АРИАДНА ЭФРОН

СТРАН И Ц Ы
ВО СПО М И Н АН И Й

Издательство

ЛЕВ

АРИАДНА ЭФРОН

СТРАНИЦЫ
ВОСПОМИНАНИЙ

LEV
85.Rue Rambuteau
75001 Paris

Страницы воспоминаний» взяты из журналов «Литературная Армения» (№ 8, 1967 г.),
Звезда» (№ № 3, 6 за 1973 и 1975 г. г.).

©by

L E V , 1979 , Paris.

Ариадна Сергеевна и Марина Цветаева
в год ы " С т и х о в Але".

предисловие
Немногочисленны воспоминания о Марине Цветаевой.
Мемуаристы обычно поминают ее мимоходом,в лучшем слу­
чае посвящают ей несколько страниц. Самыми ценными ис­
точниками ее жизни и творчества являются воспоминания
Анастасии Ивановны Цветаевой1 и Марка Слонима2 . В
первых рассказывается о семье Марины Цветаевой, о ее
детстве, отрочестве и юности,тогда как во вторых речь
идет скорее о зрелых годах поэта. Тем не менее оста­
ется большой пробел для нас в жизни и творчестве Ма­
рины Цветаевой: то, что мог бы рассказать очень близ­
кий ей человек со времен ее замужества.Ведь в 1912 году
обе сестры вышли замуж, меньше встречались. А с Мар­
ком Слонимом Марина Цветаева познакомилась лишь в Бер­
лине, в 1922 году. Поэтому воспоминания А. Эфрон яв­
ляются документом первой важности. Но они были напе­
чатаны в разное время в разных малодоступных журналах.

Поэтому можно только приветствовать инициативу со­
брать их в одну книгу.
Ариадна Сергеевна Эфрон родилась в Москве в 1913
году. О раннем детстве ее, об отношениях с матерью
нужно читать "Стихи дочери", первый раздел сборника
Марины Цветаевой "Психея". Она очень рано учится чи­
тать и писать - и не только в обычном смысле этого
слова: этот исключительный ребенок (настоящий вундер­
кинд) с шести лет ведет записи. Марина Цветаева
хочет их опубликовать как вторую часть своей книги
"Земные приметы" (их объем 250 страниц большого фор­
мата). Вот что она пишет в письме Гулю от 27 мая 1923
года: "Земные приметы...2-ой
том (1917-1919) “ это
А л и н ы
записи,
вначале записанные мной, по­
том уже от ее руки: вроде дневника.
Такой книги еще нет в м и р е . Это ее письма ко
мне, описание советского быта (улицы, рынка, детского
сада, очередей, деревни и т.д. и т.д.), сны, отзывы о
книгах, о людях - точная и полная жизнь шестилетнего
ребенка. Можно было воспроизвести факсимиле почерка.
(Все ее тетради - налицо)".3
Книга, увы, так и не увидела свет. Зато в том же
1923 году Марина Цветаева выпускает книгу стихов,пос­
ледней частью которой является "Психея", "стихи моей
дочери". Да и читатель найдет в настоящей книге отрыв­
ки из ее записей.
Жизнь Эфронов очень трудна, но Аля помогает мате­
ри в быту: "Бедная Аля", пишет она О.Е. Черновой-Колбасиной 2 ноября 1924 года, "вертится как белка в ко­
лесе - между французским, метлой, собственным и чужим
беспорядком. Твердо надеюсь, что она выйдет замуж "за
богатого", после такого детства только это и остает­
ся". В Медоне она вяжет шерстяные шапочки, которые
продает за 5 франков - и на эти 5 франков приходится
существовать всей семье.
В этой нищете ум и талант ее не гаснут: в 1926 го­
ду она, 13 лет, в письме 26-летнему приятелю, воскли­
цает в заключение своему описанию французской дерев­
ни: "Читайте Гоголя!".
8

Но во Франции Ариадна Сергеевна отходит постепен­
но от матери. В марте 1937 года она возвращается в Со­
ветский Союз, так же как ее отец сделает спустя нес­
колько месяцев. Марина Цветаева с Муром4 вернутся в
июне 1939 года. Но семья проживет вместе меньше двух
месяцев, так как Ариадна Сергеевна и Сергей Яковлевич
будут арестованы в августе того же 1939 года.
Вернувшись из лагеря, Ариадна Сергеевна посвящает
свою жизнь творчеству матери. Она собирает все руко­
писи, в том числе те, которые спас ее брат после сме­
рти матери (тогда же, в Елабуге, он продал все, что
можно было, вернулся в Москву, привез и оставил два
мешка рукописей).5 Она принимает участие в подготовке
к печати и в издании цветаевских произведений, среди
которых :
- Избранное, Москва, 1961
- Избранные Произведения, Библиотека поэта,Москва
- Ленинград, 19&5
- Мой Пушкин, журнал "Дон", Ростов, 1965
- Просто сердце, Стихи зарубежных поэтов в пере­
воде Марины Цветаевой, Москва, 1967
- Мой Пушкин, Москва, 1967
- Наталья Гончарова, журнал "Прометей", № 7, 1969
- Из автобиографической прозы, журнал "Звезда",
1970,

№

10

Она бросила сама писать стихи, чтоб познакомить
читателя с творчеством матери. По настоянию верных
друзей она взялась за воспоминания. Так появились:
- "Самофракийская победа",
- "Страницы воспоминаний",
- "Страницы былого".
Итак ,ее литературный талант не совсем пропал,как смо­
жет убедиться читатель. Эти "страницы былого" обрыва­
ются на 1925 году. Закончила ли их'Ариадна Сергеевна?
Неизвестно. Она скоропостижно скончалась в 1975 г.
У Гете был Эккерман,у Ахматовой - Лидия Чуковская,
у Мандельштама Надежда Яковлевна, у Пастернака - Оль­
га Ивинская, а у Марины Цветаевой была - Ариадна Эф­
рон .
Г. ЛИМОНТ.
9

П Р И М Е Ч А Н И Я
1

1971.

Анастасия Цветаева. "Воспоминания".
Москва
2-ое издание, дополненное, Москва, 1974.

2

Марк Слоним, "Марина Цветаева", из воспоми
наний" , Новый Журнал, кн. 100 и 104.

10

3

Новый Журнал, кн. 58 (1959) с. 181.

4

Георгий

5

Со слов самой Ариадны Сергеевны.

Сергеевич, 1925_1943.

СТРАНИЦЫ
ВОСПОМИНАНИЙ

какой она была?
М оя м а т ь , М а р и н а И в а н о в н а Ц в етаева, б ы л а
невелика
р о с т о м - сто ш е с т ь д е с я т три с а н т и м е т р а , с ф и г у р о й е г и ­
п е т ского
мальчика - широкоплеча,узкобедра,
тонка
в
талии. Ю н а я о к р у г л о с т ь ее быс т р о и н а в с е г д а с м е н и л а с ь
поро д и с т о й с у х о п ар о с т ь ю ; сухи и у з к и б ы л и ее щ и к о л о т ­
ки и запястья, л е г к а и б ы с т р а походка,
легки и стре­
м и т е л ь н ы - без р е з к о с т и - движе н и я . О н а с м и р я л а и з а ­
ме д л я л а их на людя х , к о г д а ч у в с т в о в а л а ,
что
на
нее
смотрят или, б о лее того, р а з г л я д ы в а ю т . Т о г д а ж е с т ы ее
с т а н о в и л и с ь н а с т о р о ж е н н о скупы,
однако
никогда
не
скованны.
С т р о г а я ,ст р о й н а я о с а н к а был а у нее: д а ж е
склоня­
ясь над п и с ь м е н н ы м столом, она х р а н и л а " с т а л ь н у ю
вы­
правку хребта".
Волосы ее,золотисто-каштановые, в молодости
вив­
ш и е с я к р упно и мягко, ран о н а ч а л и с е д е т ь - и
это еще

11

усиливало
ощущение
света, и з л у ч а в ш е г о с я ее л и ц о м смугло-бледным,
матов ы м ; с в е т л ы и н е м е р к н у щ и
были
г л а з а - зеленые, ц в е т а в и н о града, о к а й м л е н н ы е к о р и ч н е ­
в а т ы м и веками.
Ч е р т ы л и ц а и к о н т у р ы его были т о ч н ы и четки,
ни­
к а к о й р а с п л ы в ч а т о с т и , ни ч е г о не д о д у м а н н о г о м а стером,
не п р о й д е н н о г о резцом, не о т ш л и ф о в а н н о г о : нос, т о н к и й
у переносицы, переходил в небольшую горбинку и закан­
ч и в а л с я не з а о с т р е н н о , а укор о ч е н н о , гл а д к о й п л о щ а д о ч ­
кой, от к о т о р о й к р ы л ь я м и р а с х о д и л и с ь п о д в и ж н ы е
нозд­
ри, к а з а в ш и й с я м я г к и м р от был с трого о г р а н и ч е н н е в и д и ­
м о й л и н ией.
Д в е в е р т и к а л ь н ы е б о р о з д к и р а з д е л я л и р у с ы е брови.
К а з а в ш е е с я з а в е р ш е н н ы м д о замк н у т о с т и , до с т а т и ч ­
ности, л и ц о было п о л н о п о с т о я н н о г о в н у т р е н н е г о д в и ж е ­
ния, п о т а е н н о й в ы р а з и т е л ь н о с т и , и з м е н ч и в о
и насыщено
о т т е н к а м и , как неб о и вода.
Но мал о кто у м е л ч и т а т ь в нем.
Р у к и были к р е п к и е ,д е я т е л ь н ы е ,т р у д о в ы е . Д в а с е р е б ­
ряных перстня (перстень-печатка с изображением кораб­
лика, а г а т о в а я г е м м а с Г е р м е с о м в гл а д к о й оправе, п о ­
д а р о к ее отца) и о б р у ч а л ь н о е кольцо, н и к о г д а не
сни­
м а в ш и е с я , не п р и в л е к а л и к р у к а м внимания, не у к р а ш а л и
и не с в я з ы в а л и их, а е с т е с т в е н н о
составляли
с ними
е д и н о е целое.
Г о л о с был д е в и ч е с к и высок, звонок, гибок.
Р е ч ь - сжата, р е п л и к и - формулы.
У м е л а слушать; н и к о г д а не п о д а в л я л а
собесед н и к а ,
но в с п о р е б ы л а опасна: на д и с п у т а х , д и с к у с с и я х и о б ­
суж д е н и я х , не в ы х о д я из п р е д е л о в л е д е н я щ е й у ч т ивости,
м о л н и е н о с н ы м в ы п а д о м с р а ж а л а оппонента.
Была блестящим рассказчиком.
С т и х и ч и т а л а не камерно, а как бы на б о л ь ш у ю ауди­
торию.
Читала
т е м п е р а м е н т н о , смыслово, без п о э т и ч е ­
с ких " п о д в ы в а н и й " ,н и к о г д а не о п у с к а я (упуская!) кон ц ы
строк; самое с л о ж н о е м г н о в е н н о п р о я с н я л о с ь в ее и с п о ­
лн е н и и .
Ч и т а л а охотно, д о в е р ч и в о , по п е р в о й просьбе, а то
и не д о ж и д а я с ь ее, с а м а п р е д л а г а я : " Х о т и т е , я в а м п р о ч ­
ту ст и х и ? "

