/
Author: Финкельштейн И.
Tags: археология история народов древний и античный мир археологические раскопки история израиля материальная культура
ISBN: 965-221-007-2
Year: 1988
Text
ИЗРАИЛЬ ФИНКЕЛЬШТЕЙН
АРХЕОЛОГИЯ
ИЗРАИЛЬСКОГО
ПОСЕЛЕНИЯ
V
A
D
IM
K
Родившийся в Тель-Авиве в 1949 году, Исраэль
Финкельштейн изучал археологию в Тель-Авивском
университете, где он защитил докторскую диссертацию под
названием « Раскопки Ишет Шарца и израильское поселение
в Нагорной стране» (1983, с отличием). Финкельштейн —
старший преподаватель кафедры исследований Земли
Израиля в Университете Бар-Илан. В 1983/84 годах он был
членом Института перспективных исследований Еврейского
университета в Иерусалиме, а в 1987 году он был
приглашенным профессором в Восточном институте
Чикагского университета.
Финкельштейн был полевым директором раскопок Ишет
Шарца (1976-1978), содиректором раскопок Тель Ира
(1979-1980) и директором обследований на Синае
(1976-1978) и раскопок в Хирбет эд-Давара (1985-86). В
течение последних восьми лет Финкельштейн занимается
региональным проектом Земля Эфраима, который включает
в себя комплексное археологическое обследование и
экспедицию Шило (1981-1984)
АРХЕОЛОГИЯ
ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
ИЗРАИЛЬ ФИНКЕЛЬШТЕЙН
IM
K
АРХЕОЛОГИЯ
ИЗРАИЛЬСКОГО
ПОСЕЛЕНИЯ
ПЕРЕВОД
VADIMK
V
A
D
Сообщество ДРЕВНОСТИ СРЕДИЗЕМНОМОРЬЯ:
ПЕРЕВОДЫ. Новейшие исследования по истории и археологии
Древнего мира на русском! https://vk.com/club225390631
САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, 2025
ИЗРАИЛЬСКОЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЕ ОБЩЕСТВО
ИЕРУСАЛИМ 1988
© Copyright 1988 Израильское исследовательское общество
Книга не может быть воспроизведена полностью или частично в какой-либо форме (за
исключением рецензентов) без письменного разрешения издателя.
Переводчик 1). Saltz
Макет и обложка — А. Пладот
Тарелки — Тафсар Иерусалим
НАПЕЧАТАНО В ИЗРАИЛЕ
BY BEN-ZVI PRINTING ENTERPRISES, LTD
ISBN 965-221-007-2
ОПУБЛИКОВАНО ПРИ СОДЕЙСТВИИ ФОНДА DOROT, НЬЮ-ЙОРК
Оглавление
Список рисунков и иллюстраций
Глава 1: Введение и история исследований
9
15
V
A
D
IM
K
ЧАСТЬ I: РЕЗУЛЬТАТЫ РАСКОПОК И ОБСЛЕДОВАНИЙ
Глава 2: Характеристики израильских поселений
Глава 3: Региональный обзор археологических данных
Долина Беэр-Шевы
Иудейские Холмы
Иудейская пустыня
Шефела
Вениамин
Ефрем
Манассия
Шарон
Изреельская долина
Нижняя Галилея
Западная Галилея
Верхняя Галилея и долина Хуле
Иорданская долина
Трансиорданское плато
ЧАСТЬ II: РЕГИОНАЛЬНОЕ ИЗУЧЕНИЕ ТЕРРИТОРИИ
ЕФРАИМ
Глава 4: Осмотр территории Ефремовой
Географическое положение
Демография и натуральное хозяйство 139 участков
Керамика
Схема расселения периода I железного века
Глава 5: Раскопки в Шило: Предварительный отчет
Местоположение и идентификация
Датские раскопки
Новые раскопки
Средний бронзовый период
Поздний бронзовый период
Железо I период
Железный II период
25
27
34
37
47
53
53
56
65
80
91
92
94
97
97
110
112
119
121
125
129
177
185
205
206
207
211
212
218
220
228
Силом (Шило) в период израильского поселения и
Судей: предварительные выводы
228
ЧАСТЬ III: МАТЕРИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА
Глава 6: Ранняя израильская архитектура
Эллиптические памятники: переход к оседлости
Участки с периферийным поясом столбовых зданий
О происхождении столбовых четырехкомнатных домов
Влияние архитектуры холмистой местности I железного века на
строительство во времена монархии
Вопрос о фортификациях
Силосы
Глава 7: Керамика I железного века в Центральной горной стране
Обзор
Банки для хранения с горлышком
Ручки с насечками и отверстиями
Сосуды, украшенные рельефными фигурами
235
237
238
250
254
ЧАСТЬ IV: ПРОЦЕСС РАССЕЛЕНИЯ ИЗРАИЛЬТЯН
Глава 8: Археологические свидетельства и научные школы
Единая теория военного завоевания
Теория мирного проникновения
Социологическая школа
Глава 9: Хронологические проблемы расселения израильтян
Археологические данные, датирующие начало процесса
Относительная хронология поселений израильтян
Глава 10: Масштабы израильского поселения
Расширение израильского населения в Ханаане
Численность израильского населения в Железном веке I
Глава 11: Природа израильского поселения
Происхождение израильтян
Способ поселения израильтян
Глава 12: Резюме
Ссылки
Указатель
293
295
295
302
306
315
315
322
324
324
330
336
336
348
452
358
373
259
260
264
270
270
275
285
287
Список рисунков и иллюстраций
36.
37.
K
IM
D
26.
27.
28.
29.
30а
31.
32.
33.
34.
35.
A
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10.
11.
12.
13.
14.
15.
16.
17.
18.
19.
20.
21.
22.
23.
24.
25.
Избет Шарцах и другие памятники I железного века на западных склонах
Эфраимской горной страны, недалеко от Афека
Основные раскопанные поселения
Тель-Эсдар — план поселения слоя III
Беэр-Шева — план поселения VII слоя
Тель-Масос — керамика из слоя III
Тель-Масос — реконструкция поселения слоя II
Тель-Масос — керамика из слоя II
Гилох — генеральный план участка
Керамика из Гилоха
Памятники позднего бронзового и железного веков в Иудейских горах
Железная керамика I из Телль -эль-Фюля
Телль-эн-Нашбех — генеральный план
Х. эд-Давара — вид с воздуха до раскопок
Памятники эпохи железного века I в Вениамине
Кх. Раддана — многоручный кратер, украшенный головами быков
Ай - Останки железа I, раскопки Марке-Краузе
Ай — культовая стойка Железо I
Цбет Шарцах — вид сверху
Избет Шарцах — сосуды для хранения из слоя III
Избет Шарцах — керамика из слоя III
Избет Шарцах — схематический план слоя II
Избет Шарцах — четырехкомнатный дом после реконструкции
Избет Шарцах — протоханаанский остракон
Гора Эбаль — генеральный план и план центрального сооружения
Гора Эбал — реконструкция места по Зерталу, культовое сооружение с алтарем в
центре
Фигурка с «Бычьего городища» в Самарии
Дотан — многоручный кратер, украшенный головами животных.
Памятники позднего бронзового и железного века 1 в Галилее
Хацор — бронзовая статуэтка божества из XI слоя.
Хацор — керамика из слоя XII
Dan — группа сосудов из силоса Stratum VI
Керамика из Тель-Харашима
Кернос из Сасы
Железный топор из Хар Адира
Памятники позднего бронзового века, железного века I и железного века II из обзора
Гилеад Миттмана, объединенные с памятниками «железного века I -II» Глюка
Территория Ефраима — обследованные территории
Типичный ландшафт северной части центрального хребта — долина деревни
Кабалан
V
1.
32
35
38
40
42
43
44
49
51
52
58
62
64
66
68
70
71
75
76
77
78
79
79
83
84
86
87
95
99
100
102
103
104
105
115
123
127
38. Типичный ландшафт южных склонов, к югу от Сальфита
39. Соотношение площадей выращивания зерновых и оливковых культур, а также
относительное количество овец и коз в различных топографических единицах
40. территории
Территория Ефремовой
Ефрема — зерновые и оливковые плантации (1945)
41. Х. Янун
42. Х.Ихн Насир
43. Х. Тана эль-Фаука
44. Х. Търма
45. Скажи Абу Зарад
46. Телл на вершине подъема Левоны
47. Х. эт- упал
48. Кх. эш Шаджара.
49. Х. Банат Б.ирр
50. Х. Тарафейн
51. Деревня Дейр-Аммар
52. Х. эш Шуна
53. Территория Ефрема — типы керамики I железного века
54. Территория Ефрема — памятники I железного века
55. Территория Ефрема — деление на ранние и поздние памятники I железного века
56. Территория Ефрема — распределение памятников I железного века по их размерам
57. Связь между памятниками I века на территории Ефрема и постоянными
источники воды
58. Памятники эпохи средней бронзы II и железа I в окрестностях Шилоа
59. Расположение Шило
60. Тель-Шило, вид на запад
61. Генеральный план Шилоа с датскими и недавними раскопками
62. Шило, датская экспедиция в западном секторе 1929 г. — банки с
воротником-ободком 111, печень разрушения
63. Шило — вид с воздуха на юг
64 Шило — разрез через гласис среднего бронзового века IIC в районе D
65. Шило, зона F — крепостная стена среднего бронзового века IIC и прилегающий
ряд комнат
66. Шило — схематическое изометрическое сечение, показывающее различные
элементы средней бронзы на северной окраине памятника.
67. Шило, область D — кувшин позднего бронзового века с костями и пеплом.
68. Шило, зона D — этаж I эпохи железа, примыкающий к крепостной стене эпохи
средней бронзы
69. Шило, район C — схематический план построек I железного века
70. Шило, район C — изометрическая реконструкция зданий I железного века
71. Шило, Arc .1C — вид сверху
72. Шило, Зона C — кувшины с воротником в южной части здания 335
73. Шило, Зона C — сборка сосудов с южной стороны здания 335, после реставрации
129
135
137
142
146
148
149
152
156
159
165
167
171
172
173
178
187
189
191
196
201
207
208
209
210
211
214
215
217
219
221
222
223
224
224
225
74.
Шило, Зона C — обугленный изюм с северной стороны блока Budding 335
75. Шило, зона C — фрагменты культовой стойки с накладным декором,
изображающим леопарда, нападающего на оленя (из остатков I железного века)
76. *Избет Шарцах — схематический план пласта Ильф
77. Двор железного века в Иудейской пустыне
78. Дворовые комплексы железного века в горах Негев
226
227
239
240
241
Беэр-Шева, слой VII — изометрическая реконструкция
Палаточный лагерь в Трансиордании, фотография опубликована Musil
Палаточный лагерь в Иудейской пустыне
Рамат Матред — Структура А
Палатка и загон в Самарии
Места нагорья Негев — Рефед и Хатира
Ай — деревня Железный I, раскопки Марке-Краузе
Х. эд Давара — схематический план остатков после первого сезона раскопок
87.
88.
89.
90.
91.
92.
93.
94.
95.
96
97.
98.
99.
100.
101.
Рамат .Матред — Здания B и C
Беэр-Шева — план слоя II
фебет Шарца — бункеры Stratum II
Избет Шарцах — керамика слоя II
Кувшины с воротником в Шило (зона C)
Типы кувшинов с воротником в Ай по Каллауэю
Шило — венчики кувшинов с воротником, украшенные отпечатками тростника.
Сахаб — венчики кувшинов с воротником, украшенные оттисками печатей
Шило — ободок кувшина с воротником, украшенный оттисками
Шило — группа кувшинов IIC эпохи средней бронзы
Проколотые ручки от Shiloh
Шило — ручка с вырезанным схематическим изображением
Телль-эн-Нашбех — черепок с накладным рельефом животного
Бетель — ручка украшена рельефным изображением человеческого лица.
K
79.
80.
81.
82.
83.
84.
85.
86.
V
A
D
IM
Шило — ободок горшка с головой львицы(?) и ручка с головой барана.
102. Цбет Шарцах, слой III — фрагмент кратера, украшенный накладным рельефом,
изображающим голову рогатого животного.
103. Надпись Кх. Раддана
104. Скарабей Тель - Масоса
105. Избет Шарцах Stratum III — микенский черепок
106. Карта израильского поселения — ранние этапы
107. Карта поселений израильтян — конец XI в. до н.э.
243
246
246
248
249
251
253
254
256
259
265
273
275
277
278
279
280
284
286
287
288
289
290
290
318
318
319
325
329
БЛАГОДАРНОСТИ
Большая часть этой книги изначально задумывалась как докторская диссертация,
которую я написал в Тель-Авивском университете — Раскопки Цбет Шарца и
израильское поселение в Нагорной стране (1983) под руководством профессора Моше
Кохави, чья помощь и поддержка оказали большую помощь. Это переработанная и
обновленная версия еврейской книги, опубликованной в 1986 году издательством
Hakibbutz Hameuchad Publishing House и Israel Exploration Society.
Я хотел бы поблагодарить следующих лиц и организации, которые помогали мне
на разных этапах моей полевой работы и в подготовке этой книги:
Университету Бар-Илан, под эгидой которого я проводил полевые исследования,
особенно профессору Йехуде Феликсу, председателю кафедры исследований
Земли Израиля, который оказал большую помощь в организации раскопок в Шило
и обследовании Земли Эфраима, а также помощнику председателя Арье Арзи,
который оказывал всестороннюю помощь в проведении исследований.
Институту перспективных исследований Еврейского университета в Иерусалиме,
где рукопись была подготовлена к публикации в 1983/4. В течение того года я
принимал участие в учебной группе, которая обсуждала «Основные проблемы
истории Израиля в библейские времена в свете исторических и археологических
исследований». Я хотел бы выразить свою благодарность тем, кто принимал участие
в семинарах и полевых поездках: покойному профессору Игаэлю Ядину,
профессору Аврааму Маламату, профессору Пинхасу Арци, профессору Баруху
Хальперну, профессору Зигфриду Херрманну, доктору Амихаю Мазару, доктору
Алану Милларду, профессору Лоуренсу Стагеру и профессору Анри Казеллесу —
все они внесли свой вклад в мои взгляды на процесс поселения. Сотрудники
Института также были чрезвычайно полезны во всех отношениях.
Национальному совету по исследованиям и развитию, который помогал
региональному проекту «Земля Эфраима» в 1983–1986 годах; Мемориальному
фонду еврейской культуры в Нью-Йорке; Археологическому штабу в Иудее и
Самарии; Яду Ицхаку Бен-Цви и кафедре изучения Земли Израиля им. Черны и д-ра
Эрвинга Московица в Университете Бар-Илан, которые поддержали исследование.
13
Фонду Дорот, Нью-Йорк, без помощи которого эта книга не могла бы быть
опубликована, и доктору Даниэлле Сальц, которая перевела рукопись.
Команде, которая участвовала в работе над исследованием Шило и Земли Эфраима,
в частности Пнине Бен Ханании, Шломо Бунимовицу, Амалии Кац нельсон, Цви
Ледерману и Шмуэлю Йосефу. Особая благодарность Джудит Декель, Бернардине
Латтингер и Оре Паран, которые подготовили многие иллюстрации, а также Моше
Вайнбергу и Йораму Вайнбергу, которые сделали несколько фотографий.
Моим коллегам Цви Галу, Адаму Зерталу, Ави Оферу и Рафаэлю Франкелю,
которые предоставили мне ценную информацию о своих исследованиях, а также
моему другу Вениамину Сассу, который консультировал меня по многим вопросам.
V
A
D
IM
K
Моим учителям, коллегам и друзьям: профессору Йёсте В. Альстрёму, доктору
Пирхии Бек, доктору Диане Эдельман, доктору Зееву Герцогу, профессору
Эммануэлю Марксу, доктору Зееву Мешелю, профессору Надаву Нааману, Орне
Зимхони и доктору Баруху Розену, с которыми я обсуждал многие взгляды,
высказанные в этой книге.
ГЛАВА 1
ВВЕДЕНИЕ И ИСТОРИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ
Расселение израильтян в XII и XI веках ДО Н. Э. и их превращение из общества
изолированных племен в организованное царство является одной из самых
захватывающих, вдохновляющих и в то же время противоречивых глав в истории
Земли Израиля. Десятилетиями ученые боролись с этим бурным периодом1 с
разных точек зрения: библейского повествования, исторической географии и
археологии. Тем не менее, предмет в целом оставался проблематичным, трудным
для понимания и, в некоторых случаях, совершенно неясным. Семена научных
споров проросли еще до того, как археология стала основным инструментом для
изучения древности, в то время, когда исследования были сосредоточены
исключительно на библейском источнике.
Когда крупные раскопки 1920-х и 1930-х годов начали приносить находки,
которые были интерпретированы в контексте библейского описания завоевания
Ханаана, возник значительный интерес. Однако по причинам, которые будут
объяснены позже, не только проблемы, которые тогда представляли особый
интерес, остались нерешенными, но и споры даже усилились. Теологические
последствия этого вопроса еще больше подогрели эмоционально напряженную
атмосферу, окружавшую эти дебаты. Олбрайт, основавший одну из самых важных
«школ» исследований этого периода, ясно выразил уникальность этой эпохи, когда
он впервые обобщил последствия археологических находок относительно «даты
еврейского завоевания Палестины».
В области исторической интерпретации палестинских археологических данных
было немного проблем, которые бы так увлекали ученых, как та, что описана в
нашем названии. В то же время было немного проблем, которые казались столь
неуловимыми (1935:10).
1 Историческое понятие «период поселения» или «период поселения и судей» является синонимом
термина «ранний израильский период» и археологических определений «железный век I» и
«ранний железный век». Как бы то ни было, период охватывает время с конца позднего
бронзового периода до начала израильской монархии. (О терминологии и хронологических
рамках см. Aharoni 1982:153-158, Kochavi 1984:21-22 и Kempinski 1985.) В этой работе
поселенчество с заглавной буквы «S» используется для описания процесса появления
израильтян, в то время как поселение со строчной буквы «s» используется в его обычном
значении.
15
ГЛАВА 1
V
A
D
IM
K
Прошло более 50 лет с тех пор, как были написаны эти слова. Археологическая
деятельность расширилась и теперь находится в центре исследований израильского
поселения (использование термина «израильтянин» в книге см. в Главе 2), однако
большинство затруднений, которые озадачивали ученых более поколения назад, не
были разрешены. Более того, несмотря на раскопки мест, имеющих центральное
значение для библейского повествования об израильском завоевании — таких как
Хацор, Ай, Вефиль, Лахиш и Арад — и многочисленные и разнообразные находки,
которые они дали, нельзя дать четких ответов на критические вопросы, касающиеся
характера процесса поселения, его точной даты, отношений между поселенцами и
ханаанским населением, происхождения пришельцев и т. д.
Как известно, интерпретации библейских повествований о завоевании и
заселении Земли Израиля были многочисленными и противоречивыми. С годами
многие даже отказались от надежды, что археологические свидетельства могут
помочь решить загадки этого запутанного периода. Не только накапливающиеся
археологические данные были приняты или отвергнуты каждой «школой» в
соответствии с ее базовой идеологией, но и сами данные в некоторой степени
увеличили замешательство и отчаяние.
К 1930-м годам два из трех основных подходов к реконструкции процесса
расселения израильтян в Ханаане уже сформировались. Внимательно следуя
первым главам Книги Иисуса Навина, школа Олбрайта предполагала
единообразное военное завоевание, оставляющее после себя опустошенные
ханаанские города; слои разрушений в конце позднего бронзового периода в таких
местах, как Лахис, Вефиль и Хацор, были приняты в качестве убедительного
доказательства обоснованности этого сценария. С другой стороны, школа Альта
выдвинула гипотезу о медленном и мирном проникновении полукочевого
населения в необитаемые регионы, где они впоследствии стали оседлыми; только на
более позднем этапе это проникновение привело к столкновениям с ханаанскими
крепостями в долинах. Несколько важных ученых, связанных с этой школой,
которая набрала силу с 1950-х годов, даже скептически относились к тому, что
археология могла как-то способствовать освещению этого периода.
Источником этого скептицизма, несомненно, было растущее восприятие того,
что открытия, провозглашенные школой Олбрайта как веские доказательства в их
пользу, на самом деле были расплывчатыми и открытыми для более чем одной
интерпретации. Нот, наиболее агрессивный сторонник этой позиции, понимал
«Гордиев узел» исследований этой эпохи: изучение библейских традиций лежало в
основе интерпретации археологических находок, а они, в свою очередь, были
привлечены для объяснения библейских повествований (1960:278). По его словам,
Мы должны признать тот факт, что даже в свете археологических исследований
существует меньше определенности относительно этих исторических событий,
чем мы готовы признать, и что значение археологических находок на фоне
письменных традиций гораздо более проблематично и сложно, чем кажется на
первый взгляд... (1938:22; см. также 1960:271-282).
16
ВВЕДЕНИЕ И ИСТОРИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ
Всего 15 лет назад Вайпперт, еще один ученый немецкой школы, знавший, как
правильно оценить новые археологические свидетельства, которые тогда
появлялись в горной местности, тем не менее, настаивал на том, что:
Результат в значительной степени отрицательный или, в лучшем случае,
неопределенный.... мне кажется очевидным, что археологическая сторона
баланса, как в целом, так и в отдельных случаях, может иметь лишь небольшой
вес. Вес доказательства почти полностью ложится на литературные традиции
(1971:135-136).
Действительно, если принять во внимание характер доказательств, которые были
предложены в прошлом, те критики, которые отрицали действительность любого
археологического вклада, были, безусловно, оправданы. Практически
единственным открытым путем исследования для археологического изучения
периода поселения были раскопки слоев разрушения больших ханаанских теллей и
их приписывание деятельности израильских племен. Однако большинство этих
курганов были расположены в Шефеле, прибрежной равнине и северных долинах,
регионах, которые, по большей части, лежали за пределами границ
первоначального израильского поселения. Более того, невозможно с уверенностью
определить, что все эти города были опустошены в одно и то же время. Что касается
агентов разрушения, критики справедливо заметили, что в период беспорядков с
середины XIII по середину XII вв. ДО Н. Э. в стране действовали и другие группы,
которые могли совершить эти деяния.
Это направление исследований — раскопки крупных ханаанских могильников —
не только совершенно не дало ожидаемых результатов, но и привело к
концентрации на незначительном вместо важного, которым, конечно же, является
прямое археологическое исследование периода поселения, т. е. изучение мест в
центральной горной стране, где происходила большая часть этого исторического
процесса.
Первой вехой в прямых археологических исследованиях периода израильского
поселения стали раскопки Олбрайта в Телль -эль-Фуле, к северу от Иерусалима, в
1922 году. Здесь впервые были обнаружены остатки поселения, которые можно
было датировать ранним железным периодом, и была определена типичная
керамика для поселений I железного века в горной стране. В течение следующих 15
лет в центральной горной стране и прилегающих районах проводились обширные
археологические раскопки, так как слои I железного века были обнаружены в
Телль-эн-Нашбе (библейская Мицпа) около Рамаллы ( Баде, 1926-1935);
Телль-Бейт-Мирсим в южной верхней Шефеле (Олбрайт, 1926-1932); Шило
(Кьяер, 1929); Бет-Цур к северу от Хеврона (Селлерс, 1931); Бетел (Олбрайт, 1934); и
Хирбет-эт-Телль (отождествляемый с библейским Ай), к востоку от Рамаллаха
(Марке-Краузе, 1933-1935). Таким образом, за относительно короткий промежуток
времени было собрано огромное количество информации об архитектуре и
керамике жителей нагорья I века. Крупным достижением стало обнаружение в
Шило кувшинов с воротником в слое разрушения, которые Олбрайт приписал
нападению филистимлян на это место после их победы над Израилем в битве
17
ГЛАВА 1
V
A
D
IM
K
Эбенезера в середине 11 века ДО Н. Э., событие, упомянутое в Библии. Но поскольку
большинство результатов этих раскопок были неопределенными, они были
затмены находками из больших ханаанских теллей.
Следующее крупное развитие полевых исследований периода поселений
произошло в 1950-х годах, после двух десятилетий, в течение которых
археологические исследования в Земле Израиля были минимальными: Ядин
раскопал Хацор, а Ахарони провел обследование Верхней Галилеи. Впервые
различные виды информации — касающиеся как крупного ханаанского кургана, так
и ряда небольших необнесенных стеной памятников I века железа — из одного
региона могли быть объединены. В Хацоре Ядин обнаружил, что город поздней
бронзы был разрушен в результате ожесточенного пожара; позже на этом месте
было основано небольшое поселение, чья скудная материальная культура отражала,
по его мнению, население на начальных стадиях оседлости. Новаторская работа
Ахарони в Верхней Галилее была первой попыткой понять историю определенной
географической единицы посредством тщательного обследования ее памятников.
Его главный вывод состоял в том, что грубая, холмистая и относительно
негостеприимная местность Верхней Галилеи была почти необитаемой в поздний
бронзовый период, тогда как в течение железного I возник ряд небольших
необнесенных стеной поселений. Этот образ хорошо соответствовал пониманию
Альтом израильского поселения.
Таким образом, Ядин и Ахарони дали противоречивые толкования одним и тем
же археологическим свидетельствам: Ядин утверждал, что израильская оккупация
началась только после разрушения ханаанского Хацора, описанного в Библии, в то
время как Ахарони настаивал на том, что израильская оккупация в гористой
местности началась до разрушения Хацора.
Острые дебаты между этими двумя учеными возродили конфронтацию между
«школами» Олбрайта и Альта. И снова внимание было отвлечено от основных
вопросов периода поселения, поскольку Верхняя Галилея удалена от основных мест
поселения израильтян в центральных холмах. Более того, согласно нашей
нынешней интерпретации доказательств, израильская оккупация в Верхней Галилее
началась только в более поздней фазе периода.
Главный исследовательский прорыв произошел в конце 1960-х годов. После
Шестидневной войны ученые получили доступ к центральной горной стране —
региону между долинами Беэр-Шевы и Изрееля — который был сердцем
израильского поселения. В то же время росло понимание того, что проблемы
периода поселения могут быть решены только путем долгого и тяжелого труда по
раскопкам реальных мест израильского поселения в сочетании с обширными
исследованиями, чтобы прийти к всеобъемлющему обзору оккупации в этих
областях.
Самыми ранними из этих начинаний были раскопки Хирбет Раддана на западной
окраине Рамаллаха (Каллауэй и Кули), продолжение раскопок в Аи (Каллауэй) и
Обзор Иудеи и Самарии 1968 года (Кохави, Каллаи, Гофна и Порат ), все из
которых дали мощный импульс для дальнейших исследований. Ранние железные
деревни в Аи и Раддане не были охвачены
18
ВВЕДЕНИЕ И ИСТОРИЯ ИССЛЕДОВАНИЙ
последующими заселениями, что позволило выявить достаточно широкие области
для реконструкции их общих планов, в то время как обследование 1968 года
обнаружило более 100 мест с заселением железного века I. Таким образом,
масштабы раннего заселения железного века в центральных холмах — в отличие от
других регионов страны — стали очевидны.
Однако Обзор 1968 года, несмотря на всю его важность, был избирательным:
некоторые районы были прочесаны довольно тщательно, в то время как другие
были едва затронуты, а экологические и природоохранные аспекты не
рассматривались. Попытки основывать понимание израильских поселений в
горной стране на Обзоре 1968 года без осознания его недостатков привели к
оценкам, которые были как неполными, так и неверными.
В начале 1970-х годов фокус исследований израильских поселений снова
сместился с центральной холмистой местности на второстепенную территорию —
хотя и важную саму по себе — долину Беэр-Шевы. Комплексное региональное
исследование, проведенное там Ахарони, включало, в частности, раскопки
Тель-Масоса в центре долины Кемпински и Фрицем. Крупное и процветающее
поселение I железного века, обнаруженное на этом месте, было расценено
археологами как место израильского поселения. Результаты этих раскопок привели
Ахарони к гипотезе о том, что большой приток людей поселился в долине
Беэр-Шевы в период I железного века. Он увидел в этом еще одно доказательство,
подтверждающее его точку зрения о том, что израильское поселение началось в
пограничных районах, которые были необитаемы в период поздней бронзы. И
Кемпински, и Фриц — по отдельности — разработали теории об израильском
поселении, основанные на находках раскопок Масоса . Однако Кохави и другие
впоследствии оспорили классификацию Тель-Масоса как израильского места, и эти
возражения полностью подорвали теории Кемпински и Фрица.
С конца 1970-х годов археологические исследования поселений израильтян в
горной стране ускорились. Важные места были раскопаны в Гилохе и к югу от
Дженина (А. Мазар), на горе Эвал (Зерталь) и в Цбет-Шарце (Кохави и автор).
Раскопки были возобновлены (автором) в Шилое, священном центре населения
горной страны в этот период. Гилох был поучителен в отношении процесса
заселения Иудеи. В Цбет-Шарце мы смогли изучить феномен заселения
израильтянами
западных
окраин
горной
страны,
обращенных
к
ханаанейско-филистимской прибрежной равнине, и проследить развитие
архитектуры в железном веке I. Раскопки Шилоа с его богатыми находками
естественным образом пролили свет на многие аспекты ранней материальной
культуры израильтян и на характер процесса заселения.
В то же время, благодаря комплексным исследованиям, проведенным в
различных регионах, общая картина заселения страны в целом в период I железного
века становится все более ясной. Исследования в Манассии (Зертал), Эфраиме
(автор), Иудее (Офер), Западной Галилее (Френкель) и Нижней Галилее (Гал)
нанесли на карту более 250 памятников I железного века. Эти исследования
подчеркивали экологические и экологические условия, которые имеют решающее
значение для
19
ГЛАВА 1
понимание исторического развития оккупации в каждом из этих регионов.
Несмотря на многочисленные препятствия, с которыми сталкиваются ученые,
изучающие период израильского поселения, шесть десятилетий после раскопок
Олбрайт в Телль-эль- Фуле стали свидетелями колоссального прогресса —
настоящей революции — в исследованиях.
Мнение о том, что археология фактически не может ничего сделать для
понимания израильского поселения, которое является наследием некоторых членов
школы мирной инфильтрации, больше не является обоснованным. По иронии
судьбы, некоторые принципы этой школы были значительно укреплены в
результате региональных исследований, интегрирующих экологические аспекты. В
любом случае, очевидно, что некоторые относительно недавние попытки
суммировать период поселения исключительно на основе традиционных
археологических свидетельств, без учета новых региональных исследований и
недавних раскопок, серьезно недостаточны. Хотя оговорки, выраженные в
следующих цитатах, отчасти оправданы, их выводы по сути ошибочны.
IM
K
Археологи бы совершенно не знали о каких-либо важных этнических
изменениях в конце позднего бронзового века, если бы не библейские
традиции. (Франкен 1975:337)
D
В остальном не прослеживается четкой закономерности в имеющихся в
настоящее время археологических находках периодов LB и раннего железного
века I, которые можно было бы идентифицировать как артефактные данные,
отражающие специфическое израильское заселение этой земли (Miller
1977a:262).
A
До сих пор археологии не удалось «выявить» израильтян как новую этническую
группу в этих горных поселениях (de Geus 1975:70).
V
Йейвин, после долгого и подробного обсуждения каждой крупицы информации
из больших теллей, пришел к выводу, что
Совершенно верно, что эти, так сказать, доказательства представляют собой
голые факты, которые сами по себе мало что говорят за или против каких-либо
исторических выводов, сделанных на их основе (1971a:68).
Тем не менее, он составил «точную» реконструкцию процесса поселения,
включая конкретные даты (!). Реконструкция Йейвина является прекрасной
иллюстрацией того, насколько исследования поселения были полны домыслов и
воображения. Такие работы быстро устарели, и вакуум, оставшийся после них,
теперь может быть заполнен современным резюме новых доказательств.
Еще одним недостатком многих ученых, которые в последние годы занимались
периодом I железного века, является их строго поверхностное знакомство с
регионом. Это отрицательно сказалось на их исследованиях, поскольку процесс
заселения был тесно связан с природой самой земли —
20
ВВЕДЕНИЕ И ИСТОРИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ
ландшафт, климат и экономический потенциал. Хотя примеры этой
поверхностности изобилуют в довольно современных публикациях, они особенно
очевидны в работах членов «социологической» школы изучения поселений,
поскольку они, даже больше, чем другие, нуждаются в непосредственном
знакомстве с данными об окружающей среде. Например, Готвальд прибегал к
отдаленным параллелям, чтобы подкрепить свои взгляды (1979:445), полностью
игнорируя соответствующие группы населения, все еще живущие традиционным
образом в изучаемом регионе. Аналогичным образом, аграрные технологические
теории оседлости, такие как та, которая постулирует, что поселение в горной
местности стало возможным благодаря все более широкому использованию террас
(см. Главу 8), терпят неудачу из-за их отчуждения от земли и ее находок.
Невозможно разобраться в эпизоде поселения без основательного знакомства
хотя бы с одним регионом горной страны — в котором происходили события. Это
означает изучение его археологических и экологических компонентов, а также
моделей заселения в периоды, непосредственно предшествовавшие и
последовавшие за временем поселения израильтян.
По нашему мнению, также чрезвычайно важно глубоко изучить тот набор
поселений, по которому имеются полные данные, а именно, горные деревни в этой
области в начале текущего столетия. Можно ли сделать выводы из характера
поселений и образа жизни местных жителей всего несколько поколений назад и
применить их к изучению Земли Израиля в древности, является предметом
некоторых споров. В 19 веке обоснованность такого подхода даже не подвергалась
сомнению. Позже выводы такого типа все чаще рассматривались с неодобрением на
том основании, что метод был недостаточно «научным». Однако в последние годы
возобновилась готовность исследовать демографические, экономические и
социальные аспекты жизни в Земле Израиля в конце 19 и начале 20 веков как
средство понимания древности — и это справедливо (ср. Lemche 1985).
Со своей стороны, мы придаем большое значение двум направлениям
этнографических исследований: составление схемы расселения арабских деревень
начала 20-го века как ключа к оценке экономического потенциала региона и как
основы для выяснения демографического развития поселений в древности; и
изучение социально-экономических явлений современных групп в процессе
оседлости, в частности бедуинов на восточных и южных пустынных окраинах
Земли Израиля. Хотя исторические исследования в последнее время подчеркивают
важность социологического аспекта, мало внимания уделяется весьма
специфическим данным о демографических процессах, происходящих в нашем
регионе в последних поколениях, процессах, которые были хорошо
документированы.
***********
В Части I этой работы мы рассмотрим археологические данные, касающиеся мест
поселений израильтян, которые были собраны в ходе раскопок и обследований.
Эти данные используются в следующих главах.
21
ГЛАВА 1
V
A
D
IM
K
В Части II мы реконструируем всеобъемлющую модель израильского поселения
на территории Ефрема в свете руководящих принципов, изложенных выше. Как
ясно отражено в археологических свидетельствах и как выражено в библейском
рассказе, горная страна Ефрема была важным фокусом процесса поселения. Этот
регион играл важную роль в событиях периода Судей, и центр горных племен в
начале 11-го века находился в его середине, в Силоме. В этом контексте мы
предложим предварительное резюме всеобъемлющего исследования, которое мы
проводили в регионе с 1980 года, и обсудим экологические данные, лежащие в
основе развития израильского поселения . Мы также опишем результаты четырех
сезонов раскопок в Силоме, самом важном месте в центральной горной стране в то
время. Сочетание этих двух проектов, а также раскопок в Избет -Шарцах на
западной окраине этого региона, делает Эфраим наиболее тщательно
исследованным районом израильских поселений.
В части III этой работы мы попытаемся проследить истоки израильской
материальной культуры, а в части IV мы рассмотрим исторические аспекты
процесса заселения.
Настоящее исследование в первую очередь посвящено археологии и истории
поселений. Мы почти не будем касаться библейских свидетельств (за исключением
идентификации мест и т. д.). Ни в коем случае не умаляя исключительной важности
Библии для изучения истории Израиля, попытки реконструировать процесс
расселения израильтян с помощью традиционной библейской археологии — путем
поиска прямых соответствий между раскопанными находками и библейским
текстом — были заведомо безуспешными. Это было связано, в частности, с тем
фактом, что Книга Иисуса Навина, основной библейский источник, была
отредактирована спустя столетия после описываемого ею периода и, таким образом,
в немалой степени отражает способ, которым расселение израильтян
интерпретировалось в Иерусалиме в конце периода монархии (например, Lemche
1985: 357-385). Поэтому ученые разделились по основному вопросу понимания
самих библейских источников.
Мы считаем, что археологические исследования в нашем поколении должны
сначала попытаться реконструировать процесс заселения на основе новой работы в
этой области; только позже станет возможным вернуться к библейскому
повествованию в новой попытке понять его. Таким образом, несмотря на
существующее искушение углубиться в последствия нашей работы для библейских
исследований, мы коснемся этих вопросов лишь слегка. Аналогичным образом, не
будет обсуждения исторической географии процесса заселения израильтян в стиле
де Во (1978:475-680) или Ахарони 1979:200-242). Мы также не будем пересказывать
такие избитые темы, как идентичность социальных и/или этнических групп,
которые, согласно историческим источникам, присутствовали в Земле Израиля в
начале обсуждаемого периода.
Что касается самого археологического материала, то мы будем рассматривать его
выборочно. Мы уже высказали мнение, что, как бы ни были значимы свидетельства
из крупных ханаанских курганов, они могут способствовать пониманию
22
ВВЕДЕНИЕ И ИСТОРИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ
описывая различные явления в конце позднего бронзового периода, она мало что
может сделать для продвижения изучения процесса израильского поселения.
Поэтому наше внимание будет сосредоточено на прямых свидетельствах из
регионов израильского поселения. Эта книга не претендует на то, чтобы быть
последним словом по этому вопросу. Важные региональные исследования в
настоящее время ведутся в различных частях Израиля; в ближайшем будущем они,
несомненно, дадут новые подсказки для прояснения загадки израильского
поселения.
V
A
D
IM
K
ЧАСТЬ I:
РЕЗУЛЬТАТЫ РАСКОПОК
И ОБСЛЕДОВАНИЙ
ГЛАВА 2
ХАРАКТЕРИСТИКИ МЕСТ ИЗРАИЛЬСКИХ ПОСЕЛЕНИЙ
Главным препятствием для любой попытки обобщить археологические данные
периода израильского поселения является то, как идентифицировать
местонахождение Iron I как раннее занятие израильтян. В течение первой половины
XII в. ДО Н. Э. в Земле Израиля действовали и другие этнические группы, в первую
очередь ханаанское население, которое все еще существовало на прибрежной
равнине и в северных долинах, как также указывает Библия; филистимляне, которые
заселили южную прибрежную равнину и Шефелу в XII в.; и различные группы,
которые в то же время проходили этническую консолидацию в Трансиордании.
Исторические источники сообщают о присутствии дополнительных групп народов
моря вдоль побережья, финикийцев на севере и амаликитян в засушливых зонах
юга, любая из которых могла оставить после себя следы своего существования.
Даже прежде чем пытаться определить характеристики мест поселений
израильтян, мы должны уточнить, что мы подразумеваем здесь — и на протяжении
всей этой работы — под термином «израильтянин»; другими словами, кто был
израильтянином в Железном веке I? Проблема определения возникает, поскольку
различия между этническими группами в начале периода, по-видимому, все еще
были неопределенными. Более того, кажется, что другие группы — такие как
племенные единицы в южной Иудее, евеи в Вениамине и ханаанские элементы в
Манассии — присоединились к новому и растущему образованию в горной стране.
Сомнительно, например, что житель Гило в 12 веке до н. Э. назвал бы себя
«израильтянином»; тем не менее, мы называем это место и его материальную
культуру «израильтянами».
Формирование израильской идентичности было длительным, сложным и
комплексным процессом, который, по нашему мнению, завершился только в начале
Монархии. Важная промежуточная фаза этой кристаллизации связана с
установлением надплеменных сакральных центров в период Судей. Самым важным
из этих центров был Силом, особая роль которого в то время проясняется в 1 Царств
— историческом труде, как все согласны (см. Главу 5).
Соответственно, израильтянином в период I Железного века был любой, чьи
потомки — еще в дни Шило (первая половина XI века ДО Н. Э.) или даже в начале
Монархии — называли себя израильтянами. Это были, в общем и целом, люди,
проживавшие на территории
27
ГЛАВА 2
V
A
D
IM
K
рамки ранней израильской монархии до начала ее расширения (см. различные
взгляды на границы монархии Саула в Aharoni 1979: 288 290; Vikander-Edelman 1986:
53-130). Таким образом, даже человек, который мог считать себя евеем, гаваонитом,
кенизеем и т. д. в начале 12-го века, но чьи потомки в той же деревне несколько
поколений спустя считали себя израильтянами, будет, аналогичным образом, также
считаться здесь израильтянином. Две области представляют определенные
трудности для этого определения: Галилея, население которой следует считать
израильским, но которая изначально не находилась в юрисдикции монархии; и
холмы Манассии, в самом сердце центральной горной страны, где сильные
ханаанские группы продолжали жить в период I железного века.
«Израильские» памятники также можно определить на основе их социальных
характеристик , включив в них те памятники I железного века, материальная
культура которых отражает начальные этапы оседлости. Хотя такой подход решает
проблему определения идентичности жителей Галилеи и холмов Манассии, его
нельзя применять к востоку от реки Иордан, где другие группы, поселившиеся в то
же время, в конечном итоге стали народами Моава, Эдома и Аммона.
Лучшим решением может быть сочетание обоих подходов: израильтяне в Iron I
— это те люди, которые находились в процессе оседлости в тех частях страны,
которые были частью монархии Саула, и в Галилее. Термин «израильтяне»
используется поэтому в этой книге при обсуждении периода Iron I как не более чем
terminus technicus для «людей горной местности в процессе оседания»
В любом случае, нельзя игнорировать тот факт, что группа людей, живших в
Ханаане в конце XIII века до н. Э., была описана в стеле Мернептаха как «Израиль».
Проблема, конечно, в том, что мы не можем определить их местонахождение, и у
нас нет никаких подсказок относительно размера или социально-политической
организации этой группы. (Недавние обсуждения Израиля в стеле Мернептаха см.
Stager 1985a; Ahlström and Edelman 1985. Одну точку зрения на происхождение
названия Израиль см. Ahlström 1986).
Отправной точкой обсуждения характеристик мест поселений израильтян
является исторический библейский текст (единственный доступный источник),
который определяет местоположение израильского населения в конце периода
Судей и в начале Монархии. Поэтому культурные черты израильтян должны быть
выведены из мест Железного века I в центральной горной стране, особенно в
южном секторе, где идентичность населения в то время не оспаривается.
Из письменных источников и археологических свидетельств мы также можем
определить области поселений хананеев и филистимлян. Характеристики
ханаанских поселений, как правило, легко определить, поскольку их материальная
культура, особенно керамика и мелкие находки, напрямую продолжает культуру их
позднебронзовых предшественников. Также нет никаких трудностей в определении
основных
28
ХАРАКТЕРИСТИКИ МЕСТ ИЗРАИЛЬСКИХ ПОСЕЛЕНИЙ
Филистимские места. Помимо географического аспекта, филистимская керамика
является наиболее отличительной, как по форме, так и по декору, связанным с
эгейскими традициями. Эта керамика, которую невозможно спутать ни с чем
другим, в значительных количествах встречается в основных филистимских местах.
Таким образом, очевидно, что памятники I железного века в южном и
центральном секторах горной страны можно определить как «израильские», даже
если в то время присутствовали некоторые более древние или иноземные элементы
(см., например, Kempinski 1979: 39, 43; B. Mazar 1981: 76-79).
Проблема возникает, когда мы пытаемся определить идентичность жителей мест
в пограничных областях, таких как долина Беэр-Шевы, восточная Шефела у
подножия холмистой местности и восточные окраины Шарона. Эта трудность
также существует, в определенной степени, на территории Манассии в северном
секторе центральной холмистой местности, где различные соображения — как
библейские, так и археологические — указывают на то, что сильный ханаанский
элемент присутствовал до поздней стадии железного века (хотя, согласно
определению, которое мы предложили выше, к началу монархии эта область была
определенно израильской).
Во всех этих областях, которые в основном являются переходными зонами между
высокогорьем и равниной, культура, естественно, подвергалась влиянию с обеих
сторон. Поэтому, пытаясь определить этническую идентичность жителей мест в
этих пограничных областях на основе их материальной культуры, следует учитывать
три фактора — функцию, хронологию и количество — в дополнение к
местоположению.
Функция некоторых находок, как керамических, так и архитектурных, напрямую
связана с географическими районами, в которых они использовались, и с
социально-экономическими условиями жителей. Их присутствие или отсутствие на
любом данном участке, таким образом, не обязательно отражает этническое
происхождение его жителей, а скорее является побочным продуктом экологических
факторов, которые диктовали повседневную жизнь на участке. Важность
хронологии заключается в помощи, которую она оказывает в определении
происхождения проблемных находок. Что касается количественного фактора, было
бы, очевидно, ошибкой делать окончательные определения этнической
принадлежности на основе наличия или отсутствия определенных типичных
находок, поскольку, несмотря на геокультурную изоляцию, которая
характеризовала этот период, между различными частями страны существовали
взаимные влияния и торговые отношения. Например, появление небольшого
количества филистимских черепков в поселении, другие черты которого являются
израильскими, не превращает его в филистимский участок. Аналогично, каждый
участок, на котором обнаружено ограниченное количество кувшинов для хранения
с воротником-ободком, не обязательно является израильским.
Принимая во внимание эти соображения, мы теперь определим характеристики
израильских поселений, как это видно из основных регионов поселения (см., в
частности, Кохави 1982:5; А. Мазар 1985а):
А. Географическое положение. Хотя мы только что рассмотрели эту тему, мы
ГЛАВА 2
Еще раз отметим, что исторический библейский текст, будучи единственным
доступным источником, дает основу для определения основных регионов
расселения израильтян , и что на памятниках I железного века в этих регионах
исследователи действительно обнаружили материальную культуру с
отличительными чертами, некоторые из которых свойственны бедному
изолированному обществу на начальных этапах оседлости и организации.
B. Размеры памятника. Израильские поселения относительно невелики, в среднем 5-6
дунамов или меньше по площади. Только самые крупные памятники, такие как
Шило и Ай, достигают 10 дунамов. На территории Манассии, в северных
пределах центральной горной страны, были обследованы более крупные
памятники I века железа. Здесь, однако, был сильный оседлый элемент, а на
некоторых памятниках наблюдалась преемственность заселения с
предыдущего периода.
IM
K
C. Модель поселения. Любое данное место не следует рассматривать изолированно, а
как часть более обширной и обобщенной картины. Мы должны попытаться
понять его связь с другими местами в регионе и его место в общей модели
заселения.
V
A
D
D. Архитектура и планировка участка. Необходимо подчеркнуть четыре фактора (и
они будут подробно рассмотрены в Главе 6):
1. Большинство ранних израильских поселений не были укреплены.
Несколько возможных исключений можно объяснить региональным
фоном.
2. На типичных израильских участках нет общественных зданий, таких как
покои правителя или склады. Насколько теперь известно, присутствуют
только обычные жилища.
3. Появление колонных зданий (некоторые из четырехкомнатных домов типа )
характерно для поселений в горных районах, а также типично для
израильских поселений в период монархии. Постройки этого типа также
встречаются в неизраильских районах, таких как Филистия и нагорье
Негев. Возможно, их использование связано с топографическими
условиями. В любом случае, доказательства, накапливающиеся в
результате раскопок и обследований, указывают на то, что как
хронологически, так и количественно источник и основное
распространение этого архитектурного типа находятся в центральном
горном округе.
4. Силосы, вырытые в земле и выложенные камнями, появляются десятками на
стоянках Iron I в регионах израильских поселений. Во все периоды такие
силосы характерны для обществ на начальных этапах оседания, поскольку
первой проблемой, требующей решения, является хранение зерна. С
другой стороны, такие силосы не встречаются в хорошо организованных
обществах, они почти неизвестны в ханаанских городах или на
израильских стоянках периода монархии.
E. Керамика. Места поселений израильтян характеризуются простотой и
30
ХАРАКТЕРИСТИКИ МЕСТ ИЗРАИЛЬСКИХ ПОСЕЛЕНИЙ
относительно скудная керамика. Репертуар типов очень ограничен:
большинство сосудов — это кувшины с воротником и горшки для
приготовления пищи (например, Мазар 198 la:31). Это, несомненно, связано с
социальным и экономическим положением жителей. Хотя кувшин с
воротником (рис. 91) — «типовая окаменелость» израильских поселений со
времен раскопок Олбрайта в Телль- эль-Фуле в 1922 году — также встречается
на участках в Изреельской долине и прибрежной равнине, количественный
фактор следует учитывать, как мы уже отметили (и см. Главу 7). 2
В любом случае определение места как «израильского» должно основываться на
преобладании всех доказательств, а не на каком-либо одном факторе. Чтобы
проиллюстрировать этот момент, давайте рассмотрим случай Избет Шарцах , места,
расположенного на границе между Израилем и Филистией, которое является
«проблемным» с точки зрения этнической идентичности его жителей. Обсуждение
также поднимет дополнительные проблемные места (см. также A. Mazar
1985a:61-62).
Городище Избет Шарца, имеющее три профессиональных слоя (глава 4),
расположено на краю предгорий, граничащих с прибрежной равниной. Оно
находится всего в 3 км к востоку от Тель-Афека, ханаанского города, ставшего
важным филистимским городом. С точки зрения географии поселений существуют
две возможности этнической идентификации его жителей: либо это был
израильский город, жители которого распространились на запад с холмов, чтобы
обосноваться напротив плодородной прибрежной равнины, либо это был
филистимский
город,
поселение-сателлит
близлежащего
Афека.
3
Местоположение городища не имеет решающего значения в этом вопросе,
поскольку оно находилось на границе между израильтянами и филистимлянами.
Что касается характера поселений, то обследование территории между
Джалджулией на севере и Рош-Ха - Айином на юге выявило шесть дополнительных
поселений Iron I, также расположенных на окраинах холмов, возвышающихся над
равниной (рис. 1). Другими словами, это региональное явление, а не просто вопрос
одного изолированного места. (Согласно обследованиям, не было таких
разбросанных и неукрепленных поселений Iron I
2 Другим фактором, который, возможно, придется учитывать в будущем, являются
фаунистические останки. В Цбет-Шарцахе и Шилое количество свиных костей было равно
нулю (Hellwing and Adjeman 1986:150-151), что, по-видимому, является фактом, который
нельзя игнорировать. С другой стороны, в ханаанском Лахише VI также не было найдено
свиных костей (Drori 1979). Поэтому мы должны дождаться данных из других мест, прежде
чем выносить суждение.
Коллекция костей животных, вероятно, также может предоставить информацию о
социально-экономическом положении населения. Например, большая доля крупного рогатого
скота намекает на сильную традицию постоянного проживания, в то время как нехватка
крупного рогатого скота и преобладание овец/коз указывают на скотоводческое население.
3 Теоретически существует третья возможность, а именно, что слой III был ханаанским
поселением, жители которого могли быть беженцами из опустошенного Афека. Однако
феномен необнесенного стеной ханаанского поселения такого типа фактически неизвестен, и,
кроме того, трудно представить себе существование ханаанского поселения на границе между
Израилем и Филистией до начала XI века ДО Н. Э. В любом случае материальная культура этого
места не подходит для населения, которое было напрямую связано с городским ханаанским
обществом позднего бронзового периода.
V
A
D
IM
K
ГЛАВА 2
1. c Избет-Шартах и другие памятники I железного века на западных склонах горной страны Эфраимлян,
недалеко от Афека.
ХАРАКТЕРИСТИКИ МЕСТ ИЗРАИЛЬСКИХ ПОСЕЛЕНИЙ
(Раскопки в Афеке показали, что филистимляне не занимали там обширную
территорию, поэтому нет оснований предполагать развитие сети небольших
сопутствующих поселений на его холмистом восточном фланге, из всех
возможных. Исследования показывают, что даже в период своего расцвета в период
средней бронзы Афек не был связан ни с какими дочерними поселениями на этих
холмах. С другой стороны, от предгорий на восток в горную страну шел ряд
поселений I века. Таким образом, кажется, что поселения, расположенные вдоль
края холмов, принадлежали к сети поселений в горной стране; они определенно не
вписывались в схему, которая была распространена на прибрежной равнине.
Размеры Цбет-Шартаха, 2-4 дунама (в слоях III и II соответственно), также
соответствуют поселениям израильтян в горной стране.
Архитектура и планировка участка в слое III — пояс комнат вокруг открытого
центрального двора — по нашему мнению, типичны для скотоводческого общества
в начале создания постоянного поселения, с планом, отражающим традиции,
действовавшие до оседлости (см. Главу 6). В период I железного века единственным
обществом, отвечающим этому описанию, было израильское население. Немного
позже, в слоях II и I, появляются две доминирующие черты израильских поселений:
четырехкомнатные дома и многочисленные облицованные камнем силосы.
Достаточно интересно, что в соседнем Афеке эти две черты отсутствовали до 10-го
века (Kochavi 1981: 82). Таким образом, два несомненных признака материальной
культуры горной страны появились в Афеке одновременно с упадком ИзбетШарцаха и как раз в то время, когда, согласно историческим свидетельствам,
израильское население распространилось на прибрежную равнину.
Наконец, мы должны рассмотреть керамические свидетельства. Филистимская
керамика действительно появляется в Избет -Шарцахе, но в крайне малых
количествах. Например, в Телль-Касиле расписной филистимский материал
составлял 14–24% керамического набора слоев XII–X (A. Mazar 1985b: 105); в Гезере
— 5%; но в Цбет-Шарцахе — только 1–2% (Finkelstein 1986:46,91). Количество
кувшинов для хранения с воротником-ободком, найденных в Цбет-Шарцахе, было
относительно большим по сравнению с количеством, найденным в других местах
на прилегающей прибрежной равнине, таких как Афек, Телль-Касиле и Гезер,
которые, по-видимому, больше подходят для израильского, чем для филистимского
поселения. С другой стороны, количество кувшинов для хранения с
воротником-ободком было относительно небольшим по сравнению с количеством
из поселений в горной местности; это может быть объяснено характером местного
сельского хозяйства. Относительно богатое разнообразие типов керамики,
найденное в Цбет-Шарцахе, в отличие от горной местности, может отражать связи с
памятниками прибрежной равнины.
Поселение в Цбет-Шарцах было совершенно непохоже на близлежащие
памятники на прибрежной равнине — по природе, местоположению, плану и
находкам. Эти различия нельзя объяснить как отражение разницы между
небольшой деревней и городским центром. Таким образом, мы можем без
колебаний утверждать, что феномен поселения на западных окраинах холмов,
обращенных к прибрежной равнине, берет свое начало в горной местности.
33
ГЛАВА 3
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
IM
K
Оставшаяся часть Части I будет состоять из представления археологических данных,
относящихся к местам периода поселений, которые были накоплены в ходе
примерно шестидесяти лет исследований. Мы не будем обсуждать косвенные
доказательства, такие как слои разрушения ханаанских поселений, которые в
прошлом приписывались пришедшим израильским племенам; эта тема была
настолько исчерпывающе рассмотрена в литературе (например, P. Lapp 1967), что
добавить почти нечего (мы коснемся ее в Главе 8 при обсуждении школы мысли
Олбрайта). Здесь мы рассмотрим только прямые доказательства: места, где были
обнаружены остатки ранних израильских поселений (рис. 2), и результаты
обследований в различных регионах страны. Следующие руководящие принципы
определили содержание и организацию этой главы.
D
— Находки описываются по регионам, с севера на юг. Для каждого региона мы
начинаем с результатов раскопок, а затем обсуждаем материал обследований. Будут
использоваться древние названия мест, которые были положительно
идентифицированы; другие места будут называться арабскими или еврейскими
названиями, обычно используемыми учеными.
V
A
— Что касается территорий за пределами границ израильского поселения, которые
были заселены хананеями и филистимлянами в Железном веке I (прибрежная
равнина, Шефела и северные долины), мы кратко коснемся только оккупации в
северных долинах, и мы делаем это только потому, что в прошлом были дебаты по
вопросу о том, когда началась израильская деятельность в этих областях.
Проблемные регионы и участки, т. е. места, которые находились на окраинах
израильского поселения, будут обсуждаться в этой главе, поскольку идентичность
их жителей не определена.
— При обсуждении как раскопок, так и обследований мы попытаемся в некоторых
случаях кратко отметить ситуацию до и после Iron I. Данные до и после,
естественно, очень важны для понимания процесса заселения. Хотя мы приведем
только находки позднего бронзового (и иногда среднего бронзового) и железного II
периодов, это не означает, что на этих участках не были найдены останки других
периодов.
На момент написания этой статьи велись интенсивные археологические
исследования
34
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Основные
раскопанные
места
поселений
35
ГЛАВА 3
Во многих частях страны делаются многочисленные находки, имеющие важное
значение для картины заселения Iron I. Хотя промежуточные отчеты некоторых из
этих исследований еще не опубликованы, наши коллеги любезно предоставили нам
предварительную информацию (обновленную до 1985-1986 гг.).
IM
K
— В целом, мы воздерживались от использования данных, собранных в ходе старых
полевых экспедиций. Методы обследования и методы сбора черепков и их
датировки до недавних лет находились в зачаточном состоянии. Использование
неточных или неясных данных было бы скорее вредным, чем полезным. Результаты
старых обследований будут описаны, поэтому, только когда мы будем уверены, что
их классификации надежны или, faute de mieux , когда отсутствуют другие данные.
Степень наших знаний о различных регионах неравномерна. В большинстве
регионов исследования были всеобъемлющими, но для некоторых областей у нас
нет много информации. Эту непоследовательность необходимо учитывать при
любой попытке суммировать полевые данные, касающиеся периода I железного
века (см. таблицу в Главе 10). Хотя полная публикация исследований в будущем,
несомненно, добавит новые измерения к нашему пониманию процесса заселения,
данные, имеющиеся в нашем распоряжении в настоящее время, кажутся
достаточными для оценки общей модели заселения I железного века.
D
— Насколько это возможно, мы попытаемся пролить свет на характер заселения
второстепенных территорий различных регионов. Это имеет большое значение для
понимания исторического процесса заселения и будет подробно рассмотрено в
Главе 4.
V
A
— Было практически невозможно провести тонкие хронологические различия в
керамике с мест поселений. Эта проблема, естественно, возникнет в различных
местах этой работы, поскольку она имеет решающее значение для понимания
процессов заселения и развития материальной культуры на ранних местах
поселений израильтян . Обсуждать памятники с начала XII века в одном ряду, так
сказать, с памятниками примерно 1000 Г. ДО Н. Э. (и черепки, собранные со всех них,
как правило, классифицируются как «Iron I»), очевидно, нежелательно. Другими
словами, даже способность просто различать ситуацию в начале периода Iron I и ту,
которая преобладала на более позднем этапе, была бы весьма поучительной. В
некоторых случаях мы, таким образом, попытаемся провести различие между
ранней и поздней керамикой периода Iron I, несмотря на риски, присущие этой
попытке; воздержаться от этого, очевидно, помешало бы нашим попыткам
продвинуть анализ процесса заселения.
— Результаты регионального исследования, которое мы проводили на
территории Ефрема в течение последних семи лет, будут рассмотрены в отдельной
главе. Наша работа в этом регионе, расположенном в самом сердце района
израильского поселения, включает раскопки Шило и интенсивное обследование по
всему
36
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
территория Ефраима. Промежуточные результаты этих трудов дают основу для
сравнения с другими районами Поселения.
ДОЛИНА БЕЭР-ШЕВЫ
За последние двадцать лет в долине Беэр-Шевы наблюдается ускорение
археологической активности, в ходе которой было раскопано семь крупных
участков. Огромный объем информации, накопленной несколько лет назад,
позволил Й. Ахарони, который был связан с большинством этих проектов,
попытаться обобщить историю оккупации в регионе. Ахарони описал израильское
поселение в долине Беэр-Шевы как «интенсивную волну поселений, проявившуюся
во всех самых ранних участках и в местах, которые никогда не были заселены...
теперь существовала цепочка устоявшихся поселений, которая ознаменовала
период процветающей оккупации...» (1979a:211). Что касается даты поселения
израильтян, он заметил, что «в каждом месте в Негеве, где проводились
археологические раскопки, начало израильской оккупации было зафиксировано в
конце XIII или в течение XII века ДО Н. Э.» (1982:202; см. также 1976a:74; Ахарони,
Фриц и Кемпински 1975:118).
Оценка Ахарони интенсивности израильского поселения в долине, по-видимому,
была обусловлена подавляющим впечатлением, произведенным большим и
хорошо развитым поселением, обнаруженным в Тель-Масосе. Его хронологическое
определение основывалось на относительно раннем керамическом материале,
найденном там в слое III (рис. 5), и особенно на скарабее (рис. 104), который был
впервые датирован временем Сети II (Giveon 1974). Несомненно, на интерпретацию
Ахарони также повлияло его общее понимание характера и даты израильского
поселения.
Теперь пришло время переоценить израильское поселение в долине Беэр-Шевы
как с точки зрения интенсивности процесса, так и его даты. Обзор ситуации в этом
регионе (см. также резюме Герцога, 1984:70 75) особенно важен, поскольку
результаты раскопок здесь послужили для многих моделью для понимания
процесса заселения. Наш новый подход в первую очередь исходит из иной
интерпретации находок из Тель-Масоса, крупнейшего и наиболее важного
памятника I железного века в долине. Как мы уже отмечали в Главе 2, долина
Беэр-Шевы является одной из тех областей, где трудно определить идентичность
жителей некоторых памятников. Сначала мы рассмотрим четыре памятника, где
были обнаружены останки этого периода4, а затем попытаемся выяснить их
этническую принадлежность.
4 На трех других участках в долине — Ароэр, Тель-Малхата и Тель-Тра — не было найдено
никаких остатков периода I железного века (contra Fritz 1975:33). Для Тель-Малхаты есть одна
ссылка (Had. Arch. 40, 1971:35) на находку нестратифицированных черепков XI века ДО Н. Э., и
Ахарони часто ссылался на эти свидетельства (например, Aharoni, Fritz and Kempinski
1975:118). Однако впоследствии было установлено, что на этом участке не существовало
никакого поселения до X века ДО Н. Э. (устное сообщение археолога Кохави).
37
ГЛАВА 3
Раскопки
Тель Эсдар
V
A
D
IM
K
Объект расположен на невысоком холме на южной окраине долины Беэр-Шева,
рядом с дорогой Беэр-Шева-Димона (карта ref. 1475 0645). Он был раскопан в
1963-1964 годах М. Кохави под эгидой Департамента древностей и музеев (Kochavi
1969a).
Слой III, важный для наших целей, датируется XI в. ДО Н. Э. Восемь раскопанных
единиц (и еще две были различимы на поверхности) создали своего рода овальную
полосу вокруг большого и открытого двора (рис. 3). Ахарони реконструировал в
общей сложности 20 таких единиц (1976a:69). Участок занимает около 3,75 дунамов
(размером примерно 85 x 55 м). Дома были расположены близко друг к другу для
защиты, но нет никаких доказательств того, что они создавали непрерывную линию
обороны с внешней стороны. Поскольку длинные стороны домов находились на
линии периметра, а входы выходили во двор, эти сооружения можно
классифицировать как широкие комнаты. В зданиях были столбы и полы из
утрамбованной земли. Кохави выдвинул гипотезу, что планировка участка отражала
«попытку кочевого или полукочевого племени осесть и принять оседлый образ
жизни» (1969a:45), и он связал ее с израильским поселением на юге. По его мнению,
участок был поврежден амаликитянами, а затем возрожден в X веке как небольшое
сельскохозяйственное поселение (слой II).
3. Тель-Эсдар — план поселения Стратум
III (Ахарони 1982: 172).
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Дату слоя III теперь можно сузить до второй половины XI века ДО Н. Э. Трудно
определить, было ли это место частью израильской структуры в долине Беэр-Шевы
или же оно принадлежало к сети мест, созданных жителями пустыни в нагорье
Негев в то время. Его положение на южной стороне долины, его дата и различные
элементы его плана (которые весьма похожи на места в нагорье Негев; Глава 6),
по-видимому, говорят в пользу второй возможности. С другой стороны, весьма
заманчиво последовать предложению Бирана и Коэна (1981:273 прим. 65) о том, что
это место следует идентифицировать как Ароэр времен Давида.
Тель-Арад
Раскопки Арада железного века проводились в 1962-1967 гг. Й. Ахарони по
поручению Департамента древностей, Еврейского университета и Израильского
исследовательского общества. Между оставлением города EB II и периодом Iron I
на этом месте был длительный перерыв в оккупации. Таким образом, это было одно
из мест, упомянутых в повествовании о завоевании, в котором не было найдено
никаких остатков позднего бронзового периода. Первым уровнем железного века
был слой 12, из которого были обнаружены только редкие остатки нескольких
сооружений, поскольку над ним была возведена крепость периода Объединенной
монархии. Слой 12 включал несколько фаз: 12A и 12B датировались XI веком, в то
время как верхняя фаза этого слоя относилась к первой половине X века ДО Н. Э. (М.
Ахарони, 1981. Но см. недавно работу Зимхони, 1985:87, которая датирует слои 12–
11 X–IX веками соответственно).
Накопленные в последние годы доказательства снова позволяют ограничить дату
раннего поселения, которое было небольшим по размеру, второй половиной XI
века или началом X века ДО Н. Э. Нет никаких проблем в идентификации этого
места как израильского по двум причинам: оккупационная преемственность со
стратумом 11, с его израильской крепостью периода Объединенной монархии; и
возможность того, что небольшое неукрепленное место должно быть связано с
библейской традицией о том, что потомки кенеев, родственников Моисея,
поднялись «из города пальм в пустыню Иудейскую, что в Негеве, близ Арада»
(Судей 1:16).
Беэр-Шева
Восемь сезонов раскопок проводились в Тель-Беэр-Шеве с 1969 по 1976 год
экспедицией Института археологии Тель-Авивского университета под
руководством Й. Ахарони. Было обнаружено три слоя I железного века (Herzog
1984). Эти остатки сохранились в основном на южном склоне холма, поскольку этот
уровень был поврежден на вершине во время подготовки фундамента для первого
укрепленного города. Слой IX охватывал период с середины XII по середину XI вв.
ДО Н. Э. Было обнаружено семь больших ям диаметром около 7-8 м. Самые глубокие
использовались для хранения зерна, а
39
ГЛАВА 3
V
A
D
IM
K
Более мелкие функционировали (согласно Герцогу) как жилища, крытые ветками.
Герцог реконструировал в общей сложности 20 жилищ-ям и 10 силосных ям на
площади чуть более 2 дунамов. Он рассматривал это место как зимнее место
жительства людей, которые летом уходили на север в горную местность.
Слой IX был заброшен. Ямы были повторно использованы в слое VIII,
датированном второй половиной XI века. В это время были возведены первые
сооружения на холме, но были раскопаны лишь немногие их остатки. Это
поселение также было заброшено. В конце XI века возник слой VII — первое
защищенное поселение. В процессе подготовки к строительству земля была
выровнена, тем самым запечатав более ранние ямы. На юго-восточном склоне были
обнаружены остатки пяти смежных четырехкомнатных домов; их задние широкие комнаты создавали своего рода пояс казематов. Поскольку никаких остатков этого
слоя не было обнаружено в одном зондировании, сделанном в середине участка,
Герцог
4. Беэр-Шева — план поселения VII слоя (Герцог 1984: 79).
40
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
реконструировал план участка как эллиптический пояс из 18 сооружений,
окружающих открытый центральный двор (рис. 4, 79). Доступ к зданиям был со
двора. На сам участок можно было попасть через ворота, окруженные с каждой
стороны башней-камерой. Несколько других сооружений, относящихся к слою VII,
были обнаружены за периферийным поясом, около колодца на склоне.
Поскольку была раскопана только часть слоя VII — а остатков было
относительно немного — реконструкция является гипотетической. Не вызывает
сомнений то, что вдоль южного края участка располагался ряд широких казематных
комнат, по крайней мере некоторые из которых служили задними комнатами домов.
Внешние стены этих широких комнат не образовывали прямую линию, а
прислонялись одна к другой. Если реконструкция Герцога точна, то размер участка
в этот период составлял чуть более 3 дунамов. Нет никаких проблем в определении
жителей Беэр-Шевы как израильтян, прежде всего, на основе преемственности от
самых ранних слоев до укрепленной крепости периода монархии.
Тель-Масос
Как уже отмечалось, Тель-Масос был самым важным памятником I железного века в
регионе. С 1972 по 1979 год здесь проводились четыре сезона раскопок под эгидой
Института археологии Тель-Авивского университета в сотрудничестве с немецкими
институтами. Кампании проводились под руководством Й. Ахарони, А. Кемпински
и В. Фрица (Фриц и Кемпински 1983:7-113, 227-234). Остатки древнего поселения
разбросаны по обеим сторонам Нахаль Беэр-Шева, рядом с концентрацией
колодцев. На южной стороне вади в МБ IIB было установлено укрепленное
ограждение площадью около 17 дунамов. Ни здесь, ни на других участках в долине
не было найдено никаких остатков позднего бронзового века. Поселение I
железного века, которое было обнаружено на северной стороне вади, в основной
части участка, состояло из трех уровней.
Самая ранняя фаза слоя III (IIIB) характеризовалась зольниками, несколькими
силосами, печами и земляными полами, которые могли принадлежать палаткам или
хижинам. По мнению археологов, этот слой знаменовал первую фазу оседлости
группы полукочевников. Керамика (рис. 5) была связана с ханаанской керамической
традицией юга; филистимские типы полностью отсутствуют. Во время следующей
фазы, слоя IIIA, было построено несколько сооружений, включая прототип
четырехкомнатного дома со столбами. В это время, по мнению археологов, в южной
части участка было возведено правительственное сооружение. Слой III датируется
концом XIII - серединой XII вв. ДО Н. Э.
Stratum II представлял период, когда Тель-Масос достиг своего наибольшего
размера и процветания. По данным археологов, между Strata III и II не было
культурного или этнического разрыва, поскольку существовала преемственность как
в архитектуре, так и в керамике. Stratum II, который имел две фазы, был датирован
41
K
CHAPTER 3
IM
5. Тель-Масос — керамика из слоя III (Кемпински и др., 1981: рис. 9).
V
A
D
с середины XII по середину XI вв. ДО Н. Э. 5 Он был разрушен врагом или
землетрясением. Впервые появились общественные здания и четырехкомнатные
дома. Археологи считали, что основная идея, лежащая в основе планировки,
заключалась в ограждении центра поясом домов по внешнему краю участка. Эти
периферийные сооружения, прикрепленные друг к другу и попеременно
углубленные и выступающие, создавали своего рода оборону (рис. 6). Несколько
сооружений были обнаружены в центре участка, а также были здания за пределами
линии обороны. В нескольких сооружениях было заметно влияние египетской и
ханаанской архитектуры южной прибрежной равнины .
Кемпински предположил, что некоторые здания (возможно, уже в начале слоя III)
были связаны с египетским, а затем филистимским господством на юге; они
служили для контроля важного торгового пути, пересекавшего долину Беэр-Шевы.
Богатые и разнообразные находки слоя II включали, в частности, мидьянитскую и
филистимскую керамику, сосуды прибрежного типа (рис. 7), львиную голову из
слоновой кости, выполненную в ханаанской традиции, и свидетельства местной
обработки меди. Они свидетельствуют об оживленной торговой деятельности и
прочных связях с южной Аравой и прибрежной равниной.
5 Датировка Фрица (1980:121) немного позже, чем у Кемпински. Он поместил слой IIIB в первую
половину XII века; IIIA в середину XII века; и II в период с конца XII по вторую половину XI
века ДО Н.Э.
42
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
6. Тель-Масос — реконструкция поселения слоя II (Кемпински и др. 1981: 177).
В слое I, датируемом концом XI и началом X вв. ДО Н. Э., планировка участка
была изменена. В одном месте, около колодцев, было возведено нечто вроде
цитадели. Нет никаких свидетельств периферийного пояса зданий, как в
предыдущем слое. В то время как несколько зданий слоя II продолжали
существовать в слое I с небольшими изменениями, другие были заменены
силосными башнями и каменными мостовыми. После слоя I в Тель- Масосе был
перерыв в заселении до конца Железного века II.
Археологи считали Тель-Масос местом поселения израильтян и отождествляли
его с Хормой, одним из важнейших городов на юге (Kempinski et al. 1981:155; Fritz
and Kempinski 1983:234-238; другое мнение см. в Na'aman 1980). Находки с этого
места легли в основу их взглядов на весь процесс поселения.
Ахарони подчеркнул проникновение в регион, который не был заселен в
предыдущий период (LB), и описал, как уже отмечалось, большую и раннюю волну
поселения в долине Беэр-Шевы. Фриц (1981) отметил связи с материальной
культурой позднего бронзового периода и разработал теорию симбиотических
отношений между израильтянами и хананеями на ранних этапах поселения.
Кемпински объяснил прибытие израильских поселенцев в долину Беэр-Шевы
как результат перенаселения в горах Хеврона, что заставило кланы симеонитов
переместиться на юг в долину, климат которой, по его мнению, был менее
засушливым, чем сегодня. Хотя Кемпински признал, что комплекс из Тель-Масоса
не был типичен для других мест израильских поселений (1981:176), он, тем не менее,
придерживался своей точки зрения, что это место было израильским, и, таким
образом, оказался в противоречии. В своем описании общественных зданий слоя II
он утверждал, что «они кажутся неуместными в таком сельском поселении» (1978:36).
Кемпински попытался объяснить это противоречие, выдвинув гипотезу о том, что
43
K
IM
D
A
V
7. Тель-Масос — керамика из слоя II (Кемпински и др., 1981: рис. 10).
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
на этом месте были обнаружены элементы как городской ханаанской культуры, так и
племенного израильского общества (Кемпински и др., 1981:176).
Кохави (1982:5) был первым, кто возражал против классификации Тель-Масоса
как места израильского поселения, вместо этого определяя его как «город Амалека»,
упомянутый в Библии (1 Царств 15:5). Совсем недавно Б. Мазар предложил связать
феномен Тель-Масоса с флорой филистимского побережья (доклад на 10-м
Археологическом конгрессе, Иерусалим, 1983).
Находки из Тель-Масоса и структура поселений в долине Беэр-Шевы и южной
горной местности, по нашему мнению, подтверждают отклонение Тель-Масоса как
места израильского поселения. Причины следующие (см. также Herzog 1984: 72;
Ahlström 1984a):
A. Размер участка. Заселение Stratum II охватывало площадь не менее 30 дунамов, что
в три раза больше, чем самое большое поселение израильтян в горной стране
и более чем в десять раз больше, чем другие участки в долине Беэр-Шевы.
Если бы это было единственной проблемой в интерпретации археологов,
размер можно было бы объяснить как отражение экономического успеха
пустынных маршрутов; однако, это была лишь одна из трудностей.
B. Модель поселения. Прежде всего, Тель-Масос был признан исключительным в
долине Беэр-Шевы, совершенно не похожим на несколько небольших
поселений, основанных там в конце XI в. ДО Н. Э. В XII в. это было, по сути,
единственное постоянное поселение в регионе. Таким образом, необходимо
отвергнуть точку зрения Ахарони о том, что «Тель-Масос, хотя и крупнейший
из городов Негева того периода, был типичен для всего региона» (1976b: 13).
Во-вторых, как мы увидим, Иудейские горы были относительно редко заселены
в Железном веке I, так что нет никаких оснований для теории о том, что
перенаселение в горах привело к заселению долины.
C. Непрерывность оккупации. Тель-Масос отличался от двух израильских поселений
места в долине — Арад и Беэр-Шева — еще одним способом. В то время как
оккупация Арада и Беэр-Шевы в 11 веке возвестила об их превращении в
процветающие израильские центры в период монархии, Тель-Масос был
заброшен именно в это время и не заселялся в течение нескольких столетий.
D. Материальная культура. Большие общественные здания, египетско-ханаанские
влияния в архитектуре и разнообразная керамика совершенно чужды местам
израильских поселений и, действительно, были совершенно неизвестны в
Араде и Беэр-Шеве в этот период. Единственной «израильской» чертой в
Тель-Масосе было, по сути, наличие четырехкомнатных домов; однако такие
сооружения
45
ГЛАВА 3
также появились в I железном веке в других регионах на окраинах израильской
оккупации (глава 6).
, практически каждая особенность Тель-Масоса полностью контрастировала с
характеристиками поселений израильтян в горной местности, откуда, по мнению
Кемпински, произошли жители Тель-Масоса . Это место также было совершенно
непохоже на поселения израильтян в самой долине. Рост Тель-Масоса в самом
сердце долины Беэр-Шева в XII-XI вв. до н. Э. был уникальным явлением, которое
нельзя втиснуть в рамки израильского поселения (см. подробнее в Finkelstein,
предстоящая публикация a). С другой стороны, нельзя полностью исключить и
возможность того, что смешанное население этого места могло включать несколько
«израильских» семей.
Опросы
IM
K
В ходе полевых экспедиций и местных обследований, сопровождавших раскопки в
долине, а также в ходе более позднего обследования, проведенного в регионе
Бейт-Арье, Эйтамом и Ледерманом (Эйтам 1980b:57), не было обнаружено ни
одного дополнительного памятника I железного века.
***********
V
A
D
Данные, накопленные в ходе раскопок и обследований в долине Беэр-Шевы,
представляют картину, отличающуюся от более ранних описаний. Регион
действительно был необитаем в период поздней бронзы, но даже в железном веке I
заселение было на удивление редким. В XII веке существовало только крупное
поселение Тель-Масос и, возможно, небольшая активность в Тель-Беэр-Шеве.
Только в XI веке, фактически к его концу, произошли какие-либо существенные
изменения: заселение Тель-Масоса пошло на убыль, в то время как в Беэр-Шеве
усилилось, и появились Эсдар и Арад.
Анализ находок, обнаруженных на участках в долине, на фоне того, что нам
известно о схемах поселений и материальных остатках в прилегающих регионах к
северу и югу, показывает, что только Беэр-Шева и Арад могут быть с уверенностью
охарактеризованы как израильские поселения. (Довольно интересно, что на
участках долины Беэр-Шева не было обнаружено ни одной кувшина для хранения с
воротником-венцом, столь типичной для поселений израильтян в горной
местности; обсуждение в Главе 7.) Тель-Масос не относился к феномену
израильских поселений (за исключением, возможно, слоя I), а Тель-Эсдар мог быть
местом обитания жителей пустыни, подобным тем, что известны в нагорье Негев.
Подводя итог, можно сказать, что крайне редкое израильское поселение началось
в долине Беэр-Шевы только в 11 веке, с основанием двух небольших поселений.
Поворотный момент наступил только в 10 веке, когда
46
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Были построены крупные укрепления Арада, Беэр-Шевы и Тель-Малхаты, а долина
Беэр-Шевы стала южной укрепленной границей монархии, а также центром
деятельности в пустынных регионах на юге.
ИУДЕЙСКИЕ ГОРЫ
Важность Иудейских гор для понимания процесса заселения Израиля обусловлена
как географическими, так и историческими соображениями. Во-первых, как
изолированный горный массив, ограниченный с двух сторон засушливыми
регионами, он был исключительно подходящим для заселения. Во-вторых,
большинство библейских преданий, описывающих завоевания ханаанских городов,
которые не были частью единого повествования о завоевании, связаны с этим
регионом, что указывает на его важность для понимания некоторых вопросов
заселения всей Земли Израиля. Историческая библейская литература почти не
упоминает Иудейские горы до установления Монархии, но затем они стали одним
из важнейших регионов в царстве. Результаты археологических исследований
проливают свет на процессы заселения, которые происходили не только в самом
регионе, но и в прилегающих районах к югу и западу, с конца позднего бронзового
периода до начала железного II.
Раскопки
Хирбет Рабилд (Дебир)
Расположенный между Эд-Дахерие и Эс- Саму , Хирбет Рабуд (карта ref. 1515 0933)
отождествляется с библейским Дебиром. Кохави провел две короткие раскопки на
этом месте в 1968 и 1969 годах по поручению Института археологии
Тель-Авивского университета и других учреждений (Кохави 1974). Место было
заселено в период поздней бронзы, в XIV и XIII веках ДО Н. Э. Были обнаружены
четыре слоя поселений и городская стена, а также некрополь этого периода, богатые
находки которого включали множество импортных сосудов. Слой I железного века
покрывает останки поздней бронзы. Ограниченная раскопанная площадь не
позволяет сделать выводы о характере места в тот период. Во время II железного
века здесь располагался укрепленный город.
Хеврон
Библейский Хеврон расположен в Джебель-Румейде, к югу от центра нынешнего
города. Хаммонд провел здесь три сезона раскопок в 1964-1966 годах под эгидой
Университета Вермонта, Университета Южной Калифорнии и Принстонской
семинарии. Раскопки были недавно возобновлены Институтом археологии
Тель-Авивского университета под эгидой
47
ГЛАВА 3
направление А. Офера. Главной находкой американской команды была массивная
крепостная стена MB IIC. Были обнаружены некоторые остатки позднего
бронзового (только захоронения) и железного I периодов, но они были нарушены
деятельностью железного II и более поздних жителей (Hammond 1965; первые
новости о недавних раскопках см . Had. Arch. 85, 1984:43-44; 88, 1986: 28).
Бет-Цур
V
A
D
IM
K
Бет-Цур был идентифицирован с Хирбет эт-Тубейкой, к северу от Хеврона (карта
ref. 1589 1108). Место было раскопано дважды, в 1931 и 1957 годах, под эгидой
Пресвитерианской (Маккормик) теологической семинарии Чикаго и Американских
школ восточных исследований. В обоих случаях директором был О. Р. Селлерс
(Sellers 1933; Sellers et al. 1968).
Бет-Цур был укрепленным местом среднего размера в период MB IIC. Функ,
изучавший керамику из раскопок, утверждал, что на этом месте в начале позднего
бронзового периода была какая-то деятельность (Sellers et al. 1968:1,37).
Действительно, в первом отчете были опубликованы несколько черепков кипрских
молочных мисок, ручка сосуда Base-Ring и скарабей XIX династии (Sellers 1933: Рис.
26 и 50:6). Опубликованные керамические пластины включают другие находки,
которые могут относиться к позднему бронзовому периоду, такие как несколько
горшков для приготовления пищи и основания «ханаанских» кувшинов (Sellers 1933:
Pl. VIII; Sellers et al. 1968: Рис. 4,10). Хотя верно, что эти кувшины могли появиться и
в 12 веке, в горной местности они редко появлялись так поздно. Короче говоря,
вполне вероятно, что на этом месте велась какая-то деятельность в период поздней
бронзы.
Бет-Цур был заселен в I железном веке, но области, где был найден ранний
материал, были настолько ограничены по размеру, что нельзя было сделать никаких
выводов о характере этого места. Функ датировал это поселение, которое,
по-видимому, было уничтожено пожаром, 11-м веком до Н. Э. («с некоторым
заходом на 12-й и 10-й» века — Sellers et al. 1968:44, см. также там же; 6,7), что позже
первоначальной даты, определенной Sellers и Albright (1931:7). Изучение
опубликованной керамики позволяет предположить, что это место уже было
заселено в 12-м веке (см. также T. Dothan 1982:48). Поселение медленно
возрождалось в II железном веке, но достигло своего расцвета только к концу
периода.
Гилох
Это место, расположенное на юго-западе Иерусалима (карта ref. 1655 1254), было
обнаружено в ходе обследования 1968 года. Три сезона раскопок были проведены в
1978-1979 годах А. Мазаром по поручению Департамента древностей и музеев и
Института археологии Еврейского университета в Иерусалиме (A. Mazar 1980a;
1981a). Расположенный на вершине хребта, Гилох имеет панорамный вид.
Поскольку место было заселено в течение только одного
48
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
период (за исключением башни Iron II, возведенной к северу от участка),
большая его часть могла быть раскопана. Мазар отметил, что участок находился в
месте, которое было трудно заселить: скалистая местность с недостатком почвы
для сельского хозяйства, вдали от постоянного источника воды, подверженная
сильным ветрам и удаленная от основного маршрута центрального хребта.
Основные останки, которые были раскопаны на южном конце участка (рис. 8),
включали дом на северной стороне большого двора с длинными стенами,
построенными из больших полевых камней, которые могли быть овчарней.
План дома не отличался от четырехкомнатного типа дома, и использовались
каменные столбы. Кладка была грубой и плохого качества, а пол состоял из
утрамбованной земли. Поскольку не было никаких свидетельств перестилания
пола или каких-либо других внутренних изменений или ремонтов, археологи
пришли к выводу, что дом был заброшен вскоре после его постройки.
Останки в двух областях, раскопанных на периферии участка , были
интерпретированы как часть оборонительной системы. В районе E на
северо-востоке были обнаружены две прочные параллельные стены, на
расстоянии 2,5 м друг от друга; внешняя была толщиной 1 м, а внутренняя — 1,8
м. Их ход был прослежен при поверхностном обследовании
8. Гилох —
генеральный план
памятника (А.
Мазар 1981а: рис.
2).
49
ГЛАВА 3
V
A
D
IM
K
(Рис. 8). В Зоне F на востоке был обнаружен еще один участок «укрепления»; здесь
это была одиночная стена шириной 1,5 м. Параллельно ей с внутренней стороны
находилась внешняя стена дома. Из-за различий в характере кладки этой
оборонительной стены в разных частях участка археологи пришли к выводу, что
она была построена секциями разными группами жителей. Длинные массивные
стены, по-видимому, разделили внутреннюю часть поселения на несколько
больших единиц; у каждой семьи, по-видимому, была своя собственная территория
с домом и двором для стад. Мазар классифицировал участок как «укрепленную
деревню скотоводов», поскольку поблизости нет пахотной земли, а план участка
намекал на животноводство.
Керамические находки были редкими (рис. 9), но поскольку черепки из южного
здания были изучены статистически, они важны для сравнения с другими ранними
израильскими памятниками. Котлы для приготовления пищи составили 27%
коллекции, кувшины для хранения с воротником-ободком — 34%, а другие
кувшины — 17%. Миски, кратеры, кувшины и кувшинчики составили 21%
коллекции. Среди котлов для приготовления пищи и кувшинов были рипы,
принадлежащие к ханаанской керамической традиции LB. Это позволило
археологам датировать это место ранней фазой периода I железного века: основано
около 1200 Г. ДО Н. Э. и заброшено в течение XII в.
Мазар рассматривал Гило как пример заселения ранее кочевой племенной
группой, которая стала оседлой. Скудные материальные находки предполагали, что
у жителей не было керамической традиции, и они приобрели свою керамику в
одном из городских центров, оставшихся в горной стране и Шефеле. По его
мнению, поселение было основано на окраине Иерусалима иевусеев (где только
недавно были обнаружены останки Iron I — Had. Arch. 82, 1983:47); или же, если
принять традицию о завоевании Иерусалима в начале периода израильского
поселения (Судьи 1:8), оно было основано после этого события и заброшено, когда
город иевусеев восстановил свою силу. В любом случае, крепостная стена, которая
является аномалией среди мест израильских поселений в горной стране, была
связана с близостью иностранного анклава, который оставался в Иерусалиме до
времен Давида.
Мазар придавал находкам Гило особое значение в дебатах о характере процесса
израильского заселения (1980a:38; 1981a:33-36; см. также Kempinski 1981 и A. Mazar
1981c); мы вернемся к этому вопросу позже. Альстром (1984b) утверждал, что
жители Гило были хананеями, возможно, даже иевусеями, которые пытались
защитить территорию к югу от своего города; однако, согласно нашему
определению «кто является израильтянином» в Iron I, его обсуждение является
спорным (главы 6-8).
Опросы
Исследование 1968 года (группа Кохави) показало, что три из поселений, занятых в
период I железного века, не были заселены в период II железного века. Каждое из
этих поселений
50
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
9. Керамика из Гилоха (А. Мазар 1981а).
составляла 6-8 дунамов. Кроме того, 22 памятника были отнесены к «израильскому
периоду», но нет никаких упоминаний о том, была ли найдена керамика, конкретно
указывающая на железный век I (Kochavi 1972b:20-21, 83). А. Мазар, участвовавший
в исследовании, отметил, что такие черепки были собраны только на небольшом
количестве этих памятников (1980a:34). Более поздние исследования района,
проведенные А. Мазаром и Офером, не выявили никаких новых памятников
рассматриваемого периода (устное сообщение ). Также не было обнаружено ни
одного памятника раннего железного века на холмах Иерусалима к западу от города.
Офер оценил количество памятников железного века I в Иудейских горах в 10-12,
большинство из них расположены к северу от Хеврона (лекция, Тель-Авивский
университет, декабрь 1985 г.).
51
Граница между географическими единицами
Стоянка
позднего
бронзового
Возможная
стоянка
позднего века
бронзового века
Стоянка железного века
*Израильский* памятник (обследование 1968 г.)
Граница между географическими единицами
Стоянка позднего бронзового века
V
A
D
IM
K
CHAPTER 3
10. Памятники позднего бронзового и железного веков в Иудейских горах.
Примечательно распределение памятников в этом районе (рис. 10): 10 из 25,
нанесенных на карту в ходе обследования 1968 г. (как отмечалось, находки того
периода не были обнаружены ни на одном из них) — 40% — расположены на
восточной и южной окраинах горного плато, у края пустыни. Только четыре
расположены на западных склонах холмов и 11 — на самом хребте.
***********
Обобщая данные по Иудейским горам, следует повторить, что для позднего
бронзового периода нам известны только два определенных памятника (Иерусалим
и Хирбет- Рабуд), одно сомнительное поселение (Бет-Цур) и три могильника, на
которых нет никаких
52
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
соответствующее занятие (Х. Джедур, Хеврон и Х. с Анаб эль-Кабир; для
последнего устное сообщение от Офера). Общая картина периода I железного века,
вытекающая из раскопок и обследований на этой большой территории (около 900
км 2 ), является одним из относительно немногих мест. Это, безусловно,
удивительно, особенно в сравнении с тем, что мы теперь знаем о центральной
холмистой местности к северу от Иерусалима. Что касается хронологии, мы просто
отмечаем, что опубликованная керамика из Бет-Цура и Гилоха (Sellers 1933:Pl. VIII;
A. Mazar 1981a:22), по-видимому, принадлежит, по крайней мере частично, к ранней
фазе периода. В течение II железного века регион заполнился десятками и
десятками мест разного размера.
ИУДЕЙСКАЯ ПУСТЫНЯ
В обзоре 1968 года было сообщено о 20 памятниках эпохи I железа, большинство из
которых представляли собой изолированные сооружения и круглые или
эллиптические ограждения (Бар Адон 1972). Однако исследование ящиков с
керамикой, собранных более чем с половины этих памятников, не дало ни одного
черепка, указывающего на период I железа. Хронологическое определение,
по-видимому, основывалось исключительно на черепках тел. Более поздние
исследования в северной части Иудейской пустыни, проведенные Хиршфельдом и
Патрихом, не выявили никаких памятников эпохи I железа (устное сообщение).
Общая картина, по-видимому, указывает на то, что в этом регионе в период I железа
практически не было памятников с постоянным населением.
ШЕФЕЛА
Плотное ханаанское заселение Шефелы в период поздней бронзы, по-видимому,
продолжалось в XII веке в довольно большом количестве мест (в день разрушения
последнего ханаанского города в Лахише, слой VI, см. Ussishkin 1983:168-170). Во
второй четверти XII века ДО Н. Э. регион начали заселять филистимляне. Таким
образом, трудно представить, что израильтяне поселились в Шефеле, и,
действительно, нет никаких намеков на их присутствие в археологических записях.
Только в двух местах на восточной окраине Шефелы, у подножия холмистой
местности, археологические находки дали какие-либо указания на возможное
кратковременное заселение израильтянами после разрушения ханаанских городов,
но до появления филистимлян.
Раскопки
Телль Бейт Мирсим
Участок расположен в продольной долине у подножия склона Иудейских гор. В
период с 1926 по 1932 год Олбрайт провел четыре сезона раскопок.
53
ГЛАВА 3
V
A
D
IM
K
ций здесь, спонсируемых теологической семинарией Ксении в Питтсбурге и
Американской школой восточных исследований в Иерусалиме. Олбрайт ошибочно
идентифицировала это место с библейским Дебиром (см. Кохави 1974).
Слой C, последний ханаанский город, был уничтожен пожаром, который
археологи датировали третьей четвертью XIII века ДО Н. Э. Олбрайт разделил слой
B на три подфазы (1932:53ff; 1943:4,37). Из самой ранней фазы, Bl, были раскопаны
только силосы. Их керамическое содержимое, описанное как крайне скудное,
включало вырожденные типы поздней бронзы вместе с формами, предвещающими
керамику I железа — но никакого филистимского материала. В последующей фазе,
B2, уже были некоторые сооружения и появилась филистимская керамика. Эта фаза
была уничтожена огнем. Поселение фазы B3, датируемое X веком, было окружено
казематной стеной. Силосы, приписываемые Bl, прорезали обломки разрушения
слоя C и были либо прорезаны в свою очередь силосами B2 и B3, либо отменены
стенами этих более поздних фаз, которые прошли над ними.
Олбрайт отнесла фазу Bl, в которой отсутствовала филистимская керамика, к
периоду, непосредственно следующему за Мернептахом, но до появления
филистимлян, т. е. к концу XIII и началу XII вв. ДО Н. Э. Фаза B2, в свою очередь,
была датирована временем, когда филистимская материальная культура уже
присутствовала в Шефеле.
Гринберг (1987) недавно представил неопубликованный материал из силосов
Iron I в рамках своей переоценки находок из слоев C, Bl-2. Он указывает, что черты
преемственности между слоями C и B особенно очевидны в планировке участка и в
его керамической коллекции, и приходит к выводу, что материальная культура слоя
B отличается от культуры как филистимских, так и израильских поселений.
Гринберг утверждает, что слой B представляет собой продолжение ханаанской
оккупации (как и ситуация в Гезере) и, на основе керамических сходств,
предполагает, что жители пришли из близлежащего Лахиша после разрушения его
слоя VI.
Поскольку находкам из Телль-Бейт-Мирсим придается большое значение для
понимания израильского поселения в горной местности и прилегающих районах,
доказательства должны быть изучены очень тщательно. Наш опыт в Избет -Шарцах
показал нам трудности в стратиграфической ассоциации силосов и датировке их
находок. Керамика, найденная в силосе, не обязательно отражает время его
использования, если только не найдены целые сосуды. Также нелегко определить
связь между силосами. Вполне возможно, что там, где говорится, что один силос
разрезает другой (например, силосы 21 и 24 в Телль-Бейт-Мирсим), на самом деле
один силос просто прислоняется к другому. Наконец, там, где кажется, что стена
разрезает силос, оставляя только его половину (например, силос 21 в
Телль-Бейт-Мирсим), это также можно интерпретировать как силос, который
изначально планировался как полукруглый и построенный у основания стены.
Такова, во всяком случае, была ситуация в Цбет Шарцах. Из всего этого мы
заключаем, что трудно определить, была ли в Телль-Бейт-Мирсим фаза силосов,
которая предшествовала сооружениям с филистимской керамикой. Что касается
слоя B2, трудно определить этническую принадлежность
54
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
населения, отчасти потому, что в отчете о раскопках не содержится количественных
данных о филистимской керамике этого уровня.
Что касается новых данных, то керамика, опубликованная Гринбергом, должна
быть датирована самым концом XIII века или самым началом XII века до н. Э. и, по
общему признанию, относится к ханаанской позднебронзовой традиции. Тем не
менее, по-прежнему трудно определить происхождение жителей слоя Bl-2.
Бет-Шемеш
В Бет-Шемеше, раскопанном в 1928-1931 годах экспедицией колледжа Хаверфорд
под руководством Гранта, была обнаружена ситуация, похожая на описанную для
Телль-Бейт-Мирсима: силосы 515 и 530 были найдены под стенами слоя III,
который был филистимским уровнем на этом месте. В отчете о раскопках силосы
были отнесены к концу слоя IVb, последнему ханаанскому городу, который был
уничтожен огнем (Грант и Райт 1939:10, 41). Но в другом месте Райт, который
подготовил находки для публикации, отметил, что силосы были позже слоя IVb
(Райт 1975:251). Керамика, найденная в них, напоминала ту, что была в силосах слоя
Bl в Телль-Бейт-Мирсиме. На первый взгляд, это может показаться свидетельством
дофилистимского израильского заселения Бет-Шемеша; Однако находки слишком
немногочисленны и неопределенны, чтобы позволить разрешить этот деликатный
и важный вопрос.
Опросы
В ходе обследования Шефелы, которое Даган проводил в течение последних
нескольких лет, не было обнаружено ни одного памятника I железного века с
явными свидетельствами израильского поселения (устное сообщение).
***********
Хотя этнодемографическая модель расселения Шефелы в I веке еще недостаточно
ясна, уже сейчас ясно, что в большей части региона израильское поселение было
просто невозможно. Кемпински предложил отнести Тель-Шиппор в Шефеле к
волне израильского поселения в конце XIII века ДО Н. Э. (1981:64; также Кемпински
и Фриц 1977:144 прим. 7, 147), но это странное предположение не может быть
принято. Место расположено в западной части Шефелы, поблизости нет никаких
израильских поселений, и находки не содержат ни малейшего намека на
израильскую оккупацию. Нет также никаких исторических библейских
свидетельств израильской активности в Шефеле до времен Давида. Только в
восточной Шефеле, около предгорий, можно было предположить, что имела место
кратковременная и ограниченная дофилистимская израильская оккупация; Однако
имеющиеся археологические свидетельства слишком расплывчаты, чтобы сделать
окончательный вывод.
55
ГЛАВА 3
ВЕНИАМИН
IM
K
Для периода I железного века плато Вениамина, ограниченное Иерусалимом на юге
и Вефилем на севере, является одной из самых известных областей в стране.
Комплексы этого периода были раскопаны в Телль -эль-Фюле, Телль-эн-Нашбехе,
Хирбет-эд-Даваре и Гибеоне, а также были обследованы другие места.
