связи с народно-рево¬
люционным движением в Чечне). Грозный, 1929.
217.	Янчевский Н.Л. Гражданская война на Северном Кавка¬
зе: В 2 т. Ростов, 1927.
218.	Altstadt A L. The Azerbaijani Turks: Power and Identity under
Russian Rule. Stanford, 1988.
219.	Beckmann L., Buhlmann H., Wasmus H., Schroder W. Die
13. Panzer-Division. 1935—1945. Eggolsheim, 1988.
220.	Boog H., Rahn W., Stumpf R., Wegner B. Der Globale
Krieg: Die Ausweitung zum Weltkrieg und der Wechsel der Initiative
1941-1943. Stuttgart, 1990.
221.	Geschichte der 3. Panzer-Division. Berlin-Brandenburg
1935-1945. Berlin, 1967.
222.	Hassassian M. S. Armenia’s Struggle for Self Determination.
Jerusalem, 1984.
223.	Hoffmann D. Die Magdeburger Division: Zur Geschichte der
13. Infanterie- und 13. Panzer-Division. Hamburg, 2001.
224.	Hoffmann J. Deutsche und Kalmyken 1942 bis 1945. Freiburg,
1974.
225.	Hoffmann J. Kaukasien 1942/43: Das deutsche Heer und die
Orientvolker der Sowjetunion. Freiburg, 1991.
226.	Hoffmann J. Ostlegionen 1941 bis 1943. Freiburg, 1976.
227.	Kaltenegger R. Die Stammdivision der Gebirgstruppe: Weg und
Kampfder 1. Gebirgs-Division 1935—1945. Graz, 1981.
228.	Mackensen von E. Vom Bug zum Kaukasus. Das III. Pan-
zerkorpsinFeldzuggegenSowjetrussland, 1941/42. Neckaigemiind, 1967.
431

229.	Muskulus E Geschichte der 111. Infanterie Division 1940—
1944. Hamburg, 1980.
230.	Schwarz E. Die Stabilisierung im Siiden der Ostfront nach der
Katastrophe von Stalingrad und dem Riickzug aus dem Kaukasus. Koln,
1981.
231.	Shnirelman V. The Value of the Past: Myths, Identity and
Politics in Transcaucasia Osaka, 2001.
232.	Suny R. G. The Making of the Georgian Nation. London, 1978.
233.	Swientochowski T. Russia and Azerbajan: A Borderland in
Transition. New York, 1985.
234.	Tieke W. Der Kaukasus und das 01: Der deutsch-sowjetische
Krieg in Kaukasien 1942/43. Osnabriick, 1967.
235.	Walker C. J. Armenia: The Survival of a Nation. New York,
1992.
ДИССЕРТАЦИИ,
АВТОРЕФЕРАТЫ ДИССЕРТАЦИЙ
1.	Аджиева Э.А. Депортация народов Северного Кавказа в
годы Великой Отечественной войны: причины и следствия
(На примере карачаевского и балкарского народов). Автореф.
дисс. к. и. н. Пятигорск, 2001.
2.	Алексеенков А.Е. Внутренние войска в Великой Отече¬
ственной войне: историко-политический аспект. Дисс. д. и. н.
СПб., 1995.
3.	Арутюнян К.А. 76-я (51-я гвардейская) стрелковая дивизия
и ее роль в защите социалистического отечества (1920—1945 гг.)
Автореф. дисс. к. и. н. Ереван, 1979.
4.	Баучиев Х.Б. Вклад интеллигенции Северного Кавказа
в разгром фашизма в годы Великой Отечественной войны
(1941—1945 гг.) Автореф. дисс. к. и. н. Ставрополь, 2000.
5.	Владимиров В.Н. Партийно-политическая работа по вос¬
питанию личного состава действующей армии в духе дружбы на¬
родов СССР в годы Великой Отечественной войны.
6.	Глухов В.М. Адыгея в дни Великой Отечественной войны.
Автореф. дисс. к. и. н. Майкоп, 1949.
7.	Григорян Ж.А. Участие сынов армянского народа в Ста¬
линградской битве (июль 1942—февраль 1943 гг.) Автореф. дисс.
к. и. н. Ереван, 1972.
432

8.	Дробязко С.И. Восточные формирования в составе вермахта
(1941—1945 гг.) Автореф. дисс. к. и. н. М., 1996.
9.	Кичиков М.Л. Советская Калмыкия в Великой Отечествен¬
ной войне 1941—1945 гг. Дисс. д. и. н. Л., 1972.
10.	Магомедов Ш.Б. Проблема социально-экономического
и национально-государственного строительства в Дагестане
(1920—1940 гг.) Автореф. дисс. к. и. н. Махачкала, 1993.
11.	Кринко Е.Ф. Оккупационный режим на Кубани (1942—
1943 гг.) Автореф. дисс. к. и. н-. Москва, 1997.
12.	Магомедов Ш.Б. Проблема социально-экономического
и национально-государственного строительства в Дагестане
(1920—1940 гг.) Автореф. дисс. к. и. н. Махачкала, 1993.
13.	Мурадов Д.Г. Работа Коммунистической партии (больше¬
виков) по воспитанию воинов воинских формирований Азербай¬
джанской ССР в духе советского патриотизма в годы Великой
Отечественной войны. Автореф. дисс. к. и. н. М., 1951.
14.	Сахибов Ш. Проблемы внешней политики Турции в годы
второй мировой войны. Дисс. к. и. н. М., 1963.
15.	Сидоренко В.П. Войска НКВД на Кавказе в годы Вели¬
кой Отечественной войны: исторический аспект. Дисс. д. и. н.
СПб, 2000.
16.	Степанян В.Т. Разрешение национального вопроса как
фактор укрепления оборонной мощи СССР. Автореф. дисс.
к. ф. н. М., 1989.
17.	Суханова Н.И. Гражданская война 1917—1920 гг. на Се¬
верном Кавказе: социально-политический аспект. Автореф. дисс.
д. и. н. Ставрополь, 2004.

ПРИМЕЧАНИЯ
К ВВЕДЕНИЮ
1	См., например: Далландян Г.М. Боевая 89-я. Ереван, 1968; Кураш¬
вили Г.Г. От Терека до Севастополя. Тбилиси, 1968; Буниятов З.М., Зей¬
налов Р.Э. От Кавказа до Берлина. Баку, 1990; Мехтиев Б.М. 223-я Крас¬
нознаменная Белградская. Баку, 1983; Саркисьян С.М. 408-я армянс¬
кая стрелковая дивизия в битве за Кавказ. Ереван, 1985; Джанджгава В.С.
414-я Краснознаменная. Тбилиси, 1985 и др.
2	Тахо-Годи А.А. Революция и контрреволюция в Дагестане. Махач¬
кала, 1927; Эшба Е.А. Асланбек Шерипов (Опыт характеристики лич¬
ности и деятельности А. Шерипова в связи с народно-революционным
движением в Чечне). Грозный, 1929; Самурский Н. Гражданская война
в Дагестане. Махачкала, 1925 и др.
3	Тодорский А. Красная армия в горах. Действия в Дагестане. М.,
1925; Свечников М. Борьба Красной армии на Северном Кавказе. Сен¬
тябрь 1918 — апрель 1919. М.—Л., 1926; Янчевский Н. Л. Гражданская
война на Северном Кавказе. В 2 т. Ростов, 1927; М. Д. В. (Великанов)
Ганджинское восстание и его ликвидация (Воспоминания) // Война и
революция. 1928. № 2.
4	Сиднев. Призыв национальностей. // Война и революция. 1927.
№ 5; Захаров М. Национальное строительство в Красной армии. М., 1927
и др.
5	Лайпанов К.Т. Октябрь в Карачаево-Черкессии. Черкесск, 1987.
С. 6.
6	Магомедов М.А. О некоторых особенностях Октябрьской револю¬
ции и гражданской войны на Северном Кавказе. // Новая и новейшая
история. 1994. № 6. С. 89.
434

7	Кирсанов Н.А. В боевом строю народов-братьев. М., 1984. С. 5—6.
8	Там же. С. 7.
9	Ибрагимов М.М. Власть и общество в период Великой Отечествен¬
ной войны. (На примере северокавказских республик). М., 1999. С. 67.
10	Мнакацанян А.Н. Армянский народ в Великой Отечественной
войне (1941 — 1945 гг.) Ереван, 1954; Хутуев Х.И. Балкарский народ в
годы Великой Отечественной войны и послевоенный период. Ростов,
1965; Хармандарян С.М. Боевое содружество армянского народа с на¬
родами Советского Союза в Великой Отечественной войне. Ереван,
1967; Тетдоев А.А. Северная Осетия в Великой Отечественной войне.
Орджоникидзе, 1969; Мнацаканян А.Н. Советская Армения в период
Великой Отечественной войны. Ереван, 1968; Хакуашев Е.Т. В боях за
Кабардино-Балкарию (1942—1943 гг.) Нальчик, 1971; его же. Кабардино-
Балкарская АССР в годы Великой Отечественной войны. Нальчик, 1978;
Абазатов М. А. Чечено-Ингушская АССР в Великой Отечественной вой¬
не Советского Союза. Грозный, 1973; Аликберов З.М. Защитники Кав¬
каза (по материалам Азербайджана и республик Северного Кавказа).
Баку, 1975; Мадатов Г.А. Азербайджан в годы Великой Отечественной
войны. Баку, 1975; Бабалашвили И.П. Грузинская ССР в годы Великой
Отечественной войны 1941—1945 гг. Тбилиси, 1977; Плиев Б.З. Воины
Южной Осетии в боях за Советскую родину. Тбилиси, 1979; Боташев
М.А. Карачаево-Черкесия в годы Великой Отечественной войны // Ка¬
рачаево-Черкесия в годы Великой Отечественной войны 1941 — 1945 гг.
Материалы областной научно-теоретической конференции 1977 г. Чер¬
кесск, 1982 и др.
11	Кирсанов Н.А. Национальные формирования Красной армии в
Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг. // Новая и новейшая ис¬
тория. 1995. № 6; Градосельский В.В. Национальные воинские форми¬
рования в Красной армии (1918—1938 гг.)// Военно-исторический жур¬
нал. 2001. № 10. С. 2—6; Его же. Национальные воинские формирова¬
ния в Великой Отечественной войне //Там же. 2002. № 1. С. 18—24.
12	Артемьев А.П. Братский боевой союз народов СССР в годы Ве¬
ликой Отечественной войны. М., 1979.
13	Мурадян В.А. Братство, скрепленное кровью. М., 1969.
14	Комплектование Красной армии. Берлин, 1926; Пятницкий Н.В.
Устройство войск Красной армии и ее доктрина. Париж, 1933; TutaefT
D. The Soviet Caucasus. London, 1942; Уратадзе Г.И. Образование и кон¬
солидация Грузинской демократической республики. Мюнхен, 1956;
Антиисламская пропаганда и ее методы в Азербайджане. Мюнхен, 1959;
435

Курганов И.А. Нации СССР и русский вопрос. Франкурт-на-Майне,
1961; IskenderofTM. Azerbaijan. A land in bloom. London, 1969; Hoffmann
J. Deutsche und Kalmyken 1942 bis 1945. Freiburg, 1974; Hoffmann J.
Ostlegionen 1941 bis 1943. Freiburg, 1976; Майстренко И. Национальная
политика КПСС. Мюнхен, 1978; Некрич А. Наказанные народы. Нью-
Йорк, 1978; Баев К. Восстания на Северном Кавказе в конце 1920-го года.
Париж, 1979; Каррер д’Энкосс Э. Распятая империя: национальный бунт
в СССР. Лондон, 1982; Генигсен А. Мусульмане в СССР. Paris, 1983;
Hoffmann J. Der Kaukasus im 1942/1943. Freiburg, 1985; Авторханов A.
Убийство чечено-ингушского народа: народоубийство в СССР. М., 1991
и др.
15	Geschichte der 3. Panzer-Division. Berlin-Brandenburg 1935—1945.
Berlin, 1967; Mackensen von E. Vom Bug zum Kaukasus; Das III. Panzerkorps
in Feldzug gegen Sowjetrussland, 1941/42. Neckargembnd, 1967; Muskulus
F. Geschichte der 111. Infanterie Division 1940-1944. Hamburg, 1980;
Kaltenegger R. Die Stammdivision der Gebirgstruppe: Weg und Kampf der 1.
Gebirgs-Division 1935—1945. Graz, 1981; Beckmann L., Buhlmann H.,
Wasmus H., Schruder W. Die 13. Panzer-Division. 1935—1945. Eggolsheim,
1988; Hoffmann D. Die Magdeburger Division: Zur Geschichte der 13.
Infanterie- und 13. Panzer-Division. Hamburg, 2001.
16	Tieke W. Der Kaukasus und das Ц1. Der deutsch-sowjetische Krieg in
Kaukasien 1942/43. Osnabriick, 1967; Schwarz E. Die Stabilisierung im
Siiden der Ostfront nach der Katastrophe von Stalingrad und dem Riickzug
aus dem Kaukasus. Koln, 1981; Boog H., Rahn W., Stumpf R., Wegner B.
Der Globale Krieg: Die Ausweitung zum Weltkrieg und der Wechsel der
Initiative 1941—1943. Stuttgart, 1990.
17	Религиозные организации Советского Союза в годы Великой Оте¬
чественной войны 1941—1945 гг. Материалы «круглого стола», посвя¬
щенного 50-летию Победы 13 апреля 1995 г. М., 1995; Национальные
истории в советском и постсоветских государствах. Сб. статей. М., 1999;
Россия в XX веке: Проблемы национальных отношений. М., 1999.
18	Магомедов Ш.Б. Проблема социально-экономического и наци¬
онально-государственного строительства в Дагестане (1920—1940 гг.)
Автореф. дисс. канд. ист. наук. Махачкала, 1993; Дробязко С.И. Вос¬
точные формирования в составе Вермахта (1941 — 1945 гг.) Авторефе¬
рат дисс. к. и. н. М., 1996; Кринко Е.Ф. Оккупационный режим на Ку¬
бани (1942—1943 гг.) Автореф. дисс. канд. ист. наук. Москва, 1997; Иб¬
рагимов М.М. Власть и общество в период Великой Отечественной
войны. (На примере северокавказских республик). М., 1999 и др.
436

19	Чомаев К.И. Наказанный народ. Черкесск, 1991; Шабаев Д.В.
Правда о выселении балкарцев. Нальчик, 1992; Репрессированные на¬
роды: история и современность. Элиста, 1992; Алиева С. Так это было.
Национальные репрессии в СССР в 1919—1952 годы, В 3-х т. М., 1993;
Алиев К.А., Курбанов М.Р., Юсупова Г.И. Чеченцы-аккинцы Дагеста¬
на: к проблеме реабилитации. Махачкала, 1994; Черекская трагедия.
Нальчик, 1994; Кущетеров Р.М., Кущетеров А.Х. Депортация. Ставро¬
поль, 1994; Эфендиев С.И., Ахматов И.Х., Гузеев Ж.М. Реквием.
Нальчик, 1996; Дзидзоев В.Д. Национальная политика: Уроки опыта.
Владикавказ, 1997; Тебуев Р.С. Депортация карачаевцев. Документы рас¬
сказывают. Черкесск, 1997; Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Кавказ: народы в
эшелонах (20—60-е годы). М., 1998; Шаманов И.М., Тамбиева Б.А., Аб-
рековаЛ.О. Наказаны по национальному признаку. Черкесск, 1999; Се-
миряга М.И. Коллаборационизм: природа, типология и проявления в
годы второй мировой войны. М., 2000; Нартонова Н.В. Социальный ас¬
пект государственной политики в Кабардино-Балкарии в 40-х — начале
60-х гг. XX в. Нальчик, 2001; Кринко Е.Ф. Северо-Западный Кавказ в
годы Великой Отечественной войны: проблемы историографии и ис¬
точниковедения. М., 2004; Бугай Н.Ф. Этнические меньшинства: уча¬
стие в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 годов // Судьба на
фоне времени: сборник статей, посвященный 70-летию со дня рожде¬
ния А.С. Схакумидова. Майкоп, 2004 и др.
20	Магомедов М.А. О некоторых особенностях Октябрьской рево¬
люции и гражданской войны на Северном Кавказе. // Новая и новей¬
шая история. 1994. № 6; Левин М.Социальные аспекты Гражданской
войны в России И Советское общество: возникновение, развитие, исто¬
рический финал. М., 1997. С. 30—56; Цветков В.Ж. Гражданская война
на Северном Кавказе (национальная политика белого движения на юге
России) // Научные труды Московского педагогического государствен¬
ного университета. Серия «Социально-исторические науки». М., 1998;
Исхаков С.М. Российские мусульмане и революция. (Весна 1917 г. —
лето 1918 г.) М., 2004; Мустафа-заде Р.С. Две республики. Азербайджа¬
но-российские отношения в 1918—1922 гг. М., 2006 и др.
21	Иванов В.Е. Национальные воинские части в СССР: опыт строи¬
тельства и применения. Екатеринбург, 1996.
22	Худалов Т.Т. Северная Осетия в Великой Отечественной войне
(1941 — 1945 гг.) Владикавказ, 1992. С. 19; БаликоевТ.М. Народы Север¬
ного Кавказа в годы Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.) Вла¬
дикавказ, 2000. С. 60.
437

23	В некоторых исследованиях приостановки призыва упоминались
мимоходом, но не стали предметом анализа. См.: Мустафаев А.Х. На¬
циональные отношения в СССР в трудах турецких авторов. (Критиче¬
ский анализ националистических концепций). Баку, 1990. С. 174; Бу¬
гай Н.Ф., Гонов А.М. Указ. соч. С. 137.; Брошеван В.М. Военная моби¬
лизация в Крыму. 1941—1944 гг. Б. м., [1997]. С. 21, 33—34.
24	См.: Национальные отношения и межнациональные конфликты:
Сб. статей. Владикавказ, 1997. С. 232, 235; Иванов В.Е. Указ. соч. С. 52,
81; Койчуев А.Д. Карачаевская автономная область в годы Великой
Отечественной войны 1941-1945. Ростов, 1998. С. 6—8; БаликоевТ.М. На¬
роды Северного Кавказа в годы Великой Отечественной войны (1941—
1945 гг.) Владикавказ, 2000. С. 6,9, 36—37,40—43; Сидоренко В.П. Вой¬
ска НКВД на Кавказе в годы Великой Отечественной войны: истори¬
ческий аспект. Дис. докт. ист. наук. СПб, 2000. С. 147 и др.
25	ЦАМО. Ф. 1222. On. 1. Д. 94. Л. 106.
26	Там же.
27	Съезды народов Терека. 1918. Сб. документов и материалов в 2-х т.
Орджоникидзе, 1977—1978.
28	Национальный вопрос и Советская Россия. М., 1921; Отчет о доп¬
ризыве граждан, родившихся в 1901 г. осенью 1922 г. М., 1923; Отчет о
призыве на действительную службу в 1926 г. граждан рождения 1904 г.
М., 1927; Призывные контингенты (1902—1905 годов рождения). М.,
1928; Призыв 1908 года: Методические пособия для докладчиков и
групп агитаторов. М., 1930; Руководство по очередным призывам в
РККА. М,—Л., 1934; КПСС о Вооруженных Силах Советского Союза:
Документы 1917—1981. М., 1981; Всеармейские совещания политработ¬
ников. 1918—1940. (Резолюции). М., 1984 и др.
29	Большевистское руководство. Переписка. Сб. док. М., 1997; ЦК
ВКП(б) — ВКП(б) и национальный вопрос. Книга 1. 1918—1939 гг. М.,
2005; Военный совет при народном комиссаре обороны СССР. Ноябрь
1937 г.: Документы и материалы. М., 2006; Военный совет при народ¬
ном комиссаре обороны СССР. 1938, 1940 гг.: Документов и материа¬
лы. М., 2006 и др.
30	Наш край. Документы и материалы (1917—1977 гг). Ставрополь,
1977; Ставрополье в годы Великой Отечественной войны. Сб. док. Став¬
рополь, 1962; Азербайджанская ССР в годы Великой Отечественной вой¬
ны: Сб. док. и матер. Баку, 1976; Кабардино-Балкария в годы Великой
Отечественной войны. Нальчик, 1975 и т.д.
31	Русский архив: Великая Отечественная: Т. 16 (5—2). Ставка ВГК.
Документы и материалы. 1942. М., 1996; Т. 16 (5—3) Ставка ВГК. Доку¬
438

