ЗВЕРИНШП

ЧИТАТЕЛЬ!
Просим сообщить Ваш
отзьів об атой книіе по
адресу: Москва. Центр. Варварка.
Псковскии пер.. 7 Инфор-
мауионньїи Отдел
З И Ф’
> /Я

СЕРИЯ „ЛИКИ ЗВЕРИНЬІЕ“
ПОД РЕДАКЦИЕЙ ВЛ. А. .ПОПОВА
В О. Л К И
НЕОБЬІЧАЙНЬІЕ РАССКАЗЬ ИЗ
ЖИЗНИ РУЧНИХ И ДИКИХ ВОЛКОВ
' г'ь ф
СОДЕРЖАНИЕ
Волки. Очерк (по Б р з м уЕ—Серьі й волчонок. Рассказ
Д ж е к а Л о н д о н а. - Волчий вождь, і ассказ Д ж о н а
Мзки и.—Вллк—рииемріш отшельника. Канадский рзссказ
С. Б л з к а.-Бе пенрй волк. Рассказ Н. Р а г о з а.—Оди¬
нокий разведчик. Рассказ Ф. М а р з а.—Волки-призраки.
Рассказ из жизни индийских джунглей А. X у б л о н а.—
Лобо—властелин Куррумпо. і- ассказ С ато на Томпсона.
„ЗЕМЛЯ и ФАБРИКА “
МОСКВА — ЛЕНИНГРАД

Обложка и 4 рис. худ. В. Ватагина
Напечатано в типографии Госиздата
„Красний Пролетарий". Москва,
Пименовская ул., д. 16.
Главлит № 81205.
Тираж 10.000. 8і 2 л.
МСМХХУИ
2014079070

в о л к и
Очерк (по Б р а м у).
Волк является	ближайшим диким родствен-
ником нашей домашней собаки.
По внешнему виду он очень напоминает длин-
ноногую худощавую собаку с покритим длинними
волосами хвостом, которий никогда не бивает
загнут кверху, как у собаки, а всегда опущен
вниз и свешивается почти до пяток. Морда у вол-
ка длинная и заостренная; глаза расположени ко¬
со; уши всегда торчат кверху.
Окраска и густота меха волка рависят от кли-
мата страни, в которой ато животное водится.
У северного волка шерсть длинная, с густим под-
шерстком, и зимою приобретает беловато-серьгй
оттенок. У южного волка шерсть короткая и
менее густая, рижеватого, иногда почти черного
цвета.
Волк живет обично в- больших густих лесах,
на болотистих пустинях, в степях. Он устраивает
себе логовище в зарослях кустарника, в тростин¬
ках, иногда даже в хлебни х полях. На добичу
5

виходит, из боязни встретить человека, тюлько
ночью.
Весной и летом волки живут в одиночку,
осенью—семвями, а зимою сбиваются чаще все-
го в большие стаи.
Стая всю зиму бродит, не разлучаясь, перебе-
гает из леса в лес, пересекает равниниі, появляет-
ся вдруг в такой местности, где волков не наблю-
дали уже много лет подряд.
Зимою при глубоком снеге стая волков ходит
гуськом, и волк за волком идет почти вплотную,
стараясь по возможности попадать в след своего
товарища. В таких случаях даже опитному охот-
нику не удается определить, из скольких волков
состояла волчья стая.
Большая подвижность волка требует большой
затрати сил, а следовательно, и большого коли-
чества пищи. Вследствие зтого волки истребляют
множество домашних животних, чем наносят гро-
мадний вред крестьянам.
Из диких животних волк охотится главним об¬
разом на более крупниїх: оленей, лосей, диких коз.
Но когда ему не везет в охоте за крупной дичью,
он не пренебрегает и мишами, ежами, птенчиками
и яйцами птиц, даже ящерицами, лягушками, куз-
нечиками, майскими жуками.
Обикновенно трусливий, волк во время сильних
голодовок забивает страх и становится дерзким и
решительним, Он подбирается близко к жилью;
Є

заходит даже в деревни, пробирается в хлев и
утаскивает овец и коз.
Бивали случаи, что зимою почти обезумевшие	'
от голода волки нападали на медведей и побежда-
ли их.	.	і	.
Волк в одиночку и летом никогда не решится
напасть на человека, а зимой стаи их не раз за¬
гризали ночью в лесу или поле запоздалих пут-
ников.
Для истребления волков пускаются в ход самие
разнообразние средства: огнестрельное оружие,
яд, ловушки, западни в виде ям, забросанних
ветвями и мхом. Иногда в облаву на волков со-
бираются целие селения.
Единств-енная польза, которую можно извлечь
из убитого' волка,—ато его зимний мех, из кото-
рого можно' сделать прекрасную теплую шубу.
Есть несколько видов волка.
С о'б с т в -е н н о в о' л к, или б и р ю к, живет в
глухих русских лесах; цвет шерсти его- серо-жел-
тий, брюхо—беловато-серое.
В Африке водится так називаемий африкан¬
ський волк, коренастий и с широкими ушами,
Питается он главним образом мелкой дичью.
Ш а к а л—мелкий волк, серовато-грязного цве¬
та, водится в СССР- на Кавказе, но родиной егр
считается Азия.
Шакал по своему виду и качествам является
чем-то средним между волком и лисицей. Шака¬
ли редко нападают на. скот и в бодьшвдстве
7

случаев, подоби» лисице, проникают в курятник,
душат и уносят кур. Нередко они опустошают ви¬
ноградники, маисовие и сахарние плантации.
Пойманние в детстве, шакали бистро привязи-
ваются к человеку, делаются вполне домашними
и следуют за ним, как собака.
Кай от, или луговой волк, водится в равнинах
Америки. По внешнему виду он скорее напоми-
нает лисицу. Он меньше обикновенного волка, его
шерсть пушиста, грязновато-желтого цвета. Кай-
от в неволе бистро привиїкает и дружится с че-
ловеком.	.

СЕРЬІЙ ВОЛЧОНОК
Рассказ Джека Лондона
Слабие странние звуки неслись из пещери. Пять
маленьких живих клубочков копошились возле те-
ла матери. Четире били совсем беспомощни, и
тюлько один из них начинал проявлять слишком
много интереса ко всему окружающему.
Он сильно отличался от своих братьев и сестер.
В их шерсти бил заметен красноватий оттенок,'
унаследов^а^нши^й ими от м.атери-волчици, тогда как
он вишел весь в- отца. Он бил единственним
серим волчонком во всем виводке. Он родился
настоящим волком по внешности и вполне похо-
дил на старика Одноглазого, своего отца, с тою
только разницей, что у него било два глаза, а у
Одноглазого—один.
Несмотря на то, что глаза у серого волчонка
открились недавно, он видел ими поразительно.
ясно. А пока глаза его били еще закрити, . он ,
постиг другие чувства: осязание, слух, и обоня-
ние* Он - очень хорошо' знал обоих своих братьев, .
Я

и обеих сестер. Он уже начал слабо, неуклюже
играть с ними, и даже дрался, причем из его не-
развившегося горла, когда он входил в азарт, ви¬
ривались странние хриплие звуки, похожие на
ричание.
Еще задолго до- того, как открились его- глаза,
он научился по прикосновению, вкусу и запаху
узнавать свою мать—источник теплоти, жидкой
пищи и нежности. У нее бил мягкий, нежний язик,
которий ласкал его, когда проходил по его ма¬
ленькому тельцу, и зто заставляло- его- крепко
прижиматься к матери и сладко засипать.
Большая часть первого месяца его- жизни про-
шла во сне; но теперь он мог видеть совсем- хо¬
рошо, подолгу бодрствовал и очень хорошо изу-
чил окружающий его мир. Его мир бил мрачен;
но он не знал зтого, потому что- не знал иного
мира. Он жил в. полумраке; но его глаза никогда
не видали другого, более яркого света. Его мир
бил очень мал. Пределами его били стени лого-
вища; но так как он не имел никакого понятия
об обширном внешнем мире, то- его и не смущала
теснота его жилища.
Скоро он сделал откритие, что- одна из стен
зтого мира резко- отличалась от остальних. Ото
бил вход в пещеру и в то же время источник
света. Что она отличалась от других стен, он
узнал гораздо раньше, чем стал сознательно- мис¬
лить. Она влекла его к себе даже еще раньше, чем
у него открились глаза и увидели ее. Свет от нее
10

ударял в его закритие веки, и глаза и зрительние
нерви трепетали от маленьких сверкающих искр,
теплих и удивительно приятньїх.
Еще раньше, чем в нем пробудилась сознатель-
ная жизнь, он всегда стремился подползти ко вхо¬
ду в пещеру. В атом с ним сходились его братья
и сестри. Уже в раннем детстве никто из них ни-
когда не заползал в темние угли у задней сте¬
ни. Свет притягивал их, как если би они били
растения; они требовали света, необходимого для
существования, и их маленькие тельца слепо и
механически ползли к нему, как усики винограда.
Впоследствии, когда волчата подросли, ато вле-
чение к свету еще больше усилилось. Они постоян-
но ползли и тянулись к свету, а мать постоянно
отгоняла их от входа в пещеру.
Скоро серий волчонок узнал, что его мать не
всегда бивает ласковой. В своем постоянном
стремлении к свету он узнал, что у нее есть
морда, которая резким толчком виражала пори-
цание, а затем лапа, которая придавливала его
к земле и перекативала мягкими уверенниіми дви-
жениями. Таким образом он узнал, что такое тол-
чок, и в то же время научился избегать ударов,
увертиваясь и убегая. Зто били сознательние по¬
ступки, явившиеся результатом его общения с
миром. Сначала он уклонялся от толчков так же
бессознательно, как бессознательно он полз к све¬
ту, а потом уклонялся от толчков, потому что знал,
что такое толчок.
11

Он бил свирепим маленьким волчонком. Тако-
ви же били- его братья и сестри. Отого, впрочем,
и следовало- ожидать. Он бил плотоядним живот-
ним. Он произошел от животних, убивавших дру¬
гих и питавшихся их мясом. Молоко, которое- он
сосал в первие дни своей жизни, било молоко,
полученное из мяса; а тепер ь, несмотря на то,
что ему бил только месяц от рождения и что гла¬
за его открились всего неделю назад, он сам
начал есть мясо—-мясо, наполовину переваренное
волчицей и изригаемое ею для пяти подрастаю-
щих волчат, которим било уже недостаточно од¬
ного молока.
Но он бил, кроме того, самим свирепим вол¬
чонком из всего виводка. Он мог ричать громче
всех остальних волчат. Его детские припадки гне-
ва били страшнее, чем их. Он первий научился
опрокидивать волчат ловким ударом своей малень-
кой лапки. И он же первий схватил за ухо дру¬
гого волчонка и долго таскал его и дергал, сер¬
дито ворча сквозь стиснутие зуби. Нечего, ко¬
нечно, и говорить, что он причинял своей матери
больше всего беспокойства в ее заботах держать
виводок подальше от входа в пещеру.
Свет с каждим днем все больше и больше ма-
нил к себе серого- волчонка. Он- постоянно со-
вершал- путешествия к виходу из пещери, и каж-
дий - раз его* оттаскивали назад. Только он не знал,
что - зто -вход в- пещеру. Он вообще ничего не знал
о входах и виходах, о переходах с одного- мсста.
12

на другое. Он не знал никакого другого меСГй
и еще меньше знал, как найти туда дорогу. По-
зтому для него вход в- пещеру бил стедоо—
стеной света.
Когда снаружи било солнце, зта стена била
солнцем в его мире. Она привлекала его, как све-
ча привлекает мотильков. Ему всегда хотелось
достать до нее. Жизнь, так бистро раввертивав-
шаяся в нем, заставляла' его постоянно стремить-
ся к стене света. Но он даже не подозревал, что
существует внешний мир'.
В зтой светлой стене биїло нечто странное. Его
отец, он даже узнавал своего отца, другого жи¬
теля знайомого ему мира, существо, по-хожее на
мать, которое спало возле света и приносило1 мя-
со,—его отец обикновенно- уходил прямо' в белую
далекую стену и исчезал. Серий волчонок не
мог зтого понять. Мать не позволяла нодходить
к зтой стене, но он нодходил к другим стенам и
всюду встречал твердое преиятствие для кончика
своей нежно-й мордочки. °ни не пропускали его,
и после долгих таких попиток он оставил стени
'в покое. Наконец он решил, что такое исчезно-
вение в стене составляет особое свойство его- от-
ца, как молоко и полупереваренное мясо состав-
ляют собственность его матери.
Серий волчонок не обладал способностью ду¬
мать и соображать так, как - думают и соображают
люди. Его мозг работал смутно. Он принимал все,
не спрашивая отчего и почему. Он ограничивался
13

тем, что запоминал явление. Его никогда не инте-
ресовало, почому именно случилось то или дру-
гое. Для него достаточно било' знать, что зто-
случилось. Таким образом, когда он ткнулся не-
сколько раз в заднюю стену носом, он решил, - что
он не может исчезать в стенах. Таким же образом
он решил, что- отец его' может исчезать- в- стенах.
Но его нисколько не мучило желание уяснить себе
причину такого различия между отцом и самим
собою.
Подобно большинству- обитателей пустини, он
рано узнал, что такое голод. Наступило время,
когда у его- матери- не стало ни мяса, ни молока.
Сначала волчата визжали и пищали, но потом
большей частью спали,—ими овладевала спячка
голода. Больше не било ни драк, ни ссор, ни ре-
бячьего гнева, ни попиток ричать, и совсем пре-
кратились ,путешествия к светлой стене. Волчата
спали, и жизнь в них постепенно угасала.
Одноглазий бил в отчаянии. Он уходил дале¬
ко, мало спал в пещере, которая стала теперь
невеселой и жалкой. Волчица также оставляла свой
виводок и -отправлялся на поиски за пищей. В пер¬
вие дни после рождения волчат Одноглазий хо-
дил несколько раз к индейскому лагерю и похищал
зайцев из силков, но, когда снег растаял и реки
покрились, индейци снялись с лагеря, и с ними
вместе исчез и зтот источник добивання мяса.
Когда серий волчонок вернулся - к жизни и стал
снова интересоваться белой стеной, оказалось, что
14

население его мира уменьшилось. У него осталась
только одна сестра. Остальние исчезли. Когда он
стал крепче, он принужден бил играть один, по¬
тому .что сестра его била так слаба, что едва дви¬
галась. Его маленькое тельце -округлялось от мяса,
которое он теперь ел; но для' нее пища явилась
слишком поздно. Она все время спала, напоминая
собой маленький скелет, обтянутий кожей, и теп¬
лившаяся в ней искра жизни мерцала все слабее
и слабее и наконец совсем угасла.
Затем даступил день, после которого серий вол¬
чонок никогда уже больше не видел, чтоби его
отец л.риходил и исчезал в стене или чтоби он
спал у входа. Зто случилось в конце второй, ме-
нее .суровой голодовки. Волчица знала, почему
Одноглазий никогда не вернется, но она не умела
рассказать серому волчонку о том, что она
видела.
Охотясь за дичью по- левому берегу ручья,
где жила рись, волчица напала на след Одногла¬
зого, оставленний им накануне, а затем, идя по
следу, она нашла и его, или в-ернее, то- ч,тоо(^'^^(Х^і>
от него. В атом месте видни били следи жаркой
битви, закончившейся победой риси. Волчица ра-
зискала по следам логовище рмси, но .узнав, что
она дома, не рискнула заглянуть туда.
С той пори волчица, - отправляясь за добичей,
избегала левого берега ручья. Она знала, что у
р-иси в логовище били детениши, и знала, что
рись свирепое, злое создание и грозний противник
15

в битве. Хорошо полдюжине волков, прЄбЛЄдуя
рись, загнать ее на дерево. Но.совсем иное дело
одинокому- волку встретить рись, особенно, когда
известно, что у риси в- берлоге целий виводок
голодних детенишей.
, Когда мадери не било дома, волчонок боль-
шую часть времени спал, а когда просипался,
подавлял доднимавшийся в горле жалобний визг,
боясь, что его кто-нибудь услишит.
Однажди, проснувшись, он услихал странний
звук в- белой стене. Он не знал, что у входа в
пещеру стояла трепетавшая от своей собственной
дерзости ростомаха и осторожно винюхивала, кто
находится в пещере. Волчонок знал только, что
запах бил чужой,—что-то неопределенное, ему не-
известное и страшное, потому что неизвестное.
Шерсть доднялась дибом на спине у серого вол¬
чонка, но он не издал ни звука. Как он узнал,
что против того- существа, которое обнюхивало
пещеру, надо било ощетиниться?
Его .никто не учил атому, а между- тем ато било
видимое виражение страха, которого ему еще ни
разу не пришлось испьітивать. Но ато проявление
страха (сопровождалось проявлением- еще другого
инстинкта—инстинкта самосохранения. Волчонок
обезумел от ужаса, ноунесмотря на ато, он не издал
ни звука - и лежал, не шевелясь, точно- мертвий.
Его мать, вернувшись домой и обнюхав следи,
оставленние россомахой заричала и бросилась в
пещеру. .Тут она принялась облизивать и ласкать
16

волчонка. М волчонок Понял, что избежал большой
опасности.
Серому волчонку повезло с самого' начала. Ро-
жденний для того, чтоби питаться мясом (хотя он
и не знал зтого), он наткнулся на мясо почти у
самого входа в свое логовище при первом же ви-
ступлении в свет. Он совершенно случайно на¬
ткнулся на искусно окритеє гнездо птармигана 1
и свалился в него. Он хотел пройти по стволу
упавшей сосни. Кусок гнилой кори отвалился у него
под ногами; он с отчаянним: визгом покатился в
густую листву маленького куста и очутился в- гне-
зде птармигана, в котором било семь птенцов.
Птенци подняли писк, и он сперва испугался,
а дотом, рассмотрев, что они очень мали, стал
смелее. Птенци шевелились. Он положил лапу- на
одного из них, и тот стал биться сильнее. Ото
ему очень понравилось. Он обнюхал его, а затем
взял в рот. Птенец бился и царапал ему язик.
В то же время он почувствовал голод. Его- че-
люсти сжались. Мягкие кости захрустели, и теп¬
лая кровь побежала ему в рот. Ото- било мясо,
то самое мясо, каким кормила его мать, но только
у него в зубах било живое мясо, и потому оно
било вкуснее. И он стел птармигана. Потом он
стел всех остальних птенцов. Затем' облизнулся
совсем так, как зто делала его мать, и стал ви-
ползать из куста.
1 Северо-американский луговой .тетерев. ((Прим р е д.).
2 Волки
17

Его встретил крилатий вихрь. Неожиданное на-
падение ошеломило его-, а сильние удари крильев
жестоко били его. Он закрил голову лапами и
завизжал. Удари участились. Мать птенцов била
вне себя от ярости. Тогда и он разозлился. Он
поднялся и, злобно рича, стал наносить удари
лапами. Затем он вцепился острими зубами в кри¬
ло и стал изо всей мочи трепать его. Птармиган
боролся с ним, нанося ему удари свободним кри¬
лом. Ото била первая битва волчонка. Он ожесто-
чился и забил всякий страх. Он сражался с жи¬
вим существом, которое нападало- на него. Ото
живое существо било в то- же время мясом.
У- него явилось сильное желание убить. Он толь¬
ко что уничтожил семь маленьких живих существ
и хотел теперь убить еще и большое живое су¬
щество. Он дрался и чувствовал себя счастливим.
Он весь трепетал и ликовал от счастья, пережи-
вая во всей полноте новие, неведомие ему- ощу-
щения.	•
Он продолжал держать птицу- за крило' и ри-
чал сквозь стиснутие зуби. Птармиган витащил
его из куста. А когда затем птица стала тащить
его обратно в кусти, он виводок ее 'на откритое
место. Птица все время кричала и била его сво¬
бодним крилом, причем перья летели во все- сто¬
рони, как снежние хлопья. Волчонок дошел до
висшей степени возбуждения. Вся воинственная
кровь его породи кипела и волновалась в нем.
Ото била его настоящая жизнь, хотя он и не знал
18

зтого. Он начинал осуществлять свое назначений
в .мире; он делал то, для чего он бил	—
убивал добичу и сражался из-за зтого. Он оправ-
дивал свое назначение.
Спустя немного времени птица перестала на¬
падать на него. Он все еще держал ее за крило,
они оба лежали на земле и смотрели друг на дру¬
га. Он попробовал грозно, свирепо1 заричать.
Птица клюнула его в- нос, которий у него- и без
того болел от предидущих приключений. Он
вздрогнул, но продолжал держать ее. Она клю¬
нула еще и еще. Он не только вздрагивал, но
стал ,и взвизгивать. Он старался отвернуться от
нее, не соображая того, что, держа ее за крило,
он тащит и ее с собой. Удари клювом градом
сипались на его больной нос. Воинственное на-
строение покинуло его, и он, випустив- свою- до¬
бичу, ловернулся и побежал через поляну, спа-
саясь дозорним бегством.
Перебежав через поляну, от прилег отдохнуть
возле куста; он лежал, висунув язик, тяжело диша
и жалобно повизгивая, так как нос его все еще
продолжал болеть. Вдруг у него- явилось пред-
чувствие чего-то страшного, какой-то большой
опасности. Неизвестаее-со всеми его- ужасами на-
двинулось на него, и он инстинктивно спрятался
в кусти. Едва успел он сделать зто, как над
ним, прорезая воздух, тихо пронеслось что-то
большое, крилатое, страшное. Спустившийся с
висоти небес ястреб едва не унес его.
2*
19