12

Всю ж и з н ь
был а в е л и к а - и не у д о в л е т в о р е н а - ее
п о т р е б н о с т ь в читат е л я х , с лушателях, в б ы с т р о м и н е п о ­
с р е д с т в е н н о м о т к л и к е на н а п и с анное.
К н а ч и н а ю щ и м п о э т а м был а д о б р а и б е з м е р н о т е р п е л и ­
ва, л и ш ь бы о щ у щ а л а в них - и л и в о о б р ажала! "искру
Божью" дара; в к а ж д о м т а к о м ч у я л а собра т а, п р е е м н и к а
- о, не своего! - с а м о й Поэзии! - но н и ч т о ж е с т в а р а с ­
п о з н а в а л а и б е с п о щ а д н о р а з в е н ч и в а л а , к ак н а х о д и в ш и х с я
в з а ч а т о ч н о м состоянии, так и д о с т и г ш и х м н и м ы х вершин.
Была д е й с т в е н н о д о б р а и щедра: с п е ш и л а п о м о ч ь , в ы ­
ручить, спасти - х о т я бы п о д с т а в и т ь
плечо;
делилась
последним, н а и н а с у щ н е й ш и м , и бо л и ш н и м не о б л а д а л а .
Умея давать, у м е л а и брать, не ч и н ясь;
долго ве­
рил а в " к р у г о в у ю п о р у к у добра',' в в е л и к у ю , н е и с т р е б и м у ю
человеческую взаимопомощь.
Б е с п о м о щ н а не б ы л а н и к о г д а , н о в с е г д а - б е з з а щ и т н а .
С н и с х о д и т е л ь н а я к ч у ж и м , с б л и з к и х - др у з е й , д е т е й
- требовала, как с с а м о й себя: н е п омерно.
Не о т в е р г а л а моду, как с ч и т а л и
некоторые
поверх­
н о стные ее с о в р е м ен н и к и , но, не и м е я м а т е р и а л ь н о й в о з ­
м о ж н о с т и ни с о з д а в а т ь е е , н и с л е д о в а т ь е й , б р е з г л и в о и з ­
бега л а н и щ и х под н ее п о д д е л о к и в г о д ы э м и г р а ц и и с д о ­
с т о и н с т в о м н о с и л а о д е ж д у с чу ж о г о плеча.
В вещах п р е в ы ш е всего ц е н и л а п р о ч н о с т ь , и с п ы т а н н у ю
временем: не п р и з н а в а л а х р у п к о г о , м н у щ е г о с я , р в у щ е г о с я ,
к р о ш а щ е г о с я , у я з в им о г о , о д н и м с л о в о м - " и з я щ н о г о " .
По здно лож и л а с ь , п е р е д сно м читала. В с т а в а л а рано.
Была с п а р т а н с к и с к р о м н а
в привычках,умеренна
в
еде.
Курила: в Р о с с и и - папиросы, к о т о р ы е с а м а н а б и в а ­
ла, за гр а н и ц е й - крепкие, м у ж с к и е с и г а р е т ы , п о п о л с и ­
гаре т ы в п р о с т о м в и ш н е в о м мундштуке.
Пила ч е рный кофе: с в е т л ы е его з е р н а ж а р и л а до к оричневости, т е р п е л и в о
молола
в старинной
турецкой
мельнице, медной, в виде к р у г л о г о столб и к а , п о к р ы т о г о
в о с т о ч н о й вязью.
С п р и р о д о й был а с в я з а н а в о и с т и н у
к р о в н ы м и узами,
л ю б и л а ее - горы, с к а л ы , л е с - я з ы ч е с к о й , о б о ж е с т в л я ю ­
щей, и вместе с тем п р е о д о л е в а ю щ е й ее л ю б о в ь ю , б е з п р и ­
меси созе р ц а т е л ь н о с т и , п о э т о м у с морем,
которого
не
од о л е т ь ни пешком, ни вплавь, не знала,
что
де л а т ь .
Прос т о л ю б о в а т ь с я и м не умела.

13

Н и з м е н н ы й , р а в н и н н ы й п е й з а ж у д р у ч а л е е , т а к же^ как
с ы р ы е , б о л о т и с т ы е , к а м ы ш о в ы е м е с т а , т а к же, как
влажные
м е с я ц ы года, к о г д а п о ч в а с т а н о в и т с я н е д о с т о в е р н о й под
н о г о й пешехода, а г о р и з о н т расп л ы в ч а т .
Н а в с е г д а р о д н ы м и в п а м я т и ее о с т а л и с ь
Таруса
ее
д е т с т в а и К о к т е б е л ь - юности, и х о н а и с к а л а п о с т о я н н о
и изредка находила в холмистости бывших
"королевских
о х о т н и ч ь и х у г о д и й " М е д о н с к о г о леса, в г о р и с т о с т и , к р а ­
с к а х и з а п а х а х с р е д и з е м н о м о р с к о г о п о б ережья.
Л е г к о п е р е н о с и л а жару, т р у д н о - холод.
Б ы л а р а в н о д у ш н а к с р е з а н н ы м цветам, к букетам, ко
в с е м у , р а с п у с к а ю щ е м у с я в в а з а х и л и г о р ш к а х на п о д о к о н ­
никах; ц в е т а м же, р а с т у щ и м в садах, п р е д п о ч и т а л а ,
за
их м у с к у л и с т о с т ь и д о л г о в е ч н о с т ь , - п л ю щ , в е р е с к ,д и к и й
ви н о г р а д , куст а р н и к и .
Ценила умное вмешательство человека в природу,его
с о т в о р ч е с т в о с ней: парки, плотины, дороги.
С
неизменной
нежн о с т ь ю , в е р н о с т ь ю и п о н и м а н и е м
(даже почт е н и е м ! )
о т н о с и л а с ь к с о б а к а м и кошкам,
они
ей п л а т и л и в з а и м н о с т ь ю .
В п р о г у л к а х ча щ е всего п р е с л е д о в а л а
цель:
дойти
до, в з о б р а т ь с я на; р а д о в а л а с ь более, ч е м
купл е н н о м у ,
" д о б ыче": с о б р а н н ы м грибам, я г о д а м и,
в трудную чеш­
с к у ю пору, к о г д а м ы ж и л и на у б о г и х д е р е в е н с к и х о к р а и ­
нах, - х в о р осту, к о т о р ы м т о п и л и печи.
Х о р о ш о о р и е н т и р у я с ь вне города, в его п р е д е л а х т е ­
р я л а ч у в с т в о напр а в л е н и я , п л у т а л а до о т чаянья, д а ж е в
з н а к о м ы х местах.
Б о я л а с ь высоты, м н о г о э т а ж н о с т и , т о л п ы (давки), ав­
т о м о б и л е й , э с к а л а т о р о в , л и ф т о в . И з в с е х ви д о в г о р о д с к о ­
го т р а н с п о р т а п о л ь з о в а л а с ь (одна, без с о п р о в о ж д а ю щ и х )
т о л ь к о т р а м в а е м и метро. Е с л и не было их, ш л а пешком.
Б ы л а не с п о с о б н а к мате м а т и к е , ч у ж д а к а к о й бы то
ни был о техники.
Н е н а в и д е л а быт - за н е и з б ы в н о с т ь его, за б е с п о л е з ­
н у ю п о в т о р я е м о с т ь е ж е д н е в н ы х забот, за то, что п о ж и р а ­
ет время, н е о б х о д и м о е д л я о с н овного.
Терпеливо и от­
ч у ж д е н н о п р е в о з м о г а л а его - всю жизнь.
Общительная, гостеприимная, охотно завязывала зна­
ко м с т в а , не м е н е е о х о т н о р а з в я з ы в а я и х . О б щ е с т в у "пра14

вильных" л ю д е й п р е д п о ч и т а л а о к р у ж е н и е тех, ког о
при­
нято с читать чудаками. Д а и сама с л ы л а чудач к о й .
В д р у ж б е и во в р а ж д е была вс е г д а п р и с т р а с т н а и не
в с егда пос л е д о в а т е л ь н а . З а п о в е д ь "не с о т в о р и себе к у ­
мира" н а р у ш а л а постоянно.
С ч и т а л а с ь с юностью, чт и л а старость.
О б л а д а я и з ы с к а н н ы м ч у в с т в о м юмора, не в и д е л а с м е ­
ш н ого в явно и ли грубо смешном.
Из д в у х начал, к о т о р ы м было п о д в л и я н н о ее д е т с т в о
- и з о б р а з и т е л ь н ы е и с к у с с т в а (сфера отца)
и музыка
(сфера матери), - в о с п р и н я л а м у з ы к у . Ф о р м а и к о л о р и т достоверно осязаемое и достоверно зримое - остались ей
чужды. У в л е ч ь с я м о г л а т о л ь к о с ю ж е т о м и з о б р а ж е н н о г о так д е т и " с м отрят карт и н к и " , - поэтому, с к а ж е м , к н и ж н а я
графика, и в ч а с т н о с т и г р а в ю р а (любила Д ю р е р а ,
Доре),
была ближе ее духу, н е ж е л и ж и вопись.
Ранняя у в л е ч е н н о с т ь театром, о т ч а с т и о б ъ я с н я в ш а я ­
ся в л и я н и е м ее м о л о д о г о мужа, его и ее м о л о д ы х
друз е й , о с т а л а с ь д л я нее, в м е с т е с юностью, в России,
не
п е р е шагнув ни г р ан и ц зрелости, ни г р а н и ц страны.
Из всех видов з р е л и щ п р е д п о ч и т а л а к и н о , п р и ч е м "го­
вор я щ е м у " - немое, за б о л ь ш и е в о з м о ж н о с т и с о - т в о р ч е о г ва, со-чувствия, с о - в о о б р а ж е н и я , п р е д о с т а в л я в ш и е с я и м
зрителю.
К людям труда относилась - неизменно - с глубоким
у в а ж е н и е м собрата; п р а з д н о с т ь , п а р а з и т и з м , п о т р е б и т е л ь ­
ство были о р г а н и ч е с к и п р о т и в н ы ей, р а в н о к ак
расхля­
банность, лень, пу с т о з в о н с т в о .
Была ч е л о в е к о м слова, ч е л о в е к о м д е й с т в и я , ч е л о в е ­
к о м долга.
При всей своей с к р о м н о с т и знала себе цену.

как она писала?
О т м е т я все дела, все н е о т л о ж н о с т и , с р а н н е г о утра,
на с в е ж у ю голову, на п у с т о й и п о д ж а р ы й ж ивот.
Налив себе к р у ж е ч к у к и п я щ е г о ч е р н о г о к о ф е , с т а в и л а
ее на п и с ь м е н н ы й стол, к к о т о р о м у к а ж д ы й
день
своей
ж и з н и шла, как р а б о ч и й к с т а н к у - с т е м ж е
чувством
ответственности»неизбежности,

н е в о з м о ж н о с т и иначе.

15

Все, что в д а н н ы й час на это м сто л е
оказывалось
лишним, отодвигала в стороны,освобождая,уже машиналь­
н ы м д в и ж е н и е м , м е с т о д л я т е т р а д е й и д л я л о ктей.
Л б о м у п и р а л а с ь в л а донь, п а л ь ц ы з а п у с к а л а в в о л о ­
сы, с о с р е д о т а ч и в а л а с ь м г н овенно.
Г л о х л а и с л е п л а ко всему, что не руко п и с ь , в к о ­
т о р у ю б у к в а л ь н о в п и в а л а с ь - о с т р и е м м ы с л и и пера.
На о т д е л ь н ы х л и с т а х не п и с а л а - т о л ь к о в тетрадях,
л ю б ы х - от ш к о л ь н ы х до г россбухов, л и ш ь бы не
расплы­
в а л и с ь чернила. В год ы р е в о л ю ц и и ш и л а т е т р а д и сама.
П и с а л а п р о с т о й д е р е в я н н о й р у ч к о й с т о н к и м (школь­
ным) пером. С а м о п и ш у щ и м и р у ч к а м и не п о л ь з о в а л а с ь
ни­
когда .
В р е м е н а м и п р и к у р и в а л а от о г о н ь к а з а ж и г а л к и , д е л а л а
г л о т о к кофе. Борм о т а л а , п р о б у я с л о в а на з в у к . Н е в с к а ­
кивала, не р а с х а ж и в а л а по к о м н а т е в п о и с к а х у с к о л ь з а ­
ю щ е г о - с и д е л а за столом, как п р и г в о ж д е н н а я .
Е с л и было вдох н о в е н и е , п и с а л а
основное, д в и г а л а
в п е р е д замысел, ч а с т о с б ы с т р о т о й п о р а з и т е л ь н о й ; если
же находилась в состоянии
только с о с р е д о т о ч е н н о с т и ,
д е л а л а ч е р н у ю р а б о т у поэзии, и щ а то самое слово - п о ­
нятие, о п р е д е л е н и е , рифму, о т с е к а я
от
уже
готов о г о
т е к с т а то, что с ч и т а л а д л и н н о т а м и и п р и б л и з и т е л ь н о с т я ­
ми .
Д о б и в а я с ь точн о с т и ,
единства смысла и
звучания,
с т р а н и ц у за с т р а н и ц е й и с п и с ы в а л а с т о л б ц а м и рифм,
де­
с я т к а м и в а р и а н т о в строф, об ы ч н о не в ы ч е р к и в а я те, что
отв е р г а л а , а - п о д в о д я под ним и черту,
чтобы
на ч а т ь
н о в ы е поиски.
П р е ж д е ч ем в з я т ь с я за р а б о т у н а д б о л ь ш о й вещью, до
п р е д е л а к о н к р е т и з и р о в а л а ее замысел, с т р о и л а план, от
к о т о р о г о не д а в а л а себ е о т х о д и т ь , ч т о б ы вещь не ув л е к л а
ее по с в о е м у течению, п р е в р а т я с ь в н е у п р а в л я е м у ю .
П и с а л а о ч е н ь с в о е о б р а з н ы м , круглым, м е л к и м , ч е т к и м
поч е р к о м , с т а в ш и м в ч е р н о в и к а х п о с л е д н е й т р е т и ж и з н и
т р у д н о ч и т а е м ы м и з - з а н а р а с т а ю щ и х с о к р ащений:
многие
с л о в а о б о з н а ч а ю т с я о д н о й л и ш ь п е р в о й буквой; все боль­
ш е р у к о п и с ь с т а н о в и т с я рукописью для себя одной.
Х а р а к т е р п о ч е р к а о п р е д е л и л с я рано, еще в детстве.