менты и материалы. 1943. М., 1999; Т. 16 (5—4) Ставка ВГК Документы
и материалы. 1944 год. М., 2000; Т. 23 (12—2). Генеральный штаб в годы
Великой Отечественной войны. Документы и материалы. 1942 год. М.,
1999; Т. 23 (12—3). Генеральный штаб в годы Великой Отечественной
войны. Документы и материалы. 1943 год. М., 2000. Т. 23 (12—4). Гене¬
ральный штаб в годы Великой Отечественной войны. Документы и мате¬
риалы. 1944 год. М., 2001; Т. 25 (14).Тыл Красной армии в Великой Оте¬
чественной войне 1941 — 1945 гг.: Документы и материалы. М., 1998;
Т. 17 (6). Главные политические органы Вооруженных Сил СССР в
Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.: Документы и материалы.
М., 1996; Т. 13 (2—2) Приказы Народного комиссара обороны СССР.
22 июня 1941—1942 гг. М., 1997; Т. 13 (2—3) Приказы Народного ко¬
миссара обороны СССР. 1943—1945 г. М., 2000.
32	Кавказ. 1942—1943 годы: героизм и предательство. Публ. Ю. Н.
Семина, О.Ю. Старкова // Военно-исторический журнал. 1991. № 6;
«Обязуюсь помочь немецкой армии...» Публ. В.П. Галицкого. // Воен¬
но-исторический журнал. 2000. № 3; Материалы по истории Русского
Освободительного Движения (1941—1945 гг.): Сб. статей, документов и
воспоминаний. Вып. 1/ Под общ. ред. А.В. Окорокова. М., 1997; Кав¬
казские орлы: Обзор материалов о банддвижении на территории ЧИ-
АССР. М., 1993; Карачаевцы. Выселение и возвращение (1943—1957)
Материалы и документы Черкесск, 1993; Лики войны: Сборник до¬
кументов по истории Кабардино-Балкарии в годы войны (1941—1945 гг.)
Нальчик, 1996; Час испытаний: Депортация, реабилитация и возрожде¬
ние балкарского народа (документы и материалы). Нальчик, 2001.
33	Бугай Н.Ф. Иосиф Сталин — Лаврентию Берия: «Их надо депор¬
тировать». М., 1992; Репрессированные народы России: чеченцы и ин¬
гуши. Сост., комментарий Н.Ф. Бугай. М., 1993.
34	Деникин А.И. Вооруженные силы Юга России // Белое дело. М.,
1992; Лукомский А.С. Воспоминания. Т. 2. Берлин, 1922; Начало Граж¬
данской войны: Революция и Гражданская война в описаниях белогвар¬
дейцев. Сост. С.А. Алексеев. М., 1926 и др.
35	Добрынин В.А. Оборона Мугани. 1918—1919. Париж, 1974; Ли-
шин Н.Н. На Каспийском море. Год белой борьбы. Прага, 1938; Кузне¬
цов Б.М. 1918 год в Дагестане (Гражданская война). Нью-Йорк, 1959;
Елисеев Ф.И. Казаки на Кавказском фронте. 1914—1917: Записки пол¬
ковника Кубанского казачьего войска в тринадцати брошюрах-тетрадях.
М., 2001; Верещак С.И. О революции в Закавказье и о роли советов в
ней И 1917 год в судьбах России и мира: Октябрьская революция. От
новых источников к новому осмыслению. М., 1998 и др.
439

36	Бутбай М. Воспоминания о Кавказе. Махачкала, 1993.
37	Денстервиль Л. Британский империализм в Баку и Персии.
1917—1918. (Воспоминания). Тифлис, 1925.
38	Гречко А.А. Годы войны. М., 1967; Курашвили Г.Г. От Терека до
Севастополя. Тбилиси, 1968; Тюленев И.В. Через три войны. М., 1972;
Муратов В.В. В боях за Кавказ. М., 1982; Тюленев И.В. Крах операции
Эдельвейс».Орджоникидзе. 1988; Последний рубеж: Битва за Владикав¬
каз в воспоминаниях видных военачальников и активных ее участни¬
ков / Сост.: Черчесов Г.Е., Худалов Т.Т. — Владикавказ, 1995; Печери¬
ца П.Л.От Терека до Миуса. (О боевом пути 44-й армии в Битве за Кав¬
каз). Б.м., б.г. и т. д.
39	Гальдер Ф. Военный дневник. Т.2. М., 1969; Итоги второй миро¬
вой войны: Выводы побежденных. М., 1998; Манштейн Э. Утерянные
победы. М., 1999; Mackensen von Е. Vom Bug zum Kaukasus. Das III.
Panzerkorps im Feldzug gegen Sowjetrussland, 1941/42. Neckargmund, 1967.
40	Даниялов А. Воспоминания. Махачкала, 1991; Берия С.Л. Мой
отец — Лаврентий Берия. М., 1994; Хрущев Н.С. Люди. Время. Власть.
М.,1999. Кн. 2. Ч. 1.; Судоплатов П.А. Спецоперации. Лубянка и Кремль
1930—1950-е гг. М., 1997; Каганович Л.М. Памятные записки рабочего,
коммуниста-большевика, профессора, партийного и советско-государ¬
ственного работника. М., 1997; Микоян А.И. Так было. Размышления
о минувшем. М., 1999; Дауров Д. Этот маленький Большой человек.
Владикавказ, 2001; Куманев Г.А. Рядом со Сталиным. Смоленск, 2001;
Берия С. Мой отец — Берия. В коридорах сталинской власти. М., 2002
и др.
41	Цит. по: Сувениров О.Ф. Указ. соч. С. 7.
К ГЛАВЕ 1
42	Цит. по: Бутков П.Г. Материалы для новой истории Кавказа с 1722
по 1803 г. СПб., 1869. Ч. 1.С. 123.
43	РГВИА. Ф. 14719. Оп. 3. Д. 503. Л. 14.
44	Там же.
45	Там же. Л. 1.
46	Там же. Л. 2 об — 3.
47	Там же. Д. 208. Л. 19.
440

48	Там же. Д. 124. Л. 39—39 об.
49	Дегоев В.В. Большая игра на Кавказе: история и современность.
М., 2003. С. 206.
50	РГВИА. Ф. 14719. Оп. 3. Д. 503. Л. 2.
51	Там же. Л. 13.
52	Там же. Л. 12 об.
53	Там же. On. 1. Д. 33. Л. 4 об, 6, 20.
54	Там же. Оп.З.Д. 254. Л. 2.
55	Там же. Л. 6.
56	Там же. Л. 1.
57	Там же. Д. 208. Л. 3 об.
58	Там же.Д. 113. Л. 4.
59	Там же.Д. 208. Л. 56 об.
60	Там же. Оп. 1.Д. 33. Л. 1 об.
61	Там же. Ф. 400. On. 1. Д. 183. Л. 9.
62	Там же.
63	Там же.
64	Цит. по: Гаджиев В.Г. Провал англо-ирано-турецких планов зах¬
вата Кавказа в 20—30-е гг. XIX в. // Ученые записки Института исто¬
рии, языка и литературы. Махачкала, 1966. Т. 16. С. 250—251.
65	Вилинбахов В.Б. Из истории русско-кабардинского боевого со¬
дружества. Нальчик, 1977. С. 186.
66	Россия и Северный Кавказ: история и современность. М., 2006.
С. 150.
67	Там же. С. 151.
68	Ибрагимбейли Х.-М. Народы Кавказа в Крымской войне 1853—
1856 гг. Автореф. дисс. докт. ист. наук. М., 1971. С. 50.
69	Ибрагимбейли Х.М. Страницы истории боевого содружества рус¬
ского и кавказских народов (1853—1856 гг.). С. 35—36.
70	Муравьев Н.Н. Война за Кавказ в 1855 году. СПб., 1877. Т. 1. С. 64.
71	Мальсагов А.У. Ингуши в войнах XIX—XX вв. Назрань, 2000.
С. 212.
72	Опрышко О.Л. Кавказская конная дивизия: Возвращение из заб¬
вения. Нальчик, 1999. С. 238.
441

73	Сиднев. Призыв национальностей. // Война и революция. 1927.
№5. С. 113-114.
74	Там же. С. 115.
75	Цит. по: там же. С. 115.
76	Цит. по: там же. С. 116.
77	Марков А.П. В ингушском конном полку. М., 1999. С. 5.
78	РГВИА. Ф. 1300. On. 1. Д. 878. Л. 284.
79	Там же. Л. 206.
80	Там же. Л. 230.
81	Марков А.П. Указ. соч. С. 6.
82	Там же. С. 25.
83	Там же. С. 42.
84	Там же. С. 10.
85	РГВИА. Ф. 1300. On. 1. Д. 878. Л. 472.
86	Там же. Л. 511,601.
87	Марков А.П. Указ. соч. С. 40.
88	Там же. С. 11.
89	Цит. по: Опрышко О.Л. Указ. соч. С. 54.
90	Половцев П.А. Дни затмения (Записки Главнокомандующе¬
го войсками Петроградского военного округа в 1917 г.). Paris, 1922.
С. 5.
91	Там же. С. 5-6, 56.
92	РГВИА. Ф. 1300. On. 1. Д. 1033. Л. 6 об.
93	Там же.Д. 157. Л. 37 об.
94	Тамже.Д. 1033.Л. 57.
95	Цит. по: Опрышко О.Л. Указ. Соч. С. 181.
96	Марков А.П. Указ. соч. С. 30.
97	Там же. С. 32.
98	Там же. С. 53.
99	Там же. С. 60.
100	Там же. С. 28.
101	Там же. С. 51.
102	Брешко-Брешковский Н.Н. Дикая дивизия. М., 1991. С. 12.
442

103	К таковым можно отнести, например, рассказ о тактике боя сред¬
неазиатского Текинского полка, когда «недобитых всадником врагов
загрызает жеребец» (см.: Брешко-Брешковский Н.Н. Указ. соч. С. 220)
104	Опрышко О.Л. Указ соч. С. 240.
105	Литвинов А.И. Майский прорыв IX армии в 1916 г. Петроград,
1923. С. 63-71.
106	Опрышко О.Л. Указ. соч. С. 310—312.
107	Половцев П.А. Указ. соч. С. 13.
108	Марков А.П. Указ. соч. С. 18.
109	Захаров М. Национальное строительство в Красной армии. М.,
1927. С. 23.
1,0	РГВИА. Ф. 1300. Оп. 1.д. 1031. Л. 3.
111	Там же.
1,2	Там же. Л. 51.
1,3	Там же. Л. 48.
1,4	Там же. Л. 49.
115	Там же. Л. 87—90 об.
1,6	Там же. Л. 88.
117	Там же. Л. 88 об.
118	Там же. Л. 90.
119	Марков А.П. Указ. соч. С. 16.
120	Брешко-Брешковский Н.Н. Указ. соч. С. 211.
121	Половцев П.А. Указ. соч. С. 56.
122	Там же. С. 53.
123	Опрышко О.Л. Указ. соч. С. 318.
124	Генерал Л. Г. Корнилов перед Чрезвычайной комиссией Времен¬
ного правительства. Публ. Г. 3. Иоффе // Кентавр. 1995. № 5. С. 107.
125	Опрышко О.Л. Указ. соч. С. 344—345.
126	Врангель П.Н. Записки. М., 2001. С. 36.
127	Опрышко О.Л. Указ. соч. С. 368.
128	Цит. по: Опрышко О.Л. Указ. соч. С. 369.
129	Краснов П.Н. На внутреннем фронте // Архив русской револю¬
ции. М., 1991. С. 144.
443

130	Цит. по: Мартынов Е.И. Политика и стратегия. М., 2003. С. 388.
131	Генерал Л.Г. Корнилов... С. 106.
132	Марков А.П. Указ. соч. С. 19.
133	Брешко-Брешковский Н.Н. Указ. Соч. С.*236.
134	Мартынов Е.И. Указ. соч. С. 350.
135	Исхаков С.М. Российские мусульмане и революция. (Весна
1917 г. - лето 1918 г.). М., 2004. С. 325.
136	Корниловские дни. Бюллетени Временного Военного Комитета
при ЦИК С.Р. и С.Д. с 28 августа по 4 сентября 1917 г. Петроград, 1917.
Бюллетень за 29 августа № 7. С. 37—38.
137	Там же. Бюллетень за 29 августа № 1. С. 14—15.
138	ТахМ же. Бюллетень за 29 августа № 5. С. 28.
139	Там же. Бюллетень за 29 августа № 9. С. 48—49.
140	Врангель П.Н. Указ. соч. С. 34.
141	Опрышко О.Л. Указ. соч. С. 398.
142	Мартынов Е.И. Указ. соч.. С. 333.
143	Генерал Л.Г. Корнилов... С. 101.
144	Мартынов И.Е. Указ. соч. С. 376.
145	Иоффе Г. 3. Семнадцатый год: Ленин, Керенский, Корнилов. М.,
1995. С. 134.
146	Марков А.П. Указ. соч. С. 38—39.
147	Половцев П.А. Указ. соч. С. 189.
148	Там же. С. 190.
К ГЛАВЕ 2
149	Из истории Гражданской войны в СССР. М., 1960. Сб. док. Т. 1.
С. 99-100.
150	Гусев С.И. Гражданская война и Красная армия. Сб. статей. М.,
1958. С. 43-47.
151	Янчевский Н.Л. Гражданская война на Северном Кавказе. В 2 т.
Ростов, 1927. Т. 1.С. 53.
152	Там же.
444

153	Самурский Н. Гражданская война в Дагестане. Махачкала, 1925.
С. 6.
154	Из истории Гражданской войны. Т. 1. С. 122.
155	Там же. Т. 1. С. 563,585.
156	Большевистское руководство. Переписка. Сб. док. М., 1997. Ком¬
мент. 1 к док. № 104. С. 163.
157	Там же. С. 43—44.
158	Из истории Гражданской войны. Т. 1. С. 150.
159	Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т. 1. С. 57.
160	Там же.
161	Там же.
162	Цит. по: Там же. Т. 1. С. 61—62.
163	Эшба Е.А. Асланбек Шерипов (Опыт характеристики личности
и деятельности А. Шерипова в связи с народно-революционным дви¬
жением в Чечне). Грозный, 1929. С. 72.
164	Цит. по: Tain же. С. 108—109.
165	10 лет Советской Чечни. Ростов, 1933. С. 30, 36; см. так же: Ян-
чевский Н. Указ. соч. Т. 2. С. 33.
166	Буркин Г. Г. Указ. соч. С. 13.
167	Половцев П.А. Указ. соч. 195.
168	Съезды народов Терека. 1918. Сб. документов и материалов. Т. 1.
Орджоникидзе, 1977. С. 220.
169	Кац М. Ингушетия в огне. Владикавказ, 1926. С. 41—43.
170	История революционного движения на Тереке. Сб. статей, вос¬
поминаний, материалов. Пятигорск, 1924. С. 35.
171	Бутбай М. Воспоминания о Кавказе. Махачкала, 1993. С. 34.
172	Съезды народов Терека. Т. 1. С. 81.
173	Там же. Т. 1.С. 82-83.
174	Там же. Т. 1.С. 39.
175	Там же. С. 171.
176	Там же. С. 145.
177	Там же. Т. 1.С. 270.
178	Там же. Т. 1.С. 292.
179	Там же. Т. 1.С. 297.
445

180	Из истории Гражданской войны. Т. 1. С. 560—561.
181	Директивы командования фронтов Красной Армии (1917—1922 гг.).
Сборник документов. Т. 2. М., 1973.
182	Там же.
183	Из истории Гражданской войны. Т. 1. С. 563.
184	Директивы командования... Т. 1. С. 265.
185	Съезды народов Терека. Т. 2. С. 57.
186	Там же. Т. 1.С. 267.
187	Там же. Т. 1.С. 116.
188	Там же. Т. 2. С. 73.
189	Орджоникидзе Г.К. Статьи и речи. Т. 1. М., 1956. С. 77.
190	Съезды народов Терека. Т. 1. С. 20.
191	Цит. по: Янчевский Н.Л. Указ. соч. С. 38.
192	Архив ИВИ МО. Ф. 217. Оп. 259. Д. 109. Л. 130 об.
193	Съезды народов Терека. Т. 2. С. 153.
194	Гакаев Дж. Очерки политической истории Чечни (XX век). М.,
1997. С. 66-68.
195	Съезды народов Терека. Т. 2. С. 217.
196	Тамже.Т. 2. С. 70, 122.
197	Текуева М.Г. Исламское движение в Кабарде и Балкарии во вре¬
мя Гражданской войны на Тереке // Южнороссийское обозрение. 2001.
№ 1.С.211.
198	Кузнецов Б.М. 1918 год в Дагестане (Гражданская война). Нью-
Йорк, 1959. С. 45.
199	Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана
(1917—1918 гг.), Горская республика (1918—1920 гг.) Документы и ма¬
териалы. Махачкала, 1994. С. 203.
200	Цит. по: Тангиев А.-Г.Д. Тяжелый век. Назрань, 2000. С. 319.
201	Янчевский Н.Л. Указ. соч. С. 70—71.
К ГЛАВЕ 3
202	Цветков В.Ж. Гражданская война на Северном Кавказе (нацио¬
нальная политика белого движения на юге России) // Научные труды
446

Московского педагогического государственного университета. Серия
«Социально-исторические науки». М., 1998. С. 88—90.
203	Союз объединенных горцев... С. 244.
2(w	цит по: Никулихин Я. Указ. соч. С. 136—137.
205	Там же. С. 137.
206	АрхивИВИ МО. Ф. 217. Оп. 259.Д. 109. Л. 130 об.
207	Дегоев В., Ибрагимов Р. Северный Кавказ: постсоветские итоги
как руководство к действию, или Повестка дня на вчера. Доклад-эссе.
М., 2006. С. 39.
208	Борьба за установление и упрочнение советской власти в
Дагестане. 1917—1921 гг. Сб. документов и материалов. М., 1958.
С. 304.
209	Там же. С. 303.
210	Цит. по: Янчевский Н.Л. Указ. соч. Т. 1. С. 131.
211	Борьба за установление... С. 315.
2,2	Али-Хаджи Акушинский шейх-уль-ислам Дагестана, патриот и
миротворец. Махачкала, 1998. С. 45.
213	Борьба за установление... С. 369.
214	Там же. С. 369.
2,5	Бутбай М. Указ. соч. С. 14—15.
2,6	РГВА. Ф. 109. Оп. 2. Д. 64. Л. 83-83 об.
217	Борьба за установление... С. 370.
218	Там же. С. 342.
219	Там же. С. 319.
220	Там же. С. 352.
221	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 259. Л. 4.
222	Текуева М.А. Указ. соч. С. 213.
223	РГВА. Ф. 109. Оп. 2. Д. 64. Л. 70-72, 83-83 об.
224	Там же. Л. 83-83 об.
225	Там же. Л. 83-83 об.
226	Бутбай М. Указ. соч. С. 36.
227	Анишев А.Н. Указ соч. С. 262.
228	Эшба Е.А. Указ. соч. С. 134.
447

229	Там же. С. 134-139.
230	Борьба за установление... С. 343
231	Съезды народов Терека. Т. 2. С. 191.
232	Там же.
233	Текуева М.Г. Указ. соч. С. 215.
234	Съезды народов Терека. Т. 2. С. 190.
235	Бутбай М. Указ. соч. С. 20—21.
236	Там же. С. 22.
237	Там же.
238	Там же. С. 34.
239	Там же. С. 31.
240	Тангиев А.—Г.Д. Указ. соч. С. 320.
241	Самурский Н. Указ. соч. С. 7.
242	Шерипов А. Указ. соч. С. 136.
243	Эшба Е. Указ. соч. С. 120.
244	Там же. С. 114.
245	Цит. по: Эшба Е. Указ. соч. С. 129.
246	Съезды народов Терека. Т. 2. С. 187.
247	Борьба за установление... С. 392.
248	Там же. С. 392-393.
249	История революционного движения на Тереке... С. 164.
250	РГВА. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 5.
251	Борьба за установление... С. 342.
252	Там же. С. 366.
253	Директивы командования фронтов... Т. 2. С. 697.
254	Борьба за установление... С. 304.
255	Там же. С. 343.
256	Там же. С. 340.
257	Там же. С. 317.
258	Там же. С. 389.
259	Там же. С. 393.
260	Там же. С. 304.
261	РГВА. Ф. 109. Оп. 2. Д. 64. Л. 75-77.
448

262	Там же. Л. 77.
263	Борьба за установление... С. 332.
264	Там же. С. 341.
265	Там же. С. 361.
266	Там же. С. 393.
267	Там же. С. 403.
268	Там же. С. 320.
269	Там же. С. 366.
270	Там же. С. 362, 366.
271	Из истории Гражданской войны... Т. 2. С. 632.
272	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 198. Л. 70.
273	История революционного движения на Тереке... С. 167—168.
274	Борьба за установление... С. 357.
273	Там же. С. 396.
276	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 198. Л. 37-38.
277	Там же. Д. 204. Л. 21, 22, 24, 36-39.
278	Там же. Л. 45.
279	Борьба за установление... С. 421.
280	Там же. С. 422-425.
281	РГВА. Ф. 109. Оп. 2. Д. 64. Л. 78.
282	Директивы командования фронтов... Т. 4. С. 140.
283	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 198. Л. 80, 101.
284	Там же. Ф. 28108. On. 1. Д. 449.
285	Там же. Д. 447. Л. 3.
286	Там же. Ф. 195. Оп. 3. Д. 296. Л. 4, 6.
287	Там же. Ф. 109. Оп. 4. Д. 17. Л. 142.
288	Цит. по: Кадишев А.Б. Интервенция и Гражданская война в За¬
кавказье. М., 1960. С. 232.
289	РГВА. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 7.
290	Там же.
291	Там же. Ф. 109. Оп. 2. Д. 64. Л. 87.
292	Там же. Ф. 28108. On. 1. Д. 448. Л. 25.
293	Самурский Н. Указ. соч. С. 14—16.
15 -4998
449