Помимо археологических свидетельств, существует значительное количество
важных исторических данных. Большинство событий времен Самуила и Саула
произошли в этом регионе и описаны в Библии довольно подробно. Центрами
населения горной страны в то время были Вефиль, Мицпа, Гива и Галгал — все в
Вениамине — и другие места на этой территории, например, Гибеон, Рама, Геба и
Михмас, также были очень важны в те дни. Идентификация всех этих мест
абсолютно точна. Библия сообщает, что в центральной и западной частях холмов
Вениамина было четыре города гиваонитов, в то время как на юге Иерусалим
оставался городом иевусеев до времен Давида. Основные вопросы заключаются в
том, возможно ли археологически выделить неизраильские элементы области, и в
какой степени города гиваонитов и иевусеевский Иерусалим повлияли на
региональную схему расселения в начале периода израильского расселения.
Раскопки
Скажи эль-Фюл
V
A
D
В Телль -эль-Фюле, обычно идентифицируемом как библейская Гива (иногда также
как Гива Саула и Гива Вениамина; о проблемах идентификации см. Demsky 1973,
Miller 1975), было проведено три сезона раскопок в 1922, 1933 и 1964 годах. Первые
два сезона проводились под руководством Олбрайт для Американских школ
восточных исследований, в то время как П. Лапп возглавлял последнюю кампанию
под эгидой ASOR и Питтсбургской теологической семинарии (Albright 1924; Sinclair
1960; N. Lapp 1978).
Олбрайт и Синклер (подготовившие материал для публикации)
интерпретировали результаты первых двух сезонов следующим образом: в период
средней бронзы на месте наблюдалась некоторая активность, хотя никаких
архитектурных остатков обнаружено не было. В период поздней бронзы место было
заброшено. Остатки железного века были разделены на три «периода». Скудные
архитектурные остатки, отнесенные к периоду I, предшествовавшему возведению
крепости, были датированы (в 1933 году) примерно 1100 ГОДОМ ДО Н. Э.; они были
уничтожены пожаром (следы которого были обнаружены под фундаментом
крепости), который был связан с разрушением Гивы, описанным в Судьях 20:37-38.
Период II был разделен на две подфазы: Крепость I и Крепость II. Первая
крепость датируется концом XI века ДО Н. Э. и приписывается Саулу. Пожар,
который ее уничтожил, был связан с расширением
56
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Филистимляне после победы в битве при Гилбое (1 Царств 31). Вторая крепость,
которая была отремонтированной версией первой, относилась к началу X века ДО Н.
Э. Она была покинута в организованном порядке, поскольку не было никаких
свидетельств разрушения. Период III также был разделен на два: Крепость IIIA
была датирована VIII веком, в то время как Крепость IIIB была отнесена к VII и VI
векам до н. Э., к концу Иудейского царства.
От Крепости I была раскопана только угловая часть стены каземата с большой
выступающей прямоугольной башней. Олбрайт увидел в этом юго-западный угол
крепости каземата с четырьмя угловыми башнями, общие размеры которых
оценивались примерно в 35-52 x 62-65 м (рис. 11). Считалось, что это самые ранние
казематы, когда-либо обнаруженные в Земле Израиля. Он также предположил, что
Крепость II была реставрацией Крепости I по тому же плану. Крепость III была
описана как укрепленная сторожевая башня с наклонными каменными
контрфорсами, которая была построена на вершине юго-западного угла более
ранней крепости.
После этих первых двух сезонов — и особенно после публикации казематной
стены — были высказаны различные критические замечания по поводу
интерпретации находок. Основное возражение было направлено на реконструкцию
Крепости I как большой прямоугольной крепости, поскольку был открыт только
один угол (например, Franken 1961a:472). Другие предложили несколько иную
историческую интерпретацию находок. Альт и Б. Мазар, например, связали
Крепость I с филистимлянами и отнесли только Крепость II ко времени Саула (Б.
Мазар 1954:415; Альт 1964:30-31).
Сезон 1964 года был направлен на выяснение неясных пятен в истории этого
места и в результатах более ранних раскопок. Были получены следующие
стратиграфические и хронологические исправления (Н. Лапп 1978:xvii): Период I,
предшествующий первой крепости, теперь датируется первой половиной XII в. до
н. э . Период II с крепостями I и II датируется 1025-950 ГГ. ДО Н. Э. (крепость I снова
была связана с Саулом). Период III был разделен на две фазы. Первая была
дополнительно уточнена на два этапа, один из которых датируется примерно 700 Г.
ДО Н. Э. (= крепость IIIA), а второй датируется примерно 650-587 ГГ. до н. э. (=
крепость IIIB). Лапп изменил реконструкцию крепости I, предположив вместо
этого, что она была квадратной в плане и что стена была сплошной, а не казематной
конструкции. По обе стороны холма были найдены казематные блоки, которые
были отнесены к периоду III.
Несмотря на то, что этот относительно небольшой участок интенсивно
исследовался в течение ряда лет, практически невозможно поместить
архитектурные останки в четкие исторические и хронологические рамки. Все, что
мы можем сделать, это изучить керамические находки, чтобы узнать, в какие
периоды этот участок был заселен . Этот минималистский подход имеет две
причины: массивная архитектура более поздних периодов повредила самые ранние
сооружения, а раскопки проводились и публиковались таким образом, что это
затрудняет попытки понять результаты.
Тщательное изучение результатов первых двух сезонов показывает, что ни в
одной из крепостей не было обнаружено никаких керамических изделий;
действительно, за все время
V
A
D
IM
K
ГЛАВА 3
11 Керамика I железного века из Телль-эль-Фула (Синклер, 1960: Табл. 20-21).
намерения и цели, полы в них также не были найдены. Стратиграфические
подразделения, по-видимому, были сделаны на основе архитектурных различий, а
находки затем были разделены между различными слоями! Разделения по стилям
кладки и связи между стенами, особенно между Крепостями I и II,
58
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
не убедительны, и возможно, что эти различия представляют собой
конструктивные, а не хронологические фазы.
Результаты опубликованы не полностью — не предоставлены ни фасады, ни
разрезы. Керамический материал, представленный в отчете, в основном поступил
из отложений за пределами крепости и из сооружений к востоку от вершины, где
материал был смешан. Что касается публикации Синклером керамики (рис. 11), мы
прокомментируем только один вопрос. Различия, которые он провел среди сосудов
для хранения с воротником-ободком (Sinclair 1960:16 17,26), рушатся при
критическом рассмотрении (см. также R. Amiran 1962:263); внимательное изучение
опубликованных табличек показывает, что они являются всего лишь вариантами
одного и того же сосуда, лишенными какой-либо хронологической значимости.
Раскопки 1964 года не только не пролили свет на проблемы, возникшие в течение
первых двух сезонов, но и породили новые трудности. Здесь не место углубляться во
все археологические вопросы, затронутые в последнем опубликованном
археологическом отчете, но несколько комментариев необходимы.
— Опять же, никаких комплексов на полу не обнаружено, и никаких новых
доказательств датировки самой ранней крепости не обнаружено. Секция,
вырезанная к западу от угла крепости, не внесла реального вклада в решение этого
вопроса.
— Новая реконструкция ранней крепости еще менее убедительна, чем
первоначальное предложение. Крайне маловероятно, что стена, которую Лапп
считал западным продолжением укрепления, вообще принадлежала крепости.
Реконструкция без казематов странна, поскольку внутренние стены секций
казематов, обнаруженных Олбрайт, были оставлены на плане в виде пней!
— «Казематы» периода III нельзя обойти без комментариев. Они, безусловно,
неряшливы по сравнению с тем, что известно из других мест. Обычно внешняя
стена каземата была шириной около 1,6 м, а внутренняя — толщиной около 1,1 м
(например, Aharoni 1982:198). Но в Телль- эль-Фуле внешняя и внутренняя стены
западных казематов были шириной всего 0,8 и 0,5 м соответственно. План также
показывает, что казематы на востоке были совершенно разными по ширине; их
внутренняя стена была примерно в два раза толще внешней стены западных
казематов. И, наконец, связь между западными казематами и «сторожевой башней»,
построенной над углом ранней крепости, совсем не ясна. Не было также
предпринято никаких серьезных попыток прояснить связь между этими
«казематами» и ранней крепостью.
— И снова результаты были опубликованы в запутанной манере. Планы
недостаточно подробны, нет четких номеров локусов, а список стен отсутствует.
Ценность опубликованного сечения север-юг ограничена, и нет ни одного
хорошего сечения восток-запад через казематы.
Можно ли что-то все же сказать об истории этого места? Кажется, что сужение
даты Периода I до первой половины XII века (в последнем отчете) отражает
отсутствие филистимского материала на этом месте. Однако тот факт, что богатое и
хорошо датированное собрание в Шило (которое было
59
ГЛАВА 3
Гаваон
V
A
D
IM
K
разрушен только в середине 11 века ДО Н. Э.) также не включал ни одного
филистимского черепка, что говорит о том, что филистимская керамика достигла
горной страны только во второй половине 11 века, с военным проникновением
филистимлян в регион. Таким образом, нет никаких препятствий для датировки
Периода I всем 12 веком и первой половиной 11 века.
Отсутствие филистимского материала действительно поднимает вопрос о том,
было ли это место заселено во второй половине XI века ДО Н. Э. (см. Главу 9).
Филистимский гарнизон (1 Царств 13:3) мог быть расположен в Гебе (арабская
деревня Джаба ) , к северо-западу от Телль -эль-Фула. (На самом деле это также
прямое прочтение текста: Ионафан разбил филистимский гарнизон в Гебе, а затем
приготовился там к битве.) Причина, по которой филистимляне выбрали Гебу, на
восточном склоне центрального хребта, в качестве места расположения своего
гарнизона, становится яснее в свете того, что мы теперь знаем о схеме поселений на
территории Вениамина: большинство израильских поселений периода Поселения
и Судей были расположены на окраине пустыни, к востоку от водораздела (см.
ниже).
Что касается большой крепости, то, по сути, нет никакой уверенности в ее
датировке, поскольку несколько черепков, найденных в ней, похоже, были взяты из
засыпки. Сомнительно, что на этом месте можно реконструировать большую
крепость — квадратную или прямоугольную, поскольку все раскопки по всей
вершине не дали никаких доказательств ее существования. Если бы здесь
действительно была крепость, она могла бы принадлежать — на основе сравнений с
крепостями на юге страны, такими как Кадеш-Барнеа, Арад и Хирбет - Уза — к
более поздней фазе железного века.
Интересные вопросы истории и исторической географии, связанные с этим
местом и имеющие значение для изучения всего региона, до сих пор остаются без
ответа.
В 1956-1962 годах в Гибеоне было проведено пять сезонов раскопок по поручению
Университетского музея Пенсильванского университета под руководством
Притчарда. Стратиграфия телла настолько запутана, что практически невозможно с
уверенностью датировать укрепления, дома, высеченные в скале сооружения — или
любые другие найденные там объекты (жесткую критику отчета о раскопках см. в P.
Lapp 1968). Однако керамическая коллекция из телла (даже если не из чистых
уровней) и доказательства с кладбища, обнаруженного на этом месте, позволяют
очертить историю Гибеона. Место было заселено во время MB II, 6 LB (как и
находки
6 Нельзя исключать возможность того, что большая стена, которую Притчард называет «более
поздней городской стеной», принадлежала этому периоду. Притчард датировал ее 10-м веком,
но ее стратиграфическое положение совсем не ясно. Ее ширина и, в значительной степени,
метод ее строительства напоминают укрепления Средней Бронзы, найденные в Хевроне,
Бет-Цуре, Бетеле и Силоме, все в горной местности. Описание стены см. в Притчарде
1962:101-104.
60
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
исключительно из некрополя, сомнительно, что на кургане было постоянное
население), железный I и железный II. Притчард датировал «более раннюю стену»,
которая была шириной 1,6-1,8 м, железным I. Действительно, свидетельства этого
периода были также найдены внутри этой стены, согласно опубликованному
разделу (Притчард 1964:34-39), но раскопанная площадь была слишком мала, чтобы
сделать какие-либо однозначные выводы.
Поскольку Гаваон — единственный из «гаваонитских городов», который был
раскопан, особенно огорчает тот факт, что, вопреки ожиданиям, работа там не
внесла никакого вклада в прояснение исторического и археологического прошлого
евеян, которые, согласно Библии (Иисус Навин 9), в то время жили в горах
Вениамина.
Телль эн-Нашбех (Мицпа)
Телль-эн-Нашбех, расположенный к югу от Рамаллаха, был раскопан в течение
пяти сезонов между 1926 и 1935 годами Баде по поручению Тихоокеанской школы
религии (McCown 1947a; Wampler 1947). Здесь не было обнаружено никаких
поселений ни среднего, ни позднего бронзового периода (в одном месте —
McCown 1947a: 180 — Wampler отметил, что были найдены фрагменты чаши с
ручкой в виде вильчатой кости и несколько бильбилей , но трудно понять, что он имел
в виду; в любом случае, такие предметы — как они понимаются сегодня — не
появляются на керамических пластинах отчета о раскопках). На основе нескольких
сосудов, в которых прослеживается ханаанская керамическая традиция, Ахарони
подсчитал, что израильское поселение на этом месте началось уже в 13-м или даже
14-м (!) веке ДО Н. Э. (1982:174; Ахарони, Фриц и Кемпински 1975:121). Однако эти
сосуды могли с таким же успехом появиться и в 12-м веке, особенно в его начале
(глава 9).
Почти весь город железного века — его укрепления, дома, улицы — был
обнаружен; только самая высокая часть была размыта до коренной породы (рис. 12).
Археологи с трудом различали различные фазы строительства и поэтому разделили
останки только на два слоя большой продолжительности.
Археологи характеризовали поселение Iron I как деревню или небольшой бедный
провинциальный городок. К этому этапу, который они датировали XI веком, они
отнесли «внутреннюю стену», две башни и несколько домов. Ширина внутренней
стены, которая различима в первую очередь с южной и северо-западной сторон
кургана, составляла метр, а иногда и немного больше. Археологи колебались над
вопросом, была ли она частью казематной стены, тем более, что было трудно
отличить стену от примыкающих к ней построек.
Позже, в период Железного II, была построена массивная сплошная стена (ее
связывали с Асой, согласно 3 Царств 15:22). Три из зданий, приписываемых этому
этапу, были исключительными. Это были большие четырехкомнатные дома,
примыкавшие к крепостной стене, и, возможно, они имели какую-то общественную
функцию (Branigan 1966). По крайней мере одно из них было возведено поверх
более ранних зданий. (Для нового
61
V
A
D
IM
K
ГЛАВА 3
12. Телль-эн-Нашбех — генеральный план (Маккаун
1947а).
62
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
(Попытку архитектурно-стратиграфического анализа построек на этом месте см. в
работе Макклеллан, 1984 г.) Поселение, обнаруженное при раскопках в
Телль-эн-Нашбехе, имеет две характерные особенности — дома с колоннами и
облицованные камнем силосные башни; большинство последних были
обнаружены в районе между внешним рядом домов и большой (внешней)
крепостной стеной.
План, опубликованный в отчете о раскопках, включал все архитектурные
останки, которые были найдены на месте, охватывая период от I железного века до
персидского периода. Учитывая это, довольно удивительно, что план выглядит
очень однородным, с небольшими изменениями. Почти неизбежное объяснение
состоит в том, что эти здания, с небольшими изменениями, использовались с
момента их основания до тех пор, пока место не было заброшено. Имея это в виду и
в свете удивительного сходства во многих деталях между планировкой
Телль-эн-Нашбеха и деревни I железного века, обнаруженной в Ай (глава 6), можно
предположить, что Телль-эн-Нашбех действительно была деревней, основанной в I
железном веке, которая почти не претерпела последующих изменений.
Все, что было добавлено к ядру поселения в Iron II, — это большая крепостная
стена и три четырехкомнатных дома, упомянутые выше. (Имеющиеся исторические
свидетельства также подтверждают это предложение: Библия не упоминает ни
единого намека на какое-либо разрушение Мицпы, ни в войнах между Израилем и
Иудеей после разделения царства, ни, по-видимому, во время похода Сеннахирима
— это место не упоминается в знаменитом маршруте Исайи 10:28-32). Если эта
гипотеза верна, то Телль-эн-Нашбех представляет собой уникальный пример плана
большой израильской деревни периода Судей.
Эллиптический по очертаниям и занимающий площадь более 15 дунамов,
участок был хорошо адаптирован к топографии. Дома вдоль внешнего края
деревни, некоторые из которых были колонными зданиями трех- и
четырехкомнатного типа, были смежными и опирались на утолщенную стену,
образуя линию обороны по направлению к склону. В некоторых местах цепь их
широких задних комнат образовывала то, что выглядит как казематы. К сожалению,
самая верхняя часть участка была размыта, поэтому нет возможности узнать его
полную планировку. Большинство зернохранилищ, которые более характерны для
I железа, чем для II железа (как отмечено в Главе 2), были найдены в периферийном
поясе, окружающем деревню; могут быть примеры этого явления и из других мест
(Глава 6). Строители массивной стены принимали во внимание этот пояс силосов,
как это видно из необычного пространства, отделяющего дома от крепостной
стены. Эта стена, которая, возможно, была построена Асой, таким образом
«обернула» существующую деревню домов и силосных башен. Три больших дома
были построены позже, по-видимому, для административных целей. (Два из них
были возведены на относительно пустом участке между стенами.)
Трудно определить, когда было основано поселение — возможно, оно медленно
развивалось в течение I железного века и X века, пока не достигло своей
окончательной формы. Однако в опубликованных материалах нет ничего, что
мешало бы датировать начало деятельности XII веком до Н. Э. (см. уже Albright
1948:204).
63
ГЛАВА 3
Хирбет эд-Давара
V
A
D
IM
K
Участок расположен на окраине пустыни, рядом с деревней Мухмас (карта. ref.
17775 14150). Автор провел там два сезона раскопок в 1985-86 годах по поручению
Департамента изучения земель Израиля в Университете Бар-Илан (Финкельштейн,
готовится к публикации b). Площадь поверхности участка составляет около 5
дунамов, а его очертания имеют форму круга (отсюда и арабское название, которое
означает «круглый»). Еще до начала раскопок на поверхности были видны
обрушившаяся периферийная стена и ряды монолитных столбов (рис. 13).
Хирбет-эд-Давара оказался однопериодным поселением, основанным во второй
половине XI в. до н. Э. и заброшенным в конце X в. Все останки принадлежали к
одной архитектурной фазе. Поселение было окружено сплошной стеной шириной
2-3 м, сложенной из крупных полевых камней. Внутри укрепления, на западной
стороне поселения, мы обнаружили три четырехкомнатных дома, в которых
использовались монолитные столбы. Два из домов были перпендикулярны
внешней стене, а третий (который находился между ними) был параллелен стене
(рис. 86). Широкие комнаты двух перпендикулярных домов и параллельный блок
боковых проходов среднего дома образовали ряд «казематов», прилегающих к
внешней стене. Еще один четырехкомнатный дом, перпендикулярный стене, был
раскопан на северо-восточной стороне поселения. Поскольку коренная порода уже
была обнажена во всем центре поселения, мы не можем определить план ядра
поселения.
13. Х. эд-Давара — вид с воздуха до раскопок.
64
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Опросы
Восемь поселений Iron I, обнаруженных на территории Вениамина во время
обследования 1968 года, дополняют раскопанные места (Kallai 1972). Распределение
этих мест наиболее интересно. Семь из них (87,5%) находятся в восточной части
региона, на окраине пустыни, где они представляют 28% всех исследованных мест
всех периодов. Единственное место Iron I на хребте — Хирбет эль-Бурдж,
библейский Беэрот (Yeivin 1971b: 140-144) — составляет всего 3% всех
обследованных мест в этой топографической единице. В Iron II баланс поселений
изменился, и места на окраине пустыни тогда составляли всего 53% всех мест в
Вениамине в тот период. Хотя исследование было неполным (западные склоны
Вениамина были едва обследованы), приведенные выше проценты достаточно
достаточны, чтобы показать тенденцию к концентрации памятников в восточной
части территории Вениамина — даже принимая во внимание раскопанные
памятники, которые все расположены в центральном хребте. Что касается
хронологического аспекта, находки из Телль- эль-Фула и Телль-эн-Нашбеха
свидетельствуют о том, что израильское поселение в Вениамине началось в начале I
железного века.
Накопленные археологические данные по Вениамину в сочетании с библейскими
описаниями дней Самуила и Саула указывают на то, что основная деятельность
израильтян в Вениамине в Железном I была сосредоточена в восточной части
хребта и на окраине пустыни (рис. 14). Вероятно, причиной этого было наличие
городов гибеонитян в западной части хребта (Гибеон и Беерот) и на склонах
(Кириаф-Йеарим около Абу-Гоша и Кефира около небольшой деревни Катанна, к
северу от Макале ха -Хамиша). Кстати, ни города гибеонитян, ни иевусейский
Иерусалим не имели никаких «дочерних» деревень.
Территория Вениамина была, таким образом, разделена по этническому
признаку: евеи поселились на западе, а израильтяне на востоке. В любом случае, мы
не можем выделить различия в материальной культуре между этими двумя
этническими образованиями, проживавшими на территории Вениамина в начале I
железного века. Мы также в настоящее время не знаем, когда евеи пришли в этот
регион или как их города, возглавляемые Гибеоном, впоследствии стали
израильскими поселениями (см. Yeivin 1971b; о возможности того, что семья Саула
изначально происходила из Гибеона, см. Demsky 1973).
ЕФРЕМ
На этой важной территории, в самом сердце израильских поселений, мы
предприняли интенсивный региональный проект, в центре которого находится
период I железного века.
65
V
A
D
IM
K
CHAPTER 3
место гивеонит
другой место железного
века I
иерусалим наблус
дорога
14. Памятники эпохи железа I в Вениамине.
фокус. Промежуточные результаты наших раскопок в Силоме и нашего
исследования в Эфраиме будут подробно описаны в главах 4 и 5; там мы также
обсудим выводы, вытекающие из нашего исследования модели заселения Эфраима
в период израильского поселения. Здесь мы ограничимся обобщением результатов
четырех раскопок на окраинах этого региона, Хирбет Раддана, Ай и Бетел на юге и
Цбет Шарца на западе.
66
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Раскопки
Хирбет Раддана
На этом участке, расположенном на западной окраине города Эль-Бирех (карта №
1693 1466), Кэллауэй и Кули (1971; Кули 1975) провели четыре кампании по
спасению. Хирбет Раддана расположена на продолжении хребта, окруженного с
трех сторон глубокими вади с источниками. Хотя здесь и наблюдалась некоторая
активность в периоды EB I и византийский период, по всем признакам это участок
одного периода. Поселение Iron I занимало — по словам археологов — площадь в
8-10 дунамов (но оно могло быть меньше) и состояло из пяти или шести групп
сооружений, каждое из которых состояло из двух или трех колонных домов вокруг
центрального двора. Изменения в зданиях указывали на два этапа. Ранний был
датирован концом XIII века ДО Н. Э. , а более поздний — периодом 1125-1050 ГГ. ДО
Н. Э. Хирбет Раддана был уничтожен пожаром. (Й. Ахарони 197la: 133-135
предложил отождествить это место с библейским Атаротом.)
Было найдено относительно большое количество металлических орудий
(Waldbaum 1978:25). Хотя большинство из них были сделаны из бронзы, три были
из железа (одна была наконечником лемеха плуга). Дополнительные находки
включали три основания курильниц и коническую печать из черного стеатита. Два
других керамических артефакта имеют особое значение: приоткрытая ручка с тремя
буквами протоханаанского письма (Y. Aharoni 1971a: Cross and Freedman 1971; Cross
1979; наш рис. 103) и многоручный кратер с своего рода трубкой, которая почти
охватывала внутреннюю окружность чуть ниже обода и которая открывалась внутрь
с помощью двух бычьих голов (рис. 15).
Ахарони считал, что надпись Раддана подтверждает его вознесение начала
израильского поселения к XIV веку ДО Н. Э., в то время как Кросс и Фридман
датировали ее концом XIII века или около 1200 ГОДА ДО Н. Э. (глава 9). Кратер,
который, вероятно, использовался для возлияний, имеет параллели с периодом
Древнего хеттского царства. Кемпински (1973:39,43) воспринял это как
доказательство хеттского влияния в Земле Израиля и связал это с точкой зрения Б.
Мазара (1981:76-79) о том, что в конце XIII века и начале XII века, когда империя
хеттов была опустошена, некоторые группы эмигрировали из Анатолии в Землю
Израиля.
Деревня Хирбет Раддана имеет несомненное значение для изучения
израильского поселения в горной стране, как потому, что это хорошо
сохранившийся однопериодный памятник, так и потому, что он имеет
относительно хорошо развитую материальную культуру. Когда будет опубликован
окончательный отчет о раскопках, он, безусловно, обогатит наши знания о культуре
жителей горной страны в период I железного века. Но даже сейчас стоит
прокомментировать вопрос хронологии (и эти замечания также справедливы для
дат, назначенных в прошлом другим памятникам в горной стране).
67
V
A
D
IM
K
ГЛАВА 3
15. Х. Раддана — многоручный кратер, украшенный головами быков (Callaway and Cooley 1971:
17).
В своих предварительных отчетах археологи Радданы не указали обоснования
своих дат начала и конца деятельности на этом месте, но, похоже, что по крайней
мере некоторые из соображений были не археологическими (археология до сих пор
не может предоставить абсолютно точные даты в железном веке), а скорее общими
историческими, которые не обязательно справедливы для каждого отдельного места
в горной стране (глава 9). Их первоначальная дата, очевидно, была основана на
упоминании Израиля в стеле Мернептаха. Их конечная дата, по-видимому,
произошла от библейского намека на разрушение Силома филистимлянами в
середине 11 века ДО Н. Э. (Иеремия 7:12 и т. д.) после их поражения Израиля в битве
при Авенезере (1 Царств 4).
68
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Предварительные отчеты о раскопках не содержат никаких веских доказательств
для переноса даты основания Хирбет Радданы на конец XIII века — за
исключением надписи, дата которой в значительной степени и тавтологически
основана на дате этого места. Напротив, хорошо развитые колонные здания,
обнаруженные там, убедительно свидетельствуют о том, что это однопериодное
место не было основано на очень раннем этапе I Железного века. Дата в середине
XII века — или даже немного позже — лучше всего соответствует всем
доказательствам. Поскольку предварительные отчеты не упоминали о находках
каких-либо красноватых и полированных черепков или какого-либо
филистимского материала, датировка археологами разрушения этого места
серединой XI века ДО Н. Э. кажется разумной.
Ай
Две экспедиции работали в Ай (Хирбет-эт-Телль к востоку от Рамаллаха). С 1933 по
1935 год Дж. Марке-Краузе провел три сезона раскопок по поручению экспедиции
Ротшильда. В 1964-1972 годах Дж. Каллауэй руководил семью кампаниями под
эгидой Американских школ восточных исследований и других американских
учреждений. Ай был необитаем с конца EB III (около 2400 Г. ДО Н. Э.) до начала
железного века, факт, который, естественно, имеет далеко идущие последствия для
оценки библейских традиций завоевания (о проблемах идентификации и
завоевания Аи см. Yeivin 1971c:179-181; позднее, Zevit 1983; и главу 8 ниже). Остатки
поселения раннего железного века очень важны для изучения ранней израильской
архитектуры, поскольку, как и в случае с близлежащим Хирбет-Радданой,
отсутствие более поздних поселений позволило обнажить значительную часть
поселения.
Марке-Краузе раскопал группу зданий вдоль северной окраины этой деревни
(1949:22-24; наши рис. 16, 85). Это были типичные колонные здания трех- и
четырехкомнатного типа, примыкавшие друг к другу так, что широкие задние
комнаты создавали своего рода казематную стену, служившую линией обороны.
Доступ к зданиям был, конечно, изнутри поселения. Широкие задние комнаты не
создавали прямую линию, а были попеременно смещены и вставлены. Этот особый
способ строительства, который, по-видимому, был параллелен другим памятникам I
железного века в холмистой местности, возвещал о строительных методах периода
монархии (Шило 1978:45-46; Глава 6 ниже).
Каллауэй продолжил раскопки деревни раннего железного века (1965:22-27;
1969a; 1975:49-52; 1976:29-30), которая занимала площадь 10-12 дунамов (в отличие
от примерно 110 дунамов города раннего бронзового века) и включала, по данным
археолога, около 20 групп колонных зданий. Это поселение также датируется
периодом 1220-1050 ГГ. ДО Н. Э., причем выделяются две фазы. Первая, в которой
были мощеные улицы, описывалась как неукрепленная сельская деревня и
датировалась 1220-1125 ГГ. ДО Н. Э. Во второй фазе, датированной 1125-1050 ГГ. ДО
Н. Э., население — по данным археолога — было больше,
69
IM
K
CHAPTER 3
D
16. Ай — остатки железа I, раскопки Марке-Краузе (предоставлено Департаментом
древностей).
V
A
Дома подверглись незначительной реконструкции, рядом с домами были вырыты
силосные башни, а некоторые переулки были заблокированы. Заброшенность этого
места датируется серединой 11 века ДО Н. Э., поскольку не было найдено ни одной
полированной посуды.
Каллауэй утверждал, что археологические свидетельства предполагают, что
жители первой фазы вышли из деревенской жизни, в то время как обитатели второй
фазы принесли с собой новые традиции, которые намекали на кочевое
происхождение. Он основывал свой аргумент о том, что у последних не было
оседлой традиции, на том факте, что они перекрывали пути между зданиями
силосными башнями. Таким образом, Каллауэй (1968; 1969a) «решил» проблему
противоречия между библейским повествованием (завоевание Гая) и
археологическими свидетельствами (отсутствие остатков поздней бронзы): жители
первой фазы были не израильтянами, а, возможно, евеянами, и «завоевание» Гая
было просто захватом этой деревни израильтянами, которые затем стали
обитателями этого места во второй фазе.
Каллауэй также попытался провести хронологические различия среди кувшинов
с воротником-венцом, найденных при раскопках: у кувшинов первой фазы были
длинные воротники и высокие венцы, а у кувшинов второй фазы — короткие
воротники и отогнутые венцы (1969a:8-9; наш рис. 92).
70
17. Ай — культовая стоянка I эпохи железа (Кэллауэй 1975: 46).
ГЛАВА 3
Вефиль
D
IM
K
Хотя в случае с Гаем окончательный отчет о раскопках еще не опубликован, мы
должны оспорить несколько важных моментов. Во-первых, крайне сомнительно,
что есть достаточно археологических данных для построения теории о завоевании
Гаем, столь далеко идущей, как у Каллауэя. Он, очевидно, пришел к этому
странному решению в отчаянной попытке найти способ согласовать библейское
повествование с археологическими свидетельствами.
Даже если в Ай было две фазы I железного века, крайне маловероятно, что
разницу между ними можно было бы отнести к популяциям, происходящим из
разных социальных и экономических слоев. В других местах в горной местности нет
никаких доказательств такого явления; напротив, все черты Ай, включая черты
первой фазы, также проявлялись в других израильских местах в регионе на
протяжении всего периода I железного века.
Установление Каллауэем 1220 Г. ДО Н. Э. в качестве даты основания поселения
явно исходит из исторической концепции, для которой нет археологической
поддержки (глава 9). Насколько можно определить из предварительных отчетов, нет
никаких причин — говоря керамическим языком — по которым основание
поселения не может быть датировано, скажем, 1150 Г. ДО Н. Э., датой, которая
соответствовала бы архитектурным свидетельствам относительно хорошо развитых
колонных зданий, найденных на этом месте. Наконец, представление о том, что
хронологические различия могут быть проведены между типами кувшинов для
хранения с воротником-венцом, успешно оспаривается данными из других
раскопок в холмистой местности (глава 7).
V
A
Курган Бетел, одно из важнейших мест в центральной холмистой местности, был
раскопан в 1934, 1954, 1957 и 1960 годах Американскими школами восточных
исследований и Питтсбургской теологической семинарией. Первый сезон был под
руководством Олбрайта, а остальные сезоны — Келсо с помощью Олбрайта (Kelso
1968:32-35, 63-66).
Вефиль был укрепленным городом в период средней бронзы. Во время LB I мог
быть пробел в поселении. Затем место быстро восстановилось, но процветающий
город LB II в конечном итоге был уничтожен в результате огромного пожара,
который датируется примерно 1240-1235 ГГ. ДО Н. Э.
Занятие I железного века было бедным и полностью отличалось по
материальной культуре от своего предшественника. На основе архитектуры и
керамики были выделены четыре фазы. Первые две, по-видимому, были
уничтожены пожаром. Конец первой фазы датируется не позднее начала XII века
ДО Н. Э.; вторая фаза охватывает большую часть XII века. Фаза 3, в которой
дебютировала ручная полировка керамики, датируется первой половиной XI века
или даже 1025 годом до Н. Э. или позже. Фаза 4 была далее разделена на две
подфазы, причем более ранняя датируется концом XI и началом X веков до н. э . , а
вторая - концом X века. Скудная керамика первых трех фаз сравнивалась с
материалом из слоя Bl в Телль
72
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Бейт Мирсим и Фаза 4 сравнивались со слоями B2 и B3 того же участка.
Особенностью, характеризующей архитектуру зданий I железного века, было
использование рядов колонн.
Стратиграфическая ситуация в Вефиле была классической в том смысле, что она,
по-видимому, соответствовала библейскому описанию завоевания ханаанских
городов в целом и Луза в частности: процветающий ханаанский город позднего
бронзового периода был сожжен и заменен израильтянами, чья материальная
культура была очень скудной. Однако Вефиль оказывается единственным местом во
всей Земле Израиля с такой последовательностью (глава 8). Здесь также дата
разрушения позднего бронзового города была, очевидно, определена путем
обращения к историческим, неархеологическим соображениям; ни одна из
фактических находок не исключает более поздней даты (глава 9).
Планировка поселения I железного века недостаточно ясна, поскольку деревня
Бейтин, расположенная на холме, не позволяла проводить раскопки на больших
площадях. Данные, представленные в отчете о раскопках, недостаточны для
определения значимости четырех фаз, поэтому трудно решить, представляют ли
они собой подлинные этапы заселения или просто незначительные изменения в
постройках с течением времени. Бетел стал важным городом в период монархии.
c Избет
Шарцах
Участок расположен на невысоком холме (карта ref. 1467 1679) к северо-востоку от
Рош Хакайина и к юго-западу от Кафр Касема, недалеко от места, известного как
Избет Шарцах . Название происходит от того факта, что в последних поколениях
жители деревни Şarţa, которая находится примерно в 12 км к востоку, обрабатывали
эту территорию сезонно ( c izbah = сезонная ферма или сельское поселение на
египетском арабском языке). Холм, на котором расположен участок, выходит на
широкое пространство прибрежной равнины. По другую сторону перевала Афек,
примерно в 3 км к западу, у истоков реки Яркон, находится Телль Афек (рис. 1).
Место было обнаружено в 1973 году археологической группой Тель-Авивского
университета. Кохави, возглавлявший исследование, предложил идентифицировать
это место с Эбенезером (например, 1977:3,12), местом, где израильтяне разбили
лагерь перед битвой с филистимлянами (1 Царств 4:1). Однако неясно, было ли это
названием поселения или топографическим ориентиром (Garsiel and Finkelstein
1978; об идентификации места см. также Miller 1983:125-128).
Избет Шарцах были проведены четыре короткие раскопки при совместном
спонсорстве Института археологии Тель-Авивского университета и Департамента
исследований Земли Израиля Университета Бар-Илан. Экспедицию возглавлял
Кохави, а автор был полевым директором (Финкельштейн, 1986). Было обнаружено
три слоя. Самый ранний (Стратурн III) датируется периодом между концом 13-го и
началом
73
ГЛАВА 3
V
A
D
IM
K
XII век ДО Н.Э. и начало XI века. Слой II просуществовал меньше времени в конце
XI века, в то время как Слой I, также недолговечный, датируется началом X века ДО
Н.Э.
В непосредственной близости от места и в аналогичном топографическом
положении на границе предгорий и прибрежной равнины исследование
обнаружило шесть дополнительных мест этого периода на участке длиной 8 км
между Джалджулией на севере и Рош Ха- Кайном на юге. Соображения, которые
были полностью описаны в Главе 2, привели нас к выводу, что они представляли
собой приток людей из горных районов.
Это место имеет большое значение для изучения периода израильского
поселения по трем причинам. Во-первых, отсутствие более позднего заселения на
этом месте позволило сравнительно легко обнажить большую территорию и
восстановить план каждого слоя. Таким образом, результаты раскопок имеют
прямое значение для понимания развития израильской архитектуры в период I
железного века (глава 6). Во-вторых, близость места к Афеку, который интенсивно
раскапывался, впервые позволяет изучить связь между ханаанским городом, который
впоследствии стал важным филистимским центром, и небольшим израильским
поселением поблизости. Наконец, расположение Цбет-Шарца на географической
границе между предгорьями и прибрежной равниной — которая в то время также
была этнической границей между израильтянами в горной стране и хананеями и
(позже) филистимлянами в прибрежной равнине — означало, что события,
происходящие как в непосредственной близости, так и в более отдаленных
регионах, ощущались одновременно. Таким образом, история Цбет-Шарцаха стала
отражением исторического и демографического развития этого чувствительного и
интригующего региона.
Слой III имел эллиптическую форму и занимал площадь 2,2 дунама (рис. 76).
Доступ к участку был с северо-восточной стороны через узкий проем между двумя
монолитными косяками, ведущий в вестибюль, вымощенный каменными плитами.
Широкий центральный двор был окружен стеной, сложенной из крупных полевых
камней. От этой стены другие стены выступали наружу под прямым углом, отделяя
смежные комнаты друг от друга. Внешняя стена этих комнат — в отличие от
внутренней стены — не была ровной линией; другими словами, ширина комнат
была разной. Полом обычно служила скальная порода. Комнаты выходили во двор,
но между ними не было дверей. Во дворе было несколько выложенных камнем
силосов. Были раскопаны два сегмента внутренней стены (вокруг двора) и смежные
комнаты общей длиной 55 м (рис. 18). Между поверхностью скалы и полом
следующего слоя был обнаружен легкий кирпичный материал слоя III; его сравняли
с землей, чтобы использовать в качестве компенсатора для зданий слоя II.
Слой III был заброшен в организованном порядке, поэтому было найдено всего
несколько целых сосудов. Среди них три кувшина для хранения с воротником (рис.
19). Поскольку это было первое заселение на этом месте, черепки отражают
накопление на протяжении всего существования этого слоя. Среди
74
Четырехкомнатный дом уровня II в центре.
Самые ранние находки включают небольшой фрагмент импортного
сосуда-стремени, по-видимому, выполненного в простом стиле позднего
микенского периода IIIB (рис. 105; глава 9); большой фрагмент большого кратера,
украшенного в стиле пальмы и козерога; часть кратера с накладным пластическим
орнаментом в виде головы козерога (рис. 102); основания «ханаанских» сосудов для
хранения; и венчики мисок и горшков для приготовления пищи, изготовленных в
керамических традициях позднего бронзового периода (рис. 20). Эта керамика
относит начало активности на этом месте к концу XIII или началу XII в. ДО Н. Э.
Несколько венчиков округлых краснолаковых мисок и фрагментов сосудов с
прямыми, непрофилированными венчиками также происходят из этого слоя, что
указывает на то, что он просуществовал до первой половины XI в. Весь
керамический комплекс, включающий несколько филистимских черепков, демонстрирует что жители имели связь с близлежащей прибрежной равниной.
После короткого перерыва на участке возобновилась деятельность. Слой II по
плану полностью отличался от слоя III и свидетельствовал о некоторой степени
планирования (рис. 21). В центре участка, который теперь охватывал площадь около
4 дунамов, был возведен большой четырехкомнатный дом. Он был окружен
десятками силосных башен (рис. 22), сгруппированных вместе, которые были врыты
в кирпичную кладку и остатки зданий слоя III. Периферия
IM
K
ГЛАВА 3
D
19. Цбет Шарцах — сосуды для хранения III слоя.
V
A
Поселение было обозначено серией небольших домов. Планы двух из них удалось
реконструировать, и они также принадлежали к типу домов с четырьмя комнатами.
Эти дома не были смежными, так что в отличие от поселения слоя III, теперь не
было линии обороны, обращенной к склону.
Размеры центрального дома составляли около 12 x 16 м, и он сохранился на
высоту двух-трех рядов. Его внешние стены были толщиной до 1,4 м; обе стороны
были построены из крупных полевых камней. Части этих внешних стен были
ограблены позднее и повторно использованы в сельскохозяйственной террасе. Два
ряда каменных столбов разделяли дом на три длинные комнаты. Боковые комнаты
были вымощены каменными плитами, в то время как остальная часть площади
использовала местную коренную породу и утрамбованную землю в качестве пола.
Вход в здание находился в конце западной стены и вел в боковую комнату.
Небольшая комната была пристроена к северной стороне здания.
Всего вокруг центрального здания было обнаружено 43 силоса (рис. 89). Их
стенки были облицованы камнем, а полы состояли либо из скального основания,
либо из мостовой из мелких камней. Несколько силосов были прислонены к стенам
76
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
здание; в некоторых частях участка они были смежными. В нескольких местах между
силосами была обнаружена твердая поверхность утрамбованной земли.
Одной из самых важных находок был остракон с протоханаанским письмом,
обнаруженный в Силосе 605 (но он не обязательно принадлежал к слою II). Около
80 символов были вписаны в пять рядов. Верхние четыре ряда, похоже,
представляют собой своего рода студенческие упражнения, в то время как весь
алфавит появляется в пятом ряду, написанном слева направо (Kochavi 1977; Demsky
1977; см. также Naveh 1978;
77
A
D
IM
K
ГЛАВА 3
V
21. Цбет Шарцах — схематический план слоя II.
Cross 1980:8-15; Dotan 1981). Эта находка является важным свидетельством
грамотности среди жителей горной страны в период израильского поселения и
судей.
Stratum II недолго существовал в конце XI века, а затем был заброшен, также
организованно. Вскоре после этого место снова ожило на одно-два десятилетия в
начале X века ДО Н. Э. Поселение Stratum I было еще меньше. Центральный
четырехкомнатный дом был восстановлен с несколькими изменениями: между
столбами в каждом ряду были построены низкие перегородки; с северной стороны
были добавлены две комнаты; и внутри здания было построено несколько
сооружений. Было вырыто несколько новых силосных ям, чтобы заменить те,
которые вышли из строя. Во время резки этих силосных ям, теперь их около 10,
здания Stratum II на краю участка были повреждены. Керамические типы,
присутствующие в комплексе Stratum I, были практически
78
22. Избет Шарцах — четырехкомнатный дом после реконструкции. Слева силосы Stratum Π.
23. Избет Шарцах — прото-ханаамский остракон.
ГЛАВА 3
V
A
D
IM
K
идентичны показателям из слоя II; однако статистический анализ выявил различия в
относительном количестве различных типов от одного слоя к другому.
История оккупации в Избет -Шартахе достоверно отражает историческое
развитие поселений в пограничной зоне между прибрежной равниной и
предгорьями в период I железного века. В определенные времена израильтяне
достигали границ прибрежной равнины; в другие времена жители были оттеснены
обратно в сердце горной страны.
Есть две альтернативы для даты первого заселения Избет -Шарца: незадолго до
разрушения близлежащего египетско-ханаанского Афека или в течение короткого
периода после его разрушения, но до того, как там обосновались филистимляне (об
истории Афека в этот период см. Кохави 1981:80-82). Возможно, что некоторые из
других мест, обнаруженных во время обследования вдоль края предгорий, также
были впервые заселены в это время. Их концентрация напротив Афека — хотя в то
же время и в похожей географической обстановке, южнее практически не было
найдено никаких мест этого периода — требует объяснения, и этот вопрос будет
обсуждаться в Главе 11.
Оставление Страта III, по-видимому, было связано с растущей напряженностью
между Израилем и филистимлянами в этом регионе в начале XI века,
напряженностью, которая в конечном итоге достигла кульминации в решающей
битве при Эбенезере. После поражения израильтян не было возможности
переселить Избет Шарцах до времен Саула, в конце XI века (= Страта II). Однако
через некоторое время филистимляне вернули себе верх и снова отбросили
израильтян на восток. Возобновившаяся экспансия на запад в начале X века (=
Страта I) должна быть связана с правлением Давида. Вскоре после этого, когда
плодородная равнина бассейна Яркон стала доступна для израильских поселенцев,
Цбет Шарцах был навсегда оставлен. Именно в это время мы находим первые
свидетельства израильской оккупации в близлежащем Афеке (Кохави 1981:82).
МАНАССИЯ
География северной части центральной горной страны, территории Манассии,
полностью отличается от регионов на юге. В Манассии широкие долины и
обширные области, состоящие из мягкого известняка, создают относительно
умеренный ландшафт. По обе стороны от бассейна Сихема есть два ряда
относительно крупных источников. По этим причинам Манассию было легче
заселить, чем более холмистые районы на юге. Некоторые местности, такие как
долина Дофан, на самом деле больше похожи на северные долины, чем на
центральные холмы по своей пригодности для заселения. В результате, курганы
крупных городов — Сихема, Тирцы, Самарии и Дофана находятся в этом регионе, а
также самый плотный массив поселений из всех горных районов Земли Израиля.
80
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Важность территории Манассии в период израильского поселения очевидна как
из Библии, так и из археологии. Библия отдает приоритет традициям святости
Сихема и горы Гевал, в то время как археологические исследования выявили почти
беспрецедентную плотность поселений. Однако население в регионе во время
Железного века I не было однородным, и это усложняет попытки понять
исторические и демографические процессы, которые действовали в этой части
страны.
Раскопки
Сихем
«Некоронованная царица Палестины», как Райт (1965:9) описал Сихем, был самым
важным городом в северной части центральной горной страны от периода Средней
бронзы до I железного века. Часто упоминаемый в исторических источниках, Сихем
был важным культовым местом на протяжении всего этого периода. Из Библии
трудно понять характер и дату процесса проникновения израильтян в Сихем;
жители I железного века там, по-видимому, были смешанными, то есть состояли из
разных этнических элементов (глава 5).
Обилие исторической информации делает Сихем одним из самых заманчивых
мест в стране. Действительно, Телль Балата, курган библейского Сихема,
раскапывался различными экспедициями с начала века. Селлин копал здесь еще в
1913-1914 годах, а затем вернулся для еще четырех кампаний в 1926 и 1927 годах.
Под руководством Райта экспедиция, спонсируемая Университетом Дрю,
Теологической семинарией Маккормика и Американскими школами восточных
исследований, провела восемь кампаний в Сихеме с 1956 по 1969 год (Райт, 1965; о
последних двух сезонах см. Девер, 1974).
Несмотря на огромные усилия, приложенные американской экспедицией при
раскопках этого места, их окончательные отчеты еще не опубликованы, и трудно
понять характер Сихема в наш период из предварительных отчетов. Тумбс, один из
археологов, недавно (1979) попытался подвести итог истории этого места в периоды
поздней бронзы и I железного века. Процветающий город поздней бронзы был
разрушен еще до окончания этого периода, где-то в конце XIV или начале XIII века
ДО Н. Э. Реанимация места началась немедленно, без перерыва в заселении. Теперь
Сихем был менее густонаселен, а качество строительства хуже. Археологи
обнаружили значительную преемственность между поселениями поздней бронзы и
I железного века, т. е. не было никаких разрушений или культурной революции во
время перехода между этими двумя периодами (о керамических свидетельствах см.
Boraas 1986). Они посчитали, что эта ситуация очень хорошо согласуется с
отсутствием какой-либо традиции о завоевании Сихема в Библии, и поэтому
пришли к выводу, что израильское население проникло в город мирным путем.
Железный I
81
ГЛАВА 3
Поселение было уничтожено в результате огромного пожара, ответственность за
который приписывают Авимелеху (Судьи 9:45; о Железном Сихеме и рассказах об
Авимелехе см. Нееман 1986).
В настоящее время трудно оценить вклад раскопок Сихема в изучение процесса
израильского заселения. Для всех практических целей опубликованный до сих пор
материал не способствует изучению материальной культуры этого места в период I
железного века. Фактически сомнительно, что результаты раскопок помогли
прояснить историю Сихема в обсуждаемый период.
Место на горе Эбал
V
A
D
IM
K
Известный на арабском языке как el ־Burnat (хат, по-арабски), объект охватывает 4
дунама на продолжении северо-восточного склона горы Эбаль. Зерталь, который
обнаружил его во время исследования в 1980 году, до сих пор провел пять кампаний
раскопок под эгидой кафедры археологии Хайфского университета (Зерталь 1985c;
1986a; Had. Arch. 85, 1984:24-26 и особенно 1986b:225-275).
Были выделены две фазы, обе относящиеся к I железному веку. Во время первой
стена теменоса окружала большой центральный двор, в середине которого
находилась круглая установка из щебня диаметром около 2 м. Поздняя фаза была
основной (рис. 24). Сразу за стеной ограждения была построена новая и немного
более узкая стена теменоса. Она имела вход шириной 8 м между двумя
параллельными стенами. В прихожей были построены три широкие ступени,
вымощенные каменными плитами.
В центре участка над более ранней установкой было возведено полноценное
сооружение из крупных полевых камней. Это было прямоугольное сооружение без
входа, размером около 7 x 9 м; стены толщиной 1,5 м сохранились на высоту около
метра. Углы сооружения были точно ориентированы по четырем сторонам света.
Внутреннее пространство сооружения с двумя «столпами» было заполнено
четырьмя слоями золы, земли и камней. Пола не было. Многочисленные кости
животных были перемешаны с золой. Вокруг и против трех сторон сооружения
было построено своего рода скамейка шириной 60 см; она была примерно на метр
ниже, чем верхние части стен центрального сооружения.
К зданию с юго-западной стороны примыкали два вымощенных камнем двора, в
которых были построены различные сооружения. Эти сооружения содержали либо
пепел и кости животных, либо осколки битой керамики. Стена длиной около 7 м и
шириной 1,2 м разделяла два двора. Много сооружений было также найдено между
центральным комплексом и стеной теменоса. Место было заброшено, слоя
разрушений не обнаружено. Недавно к востоку от «теменоса» было обнаружено
поселение I железного века, но оно еще не раскопано.
Зерталь пришел к выводу, что это было культовое место, окруженное стеной
теменоса. Его основными соображениями были план места — ограждение с
82
24. Гора Эйваль — общий план (вверху) и план центрального сооружения (внизу) (Had. Arch.
85, 1984: 24-25).
83
ГЛАВА 3
K
25. Гора Эбал — реконструкция места по Зерталу, культовое сооружение с алтарем в центре
(Зертал 1985б)
V
A
D
IM
изолированное здание в его центре — и находки — инсталляции с пеплом и
большим количеством костей и керамики, которые, по-видимому, были остатками
жертвоприношений и приношений, принесенных на это место. Церталь
интерпретировал центральное сооружение как жертвенный алтарь (рис. 25),
примерно на 3 м выше своего окружения, заполненный тем, что он считал
обломками более ранней культовой деятельности на этом месте. По его мнению,
стена, разделяющая два двора, служила пандусом, ведущим к алтарю, а скамья вокруг
центрального сооружения была проходом для жрецов.
Подтверждение своей гипотезы Зерталь нашел в древних литературных
источниках — описании жертвенника в книге Иезекииля и в Мишне Миддот, а также
в фаунистических останках — все они принадлежали безупречным, ритуально
предписанным животным, в основном молодым и самцам, которых сжигали на
открытом огне и разрезали около суставов в соответствии с библейскими
предписаниями, регламентирующими жертвоприношения.
Археолог датировал раннюю фазу памятника второй половиной XIII века ДО Н.
Э. на основе двух египетских скарабеев, найденных на этом месте, один из 19-й или
начала 20-й династии, времени Рамсеса II или Рамсеса III, а другой — времени
Рамсеса II. По его мнению, на ранней фазе это было небольшое культовое место,
принадлежавшее одной семье или, возможно, жителям окрестностей.
Основная фаза этого места, с жертвенным алтарем, была датирована Зерталом
первой половиной XII века ДО Н. Э. Зертал рассматривал его как центральное
надплеменное, возможно даже национальное, культовое место для всей племенной
конфедерации и связывал его с библейской традицией возведения алтаря на горе
Гевал (Иисус Навин 8:30-31). По его мнению, это было самое раннее, самое полное
израильское культовое место,
84
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
прототип священных центров, которые были построены впоследствии. Он связал
запустение этого места с созданием надплеменного сакрального центра в Силоме.
Действительно, некоторые из аргументов Зертала, по-видимому, указывают на то,
что на горе Гевал существовал культовый объект I века (см. Na'aman 1986, который
отождествляет его с Мигдаль-Шехемом и домом Эль-Берита в Судьях 9). Однако
существует довольно много проблем с идентификацией центральной конструкции
как алтаря (Kempinski 1986 даже описал ее как сторожевую башню). Зертал сам
поднял некоторые из этих трудностей, особенно в отношении того, насколько эта
конструкция отличается от других израильских алтарей (1985c:39—40), но он
предположил, что эти различия были связаны с различием между изолированным
алтарем и алтарем в сочетании со святилищем.
В реконструкции Зерталя есть и другие проблемы. С точки зрения археологии,
тридцать четыре точильных камня, найденных на месте, указывают на то, что там
велась какая-то сельскохозяйственная деятельность (но это может быть связано с
близлежащим поселением). Хронологически керамический комплекс следует
понимать как отражение материала, накопленного в течение всего периода
активности на каждом уровне. Согласно представленным на данный момент
материалам (Зертал 1986b, рис. 9-17), конец слоя II может быть датирован
серединой или даже второй половиной XII века (обратите внимание на кувшин на
рис. 12:1 — его единственные параллели происходят из Касила X(!) и Шилоа
первой половины XI века ДО Н. Э.), а слой I — вскоре после этого. С библейской
точки зрения ясно, что описание алтаря на горе Гевал, воздвигнутого Иисусом
Навином, на самом деле отражает реальность гораздо более позднего периода
(Анбар 1985b). Исторически трудно представить себе надплеменной израильский
культовый центр так рано, как предполагает Зерталь, и ни одна из находок не
указывала на то, что это место было центром для всего Израиля. В любом случае,
трудно занять позицию относительно этого важного места до завершения раскопок
и полной публикации результатов.
Тирза (Телль-эль-Фафа, север)
Одно из главных мест в горной местности, Телль-эль-Фар - ка, стратегически
расположено недалеко от важного перекрестка и над неиссякаемым источником
воды в начале плодородного Вади-Фар - ка. В 1946-1960 годах де Во руководил
девятью сезонами раскопок на этом месте по поручению École Biblique. Недавно
был опубликован первый окончательный отчет, посвященный железному веку
(Chambon 1984). Несколько домов с колоннами были отнесены к стратум-вила (в
новой стратиграфической нумерации), которая датируется XII-XI вв. ДО Н. Э.
Опубликованные керамические тарелки демонстрируют формы, характерные для
периода I железного века, особенно ручки с отверстиями и ручки с резным декором,
напоминающим человеческое лицо (Chambon 1984: Pl. 79:1-11; см. Главу 7).
Удивительно, но не сохранилось ни одного рисунка кувшинов с
воротником-стойкой, которые были так распространены в то время в горной
местности.
85
ГЛАВА 3
26. Фигурка с «Бычьего городища» в Самарии (А. Мазар 1982б: 31).
«Бычий памятник »
V
A
D
IM
K
Место расположено к востоку от
Кабации на холме на вершине хребта
(карта ref. 1807 2016). После случайной
находки здесь бронзовой статуэтки быка,
А. Мазар провел краткие раскопки в 1978
и 1981 годах (A. Mazar 1982b). На
вершине холма, откуда открываются
панорамные виды, было обнаружено
культовое место одного периода. Мало
что осталось от сооружения, которое
когда-то стояло здесь, стены, состоящей
из больших камней, охватывающей
эллиптическую область (21 x 23 м). В
восточной части был установлен
большой камень, а перед ним была
мостовая, на которой, по словам
археолога,
были
размещены
подношения.
Мазар
предположил
возможность того, что в центре
ограждения стояло священное дерево.
86
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Небольшое количество керамики, найденной на месте раскопок, полностью
относилось к периоду I железного века. На основании венчиков горшков, которые
напоминали венчики позднебронзовой традиции, Мазар датировал место первой
половиной XII века ДО Н. Э., хотя было найдено и несколько более поздних
черепков.
Самой важной находкой была, конечно, редкая бронзовая статуэтка быка (рис. 26),
которая вдохновила на раскопки этого места. Полностью сохранившаяся статуэтка
длиной 17,5 см и максимальной высотой 12,4 см является крупнейшей в своем роде,
когда-либо найденной в Леванте, и уникальна по своему стилю исполнения. Она
либо была объектом ритуала, либо была принесена на место в качестве
подношения. Мазар предположил, что статуэтка была из одного из ханаанских
центров, сохранившихся до периода I железного века. Он рассматривал это место
как культовое место под открытым небом — того типа, который упоминается в
Библии, — воздвигнутое членами колена Манассии, которые поселились в этом
районе, но он благоразумно воздержался от предположений о том, какому божеству
поклонялись.
Дотан
Раскопки на этом месте проводились в 1953-1960 годах под руководством Free of
Wheaton College, штат Иллинойс. Из предварительных отчетов, которые были
27. Дотан — многоручный кратер, украшенный головками животных (Уссишкин
1975: 339).
ГЛАВА 3
опубликованы (обобщенные Уссишкиным 1975), трудно реконструировать с
какой-либо точностью как историю этого места, так и характер поселения. В любом
случае, это место было заселено в периоды средней бронзы, поздней бронзы, железа
I и железа II. Самым важным открытием, пока не опубликованным, была гробница,
которая использовалась в периоды поздней бронзы и железа I. В ней было
обнаружено около 1000 различных предметов, большинство из которых
представляли собой хорошо стратифицированные керамические сосуды. Самой
необычной находкой из телла был кратер с 14 ручками, четыре из которых
заканчивались стилизованными головами животных (рис. 27).
Таанах
V
A
D
IM
K
Курган Таанах был впервые раскопан в 1902-1904 годах Селлином из Венского
университета. В 1963, 1966 и 1968 годах П. Лапп руководил тремя долгими сезонами
раскопок на этом месте по поручению Американской школы восточных
исследований и семинарии Конкордия в Сент-Луисе.
Поселение LB I было уничтожено пожаром, который приписывают Тутмосу III.
Хотя на этом месте и наблюдалась некоторая активность до середины XIV века, с тех
пор и до конца XIII века ДО Н. Э. НЕ БЫЛО НИКАКИХ ОСТАТКОВ . Таким образом,
Таанах присоединился к списку городов, упомянутых в библейском повествовании
о завоевании, где не было найдено никаких остатков ханаанского города
соответствующего периода.
В период I железного века существовало две основные фазы заселения; между
ними, по мнению археологов, был пробел. Каждый этап был далее разделен на две
подфазы (Раст, 1978). Период IA датируется первой половиной XII века; его
керамика все еще отражает традиции позднего бронзового века. Это поселение
было частично разрушено. В течение периода IB, датируемого 1150-1125 ГГ. ДО Н.
Э., сохранившиеся здания были повторно использованы, а поселение расширилось.
Между этими двумя фазами существует архитектурная преемственность. После
разрушения периода IB археологи заметили пробел в заселении, длившийся
большую часть XI века ДО Н. Э.
Период IIA ознаменовал возобновление активности на месте с 1020 по 960 Г. ДО
Н. Э. Было только несколько остатков этого периода, который предшествовал
общему возрождению места в период IIB в 10 веке. Археологи считали, что жители
обеих фаз периода I были хананеями и что разрушение периода IB было связано с
битвой на горе Фавор, описанной в 1 ״ ־Судей 4-5. По их мнению, израильское
поселение началось в Фаанахе только в период IIA, во времена Давида. Кувшины
для хранения с воротником-ободком больше не присутствовали в этой фазе, в то
время как вручную отполированная красная глазурь появилась на ограниченном
количестве сосудов. Археологи отвергли гипотезу Олбрайта (1971:117-118) о том,
что Фаанах и Мегиддо были попеременно заселены во время I железного века, и
вместо этого указали на сходство в истории двух мест в этот период.
Точные даты, установленные археологами, очевидно, основывались на их
88
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
интерпретация очень расплывчатого библейского эпизода битвы при горе Фавор.
Эти даты нельзя принимать за чистую монету. Все, что можно определить, это то,
что период IA датируется переходом между 13 и 12 веками, а период IB относится
примерно к 12 веку до н. э . Отсутствие краснолаковой керамики в периоде IB и ее
наличие в периоде IIA вполне может указывать на перерыв в заселении в конце 12
века ДО Н. Э. или в 11 веке. Поскольку в периоде IIA было лишь немного
краснолакового материала, этот уровень следует отнести к середине или концу 11
века, поскольку в конце этого столетия количество лощеной и полированной
керамики увеличилось.
Кажется, нет достаточных данных для однозначного определения этнической
принадлежности жителей в течение двух основных периодов. С одной стороны,
есть гипотеза археологов — основанная, в частности, на упоминании Фаанаха как
одного из городов, которые колено Манассии не унаследовало (Судьи 1:27) — что
израильское поселение в Фаанахе не началось до середины 11 века ДО Н. Э. С другой
стороны, А. Мазар (1981b) выдвинул возможность того, что жители Периода I уже
были израильтянами, как потому, что керамический репертуар был относительно
ограниченным и скудным по сравнению с соседним Мегиддо, так и потому, что в
Фаанахе в это время уже присутствовали здания с колоннами.
Прежде чем перейти к исследованиям, следует отметить, что останки железного века
I были также обнаружены в ходе ограниченных раскопок на холме Дженин (Had.
Arch. 65-66, 1978:26).
Опросы
Исследование Церталом горной страны Манассии является одним из самых важных,
когда-либо предпринятых в Земле Израиля (Zertal 1986b). Результаты показывают,
что во время Железного века I этот регион был заселен более агрессивно, чем любая
другая часть горной страны.
Около 1000 км 2 были тщательно прочесаны, что составляет около двух третей от
общей площади, подлежащей исследованию. Керамика I железного века была
собрана в 96 местах: 22 из них были теллами и большими руинами, 59 были
руинами среднего размера (5-15 дунамов), описанными как деревни; 13 мест были
небольшими «фермами» (1-2 дунама), а два были определены как культовые места.
Большинство мест были расположены на краях больших долин региона; например,
12 мест I железного века были найдены только в долине Дотана (Zertal 1984:49).
Засушливые пустынные районы на востоке имели мало мест, за исключением
плодородных и хорошо орошаемых долин Вади Фарка и Вади Малих. Однако на
окраине пустыни концентрация мест была довольно большой. Причина плотности
мест на территории Манассии и их впечатляющих размеров, несомненно, кроется в
благоприятных географических условиях, преобладающих в этом регионе.
89
ГЛАВА 3
V
A
D
IM
K
Зерталь датировал начало процесса заселения Манассии второй половиной XIII
в. ДО Н. Э. По его мнению, в то время новые группы проникли в северную горную
страну с востока через долины Вади Фарка и Вади Малих. На первом этапе
пришельцы поселились в восточной части территории Манассии, где ранее
существовавшие ханаанские поселения были редкими, и занимались в основном
скотоводством. На втором этапе процесса, в XII в., он полагает, что они
переместились во внутренние долины в центральной части региона. Там они жили
бок о бок с ханаанским населением и занимались скотоводством вместе с
выращиванием зерновых культур в тех частях плодородных долин, которые не
использовались коренным населением. По мнению Зерталя, только на третьем и
более позднем этапе, когда процесс заселения усилился, новые группы
переместились в холмистые районы Манассии, в основном в западную часть
региона, и перешли к экономике, основанной на садоводстве.
Общие закономерности расселения, выявленные в исследовании Манассии,
весьма схожи с результатами проекта Земли Ефремовой, особенно в медленном
движении населения с востока на запад, которое сопровождалось изменением их
натурального хозяйства. Однако нам трудно принять некоторые важные моменты
интерпретации Зертала: во-первых, в исследовании нет четких свидетельств о дате
начала процесса расселения в Манассии 13-м веком. Тот факт, что керамика в
традиции позднего бронзового периода была собрана в нескольких местах, не
является окончательным доказательством, поскольку эти формы появляются также в
ранних фазах 12-го века до н. э. ( Следовательно, нет никаких оснований включать
«место Быка» в карту позднего бронзового периода — Зертал 1986b: карта 5). Также
нет никаких археологических свидетельств, подтверждающих его точку зрения о
том, что новые поселенцы проникли в страну из внешней степи. Плотность
заселения хорошо орошаемых восточных долин не указывает на то, что они были
путями, по которым новые группы двигались в горную страну. Как мы покажем
позже, эта модель расселения может быть интерпретирована совершенно
по-другому. Наконец, Зерталь недостаточно рассматривает сложную
демографическую ситуацию в Манассии в железном веке I, особенно роль
коренного оседлого населения, которое продолжает населять основные теллы
бронзового века.
Поскольку регион настолько плодороден и пригоден для проживания, он также
был наиболее густо заселен из холмистых зон уже в период поздней бронзы II:
около 22 мест известны в Манассии, в отличие от всего 5 в Ефреме и меньшего
числа в Иудее. Библия свидетельствует о силе ханаанского элемента в Манассии в
ранний израильский период, например, в объяснении отношений между Сихемом
и Манассией и включением Сихема, Фирцы и Хефера, всех крупных ханаанских
городов, в генеалогические списки Манассии (Числа 26:30-33; Иисус Навин 17:2-3;
см., например, Alt 1932:28-29; Noth 1958:145, 152-153; Y. Aharoni 1979b:246,
1982:64-65; Weippert
90
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
1971:20). Следовательно, существовала определенная преемственность заселения
этой территории с позднего бронзового периода до железного века.
Население во время I железного века состояло из значительного оседлого
элемента, рядом с которым в непосредственной близости селились новые группы.
Некоторые из поселений I железного века в Манассии, расположенные на главных
холмах, были намного больше, чем известные из других частей страны израильские
поселения. Принимая во внимание вышеупомянутые факторы, мы приходим к
выводу, что эти поселения или, по крайней мере, некоторые из них (в которых
наблюдалась преемственность заселения с позднего бронзового периода) были
заселены оседлым ханаанским населением, в то время как поблизости, на
небольших поселениях — а возможно, и на крупных — селились другие элементы.
Чтобы подробно разобраться с этим вопросом, мы, очевидно, должны дождаться
предстоящей публикации важной работы Зерталя. Она, несомненно, прольет
новый свет на многие темы, имеющие решающее значение для изучения
израильских поселений.
ШАРОН
Раскопки
Тель Зерор
Место было раскопано в ходе четырех кампаний (1964-66, 1974) экспедицией
Японского общества исследований Ближнего Востока. Первые три сезона
проходили под руководством Охаты, а Кохави был полевым директором; четвертый
сезон проходил под руководством Гото (Кохави 1978:1224-1225).
Необнесенное стеной поселение позднего бронзового века было заброшено в
конце периода. Следующая фаза характеризовалась круглыми ямами, по-видимому,
силосами, которые были вырублены близко друг к другу в слоях предыдущего слоя.
Хотя керамика из этих ям была относительно скудной, традиции поздней
бронзовой керамики были ощутимы. По мнению археологов, это поселение XII
века состояло в основном из хижин и палаток, и оно было уничтожено пожаром.
Цитадель с казематной стеной была построена в Тель-Зероре в XI веке. На
кладбище были обнаружены каменные гробницы-сундуки, покрытые каменными
плитами. Их богатые находки включали филистимскую керамику. Археологи
связали скудный уровень заселения с израильским поселением, и Кохави предложил
связать цитадель и кладбище с тжекерами, морским народом, который тогда
сосредоточился в близлежащем Доре.
Телль Бургата
Место расположено в 5 км к западу от Тулькарма. В 1966 году Р. Гофна провел здесь
кратковременные спасательные раскопки (Гофна и Кохави, 1966). Поздний
бронзовый век
91
ГЛАВА 3
В XII веке за этим слоем последовали ямы, которые приписывались израильским
поселенцам.
Опросы
Во время краткого предварительного исследования, проведенного в Шароне в 1966
году Гофной и Кохави (1966), керамика I железного века была собрана в семи местах
(включая Тель-Зерор и Телль-Бургата) к западу от восточной аллювиальной
равнины (см. также Porath, Dar and Applebaum 1985:55).
***********
A
D
IM
K
Шарон — один из тех регионов, где этническая идентификация поселенцев I
Железного века проблематична. На востоке, в горах Манассии, в то время
существовало интенсивное израильское поселение, в то время как исторические
источники указывают, что на самой прибрежной равнине поселился один из
народов моря (тжекер). Кохави и Гофна приписали места к западу от восточной
аллювиальной равнины израильскому поселению. Они связывали их
кратковременность с появлением народов моря в этом районе в 12 веке. Таким
образом, общая картина представляла собой кратковременную попытку поселения
(или сезонного проживания?) в восточном Шароне израильтянами, попытку,
которая была остановлена с основанием народов моря в Доре и вокруг него. В этом
отношении характер заселения мог быть похож на тот, который мы наблюдали в
восточной Шефеле.
V
ИЗРЕЕЛЬСКАЯ ДОЛИНА
Десятки памятников I века известны в долинах Изреель и Бет-Шеан, значительное
число из которых было обследовано и опубликовано (Зори 1962, 1977), а несколько
раскопано. К последним относятся как небольшие памятники — Тель-Кедеш,
Афула, Тель-Кири, Тель-Кишон и Тель-Менора (Штерн и Бейт-Арие, 1979; М.
Дотан, 1955; Бен-Тор, 1979; Арнон и Амиран, 1981:206-208; Гал, 1979), — так и
крупные центры Мегиддо, Бет-Шеан и Таанах. Определение даты начала
проникновения израильтян в долины имеет важные последствия для изучения
процесса израильского расселения. Поэтому, хотя, по нашему мнению, до начала X
в. до н. э. в Изреельской долине не существовало израильских поселений , мы, тем
не менее, считаем полезным кратко обобщить археологические данные из этого
региона.
Мегиддо является ключевым местом для изучения истории Изреельской долины.
Вопрос, который озадачил ученых, заключается в том, когда Мегиддо стал
израильским? Дискуссия вращается вокруг идентичности жителей Страта VI. После
разрушения ханаанского города Страта VIIA, относительно бедный
92
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Возникло поселение. Слой VIB. Его заменил хорошо развитый город Слой VIA,
который был разрушен в результате огромного пожара в конце XI в. ДО Н. Э.
Богатый и разнообразный керамический комплекс включал ограниченное
количество как филистимских черепков, так и кувшинов для хранения с воротником
(см. Главу 7). Большинство ученых — например, Олбрайт, Альт, Б. Мазар, Ядин —
подчеркивали относительно высокий уровень материальной культуры жителей
Мегиддо VIA и поэтому классифицировали его как хананитско-филистимский
город или даже как филистимский центр в Изреельской долине (Энгберг 1940;
Олбрайт 1940; Альт 1953; Ядин 1970:55; Б. Мазар 1974:174; Т. Дотан 1982:79-80).
Разрушение этого слоя приписывалось завоеванию Давида.
Y. Aharoni реконструировал историю Мегиддо по-другому. По его мнению, в
слое VI произошло полное изменение плана города, что свидетельствует о
прекращении культовой деятельности в восточной части участка (которая была
священной зоной в течение почти двух тысячелетий). Он приписал слой VI
израильтянам и соответственно утверждал, что весь центр Изреельской долины стал
израильским до конца XII в. ДО Н. Э. Он объяснил разнообразие керамического
комплекса слоя VI близостью побережья, а не отражением этнической
идентичности жителей. С другой стороны, его собственные взгляды основывались
на наличии сосудов для хранения с воротником-ободком, столь типичных для мест
поселений израильтян в горной местности (Y. Aharoni 1970:263-265), хотя
немногочисленные сосуды этого типа могли так же легко попасть на участок
посредством торговли.
Обзор всех находок Iron I в Изреельской долине (Gal 1982a:80-83) показывает,
что в начале периода не было обнаружено никаких серьезных изменений ни в
структуре поселений, ни в материальной культуре. Напротив, наблюдалась
значительная степень культурной преемственности по крайней мере до середины
XI века ДО Н. Э. ЧТО касается Мегиддо, то мнение большинства о том, что это место
стало израильским центром только в начале X века, наилучшим образом
соответствует доказательствам. Поскольку нет никаких оснований для
постулирования израильского поселения в Изреельской долине до X века, следует,
что местные жители продолжали проживать в этом регионе в XII и XI веках ДО Н. Э.
По этому вопросу мы согласны с комментарием Μ. Дотан, который проводил
раскопки в Афуле, что эта территория «похоже, была заселена автохтонным
«ханаанским» населением, и нет никаких оснований предполагать, что израильтяне
занимали эту область Изреельской долины до завоевания Мегиддо и Бет- Шана»
(1955:51). Эта точка зрения согласуется с библейскими свидетельствами о том, что
израильские племена не смогли завладеть ханаанскими городами Изреельской
долины (Судей 1:27; Иисус Навин 17:11-12). Израильская оккупация не
предшествовала концу 11-го века, и, в любом случае, массовое заселение произошло
только после завоевания Мегиддо VIA Давидом.
93
ГЛАВА 3
НИЖНЯЯ ГАЛИЛЕЯ
Данные о структуре поселений Нижней Галилеи в период Железного века I
получены из исследований, недавно проведенных Галом (1980; 1982b). Он разделил
регион на три географические единицы поселений (1982b:38-41):
1. Назарет — Шефар -Кам — Нетофа Юнит, с покрытыми дубами меловыми
холмами Шефар - Кам и плодородными долинами Бейт-Нетофа и Тур - Кам.
Сельскохозяйственный потенциал и доступные водные источники сделали эту
область очень подходящей для проживания.
2. Участок Сахнин - Бейт ха-Керем, большая часть которого холмистая,
каменистая и негостеприимная.
IM
K
3. Кохав ха-Ярден — Хукук-единица восточной Нижней Галилеи, состоящая в
основном из базальтовых плато. Эти возвышенности были не очень пригодны для
проживания в большинстве своем, поэтому большая часть деятельности в
древности была сосредоточена вдоль вади, пересекающих регион.
V
A
D
Гал сначала работал на плато Иссахар, части третьей географической единицы. В
период поздней бронзы здесь было несколько поселений; Гал приводил разные
цифры в своих отчетах, по-видимому, меняясь в зависимости от интерпретации
керамических находок. В любом случае, эта подгруппа была самой густонаселенной
областью Нижней Галилеи в то время. В железный век I в регионе существовали
только изолированные поселения. Только в конце XI века или в начале X века
началось интенсивное заселение, всего известно 18 поселений (они также
первоначально датировались железным веком I; Гал 1980:104). Гал связал несколько
поселений железного века I с ханаанским населением, которое продолжало
существовать в долинах в то время, и увидел волну заселения X века как поселение
колена Иссахара. По его мнению, колено Иссахара возникло в северной Самарии,
где оно впервые поселилось вместе с коленом Манассии. Только в конце XI века,
когда филистимляне стали слабеть в долинах, племя Иссахара начало переселяться
на базальтовые плато восточной Нижней Галилеи, которые ранее находились под
властью близлежащих ханаанских городов (Гал. 1980:90-94; 1982а:82-83).
В блоке Назарет - Шефар ам - Нетофа было четыре памятника поздней бронзы (
Гал упомянул только три, потому что он считал Рас - Али местом поселения
израильтян; см. ниже). Значительное изменение в заселении произошло в железный
I век, когда в этом районе было насчитано 15 памятников (рис. 28). В блоке Сахнин Бет ха-Керем не было найдено ни одного памятника поздней бронзы, но было
обнаружено пять поселений израильтян. В обоих блоках 1 и 2 памятники были
ограничены по площади, как правило, с несколькими домами в каждом.
Большинство памятников в блоке Назарет - Шефар ам - Нетофа были
расположены вблизи небольших источников.
94
современный город
покрытие поздней бронзы
покрытие i железного века
־покрытие израильского века״
(обзор ахарони 1957)
граница израиля и ливана
28. Памятники позднего бронзового и железного веков в Галилее (за исключением Ашера и
Иссахара).
Как и на участках в центральной горной стране, керамический репертуар в районе
Назарета — Шефар -Кам — Нетофа был скудным и состоял в основном из пифосов и
кухонных горшков. Достаточно интересно, что в этом южном подразделении (#1)
два
95
ГЛАВА 3
V
A
D
IM
K
Типы пифосов — с воротниковыми венчиками и галилейский тип (глава 7) — были
найдены вместе, тогда как в северном подразделении (#2) были найдены только
галилейские пифосы. Таким образом, Нижняя Галилея была как северной границей
распространения сосудов для хранения с воротниковыми венчиками, так и южной
границей распространения галилейских пифосов (Gal 1982b:84).
Гал датировал начало израильского поселения второй половиной XIII в. ДО Н. Э.,
основываясь на обнаружении типичной керамики поселений вместе с керамикой
позднего бронзового века, включая черепки импортных кипрских сосудов, на двух
обследованных участках (Гал 1982б:86). Он приписал участки Назарета - Шефар
-Кама - Нетофа колену Завулона и связал участки Сахнина - Бейт-ха-Ке-Рема с
сетью поселений, обнаруженных Ахарони в Верхней Галилее (см. ниже).
Результаты исследований Гала проливают свет на эпизод поселения израильтян в
Нижней Галилее и тем самым заполняют пробел в наших знаниях о районе между
центральной горной страной и Верхней Галилеей. Однако по важному вопросу о
дате начала поселения израильтян в этом регионе мы не согласны с Галом.
Его выводы основываются на двух аргументах. Во-первых, в последние годы
археологические данные из центральной горной страны, как считалось, указывают
на конец XIII века как на начало израильского поселения. Во-вторых, в нескольких
поселениях в Нижней Галилее во время обследования была обнаружена характерная
керамика позднего бронзового века. Что касается первого пункта, Гал в
значительной степени полагался на находки из Избет Шарца и Шило, но, по
понятным причинам, не был в курсе работ на этих двух участках (глава 9).
при раскопках будет обнаружена группа типичной керамики I века железа вместе с
характерной керамикой XIII века , то это можно будет считать доказательством
ранней даты начала израильского поселения; до сих пор такого четкого
сосуществования не наблюдалось (за возможным исключением горы Эбал и Избет
-Шарца). Но когда керамика позднего бронзового и I века железа собирается вместе
в исследовании, это просто означает, что место было заселено в оба периода, тем более,
что два выделенных Галом места были многопериодными. Неизбежный вывод
заключается в том, что в Нижней Галилее, как и в других местах, нет неоспоримых
доказательств для датировки начала израильского поселения XIII веком до Н. Э.
Места, исследованные Галом в центральной и западной части Нижней Галилеи,
следует отнести к XII веку, и его скудный керамический материал не является
препятствием для датировки этих мест даже концом XII или началом XI века ДО Н.
Э. (На нескольких участках были собраны черепки горшков для приготовления
пищи, относящихся к традиции поздней бронзы, но эти сосуды продолжали
появляться в XII веке и, возможно, даже до начала XI века ДО Н. Э. Такой горшок для
приготовления пищи был найден, например, в слое разрушения Силома, который
можно датировать на исторических основаниях серединой XI века ДО Н. Э.)
96
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Что касается восточного сектора Нижней Галилеи, то мнение Гала о том, что
приток израильтян произошел только в начале X века, кажется обоснованным,
поскольку оно основано на отсутствии в местах раскопок в этом районе кувшинов
для хранения с воротником. Этот регион, по-видимому, был заселен за некоторое
время до разрушения или оставления ханаанских поселений в близлежащей
Изреельской долине, иначе трудно представить, почему колено Иссахара
обратилось к пограничной зоне базальтовых плато восточной Нижней Галилеи
вместо того, чтобы поселиться в плодородной долине.
ЗАПАДНАЯ ГАЛИЛЕЯ
Прибрежная равнина западной Галилеи, конечно, находилась за пределами
израильского поселения. Это ясно из библейского свидетельства (Судьи 1:31-32) и
из результатов раскопок (особенно Телль- Кейсан). Информация о холмистой
части западной Галилеи получена из обследования, которое Франкель проводил
там в течение нескольких лет. Франкель любезно поделился с нами следующими
данными:
Более 200 км 2 были тщательно исследованы (от долготы 174 на запад), что
составляет большую часть этой топографической единицы. Керамика I железного
века была собрана на 18 однопериодных стоянках и на 15 многопериодных
стоянках. Около четверти многопериодных стоянок были расположены на
прибрежной равнине, где население не могло быть израильским. Из
однопериодных стоянок семь представляют собой не более чем каменные кучи или
изолированные сооружения. Средний размер однопериодных стоянок составлял
4-5 дунамов, и только две были больше. Стоянки были разбросаны в самом сердце
холмов западной Галилеи, на расстоянии нескольких километров от прибрежной
равнины, ситуация существенно отличалась от ситуации в западной части
центральной холмистой страны, где стоянки израильских поселений также были
найдены на краях прибрежной равнины.
Керамика, собранная на раскопках в Западной Галилее, по-видимому, была более
или менее современна материалу из Верхней Галилеи (см. ниже), то есть она
датируется не началом I железного века, а скорее XI веком — или, самое раннее,
концом XII века. Прибывшие сюда поселенцы, вероятно, принадлежали к племени
Ашера, как предположил Франкель (мы вернемся к этому вопросу позже).
ВЕРХНЯЯ ГАЛИЛЕЯ И ДОЛИНА ХУЛЕ
В 1950-х и 1960-х годах ученые, занимающиеся периодом израильского поселения,
сосредоточили свое внимание на Галилее. Исследования Ахарони в Верхней
Галилее и раскопки в Хацоре дали важные находки, которые сделали его
97
ГЛАВА 3
Раскопки
IM
Хацор
K
впервые стало возможным представить комплексный региональный обзор этого
периода.
Однако мнения расходятся относительно интерпретации истории израильского
поселения, которая возникла в результате этих проектов, в частности, потому, что
библейская информация о событиях, которые имели место в этом отдаленном
регионе в Iron I, крайне расплывчата. Трудно использовать эпизод битвы с царями
севера (Иисус Навин 11) как надежный исторический документ, и хорошо известно,
что списки городов и поселков в Книге Иисуса Навина отражают более позднюю
реальность. Что касается материальной культуры, то, хотя находки из Галилеи,
возможно, напоминают находки из центральной горной страны в общем плане, они
отличаются во многих деталях. В этом разделе мы представим накопленные
археологические свидетельства и попытаемся переоценить их в свете последних
археологических данных, оставив в стороне те аспекты библейского свидетельства,
которые до сих пор препятствовали исследованиям.
V
A
D
Хацор, ключевое место для изучения израильских поселений, также является одним
из самых важных теллей в Земле Израиля. Пять кампаний раскопок на этом месте, с
1955 по 1958 год и в 1968 году, были проведены экспедицией Джеймса де
Ротшильда под руководством Й. Ядина по поручению Еврейского университета в
Иерусалиме.
Окончательное ханаанское поселение, которое также охватывало большую
территорию Нижнего города, было уничтожено пожаром «в тринадцатом веке ДО
Н.Э. и не позднее ок. 1230 года...» (Ядин 1972:108; Слой XIII в Верхнем городе и Слой
Ia в Нижнем городе). Нижняя дата была получена из хронологии микенской
керамики IIIB, которая была найдена на этом уровне. Чтобы быть еще более
точным, Ядин предложил вторую треть XIII века как время разрушения последнего
города, который был лишь немного менее развит, чем его непосредственный
предшественник в XIV веке. Ядин приписал опустошение ханаанского города
израильским племенам. После пожара Нижний город полностью вышел из
употребления, и последующее заселение ограничилось Верхним городом.
Слой XII, первый уровень железного века, представлял собой самое бедное
занятие в истории Хацора (Ядин 1972:129-130). Не было никаких укреплений или
общественных зданий — фактически, не было найдено никаких настоящих зданий,
только фундаменты хижин или палаток, сооружений и ям для хранения. Последние
были отличительной чертой этого слоя. Только в Зоне B было найдено 22 таких
ямы; большинство из них, по-видимому, не были облицованы, но внутри них были
найдены обрушившиеся камни их первоначальной облицовки. Во многих из этих
ям содержалось значительное количество керамики. «Галилейские» пифосы
доминировали в керамической коллекции из слоя XII. Ядин видел остатки слоя XII
как свидетельство
98
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
29. Асор — бронзовая фигурка божества из XI слоя (Ядин и др. , 1961: табл. CCCXLVI).
деятельность полукочевого населения и датировал этот слой XII в. до н. Э. (см. Geva
1984 для предлагаемой реконструкции социально-экономического характера этого
слоя).
Слой XI был обнаружен в Зоне B (Ядин 1972:132-134). Под полом
99
ГЛАВА 3
V
A
D
IM
K
здания, которое носило культовый характер, был зарыт сосуд с бронзовыми
вотивными предметами; возможно, это был фундаментный депозит. Содержимое
включало фигурку сидящего мужского божества в шлеме (рис. 29) и ряд оружия.
Основания ритуальных стендов были найдены поблизости от этого здания. Слой XI
был датирован XI в. до н. э ., по-видимому, второй половиной.
Растущее число сопоставимых керамических комплексов, которые были
раскопаны в различных местах в стране, теперь позволяет нам определить, что в
Хазоре был значительный разрыв в заселении между слоями XIII и XII. Отсутствие
определенных типов керамики — таких как миски с цилинрическим профилем и
полусферические миски — из слоя XIII ставит под сомнение заселение этого места
во второй половине XIII века ДО Н. Э. (Tufnell 1961:157; Kochavi 1985;
30 . Хацор — керамика из слоя XII.
100
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Бек и Кохави 1985:38; contra Fritz 1973, который приписал разрушение Хацора
«Людям моря»). Это нельзя объяснить «региональной особенностью», поскольку
эти сосуды были широко распространены по всей стране. Более того, керамика из
слоя XII (рис. 30), по-видимому, не принадлежала к самому раннему этапу I
железного века (A. Mazar 1977:337, 1981a:35; Miller 1977:262). Например, горшки для
готовки в традиции позднего бронзового века, которые обычно находили на самых
ранних памятниках I железного века, отсутствуют. С другой стороны, горшки для
готовки из слоя XII были более позднего типа с длинным треугольным ободом (см.
ниже), и они сопровождались скользящими и полированными сосудами и
кувшинами, типичными для более позднего этапа периода. Поэтому слой XII из
Хацора следует датировать примерно 1100 Г. ДО Н. Э. или даже 11-м веком. Эти
данные свидетельствуют о том, что перерыв в заселении Хацора продолжался 150–
200 лет.
30b Хацор — керамика из слоя XII. Справа «галилейский» пифос (Ядин и др. 1961: различные
пластины).
101
ГЛАВА 3
Дэн
V
A
D
IM
K
Крупные раскопки ведутся в Тель-Дане с 1966 года, сначала под эгидой
Департамента древностей и музеев, а затем по поручению Еврейского унионного
колледжа; Биран был директором на протяжении всего периода (краткое
изложение см. в Biran 1980). Во время MB II Дан был важным укрепленным
городом. Единственной находкой периода поздней бронзы была «Микенская
гробница», названная так из-за множества микенских сосудов, найденных в ней.
Обилие подношений в гробнице привело археологов к гипотезе о том, что в этот
период в Дане существовало крупное и процветающее поселение, возможно,
расположенное в западной части холма, в районе, который остается практически
нетронутым раскопками.
Слой VI, первый уровень железного века, включал ямы и силосы, некоторые из
них были выложены камнями. Только в Зоне B (на юге) было обнаружено около 25
таких ям для хранения. Особенно большая и интересная яма была обнаружена в
Зоне Y (на востоке); в ней было обнаружено 29 целых сосудов, включая
«тирийские» пифосы и кратеры со множеством ручек (рис. 31). Биран считал, что
жители, должно быть, жили в хижинах или палатках, поскольку почти никаких
архитектурных остатков не было обнаружено. Он рассматривал этот слой как
первое поселение колена Дана на кургане и датировал его XII в. ДО Н. Э.
31. Дан — группа сосудов из силоса Stratum VI. На заднем плане «тирийские» пифосы из Бирана
р
1980: 176).
102
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Слой V по характеру напоминал слой VI, но теперь появились первые
постройки. Кроме того, были обнаружены свидетельства металлургии. Этот
уровень закончился пожаром, который археологи датировали второй половиной
XI века. Вскоре после этого произошло возобновление деятельности (слой IV).
По форме пифосы слоев VI и V напоминают сосуды для хранения с
воротником-стойкой, характерные для центральной холмистой местности.
32. Керамика из Тель-Харашима (Ахарони 1957: 22-23).
103
ГЛАВА 3
Тель -Харашим
Тель-Харашим (Хирбет эт-Талил, карта ref. 1814 2636) был исследован в рамках
исследования Ахарони Верхней Галилеи в начале 1950-х годов. Затем Ахарони
провел раскопки под эгидой Департамента древностей и музеев (Aharoni
1957:18-24). Участок занимал 5-6 дунамов на холме к югу от Пеки c in. На уровне
Iron I одно сооружение, по-видимому, служило металлургической мастерской,
поскольку в нем были обнаружены остатки тигля и бронзового шлака. Среди
немногих найденных керамических сосудов стоит упомянуть «галилеевские»
пифосы и кратер, украшенный насечками по краю (рис. 32). Ахарони датировал
этот слой XIII-XII вв. до Н. Э., как и аналогичные обследованные им галилейские
памятники. Параллельные стены, обнаруженные на уровне Железного II, могли
принадлежать казематным укреплениям.
Саса
V
A
D
IM
K
Остатки Iron I были найдены во время спасательных раскопок, предпринятых
Гозом и Йогевом в 1975 и 1980 годах по поручению Департамента древностей и
музеев (Had. Arch. 54-55, 1975:4-5; 76, 1981:9). Высеченная в скале яма была
заполнена пифосами обоих северных типов (см. ниже); они были украшены
краской и рельефами. На полу здания этого периода
33. Кернос из Саса (предоставлено Департаментом древностей).
104
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Был найден прекрасный кернос. Этот сосуд для возлияния состоял из полого
керамического кольца диаметром около 30 см, на котором располагались шесть
меньших сосудов; сохранились два граната, птица и корнет, все украшенные черной
и красной краской (рис. 33).
Хар Адир
В 1975/76 годах Витто и Дэвис провели две спасательные раскопки на вершине
горы Адир (карта ref. 185 270) под эгидой Департамента древностей и музеев (Had.
Arch. 59-60, 1976:9-10). Было выявлено три слоя. В самом раннем из них была
обнаружена казематная крепостная стена, подкрепленная гласисом. Засыпка под
полом одного из казематов дала редкую и уникальную находку: целый бронзовый
кирка (рис. 34) (Muhly 1982:45). Позднее на участке были внесены изменения, и
внутренняя стена казематного укрепления была разобрана. Участок был датирован
периодом с конца XI по IX вв. ДО Н. Э.
34. Железный топор из Хар-Адира (предоставлено Департаментом древностей).
Хорват c Авот
В 1980 году Браун провел спасательные раскопки на этом месте (карта ref. 1933 2763)
по поручению Департамента древностей и музеев (Had. Arch. 74-75, 1980:4;
следующие подробности были любезно предоставлены археологом, которому мы
выражаем благодарность). Были обнаружены два уровня Iron I. На внешнем краю
участка находилось несколько прямоугольных широких комнат размером 3-4 x 7-10
м; они не примыкали друг к другу. Из раскопанного сектора можно предположить,
что контур поселения Iron I был круглым или эллиптическим с диаметром около 75
м. Центр участка не был раскопан, поэтому неизвестно, был ли это открытый двор
или застроенная территория. Были найдены оба типа северных пифосов.
105
ГЛАВА 3
Опросы
V
A
D
IM
K
Исследование Ахарони в Верхней Галилее в начале 1950-х годов стало вехой как в
развитии методологии исследования, так и в изучении израильских поселений .
Впервые была предпринята попытка понять историю оккупации в определенной
исторической и географической зоне в свете современного археологического
исследования. Во время этого исследования 17 небольших участков (самый
большой из которых был Тель-Харашим площадью 5-6 дунамов) были датированы
13-12 веками до н. э. , а керамика этого периода была также найдена в двух теллях в
этом районе (Y. Aharoni 1957:8-34; наш рис. 28). Эти участки были расположены в
горном блоке Верхней Галилеи, причем 15 из них находились в самой
пересеченной, изолированной и сложной местности этого региона, т. е. к югу от
Нахаль-Кезив. Чтобы проиллюстрировать масштабы деятельности в этой области в
I железный век, Ахарони отметил, что в римско-византийскую эпоху, которая была
отмечена многочисленными сельскими поселениями по всей стране, к югу от
Нахаль-Кезива находилось всего 9 поселений.
Будучи приверженцем теории «мирного проникновения» Альта, Ахарони
утверждал, что в период поздней бронзы заселение Верхней Галилеи было
сосредоточено в более плоской, низкой и легкой местности к северу от
Нахаль-Кезив. Когда члены колена Нафтали, которым Ахарони приписал места,
найденные во время обследования, поселились на унаследованной ими земле, у них
не было достаточно сил, чтобы вступить в прямую конфронтацию с ханаанским
населением за контроль над регионом, и поэтому они были отброшены в сложную
область южной Верхней Галилеи, где они направили большую часть своих усилий
на преодоление естественных препятствий. Только став достаточно
могущественными, новые поселенцы смогли расшириться на север. Это, конечно,
привело их к неизбежному конфликту с ханаанскими городами. В конечном итоге
Неффалим одержал победу, и отголосок этих событий можно найти в описании
войны царей северных в Книге Иисуса Навина 11. Этот конфликт, в котором был
уничтожен ханаанский Хацор, первоначально датировался Ахарони (1957:118)
концом XII века до н. Э.
Раскопки близлежащего Хацора начались вскоре после обследования Верхней
Галилеи. Между Ядином и Ахарони разгорелся бурный спор по поводу
интерпретации результатов двух проектов. Ядин, сторонник взглядов Олбрайта на
израильское завоевание и поселение, выдвинул два основных возражения против
теории Ахарони. Во-первых, керамические свидетельства указывали на то, что
ханаанский Хацор уже был разрушен в 13 веке, намного раньше даты, которую
отстаивал Ахарони. Во-вторых, керамика с мест в Верхней Галилее была идентична
керамике Хацора Слоя XII, который был первым поселением I железного века на
этом месте и который, конечно же, последовал за разрушением города поздней
бронзы.
Таким образом, Ядин интерпретировал процесс заселения в манере,
диаметрально противоположной Ахарони: Израильтяне сначала разрушили
ханаанский Хацор и только впоследствии поселились на его руинах и на участках
Верхней Галилеи (Ядин 1972:131). По мере продолжения аргументации и в свете
находок в
106
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Асор, Ахарони предложил перенести дату поселений в Верхней Галилее в 13 век,
т.е. до разрушения слоя XIII в Хацоре (Ахарони 1982:178 и др.; дискуссию
резюмирует Ядин 1979:61-63).
Сегодня, почти 30 лет спустя, можно привести новую информацию, чтобы
прояснить моменты, имеющие отношение к этому идеологическому столкновению,
и, по сути, смягчить его остроту:
— Как уже отмечалось, между разрушением ханаанского города Страта XIII и
незначительным заселением Страта XII, по-видимому, существовал значительный
разрыв в заселении Асора.
— Ядин был прав в своем наблюдении, что керамика Хацора XII была идентична
керамике из поселений Верхней Галилеи. Однако все эти комплексы, по-видимому,
должны быть датированы XI веком. Характерные сосуды начала I железного века —
особенно горшки для готовки в традиции поздней бронзы — отсутствовали в
Хацоре и на поселениях Верхней Галилеи. С другой стороны, северные пифосы и
горшки для готовки с удлиненными треугольными венчиками, похоже, ближе по
дате к X веку, чем к XIII веку. В Тель-Кейсане (около Акко) эти пифосы появились в
слоях 9a-b (1050 - 980 ГГ. ДО Н. Э.), тогда как горшки для готовки были обнаружены в
слоях 11-8 (XII - X вв. ДО Н. Э.) (Брайенд и Гумберт 1980: Pls. 55,57,63,77,81).
— Повторное исследование теллей Верхней Галилеи показывает, что в период
поздней бронзы в регионе было всего несколько центров, наиболее важными из
которых были Кедеш и Тель-Рош (вопреки Aharoni 1957:111, который утверждал, что
их было больше). Также, по-видимому, южный Ливан не был густо заселен в тот
период, поскольку, когда регион был обследован Франкелем и автором в 1981 году,
бесспорные черепки поздней бронзы были найдены только в одном месте
(Эль-Хирбех к востоку от Яруна). С другой стороны, во время того же обследования
черепки I железного века были собраны в 11 местах. Эти данные, естественно,
меняют картину заселения северной Галилеи.
Вопросы абсолютной хронологии и связи между Хацором и памятниками
Верхней Галилеи, таким образом, были в значительной степени решены. В то же
время, однако, вопрос этнической идентичности основателей памятников Верхней
Галилеи стал более проблематичным. Основываясь на различных элементах
материальной культуры на этих памятниках, Кохави (1984:67-68) недавно
предположил связать их с экспансией финикийцев на юг под защитой крепостей,
таких как найденная в Хар-Адире. Гал далее поднял вопрос о возможности того, что
члены племени Нафтали населяли памятники долины Хуле, в то время как
памятники Верхней Галилеи были населены тайнскими-финикийскими
элементами (1982b:90). Мы хотели бы расширить эту тему
107
ГЛАВА 3
важный вопрос этнической идентичности в соответствии с некоторыми
критериями, которые мы установили для себя в Главе 2:
1. Исторические данные. Единственный библейский источник, касающийся
деятельности израильтян в регионе в Железном веке I, — это описание миграции
колена Дана на север (Судьи 18). Список поселений в книге Иисуса Навина,
конечно, отражает гораздо более позднюю реальность (краткий обзор мнений
ученых см. в Kallai 1967:2-13).
2. Модель поселения. Существует большое сходство между поселениями Верхней
Галилеи и ранними израильскими поселениями в центральной горной стране по
размеру поселения, скудности находок и феномену заселения территорий с
холмистым и сложным рельефом, которые никогда ранее не были столь «плотно»
заселены.
V
A
D
IM
K
3. Находки. Как ограниченный керамический репертуар, так и тот факт, что останки
в Хацоре XII и Дане VI представляли собой почти исключительно ямы для
хранения, позволяют предположить, что люди, активно действовавшие в этом
регионе, находились на ранних стадиях перехода к полной оседлости и жили в
изолированных социальных и экономических структурах (главы 6–7).