16

В о обще же, н е б р е ж н о с т ь в п о ч е р к е с ч и т а л а п р о я в л е ­
нием оскорбительного невнимания
п и ш у щ е г о к тому, к то
будет читать: к л ю б о м у а д р е с а т у ,р е д а к т о р у , н а б о р щ и к у .
Поэтому письма писала особенно разборчиво,а рукописи,
о т п р а в л я е м ы е в т и п о г р а ф и ю , от рук и п е р е б е л и в а л а печат­
ными буквами.
На п и с ь м а отвеч а л а , не мешкая.
Е с л и п о л у ч а л а п и с ь м о с у т р е н н е й п о чтой, з а ч а с т у ю
н а б р а с ы в а л а ч е р н о в и к о т в е т а тут же, в
тетради, к ак бы
в к л ючая его в т в о р ч е с к и й п о т о к этого дня.
К письмам
с в о и м о т н о с и л а с ь так ж е т в о р ч е с к и и п о ч т и так ж е в з ы ­
скательно, как к руко п и с я м .
Иногда возвращалась к тетрадям и в течение дня.Но­
чам и р а б о т а л а на д н и м и т о л ь к о в моло д о с т и .
Работе умела подчинять любые обстоятельства,
на­
стаиваю: любые.
Тала н т т р у д о с п о с о б н о с т и и в н у т р е н н е й о р г а н и з о в а н ­
н о с т и был у нее р а в е н п о э т и ч е с к о м у дару.
Закрыв тетрадь, о т к р ы в а л а
дверь
своей
комнаты
- в с е м за б о т а м и т я г о т а м дня.

ее семья
М а р и н а Ц в е т а е в а р о д и л а с ь в семье,
являвшей собой
н е к и й союз о д и н о ч е с т в .Отец, И в а н В л а д и м и р о в и ч Цветаев,
великий и бескорыстный труженик и просветитель,созда­
тел ь п е р вого в д о р е в о л ю ц и о н н о й Р о с с и и Г о с у д а р с т в е н н о ­
го м у з е я и з о б р а з и т е л ь н ы х и с к у с с т в , с т а в ш е г о н ы н е к у л ь ­
т у р н ы м ц е н т р о м м и р о в о г о значения, ран о п о т е р я л г о р я ч о
любимую и прелестную жену,- Варвару Дмитриевну Иловай­
скую, к о т орая у м е р л а , п о д а р и в м у ж у сына. В т о р ы м б р а к о м
И в а н В л а д и м и р о в и ч ж е н и л с я на ю н о й М а р и и А л е к с а н д р о в н е
Мейн, д о л ж е н с т в о в а в ш е й з а м е н и т ь м а т ь его с т а р ш е й д о ­
чери В а л е р и и и м а л е н ь к о м у А н дрею, - ж е н и л с я , н е у г а с и в
любви к умершей,привлеченный и внешним
с ней
сход­
с т в о м М а р и и А л е к с а н д р о в н ы , и ее д у ш е в н ы м и
качества­
ми - б л а г о р о д с т в о м , с а м о о т в е р ж е н н о с т ь ю , с е р ь е з н о с т ь ю не
по летам.

17

Однако Мария Александровна оказалась слишком
со­
бой, ч т о б ы с л у ж и т ь заменой, с х о д с т в о ж е ч е р т (высокий
лоб, к а р и е глаза, т е м н ы е в о л н и с т ы е волосы, нос с г ор­
бинкой, к р а с и в ы й и з г и б губ) л и ш ь п о д ч е р к и в а л о
разницу
в х а р а к т е р а х : в т о р а я ж е н а не о б л а д а л а ни грацией,
ни
м я г к и м о б а я н и е м первой; эти ж е н с т в е н н ы е к а ч е с т в а
не
т а к - т о ч а сто с о с у щ е с т в у ю т с м у ж с к о й с и л о й л и ч н о с т и
и
т в е р д о с т ь ю х а р а к т е р а , о т л и ч а в ш и м и М а р и ю Александровну.
К т о м у же с ама о на р о с л а без м а т е р и ; в о с п и т а в ш а я ее гу­
в е р н а н т к а - ш в е й ц а р к а , ж е н щ и н а б о л ь ш о г о сердца, но
не­
у м ная, с у м е л а в н у ш и т ь ей л и ш ь " с т р о г и е п р авила",
без
о т т е н к о в и п о л у т о н о в . Все о с т а л ь н о е М а р и я А л е к с а н д р о в ­
на в н у ш и л а себе с а м а . ..
З а м у ж за И в а н а В л а д и м и р о в и ч а о на вышла,
любя д ру­
гого, брак с к о т о р ы м был н е в о з м о ж е н , в ы ш л а , ч т о б ы , п о с т а ­
вив к р е с т на н е в о з м о ж н о м , о б р е с т и ц е л ь и смы с л ж и з н и
в п о в с е д н е в н о м , б у д н и ч н о м с л у ж е н и и чело в е к у , к о т о р о г о
он а б е з м е р н о уважа л а , и д в у м его о с и р о т е в ш и м детям.
В доме, б ы в ш е м п р и д а н ы м В а р в а р ы Д м и т р и е в н ы и еще
не о с т ы в ш е м от ее п р и с у т с т в и я , м о л о д а я х о з я й к а
за в е л а
сво и с о б с т в е н н ы е п о р я д к и , р о ж д е н н ы е не о п ы т о м , к о т о р о г о
у нее не б ы л о , а о д н о й л и ш ь в н у т р е н н е й у б е ж д е н н о с т ь ю в
и х н е о б х о д и м о с т и , п о р я д к и , п р и ш е д ш и е с я не
по
н р а в у ни
челяди, ни р о д с т в е н н и к а м п е р в о й ж е н ы , н и , г л а в н о е , д е в я ­
т и л е т н е й падчерице.
Валерия невзлюбила Марию Александровну
с детских
л е т и навсегда, и есл и в п о с л е д с т в и и р а з у м о м
что-то и
поняла в ней, то с е р д ц е м н и ч е г о не п р и н я л а и не п р о с ­
тила; г л а в н ы м же о б р а з о м - чужеродности с а м о й
природы
ее с о б с т в е н н о й с в о е й п р и р о д е , с а м о й ее ч е л о в е ч е с к о й су­
щности - собственной своей;этого необычайного
сплава
мятежности и самодисциплины,одержимости и сдержаннос­
ти, д е с п о т и з м а и в о л ь н о л ю б и в о с т и , э т о й б е з м е р н о й т р е б о ­
вательности к
себе
и к другим
и сто л ь
несхожего
с атмосферой дружелюбной праздничности,
царившей
в
с е мье п ри В а р в а р е Д м и т р и е в н е , д у х а а с к е т и з м а , н а с а ж д а в ­
ш е г о с я м а ч е х о й . В с е г о этого было через край,
все
это
б ило через к р а й , н е у м е щ а я с ь в о б щ е п р и н я т ы х то г д а р а м ­
ках. М о ж е т быть, не п р и н я л а В а л е р и я и с у м р а ч н о й , н е ж е н ­
ско й
мощи таланта Марии Александровны,выдающейся пи­
а н и с т к и ,п р и ш е д ш е г о на сме н у л е г к о м у ,с о л о в ь и н о м у п е в ч е ­
скому дару Варвары Дмитриевны.

18

Так и ли и н а ч е , н е с о в м е с т и м о с т ь и х х а р а к т е р о в п р и в е ­
л а к тому,ч^го В а л е р и ю , п о р е ш е н и ю с е м е й н о г о совета,возг л а в л я в ш е г о с я ее д е д о м , и с т о р и к о м И л о в а й с к и м , п о м е с т и ­
л и в Е к а т е р и н и н с к и й и н с т и т у т "для б л а г о р о д н ы х д е в и ц " ,
среди к о т о р ы х она о б р е л а м н о г о ч и с л е н н ы х н а п е р с н и ц ; А н ­
д р е й ж е в о с п и т ы в а л с я дома; он с М а р и е й А л е к с а н д р о в н о й
ладил, хот я н а с т о я щ е й д у ш е в н о й б л и з о с т и м е ж д у н и м и так
и не возникло: он в этой б л и з о с т и не н у ж д а л с я .
Мария
А л е к с а н д р о в н а на н ей не наст а и в а л а .
Любимый в семье,красивый,одаренный, в меру
общи­
тельный, Андрей, в м е с т е с т е м , р о с (и вырос) з а м к н у т ы м и
о б о с о б л е н н ы м - на в с ю ж и з н ь , т а к до к о н ц а не о т к р ы в ш и с ь
ни людям, ни самой ж и з н и и не п р о я в и в с е б я в н е й в п о л ­
н ую мер у своих с п о с о б н о с т е й .
Из д в у х д о ч е р е й от в т о р о г о бра к а И в а н а В л а д и м и р о ­
вич а наи б о л е е д л я р о д и т е л е й л е г к о й о к а з а л а с ь (ил и п о ­
казалась) м л а д ш а я , А н а с т а с и я ; в д е т с т в е о на б ы л а проще,
податливее,ласковее Мар и н ы и младшестью своей и не з а ­
щ и щ е н н о с т ь ю была бли ж е м а т е р и , о т д ы х а в ш е й с ней душою:
А с ю м о жно было п р о с т о лю б и т ь . В с т а р ш е й
же,
Марине,
М а р и я А л е к с а н д р о в н а с л и ш к о м ран о р а с п о з н а л а себя,свое:
свой р о м а н т и з м , с в о ю с к р ы т у ю страстность, сво и н е д о с т а т ­
ки - сп у т н и к и таланта,
свои
в е р ш и н ы и б е з д н ы - плюс
с о б с т в е н н ы е Марини н ы ! - и с т а р а л а с ь у к р о щ а т ь и в ы р а в ­
н и в а т ь и х . К о н е ч н о ж е , и это был о м а т е р и н с к о й л ю б о в ь ю ,
и , м о ж е т быть,в п р е в о с х о д н о й с т е п е н и , н о в то же
время
это была борь б а с с а м о й с о б о й , у ж е с о с т о я в ш е й с я , в р е ­
бенке, еще не о п р е д е л и в ш е м с я , б о р ь б а с б у д у щ и м - с к о л ь
безнадежная! - во и м я с а м о г о б у д у щ его... Б о р я с ь с М а ­
р и н о й , м а т ь бо р о л а с ь за нее, - вт а й н е г о р д я с ь тем, что
не м о жет од е р ж а т ь победу!
П р и ч и н т о м у , ч т о д о ч е р и М а р и и А л е к с а н д р о в н ы не д ру­
ж и л и в д е т с т в е , а с б л и з и л и с ь с р а в н и т е л ь н о поздно,
у же
п о д р о с т к а м и , б ы л о несколько: они з а к л ю ч а л и с ь и в д е т ­
ской р е в н о с т и М а р и н ы к А с е ( к о т о р о й м а т е р и н с к а я
неж­
н о с т ь и с н и с х о д и т е л ь н о с т ь д о с т а в а л и с ь так л е г к о - ) , и в
М а р и н и н о й тяге к о б щ е с т в у с т а р ш и х , с к о т о р ы м и о на м о г ­
л а п о м е р я т ь с я у м о м , и к о б щ е с т в у взрослых,
у
которых
она м о гла и м о б о г а т и т ь с я , и в ее с т р е м л е н и и к
главен­
ству - н ад р а в н ы м и , е с л и не н ад с и л ь н е й ш и м и , но о т н ю д ь