2,4	РГВА. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 29 об.
2,5	Там же. Л. 57.
2,6	Там же. Л. 25 об.
2,7	Там же. Ф. 109. Оп. 10. Д. 3. Л. 272.
2,8	Там же. Д. 66. Л. 29.
2,9	Там же. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 42.
зоо	Бутбай М. Указ. соч. С. 46.
301	РГВА. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 42-44; 87.
302	Там же. Ф. 109. Оп. 2. Д. 64. Л. 85.
303	Там же. Л. 86.
304	Там же. Ф. 28108. Оп. 1.Д. 123. Л. 30-53.
305	Тодорский А. Красная армия в горах. Действия в Дагестане. М.,
1925. С. 44.
306	РГВА. Ф. 109. On. 1. Д. 16. Л. 3.
307	Там же. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 5.
308	Там же. Ф. 28108. On. 1. Д. 123. Л. 1.
змТ	амже. Ф. 195. Оп. 3. Д. 312. Л. 13.
310	Там же. Л. 1—4.
311	Там же.
312	Там же. Л. 15.
313	Там же. Оп. 4.Д. 17. Л. 1.
314	Там же. Оп. 3. Д. 312. Л. 15.. Л. 35,41.
3,5	Там же. Ф. 39247. On. 1. Д. 38. Д. 2.
316	Там же. Ф. 195. Оп. 3. Д. 355. Л. 12-14.
317	Там же. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 5.
3,8	Там же. Д. 89. Л. 31-33.
319	Там же. Ф. 39247. On. 1. Д. 16. Л. 39-40.
320	ЦК РКП(б) — ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1.1918—1933 гг.
М., 2005. С. 140.
321	Тодорский А. Указ. соч. С. 62—63.
322	Там же. С. 91.
323	Там же. С. 74.
324	Там же. С. 149-150.
450

325	Самурский Н. Указ. соч. С. 20.
326	РГВА. Ф. 109. On. 1. Д. 67. Л. 4.
327	Там же. Ф. 28108. Оп. 1.Д. 89. Л. 80—82, 89, 93, 135, 145 ит.д.
328	Там же. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 5.
329	Там же. Ф. 28108. On. 1. Д. 119. Л. 7; Д. 123. Л. 14 об; Ф. 39247.
Оп. 1.Д. 2. Л. 117 ит. д.
330	«По решению Правительства СССР...» (Депортация народов: до¬
кументы и материалы). Нальчик, 2003. С. 77—79.
331	Там же. Ф 39247. On. 1. Д. 2. Л. 41.
332	Там же. Ф. 28108. On. 1. Д. 42. Л. 22.
333	Там же. Д. 233. Л. 58, 62-63.
334	Там же.Д. 42. Л. 12.
335	Там же. Л. 17 об.
336	История Революционного движения на Тереке... С. 131.
337	РГВА. Ф. 28108. On. 1. Д. 233. Л. 26-28.
338	Там же. Д. 313. Л. 28, 42, 44.
К ГЛАВЕ 4
339	РГВИА. Ф. 1300. On. 1. Д. 157. Л. 246.
340	Верещак С.И. О революции в Закавказье и о роли советов в ней //
1917 год в судьбах России и мира: Октябрьская революция. От новых
источников к новому осмыслению. М., 1998. С. 420.
341	Цит. по: Кадишев А.Б. Указ. соч. С. 58.
342	Мустафа-заде Р.С. Две республики. Азербайджано-российские
отношения в 1918—1922 гг. М., 2006. С. 24, 26.
343	РГВИА. Ф. 1300. On. 1. Д. 157. Л. 246-247 об.
344	Там же. Л. 241.
345	Шаумян С.Г. Избранные произведения. М., 1958. Т. 2. С. 209.
346	Меликян Г.С. Октябрьская революция и Кавказская армия. Ере¬
ван, 1989. С. 387-388.
347	Шаумян С. Письма. 1896-1918. Ереван, 1959. С. 165.
348	Половцев П.А. Указ. соч. С. 199.
451

349	Шаумян С.Г. Избранные произведения. Т. 2. С. 208.
350	Архив русской революции. Т. 9. М., 1993. С. 121—122.
351	Там же. С. 123.
352	Мустафа-заде Р.С. Указ. соч. С. 27.
353	Исхаков С.М. Указ. соч. С. 497.
354	Шаумян Сур. Бакинская коммуна. Баку, 1928. С. 17—18.
355	Шаумян С.Г. Избранные произведения. Т. 2. С. 209.
356	Микоян А.И. Так было. М., 1999. С. 63.
357	Шаумян С.Г. Избранные произведения. Т. 2. С. 213—214.
358	Там же. С. 231.
359	Добрынин В.А. Оборона Мугани. 1918—1919. Париж, 1974. С. 46.
360	Базанов С.Н. Борьба за власть в действующей Российской армии
(октябрь 1917 — февраль 1918 гг.) М., 2003. С. 141.
361	Лишин Н.Н. На Каспийском море. Год белой борьбы. Прага,
1938. С. 9.
362	Архив русской революции. Т. 9. С. 127.
363	Кадишев А.Б. Указ. соч. С. 105; Микоян А.И. Указ. соч. С. 60.
364	Елисеев Ф. И Казаки на Кавказском фронте. 1914—1917: Запис¬
ки полковника Кубанского казачьего войска в тринадцати брошюрах-
тетрадях. М., 2001. С. 85—86.
365	Архив русской революции. Т. 9. С. 122.
366	Директивы командования фронтов... Т. 1. С. 288.
367	Там же. С. 288,291.
368	Архив ИВИ МО. Ф. 217. Оп. 259. Д. 109. Л. 123.
369	Там же. Л. 170 об.
370	Шаумян С.Г. Статьи и речи. 1917-1918. Баку, 1929. С. 229.
371	Добрынин В.А. Указ. соч. С. 65.
372	Там же. С. 14.
373	Шаумян Сур. Указ. соч. С. 20—21.
374	Добрынин В.А. Указ. соч. С. 14, 49.
375	Из истории гражданской войны... Т. 1. С. 554.
376	Шаумян Сур. Указ. соч. С. 72.
377	Из истории гражданской войны... Т. 1. С. 558.

378	Шаумян С.Г. Избранные произведения. Т. 2. С. 267.
379	Там же.
380	Там же. С. 246-248.
381	Мустафа-заде Р.С. Указ. соч. С. 36.
382	Шаумян С.Г. Избранные произведения. Т. 2. С. 229.
383	Добрынин В.А. Указ. соч. С. 47.
384	Директивы командования фронтов... Т. 1. С. 287, 290.
385	Шаумян С. Письма. С. 97.
386	Большевики за победу социалистической революции в Азербай¬
джане, 1917-1918 гг.Сб. док. Баку, 1957. С. 518-519.
387	Шаумян Ст. Письма. С. 102—103.
388	Стеклов А. Армия мусаватского Азербайджана. Баку, 1928.
С. 6-8.
389	Добрынин В.А. Указ. соч. С. 50.
390	Шаумян Сур. Указ. соч. С. 35.
391	Директивы командования фронтов... Т. 1. С. 287.
392	Микоян А.И. Указ. соч. С. 66—72.
393	Архив Русской революции. Т. 9. С. 128.
394	Добрынин В.А. Указ. соч. С. 14.
395	Большевики в борьбе за победу... С. 523—526.
396	Из истории Гражданской войны. Т. 1. С. 570.
397	Там же. Т. 1.С. 560-561.
398	Директивы командования фронтов... Т. 1. С. 265, 287—288.
399	Там же. С. 297-298.
400	Там же. С. 300-301.
401	Шаумян Сур. Указ. соч. С. 29; Большевики в борьбе... С. 566.
402	http://26.design-site.ru/Equation3.doc
403	Директивы командования фронтов... Т. 1. С. 286.
404	Там же.
405	Кадишев А.Б. Указ. соч. С. 117; Лишин Н.Н. Указ. соч. С. 65.
406	Денстервиль Л. Британский империализм в Баку и Персии,
1917—1918. (Воспоминания). Баку, 1925. С. 66—67.
407	Там же. С. 105-107.
453

408	Там же. С. 52.
409	Стреляное П.Н. Корпус генерала Баратова. 1915—1918. М., 2002.
С. 72-73.
410	Шаумян Сур. Указ. соч. С. 113.
411	Цит. по: Стреляное П.Н. Указ. соч. С. 73.
412	Денстервиль Л. Указ. соч. С. 106.
4,3	Кузнецов Б.М. Указ. соч. С. 65—69.
414	Лишин Н.Н. Указ. соч. С. 52—53.
415	Шаумян Сур. Указ. соч. С. 113.
416	Там же. С. 117.
417	Там же. С. 89.
418	Шаумян С. Письма. С. 82.
4,9	Там же. С. 75.
420	Там же. С. 103.
421	Шаумян С. Г. Избранные произведения. Т. 2. С. 333.
422	Там же. С. 346.
423	Денстервиль Л. Указ. соч. С. 146.
424	Шаумян С.Г. Избранные произведения. Т. 2. С. 115—116.
425	Там же.
426	Шаумян Сур. Указ. соч. С. 117.
427	Шаумян С.Г. Избранные произведения. Т. 2. С. 346—352.
428	Шаумян С.Г. Статьи и речи. С. 255—283.
429	Там же. С. 287.
430	Там же. С. 262-263.
431	Там же. С. 282.
432	Там же. С. 263-264.
433	Там же. С. 264.
434	Лукомский А.С. Воспоминания. Т. 2. Берлин, 1922. С. 130.
435	Шаумян Сур. Указ. соч. С. 45.
436	Там же.
437	Там же. С. 54.
438	Шаумян С.Г. Указ. соч. С. 35; Шаумян Сур. Указ. соч. С. 44.
439	Денстервиль Л. Указ. соч. С. 174—175.
454

440	Кадишев А.Б. Указ. соч. С. 127.
441	Там же. С. 164.
442	Там же.
443	Денстервиль Л. Указ. соч. С. 107.
К ГЛАВЕ 5
444	Шихлинский А.А. Мои воспоминания. Баку, 1984. С. 175.
445	Там же. С. 175.
446	Стеклов А. Указ. соч. С. 16—17.
447	Там же. С. 19-21.
448	РГВА. Ф. 195. Д. 198. Л. 15.
449	Квинитадзе А. Указ. соч. С. 16.
450	Стеклов А. Указ. соч. С. 16.
451	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 515. Л. 1-10.
452	Квинитадзе А. Указ. соч. С. 7.
453	Там же. С. 57.
454	РГВА. Ф. 109. Оп. 2. Д. 64. Л. 2.
455	Стеклов А. Указ. соч. С. 28—29.
456	Большевистское руководство. Комм. 1. к док. С. 167.
457	Там же. С. 175.
458	Там же. С. 172.
459	РГВА. Ф. 195. Оп. З.Д. 296. Л. 11-14.
460	Большевистское руководство. С. 177.
461	Мустафа-заде Р. Указ. соч. С. 19.
462	Там же. С. 22-23.
463	Там же. С. 135.
464	Никулихин Я. На фронте Гражданской войны. (1918—1921).
Очерки и воспоминания. Петроград, 1923. С. 142.
465	Микоян А.И. Указ. соч. С. 160.
466	Там же. С. 149.
467	АрхивИВИ МО. Ф. 217. Оп. 259. Д. 109. Л. 170 об.
455

468	Квинитадзе Г.И. Указ. соч. С. 348.
469	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 15.
470	Там же.Д. 194. Л. 26.
471	Тамже.Д. 206. Л. 3-4.
472	Там же. Л. 17.
473	Там же.Д. 194. Л. 42.
474	Директивы командования фронтов... Т. 4. С. 156—157.
475	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 64.
476	Там же. Д. 288. Л. 44.
477	Квинитадзе Г.И. Указ. соч. С. 183—184.
478	РГВА. Ф. 195. оп. 3. Д. 232. Л. 30.
479	Большевистские руководство... С. 168—169.
480	М. Д. В. (Великанов). Ганджинское восстание и его ликвидация.
(Воспоминания) // Война и революция. 1928. № 2. С. 143.
481	Там же. С. 143.
482	РГВА. Ф. 109. Оп. 10. Д. 3. Л. 40.
483	Там же. Л. 116.
484	0бертас И.Л. Начдив Двадцатой Великанов. М., 1964. С. 141.
485	Квинитадзе А. Указ. соч. С. 187—189.
486	Кадишев А.Б. Указ. соч. С. 292—293.
487	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 111 об.
488	Там же.
489	Боевой путь 11-й Красной армии в период установления и уп¬
рочения Советской власти в Армении. Май 1920 — ноябрь 1921 гг. Сб.
док. Ереван, 1978. С. 26.
490	Никулихин Я. Указ. соч. С. 150—151.
491	Большевистское руководство. Док. № 119. С. 178.
492	РГВА. Ф. 195. Оп 3. Д. 260. Л. 5.
493	Там же.Д. 288. Л. 44.
494	Там же. Ф. 39247. On. 1. Д. 2. Л. 25.
495	Там же. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 15.
496	Там же. Л. 61.
497	М. Д. В. (Великанов). Указ. соч. С. 149.
456

498	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 162.
499	Там же. Д. 515. Л. 2.
500	Там же. Л. 2.
501	Там же. Л. 38.
502	Там же.Д. 271. Л. 78-82а.
503	Там же. Л. 84, 86-86 об; Оп. 4. Д. 186. Л. 22.
504	Там же. Л. 107.
505	Там же. Ф. 109. On. 1. Д. 8. Л. 59.
506	Там же. Ф. 195. Оп. 3. Д. 644. Л. 15 об.
507	Там же.Д. 271. Л. 1-2 об.
508	Боевой путь 11-й Красной армии... С. 33.
509	Там же. С. 34-35.
510	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 232. Л. 196 об.
5	,1 Тамже.Д. 345.Л. 5.
512	Там же.
513	Там же. Л. 32-36.
514	Там же.Д. 735. Л. 1.
515	Там же.Д. 312. Л. 1.
516	Великая Октябрьская социалистическая революция и победа
Советской власти в Армении. Сб. док. Ереван, 1957. С. 424.
517	Боевой путь 11-й Красной армии... С. 66—67.
5,8	Указ. соч. С. 17.
519	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 312. Л. 33.
520	Там же. Л. 40, 58.
521	Тамже.Д. 818. Л. 2.
522	Там же. Л. 15 об.
523	Боевой путь 11-й Красной армии... С. 78.
524	Там же.Д. 644. Л. 15.
525	Там же.Д. 355. Л. 311.
526	Там же.Д. 735. Л. 125-130, 155, 161, 163, 171; Д. 738. Л. 9.
527	Боевой путь 11-й Красной армии... С. 17.
528	Квинитадзе Г.И. Указ. соч. С. 276.
529	РГВА. Ф. 195. Оп. 3. Д. 355. Л. 182.
457

530	Сейранян Ф. Г. «...Надежнейший военный работник»: Очерк о
военно-организаторской деятельности Г.К. Орджоникидзе. М., 1989.
С. 98-100.
К ГЛАВЕ 6
531	Денстервиль. Указ. соч. С. 25—26.
532	Там же. С. 50
533	Там же. С. 115.
534	Там же. С. 115-116.
535	РГВА. Ф. 109. Оп. 10. Д. 3. Л. 179.
536	Там же.
537	Денстервиль. Указ. соч. С. 26.
538	Второй Съезд советов Горской Республики. Стенографический
отчет. Владикавказ, 1922. С. 20.
539	Цит. по: Сиднев. Призыв национальностей. // Война и револю¬
ция. 1927. №6. С. 69.
540	Цит. по: там же.
541	Там же. С. 61.
542	Там же.
543	Второй Съезд советов Горской Республики. Стенографический
отчет. Владикавказ, 1922. С. 32.
544	ЦК РКП(б) — ВКП(б) и национальный вопрос. С. 134.
545	Второй Съезд советов... С. 31.
546	Бутаев К. Политическое и экономическое положение Горской
республики. (Доклад на 2-й Горской областной конференции РКП
23 августа 1921 г.). Владикавказ, 1921. С. 7.
547	Второй Съезд советов... С. 66—68.
548	ЦК РКП(б) — ВКП(б) и национальный вопрос. С. 61.
549	Там же. С. 225.
550	Там же.
551	Там же. С. 113.
552	Второй Съезд советов... С. 36.
458

553	ЦК РКП(б) — ВКП(б) и национальный вопрос. С. 111.
554	Там же. С. 94.
555	Там же. С. 84-85.
556	Там же. С. 94.
557	Национальный вопрос и Советская Россия. М., 1921. С. 54—65.
558	Там же. С. 65.
559	Там же. С. 68.
560	ЦК РКП(б) — ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1. С. 78.
561	Там же.
562	Цит. по: ВКП(б) и военное дело в резолюциях съездов и конфе¬
ренций ВКП(б). М., 1928. С. 320.
563	КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пле¬
нумов ЦК. Т. 2. 1917-1924. М., 1970. С. 439-441.
564	Там же. С. 441.
565	Там же. С. 435, 437.
566	Там же.
567	Свентоховский Т. Русское правление, модернизаторские элиты
и становление национальной идентичности в Азербайджане. // Россия
и Азербайджан: общества и государства. М., 2001. С. 30.
568	Ненароков А.П. Семьдесят лет назад: национальный вопрос на XII
съезде РКП(б) // Отечественная история. 1993. № 6. С. 115.
569	Национальная политика в странах формирующегося советского
блока. 1944-1948. М., 2004. С. 26-27.
570	Всеармейские совещания политработников. 1918—1940. (Резолю¬
ции). М., 1984. Док. № 55. С. 86-87.
571	ВКП(б) и военное дело. С. 329.
572	Градосельский В.В. Национальные воинские формирования в
Красной армии (1918—1938 гг.). Военно-исторический журнал. 2001.
№ 10. С. 4.
573	ВКП(б) и военное дело. С. 321.
574	Там же. С. 320.
575	Отчет о допризыве граждан, родившихся в 1901 г. осенью 1922 г.
М., 1923.
576	Отчет о призыве на действительную службу в 1926 г. граждан рож¬
дения 1904 г. М., 1927; Призывные контингенты (1902—1905 годов рож¬
дения). М., 1928.
459

577	Отчет о призыве на действительную службу в 1926 г.... С. 29.
578	Там же.
579	ЦК РКП(б) — ВКП(б) и национальный вопрос. Кн. 1. Док.
№ 32. С. 86.
580	Цит. по: Сиднев. Призыв национальностей. // Война и револю¬
ция. 1927. №6. С. 79.
581	ВКП(б) и военное дело. С. 321.
582	Там же. Док. № 206. С. 545.
583	Военный совет при народном комиссаре обороны СССР. Ноябрь
1937 г.: Документы и материалы. М., 2006. С. 76.
584	Сиднев. Призыв национальностей. // Война и революция. 1927.
№ 6. С. 80-83.
585	Комплектование Красной армии. Берлин, 1926. С. 35—36.
586	Там же. С. 46.
587	Там же. 39—41.
588	Дэвис Р.У., Хлевнюк О.В. Развернутое наступление социализма
по всему фронту// Советское общество: возникновение, развитие, ис¬
торический финал. Т. 1. М., 1997. С. 125.
589	Советская деревня глазами ВЧК—ОГПУ—НКВД—НКГБ. Сб.
док. М., 1997. Т. 3. Кн. 2. С. 270-271.
590	Там же. Док. 100. С. 326.
591	Там же.
592	Там же. Док. 188. С. 530-532.
593	РГВА. Ф. 9. Оп. 33. Д. 90. Л. 157.
594	Там же. Оп. 29. Д. 195. Л. 151-158.
595	Там же. Л. 24.
596	Там же. Л. 135.
597	Там же.
598	Конституция Союза Советских Социалистических Республик.
М., 1940. С. 20.
599	Мельтюхов М.И. Упущенный шанс Сталина: Советский Союз и
борьба за Европу: 1939—1941 гг. (Документы. Факты. Суждения.). М.,
2000. С. 358-359, 363.
600	РГВА. Ф. 21873. On. 1. Д. 128. Л. 60.
601	Там же. Оп. 29. Д. 285. Л. 199-205, 215-220.
460

602	РГВА. Ф. 25873. Д. 382. Л. 26.
603	Там же. Л. 82.
604	Военный совет... С. 73.
605	Там же. С. 74.
606	РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11. Д. 818. Л. 41—43.
607	Там же. См. также: РГВА. Ф. 21873. On. 1. Д. 128. Л. 58-63.
608	РГВА. Ф. 25873. On. 1. Д. 145. Л. 270.
609	Главный военный совет РККА. 13 марта 1938 г. — 20 июня 1941 г.:
Документы и материалы. М., 2004. С. 456.
6,0	Там же. С. 456.
611	Главный военный совет РККА. С. 133—134.
612	РГВА. Ф. 21873. On. 1. Д. 128. Л. 58-63.
613	Там же. Ф. 25873. On. 1. Д. 2348. Л. 240.
6,4	Всесоюзная перепись 1939 г. М., 1990. Табл. 11. С. 23.
6,5	РГВА. Ф. 25873. On. 1. Д. 2348. Л. 323-324.
616	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1091. Д. 30. Л. 1-42.
6,7	Подсчитано автором по: там же. Л. 7—10, 30,42.
618	РГВА. Ф. 25873. On. 1. Д. 2348. Л. 243.
6,9	Всесоюзная перепись населения 1939 г. Основные итоги: Россия.
СПб, 1999. С. 40-51, 118-156.
620	ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13199. Д. 13. Л. 151.
621	Там же.
622	РГВА. Ф. 25896. Оп. 9. Д. 24. Л. 62.
623	Бабалашвили И.П. Грузинская ССР в годы Великой Отечествен¬
ной войны. 1942—1945. Тбилиси, 1977. С. 33—34.
624	ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13199. Д. 13. Л. 28-30.
625	Там же. Л. 393.
626	Даниялов А. Воспоминания. Махачкала, 1991. С. 233.
627	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1091. Д. 4. Л. 250.
628	Обсуждение работы военкоматов на совещании при ЦК ВКП(б)
в связи с подведением итогов финской кампании см.: Зимняя война
1939—1940. Книга вторая. И.В. Сталин и финская кампания (Стеног¬
рамма совещания при ЦК ВКП(б)) М., 1999. С. 240—241.
629	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1091. Д. 4. Л. 247-260.
461