С точки зрения керамики, нет никаких реальных трудностей в отнесении этих
памятников к израильским группам. Памятники были охарактеризованы двумя
типами пифосов: «галилейскими» пифосами, которые были украшены
горизонтальными гребнями и насечками (Yadin et al. 1961: Pls. CLXVII-VIII) и
которые, по-видимому, произошли от позднебронзовых пифосов (например, ibid.,
Pl. CCXCVIII); и «тирийскими» пифосами, которые были украшены накладными
пластиковыми «волнами» и которые, вероятно, возникли за пределами Земли
Израиля (см. Bikai 1978: P1. XL). Эти два типа не были найдены вместе на каждом
памятнике. Например, в Хацоре и Тель-Харашиме появился только «галилейский»
тип, возможно, по хронологическим или географическим причинам. Ни один из
типов пифосов не появился к югу от Изреельской долины (contra Gal 1982b:58).
Пифосы, похожие (но не идентичные) на кувшины для хранения с воротником —
типичные сосуды жителей центральной горной страны в XII и XI вв. ДО Н. Э. —
были обнаружены на севере только в Дане.
Таким образом, похоже, что между керамикой Галилеи и керамикой центральной
горной страны существовала разница, но это различие можно объяснить скорее
региональным, чем этническим. Более важными являются сходства —
использование больших пифосов в обоих регионах и ограниченный репертуар
форм.
Что касается архитектурных находок, то единственное необычное открытие на
сегодняшний день — это крепость в Хар-Адире. 7 Очевидно, что сложно связать
казематную крепость
7 Дополнительные сооружения, которые считались «крепостями» железного века, были найдены в
Мейроне (Had. Arch. 9, 1964:24), в Мицпе ха-Ямим (Had. Arch. 14, 1965:3) и на горе Кенакан (
Had
. Arch. 18-19, 1966:17). Кохави (1984:67-68) приписал все это притоку поселенцев в
Верхнюю Галилею во время железного века I, но их даты не были достаточно хорошо
установлены.
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
с тем, что мы знаем о типичных моделях израильского поселения. С другой
стороны, нет никаких убедительных причин связывать строителей этой
изолированной структуры с жителями остальных поселений I века, обнаруженных в
Верхней Галилее (в частности, точные даты поселений неясны). В любом случае,
керамический комплекс из Хар-Адира относительно богаче, чем любой другой
памятник в регионе.
Подводя итог, можно определить, что некоторое время спустя после разрушения
Хацора позднего бронзового века Верхняя Галилея (включая ее северную часть)
подверглась процессу интенсивного заселения в регионах, которые ранее были едва
заселены. Характер многих новых мест во всех отношениях соответствовал тому,
что мы знаем о местах поселений израильтян, поэтому нет никаких реальных
проблем в том, чтобы отнести их к племени Нафтали. (С другой стороны, такое
место, как Хар-Адир, могло принадлежать к сети, этнически связанной с
финикийским побережьем.) Этот процесс заселения произошел в XI веке или не
ранее конца XII века ДО Н. Э. Керамика из шести раскопок в регионе предполагает,
что прибытие поселенцев не было единовременным наплывом. Решающими
сосудами, по-видимому, являются пифосы, поскольку эти два типа не появлялись
вместе на каждом месте. Их распределение суммировано в следующей таблице (на
основе устных сообщений археологов):
«Галилейские»
пифосы
«Тирийские»
пифосы
банки для
хранения с
воротником-с
тойкой
Хацор
Дэн
Х
Х
-
Только Str. V
-
несколько
похожие
пифосы
Адир
-
ф Авот
Харашим
Х
Х
Х
Х
-
-
-
—
Саса
Х
Х
-
Такое распределение повышает вероятность того, что «галилеевские» пифосы
появились раньше «тирийских» пифосов, что еще больше подтверждается
сходством между «галилеевскими» пифосами и поздними бронзовыми сосудами для
хранения, найденными в Хацоре. За этим последовал период совпадения между
двумя типами. Если эта гипотеза будет подтверждена будущими исследованиями
(статистический анализ появления этих сосудов на различных участках был бы
особенно важен), то из этого следует, что в Хацоре XII, Дане VI и Тель
109
ГЛАВА 3
Харашим, оккупация прекратилась на ранней стадии процесса заселения Галилеи;
что Дан V, Хорват Авот и Саса были заселены на промежуточной стадии; и что
место в Хар Адире могло быть последним из этой группы. Значимость появления в
Дане пифосов, напоминающих сосуды для хранения с воротником-ободком
центральной горной страны, по-видимому, историческая, а не хронологическая
(глава 10).
с
ИОРДАНСКАЯ ДОЛИНА
IM
K
Важность долины реки Иордан для изучения периода израильского поселения
обусловлена ее положением в качестве моста, соединяющего Трансиорданское
плато с центральной горной страной. В этих регионах были обнаружены сотни
поселений Iron I, что делает их основными очагами процесса израильского
поселения.
Археологические данные, собранные с двух сторон реки Иордан, не
сбалансированы. На восточной стороне были проведены крупные раскопки на двух
участках (Телл Дейр 1 Алия и Телл эс-Са с Идийе), а также интенсивные
исследования, в то время как западная сторона еще не была систематически
исследована.
Tell Deir c Allä
D
Раскопки
V
A
Одно из важнейших мест в долине реки Иордан, Телль-Дейр - Алла, расположено в
устье долины Яббок (Вади-Зарка) на восточной стороне реки Иордан. Обычно его
отождествляют с библейским Суккотом. С 1960 года на этом месте было проведено
восемь кампаний раскопок, первые пять из которых проводились Франкеном под
эгидой Лейденского университета, а последние три — в рамках совместного проекта
Лейденского университета и Департамента древностей Иордании под руководством
Ибрагима, Франкена и ван дер Кооя (краткий обзор результатов первых кампаний
см. в Franken 1969:19-21).
В период поздней бронзы на возвышенном искусственном подиуме было
возведено святилище. Поскольку никаких укреплений или обычных зданий
обнаружено не было, Франкен пришел к выводу, что это место было необнесенным
стеной святилищем, которое служило кочевому населению окрестностей. (О
святилище и библейской традиции относительно дома, который построил Иаков в
Суккоте, Быт. 33:17, см. B. Mazar 1984). Святилище было разрушено землетрясением
в начале XII в. ДО Н. Э. Среди руин был египетский фаянсовый сосуд с картушем
царицы Теусерт, жены Сети II (1193-1185 ДО Н. Э., согласно Венте и ван Силену
1977).
Вскоре после этого на это место пришли новые люди. На этом этапе, во время I
железного века, еще не было домов, а были только открытые площадки, ямы и
плавильные печи.
110
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
Археологи предположили, что они отражают зимнюю деятельность
полукочевников , которые занимались металлургией, сельским хозяйством и
скотоводством и возвращались в горы дальше на восток на летние месяцы. Эти
люди жили в палатках, поскольку, как говорят, на этом месте были обнаружены ямы
для столбов. Среди керамики этого рода занятий были найдены черепки,
идентифицированные
как
«филистимские».
Внимательное
изучение
опубликованной керамики показывает, что в Дейр - Алле не было найдено никаких
сосудов для хранения с воротником-ободком, столь характерных для поселений I
железного века в горной местности (за возможным исключением одного обода,
Franken 1969: Pl. 50:100).
В течение третьей фазы, в Iron II, «новые поселенцы» построили небольшой
город, окруженный стеной. Знаменитая арамейская надпись Дейр - Алла была
найдена в руинах этого поселения.
Телль эс-Са с идиех
Курган расположен на восточной стороне долины Иордана, к северу от
Нахал-Яббок. Предложение Глюка отождествить Телль -эс - Саджидийе с
библейским городом Заретан было принято Притчардом (о проблемах
идентификации см. Oded 1971). В 1964-1967 годах Пенсильванский университет
провел четыре сезона раскопок под руководством Притчарда. На западной стороне
холма находилось кладбище, датируемое концом позднего бронзового периода и
началом железного века I (Pritchard 1980). Захоронения железного века I были
беднее по содержанию, чем более ранние погребения. Археологи не достигли
современных уровней на самом холме, и история поселения в рассматриваемый
период не может быть реконструирована на основе одних только свидетельств с
кладбища.
Опросы
Как уже отмечалось, восточная сторона долины реки Иордан была тщательно
обследована, тогда как наши знания о западной стороне носят лишь
предварительный характер.
Восточнее Иордана. В ходе исследования, проведенного Ибрагимом, Зауэром и
Яссином в северной части региона, между Вади Раджибом и рекой Ярмук, было
исследовано 19 мест с заселением «Iron I» (включая Телль-эс-Са - Сидие; только
одно из этих мест ранее не было известно), в отличие от шести мест с материалом
позднего бронзового века и 17 с остатками Iron II (Ибрагим, Зауэр и Яссин 1976).
Некоторые из этих мест, которые были датированы «Iron Ic», относятся к 10 веку ДО
Н. Э. Места были разбросаны по всей области, от подножия холмов вплоть до реки
Иордан. Кроме того, около 20 других мест были обнаружены Глюком и отнесены к
этому периоду (Glueck 1951:Chap. 5), но из опубликованной керамики трудно
111
ГЛАВА 3
точно известно, сколько из них действительно свидетельствовали о своей
деятельности в этот период (в частности, «Железный I» Глюка включал X век ДО Н.
Э.; там же: xix).
К западу от Иордана. Глюк (1951) сообщил о шести памятниках I железного века к
северу от Иерихона. Де Контенсон (1964) добавил еще один памятник в список.
Еще шесть или семь были обнаружены в ходе исследований, проведенных после
Шестидневной войны (Porath 1968; Bar Adon 1972; Gophna and Porath 1972).
Миттманн (1970) исследовал четыре памятника этого периода в окрестностях
Мехоллы, в южной части долины Бет-Шеан. Таким образом, было обнаружено
почти 20 памятников. 8 Только де Контенсон опубликовал какую-либо керамику,
поэтому здесь также трудно оценить масштабы активности в I железном веке.
***********
A
D
IM
K
На сегодняшний день в долине реки Иордан, между Мертвым морем и южным
концом долины Бет-Шеан, было зарегистрировано около 60 поселений эпохи I
железа. 9 Даже если некоторые из них не соответствуют современным критериям
для включения в эпоху I железа, все равно нет сомнений, что эта плотность
поселений действительно впечатляет. Поскольку у нас нет достаточной
информации о характере поселений, их распределении, размере и точных датах, мы
не можем оценить их значимость в сети поселений эпохи I железа. Однако из-за
климата и экологии региона вполне может быть, что некоторые из поселений были
заселены сезонно, как Франкен предположил для Дейр- к -Аллы. Другими словами,
жители еще не перешли в постоянные поселения, а проводили зиму в долине реки
Иордан, а лето — в холмистых районах по обе стороны долины.
V
ТРАНСИОРДАНСКОЕ ПЛАТО
Пионером современных исследований в Трансиордании был Глюк, который
исследовал сотни мест в ходе своего крупного исследования в 1932-1947 годах.
Следующим важным начинанием было исследование, проведенное Миттманном в
Галааде в 1963-1966 годах. Хотя археологические исследования в этом регионе
усилились в последние годы, эти два проекта — особенно Миттманна, который
использовал более современные методы — составляют основу любого
8 Ситуация в Иерихоне неясна. Х. и М. Вайпперт утверждали, что на этом месте велась
деятельность в Iron I (1976:117, 144-145), но они не опубликовали никаких четких находок
этого периода. В любом случае, типичные типы Iron I опубликованы в окончательном отчете о
раскопках (Kenyon and Holland 1982: Figs. 215:1-2, 216:9 и т. д.).
9 Зори (1962) сообщил о 44 памятниках эпохи Iron I в долине Бет-Шеан. Их следует рассматривать
вместе с памятниками долины Изреель, и весьма сомнительно, что они входили в структуру
израильского поселения.
112
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
обсуждение модели заселения Трансиордании. В любом случае, наши знания о
Трансиордании гораздо меньше, чем об Израиле. Мы попытаемся обобщить
археологические данные относительно недавних исследований и раскопок и —
несмотря на присущие им трудности — оценить их значимость для изучения
обсуждаемого периода. Вполне естественно, что мы ограничим наши замечания
областью между Нахал Арнон (Вади Муджаиб) на юге и рекой Ярмук на севере —
ареной деятельности израильтян, согласно библейскому источнику.
Основная проблема, с которой сталкиваются все ученые, изучающие I железный
век в регионе, заключается в том, что в то же время неизраильские группы также
проходили процесс консолидации в этих областях Трансиордании, а именно,
Аммон и Моав. Поскольку мы все еще фактически не знаем о различиях в
материальной культуре среди различных народов, которые поселились в
Трансиордании в период I железного века, в настоящее время единственная
возможность различить идентичности жителей раскопанных и обследованных мест
— это исторические и географические соображения. К сожалению, исторические
данные недостаточно ясны , и уж точно недостаточны для того, чтобы сделать
однозначные выводы.
Раскопки
Хешбон
В Хешбоне (современный Хисбан, примерно в 20 км к юго-западу от Аммана) было
проведено пять кампаний раскопок в период с 1968 по 1976 год под эгидой
Университета Эндрюса в Берриен-Спрингс, штат Мичиган, под руководством
Хорна, Борааса и Герати (Бораас и Герати 1978: библиография в примечании 3).
Место, по-видимому, было впервые заселено во время I железного века, поскольку
керамика этой даты была найдена в разных местах, и археологи даже отнесли к этому
периоду укрепительную (?) стену, найденную в одном районе. Первоначально
археологи выдвинули гипотезу о разрыве в поселении, охватывающем 10-7 вв. ДО Н.
Э., но впоследствии они сообщили о находке керамики 9-8 вв. ДО Н. Э. Не было
найдено абсолютно никаких позднебронзовых реипанов. Таким образом, Хешбон
присоединяется к списку мест, которые упоминаются в библейском повествовании
о завоевании, но на которых отсутствуют какие-либо находки того периода.
Сахаб
Расположенный примерно в 12 км к юго-востоку от Аммана, Сахаб является самым
важным местом Iron I, раскопанным на Трансиорданском плато. Хотя это место не
относится к структуре Израильского поселения, поскольку находки с этого места
будут упомянуты позже, мы здесь кратко опишем его. Ибрагим руководил тремя
сезонами раскопок на этом месте между 1972 и 1975 годами от имени Иорданского
департамента древностей.
113
ГЛАВА 3
Телл Сахаба, который Ибрагим описал как крупнейшее доримское поселение на
пустынной границе Трансиордании, был заселен уже в периоды средней и поздней
бронзы, но достиг своего расцвета только в I железном веке (Ибрагим 1972; 1974;
1975). Постройки периода I железного века были обнаружены в разных местах на
кургане; в некоторых из них было различимо несколько фаз. В этих сооружениях
были найдены сосуды для хранения с воротником-ободком. На некоторых ободках
были редкие и отличительные оттиски печатей (рис. 94) розеток и животных
(Ибрагим 1978; 1983). Похожий штампованный ободок был недавно найден в Шило
(глава 7). В Сахабе сосуды для хранения с воротником-ободком также
использовались для захоронения. После разрушения этого поселения активность на
этом месте была ограничена; однако поселение II железного века было лучше
спланировано.
IM
K
Остатки железа I также были раскопаны в Ароэре, Дибоне (опубликован сосуд для
хранения с воротником-ободком), Медебе, Хирбет-эль-Хаджаре, Джераше, Ирбиде и
нескольких других местах (Олаварри 1965:82-83; Тушингем 1972: Рис. 19; Хардинг
1953; Ленцен, Гордон и МакКуитти 1985; Томпсон 1972:62; см. также Вайпперт
1979; Франкен и Зауэр 1971; Зауэр 1982:81-82; 1986:10-12; Дорнеманн 1982:135).
Опросы
V
A
D
Как уже отмечалось, Глюк был пионером полевых исследований в Трансиордании.
В южной части этого региона он сообщил о более чем 30 памятниках «Iron I-II»
между Нахаль Арнон и Вади Хисбан (1934; 1939) и около 100 памятников в районе
между Вади Хисбан и рекой Джаббок (Вади Зарка) (1939); в северном секторе Глюк
обследовал 65 памятников этого периода между реками Джаббок и Ярмук (1951) — в
общей сложности около 200 памятников.
Однако существуют серьезные проблемы, затрудняющие использование
результатов исследований Глюка. Прежде всего, Глюк не исключил 10-й век в своем
определении «Iron I» (1951:xix); и он не отделил Iron I от Iron II. Другие трудности
связаны с его методологией. Поскольку современная геодезия тогда находилась в
зачаточном состоянии — а целью было набросать первую картину поселения в
Трансиордании — он не пытался сбалансированно опробовать различные области,
не всегда уделял достаточно времени сбору черепков и иногда был даже неточен в
своих керамических идентификациях (критику исследования Глюка см. в Mittmann
1970:1-3). Более того, он не предоставил важных базовых данных, таких как размер
участка и относительные пропорции керамики. В результате из исследований
Глюка трудно получить четкое представление о схеме поселения в Трансиордании,
которое соответствовало бы критериям современных исследований.
Два сравнительно недавних исследования, проведенных в регионах, изученных
Глюком , выявили десятки памятников эпохи Iron I. Только в окрестностях
Хешбона керамика эпохи Iron I была обнаружена почти в 30 памятниках (Ibach
1976:122; 1978:206-209;
114
памятник позднего бронзового века (миттманн, 1970)
стоянка железного века i (миттманн , 1970)
стоянка железного века ii (миттманн , 1970)
·памятник iron l-ll" (обзоры глюка)
эоценовая формация
сенонская формация
сеноманские туронские образования
35. Памятники позднего бронзового века, железного века I и железного века II из обзора
Гилеад Миттмана, объединенные с памятниками «железного века I -II» Глюка .
115
ГЛАВА 3
IM
K
здесь также 10 век ДО Н. Э. мог быть включен в «Iron I»). Миттманн систематически
повторно исследовал территорию между реками Яббок и Ярмук (1970). Он посетил
около 300 памятников, только четыре из которых были ранее исследованы Глюком.
Таким образом, этот сектор стал наиболее изученным регионом Трансиорданского
плато. Миттманн сообщил о 73 памятниках Iron I (рис. 35), в отличие от 15
памятников позднего бронзового века и 49 памятников Iron II.
Из опроса Миттмана, в котором использовалась достаточно большая выборка,
вырисовывается несколько интересных тенденций. Хотя было бы
предпочтительнее рассмотреть их также в свете результатов Глюка, тем не менее,
стоит представить результаты сами по себе, учитывая, что картина неполна.
Район, обследованный Миттманном , делится на две отдельные географические
единицы: Равнина Ирбида на севере — за исключением области глубоких вади,
которые спускаются к рекам Ярмук и Иордан — представляет собой
топографически умеренное плато; состоящее из мягкого мела, оно было
благоприятно для заселения. Блок Аджлун на юге — это более высокий и более
пересеченный холмистый регион; состоящий в основном из твердого известняка,
он был менее податлив для заселения. В следующей таблице суммированы данные,
собранные Миттманном в соответствии с этим двусторонним географическим
делением:
ЖЕЛЕЗО I
АДЖЛУН
ОБЛАСТЬ
C
# памятников
12
%
80
20
# памятников
31
42
%
42
58
# памятников
34
15
%
69
31
A
V
ПОЗДНЯЯ БРОНЗА
D
РАВНИНА ИРБИД
3
ЖЕЛЕЗО II
Эти числовые данные можно обобщить следующим образом:
1. Большинство памятников позднего бронзового века были сосредоточены на
равнине Ирбид в северной Трансиордании, и лишь немногие из них были
обнаружены в районе Аджлуна .
2. В I железном веке по всей территории прошла мощная волна заселения, но
наибольшей она была в регионе Аджлун .
116
РЕГИОНАЛЬНЫЙ ОБЗОР АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ДАННЫХ
3. Во время железного века II количество поселений оставалось стабильным на
равнине Ирбид, тогда как в районе Аджлуна оно резко сократилось .
4. В то время как заселение равнины Ирбид было относительно постоянным на
протяжении всего рассматриваемого периода времени, регион Аджлун ,
который был менее благоприятен для человеческой деятельности, испытывал
довольно резкие колебания (Kochavi 1984:69-70).
Демографические последствия результатов исследования Миттмана наиболее
интересны. Во время I железного века произошла беспрецедентная революция в
заселении северной Трансиордании, с пятикратным увеличением числа поселений.
Более половины новых поселений были расположены в труднодоступном
холмистом регионе, который ранее был практически необитаемым. Эта ситуация
напоминает современные процессы, происходящие в некоторых регионах к западу
от реки Иордан, особенно в Галилее. Поскольку результаты исследования
Миттмана опубликованы лишь частично, мы не можем ответить на интригующий
вопрос о том, начался ли процесс заселения Трансиордании, когда ханаанские
центры еще существовали, или только после их разрушения.
***********
Результаты исследований и раскопок на Трансиорданском плато указывают на то,
что в период поздней бронзы количество крупных городских центров было весьма
ограниченным (см. Sauer 1986:6, который упоминает только пять памятников). В
период I железного века этот регион пережил очень интенсивное заселение, были
основаны десятки, а может быть, даже сотни памятников. В настоящее время вклад
находок из Трансиордании является лишь частичным, поскольку общая картина в
настоящее время довольно туманна. Однако мы надеемся, что дальнейшие полевые
работы добавят новые измерения к нашим знаниям об израильском поселении,
особенно в отношении вопроса о происхождении людей, которые заселили Землю
Израиля в то время, хронологии поселения и источниках израильской
материальной культуры. Кроме того, характер поселения в Трансиордании имеет
прямое отношение к дебатам между двумя школами науки относительно процесса
израильского поселения.
117
ЧАСТЬ II:
РЕГИОНАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ
ЕФРАИМОВА
A
D
IM
K
Региональное исследование Ефрема, начавшееся осенью 1980 года, включает два
археологических проекта: раскопки Силома и обследование всей территории
Ефрема. 10 Результаты этих двух проектов, которые осуществляются в самом сердце
центральной горной страны, имеют важные последствия для изучения периода
израильского поселения.
Силом был культовым центром — по-видимому, первым — жителей
центральной горной страны в то время. Раскопанный материал проливает свет на
ряд тем, касающихся израильского общества на ранней стадии его организации,
тем, которые долгое время были центральными для изучения истории народа
Израиля и корней его материальной культуры.
Интенсивное исследование Эфраима позволяет очертить схему расселения в
центральной горной стране во время I железного века. Сопутствующие
экологические исследования способствуют пониманию экологических и
экономических предпосылок процесса расселения израильтян.
V
10 «Региональный проект Земля Эфраима» проводится кафедрой изучения Земли Израиля в
Университете Бар-Илан. Четыре раскопки в Шило проводились в летние месяцы 1981-1984
гг. Проект осуществлялся под руководством автора. Постоянный состав раскопок состоял из
Ш. Бунимовица и З. Ледермана (помощников директора), П. Бен-Ханании, Ш. Йосефа, А.
Демского, М. Кислева, Р. Кауфмана, А. Коэна, А. Кацнельсона, Б. Латтингера, А.
Фельдштейна и М. Айрон-Любина. В обследовании принимали участие Ш. Бунимовиц
(1981/1982-1984/1985), З. Ледерман (1981/1982, 1982/1983) и Д. Эйтам (1980/1981).
Многие учреждения и лица содействовали работе экспедиции в Шило: Национальный совет
по исследованиям и развитию; Армия обороны Израиля; Региональный совет Вениамина;
кафедра Черны и доктора Эрвинга Московица по изучению Земли Израиля (Университет
Бар-Илан); Штабной археологический офицер Иудеи и Самарии; Еврейский национальный
фонд; Еврейское агентство; Фонд Дорот (США); современное поселение Шило; Л.
Джессельсон (США); доктор М. Штраус (Швейцария); и А. Бен-Ами. Исследование
финансировалось Археологической службой Израиля, Штабным археологическим офисом
Иудеи и Самарии и Университетом Бар-Илан.
119
Оба проекта интегрированы, и их результаты дополняют друг друга, чтобы
создать подробную сравнительную модель — единственную в своем роде —
которая помогает прояснить проблемы, связанные с эпизодом расселения
израильтян по всей стране. Хотя наше исследование продолжается и нас,
несомненно, ждут дальнейшие открытия, имеющиеся в настоящее время данные
(после шести лет полевых работ) позволяют нам представить надежную
реконструкцию модели расселения в период I железного века. Предварительный
отчет о раскопках в Шило был недавно опубликован в другом месте
(Финкельштейн, 1985); однако, чтобы дать полное описание регионального проекта
ефремлян как примера исследования израильского поселения, мы представляем его
здесь снова, уделяя особое внимание периоду I железного века.
ГЛАВА 4
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
V
A
D
IM
K
Исследование охватывает территорию около 1050 км 2 . Границы приблизительно
соответствуют границам территории колена Эфраима: северный край долины Бейт
-Даджан - Сахл-Махнех - Вади-Кана на севере; дорога Дейр-Дибван - Рамаллах Бет-Хорон на юге; край пустыни, к востоку от последних постоянных поселений на
востоке; и граница 1967 года на западе. Дополнительная территория дальше на
запад, до границы предгорий и аллювиальной равнины, была исследована
исследовательским подразделением Института археологии Тель-Авивского
университета, и это дополняет нашу информацию вплоть до прибрежной равнины.
Географическая единица, определенная выше, расположена на хребте горной
страны, что объясняет ее центральное значение в истории всей Земли Израиля в
период израильского поселения и судей. Ее пуп, так сказать, находился в Силоме,
самом важном религиозном, экономическом и политическом центре горной страны
в период железного века I. Другое центральное место находилось южнее, в Бетеле.
Регион разделен вдоль основным маршрутом, связывающим Иудею — и важные
места Гивеа и Мицпа в Вениамине — с Сихемом и территорией Манассии на севере.
Важные места разбросаны по всему региону, например, Х. с Урма — по-видимому,
библейский Арума — к юго-востоку от Сихема; Телль Шейх Абу Зарад —
по-видимому, библейский Таппуах — к югу от Сихема; Х. Тибна, который можно
отождествить с библейским Тимнат-Хересом, на западных склонах; и Верхний и
Нижний Бет Хорон на юго-западе. Другие центральные места включают теллы
Шарца, Харис и Айн -Самие (Х. Марджама).
С археологической точки зрения достаточно отметить, что из девяти основных
мест раскопок израильских поселений в горной стране пять расположены в нашем
регионе (Вефиль, Ай, Х. Раддана, Шило и Избет Шарцах), а два других находятся
чуть южнее (Телль -эль-Фул и Телль- эн- Нашбех). Как мы увидим, археологические
исследования дополняют наши знания и указывают на то, что это был один из
самых густонаселенных районов израильских поселений. Археологическая картина
согласуется с библейскими свидетельствами, которые отражают силу колена
Ефрема до Объединенной монархии (Noth 1958:59; de Vaux 1978:677; о смещении
центра плотности населения из Манассии в Ефрем см. Kingsbury 1967).
121
ГЛАВА 4
Еще 20 лет назад полевые работы в регионе заключались в том, что ученые
совершали экскурсии для исследования центральных участков. Только в конце
1960-х годов были организованы первые современные исследования. Экспедиция в
Шехем исследовала несколько участков на северном конце нашей сетки
исследований (Кэмпбелл, 1968). Каллаи, Гофна и Порат работали здесь в рамках
исследования 1968 года (Каллаи, 1972; Гофна и Порат , 1972). Впоследствии Порат
провел еще один этап этого исследования (Порат , 1968). Хотя эти усилия
ознаменовали важный прорыв в исследованиях, они были недостаточны в качестве
основы для полного и всестороннего понимания истории региона по следующим
причинам:
— Фактически были исследованы лишь несколько участков. Если взять, например,
участки, отмеченные на картах, то из 401 участка, расположенных на сетке
обследования, были исследованы только 168 — 42%. Изучение арабских деревень,
которые традиционно являются местами расположения древних памятников, было
еще менее скрупулезным. Из 113 деревень на нашей сетке были исследованы только
34 — всего 30%. Не были проведены и тщательные обследования репрезентативных
территорий.
— Не было запланированной географической выборки мест. В результате
покрытие было относительно обширным в северной части региона, в то время как
юго-запад был практически нетронут. Собранные данные — какими бы важными
они ни были сами по себе — таким образом, не позволяют создать всеобъемлющую
модель расселения.
— Что касается методологии исследования, то следует иметь в виду, что 20 лет назад
не принимались во внимание важные факторы окружающей среды; не
предпринимались попытки количественной оценки находок по периодам; и
датировка иногда основывалась на черепках тел и других неиндикативных
фрагментах. Периоды обитания следует определять исключительно на основе
типов, которые недвусмысленны. Повторное исследование черепков, собранных на
территории Эфраима во время исследования 1968 года, показывает, что около 40%
участков, приписываемых I железному веку, на самом деле не дали никаких четких
свидетельств этого периода. Эти участки не будут включены в наше обсуждение,
если только соответствующая керамика не будет собрана при повторном
посещении их. С другой стороны, на нескольких участках, которые не были
датированы I железным веком, мы нашли керамику этого периода. Некоторые из
керамических атрибуций исследования Кэмпбелла в районе Сихема неточны.
Например, на некоторых памятниках, отнесенных к позднему бронзовому периоду,
на самом деле не производили керамику до римского периода.
Поэтому очевидно, что достоверная картина истории заселения Железного века I
не может быть составлена исключительно на основе находок этих частичных
обследований (что, конечно, не умаляет их важности).
Целью обследования территории Ефрема является достижение полного охвата
области, обозначенной выше. На рисунке 36 показаны области, где
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
V
A
D
IM
K
Съемка завершена (по состоянию на лето 1987 года), включая карту Биддья 1:20
000, которая была обследована до нашего прибытия Д. Эйтамом (Had. Arch. 77,
1981:56; все названные места этой карты были повторно посещены нашей
группой). Около трех четвертей площади в сетке съемки Эфраима были
полностью обследованы к настоящему времени. На оставшейся площади мы
сейчас завершаем первую фазу, съемку всех мест, отмеченных на различных
картах. Объединение всех
Опрос Ефрема - затишье
Опрос Ефрема — первый этап
Обзор карты Пиддя
36. Территория Ефраима — обследованные
территории.
обследований, на сегодняшний день исследовано 552 объекта, включая 385
(96%) из 401 картированных объектов и 104 (92%) из 113 арабских деревень. Как
указано, мы повторно посетили многие объекты, которые были обследованы
ранее. Следующая таблица разбивает эти цифры по топографическим
единицам, которые будут описаны позже.
123
ГЛАВА 4
Южный
топографическая Окраина Северный
пустыни центральный центральный
единица
хребет
хребет
общее количество
памятников из всех
опросов
Северные
склоны
Южные
склоны
Предгор
ья ОБЩИЙ
51
138
60
67
170
66
552
участки
обследованы
впервые
34
87
42
30
123
35
351
памятники
обследованы снова
10
44
15
31
26
162
36
общее количество
памятников,
рассмотреных в
нашем
исследовании
513
Опыт в районах, которые были тщательно обследованы, научил нас, что процент
населенных мест в нашем регионе, которые не показаны ни на одной карте,
относительно невелик. В районе северных межгорных долин, например, этот
процент возрастает примерно до половины, но падает почти до нуля в более
сложных ландшафтах, таких как южные склоны (см. ниже). В этом отношении
территория Ефрема совершенно не похожа на своего северного соседа,
территорию Манассии, где количество некартографированных мест намного
больше (Had. Arch. 77, 1981:53). Контраст между этими двумя регионами проистекает
из различий в топографии, скальных образованиях и почве, т. е. экологические
условия неодинаковы. Подводя итог, можно сказать, что уже имеющихся данных
достаточно, по нашему мнению, для создания надежной модели заселения
территории Ефрема в различные периоды (Finkelstein, предстоящая работа d).
Несколько комментариев о нашей полевой методологии:
— Обычно было 5–7 геодезистов, из которых 1–3 были археологами.
— Геодезисты систематически рассредоточились по поверхности участка, и
черепки были собраны со всех террас по всей периферии ׳, включая склоны.
— Древнее ядро было выявлено в арабских деревнях, и были предприняты все
усилия для обследования всего его периметра на террасах непосредственно под
самыми крайними домами.
124
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
В целом, все осколки обода были сохранены. На месте был проведен
предварительный подсчет показательных осколок, осколки были датированы, а
количество выражено в процентах по периодам. После этой первоначальной
сортировки осколки были изъяты для дальнейшего изучения. Этот метод позволил
нам проверить появление популярных типов как количественно, так и
географически.
— Керамика датировалась исключительно на основе однозначных индикаторных
черепков; черепки корпусов, ручек, оснований и венчиков, которые появлялись в
течение более чем одного периода, обычно не принимались во внимание.
IM
K
— Результаты обследования обрабатываются на компьютере. Для этого были
подготовлены листы данных для использования в полевых условиях, в которые
было внесено как можно больше информации. Эти данные включали размер
участка, высоту над уровнем моря, особенности ландшафта, скальную формацию,
географическую подгруппу, расстояние от ближайшего источника воды до участка,
доступ к дороге, степень застройки, количество керамики и т. д. Отдельный лист
использовался для записи количества всех типов керамики с каждого участка. Те
данные, которые касаются участков периода I железного века, будут подробно
рассмотрены в этой работе.
V
A
D
Как уже отмечалось, все коробки с находками, собранными во время обоих
обследований 1968 года и указанными как содержащие черепки периода I
железного века, были открыты и проверены. Несомненные индикаторные черепки
периода были найдены только примерно в 60% этих мест (примерно в 40%
остальных черепки периода I железного века были найдены, когда мы повторно
посетили сами места). Мы повторно обследовали все места, отнесенные нашими
предшественниками к периоду I железного века, даже те, где затем были найдены
недостаточно четкие доказательства этого периода. Мы также тщательно повторно
исследовали все места, где сообщалось о материалах периода II железного века.
Необходимо подчеркнуть, что поскольку количество керамики I века обычно
относительно невелико, возможно, что на некоторых участках, где активность I века
была весьма ограничена, мы могли не найти соответствующие черепки. Это
предостережение особенно актуально для нескольких арабских деревень, где
свидетельства железного века были густо покрыты более поздними периодами.
ГЕОГРАФИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ
Территория Ефрема расположена в самом сердце центральной горной страны
Земли Израиля, в регионе, который не очень благоприятен для проживания. В
ландшафте отсутствуют широкие плато Иуды и Вениамина и большие долины
Манассии. Литологически легкообрабатываемый мел горной страны Манассии
отсутствует в Ефреме. Расчлененность местности и образования твердого
известняка препятствуют как заселению, так и сельскому хозяйству.
С точки зрения географии и экологии человека Ефрем четко делится на
125
ГЛАВА 4
четыре отдельных блока. С востока на запад это пустынная окраина, центральный
хребет, западные склоны и предгорья. Центральный хребет и западные склоны
могут быть далее подразделены на север и юг, так что в конечном итоге мы имеем
дело с регионом, состоящим из шести топографических блоков. Каждый из них
имеет свои собственные географические, демографические и экономические
особенности, и они имеют решающее значение для анализа моделей расселения
каждого периода. Мы кратко опишем каждый из шести блоков. י
Дезерт-Фриндж (DF)
По площади эта единица самая маленькая: 103 км2 , или 10% сетки обследования.
Это длинная и узкая полоса, восточная граница которой является самой внешней
линией участков, обращенных к пустыне, а западная граница — это одновременное
изменение рельефа, климата, экономики и демографии, происходящее на крутом
уступе ( через часть которого проходит разлом с севера на юг), который создает
перепады высот в 150–250 м. Количество осадков радикально различается по обе
стороны этого уступа, а также и основа существования жителей. Вершина уступа во
всех отношениях принадлежит центральному хребту, в то время как его основание
является частью пустынной окраины. Во многих местах вдоль пустынной окраины
есть небольшие долины, пригодные для сельского хозяйства. Район имеет высоту
450–700 м над уровнем моря и получает до 400 мм осадков в год. Основу экономики,
как мы увидим ниже, составляют выращивание зерновых и скотоводство.
Центральный хребет
Это второе по величине топографическое деление в нашем регионе; его площадь
составляет 329 км 2 , что составляет 31% сетки обследования. Восточная граница вышеупомянутый уступ, отделяющий его от пустынной окраины. Западные
границы не так легко определить, но их следует поместить в начало длинных и
узких хребтов и глубоких оврагов дренажной системы Яркон, которые
характеризуют ландшафт западных склонов. Весь регион понижается с юга на
север. Дорога Иерусалим - Шхем, которая делит пополам его западную сторону,
имела решающее значение в древности. Как уже отмечалось, центральный хребет
состоит из двух частей; граница между ними - уступ к северу и востоку от деревни
Мазрах ах эш-Шаркийе.
Северный Центральный хребет (NCR)
Эта топографическая единица, расположенная на высоте 650-850 м над уровнем
моря, охватывает 222 км 2 , около 21% сетки обследования. Она характеризуется
небольшими межгорными долинами (рис. 37), наиболее важными из которых
являются долины Шило, Луббан эш-Шаркийе, Кабалан, Акрабе , Хувара и Бейт
Даджан. Большинство
126
K
IM
D
A
37· Типичный ландшафт северной части центрального хребта — долина деревни Кабалан.
V
из этих долин относительно небольшие — долины Луббан эш-Шаркийе и Кабалан
имеют площадь всего около 2 км 2 каждая — но они, тем не менее, имели
первостепенное значение для развития поселений. Фактически, каждая долина
представляет собой отдельную экономическую единицу.
Южный Центральный хребет (SCR)
В этом подразделении, которое охватывает 107 км 2 , гостеприимные нагорья
продолжают плато холмов Вениамина. Район выше своего северного соседа,
примерно на 800-950 м над уровнем моря. Формирование известняка Амминадав,
обнаженное на большой площади к северу от Дейр Дибвана, создает участки
довольно суровой каменистой местности. В досредневековые периоды здесь
практически не было заселения. На западе склоны «проникают» глубоко в
центральный хребет.
Западные склоны
Это самая большая топографическая единица: 473 км 2 или 45% от общей площади.
На востоке она граничит с центральным хребтом, на западе она отделена от
127
ГЛАВА 4
предгорья умеренным, но очень четким уступом, который создает перепады высот в
100-150 м. Деревни Дейр Каддис и Дейр Абу Маш - аль расположены на вершине
уступа, в то время как такие деревни, как Завийе, Рафат и Эль-Луббан, расположены
у его подножия. Наиболее отличительной топографической особенностью этого
региона является образование хребтов и вади, идущих с востока на запад. Здесь
также есть два подразделения, северное и южное, разделенные северным ущельем
Нахаль Шило, которое пересекает западные склоны в районе Сальфита. Разница
между подразделениями заключается в основном в степени расчлененности
местности, что также влияет на скальные образования и источники воды.
Северные склоны (NS)
Эта топографическая единица охватывает 150 км 2 , около 14% нашего региона.
Ландшафт здесь относительно умеренный. Хребты создают ровные области, а вади
расширяются в некоторых местах, образуя узкие долины. Рельеф в
северо-восточной части, в районе Джамма -Чина , особенно умеренный; это стало
результатом, в частности, обнажения мягкой горной породы. С другой стороны,
склон вниз в Вади-Канах на севере дикий и голый, как топографически, так и
литологически. Источники воды на северных склонах очень ограничены.
Южные склоны (ЮС)
Это крупнейшая топографическая единица на территории Эфраима, охватывающая
323 км2 , 31% от общей площади. Это также самый пересеченный сектор региона.
Ландшафт характеризуется длинными узкими хребтами с довольно плоскими
вершинами, но очень круто наклонными сторонами, которые разделены глубокими
узкими вади (рис. 38). Эти хребты и вади тянутся с востока на запад. Большинство
поселений расположены на хребтах, и только несколько из них находятся в вади.
Основные дороги также пересекают хребты, так что путешествие по оси
восток-запад относительно легкое, в то время как движение с севера на юг очень
затруднено. Таким образом, хребет является характерным экономическим
образованием этой части Эфраима. Глубокое проникновение вади привело к
обнажению водоносных образований, так что эта территория усеяна небольшими
источниками.
Предгорья (FH)
Восточная сторона предгорий ограничена вышеописанным уступом; на западе он
достигает прибрежной равнины. Здесь нас интересует только восточная часть,
поскольку демографические и экономические особенности полосы, граничащей с
прибрежной равниной, совершенно иные. Часть
128
K
IM
D
A
38. Типичный ландшафт южных склонов, к югу от Салфита.
V
эта топографическая единица, включенная в наше обследование (приблизительно
до 150 долготного деления), составляет 148 км 2 , около 14% от Ефрема. Предгорья
отличаются от холмистой местности дальше на восток топографически и, в
определенной степени, литологически. Ландшафт состоит из низких, в целом
умеренных холмов и продолжает сеть хребтов и вади области на востоке. Область
понижается с востока на запад. Поскольку в этой области не было стабильных
источников воды, жители полностью зависели от цистерн. Большие участки
местности, особенно на западе, каменистые, что затрудняет сельскохозяйственную
эксплуатацию.
ДЕМОГРАФИЯ И НАТУРАЛЬНОЕ ХОЗЯЙСТВО
Для того, чтобы расшифровать модель поселения, которая возникает из
археологического исследования, необходимо изучить географию области и ее
экономический и сельскохозяйственный потенциал. Важно начать с построения
модели поселения для
129
ГЛАВА 4
для которого имеется большая часть необходимых данных; такая модель, которая
должна быть максимально полной и завершенной, может затем служить основой
для сравнений с другими периодами.
Единственная достаточно полная модель, доступная нам, — это модель арабской
деревни начала XX века. Хотя на пороге новой эры в истории Земли Израиля
распределение деревень, численность их жителей и их основы существования все
еще определялись почти исключительно природными условиями страны. Другими
словами, соображения, диктовавшие выбор конкретного места и диверсификацию
жителей в различные отрасли сельского хозяйства, существенно не изменились со
времен античности. Поэтому мы начинаем наше обсуждение с обзора
экономического потенциала нашего региона, отраженного в горных арабских
деревнях.
В таблице 1 перечислены количество деревень и их население в соответствии с
топографическими делениями, которые мы установили в предыдущем разделе.
Данные о населении деревень основаны на переписи 1931 года (Mills 1933).
Таблица 2 касается экономики деревень. Данные были взяты из Village Statistics
(правительство Палестины, 1945). Мы собрали данные по каждой деревне и
перегруппировали их в соответствии с нашими собственными топографическими
подразделениями. Для сравнительных целей мы представили данные по крупным
деревням в восточно-центральном хребте и по деревням на границе между
предгорьями и прибрежной равниной (линия Кафр-Касем, Мадждаль-Яба, Киа и т.
д.) в отдельных столбцах. Для трех областей мы также представляем расчеты,
которые игнорируют концентрацию городского населения и крупные деревни.
Таблица 3 содержит данные о животноводстве в арабских деревнях нашего
региона. Единственная доступная информация, которая перечисляет количество
животных по типам для каждой деревни (т. е. данные, которые нам нужны для
нашего обсуждения), относится к началу 1970-х годов (Военное правительство
Иудеи и Самарии, 1974). 11 Конечно, количество животных, вероятно, изменилось с
1920-х и 1930-х годов, как и методы животноводства. Но мы предполагаем, что
относительные пропорции различных видов животных в каждой топографической
единице и между единицами не изменились кардинально. Для этой таблицы
статистика населения была взята из переписи 1967 года (Командование Сил
обороны Израиля, 1967) и была скорректирована для года, в течение которого
животные были подсчитаны в соответствии с коэффициентом, определенным
Шмельцем (1977) для прироста населения в Иудее и Самарии.
11 Я благодарю М. Леви из Гражданской администрации Иудеи и Самарии за помощь в
приобретении этого материала.
130
Окраина
пустыни
Северный
центральный
хребет
Площадь в км 2 **
103
(10)
222
(21)
4
(4)
24
(21)
12
(11)
25.75
9.25
8.9
852
(1)
14,740 (22)
Средняя
численность
населения в
деревне
213
614
Средняя
численность
населения на км 2
8.2
Население
66.4
143,4
1,053
148
(14)
13
(11)
43
(38)
56
(50)
17
(15)
113
7.5
8.4
8.7
9.3
9.1
1,279 877*
ОБЩИЙ
473
(45)
36
(32)
15,349 (23) 8,771*
предгорья
323
(31)
D
Площадь на
деревню в км 2
***
329
(31)
30,089 (45)
23,511*
V
A
Количество
деревень
107
(10)
836
691*
91,5
150
(14)
K
ТОПОГРАФИЧЕ
СКАЯ
ЕДИНИЦА
IM
ТАБЛИЦА 1
(цифры в скобках - проценты от всего региона)
Общий
Южный
Общее
централь
Северные
центральный
Южные склоны количество
ный
склоны
хребет
склонов
диапазон
11.5
66,463
7,131 (11)
19,031 (29)
26,162 (40)
9,360 (14)
549
443
467
551
588
47,5
58.9
55.3
63.2
63.1
* Без Рамаллы и Эль-Биры.
** Для целей этой таблицы площадь рассчитывалась в соответствии с топографическими единицами, а не путем сложения площади земли каждой деревни. Полученное
искажение в основном затрагивает деревни пустынной окраины и восточные деревни горной местности (владеющие большими полями к востоку от области нашего
исследования), а также деревни предгорий (некоторые из которых имеют собственность, граничащую с прибрежной равниной).
*** Эти цифры являются математическими конструкциями, полученными путем деления площади в км 2 на количество деревень на топографическую единицу.
Фактическая площадь, охватываемая каждой деревней, будет указана в Таблице 2.
ТОПОГРАФИЧ
ЕСКАЯ
ЕДИНИЦА
Средняя
численность
населения в
деревне
Средн.
фактическое
количество
земель на
деревню ******
Средняя
площадь садов
(в основном
оливки) на
деревню
Средняя
площадь
посевов
зерновых на
деревню
Средний
непахотный
площадь на
деревню
Средняя
площадь земли
на человека
ТАБЛИЦА 2
(площадь измеряется в дунамах; числа в скобках указывают проценты в пределах топографической единицы)
Централь
ный
хребет: 6
Окраина
Северный
Южный центральный
Северные
Южные склоны
Предгорья
крупных
пустыни
центральный хребет
хребет
склоны
деревень
на востоке
*****
270
860
1,437
1,557
722
533
700
1069*
23,929
701
16,252
24,388
9,586**
10,588***
2,236
4,088
58,582
12,889
Деревни,
граничащие с
предгорьями
и прибрежной
равниной
1,268
7,773
11,448
10,711
3,190
3,534
1,681
367
2,865
1,449
2,909
6,771
2,752
6,827
2,891
14.6
16.4
8.4
11,116****
3,788
3,780*
5,487
4,949
6,285
10,140
5,786*
17,707
88,6
9,013
14,459
3,434**
3,493***
18.9
16
12.1**
12.8***
44,560
6,789
5,452****
40,8
17.9
16.3****
ТАБЛИЦА 2 (продолжение)
Средняя
необрабатывае
мая площадь на
душу населения
Соотношени
е зерновых и
садовых
культур.
на деревню или
человека
Центральный
Южный центральный хребет: 6 крупных
хребет
деревень на востоке
*****
2.6
2.6
Северные
склоны
Предгорья
(3-0)
(22.3)
(34,8)
(6.4)
(24,6)
20.3
5.8
5.0**
4.0
(45,5)
2.7
(22,9)
(41,3)
4.0
5.4*
4.0***
(31,6)
7.1
(17.4)
(22.3)
(18.6)
(25,6)
65,6
10.5
4.4**
9.3
4.2***
31.0
9.4
8.0****
5.2
9.7
(74,0)
(36,4)
(33,0)
(76,0)
(52,5)
(35,4)
(59.1)
89:11
69:31
61:39
73:27
48:52
29:71
64:36
K
2.7**
65:35**
* Без Рамаллы и Эль-Биры.
** Без Акрабе и Бейт Фурик.
*** Без Рамаллы, Эль-Биры и 5 крупных восточных деревень.
4.4
Южные склоны
2.6
3.5*
4.5***
IM
Средняя
площадь
зерновых на
человека
2.6
Северный
центральный
хребет
D
Средняя
площадь сада
(в основном
оливки) на
человека
Окраина
пустыни
V
A
ТОПОГРАФИЧ
ЕСКАЯ
ЕДИНИЦА
Деревни,
граничащие с
предгорьями
и
прибрежной
равниной
6.6
24
0.3
(14.6)
4.2
5.3
2.3
95:5
61:39*
**** Без Дейр Истии.
***** c Акрабе, Кафр-Малик, Дейр-Джарир, Тайиба, Раммун и Дейр-Дибван.
****** Территории деревень иногда выходят за пределы наших топографических
единиц.
ТАБЛИЦА 3 (SH/G = овцы + козы)
ТОПОГРАФИЧЕС
КАЯ ЕДИНИЦА
Среднее количество на деревню
Крупный
рогатыйовца
скот
Козы
Всего SH/G
Фактор на человека (= ср. кол-во
животных на жителя деревни x 100)
Rei. % видов животных на жителя
деревни среди топографических
единиц
66
1,447
802
2,249
Тягловые животные
Крупный рогатый
скот
овца
52
Козы
163
Всего SH/G
456
Тягловые животные
Крупный рогатый
скот
овца
козы
Всего SH/G
тягловых животных
Rei. % видов животных на жителя Крупный рогатый
скот
деревни в пределах топографической
овца
единицы
козы
* Without cAqrabeh and Beit Furiq.
Окраина
пустыни
10
293
Центральны
Северный
Южный
й хребет: 7
центральный центральный крупных
хребет
хребет
деревень на
востоке
79
498
297*
369
290*
867
587*
68
21
686 258**
Южные
склоны
57
196
15
108
83
301
171
440
279
742
38
64
921
496 299**
1,182
557**
47
6
36
24*
27
24*
63
48*
4.9
0,6
19
19**
14
22**
33
41**
1.3
32
63
47
55
32
19
5*
7*
6*
14
4♦♦
6**
5**
2
63
35
12
44*
44*
11
88
1,586
Северные
склоны
422 312***
2,507
89
4
4
15
42
33 25***
114
1.4
12
14
4
3
618 517***
74
72
2
45**
52**
предгор
ья
3
61
36
48 42***
5.8
13
3
9
1.8
13
9
32
21
47
34
79
4.6
6.8
6
3
6
28
6
4
17
13
9
34
57
** Без Рамаллы, Эль-Биры и 5 крупных деревень в восточной части центрального
хребта.
5
37
58
7
13
10
20
10
36
54
*** Without Deir Istiya.
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
Теперь попытаемся обобщить значимость данных, представленных в этих таблицах,
для оценки экономического и демографического потенциала топографических
единиц нашего региона (см. рис. 39-40).
Окраина пустыни
IM
K
Несколько деревень в этой полосе относительно невелики по размеру. Однако их
земли самые обширные, по той простой причине, что они включают
необрабатываемые пастбища в пустыне на востоке. На обрабатываемых землях
преобладают зерновые. Площадь полевых культур на душу населения больше, чем
где-либо еще на территории Эфраима, в то время как количество земель,
отведенных под оливки, относительно невелико.
Животноводство здесь самое богатое в нашем регионе. Овцы + козы особенно
примечательны (55% всех стад в Ефреме), с преобладанием овец (63% всех
домашних животных на окраине пустыни, а также 63% всех овец в Ефреме),
несмотря на относительную засушливость. Абсолютное
D
СЕВЕРНЫЙ
СКЛОНЫ
V
A
ПРЕДГОРЬЯ
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ
ХРЕБЕТ
ЮЖНЫЙ
СКЛОНЫ
. ЮЖНЫЙ )
ЦЕНТРАЛЬНЫЙ
ХРЕБЕТ
живые РОЩИ
ЗЛАКИ
ОВЦЫ И КОЗЫ
39. Соотношение площадей выращивания зерновых и оливковых культур, а также
относительное поголовье овец и коз в различных топографических единицах
территории Ефремовой.
135
ГЛАВА 4
Поголовье крупного рогатого скота (32% всего скота в Ефремовой) и количество
тяглового скота также относительно велико, хотя по сравнению с другими
животными на окраине пустыни доля крупного рогатого скота относительно
невелика.
На эту экономическую мозаику влияет сочетание климатических и
топографических условий: климат относительно засушливый; многочисленные
небольшие участки пригодны для выращивания зерновых, но не для садоводства; а
окраина пустыни предлагает обширные пастбища.
Центральный хребет
Примечателен феномен больших деревень на восточной стороне. Эти деревни
имеют два «лица», одно из которых обращено к садоводству на холмах, а другое — к
пустынной окраине на востоке (к деревне Си- ч- ир, которая также расположена в
горах Хеврона, см. Шмуэли 1980:13-25). Это самые большие деревни, обладающие
обширными площадями земли, значительная часть которой расположена в
пустыне, не может быть обработана и служит пастбищами. (Однако среднее
количество непахотных земель на человека меньше, чем на пустынной окраине.)
Здесь также площади полевых культур на деревню и на человека очень велики —
вторые по размеру после деревень пустынной окраины — а площади, отведенные
под садоводство, относительно невелики. Другими словами, здесь, как и на
пустынной окраине, пропитание основано больше на выращивании зерновых и
выпасе скота.
Северный Центральный хребет
Среднее число жителей в деревне очень велико, как и плотность населения на км 2 .
Главной причиной этого, несомненно, являются плодородные внутренние долины,
которые могут поддерживать сравнительно большие деревни. Доля земель,
отведенных под садоводство, здесь относительно ограничена и является
наименьшей из четырех холмистых и склоновых топографических единиц. С
другой стороны, зерновые очень заметны; процент общей площади на человека,
засаженной полевыми культурами, является самым большим в Эфраиме. Это также
можно объяснить потенциалом, присущим внутренним долинам.
Количество животных относительно невелико, особенно если не принимать во
внимание две крупные деревни на востоке ( c Aqrabeh и Beit Furiq). В пределах этой
топографической единицы соотношение овец и коз сбалансировано (крутые
склоны долин затрудняют маневрирование овец), но если принять во внимание две
крупные деревни, количество овец больше. Крупный рогатый скот составляет здесь
относительно большую часть животных (12%).
Южный Центральный хребет
В самой единице (т.е. не включая пустынные пастбища, принадлежащие крупным
восточным деревням) количество земли, принадлежащей каждой деревне,
составляет
136
D
IM
K
THE SURVEY OF THE TERRITORY OF EPHRAIM
A
более 55״/. злаки
более 55״/. оливки
сбалансированный регион выращивания злаков/оливок
V
40. Территория Ефраима — посевы зерновых и оливковых культур
(1945).
относительно небольшой, так что плотность населения сравнительно высока.
Причиной этого является концентрация пяти крупных деревень на востоке и
наличие двух городов, Рамаллаха и Эль-Бире. Здесь также преобладают зерновые , а
площадь, отведенная под садоводство, очень ограничена. Животноводство здесь
имеет меньшие масштабы, чем где-либо еще на территории Эфраима. В пределах
этой единицы доля крупного рогатого скота ничтожно мала. В восточных деревнях
животные — в основном овцы + козы — более многочисленны.
Северные склоны
Немногочисленные деревни в этом районе относительно небольшие;
следовательно, плотность населения низкая. Средний размер земли на человека и
средний размер непахотных земель на человека оба большие. Такая ситуация
является результатом того, что
137
ГЛАВА 4
что деревня Дейр Истия владеет обширными территориями в пересеченной
местности около Вади Кана, большая часть которых используется для выпаса скота,
а не возделывается. Площадь, отведенная под зерновые и садоводство, примерно
одинакова. Животных немного. Овец меньше, чем коз, по-видимому, из-за сложной
каменистой почвы в окрестностях Вади Кана в северной части этой
топографической единицы.
Южные склоны
Хотя деревни здесь многочисленны, они самые маленькие в области сетки
обследования, за исключением тех, что находятся на окраине пустыни. Плотность
населения на км 2 редка. Это оливковая страна, и площадь, отведенная под
выращивание зерновых на человека, самая маленькая в Эфраиме. Суровый рельеф
диктует существование деревень; легче создать террасы для виноградников на
склонах, чем выращивать полевые культуры. Деревня Бейт - Ур-эль - Фока
представляет собой прекрасный пример: склоны и обрывы составляют 92% (!) всей
земли деревни, и 73% всех земель деревни находятся на уклонах более 36% (Дрор
1979:20-21).
В этом районе овец меньше, чем где-либо еще в Эфраиме; коз и крупного рогатого
скота тоже не так много. После южной горной местности эта область самая бедная
домашними животными. В самой области козы преобладают даже больше, чем на
северных склонах, несомненно, из-за сложного рельефа.
Предгорья
Хотя деревни в среднем относительно небольшие, они немного больше, чем те,
что находятся на склонах к востоку от них. Площадь, которая не пригодна для
возделывания, обширна, особенно в скалистом регионе к западу от деревень
(Finkelstein 1978). Садоводство играет лишь небольшую роль в экономике, в то
время как полевые культуры являются основой существования. Топография очень
умеренная, и относительно широкие русла вади используются для выращивания
зерновых. С другой стороны, скалистые хребты не подходят для садов.
В прошлом скалистые районы использовались в качестве пастбищ, и даже
сегодня животноводство в предгорьях уступает только пустынной окраине (хотя
если рассматривать деревни восточно-центрального хребта как независимый блок,
то там относительно больше животных, чем в предгорьях). Здесь также козы
превосходят по численности овец, опять же, вероятно, из-за каменистости
местности. В 1948 году деревни предгорий потеряли значительные пастбища,
которые находились между границей и прибрежной равниной. В результате общая
численность животных, очевидно, сократилась, хотя пропорции внутри стад,
по-видимому, не изменились.
*******
138
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
Основные отрасли экономики можно обобщить следующим образом:
Зерновые культуры. Полевые культуры преобладают на окраине пустыни, в
центральном хребте и предгорьях, но их очень мало на южных склонах.
Садоводство (сегодня в основном оливки, в прошлом, до мусульманской оккупации,
также виноградники) — оно очень развито на южных склонах, значительно
распространено на северных склонах, но имеет лишь второстепенное значение на
окраине пустыни и в деревнях восточно-центрального хребта.
V
A
D
IM
K
Животные — Пастбищные угодья пустынной окраины и деревни
восточно-центральной части хребта очень обширны; пастбища, доступные в
предгорьях и в окрестностях Дейр-Истии на северных склонах, также значительны.
В других местах центрального хребта и на южных склонах очень мало земли для
выпаса. Что касается состава стад, то количество крупного рогатого скота на душу
населения больше всего на пустынной окраине (хотя крупный рогатый скот
составляет лишь незначительную часть животных в пределах этой единицы). В
целом, со всех точек зрения, крупный рогатый скот количественно наиболее силен в
предгорьях и наиболее слаб в южно-центральной части хребта. Количество овец на
пустынной окраине и в деревнях восточной горной страны очень велико; они также
являются доминирующими компонентами стад в этих районах. Овцы также
преобладают в северной центральной части хребта. На склонах их количество
очень мало. Число коз на окраине пустыни и в предгорьях велико, тогда как эти
животные редки в южной центральной части. В пределах топографических единиц
козы являются доминирующим элементом в стадах склонов и предгорий. Стада
овец и коз, взятые вместе, имеют наибольшее значение на окраине пустыни, в
предгорьях и в деревнях восточной центральной части.
ОБСЛЕДОВАННЫЕ УЧАСТКИ
На следующих страницах мы представляем список памятников I века на территории
Ефрема, включая такие известные места, как Шило, Бетел, Х. Раддана и Ай.
Памятники организованы по топографическим единицам (см. рис. 54) —
поскольку, как мы видели, это разделение имеет решающее значение для
понимания схемы поселения — и пронумерованы внутри каждой единицы.
Следующие замечания касаются описаний памятников:
_ Внутри каждой топографической единицы памятники расположены в
соответствии с Обследованием Израиля, т. е. с северо-запада на юго-восток. Номера
памятников также записаны в соответствии с системой Обследования Израиля
(Кохави 1972a:13).
Звездочка рядом с номером памятника указывает на то, что
существование там иронического периода I не является абсолютно определенным
(см. также таблицу находок).
139
ГЛАВА 4
— Еврейское название соответствует орфографии карты 1:50 000, тогда как
английское название использует транслитерацию карты Mandatorial 1:20 000. В
некоторых случаях имена были взяты у местных жителей; они представлены в
кавычках.
— Для крупных поселений и арабских деревень привязка карты делается к
центральной точке. — Под предполагаемой площадью мы подразумеваем общую
площадь самого поселения, а не предполагаемую протяженность поселения в I
железном веке. Для арабских деревень оценки не приводятся из-за сложности
точного определения границ древнего поселения .
— Геологические формации, к которым относятся объекты, были взяты из работ
Ливнат (1971) и Димант (1971), из геологической карты региона Рамаллах (еще не
опубликована), из геологической карты региона Иерихон (Бегин 1974) и из
дополнительных неопубликованных полевых работ. 12
— Для водоснабжения указано расстояние (по прямой) до ближайшего постоянного
источника, но следует иметь в виду, что на каждом участке имелись цистерны.
— В описаниях объектов указаны только важные для наших целей детали. Прочая
информация, в частности, касающаяся более поздних установок и предметов, будет
найдена в полной и окончательной публикации обзора.
— Что касается находок, относительные пропорции между различными периодами
сообщаются только для керамики, собранной во время нашего исследования.
Несоответствие между нашими результатами и опубликованными результатами
более ранних исследований означает, что либо мы повторно исследовали находки и
не обнаружили четких индикаторов определенных периодов, либо мы повторно
посетили место и собрали черепки, представляющие периоды, которые не были
отмечены. Большинство черепков, обозначенных как «UD» (недатируемые),
относятся к эллинистическому, римскому, византийскому или раннему арабскому
периодам, в рамках которых определенные типы трудно различить. Арабская
керамика последних поколений не отмечена.
— Для периода I железного века «большая деревня» означает 5-6 дунамов и более, а
«маленькая деревня» — 3-4 дунама.
— Для каждого участка данные представлены в следующем сокращенном виде:
Левая колонка —
- топографическая единица и кардинальное число (DF = пустынная окраина;
NCR = северный центральный хребет; SCR = южный центральный хребет; NS
= северные склоны; SS = южные склоны; FH = предгорья)
- номер памятника
- Еврейское имя
- Английское имя
12 Я благодарю геологов Ю. Рота, Г. Шалива и Н. Миттельфельда, работавших в северной части
территории ■Эфраима, за всю их помощь.
140
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
Центральная колонна —
- Израильская сетка координат
- Сетка координат UTM
- высота в метрах над уровнем моря
- площадь в дунамах
Правая колонка —
- топографическая обстановка
- геологическая формация (при наличии)
- расстояние в метрах от постоянного источника воды
- персонаж в Iron I
D
IM
K
Затем следуют три телеграфных абзаца —
- описание памятника
- находки, включая относительные пропорции (в %) представленных
периодов, со словесным резюме количества черепков, собранных на месте
справа (Chalc = халколит; EB = ранняя бронза; IB = промежуточная бронза;
MB = средняя бронза II; LB = поздняя бронза; Pers = персидский; Hell =
эллинистический; Rom = римский; Byz = византийский; EA = ранний
арабский; Med = средневековый)
- ссылка(и) на предыдущие современные исследования (даже если их
результаты отличаются или черепки I века не были тогда найдены) или
раскопки; ссылки на старые полевые работы, которые не дали точных
данных исследований, не приводятся
V
A
Здесь не делается попыток идентифицировать места, упомянутые в древних
источниках.
ДФ 1 18-17 44/1
18475 17420
хребет
72320 56095
Em Yorqe c am 700
790
изолированный дом /
.1
фермерский дом
Куча камней и двор с цистерной. Скудные остатки. Хороший вид на пустынную
полосу и долину Иордана.
Железо I
середина
ДФ 2 18-17 43/1
חר׳ ·נון
Х. Янун
18425 17385
72270 56065
710
4
склон
Сорек 100 маленькая
деревня
Террасные руины на краю небольшой долины (рис. 41). Строительные камни в
стенах террас. Обзор отсутствует.
141
41. Х. Янун — городище (слева) и долина, вид на восток.
Железо I — 10; Железо II — 65; Ад — несколько;
Ром — 20; Биз — несколько
Порат 1968: 46-47
ДФ 3
18-17 73/1
ваДп ен я ,аД
Х. Тана эт-Тахта
18740 17325
72585 56005
309
8
Крупный мин. Остатки более поздних структур.
Обзор отсутствует. EB — одиночный черепок;
MB(?) — одиночный черепок;
Железо I; Железо II; Хайль-Ром — 85
Кэмпбелл 1968:31
ДФ 4 18-17 42/1
142
18435 17220
72280 5 5900
большой
вершина холма
Амминадав; Моза на
склоне
550
несколько домов
большой
вершина холма
Амминадав
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
662
א־נבי נון
1.450
summit site
En Nabi Nun
Высокая вершина с гробницей шейха. Великолепный вид на пустынную окраину и
долину реки Иордан. Черепки разбросаны по обнаженной коренной породе.
Никаких архитектурных остатков.
Железо I; Железо II; Биз; Мед
малый
DF 5 18-17 51/1
18535 17105
72390 55785
slope oi ridge
Amminadav; Moza
slope
100
few houses
חר׳ אל־ג׳ריש
400
7
Kh. el Jarayish
on
Порат 1968:49
medium
IM
EB — 40; Iron I — 10: Iron II — 50
Porath 1968:52
K
Узкий хребет с крутыми склонами. Много остатков зданий, некоторые,
по-видимому, заборы или загоны для животных. Возможная стена ограждения на
западной стороне. Вид на пустынную окраину и Галаад.
D
18695 16750
72550 55430
325
1
A
ДФ 6 18-16 67/3
склон
2100 несколько домов
V
Черепки разбросаны около позднего загона для животных. Куча камней и остатки
DF 7 18-16 55/1
18595 16570
72460 55245
420
3-5
slope
1200
few houses / seasonal
site
одной древней стены. Одна стена загона построена из повторно использованных
камней. Обзор отсутствует.
МБ; Железо I
маленькое
DF8
18505 16485
hilltop and slope
Широкие террасы, усеянные обломками, рядом с группой пещер. В средние века
пещеры использовались пастухами как сезонные стоянки. Вид на долину Иордана и
Галаад.
МБ — 85–90 древних периодов; Железо I;
ГЛАВА 4
18-16 54/1
72370 55165
Амминадав; Моза на склоне
1000
маленькая деревня
610
15
(площадь разброса
осколков)
Место на вершине и восточном склоне холма. На* вершине разрушенный колодец
Эш-Шейх Мазар. Террасированный склон. Панорамный вид охватывает пустынную
окраину, долину Иордана и Моав. Осколки железа I на вершине.
ЭБ — 90+; Железо I — 5+; Железо II — мало;
Средний — несколько
крупных
Порат 1968: 71
ДФ 9 18-16 41/1
18400 16160
72270 5 4840
חר׳ אל מרג׳ם
595
6
Кб. эль Марахим
вершина холма
Амминадав (выше его
мягкого элемента)
800
маленькая деревня
Руины частично переделаны в сад. Высокие заборы с камнями вторичного
использования. Обрушение двух больших квадратных зданий на юге. Вид через
вади, открывающийся в долину Иордана.
МБ — одиночный черепок; Железо I — 5;
Железо II — 95
большой
ДФ 10 18-16 51/1
חר׳ אירחיא
Кхер-Рахая
18515 16150
72385 54830
545
3
склон
400
несколько домов
Участок на крутом склоне. Кучи упавших камней. Остатки стен. Вид на долину реки
Иордан и Трансиорданское плато.
ЭБ — 22; МБ — 16; Железо I — 10; Перс — 10;
Ад — 42
средних
ДФ 11 18-16 50/1
18540 16060
склон
72420 54740
530
400
2
несколько домов
Широкая терраса на верхнем склоне Вади Фасайил. Груды камней, по-видимому,
144
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
покрывающий здание, подпорные стены и более позднее здание. Вид на долину
Иордана и Галаад.
EB; IB; Железо I; Byz
середина
ДФ 12 18-15 49/1
18460 15980
72335 54655
חר׳ ג׳בעית
Kh Jil· ״
640
50
интерфейс
Врадим/Авнон на
умеренной вершине холма
1,100
большая деревня
ДФ 13 18-15 15/1
חר׳ מרג׳מה
IM
Х. Марджама
18160 15540
72040 5 4210
470
30
K
Очень большие руины со множеством остатков более поздних построек.
Цистерны, карьеры и погребальные пещеры. Вид на долину Иордана.
МБ; Железо I; Железо II — большое количество;
большой
Перс; Ад(?); Ром; Биз; Мед — большинство
хребет в вади Амминадав
50 большая деревня
חר׳ א־נג׳מה
край хребта Шивта
3650 маленькая деревня
V
Кх. эн Наджама
18315 15100
72200 53770
610
3-4
A
ДФ 14 18-15 31/1
D
Одно из важнейших мест в Ефреме. О раскопках см. A. Mazar 1982a;
Хад. Арх. 76, 1981: 19.
Каллаи 1972:172
Руины на краю скалистого хребта к востоку от плодородной долины. Остатки стен
зданий
и подпорные стенки. Вид на долину Иордана.
Железо I — 80; Железо II — 20
середина
НКР 1 18-17 19/1
18100 17935
71935 56600
חר׳ א־שיח׳ נצראלה
500
7
Х. Ш. Насралла
склон на краю долины
интерфейс
Амминадав/Моза
900
несколько домов
Руины, очищенные от камней на склоне. Террасные стены с камнями вторичного
использования. Пещеры и карьеры. Вид на долину Бейт -Даджан .
МБ(?) — единичный черепок; Железо I — несколько;
145
42. Х. Ибн Насир — вид сверху.
Железо II — 10; Перс — несколько;
Хелл-Ром — 85; Э. А. Кэмпбелл 1968:26
НКР 2
18-17 58/1
йенд
Х. Шувейха
1856017860
7240056535
530
6
большой
хребет , край долины Гивц в
Йекарим
2400
большая деревня
Руины очищены от камней. Несколько стен торчат из земли. Вид на долину Бейт
-Даджан .
МБ — 13; Железо I — 80;
Железо II — несколько; Ром — несколько
крупных
Кэмпбелл 1968:26
146
NCR 3 17-17 98/1
17920 17835
71755 56500
вершина холма
Амминадав; возможно
Кфар-Шауль на вершине
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
613
2,400
)חר׳ אבן נצר (חר׳ דיב
Kh. Ibn Nasir
(Kh. Dhiyab)
3
small site
Высокая вершина с панорамным видом на Шхем, гору Эбал, гору Геризим, Сахл
Махне, долину Бейт Даджан , Х. с Урма и т. д. Современный круговой забор
огораживал вершину. Древние здания, возможно, немного выплеснулись на склон,
но древнее место, по-видимому, также было круглым в плане. Видны архитектурные
останки (рис. 42).
Железо I — 90; Железо II — один черепок;
Mед — несколько
маленьких
Кэмпбелл 1968:29; Каллай 1972:166
НКР 4 17-17 56/1
חר׳ א־נבי
склон хребта меловой
(Менуха?) 350 большая
деревня
K
Х. эн Наби
17545 17600
71385 56255
620
12
D
IM
Гробница шейха и средневековая деревня в центре большого участка.
EB — 8 (на вершине); Iron I — 7;
Железо 11 — 20; Перс; Ад;
Рим — 45; Мед — 20
большой
Кэмпбелл 1968:32: Каллаи 1972: 167
ваДп ен я ,аД
край долины
Бейт Меир
2,100
несколько домов
V
Х. Тана эль-Фаука
18515 17590
72360 56265
530
7
A
НКР 5
18 17 55/1
Гробница шейха рядом со средневековыми руинами. На юге 16 гумнов (рис. 43).
Вид на Сарцабу и гору Эбаль.
Железо I — 7 (особенно на юге);
Железо II — 75; Ад — 18;
Мед (доминирующий, но не
включено в % расчеты)
большой
Кэмпбелл 1968:31; Каллай 1972: 167
НКР 6
17-17 64/1
17675 17405
71520 56065
575
25
вершина
холма Бейт Меир
600
йД ,аД
эр-Рас
большая
деревня
Большой телл с широкими возделанными террасами на склонах. Строительные
камни во втором
147
43. Х. Тана эль-Фаука — гумна.
ary использование в стенах террас. Цистерны. Линия укреплений, построенная из
больших полевых камней, видна на востоке. На западе комплекс гробницы шейха
(Неби - Узеир). Ограниченный вид на долину и ее окрестности.
МБ — 2; Железо I — 7; Железо II — 52;
Перс — 11; Ад(?); Ром — 27
больших
Каллаи 1972:167
НКР 7
18-17 33/1
гребень с
плоской
вершиной
Эйн
Йорк c am
700
חר׳ ע׳נם
Х. Гханнам
несколько
домов
Квадратная крепость Айрон II, длина каждой стороны 85 м. Великолепный вид на
дорогу Сихем — Иорданская долина, пустынную окраину и Иорданскую долину на
юг до Иерихона.
Железо I — 5; Железо II — 95
средний
Порат 1968:46
НКР 8
17 — 17 32/1
148
18335 17385
72180 56055
810
7
17335 17260
71180 55910
склон
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
עינבום
1000
большая
деревня
515
с Эйнабус
Арабская деревня (на телле?). Большинство черепков собрано на южном склоне.
Обзора нет.
МБ — 12; Железо I — 32; Железо II — 8; Перс — 25;
Ад — 9; Ром — 8; средний — 6
больших
Порат 1968:48
НКР 9
18-17 02/1
חר׳ אל־ערמה
Х. эль с Урма
18050 17265
71900 55940
840
15
хребет
Эйн Йорк c am
850
большая деревня
V
A
D
IM
K
Высокий телль на хребте с крутыми склонами, соединенный седловиной с
хребтом на юге (рис. 44). Обширный вид, особенно на север. Вид на дорогу
Сихем — долина Иордана. Несколько стен и груды очищенных камней. Руины у
подножия восточного склона.
МБ — 30; ЛБ; Железо I — 5:
Железо II — 25; Ад:
большой
Ром — 25; (УД — 10)
Кэмпбелл 1968:38–41; Каллай 1972:168
44. Х. в Урма вид на северо-запад.
149
ГЛАВА 4
НКР 10 17-17 21/1
תר' עטרוד
Кл·.. Атаруд
17290 17130
71140 5 5780
690
12
вершина холма
Кфар Шауль 1700
относительно большая
деревня
Возделанные руины. Панорамный вид включает Сахл Махне.
Железо I — 20; Железо II — 40;
Ад — 10; Рим — 30 Порат 1968: 50-51
середина
НКР 11 17-17 41/2
הר׳ רס־זיד
К h Рас Зейд
17415 17125
71265 55780
611
8
вершина холма Амминадав
1000
относительно большой
памятник
Высокое место с панорамным видом. Вид на дорогу вдоль хребта холмистой местности
от перекрестка Таппуах до Шехема. На юге остатки зданий, покрытые кучами
очищенных камней. Определенная террасная стена ограничивает место на востоке.
Железо I — 85; Железо 11 — 15
Порат 1968:52
НКР 12 17-17 91/1
חר׳ רוג׳ן
Х. Ружан
17950 17190
71795 55855
710
8
маленький
вершина холма Амминадав
600 несколько домов
Руины с хорошо сохранившимися зданиями. Стены из обработанных камней. Большая
часть керамики относится к поздним периодам. Вид на окрестности горы Эйваль и горы
Гризим.
Железо I — немногие; Железо II; Rom; Byz; EA;
Med
большой
НКР 13 18-17 21/1
הר' אל־כרום
Х. эль-Курум
18265 17145
72120 55820
810
3
плато
аллювий на вершине Моза
1200
маленькая деревня
Место полностью очищено от камней, в центре большая каменная куча. Панорамный
вид на гору Гевал, гору Геризим, пустынную окраину, долину реки Иордан, рог Сартабы
и гору Баал-Хацор.
Железо I — 20; Железо II — 20;
Перс — 25; Ад — 10; Рим — 25
Порат 196852־
150
середина
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМОВА
НКР 14 17-17 80/1
"־־דוארה
«Давара»
17865 17000
71725 55665
713
8
вершина холма
Амминадав 1300 большая
деревня
Террасный участок на высоком холме. Плоская вершина и широкие террасы на
склонах. Камни вторичного использования в стенах террас. Куча очищенных
камней на вершине. Круглая форма участка отвечает за его название. Вид на гору
Эбал, гору Геризим, Х. с Урма, Акрабе и долину Кабалан.
Железо 1 — 90: Железо II — 10
большой
НКР 15* 17-16 68/3
אל־חרבה
эль-Хирбе
17660 16880 71530
55535 550
неопределенно
хребет Амминадав 1400
несколько домов
IM
K
Руины на хребте, спускающемся к долине Кабалан. Два колодца на вершине
участка. Средневековые здания разбросаны вдоль хребта.
Железо I — одиночный черепок;
середина
Железо II; Хайль-Ром; Мед — 90
17990 16815
71850 55485
адйД ийи ,аД
810
10
D
НКР 16 17-16 98/01
A
Шейх Хатим
плато
аллювий на вершине
Амминадав; Моза
на склоне
1.000 маленькая деревня
V
Плоская местность, усеянная черепками. На южном конце остатки одного или двух
зданий, покрытые высокими кучами очищенных камней. Панорамный вид на
восток и север.
Железо I — 10; Железо II — 70;
середина
Хайль-Ром — 20
НКР 17* 18-16 38/1
18375 16805
7223 5 55480
685
10
склон
Амминадав (выше его
мягкого элемента)
2400 несколько домов
Большие руины с видом на пустынную окраину. Многие останки зданий погребены
под грудами расчищенных камней. Здания, построенные из полевых камней.
Цистерны. Хороший вид на восток на пустынную окраину и долину реки Иордан.
151
CHAPTER 4
45. Tell Abu Zarad — the summit, looking north.
Iron I(?) — few;
Iron II — vast majority
NCR 18
17-16 17/1
תל אבו זרד
Tell Abu ez Zarad
medium
17195 16790
71050 55440
680
20
hilltop
Moza(?)
250
large village
Высокий телль с панорамными видами вдали (рис. 45). На вершине гробница
шейха, роща и огромная куча очищенных камней. Выступающая терраса с
большими камнями, видимыми у основания, по-видимому, скрывает
фортификацию.
ЭБ; МБ — 15; ЛБ; Железо I — 10;
Железо II — 45; Ад — 15; (УД — 10)
большойКаллаи 1972:169
NCR 19
17-16 57/2
17520 16 705
71380 55360
570
1
152
slope of ridge
Amminadav; Moza
on slope
550
few houses
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
Осколки разбросаны на светлых террасах в оливковой роще.
Железо I; Железо II —
маленький
95+; Перс (?)
НКР 20 17-16 77/1
קבלז
17740 16790
71595 55450
600
склон на краю долины
Арнминадав 600
большая
деревня,
по-видимому
Кабалан
Арабская деревня (рис. 37). Древний материал, собранный на юго-западном склоне
ядра деревни.
Железо I — 33; Железо II — 66;
Средний (доминирующий, но не
включенный в расчеты %)
маленький
ג׳וריש
813
Юриш
умеренный холмистый
Арнминадав; Моза на
склон
200
большая деревня
K
18065 16765
71920 55430
IM
НКР 21 18-16 07/1
חר׳ א־שונה
Кх, эш Шуна
17605 16600
71465 55260
V
НКР 22 17-16 66/1
A
D
Арабская деревня. Древний материал, собранный на возделываемых террасах на
северной и восточной сторонах. Хороший вид на Шхем и на восток на пустынную
окраину.
ЭБ(?); МБ — 7; Железо I — 25;
большой
Железо II — 30; Ром — 5; Мед — 33
725
Руины террасированы и очищены от
камней.
Железо I — одиночный черепок;
Железо II — 95; несколько более поздних
фрагментов тела
НКР 23 18-16 06/1
חר׳ קרקפה
Х. Каркафа
18025 16675
71885 55345
830
3
вершина холма
Бейт Меир рядом с
Моза
750
несколько домов
маленький
умеренный холмистый
Арнминадав; Моза на
склон
1.000
маленькая деревня
153
ГЛАВА 4
Руины расчищены от камней и обработаны. Хороший вид на север и восток.
Железо I — 35; Железо II — 65
маленький
Порат 1968:66
НКР 24 18-16 10/1
18115 16665
72080 55340
790
15
вершина холма
Амминадав; Моза на
склоне
1600 крупных деревень
Террасный холм с оливковой рощей. Высеченные в скале сооружения на севере.
Цистерны.
Ограниченный обзор окрестностей.
Железо I; Железо II; Перс;
Ад(?); Рим; Виз;
EA (большое количество)
большой
17190 16560
НКР 25 17-16 15/3
71065 5 5205
хребет Амминадав
/Моза
/Интерфейс Бейт Меир
600
520
несколько домов
1.5
Холм с остатками террас. Около 10
архитектурных остатков.
Железо I; Железо II;
Перс; Биз
НКР 26 17-16 35/1
17315 16530
71190 55180
660
4
цистерны на вершине. Только
скудные
маленький
плато
Моза
1400
несколько домов
Край плато над долиной Луббан-эш-Сбаркийех. Умеренные террасы,
усыпанные черепками. Панорамный вид.
Железо 1 — мало; Железо II — большинство;
P er s
средний
НКР 27 18-16 05/1
154
18015 16535
71875 55200
хребет
Амминадав; Моза на
склоне
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
חר׳ אל־קריק
Х. эль-Канк
882
8
Руины очищены от
камней.
Железо I ־. Железо II(?);
Перс (большое
количество); Ад
НКР 28
18255 16565
18 — 16 25/2
72020 55240
762
5
650
несколько
домов
חר׳ צור
Х. Сур
17375 16445
71245 55090
576
трудно оценить
хребет на краю долины
Сорек
1400
деревня
IM
НКР 29
17-16 34/2
K
середина
вершина
холма
2400
маленькая
деревня
Холм с террасами для возделывания земли и цистерной. Вид на долину реки
Иордан и плато Трансиордан.
Осколки железа I; железа II принадлежат соседнему
памятник.
средний
17 345 16250
71215 54915
V
НКР 30
17-16 32/1
A
D
Возделанные террасы и груды очищенных камней. Остатки строений не обнаружены.
МБ — 30; Железо I — 50;
маленький
Железо II — 20
Порат 1968:71
675
10
седло
Интерфейс
Soreq/Kesalon
1200
маленькая деревня
Небольшой телл на вершине «подъема Лебонах», с видом на подъем и долину
(рис. 46). Весь участок под возделыванием. Большие террасы, особенно на
севере. Действующая цистерна на юго-востоке.
Железо I — 10; Железо 85;
II — Перс(?) — один
середина
черепок; Биз —
несколько Порат 1968:72
НКР 31
17630 16200
склон
155
CHAPTER 4
46. The tell at the top of the ascent of Lebonah, looking north-west.
17-16 62/01
71505 54865
660
12
Amminadav
1,300
few houses
Возделываемые террасы на склоне. Материал Iron I на вершине участка, где склон
относительно крутой. Участок может быть связан с близлежащим Х. эр-Рафидом
(NCR 38). EB — подавляющее большинство;
МБ; Железо I — несколько крупных
NCR 32
17-16 62/02
17600 16280
71565 54950
650
1.5
slope
Amminadav
400
few houses
«Ступенька» на склоне в конце расширения Вади с Али. Черепки разбросаны по
всей площади и в кучах очищенных камней.
МБ; Железо I — 66; Ром
средний
NCR 33
156
17750 16260
hilltop
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
71620 54910
Интерфейс
Амминадав/Моза
950
714
25
)חר׳ סילון (שילה
Х. Сейлун (Шило)
См. Главу 5.
НКР 34 17-16 92/2
17980 16220
71850 54880
730
0.5
склон; край долины
Амминадав
1300
несколько домов
НКР 35* 17-16 92/3
склон Амминадав
1400 несколько домов
IM
17950 16260
71835 54920
730
1.5
K
Небольшой участок на ступеньке умеренного склона на краю долины Шило.
Здания прислонены к забору. Видны монолитные столбы (см. NCR 35).
Железо I — 15; Железо II — 50;
Роман — 35
мал.
D
Керамика разбросана по террасам склона, но никаких построек не сохранилось.
Участок может быть связан с NCR 34 (выше).
Железо I — одиночный черепок(?);
Железо II; Перс — 70; Ад; Биз
малый
חי׳ נג׳מת ח־ניפם
18035 16210
71905 54880
760
A
NCR 36 18-16 02/1
V
Kh. Najmat Khuneifis 1.5
hilltop
1100
few houses
Большая квадратная куча камней покрывает прямоугольное здание (примерно
15X20 м.) на вершине холма. Остатки других сооружений под кучами камней.
Поздние загоны для животных. Вид на юг и запад.
Железо I; Перс (?)
малый
вершина холма на хребте
17290 16115
Бейт-Меир
71160 54770
חר׳ ע׳רבה
550
790
Х. Гураба
несколько домов
10
Руины в значительной степени очищены от камней. Видны несколько линий стен.
Каменоломни. Вид
НКР 37 17-16 21/1
157
ГЛАВА 4
на север к горе Гаризим и Шейху Абу-Зараду.
Железо I — мало; Железо II;
Byz — большинство
Каллаи 1972:169
НКР 38 17-16 61/1
חר׳ א־רפיד
Х. эр Рафид
17670 16180
71540 54845
700
3
Узкий, хорошо защищенный гребень. Остатки
большого здания на широкой террасе нижнего
уровня в EB —75-80; IB (?); MB;
Железо I — 2 черепка;
Железо II — 5-10; Ром-Биз — несколько
Каллаи 1972:169
НКР 39 18-16 11/1
18120 16150
71995 54825
775
3
средний
хребет Амминадав 1700
несколько домов
e здание на краю.
Возможное врезание в уступ
(см. NCR 31).
середина
вершина холма
1000 маленькая деревня
Умеренный холм, окруженный посевными участками. Овальная периферийная
стена, высотой в 1-2 ряда, не сохранилась по всему участку. Здание сохранилось
на участке.
Железо I среднее
НКР 40 17-15 28/1
חר׳ עליתה
Х. с Алята
17270 15935
71145 54580
849
10
вершина холма Бейт Меир
850 маленькая деревня
Руины на вершине пологого холма. Возделанные террасы и остатки стен.
Хороший вид на север и запад.
Железо I — 2; Железо II — 37; Ад — 6;
Ром — 20; Быз ־ЭА — 10; Мед — 3;
(УД — 22)
большой
Каллаи 1972:170
НКР 41 17-15 99/1
158
17980 15970
71850 54640
750
1
хребет
Кфар Шауль 2600
отдельный дом
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
Остатки здания, покрытые очищенными камнями, два виноградных пресса и две
цистерны на краю небольшой долины.
Железо I — одиночный черепок; Железо II;
Ром; Биз
маленький
НКР 42
18-15 29/1
18215 15940
72095 54615
795
4
חר׳ כולצון
Х. Кулесун
хребет
Врадим
3100
маленькая деревня
Руины на хребте. Остатки сооружений. Цистерны. Хороший вид: Иудейская
пустыня,
Трансиорданское плато.
большой
Железо I — 15; Ром — 45; ЭА — 35
V
A
D
IM
17490 15870
71370 54525
K
вершина холма
Бейт Меир рядом с
Моза
йД ,аД
840
600
Kb. et Tell
15
большая деревня
Руины на вершине изолированного холма (рис. 47). Здания (в основном
средневековые),
НКР 43 17-15 48/1
47. Х. эт-Телль, вид на северо-восток.
159
ГЛАВА 4
высеченные в скале сооружения, другие сооружения и столбы. Вид на Иерусалим,
дорога Шхем, проходящая через вади внизу.
EB — few; Iron 1 — 9;
Iron II — 24; Hell(?);
Rom — 40. Byz — 10; Med — 10
Kallai 1972:170
СКР 1
16-15 82/1
йД ,аД
Х. Бир Зейт
16825 15250 '
70715 53895
815
10
medium
умеренный холм
Сорек
900
несколько домов
Место полностью очищено от камней. Большой средневековый хан на вершине.
Древний материал найден на западном склоне. Панорамный вид.
Железо I — мало; Железо II — 50;
Перс — немногие; Ад — немногие;
Ром — несколько; Биз; Мед — 20
больших
Каллаи 1972:173-174
СКР 2
17-15 81/1
высокая
вершина
холма
Меню
1200
א־טיבה
И Тайиба
большая
деревня
Большая арабская деревня на обширной территории. Панорамный вид на
Иудейскую пустыню, долину реки Иордан и холмистую местность.
Железо I — 20+ (в основном с западного склона);
Железо II — 40-; Рим — 17;
Биз — 10; Средний — 5; (УД — 8)
средний
СКР 3 17-15 20/01
חר׳ ע׳ריטיס
К11. Гурейтис
17845 15130
71735 53790
863
17220 15075
71115 53725
880
2
склон Бейт Меир 100
несколько домов
Руины Ром-Биз очищены от камней. Остатки зданий и погребальных пещер. Рядом
гробница шейха с прилегающими гумнами. Несколько более ранних черепков
найдены на южном краю участка.
МБ — мало; Железо I — мало;
Ром — 30; Биз — 65
средний
Каллаи 1972:176
160
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМОВА.
СКР 4
17280 14815
71175 53465
)ביתין (בית־אל
870
умеренный холм
Амминадав, граничащий с
Моза
550
большая деревня
Бейтин (Вефиль) См.
Главу 3
СКР 5
17-14 88/1
17850 14840
71745 53500
750
רמון
Раммун
вершина холма
Меню
1700
маленькая деревня
17485 14705
71385 53365
)рэд( лнТ-Д рДа
850
10-11
(Железный век)
D
Х. эт-Телль (Ай)
СКР 7
16-14 96/1
хребет
Сорек
250
большая деревня
17020 14620
70920 73260
890
5
вершина холма
Сорек
800
несколько домов
V
анйеД риасна
СКР 8
17-14 06/1
лДухеД-Д аДа
Рас -эт-Тахун
хребет
Интерфейс Кфар
Шауль/Аминадав
500
большая деревня
16930 14660
70835 53305
871
8-10
A
См. Главу 3.
Х. Раддана
См. Главу 3.
IM
СКР 6
K
Арабская деревня.
виды Иерусалима, Иудейской пустыни, долины реки
Панорамный
Иордан,
собрано на западном склоне.
Тайиба и Ай. Большая часть
древнего
материала Железо I — 25; Железо II(?);
Ад(?); Рим — 20; Биз — 5;
маленький
Средний — 25; (УД — 20)
Руины (не те) в Эль-Бире. Современные террасы. Панорамный вид на юг до
Иерусалима.
161
EB — single sherd: MB(?);
Iron I — few; Iron II — 75. Hell Kallai 1972:178
small
ГЛАВА 4
SCR 9
17-14 36/2
17375 14690
71275 53345
870
1.5
moderate slope
Amminadav
1.000
few houses
Верхушки стен выступают из трех больших куч очищенных камней.
МБ — 36; Железо I — 57; Железо II — 7
малых
NS 1
16-17 02/1
""עזבת אבו חליל
“cIzbet Abu Halil”
16005 17225
69855 55855
365
2
ridge
400
few houses/seasonal
site
Сезонное место стоянки пастухов из деревни Дейр Истия. Ровная площадка,
окруженная каменным забором; по ее краю несколько загонов для животных.
Цистерна.
Железо I
маленькое
НС 2 16-17 72/1
16795 17245
вершина
холма
70645 55885
Бина(?)
Х. эль Хауш
500
2,750
12
крупных
Подпорные стенки идеревень
груды очищенных камней на склонах руин. Более позднее
строительство на вершине. Панорамный вид, особенно на запад.
Железо I — 20; Железо II — 60;
Ром — 20 шт
. мал.
Порат 1968:47-48
חר׳ אל־חוש
НС 3
16-17 01/1
16005 17160
69860 55785
400
1.5
Концентрация осколков на скалистом холме.
Железо I
НС 4
16-17 71/1
זיתא
Зейта
162
16760 17155
70615 55795
450
хребет
500
несколько
домов/сезонный участок
середина
хребет
2300
несколько домов
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
Арабская деревня. Древняя керамика на северных и южных склонах.
Железо I — один черепок (+один черепок на хребте к западу от деревни — участок
17 81/1); Iron II; EA; Med
medium
Porath 1968:49
16 —
НС 5 16-17 90/1
ג׳מעין
16900 17080
холма
вершина
IM
Порат 1968:53
16415 17010
70265 55645
451
10
moderate hilltop
Bina(?)
2,800
scattered houses
D
NS 6
16-17 40/1
70750 55725
540
K
Менуха
4,100
маленькая деревня
Большая арабская деревня. Большая часть материала железного века с западной
стороны. Панорамный вид, особенно на запад.
Железо I — несколько г ; Железо II — 20;
Ром — 10; Мед — 70
средний
Джамма с в
A
Умеренный холм. Камни с плоской поверхности вершины собраны в большие
MB — 25; Iron I — 18;
Iron II — 35; Med — 12; (UD-10)
V
small
кучи, некоторые из них длинные и прямые, из которых выступают верхушки стен.
МБ — 25; Железо I — 18;
Железо II — 35; Мед — 12;
(УД-10)
малый
вершина
холма Кфар
Шауль(?)
йД ,аД
3400
Х. эт Телль
большая
деревня
Большой телл с панорамным видом. На вершине видны несколько стен.
МБ — 10; Железо I — 8; Железо II — 60;
Ад(?); Ром — 15; (УД — 7)
большой
Гофна и Порат 1972:230
НС 7
16-16 39/1
16385 16905
70245 55540
520
30
НС 8 17-16 19/1
17115 16910
70970 55555
500
8
склон
1300
несколько домов
ГЛАВА 4
Террасированный склон с множеством осколков. Ограниченный обзор.
МБ; Железо I — мало; Перс — 95
средний
НС 9 15-16
88/2
א־תל
эт-Тейл
15860 16810
69715 55430
386
20
вытянутая вершина холма
Кфар Шауль(?) 3900 большая
деревня
Террасный телль на холме, рядом с деревней Шарца. На одной террасе, около плоской
вершины, выступают остатки построек (возможно, укреплений).
НС 10
16-16 08/1
חר׳ אל־ברק
Х. эль Бурак
16085 16080
69945 55435
450
склон
Бина(?)
2,900
несколько
домов
Византийские руины. Несколько более ранних черепков на юго-западной стороне.
Железо I; Железо II;
Byz — ־954
средний
Порат 1968:58
НС 11 16-16 87/1
חר׳ רס־קרה
Х. Рас Курра
16890 16730
70750 55375
660
5
вершина
холма
1600
небольшая
Разрушение. Ограждения по периметру создают террасы
для выращивания растений.
деревня
Каменные обломки на верхнем склоне. Панорамный вид на север в сторону горы Геризим,
на запад от Средиземного моря и на юг от Фаркха-рани.
Iron I — 8; Iron II — 50;
Pers — 42
Porath 1968:61
НС 12 16-16 76/1
חר׳ א־שג׳רה
Х. эш Шаджара
medium
16755 16690
70620 55335
570
10
седло Амминадав 1300
маленькая деревня
Хорошо сохранившиеся руины, полностью состоящие из высоких куч и массивных стен из
очищенных камней (рис. 48). Трудно различить оригинальную архитектуру. Еще одни
руины,
IM
K
THE SURVEY OF THE TERRITORY OF EPHRAIM
D
48. Х. эш Шаджара — вид сверху, вид на северо-восток.
A
меньший, но схожего характера, примыкает к нему с запада; там присутствует только
Железо II.
НС 13*
15-16 96/1
medium
V
Iron I — 10; Iron II — 90
15965 16605
69820 55230
400
6
хребет
Бина (?)
חד׳ חמד
2,800
Х. Хамад
несколько
домов
Поздние руины. Здания, сооружения и карьеры. Общественное здание,
по-видимому, церковь, на юге.
Iron I(?); Iron II; Pers;
Hell; Rom; Byz — majority Porath 1968:64
NS 14 16-16 36/1
16335 16600
70195 55230
small
hilltop
Amminadav; Moza in
wadi on south
165
ГЛАВА 4
ביר א־תל
Бир эт Телль
493
3
400
несколько домов
Высокий холм со скалами на юге. Остатки массивных стен и разрушенных зданий.
Оборонительная стена видна почти по всему периметру. Оливковые прессы
железного века, вырезанные в южной части скалы. Панорамный вид.
Железо I — 8; Железо II — 77;
Перс — 9; Ром — 6
середина
Гофна и Порат 1972:230
НС 15 17-16 06/1
океннек ,аД
Х. Бир эль-Хараиб
17060 16655
70920 55305
640 прибл. 5
хребет
Моза
1250 маленькая деревня
Террасные руины, засаженные оливковыми деревьями. Большая действующая
цистерна на юге.
Железо I; Железо II — большинство
большой
НС 16 16-16 15/1
йД ,аД
Х. Матви
16180 16510
70040 55140
455
18
хребет
Амминадав; прилегающий
Моза
700 большая деревня
Большие руины со множеством современных построек. Панорамный вид на запад
на прибрежную равнину. Ранний материал в основном с северной стороны.
МБ — 10; Железо I — 30;
Железо II — 40; Перс — 7;
Rom — 13; Med (доминирует, но не включен в
расчеты %)
Порат 1968:68
НС 17 16-16 75/1
16700 16530
70560 55170
510
большой
хребет
Моза рядом с большой
Сальфит
деревней Спрингс
Арабский город, покрывающий телль. На южном склоне древней части,
возделанные террасы с большим количеством керамики.
Железо I; Железо II — около 80%
древнего материала; Перс.; Адско-Рим.; Мед.
большой
166
סלפית
K
IM
A
חר׳ בנת־בר
Kh. Banat Barr
15535 16225
69405 54840
300
approx. 5-6 (main
site)
V
NS 18
15-16 52/1
D
49. Х. Банат Барр (вверху слева, у подножия скалы).
Руины на краю скалы над Нахаль-Шило (рис. 49).
Описание памятника см. в Eitam 1980a:64-68.
МБ — мало; Железо I — мало;
Железо II — большинство; Перс;
Ад — маленький
сс 1
16-16 44/1
פרחה
Фарха
16410 16405
70275 55040
600
slope
border of Moza, Vradim
and Bina
2,000
few houses
большой
вершина холма
конце Дядя
хребта<
Сол
800
маленькая деревня
в
167
ГЛАВА 4
Arab village impressively located at end of ridge with steep slopes. Many sherds in
cultivated terraces. Ancient material found on northern slope. Panoramic view to west.