19

не н ад б о л е е с л а б ы м и , и в т о м , н а к о н е ц , ч т о ей,
ребенку
р а н н е г о и с а м о б ы т н о г о развития, п о п р о с т у
был а
неин­
тересна младенческая Асина несамостоятельность.
Лишь
п е р е г н а в с а м о е с еб я во в н у т р е н н е м росте,
перемахнув
ч е рез д в у х г о д и ч н у ю р а з н и ц у в в о з р а с т е - ( р а в н о ц е н н у ю
взрослому двадцатилетию! ) - стала Ася Марининым д р у ­
гом, д р у г о м о т р о ч е с к и х и ю н ы х л е т . Р а н н я я с м е р т ь м а т е ­
ри еще б о л е е о б ъ е д и н и л а их, о с и р о т е в ш и х .
В в е с е н н ю ю с в о ю пор у с е с т р ы
являли
определенное
сходство - внешности и характера;основное же различие
в ы р а з и л о с ь в том, что М а р и н и н а р а з н о с т о р о н н о с т ь о б р е ­
л а - р а н о и н а в с е г д а - е диное и г л у б о к о е р у с л о ц е л е н а ­
правленного
таланта, А с и н ы ж е д а р о в а н и я и с т р е м л е н и я
р а с т е к а л и с ь по м н о г и м р у с л а м , и д у х о в н а я ж а ж д а ее у т о ­
л я л а с ь из м н о г и х и с т о ч н и к о в . В д а л ь н е й ш е м ж и з н е н н ы е
пут и и х р а з о шлись.
Искренне любившая отца,Валерия вначале относилась
к его м л а д ш и м д о ч е р я м , сво и м с в о д н ы м с е с т р а м , с р а в н о й
б л а г о ж е л а т е л ь н о с т ь ю ; п р и е з ж а я на к а н и к у л ы из и н с т и т у ­
та, и потом, по о к о н ч а н и и его о на с т а р а л а с ь
баловать
обеих, " н е й т р а л и з о в а т ь " с т р о г о с т ь
и
взыскательность
М а р и и А л е к с а н д р о в н ы , от к о т о р о й о с т а в а л а с ь
независи­
мой, п о л ь з у я с ь в с е м ь е п о л н е й ш е й
самостоятельностью,
как и ее б рат А н др е й . Н а о т н о ш е н и е
Валерии Ася
от­
в е ч а л а со в с е й н е п о с р е д с т в е н н о с т ь ю , г о р я ч е й к н ей п р и ­
в я з а н н о с т ь ю ; М а р и н а же у ч у я л а в н е м п о д в о х ; н е
отвер­
гая В а л е р и и н ы х п о б л а ж е к , п о л ь з у я с ь ее
тайным покрови­
тел ь с т в о м , о на т е м с а м ы м как бы и з м е н я л а м а т е р и , е е л и ­
нии, ее стержню, и з м е н я л а с а м о й с е б е , с б и в а я с ь с т р у д ­
н ого п у т и п о д ч и н е н и я д о л г у на л е г к у ю т р о п у с о б л а з н о в к а р а м е л е к и ч т е н и я к н и г из В а л е р и и н о й б и б л и отеки.
В М а р и н и н о м восприятии сочувствие старшей
сестры
оборачивалось лукавством,служило Валерии оружием про­
тив мачехи, р а с ш а т ы в а л о ее в л и я н и е на дочер е й . С М а ­
р и н и н о г о о с о з н а н и я бездны, п р о л е г а ю щ е й
между изменой
и верностью, соблазном и долгом,и начался разлад меж­
д у н е й и Ва л е р и е й , чья к р а т к о в р е м е н н а я и , п о - в и д и м о м у ,
поверхностная симпатия к сестре вскоре
перешла в не­
п р и язнь, а в п о с л е д с т в и и - в н е п р и я т и е
(характером л и ч н о с т и ) - в то с а м о е н е п р о щ е н и е не тол ь к о н е д о с т а т ­
ков, но и к а ч е с т в , н а к о т о р о м о с н о в ы в а л о с ь ее
отноше­
ние к ма ч е х е .

20

( Ва л е р и я была ч е л о в е к о м п о с л е д о в а т е л ь н ы м :
разой­
дясь с Мариной в юности,она никогда больше
не
поже­
л а л а с ней в с т р е т и т ь с я » а т в о р ч е с т в о м ее з а и н т е р е с о в а ­
л а с ь только, к о г д а о н е м з а г о в о р и л и вокруг; з а и н т е р е ­
с о в алась нак а н у н е св о е й с м е р т и и д е с я т и л е т и я с п у с т я Марининой. С Асей, с А н д р е е м и его
семьей
общалась,
но - с о б людая дистанцию.)
И в а н у В л а д и м и р о в и ч у все его д е т и был и р а в н о д о р о ­
ги; р а з н о г л а с и я в семье, д л я с ч а с т ь я к о т о р о й он д е л а л
( и с д е л а л ) в с е,что мог, гл у б о к о о г о р ч а л и его. О т н о ш е ­
ния м е ж д у н им и М а р и е й А л е к с а н д р о в н о й был и п о л н ы в з а ­
и м н о й д о б р о т ы и уважения: М а р и я А л е к с а н д р о в н а , п о м о щ ­
ница м ужа в д е л а х музея, п о н и м а л а его
одержимость
в
д о с т и ж е н и и м н о г о т р у д н о й ц е л и его ж и з н и - и его о т в л е ­
ч е н н о с т ь от д е л до м а ш н и х ; И в а н В л а д и м и р о в и ч ,о с т а в а я с ь
ч у ж д ы м м у з ы к е , п о н и м а л т р а г и ч е с к у ю о д е р ж и м о с т ь ею с в о ­
ей жены; трагическ у ю , ибо, по н е п и с а н ы м
законам той
поры, с ф ера д е я т е л ь н о с т и ж е н щ и н ы - п и а н и с т к и , к а к и м
бы
т а л а н т о м о на ни обладала, о г р а н и ч и в а л а с ь с т е н а м и с о б ­
с т в е н н о й к о м н а т ы и л и гостиной. В к о н ц е р т н ы е залы, где
ф о р т е п ь я н н а я м у з ы к а з в у ч а л а д л я м н о ж е с т в ,ж е н щ и н а и м е ­
л а д о с т у п т о лько в к а ч е с т в е с л у ш а т е л ь н и ц ы . Н а д е л е н н а я
д а р о м глу б о к и м и сильным,
Мария
Александровна
был а
о с у ж д е н а о с т а т ь с я в н е м замкнутой, в ы р а ж а т ь его л и ш ь
д л я себя одной.
Д е т е й своих М а р и я А л е к с а н д р о в н а р а с т и л а не т о л ь к о
на с у х о м х л ебе долга: она о т к р ы л а и м глаза на н и к о г д а
не и з м е н я ю щ е е человеку, в е ч н о е чудо приро д ы ,
одарила
их м н о г и м и р а д о с т я м и
де т с т в а ,
волшебством
семейных
праздников, р о ж д е с т в е н с к и х е л о к , д а л а и м в р у к и л у ч ш и е
в мире книги - те, что п р о ч и т ы в а ю т с я
вперв ы е ;
возле
нее было п р о с т о р н о уму, сердцу, в о о б р а ж е н и ю .
Умирая, она с к о р б е л а о том, что
не у в и д и т
доче­
ре й взрослыми; но п о с л е д н и е с л о в а е е , п о с в и д е т е л ь с т в у
Марины, были: "Мне ж а л к о т о л ь к о м у з ы к и и солнца".

21

ее муж. его семья
В о д и н д е н ь с М а р и н о й , но
г о д о м позже - 26
сен­
т я б р я ст. ст. 1893 года - р о д и л с я ее м у ж С е р г е й Я к о в ­
л е в и ч Эфрон, ш е с т ы м р е б е н к о м в семье, где было д е в я т ь
детей.
М а т ь е г о ;Е л и з а в е т а П е т р о в н а Д у р н о в о (1855 - 1910),
из с т а р и н н о г о д в о р я н с к о г о р о д а , е д и н с т в е н н а я д о ч ь ран о
вышедшего в отставку гвардейского
офицера, а д ъ ю т а н т а
Н и к о л а я 1,и б у д у щ и й ее муж, Я к о в К о н с т а н т и н о в и ч Эфр о н
(1854 - 1 9 09),с л у ш а т е л ь М о с к о в с к о г о т е х н и ч е с к о г о у ч и ­
лища, были ч л е н а м и п а р т и и "З е м л я и воля"; в 1879 году
п р и м к н у л и к группе " Ч е р н ы й п е р е д е л " . П о з н а к о м и л и с ь они
на с х о д к е в П е т р о в с к о м - Р а з у м о в с к о м . К р а с и в а я
ст р о г о й
и вдохновенной красотой черноволосая
девушка,
тайно
п р и е х а в ш а я из Д в о р я н с к о г о с о б р а н и я и од е т а я в ба л ь н о е
п л а т ь е и б а р х а т н у ю накидку, п р о и з в е л а
на Я к о в а К о н ­
стантиновича впечатление "существа
с и н о й планеты";
но п л а н е т а у них о к а з а л а с ь о д н а - рево л ю ц и я .
П о л и т и ч е с к и е в з г л я д ы Е л и з а в е т ы Петро в н ы ,
которой
довелось сыграть немаловажную роль в революционно-де­
м о к р а т и ч е с к о м д в и ж е н и и с в о е г о времени,
с л о ж и л и с ь под
в л и я н и е м А . П . К р о п о т к и н а . Б л а г о д а р я ему она с т а л а - еще
в ранней юности - членом
1 Интернационала и
тв е р д о
о п р е д е л и л а свой ж и з н е н н ы й путь.
Кропоткин
гордился
с в о е й у ч е н и ц е й ,п р и н и м а л ж и в о е
участие
в ее судьбе.
Д р у ж б у м е ж д у н и м и п р е р в а л а л и ш ь смерть.
Яков Константинович и Елизавета Петровна выполня­
л и все, самые о п а с н ы е и са м ы е п о - ч е л о в е ч е с к и
трудные
з а д ания, к о т о р ы е п о р у ч а л а и м орга н и з а ц и я . Так,
Якову
К о н с т а н т и н о в и ч у , в м е с т е с д в у м я его това р и щ а м и ,
было
доверено привести в исполнение
приговор
Революцион­
н о г о к о м и т е т а " З е м л и и воли" н а д п р о н и к ш и м в м о с к о в ­
с к у ю о р г а н и з а ц и ю а г е н т о м охранки, п р о в о к а т о р о м
Рей н ш т е й н о м . О н был к а з н е н 26 ф е в р а л я 1879 г о д а . О б н а р у ж и т ь
в и н о в н ы х п о л и ц и и не у далось.
В и ю л е 1880 года Е л и з а в е т а П е т р о в н а был а
аресто­
в а н а при п е р е в о з к е из М о с к в ы в П е т е р б у р г
нелегальной

22

литературы и станка для подпольной
типографии и за­
кл ю ч е н а в П е т р о п а в л о в с к у ю к р епость. А р е с т д о ч е р и был
с т р а ш н ы м у д а р о м д л я н и ч е г о не
подозревавшего
отца,
у д а р о м и по р о д и т е л ь с к и м его ч у в с т в а м , и по н е з ы б л е м ы м
его м о н а р х и ч е с к и м у б е ж д е н и я м . Б л а г о д а р я с в о и м о б ш и р ­
н ы м связям, он сум е л взя т ь д о ч ь на п о р у к и ; е й у д а л о с ь
бежать за г р а н и ц у ; т у д а за н ей п о с л е д о в а л
Яков
Кон­
стантинович, т ам о ни о б в е н ч а л и с ь и
провели
долгих
семь лет. П е р в ы е их д е т и - Анна, П е т р
и Елизавета р о д и л и с ь в эмиграции.
По в о з в р а щ е н и и в Р о с с и ю ж и з н ь Э ф р о н о в
сложилась
нелегко: н а р о д о в о л ь ч е с к о е д в и ж е н и е б ы л о р а з г р о м л е н о ,
д р у з ь я - р а с с е я н ы по т ю р ь м а м , с с ы л к а м , ч у ж и м к р а я м . С о ­
сто я в ш и й под г л а сн ы м н а д з о р о м полиции, Я к о в К о н с т а н ­
ти н о в и ч имел право на д о л ж н о с т ь с т р а х о в о г о
агента не б о л е е . Р а б о т а был а б е з р а д о с т н о й и б е с п е р с п е к т и в н о й ,
а малый о к лад едва п о з в о л я л с о д е р ж а т ь - к о р м и т ь , о д е ­
вать,учить, л е ч и т ь - все п р и б а в л я в ш у ю с я семью.
Роди­
тели Е л и з а в е т ы П е т р о в н ы , п о ж и л ы е , немощ н ы е , ж и л и о т ъ е д и ненно и о н у ж д е с в о и х б л и з к и х п о п р о с т у не д о г а д ы ­
вались; д о ч ь же о п о м о щ и не просила.
При всех п о в с е д н е в н ы х т р у д н о с т я х , при в с е х
неу­
тешн ы х го р е с т я х (трое м л а д ш и х д е т е й умерли:
Алеша и
Таня - от м енингит а , о б щ и й л ю б и м е ц с е м и л е т н и й Глеб от в р о ж д е н н о г о п о р о к а сердца), - с е м ь я Э ф р о н о в я в л я ­
л а собой у д и в и т е л ь н о г а р м о н и ч е с к о е с о д р у ж е с т в о с т а р ­
ш и х и младших; в ней не был о м е с т а
принуждению, ок­
рику, наказанию; каждый,
пусть
самый
к р о х о т н ы й ее
член,рос и р а з в и в а л с я с в о б о д н о , п о д ч и н я я с ь о д н о й л и ш ь
д и с ц и п л и н е - с о в е с т и и лю б в и ,
наипросторнейшей
для
л и ч н ости, и вмес т е
с тем наистрожайшей,ибо - д о б р о ­
вольной.
К а ждый в это й се м ь е был н а д е л е н
редчайшим даром
- л ю б и т ь д р у г о г о (других) т а к , к а к это н у ж н о был о д р у ­
гому (другим), а не с а м о м у себе;
отсюда
присущие и
р о д и т е л я м , и д е т я м с а м о о т в е р ж е н н о с т ь без ж е р т в о п р и ­
ношения, щ е д р о с т ь без оглядки, так т без
равнодушия,
о т сюда с п о с о б н о с т ь к само о т д а ч е , в е р н е е - к с а м о р а с ­
т в о р е н и ю в о б щ е м д е л е , в в ы п о л н е н и и о б щ е г о долга. Э ти
к а ч е с т в а и с п о с о б н о с т и с в и д е т е л ь с т в о в а л и о т н ю д ь не о