К ГЛАВЕ 7
630	Горьков Ю. А. Государственный Комитет Обороны поста¬
новляет (1941—1945). Цифры, документы. М., 2002. Прил. к док. № 6.
С. 492-493.
631	Кирсанов Н.А. В боевом строю народов-братьев. М., 1984. С. 29.
632	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1091. Д. 4. Л. 219.
633	Худалов Т.Т. Указ. соч. С. 314—315.
634	Чеченцы: история и современность. М., 1996. М. 235.
635	Они сражались за Родину. Представители репрессированных на¬
родов на фронтах Великой Отечественной войны. Книга-хроника. М.,
2005. С. 246.
636	Филькин В.И. Чечено-Ингушская партийная организация в годы
Великой Отечественной войны. Грозный, 1960. С. 43.
637	Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Кавказ: народы в эшелонах. М., 1998.
С. 160.
638	Они сражались за Родину. С. 20.
639	Каракетова И.М. Великая Отечественная война и депортация ка¬
рачаевского народа. // Репрессированные народы: история и современ¬
ность. Нальчик, 1994. С. 219.
640	Лайпанов К.Т. Участе карачаевского народа в Великой Отече¬
ственной войне И Репрессированные народ: история и современность.
Материалы II Всероссийской научной конференции. Карачаевск, 1994.
С. 43.
641	Койчуев А.Д. Карачаевская автономная область в годы Великой
Отечественной войны 1941—1945. Ростов н/Д., 1998. С. 178—179.
642	Краснознаменный Закавказский. История Краснознаменного
Закавказского военного округа. Тбилиси, 1977. С. 54.
643	Боевой состав Советской армии в годы Великой Отечественной
войны 1941—1945 гг. Ч. 1 (июнь—декабрь 1941 г.) М., б. г. С. 16—17.
644	Там же.
645	ЦАМО. Ф. 215. On. 1185. Д. 26. Л. 31.
646	Там же. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 91. Л. 71-75.
647	Подсчитано по: там же. Д. 103. Л. 21—25.
648	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 703. Л. 79.
462

649	Там же.Д. 486. Л. 191.	- - -
650	Там же.Д. 501. Л. 36.
651	Там же. Д. 407. Л. 7-11, 228, 296. Д. 486. Л. 133, 171; Д. 501. Л. 32.
652	См.: Русский архив. Великая Отечественная. Т. 13 (2—2). Прика¬
зы народного комиссара обороны СССР 22 июня 1941 г. — 1942 г. Док.
№ 125, 163. С. 145-147, 197-198; ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 486. Л. 119,
125; Д. 487. Л. 4-7; 63-71.
653	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 486. Л. 119.
654	Там же.Д. 487. Л. 75.
655	Горьков Ю. А. Государственный Комитет Обороны постановля¬
ет. Док. №.25. С. 514-517.
656	См.: Русский архив. Великая Отечественная. Т. 16 (5—2). Ставка
ВГК. Документы и материалы. 1942 г. Док. № 91. С. 88—89.
657	Органы государственный безопасности СССР в Великой Оте¬
чественной войне. Т. 3. Кн. 2. От обороны к наступлению. М., 2003.
С. 479-480.
658	Там же. С. 17-19.
659	Горьков Ю. А. Указ. соч. С. 514—516.
660	См.: Шашков В.Я. «Ликвидированный класс» на защите Родины //
Военно-исторический журнал. 2001. №. 4. С. 42—47.
661	Русский архив. Т. 13 (2-2). Док. № 170. С. 207-212.
662	См.: Русский архив. Великая Отечественная. Т. 22 (12—1). Гене¬
ральный штаб в годы Великой Отечественной войны. Документы и ма¬
териалы. 1941 г. М., 1998. Док. № НО. С. 71-72.
663	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 69. Л. 326-330.
664	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 487. Л. 40—45. Вторая редакция при¬
каза, изданная как директива Ставки ВГК № 089 от 10 февраля 1943 г.,
содержится в кн.: Русский архив. Т. 16 (5—2). Док. № 91. С. 88—89.
665	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 317. Л. 34-35; там же. Д. 487. Л. 42.
666	Там же.Д. 446. Л. 18.
667	Там же. Д.317.Л. 35.
668	Там же. Ф. 1495. On. 1. Д. 6. Л. 161.
669	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 29. Л. 191.
670	Там же. Ф. 51. Оп. 962. Д. 4. Л. 1.
671	Русский архив. Т. 13 (2-2). Док. № 88. С. 109.
463

672	Там же.
673	См.: речь Сталина на торжественном заседании Московского
Совета депутатов трудящихся 6 ноября 1943 г.; приказ НКО № 16 от
23 февраля 1944 г.; речь Сталина на торжественном заседании Москов¬
ского Совета депутатов трудящихся 6 ноября 1944 г. и др. // Сталин И.
О Великой Отечественной войне Советского Союза. М., 2002. С. 15, 34.
К ГЛАВЕ 8
674	ЦАМО. Ф. 1256. On. 1. Д. 70. Л. 11.
675	Там же. Ф. 209. Оп. 1091. Д. 143. Л. 82.
676	Там же. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 102. Л. 206.
677	Там же. Д. 93. Л. 222. Передается в изложении штаба СКВО (ди¬
ректива штаба округа № ОМУ/01275 от 2 апреля 1942 г.)
678	Горьков Ю. А. Указ. соч. Прил. Док. № 25. С. 514—516.
679	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 317. Л. 21; там же. Д. 332. Л. 29.
680	Там же.Д. 125. Л. 608, 671.
681	Там же. Оп. 989. Д. 8. Л. 305.
682	Там же. Оп. 999. Д. 156. Л. 57-59.
683	Там же. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 105. Л. 319.
684	См.: Коцонис А.Н. Советские греки в Великой Отечественной
войне // Пятидесятилетие Великой Победы над фашизмом: история
и современность. Материалы международной научной конференции
27—30 апреля 1995 г. Смоленск, 1995. С. 301.
685	ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 47. Л. 60-62; Там же. Д. 10. Л. 50.
686	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 630. Л. 342.
687	Там же. Ф. 401. Оп. 9511. Д. 31. Л. 51.
688	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 5. Л. 88.
689	Сталин И.В. О Великой Отечественной войне Советского Союза.
М., 2002. С. 14-15.
690	Русский архив. Т. 13 (2-2). Док. № 45. С. 58-60.
691	Там же.
692	Бугай Н.Ф. Государственная политика в сфере нацио¬
нальных отношений в условиях «социалистического эксперимен-
464

та» И Россия в XX веке: Проблемы национальных отношений. М., 1999.
С. 308—309.
693	История СССР. 1991. № 1. С. 144-145.
694	ЦАМО. Ф. 209. On. 1113. Д. 32. Л. 75.
695	Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Кавказ: народы в эшелонах. М., 1998.
С. 67-80.
696	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1064. Д. 2. Л. 100.
697	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 85. Л. 85.
698	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 646. Л. 35.
699	Там же. Ф. 5871. Оп. 5689. Д. 70. Л. 220; Д. 74. Л. 41.
700	Там же. Ф. 209. Оп. 1019. Д. 42. Л. 89-91.
701	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 43. Д. 381. Л. 31-32.
702	Сидоренко В.П. Войска НКВД на Кавказе в годы Великой Оте¬
чественной войны: исторический аспект. Дисс. докт. ист. наук. СПб,
2000. С. 147.
703	ЦДНИИСК. Ф. 69. On. 1. Д. 4. Л. 82.
704	Досье «Востока»: 20—40-е годы: трагедия народов. Публ. Н.Ф. Бу¬
гая Ц Восток. 1992. № 2. С. 128.
705	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 43. Д. 381. Л. 6, 15-17, 28-32, 49, 64, 86.
706	Даниилов А. Указ. соч. С. 233.
707	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 43. Д. 381. Л. 5.
708	Там же. Л. 59.
709	Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Указ. соч. С. 138—139.
710	ЦАМО. Ф. 20-9. Оп. 1091. Д. 143. Л. 57-58.
711	Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Указ. соч. С. 139.
712	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 43. Д. 381. Л. 6.
7,3	Там же. Д. 472. Л. 85. Там же. Д. 475. Л. 85.
714	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 317. Л. 87-89.
7,5	Там же.Д. 333. Л. 40.
716	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 43. Д. 381. Л. 100.
7,7	Там же. Оп. 22. Д. 532. Л. 34.
7,8	Там же. Оп. 43. Д. 475. Л. 85.
719	РГВА. Ф. 39385. On. 1. Д. 5. 88-92. Там же. Ф. 38650. On. 1.
Д. 128. Л. 11.

720	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 196. Л. 72.
721	Там же.
722	Там же. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 144. Л. 304 об.
723	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 43. Д. 475. Л. 85.
724	См.: Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Указ. соч. С. 131—138.
725	ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13199. Д. 13. Л. 357, 362-365.
726	Абрамян Э. Указ. соч. С. 127—128.
727	Репрессированные народы: чеченцы и ингуши. Документы, фак¬
ты, комментарии. Сост. Н.Ф. Бугай. М., 1994. С. 28—49.
728	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 7. Л. 146.
729	Репрессированные народы... С. 28—49.
730	Абрамян Э. Указ. соч. С. 112—129.
731	РГАСПИ. Ф. 17. Оп.43.Д. 381. Л. 86.
732	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1091. Д. 143. Л. 57-58.
733	Там же. Оп. 989. Д. 8. Л. 305.
734	ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 234. Л. 376.
735	Цит. по: Дауров Д. Этот маленький Большой человек. Владикав¬
каз, 2001. С. 82.
736	Репрессированные народы... С. 48.
737	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 446. Л. 78, 88, 106.
738	Там же. Ф. 51. Оп. 952. Д. 52. Л. 211.
739	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 446. Л. 124.
740	Там же. Ф. 144. Оп. 13199. Д. 32. Л. 8-8 об.
741	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 317. Л. 87-89.
742	Там же.
743	Там же. Л. 113; Д. 332. Л. 135.
744	Там же.Д. 332. Л. 151.
745	Там же. Л. 135.
746	Там же. Л. 137.
747	ЦАМО. Ф. 28 зсд. Оп. 261550с. Д. 3. Л. 24.
748	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 317. Л. 87.
749	Составлено автором по: ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 408. л. 419.
Сведения по Дагестану относятся к 15 октября 1943 г. (ЦАМО. Ф. 209.
466

On. 999. Д. 407. Л. 260). Призывные контингенты по Дагестану пред¬
ставлены вместе с данными по военнообязанным запаса. *
750	Там же. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 288. Л. 187-188, 272.
751	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 69. Л. 289—291.
752	Там же. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 91. Л. 66.
753	Там же. Ф. 1495. On. 1. Д. 8. Л. 38.
754	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 8. Л. 307.
755	Там же. Л. 305.
756	Сиджах Х.И. Указ. соч. С. 107.
757	Они сражались за Родину. С. 12.
758	ЦАМО. Ф. 3624. On. 1. Д. 1. Л. 7-11.
759	Восток. 1992. № 2. С. 127.
760	Русский архив. Т. 23 (12—2). С. 144.
761	Там же. С. 318.
762	ЦАМО. 209. Оп. 1064. Д. 2. Л. 26.
763	Там же.
764	Там же. Л. Моб.
765	Аликберов З.М. Защитники Кавказа (по материалам Азербайд¬
жана и республик Северного Кавказа). Баку, 1975. С. 39.
766	Ибрагимбейли Х.-М. Крах «Эдельвейса» и Ближний Восток. М.,
1977. С. 98.
767	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 326. Л. 48.
768	Там же.
769	Там же.
770	Там же. Л. 49.
771	Там же. Л. 51.
772	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 43. Д. 395. Л. 101-102, 258.
773	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 486. Л. 203.
774	Там же.Д. 326. Л. 32.
775	Сиджах Х.И. Указ. соч. С. 45.
776	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 326. Л. 35-36.
777	Бугай Н.Ф., Гонов А.М. Указ. соч. С. 160.
778	Цит. по: Дауров Д. Указ. соч. С. 82.
467

779	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 408. Л. 98.
780	Там же. Д. 333. Л. 38—40.
781	Там же. Д. 317. Л. 113.
К ГЛАВЕ 9
782	Там же. Д. 332. Л. 142.
783	Там же. Оп. 989. Д. 29. Л. 190-191.
784	Там же. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 473. Л. 42.
785	Там же. Оп. 999. Д. 332. Л. 160.
786	Там же. Д. 501. Л. 20.
787	На 15 октября 1943 г. на спецучете по Закфронту числилось
24 418 лиц европейской национальности, а на 1 января 1945 г. —
45 677 чел. Подсчитано по: ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 407. Л. 260; там
же.Д. 730. Л. 20.
788	См., например: Бабалашвили И.П. Указ. соч. С. 199; Содержа¬
ние директивы передает лишь В. Брошеван (Брошеван В. Военная мо¬
билизация в Крыму. 1941—1944. Б. м., 1997. С. 34—35), который, впро¬
чем, оставил ее без сколько-нибудь научно обоснованного коммента¬
рия.
789	Абрамян Э. Указ. соч. С. 117, 130-138.
790	Артемьев А.П. Братский боевой союз народов СССР в годы Ве¬
ликой Отечественной войны. М., 1979. С. 58.
791	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 501. Л. 365-367.
792	Там же.
793	Там же.Д. 521. Л. 260.
794	См: Исупов В.А. Указ. соч. С. 140—215.
795	Там же. С. 59-60.
796	Кавказ. 1942—1943 годы: героизм и предательство. Публ.
Ю.Н. Семина и О.Ю Старкова // Военно-исторический журнал.
1991. № 8. С. 39.
797	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 689. Л. 127.
798	Там же. Оп. 999. Д. 429. Л. 104.
799	Там же. Оп.989.Д. 8.Л.233.
468

800	Там же. Оп. 999. Д. 600. Л. 10, 33.
801	Там же. Л. 116.
802	Там же. Л. 196.
803	Там же. Оп. 999. Д. 731. Л. 13, 57.
804	Там же. Оп. 989.Д. 29. Л. 190-191.
805	Там же. Оп. 999. Д. 407. Л. 262.
806	Подсчитано по: ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 526. Л. 33.
807	Гриф секретности снят. Потери Вооруженных Сил СССР в вой¬
нах, боевых действиях и военных конфликтах. Статистическое иссле¬
дование. М., 1993.
808	Филимошин М.В. Наши павшие как часовые... Потери воору¬
женных сил СССР в войнах и военных конфликтах // Военно-истори¬
ческий журнал. 2000. № 2. С. 16—25.
809	Следует оговориться, что М.В. Филимошин представил расчет¬
ные данные, полученные благодаря использованию коэффициентов
пропорциональности на основе донесений о списочной численности
военнослужащих Красной армии за 1942—1945 гг. В установленной фор¬
ме именного списка на погибших, умерших, пропавших без вести и по¬
павших в плен графа «национальность» не предполагалась. См.: Там же.
Прим 1 на стр. 23.
8,0	Составлено по: Филимошин М.В. Указ. соч. С. 16—25; Всесоюз¬
ная перепись населения 1939 г. Основные итоги. М., 1992.
811	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 407. Л. 260.
812	Там же.Д. 731. Л. 57.
813	Кирсанов Н.А. Указ. соч. С. 29.
814	Там же.
К ГЛАВЕ 10
8,5	Боевой состав Советской армии в годы Великой Отечественной
войны 1941-1945 гг. Ч. 1 (июнь—декабрь 1941 г.) М. Б. г.
816	ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 47. Л. 40.
8,7	Там же. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 30. Л. 12-27.
469

818	Там же. Ф. 209. Оп. 1085. Д. 1. Л. 185.
8,9	Тамже. Оп. 1091. Д. 145. Л. 31, 73, 115, 124, 189, 320-329.
820	Там же. Оп. 1113.Д. 8. Л. 119-130; Оп. 1091. Д. 145. Л. 31-375.
821	Там же. Оп. 1085. Д. 1. Л. 218.
822	Таги же. On. 1113. Д. 96. Л. 342.
823	Там же. Ф. 209. Оп. 1091. Д. 145. Л. 189.
824	Там же.
825	В.А. Мурадян приводит пример 40-й армии Юго-Западного
фронта (См.: Мурадян В.А. Братство, скрепленное кровью. М., 1969.
С. 39-41).
826	ЦАМО. Ф. 209. On. 1113. Д. 96. Л. 19.
827	Там же. Л. 95.
828	Там же. Д. 95. Л. 30.
829	Там же.Д. 96. Л. 34.
830	Там же. Ф. 209. On. 1113. Д. 96. Л. 324.
831	Там же. Ф.216. Оп. 1166.Д. 7. Л. 137-142.
832	Там же.
833	Мамукелашвили Э. Военно-организаторская и идеологическая
деятельность КПСС в битве за Кавказ (1942—1943 гг). Тбилиси, 1982;
Краснознаменный Закавказский; Мадатов Г.А. Азербайджан в годы Ве¬
ликой Отечественной войны. Баку, 1975; Цкитишвили К.В. Закавказье
в годы Великой Отечественной войны 1941-1945гг. Тбилиси, 1969; Му¬
радян В.А. Указ. соч. М. 1969 и др. работы.
834	Первоначально планировалось направить с Украины в ЗакВО
51 тыс. чел., однако из-за неблагоприятного развития боевой обстанов¬
ки эвакуация была проведена не в полном объеме.
835	Подсчитано авторохм на материалах девяти стрелковых дивизий:
386, 390, 392, 396, 398, 400, 404, 406-й и 409-й (ЦАМО. Ф. 209. 1091.
Д. 145. Л. 31,73, 115, 124, 189, 320-329, 331, 375; Там же. Оп. 1113.
Д. 89. Л. 113; Там же. Д. 44. Л. 10).
836	Подсчитано автором на материалах 61, 151-й и 224-й дивизий
(ЦАМО. Ф. 209. On. 1113. Д. 11. Л. 4, 38, 39).
837	ЦАМО. Ф. 209. On. 1113. Д. 8. Л. 129.
838	Там же. Л. 130.
839	Там же. Л. 124.
470

840	Там же.
841	Подсчитано автором на материалах 390, 396, 398, 400, 406-й и
409-й стрелковых дивизий.
842	ЦАМО. Ф. 209. On. 1113. Д. 93. Л. 29-35.
843	Там же.Д. 89. Л. 114.
844	Там же.
845	Там же.
846	Там же. Л. 151.
847	Там же. Л. 151-152.
848	Подробнее об этом см.: Безугольный А.Ю. Ни войны, ни мира:
Положение на советско-турецкой границе и меры советского руко¬
водства по предотвращению турецкой угрозы в первый период Вели¬
кой Отечественной войны // Военно-исторический архив 2003. № 5.
С. 53-76.
849	ЦАМО. Ф. 209. On. 1113. Д. 44. Л. 54.
850	Там же. Ф. 215. On. 1185. Д. 18. Л. 68.
851	Подсчитано по: там же. Ф. 215. Оп. 1185. Д. 18. Л. 8.
852	Там же.Д. 25. Л. 18.
853	Коммунист. 14 мая 1942 г. № 112.
854	ЦАМО. Ф. 215. Оп. 1185. Д. 44. Л. 528-530.
855	Там же.Д. 18. Л. 201.
856	Там же. Д. 25. Л. 42.
857	Там же.
858	Цит. по: Рубцов Ю.В. Alter ego Сталина. Страницы политичес¬
кой биографии Л.З.Мехлиса. М., 1999. С. 205.
859	См.: Рубцов Ю.В. Указ. соч. М., 1999. С. 205, 207; Русский архив.
Т. 16 (5-2). Док. № 112. С. 102; ЦАМО. Ф. 215. On. 1185. Д. 18. Л. 3.
86(	1 ЦАМО. Ф. 215. On. 1199. Д. 9. Л. 4-6.
861	Там же.
862	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 85. Л. 60, 64-66.
863	ЦАМО. Ф. 215. On. 1185. Д. 7. Л. 37.
864	Великая Отечественная война 1941—1945. Военно-исторические
очерки. Кн. 1. Суровые испытания. М., 1998. С. 332.
865	Бабалашвили И.П. Указ. соч. С. 153.
471

866	Там же. С. 154.
867	ЦАМО. Ф. 215. On. 1185. Д. 7. Л. 81-86, 94-96, 107. См. так же:
Карпов В.В. Полководец. М., 1985. С. 134—135.
868	ЦАМО. Ф. 215. Оп. 1185. Д. 7. Л. 86, 92.
869	Там же. Д. 72. Л. 16-19.
870	Там же. Д. 151. Л. 16-25.
871	Там же. Ф. 288. Оп. 9905. Д. 19. Л. 53.
872	Боевой состав Советской армии. Ч. 1.
873	Подсчитано автором по: ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 38.
Л. 78-127.
874	Там же. Л. 80.
875	Там же. Д. 22. Л. 161-163.
876	Там же. Л. 141, 153-156, 176.
877	Там же. Д. 93. Л. 522-537.
878	Там же. Д. 22. Л. 140.
879	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 21. Л. 43-45.
880	Там же. Оп. 1091. Д. 30. Л. 324.
881	Подсчитано автором по: там же. Л. 392.
882	Там же. Оп. 989. Д. 5. Л. 96.
883	Там же. Ф. 144. Оп. 13199. Д. 13. Л. 369.
884	Там же. Л. 370. См. также: РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 22. Д. 35. Л. 102,
140-144.
885	Исупов В.А. Демографические катастрофы и кризисы в России в
первой половине XX века. Новосибирск, 2000. С. 165—166.
886	ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 105. Л. 8.
887	Составлено автором по: ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 142. Л. 151,
162, 190, 206.
888	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 125. Л. 622-625, 661-671.
889	Подсчитано автором по: ЦАМО. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 170. Л. 93,
185; Д. 137. Л. 60, 112, 142, 169-171,202, 233.
890	Подсчитано автором по: там же.
891	Там же. Ф. 144. Оп. 13189. Д. 105. Л. 439.
892	Подсчитано автором по: там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 314. Л. 32, 43,
112, 127-134.
472