МБ — одинарный черепок; Железо I —
мало; Железо II — 60–70 %
досредиземноморского материала;
Нажимать; Ад; Рим; Биз; Мед —
большинство
СС 2
15840 16240
15-16 82/1
69710 54865
""קלע
«Чисто»
433
6.5
выпускать
хребет
Здание; Моза в вади на
севере
450
несколько домов
On the site and its excavations, see Eitam 1980a:69-70; Had. Arch. 77, 1981:16-17.
Iron 1 — few; Iron II
СС 3
15-16 91/1
йенд
15935 16150
69805 54775
470
Их Гассана
Арабская деревня.
Железо 1 — мало; Железо II;
Биз; Мед
Гофна и Порат 1972:2
СС 4* 16-16 61/2
עתרה
с Арура
16625 16100
70500 54740
570
плато
1000 несколько домов
хребет
Дайв ц в Йе цирим (?) 500
несколько домов
Арабская деревня.
Древний Железный материал собран Я с северо-западного склона.
плохо — 50;
I(?) — несколько;
Ром
—
50;
Мед
—
несколько
большой
Ирор
СС 5 16-16 00/1
йД ,аД
Бейт Рима
Арабская деревня.
Панорама
Железо I — 7;
Железо II 168
16000 16000
69860 54625
500
нет вида на север.
־23 ;
хребет
Кфар Шауль 900
маленькая деревня
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
Перс — 2; Ад — 9; Рим(?); Виз — 42; Мед —
16 Гофна и Порат 1972:233
СС 6 15-15 69/1
большой
15675 15990
69545 54605
320
5
хребет
Moza 200 сезонный
участок (?); несколько
домов (?)
Небольшое количество черепков на хребте над в глубоком вади рядом с
деревней Абуд .
Хальк — 4; ЭБ — 75;
Железо I — 4; Железо II — 7;
Ром — 10
маленький
900
1
плато
Моза, граничащая с
Амминадавом
700
сезонный участок (?);
изолированный дом (?)
K
17365 15845
74240 54495
IM
СС7 17-15 38/3
V
A
D
Черепки в поле среди Каменная куча и несколько заборов из очищенных
крупных архитектурных камней. Нет Хорошего вида на север.
маленький
остатков. <
Железо I
СС 8 16-15 07/1
16035 15725
удлиненная вершина
69915 54350
холма
חר׳ תבנה
Кфар-Шауль, граничащий
540
с Моцей
Х. Тибна
35-40
соседний источник
большая деревня
Большой телл. Возделываемые террасы с Строительные камни на
большим количеством черепков, используются в второстепенном северном
стенах террас. Большая часть раннего материала с склоне; более поздний
материал
вершины телла. Ограниченный обзор.
Железо I — 6; Железо II — 50;
Перс — 2; Ад — 9; Рим — 8;
Биз — 8; ЭА + Мед — 3;
(УД — 14)
большой
Гофна и Порат 1972:234
16990
15680
хребет
СС9
169
ГЛАВА 4
16-15 %/л
70870 54325
820
Сорек
100
עטרה
с Атара
большая
деревня (?)
Арабская деревня на конце хребта. Панорамный вид на север до горы Геризим.
Древний материал с восточной и западной сторон.
Железо I — 6; Железо II — 46;
Рим — 8; Биз — 36; С — 4 иманмак
среднего размера
Исчисление 1972:1
сс 10
16-15 55/2
16515 15555
70400 54165
650
Каубар
вершина холма
Кфира
300
маленькая деревня (?)
Арабская деревня. Ограниченный обзор.
Железо I — одиночный черепок;
Железо II — 48; Чел. — 6;
Рим — 3; Биз — 30;
Средний — 5; (УД — 7)
середина
כובר
СС 11 17-15 05/1
חר׳ טרפין
Х. Тарафейн
17015 15560
70900 54205
823
15-20
вершина холма Сорек 200
большая деревня
Большие руины, в основном очищенные от камней (рис. 50). Ограды и
террасные стены. Средневековая деревня на юго-восточной стороне.
Архитектурные остатки на вершине. Древний материал на юге. Вид на регион.
Железо I — 30; Железо II — 60;
Перс — 10; Ром; Виз; Мед.
(пропорции рассчитаны только
для ранних периодов, которые вместе
составляют 30-40% материала)
крупные
Каллаи 1972:172
СС 12 16-15 94/01
16960 15405
70845 54055
760
5.5
хребет
Сорек
300
неопределенный
Хребет с крутыми склонами. Стена, похожая на длинную каменную кучу,
ограничивает хребет
170
K
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
IM
50. Х. Тарафейн, вид на северо-запад. На заднем плане — деревня Атара .
15795 15350
69680 53975
510
2
V
СС 13 15-15 73/01
A
D
на стороне продолжения хребта и также продолжается вдоль вершины южного
склона. В нескольких местах была измерена ширина 3,0-3,5 м. В центре участка куча
камней с видимыми в ней архитектурными остатками. Небольшое количество
черепков разбросано по площади, большинство черепков тел.
Железо I маленькое
На вершине холма разбросаны черепки.
Железо I
СС 14 15-15 92/1
йД ,аД
15985 15270
69870 53895
530
вершина холма
Кфар Шауль
1400
несколько домов(?);
сезонный памятник(?)
маленький
вершина холма
Интерфейс
Кфар-Шауль/Аминадав
; Моза на склоне
300
171
51. Деревня Дейр-Аммар.
Deir cAmmar
4
small village or few houses
Маленькая арабская деревня. Высокие террасы и массивные древние стены (рис. 51).
Два железных
Маслопрессовые установки. Хороший обзор вдаль.
МБ — мало; Железо I — мало;
Железо II — 65; Перс;
Мед — 35
большой
СС 15
17-15 12/01
אל מניטרה
эль Мнейтра
17160 15200
71055 53850
740
3.5
хребет
Бейт Меир
800
маленькая деревня
Холм, засаженный оливковыми деревьями. Большая куча очищенных камней на
северном конце. Большая часть керамики разбросана вблизи каменной кучи,
MB — 25; Iron I — 60; later periods — few
medium
особенно на террасах на северной и северо-восточной сторонах. Хороший вид на
север.
172
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
СС 16
15-15 81/1
15890 15190
69775 53810
חר׳ א־שוגה
520
35
Х. эш Шуна
умеренный холм
Интерфейс
Кфар-Шауль/
Бина
1200
небольшая деревня или
несколько домов
16030 15135
69920 53765
חר׳ א־נבי עניר
440
30-35
250
маленькая деревня
V
A
D
Х. эн-Наби в Аннир
хребта и седла интерфейс
Бейт Меир/Моза
IM
СС 17
16-15 01/1
K
Большие террасные руины (рис. 52). Остатки стен, колонн, гробниц и других
объектов. Толстые обработанные ступени с большим количеством керамики.
Хороший вид на Иерусалимские холмы и долину Айялон. Поселение Iron I
могло находиться на восточном склоне соседнего холма (на западе), на вершине
которого есть ямы, высеченные в скале на манер «винодельни» Гибеона.
Железо I — несколько; Железо II — 30;
Ад — 15; Ром — 15; Быз — 20; ЭА; (УД — 15)
большой
52. Х. Эш Шуна смотрит на восток.
173
ГЛАВА 4
Большие руины. Гробница шейха и дубовая роща на седловине к северу. Террасные
стены с каменной кладкой вторичного использования. Сельскохозяйственные
сооружения, фрагменты колонн и гробницы. Недавние постройки на вершине.
Ограниченный обзор.
Железо I — 5; Железо II — 10;
Перс — 5; Ад — 10; Рим — 10;
Быз — 45; (УД — 15)
большой
СС 18
16-14 35/1
חר׳ אל־חפי
Х. эль-Хафи
16335 14550
70240 53180
670
3
вершина холма на хребте
Дайв ц ат Йе к арим
400
несколько домов
Террасные руины. Строительные камни стены террасы.
повторно использованы в
Цистерны.
Железо I — 7;
— 15; чел. — 30;
Железо II
большой
Ад — 48
СС 19*
16085 14360
вершина холма
16-14 03/1
69995 52990
Кфар Шауль
йкд йкнДеод
590
500
akuF-сlA
Бейт
Ур эль-Фаука
15
несколько домов
Маленькая арабская Великолепные виды, особенно на запад и юг.
деревня. I(?);
Железо
60;
Чел.
— 5;
Биз;
Железо
II Хайль-Ром;
—
Мед(?)
большой
ФХ 1
15-16 36/1
ванйнТДди аД
йДааиаД
Х.
Дейр Кассис
15320 16665
69180 55275
260
6
умеренный холм
Бина
3,900
несколько домов
Более поздние руины, увенчанные зданиями, очищенными от камней. Древний
материал найден на юго-западной стороне. Вид на прибрежную равнину и
предгорья.
Железо I — одиночный черепок;
Железо II — 44; Перс — 41;
Биз — 12; Мед (доминирует, но не
FH 2
15-16 22/1
включено в % расчеты)
Гофна и Порат 1972:230
15240 16295
69105 54905
ridge
Vradim; Moza in wadi to
south
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
240
6
йенд
Х. Сарсара
300
большая деревня
Руины. Обрушение зданий создало кучи обломков камней, особенно на южном
склоне. Архитектурные останки также на вершине. На северном конце плоской
области вершины, возможно, видна ограждающая стена. Ограниченный обзор.
МБ(?); Железо I — 50;
Железо II — 13; Перс — 17;
(УД — 16)
средний или маленький
Гофна и Порат 1972:231
ФД 3
15-16 22/2
кннанйи п ннТкпно
Х. Дейр Дакла
хребет
1521016215
6908054830
271
8
600
маленькая деревня
D
IM
K
Террасные руины. Камни вторичного использования в стенах террас. На вершине
холма большое здание, в которое встроены камни из тесаного камня. На севере
своего рода склеп с локулами. Цистерны на западе. Архитектурные элементы.
Участок окружен массивной террасной стеной. Вид на часть прибрежной равнины,
немного на север и на запад.
Железо I — 6; Железо II — 57;
Биз — 37
середина
Гофна и Порат 1972:231
ксвопкп
Дейр эль Мир
1538516290
6925054905
318
20
A
ФД 4
15-16 32/1
вершина холма и склон
Врадим
1200 несколько домов
V
Хорошо сохранившаяся деревня эпохи Железного II. Дома, погребенные под
обвалом. Сооружения на вершине холма. Панорамный вид на предгорья и
прибрежную равнину.
Железо I — мало; Железо II — 85;
Перс — 15; Мед — только на вершине
середина
Гофна и Порат 1972:232
ФД 5
15-16 21/1
15280 16160
69150 54770
ннТкпно
Х. Бурра с иш
8
308
хребет
Бейт-Нир; Моза на севере
4,100 маленькая деревня
Руины со средневековыми постройками на вершине. Террасные стены на склонах.
Вид на север и запад.
175
ГЛАВА 4
Железо I — несколько; Железо II — 23;
Хелл-Ром — 5; Биз — 17;
Мед — 40; (UD — 10) Гофна и Порат 1972:233
ФД 6
15-16 30/1
йД ,аД 300 ,
Х. с Али 10
15325 16095
69195 54715
середина
хребет и склон
Бейт Нир
3800 несколько домов
Руины с высокими террасными стенами, частично построенные из камней
вторичного использования. Немногочисленные остатки стен. Более поздние
сельскохозяйственные сооружения. Обширный вид на юг.
Железо I — 1; Железо II — 16;
Перс — 1; Хелл-Ром — 5; Биз — 55;
Мед — 5; (УД — 17)
середина
Гофна и Порат 1972:233
ФД 7
15-16 20/2
еДвДй
Х. эд-Дуввар
1527516015
69150 54625
дней 269
7
умеренный уклон Бина
4200 маленькая деревня
Остатки деревни железного века. Постройки обрушились. Панорамный вид на юг.
Железо I — 10; Железо II — 90 Гофна и Порат
маленький
1972:233
ФД 8*
15-16 30/2
. идТ
эль-Луббан
15380 16005
69255 54620
300
вершина холма
Бейт Нир
2800 несколько домов
Арабская деревня. Древний материал найден на юго-восточной стороне.
Железо I(?); Железо II — 50;
середина
Перс-Ад; Ром; Биз — 25
ФД 9
15-16 40/1
15480 16090
69350 54710
310
4
склон хребта Бина; Моза в
вади на севере
800
несколько домов
Остатки поселения железного века. См. Eitam 1980a:68-69.
Железо I — несколько; Железо II; Биз —
несколько
маленький
176
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ EPHP AIM
вершина
хребтаБина
2000
שוקבה
Шукба
несколько
домов
Арабская деревня. Древний материал, найденный в основном на юго-восточной
стороне. Ограниченный обзор.
Железо I(?); Железо II — 45;
Перс(?); Ром — 20;
середина
Биз — 25; Мед — 10
ФХ 10*
15-15 34/1
1507 5 14890
68975 53495
240
трудно оценить
א־רס
er Ras
בית עור אל־תחתא
Бейт с Ур эр-Тахта
15820 14465
69725 53085
390
D
ФД 12
15-14 84/1
1000 несколько домов
середина
IM
Культивированный телл. Панорамный вид.
EB; Iron I; Iron II; Pers; Hell(?); Rom; Byz; Med
Gophna и Porat 1972:235
вершина холма
K
ФХ Дж 1
15-14 08/1
15380 15475
69265 54085
300
плоский хребет Менуха
2,800
небольшая деревня или
несколько домов
V
A
Арабская деревня на холме. Большая часть керамики найдена на северных террасах.
Вид на подъем Бет Хорон, долину Айялон и западные склоны Иудейских гор.
Железо I; Железо II — 28; Перс;
Ад(?); ПЗУ; Быз — 7; Средний
большой
Осколки железного I века были найдены только в коробке в Департаменте
древностей. А. Мазар сообщает (устное сообщение), что он собрал на месте
материал позднего бронзового века.
КЕРАМИКА
Керамический материал будет представлен в соответствии с типами, показанными
на рисунке 53. Некоторые из этих типов имеют варианты, которые здесь не
показаны. Двумя основными компонентами керамического комплекса являются,
конечно, кувшины для хранения с воротником и горшки для приготовления пищи.
На ограниченном количестве участков фрагменты Iron I
177
53. Territory of Ephraim — Iron I pottery types.
Также были найдены чаши и кратеры. Наш опыт показывает, что находка даже
одного черепка Iron I на месте является достаточным указанием на какую-то
деятельность в этот период. Другими словами, в отличие от ситуации в более
поздние периоды (когда население в регионе было очень плотным), отдельные
черепки Iron I не следует рассматривать как случайные находки или полевые
черепки. В прилагаемой таблице керамика, найденная на каждом месте,
классифицирована по следующим категориям типов (номера относятся к рис. 53):
1. Кастрюля с вывернутым краем.
2. Кастрюля с вертикальным бортиком. Форма бортика может быть треугольной,
приплюснутой или вытянутой. (На рис. 53 показан только один вариант.)
3. Кастрюля с косым бортиком, треугольная в сечении.
4. Кастрюля с наклонным краем, удлиненная и приплюснутая.
5. Этот горшок для приготовления пищи встречается только на тех памятниках,
где также обнаружена керамика периода II железного века, но, по-видимому,
он начал использоваться в XI веке ДО Н. Э.
6. Другие кастрюли для приготовления пищи.
7. Кувшины для хранения с воротником-венцом. Насколько нам известно, очень
трудно выделить подтипы на основе черепков, собранных в ходе
обследований. (В таблицу также включены фрагменты с гребнем над
воротником, даже если венец отсутствует.)
8. Пифос с расширяющимся книзу туловом, т. е. без шейки.
9. Проколотые ручки кувшинов. Их принадлежность к этому периоду была
определена в ходе раскопок на горе Эбал Цбет Шарца и Шило, а также на
однопериодных участках из исследования (глава 7).
10. Ручки банок с двумя отверстиями по бокам от врезанной вертикальной линии,
создающей, по-видимому, схематическое изображение лица (см. главу 7).
11. Разные черепки: миски, кратеры, кувшины и основания кувшинов (на рис. 53
не показаны).
178
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
TABLE 4
DISTRIBUTION OF POTTERY TYPES PER SITE
1 2
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
ДФ
1Э
2 ЮВ
3Э
4 ЮВ
5 ЮВ
6Э
7Э
8 ЮВ
9Э
10 Э
11 Э
12 В
13
14 В
НКР
НКР
1Э
2Э
1 5
НКР
3Э
2
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
4 ЮВ
5Э
6Э
7Э
8Э
9 ЮВ
10 Э
11 ЮВ
3
2
1
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
12 В
13 В
14 В
15 В
16 В
17 В
18 ЮВ
19 В
20 В
21 Ф
22 В
23 ЮВ
24 В
25 В
3
4
5
1
2
1
2
3
(1)
2
8
9
10
11
*****
2
8***
6
1(+1)
1
3(+1)
3
2
1
1
1
1Б+5
2
2(Н)
4
л(+5)
2
1
4
1
1
2
А
XC
2
ВА
1
(1)К
1
1
A
2
1
1
V
2
1
2
1
1
1
2
5(+л)
4-5
1
1
2
1(+3)К
5
1
36
2
1
3
8
5
1
1
5
4-5
15
5
2
2
2 6
Т ЕД
1 1
IM
2
1
2
4 1
2
3
7
1
6
3
2
(1)
Э
1
6
K
С'
D
ПАМЯТ
НИК
1
6
2(+л)
3
6
14-15
8
5(+л)
12
(1)К
2(+2)К
24Б
12М
ШК
2U
ИК
1
ИБ ИК
1
3Б+2
lS“Cj”
1
3
3
1(+1)
7
40 **
3
2
(Я)
1 до н.э.
1(+1)К
4К
2
1
3
4
2
1
1
1
1
1
2
2
1(Н)
5
25
1
1
4
2(+л)
2
15
1
12
6
2
2
1
7
1
4
3
1
3(+л) 1
1
1
ИК
179
ГЛАВА 4
ПАМЯ
ТНИК
НКР
НКР
НКР
НКР
С*
26 В
27 В
28 В
29 ЮВ
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
НКР
30 ЮВ
31 В
32 В
33
34 В
35 В
36 В
НКР
НКР
НКР
37 В
38 В
39 В
НКР
НКР
НКР
НКР
40 ЮВ
41 В
42 В
43 ЮВ
СКР
СКР
СКР
СКР
СКР
СКР
СКР
СКР
СКР
1 СЭ
2Э
3Э
4
5Э
6
7
8 ЮВ
9Э
НС
НС
НС
1Э
2 ЮВ
3Э
НС
НС
НС
НС
НС
НС
НС
НС
НС
4С
5С
6Э
7 ЮВ
8Э
9 ЮВ
10 ЮВ
11 Э
12 В
180
1 2
3
4
(продолжение)
5
6
1
1
1
17
1
1
1
1
7
1
4
15
17
8
9 10
1
1
1
11
(л)до
(1)К
н.э.
12
2
1
БЫВШ С
ИЙ
А
В
2
В
1
4
ЭД
5
(1)
2 4
1
1
1(+1)
2
10
1
1
1
1
1
2
1
7
3
А
В
А
А
В
В
2
1
(1)
(л)
1
ИК
2
2
0)К
ИК
4-5
1
2
1
1
1
6
4
1
1
У+л
ИИ
1
1
1
2
1
3
1
2
(1)К
ВЭ Д
1(+1)
2
ВЭ Д
ВЭ Д
2
1
4U
2
1
3
9
1
(Я) 2
БЫВШ С
1ИЙ
БЫВШ С
БЫВШ
С
ИЙ
2ИЙ
1
3
1-2
ИБ
4
2
3
(1)
4
3
3
14
(0
(1)У
2Бс
(1)К
1
1
1
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
(продолжение)
С* 1
SS
SS
SS
1
2
3
4
5
6
7
8
Э
О
Э
Э
ЮВ
ЭО
Э
ЮВ
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
ЮВ
Э
ЮВ
Э
Э
Э
Е
Э0
Э
Э
Э
SS
SS
SS
SS
SS
SS
SS
SS
SS
SS
SS
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
ФХ
1 Э
2 Э0
♦*
3 Э
4 Э
**
5 Э
6 Э
7 Э0
*♦
8 Э
9 О
10 Э
11 Э
12 С
1
1
1
4(+л)
1
7
2
1
2
1
3(+2)
(1)
5
6
14
5***
2
8
9 10
11
1
1(+1)
(Я)
3
1
1
(2)
4
2***
11
12
2
2
1
1
1
1
1
1
15
2
(1)
1
(Я)
1
1
V
SS
SS
SS
SS
SS
5 6
19
1
1
lS“Cj”
ИК
K
Э
ЮВ
Э
ЮВ
Э
О
4
3
2
28
1
11
(Я)
18
4(+л)
5
3
(1)
IM
13
14
15
16
17
18
3
A
НС
НС
НС
НС
НС
НС
2
D
ПАМЯ
ТНИК
3
1
1
30***
8(+л)
(1)К
1у
(2)
1У 2Ж
1
1
3
2
1
1
lS“Cj”
1
4(+л)
1
3
1
(Я)
1
(1)
(1)
1
1
_______
(продолжен
ие)
181
ГЛАВА 4
Пояснительные записки
Объекты идентифицируются по сокращенному обозначению топографической
единицы и номеру, соответствующему списку обследованных объектов,
приведенному в предыдущем разделе.
Скобки указывают на неопределенность в отношении отнесения к
конкретному типу или даже к периоду.
* Исследование, в ходе которого были собраны черепки Iron I. В этой колонке
используются следующие сокращения:
S = 1968 Исследования Самарии
E = исследование Ефрема
O = другие опросы или учебные поездки предоставили информацию
** Коробки с черепками, оставшиеся со времен обследования 1968 года, обнаружить не
удалось.
*** Отпечатки тростника на одном из ободов (столбец 7).
**** По-видимому, на этом месте велась активная деятельность в период поздней бронзы.
***** ^יךf o Как используются
B = вой сокращения в столбце 11 :
У =кувшин
Дж = >
с
= у «... -профиль
«Cj» = «Ханаанский
кувшин»
ч =с отверстиями
К = кратер
Μ = разное
С = основание
В следующей таблице обобщено распределение типов керамики на территории
Ефремовой по топографическим единицам:
ТАБЛИЦА 5:
РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ТИПОВ КЕРАМИКИ ПО ТОПОГРАФИЧЕСКИМ
ЕДИНИЦАМ
ВЕРШИНА
1
ЕДИНИЦА
ДФ
А
Б
1
0,7
2
3
4
5
6
7
19
13.4
2
1.4
10
7
14
9.9
12 57
40.1
9
10
8
5.6
6
42
3
2.1
10 142
3
0,5
78 590
45.7
С
НКР
А
Б
С
182
14.8
6
1
58
9.8
45.3
25
12
2
12
2
33
5.6
59
9.1
17 314
53.2
11
ОБЩИЙ
8
6.3
12.7 14.3
27
4б
30
51
57.8
5.6
50.2
42.9 71.4
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
(продолжение)
ВЕРШ
ИНА.
ЕДИНИ
ЦА
1
СКР
ВСЕ CR
2
А 1
Б 2.4
8
19.5
С
6.3
А 7
66
10.5
Б
3
4
1
2.4
5
1
24
6
2
12
34
5.4
8
20
48.8
9
3.2
19 334
52.9
32
5.1
30
А
Б
ФХ
17.2
А
Б
А
Б
33
11
1
1.3
С
ИТОГО
2
1.3
2
1.3
13
10
13.5
1
1.3
2
1.3
4
5
8
2.7
1
13
16
4
5.4
7.8
9
128
29
5.2
7
5.2
58.2
11.1
11.3
3.6
V
ВСЕ
С
12 71
53
10.6
22
13.3
С
6
4.5
81 631
4
3
2
1.5
28 56
7
134
7
166
4.5
K
8.6
3
2.2
3
9.5
IM
С
11
8.2
D
11
8.2
A
SS
А
Б
11 ОБЩИЙ
7.9
58
НС
10
5
12.2
61
1.8
13
7
51
113 14
68.1 8.4
76,5
18.1 22.2
184 21
61.3 7
4
2
68.3
2
51
2
68.9 2.7
2
1
2.7 1.3
71,6
8.1
3.2
4.8
626
%
63
14 300
1
74
4.0
42
9
106 1147
54,6
A = # черепков
B = % всех черепков в топографической единице
C = % всех sher.ds данного типа во всех подразделениях
183
ГЛАВА 4
В распределении типов керамики на территории Ефрема по топографическим
единицам очевидны определенные различия между севером и югом, а также между
востоком и западом. Наиболее очевидным является относительное однообразие
репертуара юга по сравнению с относительным разнообразием типов на севере. Это
хорошо согласуется с тем, что мы знаем из раскопок в Гило и других местах в Иудее
и Вениамине, где керамическая совокупность включала очень ограниченное
количество типов, в отличие от большего разнообразия типов, раскопанных,
например, в Силоме. Объяснение этой ситуации, по-видимому, кроется в
географическом фоне: южный сектор горной страны гораздо более изолирован,
чем долинные районы севера. Близость Сихема и других центров в Манассии также
повлияла на относительное разнообразие северной совокупности.
Что касается самих типов керамики, то, хотя мы имеем дело с небольшой
выборкой, можно выделить некоторые примечательные тенденции:
— Малочисленность горшков для готовки типа 1, найденных во время
исследования, удивляет, особенно по сравнению с большим количеством,
раскопанным в Гилохе, на других участках Иудеи и Вениамина, а также в
Цбет-Шарцахе (слой III). В настоящее время мы не можем объяснить этот факт,
который, если это не просто случайность, вероятно, имеет хронологические или
региональные последствия.
— Горшок для готовки с вертикальным венчиком (тип 2) в целом является наиболее
распространенным на всей территории Ефрема. Согласно данным обследования,
он был немного более популярен в южной центральной части и на окраине
пустыни. (В предгорьях этот тип был обнаружен только в двух местах.) Это может
иметь хронологическое значение, поскольку этот тип горшка для готовки был очень
распространен в начале I железного века (A. Mazar 1981a:31), но впоследствии его
частота снизилась (Finkelstein 1986:64-65).
— Другие типы горшков для приготовления пищи более заметны в коллекциях из
северной части Ефрема, что является логическим следствием наших наблюдений о
распространении типа 1.
— Доля сосудов для хранения с воротником в комплексе с пустынной окраины
относительно невелика (40,1%); она увеличивается в единицах центрального хребта,
предгорий (где большая часть материала, однако, с одного участка) и северных
склонов; и она самая высокая на южных склонах (68,1%). Как показывает таблица на
следующей странице, для каждой топографической единицы существует высокая
степень корреляции между процентом земли, отведенной под садоводство (в
отличие от зерновых) и процентом сосудов для хранения с воротником в
керамическом комплексе (обратите внимание на относительные пропорции среди
топографических единиц).
Таким образом, кувшины с воротником-ободком были более распространены в
районах садоводства и менее распространены в районах, где преобладало
выращивание зерновых. Эта корреляция имеет большое значение при обсуждении
функции этих сосудов (глава 7) ·
— Профиль венчика банок для хранения с бортиком имеет множество вариантов.
184
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
% земель,
отведенных под
садоводство (по
сравнению с
зерновыми) в
каждой
топографической
%
банок с
единице
воротником-ободк
ом для хранения в
сборе в каждой
топологической
единице
ДФ
НКР
СКР
НС
SS
ФХ
11
31
39
52
71
36
40.1
53.2
48.8
53.0
68.1
68.9
V
A
D
IM
K
Мы пока не выявили какой-либо хронологической или географической значимости
этих различий, но надеемся, что этот вопрос прояснится по мере изучения
керамического комплекса из раскопок в Шило.
— Тип 8 пифос наиболее заметен в южной центральной части хребта и на южных
склонах. Поэтому не случайно, что этот тип был впервые замечен в Бетеле (Kelso
1968:63).
— Феномен ручек, украшенных проколами и насечками, наиболее очевиден на
окраине пустыни и в северной центральной части. В южной части Ефрема таких
ручек не обнаружено. Это наблюдение хорошо согласуется с информацией из
соседних областей: только несколько таких ручек были найдены в Иудее и
Вениамине, тогда как в Манассии и долине Изреель они очень распространены
(Zertal 1986b:289-291; Глава 7).
СХЕМА РАССЕЛЕНИЯ В ПЕРИОД I железного века
Данные следующей таблицы показывают сравнительную степень заселения каждой
топографической единицы территории Ефрема в периоды средней бронзы,
поздней бронзы, первого и второго железного века (по состоянию на лето 1987 г.):
1 ( 1 ־нкр
МБ IIB-C
если
10
18
памятников
% все
17 30
памятники
скр
9
15
общий
с
грант)
общий
всего cr
нс
ss
27
12
10 22
1
45
20
17 37
1 100
фх
60
185
ГЛАВА 4
(продолжение)
ФУНТ
4 из
памятников
ДФ
НКР
СКР
1
3
1
4
43
9
52.
37
8
31
15
# памятников 14
ЖЕЛЕЗО I % все
12
памятники
% всех
обследованн
27
ых участков в
блоке
км 2 на
участок
ВСЕГО
CR
7.4
# памятников 19
ЖЕЛЕЗО
% все
II
10
памятники
% всех
обследованн
37
ых участков в
блоке
5.2
11.9
ВСЕГО S
ФХ
НС SS
-
-
(1)
5-6
18
19 37
12
115
45
16
17 33
10
100
26
27
11 16
18
-
17 12.8
12.3
средн.
9.2
6.3
-
ГРАНД
ОБЩИЙ
8.3
64
10
74
35
37 72
25
190
34
5
39
18
20 38
13
100
46
17
37
52
22 30
38
-
Данные этой таблицы рисуют следующую картину:
— В периоды MB IIB-C активность поселений была сосредоточена на окраине
пустыни, северном центральном хребте — особенно вокруг межгорных долин,
северных склонов и Бетела. На южных склонах и предгорьях активность была
ограничена. Некоторые из участков в центральном хребте были относительно
большими, в то время как большинство участков на склонах были очень
маленькими, что свидетельствует о том, что это были первые попытки заселения
этой зоны. Возможно, что некоторые из небольших участков, особенно в
окрестностях Бетела, были заняты только сезонно. Также возможно, что эти участки
не все существовали одновременно (глава 11).
— В период поздней бронзы наблюдалось резкое падение числа поселений (рис.
55). Активность была ограничена центральным хребтом. Все поселения на западных
склонах были заброшены, и полномасштабное поселение не возобновлялось там до
железного века II. Поселения поздней бронзы в центральном хребте — Бетел,
Шило (который не был настоящим поселением; см. Главу 5), Шейх Абу Зарад
(Таппуах), Хирбет - Урма и Шехем на границе нашего региона — были
расположены примерно на равных расстояниях друг от друга на плато Бетел и в
непосредственной близости от плодородных межгорных долин. Поселения Бетел
186
D
IM
K
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМОВА.
A
54. Территория Ефрема — памятники I железного века (номера относятся к списку памятников).
V
и Шехем были относительно большими по размеру. Для Хирбета с Урмой и Шейха
Абу Зарада доступной информации недостаточно для определения размера и
характера поселений позднего бронзового века.
— Во время железного века I регион заполонил поток поселенцев (рис. 54).
Окраина пустыни и северный центральный хребет были густо заселены
поселениями, и значительные концентрации существовали на северных склонах,
плато Бетел и окрестностях Рантиса на западе. С другой стороны, активность на
южных склонах и в большинстве предгорий была очень ограниченной.
— Во время железного II активность поселений практически удвоилась. Только в
южном центральном хребте число поселений оставалось неизменным. Теперь
всплеск активности наблюдался в северном центральном хребте, на северных
склонах и в северной части предгорий. Наблюдалось определенное снижение
относительной доли единиц центрального хребта в пользу западных склонов.
Действительно,
187
ГЛАВА 4
Самым важным и значимым изменением стало увеличение количества стоянок на
западных склонах (мы вернемся к этому позже).
Следующая таблица иллюстрирует развитие поселений от I до II железного века
(см. также списки поселений ранее в этой главе):
ДФ
# Поселения эпохи I
железа, которые
расширились в эпоху
железа эпохи
#II Участки
железа I, которые
сократились в эпоху
железа
II
# Заброшенные
памятники эпохи
Железного I
# памятников,
найденных в Iron II
% памятников,
найденных в Iron II
6
ОБЩИЙ
, Ч.
НКР
СКР
27
4
31
ОБЩИЙ
НС
14
SS
С
14
28
ФХ
11
2
8(+л)
2
11
1(?)
1(?)
2(?)
5
7
3
10
3
4
7
11
30
3
33
20
23
43
13
11
30
3
33
20
23
43
13
1
-
Таблица показывает, что 76,5% поселений эпохи Iron I продолжали быть
заселенными в эпоху Iron II, и что 66% поселений эпохи Iron I увеличились в
размерах в эпоху Iron IL. Таким образом, преемственность между двумя периодами
неоспорима.
Достаточно интересно — и в полном контрасте с общим впечатляющим ростом
числа поселений в Iron II — наблюдался ощутимый спад в заселении южного
центрального хребта во время перехода к периоду Объединенной монархии. Более
половины поселений Iron I на плато Бетел либо уменьшились в размерах, либо
были заброшены в то время (и только три новых места были основаны там в Iron II).
Два места, расположенные в прилегающей области западных склонов (SS 11, SS 12),
также были заброшены, а соседнее место на востоке (DF 14) сократилось в размерах.
Археологи из Аи и Хирбет Раддана датировали конец оккупации этих мест
примерно 1050 Г. ДО Н. Э. (глава 3), и похоже, что эта территория подверглась
неблагоприятному воздействию в середине 11-го века, возможно, в результате
поражения израильтян при Эбенезере. После разделения царства это была
чувствительная пограничная зона между Израилем и Иудеей. Заселение было
сосредоточено в центральных местах, таких как Вефиль, Бет-Хорон, Офра и
Мицпа; неукрепленных деревень или ферм, подобных тем, что были основаны в
соседних районах на севере и юге, здесь не существовало.
И далее — 47% памятников I железного века, заброшенных или уменьшившихся
в размерах к концу периода, расположены в восточной полосе этого района, т.е. в
пустыне.
188
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
V
A
D
IM
K
окраина и восточная часть центрального ареала единиц. Это явление связано с
процессом, характерным для периода Железного II - уменьшением значения
восточной периферии и, одновременно, увеличением веса западных единиц земли
Ефремовой.
Чтобы лучше понять значение процесса заселения, действовавшего в регионе во
время I железного века, я бы провел биполярное хронологическое различие между
«ранним» и «поздним» в этот период. Места, классифицированные во время
археологического обследования как «Iron I», очевидно, могли датироваться концом
XI века или даже началом X века ДО Н. Э., поскольку характерные типы керамики
продолжали появляться и тогда. Поэтому важно попытаться выделить те места,
которые уже были заселены в начале периода I железного века (XII и начало XI
веков ДО Н. Э.) , и сопоставить их распространение с моделями заселения позднего I
железного века и II железного века (последний достиг своего расцвета в нашем
регионе в VIII веке ДО Н. Э.).
Мы выделили памятники, относящиеся к началу I железного века
ПАМЯТНИК ПОЗДНЕГО БРОНЗОВОГО
ВЕКА
РАННИЙ ЖЕЛЕЗНЫЙ ВЕК 1 СТОЯНКА
ПОЗДНИЙ ЖЕЛЕЗНЫЙ ВЕК 1 СТОЯНКА
НЕОПРЕДЕЛЕННЫЙ ПАРАМЕТР
ЖЕЛЕЗНОГО ВЕКА I
55. Территория Ефрема — деление на памятники раннего и позднего
железного века I.
189
ГЛАВА 4
либо на основании наличия горшков для готовки типа 1 и 2, которые
характеризовали ранние места поселения израильтян в горной местности
(например, A. Mazar 1981a:20-23), либо, для мест, где не было собрано черепков
горшков для готовки, на основании количества кувшинов для хранения с
воротником-ободком. Мы также принимали во внимание появление ранних типов,
таких как орнаментированные ручки кувшинов (типы 9 и 10), и поздних типов,
таких как горшки для готовки типа 5 и пифосы типа 8. Места, на которых было
собрано очень мало черепков Iron I, обычно относились к более поздней фазе
периода.
Естественно, ситуация не является однозначной. Горшки для готовки типа 1 и 2
были также найдены в более поздних слоях в Избет Шарца и на уровне разрушения
Шило. Более того, на многих участках было найдено мало горшков для готовки I
железного века любого вида, так что отсутствие типов 1 и 2 не обязательно означает,
что данное место было незанятым в раннюю фазу периода. Несмотря на эти
оговорки, построение распределения участков, относящихся к началу I железного
века (рис. 55), имеет смысл. Погрешность вряд ли будет очень большой, как потому,
что большинство горшков для готовки конца XI и начала X веков отличались от
своих предшественников (Finkelstein 1986:64-71), так и потому, что накопленная
информация из 115 участков имеет неоспоримый вес.
В следующей таблице показаны различия между ранними и поздними
памятниками эпохи Iron I (см. также рис. 55). Большинство ранних памятников
эпохи Iron I, вероятно, были заселены и в более позднюю фазу этого периода.
ДФ НКР
РАННИЙ
ЖЕЛЕЗНЫЙ I
ПОЗДНИЙ
ЖЕЛЕЗНЫЙ I
#
12
памятнико
в все
%
20
памятники
%в
86
единице
2
км /
9
участок
#
1
памятнико
в все
%
2
памятники
%в
7
единице
ЖЕЛЕЗО I UNATTRIBUTED
1
27
ОБЩИЙ
СКР КОЛИЧЕ
СТВО
7
НС SS ВСЕГО S ФХ
34
7
7 14
2 62
11 22
3 100
44
11
55
63
78
65
39 37 33
17 -
15
10
21 46 34
74 -
8
11
ГРАНД
ОБЩИЙ
14
1
15
8 10 18
8 42
33
2
35
19 24 43
19 100
29
44 53 49
67 -
33
2
11
1
3
3
2 5
2 11
Это хронологическое разделение четко выделяет тенденции, отмеченные для всех
мест этого периода, как ранних, так и более поздних. В начале процесса
израильского поселения на территории Ефрема активность была особенно
сильной
190
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
V
A
D
IM
K
на пустынной окраине и в центральном хребте, причем 75% всех участков тогда
располагались в этих секторах. Фактор плотности на пустынной окраине и в
центральном хребте составлял 9 км 2 на участок, в отличие от 39 км 2 на участок на
западных склонах и предгорьях.
Также примечательно, что 10 из 14 ранних поселений на западных склонах
граничили с центральным хребтом. Если их включить, то 90% ранних поселений
располагались в восточной части региона. На пустынной окраине и южном
центральном хребте практически не было основано новых поселений позднее в
период I железа (тогда как 80% поселений на пустынной окраине и восточном
центральном хребте были определены как «раннее I железа»). На западных склонах
и в предгорьях в начале I железа поселение только начиналось; оно значительно
увеличилось только позже (62% поселений, основанных в более позднюю фазу I
железа, располагались в этих секторах). Эти тенденции продолжались, как мы
видели, в период II железа.
Другим важным фактором в размещении поселений является размер участков. В
большинстве случаев обследование позволило нам оценить характер каждого
участка по его размеру (если это был участок одного периода) или по его
инклюзивному
БОЛЬШАЯ ДЕРЕВНЯ!
МАЛЕНЬКАЯ ДЕРЕВНЯ
НЕСКОЛЬКО ДОМОВ
56. Территория Ефрема — распределение памятников I железного века по их
размерам.
191
ГЛАВА 4
площадь, местоположение и количество собранной керамики Iron I (для
многопериодных памятников). Таким образом, стало возможным попытаться
определить, было ли поселение Iron I большой центральной деревней, площадью
не менее 5-6 дунамов (например, Ай и Раддана), небольшой деревней, занимающей
около 3-4 дунамов или собранием из нескольких домов (или палаток?). Это,
возможно, отражает, в определенной степени, социальную структуру населения в
соответствии с «народной моделью» древнего Израиля, т. е. деление на bet , äb,
mispähot, и т. д. (недавно, Stager 1985b: 17-23; Callaway 1985:43). ,
В следующей таблице указаны размеры участков в пределах каждой
топографической единицы и пропорции в пределах каждой единицы и по
отношению ко всем единицам (см. также рис. 56):
БОЛЬШИЕ
ДЕРЕВНИ
ДФ НКР
СКР
# памятников
2 11
4
% все памятники
8 42
% в единице
# памятников
МАЛЕНЬКИЕ
ДЕРЕВНИ
ДРУГИЕ
26
38
% в единице
28
28
36
% в единице
46
50
1 -
НС SS
15
5
ФХ
3 8
1
26
57
19
12 31
4 100
44
29
28
16 21
9
7 11
4
1
13
3
41
12
22 34
25
22
37 30
12
7 20
% все памятники 13
ГРАНД
ОБЩИЙ
ВСЕГО S
15
4 12
% все памятники 12
# памятников
НЕСКОЛЬКО
ДОМОВ
14
ОБЩИЙ
CR
4
9
12 100
33
4
24
9 18
7
43
16
16 32
13
44
46
50
47 49
58
-
-
-
-
-
32
7
-
56
100
1
Большинство крупных деревень были сосредоточены в центральном хребте и на
северных склонах. Крупные деревни центрального хребта были расположены на
плато Бетел, в непосредственной близости от межгорных долин и на восточной
стороне этих единиц, около пустынной окраины — место с очевидными
экономическими преимуществами. На пустынной окраине, южных склонах и
предгорьях большинство поселений были небольшими. Климат пустынной
окраины и ограниченные площади, пригодные для возделывания, не
способствовали развитию крупных поселений. Сложный рельеф южных склонов
диктовал небольшие поселения. Тот факт, что в западных частях Ефрема процесс
заселения начался относительно поздно в этот период, также способствовал
небольшому размеру поселений.
192
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
V
A
D
IM
K
Кстати, эта картина удивительно похожа на ситуацию, сложившуюся в регионе в
начале этого столетия. Тогда также самые крупные деревни были сосредоточены в
южном центральном хребте, в то время как поселения уменьшались в размерах
соответственно в северном центральном хребте, на северных склонах и предгорьях
и, наконец, на южных склонах и пустынной окраине. Единственным существенным
отличием между железным I и недавним прошлым в этом отношении были размеры
поселений в предгорьях.
Пространственные отношения между крупными и мелкими участками также
представляют интерес. В каждой топографической единице крупные участки были,
как правило, четко разнесены сбалансированным образом (причины плотности в
окрестностях Бетела, по-видимому, были историческими, а не экономическими или
экологическими). В результате в каждой из межгорных долин северного
центрального хребта было не более одного крупного участка. Во многих случаях
одна или две небольшие деревни и один или несколько участков с несколькими
домами располагались в географической близости от большой деревни. Таким
образом, модель поселения представляла собой одну из видных центральных
участков с периферийным населением, связанным с ней, что означает, что к концу
XI века ДО Н. Э. модели сельской жизни были уже довольно развиты.
Однако участки с несколькими домами на каждом могут отражать скотоводов,
сезонное сельское хозяйство или очень маленькие постоянные деревни. Ситуация, в
которой 49% участков попадают в категорию «несколько домов» — как в случае с
Ефремом в Железном веке I — по-видимому, свидетельствует о ранних стадиях
заселения групп, не имевших опыта городской или деревенской жизни.
Другим важным вопросом является численность населения. Ее можно
приблизительно оценить, умножив предполагаемый размер поселений Iron I на
коэффициент плотности 25 человек на дунам (глава 11). Размеры поселений
оцениваются по разбросу остатков/керамики (на однопериодных стоянках) или по
комбинации разброса остатков с соотношением керамики Iron I в комплексе (на
многопериодных стоянках). Прежде чем перейти к данным, необходимо отметить
четыре момента:
1. Население Железного века I фактически отражает ситуацию на пике этого
периода, около 1050 Г. ДО Н. Э., до разрушения Силома и заброшенности Гая,
Радданы и других мест.
2. Понятно, что скотоводы, не оставившие после себя осязаемых остатков, в наши
расчеты не включены. В период I железного века эта популяция, по-видимому,
была еще значительной.
3. Наша информация о памятниках I века, очевидно, все еще неполна. Для наших
целей важны не только абсолютные числа, но и отношения между
топографическими единицами. (В любом случае, никаких радикальных
изменений в наших выводах не предвидится, поскольку большинство крупных
памятников уже обследовано.)
4. Чтобы рассчитать численность населения на ранних стоянках железного века I,
мы произвольно предположили, что их площадь тогда составляла половину от
той, что она стала к концу периода.
193
ГЛАВА 4
дф
общий
cr
нкр
скр
875
население
общий
железо i %
9
все памятники
3,825
1,225
450
население
рано
железо i %
все памятники 12
1,825
41
48
5,050
13
625
16
54
2,450
64
общий
с
нс
ss
1600
1,150
2,750
17
12
29
350
450
800
9
12
21
гранд
общий
фх
725
9,400
8
125
100
3,825
3
100
Таблица показывает, что предполагаемая численность населения в начале I
железного века составляла всего около 40% от ее численности в конце периода. В
начале I железного века большинство жителей были сосредоточены в центральном
хребте (как и в периоды средней и поздней бронзы), в то время как западные склоны
и предгорья были относительно малонаселенными. В целом за период более
половины людей жили в центральных хребтах. Самым важным событием,
произошедшим в течение I железного века, был рост населения на западных
склонах. Если сравнить нашу оценку с известной ситуацией в начале этого столетия,
то мы обнаружим, что относительный вклад центрального хребта и западных
склонов в общую численность населения схож (но в последнее время плотность
населения была выше в более южных хребтах).
Постепенное расширение в западные части горной страны Эфраима, вероятно,
вызванное ростом населения, имело далеко идущие последствия для социальной и
политической организации жителей. Во-первых, было намного легче преодолевать
экологические трудности склонов и предгорий большими группами; во-вторых, как
было показано выше, западные части региона (а также другие части центральной
горной страны) подходят в основном для садоводства, что, вероятно, вынуждало
жителей заниматься бартером с соседними районами — масло и вино за зерно и
молочные продукты (Finkelstein , готовится к печати c).
Другим интересным и измеримым параметром является связь между местами
поселений израильтян и источниками воды, тема, которая в прошлом занимала
ученых. Давно известно, что ранние израильские поселения не обязательно были
рядом с постоянными источниками воды; даже была выдвинута гипотеза, что
«изобретение» оштукатуренных цистерн было ответственно за увеличение числа
поселений в горной местности (Albright 1971:113; Aharoni 1971b:58; Callaway 1984;
1985:40). Однако по мере продвижения полевых работ стало ясно, что уже в
бронзовом веке поселения были основаны в местах, где не было непосредственно
близких источников (Gophna and Porath 1971b:197).
Мы уже накопили значительные данные по этому вопросу. Рисунок 57
иллюстрирует
194
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
расстояния между местами поселений израильтян и надежными источниками воды
(места показаны не в порядке списка обследованных мест). Те же данные
количественно представлены в следующей таблице (и сравниваются с ситуацией в
период средней бронзы):
РАССТОЯНИ ОТ
Е (МЕТРЫ)
501 -1000
1001-3000
БОЛЕЕ 3000
# памятников 19
16
22
3
% все памятники 32
27
36
5
0-500
СЕРЕДИНА
БРОНЗА
ПОСТОЯННЫЙ ИСТОЧНИК ВОДЫ
59
36
% все памятники 25
31
# памятников 15
D
22
36
A
% все памятники 24
41
9
36
8
K
# памятников 29
56
РАНО
ЖЕЛЕЗО I
41
IM
ОБЩИЙ
ЖЕЛЕЗО I
4
34
6
15
3
% все памятники 29
29
36
7
V
12
58
62
40
+ памятников 12
%
115
44
21
60
ПОЗДНО
ЖЕЛЕЗО I
60
42
42
Графически очевидно, что поселения I железного века не обязательно
находились близко к постоянным источникам воды. Этот вывод в равной степени
справедлив для начала израильского поселения. В течение времени от среднего
бронзового периода до конца I железного века не наблюдалось почти никаких
изменений в среднем расстоянии между поселениями и источниками воды. Это
явление было, очевидно, связано в первую очередь с ростом активности на
северных склонах и предгорьях. Зерталь (1985a; 1986b:305—313) отметил похожую
тенденцию в поселениях в горной стране Манассии. Он связал отдаление
поселений от
195
ГЛАВА 4
ранний железный век i стоянка
неопределенный железный век i стоянка
поздний железный век i стоянка
57. Связь памятников эпохи железа I на территории Ефремовой с постоянными источниками воды.
постоянные источники воды с использованием кувшинов с воротником вместо
рытья цистерн.
По мере того, как на поздних этапах железного века поселение продвигалось на
запад в направлении склонов (особенно северных) и предгорий, жителям
приходилось иметь дело с более твердыми скальными образованиями с более
отдаленными водоносными слоями.
196
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
Сами поселения, как правило, основывались на более гостеприимных скальных
образованиях (Кфар-Шауль, Моза, Бейт-Меир и Сорек) или на твердых
образованиях (например, Амминадав) в непосредственной близости от них,
поскольку они создавали относительно умеренный ландшафт и обеспечивали
надежные источники воды или позволяли рыть цистерны. (В этом контексте следует
отметить, что поселения Тайиба и Раммун были основаны на единственных двух
холмах в этом районе, которые состоят из мела Менуха.) Создание непрерывных
сельскохозяйственных зон было особенно сложным в западных топографических
единицах.
Теперь подведем итоги развития поселений в каждой из шести топографических
единиц нашего региона:
Окраина пустыни
K
Поселение Iron I было относительно обширным, даже в начале периода.
Большинство поселений были небольшими, а их население ограниченным (что
также было верно в начале текущего столетия). Они примыкали к стабильным
источникам воды. Поселение в Iron II было не таким обширным, как в Iron I.
IM
Северный Центральный хребет
V
A
D
В то время как активность была относительно интенсивной в период средней
бронзы, очень немногие памятники продолжали существовать в период поздней
бронзы. Это был самый густонаселенный район в период I железа, причем
большинство памятников было основано в начале периода. Количество памятников
увеличилось примерно на 50% в период II железа; в то же время этот район был
самым густонаселенным в Ефреме. Даже в период I железа уже было несколько
крупных деревень. Население — как в начале, так и в конце периода — было самым
большим на территории Ефрема. Памятники находились недалеко от источников
воды. Активность была сосредоточена в окрестностях небольших внутренних
долин: 8 участков вокруг долины Шило, 1 в небольшой долине к югу от Шило, 5
вокруг долины Луббан эш-Шаркийе — эс-Савийе (и небольшая долина к югу), 6-7
около небольших долин рядом с Кусрой и Джуришем, 3 в долине Кабалан, 5-6 в
Сахл Махне и 4 в долине Бейт- Даджан (всего около 75% всех участков в
подразделении).
Южный Центральный хребет
В период средней бронзы в окрестностях Бетела наблюдалась значительная
активность поселений; этот важный город также существовал в период поздней
бронзы. В железный век I также большинство поселений этого подразделения были
сосредоточены в районе Бетела. Почти каждое поселение было основано в начале
периода, и половина из них быстро превратилась в относительно крупные деревни.
Большинство поселений располагалось вблизи постоянных источников воды.
Несколько поселений были заброшены в конце железного века I, а в железный век II
количество поселений не увеличилось.
197
ГЛАВА 4
Северные склоны
Из западных единиц Ефрема эта самая гостеприимная. Первые попытки заселения
имели место в период средней бронзы, хотя и на довольно небольших участках.
Здесь было много поселений в Железном веке I, и некоторые из них (в основном на
востоке) были основаны в начале периода. Количество крупных деревень,
маленьких деревень и участков с несколькими домами было довольно хорошо
сбалансировано. Хотя население в начале Железного века I было небольшим, со
временем оно увеличилось здесь больше, чем в любой другой единице Ефрема.
Количество участков удвоилось в Железном веке II. В большей части единицы
жителям приходилось решать проблемы сложных скальных образований и
удаленности от стабильных источников воды.
Южные склоны
Топографически это самая негостеприимная единица во всем регионе. В результате
активность в более ранние периоды была крайне минимальной. По отношению к ее
относительно большой площади количество поселений Iron I было небольшим.
Большинство из них, по-видимому, были основаны в позднюю фазу периода.
Именно в Iron II здесь произошли основные изменения, с двукратным увеличением
числа поселений. Однако только позже эта единица действительно расцвела.
Большинство поселений Iron I были небольшими, как и население. Хотя в единице
было много источников воды, сложный рельеф был решающим фактором,
препятствовавшим более активному развитию в ранние периоды.
Предгорья
Постоянных источников воды нет, а скальные образования в большинстве единиц
затрудняют заселение. Таким образом, активность до железного века была крайне
ограничена. Количество поселений в Iron I также не было большим, и большинство
из них были сосредоточены на относительно небольшой территории (см. ниже).
Большинство поселений были основаны ближе к концу периода; большинство
состояло всего из нескольких домов каждое с сопутствующим редким населением.
Количество поселений удвоилось в Iron II.
Изучение археологических данных в сопоставлении с экологическим и
экономическим фоном региона показывает, что израильское поселение изначально
было сосредоточено в тех единицах, где пропитание основывалось на полевых
культурах и, частично, на животноводстве. Это были также единицы, наиболее
благоприятные для поселения с точки зрения топографии: пустынная окраина,
северный центральный хребет и плато Бетел. На протяжении всего периода Iron I, с
самого начала периода, большинство мест находилось вблизи небольших
межгорных долин, в районе Бетел и в восточной части региона.
198
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
V
A
D
IM
K
Тогда, как и сегодня, экономика поселений на окраине пустыни и в восточной
центральной части хребта была основана на сочетании скотоводства и
выращивания зерновых. Эти памятники составляли 57% ранних памятников I века
железа на окраине пустыни и в центральной части хребта и около 50% всех
памятников I века железа в этих единицах. Экономика остальных памятников в
центральной части хребта — вокруг межгорных долин и в окрестностях Бетела —
по-видимому, основывалась на зерновых. Достаточно интересно, что 2 из 7
памятников на северных склонах, которые уже были заселены в начале I века железа,
расположены в непосредственной близости от двух арабских деревень (Зейта и
Джамма - ин), где полевые культуры явно доминируют над садоводством (в
соотношении 60:40) и где имеются пастбища (возле Вади-Кана). Памятники вокруг
Избет -Шарца также расположены в регионе, посвященном выращиванию
зерновых и пастбищ (Розен, 1986).
Позже, в железный век I, активность поселений возросла на западных склонах и
распространилась также на предгорья. На северных склонах и в предгорьях также
было значительное выращивание зерновых, а в предгорьях можно было заниматься
животноводством. В предгорьях была концентрация участков в районе Дейр-Баллуц
и Рантис (8 из 12 участков, 67%). Это, действительно, страна выращивания
зерновых. В начале этого века соотношение полевых культур к садоводству в этих
двух арабских деревнях составляло 86:14, в отличие от 59:41 для всех других
деревень предгорий! Количество непахотных земель на человека в этих деревнях
составляло в среднем 16,2 дунама в 1930-х годах, в то время как этот показатель для
всех других деревень предгорий упал до 8,4 дунама на человека. Эта земля в
основном использовалась как пастбища.
Поселения распространились на южные склоны — классический регион
садоводства — только позднее в железном веке I и особенно в железном веке II. На
окраине пустыни и в центральном хребте количество поселений выросло на 41% в
железном веке II, тогда как в трех западных топографических единицах наблюдался
100%-ный рост.
Эти статистические данные намекают на социально-экономическое положение
людей, населявших горную страну во время I железного века. Решение селиться в
районах, подходящих для садоводства (в доисламские периоды, несомненно, были и
виноградники), предполагает оседлое население, которое было готово ждать много
лет, прежде чем пожинать плоды своих трудов (например, Boardman 1977:189). С
другой стороны, основа пропитания из зерновых и скотоводства не требовала
круглогодичного проживания на постоянных участках. Таким образом, характер
расселения во время I железного века, особенно в начале периода, предполагает, что
жители были скотоводами, а не городскими или деревенскими жителями. Этот
вывод, естественно, имеет серьезные последствия для дебатов о происхождении
израильского населения, и мы вернемся к этому вопросу в главах 8 и 11.
Конечно, возможно и другое объяснение этой модели заселения. Если в
позднебронзовом периоде на этой территории почти не было поселений, то
поселенческие группы выбирали восточные склоны региона, межгорные долины и
плато Бетел, просто потому, что они являются наиболее удобными для заселения.
Большинство этих территорий также позволяют им оби199
ГЛАВА 4
танты для развития хорошо сбалансированной, самодостаточной экономики. Их
растительный покров не был таким густым, как в западных единицах в период I
железного века.
Однако следующие данные заставляют нас склониться в пользу первой теории. 1.
Поскольку имеются свидетельства деятельности больших групп скотоводов в
горной местности в период поздней бронзы (глава 11), мы можем предположить,
что заросли западных единиц были не слишком густыми; 2. стоянки раннего
железного века I также обнаружены в злаковых скотоводческих единицах, где было
население поздней бронзы (например, около Афека на западе); 3. как показано
выше, даже на более поздних стадиях процесса, когда лучшие части региона были
уже густо заселены, а новые поселения были основаны в западных единицах,
предпочтение отдавалось районам со схожим экономическим потенциалом
(например, в окрестностях Рантиса).
Конечно, есть еще один аспект израильского поселения в горной стране:
столкновение с естественными лесами. Обычно предполагается, что до начала
интенсивного заселения центральный хребет, склоны и предгорья были полностью
покрыты растительностью (Zohari 1959:338; Waisel et al. 1982:26; contra Callaway
1984). Результаты исследования показывают, что когда центральный хребет и
северные склоны были заселены в период средней бронзы, эти районы подверглись
обширной вырубке лесов. В течение последующих столетий позднего бронзового
периода древесная растительность частично возобновилась на склонах, в районах,
не используемых интенсивно скотоводческими группами. В любом случае, районы
вблизи изолированных поселений, которые продолжали существовать в горной
стране — на плато Бетел и в межгорных долинах северного центрального хребта —
оставались голыми.
Из этого следует, что самые ранние израильские поселенцы, населявшие
пустынную окраину, восточную центральную гряду, плато Бетел и межгорные
долины, не сталкивались с густыми лесными массивами; оставшиеся леса
располагались дальше на западе, на склонах и в предгорьях. Окончательная
расчистка западного сектора началась на более позднем этапе периода I железного
века и продолжалась в течение II железного века. Результаты исследования
намекают на то, что процесс вырубки лесов на южных склонах продолжался до
римского периода. (В любом случае, большое количество арабских деревень в этом
районе отражает ситуацию после завершения этого процесса.)
На фоне этих результатов исследования мы теперь можем понять жалобы дома
Иосифа Иисусу Навину на их узкое наследство; в ответ они были посланы
расчистить лес (Иисус Навин 17:14-18). Этот эпизод отражает ситуацию не в начале
израильского поселения, как обычно думают, а на более позднем этапе, когда
центральный хребет был густо заселен, и племя Ефрема начало проникать в
частично лесные районы западных склонов, вторую часть своего наследия. Картина
поселения, хотя и неполная, возникающая из исследований в Манассии, Вениамине
и Иудее, является одной из аналогичных процессов (глава 3): израильское поселение
началось на окраине пустыни и в центральном хребте и только позже
распространилось на западные склоны.
200
MB
MB II site
железный век 1 site
современная дорога
долина
A
D
IM
K
THE SURVEY OF THE TERRITORY OF EPHRAIM
V
58. Памятники эпохи средней бронзы II и железа I в окрестностях Шило.
Карта распространения памятников I железного века выделяет дополнительные
аспекты, которые важны для оценки процесса расселения израильтян:
Во-первых, существует вопрос о связи между памятниками I века и древними
путями в Ефреме. Можно предположить, что главные дороги тогда следовали тем
же традиционным маршрутам, которые использовались в римский период и
которые используются до сих пор, поскольку топографические условия, которые
так очевидно диктуют нынешние магистрали, не изменились. Менее половины
памятников, по-видимому, были примыкающими к главным дорогам, в то время как
другие (например, на южных склонах, вокруг Салфита и к северо-востоку и востоку
от Силома) находятся довольно далеко от этих маршрутов. Другими словами, в I
веке не было особой тенденции размещать памятники вдоль главных артерий.
Карта поселений израильтян показывает значительную плотность поселений в
окрестностях Шило (рис. 58). В радиусе 5-6 км вокруг Шило обнаружено 26
поселений (более 20% обследованных поселений). Ни одна другая область нашего
исследования
201
ГЛАВА 4
сетка создала такую концентрацию. Например, в пределах того же радиуса вокруг
Бетела (включая область в Вениамине на юге) известно только 12 памятников I
железного века. Поскольку плотность памятников подчеркивает демографический
аспект центральности Шило в течение периода, неудивительно, что раскопки
недавно пролили свет на экономическое значение Шило в I железном веке (см.
ниже). Достаточно интересно, что 40% памятников вокруг Шило, по-видимому,
были основаны только на более позднем этапе периода. Это хорошо согласуется с
раскопанными находками, которые указывают на то, что Шило стал важным
центром только во второй половине или в конце XII века ДО Н. Э.
Концентрация мест вокруг Вефиля также заслуживает нашего внимания. Это
явление может быть объяснено экологическими и экономическими
преимуществами, присущими этой области, а также важностью самого Вефиля, в
окрестностях которого развивались дочерние поселения. Центральное положение
Вефиля в период I железного века намекается в Библии (Судьи 20:18, 26; 1 Царств
10:3), и Нот (1958:94-95) предположил, что это был следующий священный центр
племенной амфиктионии после Сихема. В любом случае следует рассмотреть
другую возможность, даже если ее трудно продемонстрировать, а именно, что по
экономическим причинам поселение началось на периферии Вефиля, когда
ханаанский город еще существовал (глава 11). Дата, назначенная для разрушения
ханаанского Вефиля, 1240-1235 ГГ. ДО Н. Э., была получена из не относящихся к делу
соображений (глава 9) и может быть легко занижена. Похожий и современный
процесс заселения мог происходить в окрестностях Афека (Финкельштейн
1986:205-208); мы вернемся к этому вопросу позже.
В последние годы появился новый подход, согласно которому распространение
поселений в горной местности в I железном веке было связано с освоенным
навыком строительства террас (например, de Geus 1975; см. также Gottwald
1979:658-659; Thompson 1979:66; Ahlstrom 1982; Stager 1982:116 прим. 20; Callaway
1985:33. Stager 1985b:5-ll обобщает важность террас и других технологий, например,
цистерн и использования железных инструментов, для преодоления экологических
препятствий в горной местности в I железном веке. Но см. Hopkins 1985, который
снижает важность роли, которую эти технологии играли в процессе заселения
горной местности в I железном веке). Однако результаты нашего исследования
полностью опровергают эту точку зрения. По крайней мере, на западных склонах
поселение было, очевидно, невозможно без строительства террас. Из этого следует,
что террасы должны были быть построены уже в период Средней бронзы, если не
раньше. Более того, израильское поселение изначально имело место в тех секторах,
где возделывание земли было возможно без строительства террас, и в то время в
типичном регионе террас было, по сути, относительно мало активности.
Важные моменты и значение исследования можно кратко суммировать
следующими наблюдениями: Израильское поселение на территории Ефрема
имело место в тех регионах, которые наиболее благоприятствовали полевому
земледелию и пастбищам. Это предполагает, что большинство поселенцев были
выходцами из скотоводческого
202
ОБСЛЕДОВАНИЕ ТЕРРИТОРИИ ЕФРАИМА
V
A
D
IM
K
фон. В раннюю фазу железного века I новые поселения были сосредоточены в
основном на окраине пустыни, плато Бет-Хель, межгорных долинах северного
центрального хребта и западном краю предгорий ( c Избет-Шартах и его
окрестности, около Афека). Поскольку части горной местности были покрыты
густыми лесами, новые поселенцы отправились на окраину пустыни или в те
районы горной местности, которые уже были очищены от деревьев в результате
определенных действий в поздний бронзовый период.
Трудно определить, началось ли поселение израильтян, когда ханаанские города
региона все еще существовали, или же оно последовало за их разрушением и
заброшенностью. Тот факт, что самые ранние поселения I века — даже те, что
находились близко к ханаанским городам — не располагались в непосредственной
близости от них, а скорее на некотором расстоянии, возможно, намекает на первую
возможность. В любом случае, если и был период сосуществования (после
заселения) с ханаанскими городами, он был недолгим, поскольку не оставил четкого
отпечатка на материальной культуре поселений израильтян. Более того,
израильтяне основали поселения на бывших ханаанских поселениях с начала I века.
Во время второй фазы железного века I наиболее гостеприимные районы
Эфраима стали относительно густонаселенными, поэтому поселения были
основаны в районах, которые ранее были практически пусты — западные склоны и
восточные предгорья. Но даже тогда фокус активности был в центральном хребте,
где располагалось большинство крупных участков; большинство современных
участков на западных склонах и предгорьях были очень маленькими. Поселение в
этих западных секторах усилилось в железном веке II, во время монархии, когда в
этом регионе процветало производство оливкового масла, что было идеально для
садоводства (Eitam 1980a). Двигаясь на западные склоны и предгорья, поселенцы
должны были преодолеть препятствия относительно густой лесной
растительности, удаленные постоянные источники воды и негостеприимную и
каменистую местность. Железо, которое стало более широко использоваться в
течение периода I железного века (Waldbaum 1978:24-27; T. Dothan 1982:92), могло
облегчить выполнение этих задач (но см. Stager 1985b:ll для другого объяснения
того, как пиротехнология способствовала вырубке лесов).
Как лучше завершить эту главу, чем словами, которые Олбрайт написал почти 60
лет назад, после экскурсии по западной части Эфраима. С его редким интуитивным
пониманием характера местности и без какой-либо базовой полевой работы
Олбрайт указал на несколько доминирующих тенденций в истории заселения
региона:
Один из важнейших вопросов еврейской истории — вопрос о занятии горы
Ефрем избранным народом. Этот вопрос нельзя отделить от параллельного: в
какой степени гора Ефрем была занята оседлым населением в бронзовом
веке?.... Из поверхностных исследований следует, что в Ефреме очень мало
курганов бронзового века.... западный Ефрем, по-видимому, более лишен
203
ГЛАВА 4
курганов, чем любая другая часть Палестины .... Благодаря своему чрезвычайно
пересеченному характеру и обилию осадков на западном склоне
водораздельного хребта Ефрема в обычные годы, совершенно определенно,
что этот регион был густо покрыт лесами в древности. Следовательно, это
произошло из-за вырубки лесов израильтянами, не подходившими для того,
чтобы стать жилищем оседлого населения, но, должно быть, в основном были
заняты полукочевыми пастухами .... (1929:3-4).
Слова Олбрайта теперь подкреплены археологическими исследованиями.
Исследования и раскопки в центральных местах региона прояснили процесс
заселения территории Эфраима — региона критической важности в сердце Земли
Израиля — от периода Средней бронзы до Железного века II, и особенно во
времена Израильского поселения и Судей.
ГЛАВА 5
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
V
A
D
IM
K
Одно из важнейших мест в центральном горном хребте Земли Израиля, Силом был
священным религиозным центром израильского населения центральной горной
страны в первой половине XI века ДО Н. Э.
Ни патриархальные повествования в Библии (за исключением благословения
Иакова, Бытие 49:10), ни египетская литература Нового царства не содержат ссылок
на Силом. Однако это место многократно упоминалось в библейских рассказах о
периоде израильского поселения и Судей (об истории Силома в библейский
период см. Buhl and Holm-Nielsen 1969:58-60 и Ahituv 1976). Именно в Силоме были
разделены племенные земли (Иисус Навин 18:10) и назначены города левитов
(Иисус Навин 21:2). Народ Израиля собирался здесь в трудные времена (Иисус
Навин 22:12). Во время ежегодных религиозных праздников на этом месте молодые
девушки Силома танцевали в виноградниках (Судей 21:19-21).
Значение Силома как религиозного центра и как места руководства израильских
племен достигло своего апогея в первой половине XI в. до н. Э., в конце периода
Судей. Священник Илий и пророк Самуил в детстве активно работали в этом месте,
куда приходили просители с приношениями (1 Царств 1:3,24). Силом играл видную
роль в драматических событиях, окружающих битву при Авен-Езере, эпизоде,
который достиг кульминации в опустошении этого места (1 Царств 4). После
победы над Израилем в этой кампании, которая проходила на западных подступах к
горной стране, недалеко от прибрежной равнины, филистимляне, по-видимому,
воспользовались своей победой, чтобы продвинуться в горную страну и сжечь
Силом дотла. Хотя в Библии огненный конец Силома не описывается явно, это
событие упоминается в ряде отрывков в Книгах Иеремии (7:12,14; 26:6,9) и Псалмах
(78:60), а также нашло отражение в раскопках.
После того, как Силом был разрушен, израильский центр переместился на юг,
сначала на плато Вениамина, а затем в Иерусалим (см. Главу 11). Сам Силом
некоторое время оставался заброшенным, но к правлению Иеровоама I он был
снова заселен (3 Царств 14:2,4). Это место все еще было занято во время разрушения
Первого Храма (Иеремия 41:5).
Шило упоминается несколько раз в раввинской литературе, в церковных текстах
и в отчетах паломников византийского периода (Томсен 1907:105; Ави-Йона
1976:96). Однако Шило никогда больше не достигал той важности, которую он
205
ГЛАВА 5
пользовались во времена судей. Остатки на месте указывают, что оно было занято
почти непрерывно до позднего Средневековья, и это место было все еще известно в
14 веке н. Э., когда еврейский путешественник Эштори ха-Парчи нашел его в руинах
(Luncz 1897:19 5-196). Он и другие средневековые посетители этого места указывали
на могилы Эли и его сыновей, а также на место, известное как «купол шхины» . ״
МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ И ИДЕНТИФИКАЦИЯ
Идентификация Хирбет Сейлуна как древнего Шило была без труда сделана
Робинсоном в 1838 году (Robinson 1891:84-89). Как мы отметили, это место было
известно еще в Средние века. Более того, исторические источники указывали
местоположение Шило в относительной детализации.
Исключительно подробное описание дано в конце Книги Судей: «...Шило,
который к северу от Вефиля, на восток от большой дороги, которая идет от Вефиля
в Сихем, и к югу от Левоны» (Судьи 21:19). Вефиль отождествлялся с деревней
Бейтин к северо-западу от Рамаллы; Левона находилась в окрестностях деревни
Луббан-эш-Шаркийе, к западу-северо-западу от Силома; и «большая дорога»,
древний маршрут, вероятно, приближался к курсу современной дороги
Иерусалим-Наблус (рис. 59). Также полезен Ономастикон Евсевия (IV в. н. Э.),
который поместил Шило «в 12 милях от Неаполя (= Сихема) в Акрабитене» (On.
156,28), т.е. в районе, известном по городу, название которого сохранилось в
названии арабской деревни Акрабе , к северо-востоку от Шилоа. Как будто всех этих
литературных ссылок было недостаточно, древнее название сохранилось в
названии деревни, которая стояла здесь совсем недавно, в XVI веке Н.Э. (Хюттерот и
Абдулфаттах 1977:133) и соседнего источника — Сейлюн. Наконец, раскопанные
останки согласуются с историей Шило, отраженной в письменных источниках.
Курган Шило расположен в самом сердце территории Эфраима, на северном
конце плодородной долины, окруженной холмами, в центре которой находится
деревня Турмус -э -Айя (рис. 58, 60). Большой источник, в 900 м к северо-востоку от
телла, дополнял сток дождевой воды, собиравшейся в цистернах внутри поселения.
Площадь телла (включая его склоны) составляет около 30 дунамов. Крутые склоны,
окружающие участок с севера, востока и запада, позволяли легко оборонять эти
стороны. Только с юга к участку можно было удобно подойти, и главный вход,
по-видимому, находился здесь в каждый период. Таким образом, на выбор
местоположения повлияли три фактора: близость к плодородной долине; наличие
надежного водоснабжения; и обороноспособность кургана.
На вершине кургана (714 м над уровнем моря) и на южном склоне видны остатки
римского, византийского и средневекового периодов.
206
V
A
D
IM
K
THE SHILOH EXCAVATIONS: PRELIMINARY REPORT
59. Расположение Шило.
Другие более поздние постройки, в том числе две византийские церкви и два
мусульманских сооружения, были обнаружены в районе к югу от холма.
ДАТСКИЕ РАСКОПКИ
Шмидт провел первые археологические зондирования в Шило в 1922 году (Albright
1923:10-11). За этим последовали три сезона раскопок в
207
60. Тель-Шило, вид на запад: слева — курган; справа — естественная терраса к северу от
кургана.
1926-1932 датской экспедицией под руководством Х. Кьяера, который опубликовал
несколько предварительных отчетов о результатах (1927; 1930; 1931). Из-за его
внезапной смерти в 1932 году окончательная публикация была отложена на много
лет. В 1963 году Хольм-Нильсен провел дополнительную работу в Шило, а в 1969
году вместе с Булем опубликовал окончательный отчет о доэллинистических
останках со всех раскопок (Buhl and Holm-Nielsen 1969). В этом небольшом томе не
хватает многих деталей, отчасти по чисто объективным причинам. Но есть и ряд
основных ошибок, таких как датировка кувшинов с воротником-венцом с этого
места железным II (Shiloh 1971; 1973). Короче говоря, даже после появления отчета о
раскопках мало что было известно об истории этого места.
Датская экспедиция работала в пяти секторах телла (рис. 61). В 1926 году на юге
были обнаружены высеченные в скале пещеры и фрагменты более поздних
построек. Пробная траншея на вершине в 1963 году не дала никаких более ранних
остатков. В северо-западном секторе, раскопанном в 1932 году, была обнаружена
крепостная стена, датированная средним бронзовым периодом. Прямо внутри этой
стены находилась комната, в которой находилась группа кувшинов для хранения
MB IIC. К сожалению, эти кувшины были утеряны
208
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
V
A
D
IM
K
когда раскопки были спешно прекращены после смерти Кьяера; осталась только
групповая фотография (Buhl and Holm-Nielsen 1969:40). В северном секторе,
который был раскопан в 1932 году и снова в 1963 году, был обнаружен еще один
сегмент крепостной стены.
Только на западной стороне кургана датская экспедиция обнаружила какие-либо
останки периода I железного века. Эта область была раскопана в 1929 году по совету
Олбрайта, который выступал в качестве археологического консультанта. Его
внимание привлекла эта часть телла впечатляющая сплошная стена, выходящая на
поверхность; однако она оказалась поздней, так как внутри нее были найдены
римские и византийские останки. Но когда была вырыта траншея на нижней террасе
за пределами этой стены, были обнаружены две комнаты (Buhl and Holm-Nielsen
1969:P1. E). В северной комнате шесть из семи знаменитых кувшинов для хранения
с воротником-ободком из Шило
61. Генеральный план Шило с указанием датских и недавних раскопок.
209
ГЛАВА כ
62. Шило, датская экспедиция в западном секторе 1929 г. — кувшины с воротником-ободком для
хранения в слое разрушения (Буль и Хольм Нильсен 1969: 33).
были найдены прислоненными к стене в слое разрушения (рис. 62), который
Олбрайт и Кьяер приписали филистимлянам после их победы над Израилем при
Эбенезере (Олбрайт 1929:4; Кьяер 1930:105). Здесь была обнаружена только
ограниченная область. Раскопки не проводились систематически и проникли на
предыдущий уровень. Архитектура также не была должным образом
интерпретирована. Затем область была заброшена, по-видимому, потому что она не
поддавалась пониманию археолога (Кьяер 1930:104).
Датские раскопки, честно говоря, мало что добавили к нашим знаниям об этом
месте. Характер среднебронзовой оккупации так и не был достаточно прояснен , и
отнесение крепостной стены к этому периоду было неопределенным. Вопрос о том,
существовал ли на месте подлинный позднебронзовый уровень, оставался
нерешенным. За исключением обнаружения кувшинов для хранения с воротником
и уровня разрушения, отнесенного к середине XI в. ДО Н. Э., практически ничего не
было известно об израильском поселении в Силоме в частности или в горной
местности в целом. Не было найдено даже малейшего архитектурного намека на
центр Iron I в Силоме. Наконец, характер обновленного поселения Iron II оставался
неясным.
210
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
НОВЫЕ РАСКОПКИ
V
A
D
IM
K
В 1981-1984 годах экспедиция, спонсируемая Департаментом исследований земли
Израиля в Университете Бар-Илан, провела четыре сезона раскопок в Шило.
Основной целью этой экспедиции, естественно, было решение вопросов,
касающихся Шило в период израильского поселения и судей: каков был характер
этого места в железном веке I? Какова была роль Шило в общем феномене
израильского поселения в горной стране? В ходе этого процесса мы надеялись
исследовать всю историю этого места, начиная с периода средней бронзы, чтобы
попытаться понять обстоятельства, которые привели к его превращению в
израильский религиозный центр.
Еще до того, как мы начали раскопки в Шило, мы знали о двух типичных для
мест на вершине холма проблемах. Вершина была сильно размыта, и во многих
местах обнажилась коренная порода. Более того, поскольку каменщики каждого
периода пытались заложить фундамент своих зданий прямо на коренную породу,
деятельность более поздних периодов — особенно римского, византийского и
средневекового — серьезно нарушила или даже уничтожила более ранние слои на
южном склоне холма и на вершине. Поэтому по необходимости наши усилия были
сосредоточены на краях холма и в северной части, областях, которые были
избавлены от разрушительного воздействия эрозии и повреждений, нанесенных
более поздним строительством.
63. Шило — вид сверху на юг; буквы обозначают места раскопок.
211
ГЛАВА 5
Всего мы открыли девять полей раскопок (рис. 61, 63), три основных из которых:
Зона C на западном склоне (где датская экспедиция обнаружила знаменитые
кувшины с воротником-ободком в 1929 году), Зона D на северо-восточной стороне
телля (где нашей целью было вскрыть большую часть крепостной стены и
накопления вдоль ее внутренней стороны) и Зоны FH на северо-западной стороне
телля (H было продолжением датского сектора 1932 года). Шесть других зон были
раскопаны относительно ограниченным образом: Зона E на большой террасе к
востоку от вершины; Зоны G и L на юго-восточном склоне; Зона J на юго-западном
склоне; Зона K на северном конце телля, прилегающем к датскому сектору; и Зона
Μ, расположенная на небольшом расстоянии к востоку от К. Поскольку
раскопанные нами районы были разбросаны по всему холму, нам удалось получить
достоверную картину его истории обитания и расположения различных поселений,
которые когда-то там существовали.
Прежде чем рассматривать находки эпохи железа I, кратко опишем остатки эпохи
средней и поздней бронзы, которые имеют большое значение для понимания
истории Шило (подробнее см. Финкельштейн, 1985).
СРЕДНИЙ БРОНЗОВЫЙ ПЕРИОД
Основываясь на своих впечатлениях от нескольких изолированных черепков, Буль
установила начало заселения Шилоа в раннем бронзовом периоде (Buhl and
Holm-Nielsen 1969:60). Однако наши раскопки не обнаружили ни одного фрагмента
той эпохи. Возможно даже, что средневековые черепки были ошибочно отнесены к
раннему бронзовому периоду. Раннее бронзовое заселение плодородной долины
было в Хирбет-эр-Рафид, примерно в 900 м к юго-западу от телла (глава 4, участок
NCR 35).
Курган Шило был впервые заселен в период MB IIB, и поселение, по-видимому,
не было обнесено стеной. Доказательства этого периода были строго
керамическими. Керамика MB IIB была найдена в большой секции, вырезанной в
Зоне D внутри гласиса, построенного в MB IIC, и в земляных насыпях, уложенных в
MB IIC, включая заполнение между полами MB IIC и коренной породой, внутри
крепостной стены на северо-западном конце холма. Строители укреплений MB IIC,
похоже, использовали обломки предыдущего поселения в качестве заполняющего
материала.
В MB IIC участок был ограничен массивными оборонительными сооружениями,
которые включали сплошную стену и большой земляной гласис. Датская
экспедиция раскопала два сегмента стены, на северо-западе (= наша Зона H) и на
севере (= наша Зона K). Наша команда раскопала большие участки укреплений в
Зонах D (30 м) и F (15 м). Мы также исследовали ее в Зонах C, J и Μ и вернулись в
Зону H, чтобы проверить несколько стратиграфических и архитектурных точек. Эта
полевая работа в сочетании с изучением аэрофотоснимков позволила нам
реконструировать
212
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
V
A
D
IM
K
Ход этой крепостной стены по всему периметру участка (рис. 61), площадь около 17
дунамов.
Крепостная стена была заложена прямо на скальном основании. Она была
построена из больших полевых камней, внешние поверхности которых иногда
слегка обстругивались; сердцевина была заполнена камнями большого и среднего
размера. Огромное количество камней из этой стены использовалось в других
местах на этом месте во все последующие периоды, что сделало ее своего рода
«карьером» камней для вторичного использования. Свидетельства ограбления
камней были найдены везде, где мы копали. Мы также обнаружили, что комнаты L и
Μ, которые датчане нашли в крепостной стене в Зоне H, на самом деле были
построены позже внутри такой грабительской траншеи.
Толщина крепостной стены Средней Бронзы варьировалась от 3,0 до 5,5 м (рис.
68). Верхняя часть, которая не сохранилась, вероятно, была построена из сырцовых
кирпичей. Сохранность частей крепостной стены была наиболее впечатляющей:
она все еще стояла высотой около 8 м в сечении, вырезанном против ее внешней
стороны в Зоне D, и высотой 2,5 м в Зонах C и F.
Форма стены была не более однородной, чем ее толщина. Датчане обнаружили в
северном секторе прочную прямоугольную башню, которая выступала как внутрь,
так и наружу от крепостной стены. В Зоне D стена была построена в
«пилообразной» форме с выступом каждые несколько метров, техника кладки,
которая легко приспосабливала к рельефу кургана. В другом месте в Зоне D мы
обнаружили своего рода большой выступ, выступающий наружу к склону.
Объяснение различий в толщине и форме следует искать в различных методах,
использованных при ее строительстве, а не в хронологических фазах во время
использования стены. Также в Зоне D массивная стена толщиной более 3 м шла от
крепостной стены к внутренней части телля в юго-западном направлении. Это
может быть остаток внутренней линии укреплений, которая разграничивала
северную часть телля.
Мы осмотрели гласис в нескольких местах по периметру и узнали, что
применялись самые разные методы строительства. В большой секции, вырубленной
до коренной породы (вручную и механически) в Зоне D, на восточной, самой
крутой стороне холма, гласис был особенно впечатляющим, как из-за своей
прочности, так и из-за своих красочных слоев (рис. 64). Основание гласиса
простиралось примерно на 25 м от крепостной стены до края склона. Высота
гласиса рядом со стеной составляла 6,3 м, а его угол наклона составлял 20-25°.
Внутри гласиса, на расстоянии около 2 м от крепостной стены, находилась вторая
стена толщиной 90 см и высотой 3,2 м. В основании внешнего края гласиса были
уложены две массы крупных необработанных камней. Эти особенности служили
для стабилизации гласиса и предотвращения его сползания вниз по склону.
В зоне D гласис состоял из четырех основных слоев (сверху вниз): твердой
красновато-коричневой земли; рыхлого белого материала, смешанного с мелкими
камнями (этот слой был основным компонентом гласиса); коричневого,
красноватого и светло-коричневого
213
64. Шило — разрез через гласис средней бронзы IIC в районе D.
цветные земляные обломки с пологими линиями вершин, наклоненными против
направления склона; и желтовато-серый материал, найденный в основном рядом с
крепостной стеной и ее близлежащей подпорной стеной. Белые «пальцы» второго
слоя, выступающие в красновато-коричневый материал над ним. Перед началом
строительства коренная порода была очищена от накопившегося мусора, чтобы
укрепить структуру гласиса. В верхних трех слоях едва ли присутствовал черепок
214
K
IM
D
A
V
65 Шило, Зона F — крепостная стена среднего бронзового века IIC (слева) и прилегающий ряд
комнат.
гласис, но в нижнем слое было найдено большое количество керамики MB IIB. В
белом слое мы обнаружили скарабея «Гиксос» с геометрическим узором.
В других местах телла гласис был тоньше и менее сложным. Например, в районе
C он состоял из одного, относительно скудного белого слоя, установленного прямо
на коренной породе.
215
ГЛАВА 5
Ряд комнат Средней Бронзы был построен напротив внутренней части
крепостной стены в поясе длиной около 115 м, простирающемся через северный
сектор телля, от Зоны F на западе до Зоны Μ на востоке. Эти комнаты были впервые
обнаружены датской экспедицией в 1932 году в их северо-западной (= наша Зона H) и
северной (= наша Зона K) областях (Buhl and Holm-Nielsen 1969:P1. G). Мы
продолжили их широкомасштабное исследование в Зоне F (рис. 65) и в
ограниченном зондировании в Зоне Μ. Помещения были ограничены с одной
стороны крепостной стеной, а с другой — стеной, которая была видна только с
внутренней стороны комнат, поскольку с другой ее стороны, в направлении
вершины телля, была свалена засыпка из земли и камней. Другими словами, эти
комнаты были своего рода подвалом, факт, который объясняет их впечатляющую
сохранность. Например, в Зоне F, где было обнаружено пять комнат, стены (и
крепостная стена) находились на высоте 2,5 м над уровнем пола. Сами полы были
сложены из утрамбованной земли; в нескольких местах были обнаружены следы
штукатурки. Между полом и коренной породой находилась засыпка из светлой земли, толщина которой в Зоне F составляла около метра . В этой засыпке была
обнаружена керамика MB IIB, периода, предшествовавшего строительству
укреплений.
Эти комнаты, по-видимому, служили кладовыми. Хотя в них находилось
множество сосудов, пригодных для хранения, практически не было никаких
повседневных бытовых сосудов, таких как горшки для готовки. В Зоне F каждая
комната содержала 12-13 пифосов, а также более мелкие кувшины и другие сосуды,
полностью заполняя ограниченное пространство около 5-6 м2 на комнату. Датчане
также обнаружили одну из этих комнат, полную пифосов (в нашей Зоне H),
сосудов, которые исчезли по пути в Иерусалим, когда раскопки закончились, оставив
после себя только их фотографическое изображение для потомков (рис. 96).
В углу одной из комнат мы обнаружили интереснейшую группу серебряных и
бронзовых предметов, некоторые из которых являются единственными образцами
такого рода, когда-либо найденными в Израиле (Финкельштейн и Брандл, 1985).
Бронзовые изделия включали два больших плоских топора и большой топор с
отверстием для древка, тип которого известен в основном в Анатолии и Северной
Сирии. Серебряные украшения включали большую кованую подвеску диаметром
12 см, на которой был изображен «каппадокийский символ» хеттского божества. В
кладовых также были обнаружены культовые подставки, небольшие вотивные чаши
и зооморфный сосуд в форме быка. Все эти находки свидетельствуют о том, что
кладовые в Зоне F — и, возможно, весь ряд комнат, примыкающих к крепостной
стене в северной части участка — были связаны с близлежащим святилищем.
Дополнительные доказательства существования святилища в Силоме в период
средней бронзы получены из находок периода поздней бронзы, которые будут
описаны ниже.
За исключением этих комнат, в Шило не было найдено никаких построек
периода Средней Бронзы. В Зоне D каменная засыпка была уложена в пространстве
между наклонной коренной породой и внутренней поверхностью крепостной
стены. В южной части Зоны F пространство прямо внутри стены было заполнено
белой землей. На внешней стороне стены, ограничивающей внутреннюю сторону
пояса комнат,
66. Шило — схематический изометрический разрез, показывающий различные элементы средней
бронзы на северной окраине памятника.
V
A
D
IM
K
Земляные насыпи были уложены наклонно вверх по направлению к вершине.
Таким образом, следующие элементы обычно появлялись в разрезе, проходящем
через северную часть телля (снаружи внутрь): земляной гласис; прочная крепостная
стена, состоящая из огромных валунов; кладовые с полом, уложенным на земляной
насыпи, которая спускалась к коренной породе; стена, ограничивающая
внутреннюю сторону этих помещений; и земляные насыпи, наклонно
поднимающиеся к вершине кургана (рис. 66). К сожалению, мы не можем
продолжить это описание дальше внутрь, потому что интенсивная строительная
деятельность в верхней части телля, начиная с римского периода, привела к
удалению всех более ранних остатков до коренной породы.
Шило был разрушен в конце периода Средней бронзы. Следы горения были
обнаружены в ряду комнат вдоль крепостной стены, а глиняные кирпичи из
обрушившихся верхних частей стен похоронили эти камеры до того, как бежавшие
жители смогли вынести их содержимое. Дата разрушения была определена по
керамическому комплексу, извлеченному из кладовых в районах FH. Два черепка
посуды «шоколад на белом», найденные там, имели особое значение, поскольку этот
тип не предшествовал XVI в. ДО Н. Э.
Останки эпохи Средней Бронзы, обнаруженные в Шило, представляют большой
интерес по ряду причин, некоторые из которых мы кратко упомянем (для полного
обсуждения см. Finkelstein 1985). Во-первых, есть признаки того, что святилище или
святилище, возможно, расположенное на вершине холма, уже существовало здесь в
этот ранний период. Если это так, Шило присоединится к списку священных
израильских мест, где культовая традиция существовала непрерывно со времен
Средней Бронзы.
Полное отсутствие домов в период средней бронзы, безусловно, удивительно.
Разумно предположить, что жилой квартал находился в южной части участка, на
участке, который не может быть раскопан из-за более поздних остатков,
покрывающих его. Однако также возможно, что Шило в период средней бронзы
был, по сути, культовым теменосом , а не обычным поселением. В этой связи важно
отметить, что деятельность на участке в последующий период (поздняя бронза)
носила в основном культовый характер. Что касается периода I железного века,
библейские и
ГЛАВА 5
Археологические данные подтверждают, что Шило был по сути священным
местом.
Монументальные строительные проекты, предпринятые в Среднебронзовом
Шило, включая массивную каменную крепостную стену, гласис и
земляно-каменные насыпи внутри участка, поднимают еще один вопрос. Даже если
предположить, что люди жили в Шило как на обычном участке, трудно
представить, как такое небольшое население умудрялось выполнять эти
впечатляющие строительные работы. Рассчитывая плотность населения по
общепринятому сегодня раннеру, на участке площадью 17 дунамов проживало не
более 400 человек. Среди этих 400 человек было бы менее 100 мужчин. Неизбежный
вывод заключается в том, что в этих работах должны были участвовать люди со
всего региона.
ПОЗДНИЙ БРОНЗОВЫЙ ПЕРИОД
Вскоре после разрушения Среднебронзового Шилоа активность на этом месте
возобновилась. Датская экспедиция обнаружила несколько объектов, датируемых
поздним бронзовым периодом, но ни один из них не был in situ (например, Buhl и
Holm-Nielsen 1969:P1. 6:64-65; несколько горшков для готовки на Табл. 7; скарабей
на Табл. XXIV). Они отнесли к позднему бронзовому периоду только одно
сооружение — Стену AA в их северо-западной части, которую они описали как
крепостную стену (там же:61). Наши повторные исследования показали, что это
была византийская террасная стена. Вскоре после публикации датского отчета о
раскопках Ахарони предложил отнести несколько находок позднего бронзового
периода к уровню очень раннего израильского заселения, которое, по его мнению,
существовало на этом месте (Aharoni 1973:46; Aharoni, Fritz and Kempinski 1975:121).
В ходе наших раскопок стало ясно, что в Шилое, прямо под слоем I железного
века, находился подлинный слой позднего бронзового века. Помимо отдельных
черепков, найденных в разных местах холма, остатки позднего бронзового периода
были обнаружены только в районе D. Накопление земли, пепла, светлого материала
и камней толщиной до 1,5 м простиралось на площади около 200 м 2 внутри и
наверху крепостной стены среднего бронзового века. Эти обломки содержали очень
большое количество битой керамики и костей животных, но не могли быть связаны
с какими-либо архитектурными остатками. Большая часть керамики датируется
периодом I позднего бронзового века. Керамический комплекс состоял из сотен
неглубоких мисок, разбитых на необычно большие куски (но черепки из
ограниченного количества экспонатов, как правило, не могут быть соединены в
целые сосуды). Также присутствовали кувшины, лампы, чаши, фрагменты кипрских
сосудов, местная расписная посуда и очень мало горшков для готовки. Несколько
сосудов были найдены целыми или почти целыми, заполненными пеплом и
костями (рис. 67). Среди небольших находок были женская статуэтка, оттиск
цилиндрической печати на приоткрытой ручке и золотое украшение в виде мухи.
218
D
IM
K
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
A
67. Шило, область D — кувшин позднего бронзового века с костями и пеплом.
V
Данные со всего телля указывают на то, что в период поздней бронзы в Шило не
было настоящего поселения. Вместо этого, по-видимому, существовало
изолированное культовое место, возможно, на вершине телля, куда люди из разных
мест региона приносили подношения. Сосуды намеренно разбивались после
использования. Вместе с фаунистическими останками (вероятно, костями
принесенных в жертву животных) их затем собирали — возможно, даже захоронили
— в определенном месте на вершине. В железном веке I накопленный мусор
расчищали и сбрасывали в яму на склоне. Подношения, возможно, приносили в
святилище средней бронзы, которое, возможно, было отреставрировано после его
разрушения. Постоянно уменьшающееся количество керамики свидетельствует о
том, что активность на этом месте снизилась, а затем полностью прекратилась,
по-видимому, до конца периода поздней бронзы.
Найденные при раскопках доказательства хорошо согласуются с картиной,
полученной в результате нашего исследования (глава 4): в период поздней бронзы
наблюдалось резкое
219
ГЛАВА 5
сокращение населения по всей территории Ефремовой. Количество известных
поселений сократилось с 60 до 5, и даже те, которые сохранились, были
относительно меньше по размеру.
Все эти факты повышают вероятность того, что культовое место в Шило служило
не оседлому населению, т. е. группам скотоводов, действовавших поблизости.
Подтверждение этой гипотезе могут дать кости животных, найденные в Шило.
Анализ фауны показывает, что соотношение овец/коз и крупного рогатого скота
как в период средней бронзы, так и в период I железа было в основном одинаковым
— 79,2:17,4 (в процентах) в период IIB средней бронзы, 85,7:12,8 в период IIC
средней бронзы и 76,5:23,4 в период I железа — в то время как в период поздней
бронзы соотношение овец/коз и крупного рогатого скота было искажено до 92,3:6,6
(Hellwing 1985). Обилие овец/коз и небольшое количество крупного рогатого скота
указывают на то, что стада принадлежали людям, ведущим пастушеский образ
жизни (глава 11).
ЖЕЛЕЗНЫЙ I ПЕРИОД
Поселение израильтян в Силоме началось в течение XII века ДО Н. Э., после того как
это место было заброшено в течение некоторого времени. Останки Iron I были
найдены практически везде, где мы копали. Сооружения в областях C и E и
выложенные камнем силосные башни и другие останки в других местах. Однако,
поскольку различные поля раскопок не были стратиграфически связаны, мы не
можем в настоящее время определить, были ли все останки современными или
представляют собой более чем одну фазу в пределах периода Iron I.
В Зоне D, прилегающей к внутренней поверхности самого верхнего ряда
крепостной стены Средней Бронзы, мы обнаружили грубый галечный пол (рис. 68).
Верх каменной части крепостной стены сохранился здесь настолько хорошо, что
его выровняли небольшими камнями и превратили в продолжение галечного пола.
На полу лежали раздавленные кувшины с воротником-бортом. Поскольку никаких
свидетельств постоянных сооружений, связанных с этим полом, обнаружено не
было, он мог служить основанием для хижин или палаток или рабочей
поверхностью. На полу была найдена большая печать (4 см в диаметре). Сделанная
из черного камня, она имела два хиастических расположения скачущих рогатых
животных. Похожая, но меньшая по размеру каменная печать была найдена на
уровне железного века в Телль-эль-Фар- ка около Шехема (de Vaux 1955:581).
Самые впечатляющие сооружения периода I железного века были обнаружены в
Зоне C, на западном конце кургана. Они указывают на то, что знания о
строительных методах были хорошо развиты на относительно ранней стадии
израильского поселения. В небольшом обнажении в этой области в 1929 году
датская экспедиция обнаружила «Дома» A и B, в одном из которых находились
знаменитые кувшины для хранения с воротником-ободком. Раскопки не
продолжались, поскольку, по собственному признанию археологов, они не смогли
понять характер местности.
Наша команда открыла поле непосредственно к северу от датских раскопок ;
впоследствии мы расширили его, чтобы объединить две области. Постройки I
железного века
220
K
IM
D
A
V
68. Шило, область D — пол I железного века (справа), примыкающий к крепостной стене среднего
бронзового века (слева).
обнаруженные здесь, были возведены за пределами периметра хорошо
сохранившейся крепостной стены Средней Бронзы, которая служила их задней
стеной. Во время строительства часть гласиса Средней Бронзы была удалена, а
боковые стены более поздних зданий опирались на продолжение гласиса. В
результате здания Железного I фактически были «утоплены» в гласис Средней
Бронзы. (Керамика Средней Бронзы, найденная датской экспедицией в «Домах» A и
B, должна была происходить из остатков гласиса под
221
ГЛАВА 5
69. Шило, район C — схематический план построек I железного века.
(Полы.) Крепостная стена эпохи средней бронзы, очевидно, также служила
подпорной стеной для дополнительных сооружений железного века,
расположенных выше по склону.
Крутой склон снаружи крепостной стены Средней Бронзы потребовал создания
двух уровней зданий с террасной стеной между ними (рис. 69-71). Террасная стена
состояла из многолитных столбов — сложенных из грубых каменных барабанов —
чередующихся с заполнением из мелких и средних полевых камней. Заполнение
продолжалось за террасной стеной, образуя сплошную область с плоской
поверхностью, на которой стояли сооружения верхнего уровня железного века: два
здания с колоннами (312 и 335), разделенные коридором. Вход в этот комплекс
зданий должен был находиться с восточной (вершинной) стороны, доступ к
которому осуществлялся по ступеням или через пролом в крепостной стене
Средней Бронзы. К сожалению, массивная более поздняя стена, закрывающая часть
восточной стороны этого комплекса, помешала нам прояснить эту проблему.