23

" в е г е т а р и а н с т в е духа"; все - б о л ь ш и е
и м а л ы е - были
людьми темпераментными, страстными,и тем самым - при­
страстными; умея любить,умели ненавидеть,
но - у м е л и
и " в л а с т в о в а т ь собою".
В к о нце 90- х годов Е л и з а в е т а П е т р о в н а в н о в ь
воз­
вращается к революционной деятельности. С
ней вм е с т е
э т и м же п у т е м п о й д у т и с т а р ш и е дети. Я к о в
Константи­
н о в и ч все той же р а б о т о й все в т о м же с т р а х о в о м о б щ е ­
ств е п р о д о л ж а е т с л у ж и т ь о п о р о й с в о е м у " г н е з д у р е в о л ю ­
ц и о н е р о в " . В ч а сто м е н я ю щ и х с я к в а р т и р а х , с н и м а е м ы х им,
с о б и р а ю т с я и с т ары е т о в а р и щ и роди т е л е й , и д р у з ь я м о ­
л о д е ж и - курсистки , студенты, гимназисты; на д а ч е
в
Быково печатают прокламации, изготовляют
в зрывчатку,
с к р ы в а ю т оружие.
На фотографиях тех и
позднейших лет
сохранился
м у ж е с т в е н н ы й и н е ж н ы й образ Е л и з а в е т ы П е т р о в н ы - п о ­
с е д евшей, усталой, но все еще н е с о г б е н н о й ж енщины, со
взором, г л я д я щ и м в г л у б ь и из глубины; р а н н и е
морщины
с т е к а ю т в д оль у г о л к о в губ, и с ч е р ч и в а ю т высокий, у з к и й
лоб; с к р о м н а я о д е ж д а с л и ш к о м с в о б о д н а д л я и с х у д а в ш е г о
тела; р я д о м с н ей - ее муж; у нег о - не п р о с т о о т к р ы ­
тое, а как бы р а с п а х н у т о е л и ц о , з а щ и щ е н н о е л и ш ь п лотно
сомкнутым небольшим ртом;светлые,очень
ясные
глаза;
в з д е р н у т ы й , м а л ь ч и ш е с к и й н о с . И - та же
р а н н я я седина,
и - те ж е морщины, и та же п е ч а т ь терпения, но отн ю д ь
не смирения, и на э т о м лице.
И х о к р у ж а ю т дети: А н н а , к о т о р а я
бу д е т
руководить
к р у ж к а м и и с т р о и т ь б а р р и к а д ы в м е с т е с ж е н о й Баумана;
Петр, которому, п о с л е о т ч а я н н ы х по с м е л о с т и
антипра­
вительственных действий и дерзких побегов
из неволи,
б у д е т р а з р е ш е н о в е р н у т ь с я из э м и г р а ц и и л и ш ь в к а н у н
п е р в о й м и р о в о й в о й н ы - ч т о б ы у м е р е т ь на
род и н е ; В е р а ,
так н а з в а н н а я в ч е с т ь д р у г а
матери,
пламенной
Веры
З а с у л и ч , - пок а еще д е в о ч к а с к о с а м и , ч е й в з р о с л ы й ж и з ­
н е н н ы й путь также н а ч н е т с я с т ю р е м и этапов; Е л и з а в е ­
та ( " с о л н ц е семьи", как н а з о в е т ее в п о с л е д с т в и и М а р и ­
на Цветаева) - о п о р а и п о м о щ н и ц а с т а р ш и х , в о с п и т а т е л ь ­
н и ц а младших; Сережа, к о т о р о м у п р е д с т о и т п р и й т и к р е ­
в о л ю ц и и с а мой т я ж е л о й и самой к р у ж н о й д о р о г о й и
вы­
прямлять ее всю свою ж и з н ь - в с е й
сво е й
ж и знью; Кон 24

стантин, к о т о р ы й
у й д е т из ж и з н и
подростком и уведет
за соб ой м а т ь . ..
Политическая активность Елизаветы Петровны
и
ее
детей-соратников достигла своей вершины и своего п р е ­
д е л а в р е в о л ю ц и ю 1905 года. П о с л е д о в а в ш и е
затем
по­
л и ц е й с к и е репрессии , о б р у ш и в ш и е с я на с е м ь ю , р а з д р о б и л и
е д и нство ее с у д ь б ы н а о т д е л ь н ы е с у д ь б ы о т д е л ь н ы х л ю ­
дей. В л и х о р а д к е обысков, арестов, с л е д с т в е н н ы х и п е ­
р е с ы л ь н ы х тюрем, побегов, с м е р т е л ь н о й т р е в о г и каждо г о ,
за в се х и все х за к а ж д о г о Я к о в К о н с т а н т и н о в и ч
вызво­
л я е т из Б у т ы р о к Е л и з а в е т у П етровну, к о т о р о й у г р о ж а е т
каторга, в н осит с п о м о щ ь ю д р у з е й р а з о р и т е л ь н ы й
залог
и п е р е п р а в л я е т жену, б о л ь н у ю и и з м у ч е н н у ю , з а границу,
о т куда ей не су ж д е н о в е р н уться. В э м и г р а ц и и
она л и ш ь
н е н а д о л г о п е р е ж и в е т м у ж а и т о л ь к о на о д и н д е н ь - п о ­
следовавшего за не й в и з г н а н и е м л а д ш е г о сына,
послед­
н юю о п ору с в оей души.
В пору п е р в о й р у с с к о й р е в о л ю ц и и
Сереже
исполни­
л о с ь всего 12 лет; н е п о с р е д с т в е н н о г о
участия
в ней
п р и н и м а т ь он не мог, л о в я л и ш ь о т г о л о с к и событий, с о ­
знавая, что п о м о щ ь его с т а р ш и м , д е л у с т а р ш и х - ничтожна,
и м у ч а я с ь этим. В з р о с л ы е о т о д в и г а л и его в д е т с т в о , к о ­
торого боль ш е не было, к о т о р о е к о н ч и л о с ь сре д и и с п ы ­
таний, п о с т и г ш и х семью, - он ж е р в а л с я
к взрослости;
ж а ж д а п о д в и г а и с л у ж е н и я о б у р е в а л а его, и как ж е
не­
способно было у т о л и т ь ее о б ы к н о в е н н о е у ч е н и е в о б ы к н о ­
в е н н о й гимназии! К т о м у ж е и учение, и сам о с у щ е с т в о ­
вание С е режи у т р а т и л и с о т ъ е з д о м Е л и з а в е т ы П е т р о в н ы и
ритм, и ус т о й ч и в о с т ь ; ж и т ь п р и х о д и л о с ь то п о д
одним,
то под д р у г и м кровом, п р и м е н я я с ь к т р е в о ж н ы м о б с т о я ­
тельствам, а не п о д ч и н я я с ь
родному
с колыбели
по­
рядку; правда, одно п о к а з а в ш е е с я м а л ь ч и к у б е з м я т е ж н ы м
л е т о он провел, в м е с т е с д р у г и м и ч л е н а м и семьи, о к о л о
матери, в Ш в е й цари и , в местах, н а п о м н и в ш и х
ей м о л о ­
д о с т ь и п е р в у ю эмиг р а ц и ю .
Подростком Сережа заболел туберкулезом; болезнь и
тоска по м а т е р и с ж и г а л и его; с м е р т ь ее д о л г о
скрыва­
л и от н е г о , б о я с ь в з р ы в а о т чаянья; у з н а в - он смолчал.
Горе было б о л ь ш е слез и слов.

25

В год ы с в о е г о
отроческого и юношеского становле­
н и я о н , б у д у ч и , к а з а л о с ь б ы , о б щ и т е л ь н ы м и о т крытым, о с ­
тавался
внутренне глубоко смятенным и глубоко одино­
ким.
О д и н о ч е с т в о это р а з о м к н у л а то л ь к о М а р и н а .
Они встретились - семнадцатилетний и
восемнадца­
т и л е т н я я - 5 мая 1911 года на п у с т ы н н о м , у с е я н н о м м е л ­
к о й галькой, к о к т е б е л ь с к о м , в о л о ш и н с к о м
берегу.
Она
с о б и р а л а камешки, он стал п о м о г а т ь ей - к р а с и в ы й г р у ­
с т н о й и к р о т к о й к р а с о т о й юноша, п о ч т и м а л ь ч и к ( в п р о ­
чем, ей он п о к а з а л с я веселым, точнее: р а д о с т н ы м ! ) - с
п о р а з и т е л ь н ы м и , о г р о м н ы м и , в п о л - л и ц а глазами; з а г л я ­
нув в н и х и все п р о ч т я н а п е р е д ,М а р и н а загадала:
если
он н а й д е т и п о д а р и т м не сердолик, я в ы й д у за него за­
муж! Конечно, с е р д о л и к этот он н а ш е л
тотчас
же,
на
ощупь, и бо не о т р ы в а л с в о и х с е р ы х глаз от ее, зеленых,
- и в л о ж и л ей его в л а д о н ь , р о з о в ы й , и з н у т р и о с в е щ енный,
к р у п н ы й камень, к о т о р ы й она х р а н и л а в сю ж и з н ь , к о т о р ы й
ч у д о м у ц е л е л и по сей день...
О б в е н ч а л и с ь С е р е ж а и М а р и н а в я н в а р е 1912 года, и
к о р откий промежуток между встречей их и
началом пер­
во й м и р о в о й в о й н ы был е д и н с т в е н н ы м в и х ж и з н и
перио­
д о м б е с т р е в о ж н о г о счастья.
В 1914 году Се р ежа, с т у д е н т 1-го к у р с а М о с к о в с к о ­
го у н и в е р с и т е т а , о т п р а в л я е т с я на ф р о н т
с санитарным
п о е з д о м в к а ч е с т в е б р а т а м и л о с е р д и я ; он р в е т с я в бои,
но м е д и ц и н с к и е к о м и с с и и , о д н а за д р угой,
находят
его
н е г о д н ы м к с т р о е в о й с л у ж б е по с о с т о я н и ю з доровья; ему
у д а е т с я , наконец, п о с т у п и т ь в ю н к е р с к о е
учили щ е ; это
и г р а е т р о к о в у ю р о л ь во всей
его д а л ь н е й ш е й
судьбе,
так к ак по д в л и я н и е м о к р у ж и в ш е й его о ф и ц е р с к о й , в е р н о ­
подданнической среды к началу
гражданской
войны
он
оказывается втиснутым в лагерь
белогвардейцев. Пре­
вратно понятые идеи товарищества,
верности
присяге,
вскоре возникшее чувство обреченности "белого
движе­
ния" и н е в о з м о ж н о с т и и з м е н и т ь и м е н н о
обреченным уво­
д я т его с а м ы м скорб н ы м , о ш и б о ч н ы м и
т е р н и с т ы м в мире
путем, через Г а л л и п о л и и К о н с т а н т и н о п о л ь - в Ч е х и ю и
Ф р а н ц и ю , в стан ж и в ы х п р и з р а к о в - л ю д е й без п о д д а н с т в а
и г р а ж д анства, без н а с т о я щ е г о и будущего, с н е п о д ъ е м ­
н ы м г р у з о м о д н о г о т о л ь к о п р о ш л о г о за п л е ч а м и . ..