В то время как он лежал в кустах, приході в
себя после пережитого ужаса и робко вигляди-
вал из-за ветвей, птармиган-мать, оставшаяся на
противоположной стороне поляни, вилетела из
разоренного гнезда. Занятая своим горем, она не
обратила внимания на упавшую с неба крилатую
стрелу. Но волчонок видел—и зто послужило
предостережением и уроком ему—бистрое паде-
ние ястреба, которий, слегка коснувшись земли,
вцепился костями в птармигана; он слишал крик
агонии и ужаса птици и видел^ как ястреб под-
нялся потом к небесам, унося с собой долічу.
В тот же день волчонок пережил еще другое
приключение. Он вспомнил, что у него' есть мать.
И у него явилось сознание, что' она нужна ему.
Не только его тело- устало от пережитих им при-
ключений, но и его маленький мозг тоже устал.
Во все дни своей жизни он не работал так, как
в зтот день. Ему захотелось спать. Он пошел
искать логовище и мать, чувствуя свою беспо-
мощность.
Он .пробирался между кустами, когда услишал
резкий, пронзительний писк; он увидел ласку,
бистро убегавшую от него. Зто било маленькое
живое существо, и он его- не испугался. Потом
он увидел у самих своих ног другое совсем •
маленькое живое существо—молодую ласку, ко-
торая, подобно ем-у; отправилась искать приклю-
чений. Она бросилась било бежать от него, но
он перевернул ее лапой. Она издала резкий,
20

пронзительний писк. В следующую же минуту пе¬
ред его1 глазами появилось желтое пятно. Он сно-
ва услихал пронзительний писк и в ту же минуту
получил сильний удар- в шею и почувствовал
острие зуби ласки-матери, впившейся ему в тело.
Пока он визжал и вертелся, ласка-мать приг¬
нула к своему детенишу и исчезла вместе с ним
в дуетах. Укус от ее зубов на шее сильно болел.
Зта ласка била такая маленькая и такая свирепая.
Он раньше не знал, что ласка била самим сви¬
репим, мстительним и самим ужасним из всех
хищников в пустине. Но теперь он узнал зто.
Волчонок еще визжал, когда ласка-мать верну¬
лась обратно. Теперь, когда ее детениш бил в
безопасности, она не бросилась на него, как рань¬
ше. Она приблизилась с большой осторожно-стью
и вдруг пригнула на него, и в следующее мг^^н^^е-
ние она уже впилась ему в горло, и ее зуби вон-
зились в тело волчонка.
Сперва он ричал и питался бороться; он бил
еще очень молод, и зто бил первий день его ви-
хода из логовища. У него било желание убежать,
но ласка не випускала его-. Она повисла, стараясь
добраться .зубами до большой артерии, где ки-
пела его жизнь.
Серий волчонок погиб би, если би волчица не
вискочила вдруг из-за - кустов. Ласка випустила
волчонка и бросилась к горлу волчици, но про¬
махнулась и схватила ее за челюсть. Волчица
взмахнула головой, как хлистом, вирвалась от
21

ласки и подкинула ее високо на воздух. И еще в
воздухе челюсти волчици подхватили узкое жел-
тое тело, и ласка нашла смерть в ее острих зубах.
Волчонок испитал новий прилив нежности со
сторони матери. Ее радость, что она нашла его,
казалось, била даже больше его радости. Она
ласкала, приглаживала язиком его шерсть и зали-
зивала рани, причиненние зубами ласки. Затем
мать и син поделили между собой убитую ласку
и отправились в берлогу спать.
22

волчий вождь
Рассказ Джона Мзкки
I.	В дорогу
—	Оттепель в самом разгаре, м-р Грей, и я. по-
лагаю, что вас никто не возьмется перевезти ни на
санях, ни на лодке,—-говорнл смотритель склада
м-р Менарей, гляди на небо через отарную-' дверь
и беседуя с почтальоном.—Вам придется бежать
все зта тридцать миль на лижах. Встанете завтра
пораньше и отправитесь в путь!
—	Ну, если ждать до завтра, то я уж очень
опоздаю,—отвечал Боб Грей.—Нет, почту необ-
ходимо доставить раньше. Сегодня засветло я еще
успею пробежать на лижах миль десять, а осталь-
ное завтра. -
—	Где же ви будете н-очевать зту ночь? Вьі,
кажется, забиваете, что лагерь на десятой миле
совершенно пуст и что между ним: и нашей сто-
янкой нет никакого жилья.
—	Я .возьму с собой бизонью ішк^П^ру', с ней НЄ
замерзнешь. Не в первий раз мне путешесгвовагь
по ночам.
2-3

—	Но н-е в такое время года и не в. одшіочестве,
а с помощником. Наконец, ви совершенно забили
про волков. В нинешнем году их здєсь особєнно
много, потому что люди постєпєнно- витеснили их
из других мест.
—	Теперь оттепєль, волки не так страшни, по¬
тому что сити' зайцами и кроликами, да и кроме
того, со мной шестизарядний револьвер.
—	Так зарядите же его на все шесть зарядов
и проверьте хорошенько их запас. Вам они могут
понадобиться.
—	Ладно уж. Такие четвероногиє мін^. іне
страшни.
—	Ну, а если вам' встретится тог громадний се¬
рий волк, которий здесь- состоит главним вожа¬
ком всей стаи?
—	И его не нстлу-аюсь. Я бивал во всяких
здешних переделках.
Боб Грей стал готовиться в путь: надел через
плечо легкую кожаную сумку с письмами и встал
на лижи.
—	Ах, да у вас, кажется, будут попутчики,.—
воскликнул Менарєй.—Я вижу, вон там идут слу-
жащие из лесопильного лагеря. Узнаю Муррея',
Стзрнса и Дюпона.
Менарей глядел и указивал на дорогу к востоку.
—	Ну, нет,—отвечал Грей,—я с ними даже и
встр-ечаться не желаю. Випустите меня через зад¬
нюю дверь, благо, кажется, они еще не успєли мє-
ня замєтить.
24

Смотритель склада со смехом отворил заднюю
дверь. Грей виглянул из нее, огляделся кругом
и вишел. Он вздохнул свободно только тогда,
когда вишел на западную дорогу, которая пере-
секала противоположную сторону равнини.
—	Ну, теперь	с ними путаться не придет-
ся,—со вздохом облегчения проговорил он.
II.	Жаркая схватка
Грей все-таки побаивался, как би его чересчур
общительние друзья, от которих он так ловко
спрятался, не узнали -от Менарея, что он только что
прошел, и не пустились би за ним вдогонку. Поч-
тальона все любили за его- добрий нрав, и все
местние жители—и янки и индейци—считали его
своим земляком.
—	Уф!—произнес почтальон, разгоряченний бьі-
строй ходьбой.—Задам же я им теперь работу-,
если -они в самом деле вздумают меня догонять!
Впадина или долина, по которой он шел, по-
степенно расширялась. На утоптанной тропинке
снег лежал еще крепко, но уже кое-где показива-
лись талие места. Итти било довольно опасно:
того и гляди можно било попасть в зажору.
В пустинной луговой равнине стояло- безмолвие
девственной степи, по которой плуг еще не провел
ни одной борозди.
—	Алло!—крикнул Грей, и его крик
многое множество диких птиц, которие взлетели
по сторонам тропинки, отчаянно хлопая крильями.
25

Дальше ему попалось навстрєчу стадо олєнєй,
которое испуганно бросилось от него в соседний
лєсок, состоявший из оголєнних от листьєв де-
ревьєв. А ещє дальше он увидел на одном сугробе
трєх волков, стоявших с самим свирепим и кро-
вожадним видом.
Они угрюмо и злобно глядєли на бистро бежав-
шего на лижах чєловєка, помєшавшєго им под-
красться к добичє, на которую они так основа-
тєльно рассчитивали.
Волки били тощиє, изголодавшиєся, трусливиє
и озлобленниє. Они подняли морди и усиленно
нюхали воздух, вглядиваясь в почтальона. У них
била лохматая шерсть грязноватого цвєта и пря¬
мо стоящиє уши, коториє они усилєнно насто-
раживали.
—	Б-оровиє волки!—воскликнул Грєй, останав-
ливаясь и глядя на них.
Волки не шелохнулись. Грєй молча ждал. Один
из волков поднял голову, понюхал воздух и гром-
ко, страшно завил. В откритой пасти Грєй отчет-
ливо рассмотрел крєпкие желтиє зуби и тємно-
синєє небо. Волки нємного приблизились и встано¬
вились опять.
—	Бєрєтитесь !—засмєялся почтальон и бросил
в волков обломком дрєвесного сучка.
Волки показали хвост и: приготовились бежать
прочь. Однако главний волк вдруг повернулся и,
присев на задниє лапи, упорно уставился на Грея
26

глазами. Два другие волка тоже остановились, сели
и уставились на почтальона. Один из них даже
совсем прилег на снег, а другой заричал нереши-
тельно и угрожающе. Пасть свою он при атом рас-
крил до самого горла, а серо-желтие глаза го-
рели злобним блеском. Лохматая шерсть на затил-
ке ощетинилась.
Грей опять отломил кусок от сучка и запустил
им в волков, но они на зтот раз не отвернулись
и не убежали, а только злобно- заричали и слегка
отодвинулись. Их вожак даже приблизился потом
на несколько шагов.
—	Ничего, твоя шкура мне	—заме-
тил Грей и расстегнул свою1 буйволовую шубу,
доставая револьвер.
—	В-от же тебе!—сказал он, нажимая
Резко прогремел вистрел. Серий волк упал го-
ловой вперед, раненний в плечо.
Не успел он растянуться на снегу, как два его
товарища набросились на него и принялись его
терзать.
Такая свирепость, такое хладнокровное, безжа-
лостное коварство возмутили и Грея. Но- из любо-
питства он подвинулся на несколько шагов впе¬
ред, чтоби посмотреть поближе. Волки подняли
свои противние окрозавленние морди и заричали.
Вид у них бил такой отвратительний, что Грей ре
удержался и вистр-елил в- того, которий стоял к
нему ближе.	•	.
27

Ранений волк повертєлся нєсколько мгновєний
и вдруг с бєшеним, грозним ревом кинулся на поч¬
тальона.
Г.р-єй уложил его єщє двумя вистрелами—и хо¬
рошо сделал, что поторопился, потому что- трєтий
волк ужє совсєм изготовился втихомолку сзади
пригнуть на почтальона. Только при виде участи,
постигшєй товарища, он приостановился, и ато
обстоятєльство спасло Грєя от его- кликов.
Уцєлєвший волк отбежал прочь, поднял голову
и виразил свои чувства громким протяжним воєм.
Зтот вой доставил Грєю- очень мало удовольствия.
Почтальон сєйчас- же сообразил, какиє послєдствия
ато' можєт повлечь за собой.
— Чорт бм тєбя П(Хб>ЗЛ!—воскликнул он.-—Если
ти не замолчишь, то- сюда прибетут всє волки из
Саскачєвана.
Грєй прицєлился в воющєго зверя, но тог успел
ужє за ато время приобрєсти опитность. Он про¬
ворно укрился за стволом дерева, так что- цєлиться
в него стало трудно, и продолжал протяжно и
громко .вить. Навєрноє, атот вой бил слишєн на
много миль кругом. Грєю во что би то ни стало
хотєлось прекратить ато витьє. Он нєсколько раз
вистрелил ПО' волку, но за дєревьями не мог по-
пасть в него. Пришлось вложить в- револьвер- по¬
виє заряди, а волк тєм врємєнєм ск^рил-ся.
Тут ему невольно вспомнился совєт Мєнарея—
хорошєнько зарядить револьвер и запастись па¬
тронами. Он тогда нє обратил на атот совєт
28

никакого внимания, и теперь сказалось, что у него
имеется в запасе только двенадцать зарядов.
По долине начала расстилаться лиловатая мгла,
предвестница сильного тумана. Небесний свод
принял светлий голубовато-зелений оттенок. В воз-
духе холодело.
— Опять будет мо]|^(^^ — сказал Грей.—Впрочем,
зто ничего: бистрее побегу... Надо будет поско-
рее добежать до домика на десятой миле. Хоть зто
и немного, но все-таки лучше, чем’ничего.
Он повернулся лицом опять на запад и продол¬
жал свой одинокий путь. Но в нем вдруг произо-
шла перемена. У него явились какие-то странние
опасения. Он упрекал себя за то, что- пренебрег
советом Менарея относительної патронов. Здесь так
редко- попадаются волки,— кто би мог ожидать
встречи с ними? И как зто он упустил того тре-
тьего волка? Отакая досада!
III.	Єдиноборство
Стемнело, но на небе появилась луна, и -кроме
того, засияли светлие северние звезли, так что
кругом образовался полусвет. Мороз все крепчал,
подгоняя почтальона, которий бистрее и бистрее
несся на лижах. Снежная равнина становилась все
пустиннее. До убогого домика оставалось еще
мили две. Домик неважний, но все-таки там у
почтальона 'будет хоть криша над головой и приют
на ночь.
29

—	Что -скажут служащие лагеря, когда у;зн;нюг,
что я забрался в их хижину?—громко- сказал сам
себе Грєй (в пустине люди обикновєнно разгова-
ривают сами с собой вслух).—Алло!
Он остановился и прислушался. Голиє, бєзлистие
кусти Н- дєрєвья окружали его. Вдали єму посли -
шался как будто- крик, лєтящих диких гусей. Но
какиє же могли бить здесь гуси в- зто- время
года? Нєт, ото не то. Он снял с голови мохна¬
тую шапку, чтоби лучшє слишать, и снова при¬
слушался. Тєпєрь ужє нельзя било- ошибить-ся:
ато било нє что- иное, как вой волков, и нє двух,
не трєх, а цєлой стаи.
—	Они почуяли м^^є^я!—сказал Грєй и сообразил,
что- только одна бистрота можєт спасти его- от
голодних звєрєй.
До домика оставалось около- полумили. Он дол-
жен добраться до нєго раньшє волков. Но- добе-
жит ли?	.
—	Ну, ну, б<^є'и, Бо-б Гр-єй-—крикнул он.—Тебе
пр-єдстоит сдєлать рекордний пробег!
И почтальон припустил вперед, дєлая огромниє
«лижние» шаги. В правой рукє у нєго' била длин-
ная дубовая лижная пал£а с заостренним концом.
Стая приближалась бистро. Вой мно-гих волчьих
глоток слишался все громчє и ближє. Самих вол¬
ков нє било видно за нєровностями и буграми.
Вот уж и домик нєдалєко.
—	Наддай, Б-об Грєй, наддай еще немножко!
Ота избушка—для тєбя спасенне!
ЗО

Что-то толкнуло его- обернуТься назад. Как будто
почтальон уже слишал близко сзади себя горячее
дихание зверей. Он обернулся. Да, ато били волки.
И как мно-го!
— Наддай, Боб Грей! Еще каких-нибудь двести
или даже сто ярдов—и ти будешь спасен, а волки
останутся с носом.
Впереди показались в темноте очертания хижи-
ни. Успеет ли он во-время добежать? Он напря-
гал для атого- все жили и все нерви своего тела.
Вдруг совсем близко от него раздался громкий
яростний рев. Он понял, что предводитель стаи
уже настигает его. Пришлось достать револьвер
и постараться как можно дороже продать свою
жизнь.
Он нес на спине свернутую бизонью шкуру, ко-
торая стесняла его на бегу. Чтоби легче- било
бежать, а - кстати, чтоби обмануть волков, поч¬
тальон на ходу сбросил ее с себя и припустился
еще бистрее, чтоби пробежать оставшееся рас-
стояние. ,
Старий волчий вождь занялся било- бизоньей
шкурой, так что хитрость отчасти удалась, но' ато
продолжалось недолго. Хитрий зверь вскоре же
сообразил, что' его просто хотят провести, оставил
шкуру и снова побежал за двуногим врагом. Очень
скоро волк опять его- догнал и сделал прижок,
чтоби броситься на Грея.
С изумительним проворством, порожденним гро-
зившею опасностью, Грей повернулся, изловчился
31

й с силою ткнул волка своєй лижной палкой С
острим желєзним наконечником. Палка проколола
волку шєю, но рана не била смєртєльной.
Волк упал на снег, хрипло визжа, и хотя при-
встал потом на ноги, но итти нє мо'Г.
Тєм времєнєм Грей не дремал. Он успел отбє-
жать на некотороє рассто^яниє и бил ужє только
в нєскольких шагах от своєй цєли. Он видєл пе¬
ред собой полуоткр'итую дверь хижини. Еще ми¬
нути—и он добежит до неє.
Но тут как раз перед ним появилась косматая
тень, которая єдва нє сшибла єго с ног. То бил
второй волк, а за ним близко бежал и третий.
Грєй снова поднял свою заостренную палку и
ткнул ею второго- волка прямо в- грудь. Кровь
бризнула из глубокой рани, и сейчас жє вслєд
за тем- Грей повторил удар, нанєся єго на атот
раз волку в голову. Раз! Второй по счету упал
с размозженним черєпом.
Грєй бросился к двери и бил- ужє на самом '
пороге, когда на нєго ' кинулся третий волк и ухва-
тил єго зубами за шубу. Грей нє стал дажє обо-
рачиваться, а вошєл вмєстє с волком, захлопнул
двєрь и бистро' запєр єє на замок.
В хижинє било нє совсєм темно: в- окно свєтил
мєсяц. Посрєди комнати стояла четирехугольная
печка.
Мєжду чєловєком и влєтевшим с ним вол¬
ком началась свирєпая борьба нє на живот, а на
смерть. Можно било ожидать, что попавший в
32

Да, зто бьіли волки! И как много!..
З Волки

йезнакомое место й в нбпривьічное положение
зверь хоть сколько-нибудь струсит, но зтого не
случилось. Волк с диким воем, раскрьівши огром-
ную пасть, кинулся на Грея. В его серо-зеленьх
глазах сверкала бешеная ярость.
Почтальон не успел размахнуться своей острой
палкой, но вьітянул ее перед собою и держал
наготове. Волк яростно вцепился в нее зубами,
но Грей отбросил его. Волк вскочил и переданим
лапами уперся ему в грудь. Грей стал опять его
отражать заостренной палкой, но палка на зтот
раз не видержала и сломалась.
Тогда Г рей схватил волка обеими руками за
горло и стал душить. Волк вьсунул язьк сквозь
оскаленнье желтьіе зубь, но отчаянно боролся и
вьірьівался. Человек давил ему горло все сильнее.
Они возились по всей избе, барахтаясь и вертясь
вокруг печи. Но вот дьіхание волка становилось
все тяжелее и затрудненнее. Он начал хрипеть.
По всему телу пошли судороги. Но и сам Грей
вьібился из сил. Если волк еще несколько Бре¬
мена продержится, не издохнет, то человек обес-
силеет в ■ борьбе и разожмет руки. И тогда... тогда
человека поостигнет гибель—почти на самом до¬
роге победьі.
Но нет. Зто бьіло бьі уж слишком обидно. Волк
еще несколько раз попьітался вирвать своє горло
из зажавших его железньх пальцев, но безуспеш-
но. Глаза у зверя вьїкатились изо лба, когти
З*
35

сжались. Через нєсколько секунд он перестал даже
вздрагивать.
Тогда Грей приподнял Еолка и ударил его- спи-
ной о край печи. Спинной хребет хрустнул и пере-
ломился. Борьба кончилась. Зверь издох. Победил
человек.
IV.	Волчий вождь
Когда Грей через несколько времени отдншался и
опомнился после борьби, он убедулся, что стая до-
жидается около избушки. Он угрюмо захохотал,
снял моховую шапку и отер струившийся со лба пот.
—	Вот так переделка!—воскликнул он.--В та¬
кси крутой я еще ни разу не- бивал. С меня. семь
потов сошло.
Голос у него дрожал, сам он трясся, как в лихо-
радке. Мисли в голове путались, как в бреду,
во' всем теле чувствовалась слабость. Меховая
куртка и брюки били на нем изорвани в- клочья,
из нанесенних волчьими когтями царапин на ногах
текла кровь. К счастью, его- не тронули волчьи
желтие клики. А возле него- лежал побежденний
мертвий волк с переломленной спиной.
Вой и рев за стенами избушки - заставили его
вернуться к опасной действительности.
—	Алло!—воскликнул он.—Я про’ вас и забил.
Надо будет взглянуть на вас.
Он подошел к окошку и виглянул. Его< глазам
представилась необикновенная сцена, способная
привести в смущение кого- угодно. .
36

Широким полукругом, шагах в двадцати от из-
бушки расположилось на снегу более восьмиде¬
сята штук исхудальїх волков. Большая часть их
сидела на задних лапах, но некоторьіе хлопотливо
сновали вокруг хижиньї. В сумраке вечера их гла-
за светились бледньїм фосфорическим блеском.»
Грей подошел к двери и отворил ее, но перед
тем старательно вложил в револьвер все остав¬
шийся патронні.
При виде его' волки пришли в заметное возбу-
ждение. Они сплотились теснее и "пододвинулись.
Избушка для них бьіла непонятной вещью' и не
нравилась им. Возможно, что тут для них западня.
Даже наверное так, потому что, куда же девался
тот боевой волк, которьій проскользнул в хижину
вместе с человеком?
— Ах, в^ьі,' трусливьіе твари!—крикнул Грей.—
Один только нашелся среди вас настоящий волк,
достойньїй своего имени, да и тот лежит теперь
мертвьій.
Тут он поднял револьвер и вьістрелил. Подня-.
лась неописуемая суматоха. Большой тощий волк;
с громким визгом прясел на задние лапьі и от-
чаянно завертелся, стараясь достать мордой ране-
ное место. Гораздо лучше он. сделал бьі, если бьі.
скрьіл от своих трусливьіх товарищей случившееся
с ним несчастье. Теперь они догадались, что. он.
ранен, и, оскалив пасти, набросились на него. Но.
волк бьіл ранен нетяжело, бьіла прострелена только
37