8,3	Кавказ. 1942-1943 годы... С. 40.
8,4	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1019. Д. 42. Л. 1569.
8,3	Кавказ. 1942—1943 годы... С. 40.
8,6	Подсчитано по: ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1019. Д. 42. Л. 1569.
К ГЛАВЕ 11
897	Кирсанов Н.А. Национальные формирования Красной армии в
Великой Отечественной войне 1941 — 1945 годов // Новая и новейшая
история 1995. № 2. С. 121.
898	Там же. С. 123.
899	Ветераны вспоминают. (Воспоминания ветеранов 416-й Красно¬
знаменный Таганрогский ордена Суворова II степени стрелковой диви¬
зии). Баку, 1985. С. 126.
900	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. Л. 92-104.
901	Там же. Л. 95.
902	Там же. Л. 96.
903	Там же. Л. 94.
904	Там же. Оп. 989. Д. 14. Л. 3.
905	Там же. Оп. 999. Д. 429. Л. 160.
906	Там же. Ф. 273. Оп. 879. Д. 8. Л. 111.
907	Там же.
908	Там же. Л. 113.
909	Там же. Л. 5.
910	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 3. Л. 46.
911	Там же.Д. 5. Л. 100-102.
9,2	Русский архив. Т. 23 (12-2). С. 330-331.
9,3	Там же. Док. № 92. С. 65.
9,4	Там же. С. 69-70.
915	Там же. С. 65.
9,6	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 5. Л. 100-102.
9,7	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 43. Д. 471. Л. 14, 36, 74; Д. 472. Л. 3.
918	ЦАМО. Ф. 255 кп. Оп. 915461. Д. 3. Л. 9 об.
473

9,*	Тамже. Ф. 3634. Оп. 1.Д. 1.Л. 12.
920	«По решению Правительства...» С. 490.
921	Бурназян Г.С. Участие национальных соединений Закавказских
республик в битве за Кавказ и последующих операциях Красной армии
в Великой Отечественной войне. Ростов, 1967. С. 190—191.
922	Цит. по: Абрамян Э. Указ. соч. С. 236.
923	Boog Н., Rahn W., Stumpf R., Wegner В. Der Globale Krieg: Die
Ausweitung zum Weltkrieg und der Wechsel Initiative 1941—1943. Stuttgart,
1990. S. 934-935.
924	Kricgstagebuch des Oberkommandos der Wehrmacht (KTB/OKW).
Band II. 1.1.1942-31.12.1942. Frankurt am Main, 1963. S. 576.
925	ЦАМО. Ф. 209. On. 1064. Д. 1. Л.125.
926	Boog H., Rahn W, Stumpf R., Wegner B. Op. cit. S. 935.
927	ЦАМО. Ф. 209. On. 999. Д. 138. Л. 18.
928	Там же. Д. 163. Л. 173, 189-190.
929	Там же. Л. 128.
930	Там же. Оп. 1063. Д. 31. Л. 37.
931	Там же. Оп. 999. Д. 138. Л. 102.
932	Там же. Д. 163. Л. 129.
933	Там же. Л. 189-190.
934	Подробнее о командировке Берии на Кавказ в августе—сентябре
1942 г. см.: Безугольный А.Ю. «Товарищ Берия и командующий фрон¬
том приказали...» Участие Л. Берии в руководстве обороной Кавказа
в августе—сентябре 1942 г. // Военно-исторический архив. 2002. № 3.
С. 68—96.
935	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 163. Л. 288.
936	Там же. Ф. 1572. On. 1. Д. 8. Л. 29.
937	Там же. Ф. 1671. Оп. 1.Д. 1.Л.2.
938	Из личного архива Н.И. Тюленевой.
939	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 53. Л. 96-98.
940	Там же. Д. 153. Л. 377-378.
941	77, 151, 236, 242, 261, 271, 276, 317, 319, 320, 328, 337, 349,
351-я стрелковые дивизии и 1, 16, 103-я стрелковые бригады.
942	Гречко А.А. Битва за Кавказ. М., 1967. С. 113—114.
943	ЦАМО. Ф. 273. Оп. 875. Д. 2. Л. 88.
474

944	Там же. Ф. 1254. On. 1. Д. 64. Л. 90.
945	Тике В. Марш на Кавказаз. Битва за нефть. 1942/1943. М., 2005.
С. 177.
946	Абрамян Э. Кавказцы в абвере. М., 2006. С. 109—111.
947	Органы государственной безопасности... Т. 3. Кн. 2. С. 401.
948	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 94. Л. 55.
949	Mackensen Е. von. Vom Bug zum Kaukasus: Das III. Panzerkorps in
Feldzuggegen Sowjetrussland 1941/42. Neckargemund, 1967. S. 102.
950	Ibid. S. 108.
951	Tieke W. Der Kaukasus und das 01: Der deutsch-sowjetische Krieg in
Kaukasien 1942/43. Osnabruck, 1967. S. 200.
952	Geschichte der 3. Panzer-Division. Berlin-Brandenburg 1935—1945.
Berlin, 1967. S. 344.
953	Ibid. S. 340.
954	ЦАМО. Ф. 273. On. 879. Д. 1.Л. 161-165; там же. Ф. 209. On. 1063.
Д. 166. Л. 29.
955	Кирсанов Н.А. В боевом строю... С. 121.
956	ЦАМО. Ф. 1251. Оп. 1.Д. 64. Л. 7.
957	Органы государственной безопасности... Т. 3. Кн. 2. С. 400—401.
958	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1064. Д. 64. Л. 40 об.
959	Из личного архива И.В. Тюленевой.
960	Там же.
961	Там же. Л. 29.
962	Тартаковский Б.Г. Из дневников военных лет. М., 2005. С. 99.
963	Там же. Л. 33-37; Д. 198. Л. 95.
964	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 156. Л. 60-64.
965	Подробнее об этом см.: Безугольный А.Ю. «Товарищ Берия...»
966	ЦАМО. Ф. 224. Оп. 832. Д. 3. Л. 95-96.
967	Там же. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 194. Л. 29.
968	Закруткин В. Кавказские записки. М., 1948. С. 292—293.
969	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 53. Л. 120, 125, 125 об.
970	Там же. Ф. 215. On. 1199. Д. 76. Л. 97.
971	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 156. Л. 60.
972	Там же. Оп. 1029. Д. 25. Л. 247.
475

™ Там же. On. 1019. Д. 412. Л. 43.
974	Каганович Л.М. Памятные записки. М., 1997. С. 472.
975	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 200. Л. 247.
976	Там же. Оп. 989. Д. 69. Л. 261.
977	Тартаковский Б.Г. Указ. соч. С. 112.
978	Там же.
979	Там же.
980	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1064. Д. 2. Л. 198.
981	Там же. Оп. 1019. Д. 412. Л. 155.
982	См.: Altstadt A L. The Azerbaijani Turks: Power and Identity under
Russian Rule. Stanford, 1988.
983	ЦАМО. Ф. 209. On. 989. Д. 5. Л. 100-102; Д. 24. Л. 243-245.
984	Там же. Д. 8. Л. 232.
985	Там же.
986	См., например: там же. Л. 12—13, 350; Оп. 1019. Д. 412. Л. 155;
Д.420.Л. 1-6.
987	Altstadt A L. Op. cit. Р. 146; Swientochowski Т. Russia and Azerbajan:
A Borderland in Transition. New York, 1985. P. 125; Антонов-Овсеенко A.A.
Карьера палача // Звезда. 1989, № 5, 11.
988	Swientochowski T. Op. cit. P. 125.
989	Тике В. Указ. соч. С. 293.
990	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 20. Л. 243-245.
991	Там же. Оп. 1063. Д. 31. Л. 187-194.
992	Там же.Д. 200. Л. 9-12.
993	Там же. Л. 194.
994	Там же. Ф. 273. Оп. 879. Д. 5. Л. 449-453.
995	Мамукелашвили Э. Указ. соч. С. 88.
996	Тартаковский Б.Г. Указ. соч. С. 62.
997	ЦАМО. Ф. 399. Оп. 9385. Д. 20. Л. 353.
998	Там же. Ф. 273. Оп. 879. Д. 8. Л. 365-366.
999	Там же.
1000	Там же. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 473. Л. 553-555.
1001	Geschichte der 3. Panzer-Division. S. 350.
476

1002	ЦАМО. Ф. 827. On. 1. Д. 5. Л. 147.
1003	Там же. Ф. 273. Оп. 879. Д. 39. Л. 34.
1004	Там же. Д. 8. Л. 361.
1005	Tieke W. Op.cit. S. 335.
1006	Muskulus E Geschichte der 111. Infanterie Division 1940—1944.
Hamburg, 1980. S. 160.
1007	ЦАМО. Ф. 273. On. 879. Д. 5. Л. 509-513.
1008	Там же.
1009	Там же.
10,0	Там же. Д. 39. Л. 13.
10,1	Там же. Д. 8. Л. 18-19.
1012	Geschichte der 3. Panzer-Division. S. 350.
1013	ЦАМО. Ф. 273. On. 879. Д. 5. Л. 19-20.
1014	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 8. Л. 356-360.
1015	Постановление Военного совета Закавказского фронта № 0146
от 25 ноября 1942 г. См.: ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1029. Д. 232. Л. 134.
10,6	Каганович Л.М. Указ. соч. С. 471.
1017	РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 11.Д. 743. Л. 111.
1018	Там же. Л. 112.
1019	Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Докумен¬
ты и материалы. 1943. Т. 16 (5—3). М., 1999. Док. № 685. С. 466.
1020	Битва за Кавказ. М., 2002. С. 135-136.
1021	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 999. Д. 138. Л. 250.
1022	Гречко А.А. Указ. соч. С. 189.
1023	См.: Кирсанов Н.А. В боевом строю... С. 121 — 129; Гречко А.А.
Указ. соч. С. 187—190; Иванов В.Е. Национальные воинские части в
СССР: опыт строительства и применения. Екатеринбург, 1996. С. 59.
1024	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 200. Л. 98-99.
1025	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 31. Л. 11.
1026	Там же.
1027	Там же. Оп. 989. Д. 27. Л. 8-10.
1028	Там же. Д. 8. Л. 358.
1029	Русский архив: Великая Отечественная. Т. 17—6 (1—2). Глав¬
ные политические органы Вооруженных Сил СССР в Великой Отече¬
477

ственной войне 1941—1945 гг. Документы и материалы. Док. № 197.
С. 206-208.
1030	ЦАМО. Ф. 273. Оп. 989. Д. 27. Л. 9-10.
К ГЛАВЕ 12
1031	Иванов В.Е. Указ. соч. С. 116—117; Кирсанов Н.А. Нацио¬
нальные формирования Красной армии... С. 123; Градосельский В.В.
Национальные воинские формирования в Великой Отечественной вой¬
не И Военно-исторический архив. 2002. № 1. С. 19.
1032	Артемьев А.П. Указ. соч. С. 43.
1033	ЦАМО. Ф. 1572. Оп. 1.Д.8.Л.31.
1034	Там же. Ф. 1495. Оп. 1.Д. 6. Л. 51.
1035	Там же.Д. 4. Л. 1-4.
1036	Там же. Л. 109, 126.
1037	Подсчитано автором по: ЦАМО. Ф. 1222. On. 1. Д. 94. Л. 21,
81-83; Ф. 1495. On. 1. Д. 1. Л. 34; Ф. 1720. On. 1. Д. 99. Л. 6; Ф. 1733.
On. 1. Д. 2. Л. 250; Ф. 1736. On. 1. Д. 36. Л. 34, 35, 78, 90.
1038	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 39. Л. 18; Д. 30. Л. 231.
1039	Азербайджанская ССР в период Великой Отечественной войны
(1941—1945 гг.) Сборник документов и материалов в 2-хтомах. Т.1. Баку,
1976. С. 455. Док. № 342.
1040	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 30. Л. 231.
1041	Там же. Ф. 1736. On. 1. Д. 39. Л. 16.
1042	Бакинский рабочий. 5 октября 1943 г.
1043	ЦАМО. Ф. 1222. On. 1. Д. 94. Л. 82.
1044	Там же.
1045	Там же. Ф. 224.0п. 926. Д.15. Л. 79.
1046	Там же. Л. 76-77.
1047	Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 407. Л. 239-239 об.
1048	См., например: Коммунист. 12 октября; 22 октября 1943 г. и т.д.
Бакинский рабочий. 5 октября; 23 октября; 4 ноября 1943 г.; 1 января;
8 марта; 15 марта 1944 г. и т.д.
1049	Бакинский рабочий. 21 марта 1944 г.
478

l05r	t Там же. 12 апреля 1944 г.
1051	Коммунист. 22 октября 1943 г.
1052	Бакинский рабочий. 5 октября 1943 г.
1053	См., например, Бакинский рабочий. 8, 9 марта 1944 г.; 5 сессия
Верховного Совета Азербайджанской ССР I Созыва. 6—8 марта 1944 г.
Стенографический отчет.
1054	См.: Цкитишвили К. В. Указ. соч. С. 180.
1055	Заря Востока. 24 февраля 1944 г.
1056	Сталин И.В. О Великой Отечественной войне Советского Со¬
юза. М., 2002. С. 114.
1057	Altstadt A L. Op. cit. Р. 152; Кирсанов Н.А. Национальные фор¬
мирования Красной армии... С. 124.
1058	Кирсанов Н.А. Национальные формирования Красной армии...
С. 124.
1059	Секретная переписка Рузвельта и Черчилля в период войны. М.,
1995. Док. №435. С. 648.
1060	Черчилль У. Вторая мировая война. Т. 6. С. 200.
1061	Переписка Председателя Совета Министров СССР с президен¬
тами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой
Отечественной войны, 1941—1945 гг. Т. 2. Переписка с Ф. Рузвельтом и
Г. Трумэном (Авг. 1941 - дек. 1945 г.) М., 1986. Док. № 225. С. 166.
1062	Черчилль У. Указ. соч. С. 201.
1063	Советский Союз на международных конференциях периода Ве¬
ликой Отечественной войны 1941—1945 гг.
Т. III. Конференция представителей СССР, США и Великобри¬
тании в Думбартон-Оксе (21 августа — 28 сентября 1944) Сборник до¬
кументов. М., 1978. С. 18.
К ГЛАВЕ 13
1064	Комков Г.Д. Идейно-политическая работа КПСС в 1941—1945 гг.
М., 1965. С. 11.
1065	Зульцман Р. Пропаганда как оружие в войне // Итоги второй
мировой войны. М., 1999. С. 516.
1066	ЦАМО. Ф. 228. Оп. 536. Д. 27. Л. 61.
479

1067	РГАСПИ.Ф. 17. On. 125. Д. 169. Л. 185-186.
1068	Там же. Д. 166. Л. 75.
1069	См.: Сенявская Е.С. Психология войны в 20 веке: исторический
опыт России. М., 1999. С. 202—203.
1070	Кульков Е.Н., Ржешевский О. А., Челышев И.А. Правда и ложь
о второй мировой войне. М., 1983. С.241—245; Мустафаев А.Х. Нацио¬
нальные отношения в СССР в трудах турецких авторов (Критический
анализ националистических концепций). Баку, 1990. С. 33—43.
1071	Бордюгов Г., Бухараев В. Национальная историческая мысль в
условиях советского времени // Национальные истории в советском и
постсоветских государствах. М., 1999. С. 29—38.
1072	Там же. С. 37-38.
1073	См.: Невежин В.А. Синдром наступательной войны: Советская
пропаганда в преддверии «священных боев». 1939—1941 гг. М., 1997.
1074	Костырченко Г.В. Тайная политика Сталина: Власть и антисе¬
митизм. М., 2001. С. 250.
1075	Сенявская Е.С. Указ. соч. С. 173.
1076	Там же. С. 194.
1077	Русский архив: Великая Отечественная: Главные политические
органы Вооруженных Сил СССР в Великой Отечественной войне
1941—1945 гг.: Документы и материалы. Т. 17(6). М., 1996. Док. № 31. С. 39.
1078	Сталин И.В. О Великой Отечественной войне Советского Со¬
юза. М., 2002. С. 46.
1079	Русский архив. Т. 17 (6). С. 91.
1080	Рубцов Ю. В. Указ.соч.
1081	Русский архив. Т. 17 (6). С. 42.
1082	Сталин И.В. Указ. соч. С. 11-16.
1083	Русский архив. Т. 17(6). С. 65—67.
1084	Сталин И.В. Указ. соч. С. 29—31.
1085	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 166. Л. 67.
1086	Русский архив. Т. 17 (6). С. 74—75.
1087	Сталин И.В. Указ. соч. С. 37.
1088	Русский архив. Т. 17(6). С. 83—84.
1089	Правда. 15 ноября 1930 г.
1090	Там же. С. 123-124.
480

1091	Сталин И.В. Указ. соч. С. 151.
1092	Shnirelman V. The Value of the Past: Myths, Identity and Politics in
Transcaucasia Osaka, 2001. P. 106.
1093	РГАСПИ. Ф. 17. On. 125. Д. 166. JI. 68.
1094	Искандерян А., Арутюнян Б. Армения: «карабахизация» нацио¬
нальной истории И Национальные истории в советском и постсоветс¬
ких государствах. Сб. статей. М., 1999. С. 150.
1095	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 22. Д. 532. Л. 187.
1096	См., например: Дагестанская правда. 19,20 августа, 12,16,19 сен¬
тября 1942 г. Тема газавата становится в годы войны общеупотре¬
бительным пропагандистским символом для мусульманских народов
СССР. (См.: Нуруллаев А.А. Мусульмане Советского Союза в Великой
Отечественной войне // Религиозные организации Советского Союза в
годы Великой Отечественной войны 1941—1945 гг. Материалы «круг¬
лого стола», посвященного 50-летию Победы 13 апреля 1995 г. М., 1995.
С. 62-63.
1097	Дагестанская правда. 16 сентября 1942 г.
1098	Нуруллаев А.А. Указ. соч. С. 58.
1099	Плиев Б.З. Воины Южной Осетии в боях за Советскую родину.
Тбилиси, 1979. С. 7.
1100	Дагестанская правда. 20 августа 1942 г.
1101	Там же. 19 сентября 1942 г.
1,02	Коммунист. 11 сентября 1942 г.
1,03	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 85. Л. 70.
1104	Костырченко Г.В. Указ. соч. С. 252—254.
1,05	От Советского Информбюро... 1941-1945. Тома 1—2. М., 1982.
Т. 1.С. 293-296.
1,06	Цит. по: Костырченко Г.В. Указ. соч. С. 253.
1107	Русский архив. Т. 17 (6). С. 266-267.
1,08	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 46. Л. 23.
1109	Там же.
1,10	Там же. Оп. 999. Д. 703. Л. 53.
1111	Там же. Оп. 1113. Д. 137. Л. 100-101.
11,2	Там же. Оп.989.Д. 8.Л. 13.
1113	Там же.
16 -4998

11,4	Там же.
11,5	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 85. Л. 64-65.
11,6	Там же.
11,7	ЦАМО. Ф. 1495. Оп. 1.Д.6.Л.65;
1,18	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 8. Л. 13; Ф. 215. On. 1199. Д. 15.
Л. 151.
1119	Там же. Ф. 209. Оп. 989. Д. 8. Л. 158-160.
1120	Тартаковский Б.Г. Указ. соч. С. 112.
1121	Там же.
1,22	Там же. Л. 13.
1,23	Архив ИВИ. Ф. 8. Оп. 308. Д. 13. Л. 237.
1,24	Там же. Ф. 1739. On. 1. Д. 54. Л. 37-38.
К ГЛАВЕ 14
1,25	Архив ИВИ. Ф. 8. Оп. 308. Д. 13. Л. 101, ПО.
1,26	Там же. Л. 117.
1,27	РГВА. Ф. 25873. On. 1. Д. 447. Л. 3-13.
1,28	Там же. Ф. 21873. Оп. 1.Д. 128. Л. 6.
1,29	Там же. Д. 20. Л. 140.
1130	ЦАМО. Ф. 209. On. 1113. Д. 19. Л. 524-532.
1131	Там же. Оп. 989. Д. 41. Л. 94-96.
1132	Там же.
1,33	Там же. Оп. 1019. Д. 42. Л. 538.
1,34	Там же.
1,35	Там же. On. 1113. Д. 19. Л. 526.
1,36	Там же. Оп. 832. Д. 3. Л. 316.
1137	Там же.
1138	Там же. Ф. 224. Оп. 832.Д. 17. Л. 443-467.
1139	Русский архив. Т. 17 (6). Там же. С. 173—175.
1,40	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 5. Л. 102.
1141	Органы государственный безопасности... Т. 3. Кн. 2. С. 399.
1,42	Там же. С. 400.
482