В здании 335, самом северном на верхнем уровне, был двор с полом из
утрамбованной земли, по бокам которого располагались две комнаты, тщательно
вымощенные каменными плитами. Двор был отделен от боковых комнат двумя
рядами многолитных каменных столбов, сохранившихся на высоту метра или более;
низкая перегородка соединяла столбы внутри каждого ряда. Еще два столба стояли в
восточной части двора, между вышеупомянутыми рядами столбов. Во дворе были
обнаружены высеченная из камня оштукатуренная цистерна и две установки.
Северная стена здания все еще стояла на высоте 2 м. С западной стороны это здание
заканчивалось массивной террасной стеной, в которую были встроены
многолитные столбы.
Здание 312 на юге имело четыре параллельных прохода, разделенных тремя
рядами
222
K
IM
D
A
V
70. Шило, район C — изометрическая реконструкция построек I железного века.
Многолитные каменные столбы. Пол состоял из коренной породы, каменных плит
и измельченного белого материала из гласиса средней бронзы.
Большой зал (306), по-видимому, служил подвалом здания 312. Он имел пол из
утрамбованной земли на гальке; в центре комнаты находилась яма для золы. В этот
подвал можно было попасть по лестнице или по ступенькам из коридора или из
здания 312. Однако любые следы ступеней были уничтожены византийской печью,
которая повредила стену террасы в этом месте. Западная стена этого зала также была
внешней стеной участка со стороны склона.
Керамическая коллекция из комплекса Зоны C является самой богатой из
когда-либо обнаруженных на раннем израильском месте. Мы раскопали около 40
сосудов, которые были либо целыми, либо представлены большими кусками; 10
других были извлечены датской экспедицией. Доминируют в коллекции сосуды для
хранения с воротником-ободком, пифосы для хранения, которые были характерны
для мест I железного века в горной местности (см. Главу 7). Датчане нашли шесть
таких сосудов для хранения в 1929 году в «Доме» A
223
71. Шило, Зона C — вид сверху, вид на восток.
72. Шило, зона C — кувшины с воротником в южной части здания 335.
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
V
A
D
IM
K
(рис. 62), т. е. в южной части зала 306, и извлекли еще один из юго-восточного угла
здания 312 (Buhl и Holm-Nielsen 1969:Pls. 15,16,XXII,XXIII). Мы обнаружили ряд из
семи кувшинов с воротником в южной части здания 335 (рис. 72-73); другие были
найдены в зале 306. Всего в Зоне C было найдено более 20 пифосов с воротником,
каждый из которых был прислонен к стенам, а многие имели основания,
вставленные в пол.
73. Шило, Зона C — сборка сосудов с южной стороны здания 335, после реставрации.
Керамика из Зоны С также включала меньшие кувшины. На ручках одного из них
был отпечатан скарабей с геометрическим узором. Также были кувшины и кратеры,
один из которых имел много ручек. В зольнике в зале 306 были обнаружены
кастрюли для приготовления пищи. В этих зданиях также было найдено несколько
точильных камней. На полу северного бокового блока здания 335 была обнаружена
куча обугленного изюма (рис. 74).
Зарождающийся комплекс был уничтожен в ожесточенном пожаре. Повсюду
были обнаружены сгоревшие полы. На этих полах скопились обрушившиеся
обожженные кирпичи высотой более метра. Некоторые из кирпичей были
обожжены пламенем, которое
225
ГЛАВА 5
74. Шило, Зона C — обугленный изюм из северной части здания 335.
здесь бушевал. Обрушение кровли было заметно во многих местах. Принимая во
внимание хронологические свидетельства и геополитическую ситуацию в
центральной части страны в XI веке, кажется, что нужно следовать Олбрайту и
связывать все эти драматические свидетельства возгорания с разрушением Силома
филистимлянами в середине XI века ДО Н. Э.
Накопившийся мусор на вершине обрушившегося кирпича в северной части
здания 335 содержал большое количество костей животных и керамики I железного
века. На двух черепках были рельефные фигуры животных: голова львицы на ободе
горшка и голова барана у основания ручки кратера (рис. 101). Также были найдены
фрагменты культовой подставки с накладными изображениями лошади, львицы и
сцены нападения леопарда на оленя (рис. 75; см. также главу 7).
В Зоне E, где была раскопана лишь сравнительно ограниченная площадь, мы
обнаружили остатки сооружения I железного века и высеченную в скале установку с
несколькими кувшинами для хранения с воротниками внутри. Четырнадцать
выложенных камнем силосов этого периода, в среднем 1,5 м в диаметре, были
найдены в Зоне D. Они были вырыты в обломках позднего бронзового века. Два из
них содержали большое количество обугленной пшеницы. Похожий силос был
обнаружен в южной части Зоны H; он был вырезан
226
A
D
IM
K
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
V
75. Шило, зона С — фрагменты культовой подставки с
накладным декором, изображающим леопарда,
нападающего на оленя (из остатков I железного
века).
в обвал кирпича Средней Бронзы. В Зоне К мы очистили еще три силоса,
которые были вырыты в засыпках Средней Бронзы.
На южном конце холма, в секции в нижней части Зоны J, мы обнаружили
толстый слой мусора с большим количеством керамики Iron I. Это скопление,
толщиной около 2 м и наклонное в направлении склона, по-видимому, является
отходами от построек на краю участка, которые были сброшены вниз по склону.
Таким образом, оно описывало южную границу поселения Iron I. Среди находок
из этого мусора был практически целый ободок кувшина для хранения с
воротником-бортиком с тремя розетками, отпечатанными на нем (рис. 95).
Схожие оттиски были найдены в Сахабе в Трансиордании (рис. 94; Глава 7).
Насколько нам известно, это первый случай, когда такие оттиски были найдены к
западу от реки Иордан.
227
ГЛАВА 5
ЖЕЛЕЗНЫЙ II ПЕРИОД
После разрушения Силома в середине XI в. ДО Н. Э. центр израильского населения
переместился на юг, в горную страну Вениамина. Силом утратил свое претензию на
известность, и, действительно, здесь больше никогда не возникало важного города.
После периода запустения это место было вновь заселено в Iron II. Остатки этой
деревни были обнаружены в разных местах на кургане: несколько стен в Зоне E;
здание, сильно поврежденное эрозией и более поздним строительством в Зоне G;
отдельные останки в Зонах C и D; и несколько сооружений конца железного века на
плоской местности непосредственно к северу от телла (раскопки Йейвина: Had.
Arch. 77, 1981:19-20).
СИЛОМ В ПЕРИОД РАССЕЛЕНИЯ ИЗРАИЛЬТЯН И СУДЕЙ:
ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ВЫВОДЫ
Раскопки в Силоме, обследование окрестностей и региональные проекты в
различных частях горной страны пролили свет на ряд важнейших тем, касающихся
общей социальной, политической и экономической роли Силома в период
поселения и судей, а также на особый характер этого места как священного центра
израильтян.
Первая проблема касается истории Силома до поселения израильтян. В Библии
не упоминается ни о каком доизраильском культе в Силоме (и датские раскопки
ничего не добавили в этом отношении). Отсутствие более ранних сакральных
ассоциаций озадачило ряд ученых (например, Noth 1958:95), в то время как другие
видели в превращении ранее несущественного места в ранний израильский
культовый центр как раз причину его последующей важности (например, Bright
1981:169).
Однако в настоящее время появляется все больше указаний на преемственность
культа в Шило, начиная с периода Средней Бронзы II, т. е. на этом месте
существовали доизраильские священные традиции. Доказательства, которые мы
привели ранее в этой главе, приводят нас к выводу, что святилище или святилище
уже стояло в Шило в период Средней Бронзы. Более того, этот культовый центр
вполне мог быть основной причиной развития этого места. Даже после разрушения
укрепленного поселения Средней Бронзы культовая деятельность продолжалась в
период Поздней Бронзы, несмотря на очевидное отсутствие какого-либо реального
поселения. Мы уже выдвинули гипотезу, что в период Поздней Бронзы (особенно
LB I) Шило мог стать центральным культовым местом, обслуживающим скотоводов
окрестностей, людей, образ жизни которых еще не стал достаточно хорошо
известен ни посредством раскопок, ни посредством обследований (Finkelstein
1985:166-167). Естественно, чем больше мы узнаем об истории Силома в бронзовом
веке, тем лучше мы сможем понять, почему он был выбран в качестве священного
центра израильтян.
228
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
V
A
D
IM
K
Нааман (1985), с другой стороны, не видит никакой преемственности в
священной традиции от бронзового века до железного века. По его мнению,
культовые места периода поселения были намеренно созданы за пределами древних
городских центров, что свидетельствует о революционном характере израильской
религии в период судей и начале монархии. Эта теория сталкивается с двумя
трудностями: (1) неясно, почему и посредством какого прогресса уличные культовые
центры в конечном итоге были перенесены в города периода монархии; (2)
центральная холмистая местность к настоящему времени почти полностью
исследована археологическими исследованиями, которые выявили сотни мест
поселений, но ни одного культового сооружения не было найдено поблизости от
древних центров среднего и позднего бронзового века, таких как Вефиль и Хеврон.
Было ли святилище в Силоме строго локальным по своему значению или же оно
служило центральной святыней для гораздо более широкого населения — вот
основной и решающий вопрос об этом месте. Нот, главный сторонник
максималистского подхода, считал Силом одним из центральных святилищ —
самым поздним хронологически — амфиктионийского союза колен Израилевых.
Существование таких святилищ было, по мнению Нота, непременным условием для
создания амфиктионии (Noth 1958:93ff; в поддержку мнения о существовании
центральных святилищ в ранний израильский период см., в частности, Albright
1942:102, 1966a:54-55; Kraus 1966:126-127; Alt 1966:58,193; сторонниками
хронологической схемы Нота — Сихем, Вефиль, Галгал и, наконец, Шило — были
Kraus 1966:127 и Kingsbury 1967:134-136). Другие выступали против этой точки
зрения и даже сомневались, что в то время существовало какое-либо центральное
израильское святилище (Basters 1965; Irwin 1965; Orlinsky 1962:375ff; de Geus
1976:195-199; Mayes 1974:34-35; de Vaux 1978:704-709; Lemche 1985:303. Недавно см.
Miller and Hayes 1986:133, которые утверждают, что Шило «был одним из
многочисленных местных святилищ, усеивавших палестинскую горную страну в
ранний племенной период»). Некоторые ученые расположили основные культовые
места периода израильского поселения и судей в другом хронологическом порядке.
Лемэр, например, считал Шило самым ранним — а не самым поздним — центром
(1973:242 243).
Мы занимаем промежуточную позицию. Археологические данные со всей Земли
Израиля указывают на то, что в течение первой половины XI века ДО Н. Э., когда
Шило достиг своего апогея, израильское поселение только начиналось во многих
областях (например, Верхняя Галилея, долина Беэр-Шевы и, в определенной
степени, Иудейские горы), в то время как другие регионы (например, плато
Иссахара) были еще совершенно необитаемы. Другими словами, когда Шило был
на пике своего процветания, некоторые группы все еще находились в процессе
оседания или перемещения из центральной горной страны в более отдаленные
районы (глава 10). Поэтому трудно представить, что на этой ранней стадии
израильской социально-политической организации Шило действовал как центр
для отдаленных групп, занимавших изолированные области, такие как Верхняя
Галилея или долина Беэр-Шевы. С другой стороны, хорошо
229
ГЛАВА 5
развитая архитектура и намеки на очень продвинутое планирование, обнаруженные
при раскопках в Силоме, предполагают сферу влияния, превышающую узкие
границы территории Ефрема. Таким образом, имеющаяся в настоящее время
информация предполагает, что святилище в Силоме служило израильскому
населению в центральной горной стране и ее окрестностях, причем большинство
вовлеченных людей проживало на территориях Вениамина, Ефрема и Манассии.
Это не означает, что Силом был единственным культовым местом в горной стране в
«то время, но он был, вероятно, самым важным.
Распределение израильских памятников также является решающим фактором
для определения хронологического порядка основных израильских культовых
центров. Мы видели (глава 3), что большая часть израильского населения была
сосредоточена в центральной горной стране между Иерусалимом и долиной
Изреель, в долине реки Иордан и на северном Трансиорданском плато. Только в
этих областях было обнаружено более 300 памятников I века, что составляет около
75% всех известных поселений во всей Земле Израиля. Эта статистика, конечно,
отражает ситуацию в конце XI века, накануне монархии. В той степени, в которой
мы можем проводить различия между типами керамики I века, похоже, что на
ранних этапах периода картина была еще более экстремальной: мы оцениваем, что
свыше 90% памятников XII века были расположены в вышеупомянутых основных
районах заселения.
Если ограничиться центральной горной страной, то обнаружим, что 85–90 %
памятников I железного века располагались в Ефреме и Манассии. Только позднее
в этот период, в конце XI в. ДО Н. Э., процесс заселения набрал обороты в южной
половине горной страны — в Вениамине, Иудее и даже в долине Беэр-Шевы.
Поэтому априори мы ожидали бы, что важный культовый центр, обслуживающий
горное население, будет расположен в самом сердце наиболее густонаселенного
региона, т. е. в Ефреме или Манассии. Логическим следствием этого является то, что
центр в Силоме предшествовал таким местам, как Вефиль и Галгал (т. е. Галгал во
времена Самуила и Саула), которые стали заметны только во время более поздней
фазы I железного века, после разрушения Силома, когда основная арена
израильских поселений и религиозной активности сместилась на юг. Поэтому, что
касается хронологического порядка важнейших святилищ, мы отдаем предпочтение
подходу Лемэра, а не Нота, и этот вывод имеет значение для понимания процесса
израильской надплеменной организации.
Место Сихема в ранних израильских традициях — это ящик Пандоры, который
мы воздержимся открывать здесь. Достаточно отметить, что библейское
повествование и археологические свидетельства сходятся во мнении, что сильное
ханаанское население продолжало присутствовать в городе Сихем и его
окрестностях в период I железного века (с точки зрения библейской истории см.
Брайт 1981:170, который считал, что неизраильское происхождение Сихема делало
его непригодным в качестве центральной святыни; см. также Райт 1965:123-141;
Нильсен 1955; об археологических свидетельствах
230
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
V
A
D
IM
K
из Сихема, см. Toombs 1979; Ross 1963; о Сихеме в израильских традициях см. B.
Mazar 1974:144-151).
Подводя итог, мы считаем, что Шило был первым межрегиональным культовым
центром в Израиле. Де Во (1961:304; 1978:707) также считал Шило первым
святилищем Бога Израиля, но он считал, что существовали и другие современные
святилища. Другие ученые считали Шило единственным — или главным —
религиозным центром в период Судей (Albright 1942:103-105; Bright 1981:169-170;
Nielsen 1955:36; Liver 1971:196; Cross 1947 :56; Woudstra 1965:127,133).
Другой вопрос касается даты, когда Шило стал важным религиозным и
экономическим центром. Независимо от того, была ли одна или две фазы заселения
в I железном веке, нас, очевидно, интересует стадия, на которой были возведены
впечатляющие здания на западной стороне участка, поскольку эти сооружения
могли быть частью комплекса пристроек к святилищу (см. ниже). Керамика,
найденная в зданиях, очевидно, была той, что использовалась во время разрушения,
поэтому мы должны прибегнуть к архитектурным соображениям, пытаясь
датировать возведение комплекса.
На основании результатов раскопок на памятниках I железного века по всей
центральной горной стране и ее окрестностям, кажется маловероятным, что
развитые здания с колоннами, такие как те, что обнаружены в Зоне C, могли быть
построены до середины XII в. ДО н. э. (глава 7). На ранних участках израильских
поселений, например, в Цбет-Шарцах, слой III и Гило, не было найдено развитых
зданий с колоннами. Эти сооружения, которые постепенно становились
упорядоченными в то время, достигли более развитого и однородного вида в
горной стране, например, в Хирбет-Раддане, Ай и Шило, на несколько более
поздней стадии израильского поселения; дата в конце XII века или начале XI века,
кажется, соответствует всем доказательствам.
Наша предполагаемая дата основания культового центра в Силоме — не ранее
второй половины XII в. до н. Э. — является самой ранней, которую в настоящее
время можно вывести для формирования межрегиональной израильской структуры
на основе материальной культуры. (Эта хронология согласуется с тем фактом, что в
настоящее время у нас очень мало реальных археологических свидетельств
израильского поселения до XII в.; см. Главу 9.) Важность этой фазы для
кристаллизации горного общества из изолированных групп поселенцев в
организованное царство очевидна.
Почему среди всех мест в Ефреме и Манассии Силом был выбран в качестве
первого культового центра? Ранние сакральные традиции, связанные с этим местом,
и отсутствие здесь процветающего позднебронзового ханаанского города накануне
израильского поселения, должно быть, были способствующими факторами. Кроме
того, в результате различий в географическом положении и историческом фоне
между Манассией и Ефрем, израильтяне в Манассии должны были селиться рядом с
коренным оседлым населением, которое все еще было значительным в Железный
век I, в то время как Ефрем был практически не заселен оседлыми группами
непосредственно перед
231
ГЛАВА 5
обширное израильское поселение. Таким образом, в начале периода Силом был
выдающимся кандидатом среди мест в холмистых районах, поскольку это было
древнее культовое место, которое теперь стояло заброшенным в районе плотного
израильского поселения, но очень редкого автохтонного оседлого населения.
Расцвет Силома не был продолжительным — не более столетия, а возможно,
даже меньше, охватывая вторую половину XII века и первую половину XI века. Нет
причин оспаривать точку зрения Кьяера и Олбрайта, что Силом был разрушен
филистимлянами после их победы над Израилем при Эбенезере. Ошибочная
датировка Булем построек на западном склоне к периоду Железного II (Buhl and
Holm-Nielsen 1969:3 3-34,60-62) была одной из причин, по которой Пирс (1973)
выдвинул гипотезу, что агентами разрушения Силома, упомянутыми Иеремией
(7:11,14; 26:6,9), были ассирийцы в VIII веке до н. э . Эта теория не имеет под собой
никаких археологических оснований (и никаких библейских оснований; см. Day
1979). Шило в Iron II был небольшой и незначительной деревней, в которой не
было обнаружено никаких свидетельств разрушения. Следовательно, нет оснований
предполагать, что Шило «возник как святилище национального значения» только
во времена Саула (Miller and Hayes 1986:133).
Информация, собранная из разных частей кургана, позволяет нам прояснить
различные моменты, связанные с природой участка в I железном веке и его
планировкой. В период I железного века Шило не превышал 12 дунамов по
площади, что было размером современных крупных деревень в горной местности,
таких как Ай. Хотя керамика I железного века была найдена по всему кургану, мы
можем более точно определить протяженность застроенной территории. Зона C
находилась на западной границе участка. Восточный конец не мог быть намного
восточнее Зоны E, поскольку никаких архитектурных остатков этого периода не
было найдено в Зоне D, а никаких находок I железного века не было обнаружено в
Зоне G. Только силосы представляли I железный век на северном конце холма,
поэтому застроенная территория должна была начинаться к югу от Зоны K. Она
заканчивалась к северу от Зоны J, где была обнаружена свалка мусора. В любом
случае, большая часть поверхности, вероятно, была занята культовым комплексом и
его вспомогательными зданиями.
Был ли Шило также обычным поселением или это был строго священный теменос
с пристройками? Если предположить, что большая часть священного комплекса
находилась на вершине (см. ниже), то ответ на этот вопрос следует искать на южном
склоне холма. К сожалению, именно эта область была настолько повреждена более
поздним строительством, что шансы обнаружить там какую-либо раннюю
архитектуру были крайне малы. Таким образом, хотя вопрос о характере занятий в
Шилое должен пока оставаться открытым, есть намеки на то, что в железном веке I,
как и в бронзовом веке, основная деятельность на этом месте была связана с
расположенным там культовым центром.
Хотя у нас нет достаточных данных, чтобы с уверенностью реконструировать
план местности, мы можем набросать несколько черт. Огромное количество усилий
было потрачено на возведение зданий в Зоне C. Часть гласиса Средней Бронзы
была
232
РАСКОПКИ В ШИЛО: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ ОТЧЕТ
V
A
D
IM
K
убрали, и крутой склон пришлось нейтрализовать — тем более удивительно, что на
северной стороне кургана имелись большие плоские поверхности, удобные для
строительства. Это убедительно свидетельствует о том, что это были не обычные
дома. Керамика, обнаруженная в этих зданиях, еще больше подтверждает эту точку
зрения, поскольку подавляющее большинство сосудов было предназначено для
хранения. На площади 250 м 2 было найдено 20 пифосов, а также большое
количество кратеров и кувшинов. Следовательно, по крайней мере части зданий
должны были быть предназначены для хранения: зал 306 и южная комната здания
335 были почти заполнены пифосами. Кроме того, здания были очень точно
ориентированы по осям север-юг и восток-запад. Все эти свидетельства
подтверждают вероятность того, что колонные здания Зоны C были связаны с более
крупным комплексом зданий, который продолжался на восток, в направлении
вершины. Крепостная стена эпохи средней бронзы, которая стала восточной стеной
зданий Зоны С, также служила террасной стеной для верхнего уровня конструкции.
Это подводит нас к вопросу о местоположении святилища Шило. Более века
назад капитан Чарльз Уилсон, британский исследователь, предположил, что
Скиния стояла на естественной скальной террасе к северу от холма, где он наблюдал
множество признаков вырубки (Уилсон 1873:38; см. также Кауфман 1981). Раскопки
З. Йевина в этом районе опровергли эту гипотезу, поскольку он не нашел никаких
остатков периода I железного века (Had. Arch. 77, 1982:19-20).
Наши раскопки на самом кургане также не дали однозначного ответа на вопрос о
местоположении святилища. Наши лучшие подсказки состоят из отрицательных
свидетельств с северной части холма и с восточного и западного склонов. Если
предположить, что святилище располагалось на самом холме — а это трудно
оспорить — то единственными возможными местами для него остаются вершина и
южный склон.
Косвенные доказательства, похоже, говорят в пользу вершины. Трудно понять,
почему так много усилий было вложено в сооружения на западном склоне, если
только они не были запланированы как часть более крупного комплекса зданий.
Более того, как культовое место Шило в периоды средней и поздней бронзы,
по-видимому, стояло на вершине кургана, так и израильское святилище, вероятно,
было возведено на том же месте или недалеко от него.
Некоторое подтверждение этой линии рассуждений можно получить из
обломков, найденных поверх обрушившихся кирпичей здания 335 в зоне C. Как уже
отмечалось, керамический материал включал фрагменты культовой подставки и два
сосуда, украшенные головами животных в рельефном орнаменте. Эта керамика и
множество костей животных могли быть остатками подношений. Весь этот мусор,
должно быть, был сброшен вниз по склону в более поздний период, когда
прилегающая территория на востоке (в направлении вершины) была расчищена в
рамках подготовки к новому строительству. Подводя итог, можно сказать, что, по
всей вероятности, святилище было возведено более или менее на
233
ГЛАВА 5
Вершина кургана и колонные здания Зоны С могли быть связаны с ней.
Если мы правы в своем мнении, что сооружения в Зоне C не были обычными
домами, то они представляют собой единственные общественные здания,
когда-либо обнаруженные на местах поселений израильтян. Качество их
строительства и сложный способ, которым они решили проблему крутого склона,
представляют архитектуру израильтян I железного века в ее лучшем проявлении и
даже могут намекать на физический характер самого святилища. В прошлом мнения
ученых разделились по поводу того, указывали ли первые несколько глав 1 Царств
на то, что святилище в Силоме представляло собой подлинное архитектурное
сооружение (например, Kraus 1966:176; Eissfeldt 1957:146, 1975:564-565) или нет
(Woudstra 1965:135-139; Noth 1958:95; Haran 1962:22-24; Cross 1981:173-174).
Результаты раскопок, по-видимому, подтверждают первую интерпретацию.
Таким образом, возобновленные раскопки помогли распутать различные
запутанные проблемы, касающиеся Шило и его истории в период израильского
поселения. Становится все более очевидным, что Шило имел традицию культовой
деятельности, восходящую к периоду средней бронзы. Мы смогли пролить новый
свет на особое положение Шило как первого религиозного центра израильского
населения в горной стране. Наконец, богатые керамические находки и хорошо
развитая архитектура, обнаруженные в западной части холма, внесли большой вклад
в наши знания о материальной культуре жителей центральной горной страны в
период I железного века.
V
A
D
IM
K
ЧАСТЬ 3:
МАТЕРИАЛЬНАЯ КУЛЬТУРА
ГЛАВА 6
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
В последние годы наши знания об архитектуре начала железного века значительно
расширились. Новая информация из мест в долине Беэр-Шевы и нагорье Негев
была дополнена множеством новых и важных данных из центральной горной
страны благодаря раскопкам в Ай, Хирбет Раддане, Избет Шарцахе, Хирбет
эд-Даваре и Шилое. Свежий взгляд на результаты более ранних раскопок в Ай и
Телль-эн-Нашбе также оказался поучительным.
Поэтому пришло время попытаться сделать обзор развития архитектуры в
период израильского поселения. Само собой разумеется, что этот обзор является
предварительным, поскольку, хотя мы в настоящее время можем различить многие
особенности строительства Iron I, довольно много аспектов остаются неясными, и
удовлетворительные решения некоторых проблем еще не найдены. Во-первых,
необходимо прояснить ряд методологических моментов:
— Большинство предыдущих дискуссий о ранней архитектуре в Земле Израиля
использовали традиционный подход: наблюдение типологического развития (в
датированных сооружениях). Не умаляя важности ни типологии, ни хронологии —
они, в конце концов, являются краеугольными камнями всех исследований этого
типа — мы хотим вывести на первый план важные аспекты, которые до сих пор
игнорировались. Они касаются факторов окружающей среды, а также человеческих
и социальных элементов; людей, которые жили в сооружениях и использовали их.
Таким образом, мы уделим особое внимание как географическим параметрам в
регионах израильских поселений, так и социально-экономическому положению их
жителей.
— Главной чертой израильского поселения был переход от пастушеского к
оседлому образу жизни (глава 11). Поэтому мы приведем современные примеры
аналогичных процессов и рассмотрим их архитектурное выражение.
— Ввиду схожести планировки поселений — а также, насколько нам известно,
процессов перехода к оседлому образу жизни — между центральной горной
страной и нагорьем Негев в железном веке мы будем иногда ссылаться на южные
поселения, даже если они не были частью феномена израильского поселения и
возникли несколько позже большинства обсуждаемых поселений.
237
ГЛАВА 6
IM
K
— Описывая развитие ранней израильской архитектуры, мы говорим о нескольких
«фазах». Под этим мы подразумеваем определенную архитектурную ситуацию,
отражающую как социально-экономическое положение жителей, так и данные об
окружающей среде. Эти «фазы» не всегда должны иметь хронологические
последствия, и их развитие не обязательно было линейным. Другими словами,
группы со схожими социальными условиями — даже если они различались по
географии и дате — скорее всего, приходили к схожим архитектурным решениям, в
то время как группы в разных социальных ситуациях — даже если они
соседствовали и были современными — скорее всего, разрабатывали разные стили
строительства.
Таким образом, сосуществовали различные типы поселений. Хорошим
примером этого является большое различие в конструкции и плане местности
между Гилохом, с одной стороны, и Хирбет Радданой и Ай, с другой, несмотря на
географическую и хронологическую близость всех трех мест. Расхождения
отражают различные социально-экономические рамки жителей. Из этого следует,
что мы не можем говорить о единой модели процесса оседлости; и мы не можем
ожидать, что каждое местонахождение Iron I в горной стране и на юге будет
соответствовать схеме классификации, которую мы обрисуем ниже.
D
— Особенно, поскольку мы имеем дело с группами, претерпевающими изменения в
образе жизни, индивидуальный дом не должен быть оторван от своего окружения.
По нашему взвешенному мнению, индивидуальный дом и общий план участка
развивались вместе органическим и взаимодополняющим образом.
A
ЭЛЛИПТИЧЕСКИЕ ПАМЯТНИКИ: ПЕРЕХОД К ОСЕДЛОМУ ОБРАЗУ ЖИЗНИ
V
Одним из самых ранних израильских мест — если не самым ранним из известных в
настоящее время — был Избет Шарцах Стратум III (глава 3), основание которого
мы датируем концом 13-го или началом 12-го века ДО Н. Э. Его ранняя дата и особая
планировка делают его ключевым местом для изучения развития израильской
архитектуры. Таким образом, мы начинаем наше обсуждение с повторного
описания места и приведения параллелей к его плану.
Слой III состоял из эллиптической полосы комнат, окружающих широкий
центральный двор, в котором можно было различить ряд облицованных камнем
силосов (но ничего больше) (рис. 76). Основным архитектурным элементом была
периферийная стена, ограждающая двор. С внешней стороны параллельная стена
не была ни однородной, ни ровной; скорее, она была создана путем соединения
внешних стен комнат, которые различались по ширине.
Были обнаружены части восьми комнат, а также вход на участок. Комнаты,
которые были в основном ширококомнатного типа, напоминали казематы; они
открывались во двор. Прямого доступа из одной комнаты в другую не было. Вдоль
внутренней стены комнаты имели среднюю длину 6 м. Поскольку проектируемая
окружность периферийной стены составляла 135-140 м, 22238
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
76. Тибет Шарцах — схематический план слоя III.
24 комнаты — помимо прихожей — можно было бы реконструировать. Глубину
комнат трудно определить с уверенностью, но по остаткам внешних стен,
найденным на юге и северо-востоке, мы оцениваем ее в 5-6 м.
Таким образом, общий размер участка в слое III составлял около 47 x 60 м,
охватывая площадь около 2200 м 2 (2,2 дунама). Из этого двор составлял около 1450
м 2 , а застроенная площадь покрывала 750 м 2 , соотношение 65:35. Эта цифра
очень важна для определения социально-экономического характера поселения,
поскольку она указывает на то, что центром деятельности был большой открытый
двор в центре. Ситуация изменилась в слое II, который был основан в конце XI в. ДО
Н. Э .
Существует ряд параллелей с архитектурой Избет Шарцах Стратум III:
Хорват c Авот
Расположенный в Верхней Галилее (карта ref. 1933 2763), участок был частично
раскопан (глава 3). На внешнем краю поселения Iron I были обнаружены несколько
прямоугольных широких комнат размером 3-4 x 7-10 м; они не были смежными. Из
раскопанного сектора видно, что контур
239
ГЛАВА 6
участок в Железном I был круглым или эллиптическим, диаметром около 75 м.
Центр участка не был раскопан, поэтому неизвестно, был ли это открытый двор или
застроенная территория.
Хирбет эт-Тина
K
Этот участок Iron 1 (карта ref. 1654 2666) был обследован Отделом обследования
Западной Галилеи под руководством Р. Франкеля (который любезно предоставил
следующую информацию). Участок находился на высоте 150 м над уровнем моря,
примерно в 1,5 км к востоку от границы между холмами Западной Галилеи и
прибрежной равниной. Эллиптический по очертаниям, он занимал площадь около
1250 м 2 . Здесь также, по-видимому, был центральный двор, окруженный
комнатами, а основным круговым валом, по-видимому, была внутренняя стена (т. е.
та, что между комнатами и двором); во дворе также могли быть сооружения.
Поскольку площадь двора составляла около 900 м 2 , предполагаемое соотношение
открытого двора, если на нем не было никаких сооружений, к застроенному
пространству составляет около 70:30.
IM
Ограждения в Иудейской пустыне
V
A
D
Во время обследования 1968 года в Иудейской пустыне были обнаружены ограды
разных периодов. По крайней мере, две из них, планы которых были опубликованы,
по планировке напоминают наши ранние поселения Iron I (Bar-Adon 1972:106,118).
Наиболее интересной является *19-13 23/3 D (рис. 77), датируемая «израильским
периодом»
77. Двор железного века в Иудейской пустыне (Бар-Адон 1972: 118).
240
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
(т.е. железный век). Размеры около 54 x 57 м, план участка был округлой формы и
охватывал площадь около 2400 м 2 . Размеры двора были 45 x 50 м, площадь
поверхности 1750 м 2 . Основным архитектурным элементом была внутренняя стена,
к которой были присоединены прямоугольные комнаты. Некоторые из комнат
имели закругленные углы. Согласно опубликованному плану, эти комнаты не
образовывали непрерывную полосу, но без раскопок трудно сказать наверняка
78. Дворовые поселения железного века в нагорье Негев: вверху слева Эйн-Кадис, справа
Атар-Харо- c- a; внизу слева — Рахба; справа — Кетеф-Шивца (Cohen 1979. 64).
241
ГЛАВА 6
Если мысленно заполнить помещения по периметру комнатами, то соотношение
площади двора к застроенной площади составит примерно 75:25.
Места в горах Негев
K
Среди памятников железного века в горах Негев, датируемых концом XI или
началом X в. ДО Н. Э., ряд почти идентичны по плану слою III в Избет Шарца, а
именно Атар Харо c a, Тин Кадейс, Рахба и Кетеф Шивца (рис. 78). Они похожи по
общему плану, по размеру, по форме казематных комнат и по соотношению двора к
застроенной площади (65:35 - 75:25). 13
Поскольку памятники Негевского нагорья очень важны как для понимания
характера слоя III в Избет Шарца и его параллелей, так и для выведения
социально-экономического фона жителей, мы вернемся к ним позже. На данном
этапе мы хотим отметить только, что в отличие от популярного представления о
том, что эти памятники Негева были израильскими «крепостями» (Коэн, 1979), мы
следуем за Ротенбергом и Эйтамом, рассматривая их как поселения кочевников
пустыни (Финкельштейн, 1984).
A
Беэр-Шева, слой VII
D
IM
Кроме того, мы хотели бы упомянуть два других южных участка, уже
обсуждавшихся в Главе 3: Беэр-Шева Стратум VII и Тель-Эсдар Стратум III.
Несмотря на значительные различия в характере их застроенных территорий, их
общие планы имеют определенное сходство с Цбет-Шарцах Стратум III и его
параллелями: оба участка имели большой открытый двор, окруженный поясом
построек, выходящих на него.
V
Когда был раскопан 70-метровый сегмент южного конца участка, стало очевидно,
что цепь казематных широких комнат опоясывала периметр участка (Herzog
1984:78-82). По крайней мере, некоторые из них, похоже, были задними комнатами
трех- и четырехкомнатных домов, построенных по периметру. В то время как
широкие комнаты действительно образовывали пояс вокруг поселения, их внешние
стены не создавали плавную и однородную линию. Скорее, дома были отдельными,
но смежными. Каждый «каземат» имел ширину 1,25-1,75 м и длину 9-12 м, с внешней
стеной толщиной 1 м. Поскольку были обнаружены части 5 таких «казематов», было
подсчитано, что было 18 единиц, окружающих двор. Доступ к участку
осуществлялся через настоящую воротную конструкцию, состоящую из двух камер,
обрамляющих проход шириной 1,5 м. Слой VII относился к концу XI в. ДО Н. Э.
13 Еще одно место, напоминающее эллиптические памятники Негевского нагорья, было найдено в
южной Трансиордании, в районе Вади-эль-Хаса (MacDonald 1980:171, Pl. CIII). Большая часть
керамики, собранной на месте, датируется I железным веком.
242
79. Беэр-Шева, слой VII — изометрическая реконструкция (Herzog 1984: 80).
Герцог
реконструировал
эллиптический
участок,
состоящий
из
четырехкомнатных домов, задние комнаты которых создавали периферийный пояс
казематов (рис. 4, 79). Это оставило бы только около 900 м 2 в центре для двора —
если бы полоса домов продолжалась по периметру. Размер участка был оценен в 50
x 80 м, площадь чуть больше 3 дунамов. Дополнительные постройки были найдены
за пределами этого комплекса, рядом с колодцем. Археолог отметил сходство между
этим поселением и участками в нагорье Негев, хотя ни в одном из последних пояс
многокамерных домов не примыкал к периферийным казематам.
Тель Эсдар Стратум III
Сходство между этим местом и Цбет Шарцах ограничивается общим планом:
сооружениями, окружающими центральный двор. Однако в Тель-Эсдаре это были
настоящие здания, а не просто казематы (Kochavi 1969a:23-26; наш рис. 3).
Неизвестно, создавали ли эти здания плавную линию или между ними были
промежутки. Восемь из них были раскопаны, а два других были обнаружены на
поверхности кургана.
243
ГЛАВА 6
Ахарони (1976a:69) реконструировал в общей сложности около 20
прямоугольных домов, окружающих вершину холма; их длинные стены шли
параллельно периметру. Дома выходили во двор, который был лишен построек.
Имея размеры около 55 x 85 м, участок занимал площадь 3750 м 2 , из которых 2800
м 2 приходилось на двор. Соотношение двора к застроенной площади составляло,
таким образом, около 75:25. Слой III в Тель-Эсдаре был заселен в 11 веке ДО Н. Э.
V
A
D
IM
K
Место Гило также стоит упомянуть в этой связи; хотя его план не имеет
отношения к делу, разделение поверхности между зданиями и дворами напоминает
(рис. 8). Археолог рассматривал это место как «укрепленную деревню пастухов» с
несколькими семьями или небольшими кланами, разделившими территорию таким
образом, что у каждого были дома, граничащие с большим двором, в котором
содержались стада (A. Mazar 1981a:12,32; 1980a:36-38).
Эллиптические «дворы» были найдены в различных регионах страны, от
Западной Галилеи и предгорий Эфраима через Иудейскую пустыню (и, возможно,
также Трансиорданию) и в нагорье Негев. Хотя большинство из них датируется I
железным веком или началом II железного века, не было бы удивительно, если бы в
будущем появились похожие места из других периодов. 14 Помимо общего
сходства их общих планов, выдающейся чертой, общей для всех этих мест, было
доминирующее положение двора: предполагаемые соотношения пространства
двора к застроенной площади колеблются от 65:35 до 80:20. Большой двор,
очевидно, играл центральную роль — как в переносном, так и в прямом смысле — в
повседневной жизни жителей, несомненно, как укрытие для их стад.
Подводя итог, можно сказать, что обитателями «дворов» были люди, чьей
основной экономической деятельностью было скотоводство. Все эти места были
расположены в классических районах выпаса скота — нагорье Негев, долина
Беэр-Шевы, Иудейская пустыня, предгорья бассейна Яркон и Западная Галилея
(Зелигман и др. 1959:51). Причины их строительства в этом конкретном виде были
строго социально-экономическими; нет необходимости искать этнические или
хронологические объяснения. Особая архитектурная форма отражала основу
существования жителей и их социальную организацию.
Рассматривая эллиптические памятники Негевского нагорья, мы попытались
показать, что они представляли собой раннюю стадию оседлости пустынных
кочевников, причем как контур индивидуальной палатки, так и планировка
группового лагеря были воплощены в каменных конструкциях. В то время их
экономика все еще основывалась на пастбищах (Финкельштейн, 1984). То же самое,
по-видимому,
14 На самом деле, существует отчетливое сходство между этими поселениями и памятниками EB II
и Intermediate Bronze в Негеве и Синае, чьи планы также основывались на центральном дворе,
окруженном жилыми помещениями. Сходство проистекает из схожих социальных и
экономических функций; мы вернемся к этому вопросу.
244
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
были верны для подобных мест в Иудейской пустыне и в других регионах Земли
Израиля. 15
Широко распространено мнение, что кочевники в процессе оседлости
сохранили традиции своего скотоводческого существования, по крайней мере, на
начальном этапе. Очевидным примером является перенос их традиции проживания
в переносных палатках, сделанных из недолговечных материалов, в их постоянную
архитектуру. Та же самая линия рассуждений была применена к переводу формы
жилой палатки в каменные здания, которые не служили жилищами. В хорошо
известном примере типичная юрта (палатка) кочевых племен Центральной Азии
считается источником сельджукского тюрбе (мавзолея) (Talbot Rice 1961:141-142).
Тем более этот подход справедлив при рассмотрении перехода от жилой палатки к
жилой архитектуре.
К счастью, сопоставимые процессы можно наблюдать в регионе и сегодня.
Шмуэли сделал следующие наблюдения о седетаризации бедуинов на окраине
Иудейской пустыни:
Переход от палатки к дому означал революцию в жизни людей, которые
перестали быть кочевыми и построили себе дома, но влияние палатки на жизнь
бедуинов в процессе оседлости не прекратилось. Вход в дом в бедуинских
поселениях обычно обращен на восток, что было обычным направлением для
открытия палатки. Значительная часть построек в бедуинском поселении ,
особенно первых возведенных, на самом деле были не более чем каменными
стенами, заменявшими тенты переносной палатки. Функции различных комнат
домов идентичны функциям пространств, на которые были разделены палатки.
Образ жизни в этих домах находится под влиянием образа жизни в палатках,
даже спустя десятилетия после перехода к постоянным жилищам (1980:154-155;
см. также Katakura 1977:73; Kay 1978:143).
О палаточном лагере Шмуэли сказал:
....Бедуинские деревни отличаются от других постоянных поселений своей
физической структурой, местоположением и планом отдельного дома. В этом
отношении поселение является копией бедуинского лагеря, выполненного из
строительных материалов (1980:83).
В литературе, посвященной образу жизни кочевников нашего региона в XIX и XX
веках, указывается, что в случае огороженных стоянок палатки располагались
линейно, в форме полумесяца или ставились в форме круга или
15 В различных дискуссиях, связанных с раскопками в Тель-Масосе, Кемпински (1978:36;
Кемпински и др. 1981:176) и Фриц (1977a:44,n.48; 1977b:64; 1981:65) обратили внимание на
влияние традиций палатки и палаточного лагеря на строительство на этапе, следующем за
оседлостью (см. ниже). Однако нам не удалось обнаружить свидетельств кочевого прошлого в
хорошо развитой материальной культуре Тель-Масоса.
245
ГЛАВА 6
V
A
D
IM
K
80. Палаточный лагерь в Трансиордании, по фотографии, опубликованной Музилем (1908: 131).
81. Палаточный лагерь в Иудейской пустыне (Далман 1939: Табл. 12).
Эллиптическое расположение. В некоторых регионах последние даже назывались
duwwar, «круг» по-арабски.
Две фотографии лагерей дувваров , сделанные в начале этого столетия, позволяют
нам изучить их структуру и размеры. Первая (рис. 80), эллиптическая по
очертаниям, находилась в Трансиордании (Musil 1908:131), а вторая (рис.
246
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
81), прямоугольной или трапециевидной формы, был найден в Иудейской пустыне
(Dalman 1939:Ph. 12). Площадь лагеря и количество палаток в обоих случаях схожи.
Палатки выходили на большой центральный двор. В лагере было один или два
входа. (Такой палаточный лагерь был описан Conder 1878:275; см. также Cunnison
1970:321-323, Nijst et al. 1973:23-30).
Что касается факторов, определяющих очертания лагерей, Мусил (1908:130)
отметил, что когда условия были безопасными или когда лагеря были большими,
расположение было линейным, в то время как во враждебных местах палаточный
лагерь был разложен в форме эллипса, чтобы защитить стада в центре. Расван
(1934:153) предложил другую интерпретацию: палатки погонщиков верблюдов
были выстроены в длинные параллельные линии, в то время как лагеря пастухов
были расположены полумесяцами или кругами. Оба объяснения разумны, но ни
одно из них не кажется полным, поскольку на расположение палаточных лагерей,
вероятно, также влияли другие факторы, такие как климатические условия и
географическое положение. (О различных формах бедуинских лагерей см.
Буркхардт 1831:33; Мусиль 1928:73; Далман 1939:27; Монтань 1947:56,64; Диксон
1949:83; Ашкенази 1957:146; Маркс 1974:148; Бен-Давид 1978:52; Бар-Цви 1979:623;
Амиран и др. 1979:658).
Сходство в деталях между эллиптическими «двориками» и закрытыми лагерями
бедуинов иллюстрируется следующей таблицей; мы также включили данные из
Телль -Эсдара, слоя III, и Беэр-Шевы, слоя VII, несмотря на различия между этими
двумя участками и другими (см. ниже).
Ц.
Аро с а
Сарца в
Эйн
Кадис
Размер (м)* 47x60
42x50
37,5x50
# палаток,
казематов 22-24
или зданий
17
20
Тель Беэр-Ш палаточн
Эсдар ева
ый лагерь
Рахба
III
VII
Мусиль
(рис. 80)
палаточн
палатка
ый
Лагерь
лагерь
Далман
Кондер
(рис. 81)
60x75 55x85 50x80 ок.40x70 ок.50x70
22x63
около
20
оцен.
20-30
с. 20
18
оцен.
19-22
20-23
ширина (м)
палаток или
казематы
5.5-10 5.5-10
5-10
9-12
6-12
6-12
6-12
6в
среднем.
* «Казематы» на участках построек примыкают друг к другу, а на участках палаток между
палатками имеются промежутки. Размеры лагерей на рис. 80 и 81 были оценены путем умножения
предполагаемого размера отдельной палатки.
Еще одна важная особенность эллиптических памятников требует объяснения:
на памятниках в горах Негев как внутренние, так и внешние стены периметра
247
ГЛАВА 6
V
A
D
IM
K
образовывали прямые и плавные линии, в то время как севернее, в районе
Избет-Шарцах и, по-видимому, в районе Тина , такую линию создавала только
внутренняя стена (ограничивающая двор). Эта внутренняя стена была основным
структурным элементом поселения; к ней примыкали помещения переменной
глубины, что придавало участку внешнюю линию чередующихся выступов и
углублений. Объяснение этой разницы может заключаться в трудностях, присущих
холмистой местности северных участков, где требовалась поддержка на склонах.
Это явление, по-видимому, продолжалось в сооружениях центральной холмистой
местности даже позднее в период I железного века (см. ниже).
Из нашей гипотезы о том, что эллиптическая площадка возникла в кочевом
лагере, следует, что индивидуальная единица конструкции — широкая комната или
«каземат» — отражала индивидуальную пустынную палатку. В этой связи следует
подчеркнуть, что традиция формы палатки, по-видимому, была даже сильнее, чем
каменное строительство, поскольку она глубоко укоренилась в веках неизменного
образа жизни и постоянного географического положения (Faegre 1979:3). Поэтому
маловероятно, что форма пустынной палатки в нашем регионе изменилась с
течением времени. Она оставалась широкой «структурой», которая обычно
открывалась на восток, поскольку ветер дул с запада. Размеры, особенно длина,
варьировались в зависимости от размера и средств семьи: 2,5-4,5 x 6-12 м. Основные
опорные столбы устанавливались в ряд по длинной оси палатки.
Внутренность палатки обычно делилась занавесками на два неравных
пространства. Меньшее предназначалось для мужчин и гостей, а большее — для
женщин, домашних дел и жилых помещений для семьи. Иногда разделение было
трехсторонним, причем третья часть служила овчарней или загоном. Занавески
82. Рамат Матред — Структура А (Ахарони и др. 1960: 34).
248
EARLY ISRAELITE ARCHITECTURE
83. Палатка и загон в Самарии.
подвешивались вдоль короткой оси палатки на одном или нескольких рядах
деревянных шестов, в зависимости от размера палатки. (О форме палатки см. Musil
1928:72; Dalman 1939:1-58; Epstein 1933:12-13; Feilberg 1944:65-72; Weir 1976:1-7; Kay
1978:12-14; Faegre 1979:19-22.)
Другая модель перехода от палатки к стационарной архитектуре —
индивидуальный дом, происходящий непосредственно от индивидуальной палатки
— по-видимому, представлена в Рамат-Мацреде в Негеве (рис. 82; ср. рис. 83). Там
Ахарони и его коллеги сначала обнаружили при обследовании, а затем и при
раскопках, широкую комнату (A) размером 2,9 x 7 м. В длинной стене, обращенной
на восток, был выход во двор, окруженный каменной стеной (Aharoni et al. 1960:34,
рис. 8). То, что это здание было ближе к пастушеской стадии существования, чем
другие на этом участке, демонстрируется соотношением двора к жилому
пространству: 63:37 против 52:48 для здания C, например (рис. 87) 16 .
Дополнительные отдельные единицы этого типа были обследованы в горах Негев,
но их результаты еще не опубликованы (Had. Arch. 80-81, 1982:62).
В заключение следует отметить, что, по-видимому, существуют поразительные
сходства между индивидуальной палаткой и изолированной большой комнатой, а
также между палаткой- дувваром.
16 О различных, но современных этапах перехода от палатки к постоянному дому в
современных бедуинских поселениях в Негеве см. Амиран и Бен-Арье 1963:173.
249
ГЛАВА 6
лагерь и эллиптические «дворы». Сходство очевидно в общей планировке, деталях
плана, функции единиц и размерах. Обитатели «дворов», должно быть, стали
оседлыми только недавно, и их жилищные обычаи, а также их основа пропитания
все еще были связаны с их прежним пастушеским образом жизни. Округлая или
эллиптическая планировка имела явные преимущества для таких групп людей:
относительная безопасность и удобная территория для укрытия их стад. 17
МЕСТА С периферийным ПОЯСОМ КОЛОННЫХ ЗДАНИЙ
V
A
D
IM
K
Следующий важный шаг в развитии планировки поселения I железного века
отражен в поселениях, характеризующихся поясом домов, большинство из которых
были трех- или четырехкомнатного типа, построенных вокруг внешнего края
поселения. Поскольку задняя комната каждого дома была широкой, ряд таких
комнат создавал своего рода эффект каземата. Внутреннее пространство дома
обычно включало отдельно стоящие колонны. Ай и Беэр-Шева Stratum VII
являются хорошими примерами таких поселений. Этот тип планировки поселения,
по-видимому, возник в эллиптических поселениях, обсуждавшихся в предыдущем
разделе. Однако теперь можно различить несколько точек различия между
центральной холмистой местностью и нагорьем Негев.
В горной местности Негев (и, по-видимому, в центральной холмистой местности)
монолитные столбы впервые появились на этом этапе развития архитектуры . Они
были интегрированы во внутренние стены казематов (рис. 84). Возможно,
изначально, как в Рефеде (Мешель и Коэн 1980:72), не было дальнейшего
строительства в направлении открытого двора в центре участка. В конце концов,
однако, каземат с монолитами стал продольным (!) блоком в здании, которое
развивалось со стороны двора, как в Хатире, недалеко от Рефеда (Мешель и Коэн
1980:77). Аналогичное явление наблюдалось в блоках 80, 81, 86 и 90 в Тель-Эсдаре
(Кохави 1969a:23-26), но там столбы были более отдельно стоящими, дома были
независимыми блоками, а не
17 В периферийно защищенных палаточных лагерях кочевников Кемпински увидел архетип
Страты II в Тель-Масосе, поскольку, по его мнению, жители использовали именно такой
лагерь во время полукочевой фазы, предшествовавшей их оседлости (Кемпински и др.
1981:176; Кемпински 1978:35). Эта аналогия недействительна по следующим причинам: 1. В
круговом лагере кочевников входы всегда обращены внутрь, тогда как в Тель-Масосе
большинство отверстий были направлены наружу (что, кстати, свидетельствует об
относительной безопасности и отсутствии какой-либо необходимости организовываться в
оборонительном строю). 2. В Тель-Масосе центр участка был застроен, тогда как для
палаточных лагерей кочевников характерен большой открытый двор посередине. 3.
Материальная культура жителей слоя II в Тель- Масосе уже далеко продвинулась за пределы
кочевой стадии, предполагаемой для их предков. С другой стороны, дома в Масосе были
построены в виде закрытых групп, отделенных друг от друга открытыми пространствами. Это
может отражать кочевое происхождение по крайней мере некоторых жителей.
250
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ
АРХИТЕКТУРА
84. Памятники нагорья Негев — Рефед (вверху) и Хатира (внизу) (Мешель и Коэн 1980: 72,
77).
251
ГЛАВА 6
V
A
D
IM
K
комнаты, похожие на казематы, и эти помещения могли располагаться рядом, а не
смежно.
Главное в том, что в горной местности Негев дома, окружающие двор,
располагались параллельно периферийной линии обороны, а казематы служили
длинными комнатами. На первый взгляд, появление монолитных столбов в стенах
казематов, похоже, отсылает к традициям кочевого жилища, когда ряд деревянных
столбов поддерживал каждую палатку. Но настоящая причина, вероятно, была
очевидной архитектурной — простое укрепление стены (см. ниже).
В центральной горной стране происходило очень похожее развитие. Здесь,
однако, дома, которые определенно были пристроены друг к другу, были
расположены перпендикулярно периферийной линии обороны. Таким образом,
«казематы» служили широкими комнатами этих домов. Причина этого основного
различия между участками горной страны и участками Негева, по-видимому, была
топографической. Главным препятствием для строительства в холмистых районах
всегда были крутые скалистые склоны. Проблема была решена путем строительства
террас, в результате чего некоторые дома стояли на двух уровнях. В этих
обстоятельствах, несомненно, было предпочтительнее возводить здания
перпендикулярно склону, с входами на верхней (вершинной) стороне, 18 как
демонстрирует каждая типичная горная арабская деревня.
Хороший пример этого метода строительства в железном веке I был обнаружен
на крутом западном склоне Шило (рис. 69, 70; см. главу 5), где здания были
возведены на двух уровнях, разделенных сплошной террасной стеной. Тот факт, что
эти сооружения не были обычными частными домами, не имеет значения. На
нижнем уровне был большой широкий зал, а на верхнем уровне — два здания с
колоннами; колонны были встроены в западную террасную стену последнего,
обращенную к склону. Интеграция монолитов в террасные стены (метод, который
все еще используется сегодня в горной местности для сельскохозяйственных террас)
помогала выдерживать давление, которое накапливалось наверху и за этими
стенами.
Совокупность внешних стен домов, построенных на наклонной поверхности
холмистой местности, не образовывала ровную линию, а скорее выступала и
отступала в соответствии с топографией или необходимостью подпорок. Это также
очевидно в современных горных арабских деревнях. Хорошим примером I
железного века является Ай (Marquet-Krause 1949:P1. XCVII; Shiloh 1978:45). На
внешнем краю деревни была раскопана группа смежных двух-четырехкомнатных
домов. Их широкие комнаты (иногда двойные) образовывали периферийный пояс
казематов (рис. 85). Если смотреть снаружи, стена, по-видимому, имела выступы и
вставки. В Телль-эн-Насбехе также были обнаружены части выступов от
18 Из этого следует, что поскольку входы в сооружения на внешнем краю Тель-Масоса были
обращены наружу, планировка зданий там не могла возникнуть в горной местности. Вместо
этого есть различные намеки на то, что методы строительства были обусловлены влиянием
южного побережья (Kempinski 1978:36).
252
EARLY ISRAELITE ARCHITECTURE
Можно различить линию двух-четырехкомнатных домов раннего поселения (рис.
85. Ай — поселение
эпохи Железного I,
раскопки Марке-Краузе
(там же, 1949: Табл.
XCVII).
12). На всех трех участках центр поселения был застроен, но такое расположение
внешней линии поселения было известно и на участках с дворами, например, Избет
Шарцах Stratum III.
План VII слоя в Беэр-Шеве, по-видимому, является промежуточным между
планами участков центральной холмистой местности и участками в горах Негев.
Хотя не так много стен VII слоя были открыты, ясно, что длинные комнаты домов
были перпендикулярны «казематам» (которые выступали и отступали), как на
участках центральной холмистой местности. Двор,
253
ГЛАВА 6
86. Х. эд Давара — схематический план остатков после первого сезона раскопок.
V
A
D
IM
K
Однако, был пуст, как и в местах в горах Негев. Объяснение этому очень простое.
Поскольку жители Беэр-Шевы VII были израильтянами, которые, по-видимому,
пришли с более далекого севера, на них повлияла архитектура горной страны.
Однако экономическая реальность — основная роль, которую стада играли в их
жизни — требовала, чтобы в центре был оставлен большой и открытый двор.
Еще одно место с периферийными четырехкомнатными домами —
Хирбет-эд-Давара на пустынной окраине плато Вениамина, которое было основано
во второй половине XI в. ДО Н. Э. Однако в двух отношениях оно отличалось от
других поселений этого типа (рис. 86). Во-первых, некоторые из домов были,
по-видимому, параллельны, а не перпендикулярны внешней линии участка. В таких
случаях дополнительная комната, параллельная продольным единицам здания,
создавала своего рода «каземат» вместо заднего широкого помещения. Во-вторых,
внешняя стена ряда казематов была на удивление толстой, создавая настоящую
оборонительную стену вокруг участка. Таким образом, план Хирбет-эд-Давара
иллюстрирует, что исторические факторы или местные экологические условия
могли вызвать отклонения от нормативного развития типов поселений в I железном
веке.
Подводя итог, можно сказать, что на развитие ранней израильской архитектуры
оказали влияние два основных фактора: скотоводческое происхождение большей
части этого общества до перехода к оседлому образу жизни и особые
топографические условия, преобладавшие в центральной горной местности,
которая была основным местом расселения израильтян.
О ПРОИСХОЖДЕНИИ КОЛОННЫХ ЧЕТЫРЕХКОМНАТНЫХ ДОМОВ
Типичный четырехкомнатный дом с колоннами, основной архитектурный объект
железного века, был широко распространен уже в начале периода — в Тель-Масосе,
Ай, Хирбет-Раддане, Телль-эн-Насбехе, Цбет-Шарцахе и Гилохе (о различных
элементах дома и их социальной функции см. Stager 1985b: 11—23).
254
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
Ученые боролись с проблемой происхождения этих зданий (обобщенной Шилоом
1970), но с неубедительными результатами. Определение того, что этот тип дома
действительно был израильским (Шило 1970), все еще не объяснило, как
развивалась эта идея.
Относительно происхождения четырехкомнатного дома возникло две основные
теории. Согласно первой — основными сторонниками которой являются
Кемпински, Фриц и Герцог — тип развился в начале железного века. Все они
сходятся, так или иначе, в том, что этот дом произошел от юрты до-оседлого
кочевника (но см. оговорки, высказанные Стагером 1985b: 17). Вторая теория
утверждает, что явление началось уже в поздний бронзовый период.
Кемпински (1978:36) выдвинул гипотезу, что четырехкомнатный дом развился из
двух- и трехкомнатных домов, которые, в свою очередь, возникли из планов
палаток, использовавшихся до оседлости. Другими словами, палатка плюс двор
превратилась в широкую комнату плюс двор (который позже был разделен на
несколько пространств). Наиболее конкретным примером перехода от палатки
(которая, как правило, не имела определенного двора 19 ) к каменному дому с
двором является, как мы уже видели, здание А в Рамат-Мацреде (рис. 82).
Однако другие сооружения на участке, иллюстрирующие развитие более
сложных зданий, в некоторой степени противоречат теории Кемпински: здание B
имело две комнаты, разделенные рядом колонн, в то время как здание C было
настоящим трехкомнатным домом с двумя длинными комнатами, обрамляющими
ряд колонн, перпендикулярных широкой комнате (рис. 87). В обоих случаях вход в
здания осуществлялся со двора, окруженного каменным забором (Aharoni et al.
1960:34 36). Другими словами, тип здания не развивался за счет двора, а, скорее, двор
менялся по размеру относительно дома, в то время как его форма и местоположение
оставались неизменными.
Фриц (1977a:43-44; 1977b:60-64; 1980:125; 1981:65) рассматривал две возможности
происхождения четырехкомнатного дома. Либо (как теория Кемпински) он
развился из широкой комнаты плюс передний двор, либо он вырос из широких
колонных зданий, таких как здание 167 в Тель-Масосе и здание 90 в Тель-Эсдаре,
которые, в свою очередь, произошли от палаток кочевников с параллельными
рядами деревянных столбов. Фриц отдавал предпочтение второй возможности: по
его мнению, вход в здание был перенесен на его узкую сторону, и были добавлены
две комнаты — продольная и широкая. Одна из длинных единиц стала двором.
Есть несколько возражений против этой идеи. Теория Фрица основывалась
исключительно на двух зданиях, имеющих лишь частичное сходство друг с другом,
оба из мест на юге, где этот тип зданий не развивался. Он также не объяснил
странный процесс, который он описал: добавление длинной комнаты,
перемещение
19 Об огораживании дворов заборами бедуинами в процессе перехода к оседлому образу жизни см.
Baily 1969(?): 151.
255
V
A
D
IM
K
ГЛАВА 6
87. Рамат Матред — Здания B (вверху) и C (внизу) (Ахарони и др. 1960: 35, 36).
вход и добавление просторной комнаты. На самом деле, Фриц действительно
выступал за создание нового типа дома, а не за его развитие из существующей формы.
По мнению Герцога (1984:76-77), четырехкомнатный дом развился из широкой
комнаты, которая была основной и постоянной чертой этого типа дома. Во время I
железного века широкая комната могла быть подвержена влиянию формы шатра, и
ее фасад мог изначально представлять собой только ряд столбов вместо настоящей
стены (как здание 81 в Тель-Эсдаре). Позже к
256
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
broad-room. Двор был расширен по мере того, как процесс оседлости укоренялся, и
в конечном итоге был разделен на три части. Однако, как мы видели, потребность в
большом дворе уменьшалась по мере того, как оседлость становилась все более
прочной, и по мере того, как основа существования претерпевала переход от
скотоводства к земледелию.
В Тель-Бацаше в Шефеле было раскопано здание с колоннами, датируемое
периодом поздней бронзы (Кейм и Мазар 1982:9-12), что еще раз подтверждает
возможность того, что здания с колоннами железного века имели
предшественников в предшествующий период (Альстрём 1984a:42-48; А. Мазар
1985a:67-68; см. также Райт 1985:295-296, который утверждает, что элементы этой
концепции можно проследить уже до периода средней бронзы). В настоящее время
нам трудно принять эту точку зрения. За исключением открытия в Тель-Бацаше, ни
одно подобное здание не было раскопано ни в одном из основных мест поздней
бронзы. Особенно важно, что ни одно подобное здание не было обнаружено ни в
одной из холмистых областей, где было найдено большинство зданий с колоннами
железного века.
На наш взгляд, при исследовании происхождения и развития колонных зданий,
большинство из которых имеют четыре помещения, следует обратить внимание на
следующие моменты:
— Как показали Кемпински и Херцог, ядром четырехкомнатного здания была его
широкая комната, и этот элемент, вероятно, произошел от палатки кочевника.
Однако четырехкомнатный дом не вырос непосредственно из палатки. Вместо этого
существовал промежуточный этап, на котором широкие комнаты строились по
периметру участка, расположение, которое отражало кочевой палаточный лагерь.
— Здание не развивалось изолированно, а являлось неотъемлемой частью общей
планировки поселения I железного века.
— Здание, возникшее путем пристройки длинных комнат к широкой. Иногда
продольные блоки создавались с помощью двух рядов столбов, которые могли быть
продолжением столбов, встроенных в стену широкой комнаты.
— Использование столбов было распространено в холмистой местности,
поскольку они облегчали строительство на террасных склонах.
— На первый взгляд, кажется логичным, что массовое использование столбов
(обычно монолитов) в центральной горной стране и нагорье Негев, как раз когда
люди этих регионов находились в переходе от кочевого или полукочевого образа
жизни к оседлости, возникло из их традиций переносного «строительства», т. е. из
деревянных шестов для палаток. Однако именно на эллиптических участках как в
Негеве, так и в центральной горной стране — которые мы считаем типологически
257
ГЛАВА 6
наиболее близок к стадии до заселения — отдельно стоящих столбов не
обнаружено. 20
— Широкое использование столбов в Железном I можно объяснить, прежде всего,
притоком поселенцев в холмистые районы Земли Израиля в то время. Из этого
следует, что в более ранние периоды эта строительная техника применялась нечасто
по той простой причине, что эти районы были относительно малонаселенными.
— Распространение четырехкомнатного дома неразрывно связано с вопросом его
происхождения. Наиболее важными соображениями являются количественные (а
не просто то, встречается ли этот тип на данном участке) и хронологические (см.
ниже). Поскольку Альстрём (1984a:42-43) и Бремер (1982:105) не принимали во
внимание эти вопросы, отстаиваемые ими взгляды трудно принять.
V
A
D
IM
K
Идти дальше отмеченных выше пунктов в настоящее время означало бы вступить
в область надуманных домыслов.
Датировка колонных зданий также требует уточнения. В центральной горной
стране дома этого типа были построены уже в 12 веке ДО Н. Э. А. Мазар датировал
здание в Гило началом 12 века (1981a:ll), а колонные здания в Шило были возведены
ближе к концу 12 века (глава 5).
Дома в Ай и Хирбет Раддана, вероятно, также относились ко второй половине
XII века. Если бы мы приняли даты археологов XIII веком для основания этих
поселений (Callaway 1976:19; Cooley 1975:7), мы были бы вынуждены искать
источник этого типа зданий в позднем бронзовом периоде, поскольку колонные
дома в Ай и Хирбет Раддана уже были хорошо развиты по форме. С другой
стороны, керамика из этих двух мест исключила любую дату намного позже второй
половины XII века.
Обращаясь к южной части страны и прибрежной равнине, даты, назначенные
Фрицем (1980:121) для слоя II в Тель-Масосе, предпочтительнее более ранних дат,
отстаиваемых Кемпински (Кемпински и др. 1981:177); короче говоря, хорошо
развитые дома с колоннами были возведены в течение 11-го века ДО Н. Э. В
Беэр-Шеве и нагорье Негев, а также в Телль-Шарика ( Орен 1978:1064) и
Телль-Касиле (А. Мазар 1977:План 19) в Филистии здания с колоннами были
впервые построены только в 11-м веке, и, как правило, ближе к его концу. Поскольку
четырехкомнатный дом с колоннами является слишком специфическим типом,
чтобы иметь
20 С другой стороны, были периоды, когда кочевые пустынные общества в процессе оседлости
использовали отдельно стоящие монолитные столбы в своих конструкциях. В частности, мы
имеем в виду период EB II на юге Синая (Beit-Arieh 1977:87-88; 1981) и промежуточный
бронзовый период в Негеве (Kochavi 1967:34-35). В обоих случаях планы расположения в
основном включали комнаты, окружающие центральный двор, с рядами монолитов (где было
больше одного столба) почти неизменно выстроенными вдоль продольной оси здания (как
главные столбы палаток кочевников).
258
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
претерпели параллельное и независимое развитие в нескольких регионах, мы
должны сделать вывод, что строительство впервые массово дебютировало в горной
стране, а затем, все еще в I железном веке, распространилось оттуда в долину
Беэр-Шевы, нагорье Негева, Филистию, северное побережье (Телль Абу Хувам IV;
Гамильтон 1935:P1. IV) и Трансиорданию (Зауэр 1986:10). Таким образом, жители
Тель-Масоса заимствовали этот архитектурный тип из горной страны на севере, так
же как они переняли египетско-ханаанские строительные стили из прибрежной
равнины на западе.
ВЛИЯНИЕ АРХИТЕКТУРЫ ХОЛМИСТОЙ МЕСТНОСТИ ЭПОХИ ЖЕЛЕЗНОГО века НА
СТРОИТЕЛЬСТВО ВО ВРЕМЕНА МОНАРХИИ
Архитектура I века в горной местности оказала решающее влияние на израильскую
архитектуру II века. Некоторые из элементов, известных из слоя II Беэр-Шевы (рис.
88) и других мест, которые до сих пор считались свидетельством развитого
городского планирования в период монархии (Aharoni 1978:190-192; Herzog 1978),
на самом деле уже появились столетиями ранее в сельских поселениях в горной
местности; там они претерпели медленное развитие.
88. Беэр-Шева — план слоя II.
259
ГЛАВА 6
V
A
D
IM
K
на которое явно влияли как социально-экономическое положение населения, так и
условия окружающей среды.
Прототип периферийного пояса домов с двумя-четырьмя комнатами, с их
широкими комнатами, служащими казематами, очевиден на таких участках, как Ай
(Шило 1978:45-46) и Телль-эн-Нашбех (а также Беэр-Шева, слой VII). Эффект
неглубоких вставок и выступов, включенных в стену каземата, уже был создан на
этих участках и в других местах смежными домами, которые попеременно
выступали наружу и отступали внутрь. Периферийная улица, которая давала доступ
к домам, примыкающим к стене, вероятно, возникла на пути, следующем по
контурной линии вокруг деревни на вершине холма.
Прототип складов с рядами столбов (особенно складов, примыкающих к
казематам на краю поселения) можно искать в колонных зданиях, которые мы
раскопали в Шило, по крайней мере, части которых использовались для хранения.
В этом отношении мы также находим объяснение Фрица несостоятельным. Он
считал, что склад также развился из дома с широкой комнатой и столбами, такого
как здание 167 в Тель-Масосе, следующим образом: вход был перемещен на
короткую сторону, и была добавлена параллельная длинная комната (Fritz 1977a:44).
Таким образом, к середине XI в. до н. Э., самое позднее, холмистые поселения уже
имели многие характеристики «царского» строительства, известные по важным
центрам Iron II. Это осознание вряд ли удивительно. Хотя такие поселения, как
Шило и Ай, были разрушены или заброшены до X в., на большинстве участков
заселение продолжалось на протяжении всего железного века; следует напомнить,
что около 80% поселений Iron I в Эфраиме все еще существовали в Iron II. В
течение этих столетий не было никаких архитектурных потрясений. Хорошо
развитое поселение в Телль-эн-Нашбех представляет собой прекрасный пример
этой преемственности: деревня была впервые основана в период Iron I, и
единственными последующими дополнениями в Iron II были большая крепостная
стена и несколько больших зданий, возведенных в важных местах внутри окружного
вала (глава 3). В Беэр-Шеве мы также можем проследить определенные идеи
городского планирования от слоя VII до слоя V и вниз до слоя II. То же самое
относится и к Телль-Бейт-Мирсим B и A.
Таким образом, во многих отношениях мы можем проследить развитие
израильской архитектуры с начала периода заселения горной местности до конца
железного века.
ВОПРОС О ФОРТИФИКАЦИЯХ
Долгое время считалось, что израильские поселения были либо совсем не
укреплены, либо, самое большее, окружены простой стеной (например, Callaway
1975:49; Kochavi 1982:5). Однако А. Мазар недавно высказал иное мнение
(1981a:16-17) в свете как его собственной работы в Гило, так и его переоценки
результатов раскопок в Гаваоне, Силоме, Бетеле, Бет-Цуре
260
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
и Избет Шарцах . Он пришел к выводу, что в центральной горной стране в XII и XI
веках ДО Н. Э. СУЩЕСТВОВАЛИ УКРЕПЛЕННЫЕ ПОСЕЛЕНИЯ, и что навыки
строительства оборонительных сооружений развивались в израильской культуре с
самого начала. Потребность в укреплениях возникла, по его мнению, из-за сложной
этнополитической ситуации в районе Иерусалима в то время — когда различные
группы израильтян селились рядом с иевусеями и хивитами — а также из-за
внешней угрозы, исходившей от растущей мощи филистимлян.
Прежде чем занять определенную позицию по этому важному вопросу,
рассмотрим доказательства с вышеупомянутых памятников:
Наиболее интересным местом в этом контексте является Гилох (Mazar 198la: 12-16,
рис. 2). Двойная оборонительная стена была обнаружена в северной части участка
(рис. 8). Внешняя стена имела ширину 1,9 м. Параллельно ей на расстоянии 2,5 м
проходила внутренняя стена шириной 1,85 м. Обе стены были прочно построены.
Пустота между ними была заполнена землей и мелкими камнями поверх
утрамбованного земляного пола. Не было обнаружено никаких перегородок,
соединяющих две параллельные стены. Дополнительные сегменты периферийной
стены были обнаружены на восточной и южной сторонах поселения во время
поверхностного обследования участка. Раскопки в Зоне F показали, что стена там
была 1,5 м, но никаких признаков параллельной стены обнаружено не было. Однако
были остатки здания, возведенного на 1,8 м внутри и параллельно оборонительной
стене. Мазар интерпретировал различия в конструкции крепостной стены как
свидетельство того, что она была построена сегментами, возможно, разными
семьями, проживавшими там. Он оценил общую площадь поселения внутри
«укреплений» примерно в 6 дунамов. В двойной стене Гило он увидел
происхождение казематных стен X века.
Подводя итог нашему обсуждению Гибеона в Главе 3, Притчард отнес «раннюю
стену», которая была шириной 1,6–1,8 м, к периоду I железного века (1964:34–39).
Однако в другом месте он отнес более массивную «позднюю стену» к этому
периоду, не упоминая вторую оборонительную стену (1962:101–104). На основании
одной только формы «поздняя стена» могла бы относиться к среднему бронзовому
веку или, возможно, к периоду II железного века (о последней возможности см.
Albright 1966b:33). Остатки периода I железного века были найдены внутри «ранней
стены», ближе к внутренней части участка. Но поскольку раскопанная площадь была
слишком мала, чтобы сделать какие-либо однозначные выводы, неизвестно, был ли
Гибеон на самом деле укреплен в период I железного века.
Наши возобновленные раскопки в Шило доказали, без тени сомнения, что это
место не было укреплено во время I железного века. Здания на западном склоне
были возведены за пределами хорошо сохранившейся стены укреплений Средней
бронзы (рис. 69-70); их западная стена, которая была внешней стеной места,
состояла из одного ряда полевых камней толщиной всего 60-75 см (глава 5). В
районе D мостовые I железного века проходили по оборонительным сооружениям
Средней бронзы (рис. 68).
Археологи Бетела датировали ремонтные работы I железного века, которые были
сделаны в крепостной стене Средней бронзы. Их причины включали обнаружение
нескольких силосных башен, прислоненных к ней (Kelso 1968:16-17). Очевидно,
что никаких новых оборонительных сооружений не было
ГЛАВА 6
V
A
D
IM
K
построена в период I железного века, и из того, как использовалась старая стена MB
II при резке силосных хранилищ, не обязательно следует, что она
функционировала как фортификационная стена.
На основе двух локусов, в которых был найден материал Iron I, археологи
Бет-Цура утверждали, что жители Iron I повторно использовали стену укреплений
Средней Бронзы. Они также отметили, что никаких остатков Iron I не было найдено
за пределами линии укреплений (Sellers et al. 1968:7). Однако два локуса не были
керамически чистыми (там же :20,25), а раскопанная площадь была слишком мала,
чтобы быть окончательной.
!zbet Şarţah не был укреплен. Все, что можно сказать о слое III, это то, что его
периметр был очерчен стеной, состоящей из одного ряда камней, толщиной всего
50-60 см (Finkelstein 1986:7-12). У слоя II (рис. 21) не было даже пограничной стены
(см. главу 3).
Наиболее интересным памятником позднего железного века I, где недавно была
обнаружена настоящая крепостная стена, является Хирбет-эд-Давара (рис. 86). Была
раскопана прочная оборонительная стена шириной 2-3 м, сложенная из крупных
полевых камней. Стены соседних четырехкомнатных домов были вмонтированы в
нее. Это однофазное поселение было основано в XI веке, по-видимому, во второй
половине, что определяет и дату крепостной стены.
На всех других раскопках в районах Израильского поселения не было
обнаружено никаких укреплений. Беэр-Шева, слой VII, Ай и Телл- эн- Нашбех
были разграничены объединенными внешними стенами смежных домов на краю
участка. Даже такая линия не обозначала границу других поселений, например,
Арада, Телль-Бейт-Мирсима, Хирбет-Радданы, Телль- эль-Фула, Хацора, Дан,
Телль-Харашима, Саса и Хорват - Авот.
Таким образом, Гилох в настоящее время является единственным ранним
поселением израильтян I железного века, которое могло быть окружено какой-то
оборонительной стеной. На некоторых участках старая крепостная стена Средней
Бронзы использовалась повторно, но не обязательно в целях обороны, в то время
как на других участках довольно тонкая стена просто обозначала границу
поселения. На многих участках периметр не был обозначен каким-либо образом.
У нас сложилось общее впечатление, что не было систематических попыток
укрепления в период раннего железного века I. Возможно, что ситуация с
безопасностью в большинстве районов израильского поселения не требовала
укреплений. Но случай с Izbet Şarţah Stratum II XI века — который не был укреплен,
несмотря на свое расположение напротив филистимского Афека — возможно,
предполагает, что жители некоторых небольших деревень считали себя настолько
бессильными перед лицом врага, что просто возводили свои внешние здания рядом
друг с другом, чтобы создать своего рода пограничную стену. Однако в некоторых
местах, таких как Гило, местные условия могли потребовать строительства
оборонительной стены; но это, по-видимому, исключение, подтверждающее
правило.
Первая настоящая массивная крепостная стена железного века, обнаруженная в
горной местности, — в Хирбет-эд-Давара — была построена только во второй
половине
262
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
XI век. Укрепление этого небольшого участка сплошной стеной толщиной до 3 м,
вероятно, было связано с мобилизацией израильтян для предстоящей борьбы с
филистимлянами за контроль над горной страной в целом и плато Вениамина в
частности (см. 1 Царств 13). Укрепления Хирбет-эд-Давара фактически
представляли собой композицию из сплошной стены с казематными помещениями,
построенными напротив нее. На этом раннем этапе, по-видимому, не проводилось
четкого различия между этими двумя методами укрепления.
Это приводит к вопросу о происхождении казематной крепостной стены. Было
широко признано, что этот тип циркумвалации впервые появился в Анатолии в 15
веке ДО Н. Э.; оттуда эта концепция, предположительно, была принесена в Сирию
хеттами, а затем в конечном итоге достигла нашего региона в 11 или 10 веке до н. Э.
(например, Albright 1971:121). Несколько ученых впоследствии заметили, что
казематные укрепления появились в Земле Израиля еще в конце среднего
бронзового периода (обобщено N. Lapp 1978:47).
Сторонники анатолийского происхождения не смогли объяснить длительный
временной промежуток между его возникновением там и его появлением в Израиле.
С другой стороны, также трудно рассматривать два сегмента «казематов»,
прилегающих к воротам Средней Бронзы в Хацоре и Сихеме (в то время, когда эта
техника не использовалась в городских стенах как таковых), как прототип
казематных укреплений, окружавших города и поселки железного века (что
потребовало бы еще большего временного лага).
Другие ученые искали происхождение казематной стены на местном уровне.
Шило (1978:44-46) и Кемпински (1978:35-36) утверждали, что этот тип укреплений
произошел от широких комнат четырехкомнатных домов, которые соединялись
вместе, создавая линию обороны на краю таких мест, как Ай. А. Мазар (198la: 17)
выдвинул возможность того, что казематные укрепления произошли от
периферийных пограничных стен, подобных тем, которые он раскопал в Гило.
Наш обзор доказательств предполагает несколько иную линию развития .
Широкие комнаты на участках, план которых состоял из широких комнат вокруг
центрального двора, например, Избет Шарцах, слой III, и эллиптические участки в
нагорье Негев — план, который, в свою очередь, был продолжением палаточных
лагерей, предшествовавших оседлости, — были источником концепции казематов.
Четырехкомнатные дома также развились из этих периферийных казематных
широких комнат — а не наоборот. Таким образом, архитектурный прогресс был бы
от участков двора, окруженных рядом широких комнат, к участкам с периферийным
поясом из прилегающих двух-четырехкомнатных домов и, наконец, к хорошо
развитым казематным крепостным стенам 10-го века ДО Н. Э. Укрепление Хирбет-эд-Давара могло быть промежуточным этапом между деревнями, такими как
Ай и Беэр-Шева, слой VII, и участками, окруженными настоящими казематными
стенами.
263
ГЛАВА 6
СИЛОСЫ
V
A
D
IM
K
Одной из самых выдающихся характеристик поселений израильтян является
распространение ям для хранения зерна (о силосах железного века в целом см.
Currid 1986). Они были найдены практически на каждом раскопанном участке, от
Беэр-Шевы на юге до Дана на севере. Как правило, они были вырыты в земле и
выложены камнями, но также сообщалось о высеченных в скале силосах. Таким
образом, хотя типичный силос был выложен камнями, в местах, где коренная порода
была мягкой, а земляное накопление недостаточным, альтернативой было
вырубание силосов в живой скале. Во многих местах количество выложенных
камнями силосов было особенно поразительным.
В Телль-эн-Нашбехе было обнаружено более 50 силосов, большинство из них в
пространстве между «ранней стеной» и крепостной стеной Iron II. Прекрасный
образец был найден во дворе здания 2, четырехкомнатного дома. Плотность
силосов была весьма примечательной местами: в квадратах AG 26 и AG 27 (рис. 12),
например, на площади 60 м 2 было пять полных силосов и части трех других
(McCown 1947a:62,210,218-219).
Десятки силосов были раскопаны в Телль-Бейт-Мирсиме. Большинство из них
относились к слою B, который охватывал период I железного века и X в. ДО Н. Э.
(Albright 1932:53,60-61; 1943:План слоя B). Четверть этих силосов была связана со
слоем Bl, который, как считалось, представлял собой занятие израильтянами до
того, как филистимляне захватили этот регион (глава 3). В юго-восточном секторе,
размером около 2 дунамов, было найдено 20 силосов слоя B. В
Телль-Бейт-Мирсиме, как и в Цбет-Шарцахе, мы сталкиваемся с явлением, когда
силосы разрезают другие силосы. Это указывает на то, что сеть силосов на данном
участке могла меняться. На самом деле, поскольку наши планы иллюстрируют
совокупность силосов на протяжении всей жизни слоя, вероятно, что они не все
использовались одновременно.
В Шилое силосы были обнаружены в северо-восточной и северной частях кургана
(глава 5). На площади около 150 м2 только в Зоне D мы обнаружили 14 выложенных
камнями силосов, два из которых были заполнены обугленной пшеницей.
Слой 8 области X в Афеке, датируемый 10 веком ДО Н. Э., был первым израильским
уровнем на этом месте. Хотя концентрация силосов в нем была менее плотной, чем
в других местах, сами силосы были больше (см. ниже). В одном из них была
обнаружена группа целых кувшинов (Kochavi 1981:84).
В Γ01 Зерор (слой 8, зона C) в слое поздней бронзы было вырыто множество ям с
зерном (Охата 1966:24).
Многочисленные ямы были найдены в слое XII в Хацоре. Полевые камни,
найденные внутри них, вероятно, представляют собой первоначальную футеровку
силоса, которая со временем обрушилась. Только в Зоне B было найдено 22 таких
ямы на площади всего 575 м2 ( Ядин 1972:129-130).
В Дане в Зоне B обнаружено 25 силосов слоя VI, некоторые из которых
облицованы камнем (Биран 1980:173).
264
89. r Избкт Шарца — бункеры Stratum II.
Большие высеченные в скале ямы, которые могли использоваться в качестве
силосных хранилищ, были обнаружены в Беэр-Шеве в слое IX, первом культурном
слое на этом месте (Herzog 1984:10-11,70-71), а также в Телль -эль-Фюле. (Н. Лапп
1978:56-62), причем их невозможно точно датировать (и нет уверенности, что все
они использовались для хранения зерна).
Место с наиболее впечатляющими примерами силосов I железного века,
несомненно, Цбет Шарцах (Финкельштейн 1986:18-20, 124-128). Несколько силосов
были вырыты в центральном дворе еще в слое III (XII в.), в то время как в слое II
(конец XI в.) было обнаружено 43 (!) силоса. Последние были тесно прижаты друг к
другу (иногда даже соприкасались друг с другом) в пространстве между
четырехкомнатным домом в центре участка и домами на периферии поселения (рис.
21, 89). Эти силосы были выложены мелкими и средними камнями. Они были
вымощены мелкой галькой, или же плоская поверхность коренной породы служила
полом. Их диаметры варьировались от 1 до 2 м, а их окружности были круглыми или
эллиптическими по форме. Некоторые из силосов прислонялись к стенам зданий,
что нарушало их криволинейные очертания. В нескольких местах между силосами
встречались остатки пола двора, состоявшего из твердой, толстой, утрамбованной
штукатурки светлого цвета.
265
ГЛАВА 6
V
A
D
IM
K
В чем смысл этого настоящего взрыва силосов в период израильского поселения?
В предшествующий поздний бронзовый период были найдены только отдельные
силосы в ограниченном количестве мест, особенно в Шефеле (например,
Телль-Бейт-Мирсим, Олбрайт 1932:51,61; Тель-Халиф, Сегер 1983:6; Бет-Шемеш,
Грант и Райт 1939:55). Это явление было столь же редким в последующий период
Iron II.
Объяснение довольно простое. Распространение силосов обычно характеризует
группы в процессе оседлости или общества, организованные в местные сельские
структуры. Это явление можно наблюдать сегодня в поселениях недавно оседлых
бедуинов на краю Иудейской пустыни и в Негеве, где первые возведенные
сооружения были для хранения зерна и соломы (Шимеони 1947:133; Амиран и
Бен-Арие 1963:168; Шмуэли 1973:33). Силос является первой проблемой, для
которой такие общества должны найти постоянное архитектурное решение.
С другой стороны, в городских обществах или при правительственной
организации небольшие силосы не встречаются, поскольку были найдены лучшие
решения для хранения. В царских центрах периода монархии, например, были
созданы большие центральные склады или силосы. Достаточно отметить, что
объем огромного выложенного камнем силоса (1414) в Мегиддо составлял около
450 м 3 (Ламон и Шиптон 1939:66), что означало, что он мог вместить в три раза
больше зерна, чем все силосы Избет Шарца вместе взятые. Другими словами,
распространение силосов в значительной степени является еще одним ключом к
социально-экономическому положению жителей этих мест.
На современном уровне наших знаний трудно сделать обобщения о взаимосвязи
между силосами и зданиями на участках израильских поселений или о размещении
силосов на общем плане участка. Во многих местах силосы были обнаружены в
архитектурно бедных слоях, что привело их археологов к выводу, что жители жили в
хижинах или палатках (например, Ohata 1966:30; Yadin 1972:129; Biran 1980:173).
Тем не менее, эти силосы также были найдены в хорошо развитых деревнях, таких
как Телль-эн-Насбех и Избет -Шарцах, слой II. Возможно, что на некоторых
участках были раскопаны только сектора, отведенные под хранение, и это могло бы
объяснить кажущееся отсутствие домов.
Расположение силосов в поселении могло меняться в зависимости от местных
условий. Например, в слое II в Избет Шарцахе причиной того, что силосы были
вырыты в районе между центральным зданием и периферийными домами, могла
быть неуверенность, ощущаемая в поселении, расположенном вблизи
филистимской прибрежной равнины. С другой стороны, накопление земли по
направлению к вершине холма могло просто облегчить выкапывание силосов там,
чем в голой скале сразу за домами.
Большинство силосных ям, найденных в Телль-эн-Нашбе, находились за
пределами ранней деревни (т.е. до того, как была построена большая крепостная
стена), по-видимому, потому, что дома были построены очень близко друг к другу.
Аналогично в Шило, силосные ямы, похоже, были вырыты за пределами основного
комплекса зданий. В Шило,
266
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
силосы были сосредоточены на восточной стороне участка, тогда как в
Телль-эн-Нашбех они были обнаружены на восточной и южной сторонах. Жители
железного века I, возможно, предпочитали размещать свои силосы на этих
сторонах, потому что они были теплее и менее влажными, а следовательно, более
подходящими для хранения зерна.
В других местах силосы также могли быть сосредоточены в одном месте, как
предполагалось выше для Хацора и Дана; в Телль-Бейт-Мирсиме силосы были
найдены между домами. Нет никаких оснований подозревать, что наличие этих
подземных зернохранилищ мешало бы функционированию открытых пространств
между зданиями (например, Телль-Бейт-Мирсим и Цбет-Шарцах), поскольку
верхние части силосов были запечатаны и оштукатурены. Даже если потолки
силосов были слегка куполообразными, это не мешало бы движению людей или
даже животных в этом районе (Hyde et. al. 1973:18).
Только в Дане и Афеке были обнаружены группы керамических сосудов внутри
ям для хранения. Большое количество сосудов, некоторые из которых были
пифосами, найденных в большой яме для зерна в районе Y в Дане (рис. 31),
предполагает, что эта керамика по какой-то причине была брошена туда, когда яма
больше не использовалась. Отсутствие керамических сосудов в ямах для хранения в
других местах указывает на то, что зерно обычно хранилось либо насыпью, либо в
мешках, чтобы в полной мере использовать вместимость силоса. При условии, что
зернохранилище было плотно закрыто, образовывался бы диоксид углерода (CO2),
который отпугивал бы вредных вредителей . 21
Размеры силосов также варьировались в зависимости от местных условий.
Сравнение между Избет Шарцах и Афеком иллюстрирует этот момент. В Избет
Шарцахе, где земляное накопление было невелико, было вырыто много неглубоких
ям, в то время как в соседнем Афеке, с его толстым накоплением, силосы были
больше, глубже и располагались дальше друг от друга. Но общая вместимость
хранилища на дунам была одинаковой на обоих участках:
Средний объем на
дунам
Средний объем на силос
# силосов на дунам
Цбет Шарцах
1,28 м 3
28
36 м 3
Афек (Зона X, ул. 8)
3,40 м 3
10
34 м 3
Средняя вместимость силоса в слое B в Телль-Бейт-Мирсиме составляла 5,1 м 3 .
Поскольку на дунам приходилось около 10 силосов, средний объем на дунам
составлял 51 м 3 , что примерно на 45% больше, чем на двух участках в районе
Яркона.
21 Несмотря на эти меры предосторожности, в начале текущего столетия вредители уничтожили до
20–25 % зерна, хранившегося в арабских деревнях (Илан 1974:26).
267
ГЛАВА 6
D
IM
K
На таком месте, как Избет Шарцах, где была раскопана большая часть поселения
и план ясен, силосы могут позволить нам реконструировать различные аспекты
местной и региональной аграрной экономики. Площадь поверхности полосы
силосов между центральным зданием и периферийными домами в слое II
составляла примерно 1100 м 2 . Мы раскопали около 425 м 2 — 38% — этой
площади и обнаружили 43 силоса. Экстраполируя эти результаты, мы приходим к
оценке 110 силосов на месте. Там, где сохранился пол двора, средний объем силосов
составлял 1,4 м 3 ; умноженный на 110 силосов, общая вместимость хранилища
составила бы около 150 м 3 .
Розен (1986) использовал эту цифру для оценки количества зерна, хранящегося
на участке, площади обрабатываемых земель и численности населения. Взяв данные
об урожайности на дунам в Земле Израиля в начале текущего столетия и
предположив, что относительное соотношение пшеницы и ячменя — 2/3 к 1/3 —
не сильно отличалось бы в древности, Розен пришел к выводу, что в среднем за год
на складе хранилось бы 54 тонны пшеницы и 21 тонна ячменя, урожай 1100
засеянных дунамов. Если бы зерновые выращивались на данном участке только раз
в два года, то в деревне было бы 2200 дунамов земли, доступных для полевых
культур. Вычитая количество зерна, уничтоженного вредителями и оставленного на
семена (около 30% урожая), и принимая во внимание общепринятый коэффициент
потребления в 200 кг на человека в год, Розен пришел к выводу, что в
Избет-Шартахе, стратум II, проживало около 190 жителей .
Используя три других метода расчета численности популяции, можно получить
более низкие оценки:
V
A
1. Размер участка в слое II составлял около 4 дунамов. Используя общепринятый
коэффициент плотности 25 человек на дунам (Broshi and Gophna 1984:148; Brawer
1984:8-15), население составляло около 100 жителей деревни. (Плотность 25 человек
на дунам может быть даже немного высокой для открытых аграрных поселений,
таких как Избет Шарцах.)
2. Согласно Нароллу (1962), каждому человеку требуется около 10 м 2
построенной и крытой жилой площади. В слое II в Цбет Шарцахе была застроена
площадь в 1550 м 2 , и из них около 1150 м 2 были крыты. Разделив на его константу,
можно получить, что в деревне было бы около 115 жителей.
3. В страте II, по нашим оценкам, было около 20 обычных домов по периметру
деревни и один большой дом в центре. Если в каждом доме в среднем проживало
4,2 человека22, то население поселения насчитывало бы 90-95 жителей.
22 В 1920-х годах в каждом домохозяйстве 111 арабских деревень в горной местности в среднем
проживало 4,4 человека (рассчитано по данным Миллса 1933 года). В 1871 году средний
показатель был даже
268
РАННЯЯ ИЗРАИЛЬСКАЯ АРХИТЕКТУРА
Эти три метода расчета приводят нас к выводу, что жители Цбет-Шарцаха,
стратума II — около 100 человек, а не 190 — пользовались большим излишком
зерна. Это хорошо согласуется с аграрным характером и географией региона.
Данные периода Мандата показывают, что арабские деревни в окрестностях, также
расположенные на границе между предгорьями и прибрежной равниной, в
основном занимались выращиванием полевых культур, отводя 95% своих
обрабатываемых земель под зерновые (см. таблицу в главе 4). Рассчитав объем зерна,
произведенного в пяти деревнях, ближайших к Цбет-Шарцаху (согласно статистике
деревень, 1945 г.), мы обнаруживаем, что в среднем у них было в два раза больше зерна
на человека, чем они могли потребить — аналогично соседнему древнему
поселению. Жители Цбет-Шарцаха, вероятно, продавали излишки зерна
небольшим деревням, основанным к тому времени на склонах холмов, где рельеф не
благоприятствовал выращиванию полевых культур (глава 4), получая в обмен
оливковое масло и вино.
Данные из Избет Шарца можно сравнить с данными из другого места, которое
было почти полностью открыто: Телль-эн-Нашбех (McCown 1947a:Plan). Хотя мы
не можем определить, когда в течение железного века были вырублены там
силосные башни, даже если мы предположим, ради аргумента, что все они
использовались в железном веке I, результаты поучительны.
-эн- Нашбехе было обнаружено чуть более 50 выложенных камнем силосов .
Если предположить (на основе опубликованного плана), что изначально там было
70-75 силосов, каждый со средним объемом 1,9 м 3 , то общая вместимость
хранилища была аналогична площади Избет -Шарцах, слой II. Площадь ранней
деревни в Телль-эн-Насбех (внутри «ранней стены») составляла примерно 22
дунама; при примерно 25 человек на дунам там было около 500 жителей. Даже если
мы недооценили вместимость хранилища, количество зерна на человека на этом
участке все равно было значительно меньше, чем в Цбет-Шарцахе. Поэтому
сомнительно, что пшеница, произведенная в окрестностях участка, удовлетворяла
потребности его жителей. Поэтому жители Мицпы, должно быть, серьезно
занимались садоводством. Они могли бы восполнить недостаточный урожай
пшеницы, например, обменивая оливковое масло и, возможно, вино на зерновые с
деревнями, расположенными на окраине пустыни (социально-политические
последствия такого обмена см. в книге Финкельштейна, готовящейся к печати c).
j ower — 3,6 человека на семью (подсчитано по данным Сочина 1879 г.). Из этого следует, что
цифра, использованная Шило (1980:277) — 8 человек на домохозяйство — сильно завышена.
269
ГЛАВА 7
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ КРАЙЕ
ОБЗОР
V
A
D
IM
K
В период I железного века наблюдались разительные различия между
керамическими комплексами прибрежной равнины, Шефелы и северных долин с
одной стороны, и холмистых внутренних регионов с другой (A. Mazar 1977:345).
Низменности можно разделить на два «керамических блока»: южную прибрежную
равнину и Шефелу, где были сильны филистимляне и их отличительная керамика;
и те районы, где значительное присутствие хананеев означало продолжение
позднебронзовых керамических традиций. Керамика горной страны, где
поселились израильтяне, была несколько отличительной уже в более ранние
периоды; теперь, однако, она резко отличалась от керамики низинных регионов.
Причины этих региональных керамических различий были экологическими,
социальными, экономическими и культурными.
Во время раскопок в Телль- эль-Фюле в 1920-х годах Олбрайт впервые выявил
керамические особенности новой материальной культуры, которая появилась в
центральной горной стране Земли Израиля в железном веке I. Главной из них была
кувшин для хранения с воротником, который многие стали считать главным
критерием места израильского поселения. Шесть десятилетий спустя многие
аспекты керамики израильского поселения в целом и кувшинов для хранения с
воротником в частности все еще требуют прояснения.
То, как были опубликованы результаты старых раскопок в Бет-Цуре, Бетеле,
Телль- эль-Фуле, Шило и Ай, исключает любое количественное исследование
появления типов керамики — и без такого анализа наше понимание не может быть
расширено. Другие раскопки либо остаются неопубликованными (например,
Хирбет Раддана и новая работа в Ай), либо находки были очень скудными
(например, «Бычий участок» в Самарии). В настоящее время единственными
участками, предлагающими полную керамическую перспективу, являются Гилох, Х.
эд-Давара, гора Эбал и Избет Шарцах (A. Mazar 1981a:18-31; Zertal 1986b:251-265;
Finkelstein 1986:38-93). Хотя их находки проливают свет на некоторые аспекты
ранней израильской керамики, прежде чем приступить к комплексной работе, нам
необходимо дождаться систематической публикации как результатов раскопок на
других участках центральной горной страны и Галилеи, так и интенсивных
исследований, которые в настоящее время ведутся по всей стране.
Поскольку мы, таким образом, не можем обсуждать керамику израильского
поселения,
270
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ КРАЙЕ
В конечном счете, мы ограничимся исследованием нескольких аспектов, которые
были освещены недавними раскопками. При оценке керамики I века железа в
горной местности — или любого другого периода и места, если на то пошло —
необходимо учитывать пять переменных: преобладающие условия окружающей
среды, социально- экономическое положение населения, отношения с соседними
регионами, влияние предшествующего периода и предшествующий
социально-экономический и экологический фон обсуждаемых групп.
Давно стало очевидно, что репертуар сосудов в местах поселений израильтян в
холмистых регионах был крайне ограничен (см. недавнее обсуждение Kempinski
1985). Как в Верхней Галилее, так и в центральной холмистой местности
подавляющее большинство сосудов в керамических комплексах I железного века
были пифосами и кухонными горшками (например, A. Mazar 198la:31 ; Sinclair
1960:Pls. 20-21).
Регионализм был яркой чертой керамики I железного века. Комплексы из
поселений израильтян в разных секторах страны выдают их местный характер,
который заметен в формах сосудов, а иногда и в разнообразии репертуара.
Например, пифосы Верхней Галилеи отличались по форме от пифосов
центральной холмистой местности, и эти различия возникли из-за влияния местных
керамических традиций в каждом регионе. Пифосы в Верхней Галилее были двух
подтипов (глава 3): «галилейские», которые напоминали пифосы поздней бронзы
Хацора (рис. 30); и «тирские», которые, по-видимому, находились под влиянием
финикийского побережья (рис. 31). С другой стороны, в центральной холмистой
местности пифосы — не что иное, как знаменитые кувшины для хранения с
воротником-ободком — напоминали те, которые использовались там в период
средней бронзы (см. ниже).
Различия между горшками для готовки в первую очередь очевидны в их ободках.