шкура, а для бивалого- волка ато пустяки. Он стал
защищаться и защищался молодцом. Одного моло¬
дого волка он схватил за горло, приподнял кверху
и бросил на землю. Тот издох еще раньше, чем
упал на землю. Потом ранений волк схватил чер-
ного старого волка за загривок и моментально его
загриз, а вслед за тем' сейчас же обратился к тре¬
тьому нападающему и покончил с ним так же
бистро-. Но все-таки в конечном исходе борьби
нельзя било сомневаться. Численность должна
била подавить ' раненого' волка. Вскоре кости его
захрустели на зубах освирепевших товарищей.
Грей взволнованно смотрел и думал о том, что
жизнь каждого отдельного волка в стае не стоит
ни одного- гроша, если стая голодна.
— Ну, ребята, я вас больше кормить не наме-
рен,—воскликнул он.—У меня сейчас очень мало
зарядов. Позтому—уж до другого раза.
Но и помимо недостатка зарядоз ему било1 не
до стрельби. Он хвастался совершенно напрасно,
потому что в зту минулу бил страшно слаб. Кру-
жилась голова, в горле пересохло. Он взял щепотку
снега и положил ее себе в рот.
Как било тихо и светло! Час бил, очевидно,
поздний, но Грей потерял счет времени. Его стало
сильно клонить ко сну. Начинялась реакция после
чрезвичайного возбуждения. Но ему нельзя било
спать: волки хитри; вдруг они догадаются и вло-
мятся в избушку.
38

Он опять подошел к двери и виглянул. Било
очень светло, а волки подошли еще ближе, так
что ему било хорошо видно их всех.
Справа на небольшом сугробе сидел старий
волк огромного роста и худой. К избушке- он бил
всех ближе. Явился он сюда, повидимому, после
всех, и Грей почему-то им особенно заинтересовал-
ся. Что-то било для него в атом. волке особенное
и как будто знакомое. Он бил одним из вожаков
стаи. Волки держались от него- в почтительном
отдалении. Он способен бил справиться в случае
чего с целой полдюжиной других волков.
В вираженим глаз зтого- старого лесного волка
било что-то осмисленное. Он не принимал уча¬
стим в нервних, беспокойних движениях прочих
волков, не отвечал и на их заискивающие обню-
хивания.
—	Страмний волк!—размишлял Грей, разгляди-
вая его с любопитством.—Много, я думаю, битв
он ■ пережил,—не меньше сотни.
Тут волк встал на ноги и, подняв голову, при-
нялся глядеть на почтальона. У Грея мелькнула
догадка.
—	Ах, теперь я понимаю!—проговорил он.—Ти
не чистокровний волк, вот что! В тебе есть кровь
какой-нибудь собаки-овчарки или волкодава, или
в втом роде. Позтому ти и кажешься умнее своих
товарищей... Мне жаль будет тебя убивать. Лучше
уходи отсюда по-добру, по-здорову! -
39

Большой волк степенно и тихо вьіступил вперед,
остановился впереди волчьего полукруга и стал
как-то странно смотреть на человека: вьіжидатель-
но и сосредоточенно. Но1 вид у него бьіл не враж-
дебньїй. Он о' чем-то думал и что-то соображал
или припоминал, усиленно нюхал воздух, так что
сльїшно бьіло его сопенье. Но ветерок бьіл не от
Грея, а с противоположной сторонні.
Человек и зверь стояли друг против друга,
молча, серьезно ' и с любопьітством.
— Понимаю,—сказал, йакоюец, Грей.—В атом
волке проснулся дедовский или прадедовский ин-
стинкт, и он вспомнил о давнишней близости к
человеку. Ему, должно бить, кажется, что* он меня
когда-то знал... Однако’ мне невьіносимо хочется
спать. Пойду й лягу.
Он затворил дверь, запер ее на засов, завернулся
в шубу и крепко заснул.
V.	Старий друг
Грею приснился сон. Он увидел себя молодки,
каким . бьіл несколько лет тому . назад, когда у него
бьіл щенок, помесь волка с собакой. Зтот щенок
захворал- -Грей стал лечить его и вьлечил. Бла-
годарное животное прилизалось ■ к Грею' и вюослед-.
ствии вьіросло.: до. .громаддой величинь. Грей дал
ему кличку Сзнди. ■  . . .
Полукррвньїй зверь . с течением времени полюбил
своего хозяина до .того,..что. почти не отходил от
40

него 'ни на шаг, а сам в то же время сделался
само-властним командиром всех окрестних собак.
Но - впоследствии волчьи наклонности взяли в- Санди
верх над собачими, и в одно' прекрасное утро он
убежал в пустинние леса.
Все ато вспомнилось Грею во сне. Сон бил про-
должительний. Когда почтальон проснулся, било'
уже совсем светло. На крише таял снег, и капли
падали на пол через- большую диру в ней.
— Как стравно, что мне приснился	—
сказал Грей.
Он подошел к окну, чтоби посмотреть; хотя
оно и замерзло, он все-таки увидал, что волки
еще тут. Они били страшно- голодни и ожидали
добичи. Все они имели одинакової свирепий и
злобний вид. На минуту у храброго- почтальона-
упало сердце, но- все-таки он взял револьвер, по¬
дошел к двери и открил ее.
На него1 уставились десятки серо-зелених жад¬
них глаз.	,
Грей поднял револьвер1 и навел его- на большого
серого волка, стоявшого немного- впереди других.
Зтот волк глядел на почтальона с каким-то страш¬
ним изумлением. Рот волка бил приоткрит,. и Грей
разглядел, что зуби у него- не совсем такне, как
у прочих волков. Величиной он тоже значительно
превосходил своих товаршшрй. Благодаря атому
волку Грею, очевидно, и приснился его нинеш-
ний сон.

Человек и волк смотрели друг на друга, смо-
трели—и вдруг оба разом- сообразили.
— Сзнди!—вскричал Грей—Зто тьі,
, С громким радостньм лаем бросился к нему
полуволк, положил к нему на грудь свою голову,
стал лизать его лицо, его руки...
Через час после того полуволк-полупес вьішел
из избушки к своим товаришам и увел их всех
в огромньй бор, лежавший на севере.
— Мильй Сзнди!—сказал Грей—Тебе не- сле-
довало бьі тогда уходить от меня, но все-таки
теперь тьі меня спас... А теперь снова в путь!
42

ВОЛК—ПРИЕМЬШ ОТШЕЛЬНИКА
Канадский рассказ С. Б л з к а.
I.	Волчица-мать
Гламис устроился довольно хорошо в. своем пер-
вобитном убежище-пещере. Он принес с собой
кое-какую провизию, даже предмети первой не-
обходимости, и жил здесь в одиночестве.
С детства Гламис привик к существованию на
воздухе. Переселение в- глушь лесов не могло ис-
пугать его, даже принесло ему некоторое удовле-
творение как спорт.	’
Перемена обстановки доставила ему даже не¬
которое разнообразие, хотя он пришел сюда
искать убежища от людей и их так називаемого
правосудия.
Случайное убийство в- ссоре грозило ему казнью
на злектрическом стуле. Полиции преследовала его,
как затравленного волка. За его- поимку била на¬
значена премия.
И Гламис, спасая свою жизиь, бежал. Его1 убе-
жищем теперь били пустинние леса и озера на
43

границе Канади, где Гламис, гражданин Соединен-
ньіх Штатов, вьідавал себя при редких встречах
за канадского француза.
Бьіло раннее весеннее утро. Бронзовое солнце
едва поднималось над горизонтом. Луна еще блед-
нела на небе. Но мириадьі насекомьіх уже радост-
но жужжали над жаждущей влаги землей.
Три обитателя отих мест отправились в. путь.
Самка лося, косматая, черная, очень некрасивая,
оставив своє дитя в густьіх зарослях, направи¬
лась к берегу озера, чтобь пощипать свежей зе-
леной травні, пока еще не оожглО солнце.
Хуг Гламис, поднятьй со своего. ложа укусами
москитов, не дававших ему спать, также спустилея
к. озеру в надежде наловить рьібьі и внести не-
которое разнообразие в. свой стол, состоявший
обькновенно из консервов, которье сейчас прихо¬
дили к концу.
Третьим живьм обитателем лесов, отправившим-
ся на охоту, бьла серая изнуренная волчица. Она
недавно. в расщелине скаль родила трех волчат.
Сильная жара, нападения м іриадов москитов и
муравьев так истощили слабьх новорожденньїх,
что двое из них умерли через неделю. Третий, ко¬
трому шел теперь. второй месяц, чувствовал себя
удовлетворительно, хотя бьл' очень худ. Мать-
волчица, подавленная потерей двух своїх детень-
шей, ревниво. ухаживала за послед^ним и еоинетвен-
ньм волчонком. Доведенная до отчаяния голодом,
она бьла готова на все, лишь бь достать пищи
44.	■	.

и иметь возможность викормить своего ненагляд¬
ного детениша.	;
Волчица направилась в сторону, где- она почуяла
запах молодого- лосенка. Она скользила бесшум-
но, пробираясь так тихо в кустарнике, что' ни один
листок не шевелился.
Хуг Гламис, виходивший в атот- момент из леса,
увидел мельком, на одно1 мгновение, хвост живот-
ного, исчезнувшего в- кустах. Но он не бил даже
уверен в том, что видел живое существо, и за-
хотел узнать наверное.
Человек направился бистро' к кустам, где, как
ему показалось, мелькнула серая тень. Ноги, обу-
тие в мокассини, ступали так же бесшумно, как и
лапи волчихи.
Лосиха, пасшаяся на берегу ' озера, насторожи¬
лась. Она услихала неясние звуки, доносившиеся
из листви, и бистро побежала. Донесся испуганний
придушенний „крик: волчица бросилась на свою
жертву. ■
Самка лося с необикновенной бистротой помча-
лась на помощь к своему детенишу. Прежде чем
серая хищница успела вонзить свои клики в горло
лосенка, его- мать, как пуля, набросилась на волчи-
цу. Волчица пригнула в сторону, чтоби отбить
нападение. Но она опоздала и получила ужасний
удар задней ногой, коториїй ей пришелся по пра¬
вому плечу. Лапа волчици сухо- треснула, как - де¬
ревинная.
45

Ранений зверь свалился на землю, воя от боли.
Но все-таки волчица настолько сохранила созна-
ние, что бистро отскочила в сторону, а лосиха,
потеряв точку опори, оступилась. Волчица на трех
ногах спасалась бегством. Лосиха бросилась за
ней по кустарнику. На опушке леса она настигла
волчицу и брикнула ее в спину. На зтот раз у
волчици, наверное, переломался позвоночник. Она
упала, катаясь по земле и рича.
Лосиха хотела прикончить ее, как вдруг почув-
ствовала и увидела человека, которий стоял не-
подвижно в- нескольких шагах от нее. Она остано-
вилась в нерешительности, колеблясь между
желанием удовлетворить свою месть и боязнью че¬
ловека. Она начала с яростью лягаться, разбра-
сивая землю. Волчица перестала кататься и ри¬
чать: она била также- озадачена появлением че¬
ловека. И произошла удивительная вещь. С не-
вероятним усиляем волчица потащилась к
сломанному дереву и исчезла под его ветвями.
Лосиха колебалась еще, то оглядиваясь на че-
ловека, то на листву.
Ота немая сцена длилась всего несколько се¬
кунд.- Показавшись из-под ветвей сломанного де¬
рева, волчица медленно, задихаясь, виползла на
поляну. Лосиха, взривая землю копитами, ожидала
ее в нескольких шагах. И без колебания волчица
шла прямо к человеку через лужайку.
Гламис увидел, что- она кого-то несет в своей
окровавленной пасти. Зто бил б-есформенний
46

Челюсти волчиць разжались и пищавший волчонок упал к ногам
человека...

комок грязно-желтого цвета, едва в два раза боль-
ше крьсь.
— Волчонок...
Маленькое существо, визжа, извивалось в сла-
беющей пасти матери. Волчица, в отчаянии, чув-
ствуя, что смерть приближается к ней, с громадньм
трудом пошла за своим ребенком и принесла его,
словно пьтаясь укрьть его. в новом месте.
Когда она бьла на расстоянии одного метра от
Гламиса, ее челюсти разжались, и комок шерсти и
маса, составлявший волчонка, упал к ногам чело¬
века...
Волчица с широко раскрьітой пастью взвизгнула
и вьтянулась. Она бьла мертва. Гламис в атом
убедился. Лосиха поняла ато. издали. Сейчас же
чувство мести покинуло ее, и остался только. страх
перед человеком. Громадное животное исчезло в
кустах. Гламис проводил глазами лосиху, затем
посмотрел на неподвижное серое тело волчиць, и
наконец взгляд его упал на пищавшого волчонка.
Вдруг, оглядьваясь кругом и как бь ствдясь
своего поведения, Гламис снял свою шерстяную
рубаху, набросил ее на волчонка и бережно. понес
его к своей пещере. ,	_	. -
II.	Воспитание волчонка
Десять минут спустя он стал поить маленького
волчонка консервированньїм молоком, разбавленньм
теплой водой. Конечно, молодое, дикое животное
4 Волки
49

не имело никакого представлення об зтой новой
пище и о новом способе подачи ее. Сильним толч-
ком морди волчонок опрокинул чашку на пол. Не
проявляй неудовольствия, человек развел огонь и
приготовил новую порцию молока и води. Зани-
маясь отим делом, он вспомнил, как в своей юности
он возился с щенками колли—детенишами шот-
ландской овчарки. Он всегда бил большим любите¬
лем собак. Ему било известно о зоологической
близости между волком и овчаркош Думая об атом,
он решил попробовать воспитать и видрессиро-
вать прнемиша-волчонка.	.
Сначала Гламис, взяв голову зверениша, ткнул
тихонько его мордочку в. теплое молоко, потом,
отпустив голову, взял за шею. Волчонок с недо-
вольним видом старался освободиться, но несколь-
ко капель молока все-таки попали ему в рот. Вол¬
чонок облизнулся. При следующей попитке он уже
не так сопротивлялся. На третий раз волчонок
сам' приблизился к чашке, попробовал содержимое.
В продолжении получаса маленький розозий язи¬
чок лакал не без труда, но ,с большим удовлетво-
Р'ением, теплое молоко.
— Ловко!—громко сказал Гламис, гордий успе-
хом своего первого урока, и он обратился к вол¬
чонку, как к равному себе, как к товарищу.—Те-
перь, когда ти научился кушать самостоятельно,
ми скоро достигнем хороших результатов. Я буду
заботиться о твоем существовании. Но ато еще не
все. Если я тебя оставлю без .хорошего воспитания,
50

ТИ вьраетешь настоящим волком, сделаешься
самьм неприятньм созданием в природе. Но я
попробую сделать тебя ручньм. Прежде всего
тебе надо забьть, кто ть. Ть больше не волк, ть
Колли и отньне будешь моим товарищем. И никто
не знает, как я хочу в моем одиночестве иметь
товариша. Я буду назьвать тебя Колли, и ть
будешь понимать и придешь ко мне...
Зто бьла самая длинная речь, которую Гламис
произнес за год своего одиночества. Он говорил,
конечно, для самого. себя, но в то же время он
испьтьвал необькновенное удовольствие, имея тер¬
пеливого слушателя, хотя бь в. виде дикого жи-
вотного. Он бьл также счастлив, что имел право
говорить, не подражая французско.-канадскому жар¬
гону, которьй давался ему с таким трудом.
Гламис с радостью принялся за новую работу.
Он вьнул старьй упаковочньй ящик и устроил
в нем удобную постель, взял на руки волчонка и
стал качать, как ребенка, разговаривая с ним.
Волчонок ворчал, беспокоился, но все меньше и
меньше. Теплая пища сделала свое дело. Когда
Гламис разговаривал с ним, казалось, что. волчо¬
нок даже внимательно слушает его. Близость че-
ловека к животному начинала оказьвать свое дей-
ствие. Бьло что-то трогательное в зтой новой
дружбе, и бьло видно, что человеческий голос
приятен дикому животному.
— Все лучше и лучше,—отметил Гламис, коггда
волчонок позволил даже поляскать себя.—Теперь,
4*
51

Колли, мой друг, раньше чем ложиться в постель,
надо, чтоби я снова повторил правила- твоего вос-
ритания. Благодаря мне ти будешь возвишен до
собаки. Что- может бить. благороднее собаки? Со-
бака-волк должна долучить. что-нибудь в наслед-
ство и от своих предков—волков. Ти будешь волк-
собака, в твоих условиях плохой волк может пе-
ремениться и сделаться хороший овчаркой. Я все
сказал... Довольно... Теперь марш в. постель и спи...
Он положил тощего- волчонка на мягкое дно
ящика, потом, счастливий и довольний, принялся
за свои обичние занятия.	»
Жизнь стала иметь смисл, наполнилась новим
содержанием. Гламис снова почувствовал радость
жизни.
Со всей страстью неиспользованной знергии, со
всей опитностью, полученной раньше при воспи-
тании и дрессировке щенят, Гламис добивался того-,
чтоби превратить волка в. собаку. Задача облег-
чалась молодостью животного и его беспомощ-
ростью. Не било. других препятствий, кроме ин-
стинкта, которий давним-давно разделяет человека
и волка.	,	,,
Гламису доставило большое удовольствие, когда
волчонок стал понимать различние слова и жести.
Человек не ошибся в возможности приручить
волка.
Действительность даже превзошла его ожидания..
В свое время ни один. из его маленьких щенят
не поддавался так легко дрессировке, как зтот
52

обитатель диких лесов. В пять месяцев волчонок
вьглядел во всех отношениях лучше, чем щенок
его' возраста.
III.	Роковая встреча с человеком
. Колли исполнилось пх^.^іх^.да, когда ему пришлось
встретиться, кроме хозяина, с другим человеком.
Однаждь холодньїм осенним утром охотник -Брас
наткнулся на тропинку, ведущую к пещере от-
шельника. Ветер бьл встречньїй, и ни «челове-
ческий запах» охотника, ни что' другое не преду-
предило волка о ■ появлении Браса. Он подошел к
дещере и. оетолбенел от удивления. Брас просто
не поверил своїм глазам. Он ' увидал человека, раз-
говаривавшего с большим волком. Человек поша-
рил в кармане, вьітряс табак из трубки, и сказал
тоном дружеского приказания:
—	Колли,. мой кисет с табаком на столе, поди,
принеси.
Его удивительньш товарищ побежал в пещеру
и показался у входа, неся в зубах кожаньй кисет.
—	Дай сюда,—продолжал Гл^м^с^.
Волк повиновался и положил кисет в протянутую
руку хозяина. Вдруг углом глаза он увидел дру¬
гого человека. Он сразу повернулся с взверошен-
ной шерсть» и приготовимся к нападению. В нем
проснулась врожденная ненависть к . человеку. Брас
не успел снять с плеча свое ружье, как Колли
53

уже бил на нем. Развяренний и бистрий, как мол-
ния, волк схватил его за горло.
—	Колли, назад!—И сразу волк оставил свою
жертву. Затем подался медленно, с сожалением.
Ворча и сердито оглядиваясь на пришельца, он
вернулся к своему хозяину.
„ — Я его1 взял совсем маленьким,—сказал Гла¬
мис, подделивая французский акцент.—Я сделал из
зтого волка... Как зто ви говорите? (Он притворял-
ся, что подискиЕает слова).—Ах, да, вспомнил:
ягненка. Не правда, ли, он очень мил и кроток.
Он все понимает...
Потом, обращаясь к животному, он сказал по-
французски:	,
—	Поди сюда! Ляг!
Гламис до. зтой встречи говорил с волком только
по-английски, но животное поняло тон и жести,
которими сопровождал хозяин новие слова. Колли
растянулся на земле у ног Гламиса.
Таким образом произошла встреча Колли с дру¬
гим человеком. Зта встреча имела роковие послед-
ствия.
Еще два года прошло спокойно. Человек и волк
жили затерянние среди природи. Иногда в долгие
зимние вечера, когда дует северний ветер, другие
звуки проривались сквозь завивание бури. Зто
бил вой свирепих и голодних волков. В такие
моменти Колли вскакивал с своей подстилки, весь
дрожал, и в. зрачках его разгорались особенние,
недобрие огни.
54

Позднее, в конце марта, когда лес проснпается
обновленньй, когда блестят первье рось, когда
ночн перестают бьть холодньмн и сльшатся тихне
шаги в мокром кустарнике (время, когда волки
разделяются на парь), Колли начал нер-вннчать.
Его взгляд, нежньй и умоляющий, указьвал хо-
зяину на дверь, и он тихо подвьвал.
В одну из таких беспокойньх ночей Гламис ре-
шил сделать опьт. Он открьл дверь и ждал. Колли
бросился наружу, . отвечая на призьвь своих со-
братьев. Его темньй силует исчез среди ночи. Че¬
ловек, взволнованньй, наблюдал ато бегство, не
говоря ни слова, не делая ни одного жеста.
Волк, пробежав сотню шагов, остановнлея. Он
колебался... Затем медленно возвратился к своему
хозяину и, воя, улегся у его. ног, как бь рьдая...
Гламис ульбнулся впервье после долгого пере-
рьва. Человек наклонился к животному, обнял его
и привлек к себе. Потом, как бь етьдяеь атой
непривьчной ласки, он вернулся в свою. пещеру...
вместе с волком.
IV.	Невольнье предатели
Брас броснл свое старое занятие охотника и сде-
лался проводником путешественников, но- не за-
бьл своей удивнтельной встречи в лесу.
Однаждь ночью, когда он с туристами бьл в
тех местах, где вндел Гламиса и волка, он расска-
зал своїм сп утішкам об атом приключении.
55