1143	Там же.
П44 руССКИй архив. Т. 17 (6). С. 206.
1145	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 989. Д. 41. Л. 86-88.
1,46	Там же. Ф. 1436. On. 1. Д. 47. Л. 96-98.
1147	Там же. Ф. 1495. On. 1. Д. 6. Л. 62.
1,48	Там же. С. 208.
1,49	ЦАМО. Ф. 1633. On. 1. Д. 7. Л. 65.
1150	Русский архив. Т. 17 (6). Док. №. 197. С. 207; ЦАМО. Ф. 209.
Оп. 1019. Д. 42. Л. 553-555.
1,51	ЦАМО. Ф. 228. Оп. 536. Д. 27. Л. 61.
1152	Там же. Оп. 999. Л. 313. Л. 13.
1153	Там же. Ф. 1495. On. 1. Д. 6. Л. 189.
1154	Там же.Д. 54. Л. 9.
1155	Там же. Ф. 1736. On. 1. Д. 47. Л. 109-110.
1,56	Там же. Ф. 3470. Оп. 1.Д. 13. Л. 76-77.
1157	Там же. Ф. 288. Оп. 9925. Д. 4. Л. 23-27; Ф. 1739. On. 1. Д. 54.
Л. 37-38.
1158	Там же. Ф. 288. Оп. 9925. Д. 4. Л. 23-27.
1159	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 78. Л. 59-60.
1160	Русский архив. Т. 17 (6). С. 171.
1161	ЦАМО. Ф. 209. Ф. 989. Д. 20. Л. 243-245.
1162	Русский архив. Т. 13 (2—2). С. 360—361.
1163	ЦАМО. Ф. 1572. Оп. 1.Д. 8. Л. 111.
1,64	Там же. Ф. 1736. Оп. 1.Д.47.Л. 18
1163	Там же. Ф. 1222. On. 1. Д. 94. Л. 111-112.
Там же. Ф. 1736. Оп. 1.Д. 39. Л. 15-16.
1167 РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 166. Л. 74.
"‘8 ЦАМО. Ф. 1495. On. 1. Д. 6. Л. 160-161.
1169	См., например: там же. Ф. 1736. On. 1. Д. 39. Л. 16; Д. 47. Л. 50.
1170	Там же.Д. 47. Л. 50.
1171	Азербайджанская ССР в период Великой Отечественной войны
(1941—1945 гг.). Сб. док. и материалов. Баку, 1976. Т. 1. С. 347—349.
1172	Мадатов Г.А. Азербайджан в годы Великой Отечественной вой¬
ны. Баку, 1975. С. 73.
483

1173	ЦАМО. Ф. 209. On. 1019. Д. 412. Л. 100.
1174	Там же. Оп. 989. Д. 8. Л. 241-242.
1175	Там же. Оп. 1019. Д. 412. Л. 175.
1,76	Там же. Ф. 32. On. 11309. Д. 136. Л. 16.
1177	Азербайджанская ССР в период Великой Отечественной войны...
Т. 1. Док. № 331. С. 389.
1178	ЦАМО. Ф. 1738. Оп. 1.Д. 77. Л. 45.
1179	Там же. Ф. 209. Оп. 1019. Д. 420. Л. 10-15.
1180	Там же. Ф. 1633. Оп. 2. Д. 8. Л. 192-194.
1,81	Там же. Ф. 209. Оп. 1019. Д. 42. Л. 503-504.
1182	Там же.
1183	Там же. Ф. 224. Оп. 926. Д. 15. Л. 127-129.
1184	Там же. Ф. 1251. Оп. 1.Д. 69. Л. 27.
1,85	РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 125. Д. 94. Л. 55.
1186	Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933—1945.
М. 2002. С. 342.
1187	Hoffmann J. Ostlegionen... S. 79—80.
1,88	Мюллер-Гиллебранд Б. Указ. соч. С. 390.
1189	ЦАМО. Ф. 209. Оп. 1063. Д. 200. Л. 64.
1190	Hoffmann J. Kaukasien 1942/1943. S. 199.
1,91	Абрамян Э. Указ. соч. С. 149.
1192	Цит. по: Hoffmann J. Ostlegionen... S. 58.
1193	Кавказ. 1942-1943 годы... № 6. С. 35.
1194	Там же. С. 36.
1,95	Там же. С. 38.
1196	ЦАМО. Ф. 224. Оп. 832. Д. 2. Л. 111-114.
1197	Там же. Ф. 209. Оп. 1019. Д. 42. Л. 263-264.
1,98	Там же.
1199	Там же.
1200	К этому следует добавить интересное наблюдение исследовате¬
ля сталинской лексики М. Вайскопфа, заметившего, что «братская» тер¬
минология в годы войны всегда была обращена к лицам, находившим¬
ся по ту сторону фронта, и в иерархии адресатов публичных обращений
располагалась на последнем месте. В этом М. Вайскопф видит призна¬
ки недоверия власти «братьям», отказе им в положительном обращении
484

«товарищи» или «граждане». Некоторые ранние примеры публичных
речей Сталина («заблудившиеся братья», «братья по измене рабочему
классу») подтверждают эту догадку. (См.: Вайскопф М. Писатель Ста¬
лин. М., 2002. С. 88-92).
1201	Литвин Г.А., Смирнов Е.И. Освобождение Крыма. Сборник до¬
кументов. М., 1994. С. 50—51.
К ПРИЛОЖЕНИЯМ
1202	II съезд трудовых народов Терека начал свою работу в Пятигор¬
ске, а окончил во Владикавказе. Его стенограмма была опубликована в
виде отдельной книги (II сессия Терского областного народного съезда
в г. Пятигорске. 16 февраля — 15 марта 1918 г. Пятигорск, 1918) и пере¬
издана осетинскими историками в 1977 г. (Съезды народов Терека. Ор¬
джоникидзе, 1977. Т. 1. С. 61—258). Представленный документ являет¬
ся кратким изложением основных вопросов, поднимавшихся на съезде
(прежде всего, национального), опубликованных в другом раритетном
издании (История революционного движения на Тереке. Сборник ста¬
тей, воспоминаний и материалов. Пятигорск, 1924). Сравнение двух до¬
кументов показывает, что краткое изложение в ряде мест дополняет
текст стенограммы, опубликованной в 1918 г.
1203	Караулов Михаил Александрович (1878—1917), депутат 4-й Го¬
сударственной думы, атаман Терского казачьего войска (с марта 1917 г.),
комиссар Временного правительства в Терской области (с марта до ав¬
густа 1917 г.). Инициатор создания и глава «Терско-Дагестанского пра¬
вительства», объединявшего казачество, горцев и иногороднее населе¬
ние. Убит 13 декабря 1917 г. на станции Прохладная толпой солдат.
1204	Слепцов Николай Павлович (1815—1851), генерал-майор, с 1845 г.
командир 1-го Сунженского линейного казачьего полка. В 1850 г. со¬
вершил известный подвиг, взяв со своим полком Шалинский окоп —
созданную Шамилем линию укреплений близ крепости Воздвиженской.
Много занимался укреплением пограничной линии от Назрани до кре¬
пости Грозной. Погиб 22 декабря 1851 г. в бою с отрядом Шамиля. В его
честь станица Сунженская была переименована в Слепцовскую.
1205	Имеется в виду 1-й съезд трудовых народов Терека, проходив¬
ший в феврале 1917 г.
1206	Пашковский Ю.Г. — левый эсер, с 5 марта 1918 г. нарком земле¬
делия в Народном совете (правительстве) Терской республики, с 20 июня
1918 г. председатель Совнаркома Терской республики, убит белогвар¬
дейцами в августе 1918 г.
485

1207	Сомов А. — левый эсер, с 5 марта 1918 г. нарком по делам Терс¬
кого казачества в Народном совете Терской республики.
1208	Имеется в виду Совет Народных комиссаров Трудовых Народов
Терека.
1209	Под 1-й сессией съезда трудовых народов Терека подразумева¬
ется Моздокский съезд, окончивший работу в начале февраля 1918 г.
Современники часто считали Пятигорский съезд продолжением Моз¬
докского: съезд просто «переехал» с места на место. (Из истории рево¬
люционного движения на Тереке. Пятигорск, 1924. С. 170.). В дальней¬
шем, после признания 4 марта верховной власти СНК РСФСР, съезд
переехал на этот раз во Владикавказ, где и окончил свою работу.
1210	Примечание документа.
1	2,1 Такоев С. А. — председатель II и III съездов народов Терека.
1	2,2 Киров (настоящая фамилия — Костриков) Сергей Миронович
(1886—1934), в годы Первой мировой войны возглавлял большевистс¬
кую организацию Владикавказа. В 1917 г. член исполкома Владикавказ¬
ского совета; участник Октябрьского вооруженного восстания в Петрог¬
раде. Участвовал в создании Терской, Северо-Кавказской советских
республик. В феврале 19191 г. председатель Временного Военно-рево¬
люционного комитета Астраханского края, в мае 1919 — марте 1920 гг.
член РВС 11-й армии. С октября 1920 г. член Кавбюро ЦК ВКП(б). С июля
1921 г. секретарь ЦК КП(б) Азербайджана. В 1926—1934 гг. первый
секретарь Ленинградского губкома (обкома) ВКП(б). Убит 1 декабря 1934 г.
1213	Ахриев Гапур Саидович (1890—1920) — из крестьян. Окончил
Московский коммерческий институт (1916 г.) Левый эсер, с 1919 г. член
РКП(б). В 1917 г. член Владикавказского и Грозненского советов. С 5 мар¬
та 1918 г. нарком по делам национальностей в Народном совете Терс¬
кой советской республики, затем нарком контроля. Командир повстан¬
ческих отрядов, действовавших против бичераховцев и белогвардейцев.
Близко знал Кирова и Орджоникидзе. С марта 1920 г. председатель Ин¬
гушского ревкома. Умер 3 мая 1920 г. от тифа.
12,4	Шерипов Асланбек Джемалдинович (1897—1919) — из семьи слу¬
жащего. Окончил в 1917 г. реальное училище. С апреля 1918 г. один из
оргаизаторов первого в Чечне совета (в селе Гойты). В 1918 г. делегат
2—5-го съездов народов Терека, член Терского Народного совета; с ав¬
густа 1918 г. нарком по делам национальностей, с декабря 1918 г. нар¬
ком (без портфеля) Терской советской республики. С июля 1918 г. один
из организаторов Чеченской Красной армии, один из руководителей
обороны Грозного во время Стодневных боев (август — ноябрь 1918 г.)
486

С февраля 1919 г. командовал чеченскими партизанскими отрядами,
действовавшими против Добровольческой армии генерала Деникина.
Погиб в бою 11 сентября в слободе Воздвиженская (ныне часть города
Грозный).
1215	Коренев Д.З. — журналист, активный участник 1 и II съездов на¬
родов Терека. Опубликованные им в газете «Горская жизнь» отчеты о
работе I съезда являются, по существу, единственной стенограммой со¬
бытий, существенно дополняющей протокол съезда. Автор монографии
«Революция на Тереке» (Орджоникидзе, 1967) и участник коллектива
составителей двухтомного сборника документов «Съезды народов Те¬
река» (Орджоникидзе, 1977—1978).
1216	Малыгин Иван Васильевич (1887—1918). Член РСДРП(б) с
1905 г. Из семьи плотника. Участник Первой мировой войны, сол¬
дат. В 1917 г. руководитель организации РСДРП(б) в Пятигорске, член
Грозненского, Бакинского комитетов РСДРП(б). С января 1918 г. сек¬
ретарь ВРК Кавказской армии. С апреля 1918 г. член коллегии Нарком-
военмора Бакинского СНК. Расстрелян 20 сентября 1918 г. в районе
Красноводска в числе 26 бакинских комиссаров.
1217	Анджиевский (Андржиевский) Григорий Григорьевич (1897—1919).
Член РСДРП(б) с 1917 г. Из семьи рыбака Таврической губернии. Ти¬
пографский рабочий. В Первую мировую войну солдат. Вел революци¬
онную агитацию среди солдат. После ранения в 1916 г. отправлен в Пя¬
тигорск. В 1917 г. председатель Пятигорского совета. В’марте 1918 г. пер¬
вый заместитель Терского областного народного совета, член ЦИК
Северо-Кавказской советской республики, один из руководителей лик¬
видации восстаний Г.Ф. Бичерахова и И.Л. Сорокина. С января 1919 г.
начальник культпросветотдела РВС 11-й армии, затем в подполье в За¬
кавказье. 17 августа 1919 г. арестован в Баку англичанами, выдан бело¬
гвардейцам и 31 августа повешен в Пятигорске на горе Казачка.
1218	Бичерахов Георгий Федорович — инженер, меньшевик. Органи¬
затор антибольшевистского восстания на Тереке летом и осенью 1918 г.
В 1918 г. был связан с английской военной миссией во Владикавказе, с
генералом Деникиным. Возглавлял «Терский казачье-крестьянский со¬
вет», затем «Временное народное правительство Терского края». В но¬
ябре 1918 г. присоединился к отряду брата Л.Ф. Бичерахова, действо¬
вавшего в Дагестане и Азербайджане.
12,9	В документе фамилия дана с искажением. Правильно — Эльдар-
ханов Таштемир (1870—1934) — ученый и общественный деятель, депу¬
тат первой и второй Государственной думы от Терской области. Будучи
председателем Гойтинского совета, считавшегося наиболее близким к
487

позициям большевиков, занимал примиренческую в отношении боль¬
шевистских радикалов, чеченского духовенства и зажиточных слоев, за
что подвергался резкой критике со стороны А. Шерипова. После раз¬
грома Деникина и установления советской власти-на Тереке избран
председателем Чеченского областного исполнительного комитета. Ха¬
рактерной чертой в работе на этой должности было отстаивание нацио¬
нальных интересов и традиций чеченского народа, сотрудничество с ду¬
ховенством, за что он был отстранен от руководящей работы в 1924 г.
1220	Чуликов Ибрагим — помещик, в 1918 г. председатель Атагинс-
кого (антибольшевистского) совета, активно сотрудничал с братьями
Бичераховыми и добровольческой администрацией. В 1919 г. возглавил
«Комитет по очищению Чечни от банд большевиков и Узун-Хаджи».
1221	Правильно — Митаев Али (Али Бамат Гирей Хаджи (Хаджиев))
(1890—1925). Уроженец с. Автуры Шалинского района Чечни. Отец был
одним из сподвижников секты Кунта-Хаджи. В 1914 г., после смерти
отца, стал его преемником. В годы Гражданской войны занимал выжи¬
дательную позицию. Отряды его мюридов участвовали в нескольких боях
с карательными белогвардейскими частям. В конце 1920 г. участвовал в
подавлении восстания Н. Гоцинского и Саид-бека. К 1923 г. стал влия¬
тельным национальным и религиозным лидером Чечни. Его секта на¬
считывала до 10 тыс. мюридов. 12 апреля 1923 г. назначен членом обла¬
стного ревкома Чеченской области. 18 апреля 1924 г. арестован, приго¬
ворен к 10 годам тюрьмы, после пересмотра дела 26 октября 1925 г.
расстрелян.
1222	Узун-Хаджи (Салтинский) (1847—1920) — шейх, один из орга¬
низаторов национально-религиозного движения на Северном Кавказе,
целью которого было создание Горского мусульманского государства под
протекторатом Турции. Осенью 1919 г. в селении Ведено создал при по¬
мощи авантюриста Дышинского так называемую «Шариатскую монар¬
хию», или «Северо-Кавказское эмирство», просуществовавшее до фев¬
раля 1920 г. Умер весной 1920 г. при невыясненных обстоятельствах.
1223	Имеется ввиду Асланбек Шерипов.
1224	Карпинский П.Ф. — эсер, некоторое время являлся председате¬
лем Терского областного Народного Совета.
1225	Данилов — представитель от казачьей фракции, делегат от ст.
Наурской, сотник. Участник I и II съездов.
1226	Съезд работал в начале июля 1918 г. и представлял собой каза¬
чий войсковой круг с участием отдельных зажиточных иногородних.
Съезд избрал верховный орган власти — Моздокский казачье-кресть-
488

янский совет — состоявший из 15 человек и возглавлявшийся Г.Ф. Би-
чераховым. Прекратил свое существование в ноябре 1918 г. после зах¬
вата красными войсками Моздока.
1227	Воззвание относится ко времени второго Кубанского похода
Добровольческой армии.
1228	Так в тексте. Правильно — Тарский хутор.
1229	Станица Государственная поддержала советскую власть и выс¬
тавила один из самых крупных красноармейских казачьих отрядов —
около 1500 штыков и сабель.
1230	Настоящая фамилия Арсанукаев, ротмистр Военно-юридичес¬
кой академии в Петербурге. После смерти лидера чеченского нацио¬
нально-религиозного движения шейха Узун-Хаджи Салтинского
(1847—1920), провозгласившего себя в 1919 г. эмиром Северного Кав¬
каза (его смерть по времени совпала с приходом в Чечню частей Крас¬
ной армии) эмирство фактически перестало существовать. Арсанукаев-
Дышинский был схвачен советскими властями и казнен.
1231	Мехмед VI Вахидэддин (1861—1926), последний султан-калиф
Османской империи. Вступил на престол 3.7.1918 после смерти Мехме¬
да V. Одновременно провозглашен Верховным главнокомандующим.
Фактически никакого участия в руководстве военными действиями не
принимал, находился под сильным влиянием младотурок. В ходе т.н.
Кемалистской революции 1.11.1922 отстранен от власти, а 29.10.1923
создана Турецкая республики.
1232	Калмыков Бетал Эдыкович. (1893—1940). Из крестьян. В 1913 году
был одним из руководителей восстания горцев против местной аристок¬
ратии. В 1915—1916 гг. участвовал в организации союза горской бедно¬
ты «Карахалы» («Беднота»). В марте 1918 г. вступил в РКП(б). Также в
марте 1918 года был одним из руководителей работы 1-го съезда
Нальчикского округа, провозгласившего Советскую власть в Кабарде и
Балкарии. Делегат всех пяти съездов народов Терской области, член Тер¬
ского Народного Совета. С августа 1918 г. чрезвычайный комиссар Ка¬
бардино-Балкарии, затем комиссар по национальным делам. В 1919 г. ко¬
мандовал партизанскими отрядами, затем полком и дивизией в Красной
армии. Также был членом горской секции Кавказского краевого комите¬
та РКП(б). После разгрома белогвардейцев был председателем ревкома
Кабардино-Балкарии. В 1920—30-х гг. — председатель Кабардино-Бал¬
карского областного исполкома. Арестован в 1939 г. Расстрелян в 1940 г.
,233	Василенко Матвей Иванович (1888—1937), советский военачаль¬
ник, комкор (1935). В Советской армии с 1919. Окончил военное учи-
489

лише (1909), ускоренный курс Академии Генштаба (1917). Участник
Первой мировой войны, штабс-капитан. В Гражданскую войну в июне
1919 г. начальник штаба Особого экспедиционного корпуса Южного
фронта, затем начальник 40-й дивизии. В декабре Д919 — марте 1920
гг. и в июле — сентябре 1920 г. командовал 11-й армией, в апреле —
июле 1920 г. — 9-й армией, в сентябре — ноябре — 14-й армией в пе¬
риод советско-польской войны. После Гражданской войны командо¬
вал 45-й Волынской дивизией, 9-м и 17-м корпусами. Репрессирован и
расстрелян в 1937.
1234	Орджоникидзе Григорий Константинович (1886-1937) — совет¬
ский государственный и партийный деятель. Из дворянской семьи, за¬
кончил фельдшерскую школу в Тифлисе. Член РСДРП(б) с 1903 г. В де¬
кабре 1917 г. назначен Чрезвычайным комиссаром Украины, юга Рос¬
сии и Северного Кавказа, участник установления Советской власти в
Армении и Грузии. В 1922—1926 гг. возглавлял Закавказский крайком
партии, был первым секретарем Северокавказского крайкома ВКП (б),
в 1930 г. председатель ВСНХ СССР, затем нарком тяжелой промышлен¬
ности, член Политбюро ЦК ВКП(б). В 1937 г. покончил жизнь само¬
убийством.
1235	Тухачевский Михаил Николаевич (1893—1937) — советский во¬
енный деятель. Дворянин, участник Первой мировой войны (подпору¬
чик). В июне 1918 — январе 1919 гг. командующий 1-й армией на Вос¬
точном фронте, в январе — марте 1919 г. возглавлял 8-ю армию Южно¬
го фронта, в апреле — ноябре 1919 г. во главе 5-ой армии (против
Колчака), в феврале — апреле 1920 г. командовал Кавказским фронтом,
с апреля 1920 до марта 1921 г. Западным фронтом, в марте 1921 г., уча¬
ствовал в подавлении Кронштадтского мятежа, в мае 1921 командовал
войсками Тамбовского района, позже на командных должностях в
РККА. Маршал СССР (1935). Репрессирован в 1937 г. Расстрелян.
1236	Имеется в виду г. Порт-Петровск (ныне — Махачкала).
1237	Нури-Паша (Nury-Pasa) Кылыгын (1889—1949), турецкий ге¬
нерал. В 1918 году командующий Кавказской мусульманской армией.
31 июля 1918 г. армия Нури-Паши перешла в наступление и 5 августа
вступила в Баку, но была выбита. 15 сентября Нури-Паша вновь занял
Баку, но по Мудросскому перемирию 30 октября 1918 года был вынуж¬
ден эвакуироваться из Азербайджана. В 1919—1920 гг. находился в во¬
енном союзе с Советом Обороны Дагестана, ведомым большевиками.
Однако в конце 1919 г. он организовал нападение на Дагестанский об¬
ком РКП (б) и убил его председателя С.-С. Казбекова. В июле 1920 года
возглавил восстание в Гяндже (Елисаветполе) против советской власти.
490