26

В годы
гражданской войны связь между моими ро д и ­
телями п о р в а л а с ь п о ч т и полн о с т ь ю ; д о х о д и л и л и ш ь н е д о ­
сто в е р н ы е слухи с н е д о с т о в е р н ы м и " о к а з и я м и ” ,п и с е м п о ­
чти не было - в о п р о с ы в них н и к о г д а
не
совпадали
с
ответами.
Если
бы не это - кто знает! - с у д ь б а д в у х
л ю д е й с л о ж и л а с ь бы иначе. Пока, по сю с т о р о н у н е в е д е ­
ния, М а р и н а в о с п е в а л а "б е л о е д в и ж е н и е " , ее муж, по ту
сторону, р а з в е н ч и в а л его, за п я д ь ю п я д ь , ш а г
за ш а г о м
и д е н ь за днем.
К о гда выяснилос ь , что С е р г е й Я к о в л е в и ч
эвакуиро­
вался в Т у р ц и ю в м е с т е с о с т а т к а м и р а з б и т о й
белой ар­
мии, М а р и н а п о р у ч и л а у е з ж а в ш е м у
за г р а н и ц у Э р е н б у р г у
р а з ы с к а т ь его; Э р е н б у р г на ш е л С.Я. у ж е п е р е б р а в ш е г о с я
в Чехию и поступившего в Пражский университет. Марина
п р и н я л а ре ш е н и е - ех а т ь к мужу, п о с к о л ь к у ему, н е д а в ­
нему б е л о г в ардейцу, в те годы о б р а т н ы й п у т ь был з а к а ­
зан - и невозможен.
П о м н ю один р а з г о в о р м е ж д у р о д и т е л я м и , в с к о р е п о с ­
ле н а ш е г о с м а т е р ь ю п р и е з д а за границу: " . . . И
все же
это было с о в с е м не так, М а р и н о ч к а " , - с к а з а л
отец, с
в е л икой мукой все в т ех ж е о г р о м н ы х глазах,
выслушав
нес к о л ь к о с т и х о т в о р е н и й из " Л е б е д и н о г о стана".
"Что же - было ? " - "Бы л а б р а т о у б и й с т в е н н а я и с а м о ­
у б и й с т в е н н а я война, к о т о р у ю м ы вели, не
поддержанные
народом; было незна н и е , н е п о н и м а н и е нам и
народа,
во
имя которого, как н а м к а залось, м ы воева л и . Не " м ы " , а
- л у ч ш и е из нас. О с т а л ь н ы е в о е в а л и т о л ь к о за то, ч т о ­
бы отня т ь у н а р о д а и в е р н у т ь себе о т д а н н о е
ему б о л ь ­
ш е в и к а м и - т о лько и всего. Был и б и т в ы "за
веру, ц а р я
и о т е ч ество" и, за н и х же, р а с стрелы, в и с е л и ц ы и г р а ­
бежи" .
"Но как же вы - вы, С е р е ж е н ь к а . . . " - "А, вот так:
п р е д с т а в ь т е себе в о к з а л в о е н н о г о в р е м е н и - б о л ь ш у ю у з ­
л о в у ю станцию, з а б и т у ю солдатами,- м е ш о ч н и к а м и , ж е н щ и ­
нами, детьми, всю эту тревогу, н е р а з б е р и х у ,
толчею все л е з у т в вагоны, о т п и х и в а я и в т я г и в а я д р у г д р у г а . ..
В т я нул и и тебя, т р е т и й звонок,
поезд трогается - м и ­
н у тное облегчение, - с л а в а тебе, Господи! - но
вдруг
у з н а е ш ь и со с м е р т н ы м у ж а с о м о с о з наешь, что в р о к о в о й
суете попал - впрочем, вме с т е со м н о г и м и и многими! 27

не в т от п о е з д . . . ч т о твой
с остав
ушел с другого пу­
ти, что о б р а т н о г о х о д а нет - р е л ь с ы р а з о б р а н ы . О б р а т ­
но, М а р и н о ч к а , м о ж н о
т о л ь к о п е ш к о м - по ш п а л а м - всю
жизнь..
П о с л е этого р а з г о в о р а был н а п и с а н М а р и н и н
"Рас­
с в е т н а рельсах".
Вся дальнейшая жизнь моего отца и
б ыл а
обратным
п у т е м - по ш п а л а м - в Россию, через п р е п я т с т в и я , т р у д ­
ности, о п а с н о с т и и же р т в ы , к о т о р ы м
не
было
числа, и
в е р н у л с я он на Р о д и н у с ы н о м ее, а не пасынком.

из самого раннего
Раннее
д е т с т в о мне в с п о м и н а е т с я не как со н , а как
п е р в а я в жизни, н а и я р ч а й ш а я явь, как
сплошное откры­
тие - с н а ч а л а м и р а , ч у т ь п о з д н е е - и са м о й себя в нем.
В и с т о к а х с в о и х мир это т был не мал и не в е л и к , н е
п л о х и не хорош, он п р о с т о и б е с с п о р н о н а л и ч е с т в о в а л ,
еще в не с р а в н е н и й и оценок. Н а л и ч е с т в о в а л и
в нем и
д в а с о в е р ш е н н о новых, м л а д е н ч е с к и х глаза, во все в п и ­
в а в ш и х с я и в и д е в ш и х все, за и с к л ю ч е н и е м
сам о й д е в о ч ­
к и , к о т о р о й они при н а д л е ж а л и . С а м а ж е девоч к а , как
бы
т а я в ш а я с я до п о р ы до в р е м е н и
в
глубине
собственных
з р а ч к о в о с у щ е с т в и л а с ь л и ш ь в д е н ь , к о г д а , разгляд ы в а я ,
в к о т о р ы й р а з ,т у ,д р у г у ю - в з е р к а л е ,в д р у г о т о ж д е с т в и ­
л а свое ж и в о е "я" с у с л о в н о с т ь ю отраж е н и я .
Отражение
был о не из приятны х : б е л о г о л о в о е ,н а с у п л е н н о е , о д е т о е в
в е л ь в е т о в о е п о л о с а т о е п л а т ь и ц е ,о б у т о е в ба ш м а к и с п у ­
говками, оно с т р о и л о р о ж и , т о п а л о н о г о й , в ы с о в ы в а л о язык
и в п о л н е з а с л у ж и в а л о ,ч т о б ы его п о с т а в и л и в угол. С т о ­
яло, т о п а л о и в ы с о в ы в а л о д о той поры, п о к а подлинник,
внезапно
пронзенный
дога д к о й , не слился, в с о з н а н и и
с в о е м , с копией. Т о г д а п р и т и х ш е е и н е с к о л ь к о з а и с к и в а ­
ю щ е е "я" п о д о ш л о к и з о б р а ж е н и ю , п о г л а д и л о его , с д р у ж е ­
с к и м н а ж и м о м , к а к п у д е л я Д ж е к а , и про ш е п т а л о : "Милая!"
Но это с л у ч и л о с ь в п о с л е д с т в и и , а д о этого
был мир
и в е д а в ш а я и м и р а с п о р я ж а в ш а я с я мама,
которую
звали
М а р и н а . М ир в с е ц е л о з а в и с е л от нее, по
ее
воле д е т -

28

ский день см е н я л с я н о ч ь ю , в о з н и к а л и из ш к а ф а и и с ч е з а ­
ли в н ем и г р у ш к и , в ы з ы в а е м а я и м и с д е р ж а н н а я с к у к а С'играть" я не у м е л а , а л о м а т ь - не р а з р е ш а л о с ь )
уступала
место в о с т о р г у о б е щ а н н о й п р о г у л к и с М а р и н о й
- почти
совс е м в о с т о р г у ,есл и б ы не в се э т и , м а л е н ь к и е н е н а в и с т ­
ные, капоры, башлыки, гамаши, калоши, варежки, т е п л ы е шт а н ы ,
з а с т е ж к и , п р я ж к и , к р ю ч к и , п у г о в и ц ы , п у г о в и ц ы без конца!
По воле М а р и н ы мир о г р а н и ч и в а л с я
стенами детской
ил и с т а н о в и л с я у л и ц е й , и з зим ы п р е в р а щ а л с я в л е т о , р а с ­
пахивал и з а к р ы в а л о к н а и двери,
останавливался
как
в к о п а н н ы й и ли б л а г о д а р я и з в о з ч и к у ,р е ж е - поезду, п р е ­
ображался в д в и ж е н и е , ч т о б ы , у г о м о н и в ш и с ь , в д р у г н а з в а т ь ­
ся "дачей" и л и " К о к т е б е л е м " . Н а з в а т ь с я . И б о и м е н н о по
М а р и н и н о й воле все в и д и м о е н а ч а л о о б о з н а ч а т ь с я с л о в а ­
ми и т е м с а м ы м м а т е р и а л и з о в а т ь с я , о п р е д е л я т ь с я , о б р е ­
тать форму, ц в е т и с м ы с л . Н е в и д и м о е ,
о т в л е ч е н н о е , так
же на ч а л о с ь со слов - с т р е х китов ч е л о в е ч е с к о г о
бы­
тия: "Нельзя", "Нужно", "Можно", - п р и ч е м
первое
из
них,повторявшееся чаще,усвоилось прежде двух
осталь­
ных.
М а р и н и н о вл и я н и е н а меня, м а л е н ь к у ю , б ы л о огромно,
н и к е м и н и ч е м не п е р е б и в а е м о и - в с е г д а в з е н и т е . М е ж ­
д у тем, в р е мени со м н о й о на п р о в о д и л а
не так у ж м н о ­
го, гуляла не так у ж часто, ни в ч е м не пота к а л а ,
не
б а л о в а л а ; в с е м э тим в т ой и л и и н о й м е р е з а н и м а л и с ь н я ­
ни, не о с т а в и в ш и е в п а м я т и н а д е ж н о г о с л е д а , м о ж е т быть,
оттого, что,не п р и ж и в а я с ь к д о м у , ч а с т о смен я л и с ь .
С одной из них п р и ш л о с ь
расстаться
потому,
что
вместо ск в е р и к а на С о б а ч ь е й
площадке
она
неукосни­
тель н о у в о д и л а мен я в Н и к о л о - П е с к о в с к у ю ц е р к о в ь - в ы ­
стаивать панихиды и прикладываться к покойникам; " а
что тут такого, барыня, - г о в о р и л а
о на
разгневанной
Марине, н е т о р о п л и в о с о б и р а я п о ж и т к и - а н г е л ь с к а я - то
м о л и т в а скорее до г о с п о д а п р о никает, значит, у
гр о б а
и м л а д е н е ц при деле, не то что на этих в а ш и х - тьфу!
грех вымолвить! - п л о щ а д к а х с о б а ч ь и х ! "
В т о р у ю у в о л и л и за то, что о к а з а л а с ь н е ч и с т а на р у ­
ку, д а и на язык: в м е с т о " м е д в е д ь " и " п а н т а л о н ы " , н а ­
пример, п р о и з н о с и л а - а в с л е д за ней и я - " в е д м е д ь " и
" п о л т о л о н ы " ;т р е т ь я и п о с л е д у ю щ и е у х о д и л и , к а ж е т с я , с а м и .