—■ 9тот отшельник живет здесь, в пяти милях
к северу, со. своим прирученним волком.
Туристи захотели обязательно увидеть ату до-
стопримечательность. Один из них в особенности
настаивал. Он бил фотографом, специалистом по.
добиванню редчайших снимков. Они просили Бра-
са проводить их к Гламису с его опасним другом.
Проводник согласился, но предупредил, что от-
шельник не очень общителен и вряд ли захочет
позировать со' своим волком перед фотографом.
На следующий день туристи пришли ' к пещере
в сопровождении Браса. Они встретили Гламиса,
направлявшогося к озеру. Гламис, очень недоволь-
ний визитом, встретил их совсем неласкозо. Он
даже старался бить особенно грубим, чтоби гости
ускорили свой уход. И он? достиг цели, так как
пришельци разглядивали его. с волком- не более
пяти минут.
Гламис, занятий мислью скорее отвязаться от
гостей, не заметил одного. из них, которий, стоя
в стороно, держал в руках какой-то предмет.
Месяц спустя бюро фотографов сообщило во
всех больших газетах о имеющейся великолепной
фотографии, изображающей лесного- отшельника с
его другом волком. 9та фотография появилась во
многих иллюстрированних журналах.
В бюро, фотографов появилась полиция узнать
о происхождении фотографии. Лицо Гламиса, хотя
несколько изменившееся, било. известно полиции.
§6

На следукодий день три агента отправилИсь в об¬
ласть лесов. и озер Канада, где в течение почти
грех лет екрьвался Гламис.
V.	Кровавая схватка у ручья
Спокойствие ночи еще охватьівало окружающий
лес. Колли лежал неподвижно.	.
Гламис, проснувшись, усльхал, как стучит дятел,
потом ооельшалоеь пение малиновки и другие по¬
лоса птиц, которьіе он прекрасно' различал. С ка-
ждой минутой лес .просьшался. Темная полоска не¬
ба виднелась через входное отверстие, она стала
розоветь.
Гламис сладко потянулся и еще более ‘сладко
зевнул. Усльшав его1 голос, волк сразу вскочил,
подошел к постели и внимательно обнюхал своего
хозяина. Колли тихо помахивал хвостом. Его круг-
лье желтье глаза светились любовью. Таким: об¬
разом волк здоровался по утрам с своїм хозяином.
Он лежал до. тех пор, пока хозяин не зашевелится.
Тогда он бросался к нему с утренним пр•ивететвием.
Сегодня Гламис на ласки волка отвечал рассеянно.
Он совершенно машинально гладил морду и густую
шерсть Колли. Наконец, Гламис встал и пошел к
ручью мніться.
Колли радостно бежал рядом с ним. Они бьстро
прошли несколько сот шагов, отделявших ручей
от ■ их жилища. Придя к ручью, Гламис обратил
внимание на то, что он пришел с ' пустими руками.
57

—	Где у меня голова? Я забил полотетгцці—
крикнул он.—Колли, полотенце!—Волк понял и
стремглав бросился к пещере.
Гламис погрузил свою голову в холодние води
ручья, потом он откинулся, тяжело диша. Проти-
рая глаза, он внимательно окинул лужайку и уви-
дал три дула револьверов, угрожающе направлен-
них на него.
Три человека, спрягавшись в траве за густим
кустарником, окружили его... Кончено...
■, Несколько секунд Гламис оставался неподвиж-
ним. Угрожающая ему тройка также не двигалась.
Они рассматривали друг друга. Без сомнения—-ато
конец...	•
Послишалось легкое' ворчание. Колли прибежал
из пещери. Он также увидел людей. Положив по¬
лотенце, он остановился, насторожившись. Он ие
бросился на людей, так как Гламис употребил все
старавия, чтоби перевоспитать в нем хищника.
—	Колли!—вдруг крикнул как би нечаянно Гла-
мис.	‘
Зто било не простое обращение к волку; в. крике
послишалась мольба, отчаяние. ,
Собака умеет различать тон людских проказа¬
ний. Конечно, и волк не ошибся. Зтот боевой крик
приказивал ему оказать помощь хозяину.
Из покорной собаки Колли сразу сделался снова
волком, грозой канадских лесов.
58

Он весь сжался и приник к земле в обломках
ветвей.
— Еще один	незнакомьй го¬
лос,—и мьі вас возьмем мертвьім. Нам приказано
доставить вас жнвьім или мертвьм. Руки вверх!
Не двигайтесь теперь. Даусон,—сказал тот же го¬
лос,—обращаясь к товаришу,—сбьIЩИте его, нет
ли при нем оружия...
Последние слова застряли в горле гсвсрившего.
Ужасное еушествс оорскннулс его навзничь и в
одно игнове^ние прсгрьзлс ему левую руку, затем
впилось в шею. Напрягая все силь, агент ста-
рался сбросить с себя животное, но волк только
сксльзиул ниже, вцепился ему в грудь и перегрьз
ребро, смьїкая свои страшнье челюстн.
Вьведя из строя одного, Колли броснлся на дру¬
гого. И зтот агент, крича от боли, упал на землю.
Трєтий, потеряв орисутетвие духа, не стрелял. На-
конец, он прншел в себя и вьшуетил в. волка под-
ряд все зарядь из своего браунинга.
Визг животного, упавшого от первого вьстрела,
вьвел Гламиса из оцепенения. Он мгнсвенис при-
нял едииетвеиисе решение, которое могло его
спасти.
Один из прогивников вьведен из строя, изуро-
дованньй, с перелюмленньїми костями, другой еще
лежит на земле, третий находится под угрозой ра¬
неного волка, уже иаетуоаюшегс на него.
Оценив положение вещей, Гламис екрьIлея, как
стрела, среди кустарннка. Очутившись в лесу в
59

своей стихии, он почувствовал себя снова лесним
человеком, настолько уверенним в своей безопас-
ности, что крикнул:
' — Колли!
И, как всегда, животное откликнулось на его
зов. . Оставив. агента, волк бросился за своим хо-
зяином.	”
Они бежали .вместе.
Третий агент вмстріелил им вслед. Грохот ви-
стрела,. жужжание. пули били последними звуками.
Человек и волк умели бегать бесшумно. среди ку-
стов. Пробежав с м.ілю, они достигли маленькой
лужайки, скритой в зеленом сумраке леса.
Гламис остановился, чтоби перевести дух и со-
образить, куда бежать дальше. Колли подошел к
нему и любовно. положил свою голову ему на ко-
лени.. Гламис нежно ласкал своего единственного
друга.	.
. — Ах, Колли,—сказал он,—если	не ти, я
думаю, мне пришлось би без сопротивления от-
даться им. Без тебя я и раньше не вижил би
здесь...
Он остановился, пораженний не'ожі^.дані^^^стью.'
Голова животного скользнула вниз. Без ' визга, без
жалоб зверь издихал возле своего хозяина. Колли
еще слабо помахивал хвостом, стараясь лизать ру¬
ки Гламиса. Дрожь прошла по всему его телу,
потом он повернулся на-бок, '	,	.
60

Волк спас человека. Ой геро^йс^ки еопрсвождал
его, раненьїй на смерть...
Через несколько минут уцелевший агент прн-
бежал на лужайку по следам крови волка.
Он достиг своей цели, так как Гламис—преступ-
ник, которого он разьскивал, находился переднім,
беззащнтньй. Он рьдал, как дитя, прижимая к
своей груди голову огромного> мертвого волка.
61

БЕШЕНЬІЙ ВОЛК
Рассказ Н. Р а г о з а
I.	Роковой укус
Только четире волка из всей стаи пережили
тяжелую зиму, и Черномордий бил в их числе.
Теперь, в июле, он кормил свой виводок, укри¬
тий в большом гниловище, и, могучий и ситий,
безнаказанно опустошал стада 'окрестних деревень.
Его хитрость делала его неуязвимим, а- по силе
никто не осмеливался соперничать с ним; он ве-
сил почти четире пуда.
Однажди на закате, когда кровавая полоса зари
просвечивала между стволами*'деревьев, отбраси-
вая на землю длинние столби теней, когда пере¬
кличка птиц, замолкая, уже переставала тревожить
лесное безмолвие, Черномордий вишел на дорогу,
оглиделся и бистро побежал к опушке. Там, знал
он, скоро удастся ему добить зайца, гуся или
овцу. По не успел он пройти и половини дороги,
как заметил впереди небольшую рижую соба-
чонку.
62

Встреча бьла необьчна и нбожиданна. Собаки
не осмеливались так далеко уходить в лес; на-
верное, где-нибудь поблизости бьл и человек, и
Черномордьй сошел с дороги в чащу и притаился.
Но собачонка бьла одна. Медленной, какой-то внх-
ляющей походкой она бежала вперед по дороге,
^^ровнялась с Черномордьм и пробежала даль¬
ше; а человека не бьло' ни сльшно, нн видно.
Волк бьл сьіт-, собака не казалась завидной до-
бьчей, и Черномордьй на минуту сстаисвнлея,
колеблясь, преследовать лн ее. Но ненависть вол-
ков к собакам погнала Черномордого по следу
собаки. ’
Скоро' он догнал ее, подошел близко' и хотел
уже напасть, но все поведение, весь вид собаки
бьлн так страннь и необьчнь, что он невольно
сдерживал вспьхнувшее в нем желанне убнйства.
Собака, казалось, не замечала волка. Тощая, ху¬
дая, она неуклонно бежала все вперед и вперед,
опустив голову, с полураскрьітьм ртом, из кото-
рого свешивалнсь длиннье нити слюнь. Чуть за-
плетаясь задніми лапами, она бежала, ннкуда ,не
глядя и, казалось, будет бежать, пока хватнт
сил. В помутневших глазах ее застьл страх,
но не перед Черномордьм, которьй шел в двух
шагах позадн нее,—попрежнему собака не заме¬
чала его. Какой-то странньй вой раздался в. то
мгновенне, когда собака, словно что-то заметив,
метнулась в сторону и побежала скорее. И что-то
63

зловещее било в зтой ничтожной рьіжей собачон-
ке, трусившей по лесной дороге.
Нєсколько минут Черномордьій бежал за соба-
кой, потом поровнялся с нею. Она повернула го¬
лову, укидала его, но не кинулась бежать в отчаян-
ной и бесполе'зной попьітке спастись, а сама бро¬
силась на него.
Ее прьіжок бьіл слаб и неверен, и вояк, забьів
о странной повадко собаки, перехватил ее еще
в воздухе и своими огромньїми зубами вцепился
ей в спину. Его железньїе челюсти сжались; хру-
стнули и сломались ребра и позвоночник собачон-
ки. Но одним мгновением раньше ода, изогнув-
іпись, достала зубами и впилась в верхнюю губу
волка. Укус бьіл ничтожен, и лишь нєсколько ка-
пеле-к крови показалось на черной шкуре волка,
когда, оторвав от себя собачонку, заставшую в
последней хватке, он бросил ее на дорогу.
II.	Страшньїе видения
Прошлю десять дней. Черномордий все так же
грабил и убивал, наслаждаясь своей бьістротой
и силой, и действительно казалось, что никогда
еще не бьіл он сильнеє, никогда он не охотился
так удачно. Могучая жизненность, отсгоявшая се¬
бя среди тьісячи невзгод и опасностей, била в
нем кипучим ключом, и он не чуял, что уже носил
в себе смерть, что смерть, от которой так яростно
отбивался он до сих пор, уже забрала его в свои
64

безжалостньїе лапь и что мучительньй конец бли-
зится...
Жалкая рьжая собачонка, которую волк убил
в лесу, бьла бешеная. Укус в- голову, самий
опасньй, передал ему страшную заразу, и она по
'тончайшим разветвлениям нервов все ближе и
ближе подбиралась к мозгу. Черномордьй бьл
обречен, и ннчто' не могло спасти его.
Бьл вечер, когда волк вьшел на охоту, убил
одного за другим двух зайцев н отнес их волчнце.
Потом он пустился искать добьчи для себя. Уже
наступила ночь, та темная, безлунная ночь, кото¬
рую' так любил Черномордьй,—она делала напа-
дения его неотра:ийїьIми, а бегство неуловнмьім.
Но теперь в его уме зашевелился и стал ра-
сти какой-то пепоїіятньїй страх, и все окружающее
казалось ему угрожающим. В' странном беспокой-
стве мернл волк' из конца в конец давно. знакомьй
ему участок леса. Одна за другой пара неосто-
рожньх белок попалась ему на земле, и он пой-
мал и свел нх. Но удовольствие едь на зтог раз
ускользнуло от него, он ел точно по' обязанноети,
насторожась и прислущиваясь, а потом пустслся
бежать дальше.
Скоро он бьл уже далеко. от гниловнща, н, ко¬
гда забрезжил рас-све-т, незнакомьіе места окру-
жали его. Вьсокие соснь поднимались к небу;
длиннье. полуистлевшне стволь кое-где пересе-
кали дорогу. Становилось все. светлее.
5 Водки
65

бозбужденний, злой, томимий каким-то неясним
ощущением беди, волк бесцельно бежал по лесу,
напрасно силясь стряхнуть с себя непривичний
страх. Но он все больше. и больше давил его.
Солнце взошло, надо било искать убежища на
день, и Черномордий забился в темную яму под
корнями упавшего дерева. Раньше он никогда не
вошел бьі в атот тайник, из которого нельзя било
бистро вискочить; страх загнал его' туда, и теснота
и мрак ями казались теперь заманчивими.
Он задремал, но' дремота его не била- спокой-
ной, приносящей отраду и отдьіх.
Медленно прополз длинний и жаркий летний
день. Не сомкнув глаз, Черномордий лежал, со-
бравшись в комок, и все тяжелее и. тяжелее да¬
вили его непонятние ощущения боязни, неуверен-
ности, тоски.
Под вечер мучительние приступи рвоти вдруг
сжали и потрясли все его1 тело, и вслед за атим
он почувствовал сильний голод.
Волк вилез из своего тайника; но вместо того,
чтоби пуститься на поиски за добичей, он стал
жадно Потрать сухие опавшие листья; разгриз
и проглотил сухую ветку.	•
Болезнь бистрими шагами шла вперед, и извра-
щение вкуса заставляло его1 думать, что он гри-
зет и ест что-то, такое' же1 вкусное, как мясо и
кости. И с дикой жадностью, дивясь обилию пи¬
щи, он торопился наполнить желудок мхом и ли-
стьями; прошли мучительние спазми желудка.
66

И снова всю ночь без цели, куда глаза глядят,
бежал больной волк; болота, перелески, ручьн пе-
ресекал он и шел все дальше и дальше. И страх
все сильнее рос в нем. Под утро- уже не' хватило
сил, и Черномордьій лег между узловатьіми кор-
нями старой сосньї.
И тут новой тяжелой волной страх захлестнул
его. Черномордьій сжался в комок, забился в угол
и завьл. Но голос его прервался, он испугался
собетвеииого воя и замолчал.
Черномордьій лежал, глаза его с широко’ открь-
тьіми зрачкамн неподвижно и пристально вглядь-
валнсь в лесную чащу. Он думал о врагах, и ему
казалось, что они окружают его, близятся и бли-
зятся... Как он не заметил атого?!. Вот, вот он!..
Огромньїй серьй волк, больше его. самого, сиднт
среди папоротника и смотрнт на него. Его. глаза
горят голодной жаждой крови, он хочет убить
Чорномордого. Черномордьій бросается вперед, его
лапь должньї удариться о тело врага, но вместо
атого' он падает на прогалину, осматривается...
волк исчез.
Вот еще какие-то смутнье серье силуать, один,
два, три, четьре... еще и еще... Волки, целая стая
волков! В.се против одного. С ними не справиться...
Черномордьй бросается бежать. И серьіе тени бес-
шумно скользят за ним...
В ужасе с бьстрот^ой ветра летит он по пусто¬
му и молчаливому лесу, н никто не преследует
5*
6 7

его: лишь заяц, вспугнутий им, во- в-есь опор
мчится в сторону.
Все- зти страшние озлобленние серие краги, бе-
гущие за иим, бегущие бесшумно, не колебля ли-
стьев заросли папоротника, появляющиеся то: тут,
то- там-, впереди, с боков,— зто- только- видения
волка, рождающиеся в- больном мозгу его. И их
делается все больше и больше.
Ужас растет. Куда деться? Как спастись? На-
чинает жарко горе-ть и -болеть та губа, в- которую
укусила его рижая собачонка.	,
Наконец, остановившись, волк принимается без-
жало-стно- чесать и рвать губу и передней и зад-
ней лапой. Показивается кр-о-вь, -становится еще
больнее, но- зато, -оглянувшись, Черномордий боль¬
ше не видит окружавших его волков. Боль не-
надолго прогнала видения, но скоро- они придут
снова.
Дальше бежит Черномордий, боязлии* огляди-
ваясь- и приссіушиваясь.
Отовсюду глядят на него- горящие глаза, и он
читает в них злобу, ненависть и голод. Тут и
волки, и собаки, и зайци, и телята—все, с кем
он сражался и кого побеждал до- сих пор. Они
пришли теперь, когда он- болен, когда губа му-
чительно горит и страх давит сердце. Теперь он
слаб, теперь- ему грозит -смерть!
Черномордий кидается вперед—и лось, заступает
ему дорогу. Кидается назад—и стая волков- спе-
шит ему наперерез; вправо, влево- — собаки...
68

Враги!.. Враги!.. Кругом враги! Ледяной ' ужас охва-
тьвает волка, и вдруг раздаются нз него бешен-
ство и отвага отчаяния. Все равно гибель...
И вот он виднт на своей дороге большую бе-
лую собаку. Она сидит неподвижно и не шеве-
лится даже тогда, когда Черномордьгй летит пря¬
мо на нее, когда он уже близко' н, наконец, бро-
сается. Его лапь обнимают что-то' твердое н
неподвнжное, н зубь, зашслкнутшIиеь с силой
стального капкана вонзаются в горло врага. Но
собака не падаеті Напрягая все силь, волк хочет
повалить ее;, она все так же сидит перед ним. Его
зубь глубоко вошли в тело жертвьі; он хочет
вьрвать их н не может.
В отчаянии волк трясет головой, напрягая все
четьре лапь, он тянет голову назад, прочь от
горла врага, и вьрьвается. Один на его1 огромньх
кльков сломан у корня... А собака все так же,
не двигаясь, сидит перед ним. Но только обе-
зумевшему зверю зтот березовьій пень может по¬
казаться похожим на живую собаку. Он сломал
зуб, бешено кусая дерево.
Зто бьл уже верх безумня. С тех пор в том
же ужасе, с тем же бешенством и отчаяннем Чер¬
номордьй двое суток бежал, куда глаза глядят,
временами падая от усталости. Полньїй страха
перед прнзраками, он забьл привьічную осторож-
ность и бежал по полям и по деревням, не іпугаясь
людей н собак. Они то . спасались от него, то
69

нападали. И он бился, рвал, кусал, убивал и сам
сеял ужас по своей дороге.
Его укуси били страшнее, чем укуси гремучей
зміеи, и он отравлял людей и животних даже лег-
кой царапиной.
Сильний, неутомимий, он бежал версту за вер-
стой; целая округа содрогнулась- от ужаса, и атот
последний набег Чорномордого бил страшней всей
его жизни, страшнее нападения сотни волков.
III.	Среди людей
«Бешений волк! Бешений волк!!» Крик, шум,
бегство... Неожиданно среди бела дня вривается
он в деревню; уже за околицей он разогнал ста¬
до, укусил пастуха, убил собаку; здесь, опустив
голову, поджав хвост, он бежит прямо по улице и
бросается на все, что ни увидит своими налитими
кровью глазами. Опять он кусает собак, лошадей,
свиней.
«Бешений волк!» Его- боялись, когда он бил здо¬
ров,—теперь он бил во- сто- крат страшней. Но
нашлись смельчаки, и с первим попавшимся ору-
жием—,дубиной, вилами, топором—они виходили
против вето. Напрасно! Волк бил еще силен, еще
ловок, а безумие делало- его бесстрашним в- схват-
ке. И все. еще непобежденний, он бежал дальше -
и дальше. За ним- гнались, стреляли в него', но
он внушал такой страх, что' близко подойти

Бешеньй волк ворвался в деревню, кусая по пути собак, лошадей
свиней...