Например, в долине Беэр-Шевы к концу XI века до Н. Э. БЫЛ ПОПУЛЯРЕН ГОРШОК
ДЛЯ ГОТОВКИ С ПРОСТЫМ ОБОДОМ, ЕДВА ВЫПУКЛЫМ СНАРУЖИ И СЛЕГКА
ВОГНУТЫМ ВНУТРИ (РИС. 7:5), в то время как в Верхней Галилее современный
ободок горшка для готовки был наклонным, удлиненным и иногда слегка вогнутым
снаружи; он заканчивался длинным язычком (рис. 30, 32). Оба эти типа были
практически неизвестны в Ефреме, где типичный ободок горшка для готовки был
вертикальным и разнообразным по профилю (глава 4). Хотя он был наиболее
распространен в XII веке, он все еще встречался в значительных количествах в
середине XI века, например, в Силоме накануне разрушения. Как мы отметили при
обсуждении керамики из памятников Ефрема (глава 4), незначительные локальные
различия в форме сосудов можно обнаружить даже в пределах относительно
ограниченной географической области.
Еще одной поразительной особенностью керамики из поселений израильтян,
особенно в центральной горной стране, является огромное разнообразие профилей
ободков в пределах каждого типа. Два одинаковых обода пифоса или два
одинаковых обода горшка для готовки практически никогда не встречаются, даже в
таком богатом собрании, как то, что было обнаружено во время недавних раскопок в
Силоме.
Были выявлены выраженные различия в степени разнообразия в пределах
керамического
ГЛАВА 7
репертуар из одного региона в другой. Это наблюдение может иметь
хронологические последствия. В любом случае, оно проливает свет на связи между
жителями различных географических регионов и их окрестностями. В сообществах
из внутренних холмистых районов страны присутствовало меньше типов, чем в
местах вблизи прибрежной равнины и долин; однако в пределах каждого региона
репертуар на более ранних участках был более ограниченным, чем на более
поздних. Следующая таблица, демонстрирующая эти факторы (данные отражают
проценты от всего сообщества), также будет цитироваться в последующих
обсуждениях.
*Izbet Şarţah**
II
I
Giloh
Site
Stratum
III
Cooking pot with
vertical rim
Other cooking pots
11.8
Bowls and kraters
Finkelstein 1986
1.9
Zertal 1986b
unpublished
0.7
0.5
1.8
1.2
0.6
3.1
2.6
5.0
4.0
3.1
4.4
8.2
10.2
17.3
27.9
15.7
18.6
20.0
25.3
9.9
11.8*
33.7
8.0
4.8
19.0
2.6
14.6
2.3
19.3
28.5
17.3
30.0
17.0
6.8
16.6
13.0
11.1
11.6
11.6
6.0
-
33.1
36.3
32.0
16.2
15.2
2.9
9.1
16.6
-
-
3.2
7.3
9.4
V
Jugs
late 12th late 11thcent.(?) 10th cent.
A
14.8
late
13thearly
12th
cent.
Kh. edDawara**
D
Mazar
1981a
Cooking pot with
everted rim
early 10
th
cent.
IM
Source
late 11th
cent.
K
early 12 th 12 th
cent.
cent.
Date
Mt. Ebal***
II
I
-
18.7
Collared-rim store jars
Other store jars
Other vessels
Slipped/burnished
material
Handles with incisions
and holes
one published
-
two handles
-
5.7
37.3
1.7
-
* С кувшинчиками.
** Базы также были включены в расчет.
Тот факт, что гора Эбал была культовым местом, также повлиял на характер комплекса.
Гилох — отдаленное и изолированное поселение начала XII века на скалистой
местности — наглядно иллюстрирует этот момент. Кастрюли и кувшины для
хранения с воротником
272
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ
КРАЙЕ
90. Цбет Шарцах — керамика слоя II.
составляли 60% керамического комплекса. В середине XI века в Шилое, а также,
возможно, в Бетеле и Телл-эн - Нашбехе, наблюдалось большее разнообразие. В
резком контрасте с Гилохом, репертуар в Избет -Шартахе, недалеко от прибрежной
равнины, был гораздо более разнообразным. В слое III горшки для приготовления
пищи и пифосы составляли всего 19% комплекса. На этом месте комплекс также
стал богаче со временем (рис. 90). Х. эд-Давара представляет собой керамический
комплекс из сердца горной страны, датируемый несколько более поздним железным
веком. Особый интерес представляет
273
ГЛАВА 7
V
A
D
IM
K
ограниченное количество отшлифованных/полированных черепков в этом
регионе даже в X веке ДО Н.Э.
Причины, лежащие в основе особого характера керамики поселений, следует
искать в социальном происхождении израильских поселенцев. В начале процесса
оседлости они представляли собой небольшие и изолированные группы, которые
селились в относительно негостеприимных регионах, которые было трудно
пересечь, и были вовлечены в постоянную борьбу с природными стихиями.
Скудные ресурсы этих групп, отсутствие у них социальной организации за
пределами кланового уровня, отсутствие устоявшейся керамической традиции, их
изоляция от процветающих регионов страны, наличие очагов хананеев среди
блоков израильских поселенцев и относительная изоляция от других мест даже в
пределах регионов израильских поселений — все эти факторы привели к тому, что
жители использовали только самые основные и необходимые типы керамики:
пифосы и горшки для приготовления пищи; с другой стороны, строго локальный
характер керамического производства привел к большому разнообразию подтипов
внутри каждой категории,
Чем больше времени проходило и чем больше закреплялось явление поселения,
чем ближе место находилось к прибрежной равнине или северным долинам, тем
лучше была экономическая ситуация и чем шире развивались социальные рамки —
тем больше было разнообразия форм в керамическом репертуаре. Из этого следует,
что керамическая промышленность периода II железа в горной стране во многих
отношениях была диаметральной противоположностью своему предшественнику I
железа. Количество различных типов было больше, но внутри каждого типа сосуды
были на удивление однородными, с небольшим количеством подтипов и
вариантов. Организация в государство означала конец региональной изоляции.
Торговля и другие связи между различными регионами усилились, и
централизованные мастерские, по-видимому, поставляли по крайней мере часть
используемых сосудов.
В последние годы несколько ученых описали керамику периода израильских
поселений как прямых потомков керамики позднего бронзового века (Miller
1977a:255,262;
Franken
1975a:337;
Kempinski
1985:403).
Сторонники
«социологической школы» мысли ухватились за такие заявления, чтобы поддержать
свою точку зрения о том, что израильтяне I железного века произошли
непосредственно из ханаанских центров предыдущего периода (например, de Geus
1976:167; Ahlström 1984a:49). Хотя это, несомненно, разумное описание
керамической ситуации в регионах, где оккупация была непрерывной от одного
периода к другому — как в северных долинах и частях прибрежной равнины — оно
не применимо к керамике горной страны.
Хотя можно указать на определенную степень преемственности в нескольких
типах, керамическая совокупность мест поселений израильтян, взятая в целом, резко
контрастирует с репертуаром ханаанских центров: несколько грубых типов сосудов
с многочисленными вариантами против множества хорошо сформированных форм,
каждая из которых была довольно единообразной на большей части страны.
Неудивительно также найти точки сходства с ханаанской керамикой, для групп
274
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ КРАЙЕ
не имея устоявшейся керамической культуры, при переходе к оседлому образу
жизни, вероятно, будут впитывать традиции из хорошо развитых культур в их
окрестностях, особенно если они имели контакты с оседлыми людьми до их
перехода к оседлому образу жизни. В любом случае, различия в керамике не следует
объяснять как чисто этнические по своей природе, а вместо этого их следует
рассматривать в более широком социально-экономическом и культурном контексте
(подробнее об этом в Главе 11).
БАНКИ ДЛЯ ХРАНЕНИЯ С ГОРЛЫШКОМ
Под «кувшином для хранения с воротником» мы имеем в виду строго тип,
найденный в центральной горной местности (рис. 91), а не кувшины из Верхней
Галилеи, хотя многие из них
91. Кувшины с воротником в Шило (зона C).
275
ГЛАВА 7
ошибочно обсуждали оба типа на одном дыхании (Sinclair 1960:18; Rast 1978:9;
Ibrahim 1978:122; Callaway 1969a:9; Gal 1982b:58). Термин «кувшин с воротником»
был придуман Олбрайтом в 1920-х годах, когда он проводил раскопки в Телльэль-Фуле, и именно он понял, что он был характерен для материальной культуры
центральной холмистой местности в I железном веке (Albright 1937:25; 1940a:548;
1971:118). В последние годы кувшин с воротником снова оказался в центре
внимания, и дискуссии сосредоточились на его происхождении, дате его появления,
его разделении на подтипы и, особенно, на этнической принадлежности его
создателей. Учитывая количество новых обнаруженных доказательств, сейчас
необходимо дать новое резюме по этой теме, хотя однозначных ответов на эти
вопросы мы пока не имеем.
Деление на подтипы
V
A
D
IM
K
Это было главной заботой ученых в прошлом. В свете Телль эль -Фюл раскопок
Синклер утверждал, что тип, переходный между кувшином с воротником и
кувшинами более позднего железного века, был широко распространен в крепостях
I и II. По его мнению, этот переходный тип на короткое время перекрывался с
кувшинами с воротником в середине XI века ДО Н. Э. (Sinclair 1960:16-18). Но
изучение опубликованных пластин, на которые он ссылался, показывает, что все эти
сосуды являются просто классическими кувшинами с воротником и небольшими
вариациями в форме венчика.
Археологи Бетела различили два типа кувшинов Iron I: один с отогнутым краем и
высоким воротником, а другой, более поздний, с тяжелым отогнутым краем,
загнутым на нижнем конце. По их мнению, первый использовался в первых трех
строительных фазах Iron I, тогда как последний появился в то же время, но
продолжал существовать и в Iron II (Kelso 1968:63).
В 711 году Каллауэй (1969a:8-9) выделил две фазы I железного века (глава 3),
каждая из которых имела свой собственный подтип сосуда для хранения с
воротником-ободком (рис. 92). У первого сосуда было короткое горлышко,
относительно узкий ободок и длинный воротник, доходящий до плеча. Хотя этот
тип продолжал присутствовать во второй фазе, типичный сосуд для хранения
теперь имел складчатый ободок, который ранее был неизвестен.
Раст (1978:9) описал два похожих подтипа в Таанахе, но его хронологический
порядок был обратным порядку Каллауэя: более ранний тип (который, как он
считал, все еще находился под влиянием позднебронзовых кувшинов) имел
толстый ободок и длинное горлышко с гребнем на нижнем конце, в то время как
более поздний тип имел короткое горлышко, более тонкий ободок и гребень ближе
к краю. Он датировал первый XII веком, тогда как последний продолжался, по его
мнению, до конца I железного века.
Раскопки в Гилохе, Избет -Шарцахе, горе Эбал и Шилое показали, что нет
оснований для четкого хронологического порядка появления подтипов кувшинов с
воротником-венцом (A. Mazar 1981a:28-29; Finkelstein 1986:77-84; Zertal 1986b:254).
Например, в Шилое в слое разрушения кувшинов середины XI века с узкими и
толстыми венцами, высокими
276
КЕРАМИЧЕСКОЕ ИРО -НИ-ДЕЛО В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ
РАЙОНЕ
92. Типы кувшинов с воротником в Ай по Каллауэю (1969a: 8. Масштаб 1:3).
и короткие шейки и т. д. были найдены вместе (рис. 73). Хотя статистический анализ
может когда-нибудь указать на количественную изменчивость подтипов в течение I
железного века, «долговечность» этих огромных пифосов может затруднить любой
такой анализ.
В любом случае, в Избет Шарцах мы попытались количественно проанализировать
различные формы обода в трех слоях. Поскольку обод обычно сохранялся с
отломанным гребнем, если только не удалось восстановить весь профиль,
относительное размещение гребня не могло быть определено (это также
справедливо для второго подтипа Каллавея в Ай). Поэтому мы выбрали толщину
обода в качестве переменной для тестирования. Количество образцов было
небольшим, поэтому возможно, что результаты случайны, хотя я считаю, что они
значимы. В слое III толстый
277
ГЛАВА 7
Складчатый ободок преобладал над более тонким, менее профилированным краем:
62,5% против 37,5%, тогда как в слое I наиболее распространенным был более
тонкий ободок: 80%.
Украшение
На сегодняшний день орнаментация обнаружена только на ручках и венчиках
кувшинов для хранения с воротником. 23 Украшения на ручках состояли из
отверстий (рис. 53:9), различающихся по количеству и расположению; возможно,
эти вариации имели какое-то административное значение. На венчиках обнаружено
два типа украшений:
V
A
D
IM
K
1. Отпечатки тростника — Обычно они появлялись в равномерно
распределенном ряду, хотя размер отметок тростника и расстояние между ними
варьировались от кувшина к кувшину. Поскольку полный ободок этого типа еще не
был обнаружен, мы не знаем, продолжалось ли украшение по всей окружности.
Осколки ободов с одним, двумя или тремя отпечатками были найдены в
исследовании Манассии, на горе Гевал (Zertal 1986b Figs. 14:7, 26:7), Силоме (рис.
93) и на пяти обследованных участках на территории Ефрема (глава 4, таблица 4,
столбец 7 с ***). Еще один экземпляр был найден в Телль -эль-Фюле (Sinclair
1960:P1.20:2), где также был обнаружен воротниковый ободок с рядом проколов
(Albright 1924:P1.28:24; см. Zertal 1986b Figs. 21:24, 22:11 для похожих ободов).
93. Шилоские венчики кувшинов с воротником, украшенные оттисками тростника.
23 За исключением приоткрытого из Таанаха (Раст 1978:Рис.35:l), тело которого имеет насечки,
подобные таковым на северных пифах (например, Yadin et al. 1961:Pls.CLXVII-CLXVIII).
278
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ КРАЙЕ
94. Сахаб — венчики кувшинов с воротником, украшенные оттисками печатей (Ибрагим
1978: 120).
Достаточно интересно, что эти отпечатки тростника также были найдены на
ободках пифосов из Галилеи. Ободок с тремя отметками, расположенными в
треугольнике, был
279
ГЛАВА 7
K
95. Шило — ободок кувшина с воротником, украшенный оттисками.
V
Хронология
A
D
IM
найден в Хирбет Шуфнин в Верхней Галилее (Aharoni 1957:P1.V:3), а черепок с
отпечатком одного тростника был найден в Хорвате в Авоте. 24
2. Оттиски печатей — Этот тип украшения обода был найден только в двух
местах. В Сахабе в Трансиордании (рис. 94) Ибрагим нашел кувшины для хранения
с воротником-ободком, на ободках которых были отпечатаны печати с
изображениями животных (и человеческой фигуры). На одном ободе были три
одинаковых оттиска розеток, в то время как на другом была одна розетка (Ибрагим
1978:117,120-121; 1983:48-50). В Шило мы недавно нашли почти полный обод с
тремя оттисками розеток или звезд (рис. 95).
Олбрайт считал, что сосуды для хранения с воротником-ободком использовались
между 1175 Г. ДО Н. Э. и 1050-1020 ГГ. ДО Н. Э . (1940a:548; 1971:118; см. также Sinclair
1960:26). Сегодня, однако, ясно, что этот промежуток должен быть расширен в
обоих направлениях. Самый ранний пример, известный в настоящее время, был
найден в уровне разрушения резиденции египетско-ханаанского наместника Афека
(Бек и Кохави 1985:34, 40), здания, которое было разрушено во второй половине
или в конце 13-го века ДО Н. Э. (там же, Кохави 1981:78-79; о хронологических
последствиях этой находки см. Главу 9). Осколки сосудов для хранения с
воротником-ободком были обнаружены в переходных слоях LB-Iron I в Мегиддо
VIIB (Loud 1948:Pls.64:8,83:4; см. Yadin 1979:64) и Телль-Кейсане, где они появились
24 Я благодарю Э. Брауна, исследователя этого места, за разрешение упомянуть об этой находке.
280
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ КРАЙЕ
вместе с микенской керамикой IIICla (Balenci 1981:399). 25 Однако оба слоя,
по-видимому, следует датировать началом XII века. 26
Кувшины для хранения с воротником-ободком явно достигли своего расцвета в
XII и XI веках ДО Н. Э., но их все еще извлекали из слоев первой половины X века:
Таанах IIB, Мегиддо VB, Телль-Касиле X-IX и c Избет-Шарцах I (Раст 1978:P1.35:1;
А. Мазар 1977:297 (Касиле), 298 (Мегиддо); Финкельштейн 1986:76-77). Поскольку
эти огромные кувшины ставили вертикально и оставляли неподвижными, они,
вероятно, оставались в употреблении в течение длительного времени. Таким
образом, их можно было бы найти в слоях X века, даже если их производство
прекратилось к концу XI века. Количественные свидетельства из c Избет-Шарцах
здесь также поучительны. Доля сосудов с воротниковым венчиком среди всех типов
сосудов снизилась с 27% в слое III до 17% в слое I. В процентном отношении к
общему количеству керамики количество сосудов с воротниковым венчиком в этот
период снизилось с 4,8% до 2,3% (Финкельштейн 1986:76).
Распределение
Этот важный вопрос имеет последствия для вопросов источника, использования и
этнической принадлежности. На сегодняшний день было изучено только
географическое распределение кувшинов для хранения с воротником (Ибрагим
1978:121-122; А. Мазар 1981a:23-29), но количественный аспект не менее важен.
Географическое распространение — Кувшины для хранения с воротником-ободком
были найдены от пустынной окраины Трансиордании на запад до Средиземного
моря, на юг до Хевронских гор и на север до Нижней Галилеи.
В Трансиордании они в настоящее время известны от Хирбет Абу-Банна на юге
(Weippert 1982: Рис. 8: 9) до реки Ярмук на севере. Что касается Израиля, то ни один
сосуд для хранения с воротником-венцом не был опубликован ни из одного из
четырех поселений Iron I в долине Беэр-Шевы, поэтому самым южным местом, где
были найдены такие венцы, является Хирбет Рабуд около Дхахарие (Kochavi 1974:
Рис. 5: 12).
Они использовались на севере, в долине Изреель — в Мегиддо, Тель-Кири,
Афуле, Бет-Шеане — и около Акко в Тель-Кейсане (Loud 1948:P1.83:4; Ben-Tor
1979:109; Μ. Dothan 1955:Fig.l 1:25; Fitzgerald 193O:P1.XLIV:18; Briend и Humbert
1980:P1.68:l), а также в местах на юге Нижней Галилеи (Gal 1982b:58,84). Но они
были неизвестны ни в северной части Нижней Галилеи, ни в Верхней Галилее — за
исключением Тель-Дана, где был найден тип, близкий к кувшину для хранения с
воротником-ободком центральной холмистой местности (Biran 1980:174;
1985:187,P1.24:c).
25 Чтобы датировать захоронения младенцев в сосудах с воротником-стойкой в Тель-Зероре (Бек и
Кохави 1985:34; Кохави 1978:1224), мы должны дождаться публикации находок,
обнаруженных в них.
26 Следует напомнить, что фрагмент статуи Рамсеса VI был обнаружен под стеной слоя Vllb (Loud
1948:135,nl).
281
ГЛАВА 7
Кувшины для хранения с воротником-венцом достигли побережья в районе реки
Яркон и к северу от нее (A. Mazar 1977:297; Stern 1978:68, Рис.19:4). В Шефеле,
однако, они не пересекали воображаемую линию, идущую от Бет-Шемеша до
Телль-Бейт-Мирсима; ни один из них не был найден в Гезере или Тель-Бацаше (A.
Mazar 1981a:28).
V
Функция
A
D
IM
K
Количественное распределение — На ранних памятниках I железного века в
центральной холмистой местности кувшины с воротником-венцом составляют до
трети керамического комплекса (A. Mazar 1981a:31; Zertal 1986b:254), но по мере
приближения к краям холмов и соседним регионам их количество уменьшается.
Таким образом, этот тип составлял всего 2,3–4,8% комплекса в Избет -Шарцах, в
зависимости от слоя, или 3,2% всей керамики, раскопанной на этом участке
(Finkelstein 1986:76). Лишь несколько таких кувшинов были найдены в
Телль-Бейт-Мирсиме и Бет-Шемеше в Шефеле (Albright 1971:18; Grant and Wright
1939:129). За все годы раскопок в Телль-Касиле было обнаружено в общей
сложности пять черепков и один целый кувшин этого типа, что привело археолога к
обоснованному выводу, что они были чужды этому месту (A. Mazar 1977:296-297).
Относительное количество кувшинов для хранения с воротником в Изреельской
долине и вокруг нее пока не определено, но их количество не кажется большим. Их
количество в пределах данной группы также уменьшается на поздних участках
холмистой местности I железного века, например, в Х.эд-Давара (см. таблицу).
Подводя итог, можно сказать, что только в северной Трансиордании и в
центральной горной стране Земли Израиля кувшины с воротником-ободком
широко использовались. Географическое распространение, таким образом, должно
быть связано либо с функцией этих кувшинов, либо с идентичностью людей,
которые их производили и широко использовали.
Как мы отметили при обобщении распределения различных типов сосудов,
собранных во время обследования Эфраима (глава 4), кувшины с
воротником-венцом составляли относительно небольшую долю керамики на
окраине пустыни (40%), тогда как на южных склонах эти кувшины встречались
очень часто (68%). Другими словами, они были более популярны в районах, где
было развито садоводство, чем в районах, отведенных под полевые культуры.
Это обобщение справедливо и для других областей израильского поселения. В
Избет -Шарцахе, расположенном в строго зерновом регионе (глава 4, таблица 2,
правая колонка), кувшины для хранения с воротником были немногочисленны, в то
время как в долине Беэр-Шевы они полностью отсутствовали. Таким образом, их
географическое распределение указывает на то, что кувшины для хранения с
воротником были в первую очередь связаны с холмистыми регионами, а внутри них
с теми районами, где преобладало садоводство, как далее указывают следующие
наблюдения:
В зонах C и E в Шилое большое количество магазинов с полным бортиком
282
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОЙ ГОРНОЙ СТРАНЕ
кувшины были обнаружены на месте среди обломков ожесточенного пожара; ־ни
один из них не содержал обугленного зерна. В Шило есть определенные
доказательства того, что зерновые хранились в силосах. С другой стороны, в Зоне C,
около кувшинов с воротником-ободком, была обнаружена куча обугленного изюма
(рис. 74), а в Зоне E эти кувшины были найдены в высеченном в скале
промышленном сооружении.
Основываясь на схеме поселений, полученной в результате исследования в
горной стране Манассии, Зерталь недавно (1985a; 1986b:305-313) выдвинул
предположение, что кувшины с воротником использовались в первую очередь для
хранения воды. По его мнению, именно эти кувшины, а не высеченные в скале
цистерны, позволили израильтянам селиться в местах, удаленных от постоянных
источников воды. Одним из недостатков этой теории является тот факт, что в
Ефреме эти кувшины были распространены в местах с обильными и стабильными
запасами воды поблизости.
Все эти наблюдения в совокупности указывают на то, что кувшины с
воротником-стойкой использовались для хранения различных типов жидкостей:
оливкового масла, вина и воды. (Об их использовании при захоронениях в Сахабе и
Тель-Зероре см. Ибрагим 1978:122-123; Бек и Кохави 1985:34).
Источник
Вопрос происхождения является одной из самых сложных проблем, касающихся
сосудов для хранения с воротником-ободком. Насколько нам известно, они не
появлялись в слоях позднего бронзового периода, за исключением единственного
сосуда из Афека. Однако может быть, что даже до того, как это место было
разрушено во второй половине XIII в. ДО Н. Э., новые элементы уже начали оседать
на холмах к востоку от города, и эти группы могли быть источником сосуда,
найденного в Афеке (глава 9). В любом случае, ни один из этих сосудов никогда не
был найден в Вефиле, Дотане, Телль-Фарка или Сихеме (Toombs 1979:70),
основных раскопанных памятниках позднего бронзового века в горной стране.
Соответственно, теория Кемпински (1985:401) о том, что пифосы изготавливались в
ханаанских центрах для израильских деревень, не имеет под собой никаких
оснований.
С другой стороны, мы не можем игнорировать сходство между сосудами для
хранения с воротником и пифосами MB IIB-C из мест в горной стране. (Многие
ученые видели параллели в сосудах для хранения поздней бронзы из Хацора, но
такие сравнения справедливы только для галилейских пифосов.) Сосуды для
хранения с воротником по размеру похожи на пифосы средней бронзы, которые
были распространены в центральной горной стране. Некоторые сосуды средней
бронзы также имели утолщенные ободки и иногда даже гребень на плече (рис. 96),
хотя он был менее выражен, чем гребень на сосудах для хранения с воротником и
венцом периода Iron I. В этом контексте следует напомнить, что многие из
поселений израильтян в центральной горной стране ранее были заселены в период
средней бронзы. Это было верно, например, для всех 12 поселений Iron I в
Дофанской долине (Zertal 1984:153,155) и около четверти поселений израильтян на
территории Ефрема. Поэтому мы не можем исключить возможность того, что
новые поселенцы скопировали более старые
283
IM
K
ГЛАВА 7
96. Шило — группа кувшинов средней бронзы IIC (Buhl and Holm Nielsen 1969: 40).
Этническая принадлежность
D
пифосы, черепки которых были разбросаны по всем этим местам, и даже повторно
использованные кувшины были найдены целыми. 27
V
A
Это, конечно, стало Большим Вопросом. Олбрайт был первым, кто признал, что
сосуды для хранения с воротником были характерны для поселений I железного
века в центральной горной стране, но нигде он не утверждал, что они были
исключительными для израильского населения. У Ахарони не было таких
сомнений; для него открытие сосудов для хранения с воротником в слое VI в
Мегиддо было доказательством того, что израильтяне уже населяли это место
(1970:264-265). В свете своих раскопок в Сахабе в Трансиордании Ибрагим отверг
представление о том, что сосуды для хранения с воротником представляли собой
одну этническую группу, предпочитая связывать их использование с
определенными социально-экономическими традициями (1978:124; см. также
Weippert 1971:134-135).
27 В здании 335 Зоны C в Шило было найдено семь кувшинов для хранения с воротником-ободком,
стоящих в ряд, вместе с одним дополнительным кувшином поменьше (рис. 73, внизу слева), у
которого вокруг горлышка был веревочный орнамент, а на обеих ручках — оттиски
геометрической египетской печати, известной в других местах нагорья в период средней
бронзы. В этом случае, по крайней мере, жители Шило, по-видимому, повторно использовали
кувшин, которому было несколько столетий!
284
КЕРАМИЧЕСКОЕ ПРОИЗВОДСТВО IRON1 В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ РЕГИОНЕ
Краткое содержание
Представленные нами данные показывают, что распределение сосудов для хранения
с воротником было наиболее плотным в регионах израильского поселения, и на
этих участках этот тип, как правило, доминировал в керамической коллекции.
Сосуды для хранения с воротником были неизвестны в этих регионах до начала
израильского поселения. С другой стороны, сосуды для хранения с воротником
были найдены — хотя и в небольших количествах — на участках прибрежной
равнины, северных долин и Трансиордании (например, Телль-Касиле, Мегиддо и
Сахаб), местностях, где, насколько нам известно, израильтяне в то время не
селились. Поэтому обнаружение сосудов для хранения с воротником на
определенном участке не может использоваться для указания этнической
принадлежности его жителей. Сосуды изготавливались в основном в регионах
израильского поселения, но также путешествовали в соседние районы — Аммон,
Филистию и ханаанские анклавы.
Кувшины для хранения с воротником и ободком дебютировали в конце XIII века
ДО Н. Э. В некоторых отношениях они напоминают большие сосуды для хранения,
которые использовались в период средней бронзы. То, насколько широко
использовались кувшины для хранения с воротником и ободком, также зависело от
характера региональной экономики, поскольку этот сосуд был типичным для
районов горной страны, где занимались садоводством.
Кувшины для хранения с воротником исчезли в X веке до н. Э., в начале периода
монархии. На первый взгляд, это может показаться удивительным, поскольку
именно в эту эпоху в горной стране процветали индустрия оливкового масла и вина.
Однако большие пифосы, которые было слишком неудобно перевозить, больше
подходили для использования в относительно самодостаточном обществе, которое
не вело торговлю в больших масштабах. Но в период монархии, когда торговля и
коммерция между различными регионами страны были оживленными, а целые
семьи и поселения стали специализированными (Eitam 1979), предпочтительными
кувшинами были меньшие по размеру и более удобные для сбыта.
Дальнейшие достижения в знаниях о керамике поселений израильтян в целом и
о сосудах для хранения с воротником в частности должны ждать систематической
публикации — включая количественные данные — дополнительных раскопок в
различных регионах страны, особенно на участках, где можно провести
стратиграфические различия в пределах периода железного века 1. В этой связи мы
особенно стремимся расширить наши знания о трансиорданской керамике.
Большое значение следует придавать результатам петрографических исследований,
которые, как мы надеемся, позволят нам разобраться с вопросами происхождения
этих сосудов, методами их изготовления и коммерческими привычками людей,
которые их делали.
РУЧКИ С НАСЕЧКАМИ И ОТВЕРСТИЯМИ
Ручки пифосов, кувшинов и банок, отмеченные насечками или отверстиями перед
обжигом (рис. 97), были очень распространены в местах израильских поселений в
горной местности.
285
IM
97. Проколотые ручки из Шилоа.
K
ГЛАВА 7
V
A
D
Проколотые ручки имели либо один прокол, либо два или три отверстия,
расположенных по вертикали или горизонтали, либо массив из множества
перфораций. В Шило мы нашли ручки с 7-11 отверстиями, расположенными
рядами.
Проколотые ручки известны в Гилохе, Телль- эль-Фюле, Телль-эн-Нашбе,
Вефиле, Цбет Шарце, горе Эбал, Телль-эль- Фарке , Таанахе, Афуле и Мегиддо (А.
Мазар 1981а: рис. 9:7; Н. Лапп 1978: табл. 50:33-35; Маккаун 1947a: 252; Kelso 1968:
Pls. 40,72:468; Zertal 1986b Рис. 13,16; Шамбон 1984: Табл. 79; Раст 1978: Рис. М.
Дотан 1955: Рис. 11:32,16:27; Lamon and Shipton 1939: Табл. 42). Многие были
раскопаны в Силоме и подняты во время обследований в Ефреме и Манассии. В
Ефреме (Глава 4 Таблица типов керамики) большинство этих ручек были найдены в
северной части региона, что хорошо согласуется с их частотой на соседней
территории Манассии, где украшенные ручки популярны в основном в восточной
части региона. В Ефреме они были найдены на 26% участков, тогда как в Манассии
они более распространены — 44% обследованных участков (Zertal 1986b:289-294).
Что касается хронологии, то проколотые ручки появились в начале XII века
(Гило, гора Эвал, Таанах IA) и продолжали появляться в X веке (Таанах IIB, Мегиддо
V) и, возможно, даже позже (Ядин и др. 1958: Табл. LXXXIV:8-10). В любом случае, в
Ефреме они никогда не были найдены
286
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ КРАЙЕ
на стоянках одного периода Железного II. Зерталь предположил, что они возникли
в восточной части Манассии и позднее распространились в соседние регионы
(1986b:293).
Имели ли отверстия какое-то административное значение или были чисто
декоративными, невозможно определить, пока не появятся новые примеры целых
сосудов с этими ручками. На сегодняшний день коллекция целых сосудов состоит из
целого кувшина из Таанаха IIB с тремя проколами на ручке (Раст 1978: Рис. 16: 2) и
двух кувшинов для хранения с воротником-венцом из Шило, один с 7 отверстиями,
пронизывающими ручку, а другой с 11 отверстиями на одной из ручек. Поскольку в
Шило также была найдена ручка кувшина с 11 отверстиями, количество отверстий,
по-видимому, не имело никакого отношения к вместимости сосуда.
Другая ручка, найденная только на пифосах и кувшинах, была отмечена парой
отверстий по бокам вертикального надреза, создавая вид схематического
человеческого лица (рис. 98). Зерталь (1985:42) был первым, кто различил этот тип,
который мы впоследствии обнаружили типичным для Iron I во время нашего
исследования. Они были найдены в Телль-эн-Нашбе (McCown 1947a:252:37), в
Силоме, в северных пределах Эфраима (глава 4, таблица 4) и в горной стране
Манассии. Эти отметки, по-видимому, являются строго орнаментальными;
недостаточность доказательств в настоящее время не позволяет говорить о них с
большей уверенностью.
98. Шило — ручка с прорезанным схематическим лицом.
СОСУДЫ, УКРАШЕННЫЕ РЕЛЬЕФНЫМИ ФИГУРАМИ
Феномен рельефных изображений, украшающих обычные сосуды (в отличие от
зооморфных сосудов), был известен по всей стране в I железном веке. Сначала
опишем находки из поселений израильтян в горной местности:
287
IM
K
ГЛАВА 7
A
D
99. Телль-эн-Нашбех — черепок с накладным рельефом животного (предоставлен Департаментом
древностей).
V
Небольшой черепок с рельефом рогатого животного (рис. 99) был обнаружен в
Телль-эн-Нашбе (Wampler 1947:186, Pl.79:1834; на черепке 1836 также, по-видимому,
есть рельефный декор; см. также там же. 186). На том же месте была найдена ручка
большого сосуда с головой животного на нижнем конце (McCown 1947a:P1.89:23).
Ни один из фрагментов не удалось точно датировать.
На многоручном кратере 28 из Хирбет Раддана (рис. 15) изображена своего рода
трубка
28 Многоручный кратер был широко распространен по всей стране в период I железного века,
особенно в горной местности. Кратер из Дотана (см. ниже) имел 16 ручек. На половине
кратера из Радданы было 8 ручек. В Шило мы нашли кратер с 7 ручками на одной половине
(рис. 73). Фрагмент с 8 ручками был опубликован в Телль-эн-Нашбе (Wampler
1947:P1.65:1480).
За пределами горной местности многоручные кратеры были найдены в Дженине (Зори 1977:
Рис. 17), Мегиддо VIA (Лауд 1948: П1.79: 2), Тель-Кири (Бен-Тор 1979: 44), Кфар-Йегошуа
(Друкс 1966: 215), Телль-Джемме (Петри 1928: П1.LI: 289) и Тель-Масосе (Фриц и Кемпински
1983 Пл. 150: 7). Другой тип многоручных кратеров был обнаружен в Бет-Шине (Fitzgerald
1930, табл. XLVI:13,14), Дане (Biran 1980:176), Таанахе IIB (Rast 1978: рис. 41) и в других
местах (по этому вопросу см. Kempinski 1985:402).
288
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ
КРАЙЕ
100. Бетель — ручка, украшенная рельефным изображением человеческого лица (Kelso 1968: Pl.
44).
охватывает весь сосуд чуть ниже обода и открывается внутрь через две бычьи (?)
головы (Callaway and Cooley 1971:15-19).
Человеческое лицо было смоделировано на основании ручки аджа из Бетела (рис.
100). Ручка была датирована примерно 1100 Г. ДО Н.Э. (Kelso 1968:65,Pl.44:b).
Силоме были найдены два фрагмента (рис. 101): ободок котла с рельефным
изображением львицы (?) и ручка кратера с головой барана у основания (места
находок см. в главе 5).
В слое III в Избет Шарцах был обнаружен осколок кратера, на котором рельефно
изображена голова рогатого животного (рис. 102). Напротив него находится край
другого рельефа. Это может быть уникальным примером рельефного мотива
«пальма и козерог»!
горе Эбал был найден черепок с рельефным изображением головы быка (?) (Zertal
1985b:32).
Многоручный кратер был найден в Дотане (рис. 27). Верхний конец четырех
289
ГЛАВА 7
V
A
D
IM
K
101. Шило — венчик котла с головой львицы(?) (слева) и ручка с головой барана (справа).
102. Цбет Шарцах, слой III — фрагмент кратера, украшенный накладным рельефом,
изображающим голову рогатого животного.
из 16 ручек заканчивались стилизованными фигурками животных, по-видимому,
львов (Free 1954:17-18).
За пределами горной местности фигура львицы появилась на черепке с края
чаши в Дейр -с- Алла (Franken 1961b:P1.12). Различные сосуды с рельефными
изображениями были получены из Мегиддо VIIA-VA (Loud 1948:P1.70:10,
90:10,249). В Тель-Кишионе был найден черепок чаши с двумя головами быков;
одна голова
290
ЖЕЛЕЗНАЯ КЕРАМИКА I В ЦЕНТРАЛЬНОМ ХОЛМОВОМ КРАЙЕ
выступающий внутрь около дна сосуда, в то время как другой был обращен наружу
от обода (Зори 1977: Рис.46а). Другие были обнаружены в Тель-Кедеше в Верхней
Галилее (Ахарони 1957: P1.VI:24) и в Тель-Касиле (А. Мазар 1980b: 79,81).
Орнаментация с рельефными фигурами также была распространена на
культовых стендах I века железа и X века. В горной местности фрагменты стенда с
изображениями лошади, львицы и сцены нападения леопарда на оленя (рис. 75)
были найдены в Шило; культовый стенд, украшенный лапами, был раскопан в Ай
(Marquet-Krause 1949:P1.LXIV; наш рис. 17); и два других были обнаружены в
Таанахе (Sellin 1904:XII; P. Lapp 1969:42-44).
Как мы видели, сосуды, украшенные рельефными фигурами, не были
исключительными для областей израильских поселений, хотя они были широко
распространены и относительно многочисленны в горной местности. Это
особенно впечатляет на фоне скудности форм в керамическом репертуаре этих же
регионов. Не углубляясь в вопрос происхождения, рельефные украшения,
по-видимому, являются единственным сохранившимся художественным
выражением израильтян в период I железного века.
Тот факт, что эти рельефы были распространены на ритуальных стендах,
говорит о том, что другие сосуды, которые они украшали, также были
задействованы в культовых практиках, возможно, в качестве подношений. В этой
связи следует отметить, что большинство мест в горной стране, где были найдены
эти сосуды или черепки — Шило, Вефиль, Мицпа и гора Гевал — были известными
культовыми местами и, возможно, даже центрами паломничества.
ЧАСТЬ IV:
V
A
D
IM
K
ПРОЦЕСС ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
ГЛАВА 8
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И
НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
Реконструкция характера израильского поселения, естественно, занимала ученых
того периода больше, чем любая другая тема, поскольку это самая суть проблемы.
Но после десятилетий исследований не было достигнуто никакого согласия.
Наоборот, разногласия стали еще острее, а «традиционные» археологические
свидетельства только породили еще большую путаницу.
Как отмечено во введении (глава 1), за эти годы выкристаллизовались три способа
понимания процесса израильского заселения. Два из них — гипотезы
«объединенного военного завоевания» и «мирного проникновения» — были
сформулированы уже в 1920-х и 1930-х годах, в то время как «социологическая»
школа возникла в начале 1960-х годов. Со временем, по мере роста объема
исследований, эти теории приобрели различные нюансы — но их основные
контуры остались неизменными. В этой главе мы кратко опишем каждый из трех
подходов и оценим их в свете последних археологических свидетельств. (Обзор
различных школ см. в Weippert 1971:5-62; Miller 1977a:268-279; Gottwald
1979:192-219; Soggin 1975:1-30; Lemaire 1982; Chaney 1983:41-61.) Наша собственная
точка зрения будет полностью изложена в главе 11.
ЕДИНАЯ ТЕОРИЯ ВОЕННОГО ЗАВОЕВАНИЯ
Археологический аспект этого направления исследования был впервые
сформулирован Олбрайтом и его учениками, начиная с 1930-х годов (Олбрайт 1935;
1937; 1939; 1950:24-34; Райт 1940; 1962:69-84; П. Лапп 1967; Кауфманн 1953; Маламат
1976b и, немного более гибко, 1983; Ядин 1979; 1982). Этот подход тесно
придерживался описания завоевания Ханаана в первых главах Книги Иисуса
Навина, в результате которого ханаанские города-государства по всей стране были
покорены в серии сражений, и многие из них были уничтожены огнем. После своих
побед израильтяне, пришедшие из пустыни, поселились в этих областях. В
поддержку теории единого завоевания были приведены три вида доказательств:
— буквальное описание в Библии;
— уровни разрушений в конце позднего бронзового периода, обнаруженные в
таких местах, как Лахиш, Телль-Бейт-Мирсим, Вефиль и Хацор, которые были
295
ГЛАВА 8
приписывается вторгшимся израильтянам (например, Олбрайт 1939:20-23; П. Лапп
1967; Келсо 1968:32,47-48);
— исторические параллели с кочевыми племенами с низким уровнем
материальной культуры, которые, тем не менее, стали причиной распада сильных и
высокоразвитых городских обществ (например, Isserlin 1983).
Дж. Э. Райт, один из самых выдающихся и ортодоксальных сторонников теории
единого военного завоевания, описал события следующим образом:
IM
K
В XIII веке была израильская кампания, отличавшаяся большой жестокостью и
успехом. Ее целью было разрушить существующую систему ханаанских
городов-государств, ослабив местную власть до такой степени, что новое
поселение, особенно в горной местности, стало бы возможным (1962:70).
Многочисленные свидетельства ужасных разрушений, которым подверглись
города Вефиль, Лахис, Еглон, Дебит (Кириаф-Сефер) и Асор в XIII веке,
несомненно, свидетельствуют о том, что была проведена спланированная
кампания, подобная той, что описана в Иис. Навина 10-11... Мы можем с
уверенностью заключить, что в XIII веке по крайней мере часть более позднего
народа Израиля проникла в Палестину в результате тщательно
спланированного вторжения... (1962:84).
V
A
D
Традиционно сторонники теории объединенного военного завоевания утверждали,
что это лучшее объяснение археологических свидетельств, в то время как их
оппоненты, в первую очередь ученики Альта, отвергали идею о том, что раскопки
больших ханаанских теллей могли бы способствовать реконструкции процесса
расселения израильтян (Noth 1938; 1960). Это возражение столь же справедливо
сегодня, как и в случае с доказательствами, доступными в 1930-х и 1940-х годах,
поскольку ученые школы Олбрайта были озабочены опустошением городов
позднего бронзового века, а не расселением израильских племен.
Однако археологические свидетельства не только вносят решающий вклад в
наше понимание периода, но и раскопанные данные фактически противоречат
теории единого военного завоевания. При рассмотрении свидетельств мы
подчеркнем различие между памятниками в горной местности и памятниками в
низинах. Это различие было критически важным в рассматриваемый период, хотя
ему не было дано должного признания.
Отсутствие остатков ЛБ
Никаких свидетельств позднего бронзового периода не было обнаружено в ряде
мест, имеющих центральное значение для библейского рассказа о завоевании
Ханаана. Для некоторых мест это неловкое положение дел было известно
десятилетиями — и с расширением археологических исследований это явление
оказалось даже более распространенным, чем кто-либо мог себе представить. Эта
тема обсуждалась другими (например, Miller 1977b), поэтому мы рассмотрим ее
лишь вкратце.
Хотя природа Иерихона в LB II обсуждалась снова и снова, никаких однозначных
выводов о размерах поселения или дате его основания не сделано.
296
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
разрушение было достигнуто; характер этого важного места остается окутанным
туманом (Кеньон 1957:256-263, резюме Авигада 1965:851-855).
Ай наблюдался перерыв в заселении (Кэллауэй, 1975:49), а в окрестностях не
обнаружено ни одного памятника позднего бронзового века (проблема обобщена в
работе Йейвина, 1971c:180-181).
Материал позднего бронзового века был найден на кладбище в Гибеоне (Pritchard
1963:72). Но поскольку никаких останков этого периода не было найдено на самом
холме (Pritchard 1962:157-158), трудно представить, что в то время там находился
важный город.
На сегодняшний день в Тель-Ярмуте раскопана только нижняя часть города
раннего бронзового периода . Однако место было обследовано, и никаких черепков
позднего бронзового периода обнаружено не было (Richardson 1968:12). Два
труднодатируемых черепка, собранных во время раскопок Бен-Тора, были
нерешительно отнесены к позднему бронзовому периоду (Ben-Tor 1975:73). Короче
говоря, похоже, что нет никаких свидетельств пребывания на этом месте людей
позднего бронзового периода.
Араа пережили перерыв в заселении с конца периода EB II до 11 века ДО Н.Э.
(Aharoni 1975:82:88). Отсутствие останков LB II ни в одном из интенсивно
раскопанных рассказов долины Беэр-Шевы (Aharoni 1976a:59) фактически
опровергло утверждение о том, что позднебронзовый Арад следует искать в другом
месте поблизости (Aharoni and Amiran 1964:14 4-147; B. Mazar 1964: 2-3).
Самые ранние останки, раскопанные во время всех кампаний в Хешбоне в
Трансиордании, датируются периодом I железного века (Geraty 1976:42).
Предложение отождествить ханаанский Хешбон с Телль -Джалюлем, примерно в
10 км от Хисбана (в Miller 1983:123-124), неприемлемо с точки зрения исторической
географии (Miller 1983:124-125; о различных попытках решения «проблемы»
Хешбона см. Geraty 1983).
Насколько нам известно, Таанах также был необитаем в период поздней бронзы
II (Rast1978:3 ;־P. Lapp 1969:5).
Сторонники теории единого военного завоевания изначально пытались
минимизировать серьезность проблемы. Келсо, например, писал:
Повествования об Иерихоне и Гае представляют собой сложные проблемы для
исследователей военной кампании Иисуса Навина, однако само по себе
завоевание в целом является одним из самых поразительных открытий во всей
палестинской археологии (1968:47).
Некоторые попытки объяснить или оправдать отсутствие слоев позднего
бронзового века на этих памятниках были совершенно нелепыми:
Стены, по-видимому, были из глиняных кирпичей, и в обоих случаях они
исчезли из-за ветровой и дождевой эрозии... Иерихон находится в зоне сильных
ветров, где воздушные потоки холодной горы Хермон, расположенной на
высоте 9000 футов над уровнем моря, засасываются в горячее Мертвое море,
расположенное на высоте 1300 футов ниже уровня моря (Келсо 1968:48).
297
ГЛАВА 8
IM
K
Очевидно, что мы не имеем дело с изолированным отсутствием остатков LB II,
которое можно было бы как-то объяснить, будь то обращение к мощным
эрозионным силам дождя, смывающего позднебронзовый уровень в Иерихоне;
приписывание завоевания Гая разрушению близлежащего Вефиля (Albright
1939:16); идентификация ханаанского царя Арада как вождя кочевых племен (Glueck
1959:114); или поиски упомянутых городов в других местах (см. выше; также Callaway
and Nicol 1966). Это явление должно обсуждаться на широком и всеобъемлющем
уровне, а не в общепринятой попамятниковой манере.
Например, в трех местах, упомянутых в библейском рассказе — Арад, Ярмут и Ай
— большие города лежали заброшенными со времени их разрушения в раннем
бронзовом периоде, пока на них не были основаны небольшие деревни на ранних
этапах железного века. Это привело к тому, что различные ученые, многие из
которых связаны с немецкой школой библейских исследований, начали искать
этиологическое решение проблемы (например, Noth 1935; 1953:231F.; Dussaud
1935; Zevit 1983:32). С этой точки зрения, рассказы о завоевании этих городов,
появляющиеся в Книге Иисуса Навина, создавались на протяжении многих лет,
чтобы объяснить ужасающие руины, с которыми столкнулись первые поселенцы
железного века. Ядин, самый откровенный современный защитник школы
Олбрайта, попытался согласовать отрицательные археологические свидетельства с
библейскими повествованиями о завоевании:
V
A
D
Везде, где мы находим согласие между библейским повествованием и
археологическими свидетельствами, нет причин сомневаться в историчности
этого конкретного библейского источника. С другой стороны, везде, где
археологические
свидетельства
прямо
противоречат
библейскому
повествованию — как в случае с Гаем — мы должны рассмотреть возможность
того, что эта конкретная глава в Библии является либо этиологической, либо
более поздней интерполяцией, либо недоразумением редактора... (1979:66-67).
Но если это так, то приведенные выше археологические данные оставляют эпизод
израильского поселения практически лишенным «исторических» свидетельств!
Географическое распределение
Размещение основных ханаанских городов и израильских поселений места весьма
значимы. Многие из городов, упомянутых в библейском рассказе о завоевании,
были расположены на прибрежной равнине, в Шефеле и северных долинах —
именно в тех областях, которые не дали практически никаких свидетельств
израильского поселения в период I железного века (глава 3). С другой стороны,
центральная холмистая местность, сердце израильского поселения, едва ли вообще
представлена в традиции объединенной кампании завоевания. Археологические и
исторические свидетельства ясно указывают на то, что распространение израильтян
в низины началось только к концу XI века, и это расширение было в значительной
степени явлением X века, во время
298
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
Объединенная монархия (Телль-Бейт-Мирсим B3, Бет-Шемеш-Ила, Гезер VIII,
Афек X-8, Мегиддо VB).
В конце позднего бронзового периода и в течение I железного века прибрежная
равнина, Шефела и северные долины стали ареной больших волнений. Многие
города пострадали, и на сцене появилась новая этническая группа —
филистимляне. Однако в этих районах не произошло резких изменений ни в
плотности, ни в масштабах заселения. Революционные демографические
потрясения той эпохи произошли в центральной горной стране, которая испытала
беспрецедентный поток поселенцев. Достаточно вспомнить, что на всей
территории Ефрема было всего пять поселений позднего бронзового периода, в то
время как для периода I железного века на сегодняшний день известно 115
памятников. Ситуация в других холмистых регионах была схожей.
Последовательность оккупации
Если бы произошло объединенное завоевание всего или большей части Ханаана,
мы бы ожидали, что израильское поселение будет наиболее интенсивным в
плодородных и гостеприимных регионах страны, на руинах опустошенных
ханаанских городов. И такой ситуация представлялась сторонникам теории
военного завоевания (Ядин 1979:5 8-59). Но определенные доказательства редкого
израильского поселения на остатках недавно разрушенного ханаанского города
были найдены почти исключительно в горной местности (в Бет-Эле), хотя,
возможно, также в Тель-Зероре в Шароне и Тель-Бейт-Мирсиме и Бет-Шемеше в
Шефеле (в этих местах либо этническая принадлежность новых поселенцев, либо
археологические свидетельства недостаточно ясны).
В Хацоре, который ранее считался классической парадигмой этой реконструкции,
значительный разрыв в заселении разделял разрушение слоя XIII от начала слоя XII
(глава 3). Ситуация в соседнем Дане неопределенна: поздняя бронзовая заселенность
там еще не обнаружена, а слой VI с его множеством выложенных камнем силосов,
который археологи датировали началом XII века (Биран 1980:173-174), может быть
легко датирован более поздним периодом, основываясь на исследовании группы
сосудов, найденных в одном из силосов (хотя это дает только terminus ante quern).
Поэтому возможно, что и в Дане скудное заселение Iron I последовало за
разрушением ханаанского Лаиша только после периода запустения.
Телль-Бейт-Мирсим, Бет-Шемеш и Тель-Зерор — единственные места в низинах, где
могла быть кратковременная израильская оккупация сразу после разрушения города
позднего бронзового века. Однако примечательно, что первые два места были
расположены прямо на границе между горной страной и Шефелой, и израильтяне
(если они там поселились) вскоре были изгнаны со всех трех мест морскими
народами. Ситуация в других местах на прибрежной равнине, Шефеле и северных
долинах, которые упоминались в рассказах о завоевании и которые были
удовлетворительно раскопаны, может быть кратко изложена:
299
ГЛАВА 8
V
A
D
IM
K
Мнения относительно истории Мегиддо в этот период разделились, особенно по
вопросу о том, когда это место стало израильским. В любом случае, несомненно то,
что схема наследования отличалась как от Хацора, так и от Телль-Бейт-Мирсима.
Последний ханаанский город, Стратум VIIA, был все еще жизнеспособным во
второй половине XII века ДО Н. Э., и сомнительно, что его неукрепленный
преемник, Стратум VI, был израильским (глава 3).
Новый элемент с высокоразвитой материальной культурой поселился в Афеке
после разрушения резиденции египетско-ханаанского наместника во второй
половине XIII века ДО Н. Э. Вскоре после этого место попало в руки филистимлян.
Нет никаких свидетельств израильской оккупации до начала X века ДО Н. Э. (Kochavi
1981:82).
В Гезере, по-видимому, наблюдался «частичный перерыв в оккупации» в конце
XIII и начале XII вв. ДО Н. Э., в результате разрушения ханаанского города; затем
наступила филистимская фаза (так резюмировал Dever 1976:439; со ссылкой на
слой XIV, датируемый XIII-XII вв. ДО Н. Э., картина неясна: Dever et al. 1970:22-24;
1974:50-52; Kempinski 1976:213).
После разрушения последнего ханаанского города, Стратума VI, в Лахише в
первой половине XII в. ДО Н. Э. НАСТУПИЛ ДЛИТЕЛЬНЫЙ ПЕРЕРЫВ В ОККУПАЦИИ
(Уссишкин 1983:168-170).
Телль-Халиф (мы принимаем его отождествление с Хормой: Naaman 1980:136 143)
был постоянно заселен в период перехода от конца бронзового века к железному I
(Borowski 1982:59).
Подводя итог археологическим свидетельствам, представленным на данный
момент, из более чем 10 городов на прибрежной равнине, Шефеле и северных
долинах, упомянутых в повествовании о завоевании (которые все были
идентифицированы с относительной уверенностью и раскопаны упорядоченным
образом), только два, Хацор и Дан, предлагают какие-либо указания на то, что новое
образование, бедное материальной культурой, поселилось над руинами города
поздней бронзы. Даже на этих участках новички, вероятно, прибыли только по
прошествии некоторого времени. В других местах не было ни поздней бронзовой
оккупации, ни остатков I железа, ни свидетельств новых поселенцев — или же
картина была слишком размытой и неразборчивой.
Хронологические доказательства
В последние годы были накоплены важные хронологические данные с мест
раскопок во многих частях страны. Эти новые свидетельства оказывают решающее
влияние на историческую реконструкцию событий, происходивших в регионе в
конце XIII и начале XII вв. ДО Н. Э. Становится все более очевидным, что основные
ханаанские центры не были уничтожены в ходе одной кампании, а скорее
постепенно поддавались натиску в течение по крайней мере столетия (Ussishkin
1985; Kempinski 1985:404, таблица предполагаемых дат). Нот, как следует
напомнить, уже выдвинул гипотезу о таком сценарии почти 50 лет назад (1938:20).
300
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
Разрушение Хацора , по-видимому, произошло не позднее середины XIII века,
поскольку характерная керамика конца XIII века отсутствует в слое XIII (глава 3).
Согласно табличке из Угарита, найденной в слое разрушения резиденции
египетско-ханаанского наместника, Афек был разрушен во второй половине XIII
века (глава 9).
С другой стороны, металлический предмет с картушем Рамсеса III, найденный в
районе городских ворот Лахиша, свидетельствует о том, что слой VI был разрушен
не ранее правления этого фараона, т. е. около середины XII в. ДО Н. Э. (Уссишкин
1983:168-170; 1985), через несколько десятилетий после того, как Израиль был
упомянут в стеле Мернептаха. Такая поздняя дата уже намечалась во время раскопок
в Лахише в 1930-х годах (например, Туфнелл 1958:36-37), но затем она была
отвергнута учеными, которые были привержены предвзятому мнению, что все
ханаанские города были разрушены одновременно в конце XIII века (например,
Олбрайт 1939:20-21).
Мегиддо, слой VIIA, был опустошен еще позже, по-видимому, во второй половине
XII в. ДО Н. Э., согласно основанию статуи Рамсеса VI, обнаруженному под стеной
слоя VIIB (!) (Loud 1948:135 nl). 29
Что касается других городов, разрушенных в конце позднего бронзового
периода, хронологические данные недостаточно ясны, чтобы решить, был ли,
например, Телль-Бейт-Мирсим C разрушен в конце XIII века или, как в случае с
соседним Лахишем, только в первой половине XII века.
Археологические свидетельства, датирующие основание израильского поселения памятники в горной местности до второй половины XIII века едва ли
многочисленны (глава 9). Однако памятник на горе Эбал, Избет -Шарцах, слой III, а
также, вероятно, Гилох и другие памятники уже существовали до разрушения
Лахиса, важного ханаанского города, вокруг которого возникла недвусмысленная
традиция завоевания. Также не лишено оснований предположить, что израильские
поселения в окрестностях Афека были основаны еще до разрушения
египетско-ханаанского города (Финкельштейн 1986:206-208).
Другие исторические события
Рефлексивное приписывание всех или большинства уровней разрушений около
1200 Г. ДО Н. Э. в ханаанских городах Земли Израиля завоевательной кампании
израильских племен привело к тому, что были закрыты глаза на другие
исторические возможности: египетские военные кампании, такие как та, которую
возглавлял Мернептах; локальные конфликты между соперничающими
ханаанскими городами-государствами; и филистимское нашествие на южное
побережье и Шефелу в первой половине XII в. до н. Э. (уже Noth 1938:19-20, см.
также Fritz 1973; Schoors 1985).
29 Было трудно отделить стены слоя VIIA от стен слоя VILB в Зоне CC, но даже если основание
статуи было найдено под стеной слоя VIIA, оно все равно является решающим
хронологическим доказательством.
301
ГЛАВА 8
K
Естественно, эти события происходили в основном на прибрежной равнине, в
Шефеле и в северных долинах, где также были сосредоточены многие из городов,
упомянутых в повествованиях о завоеваниях.
Чтобы оставаться верными археологическим свидетельствам, в то же время твердо
придерживаясь теории единого военного завоевания, требуется следующая
реконструкция событий: израильские племена получили господство над большей
частью Ханаана посредством военной кампании, в ходе которой были разрушены
основные ханаанские города. Особые усилия были потрачены на завоевание
Шефелы, Иудейских гор и некоторых районов прибрежной равнины и северных
долин. В конце этой военной кампании победители не смогли воспользоваться
возможностью поселиться в этих плодородных районах, по крайней мере
некоторые из которых были почти пусты. Вместо этого они предпочли
топографически сложную горную страну с ее каменистой местностью и густыми
лесами. Очевидно, что трудно проглотить такую реконструкцию, хотя не один
ученый был заключен ею в тюрьму.
Характер взаимоотношений между оседлыми группами и кочевниками
V
A
D
IM
Излишне говорить, что это, вероятно, самый убедительный аргумент против
объединенного военного завоевания. Наши нынешние знания об обществе
древнего Ближнего Востока, особенно об отношениях между оседлыми людьми и
кочевниками-скотоводами, не позволяют провести романтическую реконструкцию
орд пустынных кочевников, вторгающихся на оседлые земли и опустошающих их
жителей (см. ниже и главу 11). Поэтому, даже если бы имелись археологические
свидетельства одновременного разрушения многих ханаанских городов в конце
XIII в. ДО Н. Э., идентификацию агрессоров пришлось бы искать в другом месте, а
не среди неизвестных пустынных племен.
ТЕОРИЯ МИРНОГО ПРОНИКНОВЕНИЯ
Результаты недавних раскопок и, еще больше, данные комплексных обследований
по всей центральной горной стране хорошо согласуются со многими принципами
школы мирной инфильтрации . Наиболее заметным исключением является вопрос
о происхождении новых поселенцев. В связи с этим и в различных деталях эта
реконструкция процесса заселения должна быть «приведена в соответствие» с
накапливающимися
социально-историческими
и
археологическими
свидетельствами.
Создателем теории мирного проникновения был Альт (1925), который
исследовал эпизод израильского поселения в сравнении с политической,
территориальной и демографической ситуацией в Земле Израиля в период поздней
бронзы, отраженной в Библии и египетских источниках Нового царства. Он описал
израильское поселение как мирное проникновение скотоводческих групп в
302
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
малонаселенные районы Ханаана, часть обычной схемы перегона скота между
окраиной пустыни и центральной горной страной (Alt 1939; см. также Meek 1936 и,
позднее, Klengel 1972:181-182).
Таким образом, Альт был первым ученым, признавшим ценность географии,
экологии и социологии как инструментов для изучения израильского поселения, и в
этом отношении предвосхитившим современную науку. И Альт, и Нот, его ученик
и преемник, считали горную страну Земли Израиля местом поиска решений
проблем того периода.
Нот был главным критиком теории единой военной кампании. Он понимал, в
какую ловушку попал этот подход: библейская наука была связана с интерпретацией
археологических находок самими археологами, которые, в свою очередь,
полагались на библейский источник! Он считал «наивным» способ, которым
археологические свидетельства использовались в 1930-х годах для подтверждения
«завоевания Палестины». Вместо этого он считал, что ситуация на каждом участке и
в каждом регионе должна оцениваться по ее собственным достоинствам, и, таким
образом, стал первым, кто отстаивал региональный подход к изучению периода.
Понимание Нотом библейского рассказа основывалось на различии между
сжатым описанием завоевания в первой половине Книги Иисуса Навина, которую
он считал поздним сочинением, и другими, иногда противоречивыми традициями,
разбросанными в Иисусе Навине 15 и Судьях 1, которые он пытался оценить в свете
археологических свидетельств. Затем Нот рассматривал эпизод израильского
поселения как сложный, запутанный, многогранный процесс, который продолжался
в течение длительного времени (1938; 1957; 1960).
Поворотный момент для теории мирной инфильтрации произошел в 1950-х
годах, когда Ахарони, пионер полевых работ по израильским поселениям,
предоставил археологические данные, которые дали новый импульс этому подходу.
В последние годы Вайпперт представлял немецкую школу и исследовал
потенциальный вклад археологии в изучение израильских поселений (1971; 1976; и,
для несколько иного подхода, 1979; см. также Herrmann 1985, для мнения другого
студента Альта).
Как уже отмечалось, взгляды Альта были прочно основаны на глубоком знании
как физического, так и человеческого ландшафта страны, что позволило ему
оценить экологическую обстановку и социальные рамки, задействованные в
процессе израильского заселения, даже если он и не использовал терминологию,
используемую сегодня.
Для Альта этот процесс был медленным. Он начался с ежегодной рутины
скотоводов, которые зимовали на пустынной окраине Трансиордании и проводили
лето в центральной горной стране, в ходе которой устанавливались связи с оседлым
населением. Проникновение на посевные площади было, по словам Альта, в целом
мирным и не мешало жизни существующих жителей, поскольку новые поселенцы
приходили в те районы горной страны, где ханаанское население было редким.
Поиск пастбищ повторялся из года в год, пока скотоводы не начали переносить
фокус своей деятельности на оседлые районы, в
303
ГЛАВА 8
V
A
D
IM
K
одновременно создавая сеть соглашений с жителями. Новоприбывшие постепенно
перешли к сельскому хозяйству, хотя поначалу, пока эта деятельность
ограничивалась небольшими территориями, доступными в горах, они не
отказывались от выпаса скота. По мере того, как они начали расчищать леса, новые
поселенцы все более прочно обосновались в горной местности, и экономическое
значение стад ослабевало.
Роутон (1965; 1967a; 1967b; 1973a; 1973b; 1974; 1976) подробно рассмотрел
скотоводство на древнем Ближнем Востоке, подробно рассмотрев темы, которые
Альт только затронул. Он уделил особое внимание важности лесных массивов
горной местности. По его словам, лучшие пастбища в нашем регионе находились
не на окраине пустыни, а в холмистых анклавах оседлых секторов региона. В этих
холмистых районах сочетание деревьев, кустарников и пастбищ служило
приманкой как для проникающих кочевников, так и для выкорчевывающихся
элементов из близлежащей городской системы. Скотоводы, работавшие в этих
районах, поддерживали симбиотические отношения с постоянными жителями
соседних регионов. Скалистые зоны горной местности было трудно
контролировать, что облегчало процесс их проникновения. Но как только племена
получили контроль над большими участками земли, они отрицательно повлияли
как на торговлю, так и на сельское хозяйство и привели к сокращению городов. По
мере того, как города-государства становились слабее, кочевники распространялись
дальше, более крупные группы переходили к этой форме кочевничества («замкнутое
кочевничество», по терминологии Роутона), и проникновение в оседлые районы
становилось более агрессивным.
По мнению Альта, фактической основой библейского описания завоевания был
второй и более поздний этап процесса, период территориальной экспансии,
последовавший за фазой, в течение которой новые поселенцы жили рядом с
ханаанским населением. Когда библейские описания редактировались во время
монархии, воспоминания о войнах за экспансию были еще свежи. И поскольку
большая часть территории была приобретена в этих кампаниях, они были связаны с
начальной стадией израильского поселения. Таким образом, по мнению Альта,
история израильского поселения была драматизирована в период монархии.
Вайпперт предложил (1979:32-34), что скотоводческие группы Альта следует
отождествлять с Шосу, кочевыми группами, живущими в приграничных регионах,
которые упоминаются в египетских источниках с 1500 по 1050 Г. ДО Н. Э. По его
мнению, рост населения в этих группах подорвал их кочевое натуральное хозяйство
и привел их к оседлости.
Критика теории мирной инфильтрации исходила в основном от сторонников
социологической школы. Менденхолл, Готвальд и другие указывали на основной
недостаток теории Альта — невозможность проследить происхождение
скотоводческих групп в степи, за пределами страны (см. ниже).
мировоззрение Альта должно быть согласовано с этим последним вопросом;
насколько нам известно, израильское поселение не было связано с проникновением
c ׳t каких-либо крупных новых элементов с востока. Скорее, оно представляло
собой длительный процесс оседлости, которому подверглись группы скотоводов,
которые,
304
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
в период поздней бронзы жили в различных пограничных зонах Земли Израиля,
включая центральную горную страну. Это описание, конечно, требует
определенных изменений в некоторых деталях реконструкции Альтом
израильского поселения, как мы увидим в Главе 11.
Ахарони был первым, кто попытался изучить взгляды Альта в свете новых и
разнообразных археологических данных. Основываясь на своей работе в Галилее и
долине Беэр-Шевы, он предложил модель медленного и мирного поселения
израильтян в отдаленных, пограничных и негостеприимных регионах, которые
были лишены или почти лишены ханаанских жителей; поселенцам изначально
приходилось бороться с суровыми условиями окружающей среды, но не с
коренным населением (например, 1957:115-119; 1982:153-180; также Ахарони, Фриц
и Кемпински 1975:121; Б. Мазар 1981; Кемпински 1981; 1985).
Этот вопрос также должен быть «обновлен» в некоторой степени, поскольку
теперь представляется, что по сравнению с центральной горной страной,
израильское поселение в регионах, исследованных Ахарони, произошло
относительно поздно и было более ограниченным по масштабу. Более того, хотя
израильское поселение действительно началось в регионах с редким — но, тем не
менее, сохранившимся — ханаанским населением, в них предпочтение отдавалось
сравнительно гостеприимным районам, даже несмотря на то, что они были
естественно близки к ханаанским центрам. Проникновение в отдаленные,
практически необитаемые и негостеприимные регионы произошло только во
второй фазе процесса (глава 10).
Зерталь, по-видимому, является выдающимся археологом, поддерживающим
теорию мирной инфильтрации сегодня (1986b). Основываясь на результатах своего
исследования Манассии, он полагает, что группы, которые поселились в северной
Самарии в Железном I, пришли из степи. Он думает, что они вошли в регион по
плодородным долинам Фарка и Малих и поселились в восточной части горной
страны Манассии. Он интерпретирует находки на горе Эбал как свидетельство
надплеменной организации этих групп уже на очень ранней стадии их оседлой
деятельности. Однако результаты исследования Манассии весьма схожи с
образцами, обнаруженными при исследовании земли Ефремовой, и могут быть
интерпретированы совершенно иначе (глава 11)
В последнее время Фриц предпринял попытку консолидировать независимый
подход к отслеживанию пути израильского поселения, основываясь в основном на
результатах раскопок в Тель-Масосе (1980; 1981; 1982; Фриц и Кемпински 1983:231 233).
По его словам, ни одна из нынешних моделей не соответствует новым данным.
Вместо этого первые израильтяне были полукочевниками, которые пришли в
Землю Израиля в 15-м и 14-м веках ДО Н. Э.; которые провели 13-й век в
симбиотических отношениях с городскими хананеями, на чьих территориях они
уже жили; и которые затем осели в 12-м веке.
Фриц приписывал связи между материальной культурой жителей Тель-Масоса,
которые, по мнению Фрица и Кемпински, были израильтянами, и хананеями фазе,
предшествовавшей оседлости, когда
305
ГЛАВА 8
Эти люди жили группами, прилегающими к ханаанским центрам. Фриц, по сути,
взял элементы из социологической школы и привил их к модели Альта; другими
словами, он согласился, что процесс был в основном мирным.
Опровержение статуса Тель-Масоса как места поселения израильтян (глава 3)
оставляет теорию Фрица в неведении, поскольку она была основана исключительно
на высокоразвитой материальной культуре этого места. Тем не менее, некоторые
элементы его реконструкции близки к нашим собственным, как мы увидим. В
любом случае, главный недостаток его подхода заключается в том, что он искал
истоки новых поселенцев в пустыне, что, как мы уже объяснили, больше не является
правдоподобным.
СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ШКОЛА
V
A
D
IM
K
Новаторская статья Г. Менденхолла в Biblical Archaeologist в 1962 году заложила основы
социологического подхода (1962; также 1973; 1976). Эта школа интерпретации была
разработана благодаря работам Готвальда в 1970-х годах (особенно 1979:191-233;
также 1974; 1975; 1978a; см. также, с небольшими различиями: Dus 1975; de Geus
1976; Ahlström 1982; 1986; Halligan 1983; Chaney 1983; Lemche 1985). С этой точки
зрения, израильское поселение не произошло в результате военной кампании по
завоеванию Ханаана; и его нельзя было охарактеризовать как мирное
проникновение скотоводов в малонаселенные районы страны. По мнению
Менденхолла и Готтвальда, 30 угнетенные и эксплуатируемые группы в нижней
части социальных слоев царских ханаанских городов-государств восстали против
правящего класса — и в этом заключалось происхождение Израиля. Преследования
со стороны высших классов привели к тому, что низший социальный слой выпал из
городского общества, покинув крупные города прибрежной равнины и долин в
пользу горной страны, где эти пришельцы организовались в новых рамках.
Несколько иная версия этой школы мысли искала происхождение израильтян в уже
существующих сельских общинах горной страны, а не среди общин равнин (de
Geus 1976:172-173; Halpern 1983:239) .31
Менденхолл и Готтвальд особенно подчеркивали два момента, которые, по их
мнению, исключали реконструкцию процесса поселения в соответствии с моделью
Олбрайта или Альта: во-первых, основной социальный конфликт в Земле Израиля
был не между Пустыней и Посевом или Пастухом и Земледельцем, а между
Деревней и Городом (Менденхолл 1962:70; Готтвальд 1979:461). Во-вторых,
характер кочевого скотоводства в нашем регионе был
30 Здесь взгляды Менденхолла и Готвальда объединены, несмотря на резкую критику Готвальда,
недавно высказанную Менденхоллом (1983).
31 В своем обзоре книги Готтвальда Ленски (1980) предложил несколько иную социологическую
модель процесса возникновения Израиля, а именно, восстание крестьян и маргинальных
слоев населения, но Готтвальд (1983) отверг эту гипотезу.
306
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
неправильно понято: В то время этот образ жизни имел второстепенное значение ,
был своего рода ответвлением деревенской жизни, а не образом жизни населения,
происходящего из пустыни (в частности, Gottwald 1979:436-442,448-451).
Социологическую школу можно кратко охарактеризовать как подход,
основанный на новой оценке отношений между скотоводческими, сельскими и
городскими обществами, а это, в свою очередь, в значительной степени
основывалось на информации из архивов Мари, в Северной Сирии, датируемой
началом 2-го тысячелетия ДО Н. Э. (Лука, 1965; для актуального обзора литературы,
касающейся значения документов Мари для исследования процесса заселения, см.
Anbar 1985a:ll-29).
Новые идеи, представленные Менденхоллом и Готвальдом, требуют
переосмысления всего вопроса израильского поселения. Следует принять два их
пункта:
— До одомашнивания верблюда не было сколько-нибудь значительного населения,
проживающего глубоко в пустынях Ближнего Востока. Поэтому истоки поселенцев
не следует искать в этих областях. (Датировка одомашнивания верблюда все еще
является спорным вопросом . Для более ранней датировки см. Ripinski 1985, а для
датировки концом 2-го тысячелетия см. Albright 1971:20 6-207; Zeuner 1963:364-365;
Zarins 1978. Для краткого изложения проблемы см. Luke 1965:42-43; Bulliet 1975:ch.
2. Кажется, что имеющиеся доказательства не подтверждают более раннюю дату,
особенно в отношении использования верблюда в качестве животного для
пропитания в «глубокой» пустыне).
— Как следствие вышесказанного, пастухи/кочевники и оседлые элементы должны
были жить по соседству и участвовать в взаимных экономических и социальных
отношениях. В прошлом, как и сегодня, сосуществование, а не постоянная
конфронтация, характеризовали отношения между двумя группами. Как мы увидим,
это имеет решающее значение для реконструкции процесса израильского
поселения.
В других отношениях, однако, трудно принять взгляды Менденхолла, Готвальда и
их последователей. В частности, их утверждение о том, что люди, поселившиеся в
горной стране в Железном I, вышли непосредственно из социальной структуры
оседлых хананеев в низменных регионах, должно быть отвергнуто (глава 11)· . . .
Дискуссии сторонников социологической школы заметно несовершенны в двух
отношениях: экологический аспект рассматривается только теоретически , а
археологический вклад — как материальная культура, так и модели поселений —
фактически игнорируется. (Дополнительная критика выражена Хаузером 1978 с
библейской точки зрения и Томпсоном 1978 и Лемче 1985 с социологической
точки зрения; см. также Херион 1986:14, который предупреждает, что современные
предположения социальных наук иногда могут играть решающую роль в
формировании реконструкций прошлого). Более того, их знакомство с природным
окружением Земли Израиля строго поверхностно и ограничено. Под этим мы
подразумеваем физическую географию региона и ее влияние на жителей;
экономический потенциал различных зон; и традиционный образ жизни, которого
все еще придерживаются некоторые элементы населения сегодня, что может
307
ГЛАВА 8
помочь нам понять социальные явления прошлого. Это особенно касается горной
местности и пустынной окраины, которые, очевидно, имеют решающее значение.
Менденхолл полностью проигнорировал археологические свидетельства, в то
время как Готвальд использовал только банальные свидетельства из больших
ханаанских теллей, не потрудившись ознакомиться ни с результатами раскопок на
самих местах поселений израильтян, ни с информацией, полученной в результате
комплексных исследований, проведенных по всей стране. Не сумев
реконструировать материальную культуру и структуру поселений позднего
бронзового и железного периодов, сторонники социологической школы
перекрыли важные пути исследования вопроса о поселении израильтян.
Экология человека и окружающая среда
V
A
D
IM
K
Модель израильского поселения, созданная Менденхоллом и Готвальдом,
полностью оторвана от социально-экологической реальности окружающей среды. Статья Менденхолла могла бы с таким же успехом касаться какой-то другой
географической — и, возможно, даже исторической — обстановки, в то время как
работа Готвальда так и не спускается «на землю», и те немногие примеры, которые
он привел, по сути, не имеют отношения к нашему региону.
Эти недостатки особенно очевидны в их критике школы Альта. В то время как
подход Альта, как свидетельствуют его труды, основывался на глубоком знании
физического и человеческого фона центральной горной страны, арены основных
событий, связанных с израильским поселением, его критики касались только чисто
теоретических аспектов и, таким образом, в конечном итоге придирались к
терминологическим нюансам второстепенной важности.
Степень, в которой сторонники социологической школы оторваны от событий,
которые они пытаются объяснить, особенно заметна в отношении пустынных
территорий и холмистых районов страны, которые имеют решающее значение для
эпизода Settlement. Они никогда не удосужились рассмотреть, могли ли оседлость
бедуинов или отношения между бедуинами и близлежащими постоянными
поселениями помочь пролить свет на схожие процессы в древности (хотя обширная
литература по обоим аспектам существовала на протяжении десятилетий).
Их утверждение о том, что пустынные регионы, граничащие со страной, не могли
прокормить население сколько-нибудь значительной численности (например,
Готвальд 1979:443) — их главная причина для отклонения других возможных
источников происхождения поселенцев — опровергается тем фактом, что в 1920-х
и 1930-х годах в этих самых регионах проживало 200 000–250 000 бедуинов (данные
из Шалем 1968:1–17; Мюзам 1966; Шмуэли 1980:73), и их пропитание основывалось
на стадах, а не на верблюдах. Утверждение Готвальда (1979:444) о том, что в нашем
регионе только Сирийская пустыня подходит для кочевого скотоводства, является
чисто произвольным; нагорье Негев и некоторые районы Трансиордании и Синая
предлагают не менее благоприятные экологические условия (Маркс 1974;
Переволоцкий 1979).
308
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
Аргумент о том, что регионы, где годовое количество осадков составляет менее
100 мм, не могут содержать стада, также неверен. Качество доступных пастбищ
определяется не только количеством осадков, но и высотой и подстилающими
скальными образованиями, которые влияют на сбор сточных вод и их доступность.
Так, например, прекрасные пастбища находятся высоко в Синае, хотя годовое
количество осадков там относительно незначительно.
Подводя итог, можно сказать, что фундаментальная ошибка Готвальда
заключается в том, что он взял массив данных из Северной Сирии начала второго
тысячелетия и применил его без малейших оговорок или колебаний к Земле
Израиля конца второго тысячелетия — не обращая внимания на совершенно иные
географические и исторические условия (Лемче 1985:162 и см. Анбар 1985a: 188,
который утверждает, что Мари предлагает аналогию только с теориями мирного
проникновения чужаков).
Знакомство Готвальда с сердцем израильского поселения также недостаточно.
Его утверждение (1979:447,658-659) о том, что источники и ирригационное
земледелие были важны для поселения в центральной горной стране, поразительно,
поскольку практика ирригационного земледелия была, по сути, совершенно
незначительна в регионе, и даже сегодня была предпринята лишь в нескольких
деревнях.
Не менее странной является теория, которая произвела большой фурор среди
сторонников социологического подхода, о том, что знание того, как строить
террасы, было самым важным фактором в распространении поселений в горной
стране в период I железного века (Gottwald 1979:658-659; de Geus 1975; Thompson
1979; Stager 1982). Альстрём (1982) пошел еще дальше и утверждал, что пришельцы
в центральную горную страну в I железном веке принесли эти знания с собой; таким
образом, он пришел к выводу, что поселенцы имели сельскохозяйственное, а не
полукочевое происхождение.
Интенсивные археологические исследования полностью противоречат этому
представлению. Во-первых, самые ранние израильские поселения оказались
расположены в тех самых областях, где террасы были менее существенны, в то время
как классические террасные регионы были практически лишены поселений.
Во-вторых, террасы, очевидно, использовались задолго до I железного века, по
крайней мере с начала относительно плотного заселения горной местности в MB II,
особенно на западных склонах; необходимость строительства террас была просто
функцией топографии и роста населения (глава
4)־
Удивительно, но исследования, претендующие на изучение процесса расселения
израильтян с социологической точки зрения, совершенно не пытаются рассмотреть
далеко идущие последствия современного проживания в горной местности —
традиционной арабской деревни, ее обстановки и экономики — для исследования
процессов расселения в древности.
309
ГЛАВА 8
Модели расселения
Готвальд предвосхитил будущее направление исследований — региональные
исследования в горной местности, — когда писал:
Цель состоит в том, чтобы обследовать и/или прозондировать все места в
данном регионе, чтобы их можно было рассматривать контекстуально или
экологически. Результаты таких систематических исследований местности в
глубине должны иметь огромную ценность для исторической реконструкции...
(1979:202).
V
A
D
IM
K
...Однако Израиль появился на свет истории из сельской местности, а не из
города.... Именно это зарождающееся раннее израильское сельское гнездо и
было проигнорировано археологией. К счастью, наконец-то появились
некоторые движения в сторону привлечения всех возможностей археологии для
реконструкции социально-экономической организации сельского Израиля
(1978b:6).
Действительно, в последние годы были проведены комплексные полевые
исследования во многих районах Земли Израиля, включая центральную горную
страну. Распределение памятников I века на территории Эфраима, одного из двух
основных регионов расселения израильтян в горной стране, показывает, что в
начале периода предпочтение отдавалось пустынной окраине, внутренним долинам
северных холмов и плато Бетел. Около 70% всех памятников I века были
обнаружены в этих регионах (глава 4), где основным источником существования
были полевые культуры, а во многих районах — стада. Похожая картина возникла в
ходе предварительного обследования 1968 года на территории Вениамина, где
почти все памятники израильских поселений располагались на краю пустыни, и в
ходе обследования Зертала в Манассии, где большинство памятников I века были
расположены в восточной части центрального хребта (глава 3). Напротив,
садоводческие районы горной страны были в то время относительно
малонаселенными. Поэтому выбор поселений, сделанный израильтянами,
противоречил теориям социологической школы. Экономический фон пришельцев
был ближе к скотоводам на окраине пустыни, чем к оседлым жителям равнин и
долин.
Если бы новые поселенцы в горной стране были беженцами из ханаанского
государства, они бы с большей вероятностью искали убежища в суровых,
относительно недоступных районах западных склонов, которые также были
лишены ханаанских поселений. Однако наше исследование рисует совершенно
иную картину. Места поселений израильтян были сосредоточены в сравнительно
гостеприимных районах горной страны, недалеко от нескольких позднебронзовых
ханаанских городов в регионе: Сихем, Вефиль, Таппуах и т. д. (о похожей ситуации
в Нижней Галилее см. Гал 1982:88-89). В Манассии новые поселения также были
основаны недалеко от основных ханаанских городов. Объяснение такого
распределения, по-видимому, заключается в желании новых поселенцев
использовать уже обезлесенные районы в непосредственной близости от
ханаанских городов, где можно было
310
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ
ИСТОРИОГРАФИИ
СВИДЕТЕЛЬСТВА
И
ШКОЛЫ
УЧЕБНОГО
начать сельскохозяйственную деятельность без предварительного преодоления
экологических препятствий. (Вопрос о том, возникли ли израильские поселения в
этих районах до или после разрушения ханаанских городов, остается нерешенным.)
Что касается других вопросов, поднятых социологической школой, то нет
археологических оснований для предположения о конфликте между Деревней и
Городом в Земле Израиля в период поздней бронзы. Довольно редкое население
страны было сосредоточено в основном в крупных городах и, в меньшей степени,
на их непосредственной периферии. Небольших, неукрепленных, отдаленных
поселений практически не существовало (см. Gonen 1984; Naaman 1982; Lemche
1985:421). Если этот феномен «сельской местности» (используя термин Готвальда) и
существовал в то время, он не был обнаружен в ходе археологических исследований,
даже в низинах (за возможным исключением южной прибрежной равнины,
например, Oren and Morrison 1986:74-75). Излишне говорить, что данные недавних
исследований, показывающие, что в горной местности практически не было
постоянных поселений позднего бронзового века, исключают любую теорию о
том, что поселенцы I железного века произошли от ранее существовавших сельских
групп в этой области (например, de Geus 1976: 172-173; Halpern 1983:239).
Наиболее густонаселенными регионами в период поздней бронзы были южное
побережье и Шефела. В отличие от других районов страны, в этих регионах в
период поздней бронзы почти не ощущалось демографического кризиса. Можно
было бы ожидать, что люди, бежавшие от них, поселятся в холмистом блоке Иудеи
на востоке, поскольку этот регион был возвышенным, изолированным и
необитаемым; действительно, в другие периоды он функционировал как
консолидированная и изолированная единица проживания. Загвоздка в том, что
археологические свидетельства указывают на обратное. Фактически, в Иудейских
горах было очень мало поселений — было найдено всего около 10 (глава 3), в
отличие от 115 в Ефреме и 95 в Манассии (хотя экологические факторы, вероятно,
также повлияли на это). Основываясь на количестве поселений в различных
регионах страны и их датах, мы приходим к выводу, что регионом с самой высокой
плотностью поселений израильтян была центральная холмистая страна между
Иерусалимом и долиной Изреель. Из этого ядра израильтяне распространились на
юг, в Иудею, и на север, в Галилею, во время второго этапа процесса заселения
(глава 10).
Полевые работы, проведенные в пограничной зоне между горной страной и
прибрежной равниной, также вносят свой вклад. В предгорьях напротив
ханаанского (а позднее и филистимского) Афека была обследована группа из семи
поселений израильтян, и одно из них, Избет Шарцах , было тщательно раскопано
(глава 3). Для целей этого обсуждения не имеет значения, были ли эти поселения
основаны до или после разрушения ханаанского Афека во второй половине 13-го
века ДО Н. Э., поскольку в любом случае очевидно, что если бы их жители были
вырваны из ханаанского государства, они бы искали убежища в горной стране, а не
на периферии ханаанских поселений, которые продолжали существовать на
равнине.
311
ГЛАВА 8
Материальная культура
Теория о том, что жители центральной горной страны в I веке были беглецами из
угнетенных низших слоев ханаанского общества, требует демонстрации
преемственности ханаанской материальной культуры в местах поселений
израильтян (например, Ahlström 1986 :26-36,57). Сторонники социологической
школы, по-видимому, нашли утешение в таких утверждениях, как:
Тем не менее, за одним выдающимся исключением — филистимской
керамикой, — методы и стили железной керамики I скорее предполагают
культурный континуум от LB, чем культурный разрыв (Miller 1977a:255).
V
A
D
IM
K
Однако ясно, что подобные определения снова были сделаны почти
исключительно на основе раскопок в больших теллях в Изреельской долине и
прибрежной равнине. Поскольку в этих регионах на ранних этапах железного века
не было израильской оккупации, такие утверждения лишены значения
относительно процесса израильского заселения.
Каллауэй (1976), Кули (1975) и Альстрём (1984a; 1984b, 1986:26-36, 57) были
первыми, кто обсуждал находки из горной местности и долины Беэр-Шевы, пытаясь
обосновать социологический подход.
Callaway (1985) интерпретировал находки из своих раскопок в Ай и Хирбет
Раддане как свидетельство того, что жители горной страны в период I железного
века имели деревенское, а не кочевое происхождение. По его мнению, в конце
позднего бронзового периода жители деревень из низин (прибрежной равнины и
Шефелы) были вынуждены эмигрировать на восток, в малонаселенную горную
страну. Это перемещение, как он утверждал, было результатом демографического
давления, возможно, последовавшего за прибытием «народов моря».
Каллауэй принял реконструкцию процесса поселения Альта как в основном
правильную, но у него были сомнения относительно социологического подхода
(1985:33). Однако его собственная реконструкция не имеет абсолютно никакого
отношения к теории Альта о медленном проникновении групп скотоводов в
горную местность в процессе сезонного выпаса. Напротив, Каллауэй почти
дословно придерживается социологического подхода, и те же аргументы,
высказанные против него ниже, справедливы и для него (см. также главы 6 и 7). В
любом случае, археологические свидетельства, которые он представляет для
подкрепления своих взглядов, не могут быть использованы для поддержки ни одной
из теорий, поскольку они могут быть интерпретированы как свидетельство
торговли с соседними территориями, а не как доказательство этнической
принадлежности или происхождения жителей.
Переход от позднего бронзового века к железному I в горной стране, по сути,
характеризовался несомненным изменением материальной культуры — как в
керамике, так и в архитектуре — а также совершенно новой моделью расселения.
Археологические данные опровергают все утверждения о прямой связи между
центрами позднего бронзового века в низинных регионах и памятниками железного
I в горной стране.
Две выдающиеся и типичные черты архитектуры I железного века в горной
местности
312
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА И НАУЧНЫЕ ШКОЛЫ
были колонные здания, в основном четырехкомнатного типа, и особый план
участка, в котором периферийные дома образовывали оборонительный пояс вокруг
поселения (например, Ай, Телль-эн-Нашбех). Такая планировка участка не имеет
никаких предшественников ни на одном из раскопанных по всей стране участков
поздней бронзы, и колонные здания там также были практически неизвестны.
Причины просты: израильская архитектура была основана на пастушеском образе
жизни, предшествовавшем оседлости, и она развивалась, адаптируясь к условиям
окружающей среды горной местности. Особенно важно, что влияние как шатра, так
и лагеря ощутимо в планах нескольких ранних израильских участков.
На большинстве поселений израильтян также часто встречалась третья
особенность — наличие десятков каменных силосов. Распространение силосов
также типично для общества на ранних стадиях организации.
Другой архитектурный вопрос, который игнорирует подход Менденхолла и
Готвальда, — это проблема обороны. Если бы основатели поселений в горной
местности были выходцами из ханаанского государства с его прочно устоявшимися
традициями строительства, мы бы ожидали, что они построят крепостные стены
вокруг своих поселений. Однако нет почти никаких свидетельств подлинных
укреплений с ранних поселений I железного века в горной местности. В лучшем
случае внешние здания некоторых поселений были смежными (подробности в
Главе 6).
Некоторые аспекты керамики поселений израильтян действительно
предполагают определенную связь с традициями керамики позднего бронзового
века, но здесь мы должны подчеркнуть два важных фактора, которые ученые
слишком часто игнорируют: регионализм, т. е. локальные черты, очевидные в
керамике, и количественное распределение различных типов.
Сходство с керамикой позднего бронзового периода, по понятным причинам,
наиболее заметно на участках вблизи прибрежной равнины и северных долин,
например, в Цбет-Шартахе, прилегающем к Афеку. С другой стороны, керамика
поселений израильтян в горной стране полностью отличается от керамики
ханаанских центров. В то время как репертуар типов позднего бронзового периода
был богатым и разнообразным, количество типов, найденных на участках
поселений израильтян в горной стране, было сравнительно небольшим. Но в то
время как керамика позднего бронзового периода была единообразной по
внешнему виду по всей стране, керамика поселений израильтян характеризовалась
локально расходящимися подтипами.
Эти различия, несомненно, отражают контрастные социально-экономические
ситуации этих двух групп: городское общество, связанное торговлей, против
разрозненного и изолированного племенного общества. Они также показывают,
что связи между двумя культурами были не очень сильны. Даже типы, которые, как
считалось, развились из предыдущего периода, такие как горшок для приготовления
пищи, проявили отчетливо новые черты. (В любом случае, следует ожидать
некоторой связи с предыдущей культурой, даже в недавно созданном обществе). Мы
также не должны забывать, что кувшин для хранения с воротником, который
является наиболее характерным типом в местах поселений израильтян в горной
стране — составляя 35%
313
ГЛАВА 8
V
A
D
IM
K
сборка в некоторых местах — дебютировала в это время (глава 7).
Неизбежный вывод заключается в том, что предмет израильского поселения,
который включает в себя реконструкцию сложных исторических и
демографических процессов, не может обсуждаться без непосредственного знания
хотя бы одного из вовлеченных регионов и без того, чтобы быть в курсе последних
событий в археологических полевых работах. Недавние исследования моделей
поселений в разных частях страны в периоды поздней бронзы и I железного века, а
также накапливающиеся данные о материальной культуре мест израильских
поселений в горной стране делают невозможным принятие теории, утверждающей,
что люди, ответственные за поселение I железного века в горной стране, пришли
непосредственно из оседлого ханаанского общества низменных регионов. Наконец,
еще один важный момент, который обычно забывают в пылу споров, - это простой
факт, что ни один процесс типа, выдвинутого Менденхоллом и Готвальдом, не
может быть прослежен ни в одном древнем ближневосточном источнике. Подводя
итог, некоторые из обсуждаемых выше моментов сильнее других, но общая картина,
которая возникает, имеет первостепенное значение. Однако другие положения,
высказанные социологической школой, справедливы, и мы вернемся к ним позже.
32
32 После того, как эта рукопись была готова к публикации, появилась важная книга Лемхе о
Раннем Израиле (1985). Хотя большая часть его работы посвящена резкой критике « Пленов
Яхве » Готвальда (например , там же: 407-410), Лемхе в основном согласен почти со всеми
взглядами
социологической
школы.
Он
также
ищет
истоки
Израиля
в
социально-политической ситуации в поздний бронзовый период. С XIV века ДО Н . Э .
холмистые районы страны были заселены, по его мнению, парасоциальными элементами,
которые произошли из городов-государств низменностей. Поскольку эти группы не были
оседлыми, они археологически невидимы. Технологические инновации в начале железного
века сделали возможным их оседлость в горной стране (там же: 416-432). Самая сильная и
впечатляющая часть исследования Лемхе — социально-антропологические данные, которые
были включены в книгу. С другой стороны, обработка археологического материала
искусственна и недостаточна.
314
ГЛАВА 9
ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РАССЕЛЕНИЯ ИЗРАИЛЯТ
Из-за своей изоляции, места поселений израильтян, особенно самые ранние, почти
никогда не дают объектов хронологического значения. Скудный керамический
репертуар и отсутствие четких исторических точек de répère затрудняют понимание
хронологии периода. Это особенно касается определения даты начала процесса
израильского поселения и выделения фаз в пределах железного века I. Таким
образом, наша способность назначать относительные даты местам этой эпохи
весьма ограничена.
АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА, ПОЗВОЛЯЮЩИЕ ДАТИРОВАТЬ НАЧАЛО
ПРОЦЕССА
Споры о дате начала израильского поселения всегда были в центре исследований
этого периода (см., в частности, Kempinski et al. 1981:121; Yadin 1979:63-65). Две
позиции, связанные с историческим мировоззрением их сторонников,
консолидировались на протяжении многих лет.
Сторонники школы Олбрайта, придерживающиеся единого военного
завоевания, отнесли разрушение ханаанских городов к 1230-м годам ДО Н. Э.
(Олбрайт 1933:78-79; 1937:24; Келсо 1968:32; Ядин 1972:108), а основание первых
израильских поселений вскоре после этого, в 1220-х годах ДО Н. Э. (Келсо 1968:xiv;
Кэллауэй 1976:19; Кули 1975:7). Для них решающими были два фактора:
обнаружение импортной микенской керамики IIIB вместе с очень поздними
местными изделиями позднего бронзового века в обломках последних ханаанских
слоев требовало датировки этих разрушений как можно более поздним периодом в
13 веке. С другой стороны, упоминание Израиля как группы людей на стеле
Мернептаха, которая датируется примерно 1220 ГОДОМ ДО Н. Э., было воспринято
как означающее, что израильское поселение началось к этой дате. (О стеле
Мернептаха, возможной идентификации «Израиля» на рельефах Мернептаха и в
настоящее время принятой дате 1207 Г. ДО Н. Э. для этой кампании см. Stager 1985a;
для другой интерпретации имени «Израиль» на стеле см. Ahlström and Edelman
1985).
В 1970-х годах Ахарони, который следовал идеям школы Альт, выступая за
медленное и мирное проникновение новых элементов в холмистые
малонаселенные районы, пока ханаанские города все еще процветали, утверждал,
что существуют археологические
315
ГЛАВА 9
V
A
D
IM
K
свидетельств, позволяющих датировать начало израильского поселения XIII веком,
если не раньше.
Так или иначе, однако, хронологические позиции основывались в основном на
косвенных исторических и археологических соображениях (см. Aharoni
1982:171-174), некоторые из которых сами по себе не имели четких и независимых
дат. Из этого следует, что даты разрушения ханаанских городов и основания
поселений покоятся на шаткой почве. Проблема тем более серьезна, что
определенные керамические комплексы, которые были датированы на основе
неубедительных исторических данных, стали, в свою очередь, основаниями для
датирования слоев на других участках. Короче говоря, в значительной степени
вопрос хронологии можно сравнить с собакой, гоняющейся за своим хвостом.
Но как только мы освобождаемся от ограничений различных исторических
интерпретаций, у нас не остается никаких средств для назначения точных дат местам
израильских поселений. Фактически, мы не можем определить, был ли разрушен
Вефиль в 1250 Г. ДО Н. Э. или, скажем, в 1175 Г. ДО Н. Э. Хорошей иллюстрацией
проблемы является датировка разрушения слоя VI в Лахише. Долгое время
считалось, что это произошло во второй половине XIII века — пока недавно не
стало ясно, что слой VI все еще существовал во время правления Рамсеса III, в
первой половине XII века (Ussishkin 1983:168-170).
Более того, даже на участках, где были найдены объекты хронологического
значения, все еще остается значительное пространство для маневра. Например,
угаритская табличка, недавно найденная в слое разрушения «резиденции
губернатора» в Афеке (Owen 1981), была датирована примерно 1230 Г. ДО Н. Э. на
основе личных имен, записанных в тексте (Singer 1983). Но это все еще дает только
terminus post quern для разрушения Афека; это не говорит нам, произошло ли
разрушение в 1230 Г. ДО Н. Э. или, скажем, в 1200 Г. ДО Н. Э.
Подобным же образом, даже если мы строго придерживаемся взглядов единой
школы военного завоевания, мы не можем определить, была ли деревня в Гае
основана в 1210 или 1125 ГОДУ ДО Н. Э. Несколько более точная дата могла бы быть
возможна, если бы были приняты во внимание некоторые аспекты материальной
культуры
поселения;
однако
большинство
свидетельств
остаются
неопубликованными.
Исследование Галилеи Ахарони в 1950-х годах усилило дебаты по хронологии
израильского поселения. Основываясь как на теории мирной инфильтрации Альта,
так и на модели поселения в Верхней Галилее, Ахарони выдвинул гипотезу, что
галилейские поселения были основаны до разрушения ханаанского Хацора. Когда
стало ясно, что Хацор был опустошен уже во второй трети XIII века ДО Н. Э. (Ядин
1972:129-131), Ахарони предложил поднять даты галилейских поселений до более
раннего XIII или даже XIV века ДО Н. Э. (1957:115-119; 1982:177-178; 1971b:l 14-120).
С тех пор ученые были озабочены вопросом о том, существуют ли археологические
свидетельства (кроме образцов поселений) для датировки израильских поселений в
Галилее или центральной горной стране до 12-го века до Н. Э. Этот вопрос,
естественно, имеет важные последствия для реконструкции хода
316
ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РАССЕЛЕНИЯ ИЗРАИЛЯТ
Израильское поселение и за исследование истоков материальной культуры того
периода.
И вот, начиная с 1950-х годов, но особенно в 1970-х годах, прямые
археологические доказательства для повышения даты начала заселения
центральной горной страны и долины Беэр-Шевы якобы были обнаружены на
самих местах израильских поселений. Ахарони даже нашел поддержку своей
датировке 14-13 веками в результатах раскопок, проведенных годами ранее
(1973:41-46; 1979a:211-212; 1982:150,153,171-174; Ахарони, Фриц и Кемпински
1975:118, 121; см. также Фриц 1980:134; Кемпински и др. 1981:175; Кемпински и
Фриц 1977:146; Кемпински 1985). Но большинство этих доказательств
впоследствии были опровергнуты. Так что мы, по сути, вернулись к тому, с чего
начали, поскольку сами по себе места поселений израильтян до сих пор не содержат
почти никаких прямых хронологических данных об их основании.