1238	Левандовский Михаил Карлович (1890—1937). Участник Первой
мировой войны (штабс-капитан). В Красной армии с февраля 1918 г.
С августа 1918 г. нарком по военным делам Терской советской респуб¬
лики, командующий Владикавказско-Грозненской группой войск. В ян¬
варе — феврале 1919 г. командующий 11-й армией, в мае 1919 — марте
1920 г. начальник 33-й стрелковой дивизии. В марте — июле 1920 г.
снова командовал 11-й армией. В июле 1920 — октябре 1921 г. коман¬
довал 9-й армией, Терской и Терско-Дагестанской группами войск,
10-й армией. После Гражданской войны на командных должностях в
Красной армии. Репрессирован. Расстрелян.
1239	Мехоношин Константин Александрович (1889—1938). Партий¬
ный и государственный деятель. Из мещан. Окончил Петербургский
университет. С ноября 1917 г. член Всероссийской коллегии по орга¬
низации и формированию Красной армии. В сентябре 1918 — июле
1919 гг. член РВСР, одновременно в 1918—1920 гг. член РВС Южного,
Каспийско-Кавказского фронтов, 11-й Отдельной армии, Южного
фронта, 11-й армии Юго-Восточного (Кавказского) фронта. После
Гражданской войны на советской и педагогической работе. Репресси¬
рован. Расстрелян.
1240	Воронков В. — начальник оперативного отдела и военный ко¬
миссар штаба 11-й армии.
1241	Имеется в виду начальник Полевого штаба Революционного во¬
енного совета Республики П.П. Лебедев.
1242	В документе имя дано с искажением. Правильно — Чайкин Ва¬
дим. Член ЦК партии эсеров. Член Учредительного собрания от Турке¬
стана. Участник событий в период Бакинской коммуны (апрель — ав¬
густ 1918 г.) Автор книги «К истории русской революции. Казнь 26 ба¬
кинских комиссаров» (1922), написанной с целью оправдания эсеров в
деле выдачи англичанам и расстрела 26-ти бакинских комиссаров. Бес¬
судно расстрелян в Орловской тюрьме 11 сентября 1941 г.
1243	Трифонов Валентин Андреевич (1888—1938), партийный и во¬
енный деятель, коммунист с 1904 г. Из донских казаков. В январе — мае
1918 г. член Всероссийской коллегии по организации РККА, в апреле —
мае чрезвычайный представитель Наркомвоена на Юге по формирова¬
нию частей Красной армии на Украине и в Донбассе, затем на той же
должности на Урале. В октябре 1919 — мае 1921 гг. член РВС Юго-Вос¬
точного (затем — Кавказского) фронта. С 1921 г. на хозяйственной и го¬
сударственной работе. Репрессирован. Расстрелян.
1244	Пугачев Семен Андреевич (1889—1943), военный деятель, ком-
кор (1935). Из дворян. Окончил Алексеевское военное училище (1908)
491

и Академию Генерального штаба (1914). Участник Первой мировой вой¬
ны, капитан. В Красной армии с апреля 1918 г. В 1918—1920 гг. на руково¬
дящих должностях в штабах различных армий и фронтов. С марта 1920 г.
по май 1921 г. начальник штаба Кавказского фронта. Руководил разра¬
боткой оперативных планов по разгрому белых армий на Северном Кав¬
казе. С апреля 1924 г. по февраль 1925 г. командующий Отдельной Кав¬
казской армией. В 1925—1928 гг. зам. нач. Штаба РККА. В 1938 г. арес¬
тован. Приговорен к 15 годам лишения свободы. Умер в тюрьме.
1245	Лебедев Павел Павлович (1872—1933), советский военный дея¬
тель. Из дворян. Окончил Александровское военное училище (1892),
Академию Генерального штаба (1900). Участник Первой мировой вой¬
ны — начальник штаба 3-й армии, генерал-майор. В Красной армии с
1918 г., в 1918—1919 гг. начальник Мобилизационного управления Все-
роглавштаба, начальник штаба (апрель — июль 1919 гг.) и командую¬
щий (июль 1919 г.) Восточным фронтом, начальник Полевого штаба Рес¬
публики и Штаба РККА (1919—1924 гг.), член РВС СССР. Участвовал в
разработке и проведении операций по разгрому войск Колчака, Дени¬
кина и Юденича.
1246	Данилов С.С. — военный комиссар Всероссийского главного
штаба, с мая 1921 г. член Особого совещания при главкоме, с июля 1921 г.
член РВСР и представитель по вопросам военного ведомства в СНК.
1247	Командир таманской кавалерийской бригады 20-й стрелковой
дивизии Н. Благовидов.
1248	Великанов Михаил Дмитриевич (1892—1938), военный деятель,
командарм 2-го ранга (1937). Из крестьян. Участник Первой мировой
войны (подпоручик). В Красной армии с 1918 г. С июля 1918 г. коман¬
дир полка, с декабря — бригады Железной дивизии. В феврале — марте
1919 г. командовал 25-й стрелковой дивизией. В феврале 1920 г. коман¬
дир ударной пехотной группы 1-й Конной армии. В мае 1920 г. началь¬
ник 20-й стрелковой дивизии, руководил подавлением восстания в Гян¬
дже (Азербайджан). В 1921 г. участвовал установлении советской влас¬
ти в Армении и Грузии. В 1930—1933 гг. пом. командующего войсками
Северо-Кавказского военного округа. С дек. 1933 г. командующий вой¬
сками Среднеазиатского военного округа. В 1937 г. репрессирован, в
1938 г. расстрелян.
1249	Ткачев Иван Федорович — с 22 апреля по 9 июня 1920 г. и с
19 июля по 8 августа 1920 г. военный комиссар 20-й стрелковой диви¬
зии. В 1925—1930 гг. командир 46-й стрелковой дивизии. В 1938 г. реп¬
рессирован. Расстрелян.
492

1250	Викторов Иван Павлович — с 27 апреля по 26 мая 1920 г. и с
6 марта по 25 мая 1921 г. начальник штаба 20-й стрелковой дивизии.
Репрессирован в 1938 г. Расстрелян.
1251	Имеются в виду части 2-й стрелковой дивизии, которые на мо¬
мент начала восстания только начали прибывать в Гянджу — новое ме¬
сто дислокации дивизии.
1252	В тексте пропуск.
1253	От руки вставлено: «до основания».
1254	Фраза «самого короткого промежутка времени» вставлена вмес¬
то зачеркнутого «двух дней».
1255	Далее два слова не читаются.
1256	Шевелев Степан Степанович. С 11 мая по 13 ноября 1920 г.
(до дня расформирования) командир Азербайджанской сводной стрел¬
ковой дивизии. Репрессирован в 1937 г.
1257	Командир 2-й стрелковой бригады 20-й стрелковой дивизии.
1258	Одно слово не читается.
1259	Ремезов Александр Кондратьевич (1869— ...) Сын священника.
Окончил духовную семинарию, Казанское пехотное юнкерское учили¬
ще (1889), Академию Генерального штаба (1899). Участник русско-япон¬
ской и Первой мировой войн (командир полка, начальник штаба диви¬
зии, начальник штаба армейского корпуса). Генерал-майор (январь
1915). Добровольно вступил в РККА (1918) и был назначен начальни¬
ком 10-й стрелковой дивизии (до декабря 1918 г.). В январе — июле
1919 г. командовал 7-й армией. С октября 1919 по май 1921 г. начальник
штаба 11-й армии. Включен в списки Генштаба РККА.
1260	Айказян Тархан —командир армянского повстанческого отряда
Казах-Шамшадинского уезда.
1261	ЦК компартии Армении создано 20 сентября 1920 г. До этого
существовала автономная армянская коммунистическая организация
под общим руководством Кавказского бюро ЦК РКП(б).
1262	Правильно — Костанян Г.А. — член ЦК Армянской КП(б).
1263	Маузеристы — армянские ополченцы, сражавшиеся на Кавказ¬
ском фронте Первой мировой войны против турецких войск. В период
Гражданской войны отстаивали независимость Армении от большевис¬
тской России. Были вооружены в основном пистолетами системы «ма¬
узер».
493

1264	Микоян Анастас Иванович (1895—1978), партийный и государ¬
ственный деятель. Член коммунистической партии с 1915 г. Комиссар
3-й бригады Красной армии Бакинского Совета Народных Комиссаров
(весна — лето 1918 г.) С марта 1919 г. — председатель Бакинского Бюро
Кавказского крайкома РКП(б), член крайкома. В дальнейшем на
партийной и государственной работе.
1265	Шевелев Степан Степанович. С 11 мая по 13 ноября 1920 г.
(до дня расформирования) командир Азербайджанской сводной стрел¬
ковой дивизии. Репрессирован в 1937 г.
1266	Полянский Онуфрий Алексеевич. В октябре — ноябре 1920 г.
военный комиссар Азербайджанской сводной стрелковой дивизии.
1267	Кузнецов Федор Спиридонович. С 9 августа по 13 ноября 1920 г.
начальник штаба Азербайджанской сводной стрелковой дивизии.
1268	Фостиков Михаил Архипович (1886—1966) — генерал-лейтенант.
Уроженец с. Баталпашинской. Окончил Ставропольскую гимназию и
Александровское военное училище, ускоренные курсы Академии Гене¬
рального штаба (1917) Участник Первой мировой войны на Кавказском
фронте (полковник). Летом 1918 г. выступил против советской власти,
сформировав 1-й Кубанский казачий полк, вошедший в отряд полков¬
ника Шкуро, а затем — в состав2-й Кубанской казачьей дивизии пол¬
ковника Улагая. В Добровольческой армии дослужился до генерал-лей¬
тенанта. В марте 1920 г. был отрезан от Кубанской армии, отошедшей
на черноморское побережье. С небольшим отрядом отступил на юг в
горные станицы, был тяжело ранен. Летом 1920 г. организовал По¬
встанческую армию из нескольких тысяч казаков Баталпашинского
отдела. В сентябре 1920 г. вытеснен Красной армией в горы. Затем ушел
на черноморское побережье и участвовал в боях за Крым в составе ар¬
мии Врангеля. Умер в Белграде в 1966 г.
1269	Крым-Шамхалов (Крымшамхалов) Магомет-Гирей. Поручик
царской армии. В годы Первой мировой войны служил в Черкесском
конном полку Кавказской туземной конной дивизии. В годы Граждан¬
ской войны полковник Добровольческой армии. В 1920 г. эмигрировал
во Францию.
1270	Жители станицы Каменномостской.
1271	На документе две резолюции. Первая: «Урегулировать вопрос.
Подпись неразборчива». На ней другая: «Службу так нельзя делать, как
делает 32 дивизия. Поднять вопрос о замене рабочими от Азревкома.
27.10 Ремезов».
1272	Тодорский Александр Иванович (1894—1965). Комкор (1935)
Родился в семье священника. Участник Первой мировой войны (капи-
494

тан). С ноября 1917 г. командир 5-го Сибирского армейского корпуса.
После демобилизации из царской армии в апреле 1918 г. редактировал
советские газеты в Тверской губернии. В РККА добровольно с авгус¬
та 1919 г.: помощник начальника штаба 39-й стрелковой дивизии по
оперативной части, командир 2-й бригады 38-й стрелковой дивизии,
1-й бригады 20-й стрелковой дивизии, начальник 32-й стрелковой ди¬
визии. В 1921 — 1923 гг. командир 1-го Кавказского корпуса. Репресси¬
рован в 1938 г., осужден к 15 годам лагерей. Реабилитирован в 1955 г.
1273	Косиора И.В.
1274	В тексте пропуск.
1275	Терско-Дагестанская группа войск создана приказом РВС Кав¬
казского фронта от 25 января 1921 г. В ее состав вошли: части Терской
(Ботлихской) группы под командованием Г. Гусельникова, действо¬
вавшие на территории Чечни (33-я стрелковая дивизия, одна бри¬
гада 9-й стрелковой дивизии, одна бригада 18-й стрелковой дивизии,
батальон 125-го полка внутренней службы, кавалерийский полк, бро-
нсчасти и авиация) и Дагестанская группа под командованием А.И. То-
дорского, действовавшая на территории Дагестана (2-я Московская кур¬
сантская бригада, 14-я стрелковая дивизия, две бригады 32-й стрелко¬
вой дивизии, полк 20-й стрелковой дивизии, бригада 18-й стрелковой
дивизии, бронечасти, авиация). Грппа войск вела боевые действия по
ликвидации восстания в Чечне и Дагестане, после чего 7 марта 1921 г.
была расформирована.
1276	В течение первой половины 1921 г. большинство организато¬
ров восстания были схвачены или уничтожены: были убиты полков¬
ник К. Алиханов с тремя его сыновьями, полковник О. Пиралов. Пору¬
чик Г. Абакаров был схвачен и во время конвоирования бросился с моста
в пропасть. Внук Шамиля Саид-бей вернулся в Турцию. Военный руко¬
водитель восставших полковник Джафаров сам сдался властям. Идейный
вождь восставших имам Нажмуддин Гоцинекий был арестован только в
1925 г. и казнен вместе со всеми членами семьи. (Прим, источника).
1277	Имеется в виду Ревком Грузии. Образован 26 февраля 1921 г., на
следующий день после вступления частей Красной армии в Тифлис.
1278	Жордания Ной Николаевич (1869—1953) лидер грузинских мень¬
шевиков, публицист. Дворянин. Окончил Тифлисскую духовную семи¬
нарию. Депутат 1-й Государственной думы, лидер социал-демократичес¬
кой фракции. После Февральской революции председатель Совета ра¬
бочих депутатов Тифлиса. В 1918—1921 гг. глава правительства
независимой Грузинской республики. С 1921 г. в эмиграции.

1279	Ищенко Яков Андреевич — генерал-майор. В 1941 г. коман¬
дир 138-й горно-стрелковой дивизии. В 1942 г. начальник штаба Зак-
ВО, начальник тыла Закавказского фронта, начальник тыла 46-й армии
(с 27 августа 1942 г.)
1280	Силагадзе Исидор Андреевич — полковник, с 3 июня 1944 г. —
генерал-майор, 4 марта 1942 г. — 8 октября 1942 г. командир 392-й стрел¬
ковой дивизии, 4 июня 1943 г. — 9 мая 1945 г. командир 349-й стрелко¬
вой дивизии.
1281	Сахадзе Константин Александрович — старший батальонный
комиссар, с 8 декабря 1942 г. подполковник, с 11 мая 1944 г. полковник,
в 1941—1942 гг. военный комиссар 392-й стрелковой дивизии, 2 февра¬
ля 1944 г. — 11 мая 1945 г. начальник политотдела 127-й стрелковой ди¬
визии.
1282	Купарадзе Георгий Иванович — полковник, генерал-майор
(осень 1942 г.), командир 402-й (с 10 февраля до 8 октября 1942 г.),
392-й (до 6 декабря 1942 г.) стелковых дивизий, 12-го стрелкового кор¬
пуса (до 9 мая 1945 г.)
1283	Киквадзе Георгий Ильич — в 1942 г. батальонный комиссар,
с 6 марта по 8 июня 1942 г. военный комиссар 406-й стрелковой дивизии.
1284	Гусейнов Али-Нагй-Мамед-Гасан оглы — в 1942 г. полковник,
23 февраля — 9 декабря 1942 г. командир 402-й стрелковой дивизии.
1285	Исмаилов Кязим Гейдор Оглы — полковой комиссар, 4 марта —
7 ноября 1942 г. военный комиссар 402-й стрелковой дивизии.
1286	Зюванов Владимир Павлович (Эйбат Эйбатов) — в 1942 г. пол¬
ковник, генерал-майор, командир 223-й стрелковой дивизии (с 27 фев¬
раля 1942 г. до 30 мая 1943 г.), заместитель командира 416-й стрелковой
дивизии.
1287	Алиев Мамед-Али Абае оглы — полковой комиссар, 20 октября
1941 г. — 20 сентября 1942 г. военный комиссар 223-й стрелковой дивизии.
1288	Кицук Павел Николаевич — полковник, 1 сентября 1941 г. —
25 ноября 1942 г. командир 408-й стрелковой дивизии.
1289	В документе фамилия дана с искажением. Правильно — Амирд-
жанов Сумбат Мекертич, батальонный комиссар, 6 марта — 25 ноября
1942 г. военный комиссар 408-й стрелковой дивизии.
1290	Василян Арташес Аршакович — полковник, 19 августа 1941 г. —
2 февраля 1942 г., командир 409-й стрелковой дивизии, 5 ноября 1942 г. —
10 февраля 1943 г. командир 89-й стрелковой дивизии, 15 июля — 5 нояб¬
ря 1942 г. командир 409-й стрелковой дивизии.
496

1291	Багиров Мир-Джафар (1896—1956) — кандидат в члены Прези¬
диума ЦК КПСС (1953). В 1921—1927 гг. председатель ЧК, затем нар¬
ком внутренних дел Азербайджанской ССР, в 1929—1930 председатель
Азербайджанского ГПУ, в 1932—1933 гг. председатель СНК Азербайд¬
жанской ССР, в 1933—1953 гг. первый секретарь ЦК КП Азербайджа¬
на. В годы войны член Военного совета Закавказского фронта. В марте
1954 г. арестован, в мае 1956 г. расстрелян по приговору военной колле¬
гии Верховного Суда СССР.
1292	Волкович Тимофей Иванович — полковник, с 15 августа 1941 г.
по 22 февраля 1942 г. командир 402-й стрелковой дивизии, 5 июня —
12 ноября 1943 г. командир 261-й стрелковой дивизии.
1293	Столяров Петр Иванович — старший батальонный комиссар,
с 20 декабря 1942 г. подполковник, 14 октября 1941 г. — 4 марта 1942 г.
военный комиссар 402-й стрелковой дивизии, 18 марта 1942 г. — 16 июня
1943 г. заместитель командира 9-й горно-стрелковой дивизии по полит¬
части.
1294	Так в документе. Имеется в виду 28-я западная стрелковая бри¬
гада.
1295	Тюленев Иван Владимирович (1892—1978). Генерал армии
(1940 г.). Герой Советского Союза (21.02.1978). Участник Первой ми¬
ровой (прапорщик, полный Георгиевский кавалер), Гражданской войн,
похода в Западную Украину (1939). С августа 1940 г. командующий вой¬
сками Московского военного округа. В начале войны командующий
войсками Южного фронта, с мая 1942 г. и до конца войны — Закавказс¬
ким фронтом.
1296	Василевский Александр Михайлович (1895—1977), Маршал Со¬
ветского Союза (1943), дважды Герой Советского Союза (1944, 1945).
Участник Первой мировой (штабс-капитан), Гражданской, советско-
польской (1920) войн. В период Великой Отечественной войны замес¬
титель и 1-й заместитель начальника, с июня 1942 начальник Генштаба,
представитель Ставки на различных фронтах 3-м Белорусским фронтом,
затем главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке.
С 1946 начальник Генштаба. В 1949—1953 министр Вооруженных Сил
СССР; в 1953—1956 1-й заместитель министра обороны СССР.
1297	Арутинов (Арутюнов) Григорий Артемьевич (1900—1957), армян¬
ский партийный и государственный деятель. В 1931—1934 гг. заведую¬
щий оргинструкторским отделом ЦК КП(б) Грузии, в 1934—1937 гг. пер¬
вый секретарь Тбилисского горкома КП(б) Грузии, в 1937—1953 гг. пер¬
вый секретарь ЦК КП Армении, в 1941 — 1945 гг. член Военного совета
Закавказского фронта.
497

1298	Чарквиани Кандид Несторович (1907—1994), грузинский
партийный и государственный деятель В 1938 г. третий секретарь ЦК
КП(б) Грузии, в 1938—1952 гг. первый секретарь ЦК КП Грузии, в
1941—1945 гг. член Военного совета Закавказского фронта.
1299	Щаденко Ефим Афанасьевич (1885—1951). Генерал-полков¬
ник (1942 г.) В 1937—1943 гг. заместитель наркома обороны. С авгус¬
та 1941 г. — начальник Главного управления формирования и укомп¬
лектования войск Красной армии. В 1943—1944 гг. — член Военного со¬
вета Южного и 4-го Украинского фронтов.
1300	Рождественский Серафим Евгеньевич (1904 — 1963). Генерал-
лейтенант (1949) В начале войны — начальник штаба 40-го корпуса
ЗакВО. С июля 1941 г. начальник штаба 44-й армии (развернута из
40-го стрелкового корпуса). С 21 января 1942 г. командующий 44-й ар¬
мией Крымского фронта. С июля 1942 г. заместитель начальника штаба
Закавказского фронта, с декабря врид начальника штаба Отдельной
Приморской армии. С января 1944 г. командир 11-го гвардейского
стрелкового корпуса той же армии. С апреля 1944 г. 1-й заместитель на¬
чальника штаба Карельского фронта, с января 1945 г. начальник штаба
9-й гвардейской армии Ставки ВГК.
1301	Дашевский Я.С. — в 1942 г. полковник, с 13 мая 1942 г. — гене¬
рал-майор, командир 333-й стрелковой дивизии (до 27 мая 1942 г.), на¬
чальник штаба 9-й армии (до 14 июля 1942 г.), заместитель начальника
штаба Южного фронта (до 8 августа 1942 г.), начальник штаба Донской
(до 25 августа 1942 г.), Северной (до ноября 1942 г.) групп войск Се¬
веро-Кавказского и Закавказского фронтов, в распоряжении коман¬
дующего войсками Закавказского фронта. В 1944 г. начальник штаба
51-й армии.
1302	Противотанковых орудия.
1303	Мельник Кондрат Семенович (1900—1971). Генерал-лейтенант
(1943 г.). Участник Гражданской войны, а также боев на оз. Хасан в
1938 г. В начале войны командир 53-й отдельной кавалерийской ди¬
визии (с октября 1941 г. — 4-я гвардейская). С марта 1942 г. командир
15-го кавалерийского корпуса Закавказского фронта. С октября 1942 г.
командующий 44-й армии Северной группы войск Закфронта. С нояб¬
ря 1942 г. командующий 58-й армией Закавказского фронта. С ноября
1943 г. заместитель командующего, а с апреля 1944 г. командующий От¬
дельной Приморской армией.
1304	Уранов Владимир Иванович — генерал-лейтенант. В 1942 г. бри¬
гадный комиссар, с октября 1942 г. генерал-майор, с июня 1942 по но¬
ябрь 1943 гг. член Военного совета 44-й армии.
498