боялись,—и пека он невредим. Скрьвшись из одной
деревни в лес, он вдруг появляется в другой.
«Бешеньй волк!» Полньх двое суток шла зт!а
страшная гоньба. ОоиеьIвая круг, Чернамордьґй
обегал весь. уезд, почти двести верет. Двадцать
деревень прошел он на своем пути, переісекал
леса, поля н болота, іничего не ел и только • изредка
про.олатьвал камень, землю, траву.
Сильї его ггитощались. Он исхудал, ребра тор-
чали, покрьтье взьерошенной шеретью; но он
все еще кусал, кусал. И когда наступила послед-
няя ночь его живши, уже двадцать пять человек
носили в себе' ту же смертельную- заразу; а сколь-
ко собак, телят н свиней,—н не еоечнтать!
Уже четьре дня длилась болезнь Черномордого.
Начинался паралич нижней челюсти. Она отвис-
ла, и длинньй язьк, вивалившись из пасти, вн-
сел между острьіми зубами, и слюна клейкими
нитями тянулась изо рта. Потом и бег стано-
вился міедленнее, походка делалась неверной и
какой-то вихлястой, понемногу паралнзовались и
задние ноги.
Он вьшел на опушку н упал уже без сил в
поле на меже.
Раееветало. Волк .поднялся н тихо поплелся впе¬
ред. Сначала по меже, потом по дороге, через
ворота и прямо во двор усадьб^ь. Под конец он
уже не шел, а .полз, волоча за собой парализован-
ную заднюю половину пела.
73

Собаки с лаем и воем набросились. на него-.
Волк уже не мог биться. Его- слабне укуси, мед-
ленние и неуверенние повороти отяжелевшей
голови, конечно, не могли би испугать собак, но
они помнили о билой его мощи. «Не' новая ли
ато уловка?» И, не нападая сразу и решительно.
они скакали вокруг него- наполняя гомоном весь
двор. и один за другим болезненние укуси си¬
пались на него.
Ночной сторож, лениво побрякивая колотушкой,
вишел из-за амбара. «Что собаки так разо-
шлись?» Он подошел ближе, глянул, и вдруг в се¬
ром; звере, видневшемся среди кучи собак, сразу
узнал Черномордого.
—	Батюшки, вож!
Со всех ног он бросился на крильщ- и при-
нялся ступать в. дверь.	•
—	Волк! Волк! Вставайте!!
Пастух и троє рабочих вискочили на его зов.
—	Волк? Где?	.
—	Зво!
—	Чорномордий! А,	!
Схватив колья, они бросились к нему. Собаки
метали.
—	Кшш! Прочь, дури!
Ужасная боль в переломленних костях привела
Черномордого в себя. Он поднял ' голову, огля-
делся и, увидев людей, пополз на них.
—	Беретесь, ребята! Бешений!
74

На крьільце с ружьем в руках появился хозянн
дома.
—	Что тут? Волк,
—	Волк и ес^т^! Черномордьій!!
—	А, ладно!.. Ну, отгоните собакк
Несколько взмахов. кольями, и собаки разбежа-
лись .по углам двора. Волк увидел человека с ружь-
ем—блеск стали на ерлнце резнул ему глаза—н
пополз к нему. Медленно, слабо н бесстрашно.
—	Отойднте, стреляю!
Грянул вьістрел. Волк разом' повернулся на-бок
н замер. Теперь все бьло кончено.
75

ОДИНОКИЙ РАЗВЕДЧИК
Рассказ Ф. М а р з а
На опушке леса, где високие тихие сосни ви-
тянулись совсем прямой линией, словно посажен-
ние руками человека, стоял одинокий волк и смо-
трел голодними, но^ зоркими и умними глазами
на равнину, которая растилалась перед ним, в
своей ослепительной белизне похожая на застив¬
ший океан, .весь белий от края до края.
Насколько хватал глаз зверя, до самого горизон-
та и еще дальше за горизонтом, тянулась все та
же белая пустиня, необозримая, бесконечная...
Било холодно, так холодно, что можно било
видеть, как дихание зверя клубами белого пара
виривалось из пасти, словно скативаясь по крас¬
ному висунутому язику; и било так тихо, что,
когда в лесу трещала ветка, не видержавшая тя-
жести снега, зтот треск гулко разносился на версту
кругом, как раскат отдаленного вистрела. ' '
Вдруг одинокий серий хищник на лесной опуш¬
ке вздрогнул и застил на месте, еще более непо-
движний, чем неподвижние деревья.
76

Что ато за черная точка там, вдали? Она дви-
жется, ползет. А вон н другая и третья, еще и
еще... Все они движутся то медленнее, то бь-
стрее, оетаиавлнваотся, опять движутся, снуют
туда-сюда, словно муравьи. Но ато, конечно, не
муравьи, потому что- муравьи—детн солнца н лета.
Что ато?.. Стало. еще- больше атнх точек...
Зорко всматриваясь, зверь низко опустні голо¬
ву н поднял плечи, как ато нн-огда делают наблю-
оаюшие собаки, чуть не касаясь мо-рдой землн.
И по мере того, как число черньх точек увеличи-
валреь н они, ползли вперед по белой скатерти рав-
нннь, зверь начал дрожать всем телом, но не от
страха, а от возбуждення.
Зти чернье точки бьли люди—летучий отряд
конннць, кртррнй с-обиралс' напасть врасплох на
военньїй обоз со еьеетньIми припасами, оетаирвив-
шийся в деревушке за лесом. Что он оетаирвилея
там, в атом не могло бьть сомнення,—производив-
ший разведку летчнк видел его.
Недвижно, как пень, стоял волк в. тенн вьср-
кнх, густо растущих сосен и даже ухом не повел,
когда передние разведчнкн отряда раееноаииьм
строем наискось пересекли поле его зрения, блн-
жайший из них шагах в двухстах от него.
И когда главная сила отряда сплошной колонной
проскакала мимо и последняя лошадь, почуяв
вдруг близостЕ серого разбойника, зафиркала н
нспуганно дернулась вперед, даже и тогда волк
не пош-евельнулся—только- шерсть ощетинилаеь на
77

его спине1. А когда показался арьергард, проска¬
кавший так близко, что зверь мог видеть дихание
крайнего всадника, он опять ни малейшим1 движе-
нием, ни малейшим звуком не видал, что он, оди¬
нокий волк, производит тут свою разведку, смотрит,
наблюдает и отмечает...
Отряд скрился в лесу, и глубокая тишина снова
сомкнулась над белой равниной. Словно- отряд
конници никогда и не проезжал тут.
Старий хищник хорошо1 знал - своє	и в
совершенстве умел замирать на месте. Недаром ни
один всадник не заметил его присутствия. Только
долго спустя после того, как все опять стало тихо,
волк решился вийти в- отаритое поле и принялся
исследовать взритий снег.
Опустив морду к земле, -он тщательно- все обнюхал,
не упустив- ни малейшей подробности. Если би
даже он и не видел проехавших здесь людей, его
нос в точности сказал би ему,—умей только его
мозг считать,—сколько именно- их проехало.
Он пробежал немного вперед по1 следу и все бо-
лее возбуждался по мере того, как в- нем разго-
рался охотничий инстинкт; он принюхив-ался на¬
право и налево, должно бить, с той целью, чтоби
вияснить, не проехали ли тут еще ' люди и лоша-
ди, кроме тех, которих он видел.
Наконец он остановился.
Все зто время с неба тихо и медленно падали
редкие снежинки. Теперь снег повалил большими
хлопьями, и в то же время поднялся ветер.
78

Одинокий зверь не думал об атом и не обратил
на ато никаного внимання. Его мозг бьл не на-
етрлькр развит, чтобь учитьвать ордрбиье об-
стрятельетва. Иначе он, может бьть, не сделал
бь того, на что он решился.
Своей обьчной легкой бьстрой по'ступью вер¬
нуло' он на лесную. опушку, уселся среди вь-
соких сосен и, подняв к небу заостренную мор¬
ду с холодним носом, протяжно и . заунквно
завьл...
В любой обстановка1 атот одинокий вой не бьл
бь приятной музькой. Но здесь, в сумраке надвн-
гаюшейея ночи, ср'едн беек■риечнрй белой пустьни,
он бьл прложительир ужасен.
Волк все вьл и вьл, не переставав.
И всадник, замькавший арьергард колоннь, ко-
торая уже успела отвехать на иескрлькр■ верст от
опушки, где вьл одинокий зверь, првериулея в
седле, когда порьів ветра донес до его ушей ато
завьвание, и со страхом оглянулся на мріачнье
тени, в каждой из них подозревая волка.
Волчий вой далеко разиоеится над бельми равнн-
нами и в снежному лесу. Наконец волк умолк и
приподнялся. Потом отять сел и стал чесаться.
Но взгляд его нертетуоир бьл устремлен на во-
сток, и наврстрениье уши бьли обращень в, ту же
^рону. Тонкая верхняя губа і^ри[ог,оіIялаеь и об-
інажила отр^ньїе, больше еобачьи1х, и белье, как
еиег, кльки.
79

В течение нескольких секунд все било тихо.
Вдруг волк встрепенулся, вскочил на ноги и весь
насторожился.
С востока, недалека, из глубини леса, донесся
какой-то смутний шопот—жуткий и зловещий.
Волк опять сел и снова завил. И издали, с во¬
стока, пришел ответ—отдаленное, едва слишное,
ответное завивание волка.
Подождав с минулу, одинокий зверь покинул
лесную опушку и направился к следу, оставлен-
ному на белой равнине проехавшей конницей, к
глубоко- взритой дорожке, которую теперь мало-
по-малу засипало снегом, падавшим все гуще и
гуще.
Но вдруг он остановился, поднял морду и ви-
жидательно устремил глаза на длинную темную
линию леса. Там ничего не било видно, но чувство-
валось, что там' крадутся какие-то- невидимие су-
щества. Возможно, что зверь- почуял что-нибудь
чутьем.
Несколько секунд царила полная тишина; толь¬
ко где-то в отдалении, затрещала в лесу ветка, об¬
ломившаяся под тяжестью снега. Все било, каза¬
лось, тихо- и неподвижно.
Одинокий волк постоял еще одно мгновение, по¬
том вдруг решительно сорвался с места и трусцой
побежал по следу летучого отряда. И в тот же
миг весь снег позади него- засерел от темних силуз-
тов, которие галопом' неслись от опушки леса.
80

Безмолвнье и бистрие, бежали волки следом за
одиноким волком, все опустив- морди вниз и анер-
гично поводя носом. Но вдруг с нх собрато^м, бе-
жавшим впереди, пронзошла мгнов-енная неожидан-
ная перемела.
Хвост его опустилс' между ног, уши опали, все
тело сжа.^'ось, а на морде ясно виразилось—так же
ясно, как если бь он ато висказал словами,—без-
иадежир-емертельное отчаянне.
Запах про-ехавшего тут конного отряда совер-
шенно исчез.
Снег валнл так густо, что, хотя дорожка и видна
бьла явственно, все же трудно бьло сказать-, све-
жий лн ато след, или ему уже иескрлькр дней дав¬
ності. Прлире же ртеутстЕие запаха с иеермиеино-
етьо доказьБало, что ато старий след.
Одинокий волк бьл одним нз разведчиков, ко-
торих голодная стая, охотясь в нових для нее
мостах, разослала во' все сторони снежной .пустьни,
чтобь они отис^к^Е^^и для нее- поживу или свежий
след к поживе.
Он не мог сказать своїм товарищам, что, ' хотя
след н казался старим н хотя запах каким-то не-
пост^нжимим образом исчез, он срвсем недавно яв-
^64^' видел, как тут прошли лошади н люди.
Он не мог атого сказать нм, н они должни били
судить на оснований ербетвениргр■ чутья н соб-
етвениьх глаз. А что нм скажет нх чутье н зре-
ние, ато одинокий волк в точності знал в тот мо¬
мент, когда заметнл отсутствие запаха.
6 Волки
81

Рослий волк с черним пучком волос на кончике
хвоста знал, что его ждет как кара смерть. Вот
почему с ним произошла такая перемена, вот по-
чему он- весь- сьежился, поджав хвост, опустив
уши и оскалив зуби. Он бил один, а их било мно-
го. Они, несомненно, могли в один миг разорвать
его на клочки.
В отих делах у волков существует иа-вестний
порядок. Вначале происходит нечто вроде поедин-
ка на глазах всей стаи, которая сама участвует
лишь в завершении. Почти всегда у провинив-
шегося есть враг, которий и спешит восполь-
зоваться случаем, чтоби свести с ним счети.
У одинокого волка било, без сомнения, немало
таких врагов-; однако никто из них не проя'вил же-
лания помериться с ним силами, никто, за исклю-
чением старого вожака стаи.
Он не пригнул, как волки -обикновенно делают в
таких случаях, а побежал низко по земле прямо
на - провянявшегося, и оба столкнулись сразбега
и поднялись от сили толчка на задние лапи, как
поднимаются на воздух два столкнувшихся паро¬
воза.
Может бить, вожак стаи рассчитивал, что- бла-
годаря преимуществу своего веса он таким манев¬
ром сразу подомнет под себя противника.
' Но он не учел двух обстоятельств: длинние но¬
ги своего противника и то обстоятельство, что
последний бил на редкость умним и сообразитель-
ним зверем. ,	.
82

Пользуясь преимушеетвом, которое ему давала
длина его конечностей, волк виработал свой оео-
бий метод рукопашной, так сказать, борьбь, при
которой он ловким маневром . перебрасьвал против¬
ника на спину, причем обькнрвеино схватьвал зу-
бамн одну из его лао, которая и оказивалась затем
^оманной.
Зтот же метод он применнл н теперь. Волки-
зрнтелн вндели только жнвой серьй клубок свив-
шихся тел, в котором нічого нельзя бьло разо-
брать, да снежнье вихри, крутившиеся вокруг них.
А через мгновеине глава стан лежал на спине,
лапами вверх и рьчал так, что страшно. бьло слу-
шать; провинившийся же разведчик стоял над ним
и держал в своей пасти одну его переднюю лапу.
Но могучие челюсти еще не били ермкиути, лапа
бьла еще цела,—даже кожа на ней не проку¬
шена.
С висунутими язиками н холодними умньми,
вннмательними глазамн сидели н стояли кругом
волки и 'напряженно следилн за каждьм движеннем
бойцов, готовьіе ежеминутно ринуться вперед н
растерзать ообежденногр. Но пока что они не дви¬
гались с места.
Одинокий волк все' еще держал в пасти лапу гла¬
ви стан как своего рода залог. Еслн стая сейчас
бросится на него, то оредврдителю■ с переломлен-
ной лапой—а что она будет переломлена, об атом
уж он, одинокий волк, прзабртнтея' — пр-идетс'
6'
83
тоже биться за свою- жизнь, ибо ранений и в-
крови волк не может ждать пощади от своих.
Наступила томительная минула’. Никто- из вол-
ков не двигался вперед. И вдруг с равнини, шагах
в семидесяти от стаи, а потом немного подальше,
с лесной опушки, ргаздалось:
—	И-и-и!„Хя-я!.. Иа-у!..
Сперва тихо, неуверенной нотой, затем отче^и-
вим, призивним лаем.
И в^ тот же миг вся стая вскочила на ноги и
бросилась туда, как один. Ото произошло- с мол-
ниеносной бистротой.- Недавно противники, глава
стаи и одинокий разведчик бежали рядишком сре-
ди остальних, стремясь лишь к тому, чтоби бить
первими на мосте.
Вот они дебежали. Опустили морди. Подняли
хвости. -Пауза. Потом -радостно и возбужденно раз-
неслось над белой равниной
—	И-и! Аа-й! Ки-ай-и-ки!
Вся стая, живой клубок серих шерстистих тел,
сбилась в кучу, нюхая снег то- тут, то- там. Каждий
волк тихо и взволнованно вил про-себя. Потом
вся стая завила и залаяла громко на разние го-
лоса:
— Ай-и!..	.
И, продолжая лаять во весь голос, волки со всех
ног понеслись вперед по онегу так бистро, как
летней порой скользят по полю тени гонимих
ветром облаков,—побежали параллельно следу.
84

рставленнрму проехавшнм летучим отрядом, но са-
женях в семидесятн в стороне от него.
Что же случнлось? Кто нашел прер-занньй след?
Одна волчица, более голодная, должно бьть, чем
остальнье, отошла от стан и принялась разнюхи-
вать снег в. поле в надежде отискать зайчонка или
полузамерзшую птицу и поживиться нмн, пока стая
смотрит на поединок. Она случайно пересекла ли¬
нню запаха, оетавлеииого■ летучим отрядом н от-
несенного ветром саженей на семьдесят в сторону
"от того места, где в самом деле проехал отряд.
Едва почуяв запах, волчица немедленно подала
голос н тем самим оеврбодила волка-разведчика,
которому стая по общему молчаливому ергласню
сразу даровала полмое прощенне.
Покинув белреиежиую равнину, стая бежала те¬
перь по .сумрачному бору, оглашая его торжествен-
ную тишину диким воем, гулко РТОаваВШИМСЯ под
его величавими сврдамн. Издалн казалось, что стая
гончих травит лнсицу—между лаем гончих и воем
волков очень мало разници.
Арьергард отряда пересекал в зто время поля¬
ну, и тот всадник, которий раньше боязливо- огля-
нулся, когда ветер донес до него вой одинокого
волка, готов бьл поклясться, что его ухо на мгно-
венне уловило чуть сльшньй топот и далекий вой
вьшедшей на охоту волчьей стан.
Но товарищ, которому он сказал об атом, только
посмеядся над его трус-остью.
85

Тихо било на -отдаленной опушке леса, где всад-
ники спешились, и страшно холодно, хотя снег
перестал валить, и так пустинно-одиноко.
Вот снова пронесся протяжний вой волчьей
стаи—гораздо ближе на зтот раз и более грозний.
Лошади захрапели и стали рваться с привязей,
люди тревожно смотрели по сторонам и друг на
друга.
А в деревушке, которую от леса отделяла об-
ширная откритая равнина, дозорние неприятель-
ского обоза, шагавшие с винтовкой на- плече- все
взад и вперед, остановились, заслиша зтот, столь
хорошо знакомий им вой и крикнули товарищам,
чтоби они хорошенько стерегли коней.
, Они знали, что- когда волки севера в зимнюю
пору рищут стаями, надо держать ухо востро и
смотреть в оба за лошадьми.
А волки между тем все бежали и бежали тем
ровним, неутомимим и невероятно бистрим гало¬
пом;. которим они доводят до изнеможения и за-
травливают в конце концов всякого- зверя, даже
самого бистрого. Мелькая серими тенями среди
черних стволов на белой пелене снега, неслись
они в темноте далеко- растянувшейся воющей ве-
реницей. Во- главе их бежал их старий предводи-
тель, а непосредственно за ним—одинокий волк,
угрюмий, сосредоточенний, за ним—самци, по-
зади всех—самки,
86

Все дальше и дальше бежали волки, ни разу
не сбившнсь со следа, а звук их приближения несся
впереди них.
Кони всадников на опушке били землю копита¬
ми, пугливо вжились и рвались с прнвязн, н не
один кавалерист украдкой виннмал свой револьвер
и -ршуоивал его в темноте...
Но как раз в тот момент, когда вой достиг сврей
нанбольшей снль и лес, казалось, весь гудел от
адского концерта волков и люди не могли сказать,
в пяти или в десяти шагах от них ата грозная
стая, серье хнщники виезаон■о умолили,—так вне-
запно, точно кто-то закрьіл клапан парового гуд¬
ка. Сразу наступила полная тишнна. Только и
сльїшно било, что. дихание людей и лошадей.
С^'ешившиеся всадннки, по всей вероятностн, ду¬
мали, что волки попросту гонятся за каким-нибудь
зверем. Но если бь они могли видеть в
ату минулу, как они срвеем молча и тихо, без ма-
лейшего шума, кроме едва спишного шороха лап
по снегу, бежали по следу, которий оставил ле¬
тучий отряд, н как они, продолжая бежать, мало-
по-малу раеснпалнеь широким веером, концами на-
ружу,—тогда атот вид очень скоро заставна' би
их понять, что дело не так-то просто.
Время шло. Все било тихо. Ничего подозри-
тельиргр люди не слишали и не виделн. Но если
бь они прожили всю жизнь в. атой стріне, то
лучше знали бь повадки зверей и догадались бь,
почему время от времени то та, то другая лошадь,
87

а то и две-три зараз, вдруг настораживались и
поднимали голови, точно следя глазами за чьими-
то движеннями.
Две-три крайние лошади, послєд^ниє в- ряду, не-
сколько раз фиркали, дергали за поводья, котори-
ми они били приївязани, и испуганно жались- к
передним коням, как будто чуя прябляжениє ка-
кого-то невидимого врага.
Два раза случилось также, что одна из лошадей
вдруг начала лягать воздух, словно отгоняя что-
то—призрак или тень, или что-то еще, что она ясно
видела, но люди не могли' увидеть. Сколько люди
ни всматривались в безмолвний мрак, они ничего
не видели, кроме черних теней, каждая из кото-
рих, как всегда бивает в лесу ночью, могла бить
и чем угодно и ни-чем...
Ночь била на исходе. Еще несколько- мннут—
и спящие кавалеристи должни били проснуться,
поесть, сесть на коней и поскакать в деревню,
где находился неприятельс^к^ий обоз.
И тут-то- ато' началось.
Вот одна лошадь с силой лягнула воздух, а
затем взвилась на диби с болезненним ржанием.
Кто ее потревожил?
Ничего не било видно.
Одному часовому показалось, только, что какой-
то серий си'луат юркнул под тень деревьев; но,
может бить, ато ему померещилось. Как би то ни
било, у лошади из ноги текла кровь.
88

Минуту спустя еще две лошади на другом ' кон-
це ряда вдруг точно взбесились—обе сразу. Они за¬
ржали во весь голос, и одна сррвалаеь с прнвязи,
а другая стала кататься по снегу, которий момен¬
тально окраснлся в. красний цвет. И на атот раз
отять ничего не бьло видно, кроме смутной тени,
мелькнувшей—нменно только мелькнувшей — на
мпновенье н скрившейся во мраке под деревьями.
Часовие ругались. Некоторие побежали 'будить
товарищей. Но раньше, чем они успели зто сде-
лать, весь лагерь превратнлся в один общий хаос.
Нн мале■йш■егр звука, которий предупредил бь
о нападенни хищников, не било слишно. Только
серие тени вьіползли со всех сторон нз мрака, чуть
слишно заричал или охнул кто-то, и уже в. сле-
оуюший миг вся сцена превратилась в клокочу-
щнй врдрврррт, где обезумевшие лошадн лягались,
взвивались на диби, кусались н оглашали воздух
душураздирающим ржанием, а снег облаками взви-
вался и крутился вокруг.
Волчья стая напала на лошадей. ,
1 Люди вскочили со сна и, крича, начали наугад
разряжать. свои револьвери в клокочущий водо-
Врррг.
Другне схватили саблн и, не обращая внимання
на копита обезумевших лошадей, припались. ру¬
бить направо и надено, стараясь попасть в екр-
рее угадиваемие, чем видимье, сери© силузтьі
хИщников, кргррьIе мелькали всюду, то ооявляяеь,
то исчезая.
89