29

Ни о дна из э т и х , и л и иных, п е р е м е ж а в ш и х с я т е н е й не
з а с л о н я л а от м е н я М а р и н у , п о с т о я н н о как бы п р о с в е ч и ­
в а в ш у ю с к в о з ь в с е х и вся: к ней и за н ей
я постоянно
тян у л а с ь , п о д о б н о п о д с о л н е ч н и к у , и ее п р и с у т с т в и е п о ­
с т о я н н о о щ у щ а л а в н у т р и себя, п о д о б н о г о л о с у совести, с т о л ь в е л и к а б ы л а и з л у ч а в ш а я с я ею у б е ж д а ю щ а я , т р е б о в а ­
т е л ьная, п о д ч и н я ю щ а я сила. С и л а любви.
В р е б е н к е , к о т о р ы м я была,
Марина стремилась раз­
вивать, с колыбели , п р и с у щ и е ей са м о й к а чества:
спо­
собность преодолевать трудное
и - самостоятельность
м ы с л е й и дей с т в и й . Р а с с к а з ы в а л а и о б ъ я с н я л а не по п о ­
в е р х н о с т и , а чаще в с е г о - г лубже д е т с к о г о
р а з умения,
ч т о б ы м л а д ш и й с в о и м у м о м д о х о д и л до з а д а н н о г о , а мож е т
быть, это з а д а н н о е и опережал;
приучала
излагать
с в я з н о и в н я т н о - у в и д е н н о е , у с л ы ш а н н о е , п е р е ж и т о е - или
п р и д у м а н н о е . Н и к о г д а не о п у с к а л а с ь д о у р о в н я ребенка,
а н е у с т а н н о как бы п р и п о д н и м а л а его, ч т о б ы в с т р е т и т ь ­
ся с н и м на той к р а й н е й точке,
на
которой
сходятся
взрослая мудрость с детской первозданностью, личность
в з р о с л о г о с л и ч н о с т ь ю мале н ь к о г о .
Н а г р а д о й за х о р о ш е е п о в е д е н и е , з а ч т о - т о в ы п о л н е н ­
н о е и п р е о д о л е н н о е , были не с л а д о с т и и п о д а р к и , а п р о ­
ч и т а н н а я в с л у х сказка, с о в м е с т н а я п р о г у л к а
или
при­
г л а ш е н и е " п о г о с т и т ь " в ее к о м н а т е . З а б е г а т ь т у д а " п р о ­
сто так" не р а з р е ш а л о с ь . В м н о г о у г о л ь н у ю , как бы г ра­
неную, к о м н а т у эту,с в о л ш е б н о й
елизаветинской
синей
л ю с т р о й п од потолк о м , с в о л ч ь е й - н е м н о г о п у г а ю щ е й , н о
м а н я щ е й - ш к у р о й у н и з к о г о дивана, я в х о д и л а с х о л о д ­
к о м р о б о с т и и р а д о с т и в груди... Как з а п о м н и л с я б ы с т ­
р ы й м а т е р и н с к и й н а к л о н мне н а в стречу, ее л и ц о
возле
моего, з а пах " К о р с и к а н с к о г о ж а с м и н а " , ш е л к о в ы й ш о р о х
п л а т ь я и то, как сам а она, по не у т р а ч е н н о й
еще д е т ­
ско й привычке, л а д н о и б ы с т р о у с т р а и в а л а с ь со мно й на
п о л у - р еже в к р е с л е и л и на д и в а н е , - п о д ж а в и л и с к р е ­
с тив д л и н н ы е ноги! И наш и р а з г о в о р ы , и ее ч т е н и е в с л у х
- сказок, б а л л а д Л е р м о н т о в а , Ж у к о в с к о г о . . .Я б ыстро в ы ­
т в е р ж и в а л а и х н а и з у с т ь и, кажется, пони м а л а ;
правда,
л е т д о ш е с т и , п р о и з н о с я "не гн у т с я
высокие
мачты, на
н и х ф л ю г е р а н е шумя т " , думала, что ф л ю г е р а н е - это т а ­

30

кой н е с п о к о й н ы й народец, с н у ю щ и й сре д и п а р у с о в и п р е ­
д а н н ы й и м п е ратору; т а и н с т в е н н о й п р е л е с т и
б а л л а д е это
не убавляло.
М а р и н а п о з в о л я л а и п о с и д е т ь за ее п и с ь м е н н ы м с т о ­
лом, в т и с н у т ы м в п р о с т е н о к у м а л е н ь к о г о
углового ок­
на, за к о т о р ы м в с е г д а в о р к о в а л и голуби, п о р и с о в а т ь ее
к а р а н д а ш а м и и и н о г д а д а ж е в ее т е традке,
почтительно
п о л ю б о в а т ь с я п о р т р е т а м и С а р ы Бе р н а р и М а р и и Б а ш к и р ц е ­
вой, п о т р о г а т ь п р е с с - п а п ь е - " Н ю р н б е р г с к у ю деву " , с т р а ­
шную чугунную фигурку с шипами внутри,привезенную к о ­
гда-то д е д о м из Германии, и ч у г у н н о г о же " ц а р я А л е к ­
сея М и х а й л о в и ч а " ; с к р е п к у для бум а г в в и д е д в у х л а д о ­
ней - п а л ь ц ы б ыли с о в с е м как н а с т о я щ и е и ц е п к о д е р ж а ­
л и записи и счета; л а к о в у ю к а р а н д а ш н и ц у
с портретом
ю н ого генерала 1812 года Т у ч к о в а і ѵ ; г л и н я н у ю , п о с е р е б ­
р е н н у ю птицу Сирин.
Из пу з а т о г о с е к р е т е р а д о с т а в а л а с ь б о л ь ш а я к н и г а в
красном переплете - сказки Перро с иллюстрациями Дорэ, п р и н а д л е ж а в ш а я еще М а р и н и н о й м а т е р и , к о г д а о н а б ы ­
л а "такой же мален ь к о й , как ты " . Я р а с с м а т р и в а л а
кар­
тинки, осторожно, т о л ь к о что в ы м ы т ы м и руками, п е р е в о ­
р а ч и в а л а с т р а н и ц ы с в е р х н е г о п р а в о г о угла; н и ч т о
так
не воз м у щ а л о Марину, как н е б р е ж н о е , н е у в а ж и т е л ь н о е о т ­
н о шение к книгам; к о г д а я н е ч а я н н о
разбила
одну
из
д в у х ее л ю б и м ы х ч а ш е к с т а р и н н о г о ф а р ф о р а , к с ч а с т ь ю , н е
ту, что с Напо л е о н о м , а ту, что с Ж о з е ф и н о й , и , з а л и в а ­
ясь слезами, кричала: "Я р а з б и л а его жену! т е п е р ь
он
о в д о вел!" - м еня не т о л ь к о не ругали, но еще и у т е ш а ­
ли, а вот за к а к о г о - т о " С т е п к у - Р а с т р е п к у " р а з о р в а н н о ­
го, п о т о м у что он был п р о т ивный, в с к л о к о ч е н н ы й
урод,
" т акой же как ты, к о г д а не х о ч е ш ь м ы т ь с я
и
причесы­
ваться", п р и ш л о с ь - т а к и п о с т о я т ь в у г л у , м р а ч н о к о л у п а я
известку... М о ж н о было с м о т р е т ь к а р т и н к и и в о д н о т о м ­
ник е Гого л я ( п р и ло ж е н и и к ж у р н а л у " Н и в а " ) . Т а м все б ы ­
л о н а р и с о в а н о подробно, м е л к о и еще не о ч е н ь м не д о с ­
тупно. Как к о ч е в н и к в о с п е в а ю щ и й во в с е х
подробностях
в о з н и к а ю щ и й п е р е д н и м пейзаж, так и я н а сво й л а д
и
нараспев, к о м м е н т и р о в а л а и л л ю с т р а ц и и :
" А в от л о ш а д к а
едет... а вот го с п о д и н р а з г о в а р и в а е т с д а м о й . . . А вот
б а р ы ш н я просит у к у х а р к и ж а р е н ы х о б е з ь я н . . . "
"Барыш-

31

н е й " был а в о с с т а в ш а я из гр о б а п а нночка,
"кухаркой"Хома Брут,а "жареными
о б е з ь я н а м и " - с н у ю щ а я во все х
н а п р а в л е н и я х н е ч и с т а я сила.
Иногда Марина заводила бабушкину музыкальную ш ка­
т у л к у с м е д н ы м и г о л ь ч а т ы м валиком: в с т а в л я л с я
в нее
к а р т о н н ы й т р а фарет , н а к р у ч и в а л а с ь т у г а я р у ч к а з авода
и раздавалась мелодия менуэта или гроссфатера, от­
ч е т л и в а я и н е г р омк а я ,
как в е с е н н я я
капель; ск о л ь к о
т р а ф а р е т о в , с т о л ь к о и мелодий.
Не м е н е е ч у д е с н ы м , н о
б о л е е в н у ш и т е л ь н ы м к а з а л с я мне г р а м м о ф о н с т р у б о й в
вид е г и г а н т с к о й по вилики: в н е м ж и л и гол о с а цыганок.
В с ю ж и з н ь л ю б и л а М а р и н а ц ы г а н - от п у ш к и н с к и х до у л и ­
ч н ы х г а д алок и д е р е в е н с к и х к о н о к р а д о в , за и х в о л ь н о л ю б и в о с т ь , особост ь , о б о с о б л е н н о с т ь от
окружаю щ е г о ,
к о л д о в с к и е р е ч и и песни, ц а р с т в е н н у ю
беспечность...
и ненадежность.
Помню, как однажды, п о с л у ш а в п л а с т и н к и В а р и П а н и ­
н о й и В я л ь ц е в о й - низкие, п е ч а льные, у д а л ы е
голоса!
- М а р и н а р а с с к а з а л а мне, еще не с о в с е м четырехлетней,
о п о с л е д н е м к о н ц е р т е од н о й из них, кажется, Паниной.
"... О н а б ы л а к о г д а - т о м о л о д а и п р е к р а с н а и пела
так, что все т е р я л и го л о в у - как о д и н ! Б о г а ч и , к н я з ь я ,
о ф и ц е р ы ш в ы р я л и к ее н о г а м сердца, т и т у л ы , с о с т о я н и я ,
с х о д и л и с ума, с т р е л я л и с ь на д у э л и . .. Но в р е м я п р о ш ­
л о - у з н а е ш ь и ты, что оно проходит! - ее в р е м я п р о ­
шло! О н а с о с т а р и л а с ь ; у ш л и красота, богадство,слава.,
т о л ь к о голос ост а л с я . . . П о к л о н н и к и ? П о к л о н н и к и
рас­
сеялись, о с т е п е н и л и с ь , м н о г и е у м е р л и . . . А о н а еще вы­
с т у п а л а - но с л у ш а т ь ее было некому, ее п о к о л е н и е со­
ш л о на н е т , ч т о
до внуков, то они н и к о г д а не у в л е к а ­
ю т с я т е м же, ч е м деды! И вот она д а е т п о с л е д н и й , п р о ­
щ а л ь н ы й концерт; в ы х о д и т на с ц е н у все в той же
чер­
н ой шали, р а с п л ы в ш а я с я , седая, старая! Ни о д н о й ч е р ­
т о ч к и от той, прежн е й , и вообще, у ж е
не
черты, а мо р щ и н ы . В зале - т о л ь к о н е с к о л ь к о после д н и х , не и з ­
м е н ивших. .. К то бы у з н а л в о д р я х л е в ш и х с т а р и к а х
тех
б ы л ы х волокит, гусаров, к р а с а в ц е в ?
Тени
пришли
на
п о с л е д н е е с в и д а н и е с тенью. И тен ь - поет, р о м а н с за
ром а н с о м , все то, что они л ю б и л и , за
что н о с и л и
на
руках! тень - п р е ж д е и м и любим а я ! - т е н ь , л ю б и в ш а я их!
32

О на п р о щ а е т с я с ними, п р о щ а е т с я с ж и з нью, с с а м о й л ю ­
бовью!.. Время к о н ц е р т а д а в н о истекло; у ш е л
аккомпа­
ниатор; сл у ж и т е л и гасят л а м п у за л а м п о й и л ю с т р у
за
л ю с трой; в о круг - никого. Но о н а не ух о д и т , о н а о т к а ­
зыв а е т с я уходить! п е с н и рвутся, л ь ю т с я и з гру д и - о н а
поет! поет одна, в п у с т о м т е м н о м
зале; м р а к - и
го­
лос; голос - во мраке; голос - о с и л и в ш и й м р а к ! . . "
У в и д е в мое лицо, М а р и н а о с е к л а с ь , с п р о с и л а :
- Ты поняла?
- Поняла. - о т в е т и л а
я и
засмеялась. - Старуха
пела-п ела, а с т а р и к и все у ш л и и свет п о т у ш и л и .
- Ступай! - с к а з а л а М а рина,
помол ч а в . - Т ы
еще
с л и ш к о м мала, с т у п а й в детскую!
И я отправилась
в детск у ю , к няне, к " в е д ь м е д я м "
и
"полтолонам".
Бедн а я Марина! Как
часто и взрослым - особенно
взрослым! - с о б е с е д н и к а м б ы л а о н а не по возрасту!
А голос во тьме за п а л в д у ш у - м о ж е т быть, и м е н н о
п о т о м у , ч т о не сразу был у с л ы ш а н и р а з г а д а н , к а к , в п р о ­
чем, м н огие из М а р и н и н ы х загадок.
Т е п е р ь думаю: не зде с ь ли, не в о б р а з е
ли старой
цыганки, п о ю щ е й в п у с т ы н е т е м н о г о зала, и с т о к и т р а г и ­
ческой цветаевской "Сивиллы"?
К а м е н н о й г л ы б о й серой,
С в е к о м п о р в а в родство,
Тело твое - пещера
Г о л о с а твоего.