Следующие пункты недавно были признаны важными археологическими
доказательствами для повышения даты израильского поселения:
Схема заселения галилейских поселений
Размещение поселений, которое было основой всех аргументов в пользу
повышения датировки мест израильских поселений, утратило свою ценность, как
только стало ясно, что последний ханаанский город в Хацоре, слой XIII, уже не
существовал ко второй половине XIII в. до н. э . , а также что поселения Верхней
Галилеи и слоя XII в Хацоре (первое израильское поселение) следует датировать
концом XII века или, возможно, даже XI веком (глава 3).
Надпись Раддана
Три буквы протоханаанского письма были вырезаны на ручке кувшина из Хирбет
Раддана (рис. 103). Ахарони (1971a) датировал его — предположительно на
палеографических основаниях — XIV в. до Н. Э. , а затем использовал его для
определения начала деятельности на этом месте. Кросс и Фридман (1971)
датировали его на основе палеографии примерно 1200 Г. ДО Н. Э., а позднее Кросс
(1979:97, прим. 2) указал конец XIII в. Общее у некоторых дат, предложенных для
граффито из Хирбет Раддана, то, что они пронизаны историческими
соображениями. Другими словами, дата, назначенная ручке кувшина, зависела от
взглядов конкретного ученого на хронологию израильского поселения;
соответственно, надпись из Радданы не может использоваться в качестве
независимого доказательства для датировки начала израильского поселения!
Скарабей Тель-Масос
Скарабей, найденный в слое III в Тель-Масосе (рис. 104), был датирован Гивеоном
(1974) временем Сети II. Это чтение, в сочетании с керамикой из слоя, стало
основой для датировки основания участка концом
317
ГЛАВА 9
V
A
D
IM
K
103. Надпись К. Раддана (Кросс и
Фридман 1971: 19).
104 Скарабей из
Тель-Масоса (Giveon 1974:
Pl. 5).
318
ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РАССЕЛЕНИЯ ИЗРАИЛЯТ
13 век ДО Н. Э. (например, Kempinski et al 1981:176, но см. Fritz and Kempinski
1983:229-230 для более осторожной датировки). Брандл (1982), однако, утверждал,
что скарабей датируется правлением Рамсеса X, а керамическая композиция могла
бы с таким же успехом принадлежать началу 12 века. Но даже если принять более
раннюю атрибуцию Гивеона, мы не получаем дальнейших сведений относительно
хронологии израильского поселения, поскольку Тель-Масос вряд ли был типичным
местом израильского поселения (глава 3).
Керамические свидетельства из Шилоа, Телль-эн-Нашбеха и Телль- эль-Фюля
Поскольку датская экспедиция не нашла никаких доказательств существования
города позднего бронзового века в Силоме, Ахарони (например, 1973:46)
предположил, что небольшое количество позднебронзовой керамики на этом месте
должно быть связано с ранней фазой израильской оккупации в 14 веке ДО Н. Э.
Наши возобновленные раскопки, однако, показали, что в период поздней бронзы в
Силоме была активность; что эта активность была частью ханаанской культурной
сферы; что это место было заброшено в конце периода поздней бронзы; и что нет
никаких доказательств из комплексов последующего заселения, что израильтяне
присутствовали в Силоме до начала 12 века ДО Н. Э. (глава 5).
Ахарони также выделил несколько сосудов и черепков из Телль-эн-Нашбе и
Телль -эль-Фуля как доказательство того, что израильское поселение на этих
участках началось уже в поздний бронзовый период (1982:174; также Ахарони,
Фриц и Кемпински 1975:121), но все эти сосуды были либо горшками для готовки с
вывернутыми краями, либо чашами с цимовым профилем, типы которых также
появились в XII веке ДО Н. Э. 33
Микенский черепок из Цбет Сарцаха
Первоначально этому небольшому фрагменту (рис. 105) придавалось
первостепенное значение в связи с хронологической дилеммой начала израильской
105. Цбет Шарцах, слой III — микенский черепок.
33 В одном месте отчета о раскопках (McCown 1947a:180) Уомплер отметил, что в
Телль-эн-Нашбех были найдены кипрские черепки. Невозможно узнать, что он имел в виду, во
всяком случае, ничего кипрского не появляется среди опубликованной керамики.
319
ГЛАВА 9
Поселение, поскольку считалось, что оно представляет собой первое
недвусмысленное керамическое доказательство того, что раннее израильское
поселение существовало в 13 веке ДО Н. Э. (Kochavi and Finkelstein 1978:268). Однако
это доказательство, по-видимому, также следует отбросить, поскольку В. Хэнки
исследовал черепок и классифицировал его как фрагмент позднемикенского сосуда
IIIB в «простом стиле», самые поздние образцы которого датируются 12 веком до Н.
Э. (Hankey, 1986).
Другие подсказки
V
A
D
IM
K
Находки, обсуждаемые выше, не помогли разрешить хронологический спор 34. Это
оставляет нам только три археологических намека — два из окрестностей Афека и
Избет -Шарцаха — на то, что израильское поселение началось уже в 13 веке ДО Н. Э.
Среди керамики из Izbet Şarţah Stratum III были местные сосуды, изготовленные в традиции поздней бронзы (Finkelstein 1986: Figs. 8-13). Но эти сосуды можно с
одинаковой легкостью датировать как началом XII века, так и концом XIII века. В
любом случае, это, по-видимому, самая ранняя чистая коллекция, раскопанная до
сих пор на месте израильского поселения.
Когда этот набор сочетается с частью доказательств из близлежащего Афека,
более ранняя дата кажется предпочтительной. Сосуд, о котором идет речь,
представляет собой целый кувшин с воротником-ободком, который был найден в
слое разрушения резиденции египетского наместника (Бек и Кохави 1985:34,40),
вместе с клинописной табличкой из Угарита (Оуэн 1981), которая обеспечила
конечную точку после керна около 1230 Г. ДО Н. Э. для разрушения дворца (Зингер 1983).
Керамический набор из Афека не может датировать разрушение ханаанского
города более точно, чем концом 13-го века.
Кувшины для хранения с воротником-ободком полностью и абсолютно
отсутствовали в современных им местах в горной местности, регионе, где вскоре
появилось наибольшее количество этих сосудов. Это делает очень сложным
связывание самого раннего использования этого типа с ханаанским населением в
конце XIII века до Н. Э. Наиболее логичным способом объяснить кувшин для
хранения с воротником-ободком из Афека является предположение, что в течение
последней трети XIII века кувшины для хранения с воротником-ободком
34 В последнее время упоминалось еще несколько мест в связи с датой поселения израильтян. О
предложении Кемпински связать Тель-Шиппор в Шефеле с движением поселения израильтян
13-го века и о причинах, по которым его следует отвергнуть, см. Главу 3. Доказательства из
Нижней Галилеи, представленные Галом для того, чтобы поднять даты поселения израильтян,
также были прокомментированы в Главе 3.
Недавние сообщения из Тель-Дана говорят о находке позднебронзовой керамики, включая
кипрский импорт и микенский фрагмент, вместе с такой керамикой «израильского I», как
куски пифосов с воротниковыми ободками (Had. Arch. 72, 1979:12; 85, 1984:4; для другой
формулировки этого объявления см. Biran 1985:187). Прежде чем оценивать значимость этих
находок для хронологии периода израильских поселений, мы должны дождаться их полной
публикации и их стратиграфического назначения.
320
ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РАССЕЛЕНИЯ ИЗРАИЛЯТ
уже использовались группами, которые поселились в предгорьях к востоку от
Афека. По этой причине дата основания Страта III в Избет Шарцах кажется
предпочтительной в конце 13-го века .
Третья подсказка исходит от места на горе Эбал, где недавно были обнаружены
два египетских скарабея, один из времен Рамсеса II или III (Zertal 1985c:42), а другой
из правления Рамсеса II (Zertal 1986a:52-53). Если только не будут найдены более
поздние параллели этим скарабеям, они представляют собой единственное, прямое,
определенное археологическое доказательство существования израильского
поселения еще в конце 13 века ДО Н. Э. (Теоретическая возможность того, что эти
скарабеи были реликвиями, принесенными на это место позже, крайне
маловероятна). Керамика из слоя II на горе Эбал также может быть датирована
началом 12 века ДО Н. Э.
Хоть эти подсказки и кажутся слабыми, они дают косвенные доказательства
существования нового оседлого населения в горной местности и на ее окраинах к
концу XIII века ДО Н. Э.
Данные, позволяющие отнести начало израильского поселения к XIII веку,
поэтому немногочисленны и неубедительны. Насколько нам известно и насколько
мы понимаем характер израильского поселения, этот процесс начался в то время,
когда ханаанские города все еще существовали в низинах — и, по-видимому, также в
горной местности (глава 11) — независимо от того, произошло ли это в середине
XIII века, в конце XIII века или даже в начале XII века ДО Н. Э.
В любом случае, тот факт, что материальные свидетельства, указывающие на
сосуществование постоянных поселений и ханаанских центров, далеки от
изобилия, указывает на то, что начало процесса заселения нельзя отодвинуть на 14-й
или даже первую половину 13-го века ДО Н. Э. Если бы между двумя культурами был
такой длительный период совпадения, он нашел бы более четкое выражение в
находках как из ханаанских городов (таких как Афекский пифос), так и из мест в
горной местности. (Хотя возможно, что две современные и соседние группы могли
иметь разные материальные культуры из-за их разных социально-экономических
рамок).
Мы с нетерпением ждем новых хронологических доказательств по этому вопросу,
поскольку места поселений израильтян исследуются дальше. Важно отметить, что
до сих пор были раскопаны только настоящие поселения, хотя группы, которые
занимали эти места, были активны в этих регионах в до-оседлой фазе пастушеского
существования. Эта фаза еще не обнаружена археологически, но, тем не менее,
должна быть принята во внимание во многих хронологических дискуссиях. Мы
считаем, что интенсивные исследования, проводимые в районах поселений
израильтян, в конечном итоге покажут нам способ выявления таких мест в полевых
условиях.
321
ГЛАВА 9
ОТНОСИТЕЛЬНАЯ ХРОНОЛОГИЯ ПОСЕЛЕНИЙ ИЗРАИЛЬТЯН
V
A
D
IM
K
Фактическое отсутствие исторических якорей в течение периода, охватывающего
около двух столетий, от начала процесса поселения до инаугурации монархии,
делает чрезвычайно сложным определение как абсолютных, так и относительных
дат мест поселений израильтян. Тем не менее, есть несколько свидетельств,
некоторые из которых все еще довольно шаткие, которые, вероятно, окажутся
полезными.
Единственным историческим событием, которое, по-видимому, проявилось
археологически, было поражение Израиля при Эбенезере в середине XI века ДО Н.
Э. Кьяер и Олбрайт были правы, приписывая уровень разрушений в Силоме
филистимлянам после их победы в этой битве (глава 5). Другие места в горной
стране, вероятно, также были разрушены или заброшены в это время, как
предполагают керамические комплексы из Аи и Хирбет Радданы и результаты
нашего исследования в южном Эфраиме (глава 4).
Другие хронологические свидетельства исходят из материальных остатков самих
поселений. Что касается керамики, то близость нескольких комплексов к
позднебронзовым керамическим традициям очень важна. Сходство особенно
бросается в глаза в слое III в Избет-Шарцахе, где близость к прибрежной равнине
объясняет богатство комплекса. Но оно также заметно в Гилохе, на горе Эбал и в
других местах в горной местности. Однако сосуды, напоминающие керамические
типы XIII века — горшки для готовки с вывернутыми краями и кувшины, похожие
на «ханаанские кувшины», — были найдены в слое разрушения в Шило, т. е. еще в
середине XI века до н. э. Из ЭТОГО следует, что количественное измерение
появления различных типов на участках израильских поселений также имеет
значение.
наличие или отсутствие характерных типов керамики второй половины XI в. ДО
Н. Э. Под этим мы подразумеваем красношпатлеваную и полированную керамику и
декорированный филистимский материал. Здесь мы также должны добавить
предостережение о том, что полировка была относительно распространена в
окрестностях прибрежной равнины и долин (о появлении полировки см. A. Mazar
1985b:45, 83-84), но становилась все более редкой по мере подъема в горы.
Аналогичным образом, филистимская керамика встречалась реже в центре горной
местности, чем на участках, граничащих с прибрежной равниной. Тем не менее,
наличие или отсутствие этих особенностей все еще имеет значение: полированная
и полированная керамика не была найдена ни в Гилохе, ни на горе Эбал, ни в
большой коллекции из Шилоа, и, по-видимому, не в Ай и Хирбет-Раддане.
Филистимские черепки были опубликованы только из трех мест в горной стране:
Телль-эн-Нашбех, Бетел и Бет-Цур (T. Dothan 1982:44,48,54). С другой стороны,
набор, извлеченный из слоя разрушения в Шило — самая богатая коллекция,
когда-либо найденная на месте израильского поселения — включал только один,
возможно, филистимский черепок. Ни один не был обнаружен в Ай и
Хирбет-Раддане (на основании предварительных отчетов). Похоже, что
322
ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
Филистимская керамика достигла сердца горной страны только во второй половине
XI века ДО Н. Э., с расширением политической власти филистимлян в регионе после
их победы при Эбенезере и создания опорных пунктов в горах Вениамина. Другим
логическим следствием является то, что места, где не было обнаружено ни одной
филистимской керамики, несмотря на обширные раскопки, должны были быть
разрушены или заброшены не позднее середины XI века до н. Э.
Дальнейший прогресс в выявлении хронологических нюансов в керамике
поселений израильтян должен быть достигнут после статистического анализа
керамических комплексов, особенно тех, которые были найдены на объектах, где
можно четко выделить архитектурные фазы в пределах периода I железного века.
Выводы об относительной хронологии, которые можно сделать из
архитектурных свидетельств на участках израильских поселений, уже были
представлены (глава 6). Здесь достаточно вспомнить, что участок двора, такой как
Избет Шарцах Stratum III, вероятно, представляет собой стадию, когда жители
были еще близки к своему до-оседлому скотоводческому образу жизни, хотя это
наблюдение не обязательно имеет какое-либо прямое хронологическое значение. С
другой стороны, сомнительно, что участки с развитыми колонными зданиями могли
принадлежать к очень ранней стадии I железного века.
Подводя итог, можно сказать, что как керамические, так и архитектурные
свидетельства приводят к выводу, что самые ранние места поселений израильтян (с
точки зрения археологии ) известны на сегодняшний день — это гора Эбал, Гило и
начало слоя III в Цбет-Шарца (см. также A. Mazar 198la:33; Kempinski 1981:64).
Другие места, основанные в начале периода поселения в центральной горной
стране, включают Бет-Цур, Телль- эль-Фул, Телль-эн-Нашбех и Бетел. Во всех этих
местах влияние керамических традиций предшествующего периода очевидно в
таких чертах, как ободки горшков и основания кувшинов. Развитая архитектура
деревень в Ай и Хирбет-Раддана не позволяет отнести их основные фазы к очень
раннему этапу периода; таким образом, мы бы отнесли их не ранее конца XII века
ДО Н. Э. Шило, а также, вероятно, Ай и Хирбет Раддана были разрушены или
заброшены в середине XI в. ДО Н. Э., в то время как деятельность в других местах,
таких как Телль-эн-Нашбех, Бет-Эль и Бет-Цур, продолжалась до второй половины
XI в., даже если эти места также пострадали около 1050 Г. ДО Н. Э.
ГЛАВА 10
МАСШТАБЫ ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
IM
K
Археологические данные, представленные в главах 4-5, позволяют нам рассмотреть
два вопроса первостепенной важности, которые до сих пор упоминались лишь
вскользь из-за отсутствия достаточной фактической базы для обсуждения. В
частности, мы имеем в виду количественное хронологическое исследование
распространения групп поселенцев по стране и оценку численности израильского
населения в период I железного века. Оба эти вопроса имеют непосредственное
отношение практически к каждому аспекту изучения израильского поселения;
фактически, если их не принимать во внимание, не может быть достигнут никакой
прогресс в реконструкции исторических процессов, которые имели место в стране в
период I железного века. Это особенно верно при рассмотрении характера
израильского поселения и происхождения поселенцев.
РАСШИРЕНИЕ ИЗРАИЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ В ХАНААНЕ
V
A
D
Предыдущие попытки разобраться с этой сложной проблемой на основе
абстрактных и спорных источников были обречены на полный провал (например,
Yeivin 1971a). Вместо этого наше обсуждение будет основываться на данных
полевых работ: количестве памятников, обнаруженных в ходе археологических
исследований, и их датировке по данным раскопок и исследований. В будущем
можно будет вернуться к литературным источникам и пересмотреть их на основе
этих данных.
В целом, основным регионом расселения израильтян была северная часть
центральной горной страны, между Иерусалимом и долиной Изреель — особенно в
Ефреме и Манассии. Почти 70% всех известных поселений израильтян к западу от
реки Иордан были обследованы на этих двух племенных территориях; они также
представляют 90% всех известных поселений во всей центральной горной стране,
от бассейна Беэр-Шевы до долины Изреель. Это во многих отношениях отражалось
в плотности поселений Iron I в восточной части долины реки Иордан и на
Трансиорданском плато, где, как мы видели, большинство поселений Iron I были
сосредоточены в Галааде, который соответствовал блоку Ефрема-Манассии на
другой стороне Иордана.
В начале периода I железного века большинство израильтян проживало вдоль
хребта центральной горной страны и ее восточного фланга (рис. 106). Западные
склоны горной страны, долина Беэр-Шевы, Верхняя Галилея и восточная
324
МАГНИТ УДА ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
Густонаселенный регион
106. Карта израильского
поселения — ранние
этапы.
Малонаселенный регион
325
ГЛАВА 10
V
A
D
IM
K
Нижняя Галилея была заселена только в более поздние фазы периода (рис. 107). Из
этого следует, что нет никаких оснований утверждать, что «Дом Иосифа» не был
заселен до второй фазы периода (например, Alt 1939:47-49).
Поселение израильтян можно разделить на три схематических исторических
этапа: начало, XI век и территориальное расширение в начале монархии.
Первоначально большая часть населения была сосредоточена в Ефреме и
Манассии. Несколько поселений были также основаны в Вениамине, Иудее,
верхней Шефеле (?), Шароне (?) и Нижней Галилее. Между Иерусалимом и
долиной Изреель активность была наибольшей на окраине пустыни, на
высокогорных плато и в межгорных долинах от Силома на север. Западные склоны
были едва заселены.
Наиболее поразительной является малочисленность поселений в Иудее. Это не
археологическая случайность, а подтверждено значительными исследованиями.
Например, сравнивая количество поселений в Иудее с эквивалентной площадью в
Ефреме, мы находим в десять раз больше поселений в Ефреме! Регионы,
прилегающие к Иудейским горам, подтверждают эту картину: верхняя Шефела
испытала мало попыток заселения, если таковые вообще имели место; на южных
Хевронских холмах не известно ни одного места поселения израильтян (вопреки
Кемпински и др. 1981:175); а в долине Беэр-Шевы поселения израильтян начались
только в 11 веке ДО Н. Э. — и даже тогда, только в ограниченном масштабе. Если бы
Иудейские горы были густо заселены уже в XII веке или даже в XI веке, мы бы
ожидали найти свидетельства постоянного притока людей дальше на юг, в районы,
которые в то время были практически не заселены «неизраильскими» элементами.
Плато Иудейских гор, по-видимому, благоприятствовало заселению. Во-первых,
на юге и востоке была широкая пограничная зона с обширными территориями,
пригодными для выращивания зерновых и выпаса скота, похожими на те регионы
Ефрема, которые были популярны в начале заселения израильтянами. Во-вторых, в
этой части страны почти не проживало хананеев; Дебит был единственным центром
к югу от Иерусалима в поздний бронзовый период.
Объяснение редкости заселения Иудеи в течение всего Бронзового века, а также
в течение Железного века I, должно быть географическим и экологическим:
соотношение каменистой местности к областям, пригодным для сельского
хозяйства, было относительно высоким, и земля была покрыта густым лесом.
Аналогии с современным временем не могут быть проведены для этого региона,
поскольку нынешняя ситуация отражает тысячелетия интенсивного земледелия,
восходящие к периоду Железного века II, когда эта территория была впервые густо
заселена.
Небольшое население Иудеи периода I железного века либо прибыло тонкой
струйкой из основных районов израильских поселений на севере, либо включало
оседлые скотоводческие группы, которые уже были активны в регионе. Оба
процесса усилились к концу I железного века и в начале Монархии. Превращение
Иудеи в улей активности, таким образом, произошло относительно поздно,
начавшись только во время Объединенной Монархии. Демографическая картина,
нарисованная археологией, имеет свой аналог в библейских рассказах,
326
МАСШТАБЫ ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
которые ясно указывают на то, что в XI веке активность в горной стране была в
значительной степени ограничена Ефремом и Вениамином, где находились все
основные центры — Силом, Галгал, Вефиль, Мицпа, Рама и Гива. С другой
стороны, очень мало информации предлагается об Иудее до времен Саула и Давида.
(Акцент на важности Ефрема и Вениамина в Библии также обусловлен личностями
Самуила и Саула, которые находятся в центре внимания 1 Царств.)
Проникновение в Иудею с севера, возможно, намекается в истории об Иуде и
Симеоне, отправившихся из Манассии, чтобы вторгнуться в Иудейские горы (Судьи
1:4-9; см. de Vaux 1978:541-542). Более ясным отражением является появление
формы «Ефрати(м)» [ אפרתי[ םв связи с Вифлеемом и Кириаф-Йеаримом, что
указывает на то, что кланы ефремлян поселились в северной Иудее (Нааман 1984; о
библейских свидетельствах объединения Иудеи см., например, Коэн 1965:94-98).
Это оставляет проблему библейской традиции проникновения в Иудею с юга
(Aharoni 1979:220; Herrmann 1975:91; Miller 1977a:284; de Vaux 1978:539,541-542,674).
Удивительная нехватка мест в долине Беэр-Шевы и на южных холмах Хеврона,
по-видимому, исключает какой-либо крупномасштабный приток элементов с этого
направления. Если и были связи с южными группами (Na'aman 1984:325-327), их
археологическое выражение было незначительным.
Другим указанием на распространение поселений в Иудее являются священные
центры израильтян. Археологические и библейские свидетельства в совокупности
предполагают процесс, посредством которого эти центры постепенно
перемещались на юг, одновременно с расширением оккупации в этом направлении.
Наши раскопки подтвердили теорию о том, что Силом был самым ранним центром
групп горных стран (не принимая во внимание туманную традицию относительно
Сихема). После разрушения этого места в середине XI в. ДО Н. Э. на первый план
вышел Галгал, где действовали Самуил и Саул, вместе с другими важными городами
в горном хребте Вениамина. В конце XI в. Ковчег Завета был помещен в
Кириаф-Йеарим (1 Царств 7:2). Только в начале X в. до н. Э., по мере того как
поселения в Иудее разрастались, южные центры стали приобретать все большую
значимость: Хеврон и выбор Давидом Иерусалима в качестве своей столицы.
С ростом концентрации населения вдоль хребта центральной горной страны
процесс заселения прочно укоренился и нуждался в пространстве для расширения.
Между тем, из-за давления филистимлян и других элементов дальше на север, те
группы, которые могли поселиться в верхней Шефеле и восточном Шароне,
отступили на восток. Израильское население теперь оказалось перед дилеммой. С
одной стороны, лучшие районы в центральной горной стране — вдоль межгорных
долин Ефрема и Манассии — были уже относительно плотно заселены. С другой
стороны, жители горной страны еще не накопили достаточно сил, чтобы
327
ГЛАВА 10
V
A
D
IM
K
взять под контроль прибрежную равнину, Шефелу или северные долины.
В результате, в дополнение к интенсификации поселений в различных районах
северных центральных холмов, в Иудее и в Нижней Галилее, теперь началось
движение в необитаемые пограничные зоны. Отдаленные и суровые западные
склоны ранее избегались из-за сложных географических условий : пересеченный
ландшафт; удаленность от постоянных источников воды в некоторых случаях;
грозные скальные образования; и относительно густые леса (глава 4). Теперь,
однако, поселенцы преодолели естественные препятствия этих пограничных
регионов. Несколько мест были основаны в долине Беэр-Шевы, и израильское
поселение началось в Западной Галилее, а также в холмистом, расчлененном,
лесистом сердце Верхней Галилеи.
Экспансия в эти приграничные регионы имела далеко идущие последствия для
социально-политической системы групп горных стран. Борьба с экологическими
препятствиями,
начало
выращивания
садоводства,
ускорившее
сельскохозяйственную специализацию, и территориальная конфронтация с
соседними образованиями на западе и юге требуют лучшего управления и военной
организации и привели к возникновению монархии (Finkelstein coming c).
Археологические данные, таким образом, указывают на то, что основная сила
поселения ощущалась в областях «Дома Иосифа», и что это было ядро, из которого
многие группы разошлись в другие регионы. Однако, очевидно, были группы,
которые поселились непосредственно в этих периферийных зонах, не проходя
промежуточный период в центральной горной стране. Библия также намекает на
внешнее распространение населения из северной центральной горной страны (как
отмечалось еще Лютером 1901; Мейером 1906:506).
В дополнение к экспансии в Иудею, следует отметить следующее. Есть
свидетельства того, что колено Иссахара (которое, как показал Гал, поселилось в
базальтовых нагорьях восточной Нижней Галилеи только в 10 веке) возникло в
северной Самарии (Гал 1982а). Сильная традиция подчеркивает корни Асира в
юго-западных холмах Ефрема (например, Маламат 1976а:64; де Во 1978:665). 35
Миграция колена Дана на север через горную страну Ефрема, по-видимому,
получила некоторую археологическую поддержку (глава 3).
Последний этап расширения и организации израильского государства начался в
конце XI века и достиг своего пика в начале X века, когда были покорены последние
ханаанские анклавы в Изреельской долине и когда филистимляне были изгнаны из
некоторых районов Шефелы и южной части
35 Однако археологические свидетельства допускают и другую интерпретацию. Лишь несколько
поселений израильтян были найдены в регионе, упомянутом в генеалогическом списке Асира
в юго-западной части территории Ефрема (I Пар. 7:30-31). Возможно, что библейский
источник отражает северную экспансию в Железном II или же движение с севера в
центральную горную страну в этот период.
328
МАСШТАБЫ ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
107. Карта поселений
израильтян — конец XI в.
до н. э.
Густонаселенный регион
Редконаселенный регион
329
ГЛАВА 10
побережье. Израильские группы смогли проникнуть в эти ранее закрытые регионы.
Территориальная экспансия, начавшаяся уже в XI веке, очевидно, создала больше
трений между израильтянами и относительно сильными группами, проживавшими
в северных долинах, прибрежной равнине и Шефеле. Неизбежно вспыхнувшие
стычки были одними из факторов, приведших к переломному моменту в
политической истории страны: объединению большей части Земли Израиля под
единым правительством.
ЧИСЛЕННОСТЬ ИЗРАИЛЬСКОГО НАСЕЛЕНИЯ В I железном веке
K
Оценка численности израильского населения в I железном веке имеет решающее
значение для обсуждения особенностей исторических и демографических
процессов, происходивших в Земле Израиля в то время, а также занимает
центральное место в дебатах между тремя школами интерпретации израильского
заселения.
Сторонники социологической школы не скрывали важности этого вопроса:
IM
Главный вопрос, от которого зависит все остальное, заключается в том, каковы
были источники населения Двенадцати колен, численность которого Олбрайт
много лет назад оценила примерно в четверть миллиона, всего через одно или
два поколения после времен Моисея (Менденхолл 1976:155).
V
A
D
Другими словами, по их мнению, большое количество израильских поселенцев
исключало какое-либо происхождение из пустынных окраин, граничащих со
страной.
В прошлом ученым приходилось довольствоваться библейскими данными
переписи и другими косвенными историческими источниками, большинство или
все из которых требовали значительного объяснения перед тем, как их можно было
использовать, и поэтому могли привести к крайне противоречивым результатам.
Даже если они никогда не признавали этого напрямую, большинство ученых
действовали на основе априорного предположения, что большая масса людей так или
иначе вошла в Землю Израиля в то время.
Мнению Олбрайта, естественно, придавалось большое значение. Он подсчитал,
что численность населения Земли Израиля в начале периода монархии, т. е. в конце
процесса поселения, составляла около 750 000 человек (1925:20-25). В другом месте
Олбрайт выдвинул гипотезу, что во время объединенной монархии население
удвоилось с 400 000 до 800 000 душ (1950:56, 60 прим. 75). Он подсчитал
численность израильского населения «через поколение или два после времен
Моисея» примерно в 250 000 человек (в McCown 1947b:435). По мнению Барона
(1971:869), численность населения страны в 1000 году ДО Н. Э. составляла около 1
800 000 человек. Основываясь на данных о численности населения в
римско-византийский период, Ави-Йона утверждал, что «можно оценить
численность населения во времена израильской монархии в один с половиной
человек».
330
МАСШТАБЫ ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
третий миллион, и не менее миллиона во время завоевания» (1972:146). 36
Совсем недавно, в результате всесторонних полевых исследований по всей
стране был накоплен значительный объем информации, что дало возможность
сделать более реалистичную оценку численности населения Земли Израиля в
древности, основанную на надежных археологических данных, а не на
неопределенных литературных источниках или интуитивных, иногда
эмоциональных, восприятиях. Цифры, которые ранее обсуждались для более
ранних периодов, оказались слишком высокими (Broshi and Gophna 1984; 1986;
Shiloh 1980). Поэтому мы должны пересмотреть оценки численности населения для
периода I железного века, основываясь на данных, представленных в главах 3-4.
Эти данные, даже если они неполные, точно отражают схему расселения
израильтян к западу от реки Иордан. Такие регионы, как западная Галилея и
восточная Нижняя Галилея, были тщательно обследованы; для других областей,
таких как долина Вирсавии, Ефрем, Манассия и Верхняя Галилея, данные весьма
удовлетворительны. Хотя Иудейская Шефела, Иудейские горы, центральная
Нижняя Галилея, долина Иордана и Вениамин были исследованы менее тщательно,
радикальные изменения в нашей оценке этих областей крайне маловероятны.
Необходимо прояснить несколько аспектов нашего метода расчета численности
популяции:
— Методы оценки населения отдельного участка по потреблению воды или зерна
(Rosenan 1978; Currid 1986:221-228; Rosen 1986:171-174) или путем измерения
площади застройки под крышей (Naroll 1962) неприменимы для оценки населения
больших территорий. Единственной подходящей системой для этой задачи
является та, которая вычисляет общую заселенную площадь всех участков
определенного периода и умножает ее на коэффициент плотности.
— У нас достаточно информации, чтобы дать нам очень четкое представление о
физических размерах поселений израильтян одного периода. Для многопериодных
поселений, очевидно, гораздо сложнее вывести площадь поверхности в период I
железа, но мы можем сделать обоснованные предположения, используя как данные с
однопериодных поселений, так и относительные пропорции керамики I железа
среди черепков, собранных в ходе обследований на этих участках. Из нашей работы
на территории Ефрема мы пришли к выводу, что размер данного участка в I железе
был не более половины размера, которого он достиг в II железе (который часто был
преобладающим периодом в поселениях в холмистой местности), и обычно он был
значительно меньше.
— Мы использовали коэффициент плотности 25 человек на дунам. Эта цифра
оказалась реалистичной; более высокие множители, которые использовались ранее,
давали завышенные результаты (обобщенные в Broshi and Gophna 1984:148;
1986:74). Даже цифра 25 человек на дунам может быть немного завышена, особенно
на участках
36 Но в отношении числа участников Исхода из Египта были и минималисты, которые говорили
лишь о нескольких тысячах (Петри 1906:208-221; Лукас 1944:166).
331
ГЛАВА 10
представляет общество в процессе перехода к оседлому образу жизни, где
архитектура была относительно скудной (например, Гилох, где открытые
пространства были обширны). 37
— Численный обзор памятников I железного века фактически отражает ситуацию
около 1000 г. до н. э. , поскольку типы керамики, характерные для этого периода,
продолжали появляться до конца XI или начала X в.
до н.э.
— В наши расчеты по понятным причинам включены только постоянные места.
Однако, по крайней мере к концу XI в. ДО Н. Э., накануне инаугурации монархии, не
следует преувеличивать роль различных кочевых элементов населения. Например, в
конце османского периода, когда численность бедуинов была относительно велика,
они все еще не составляли более 15% всего населения (Shmueli 1980:73).
В следующей таблице обобщена информация из различных регионов
расселения израильтян:
х
долина
беэр-шевы
х
иудейский
пустыня
х
х
ефрем
манассия ф
шарон 1
х
х
10(;)
х
V
иудейская
шефела 3
х
2-3
D
х
х
A
иудейские горы
вениамин
э
* известные
памятники
неизвестный
стандарт корр.
ное
актер с
восточное
время.
поп. ф
150-200
2
K
п
область
железо i стадия б
э
л
IM
данные 1
2(?)
немного (?)
1250
500
2
3
100
3
х
х
12
2,200
1.5
х
х
х
122 е
9,650
1.25
х
х
х
±74/96(?)
16,500/
29,000
1.25
х
± 10
1250
2
37 Согласно статистике деревень 1945 года, плотность населения в горных арабских деревнях
составляла менее 20 человек на дунам (см. также Brawer 1984 ).
332
МАСШТАБЫ ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
данные а
область
иордания
долина
ниже
галилея 8
западный
галилея 11
верхний
галилея +
север. иордан
долина
п
э
х
x в,с хе
(продолжение)
железо i стадия б * известно
стандарт корр.
памятники
ное фактор с
э
л
восточно
е время.
поп.
неизвестный
17-18
2,200
2
х
х
20
2000
1.5
х
х
25
2500
1.25
х
х
23
2,300
1.5
± 315
40,650
общий
примечания к таблице
а В этом столбце P = только частичные данные, E = обширные данные.
б В этом столбце E = ранний железный век I, L = поздний железный век I.
c Числа в этом столбце представляют собой поправочные коэффициенты, которые,
по нашему мнению, являются максимальными цифрами, на которые можно
умножить оценки численности населения, чтобы компенсировать неполные
данные.
г Трудно определить, можно ли население Шефелы и Шарона определить как
«израильское».
c Включая места в окрестностях c Избет Шарцаха.
f Расчет основан на предположении, что крупные поселения Iron I, расположенные
на главных холмах Манассии, были заселены в основном коренным оседлым
населением. Поэтому мы включили только 59 «деревень», 13 «ферм» и два
«культовых места» (Zertal 1986b:340-342) — всего 12 500 человек — и добавили
4000, чтобы покрыть возможность того, что некоторые из новых групп
поселились рядом с ханаанским населением в главных холмах.
g В столбце ДАННЫЕ W, C и E относятся к западной, центральной и восточной
Нижней Галилее.
h Без учета прибрежной равнины.
333
ГЛАВА 10
V
A
D
IM
K
Таким образом, мы пришли к общему числу около 40 650 оседлых жителей для
известных мест к западу от реки Иордан. Если мы компенсируем тот факт, что
данные в разной степени неполны, умножив население для каждого региона на
поправочный коэффициент в крайнем правом столбце, то максимальное число
израильских жителей по всей стране составит около 55 000; это может быть даже
немного больше, чем пробелы в нашей информации. Более того, эта цифра
включает население Шефелы и Шарона, которые были заброшены в период I
железа; если исключить их из наших расчетов, число упадет до примерно 51 000.
Другие места, которые существовали только для части I железа, включают Гило и
гору Эвал; Шило, Раддана и Ай были разрушены или заброшены около 1050 Г. ДО Н.
Э. Исключение таких мест еще больше сократило бы эту цифру, поскольку наши
оценки численности населения отражают численность израильтян в конце XI века
до н. Э., накануне установления монархии.
Не менее важным для оценки характера израильского поселения является
численность населения в начале процесса. Пытаясь оценить эту цифру, мы сначала
исключили те регионы, где поселение началось только на относительно поздней
стадии I железного века. Мы использовали результаты нашего исследования на
территории Ефрема в качестве модели для других регионов, где заселение было
непрерывным на протяжении I железного века. Согласно нашему анализу керамики
с памятников I железного века в Ефреме, только около половины памятников были
заселены в начале периода. Эти памятники развивались с годами и, вероятно,
достигли своего расцвета позже в I железном веке; другими словами, изначально
они охватывали меньшую площадь поверхности. Например, размер ранней
деревни в Ай составлял около 12 дунамов, но изначально она, несомненно, была
значительно меньше.
Предположив, что ранние израильские поселения в Ефреме занимали площадь,
составляющую примерно половину площади, достигнутой к концу периода I
железного века, мы пришли к оценке в 3800 человек, что составляет около 40% от
численности населения в конце I железного века. Если бы эта пропорция была
верна для других регионов, которые были заселены в ранние годы (для Шарона и
Иудейской Шефелы мы подсчитали всю численность населения), мы могли бы
умножить полученные цифры на наши «поправочные коэффициенты», чтобы
получить в общей сложности около 21 000 оседлых израильтян, живших к западу от
реки Иордан примерно в середине-конце XII века ДО Н. Э.
На этом раннем этапе израильского поселения скотоводы, вероятно, были еще
довольно многочисленны, но они не были включены в наши оценки (глава 11).
Однако, даже если наши цифры удвоены или утроены, чтобы компенсировать это
упущение и любые другие недостатки в наших данных, которые мы могли упустить
из виду, число израильских жителей к западу от реки Иордан было, очевидно,
намного ниже, чем любые из ранее выдвинутых оценок.
Численность населения израильских поселенцев хорошо согласуется с тем, что
известно о численности жителей страны в период поздней бронзы, накануне того
времени, которое нас интересует (подробнее об этом в следующей главе). Тот факт,
что численность жителей была невелика
334
МАСШТАБЫ ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
объясняет, почему новые поселенцы изначально не представляли прямой угрозы
ханаанским центрам, которые все еще существовали по всей стране, и почему эти
группы не вызвали нехватку земли, что могло бы привести к напряженности и
конфликту. Никакой угрозы египетским интересам в Ханаане, конечно, не
ощущалось, и к тому времени, когда израильское поселение расширилось и
укрепилось, египтяне уже исчезли со сцены.
ГЛАВА 11
ХАРАКТЕР ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
ПРОИСХОЖДЕНИЕ ИЗРАИЛЬТЯН
V
A
D
IM
K
Вопрос о происхождении людей, поселившихся в горной стране в период I
железного века, лежит в основе исследований израильского поселения в Ханаане.
Рано или поздно каждая попытка реконструировать события этого периода
сталкивается с этой ключевой проблемой. Если мы не сможем дать
удовлетворительный ответ, мы не сможем разгадать загадку израильского
поселения.
До начала 1960-х годов ученые были практически единодушны в том, что
источником пришельцев была пустыня или ее окраина; их разногласия касались
способа, которым эти люди появились на сцене, будь то военное завоевание
(Олбрайт и другие) или мирное проникновение (Алт и его последователи).
Последние два десятилетия стали свидетелями появления революционной теории,
провозглашенной Менденхоллом и Готвальдом, которые отвергали любое
восточное происхождение поселенцев и вместо этого рассматривали их как
беженцев из низших, эксплуатируемых классов городского ханаанского общества в
позднем бронзовом периоде. 38 Несколько измененная версия этой теории искала
корни Израиля в ранней сельской структуре в холмистых районах страны.
Социологическая точка зрения также повлияла на дискуссии о других периодах и
побудила ученых искать ответы на археоисторические проблемы внутри общества
страны, а не рассуждать о миграциях новых элементов извне (например, Dever 1980,
конец третьего тысячелетия ДО Н. Э.).
В ходе нашего подробного обзора различных школ научной мысли (глава 8) мы
подчеркнули, что, несмотря на наше неприятие многих основных положений
подхода Менденхолла-Готвальда, мы принимаем два их важных положения: до того,
как верблюд был одомашнен как стадное животное, что, по-видимому, произошло
только к концу II тысячелетия ДО Н. Э., значительные группы людей не могли жить в
глубине пустынь древнего Ближнего Востока.
38 Эти объяснения тесно связаны с тремя основными теориями о взаимоотношениях между
пустыней и посевами на древнем Ближнем Востоке, теориями, отражающими взгляды,
распространенные среди ученых, изучающих схожие современные явления: волны
поселенцев, затопившие обитаемую страну (например, Moscati 1959:29,42,72-73); постоянное
проникновение кочевников с окраин пустыни (Kupper 1957; Klengel 1972); и создание
диморфного общества, в котором кочевники произошли от оседлого населения (Luke 1965;
Matthews 1978).
336
ХАРАКТЕР ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
Таким образом, кочевники/скотоводы (которые пасли стада, а не верблюдов) и
оседлые жители были двумя специализированными частями одного диморфного
общества. Две группы жили по соседству и устанавливали взаимные экономические
и социальные отношения. Их отношения характеризовались симбиозом, а не
конфронтацией (Luke 1965; Matthews 1978).
Чтобы проследить корни определенной группы, независимо от временных рамок
или географического положения, необходимо исследовать три направления:
исторические источники в той мере, в какой они существуют; материальную
культуру рассматриваемой группы, включая то, что она указывает на
социально-экономический характер населения и ее связь с материальной культурой
предшествующего периода; и схему расселения рассматриваемого периода в
сравнении с предшествующим периодом (а иногда и с последующим).
Основным историческим источником, имеющимся в нашем распоряжении для
периода израильского поселения, является, конечно, Библия. Не умаляя ее
огромной важности для реконструкции истории Израиля, факт остается фактом:
попытки реконструировать ход израильского поселения на основе библейских
рассказов не увенчались успехом. Главная причина их неудачи заключается в том,
что библейские повествования были отредактированы спустя столетия после
событий, которые они якобы описывают. В результате они на самом деле отражают
версию, которая была распространена в Иерусалиме в конце периода монархии
(Lemche 1985:357-385).
Это оставляет нам материальную культуру и модели поселений для
рассмотрения. Оба эти фактора настоятельно предполагают, что люди,
поселившиеся в горной местности в период I железного века, или, по крайней мере,
большинство из них, были скотоводами. Что касается материальной культуры,
единственное убедительное доказательство исходит из планировки памятников I
железного века: эллиптический план памятника, где ряд широких комнат охватывал
большой центральный двор, был заимствован из кочевого палаточного лагеря.
Распространение силосов в памятниках израильских поселений было характерно
для бывшего кочевого общества в процессе перехода к оседлому образу жизни
(глава 6). Рассматривая модель поселений, совершенно ясно, что израильские
поселения были наиболее плотными в регионах, подходящих для выращивания
зерновых культур и выпаса скота, и что они были относительно редкими в районах,
подходящих для садоводства и смешанного сельского хозяйства (главы 4,10)
Очень важный вопрос — решающий, по нашему мнению, — касается степени, в
которой материальная культура поселений израильтян была связана с материальной
культурой ханаанеев позднего бронзового периода, и потенциальной значимости
этих связей. Мнения ученых по этому вопросу разделились. Согласно наиболее
широко распространенному мнению, между двумя культурами существовал резкий
контраст. Однако в последнее время были выявлены точки соприкосновения и
преемственности, особенно в отношении керамики (Franken 1975a:337; de Geus
1975:70; Miller 1977a:262; Ahlström 1984a, 1984b; 1986; Kempinski 1985:403; см. также
главы 7-8), и, естественно, им придают большое значение приверженцы
социологической школы науки.
337
ГЛАВА 11
V
A
D
IM
K
Однако есть несколько смягчающих факторов, которые нельзя упускать из виду: —
Не следует ожидать полного культурного разрыва. Даже когда новые группы людей
приходят в определенную область, их материальная культура вскоре попадает под
влияние материальной культуры, преобладающей в этой области, и таким образом
создается кажущаяся связь с предыдущим периодом.
— Материальная культура человека в первую очередь находится под влиянием
социально- экономической ситуации и условий окружающей среды. Таким
образом, материальные культуры двух современных и близких групп могут быть
разными, например, израильская культура в горной стране против филистимской
культуры на южной прибрежной равнине и в Шефеле. То же самое справедливо и
при сопоставлении позднебронзовой ханаанской культуры, которая была в
основном городской и торгово-взаимосвязанной, с культурой жителей горной
страны железного века I, которая была продуктом изолированных групп,
занимавших небольшие участки и занятых повседневным пропитанием. В случаях,
когда израильтяне и ханаанцы жили в физической близости и разделяли общую
среду, определенные сходства должны были быть заметны в их керамических
комплексах, несмотря на различия, продиктованные их различными
социально-экономическими ситуациями (например, Избет Шарца и Афек).
— Степень сходства между израильской материальной культурой и ее
предшественницей следует оценивать на бесспорно израильских памятниках, а не
на пограничных или сомнительных памятниках, таких как Тель-Масос.
Все эти соображения приводят нас к выводу, что большинство людей,
поселившихся в горной стране в период I железного века, пришли из среды
скотоводства, а не напрямую из городского ханаанского государства позднего
бронзового периода. Эти люди, которые пасли стада, но, по-видимому, не пасли
верблюдов, не произошли глубоко в пустыне, а жили на окраинах оседлых районов
или, возможно, даже среди оседлых жителей. Материальная культура несомненно
израильских мест, тех, что находятся в центральной горной стране, полностью
отличается
от
таковой
в
ханаанских
центрах.
Контрастные
социально-экономические характеристики этих двух культур, их разнородные
экологические условия и изменения, произошедшие по всей стране в конце XIII и
начале XII вв. до н. э. ЛЕЖАТ в основе этих различий. Определенные точки
соприкосновения между двумя культурами, особенно в типах керамики,
свидетельствуют о связях между поселенцами и близлежащими ханаанскими
центрами; мы уже отмечали, что некоторые из последних продолжали существовать
по крайней мере до середины XII в. ДО Н. Э. , а возможно, и позже (глава 8).
Холмистая местность как пограничная зона
До периода I железного века Землю Израиля можно было разделить на две зоны
оккупации: регионы, где постоянное заселение было непрерывным, с редкими и
относительно короткими кризисами оккупации, т. е. плодородные районы
прибрежной равнины, Шефелы и северных долин; и пограничные регионы, где
338
ХАРАКТЕР ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
оседлая деятельность то усиливалась, то ослабевала в соответствии с историческими
событиями, например, в полузасушливых районах нагорья Негев, долины
Беэр-Шевы и Иудейской пустыни. Другие районы, которые также можно описать
как «пограничные зоны» (используя термин, который вошел в моду в последнее
время, например, Lenski 1980), включают значительные части холмистых регионов,
особенно в Верхней Галилее, Эфраиме и Иудейских горах. Эта граница была скорее
геоэкологической, чем климатологической; суровый рельеф, сложные скальные
образования и густые заросли были препятствиями для заселения. Более того, для
сельского хозяйства были доступны лишь ограниченные земли; перемещение из
одного места в другое требовало больших усилий; и было трудно вырубить
цистерны.
В результате, в более ранние периоды, до того как холмистые регионы стали
пахотными благодаря трудам поколений, поселенцы выбирали прибрежные
равнины и долины. Проникновение в приграничные зоны горной страны началось
только тогда, когда более благоприятные районы стали перенаселенными. И
наоборот, когда наблюдался спад заселения, эти пограничные районы горной
страны были обезлюдены в первую очередь (Finkelstein, предстоящая работа d).
Поскольку разрыв в заселении действительно ощущался более остро в
приграничных зонах, чем в северных долинах и прибрежной равнине, такие районы
были особенно чувствительными барометрами исторических изменений. Эти
наблюдения относятся к оседлым жителям. Однако приграничные зоны горной
страны — которые, как правило, были лишь довольно редко заселены и частично
покрыты густым лесом — были весьма подходящими для нужд групп скотоводов,
которые использовали их в основном для летних пастбищ.
Занятие горной местности от МБ II до Железного века I
Модели расселения в центральной горной стране во время I железного века и более
ранних периодов вносят важный вклад в прояснение хода израильского расселения,
а также проливают свет на происхождение израильского населения. Мы кратко
рассмотрим маятниковые колебания расселения в холмистых регионах в
критический интервал от II МБ до I железного века.
Вся страна процветала в MB IIB (Na'aman 1982:166-169; Broshi and Gophna 1986).
Однако в отличие от более ранних периодов процветания беспрецедентное
количество поселенцев заполонило и центральную горную страну. Сотни мест всех
размеров — укрепленные города, деревни и отдельные фермы — были основаны по
всему региону, особенно вдоль плодородных межгорных долин, но также и в более
отдаленных и негостеприимных районах.
Зерталь обследовал около 116 мест MB II в Манассии (1986b:175-200), а мы
исследовали около 60 таких мест в Ефреме. Хотя исчерпывающая археологическая
информация из Вениамина и Иуды отсутствует, гораздо больше мест было найдено
там в MB II, чем в предыдущие периоды (хотя все еще намного меньше, чем в
северных холмистых районах). В целом,
339
ГЛАВА 11
V
A
D
IM
K
В центральной горной местности обнаружено около 200 памятников типа MB
IIB-C; по мере продолжения исследований наверняка будет обнаружено еще много
новых.
Изучение керамического материала из этих исследований только начинается,
поэтому хронологические подразделения периода еще не определены. Однако
предварительное сравнение находок из памятников средней бронзы, обнаруженных
при исследовании Эфраима, с находками из раскопок в Силоме, в самом сердце
региона, дало следующую предварительную схему: волна поселений достигла пика
в MB IIB; в то время небольшая деревня была основной единицей поселения (но
некоторые из памятников могут представлять скотоводческие группы). В MB IIC (ок.
1650-1550 ГГ. ДО Н. Э.) характер деятельности в регионе несколько изменился. Ряд
неукрепленных памятников были заброшены, в то время как в нескольких местах
возникли впечатляюще укрепленные центры (Finkelstein, готовится к публикации
d.) Укрепленные центры горной страны, а также многие из крупных городов низин
были разрушены в конце среднего бронзового века II.
В отличие от необычайного процветания MB II, поздний бронзовый период
характеризовался серьезным кризисом в заселении по всей стране. По иронии
судьбы, до недавнего времени поздний бронзовый период, как считали некоторые,
ознаменовал собой вершину развития Земли Израиля во 2-м тысячелетии ДО Н. Э.
Относительное обилие исторической документации и богатство материальной
культуры (керамика, слоновая кость и другие предметы), обнаруженные при
раскопках в крупных теллях, создали это ложное впечатление. Теперь, благодаря
обширным исследованиям, можно сделать более реалистичную оценку состояния
заселения. Поскольку, несмотря на определенные достижения в области
материальной культуры и несмотря на тесные торговые связи с другими берегами
Средиземноморья, Земля Израиля в поздний бронзовый период была лишь тенью
своей былой славы (Gonen 1984).
Кризис был наиболее серьезным в горной местности, где сокращение числа
поселений было резким. Только 31 место поздней бронзы было найдено в
Манассии (Zertal 1986b:201-223. Это число включает четыре могильника и пять мест
поздней бронзы I. Таким образом, число поселений поздней бронзы II составляет
22. Это число может еще больше уменьшиться при другой интерпретации
керамики, поскольку Zertal идентифицирует места поздней бронзы по местной
керамике, которая в некоторых случаях может быть отнесена также к раннему
железному I — обратите внимание на его датировку «места быка» также поздней
бронзой — табл. 14). Всего пять мест поздней бронзы известно в Ефреме и всего
два или три в Вениамине и Иудее. Всего только 25-30 мест были заняты в поздней
бронзе II между долинами Изрееля и Беэр-Шевы. Поскольку человеческая
деятельность в основном ограничивалась крупными центральными теллями,
большинство из которых уже известны, крайне маловероятно, что в будущем будет
обнаружено много дополнительных поселений. Другие регионы также были
практически заброшены в период поздней бронзы (глава 3): только два или три
места были найдены в Верхней Галилее; пять в Нижней Галилее; ни одного в долине
Беэр-Шевы; и несколько на Трансиорданском плато (Sauer 1986:7-8 упоминает
только пять центров).
340
ХАРАКТЕР ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
Более того, те места, где продолжалось заселение, часто уменьшались в размерах.
Например, укрепленное поселение Средней Бронзы в Шило было заброшено и
заменено лишь мелкомасштабной культовой деятельностью в Поздний Бронзовый
период. Исследование показывает, что сокращение заселения было выражено и в
других местах (Шейх Абу Зарад, Х. с Урма). Только на южной прибрежной равнине,
в Шефеле и северных долинах человеческая деятельность в этот период также была
оживленной (Нааман 1975; 1982:174-175,212).
Возможно, что в течение самого позднего бронзового периода были небольшие
колебания в заселении (Na'aman 1981:185; Gonen 1984:68), но они были
незначительными и не влияют на общую картину. Конфликты между ханаанскими
городами-государствами, египетские военные кампании и экономическая
эксплуатация страны египетскими повелителями препятствовали бы любому
значимому возрождению поселений (Gonen 1979:230).
Снижение численности населения в период перехода от MB II к позднему
бронзовому периоду также было отмечено в недавних исследованиях численности
оседлого населения. Броши и Гофна (1986) оценили численность населения к
западу от Иордана в 140 000 человек в период MB II. Основываясь на работе Гонена
(1979; 1984), Броши оценил численность населения позднего бронзового периода
как менее чем в два раза меньшую — около 60 000–70 000 душ (лекция в
Университете Бар-Илан, 1982).
В период I железного века снова произошел резкий скачок в численности
населения горной страны, на этот раз в противоположном направлении. Около 240
мест этого периода известны в районе между долинами Изреель и Беэр-Шева: 96
обследовано Зерталом в Манассии, 122 зафиксированы в нашем обследовании
Эфраима (включая окрестности Избет -Шарца на западе) и около 22 в Вениамине и
Иудее. Кроме того, 68 мест были обнаружены в Галилее, 18 в долине Иордана и
десятки других на Трансиорданском плато. Поскольку места были распространены
по всему региону, несомненно, в будущем их еще предстоит открыть.
Эти три карты поселений — изображающие периоды MB II, позднего
бронзового и железного I — освещают проблему происхождения ранних
израильтян. Они оставляют два критических вопроса, на которые необходимо
найти удовлетворительные ответы: почему и куда более половины населения MB II,
т. е. практически все жители горной страны, «исчезли»? Откуда
«материализовались» люди, заселившие сотни поселений в железном I?
Поздний бронзовый период в Хилл-Кантри
Трудно определить, когда именно начался описанный выше серьезный кризис
населения, хотя находки, полученные в ходе нашего обследования Эфраима,
свидетельствуют о том, что спад уже начался до конца периода средней бронзы. В
любом случае, этот процесс, по-видимому, был постепенным, хотя и быстрым, и
происходил в основном в XVI веке ДО Н. Э. Причины распада постоянного
поселения недостаточно ясны. На первый взгляд, можно было бы
341
ГЛАВА 11
V
A
D
IM
K
склонны возлагать вину на египетские военные завоевания в начале Нового царства,
которые нанесли бы стране огромный удар (например, Kenyon 1971:194; Wright
1962:91; Weinstein 1981). Однако отсутствуют серьезные археологические (или даже
исторические) доказательства того, что многие места по всей стране были
разрушены одновременно (о египетских свидетельствах см. Redford 1979:273; Shea
1979:3). 39 Но даже такая кампания не смогла бы объяснить массовое оставление
сотен небольших неукрепленных поселений.
Как уже отмечалось, наши исследования в Эфраиме показывают, что изменения в
структуре поселений начались еще до «изгнания гиксосов» и завоевания Шарухена
Яхмосом, основателем 18-й династии. Возможно, экологические факторы привели
к распаду поселений в горной стране (Zertal 1986b:53-55,222).
Но наиболее вероятное объяснение заключается в напряжениях и деформациях
внутри самой ханаанской социально-политической системы (также Bienkowski
1986:127-128). Эти внутренние проблемы изначально привели как к роспуску
некоторых необнесенных стеной поселений по всей горной стране, так и к
укреплению центральных мест. Впоследствии они привели к полному отказу от
небольших поселений и сокращению укрепленных центров (см. Bienkowski
1986:128). Возможно, что хурриты и другие северные элементы, вошедшие в Землю
Израиля в конце 17-го века до н. э ., также должны быть вовлечены в эти изменения
(B. Mazar 1968:89-97; соответствующие археологические свидетельства см.
Finkelstein and Brandl 1985). Частые разрушения Сихема, самого важного места в
центральной горной стране, могли отражать нестабильность и волнения в период
средней бронзы (Dever 1974:31).
Что случилось с многочисленным населением, если оно не было уничтожено
войной или эпидемией? Существует множество документальных свидетельств
феномена оседания кочевников в нашем регионе в последних поколениях, как это
было в древности. Но мало литературы на тему этой тенденции в обратном
направлении — кочевки оседлых народов ( Kupper 1957: XIII; Klengel 1972:40,219),
хотя известны аналогичные ситуации из современности. (Барт 1961:118; Спунер
1972:261; Хазанов 1978:121; Глатцер 1982:61-63 и библиография. О похожем
процессе в конце раннего бронзового периода см. Девер 1980:58; Эссе 1982:367;
Праг 1985:85-87; о Трансиордании в более поздние периоды см. Лабианка 1985).
Возврат к кочевничеству мог быть вызван растущим давлением населения на
ограниченные природные ресурсы, стихийными бедствиями, конфискациями со
стороны властей, высокими налогами, отсутствием безопасности и т. д. Прекрасный
пример можно найти в недавней истории региона: высокие налоги и плохое
правление Османской империи в XVIII-XIX веках привели к разрушению сельской
структуры
39 Без сравнительного статистического анализа керамических комплексов из слоев разрушения,
охватывающих средний бронзовый период на различных памятниках, точная
хронологическая оценка невозможна.
342
ТЕМП РАССЕЛЕНИЯ ИЗРАИЛЬТЯН
Палестина и южная Сирия и, по-видимому, кочевка значительной части оседлого
населения (например, Cohen 1973:324-327 и Hütteroth 1975, которые описывают
дезертирство палестинских деревень, особенно в приграничных районах; о том же
процессе в Сирии см. Sweet 1974:43). Кажется вероятным, что именно это и
произошло в «приграничных зонах», включая горную местность, к концу среднего
бронзового периода. Сеть постоянных поселений распалась, и многие жители стали
кочевыми. Это объяснило бы их археологическое «исчезновение», поскольку нам
еще предстоит найти способ обнаружить и идентифицировать деятельность
неоседлых групп, особенно в непустынных регионах.
Эта реконструкция событий возвращает нас к оценкам численности населения.
Во время перехода от среднего бронзового к позднему бронзовому периоду
численность населения в стране фактически не сократилась вдвое. Скорее,
произошло изменение в соотношении оседлых жителей и скотоводческих групп,
но только сокращение рангов первой категории отражено в археологических
полевых работах и, следовательно, в оценках численности населения.
Демографический баланс между двумя секторами этого диморфного общества (или,
скорее, «полиморфного общества» — Lemche 1985:198) имеет далеко идущие
последствия для понимания истории страны и в другие периоды, но это выходит за
рамки настоящей работы.
Единственные доступные статистические данные о доле групп скотоводов в
Земле Израиля относятся к началу XX века н. э., когда бедуины, как известно,
составляли около 15 % населения (Шмуэли 1980:73). Однако соотношение оседлых
жителей и кочевых скотоводов могло варьироваться в широких пределах: от почти
абсолютного оседлого большинства в периоды, когда государство было хорошо
организовано, например, в периоды железного века II и римско-византийского
периода, до преобладания не оседлых жителей, как в промежуточном бронзовом
веке, а возможно, и в периоды позднего бронзового века и раннего железного века I.
Но можем ли мы предоставить какие-либо археологические доказательства —
или хотя бы малейший намек в исторических источниках — на существование
большой популяции скотоводов в Земле Израиля в поздний бронзовый период?
Археологически, возможно, есть два интригующих ключа. Первый — это
феномен изолированных святилищ, либо не связанных с каким-либо поселением,
либо расположенных близко к постоянным местам, но за пределами их застроенных
территорий. Первый тип включает храм в аэропорту Аммана (см. Herr 1983 для
другой интерпретации); святилище в Телль-Дейр - Алла, которое археологи описали как «святилище странствующих бедуинов» (Franken 1975b:322); культовое
место поздней бронзы в Шило, где не было найдено постоянного поселения (глава
5); и, возможно, также святилище в Тель-Меворахе, описанное археологами как
придорожное святилище (Stern 1984:36). Последний тип включает здание,
обнаруженное в Тананире (Шехем), которое обычно идентифицируется как
святилище (Boling 1969), и храм Фосса в Лахише (о возможности того, что
343
ГЛАВА 11
V
A
D
IM
K
храмы Аммана и Сихема служили племенным группам (см. Кэмпбелл и Райт, 1969).
Четыре пункта говорят в пользу интерпретации этих изолированных святилищ как
археологических свидетельств существования не оседлых групп в позднем
бронзовом периоде:
— Это явление неизвестно в те периоды античности, которые характеризовались
городской активностью.
— Фаунистический анализ останков из Шилоа позволяет предположить, что
культовое место позднего бронзового века служило популяции скотоводов (глава 5).
— И в Сихеме, и в Лахише были храмы в пределах города. Необходимость во
внешних святилищах иначе объяснить трудно, особенно потому, что ни одно из
этих мест не было особенно большим по размеру. (В Лахише внутреннее святилище
Stratum VI было построено после того, как Fosse Tempel вышел из употребления —
Ussishkin 1987:28, но логично предположить, что в то время на кургане тоже было
святилище).
— Большинство перечисленных выше мест располагались в типичных
«пограничных зонах» — центральной горной стране, долине реки Иордан и на
Трансиорданском плато.
Вторым археологическим указанием на существование значительной популяции
скотоводов в позднем бронзовом периоде является относительно большое
количество кладбищ, которые не были расположены рядом с постоянными
поселениями. Они были найдены в разных местах, особенно в холмистых районах и
на Трансиорданском плато — опять же, однозначно пограничных зонах ( Gonen
1979:229-230; Zertal 1986b: описание памятников; Sauer 1986:8). Это явление также не
было столь распространено во времена постоянного поселения; с другой стороны,
оно было характерно для тех периодов, таких как промежуточный бронзовый век,
когда доля кочевников в населении была велика.
Тогда возникает проблемный вопрос о том, могли ли группы скотоводов достичь
уровня материальной культуры, столь высокоразвитого, как тот, который отражен в
находках храмов Аммана и Лахиша и в обломках культового места в Силоме. Ответ,
по-видимому, утвердительный. Находки из обоих этих святилищ и с кладбищ,
прежде всего, являются культовыми по своей природе и, как таковые, не обязательно
должны быть репрезентативными для обычной, повседневной материальной
культуры, которая, вероятно, была гораздо проще по своему характеру.
Поскольку подобные ритуальные предметы были распространены в современных
городских центрах Ханаана, вполне вероятно, что они попали во владение кочевых
скотоводов в результате их тесных связей с оседлыми жителями. Мы не можем
исключить возможность того, что некоторые культовые места (например, Сихем и
Лахиш) служили также некоторым жителям близлежащих городов. Более того,
некоторые члены групп пастухов и кочевников могли установить тесные отношения
с городскими жителями, включая пребывание в физической близости от или даже
внутри их городов (например, Rowton 1974:14,22); в процессе они могли перенять
некоторые аспекты городской материальной культуры.
344
ХАРАКТЕР ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
Что касается исторических свидетельств существования значительных групп списков пастухов, мы не можем игнорировать информацию из египетских
источников Нового царства относительно элементов, действующих за пределами
городского ханаанского общества, но тем не менее в рамках этой структуры. В
частности, мы имеем в виду Shosu = Sutu и другие группы (обобщенные Na'aman
1982:233-241). Возможность связи между ранним израильским населением и Shosu
была поднята Weippert (1979:32-35), Giveon (1971:269-271); Na'aman 1982:240) и
Redford (1986:199-200). Достаточно интересно, что эти группы обычно
упоминались в связи с «пограничными» регионами страны — Трансиорданией,
горной страной и югом.
Железо I — Редентаризация скотоводческих групп
В конце XIII века до н.э. социально-экономические и политические течения
изменились, и условия стали благоприятными для оседлого проживания групп
скотоводов. Крайне сложно проанализировать причины, вызвавшие эти изменения,
по той простой причине, что наше невежество относительно этого периода
превосходит наши знания.
Самый важный и полезный метод анализа, имеющийся в нашем распоряжении,
— это сравнительное изучение аналогичных процессов в современных культурах.
Различные исследования, проведенные на Ближнем Востоке в последнем
поколении, а также в более отдаленных странах, выявили ряд стимулов, которые,
вероятно, приведут в движение процесс оседлости (Shmueli 1980; Salzman 1980:esp.
1-19; Khazanov 1984:200-201). К ним относятся улучшение условий безопасности,
влияние соседних культур, существование внешних экономических альтернатив
выживанию, основанному на скотоводстве, военное давление, оказываемое
центральной властью, климатические изменения, трудности выживанию,
основанному на скотоводстве, и распад социально-политической организации
оседлых жителей, рядом с которыми жили кочевники.
Первые четыре фактора не имеют отношения к I железному веку, периоду,
характеризующемуся ослаблением египетской и ханаанской власти, политической
нестабильностью и ухудшением условий безопасности. В настоящее время нет
никаких свидетельств каких-либо климатических изменений в обсуждаемое время.
Два оставшихся фактора, которые по сути являются двумя сторонами одной медали,
применимы. Однако мы не должны ожидать, что придумаем жесткую и
монокаузальную модель для процесса оседлости, и вполне вероятно, что другие
факторы, которые ускользнули от нашего внимания, также действовали.
Для наших целей конец позднего бронзового периода был особенным,
поскольку этот относительно короткий промежуток времени ознаменовал собой
кульминацию ряда тенденций и событий, которые в совокупности имели далеко
идущие последствия для истории Земли Израиля. Египетские военные кампании,
экономическая эксплуатация Ханаана египетскими повелителями, конфликты
между ханаанскими городами-государствами, возможные длительные засухи и,
наконец, давление, оказываемое «народами моря», — все это
345
ГЛАВА 11
V
A
D
IM
K
потрясли основы политического и экономического порядка Ханаана и ослабили
структуру городской и сельской жизни до беспрецедентной степени (об уровнях
разрушений в течение позднего бронзового периода см. Keim and A. Mazar
1982:3,13,32). Эти же факторы в конечном итоге привели к заселению не оседлых
групп.
Бейтс и Лис (1977) описали иную модель, чем общепринятая, для оседлости
кочевников. Главным выражением симбиотических отношений между двумя
компонентами диморфного общества является то, что кочевые скотоводы снабжают
оседлых жителей продуктами животного происхождения в обмен на излишки зерна.
По мнению Бейтса и Лиса, кочевники в таком обществе не могли позволить себе
вызвать какие-либо серьезные перемены в судьбе оседлых жителей, не оседая вместо
них, поскольку разрушение сельского хозяйства помешало бы их дальнейшей
специализации на скотоводстве. Другими словами, распад постоянных поселений
(или, как минимум, неспособность оседлых жителей производить излишки зерна)
обязательно приведет к постепенному переходу от скотоводства к земледелию,
особенно к выращиванию зерновых, и это приведет к оседлости (см. также Coote
and Whitelam 1986:121).
Даже если эта модель не является единственно верной, она помогает объяснить
причины, которые привели к расселению групп скотоводов, начиная с конца XIII
века ДО Н. Э. Внутренний распад и крах ханаанских городов-государств нанесли
сокрушительный удар по сельскому хозяйству, тем самым разрушив хрупкий
симбиотический баланс между кочевыми скотоводами и оседлым населением и
приведя в движение силы, которые привели к оседлости. Наиболее важным
фактором в этом процессе, возможно, была египетская экономическая эксплуатация
городских центров (включая налогообложение для поддержки египетской
администрации в Ханаане), которая, по-видимому, достигла своего пика в XIII веке
ДО Н. Э. (Weinstein 1981:17-22; Bienkowski 1986:155; Lemche 1985:423). Это могло бы
лишить
ханаанское
оседлое
население
возможности
производить
сельскохозяйственные
излишки
и,
таким
образом,
вынудить
скотоводов/кочевников заняться сезонным выращиванием зерновых, что привело к
началу оседлости (см. уже Weippert 1979:33-34). 40 Процесс оседлости, вероятно ,
был постепенным и длительным. Поскольку доля оседлого населения
40 По-видимому, эта модель противоречит нашим взглядам на номадизацию населения в конце
средней бронзы. Но фон каждого периода был настолько совершенно разным, что
абсолютные сравнения между двумя обратными процессами не могут быть проведены,
особенно с учетом того, что городские центры продолжали процветать в низинах страны в
период поздней бронзы. Более того, определенно можно предположить следующую
последовательность событий: ослабление городских/сельских общин и номадизация больших
групп в конце средней бронзы; дальнейшее ухудшение оседлой системы в конце XIII века,
вынуждающее скотоводческие группы переходить на оседлость (см. также примечание 41
ниже).
346
ХАРАКТЕР ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
Число жителей увеличилось, число кочевников сократилось. 41 Но только к концу
XI века и началу X века большая часть населения стала оседлой.
Материальная культура поселений железного века 1 в горной местности, таким
образом, отражает характер людей, которые жили там до оседлости. С одной
стороны, влияние предыдущего скотоводческого образа жизни все еще очевидно,
особенно в архитектуре. С другой стороны, определенная связь с материальной
культурой ханаанских городов ощутима, особенно в гончарном деле, и это лучше
всего понять как результат длительного сосуществования кочевых и оседлых
элементов населения. (Фриц уже указал на этот последний момент [Глава 81, но он
утверждал, что группы поселенцев пришли извне, т. е. из пустыни.) В то же время
находки с поселений отражают первый этап оседлой жизни в приграничных зонах,
когда израильтяне жили небольшими изолированными группами и боролись с
неидеальными топографическими и
41 Несмотря на некоторые оговорки, ситуация в Сиро-Палестине более трех тысячелетий спустя,
на закате Османской империи, иллюстрирует некоторые события, которые имели место в
нашем регионе в конце позднего бронзового периода и начале I железного века. Хотя
ситуации, очевидно, не аналогичны во всех деталях, даже общее сравнение проливает свет на
поведение кочевых скотоводов в то время, когда оседлое общество было ослаблено. Одно из
самых очевидных различий между двумя периодами — тот факт, что во времена Османской
империи заселение горной местности было относительно плотным — является результатом
исторических и демографических событий, которые произошли задолго до I железного века.
Тем не менее, поскольку определенные процессы, которые относительно хорошо
документированы для 19-го и начала 20-го веков Н . Э. очень похожи на те, которые имели
место в конце XIII века ДО Н. Э., изучение предыстории более современных событий наверняка
будет весьма поучительным (см. также Lemche 1985:154).
К концу османского периода Сиро-Палестина пришла в упадок до точки фактического
истощения. Слабая и коррумпированная центральная власть привела к ухудшению сельского
хозяйства, разрушению целых сельских секторов, кочевой жизни больших оседлых групп,
превращению возделываемых земель в пустыню и расширению болотистых регионов. В то же
время кочевники из окраинных районов проникли в сердце страны — Шарон, Изреельскую
долину и Галилею. Междоусобные распри среди оседлых жителей еще больше уменьшили их
способность противостоять вторжениям бедуинов (Amiran and Ben-Arieh 1963:165-166;
Ashkenazi 1938:7-8; Oppenheim 1943:15ff), которые быстро перешли к оседлости в этих
областях.
Никакой поток кочевников не хлынул из пустыни, чтобы затопить возделываемые земли.
Скорее, имело место мирное проникновение бедуинов, которые ушли из дикой местности
из-за засух, других племен, вытесняющих их, и, конечно, отсутствия какой-либо силы, которая
могла бы помешать им войти на оседлую территорию (Шмуэли 1980:88,95,129-130). Еще
одним важным фактором оседлости этих кочевников был упадок оседлой территории, что
нарушило симбиотический баланс и заставило кочевников производить самостоятельно
основные сельскохозяйственные продукты, которые они раньше получали по бартеру из
деревень и городов.
В смуте Османского периода можно проследить как процессы номадизации, так и процессы
оседлости. Кажется, что изначально плохое управление привело к номадизации, но позже
окончательное ухудшение сельского населения заставило большие группы скотоводов
оседать.
347
ГЛАВА 11
V
A
D
IM
K
условия окружающей среды, чтобы обеспечить себе ежедневное пропитание.
Отсутствие предметов роскоши (которые некоторые элементы могли получить до
перехода к оседлому образу жизни) несомненно было связано как с их основными
экономическими условиями, так и с общим упадком экономики и материальной
культуры жителей страны в I железном веке.
Наряду с большинством других ученых мы признаем, что в глубоко
укоренившейся библейской традиции относительно происхождения Израиля в
Египте должно быть зерно исторической правды (например, Weisman 1984:15-16).
Определенные элементы среди поселенцев вполне могли прийти из-за пределов
страны, возможно, с юга, а часть нового населения могла даже прийти из пустыни. В
то же время мы не можем отбросить возможность того, что определенные группы,
которые поселились в горной стране в Iron I, произошли непосредственно от
ханаанского общества низин; просто археологические свидетельства,
подтверждающие эту точку зрения, смутны, если вообще существуют .
Но подавляющее большинство людей, которые поселились в горной стране и в
Трансиордании в период железного века 1, должно быть, были коренными, не
будучи, однако, прямыми выходцами из ханаанских городов низменностей или
несуществующей сельской сети в холмистых регионах. Эти люди выпали из рамок
постоянного поселения еще в 16 веке до н. Э. и жили скотоводческими группами в
период поздней бронзы. Хотя они могли быть активны по всей стране, их
присутствие ощущалось наиболее остро в малонаселенных «пограничных зонах»,
которые были пригодны для выпаса скота — на Трансиорданском плато, в долине
реки Иордан, на окраине пустыни и в горной стране. Они пересекали эти районы в
рамках сезонного перегона скота и устанавливали экономические отношения с
оседлыми жителями, особенно с теми, кто проживал в немногих центрах,
существующих в этих пограничных регионах, например, в Сихеме и Вефиле.
Начиная с конца 13 века ДО Н.Э. эти группы начали оседать. Процесс продолжался
около двух столетий и завершился политической консолидацией национальной
идентичности Израиля. 42
СПОСОБ ПОСЕЛЕНИЯ ИЗРАИЛЬТЯН
Группы скотоводов, которые активно занимались перегоном скота в приграничных
зонах страны в период поздней бронзы, начали селиться в конце 13-го века или в
начале 12-го. Лучшие области, открытые для поселения, находились в горной
местности, поскольку они соответствовали двум основным
42 В то же время группы в Трансиордании переживали аналогичный процесс консолидации . Наша
реконструкция происхождения израильского населения возвращает нас к интересной теории
Вайпперта (1979:32-33) о том, что библейское описание эпохи патриархов на самом деле
отображает ситуацию в поздний бронзовый период, когда группы скотоводов жили рядом с
несколькими постоянными центрами.
348
ХАРАКТЕР ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
требования: Они по сути были лишены хананеев и способствовали сочетанию
выращивания зерновых культур и выпаса скота, что было предпочтительной
экономической структурой на начальных этапах оседлости.
В горных регионах Самария (территории Манассии и Ефрема), центральная
Нижняя Галилея и Трансиордания были наиболее подходящими районами, в то
время как грозные экологические препятствия мешали заселению Иудеи, Верхней
Галилеи, долины Беэр-Шевы и западных склонов центральных холмов. Таким
образом, израильское поселение началось на окраине пустыни, в межгорных
долинах и удобных высокогорных районах центральной горной страны, а также в
некоторых частях предгорий. Хотя эти районы были лишь скудно заселены
хананеями, они не были пусты, поскольку несколько ханаанских городских центров
располагались в них или рядом с ними в поздний бронзовый период. Возможно,
что в результате более ранних и продолжающихся симбиотических отношений с
ханаанскими городами, оседлость намеренно началась вблизи этих центров.
Этот вопрос отношений с ханаанскими центрами пока еще недостаточно ясен.
Поскольку хронологические данные все еще неопределенны, некоторые из
следующих замечаний следует рассматривать как не более чем гипотезы,
основанные на нашей интерпретации моделей расселения и на нашем изучении
образа жизни кочевников в целом. На этапе, предшествовавшем оседлости, группы
скотоводов обычно выпасали свои стада на территориях, покрытых
растительностью, и на стерне полей вблизи ханаанских городов летом (Noth
1958:69; Matthews 1978:27), и, возможно, даже выращивали зерновые зимой в
прилегающих районах, где естественная растительность была скудной. С течением
времени эти группы начали селиться на краях межгорных долин и в других
подходящих местах; в процессе они стали меньше зависеть от скотоводства и
вкладывали больше усилий в сельское хозяйство, что требовало расчистки более
густых лесных территорий.
По мере увеличения числа поселенцев, земель, доступных для сельского
хозяйства, которые изначально не были обширными, стало недостаточно. Это
привело к конфликту поселенцев с ханаанскими центрами в горной стране за
контроль над лучшими землями. Эти локальные столкновения, которые не
обязательно происходили одновременно, привели к разрушению нескольких
городов, которые в любом случае были изолированы от основной ханаанской
городской сети низин. Например, Вефиль мог быть опустошен в таком конфликте.
Некоторые из ханаанских поселений могли быть постепенно заброшены, а не
разрушены из-за давления со стороны новых поселенцев.
Однако Сихем и другие места на территории Манассии продолжали
сосуществовать с новыми поселенцами вплоть до периода I железного века. Были
также целые регионы, особенно в окрестностях Изреельской долины и прибрежной
равнины, где отношения с оседлым населением были, по-видимому, гармоничными
в течение ранней части процесса израильского заселения, несомненно, потому, что
хананеи там все еще были численно сильны (Weippert 1976:129).
На первый взгляд может показаться, что альтернативная реконструкция этих
349
ГЛАВА 11
V
A
D
IM
K
события были возможны, а именно, что места поселения израильтян в горной
стране были основаны только после разрушения ханаанских городов. Однако, по
крайней мере для западной и северной частей горной страны и, возможно, также для
верхней Шефелы, совершенно определенно, что поселение израильтян началось
до опустошения ближайших ханаанских городов. Прекрасным примером является
израильский Избет Шарцах напротив ханаанского Афека. Как библейские намеки,
так и археологические свидетельства свидетельствуют о том, что израильтяне
поселились рядом с большим оседлым населением irt Manasseh (глава 3). Сам факт
того, что ханаанские города Иерусалим, Вефиль и Сихем разграничивали границы
наделов горных племен, может указывать на то, что эти города все еще существовали
в начале израильского поселения (Alt 1939:8-9).
Израильское поселение было многогранным и имело ярко выраженный
региональный характер, что ясно из моделей поселений, полученных в результате
обследований по всей стране, и из материальной культуры мест израильских
поселений в различных регионах. В каждой области ход израильского поселения
напрямую влиял на географические условия, экономический потенциал, силу
хананеев в окрестностях и характер связей, установленных с ними. Каждый регион,
таким образом, был практически уникальным (как уже понял Нот 1938:21-22).
В верхней Шефеле и в окрестностях Иерусалима было разбросано израильское
поселение рядом с ханаанскими центрами. В Вениамине новые поселенцы были
сосредоточены на окраине пустыни, а неизраильское образование — гаваонитяне
— населяло центральный хребет. Процесс израильского поселения в Ефреме
начался в первую очередь в межгорных долинах и на окраине пустыни и
распространился на суровые и изолированные западные склоны только позже. В
Манассии сильное израильское присутствие ощущалось наряду со значительным
оседлым населением. В западной Галилее новые элементы вошли в область,
промежуточную между горной страной и прибрежной равниной. В Верхней
Галилее израильтяне заняли сложный, холмистый и суровый регион.
Аналогичным образом, ни одна экономическая модель не может быть применена
к каждому месту в начале израильского поселения. Стада все еще составляли основу
пропитания Гилоха и Цбет-Шарцаха в то время, когда хорошо развитые деревни в
Хирбет-Раддане и Ай уже стали экономически зависимыми от земледелия. Хотя
Хирбет-Раддана и Ай могли быть немного позже по времени, нет никаких причин,
по которым современные группы не могли находиться на разных стадиях развития
(феномен, хорошо известный среди современных кочевников в процессе
оседлости: Амиран и Бен-Арье 1963:173; Мюсам 1959:545). Мы также не можем
исключить возможность того, что некоторые из поселенцев в местах, где экономика
и материальная культура были сравнительно развиты, пришли из городов.
Район вдоль западных границ горной страны, прилегающий к прибрежной
равнине и Шефеле, представляет собой хороший пример разнообразия процессов
заселения, которые можно обнаружить, исследуя места с похожими
географическими условиями, расположенные в различных частях страны. В Иудее,
например,
350
ХАРАКТЕР ИЗРАИЛЬСКОГО ПОСЕЛЕНИЯ
Например, поселенцы могли попытаться спуститься в верхнюю Шефелу в ранний
период, но они были отбиты либо филистимлянами, либо хананеями, которые
жили там до прибытия филистимлян. Израильтяне также не смогли расшириться на
запад от Иудеи даже в более поздний период из-за плотной оккупации
филистимлянами и хананеями. В Ефреме, с другой стороны, израильские
поселения спустились так далеко на запад, как края прибрежной равнины в
окрестностях Афека, открыв длительный период соседского сосуществования (хотя
израильтяне периодически были вынуждены отступать на восток). Но израильские
поселения не достигли самой прибрежной равнины до начала 10-го века ДО Н. Э. В
Манассии также израильские поселения, по-видимому, были основаны на границе
прибрежной равнины; возможно, была даже ранняя попытка поселиться на
равнине, попытка, которая была отражена людьми, заселившими территорию к
северу от реки Яркон в 12 веке (Кохави 1968:129). В Западной Галилее израильские
поселения двигались к прибрежной равнине, как в районе Афека, но
останавливались на некотором расстоянии к востоку, что, вероятно, многое говорит
об их отношениях с прибрежными жителями.
Процесс расселения израильтян был длительным, вероятно, до конца XI века ДО
Н. Э. (о вероятности того, что оседлость кочевой группы займет столетия, см. Patai
1958:187). Со временем поселения укоренились в еще более сложных и
изолированных регионах. Фактор времени нашел свое выражение и в материальной
культуре; в некоторых местах хорошо развитые деревни росли быстро, в то время
как в современных местах темпы роста были медленнее.
В течение XII и XI веков холмистые районы Земли Израиля были ареной
постепенного перехода групп скотоводов к оседлому образу жизни. Хотя
совокупные результаты археологических полевых работ по всей стране
подтверждают точку зрения школы Альт относительно того, каким образом возникло
израильское поселение, происхождение новых поселенцев следует искать в
возделываемых районах и на окраине пустыни, а не в прилегающих пустынях. Сам
процесс был сложным, разнообразным и запутанным. Первоначально главными
врагами были естественные препятствия; позднее израильтяне вступили в конфликт
с хананеями, жившими поблизости и в низинах.
По мере того, как израильтяне становились сильнее и объединялись в племенные
единицы, они также создавали межрегиональные институты, наиболее важными из
которых были культовые центры, такие как Шило. Необходимость объединять силы
перед лицом общих противников — особенно для содействия расширению в
дополнительные области и защиты от других расширяющихся образований, в
основном филистимлян — постепенно создавала чувство национального,
религиозного и этнического сознания среди израильского населения, достигнув
кульминации в инаугурации монархии и объединении большинства регионов
Земли Израиля в единое суверенное государство — впервые в истории.
351
ГЛАВА 12
КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ
V
A
D
IM
K
Археологические свидетельства, имеющиеся в настоящее время, наносят
смертельный удар по теории единого военного завоевания, отстаиваемой
Олбрайтом и его последователями. Все больше и больше мест, которые можно
однозначно идентифицировать с теми, которые упоминаются в библейских
повествованиях о завоеваниях, не имеют никаких остатков позднего бронзового
периода. В регионах, густонаселенных хананеями, которые предположительно
были завоеваны, практически нет свидетельств израильского поселения до 10 века
ДО Н. Э. Напротив, в большинстве районов израильского поселения в горной
стране, где в I железном веке действительно произошел крупный демографический
переворот, ханаанские поселения были немногочисленны, и почти нет
свидетельств немедленного израильского поселения на руинах разрушенных
ханаанских городов. Хронологические свидетельства указывают, кроме того, что
ханаанские центры не были опустошены одновременно, а в течение длительного
периода времени. Теперь уже совершенно очевидно, что ханаанские города, такие
как Лахиш, все еще процветали в то время, когда израильское заселение горной
страны уже шло полным ходом.
Сторонники социологической школы, выдвинувшие гипотезу о том, что
израильтяне пришли непосредственно из социально-политической организации
Ханаана в конце позднего бронзового периода, страдают от строго поверхностного
знакомства с природным окружением страны — особенно с ее приграничными
регионами, включая горную страну — и, следовательно, они проигнорировали
важные демографические и этнографические данные, касающиеся Земли Израиля в
последних поколениях. Как модели поселений, вытекающие из археологических
исследований, так и материальная культура поселений израильтян опровергают
любую теорию о том, что израильтяне были недовольными, бежавшими от
ханаанского государства. Вместо этого оказывается, что новые поселенцы в горной
стране в период I железного века произошли из скотоводческого происхождения.
Сравнение материальной культуры ханаанеев в конце позднего бронзового периода
с материальной культурой поселений I железного века в горной стране показывает,
что произошла демографическая, социально-экономическая и культурная
революция. Однако различные аспекты взаимоотношений между кочевыми
скотоводами и оседлыми жителями, отмеченные учеными социологической школы,
внесли большой вклад в исследование социально-экономической структуры Земли
Израиля в древности.
352
КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ
В конечном счете, взгляд Альта на Израильское поселение как на мирное
поселение в менее населенных регионах страны оказался ближе всего к
предсказанию результатов полевых исследований, проведенных десятилетия спустя.
Однако некоторые детали его теории, особенно касающиеся происхождения
поселенцев, не согласуются с современными археологическими данными.
Истоки израильских поселенцев в конечном итоге следует искать в конце
среднего бронзового периода, когда сеть деревень в горной стране распалась, и
группы людей выпали из этой оседлой сельской структуры . Затем эти группы
прошли длительную стадию скотоводства. Они были особенно активны в
пограничных районах, включая горную страну, и их существование
засвидетельствовано в документах позднего бронзового периода. Изменение
политических и экономических обстоятельств привело к их реседитаризации,
начавшейся в конце XIII века ДО Н. Э. и продолжавшейся в течение всего периода I
железного века.
Практически нет археологических данных, подтверждающих начало
израильского поселения ранее 12 века ДО Н. Э. Если бы постоянные израильские
поселения существовали в течение длительного периода сосуществования с
ханаанскими городами, это отразилось бы в материальной культуре как
израильских, так и ханаанских поселений. С другой стороны, ход израильского
поселения не обязательно должен был быть однородным, и некоторые группы
могли поселиться уже в 11 веке ДО Н. Э.
Из-за своего расположения на отдаленных окраинах регионов, где в
значительной степени происходил процесс оседлости, Верхняя Галилея и долина
Беэр-Шевы — оба являются центром наиболее интенсивных исследований
рассматриваемого периода с 1950-х годов — имеют лишь вспомогательное
значение для понимания израильского поселения. Количество известных
поселений Iron I в обоих регионах относительно невелико, и израильтяне
поселились там только на продвинутой стадии процесса поселения, в конце XII
века и в основном в XI веке ДО Н. Э. Из этого следует, что синтезы этого периода
должны основываться на результатах работы в центральной горной стране.
Однако даже в пределах центральной горной страны масштабы израильских
поселений не были однородными. В настоящее время известно не более 10
памятников эпохи Iron I в Иудее и только около 12 в Вениамине, в то время как
около 120 памятников были обнаружены в Ефреме и около 100 в Манассии.
Примерно 90% памятников эпохи Iron I в центральной горной стране были
обнаружены в районе между Рамаллой и долиной Изреель — и они представляют
70% всех памятников эпохи Iron I во всей Земле Израиля к западу от реки Иордан.
Данные из Трансиордании, по-видимому, совместимы, при этом большинство
памятников эпохи Iron I расположены в Галааде, напротив Самарии на другой
стороне долины Иордана.
необходимо учитывать существенные географические, демографические и
исторические различия между ними. Манассия топографически и литологически
умеренна и была ареной значительной человеческой деятельности в поздний
бронзовый период. Как археологические, так и библейские свидетельства
указывают
353
ГЛАВА 12
V
A
D
IM
K
что ханаанское население продолжало существовать здесь в железном веке.
Напротив, топографические условия в Ефреме были намного суровее, а оседлая
деятельность в позднем бронзовом периоде практически отсутствовала.
Следовательно, население I железного века здесь было гораздо более однородным.
Это одна из причин, по которой первый культовый центр, обслуживающий
население горной страны, находился в Силоме, в самом сердце Ефрема.
Реконструкция процесса расселения израильтян на территории Ефрема,
основанная на данных нашего исследования, может служить моделью для других
районов горной страны (несмотря на региональный характер процесса в целом).
Сначала большинство поселений было сосредоточено на окраине пустыни и вдоль
межгорных долин северного горного хребта, т. е. в районах, наиболее подходящих
для выращивания зерновых культур и выпаса скота. Таким образом, схема
расселения в Ефреме (а также в Вениамине и Иудее) показывает, что основа
существования жителей в начале периода расселения израильтян была схожа с
таковой скотоводов, а не сельских жителей.
Чтобы расшириться дальше на запад, на склоны, израильтянам пришлось
приспособиться к большим расстояниям от стабильных источников воды;
расчистить густые леса; приспособиться к более сложным скальным образованиям и
рельефу; и перейти к садоводству. Расширение на запад произошло только во
второй фазе процесса заселения, когда межгорные долины и пустынная окраина
стали относительно перенаселенными, но до того, как израильтяне стали
достаточно сильны, чтобы бросить вызов ханаанскому господству на низинах.
Также в это время были заселены суровые и отдаленные районы южной Верхней
Галилеи и долины Беэр-Шевы.
В значительной степени израильское поселение имело региональный характер. В
некоторых областях, например, Манассия, израильтяне поселились среди оседлого
населения, в то время как в других местах они занимали районы, которые были лишь
слабо заселены. Иногда израильтяне селились близко к ханаанским городам,
например, основав Цбет-Шарцах (и, возможно, другие места поблизости) около
Афека, в то время как в других местах, например, в западной Галилее, они держались
на расстоянии от ханаанских центров.
Хотя регионы, в которых начался процесс оседлости, были лишь в
незначительной степени заселены хананеями, они, тем не менее, не были пусты.
Первоначально новые поселенцы, возможно, намеренно расположились
поблизости от нескольких ханаанских городов на хребте центральной горной
страны (и Трансиордании?), продолжая симбиотические отношения, которые они,
как кочевники, имели с оседлым населением. Трудно быть уверенным, что
израильское поселение началось вместе с ханаанскими городами, а не только после
разрушения этих городов в ходе местных захватов; в настоящее время свидетельства
из горной страны и западных склонов (Цбет-Шарца и Афек) говорят в пользу
первого варианта. Поселенцы вступили бы в конфликт с ханаанскими городами
только после того, как близлежащих земель, доступных для сельского хозяйства,
стало недостаточно для обоих популяций. Эти столкновения, вероятно, лежат в
основе тех библейских завоеваний
КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ
традиции, которые не являются частью описания объединенного завоевания
Ханаана; большинство этих преданий касаются центральной горной страны.
Что касается масштабов и дат поселенческой деятельности, полевые данные со
всей страны позволяют нам реконструировать израильскую экспансию в Ханаан
следующим образом: Первоначально поселение было в значительной степени
ограничено горным хребтом и пустынной окраиной территорий Ефрема и
Манассии, а также, в меньшей степени, Вениамина и Иуды. Из этого ядра
израильтяне впоследствии распространились на западную сторону нагорной
страны и в Иудею и Галилею. Именно на этом этапе были заселены районы, ранее
почти лишенные хананеев. В то время как некоторые из новичков в этих регионах
пришли из центральной нагорной страны, другие поселились здесь напрямую.
Таким образом, археологические свидетельства ставят под сомнение теорию о том,
что было два притока израильских поселенцев, и опровергают представление о том,
что «Дом Иосифа» не был заселен до второго этапа процесса заселения.
Постепенное расширение израильтян на юг в центральной горной стране, из
ядра в Ефреме и Манассии, хорошо согласуется с последовательным перемещением
центрального культового места из Силома, который процветал в конце 12-го и
начале 11-го веков ДО Н. Э., сначала в Вениамина в конце 11-го века и, наконец, в
Иудею в начале 10-го века ДО Н. Э. Библия также указывает, что Иудея достигла
своего особого важного места в истории Израиля только в 10-м веке ДО Н. Э.
В нашем распоряжении достаточно данных, чтобы оценить численность
оседлого израильского населения в период I железного века. Этот расчет,
полученный путем умножения количества и размера поселений на оценки
плотности населения и на «поправочные коэффициенты» для каждого региона,
приводит нас к выводу, что накануне монархии израильтяне насчитывали десятки
тысяч человек, что во много раз меньше любых цифр, которыми оперировали
ученые в прошлом. Наша скромная оценка, конечно, имеет далеко идущие
последствия для изучения практически каждого аспекта периода израильского
поселения.
Переход от позднего бронзового к железному I периоду ознаменовал
поворотный момент не только в моделях поселений, но и в отношении
материальной культуры. Городская культура хананеев в позднем бронзовом периоде
была заменена сельской структурой горной страны в железном I. Точки культурной
преемственности, которые несколько ученых недавно исследовали, были очевидны
в первую очередь на прибрежной равнине и в долинах — областях за пределами
регионов поселений. Несомненные признаки поселений израильтян — такие как
здания с колоннами и кувшины для хранения с воротниками — должны
оцениваться количественно, географически и функционально, а не просто на
основе присутствия или отсутствия на данном месте. Такие анализы показывают,
что эти культурные черты возникли в центральной горной стране в начале
железного века.
Развитие ранней израильской архитектуры во многом было обусловлено двумя
факторами: скотоводческим происхождением поселенцев и холмистым рельефом
первичного региона поселения. Что касается первого, эллиптического двора
355
ГЛАВА 12
V
A
D
IM
K
Такие памятники, как Izbet Şarţah Stratum III, отражают традиции палаток и
палаточных лагерей, а распространение небольших силосов на участках с
небольшим количеством постоянной архитектуры характерно для обществ на
начальных этапах оседлости. Влияние холмистой топографии проявляется в планах
таких памятников, как Ай и Телль-эн-Нашбех, а также, возможно, в широком
использовании столбов. Теперь мы можем проследить развитие планов памятников
с самых ранних этапов израильского поселения (Гило и Izbet Şarţah Stratum III),
через процветающие фермерские деревни (Ай, Хирбет Раддана) и, наконец, до
устоявшихся центров монархии (Беэр-Шева, Телль-Бейт-Мирсим).
Керамика поселений I железного века в центральной горной стране точно
отражает социально-экономические условия жизни жителей. Малочисленность
типов указывает на бедное сельскохозяйственное общество, в то время как обилие
вариантов свидетельствует о социальных структурах, которые были
изолированными, локальными и племенными по своей природе. Сообщества
различаются в зависимости от географического положения и хронологической
последовательности.
Решения других вопросов, касающихся процесса израильского поселения,
должны ждать продолжения региональных исследований в горной стране, главном
фокусе израильского поселения. Необходимо проводить три направления
исследований: прежде всего, должны быть завершены всесторонние полевые
исследования. Раскопки должны проводиться с целью решения четко
определенных проблем. Наконец — и эта сфера была серьезно проигнорирована
— необходимо изучить экологию и экономический потенциал регионов
израильского поселения как ключи к пониманию моделей поселений, вытекающих
из исследований.
356
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
AASOR
AD AJ
AJA
BA
BAR
B.A.R.
BASOR
BIES
CAH
Enc. Arch, Exc. I-IV
Enc. Miqr
Had. Arch.
HUCA
JEA
KJ
JBL
JNES
JPOS
JSOT
PEFQSt
PEO
pjb
QDAP
RB
PT
ZDPV
ZAW
Ежегодник Американской школы восточных исследований.
Ежегодник Департамента древностей Иордании.
Американский журнал археологии.
Библейский археолог.
Обзор библейской археологии.
B AR Международный Сенес.
Бюллетень Американской школы восточных исследований
Бюллетень Израильского исследовательского общества (иврит).
Кембриджская древняя история
Ави Йонах, М. ред. 1975, 1976,1977, 1978. Энциклопедия археологических
раскопок на Святой Земле I-IV. Иерусалим.
Энциклопедия Микраит (Encyclopaedia Biblica). Иерусалим (иврит).
Hadashot Archeologiot. (Археологические новости). Департамент
древностей , Иерусалим (иврит).
Ежегодник колледжа Еврейского союза.
Журнал египетской археологии.
Журнал исследований Израиля.
Журнал библейской литературы.
Журнал ближневосточных исследований.
Журнал Палестинского восточного общества.
Журнал по изучению Ветхого Завета.
Фонд исследования Палестины, Ежеквартальный отчет.
Ежеквартальный журнал «Исследование Палестины».
Палестинский ежегодник.
Ежеквартальный вестник Департамента древностей Палестины.
Библейский обзор .
Vetus Testamentum.
Журнал Немецкой Палестинской Ассоциации.
Журнал по изучению Ветхого Завета
БИБЛИОГРАФИЯ
V
A
D
IM
K
Ахарони, М. 1981. Керамика слоев 12–11 цитадели железного века в Араде. Эрец-Исраэль
15:181-204 (иврит).
Ахарони, Ю. 1957. Поселение израильских племен в Верхней Галилее. Иерусалим (иврит).
Ахарони, Ю. 1970. Новые аспекты израильской оккупации на севере. В: Сандерс, JA ред.
Археология Ближнего Востока в двадцатом веке. Очерки в честь Нельсона Глюка. Нью-Йорк:
254-265.
Ахарони, Й. 1971а. Х. Раддана и ее надпись. ИИИ 21:130–135.
Ахарони, Й. 1971б. Поселение в Ханаане. В: Мазар, Б. ред. Всемирная история еврейского народа,
т. Илл — Судьи. Гиватаим (Иср.): 94-1
Ахарони, Ю. 1973. Десять тысяч Ефрема и тысячи Манассии. В: Авирам, Дж. Административное
издание. Эрец Шомром. Иерусалим: 38-46 (иврит).