Третьи же зажгли фонари, чтоби спугнуть огнем
нежданного врага и спасти лошадей.
Но все ато продолжалось не дольше одной ми¬
нути.
Ни одно животное не в. силах терпеливо- сно-
сить страшние укуси волчьих пастей, которие ка-
ждий раз вихвативают кусок живого мяса величи-
ной в ладонь, и никакие привязи не в состояняя
удержать взбесившихся от боли лошадей.
Один миг—и в центре кипящего водоворота что-
то затрещало, снег и бризги крови полетели во все
сторони, всюду замелькали скачущие волки, люди
с испуганньIмя криками бросились врассипную,
чтоби не бить- раздавленними копитами и, рань-
ше, чем кавалеристи успели понять, что произо-
шло, они стояли одни в своем лагере и могли
видеть, как их кони, окруженние волками, кото-
рие вились вокруг них, как рой ос, вскачь неслись
в предрассветних сумерках прямо к деревушке,
где стоял неприятельс^в^ий обоз.
Час спустя злополучний отряд, которий длин-
ной змеящейся серой лентой с трудом пробирался
теперь назад по глубокому снегу среди стволов
величавого бора, остановился усталий, голодний,
замерзший и измученний.
Издали донесся до него одинокий вой волка и
что-то еще более страшное: гиканье, ясно гово-
рившее о- том, что- не только серие хищники, но
и люди идут по' их следам- и скоро настигнут их,
90

ВОЛКИ-ПРИЗРАКИ
Рассказ из жизни яндяйокях джунглей А. X у б л о н а
I.	Волчья стая
Дело началось с того, что дерзкая пантера за¬
драла телку и покинула свою добичу в. сухом пе-
релеске, свободном от всякой чащи, да еще под
деревом, представлявшим особие удобства для
устройства засади.
На небольшой висоте от земли в стволе на¬
пиналась развилина, один сук которой отлого спу-
скался к земле, кончаясь в каких-нибудь шести
футах от нее. Между двумя сучьями ясно, било
видно тело жертви, и охотник Кестон решил вос-
пользоваться развилиной, чтоби виследить хищ-
ницу.
Притишили из лагеря одеяло- и подушки, да в
придачу еще запас камней, чтоби разгонять не-
прошенних гостей, и как раз перед заходом солн-
ца Кестон залез на дерево, где расположился для
дозора.
91

Для человека, привикшего к джунглям и лю-
бящ-его их, в атом1 " долгом бРор■ствоваИИи не бьло
скучного однообразня. Пока бьло светло, кругом
ельшалоеь веселое перекликание птиц; с наступле-
нием же темноти затянули евро песню шакали, и
вскоре показались неясние движушиеея фигурь.
' Первьми явились. зайць; один: из них присиул
прочь от виезаонрго- шороха, и сердце у Кеетриа
екнуло, но то оказался шакал, живо иечезиувший
в темноте. Затем из леса вишла более крупная
фігура с горящими зеленими глазами. Кестон уже
взвел курок, но. тут же отложил. ружье в сторону.
Зто бьла только гнена, в. которую он пустил кам-
нем; пантери же все еще не било. видно.
Мало-по-малу очарование залитих лунньм све-
том джунглей с мириадами разнообразнейших го-
лосрВ' и звуков вите^нило самое е03наиие того,
для чего он находился здесь. Вдруг он усльхал,
что кто-то теребит добьчу у его ног. Мгнрвеинр
мечтателя как не бьвало, и налицо осталс' один
только етраетиий охотник.
Хотя Кестон хорошо знал, где нменно находитс'
добьча, однако, не мог ничего раесмртрегь, кро-
ме темного питна, и стрелять било немислимо. Ме-
жду тем он знал, что добичи осталось дрстагрчир,
чтобь занять пантеру в теченне доброго. часа;
а к тому Бремені Луна перейдет ближе и оеве,тиг
прогалину достаточно ярко для прицела.
Пантера рвала и гризла, не подозревая о близкой
рпасности, и охотник опять размечтался. Вдруг он
92

вздрогнул и чутко іїрислушался, ущипнув себя,
чтоби удостовериться, что не спит. Он явственно
разобрал лай стан гончих, направлявшийся прямо
к нему.
Что-то с треском ввірвалось из чащи налево от
прогалини. Животное вошло в полосу лунного
света, и Кестон узнал при свете луньї большую
дикую козу, скачущую в смертельном страхе. Хор
звучал все ближе и ближе, и можно бьіло уже
заметать его отличие от лая настоящих гончих.
Тем не менее сходство оставалось поразительньїм,
и Кестон с неудержимьім ^любопьітством дожидал-
ся появлення стан.
Минуту спустя из джунглей скользнуло несколь-
ко темних теней. Хор пріервался на миг злобним
рявканьем и визгом боли; внизу посльїшалась крат¬
ная возня, затим сук сильно тряхнуло. Однако Ке¬
стон не оглянулся посмотреть, в чем дело, ибо
часть охотящихся животннх показалась на осве-
щенной поляне, и он узнал волков, гораздо более
крупних, чем ему когда-либо приходилось ви-
деть. Не обратив виймання на пантеру, они по-
мчались по следу кози, продолжая заливаться
звонким лаєм. Их било не менее сорока.
— Вот так штука!—едва не воскликнул вслух
Кестон.
Ему и раньше приходилось встречаться с вол-
ками, но то бьівали маленькие партии в пять-шесть
штук. Никогда еще он не видал их охотящимися
целой стаей, наподобие гончих, и не подозревал,
93

что их лай почти не отличается от лая по-
с^едних.
Но раздумьвать бьло некогда. Рядом с ним- по¬
. ельшалреь словно фьрканье двадцяти кошек, и,
наклонившись вниз, он увидел, что. на нижнем
сучке развилинь еидиг пантера, глядя не на него, а
вслед иечезаощим волкам.	.
Стрелять било иеврзможир, так как поперек тор-
чала ветка. Оставалось только ждать. Кестону ка¬
залось, что прошло бесконечно. много временн,
прежде .чем шум погони замер вдали и пантера
'осмелилась с^скочить и вновь приняться за свой
ужин. Не прошло и десяти минут, как луна на¬
вела на нее свой свет, и Кеегои покончил с ней
одним вистрелом.
Он евистнул, подавая сигнал еророврждавшим
его людям, но никто не явился на его- . зов. Кестон
'повторил сигнал, после чего в отдалении посли-
шался голос, громко бранившийся на туземирм на-
речии. Третій свисток оказал не больше действия,
и Кестон сам оторавилея туда, где оставил тузем-
цев. Налицо рказалея только один из них, громко
ругавшийся, глядя на верхушку дерева, перед ко-
торьім он стоял.
Кестон подошел к нему.
— В чем дело, Джафир Хан?—еоросил он.—Где
все регальнье?
— Зти труси- забрались на дерево, сагиб,—ска¬
зал Джафир Хан,—и говорят, что ни за что не
спустята' вниз.
94

—	В самою деле?—заметил Кс^^тої^.—1В такою
случае ми разведем под ними костер и подку-
рим их.
—	Сагиб,	волки-призраки!..—раздался сверху
жалобний голос.
—	Волки?—повторим Кестон.—Ну, в такси слу-
чае вам бояться нечего, потому что они питаются
козами, я сам видел, как они гнались за козою.
Вдобавок они теперь далеко, а пантеру я уго-
стил пулей. И теперь, если ви не сойдете вниз,
‘гак и знайте, что- я разведу под вами костер.
Туземци полезли вниз и принялись готовить пан¬
теру к доставке в лагерь. Кестон не мог понять,
'почему зти люди, которие пошли би на медведя
и кабана с одним топором, испитивали страх при
виде «волков-призраков».
—	Скажите,	Джафир Хан,— начал
он,—почему они зовут зту стаю «волками-призра-
ками»?
—	А потому, сагиб,—отвечал Джафир
хотя все волки умни, однако, зти волки более лу-
кави и жестоки, чем все остальние. У них своя
повадка. Двое или трое загоняют стадо' в опре-
деленное место, а. остальние уж тут как тут; так
и перережут весь скот до последнего. Тем же
способом нападают они и на людей. На прошлой
неделе они забрались на закате в' деревню и при-
кончили двадцать человек.
95

II.	Раненая собака
На еледующее утро- Кестон взял ружье и ртора-
вился за дичью к завтраку. Он повернул уже об-
ратно к лагерю, когда ему оовегречалея коемагнй
пОсЄДЄльій черньй пес, с усилием ковилявший ему
навстреїчу. Увидя его, пес остаирвилея и оскалил
зубь. Видно било по, всему, что собака давно
от-билась от людей и промишляла самостРятеЛьнр.
Тем не менее она, очевидно, признала белого че-
ловека за друга, ибо после1 краткого' колебання
подошла к нему. Виляя . хвостом и умоляюще глядя
своїми умними глазами, она повернулась на-бок
и показала ему страшную рану, нанесенную ей
каким-то животним.
•— Бедняга,—сказал Кестон.—В^от;1 что значит шу-
тить с пантерами. Пойдем со мной, я. сделаю тебе
перевязку.
Он протянул руку. Пес опасливо сьежился, од-
нако, иемиргр погодя протянул голову в знак до-
верия и позволил притаскать себя. Затем он с
усилнем подЕнлс' и ^^^едовал за Кестоном, кото-
рьй обмил ему рану и накормил его.
Кестон не удивился, что животное осталось в
лагере, и бьл би непрочь навсегда оставить его
у себя. Хотя запущенньй и одичальй, но рослий
и красивий, пес пришелея ему по душе.
Когда наступил конец его двухнеделилюму пре-
биванию в джунглях, Костои сяялс' с лагеря, и
четвероно-гий гость отравился вместе с ним. Но
96

когда они вишли на опушку джунглей, черний пес
подошел к своєму временному хозяину, ткнул его
носом в руку и лизнул ее. Затем с тихим визгом
повернул обратно, в джунгли. Достигнув опуш¬
ки, он остановился, оглянулся назад и залаял, как
би прощаясь, затем повернулся снова и исчез в
чаще.
Возвратившись на стоянку, Кестон много думал
о своем странном приключении с собакой. Това-
рищи отнеслись недоверчиво к его рассказу, но
старий лесничий Ландаль неожиданно доддер-
жал его.
—	Ви, молодежь, мало еще видали видов,—за-
явил он,—а я так сам- знаю атого пса. Он когда-то
принадлежал одному из здешних служащих, и
естественно поатому, что искал помощи в беде
у белого человека. Кстати, Кестон, не пришлось
ли вам слишать о волках-призраках? Ви ведь на¬
ходились в их владениях.
—	Конечно, слишал,—И Кестон рассказалосвоей
•стрече с волками.
—	Около сорока штук,—піовторил Ландалв, ки¬
вав головой.—Значит, стая увеличилась. А не при¬
метали ви вожака?
—	Нет, я ри одного не заметил в отдедвности.
А что?	.	,	’
—	Да то,—сказал Ландаль, улибаясь,—что их
вожак тот самий черний пес, которому ви оказали
услугу.
—	Да ч-го- ви? Неужели ви говорите се]р>езно?
7 Волки
97

—	Совершенно седьезнб,—отвєтил Ландаль.-—
Хотите, я расскажу всю- их иегорию? Лет десять
назад мой еоелуживец Контри бьл прмрщиикрм
смотрінтеля в Тарасгорє. Он. держал с дюжину
хороших волкодавов- для охоти на кабанов и коз.
Заболел он холєрой и умер. Вокруг за сорок миль
не бьло ни одного європейця, а его слуги смер¬
тельно боялись собак и, чтоби -ртделагься от них,
отпустили их ;на волю.
Голоониє собаки ^орииялиеь промишлять в ла¬
су, а потом и примкнули к волкам. В. результате
явилась стая волков-призраков. Зта сметанная по¬
рода в несколько раз коварнєе и опаснеє обик-
новенньїх волков. Первоначальнье собаки все ужє
перемерли, исключая тепєрєшнєго вожака, кото-
рого ви и видели. Должно бить, он бьл ранен
той самой пантерой, которую ви впоследствни за¬
стрелили.	.	,
■ — По всєй дероятности,—сказал Кестон.—А ска¬
жіте, оржалуйста, дейетвительнр ли они так опае-
ни, как уверяют жителі джунглей.
—	Несомненно,—сказал Ландаль.—Немало они
сгубили людей. Обєщана даже награда в сто ру¬
пій за каждую голову.
— Вот подходящее для вас дало, Кестон,—заме-
тил один из охо-танков.—Ви все ворчите, что денег
у вас мало. ,
—	Так я и сделаю,—обьявил Кестон.—Только
старого пса ни за что нє стану убивать.
98

III.	Охота на волков
Кестон уже целую неделю бродил по лесам и
не напал еще даже на след волков. Вдобавок,
когда он спрашивал туземцев, каждий из них
клялся, что никогда и не слишал о подобних жи-
вотних.	ь
—	Господнії,— сказал однажди Джа'фир Х;ан —
я узнал кое-что о' волках-призраках.
—	Где же они?—спросил нетерпеливо'
—	Там, позади,—отвечал Джа'фир Хан, укази-
вая вглубь леса.—Они все время держатся позади,
следуя за сагибом. .
На следующий же день охогники пустились в
обход через низменное песчаное ущелье. Достиг¬
нув места кочевья, Джафир Хан и Кестон поехали
обратно окольвиїм^и путями и, в конце концов, воз-
вратились в лагерь обичним путем. Не оставалось
никаного сомнения, что волки за ними следят, ибо
около их собственного рледа виднелись отпечатки
больших волчьих лап. Но о самих волках не би¬
ло и помину. .
Однако в ту же ночь лошади сильно попутались
чего-то, а поутру сказалось, что исчезла дойная
коза. На пили виднелись там и сям знакомие слі¬
ди. В следующую ночь бил похищен теленок дой-
ной корови, заменившей им козу, а потом и сама
корова оказалась зарезанной, хотя волки били не
в силах утащить ее. После атого- били по-ставлени
часовие, и хищенип ррекратидись.
7*
99

Но волки все жє били, тут как тут, и в одну
прекрасную ночь, когда все часовие успули креп-
ким сном, ухитрились уташигь вторую козу.
В ато время никто так и нє видал волков, и Ке-
стону зто, наконец, иадрало- Он решил изманить
тактику.	,
—	Видно, втих дьяволов вистрелами не прой-
мешь,—сказал он Джафир' Хану.—Я сьазжу в Бом¬
бей, привезу яду. Пока зти волки живи, ни люди,
ни скот не будут в безрпаснрсти- Они хуже целой
сотни тигров.
—	Да, они	титров.,—ергласилея Джафир,—
и лучше веєгр отравить их ядом.
В ато время они находились на окраїна горной
цепи, и дорога, ведущая к железнодорожной стан¬
ції, пролегала не менее, чем в1 двух милях от них.
Единственним способом пробраться туда бьло. по¬
ахать верхом или на биках. Кастен предпочел пар-
вое, отправив вперед свой багаж на' повозка.
Три дня спуст я он уже врзврагился обрата-о
и .перед вачером вьахал со станції, везя с собой
дрегагочно- стрихніна, чтобьі отравить всех волков
цантральной провінції Индии. Отьехав пять миль
от желазной дороги, он встретил толпу туземцев,
висипавших к нему навстречу из деревні. Среди
всеобщего крика он' разобрал роковие слова, .успев-
шиа ужа порядочно иадресгь■ аму: ««волки-при-
зраки»—	,
—	Волки-призраки здесь?—воскликнул он недо-
варчиво.—Да вь все рбезумели.-.
100

—	Нет, ми говорим правду, волки здесь и за¬
губили весь наш скот.
Кестон сообразил, что вдоль всей дороги от
станции до гор действительно имеется достаточно
леса для прикритая волков, и последовал за стар-
шиной на місто бойни.
Кестон тотчас же распорядился, чтоби никто
не смел припасаться к трупам биков, отравил их
стрихнином, затем возвратился в деревню дожи¬
даться дальнейших собитий.
Оказалось, что волки не подозревают о суще-
ствовании яда. Всю ночь со сторони падали до-
носился жалобний вой, а поутру, огправисшнсь на
разведки, Кестон разискал семь волчьих трупов,
не считая двух шакалов и одной гиени, задумав¬
ших поживиться остатками пира.
Кестон продолжал свой путь в полном востор-
ге. К атому времени он уничтожил шестнадцать
волков, то есть около- половини всей стаи, по его
расчету. .	,	г
Оттехав две мили от деревни, он стехал с доро¬
ги и направился напрямик через равнину. Спусти
некоторое время его лошадь начала виказивать
признаки страха. Он оглянулся, но ничего не било
видно. Затем слабо и невнятно до него донісся
лай отдаленних гончих. Волки-призраки охотились
в' самий р-азгар знойного летнего дня.
—	Только зтого недоставало!—воскликнул он.—
За кем ато? 91.. Да ато за мнойї.
!01

Стерва он готов, бил обратить все дало в шут-
ку и продолжал ахать неспаша. Но .кого^^ он вь-
ахал из джунглей на 'открьп"ое место. и волки ви-
летали из тащи в какой-нибудь четверті мили
расстояния, пришлось поневола призадуматься.
У Кестона ничаго не било, кроме револьвера, и
охртничьегр- ножа. Ехать оставалось на меньше
десяти миль под палящим еолицам. Если только
его лошадь не окажется бистреє волков, дело мо-
жет крнчитьея плохо.
Лошадь не ориxрдилреь понукать, чтобь при¬
бавить шагу, но Кестон сдерживал еа рвениє, ер-
размеряя екорреть ездь с волками. В тачение трах-
четирех миль все шло хорошо, и он без труда
поддерживал прежнае раеетояиие. Но по мере того
как с'олнце прднималось виша, анергія лошади
ослаб-вала- Волки, очевидно, тотчас ато заметі¬
лі. До -сих порі они неслись молча, но^ теперь раз-
разились внезапиьм воем, от которргр лошадь так
и рванулась вперед- Тогда в впервьій раз Картону
стало страшно.
Усталая лошадь рвалась із ооеледиих сил, и,
наконец, Кестон увидел белеющие на холме палат¬
ки. Всего лишь четьре мили, но будь их пять или
десять—ато не составіло би разници. Шаг ло-
шади укоротился, дьIмящиеея бока тяжело взди-
мались, а хор волков звучал все явственнее и бли-
жа. Единственная его надежда заключалась р том,
чтоби вросить лошадь и укриться в таком места,
где он мог бь рбрррнягьея от волков. Если же
102

лошади удастся уйти от них, она, несомненно,
явится в лагєрь и поднимет трєвогу.
Он пришпорил коня. Волки находились теперь
в каких-нибудь .ста шагах расстояння, и голоса их
звучали почти над самим ухом. Но- тут лошадь
напрягла последние сили и вошла в рощу, оста¬
вив их уже за двести шагов позади. Кестон огля-
нулся вокруг. Подходящєго дерева не оказалось,
но- било нечто гораздо лучшєє—развалини неболь-
шой башєнки. Одна сторона ее завалилась, обра-
зовав откос,—единственное доступної для под'ьє-
ма місто,—оканчивавшийся в полутора метрах ни¬
же отвєсной .стени. Кестон подвел лошадь к откосу
и соскочил с неї. В- то- время как она понеслась
прочь, он вскарабкался на стену, сел и достал ре¬
вольвер.	,	■
IV.	Пес-спаситель
Минуту спустя стая с лаем ворвалась в рощу.
Зто били скореє волкоподобние собаки, менее кос-
матие и более длинноногиє, чем настояшне вол-
ни, и нєопрєдєлєнного цвєта. Но- никакой волк
никогда не бил столь грозен, как зти гигантскиє
ублюдки. Они не после до вали дальше1 за лоша’дью,
но направились прямо к развалинам и уселись во¬
круг них.
Кестон с любопитством оглядєл их, ожидая уви-
дєть старого своего- приятеля, чєрного волкодава.
Но- его не било среди них.
103

«Должно бить, погиб какцм-нибудь путем»,—по-
думал Кестон- .	.
Теперь он, мог держать хищников на расетрянии,
но на больше. Уйти от них он не мог, но и они
били слишком опитнь, чтобь лезть на револьвер
срадь бала дня. Кестон все-таки попиталс' випу¬
стить один заряд, но в тот самий міг, как он
спустілі курок, его мішень уже' иечезла за дере¬
вом- О-стальние оставались простими. зрителями,
даже не вздрогнув от вистрела. Било ясно, как
день, что они узнали в Кастоне виновника своїх
бед, и теперь рашилн взять его измором, либо ата-
ковать в темнота с наименьшим для сабя риском.
К счастью, Кеетрн бьл защищан от ерлнца осе-
нявшей развалину висркрй пальмой; вдобавок у
него имелась фляжка с водой и иемиргр пищи. Од-
нако к вечеру он уже жастоко страдал от жа'ждь.
В то же время ему казалось деприягинм, почому
Джафир Хан до сих пор не явился на виручку.
Ведь должна же бьла лошадь достигнуть лаге-
ря, если только не пала от изнаможання по путі.
Ему больше неоткуда било ждать ОРМРШИ- Если
не при дат	Хан, рано или поздно сон одо-
леат ого, и тогда: волкам натру дно будет еора-
ниться с ним. В втом не било никаного со-
мнення. Один раз ужа в. течаниє дня он на
міг забьлся и, в ужасе вскочив, увидал серого
зверя, приникшаго для прьжка- Випущанньй їм
заряд пролетел мимо, но винудил волка осту¬
пить и укриться за углом башенки.
104