1305	Соколов Ю.И. — полковник, начальник штаба 44-й армии
(до 11 ноября 1942 г.)
1306	Берия Лаврентий Павлович (1899—1953), партийный и государ¬
ственный деятель, член ЦК ВКП(б) — КПСС в 1934—1953 гг., член По¬
литбюро (Президиума) ЦК ВКП(б) - КПСС в 1946-1953 гг. С 1931 г.
первый секретарь ЦК КП(б) Грузии и Закавказского крайкома партии.
В 1938—1948 гг. и марте — июне 1953 г. нарком (министр) внутренних
дел СССР, одновременно в 1941—1946 гг. зам. Председателя СНК СССР.
С в марте — июне 1953 г. первый зам. Председателя Совмина СССР.
В августе — сентябре 1942 г. был командирован на Кавказ в качестве пол¬
номочного представителя ГКО. Маршал Советского Союза (1945), Ге¬
неральный комиссар государственной безопасности (1941 г.). 26 июня
1953 г. снят с постов и арестован. 23 декабря 1953 г. специальным су¬
дебным присутствием Верховного суда СССР приговорен к расстрелу и
в тот же день расстрелян.
1307	Масленников Иван Иванович (1900—1954). Генерал армии
(1944). Герой Советского Союза (8.9.1945). Заместитель наркома внут¬
ренних дел СССР по войскам. В 1941—1942 гг. командующий 39-й ар¬
мией Западного и Калининского фронтов. В августе 1942 г. назначен
командующим войсками Северной группы войск Закавказского фрон¬
та. 24 января 1943 г. назначен командующим преобразованного из Се¬
верной группы войск Северо-Кавказского фронта. С апреля 1944 г. и до
конца войны командовал 3-м Прибалтийским фронтом. В 1954 г. покон¬
чил жизнь самоубийством.
1308	Курашвили Георгий Гаврилович — полковник, командир
242-й горно-стрелковой дивизии (с 31 августа 1942 г. до 17 апреля 1943),
414-й стрелковой дивизии (с 20 июня 1943 г. до 6 января 1944 г.)
1309	Имеется ввиду 37-я армия.
1310	Хоменко Василий Афанасьевич (1899—1943). Генерал-лейтенант
(1943 г.). В начале войны заместитель командующего войсками КОВО
по охране тыла. С 12 июля 1941 г. командующий 30-й армией. С 24 ав¬
густа 1942 г. командующий формировавшейся 58-й армией Закавказс¬
кого фронта. С 21 ноября 1942 г. назначен командующим 44-й армией
Северной группы войск Закавказского, а с 24 января 1943 г. — Севе¬
ро-Кавказского фронтов. С 6 февраля армия входила в состав Юж¬
ного (с 20 октября 1943 г. — 4-го Украинского) фронта. 9 ноября 1943 г.
во время рекогносцировки попал в расположение противника и погиб.
1311	Так в документе.
13,2	Селиванов А.Г. — полковник, генерал-майор (1942), командир
23-й кавалерийской дивизии (до 15 мая 1942 г.), заместитель начальни-

ка штаба Закавказского фронта (до 15 июля 1942 г.), командующего
44-й, 9-й армиями, командир 5-го гвардейского кавалерийского корпуса
(с 19 ноября 1942 г.), командир подвижной группы Южного фронта (1943)
1313	Титов — в 1942 г. полковник, командир 52 танковой бригады.
14 декабря возглавил созданную приказом генерала И.И.Масленнико¬
ва танковую группу общей численностью 108 танков и 22 бронемаши¬
ны. Сосредоточение группа закончила только 22 декабря и активно¬
го участия в прорыве вражеской обороны так и не приняла. В январе
1943 г. танковая группа Титова принимала участие в преследовании от¬
ступавшего противника.
13,4	Кашкин А.М. — полковник, командир 242-й горно-стрелковой
дивизии (с 3 января до 30 августа 1942 г.), начальник штаба 44-й армии
(с конца ноября 1942 г. до 3 января 1943 г.), командир 77-й стрелковой
дивизии (с 19 января до 19 февраля 1943 г.).
1315	Отточие источника.
1316	Науменко Николай Федорович (1901—1967), советский военный
деятель, генерал-полковник авиации (1944). Участник Гражданской вой¬
ны. С мая 1941 г. командующий ВВС Орловского военного округа. За¬
меститель командующего и командующий ВВС Западного фронта
(1941—1942), заместитель командующего и командующий 4-й воздуш¬
ной армией Северо-Кавказского фронта (1942—1943), командующий 15-
й воздушной армией (1943—1945).
1317	Замерцев Иван Терентьевич, генерал-майор. С 10 июля 1941 по
30 июня 1942 г. командир 255-й стрелковой дивизии. С 13 августа до
11 сентября 1942 г. командир 10-го гвардейского, 9-го (с 13 октября
1942 г. до 2 февраля 1943 г.), 11 -го (с 22 февраля 1943 г. до 8 августа 1944 г.)
стрелковых корпусов.
1318	Чичинадзе Виктор Михайлович — род. В 1913 г. в г. Баку, капи¬
тан Красной армии. Семья на начало войны проживала в Приморском
крае. Кандидат в члены ВКП(б) с 1932 г. Исключен из комсомола и
партии за недисциплинированность. В РККА поступил добровольно в
1929 г. В период войны занимал должность начальника 1 отдела штаба
32-й стрелковой дивизии. В плен попал 14 октября 1941 г. на ст. Боро¬
дино, будучи в батальоне, окруженном немецкими танками. До марта
1942 г. находился в лагере военнопленных, несколько раз предприни¬
мал попытки к бегству. В апреле 1942 г. зачислен в Грузинский легион.
Дальнейшую судьбу выяснить не удалось.
1319	Провалов Константин Иванович (1908—1981) — генерал-полков¬
ник (1962), Герой Советского Союза (25 октября 1938 г.) В Советской
500

армии с 1928 г. Участник боев у оз. Хасан в 1938 г., командир полка,
дважды ранен. На фронтах Великой Отечественной войны командовал
383-й стрелковой дивизией (с 11 апреля 1942 г. до 24 марта 1943 г.), за¬
тем — 22-м стрелковым корпусом. После войны командовал армией, с
1962 г. — Южной группой войск.
1320	Так в тексте.
1321	Начальник 1-го (оперативного) отдела штаба.
1322	На тот момент — полковник Гладков Василий Федорович. Ко¬
мандовал дивизией до 18 января 1943 г. С сентября 1943 г. до конца вой¬
ны командовал 318-й горно-стрелковой дивизией. С 3 июня 1944 г. —
генерал-майор.
1323	Л.М.Кагановичем.
1324	Каганович Лазарь Моисеевич (1883—1991) — член Политбюро
(Президиума) ЦК ВКП(б) - КПСС в 1930-1957 гг., в 1925-1928 гг. ге¬
неральный секретарь ЦК КП(б) Украины, в 1930—1935 гг. первый сек¬
ретарь Московского горкома ВКП(б), в 1935—1944 гг. занимал должнос¬
ти наркома путей сообщения, тяжелой и топливной промышленности, с
февраля 1942 г. до конца войны член ГКО, с июля по ноябрь 1942 г. член
Военного совета Северо-Кавказского фронта (после упразднения
фронта — Черноморской группы войск Закавказского фронта), с ноября
1942 г. по февраль 1943 г. член Военного совета Закавказского фронта.
В 1957 г. снят с государственных постов, в 1961 г. исключен из КПСС.
1325	Выделено в источнике.
1326	Хачатурян Арутюн Степанович — батальонный комиссар, с 11 ян¬
варя 1943 г. подполковник. 6 декабря 1942 г. — 15 марта 1943 г. началь¬
ник политотдела 409-й стрелковой дивизии.
1327	Варданян Липарит Сербович — батальонный комиссар, с 9 но¬
ября 1942 г. майор, 20 апреля — 7 ноября 1942 г. начальник политотдела
409-й стрелковой дивизии, 7 ноября 1942 г. — 16 июня 1943 г. началь¬
ник политотдела 89-й стрелковой дивизии
1328	Так в тексте.
1329	Приказы НКО № 306 и 325, изданные осенью 1942 г., на основе
опыта войны перестраивали тактику общевойскового боя и взаимодей¬
ствия пехоты с танками.
1330	Кадыров Кязум Лятиф оглы — батальонный комиссар, с 9 нояб¬
ря 1942 г. майор, 22 сентября 1942 г. — 11 марта 1943 г. начальник поли¬
тотдела 223-й стрелковой дивизии, 11 марта — 16 июня заместитель ко¬
мандира 223-й стрелковой дивизии по политчасти.
501

1331	дата установлена по содержанию документа.
1332	Щербаков Александр Сергеевич (1901—1945). Советский партий¬
ный, государственный и военный деятель, генерал-полковник (1943).
Участник Гражданской войны. В межвоенный перирд на партийной ра¬
боте в Нижегородской губернии. В 1932—1936 гг. в аппарате ЦК ВКП(б).
С октября 1938 г. секретарь Московского горкома ВКП(б). С июня 1942 г.
до конца войны начальник Главного политуправления РККА, замести¬
тель наркома обороны.
1333	Так в документе. Имеются в виду казахи.
1334	Брежнев Леонид Ильич (1906—1982). Партийный, военный и
государственный деятель. В годы войны бригадный комиссар (с нояб¬
ря 1942 г. — полковник), генерал-майор (1944). Начальник политотдела
18-й армии, заместитель начальника Политуправления Черноморской
группы войск Закавказского фронта. Впоследствии — Генеральный сек¬
ретарь ЦК КПСС.
1335	Военных комиссариатов
1336	Курдюмов Владимир Николаевич (1895—1970). Генерал-лейте¬
нант (1940). Участник Первой мировой (поручик), Гражданской, совет¬
ско-финляндской войн. С августа по ноябрь 1941 г. начальник тыла —
заместитель командующего войсками Западного фронта по тылу.
С ноября 1941 г. по август 1942 г. командующий войсками Южно-Ураль¬
ского военного округа, командующий войсками Северо-Кавказского во¬
енного округа. В августе — декабре 1942 г. заместитель командующего
войсками Закавказского фронта по формированию и укомплектованию
войск. В декабре 1942 г. — апреле 1945 г. заместитель командующего,
затем командующий Северо-Кавказским военным округом и Сибирс¬
ким военным округом.
1337	Ефимов Павел Иванович — генерал-полковник (1959). В 1942 г.
бригадный комиссар, с 6 декабря 1942 г. — генерал-майор, член Воен¬
ного совета ЗакВО (до 1 мая 1942 г.), Закавказского фронта (до конца
войны).
1338	Так в тексте
1339	На документе 2 резолюции: первая принадлежит генерал-лей¬
тенанту Курдюмову: «Товарищу] Кныш[у]. Вербовка добровольцев в
Дагестане проходит гораздо лучше, чем в Чеч[ено]-Инг[ушской] респуб¬
лике, как видно, [Дагестанский] обком подошел по-серьезному к этому
вопросу. При отчетном докладе об этом нужно отметить. Дайте указа¬
ние: 1) куда направлять добровольцев; 2) [Добровольцев] со средним и
высшим образованием нужно послать в училища. Если мы не можем
502

разрешить сами, то [нужно] срочно запросить Москву. Курдюмов (под¬
пись). 18.2.». Ниже резолюция заместителя начальника штаба Упрафор-
ма Закфронта майора Кныша: «т. Толстолетову. 1. Даг[агестанскому] ВК
дан наряд на отбор 1500 кавалеристов. 2. Срочно: запрос Москве об ис¬
пользовании лиц с высшим и средним образованием. 19.2. (Подпись)».
1340	Алиев Азиз Мамед Керимович — второй секретарь ЦК ВКП(б)
Азербайджана, с сентября 1942 г. — первый секретарь Дагестанского
обкома ВКП(б).
1341	Речь идет о декабрьском 1942 г. наступлении войск 44-й армии,
в состав которой входила 416-я стрелковая дивизия.
1342	Реакцией М.Д. Багирова на обращение подполковника Кафа-
рова стало письмо на имя командующего войсками Северо-Кавказско¬
го фронта. До сведения последнего доводилась информация «возвращав¬
шихся с Северного Кавказа партийных и советских работников», обра¬
щавших внимание на скопление в глубоком тылу фронта, в населенных
пунктах «огромного количества» советских бойцов и командиров, по раз¬
ным причинам отставших от своих частей и представлявших потенци¬
альную угрозу правопорядку. Кроме того, «эти люди могут и должны
нести службу в рядах Красной армии». Багиров призывал немедленно
«собрать» и «профильтровать» этих людей и затем направить их в армию.
Копия письма подполковника Кафарова прилагалась в этом послании
как «подтверждение» изложенных им фактов (ЦАМО. Ф. 224. Оп. 926.
Д. 15. Л. 76—77). Вскоре Кафаров был арестован и предан суду Военно¬
го трибунала. На следствии он утверждал, что Багиров неофициально
одобрил создание «интернациональной бригады». По данным Управ-
форма Закавказского фронта подполковник Г.К. Кафаров был расстре¬
лян (Там же. Ф. 209. Оп. 999. Д. 407. Л. 239-239 об.)

СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ	3
ГЛАВА 1. «ДИКИЕ» ВСАДНИКИ
НА РУССКОЙ СЛУЖБЕ (XIX В.-1917 г.)	19
ГЛАВА 2.1918 г.: «ВООРУЖЕННЫЙ НАРОД»
И «МЕСТНЫЕ КРАСНЫЕ АРМИИ»	44
ГЛАВА 3. ГОРСКИЕ ПАРТИЗАНЫ МЕЖДУ
БОЛЬШЕВИКАМИ И ДОБРОВОЛЬЦАМИ	58
ГЛАВА 4. ВОЙСКА БАКИНСКОЙ КОММУНЫ:
СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ БОРЬБА
НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКИМИ СРЕДСТВАМИ	85
ГЛАВА 5. СОВЕТСКАЯ АРМИЯ
И ЕЕ ЗАКАВКАЗСКИЕ КОПИИ (1920-1921)	 107
ГЛАВА 6. «ИСТОЧНИК ДОПОЛНИТЕЛЬНОЙ МОЩИ
КРАСНОЙ АРМИИ» (1930-е гг.)	127
ГЛАВА 7. ЛЮДСКИЕ РЕСУРСЫ КАВКАЗА
В НАЧАЛЬНЫЙ ПЕРИОД
ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ	150
ГЛАВА 8. «ГОРЦЕВ В АРМИЮ НЕ ПРИЗЫВАТЬ...»:
СЕВЕРНЫЙ КАВКАЗ В 1942-1943 гг	158
ГЛАВА 9. ОСТАНОВКА МОБИЛИЗАЦИИ
И ПРИЗЫВА ЗАКАВКАЗСКИХ НАРОДОВ
ОСЕНЬЮ 1943 г	184
504

ГЛАВА 10. ПРОБЛЕМЫ ВОЕННОГО СТРОИТЕЛЬСТВА
НА КАВКАЗЕ В НАЧАЛЕ ВОЙНЫ	194
ГЛАВА 11. КАВКАЗСКИЕ НАЦИОНАЛЬНЫЕ ДИВИЗИИ
В ФОКУСЕ ПОЛИТИКИ (1942 г.)	216
ГЛАВА 12. ПОСЛЕ КОРЕННОГО ПЕРЕЛОМА:
КОНСТРУИРОВАНИЕ «СЛАВНОГО ПУТИ»	247
ГЛАВА 13. РУССКИЙ ПАТРИОТИЗМ
И НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС	261
ГЛАВА 14. КАВКАЗСКИЕ ВОИНЫ
НА ИДЕОЛОГИЧЕСКОМ ФРОНТЕ	278
ЗАКЛЮЧЕНИЕ	304
ПРИЛОЖЕНИЯ	311
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА	406
ПРИМЕЧАНИЯ	434

Научно-популярное издание
Военные тайны XXвека
Безугольный Алексей Юрьевич
НАРОДЫ КАВКАЗА И КРАСНАЯ АРМИЯ
1918—1945 годы
Генеральный директор Л.Л. Палько
Ответственный за выпуск В.П. Еленский
Главный редактор С.Н. Дмитриев
Корректор Е.Ю, Таскон
Дизайн обложки Д.В. Грушин
Верстка И.М. Сорокина
ООО «Издательство «Вече 2000»
ЗАО «Издательство «Вече»
ООО «Издательский дом «Вече»
129348, Москва, ул. Красной Сосны, 24.
Гигиенический сертификат
№ 77.99.02.953.Д.008287.12.05 от 08.12.2005 г.
E-mail: veche@veche.ru
http://www.veche.ru
Подписано в печать 16.01.2007. Формат 84x108 V32.
Гарнитура «Таймс». Печать офсетная. Бумага офсетная.
Печ. л. 16. Тираж 3 000 экз. Заказ № 4998
Огпечатано с предоставленных диапозитивов
в ОАО “Тульская типография”.
300600, г. Тула, пр. Ленина,!09.

ИЗДАТЕЛЬСТВО «ВЕЧЕ»
129348, г. Москва, ул. Красной Сосны, 24.
Тел.: (495) 188-88-02, (495) 188-16-50, (495) 188-65-10.
Тел./факс: (495) 188-89-59, (495) 182-60-47
Интернет/ Home page: www.veche.ru
Электронная почта (E-mail): veche@veche.ru
По вопросу размещения рекламы в книгах
обращаться в рекламный отдел издательства «Вече».
Тел.: (495) 188-66-03.
E-mail: reklama@veche.ru
ВНИМАНИЮ ОПТОВЫХ ПОКУПАТЕЛЕЙ!
Книги издательства «Вече» вы можете приобрести в издательстве
и в наших филиалах по адресам:
ООО «Вече-НН»:
г. Нижний Новгород, пр. Гагарина, 50.
Тел.: (8312) 64-93-67, (8312) 64-97-18
ОАО «Новосибирсккнига»:
г. Новосибирск, ул. Коммунистическая, д. 1.
Тел.: (3832) 10-24-95, (3832) 10-39-67.
E-mail: sales@nknigaru
ООО «Вече-Казань»:
г. Казань, ул. Дементьева, д. 2в.
Тел./факс: (843) 571-33-07.
E-mail: veche-kaz@nm.ru
ООО «Вече-Украина»:
г. Киев, пр. 50-летия Октября, д. 26, а/я 84.
Тел.: (38-044) 537-29-20,(38-044) 407-22-75.
E-mail: ariy@optimacom.ua
Всегда в ассортименте новинки издательства «Вече»
в московских книжных магазинах:
ТД «Библио-Глобус», ТД «Москва», ТД «Молодая гвардия»,
«Московский Дом книги», «Новый книжный».
Книги издательства «Вече» в Интернете
Интернет-магазин «Лабиринт»: http://labirint-shop.ru/

ЗЕМЛЯ НЕПОЗНАННАЯ
веч!
ПЯТЬ КНИЖНЫХ СЕРИЙ
МЕГАПРОЕКТ - TERRA INCOGNITA |
ТЕРНИСТЫМИ
путями
ТИГАНОВ

ПИШЕШЬ РЕФЕРАТ?
СДАЕШЬ ЭКЗАМЕНЫ?
«100 великих» помогут на все 100!
•	100 томов в серии
•	Энциклопедическая полнота
•	Отечественные и зарубежные авторы
‘-ДСЛ АИ КОЛЛРКШГЯ
100-
ВЕЛИКИХ
мифов
и легенд
Лучшие книги серии изданы в подарочном
исполнении в серии
Золотая коллекция
«100 великих»
•	Цветные иллюстрации на мелованной
бумаге
•	Оригинальное оформление

УЖАСНЫЙ ВЕК,
ОТВАЖНЫЕ СЕРДЦА
СЕРИЯ КНИГ
документов
Уникальные фотографии

•	Анализ всех военных конфликтов
от времен Древней Руси до крушения
Российской империи
•	Стратегия и тактика
•	Личности выдающихся
военачальников
•	Военные хитрости
•	Неизвестные подробности сражений

ЛЕГЕНДАРНЫЕ КНИГИ
О ЛЕГЕНДАРНЫХ
ВРЕМЕНАХ
Все романы
Валентина ПИКУЛЯ

В период Гражданской войны советская власть всеми силами стара¬
лась привлечь на свою сторону горцев Северного Кавказа и предста¬
вителей закавказских народов; в массовом порядке их принимали в
ряды Красной армии. Большевистское руководство ожидало от жите¬
лей бывших имперских окраин высокой революционной активности.
Свертывание национального военного строительства в конце 1930-х
годов сопровождалось становлением идеологии осажденного лагеря
и консолидацией народов СССР вокруг «старшего брата» — русского
народа. Эксперименты по возрождению кавказских формирований
в начале Великой Отечественной войны окончились деградацией
многих из них как национальных и приостановками обязательных
призывов и мобилизаций уже в 1942—1943 годах. В дальнейшем
фронтовая обстановка в значительной мере нивелировала нацио¬
нальные формирования, оставляя их уникальность только в сфере
века