Ахарони, Й. 1975. Арад. Прил. Арх. Отл. Я; 82-89.
Ахарони, Й. 1976а. Ничего раннего и ничего позднего. Переписывая «Завоевание Израиля». БА 39:
55-76.
Ахарони, Й. 1976б. Расселение племен в Негеве — новая картина. Ариэль 41: 3-1
Ахарони, Й. 1979а. Негев в израильский период. В: Шмуэли А. и Градос Ю. ред. Земля Негев,
часть I. Тель-Авив: 209-225 (иврит).
Ахарони, Й. 1979б. Земля Библии; Историческая география. Филадельфия.
Ахарони, Ю. 1982. Археология Земли Израиля. Филадельфия.
Ахарони, Й. и др. Древнее земледелие пустыни Негев V: израильское сельскохозяйственное
поселение в Рамат-Матреде. МЭИ 10: 23-36, 97-111.
Ахарони, Й. и Амиран, Р. 1964. Раскопки в Тель-Араде: предварительный отчет о первом сезоне,
1962. IEJ 14: 131-147.
Ахарони Ю., Фриц В. и Кемпински А. 1975. Раскопки в Тель-Масосе (Хирбет эль-Мешаш,
предварительный отчет о втором сезоне, 1974. Тель-Авив 2: 97-124.
Ахитув, С. 1976. Шило. Прил. Микр. 7: 626-6
Альстрём, Г. В. 1982. Где жили израильтяне . JNES 41: 133-138.
Альстрём, Г. В. 1984а. Поселенцы раннего железного века в Хирбет-эль-Мшаше (Тель-Масос).
ZDPV 100: 35-52.
Альстрем, GW 1984b. Гилох: иудейское или ханаанское поселение? ИЭЖ 34: 170-172.
Альстрём, Г. В. 1986. Кем были израильтяне? Винона Лейк.
Альстрем, Г.В. и Эдельман, Д. 1985. Израиль Мернептаха . ИНЕС 44:59-61.
Олбрайт, У. Ф. 1923. Датские раскопки в Шило. BASOR 9: 10-11.
Олбрайт, У. Ф. 1924. Раскопки и результаты в Телль-эль-Фуле (Гибе Саула). Æ4SOR IV.
Олбрайт, У. Ф. 1925. Административное деление Израиля и Иудеи. JPOS V: 17-54.
Олбрайт, У. Ф. 1929. Новые израильские и доизраильские места: весенняя поездка 1929 года.
BASOR 35: 1-14.
Олбрайт, У. Ф. 1932. Раскопки Телль-Бейт-Мирсима в Палестине I. Керамика первых трех
кампаний. AASOR 12.
358
ССЫЛКИ
Олбрайт, У. Ф. 1933. Раскопки Телль-Бейт-Мирсима IA: Керамика бронзового века Четвертой
кампании. AASOR 13: 55-127.
Олбрайт, У. Ф. 1935. Археология и дата еврейского завоевания Палестины. BASOR 58: 10-18.
Олбрайт, У. Ф. 1937. Дальнейший свет на историю Израиля из Лахиса и Мегиддо. BASOR 68: 22-26.
Олбрайт, У. Ф. 1939. Израильское завоевание Ханаана в свете археологии. BASOR 74: 11-23.
Олбрайт, У. Ф. 1940а. Обзоры книг. AJA 44: 546-550.
Олбрайт, WF 1940b. БАСОР 78: 7-9.
Олбрайт, У. Ф. 1942. Археология и религия Израиля. Балтимор.
Олбрайт, У. Ф. 1943. Раскопки Телль-Бейт-Мирсима III, железный век. AASOR 21-22.
Олбрайт, У. Ф. 1948. Обзор книги. JNES 7: 202-205.
Олбрайт, У. Ф. 1950. Библейский период. Питтсбург.
Олбрайт, У. Ф. 1966а. Археологическая историческая аналогия и ранняя библейская традиция.
Батон-Руж.
Олбрайт, У. Ф. 1966б. Некоторые недавние отчеты о раскопках и публикации. BASOR 183: 32-34.
Олбрайт, У. Ф. 1971. Археология Палестины. Глостер
Альт, А. 1925. die Landnahme der Israelten в Палестине, (перевод 1966. Очерки истории и религии
Ветхого Завета. Оксфорд: 135-169).
Альт, А. 1932. Путешествие. ПИ 28: 18-46.
Альт, А. 1939. Размышления о завоевании Палестины израильтянами . PJb 35: 8-63 (переп. Small
Writings on the History of the People of Israel I. Munich: 126-175).
Альт, А. 1953. Мегиддо в переходный период от ханаанской к израильской эпохе. Краткие
сочинения по истории народа Израиля I. Мюнхен: 256-273.
Альт, А. 1964 (1930). Формирование израильтян в Палестине. Краткие заметки по истории народа
Израиля II. Мюнхен: 1-65.
Альт, А. 1966. Очерки истории и религии Ветхого Завета . Оксфорд.
Амиран, ДХК и Бен-Арье, Ю. 1963. Седентаризация бедуинов в Израиле. ИЭЖ 13: 161 181.
Амиран, ДХК и др. 1979. Спонтанное поселение бедуинов в Северном Негеве. В: Шмуэли, А. и
Градос, Й. ред. Земля Негева , часть II. Тель - Авив: 652-665 (иврит).
Амиран, Р. 1962. Обзор AASOR 34-35. Bibliotheca Orientalis 19(6): 263-264.
Анбар, М. 1985а. Племена амореев в Мари и поселение израильтян в Ханаане. Тель-Авив (иврит).
Anbar, Μ. 1985b. «И построил Иисус жертвенник Господу Богу Израилеву на горе Гевал». Бет
Микра 101(2): 345-352 (иврит).
Арнон, К. и Амиран, Р. 1981. Раскопки в Тель-Кишоне — Предварительный отчет о
Времена года 1977-1978. Эрец-Исраэль 15: 205-212 (иврит).
Ашкенази, Т. 1938. Tribus semi nomades de la Palestine du Nord. Париж.
Ашкенази, Т. 1957. Бедуины. Иерусалим (иврит).
Авигад, Н. 1965. Иерихон. Прил. Микр. 3: 839-858.
Ави Йонах, М. 1972. Население. Прил. Микр. 1: 145-146.
Ави Йонах, М. 1976. Географический справочник Римской Палестины (Qedem 5). Иерусалим.
Бейли, Ю. 1969(?). Альянс Эр-Рмейлат — бедуины региона Рафия. В: Исследования о бедуинах.
Колледж Седе Бокер: 150–158 (иврит).
Баленси, Дж. 1981. Телль Кейсан, первоначальный свидетель появления «Микен III Циа» на
Ближнем Востоке. РБ 88: 399-401.
Бар Адон, П. 1972. Иудейская пустыня и Иерихонская равнина. В: Кохави, М. ред. Иудея, Самария
и Голаны. Иерусалим: 92-149 (иврит).
Барон, А. 1971. Население. Энциклопедия иудаики , том 13: 866 и далее.
Барт, Ф. 1961. Кочевники Южной Персии. Осло.
359
ССЫЛКИ
V
A
D
IM
K
Бар-Цви, С. 1979. Характеристики жизни бедуинов в Негеве до перехода к оседлому образу жизни.
В: Шмуэли, А. и Градос, Й. ред. Земля Негева, часть II. Тель-Авив: 621-630 (иврит).
Бастерс, А. 1965. Центральное святилище в Джуде XIX-XXI. Эфемериды Теологические
Лованиенсы 41: 20-41.
Бейтс, Д.Г. и Лис, С.Х. 1977. Роль обмена в производственной специализации. Американский
антрополог 79: 824-841.
Бек, П. и Кохави, М. 1985. Датированный комплекс конца XIII века до н. Э. из египетской
резиденции в Афеке. Тель-Авив 12:29-42.
Бегин, З.Б. 1974. Геологическая карта Израиля, лист 9-III; Иерихон. Иерусалим.
Бейт Арье, И. 1977. Южный Синай в раннем бронзовом веке. (Докторская диссертация).
Тель-Авивский университет (иврит с аннотацией на английском).
Бейт Арье, И. 1981. Модель расселения на юге Синая и юге Ханаана в третьем тысячелетии ДО Н. Э.
BASOR 243: 32-55.
Бен Давид, Й. 1978. Бедуинские племена Южного Синая. Иерусалим (иврит).
Бен-Тор, А. 1975. Первый сезон раскопок в Телль-Ярмуте 1970. Кведем 1: 55-87.
Бен-Тор, А. 1979. Телль Кири: взгляд на деревенскую жизнь. BA 42: 105-113.
Бьенковски, П. 1986. Иерихон в позднем бронзовом веке. Уорминстер.
Бикай, ПМ 1978. Керамика Тира. Уорминстер.
Биран, А. 1980. Скажите Дэну — пять лет спустя. BA 43: 168-182.
Биран, А. 1985. Примечания и новости, Тель-Дан, 1984. IEJ 35: 186-189.
Биран А. и Коэн Р. 1981. Ароер в Негеве. Эрец-Исраэль 15:250-273 (иврит).
Бордман, Дж. 1977. Олива в Средиземноморье: ее культура и использование. В: Кларк, Дж. Г. Г.,
Джоуп, Э. М. и Райли, Р. ред. Ранняя история сельского хозяйства. Оксфорд: 187-196.
Болинг, Р.Г. 1969. Постройки бронзового века на горе Сихем: раскопки АСОР в Тананире. BA 32:
82-103.
Boraas, RS 1986. Iron IA Ceramic at Tell Balatah: A Preliminary Examination. В: Geraty, LT and Herr,
LG eds. The Archaeology of Jordan and Other Studies Presented to Siegfried H. Horn. Berrien
Springs (Michigan):249-263.
Бораас, Р.С. и Герати, Л.Т. 1978. Пятая кампания в Телль-Хесбане. В: Хешбон 1976. Andrews
University Seminary Studies 16(1): 1-17.
Боровски, О. 1982. Четыре сезона раскопок в Тель-Халифе/Лахаве. Кадмониот 15: 57-60 (иврит).
Бремер, Ф. 1982. Домашняя архитектура Леванта в эпоху Фер. Париж.
Брандл, Б. 1982. Скарабей Тель-Масоса : предложение нового метода интерпретации царских
скарабеев. Скрипта Иеросолимитана 28: 371–405.
Браниган, К. 1966. Четырехкомнатные здания Телль-эн-Насбеха. IEJ 16: 206-208.
Брауэр, М. 1984. Трансформация структуры, дисперсии и плотности населения в арабских
деревнях Израиля . Эрец-Исраэль 17: 8-15 (еврейский).
Брайнд Дж. и Гумберт Дж.Б. 1980. Телль Кейсан (1971–1976); Une cité phénicienne en Galilée.
Париж.
Брайт. Дж. 1974 История Израиля. Филадельфия.
Броши, М. и Гофна, Р. 1984. Заселение и население Палестины в раннем бронзовом веке II-III
BASOR 253: 41-53.
Броши, М. и Гофан, Р. 1986. Средний бронзовый век II Палестина: поселения и население. BASOR
261: 73-90.
Буль, М.Л. и Хольм-Нильсен, С. 1969. Шило. Копенгаген.
Буллиет, Р. В. 1975. Верблюд и колесо. Кембридж (Массачусетс).
Буркхардт, Дж. Д. 1831. Заметки о бедуинах и ваххабитах. Лондон.
Callaway, JA 1965. Раскопки Ай (эт-Телл) 1964 года. BASOR 178: 13-40.
Каллауэй, Дж. А. и Никол, М.Б., 1966. Зондирование в Хирбет Хайян. БАСОР 183: 12-19.
360
ССЫЛКИ
Callaway, JA 1968. Новые доказательства завоевания M. JBL 87: 312-320. , Callaway, JA 1969a.
Раскопки 1966 года в Ай (эт-Телле). BASOR 196: 2-16.
Callaway, JA 1969b. Значение деревни железного века в Ай (эт-Телль). Труды Пятого Всемирного
конгресса иудейских исследований. Иерусалим: 56-61.
Каллауэй, JA и Кули, RE 1971. Спасательные раскопки в Раддане, в Бире. BASOR 201: 9-19.
Callaway, JA 1975. Ai. Enc. Arch. Exc. I: 36-52.
Callaway, JA 1976. Раскопки Ай (эт-Телл): 1964-1972. BA 39: 18-30.
Callaway, JA 1984. Деревенское существование в Ай и Раддане в железном веке I. В: Thompson, HO
ed. The Answers Lie Below, Essays in Honor of L.E. Toombs. Lanham: 51-66.
Callaway, JA 1985. Новый взгляд на поселение в горах Ханаана в железном веке I. В: Tubb, JN ed.
Палестина в бронзовом и железном веках, доклады в честь Олаа Тафнелла. Лондон: 31-49.
Кэмпбелл, Э.Ф. 1968. Исследование района Сихема. BASOR 190: 19-41.
Кэмпбелл, Э.Ф. и Райт, Г.Е. 1969. Святилища племенных лиг в Аммане и Сихеме. BA 32: 104-116.
Шамбон, А. 1984. Телль-эль-Фафах 1. Париж.
Chaney, ML 1983. Древние палестинские крестьянские движения и формирование
домонархического Израиля. В: Freedman, DN и Graf, DF eds. Palestine in Transition. Sheffield:
39-90.
Коэн, А. 1973. Палестина в XVIII веке. Иерусалим.
Коэн, М.А. 1965. Роль шилонского священства в объединенной монархии Древнего Израиля.
HUCA 36: 59-98.
Коэн, Р. 1979. Крепости железного века в Центральном Негеве. BASOR 236: 61-79.
Кондер, CR 1878. Палаточные мастерские в Палестине. Лондон.
де Контенсон, Х. 1964. Исследование 1953 года в долинах Ярмук и Иордан. ADA] 8-9: 30 46.
Кули, Р. Э. 1975. Четыре сезона раскопок в Хирбет Раддане. Бюллетень археологического
общества Ближнего Востока, NS № 5: 5-20.
Coote, RB и Whitelam, KW 1986. Возникновение Израиля: социальная трансформация и
формирование государства после упадка торговли позднего бронзового века. В: Gottwald, NK
ed. Социальная научная критика еврейской Библии и ее социального мира: израильская
монархия (SEMEIA 37): 107-147.
Кросс, FM 1947. Скиния. BA 10: 45-68.
Кросс, Ф.М. и Фридман, Д.Н. 1971. Ручка банки с надписью от Радданы. БАСОР 201: 19-22.
Cross, FM 1979. Ранние алфавитные письмена. В: Cross, FM ed. Симпозиумы, посвященные
семидесятипятилетию основания Американских школ восточных исследований (1900-1975).
Кембридж: 97-123.
Кросс, Ф.М. 1980. Недавно найденные надписи на древнеханаанском и раннем финикийском
языках. BASOR 238:1-20.
Кросс, Ф. М. 1981. Священническая скиния в свете последних исследований. В: Биран, А. ред.
Храмы и высоты в библейские времена. Иерусалим: 169-180.
Куннисон, И. 1970. Кэмп и Сурра [Арабы Баггара]. В: Sweet, LE ed. Народы и культуры Ближнего
Востока. Том I. Гарден-Сити, Нью-Йорк: 315-345.
Керрид, Дж. Д. 1986. Археологические исследования практики хранения зерна в Палестине
железного века (докторская диссертация). Чикагский университет.
Далман, Г. 1939. Работа и сидение в Палестине. VI. Гютерсло.
Дэй, Дж. 1979. Разрушение святилища Силом и Иеремия VII 12, 14. Дополнения к Vetus Testum 30:
87-94.
Демский, А. 1973. Геба Гива и Гаваон — историко-географическая загадка. БАСОР 212: 26–31.
361
ССЫЛКИ
V
A
D
IM
K
Демский, А. 1977. Протоханаанский алфавит, датируемый периодом Судей, и его значение для
истории алфавита. Тель-Авив 4: 14-27.
Девер, ВГ 1974. Стратификация MBIIc в районе северо-западных ворот в Сихеме. BASOR 216:
31-52.
Девер, WG 1976. Гезер. Прил. Арх. Искл. II; 428-443.
Девер, WG и др. 1970. Гезер И. Иерусалим.
Девер, WG и др. 1974. Гезер II. Иерусалим.
Девер, WG 1980. Новые перспективы EBIV («MBI») Horizon в Сирии-Палестине. BASOR
35-64 :
72 И
Диксон, HRP 1949. Араб пустыни. Лондон.
Димант, А. 1971. Геология региона Бет-Хорон и западных склонов Бетельской антиклинали.
(Магистерская диссертация). Иерусалим, Еврейский университет (иврит).
Доренманн, Р. Х. 1982. Начало железного века в Трансиордании. В: Хадиди, А. ред. Исследования
по истории и археологии Иордании I. Амман.
Дотан, М. 1955. Раскопки в Афуле. Атикот 1: 19-70.
Дотан, Т. 1982. Филистимляне и их материальная культура. Иерусалим.
Дотан, А. 1981. Новый свет на остракон Избета Шарца . Тель-Авив 8: 160-172.
Дрор, Т. 1979. Изменения в арабской деревне в Иудее и Самарии, 1967-1974. (Магистерская
диссертация). Тель-Авивский университет (иврит).
Дрори, И. 1979. Телль-Лахиш; Пропитание и природная среда в периоды среднего, позднего
бронзового и железного веков. (магистр, диссертация). Тель-Авивский университет (иврит).
Друкс, А. 1966. «Хеттское» захоронение около Кефар-Йегошуа. BIES 30: 213-220 (иврит).
Дус, Дж. 1975. Моисей или Иисус Навин? К вопросу об основателе израильской религии.
Радикальный
Религия 2: 26-41.
Дюссо, Р. 1935. Примечание . Сирия 16: 346-352.
Эйссфельдт, О. 1957. Силос и Иерусалим. Дополнения к Vetus Testum 4: 138-147.
Эйсфельдт, О. 1975. Еврейское царство. CAH Том II, Часть 2: 537-605.
Эйтам, Д. 1979. Оливковые прессы израильского периода. Тель-Авив 6: 146-155.
Эйтам, Д. 1980a. Производство масла и вина на горе Эфраим в железном веке. (Магистерская
диссертация). Тель-Авивский университет (иврит).
Эйтам, Д. 1980б. «Крепости» нагорья Негев — места поселений. Кадмониот 13: 56 57 (иврит).
Энгберг, М.Э. 1940. Исторический анализ археологических свидетельств: Мегиддо и Песнь
Деборы. BASOR 78: 4-7.
Эпштейн, Э. 1933. Жизнь и обычаи бедуинов. Тель-Авив (иврит).
Эссе, Д. Л. 1982. За пределами существования: Бет-Йерах и Северная Палестина в раннем
бронзовом веке (диссертация доктора философии). Чикагский университет.
Фаэгре, Т. 1979. Палатки; Архитектура кочевников. Лондон.
Фейльберг, CG 1944. Черная тень . Копенгаген.
Финкельштейн, И. 1978. Сельское поселение в предгорьях бассейна Яркон в израильский,
персидский и эллинистический периоды. (Магистерская диссертация). Тель-Авивский
университет (иврит).
Финкельштейн, И. 1984. «Крепости» железного века нагорья Негев: оседлость кочевников.
Тель-Авив 11:189-209.
Финкельштейн, И. 1985. ред. Раскопки в Шило 1981-1984, Предварительный отчет. Тель-Авив 12:
123-180.
Финкельштейн, И. 1986. «Избет Шарцах, памятник раннего железного века недалеко от
Рош-ха-Аина, Израиль (BAR 299).
Финкельштейн, И. готовится к публикации. Арабская торговля и социально-политическая
ситуация в Негеве в XII–XI вв. ДО Н. Э. JNES.
Финкельштейн, И. готовится к печати б. Х. эд-Давара — укрепленное место раннего
монархического периода к северо-востоку от Иерусалима. Кадмониот (иврит).
Финкельштейн, И. готовящаяся к печати статья. Возникновение монархии в Израиле —
Экологический
362
ССЫЛКИ
и Социально-экономические аспекты. Эрец-Исраэль (том Ядин).
Финкельштейн, И. готовящаяся к печати г. Исследование Земли Ефремовой 1980-1986:
Предварительный отчет.
Финкельштейн, И. и Брандл, Б. 1985. Группа металлических предметов из Шило. Журнал
Израильского музея IV: 17-26.
Фицджеральд, ГМ 1930. Четыре ханаанских храма Бет-Шана, часть II — Керамика.
Филадельфия.
Франкен, Х. Дж. 1961а. Обзор Æ4SOR 34-35. VT ↑↑: 471-474.
Франкен, Х. Дж. 1961б. Раскопки в Дейр- с- Алле в Иордании. VT 11: 361-372.
Франкен, Х. Дж. 1969. Раскопки в Телль-Дейр-Алла I. Лейден.
Франкен, Х.Дж. и Пауэр, Дж.А. 1971. Обзоры. VT 21: 119-123.
Франкен, Х. Дж. 1975а. Палестина во времена девятнадцатой династии, (б) Археологические
свидетельства. CAH Том II, Часть 2: 331-337.
Франкен, Х. Дж. 1975б. Дейр с Алла, Телль. Энциклопедия арх. Исх. 1: 321-324.
Бесплатно, JP 1954. Второй сезон в Дотане. БАСОР 135: 14-20.
Фриц, В. 1973. Конец города Хацор позднего бронзового века, слой XIII , и библейская традиция в
Иисусе Навине 11 и Судьях 4. Исследования Угарита 5: 123-139.
.Фритц, В. 1975. Размышления об истории заселения Негеба в период I железного века (1200-1000
гг. до н.э.) в свете раскопок в Хирбет -эль-Мшаше. ЗДПВ 91: 30-45.
Фриц, В. 1977а. Назначение и происхождение столбового дома в Израиле. ЗДПВ 93: 30-45.
Фриц, В. 1977б. Храм и палатка. Нойкирхен.
Фриц, В. 1980. Культурно-историческое значение поселения раннего железного века на Хирбет
-эль-Мшаше и проблема приобретения земли. ЗДПВ 96: 121-135.
Фриц, В. 1981. Израильское «завоевание» в свете недавних раскопок в Хирбет-эль- Мешаше .
БАСОР 241: 61-73.
Фриц, В. 1982. Завоевание в свете археологии. В: Труды Восьмого Всемирного конгресса по
иудаике. Иерусалим: 15-21.
Фриц В. и Кемпински А. 1983. Результаты раскопок в Хирбет-эль-Мсасе (Тель-Масос) 1972-1975
гг. Висбаден.
Гал, З. 1979. Ранний железный памятник близ Тель -Меноры в долине Бет-Шан. Тель-Авив 6: 138 145.
Гал, З. 1980. Рамат Иссахар. Тель-Авив (иврит).
Галь, З. 1982а. Поселение Иссахар . Некоторые новые наблюдения. Тель-Авив 9: 79-86.
Гал, З. 1982б. Нижняя Галилея в железном веке. (Докторская диссертация). Тель-Авивский
университет (иврит с аннотацией на английском языке).
Гарсиэль, М. и Финкельштейн, И. 1978. Расширение дома Иосифа на запад в свете раскопок Избета
Шарцаха. Тель-Авив 5: 192-198.
Герати, Л.Т. 1976. Сезон раскопок 1976 года в Телль -Хесбане. ADAJ 21: 45-53.
Geraty, LT 1983. Heshbon: The First Casualty in the Israelite Quest for the Kingdom of God. В: Huffmon,
HB ao eds. The Quest for the Kingdom of God; Studies in Honor of George E. Mendenhall. Winona
Lake: 239-248.
de Geus, CHJ 1975. Важность археологических исследований палестинских сельскохозяйственных
террас с экскурсом в еврейское слово gbî. PEQ 107: 65-74.
де Геус, CHJ 1976. Колена Израиля. Амстердам.
Гева, С. 1984. Модель расселения Хацора, слой XII. Эрец-Исраэль 17: 158-161 (иврит).
Живон, Р. 1971. Les Bédouins Shosou des Documents égyptiens. Лейден.
Гивен, Р. 1974. Монограммный скарабей из Тель-Масоса. Тель-Авив 1: 75-76.
Глатцер, Б. 1982. Процессы кочевничества в Западном Афганистане. В: Зальцман, доктор
философии, ред. Современные кочевые и скотоводческие народы; Азия и Север (Исследования
обществ третьего мира 18). Уильямсберг:61-86.
Глюк, Н. 1934. Исследования в Восточной Палестине, I. ddSOR 14.
363
ССЫЛКИ
V
A
D
IM
K
Глюк, Н. 1939. Исследования в Восточной Палестине, III. ААСОР 18-19.
Глюк, Н. 1951. Исследования в Восточной Палестине, IV. ААСОР 25-28.
Глюк, Н. 1959. Реки в пустыне. Нью-Йорк.
Гонен, Р. 1979. Захоронения в Ханаане позднего бронзового века как основа для изучения населения
и поселений. (Докторская диссертация). Иерусалим, Еврейский университет (иврит).
Гонен, Р. 1984. Городской Ханаан в поздний бронзовый период. BASOR 253: 61-73.
Гофна, Р. и Кохави, М. 1966. Заметки и новости: Археологическое обследование равнины Шарон.
IEJ 16: 143-144.
Гофна Р. и Порат Ю. 1972. Земля Ефрема и Манассии. В: Кохави, М. ред. Иудея, Самария и Голаны.
Иерусалим: 195–241 (иврит).
Готвальд, Н.К. 1974. Были ли ранние израильтяне кочевниками-скотоводами? В: Джексон, Дж.Дж.
и Кесслер, М. ред. Риторическая критика, эссе в честь Джеймса Мюленбурга. Питтсбург:
223-255.
Готвальд, Н.К. 1975. Допущения домена и общественные модели в изучении домонархического
Израиля. Дополнения к Vetus Testamentum 28: 89-100.
Готвальд, Н.К. 1978а. Гипотеза революционного происхождения Древнего Израиля: ответ Хаузеру
и Томпсону. JSOT 7: 37-52.
Готвальд, НК 1978б. Были ли ранние израильтяне кочевниками-скотоводами? BAR 4 (2): 2-7.
Готвальд, Н.К. 1979. Племена Яхивэ. Нью-Йорк.
Готвальд, Н.К. 1983. Две модели происхождения Древнего Израиля: социальная революция и
развитие фронтира. В: Хаффман, Х.Б. и др. Поиски Царства Божьего; Исследования в честь
Джорджа Э. Менденхолла. Winona Lake: 5-24.
Правительство Палестины 1945. Статистика деревень. Иерусалим.
Грант, Э. и Райт, GE 1939. Раскопки Айн Шемс, часть V. Хаверфорд.
Гринберг, Р. 1987. Новый свет на ранний железный век в Телль-Бейт-Мирсиме. BASOR 265: 55-80.
Халлиган, Дж. М. 1983. Роль крестьянина в период Амарны. В: Фридман, Д. Н. и Граф, Д. Ф. ред.
Палестина в переходный период. Шеффилд: 15-24.
Халперн, Б. 1983. Возникновение Израиля в Ханаане. Чико, Калифорния.
Гамильтон, Р.В. 1935. Раскопки в Телль Абу Хаваме. QDAP 4: 1-69.
Хаммонд, доктор философии, 1965 г., Хеврон. Археологическая хроника. КБ 72: 267-270.
Hankey, V. 1986. Черепок в простом стиле позднего микенского периода IIIB. В: Finkelstein, I. Tzbet
Şarţah An Early Iron Age Site near Rosh Ha'ayin, Israel (BAR 299): 99-103.
Харан, М. 1962. Силом и Иерусалим: происхождение священнической традиции в Пятикнижии.
JBL 81: 14-24.
Хардинг, Г. Л. 1953. Четыре группы гробниц из Иордании. Ежегодник Палестинского
исследовательского фонда 6.
Хаузер, А. Дж. 1978. Завоевание Палестины Израилем: крестьянское восстание? JSOT 7: 2-19.
Хеллвинг, С. и Сад, М. 1985. Останки животных. В: Финкельштейн, И. Раскопки в Шило
1981-1984, Предварительный отчет. Тель-Авив 12: 177-180.
Хеллвинг, С. и Аджеман, Й. 1986. Кости животных. В: Финкельштейн, И. Цбет Шарцах —
памятник раннего железного века недалеко от Рош-ха-Аина, Израиль (BAR 299): 141-152.
Херион, GA 1986. Влияние современных и социальных научных предположений на
реконструкцию истории Израиля. JSOT 34: 3-33.
Герр, LG 1983. Структура аэропорта Аммана и геополитика древней Трансиордании BA 46:
223-229.
Херрманн, С. 1975. История Израиля во времена Ветхого Завета. Лондон.
Херрманн, С. 1985. Основные факторы израильского поселения в Ханаане. В: Библейская
археология сегодня. Труды Международного конгресса по библейской археологии Иерусалим,
апрель 1984 г. Иерусалим: 47-53.
Герцог, З. 1978. Израильское городское планирование. Экспедиция 20 (4): 38-43.
Герцог, З. 1984. Беэр-Шева II Поселения раннего железного века. Тель-Авив.
Хопкинс, округ Колумбия, 1985. Нагорье Ханаана. Шеффилд.
364
ССЫЛКИ
Hütteroth, AV. 1975. Модель поселения в Палестине в шестнадцатом веке. В: Macoz , Μ. ed.
Исследования Палестины в период Османской империи. Иерусалим: 3-10.
Хюттерот, В. Д. и Абдулфаттах, К. 1977. Историческая география Палестины, Трансиордании и
Южной Сирии в конце XVI века. Эрланген.
Hyde, MB ao 1973. Герметичное хранение зерна. Бюллетень сельскохозяйственной службы ФАО.
Рим.
Ибах, Р. 1976. Археологическое обследование региона Хешбан. В: Хешбон 1974. Исследования
семинарии университета Эндрюса 14 (1): 119-126.
Ибах, Р. 1978. Расширенное археологическое исследование региона Хешбан. В: Хешбон 1976.
Исследования семинарии университета Эндрюса 16(1): 201-213.
Ибрагим, М. 1972. Археологические раскопки в Сахабе, 1972. АДАЖ 17: 23-36.
Ибрагим, М. 1974. Второй сезон раскопок в Сахабе, 1973. АДАДЖ 19: 55-62.
Ибрагим, М. 1975. Третий сезон раскопок в Сахабе, 1975. АДАЖ 20: 69-82.
Ибрагим, М. 1978. Кувшин с воротником-ободком раннего железного века. В: Мури, Р. и Парр, П.
ред. Археология в Леванте. Уорминстер: 116-126.
Ибрагим, М. 1983. Siegel und Siegelabdrücke aus Sahäb. ЗДПВ 99: 43-53.
Ибрагим, М., Зауэр, Дж. А. и Яссин, К. 1976. Исследование восточной части долины реки Иордан,
1975. BASOR 222: 41-66.
Илан, С. 1974. Традиционное арабское сельское хозяйство, его методы и его связь с палестинским
ландшафтом в конце Османского периода. (Магистерская диссертация). Иерусалим,
Еврейский университет (иврит).
Ирвин, Х. 1965. Центральное израильское святилище перед установлением монархии. РБ 72:
161-184.
Командование Армии обороны Израиля 1967 г. Перепись населения Западного берега, сектора
Газа, Северного Синая и Голанских высот,
Иссерлин, BSJ 1983. Израильское завоевание Ханаана: сравнительный обзор применимых
аргументов. PEQ 115: 85-94.
Каллаи, З. 1967. Колена Израилевы. Иерусалим (иврит).
Каллай З. 1972. Земля Вениамина и гора Ефраима. В: Кохави, М. ред. Иудея, Самария и Голаны.
Иерусалим: 151–193 (иврит).
Катакура, М. 1977 год. Бедуинская деревня. Токио.
Кауфманн, Й. 1953. Библейское повествование о завоевании Палестины. Иерусалим.
Кауфман, AZ 1981. Храм в Шило — его местоположение и размеры. Лекция на конференции
Общества библейских исследований в Израиле, Иерусалим (иврит).
Кей, С. 1978. Бедуин. Нью-Йорк, Лондон.
Кельм, Г.Л. и Мазар, А. 1982. Три сезона раскопок в Тель-Баташе — библейской Тимне. BASOR
248: 1-36.
Келсо, Дж. Л. 1968. Раскопки Вефиля (1934-1960). AASOR 39.
Кемпински, А. 1976. Обзоры: Гезер II. ИЕЖ 26: 210-214.
Кемпински, А. 1978. Тель-Масос. Экспедиция 20 (4): 29-37.
Кемпински, А. 1979. Хетты в Библии — что говорит археология? BAR 5(4) 20-46.
Кемпински, А. 1981. Баал-Перацим и научная полемика об израильском поселении. Кадмониот 14:
63-64 (иврит).
Кемпински, А. 1985. Пересечение культур в конце позднего бронзового века и начале железного
века. Эрец-Исраэль 18: 399-407 (иврит).
Кемпински, А. 1986. Алтарь Иисуса Навина — сторожевая башня железного века I. BAR 12 (1): 42,
44-49.
Кемпински, А. и Фриц, В. 1977. Раскопки в Тель-Масосе (Хирбет-эль-Мешаш), Предварительный
отчет о третьем сезоне, 1975. Тель-Авив 4: 136-158.
Кемпински А. и др. 1981. Раскопки в Тель-Масосе: 1972, 1974, 1975. Эрец-Исраэль 15: 154-180
(иврит).
Кеньон, К. М. 1957. Раскопки Иерихона. Лондон.
Кеньон, К. 1971. Археология Святой Земли. Лондон.
365
ССЫЛКИ
V
A
D
IM
K
Кеньон, К. М. и Холланд, Т. А. 1982. Раскопки в Иерихоне, том четвертый. Лондон.
Хазанов, А.М. 1978. Характерные черты кочевых сообществ в евразийских степях. В: Weissleder,
W. ed. Кочевая альтернатива. Гаага и Париж: 119-126.
Хазанов, А. М. 1984. Кочевники и внешний мир. Кембридж.
Кингсбери, EC 1967. Он поставил Ефрема выше Манассии. HUCA 38: 129-136.
Кьяер, Х. 1927. Датские раскопки Шило. PEFQSt; 202-213.
Кьяер, Х. 1930. Раскопки Шилоа 1929. JPOS X: 87-174.
Кьяер, Х. 1931. Шило. Краткий отчет о Второй датской экспедиции, 1929. PEFQSt; 71-88.
Кленгель. Х. 1972. Промежуточные палатки и дворцы. Вена.
Кохави, М. 1967. Заселение Негева в эпоху средней бронзы (ханаанский период) I. (кандидатская
диссертация). Иерусалим, Еврейский университет (иврит с аннотацией на английском языке).
Кохави, М. 1968. Раскопки в Тель-Зероре. Кадмонит 1:128-130 (иврит).
Кохави, М. 1969. Раскопки в Тель-Эсдаре. Суд 5: 14-48 (еврейский).
Кохави, М. 1972а. ред. Иудея, Самария и археологические раскопки на Голанах 1967-1968 гг.
Иерусалим (иврит).
Кохави, М. 1972б. Земля Иудейская. В: Кохави, М. ред. Иудея, Самария и Голанские высоты.
Иерусалим: 17-89 (иврит).
Кохави, М. 1974. Хирбет Рабуд = Дебир. Тель-Авив 1:2-3
Кохави, М. 1977. Остракон периода Судей из Избета Шарцаха. Тель-Авив 4: 1-1
Кохави, М. 1978. Зерор, Тел. Прил. Арх. Отл. IV; 1223-1
Кохави, М. 1981. История и археология Афека-Антипатриса: библейский город на равнине Шарон.
БА 44: 75-86.
Кохави, М. 1982. Завоевание и заселение. Эфмол 7:3-5 (еврейский).
Кохави, М. 1984. Период израильского поселения. В: Eph c al, I. ed. История Эрец-Исраэль. Т. 2,
Израиль и Иудея в библейский период. Иерусалим: 19-84 (иврит).
Кохави, М. 1985. Земля Израиля в XIII-XII вв. ДО Н. Э. — Исторические выводы из археологических
данных. Одиннадцатая археологическая конференция в Израиле (тезисы лекций). Иерусалим:
16 (иврит).
Кохави, М. и Финкельштейн, И. 1978. Заметки и новости: Избет Шарцах . IEJ 28: 267-268.
Краус, Х. Дж. 1966. Богослужение в Израиле. Оксфорд.
Куппер, младший, 1957. Les nomades en Mésopotamie au temps des rois de Mari. Париж.
[ЛаБьянка, О.С. 1985. Возвращение кочевника : анализ процесса кочевничества в Иордании. ADA]
29: 251-254.
Леймон, Р.С. и Шиптон, Г.М. 1939. Мегиддо I. Чикаго.
Lapp, NL 1978. ред. Третья кампания в Телль- эль-Фуле: Раскопки 1964 года. Æ4SOR 45.
Лапп, П. 1967. Завоевание Палестины в свете археологии. Concordia Theological Monthly 38:
283-300.
Лапп, П. 1968. Обзоры книг. АДЖА 72: 391-393.
Лапп, П. В. 1969. Раскопки 1968 года в Телль Тачаннеке . БАСОР 195: 2-49.
Лемэр, А. 1973. Азриэль Шрл, Израиль и происхождение израильской конфедерации. ВТ 23:
239-243.
Лемэр, А. 1982. Актуальные исследования о происхождении древнего Израиля. Азиатский журнал
270: 5-24.
Лемче, Н.П. 1985. Ранний Израиль (Дополнения к Vetus Testum 37). Лейден.
Ленски, Г. 1980. Рецензия на книгу Н. К. Готвальда «Племена Яхве». Обзор религиоведения 6:
275-278.
Ленцен, К.Дж., Гордон, Р.Л. и МакКуитти, А.М. 1985. Раскопки в Телль-Ирбиде и Бейт-Расе, 1985.
ADAJ 29: 151-159.
Liver J. 1971. Израильские племена. В: Mazar, B. ed. Всемирная история еврейского народа, т. III —
Судьи. Гиватаим (Иср.): 183-211.
366
ССЫЛКИ
Ливнат, А. 1971. Геология северо-западных предгорий Иудейской горной страны (регион
Абуд-Кибия-Рантис). (Магистерская диссертация). Иерусалим, Еврейский университет
(иврит).
Loud, G. 1948. Мегиддо II, Таблички и текст. Чикаго.
Лукас, А. 1944. Численность израильтян при Исходе. PEQ; 164-168.
Люк, Дж. Т. 1965. Скотоводство и политика в период Мари. Энн-Арбор.
Лунц, AM 1897. Caftor va-Pherach par Estori ha-Parchi. Иерусалим (ивр.).
Лютер, Б. 1901. Die Israelitischen Stämme. ЗАВ 21: 1-77.
Макдональд, Б. 1980. Исследование Вади-эль-Хаса 1979: Предварительный отчет. ADAJ
24:169-183.
Malamat, A. 1976a. Истоки и период формирования. В: Ben Sasson, HH ed. История еврейского
народа. Лондон: 1-87.
Маламат, А. 1976б. Завоевание Ханаана: ведение войны израильтянами согласно библейской
традиции. В: Encyclopedia Judaica Year Book 1975/6; 166-182.
Маламат, А. 1983. Израиль в библейские времена. Иерусалим (иврит).
Марке-Краузе, Ж. 1949. Les fouilles de'Ay (et-Tell). Париж.
Маркс, Э. 1974. Бедуины Негева. Тель-Авив (иврит).
Мэтьюз, В. Х. 1978. Кочевое скотоводство в Марийском царстве (ок. 1850-1760 ГГ. ДО Н. Э.).
Кембридж.
Мейес, АДХ 1974. Израиль в период судей. Лондон.
Мазар, А. 1977. Храмы Тель-Касиле. (Докторская диссертация). Иерусалим, Еврейский
университет (иврит).
Мазар, А. 1980а. Ранний израильский участок недалеко от Иерусалима. Кадмониот 13: 34-39
(иврит).
Мазар, А. 1980б. Раскопки в Тель-Касиле, часть первая. Филистимское святилище; Архитектура
и культовые предметы (Кедем 12). Иерусалим.
Mazar, A. 1981a. Giloh: An Early Israelite Settlement Site Near Jerusalem. IEJ 31: 1-36. Mazar, A. 1981b.
Book Reviews. University of London Institute of Archaeology Bulletin 18: 291. Mazar, A. 1981c. A
Response to the Remarks by A. Kempinski. Qadmoniot 14: 64 (иврит). Mazar, A. 1982a. Three Israelite
Sites in the Hills of Judah and Ephraim. BA 45: 167-178. Mazar, A. 1982b. The ”Bull Site” — An Iron Age
I Open Cult Place. BASOR 247: 27-42. Mazar, A. 1985a. Израильское поселение в Ханаане в свете
археологических раскопок . В: Библейская археология сегодня. Труды Международного конгресса
по библейской археологии Иерусалим, апрель 1984 г. Иерусалим: 61-71.
Мазар, А. 1985б. Раскопки в Телль-Касиле. Часть вторая. Филистимское святилище; Различные
находки, Керамика, Выводы, Приложения (Qedem 20). Иерусалим.
Мазар, Б. 1954. Гива. Enc, Микр. 2: 412-416.
Мазар, Б. 1968. Средний бронзовый век в Палестине. IEJ 18: 65-97.
Мазар, Б. 1974. Ханаан и Израиль. Иерусалим (иврит).
Мазар, Б. 1981. Раннее израильское поселение в Нагорной стране. BASOR 241: 75-85.
Мазар, Б. 1984. Долина Сокхоф. В: Шиллер, Э. изд. Юбилейный том Зева Вилнея; 215-217 (иврит).
Макклеллан, Т.Л. 1984. Городское планирование в Телль-эн-Насбехе. ZDPV 100: 53-69.
Маккаун, CC 1947a. Телль эн-Насбех I, Археологические и исторические результаты. Беркли и
Нью-Хейвен.
Маккаун, CC 1947b. Плотность населения в Древней Палестине. JBL 66: 425-436. Мик, TJ. 1936.
Израильское завоевание Ефрема. BASOR 61: 17-19.
Менденхолл, GE 1962. Еврейское завоевание Палестины. BA 25: 66-87.
Менденахлл, GE 1973. Десятое поколение. Балтимор.
Менденхолл, GE 1976. «Изменение и упадок во всем, что я вижу вокруг» Завоевание, Завет и
десятое поколение. BA 39: 152-157.
Менденхолл, GE 1983. История Древнего Израиля, написанная дефисом. В: Фридман, DN и Граф,
DF ред. Палестина в переходный период. Шеффилд: 91-103.
Мешель, З. и Коэн, Р. 1980. Рефед и Хатира: две крепости железного века в Северном Негеве.
Тель-Авив 7: 70-81.
ССЫЛКИ
V
A
D
IM
K
Мейер, Э. 1906. Die Israelten und ihre Nachbarstämme. Галле как
Военное правительство Иудеи и Самарии 1974 г. Перепись животных (неопубликовано).
Миллер, Дж. М. 1975. Гива Вениаминова, FT 25: 145-166.
Миллер, Дж. М. 1977а. Израильская оккупация Ханаана. В: Hayes, JH и Miller, JM eds. Израильская
и иудейская история. Лондон: 213-284.
Миллер, Дж. М. 1977б. Археология и израильское завоевание Ханаана: некоторые
методологические наблюдения. PEQ 109: 87-93.
Миллер, Дж. М. 1983. Идентификация места: проблемная область современной библейской науки.
ZDPV 99: 119-129.
Миллер, Дж. М. и Хейс, Дж. Х. 1986. История Древнего Израиля и Иудеи. Филадельфия.
Миллс, Э. 1933. Перепись населения Палестины 1931 года. Александрия.
Миттманн, С. 1970. Вклад в историю заселения и территории северной части Восточного берега.
Висбаден.
Монтань, Р. 1947. Цивилизация пустыни . Париж.
Москати, С. 1959. Семиты в древней истории. Кардифф.
Мьюли, Дж. Д. 1982. Как технология производства железа изменила Древний мир. БАР 8(6): 40-54.
Мюзам, Х. В. 1959. Оседлость бедуинов в Израиле. Международный журнал социальных наук XI:
539-549.
Мюзам, ХВ 1966. Бедуины Негева. Иерусалим.
Музил, А. 1908. Аравия Петрея III. Вена..
Мусил, А. 1928. Манеры и обычаи бедуинов Рвала. Нью-Йорк.
Нааман, Н. 1975. Политическое положение и историческое развитие Эрец-Исраэль согласно
письмам Амарны. (Докторская диссертация). Тель-Авивский университет (иврит с
аннотацией на английском языке).
Нааман, Н. 1980. Наследие сыновей Симеона. ZDPV 96: 136-152.
Нааман, Н. 1981. Экономические аспекты египетской оккупации Ханаана. IEJ 31:172-185.
Нааман, Н. 1982. Эрец-Исраэль в ханаанский период: средний и поздний бронзовый век. В: Eph c al,
I. ed. История Эрец-Исраэль. Том I, Введения: ранние периоды. Иерусалим: 129-256 (иврит).
Нааман, Н. 1984. Ефрем, Ефраф и поселение в Иудейской горной стране. Сион 49: 325–331 (иврит).
Нааман, Н. 1985. Вефиль и Бет-Авен: исследование местонахождения ранних израильских
культовых мест. Сион 50: 15-25 (иврит).
Нааман, Н. 1986. Мигдаль-Шехем и дом Эль-Берит. Сион 51: 259-280 (иврит).
Наролл, Р. 1962. Площадь и население поселения. American Antiquity 27 (4): 587-589.
Навех, Дж. 1978. Некоторые соображения об остраконе из Избета Шарцаха. ИЭИ 28: 31-35.
Нильсен, Х. Шехем, Традиционно-историческое исследование. Копенгаген.
Нейст, ALMT, 1973. Жизнь на краю Сахары. Гаага.
Нот, М. 1935. Бетел и Ай. ПИ 34: 7-29.
Нот, М. 1938. Основы исторической интерпретации археологических находок на территории
Палестины. ПИ 37:7-22.
Нот, М. 1953. Книга Иисуса Навина. Тюбинген.
Нот, М. 1957. Правдива ли Библия в конце концов? В: Schneemelcher, W. ed. Юбилейный сборник
для Г. Дена. Нойкирхен: 7-22.
Нот, М. 1958. История Израиля. Лондон.
Нот, М. 1960. Вклад археологии в историю Израиля. Дополнения к Vetus Testumum VII: 262-282.
Одед, Б. 1972. Зереда. Прил. Микр. 6: 765-768.
Охата, К. 1966. Тель Зерор I. Токио.
Олаварри, Э. 1965. Sondages a c Arô c er sur l'Arnon. РБ 72: 77-94.
фон Оппенгейм, MF 1943. Die Beduinen, IL Leipzig.
Орен, Эд. 1978. Эш-Шариа Телль (Тель Сера c ). Прил. Арх. Отл. IV; 1059-1069.
368
ССЫЛКИ
Орен, Э.Д. и Моррисон, М.А. 1986. Экспедиция на Землю Герата : предварительный отчет за
сезоны 1982 и 1983 гг. Приложение BASOR № 24: 57-75.
Орлински, Х. 1962. Племенная система Израиля и родственные группы в период судей,
исследования и очерки в честь Авраама А. Ньюмена. Иерусалим.
Оуэн, Д. 1981. Ахадское письмо из Угарита в Тель-Афеке. Тель-Авив 8: 1-17.
Патай, Р. 1958. Царство Иордания. Принстон.
Пирс, РА 1973. Шило и Джер. VII 12, 14 и 15. KT 23: 105-108.
Переволоцкий, А. и Переволоцкий, А. 1979. Образ жизни бедуинов Джебелия в высокогорном
районе Южного Синая. Общество защиты природы Израиля, Тель-Авив (иврит).
Петри, Ф. 1906. Исследования на Синае. Лондон.
Петри, Ф. 1928. Герар. Лондон.
Порат, Й. 1968. Инвентаризация памятников, Самарийское обследование II. (Неопубликованный
отчет в архивах Департамента древностей). Иерусалим (на иврите).
Порат, Й., Дар, С. и Эпплбаум, С. 1985. История и археология Эмек-Хефера. Тель-Авив (иврит).
Праг, К. 1985. Древние и современные пастушеские миграции в Леванте. Левант 17: 81-88.
Притчард, Дж. Б. 1962. Гибеон; Там, где остановилось солнце. Филадельфия.
Притчард, Дж. Б. 1963. Кладбище бронзового века в Гибеоне. Филадельфия.
Притчард, Дж. Б. 1964. Винодельня, оборона и промеры в Гибеоне. Филадельфия.
Притчард, Дж. Б. 1980. Кладбище в Телль-эс-Саидие. Филадельфия.
Раст, У. Э. 1978. Таанах I, Исследования керамики железного века. Кембридж.
Расван, ЧР, 1934 год. Im Lande der schwarzen Zelte. Берлин.
Редфорд, ДБ 1979. Надпись на воротах из Карнака и египетское вмешательство в дела Западной
Азии в начале 18-й династии. Журнал Американского восточного общества 99: 270-287.
Редфорд, ДБ 1986. Ашкелонский рельеф в Карнаке и Израильская стела. IEJ § 188-200 ן: .
Ричардсон, Нью-Гэмпшир, 1968. Штампованная рукоятка из Хирбет-Ярмука. BASOR 192: 12-16.
Рипински, М. 1985. Верблюд в династическом Египте. JEA 71: 134-141.
Робинсон, Э. 1891. Библейские исследования в Палестине, т. III. Лондон.
Розен, Б. 1986. Натуральное хозяйство слоя II. В: Финкельштейн, И. Цбет Сарцах — памятник
раннего железного века недалеко от Рош-ха-Аина, Израиль (BAR 299): 156-185.
Розенан, Н. 1978. Заметка о запасах воды и численности населения. В: Армиран, Р. и др. Ранний
Арад I. Иерусалим: 14.
Росс, Дж. Ф. 1963. Раскопки Сихема и библейская традиция. BA 26: 2-27.
Роутон, МБ 1965. Топологический фактор проблемы Хапиру. Anatolian Studies 16: 375-387 .
Роутон, М. 1967а. Физическая среда и проблема кочевников. В: Kupper, JR ed. La Civilisation de
Mari. XV Recontre Assyriologique Internationale. Париж: 109-121.
Роутон, МБ 1967б. Леса древней Западной Азии. JNES 26: 261-277.
Роутон, МБ 1973а. Городская автономия в кочевой среде. JNES 32: 201-215.
Роутон, МБ 1973б. Автономия и номадизм в Западной Азии. Orientalia 42: 247-258.
Роутон, М. 1974. Замкнутый кочевник. Журнал экономики и социальной истории Востока XVII:
1-30.
Роутон, МБ 1976. Диморфная структура и топология. Ортенс Антиквус XV: 17-31.
Зальцман, доктор философии, 1980. ред. Когда кочевники оседают. Нью-Йорк.
Зауэр, JA 1982. Перспективы археологии в Иордании и Сирии. BA 45: 73-84.
Sauer, JA 1986. Трансиордания в бронзовом и железном веках: критика синтеза Глюка. BASOR 263:
1-26.
Шмельц, У.0.1977. Изменения численности населения в Иудее и Самарии: анализ их
демографических детерминант. В: Шмуэли, А., Гроссман, Д. и Зееви, Р. ред. Иудея и Самария;
81-92 (иврит).
369
ССЫЛКИ
V
A
D
IM
K
Схурс, А. 1985. Израильское завоевание: текстовые свидетельства в археологическом аргументе.
В: Липински, Э. ред. Земля Израиля: перекресток цивилизаций: 77-92.
Сегер, JD 1983. Исследования в Телль-Халифе, Израиль, 1976-1980. BASOR 252: 1-24.
Зелигман, Н. и др. 1959. Естественные пастбища Израиля. Тель-Авив (иврит).
Селлерс, Орегон, 1933. Цитадель Бет-Цур. Филадельфия.
Селлерс, О.Р. и Олбрайт, У.Ф. 1931. Первая кампания по раскопкам Бет-Цура.
БАСОР 43: 2-13.
Селлерс, Орегон, 1968. Раскопки 1957 года в Бет-Цуре. AASOR 38.
Селлин, Э. 1904. Телль Таанах И. Вена.
Шалем, Н. 1968. Иудейская пустыня. Иерусалим (ивр.).
Shea, WH 1979. Переосмысление завоевания Шарухена и Мегиддо. IEJ 29: 1-5.
Шило, И. 1970. Четырехкомнатный дом — его положение и функция в израильском городе. IEJ 20:
180-190.
Шило, Y. 1971. Обзоры: Буль, ML и Хольм-Нильсен, S. Шило. IEJ 21: 67-69.
Шило, Й. 1973. Лагерь в Шило. В: Авирам, Дж. Административное изд. Эрец Шомрон.
Иерусалим: 10-18 (иврит).
Шило, Й. 1978. Элементы развития городского планирования в израильском городе. IEJ 28: 36-51.
Шило, Й. 1980. Население Палестины железного века в свете выборочного анализа городских
планов, территорий и плотности населения. BASOR 239: 25-35.
Шимеони, Й. 1947. Арабы Эрец-Исраэль. Тель-Авив (иврит).
Шмуэли, А. 1973. Оседлость кочевников в окрестностях Иерусалима в XX веке.
(Докторская диссертация). Иерусалим, Еврейский университет (иврит с аннотацией на
английском языке).
Шмуэли, А. 1980. Кочевничество скоро прекратится. Тель-Авив (иврит).
Синклер, Луизиана, 1960. Археологическое исследование Гивы (Телль- эль-Фуль). ААСОР 34-35:
1-52.
Зингер, И. 1983. Такухлину и Хья: два правителя в Угаритском письме из Тель-Афека. Тель-Авив
10: 3-25.
Сочин, А. 1879. Alphabetisches Verzeichniss von Ortschaften des Paschalik Иерусалим. ЗДПВ 2:
135-163.
Соггин, JA 1975. Ветхий Завет и востоковедение. Рим.
Спунер, Б. 1972. Иранские пустыни. В: Спунер, Б. ред. Рост населения; антропологические
последствия Кембридж, Массачусетс: 245-268.
Стагер, Л. 1982. Археология восточного склона Иерусалима и террас Кедрона. JNES 41: 111-121.
Стагер, Л. Э. 1985а. Мернептах, Израиль и народы моря: новый свет на старый рельеф.
Эрец-Исраэль. 18: 56*-64*.
Стагер, Л. Э. 1985б. Археология семьи в Древнем Израиле. BASOR 260: 1-35.
Стерн, Э. 1978. Раскопки в Тель-Меворахе. Часть первая: От железного века до римского периода
(Кедем 9). Иерусалим.
Стерн, Э. 1984. Раскопки в Тель-Меворахе. Часть вторая; Бронзовый век (Кедем 18). Иерусалим.
Стерн, Э. и Бейт Арье, И. 1979. Раскопки в Тель-Кедеше (Телль-Абу-Кудейс). Тель-Авив 6: 1 25.
Sweet, LE 1974. Tell Toqaan: A Syrian Village. Энн-Арбор.
Талбот Райс, Т. 1961. Сельджуки в Малой Азии. Нью-Йорк.
Томпсон, н. э. 1972. Раскопки Хирбет эль-Хаджара 1972 года. АДАД 17: 47-72.
Томпсон, Т.Л. 1978. Исторические заметки о «Завоевании Израилем Палестины: Крестьяне»
Восстание?» JSOT 7: 20-27.
Томпсон, Т. Л. 1979. Заселение Палестины в бронзовом веке. Висбаден.
Томсен, П. 1907. Loca Sancta. Лейпциг.
Тумбс, LE 1979. Сихем: Проблемы ранней израильской эры. В: Cross, FM ed. Симпозиумы
370
ССЫЛКИ
Празднование 75-й годовщины основания Американской школы восточных исследований
(1900-1975). Кембридж: 69-83.
Тафнелл, О. 1958. Лахиш IV, Бронзовый век. Лондон, Нью-Йорк, Торонто.
Тафнелл, О. 1961. Обзоры и уведомления: Хазор II. PEQ 93: 154-158.
Тушингем, 1972 г. н.э. Раскопки в Дибоне (Дибане) в Моаве. AASOR 40.
Уссишкин, Д. 1975. Дотан. Энциклопедия арх. Экск. I; 337-339.
Уссишкин, Д. 1983. Раскопки в Тель-Лахише 1978-1983: Второй предварительный отчет. Тель-Авив
10: 97-175.
Уссишкин, Д. 1985. Уровни VII и VI в Тель-Лахише и конец позднего бронзового века в Ханаане.
В: Tubb, JN ed. Палестина в бронзовом и железном веках, доклады в честь Ольги Тафнелл.
Лондон: 213-228.
Усишкин, Д. 1987. Лахиш — ключ к завоеванию израильтянами Ханаана? БАР 13(1): 18-39. де Во,
Р. 1955. Les fouilles de Tell el-Far c ah pres Naplouse. РБ 62: 541-589.
де Во, Р. 1961. Древний Израиль, его жизнь и институты. Лондон.
де Во, Р. 1978, Ранняя история Израиля. Филадельфия.
Викандер-Эдельман, Д. 1986. Возвышение израильского государства при Сауле (диссертация на
соискание ученой степени доктора философии). Чикагский университет.
Вайзель, Й. и др. 1982. Экология растительности Израиля. Тель-Авив (иврит).
Вальдбаум, Дж. К. 1978. От бронзы к железу (Исследования по средиземноморской археологии
54). Гётеборг.
Уомплер, Дж. К. 1947. Телль эн-Насбех II, Керамика. Беркли и Нью-Хейвен.
Вайнштейн, Дж. М. 1981. Египетская империя в Палестине: переоценка. BASOR 241: 1-28.
Вайпперт, М. 1971. Поселение израильских племен в Палестине. Лондон.
Вайпперт, М. 1976. Ханаан, завоевание и заселение. Словарь толкователя Библии. Доп. том.
Нэшвилл: 125-130.
Weippert, Μ. 1979. Израильское «завоевание» и свидетельства из Трансиордании. В: Cross, FM ed.
Симпозиумы, посвященные семидесятипятилетию основания американских школ восточных
исследований (1900-1975). Кембридж: 15-34.
Вайпперт, М. 1982. Заметки об истории заселения Южной Иордании в раннем железном веке. В:
Хадиди, А. ред. Исследования по истории и археологии Иордании I. Амман.
Вейпперт Х. и Вейпперт М. 1976. Иерихон-ин -дер-Айзенцайт. ЗДПВ 92: 105-148.
Вейр, Ш. 1976. Бедуины. Лондон.
Вайсман, З. 1984. Период судей в библейской историографии. В: Eph c al, I. ed. История
Эрец-Исраэль. Т. 2, Израиль и Иуда в библейский период. Иерусалим: 85-97 (иврит).
Wente, EF и Van Sielen, CC 1976. Хронология Нового царства. В: Johnson, JH и Wente, EF ред.
Исследования в честь Джорджа Р. Хьюза (Исследования по древней восточной цивилизации
39). Чикаго: 217-261.
Уилсон, CW 1873. Иерусалим. PEFQSt; 36-38.
Вудстра, М. Х. 1965. Ковчег Завета от завоевания до царствования. Филадельфия.
Райт, GE 1940. Эпос завоевания. BA 3: 25-40.
Райт, GE 1962. Библейская археология. Лондон.
Райт, GE 1965. Сихем, Биография библейского города. Нью-Йорк.
Райт, GE 1975. Бет-Шемеш. Энциклопедия арх. Исх. I: 248-253.
Райт, GRH 1985. Древние здания в Южной Сирии и Палестине. Лейден — Кёльн.
Ядин Ю. и др. 1958. Хацор И. Иерусалим.
Ядин Ю. и др. 1961. Хацор III-IV. Иерусалим.
Ядин, Й. 1970. Мегиддо царей Израиля. Кадмониот 3: 38-56 (иврит).
Ядин, Й. 1972. Хазор ( Швайховские лекции Британской академии 1970 г.). Лондон.
Ядин, Й. 1979. Переход от полукочевого к оседлому обществу в двенадцатом веке ДО Н.Э.. В: Cross,
FM ed. Симпозиумы, посвященные 75-летию
371
ССЫЛКА S
V
A
D
IM
K
Основание Американской школы восточных исследований (1900—1975). Кембридж: 57-68.
Ядин, Й. 1982. Является ли библейское повествование о завоевании израильтянами Ханаана
исторически достоверным? BAR 7: 16-23.
Йевин, С. 1971а. Израильское завоевание Ханаана. Стамбул.
Йевин, С. 1971б. Поселение вениаминитов в западной части их территории. IEJ 21: 141-154.
Йеивин, С. 1971c. Ai. Enc. Miqr. 6: 169-182.
Заринс, Дж. 1978. Верблюд в Древней Аравии: заметка о будущем. Antiquity 52: 44-46.
Зерталь, А. 1980. Аруббот, Хефер и Третий Соломонов округ. (диссертация М.А.). Тель-Авивский
университет (иврит с английским резюме).
Zertal, A. 1985a. Фактор водоснабжения в израильском поселении в Манассии. В: Поселения,
население и экономика в Древнем Израиле — Ежегодный день памяти Й. Ахарони, Тезисы
лекций. Тель-Авив: 5-6 (иврит).
Зерталь, А. 1985б. Культовое место на горе Эвал. Бамахане 23: 25-32 (иврит).
Зерталь, А. 1985c. Был ли найден алтарь Иисуса Навина на горе Гевал? BAR 11 (1): 26-43.
Зерталь, А. 1986a. Как Kempinski может быть настолько неправ? BAR 12 (1): 43, 49-53.
Зерталь, А. 1986б. Израильское поселение в нагорной стране Манассии (диссертация на степень
доктора философии). Тель-Авивский университет (иврит с аннотацией на английском).
Цойнер, Ф. Э. 1963. История одомашненных животных. Лондон.
Зевит, З. 1983. Археологическая и литературная стратиграфия в Книге Иисуса Навина 7-8. BASOR
251: 23-35.
Зимхони, О. 1985. Керамика железного века Тель - Итона и ее связь с комплексами Лахиш,
Телль-Бейт-Мирсим и Арад. Тель-Авив 12: 63-90.
Зохари, М. 1959. Геоботаника. Тель-Авив (иврит).
Зори, Н. 1962. Археологическое обследование долины Бет-Шеан. В: Долина Бет-Шеан.
Израильское исследовательское общество. Иерусалим (иврит).
Зори, Н. 1977. Археологическая служба Земли Иссахара. Иерусалим (ивр.).
372
УКАЗАТЕЛЬ
Абдулфаттах, К. 206
Авимелех 82
Абу Банна, Х. 281
Абу-Даби 169, 207
Абу Халиль, Избет 162
Абу Хувам, часть 259
Абу Зарад, титул 32,121,152, 158, 186,187, 201, 341
Акко 107, 281
Адир, Хар 35, 95, 105, 107-110
Афула 92, 93, 281, 286
Ахарони, М. 39
Ахарони, Ю. 15, 18, 19, 22, 28, 37-39, 41, 43, 45, 59,
61, 67, 90, 93, 96, 97, 103, 104, 106, 107, 194, 218,
244, 248, 249, 255, 256, 259, 280, 284, 291, 297,
303, 305, 315-31 7 , 319, 327
Ахитув, С. 205
Альстрем, GW 28, 45, 50, 202, 257, 258, 274, 306, 309,
312,315, 337
Яхмос 342
Ай 16-18, 30, 35, 63, 66, 69-72, 121, 139, 161, 187, 188,
192, 192, 231, 232, 237, 238, 250, 252-254, 258,
260, 262, 263, 270, 276, 277, 291, 297, 298, 312,
313, 316, 322, 323, 334, 350, 356
'Аджлун 115-117
Олбрайт, У.Ф. 15-18, 20, 31, 34, 48, 53, 54, 56, 57, 59,
63, 72, 88, 93, 166, 194, 203, 204, 207, 209, 210,
226, 229, 231, 232, 261, 263, 264, 266, 270, 276,
278, 280, 282, 284, 295, 296, 298, 301, 306, 307,
315, 322, 330, 336, 352
Али, Х. 176
Альт. А. 16, 18, 57, 90, 93, 106, 229, 296, 302 306, 308,
312, 315, 316, 326, 336, 350-352
«Алята, Х. 158
Амалик, Амаликитяне 27, 38, 45
Амиран, Д. 247, 249, 266, 347, 350
Амиран, Р. 59, 92, 297
Амман 113 , 343 , 344
Аммон 28 , 113 , 285
амфиктиония лига 229
'Анаб 52, 53
Анатолия 67, 216, 263
Анбар, М. 85 , 307 , 309
«Аннир, Х. en-Пророк 173
Афек 31-33, 73, 74, 80, 200, 202, 203, 262, 264, 267,
280, 283, 299-301, 311, 313, 316, 320, 321, 38, 35,
35, 35
«Ближе 123, 126, 133, 134, 136, 137, 151, 206, 207»
Арабах 42
Арад 16, 35, 39, 45 – 47, 60, 262, 297, 298
Арнон, К. 92
Арнон, Нахаль 113, 114
Ароер (Негеб) 37, 39
Стрелка (Иордания) 114
Арума 121, 207
Арура 32, 168
Аса 61, 63
Эшер 95, 97, 328
Ашкенази, Т. 247, 347
Ассирийцы 232
Атара 170, 171
Атарот 67
«Атаруд, Х. 150
Авигад, Н. 297
Ави-Йона, М. 205, 330
'Авот, Хорват 35, 95, 105, 109, ХО, 239, 262, 280
Ваал-Хацор, гора 150
Баде 17, 61
Бейли, Ю. 255
Балата, часть 81
Баленси, Дж. 281
Баннат Барр, Х. 167
Бар Адон, стр. 53, 112, 240
Барон, А. 330
Барт, Ф. 342
Бар-Цви, С. 247
Бастерс, А. 229
Баташ, Тел 257, 282
Бейтс, Д. 346
Бек, С. 101, 280, 281, 283, 320
Бедуины 21, 245, 247, 255, 266, 308, 332, 343, 347
Бирот 65, 66
Беэр-Шева 35, 39-41, 45-47, 242, 243, 247, 250,
253,254,258-260, 262-265, 329, 356
Беэр-Шева, Долина 18, 19, 29, 37-47, 229, 230, 237,
244, 259, 271, 281, 282, 297, 305, 312, 317, 324,
326-328, 331, 332, 339-341, 349, 353,354
Бейт Арье, И. 46, 92, 258
Бейт- Дажан, Долина 121, 126, 145-147, 197
Бейт Фурик 133, 134, 136
Бейт ха-Керем, Долина 94, 96
Бейтин 73, 161, 206
Бейт-Мирсим, Тейль 17,35, 52, 53-55, 73,260,262,
264, 266, 267, 282, 295, 299, 300, 301, 356.
Бейт-Нетофа, Долина 94-96
Бейт Рима 168
Бейт 'Ур эль-Фаука 138, 174
Бейт Ур эт-Тахта 177
Бен-Арье, Ю. 249, 266, 347, 350
Бен Давид, Y. 247
Вениамин 27, 56–65, 121, 125, 127, 184, 185,
Даган, Ю. 55
Далман, Г. 246, 247, 249
Дэн, тел. 35, 102–103, 108–110, 262, 264, 267, 281,
288–300, 320, 328.
Дан, колено 102, 108
Давид 39, 50, 55, 56, 80, 88, 93, 327
Дэвис, Д. 105
Давара 151
Давара, Х. изд- 35, 56, 64, 66, 237, 253, 262, 263, 270,
272, 273, 282
Дэй, Дж. 232
Дебир 47, 52, 54, 296, 326
Дейр Абу Машаль 123, 128
Дейр'Алла, Телль 35, 110-111, 112, 290, 343
Дейр Аммар 172
Дейр Баллут 32, 199
Дейр Дакла 175
Дейр Дибван 121, 127, 133
Дейр эль-Мир 175, 187
Дейр Гассана 168
Дейр Истия 133, 134, 138, 139, 162
Дейр Джарир 133
Дейр Каддис 128
Дейр Кассис, Х. 174
Демский, А. 56, 65, 77
Девер, WG 81, 300, 336, 342
Захария 47, 281
Дхияб, Х. 147
Дибон 114
Диксон, HRP 247
диморфное общество 336, 337, 343, 346
Дор 91, 92
Дорнеманн, RH 114
Дотан, Тел. 35, 80, 87-88, 283, 288, 289
Дотанская долина 80, 89, 283
Дотан, М. 92, 93, 281, 286
Дотан, Т. 48, 93, 203, 322
Дотан, А. 78
Дрор, Т. 138
Дрори, И. 31
V
A
D
IM
200, 202, 205, 228, 230, 254, 263, 310, 323, 326,
327, 331, 332, 339 – 341, 350, 353 – 355
Бен-Тор, А. 92, 281, 288, 297
Вефиль 16, 17, 35, 56, 60, 66, 72-73, 121, 139, 161,
185-188, 192, 193, 197-200, 202, 203, 206, 207,
229, 230, 260, 261, 270, 273, 276, 283, 286, 289,
291, 295, 296, 299, 310, 316, 322,323, 327,
348-350
Бет Хорон 121, 177, 187, 188, 207
Бет Шин 92, 93, 281,288
Бет Шин, Долина 92, 112
Бет-Шемеш 35, 55, 266, 282, 299
Бет-Цур 17, 35, 48, 52, 53, 60, 260, 262, 270, 322,323
Бидья 123
Бьенковский, С. 342, 346
Бикай, ПМ 108
Биран, А. 39, 102, 264, 266, 281, 288, 299, 320
Бире, эль- 67, 131, 133, 134, 137, 161
Бир Цайт 123, 137, 160, 187
Болинг, RG 343
Бораас, RS 81, 113
Боровски, О. 300
Бремер, Ф. 258
Брандл, Б. 216, 319, 342
Браниган, К. 61
Браун, Э. 105, 280
Брауэр, М. 268, 332
Брин, Дж. 107, 281
Брайт, Дж. 228, 230, 231
Броши, М. 268, 331, 339, 341
Буль, МЛ 205, 208-210, 212, 216, 218, 225, 232, 284
Буллиет, RW 307
Площадка для быков 35, 86-87, 90, 270
Бурак, Х. эл- 164
Бургата, Тел 35, 91-92
Бурдж, Х. эл- 65, 66
полированная керамика 69, 70, 72, 88, 89, 101, 272,
274, 322
Бурраиш, Х. 175
Коэн, М.А. 327
Коэн, Р. 39, 241, 242, 250, 251
Банка для хранения с воротником-ободком 29,31,
33,46,50,59,70,72, 74, 85, 88, 93, 96, 97, 103,
108-111, 114, 177, 178, 184, 185, 190, 196, 208,
209, 210, 212,220, 223-227, 270-272, 275-285, 313,
320,355
Кондер, CR 247
Контенсон, Х. де 112
Кули, RE 18, 67, 68, 258, 289, 312, 315
Кут, РБ 346
Крест, FM 67, 78, 231, 234, 317, 318
Каннисон, И. 247
Каррид, JD 264, 331
Кипрская керамика 48, 96, 218, 319, 320
K
УКАЗАТЕЛЬ
Каллауэй, JA 18, 67–72, 192, 194, 200, 202, 258, 260,
276, 277, 289, 297, 298, 312 315 верблюд 247, 307, 308,
336–338
Кэмпбелл, EF 122, 142, 146, 147, 149, 344 Кармель 52
казематная стена 54, 57, 59, 61, 63, 64, 69, 91, 105,
108, 238, 242, 243, 248, 250, 252-254, 260, 261, 263
Шамбон, А. 85,
Чейни, ML 295, 306
Кефира 65 ,
95. Чиннерет
шоколад на белой посуде 217
Коэн, А. 343
374
Друкс, А. 288
Дума 137
Дус, Дж. 306
Дюссо, Р. 298
Дуввар, Х. ред- 176
Гевал, горы 19, 35, 81, 82-85, 96, 147, 150, 151, 178,
270, 272, 276, 286, 289, 291, 301, 305, 321-323, 334.
Эбенезер 18, 68, 73, 80, 188, 205, 210, 232, 322, 323
Эдельман, Д. 28, 315
Эдом 28
Эглон 296
Египет, Египетский 42, 45, 80, 84, 110, 205, 259, 280,
284, 300-302, 304, 320, 321, 331, 334, 341, 342, 345,
346, 348
Эйнабус 149
Эйсфельдт, О. 234
Эйтам, Д. 46, 123, 167, 168, 176, 203, 242, 285
Эли 205, 206
Энгберг, Мэн 93
Ефрем 19, 22, 32, 36, 37, 65-80, 90, 119-204, 244, 260,
271, 278, 282, 283, 286, 287, 299, 305, 310, 311, 322,
324, 326-328, 331, 332, 334, 339-341, 349-351,
353-355
Ефрем 327
Эпштейн, Э. 249
Эсдар, Тел. 35, 38-39, 46, 242-244, 247, 250, 255, 256
Эштори ха-Парчи 206
Эссе, DI 342
Евсевий 206
Исход 331
Фаэгре, Т. 248, 249
Фарт, Телль эл- 85, 220, 283, 286
Фарт, Вади 85, 89, 90, 305
Фарха 164, 167
Файльберг, К.Г. 249
Финкельштейн, И. 33, 73, 120, 124, 138, 184, 190, 194,
202, 212, 216, 217, 228, 242, 244, 262, 265, 269, 270,
272, 276, 281, 282, 286, 301, 320,328,339, 340, 342
Фицджеральд, ГМ 281, 288
Храм Фосса 343, 344
четырехкомнатный дом 30, 33, 40-42, 45, 49, 61, 63,
64, 69, 75, 76, 78, 79, 242, 243, 250, 252, 253,
254-259, 260,262-265, 313
Франкель, Р. 19, 97, 107, 240
Франкен, Х.Дж. 20, 57, 110-112, 114, 274, 290, 337,
343
Бесплатно, 87, 290 иен
Фридман, DN 67, 317, 318
Фриц, В. 19, 37, 41-43, 55, 61, 101, 218, 245, 255, 256,
258, 260, 288, 301, 305, 306, 317, 319, 347
УКАЗАТЕЛЬ
приграничная зона 338, 339, 343352 ,348 ,347 ,345 ־
Гал, З 19, 92, 93, 94-97, 107, 108, 276, 281, 310, 320,
328
Галилейские пифы 96. 98. 100, 104. 108, 109, 271, 283
Галилея 28, 117, 270, 279, 305, 311, 316, 341, 347,355
Галилея. нижняя 19, 94-9 7. 281, 310, 320, 326, 328,
331,333, 340, 349
Галилея. Верхняя 18, 96, 97-110. 229, 239, 271, 275,
280, 281, 291, 316, 317, 324, 328, 331, 333, 339,
340. 349, 350, 353, 354
Галилея. Западная 19, 9 7, 240, 244, 328, 331, 333, 350,
351,354
Гарсиэль, М. 73
Гат Хефер 95
Геба 56. 60, 66
Герати, Л. Г. 113, 297
Гаризим, горы 147, 150, 151, 158, 164, 170.
Геус, C HJ de 20, 202, 229, 274, 306, 309, 311, 337
Гева. С 99
Гезер 33, 54, 282, 299, 300
Гханнам, Х. 148
Гураба, Х. 157
Гурейтис, Х. 160
Гива 56, 121, 327
Гаваон 35, 56, 60–61, 65, 66 173, 260, 261, 297.
Гаваонитяне 28, 56, 61. 65, 350
Гильбоа 57
Галаад 112, 115, 143, 145, 324, 353
Галгал 56, 229, 230, 327
Гилох 19, 27, 35, 48-50, 51-53, 66, 184, 231, 238, 254,
258, 260-263, 244, 270, 272, 276, 286, 301, 322, 323,
332, 334, 350, 356
Гивен, Р 37, 317-319, 345
Глатцер, Б 342
Глюк, N 111, 112, 114, 116, 298
Гонен, Р. 311, 340, 341. 3 44
Гофна, Р. 18, 91, 92, 112, 122, 163, 166. 168 169,
174-177, 194, 268, 331, 339, 341
Готвальд, Н.К. 21, 202, 295, 304, 306-311, 313, 314,336
Грант, Э. 55, 266. 282
Гринберг, Р. 54, 55
Хафи. Х. эл-174
Хаджар, Х. эль-114
Халиф, Тел: 266, 300
Халлиган, Дж. М. 306
Халперн, Б. 306, 311
Хамад, Х. 165
Гамильтон, RW 259
Хаммонд, стр. 47, 48
Хэнки, В. 320
375
Джаба 60
Долина Иавок, Нахаль 110, 111, 114-116
Джалджулия 31, 74
Джалул, Часть 297
Джамман 32, 128, 137, 163, 199
Джарайиш, Х, эл· 143
Иевусеи 50, 56, 65, 261
Джедур, Х 52
Джемме, часть 288
Дженин 19, 89, 288
Джераш 114, 115
Иеремия, книга 205, 232
Иерихон 112, 140, 148. 296-298
Иеровоам I 205
Иерусалим 17, 22, 50-52, 56, 65, 66, 126, 161, 205, 230,
261, 311, 324, 326, 327, 337, 350
Изреельская долина 18, 31, 92-93, 97, 108, 112, 185,
230, 281, 282, 311, 312, 324, 326, 328, 340, 341,
347, 349, 353
Джибхт, Х. 145
Река Иордан 28, 110, 111, 115-117, 227, 324, 331, 334,
341, 353
Иорданская долина 110-112,141, 143-145,148, 150,
151, 155, 160, 161, 230, 331, 333, 341, 344, 348,353
Джошуа 85, 200
Иисус Навин, книга 16, 22, 98, 295, 298, 303
Иуда 19, 27, 39, 57, 63, 90, 121. 125, 184, 185, 188,200,
230, 311, 326-328, 339, 341, 349 351, 353-355
Иудея и Самария (1968) обзор 18, 19, 50, 52, 53, 65,
122, 125, 182, 240
Иудейская пустыня 52, 53, 159-161, 240, 244-247,
266,332,339
Иудейские горы 45, 47-53, 229, 302, 311, 326, 327,
331, 332, 339
Судьи, период 22, 27, 28, 60, 63, 78,121, 204, 205, 211,
228, 229
Юриш 153, 197, 201
V
A
D
IM
Ханнатон 95
Харан, М. 234
Харашим, тел. 35, 95, 103, 104, 106, 108-110, 262.
Хардинг, ГЛ 114
Харис 121
Хароа, Атар 241, 242, 247
Хау, Вади эль- 242
Хасим, Шейх 151
Хатира 250, 251
Хаузер, AJ 307
Хауш, Х. эл- 162
Хейс, Дж. Х. 229, 232
Хазот 16,18,35,95,97,98-101,106-109,262 264, 267,
271, 283, 295, 296, 299-301, 316, 317, 325,329
Хеврон 17, 35, 47-48, 51, 52, 60, 229, 281,325, 327, 329
Хеврон Хиллз 43, 136, 326, 327
Хеллвинг, С. 31, 222
Хефер 90
Герион. GA 307
Господин, LG 343
Херрманн. С. 303, 327
Герцог, З. 37, 39–41, 45, 242, 243, 255–257, 259, 265
Есевон 35, 113, 114, 297
Хиршфельд, Ю. 53
Хисбан 113, 114, 297
Хеттский 67, 216, 263
Евеиты 27, 28, 61, 65, 70, 261
Холланд, Г.А. 112
Хольм-Нильсен, С. 205, 208-210, 212, 216, 218, 225,
232, 284
Хормах 43
Хорн, стр. 113
Хопкинс, округ Колумбия 202
Хук-х Долина 97, 107
Гумберт Дж.Б. 107
Хукк 94
Хурриты 342
Хаттерот, WD 206, 343
Хувара 126
Гиксосы 342
Иссерлин, BSJ 296
Збет Шарца 19, 22, 31-33, 35, 54, 66, 73-80, 96, 121,
178, 184, 187, 190, 199, 203, 231, 237-240, 242, 243,
247, 248, 253, 254, 260, 262-270, 272, 273, 276, 277,
281, 282, 286, 289, 290, 301, 311, 313, 319-323, 333,
338, 341, 350, 354, 356
K
УКАЗАТЕЛЬ
Ибах, Р. 114
Ибрагим, М. 110, 111. 113, 114, 276, 279-281, 283, 284
Ибн Насир, Х. 146, 147
Илан, С. 267
Iqnt 95
'Ира, Тел 37
Ирбид 114-117
железо 202, 203
Ирвин, Х. 229
Иссахар 94, 95, 97, 229, 328
376
Кадеш Варнеа 60
Кафр Малик 133
Кафр Касем 32, 73, 130
Каллаи. З. 18, 65, 108, 122, 145, 147-149, 152, 158, 160,
161. 170
Кармиэль 95
Катакура, М. 245
Каубар170
Кауфманн, AZ 233
Кауфманн, Ю. 295
Кей, С. 245, 249
Кедеш 95
Кейлах 52
Кейсан, Теил 97, 107, 280, 281
Кельм, GL 257, 346
Келсо, JL 72,185, 261, 276, 286, 289, 296, 297, 315
Кемпински. А 15. 19, 29, 37, 41-46, 50, 55, 61, 67, 85,
218, 245, 250, 252, 255, 257, 258, 263, 271, 274,
283, 288, 300, 305, 315, 317, 319, 320, 323, 326, 337
Кенаан, гора 108
Кенисес, 39
Кенезит 28
Кеньон, КМ 112, 297, 342
Кетеф Шивца 241, 242
Кезив, Нахал 106
Кфар Йегошуа 288
Харайиб, Х. Бир эль-166
Хазанов, АМ 342, 345
Хирбе, эль- (Эфраим) 151
Хирбе, эль- (Галилея) 95, 107
Кингсбери, Э.К. 121, 229
Кириаф-Сефер 296
Кириаф-Йеарим 65, 66, 327
Кьер, Х. 17, 208-210, 232, 322
Кленгель, Х. 303, 336, 342
Клиа 168
Кохави, М. 15,18,19,29, 33,37,38,45,47, 50, 51, 54, 73,
77, 80, 91, 92,100,101,107,108, 117, 139, 243, 256,
258, 260, 264, 280, 117; 281 , 283 , 300 , 320 ,
Краус, Х.Дж. 229 ,
Кулесун, Х. 159
Купер, младший 336, 342
Курум, Х. элЛаБьянка, 0.С. 342
Лахиш 16, 31, 53, 54, 295, 296, 300, 301, 315,
343,344,352
Лаиш 299
Леймон, RS 266,
Лапп, Н. 56, 57, 59, 263, 265, 286
Лапп, С. 34, 56, 60, 88, 291, 295-297
Ливан 107
Левона 155 , 156 , 206 , 207
Лис, SH 346
Лемэр, А. 229, 230, 295
Лемче, НП 21, 22, 229, 306, 307, 309, 311, 314, 337,
343, 346, 347
Ленский, Г. 306, 339
Ленцен, CJ. 114
Ливер, Дж. 231
Громкий, Г. 280, 281, 288, 290, 301
УКАЗАТЕЛЬ
Люббан, el76! 128
Луббан эш-Шаркия 126, 127, 154, 197, 206
Лукас. А 331
Люк.Джей Ти. 307, 336, 337
Лютер, Б 328
Луз 73
Макдональд, Б 242
Махне. Сахл 121, 147, 150, 197
Мадждал Яба 130
Маламат. А 295, 328
Малхата, Тел 37, 47
Малиб, Вади 89, 90, 305
Манассия 19, 27-30, 81-90, 92, 121, 124, 125, 184, 185,
195, 200, 230, 231, 278, 283, 286, 287, 305. 310,
311, 324, 326, 327, 331-333, 339-341, 349, 350, 351,
353-355
Маон 52
Мараджун, Х. эль-144
Мари 307-309
Марджама, Х. 121. 145, 187, 207
Марке-Краузе, Ж. 17, 69, 70, 252, 253, 291
Маркс, Л 247,308
Масос,
тел.
19,35,37,41-46,245,250,252,254,
255,258-260, 288, 305, 306, 317-319, 338
Матред, Рамат 248, 249, 255, 256
Мэтьюз, VH 336, 337, 349
Матви, Х. 166
Мейес, ADH 229
Мазар. А 19,29,31,33,48-51,53,86,89, 101, 145, 177,
184. 190, 244, 257, 258, 260. 261, 26.3, 270-272,
276, 281, 282, 286, 291, 322, 323, 346
Мазар, Б. 29, 45, 57, 67, 93, 110, 231, 297, 305, 342
Мазар, Эш-Шейх 144
Мазраа, эш-Шаркийе 126
Макклеллан, TL 63
Маккаун, CC 61, 62, 264, 269, 286-288, .319, 330
Медеба 114
Мик, LJ 303
Мегиддо 35, 88, 89, 92, 93, 102, 266, 280, 281, 284-286,
288, 290, 299-301.
Мехолла 112
Мейрон 108
Менденхолл, GE 304, 306-308, 313, 314, 330, 336
Менора, Тел 92
Стела Мернептаха 28, 54, 68, 301, 315
Мешель, З. 250, 251
Меворах, Тел 343
Мейер, Л 328
Мичмаш 56, 66
Мадиамский, Мадианитянин 42
Мигдаль Шехбем 85
377
УКАЗАТЕЛЬ
IM
Нааман, Н. 43. 82, 85, 229. 300, 311, 327, 339, 341, 345.
Наби, Х. ru- 147
Пророк Нун, эн- 143
Наджама, Х. ru- 145
Наджмат Хунейфис, Х. 157
Нафталин 106, 107, 109
Наролл, 268 331 р.
Насбе, Телль ан- 17, 56, 61-63, 65, 121, 237, 252, 254,
260, 262, 264, 266, 267, 269, 273, 286-288, 313,
319, 322, 323, 355
Насралла, Х. Шейх 145
Навех, Дж. 77
Назарет 94-96
Негев 37, 39, 45, 242, 244. 257, 258, 266
Нагорье Негев 30, 39, 46, 237, 241-244, 247, 249,
250-254, 257-259, 263, 308, 339
Николь, МБ 298
Нильсен, Х. 230, 231
Нейст, A.LM.T. 247
кочевники, кочевой 16, 38,41.50, 70, 98,110, 111, 204,
244, 245, 248, 250, 252, 255, 257, 258, 296, 298,
302, 304-309, 312, 332, 336, 337, 342-347, 349-352,
354
кочевничество 342, 343, 346, 347
Север, М 16, 90. 121, 202, 228-230. 234, 296, 298, 300,
301,303, 349, 350
пасторальный, скотоводство 33, 90, 111, 126, 193,
199, 200, 202, 220, 228, 237, 245, 249, 254, 302 304, 306-308, 310, 312, 313, 323, 326, 334,
337-340, 343-349, 351-353, 355
, Патай, Р. 351
Патриархи 348
мирное проникновение 16, 20, 295, 302-306, 309,
315,316, 336, 347
Пирс, RA 232
Переволоцкий, А. 308
Петри, Ф. 288, 331
Филистия 30, 31, 258, 259, 285
Филистимлянин, Филистимляне 17, 19, 27-29, 31, 33,
34, 42, 45, 53-55, 57, 60, 68, 73, 74, 80, 93, 94,
205,210, 226, 232, 261-264, 266, 270, 299 301, 311 ,
322, 323, 327, 328, 332, 351
Филистимская керамика 29, 33, 41, 42, 54. 55, 59, 60,
69, 75, 91, 93, 111, 312, 322, 323
Финикия, финикийцы 27, 107, 109, 271
здания с колоннами 30, 63, 67, 69, 72, 85, 89, 222, 231,
233, 234, 250, 252, 255, 257, 258, 260, 313,323,355
оштукатуренные бачки 194, 202
Порат, Я. 18, 92, 112, 122, 142-144, 148-150, 154,155,
162-166. 168, 169, 174-177, 194
Прага, К. 342
Притчард, Дж. Б. 60, 61, 111, 261, 297
протоханаанское письмо 67, 77, 79
K
Миилия 95
военное завоевание 16, 295-302, 303, 316, 3^6, 352,
355
Миллер, ДжМ 20, 56, 73, 101, 229, 232, 274, 295
297, 312, 327, 337
Миллс, Э. 130, 268
Миттманн, С 112, 114-117
Мицпа 17,35,56,61,63,66,121, 188.269.291, 327
Мицпе ха-Ямим 108
Мнейтра, эль-172
Моав28, 113, 144
Монтань, Р. 247
Моррисон, М. А 311
Москати, С. 336
Мухли, JD 105
Мюзам, HV 308, 350
Муджаиб, Вади 113
Мухмас 64
Мусил, А. 246, 247, 249
Микенский 75, 98, 102, 281, 315, 319, 320
Орен, Эд 258,311
Орлинский, Х. 229
Османский период 332, 342, 347
Оуэн, Д. 316, 320
V
A
D
Тираж 126, 127, 151, 153, 197, 201
Страница 86
Кадеис, Эйн 241, 242, 247
Пепел. Раздел 121, 128. 138, 187, 199
Блэк, Х. 155
Кровать, Х 153
Касиле, Теил 33, 85, 258, 281. 282, 285, 291
Боль 65
Кдеш (Галилея) 107, 291
Кдеш (Долина Изреель) 92
Звоните, Тел. 92, 281, 288
Цишён, Тел 92, 290
Рисунок 130
Курра, Х. Гонка 164
Кусра 197
Одед, Б. Илл.
Офер. А. 19, 48, 51. 53
Охата, К. 91, 264, 266
Олаварри, E 114
Офра 188
Оппенгейм, МФ фон 347
378
Рабах, отделение 32
Рабуд, Х. 35, 47, 52, 281
Раддана, Х. 18, 35, 66, 67-69, 121, 139, 161
187, 188, 192, 193, 231, 232, 238'. 254^258'
262, 270, 288, 312, 317, 318, 322, 323, 334, 350,
356
Рафат 128
Рафид, Х. эр- 156.1 58, 201, 212
Рахая, Х. эр-144
Рахба 241, 242, 247
Раджиб, Вади 111
Рама 56, 66, 327
Рамаллах 17,18, 61,69,121,131. 133,134,137, 140, 206,
207, 353
Рамсес II 84, 321
Рамсес III 84, 301, 316, 321
Рамсес VI 281, 301
Рамсес X 319
Раммун 133, 161, 197
Рантис 137, 187, 197, 200
Рас Али 94
Рас, э-147
Рас, э-177
Раст, WE 88, 276, 278, 286-289, 297
Расван, CR 247
Редфорд, DB 342, 345 краснолаковая, глазурованная
керамика 75, 88, 89, 101, 272, 274,322
Ссылка 250, 251
Рипинский М 307
Робинсон, Э., 206
Розен, Б 199, 268, 331
Розенан, Н. 331
Рош Ха-Аин 31, 32, 73, 74
Рош. Тел. 95, 107
Росс, Дж. Ф. 231
Ротенберг, Б. 242
Роутон, МБ 304, 344
Ружан, Х. 150
Румейде, Джебель 47
Сахаб 35, 113-114, 227, 279, 280, 283-285
Саидие, Телль эс- 35, 110, 111
Сахнин 94, 96
Сальфит 32, 123, 128, 129, 137, 166, 201, 207
Зальцман, стр. 345
Самария 80, 94, 249, 270, 305, 328, 349, 353
Самийе. Айн 121
Саму', ес- 47
Самуил 56, 65, 205, 230, 327
Сарсара, Х. 175
Сарта 32, 73, 121, 164
Саса 35, 95, 104-105, 109, 110, 262
Зауэр, Дж. А. болен, 114, 117, 259, 340, 344.
Саул 28, 56, 57, 65, 80, 230, 232, 327
Савийе. es -197
скарабей, скарабей 215, 218, 225, 317-319, 321
Шмельц, У. 130
Схурс, А. 301
Народы моря 27, 9!, 92, 101. 299, 312, 345 оседлость
18, 21, 28, 30, 33, 41, 108, 237, 238, 244, 245, 250,
254-258, 263, 266, 274, 275, 304, 305, 308, 313, 314,
326, 332, 337,
УКАЗАТЕЛЬ
345-351,353,354,356
,
Сегер, Дж. Д. 266
Сейлун, Х. 157, 206
Продавцы, О. Р. 17, 48, 53, 262
Селлин, Э. 81, 88, 291
Сеннахирим 63
Сет! II 37, 11ΰ, 317
Шаджара, Х. эш- 164, 165
Шалем, Н. 308
Шарфа, часть 258
Шарон 29, 91-92, 299, 326, 327, 332-334, 347
Шарухен 342
Ши, WH, 342
Сихем 35, 80 81-82, 90, 121, 122, 126, 147, 149, 150,
153, 184, 186. 187, 202, 206, 207, 220, 229-231, 263,
283, 310, 325, 327, 329, 342-344, 348-350
Ш эт ар ум 94-96
Шефела 17. 27, 29, 34, 50, 52, 53-55, 92, 257, 270. 282,
298-302, 311, 312. 320, 326-328, 330, 331-334, 338,
341, 350, 351
Шило 17, 19, 22, 27, 30, 31, 35, 36, 59, 60, 66, 68, 85,
96, 114, 119,121, 126, 139,157, 178, 184-187, 190,193,
197, 201, 202, 205-234, 237, 252, 258, 260, 261, 264,
266, 270, 271, 273, 275, 276, 278. 280, 282-284,
286-291, 319, 322, 323, 325-327, 329, 334, 340, 341,
343, 344, 351, 354, 355
Шило, Нахал 32, 128, 167
Shiloh, Y. 69, 208, 252, 255, 260, 263, 265, 331
Shimeoni, Y. 266
Shipton, GM 266, 286
Shmneli, A.136,245,266,308,332,343,345,347
Shosu 304, 345
Шуфнин, Дж. 280
Shana Kh. esh- 153
Shunä, Kh. esh- 173
Shuqba 177
Shuweiha, Kh. 146
Sielen, CC van 110
Sur 136
silos 30, 33, 41, 43, 54, 55, 63, 70. 74-79, 91, 102, 220,
226, 232, 238, 261 , 262, 264-269, 283,7
Simeon, Simeonites 43, 327
Simple Style 75, 320
Sinai 244, 258, 308, 309
Синклер, Луизиана 56, 58, 59, 271, 276. 278, 280.
Зингер, И. 316, 320
Шиппор, Тел 55, 320
Сочин, А. 269
социологическая школа 21, 274, 295, 304, 306-314,
330, 337, 352
Соггин, JA 295
Спунер, Б. 342
Стагер, LE 28, 192, 202, 203, 254, 255, 309, 315
379
УКАЗАТЕЛЬ
'Урма, Х. 121, 147, 149, 151, 186, 187, 341
Усышкин, Д. 53, 87, 88, 300, 301, 316, 344
'Уза, Х. 60
'Узеир, Неби 148
Стерн, Э. 92, 282, 343
ямы для хранения 98, 102, 108, 267
Суккот 110
Сур, Х. 155, 201
Суту 345
Сладкий, LE 343
Сирия 263, 308, 309, 343, 347
Во, Р. де 22, 85, 121, 220, 229, 231, 317, 328
Статистика села 130, 269, 332
K
Ядин, Ю. 18, 93, 98-101, 106-108, 264, 266, 278, 280,
286, 295, 298, 299, 315, 316
Янун, Х. 141, 142
Река Яркон, бассейн 73, 80, 126, 244, 267, 282, 351
Река Ярмук 111, 113-116, 281
Ярмут, тел. 297, 298
Ярун 107
Яссин, К. Илл.
Ясуф 123
Ейвин, С. 20, 65, 69, 297, 324
Йейвин, З. 228, 233
V
A
D
IM
Таанах 35, 88-89, 92, 276, 278, 281, 286-288, 291, 297
Табор , битва 88, 89 гг.
Тахун, Рас и- 161
Тайибе 123, 133, 137, 160, 161, 197
Талбот Райс, Т. 245
Талиль, Х. и- 104
Тана эль-Фаука, Х. 147, 148
Тана эт-Тахта, Х. 142
Тананир 343
Таппуа 121, 150, 186, 207, 310
Тарафейн, Х. 170, 171
Текоа 52
Тейл, Бир и- 166
Часть, и 164
Часть, Х. и- 159, 187, 201
Часть, Х. и- 163
Расскажи, Х. и- (Ай) 17, 69, 161
Тейл эль-Фуль 17, 20, 31, 35, 56-60, 65, 66, 121, 262,
265, 270, 276, 278, 286, 319, 323
палатки 41, 91, 98, 102, 111, 192, 220, 244-250,
252,255-258, 263, 266, 313, 337, 356
террасы 21, 202, 309
Теуосрет 110
Томпсон, 114 г. н.э.
Томпсон, ТЛ 202, 307, 309
Томсен, стр. 205
Тутмос III 88
Тибна, Х. 121, 169, 187
Тимнат-Херес 121
Тина, Х. и др.- 240, 248
Тирца 80, 85, 90
Текер 91, 92
Тумбс, LE 81,231,283
отгонное животноводство 303, 348
Трансиордания 27, 112–117, 144, 155, 159, 230, 242,
246, 259, 280, 281, 282, 284, 285, 297, 303, 308,
324, 340–342, 344, 345, 348, 349, 353 354
Ţubeiqah, Kh. et- 48
Тафнелл, О. 100, 301
Туфан, Долина 94
Турмус 'Айя 123, 206
Ташингем, 114 г. н.э.
Тир, Тир 107
Тирские пифои 102, 108, 109, 271
Вайзель, Ю. 200
Вальдбаум, JC 67, 203
Уомплер, JC 61, 228, 319
Вайнштейн, Дж. М. 342, 346
Вайпперт, Х. 112
Вайпперт, М 17, 90, 112, 114, 281, 284, 295, 303, 304,
345, 346, 348, 349
Вейр, С. 249
Вайсман, З. 348
Венте, EF 110
Уайтлам, KW 346
Уилсон, CW 233
Вудстра, MH 231, 234
Райт, GE 55, 81, 230, 266, 282, 295, 296, 342,344
Райт, GRH 257
Угарит 301, 316, 320
Умм Сафа 123
380
Заретан 111
Заринс, Дж. 307
Зарка, Вади, 110, 115
Завийе 128
Завулон 96
Зефат 95
Зейд, Х. Рас 150
Зейта 162, 199
Зелигман, Н. 244
Zeror, Тел. 35, 91, 92, 264, 281, 283, 299
Зерталь, А. 19, 82-85, 89-91, 185, 195, 270, 272, 276,
278, 282, 283, 286, 287, 289, 305, 310,
321,333,339-342, 344
Цойнер, FE 307
Зевит, З. 69, 298
Зимхон, О. 39
Зиф 52
Зохари, М. 200
Зори, № 92, 112, 288, 291