Наконец, спустилась ночь. Кестон изнімог от
усталости, но не смел ей наддаваться. Он сгріб би¬
теє кирпичи, устроив себе как можно более неудоб-
ноє сиденце, и сіл с револьвером р рукє, слєдя за
светяш,имися точками, передсигавшнмнся попарно
в темноті. Нєсколько раз волки - питались застиг¬
нуть его врасплох, но каждий раз ему удавалось
отпугнуть их камнєм или вистрелом. Снова и снова
сон овладевал им, но ему удавалось побороть себя,
пока, наконец, желанний холодок зари не раз-
будил его окончатільно.
Он чувствовал себя измученним и разбитим, и
последний кусок хлеба и ніскюлькю- капель води
нисколько не оживили его. На пюмющь он больше
не надеялся и знал, что долго продержаться не
можєт.	,
Прошіл час. Вдруг он замєтил •дсиженне .среди
волков и на миг воспрянул духом, вообразив, что
они почуяли опасность. Но ніт, они, очевидно, до¬
жидались кого-то. Действительню, нєсколько ми-
нут спустя в рощу вошел, ковиляя, старий черний
волкодав. Он так хромал, что еле волочил ноги.
Следуя примеру остальних, он занял пост у
дерева, где ему покорно уступил місто- рослий,
черний с рижим волк. Затем, к великому изумле-
нию Кістона, старий волкодав отділился от де¬
рева и заковилял через полянку к развалине. Кестон
поднял било' револьвер, но, вспомнив свої обеща-
ниі, снова опустил его и окликнул пса. Тот наста-
вил уши, и виражение сснрєпюсти окюнчатIЛьню
105

исчезло из его глаз. С каким-то странним рьча-
нием, него визгом, он' впступил вперед и полаз
на развалину. Кестон взглянул на аго рану. Она
срвсем зажила, но задняя нога продолжала длохо
действовать. Ясно било, что старье члени не-скоро
могли прирбреети пражнюю гибкость.
—	Как же теперь, старина?—сказал Кесгон.—
Думаешь меня растерзать?
При звука его .голоса старий пес заскулил и по-
ставил лапь на верхушку стени. Кестон с минулу
поколебался, затеїи протянул руку и погрепал по-
седелую, покритую рубцями голову.
Пес попигался залаять. Он снова протянул го¬
лову за лаской, после' чего слез вниз и возирагил-
ся к своїм собратьям, тихо. повизгивая и ' подвьівая
на ходу.	і
Кестону в голову на приходило теперь стрелять.
Он весь бьл поглощан пррисхрдившей перед ним
сценой. Со всах сторон крематье волкоордобньIе
собаки сошлись к своєму вожаку, дожидавшомуся,
чтобь все с'обралїсь вокруг него. Тогоа он првер-
нулся к Кестону, еще раз залаял ,и, повернув, прочь,
повел всю. стаю вон из рощи.
—	Спасибо, старина!—]воскликнул, задьхаясь, Ке-
стон, и, чувсгвуя, что роаснрсть миновала, -сва-
лился на кирпичи, б^о^т^1 бь они били мягчайшим
ложем, и заснул крепким сном-
106

ЛОБО — ВЛАСТЕЛИН КУРРУМПО
Рассказ Сзтона Томпсона
I.	Лобо и его стая
Под названием Куррумпо известна обширная
скотоводческая область в сіверной части Новой
Мексики. Зто- край обильних пастбищ и ,много-
численних стад, край бегущих потоков, сливаю-
щихся, в конці концов, в рєке Куррумпо, которая
и дает имя всей стране. И властителем зтой страйк
бил старий сірий волк.
Старик Лобо, или король, как звали его мекси-
канци, бил вожаком замечательной волчиїй стаи,
хозяйничавшей в долине Куррумпо' в тIченнI дол-
гих лет. Все пастухи и скотоводи хорошо знали
его. Где би он ни показался со своим вірним
отрядом, ужас воцарялся среди скота- и гнев и
отчаяннI среди его владельцев.
Старий Лобо бил гигантом среди волков, а его
хитрость и сила не уступали его1 величині. Мест-
ние житєли хорошо' знали іго ночной вой, и легко
107

отличали его' от ГОЛЮСЮС его СЮпЛїМїНННКЛВ. Обик-
новенний волк мог вить по цілим часам Слиз¬
от лагєря скюговюда, обращая на себя лишь мимо-
літної вниманиі, но когда ;вдали ущелья проно¬
сились рискати глубокого рева старого Лобо, ка-
рауліщиком овладєвалю бєсоок.юйствю, и он
готовился к утру услихать о сервізних хищевиях
в стадах.	•
Стая Лобо била немногочислінна. У него име-
лось всего-навсего пять това^р^ищ^єй, зато почти
все они били крупнії обичного роста, в особен-
ности подначальний вожаку волк, бивший настоя-
щим гигантом. Все они пользовались исключитель-
ной славой. Особенно хороша била віликблепная,
почти совсем білая волчица, долучившая от мек¬
сиканців прлзсищє Бланки. Ні менее бил изве-
стен и волк Жілтий, ртличавшийся ніобикновен-
ной бистротой бега. Он бил мастер излавливать
для своїй стаи бистроногих антилоп.
Понятно, что зти волки хорошо- били известни
ковбоям и пастухам. Их так часто приходилось
видіть, а еще чаще слишать, что жизнь их тесно
сплелась с жизнью скютюсюдос, которне ради били
би уничтожить их. Ні било ни одного скотовла-
дельца в Куррумпо, не давшіго би' многих биков
за скальп любого волка из стаи Лобо.
Однако всі ухищрIння юхотникос оставались
безуспішними. Волки прєзирали всіх охотамков,
глумились над всякого рода отравой и пр^должали
уже в тічениі почти пяти лет взимать дань с
108

фермеров в размере, иние говорили, целой корови
в день. По атому расчету, они истребили не менее
двух тисяч отборнмх голов скота, ибо, как слишком
хорошо било известно, они вибирали в каждом
случае самих лучших.
Старое мнение, по которому волк всегда голо-
ден и потому готов єсть все, что попало, било
в данном случае далеко от истиньї, ибо зти четве-
роногие пиратн всегда били в теле и очень при-
виредливн в отношении едьі. Мало того, что они
не прикасались к животньїм, погибшим естествен-
ной смертью или от болезни, они даже одвертали
всякую добнчу, убитую рукой человека.
Их избранной ежедневной пищей бьівала лучшая
часть свежеубитой годовалой телки. Старими би¬
ками и коровами они пренебрегали, и хотя подчас
брали молодого теленка или жеребенка, однако
било ясно', что телята и конина отнюдь не их
любимая пиіца. Било также известно, что им не
по вкусу баранина, хотя они часто убивали овец
для забави.
Однажди ноябрьской ночью Бланка с Желтьім
зарезали двадцать пять овец по всем признакам
ради одной забави и не сьели ни одной унции
их мяса.
Можно било би привести много примеров спу¬
стошений, производимьіх разрушительной стаей.
Кажднй год пускались в ход новьіе средстваї
для уничтожения волков, но они продолжали жить
и благоденствовать, вопреки всем усилиям своих
109

враго^ За голову Лобо- била назначена большая
награда, и ему предлагалась страва в десятках
утонченних видов, но он всегда замечал и избегал
ее. Одного только он боялся—югнестрїльнюгю ору-
жия, и, хорошо зная, что все мєстниє житіли
снабжени им, всегда избегал встречи с челосекюм.
Вся стая бесорекюслосню повиновалась правилу—
немедленно ударяться в бегство, увидів человека
днем, как би далеко' он ни находился. Привичка
Лобо позволять стає єсть , только убитих ими са¬
мими животних не раз бивала її спасеннем; а чут-
кость его носа, тотчас оодмечасшегю признаки че-
ллсіческюго орикосносення ,или отрави, іще уве-
личивала ату безопасность.
Как-то раз один из ковбоїв услихал чересчур
знакомий вой старого Лобо и, юстюрюжню подирав¬
шись, застал стаю Куррумпо- в ложбине, где она
окружила небольшое стадо коров. Лобо- сидел от-
дільно, на пригорне, в то время как Бланка с
юстальнь1ми питались отрезать от стада' ранєнную
ими молодую корову; но скот стоял плотной мас-
сой, головами наружу, и подставлял врагу нєпре-
ривний ряд .рогов, лишь изредка проривавшийся,
когда одна из коров, испуганная новим випадом
со сторони волков, старалась попятиться в центр
стада.
Только пользуясь зтими минутими пірірива, вол-
кам удавалось ранить корову, хотя ни одна' из них
еще ні вишла из строя.
110

Наконец, Лобо, виведенний, невидимому, из тер-
пения своими товаришами, оставил позицию па
холме и с глухим ревом бросился к стаду. Испу-
ганние ряди распались перед его- натиском, и он
вторгся в середину их. Скот бризнул во все сто¬
рони, как осколки взорвавшейся бомби. Избранная
жертва также бросилась прочь, но1 она не сделала
и двадцяти пяти ярдов, как Лобо настиг оо;
Схватив ее за шею, он грузно свалил ее с ног.
Толчок бил так силен, что' телка перекувирнулась
через голову. Лобо- также проделал сальтомортале,
но номєдлонно вскочил на ноги, и подоспевшие
помощники покончили с телкой в несколько секунд.
Наблюдавший за волками человек двинулся к
ним вскачь с громким криком. Волки по обикно-
вению удалились, и ковбой, запасшийся стрихни-
ном, живо наложил яду в трех мостах туши телки,
затем убрался во-свояси, зная, что волки возвра-
тятся для оди, так как животное било1 убито ими
самими. Но когда он на следующее утро возвра-
тился за ожидаемими жертвами, сказалось, что,
хотя волки и стели телку,- однако тщательно ви¬
брали и отбросили все отравленние части.
Страх, нагоняемий большим волком на ското-
водов, рос с каждим годом, и с каждим годом
награда, назначенная за его голову росла, пока
не достигла, наконец, тисячи долларов—поистине
баснословной цени для волка.
Привлеченний обещанной наградой, в- ущелье
Куррумпо прискакал однажди техасский волчатник
111

Таннерій. Он бил снаряжен как нельзя лучше для
волчьей охоти. У него била первоклассная лошадь,
ружье и свора огромних волкодавов. В дальних
равнинах Техаса он и его пси затравили ні одного
волка, и он нисколько не сомневался, что по про-
шіствии нескольких дней скальп старого Лобо
будет болтаться на его сідлі.
Он бодро пустился на ловлю на рассвете лєт-
ніго утра, и скоро его большиї собаки весело
подали голос, извещая, что напали на слід добичи.
За две мили они уже увидели стаю Куррумпо,
и погоня .стала бистрой и яростной. Волкодави
предназначались для того только, чтоби задер¬
жать волков до тєх пор, пока охотник Ве подосюїет
и ні перестреляет их, что бивало нетрудно в от-
критих равнинах Техаса.
Но здесь обнаружилась новая особенность мєст-
ности, показавшая, как искусно Лобо избрал свої
поле дійствий: равнини пересекаются здесь во
всіх наораслениях скалистими ущелшями Кур-
румпо.
Старий волк тотчас же направился к ближай-
шему из них и, перебравшись по ту его' сторону,
избавился от глаз юхотннка. Стая его' затем рас-
сеялась, рассіяв тім самим собак, и, когда они
вновь ■соїдинились в отдаленном месте, само собой
разумєется, не всі собаки оказались налицо. Вол-
ки же обратились на своих преслідователей и уби¬
ли многих из них.
112

Когда Таннерей вечором стал скликать своих
волкодавов, только шесть сказались налицо, и двое
из зтих шести в страшних ранах.
Охотник сделал еще дво попитки завоевать
скальп Лобо, но обе били неудачни, а в последний
раз лучшая -его лошадь разбилась насмерть в горах ;
после атого он в унинии отказался от охоти и
возвратился в Техас, попрожнему оставляя Лобо
бичом Куррумпо,
На следующий год явились два других охот¬
ника, решивших заслужить заманчивую награду.
Но их искусно составлонньїе яди не подейство-
вали на седого- губителя. Попрежнему совершались
его ожедневние обходи и ожедневние пири, и не
прошло нескольких недель, как оба охотника в- от-
чаянии махнули руками и отправились охотиться
в других краях.
Весной, после' своей неудачной попитки покон-
чить с Лобо, мостний фермер Джо Колон получил
унизитольний урок, доказавший ему, что' большой
волк попросту презирал своих врагов и питал бес-
конечную уверенность в себе.
Ферма Колона била расположена на небольшом
притоко Куррумпо, в живописном ущельи, и среди
утесов атого самого- ущелья, в какой-нибудь ти¬
сячо ярдов от дома, старик Лобо- и его подруга
устроили себе логовищо и воспитали детонишей.
Здесь они прожили все- ДОТО, истребляя коров,
овец и собак Джо и издеваясь над всоми ого
ядами и капканами, надежно защищенние кедрами
8	Волки
113

скалистих піщер, в то время как Джо тщетнб
ломал себе голову, стараясь измислить способи
викурить их оттуда или вижить динамитом.
— Вот где он прожил' все лето,—говорил Джо,
указивая на каменистий утес,—и я не мог ничего
с ним сдєлать. Я бил перед ним дурак дураком.
II.	Хитрость старого Лобо
Зти расскази, пірідаваїмие ковбоями, внушали
мне мало вери до тех пор, пока я сам осінью того
же года не познакомился с лукавим мародером,
после чего узнал его более лснюсательно, чем кто
би то ни било другой. За несколько лет до того
я вел жизнь волчатника, но по-днеї род млнх за-
нятий изменился, приковав меня к нінавистной
душной конторе.
Давно уже міня тануло к вольной жизни, и когда
один мой приятель, фермер' из Куррумпо, пригласил
меня в Новую Мексику попитать счастья с хищни-
ческой стаей, я охото принял приглашінне и по-
спешил прибить во владение Лобо для скорейшего
знакомства с ним.
Первие дни били пюссящєни разніздам с целью
ознакомления с меотностью, и время от времіни
мой проводних указивал на труп корови, орнгова-
ривая: «Зто он тут потрудился».
Мне стало вполві ясно, что- в зтой камінистой
мі’отнюсти ненею- и думать о пріследлваннн Лобо
с лошадьми и борзими, и єдансівінним средством
114

борьби оставались отрава и капкани. В данное
время у нас не имолось достаточно крупних кап-
канов, повтому я принялся за дело с отравой.
Здось не приходится входить в подробности
сотни ухищрений, пущенних мной в ход против
Лобо: не било’ ни одной комбинации стрихнина,
мишьяка, синильной кислоти, к которой я би ни
прибегнул, не било ни одного- сорта мяса, кото-
рого би я ни избирал для приманки, но’ день
за днем, когда я являлся узнать о результате, при-
ходилось убеждаться в тщетности всох моих уси-
лий. Старий Лобо- бил куда хитрее моня.
Приводу только один пример- в доказательство
его изворотливости. По- - совету одного- старого вол-
чатника я распустил номн-ого сира вместе с пече-
ночним жиром только- что убитой телки, причом
резал мясо костяним ножом и растопил его в фар-
форовой посуде во- избожанио запаха металла.
Когда смесь остила, я нарезал оо кусками и, про-
делав в каждом куске по отверстию, начинил их
обильной дозой стрихнина и цианистого- калия,
вложенних в непропускающую запах облатку, и
в завершение всего замазал отворстие тем же сиром.
Во все время отой опорации я но снимал порчаток,
вимоченних в теплой крови толки, и даже избегал
дишать на приманку.	■
Когда все било’ готово, я положил заготовленное
в замазанний кровью мешок из сиромятной кожи и
отправился верхом, волоча за собой на веревке говя-
жью печень и почни. С отими приспособлениями
8
115

Я описал круг в десять миль, бросая через кар¬
дне четверть мили по куску приманки и попреж-
нему избегая припасаться к ней руками.
Лобо обьїкновенно ПОЯВЛЯЙСЯ в. зтой местности
в начале каждой недели, проводя остальние дни
ее, как полатали, у подножья Сиеррьі-Гранде. Дело
бьіло в понедельник, и, собираясь повернуть во-
свояси, я усльїхал его густой бас. При зтих звуках
один из ковбоев кратко заметил:
— Вот он; посмотрим, что1 будет?
На следуюіцее утро я поспешил в обход, горя
нетерпением узнать о результате. Вскоре мне по-
встречался след хищников, с Лобо во главе,—его
нетрудно бьіло отличить от других. След передней
лапьі обьїкновенного волка равняется четьірем дюй¬
мам, крупного волка—четьірем и трем четвертям,
но след Лобо, перемеренньїй нами много раз, до-
стигал от пятки до когтей пяти дюймов с поло-
виной; позднее я убедился, что остальние его раз-
мерьі соответствовали ступне, ибо в нем бьіло три
фута вьіщиньї, смеривая до верха плеча, и весил
он сто пятьдесят фунтов. Таким образом, всегда
легко бьіло вьіискать его след, хотя бьі и пере-
путанньїй со следами его стан.
Последняя живо почуяла, где я волочил мясо,
и, как водится, двинулась по следу. Мне удалось
по следам рассмотреть, что Лобо подошел к первой
приманко и поднял ее с земли.
Тут я не мог скрьгть своего восторга.
116

— Попался,	—воскликнул я.—Не даль¬
ше, чом через милю ми найдем' ого- боздиханное
толо.	'
И я вскачь понесся дальше, не- сводя жадних глаз
с отпечатка широких лап на пили. Они довели
меня до места второй приманки,—и ота тоже ис-
чезла. Как я ликовал! Теперь он мой, да еще,
пожалуй, несколько других волков в. придачу.
Но -след широкой лапи все- не исчезал с дороги,
и, сколько я ни поднимался на стременах и ни
осматривал окрестность, не било- видно- околевшего
волка. Я поехал дальше- и удостоверился, что
третья приманка также исчезла, и след Лобо- вел
к четвертей. Здесь я узнай, что он но проглотил
ни одной из них, а всего лишь унес их в пасти.
Взгромоздив тогда все четире в- кучу, он о-сквер-
нил их способом, ясно виражавшим полное пре-
зрение к моим ухищрениям. Вслед за тем он свер-
нул с продоланного мною слода и отправился по
своим долам вместе с так бдитольно охраняемой
им стаой.	,	,
Зтот случай лишь один из немногих, убедив-
ших меня, что- отравой мне никогда не одолеть
разбойника, и, хотя я продолжал разбрасивать оо
в ожидшгии каикапов, ато долалось сдин<стр^снпо
для прочих волчьих стай прории.
В точенио атого вромени мно -пришлюсь наблюдать
интересний случай. Волки его стаи нередко про¬
давались занятию, имевшему единственной цолью
117

развлечение: ато било спугивание и умерщвление
овец, которих они почти никогда' не ели.
Овци обикновенно содержатся стадами от одной
до трех тисяч под надзором одного или нескольких
пастухов. На ночь их сгоняют в наиболее защи-
щенное место нюсоседству, и в каждом конце
стада ночует по человеку для большей безопас-
ности. Овци настолько бестолкови, что готови
бросаться куда попало от самого' безобидного пу-
стяка, но зато в их природе прочно вкоренился
один—и, бить может, только атот один инстинкт,
а именно: не отставать от вожака.
Пастухи обращают на ' пользу атот инстинкт,
снабжая каждое стадо овец полудюжиной козлов.
Овць признают превосходство ума своих борода¬
тих братьев и в случае ночной тревоги обикно-
венно есбир'аютея вокруг них, чем спасаются от
последствий паники. I
Тем не менее, ато не всегда кончается добром.
Однажди ночью, в конце ноября, два пастуха
в Першш били разбуженьї нападением волков.
Их стада сбились вокруг козлов; последние же,
не будучи малодушними, твердо стояли на месте,
готовясь к отвору; но уви! не простой волк вел
ату атаку. Старий Лобо знал не хуже пастухов,
что вся духовная сила стада в козлах; поато-
му, поспешно пробежав- по спинам тесно скучен-
них овец, он направился на вожаков, перерезал
их в несколько мгповений и вскоре разогнал
118

-»обезумевших овец в- тисячо различних напра¬
влений.
В течение долгих недоль после атого ко мне
почти -ежедаовно приходил какой-нибудь озабочен-
ний пастух со словами:
— Не встречались ли вам на-днях разбредшиеся
овци клейма «ОТО»?
И почти всегда- приходилось отвочать утвер-
дительно:	'	! 'і
— Да, я наткнулся на пять или ішесть труп-ов
у Источников Брильянтов.
Или же:
— Мне попалась небольшая гурьба бегущих
овец на лугу Мальпай.
Или ещо:
— Нет, по Хуан Мейра видал около двадцяти
свежезарезанних у подножья кедрового холма два
дня назад.
Наконоц, прибили волчьи капкани; я работал
целую недолю с двумя помощниками, пока привел
их в надлежащий вид. Ми не- жалели никаного
труда: я пользовался всеми ухищрениями, спо-
собними увеличить шанси на успех.
На второй день после расстановки капканов я
сдолал обьезд и вскоре напад на след Лобо, вед-
ший от одного капкана к другому. На пили ясно
можно било- прочесть повесть его ночних проделок.
Он спокойно бежал рисцой в темното, как вдруг
подметил первий, тщательно- запрятанний капкан'.
Приостановив дальнейший бег стаи, он осторожно
119

стал разгребать вокруг землю, пока не обнажил
капкана, цепи и бревна, затем, следуя дальше, он
проделал то же с полдюжиной дргих капканов.
Вскоре я рассмотрел, что он оетапавливаетея
и сворачивает в; сторону, как только замечает
подозрительние признаки на тропе, и тотчас же
у меня родился новий план, как перехитрить его.
Я поставил капкани в форме «Н», то есть по одному
ряду капканов по каждой стороне тропи и один
капкан на самой тропе в' качестве перекладини
для «Н». ,	,
Недолго пришлось мне ждать, чтоби убедиться
в новой неудаче. Лобо явился рисцон вдоль по
тропе и вступил уже между двух параллельних
рядов капкана, когда заметил поперечний. Однако
он во-вреімя оетановилея, и как он почуял, в чем
суть,—не не могу сказать, но, как би то ни било, он
не повернулся ни на шаг ни вправо, ни влево,
а медленно и оеторожно поп^тился по собственним
следам, ставя каждую лапу на прежний ее след,
пока не миновал опасного места.
Завернув тогда с обратной сторони, он стал
скрести камни и глиби земли задними ногами,
пока не спустил всех капканов один за другим.
Зто он проделивал не один раз, и, сколько я ни
разнообразил приемов и ни удваивал предоетсрож-
ностей, мн^е ни разу не удалось обмануть его. Разум
•ееч) никогда не' дремал. Он так би и продолжал
свою разбойничью деятельность до сего дня, если
би не ' злополучний союз.
120

III.	Гибель Лобо
Раза два или три мне приходилось замочать,
что не все- идот на лад в стао Куррумпо. Ясно1 било-,
что в нее вкрался какой-то беспорядок; так, на-
пример, временами ясно виделся- след небольшого
волка, бегущего впереди вожака, чего, я не мог
понять, пока один из ковбоев но- надоумил меня.
—	Я видол их сегодня,—сказал он,—и тот, что
отбивается от стан,—Бланка.
Тут я понял в чем дело.
—	Теперь я, на-верж», знаю,—сказал я,—что Б-лан-
ка—волчица. Когда би ато затеял проделивать
самец, Лобо не задумался би покончить с ним.
Зто навело- меня на новую мисль. Я зарезал
телку и о-бставил ее труп бросающимися в- глаза
капканами. Отрубив ее голову, которая считается
отбросом, недостойним вниман-ия волка, я положил
ее немного поодаль и приладил- по- бокам два мощ-
них стальних капкана, как слодуот вивотренних
от всякого запаха и чрезвичайно- тщательно запря-
танних.
Во время приготовления мои руки, обувь и одо-
жда били вимазани кровью, затом я обризгал
кровью и землю—как будто- она витекла из го¬
лови—и, закопав капкани, обмахнул поверхность
земли шкурой кайота и надолал много- следов-
лапкой того же животного поверх заритих капка-
нов. Голова била расположена таким образом, что
оставался узкий проход между ней и росшим
121

поблизости кустаржиксмі, и в атом проходе я и по-
местил два лучших своих капкана, прикрепив их
к самой голово.
У волков в обичае приближаться для осм-отра
каждой падали, которую они чуют, хотя би они
и не намеревались истреблять -ее, и я надеялся, что
зтот обичай подв-едет стаю Куррумпо под грозу
моей посл-едней видумки. Я не сомні^:вался, что
Лобо догадается о моей работе над тушей и не-
позволит стае приблизиться к ней. Надежди мои
соср'едоточились на голове, имевшей такой вид,
словно она била отброшена в сторону как. бес-
полезная.	;	<	>
На следующее утро я отправился осматривать
капкани, и—о, радость,—вот и следи стаи, а го¬
лови с капканом как не бивало. Поспешний обзор
следа показал, что- Лобо удержал стаю от обню-
хивания туши, но что один небсльшогс роста волк
отдел|илея от прочих, чтоби осмотреть голову,
и сразу попал в один из капканов.
Міг двинулись по следу и, не проехав и мили,
убедились, что зтим злополучним волком била
Бланка. Тем не менее, она удалялась галопом и,
хотя и- -обремененная головой, весившей не менее
пятидесяти. фунтов, легко опередила моего това-
рища, которий шел пешком. Но ми настигли ее
у скал, ибо рога корови зацепились за камни и
крепко держали ее. Я никогда не видивал более
красивого волка. - Шкура Бланки била в превос-
ходном виде и почти - совершеппо белая.
122

Она повернулась к нам для боя и попустила
протяжний прйзнвний вой своего племони, гулко
прокатавшийся вдоль по ущелью. Издали над рав-
ниной пронесся низкий раскат—ответний крик ста¬
рого Лобо.
Тут последовала неизбожная развязка. Каждий
из нас набросил лассо на шею. приговоренной
волчице, после чего' ми погнали лошадой в- разние
сторони; кровь хлинула из ее пасти, глаза по-
тускноли, члени витянулись, затом бессильно- по¬
никли. Ми отправились во-свояси с мортвой вол-
чицой, радуясь первому смертельному удару, кото-
рий нам удалось нанести стае- Куррумпо.
В промежутках борьби и во- время обратного
пути нам все- слишался рев Лобо, блуждавшего
по отдаленной равнине, как би в. поисках за Блан¬
ком. Он не хотол покидать ее, но-, зная, что ему
ое все равно- но спасти, поноволе отступил перед
неискоренонним страхом огнострельного оружия.
Весь атот донь ми слишали ого- жалобний вой,
и я, наконец, сказал одному из ковбоев.:
— Топерь я больше не сомневаюсь, что1 Бланка
била ого подругой.
К вечору он, казалось, приблизился. к нашому
ущелью, ибо голос его звучал всо ближе. Теперь
в нем различался носомнонний оттонок почали.
То но бил больше громкий визивдющий ров, но
протяжний жалобний вой.
Когда же спустилась ночь, я замотил, что он
находится невдалоке от - места, где ми настигли
123

волчицу. Наконец, он, повидимому, напал на след
и, когда достиг того' места, где ми покончили с
ней, жутко било слушать его вой.
Затем он разнюхал след лошадей и последовал
за ним к ранчо. За воротами он застал нашу не-
ечастпую стороженую собаку и разорвал ее на
части.	.	:
На зтот раз он, очевидно, пришел один: по-
утру я нашел один единстве^нний след, и видно
било, что он несся в еовершенно не свойственной
ему опрометчивой скачке. Я отчасти рассчитивал
на ато и наставил добавочних капканов в- разних
местах пастбища. Втоследствии я увидел, что он-
таки попался в один из них, но сила его била
такова, что он вирвался на волю и сбросил его
долой. .а
Я рассчитивал, что он будет продолжать рискать
по-ооседству, пока не найдет хотя би труп Блан¬
ки, позтому направил всю свою знергию на' его
захват, пока он не успел оставить нашего со-
седства и одержим еще зтим тревожним настрое-
нием. Тут я понял, какой ошибкой било убить
Бланку. Употребив ее в- качестве живой приманки,
я поймал би его в- первую же ночь.
Я собрал все капкани, какие только мог,—сто
тридцать крепких стальних волчьих капканов,—
и расставил их по четире на каждой из тропок,
сходящихся у каньона; каждий капкан бил от-
дельно прикреплен к бревну, и каждое бревно
отдельно закопано, Заривая их, я аккуратно
124

Глазам моим предстал Лобо, король Куррумпо, скованньїй
стальними тисками капканов...

снимал дерн и складьвал каждьй комок вьбранной
земли на брезент. Таким образом, когда все бьло
сделано и дерн заложен обратно, глаз не мог
уловить никаких признаков дела человеческих рук.
Запрятав капкан, я проволок труп бедной Блан¬
ки по каждому месту, обведя кольцом весь ранг,
и в заключение отнял у нее одну лапу и наделал
ею ряд следов над каждим капканом. Словом,
я пустил в ход все известнье мне уловки и предо-
сторожности и поздно- вечером удалился дожи¬
даться последствий.
Один раз в течение ночи мае полудилось, что
я сльшу старого Лобо, но я не бьл в том уве-
рен. На следующий день я отправился в об-ьезд,
но вечер настал прежде, чем я успел обогнуть
северное ущелье, и пришлось вернуться ни с чем.
За ужином один из ковбоев сказал:
— Утром скот поднял большую возню в се-
верном каньоне,— не попалось ли что- в капкани?
Бьло уже далеко за полдень, когда я на сле¬
дующий день достиг указанного места. При моем
приближении с земли поднялась большая серая
фигура, тщетно пьтаясь вирваться на волю, и
глазам моим предстал Лобо, король Куррумпо,
скованньй тисками капканов.	■
Бедньй старий герой! Он не переставал искать
свою подругу и, когда нашел след, проложенньй
ее телом, опрометчиво бросился за ним и попал
в подстроенную ему ловушку. Здесь он лежал
в железньх челюстях всех четьрех капканов. Лобо
127

пролежал здесь два дня и две ночи и оконча-
тельно вибился из сил, пориваясь на волю.
Тем не менее, когда я приблизился к нему, он
встал, ощетинился и, возвисив голос, потряс в
последний раз стени ущелья глубоким низким ре¬
вом, призивним зовом его' стаи. Но^ некому било
ему ответить, и он пов.ернулся, собрав. все свои
сили, и отчаянно рванулся, стараясь схватить меня.
Но каждий капкан бьіл мертвим	фунтов
в. триста, и в его безжалостних тисках, с лапами,
сжатими стальними челюстями, и с перепутанними
между собой тяжелими бревнами и цепями, он
бил совершенно беспомощен, и только его боль-
шие клики скрежетали по жестким цепям.
Когда же я отважился прикоснуться к нему ство¬
лом винтовки, он оставил на нем борозди, моторне
сохранились и понине. Глаза его' позеленели от
ненависти и злоби, челюсти громко щелкнули. Но
он ослабел от' голода, усилий и потери крови и вско-
ре снова ,в изнеможении опустился на землю.
Я размахнулся лассо, со- свистом взвившимся
над его головой. Но он далеко еще не покорился,
и не успела гибкая петля опуститься ему на шею,
как он ухватил зубами веревку и мигом рассек
ее жесткие пряди, упавшие двумя кусками к его
ногам.	і '	•
Разумеется, мне оставалась еще- винтовка, но' не
хотелось портить его шкури, позтому я поска¬
кала обратно в лагерь и возвратился с ковбоем
и запасним лассо. Ми швирнули своей жертве
128

палку, которую он схватил зубами, и не успел он
ее отбросить, как наши лассо уже засвистали в воз-
духе и охватили его цією.
Но прежде чем свет погас в его свирепьіх гла-
зах, я вдруг крикнул: «Погоди, не станем убивать
его, а возьмем живьем». Он уже настоянко осла-
бел, что нам бьіло легко просунуть ему толстую
палку в паств, задвинуть ее за кльїки, затем свя-
зать челюсти прочной веревкой,. также прикре-
пленной к палке. Палка задерживала веревку, ве-
ревка—палку, что делало его вполне безопасньїм.
Почувствовав своя челюсти связанньїми, он пе-
рестал сопротивляться и, не издавая ни звука,
спокойно и прямо смотрел на нас. И с отих пор
перестал обращать на нас внимание.
Мьі належно связали -ему ноги, но он ни разу
не заворчал, не застонал и не повернул головні.
Затем мьі .соеданенньїми силами с трудом взгромоз-
дили его іна лошадь. Дьіхание его звучало ровно,
как во існе, и глаза снова бьіли ясньї и блестящи,
но не ісмотр-ели на нас.
Они смотрели на разворачивавшуюся вдали до¬
лину, где .осталась его разбросанная стая. И он
все продолжал смотреть,—до тех пор, пока лошадь
не спустилась п-о тропинке в ущелье и скальї не
заслонили от него пространства.
Медленно передвигаясь, мьі благополучно до¬
стигли ранчо и, снабдив волка ошейником и креп-
кой цепью, привязали его на пастбище и освобо
дили от веревок.
9 Волки,
129

Я поставил перед ним води и мяса, но он не
смотрел на них. Он лежал спокойно. на груди,
вперив стойкие желтие глаза мимо меня, через
вход в ущелье, туда, в откритие равнини, его
равнини, не двигая ни одним мускулом, когда я
прикасался к нему. Когда солнце зашло, он все
еще продолжал всматриваться в. прерию. Я думал,
что он .станет призивать свою стаю с прихо¬
дом ночи и приготовился к встрече, но он уже
звал однажди в минуту отчаяния, и никто не
пришел к дему.
Когда настало утро*, он все- еще лежал в позе
безмятежного покоя, .с неуязвленним телом, но
лишенний жизни,—старий Лобо бил мертв.
Я снял день с его шеи, и один из ковбоев помог
мне свести его под навес, где лежали останки
Бланки...
130

ЛИКИ ЗВЕРИНЬІЕ
15 сборников необьічайньїх рассказов из
жизни домашних и диких животньїх
ПОД РЕДАКЦИЕЙ ВЛ. А. ПОПОВА
Все книги в красочньїх художсственнхх об-
ложках и с рисунками худ. В. Ватагина
ОБЕЗЬЯНЬ!
Обезьяньї. Очерк (по Б р з м у). — Оранг-спаситель. Рассказ
А. X у б л о н а,—Гора павианов. Рассказ Мортимера Б а т-
тена.—Храм обезьян. Рассказ Томпсона Кросе а.—
Обезьяна шарманщика. Рассказ из нью-йоркской жизни Бер¬
ім а н а Шеф а у з р а. — Горилла на корабле. Морской рас¬
сказ кап. Фурга.— Господин леса. Рассказ из жизни даяков
острова Борнео Морица Зр стер а.—Беглец Беппо. При-
ключения ручной обезьянм.—Среди „лесньїх людей". Рассказ
из жизни человекообразних обезьян Р о н и.	.
СЛОНЬІ
Слони. Очерк (по Браму).—Танец слонов. Из жизни индий-
ских рабочих слонов. Рассказ Кип линга . — Слон Юмбо.
Приключения африканского слона. Рассказ В л. Алешина.—•
Слон Рванье уши. Приключения дикого индийского слона.
Рассказ А. X у б л о н а.—Слон-мятежник. Из жизни индийского
рабочего слона. Рассказ Кипаині’——Москввский слоненок
Баби. Из носпоминаний В л. Л. Д у р о в а.—Грозний отшель-
ник. Из жизни дикого индийского слона. Рассказ М. А л а з а н-
ц е в а. •—Ловля диких слонов. Приключения америикаеккго
траппера Чарльса Майера.
СОБАКИ
Собаки. . Очерк (по Б р а м у).—Пятнистьій. Рассказ из жизни
пожарной собаки Ллойда Вили с.—Бультерьер Снзп. Рас¬
сказ Сатона Т о м п о н на,—Аяясская собака Волк. Рассказ
Джека Лондон а.—Бонами. Рассказ Джепстера Ог л.—.
Цера. Рассказ Леона Фрапье . — Бек. Рассказ Джека
Лондон а.—Зонни и Кид. Рассказ Чарльса Робертс а.—
Майк. Рассказ. из жизни аскимосской собаки.— Грозная стая.
Рассказ Гордо на Кассерли.

кошки
Кошки. Очерк (по Б р з м у).—Кот-Робинзон. Рассказ Ф. М а р-
за.— Трущобная кошка. Рассказ С ато на Томпсона.—
Дикая кошка. Рассказ А. Калинина.—Безумство храбрьіх.
Истинное происшествие.—Кот Фараон. Рассказ Ф. Мар з а.-—
Боцман. Рассказ о замечательном корабельном коте М. Де-
Мара.
ТИГРИ
Тигрь. Очерк (по Б р з м у). — Полосатьій лорд джунглей.
Рассказ из жизни индийских лесов А. X у б л о н а.—Как я вьіу-
дил тигра. Рассказ Д. Кроутфорда. — Тигр Голубой
Сопки. Манчжурский рассказ Б. Скубенко-Яблонов-
с к ■ о г о,—Тигровая осада. Рассказ То маса Трипа.—Впа¬
сти тигра. Индусская новелла Сарат Кумар Гіоша.—
Тигр из Тантанольї. Рассказ Дональда Маклина.—Сам-
сон и Далила. Рассказ Рони Тевенена . — Желтий глаз.
Туркестанский рассказ А. Р о м а н о в с к о г о.— Єдиноборство
с тигром. Рассказ М. Батенина.
ЛЬВЬІ
Львьі. Очерк (по Б р з м у). — „Господин пустини". Рассказ
В. И. Немировича - Данченк о.—О трех львах. Рассказ
Райдера Хаггард а,—Лев Саладин. Рассказ Франка С е-
в и л я.—Игрушка львицьі. Рассказ М. А л а занцев а.—Ночь
мести. Рассказ Е. Лентона.—Лев Цезарь. Из жизни циркового
льва. Рассказ Оливера Фокса. — Львиная ночь. Рассказ
д-ра Елисеева.—У львиного водопоя. Рассказ охотника на
львов Стюарта У а й т.
ЛИСИ
Лисі. Очерк (по Б р з м у).—Лиса браконьера. Рассказ Л у и
Пер го.—Лиса-капканщица. Рассказ Дейне Кулидж.—
Лисята Зтьенна. Рассказ Д. Френсис
лиса. Рассказ С ато на Т о м п с о н а,—Лисьи ферми. Очерк
о разведении лисицл—Рейнеке-лис. Рассказ X. Он руд.— Се-
ребристая лиса. Рассказ Сатона Томпсона.
МЕДВЕДИ
Медведи. Очерк (по Браму). — На перегонки со смертью.
Рассказ Чарльса Робертса. — Игра в прятки. Рассказ
Чарльса Робертса. — Медведь в сетях. Приключчнич
охотника на медведей в Каалфоонеи.■——Іеддежонок-муравьед.
Рассказ Мортимера Баттен а.—Приключения полярного
медведя. Рассказ С е й л ор а.— МРднрдь-спнситель. Рассказ
Чарльса Робертса.—Между лавиной и медведем. Прик-
лючение в Скалистих горах.—У тюлрньрй отдушинм. Рассказ
Чарльса Робертса. — Медвежонок стрелочник. Рассказ
Мортимера Баттен а.
ВОЛКИ
Волки. Очерк (по Б р з м у).—Серьій волчонок. Рассказ Д ж е-
ка Лондон а.—Волчий вождь. Рассказ Джона Мзкк и.—
Волк—приемьіш отшельника. Канадский рассказ С. Блака.—
Бешений волк. Рассказ Н. Р а г о з а.—Одинокий разведчик.
Рассказ Ф. М а р з а.—Волки-призраки. Рассказ из жизии ин-
дийских джунглей А. X у б л о н а.—Лобо—властелин Куррум-
по. Рассказ Сзтона Томпсона.
КРЬІСЬІ
Криси. Очерк (по Б р з м у).—Слепьіе криси. Рассказ Ф. М а р-
з а.—Ліеждународньїй враг. Из истории борьби чрловркн с
крисами.—Сумчатая криса. Рассказ Сзтона Томпсон а.—
Похождения бурой криси. Рассказ Чарльса Робертс а.—,
Черная криса.—Рассказ Ф. М а р з а.—Крьіса и неизвестньїй.
Рассказ Ф. Мараа.—Война в лесном болоте. Рассказ
Ф. М а р з а.—Похождения окопной криси. Рассказ Ф. Марза.
ЛОСИ
Лоси. Очерк (по Б р з м у).—Лось-великан. Рассказ Ч а рл ьса
Р о б е р т с а.-—За белим лосем. Рассказ Мортимера Б а т-
тен а. — Необичайний гость. Рассказ Чарльса Робет-
с а.—Рогатий вор. Рассказ А. Б а р ч ен к о.—Длиннобородий
и широкоротий. Рассказ о русских лосях С. Покровско-
го.—Лесное братство. Рассказ А. Г ер б е р та,—Лоси-бегле-
ци. Рассказ Чарльса Ргбертсн-
ОЛЕНИ
Олени. Очерк (по Б р а м у).—В стаде диких карибу. Рассказ
из жизни в канадских лесах Чарльса Р о б е р т с а.-Лесная
встреча. Рассказ Чарльса Робертса. — Поездка на се-
верних оленях. Рассказ К.Гакман. — По следам Оленя
Песчанвгв Холма. Рассказ Сзтона Томпсон а.—Вистрел
состраданин. Рассказ Б. С к у б е н к о-Я б л о н о в с к о г о.—
Два карибу. Рассказ ЧарльсаРобертс а.—Приключения
семьи косуль. Рассказ Ч. Б е нсус а н а,— Бой у источника.
Рассказ Чарльса Робертса.

БИЗОНЬ
Бики. Очерк (по Брам у).—Полледний бизон. Очерк Чарль¬
са Робертс а.— Бизон—решитель судьбьі. Рассказ М з р и
М а к к и н г.—Всем чужой. Рассказ Чарльса Р оберте а. —
Страшний зверь. Рассказ Г. Б ар сто ф.— Братья по ярму.
Рассказ Чарльса Робертса.—Встреча с тибетским яком.
Рассказ Д. Рида.—Последняя великая ловля бизон ов. Рас¬
сказ Ф р ч д ч р и к аТал б о т а.—Бичок снежньїх пустьінь.
Рассказ из жизни мускусньх бьков Чарльса Робертса.
ОСЛИ
Осльї. Очерк (по Б р з м у).—Три осла в Пиренеях. Рассказ
Лео Уальмсле й.—Длинноухая актриса. Рассказ Л. В и л ь-
ямс а.—Осел Упайдулльї. Рассказ А. С ь т и н а.—Осел, возне-
навидевший рабство. Рассказ 3. Сквайр а.—Удивитель-
ньій осел. Рассказ Жирарднаа.—Оллица Джаннет. Рас¬
сказ Дзен Грей.
КОНИ
Кони. Очерк (по Б р з м у).—Вороной Скалистьіх гор. Рассказ
Е. М и л л ь с.—Укрощение строптиеих. Рассказ Г. Б е н н о.—
Жеребенок-Робинзон. Рассказ Чарльса Роб ер тс а.—
Упрямая скотина. Рассказ Ганса О її руд а. — Вихрь сте-
пей. Рассказ А. Даурского . — Шахтенньїй конь. Рассказ
Черкасенк о,—Морской конь. Рассказ Чар ли Д ж а к с о на.

*

■Иі

Адрес Издательства (Правление):
Москва, Варварка, Псковский пер., 7.
Центральний Книжний Склад:
Москва, Лубянский Пассаж, помещ. 25—30
КАТАЛОГИ по требованию БЕСПЛАТНО