Еще о м оем смехе и о сме х е вообще.
К о г д а в п е рвые М а р и н а п о в е л а меня в цирк, я в н а ч а ­
л е не знала, куда смотреть; все т а р а щ и л а с ь на л о ж и о с ­
ветителей, с о ч у в с т в у я л юдям, т а м н а х о д и в ш и м с я , и б о я с ь
за них; мне п о ч е м у - т о к а залось, что
в л о ж и эти м о ж н о
з а б р а т ь с я только снаружи,
по
приставным лестницам,а
это - страшно и опасно; как н а м повезло, что
мы з д е с ь
сидим! М а р и н а п о в о р а ч и в а л а мое л и ц о - о б е и м и
руками к арене: смотри! - но м е н я все м а н и л и о с в е т и т е л и ; к о г д а
же, п о чти п е ред носом, в о з н и к л и т и г р ы и с д е р ж а н н о
ры33

к а в ш и е львы, я з а г л я д е л а с ь не на них, а на у н и ф о р м и с ­
тов; м у н д и р ы и х н а п о м и н а л и м не с т у д е н ч е с к и е , к а к у о т ­
ц а и его товарищей : не С е р е ж а л и т а м и г р а е т со з в е р я ­
ми, с р е д и в с е х э т и х п е р е в е р н у т ы х , б е л ы х
с серебром,
б о чек и ящиков? А з а ч е м с т у д е н т ы в ы г н а л и зверей, щ е л ­
кая би ч а м и ? З а ч е м т о г д а было в п у с к а т ь ?
Но вот забегал и , запрыгали, з а к у в ы р к а л и с ь
стран­
ные, о д е т ы е - о д н и в у д и в и т е л ь н ы е б а л а х о н ы с е л о ч н ы м и
б л е с тками, д р у г и е - в куц ы е ж и л е т к и и н е п о м е р н ы е ш а ­
ровары, с у щ е с т в а с р а з м а л е в а н н ы м и л и ц а м и ;
они чт о - т о
в ы к р и к и в а л и резким и , у к с у с н ы м и г о л о с а м и , и в с е м - р а з ­
машистыми движениями, нескладными и вместе с тем л о в ­
к и м и прыжками, в н е з а п н о в о з н и к а в ш и м и д р а к а м и и б у р н ы ­
ми п р и м и р е н и я м и - н а п о м и н а л и т ех с а м ы х
"уличных д е ­
тей", и г р ы к о т о р ы х я, " х о р о ш а я дево ч к а " ,
могла
раз­
д е л я т ь т о л ь к о в в о о б р а ж е н и и , глядя на них в окно'.Кло­
уны! Клоуны! О н и о к а з а л и с ь
куда интереснее
уличных
м а л ь чишек, п о т о м у ч то - смешные! Те п р ы г а л и и д р а л и с ь
" п р о с т о так", а эти к а ж д ы м с в о и м д в и ж е н и е м ,
толчком,
скачком, пинком, подножкой, каждой, на вес ь цир к з в у ­
чащей
п о щ е ч и н о й в ы з ы в а л и смех; к р о м е т о г о , с ними все
в р е м я ч т о - т о случа л о с ь : то п а д а л и штаны, то л о п а л и с ь
ж и л еты, то в ы р а с т а л и рукава, то у л е т а л и ш л я п ы , т о р а з ­
б у х а л и ж и в о т ы и зады; и з - п о д н и х у х о д и л и стулья!
под
ногами' р а з в е р з а л а с ь земля!
Сперва, вникая, я з а улыбалась, п о т о м
стала
сме­
я т ь с я и н а к о н е ц з а к а т и л а с ь в голос, как все. - В с е , н о
не Ма р и н а .
Ладонями, ставшими железными,
о на
о т в е р н у л а мое
л и ц о от а р е н ы и тихо, я р о с т н о о тчеканила:
"Слушай и
помни: всякий, кто с м е е т с я н ад бед о й д р у г о г о , - д у р а к
и л и негодяй; чаще в с е г о - и то, и д р у г о е . К о г д а че л о в е к
п о п а д а е т в п р о с а к - это не смешно; к о г д а ч е л о в е к а
об­
л и в а ю т п о м о я м и - э то не смешно; к о г д а
человеку
под­
с т а в л я ю т п о д н о ж к у - это не смешно; к о г д а
человек те­
р я е т ш т а н ы - это не с м е ш н о ; к о г д а ч е л о в е к а бью т по л и ­
цу - это подло. Т а к о й смех - грех".
Э то я у с в о и л а с р а з у и о с о з н а л а на в с ю жизнь, как,
в п о с л е д с т в и и , и то, что к к л о у н а м к ак т а к о в ы м м а т е р и ­
н с к о е з а м е ч а н и е не о т н о с илось.

34

...Рисовать я начала, как все н а ч и н а ю т :с и л ь н о н а ­
ж и м а я на карандаш, к р у ж и л а и м по
бумаге;
получались
смерчи. Но в от о д н а ж д ы в ы ш е л у меня, как у в с е х в ы х о ­
дит, первый, как Адам, человечек: руки, ноги, т у л о в и ­
ще - палочки, голо в а кочном. З а м и р а я
от
восторга
и
усердия, я с н а б д и л а к о ч а н глазами, п о т о м н о з д р я м и , п о ­
т ом ртом, у х о д я щ и м за п р е д е л ы головы, и, наконец, з у ­
бами. Д о б а в и л а п а л ь ц ы и п у г о в и ц ы и, не п о м н я с е б я , з а ­
вопила: "Марина! Марина! С к о р е е и д и т е с ю д а ! " - М а р и н а
вбежала, в с тревоже н н а я , из своей, с о с е д н е й с де т с к о й ,
комнаты. "Что случил<?сь?" - "Смотрите! С м о т р и т е ! Я ч е ­
ловека нарисовала!"
И - з а м ерла за с в о и м с т о л и к о м в о ж и д а н и и похва л ы .
М а р и н а с к л о н и л а с ь н а д рисунком. " Где - ч е л о в е к ?
Это - ч е л овек?" - "Да". - "Ну нет, А л е ч к а ! Т а к и х л ю д е й
не бывает. П о к а что это - урод.. С м о т р и : с к о л ь к о у н е г о
п а л ь ц е в на руке? а у тебя? В от видишь?
А
ножки
как
спички? - п о с м о т р и на свои! А зубы? как не с т ы д н о ! т а к
забор рисуют. И голова не б ы в а е т б о л ь ш е с а м о г о
чело­
века. А что это за к р у ж о ч к и ? " - " П у г о в и ц ы " , - п р о ш е п ­
т а л а я, мрачнея. " П у г о в и ц ы ш и р е ж и в о т а ? П у г о в и ц ы - с а ­
ми по себе, без од е жды? Нет, Алечка, плохо. Т е б е
на­
до еще м н о - о г о р и с о в а т ь и д о - о л г о стара т ь с я .
До
тех
пор, п о к а не п о л у ч и т с я ! "
Какой же это был у д а р по с а м о л ю б и ю и
самонадеян­
ности, н а ч а в ш и м было р а с ц ветать! В м е с т о д о п о л н е н н о й и
украшенной авторским воображением "настоящей"
фигуры
я вооч и ю у в и д е л а б е с п о щ а д н о р а з в е н ч а н н у ю М а р и н о й у б о ­
гую, к о с о б о к у ю к р и в у л ь к у . . . С глубоким, как само
ра­
зочарование, в з д о х о м с н о в а в з я л а с ь я за к а р а н д а ш - за
преодоление неподдающегося.
М а р и н а не т е р п е л а н и ч е г о о б л е г ч е н н о г о .
Так,когда
зн а к о м ы е д а р и л и мне а л ь б о м ы д л я
раскрашивания,
она
у б и р а л а их: "Сама нарисуй, т о г д а и р а с к р а ш и в а й ;
кто
р а з р и совывает, и ли сри с о в ы в а е т , или с п и с ы в а е т - чужое,
тот о б и рает саиого себя и н и к о г д а н и ч е м у не научится'.'
К о г д а слу ч а й н о выя с н и л о с ь , что б у к в ы я у ж е
знаю,
она с т ала у ч и т ь меня ч и т а т ь слова,, не р а з б и в а я и х
на
слоги, а сразу все сло в о целиком,
сперва
осознанное
"про себя", п о т о м п р о и з н о с и м о е вслух. Перо, в л о ж е н н о е

35

ею в м ои пальцы, н и к о г д а не в ы в о д и л о п а л о ч е к и к р ю ч о ­
чков, п р е д в а р я ю щ и х н а ч е р т а н и е б у к в , и
не
воспроизво­
д и л о п е ч а т н ы х п р о п и с е й м е ж д у д вумя, м е х а н и ч е с к и о р г а ­
н и з у ю щ и м и почерк, л и н е й к а м и ; с л о в а из бук в и ф р а з ы из
слов я д о л ж н а б ы л а с т р о и т ь сама, и по
о д н о й линей к е .
Т а к и м образом, мне п о с т о я н н о п р и х о д и л о с ь д у м а т ь о том,
что я д е л а ю и как. П а с с и в н о е ,
копиистическое
на ч а л о
из М а р и н и н о г о п р е п о д а в а н и я было и з г н а н о раз и н а в с е г ­
да, з а м е н е н н о е т в о р ч е с к и м . В м е с т о н у д н ы х пр и м е р о в с р а ­
зу же, с м е с т а в карьер, п и с а л и с ь и з л о ж е н и я ,
сочине­
ния; о б ы ч н о безлик и е , у ч е н и ч е с к и е
тетради
превраща­
лись в дневники; грамматика свелась к минимуму необ­
х о д и м е й ш и х и, как все н а с у щ н о е , н е с л о ж н ы х правил. В м е ­
сто с п о с о б н о с т и в ы з у б р и в а т ь н а и з у с т ь р а з в и в а л а с ь сама
память, в п е р в у ю о ч е р е д ь зрит е л ь н а я , и
та са м а я н а б ­
людательность, которой большинство
детей
так щ е д р о
н а д е л е н ы и к о т о р у ю т ак быс т р о у т р а ч и в а ю т . . .
С м е л о в ы к и н у в из п е д а г о г и ч е с к о й ц е п и
промежуточ­
ные звенья, М а р и н а в ы у ч и л а м е н я ч и т а т ь - бег л о и д о с ­
т а т о ч н о о с м ы с л е н н о - к ч е т ы р е м годам,
писать - к пя­
ти, а в е с т и д н е в н и к о в ы е з а п и с и - б о л е е и л и м е н е е свя­
зно и в п о л н е (по с т а р о м у п р а в о п и с а н и ю ! )
грамотно - к
ш е с т и - с е м и годам.
Та к как н а ч а л о м ое й " п и с ь м е н н о с т и " с о в п а л о
с началом
рев о л ю ц и и , з а писи эти, п о л в е к а
срустя,
мож е т
быть,
п р е д с т а в л я ю т к а к о й - т о интерес; вот
н е к о т о р ы е из них,
ни в ч е м не и с п р а в л е н н ы е , лишь, в с л у ч а е н адобности,
сокр а щ е н н ы е .

"моя мать
М о я м а т ь о ч е н ь странная.
М о я м а т ь с о в с е м не п о х о ж а на мать. М а т е р и
все г д а
л ю б у ю т с я на с в о е г о р ебенка, и в о о б щ е на детей, а М а ­
р и н а м а л е н ь к и х д е т е й не любит.
У нее с в е т л о - р у с ы е волосы, они по б о к а м з а в и в а ю т ­
ся. У нее з е л е н ы е глаза, нос
с
горбинкой
и розовые
губы. У нее с т р о й н ы й рос т и руки, к о т о р ы е мне н р а в я т ­
ся.
36

Ее л ю б и м ы й день- - Б л а г о в е щ е н и е .
Она
грустна,
быстра,
любит
С т и х и и Му з ы к у .
Она
пишет
стихи.
Она
терпелива,
терпит
всегда до
крайности.
Она
с е р дится и любит. О н а в с е г д а к у д а - т о т о р о п и т с я . У н ее
б о л ьшая душа. Н е ж н ы й голос. Б ы с т р а я походка. У М а р и ­
ны р уки все в кольцах. М а р и н а по н о ч а м читает. У
н ее
глаза почти в с е г д а н а с м е ш л и в ы е . О н а не лю б и т , ч т о б ы к
ней п р и с т а в а л и с к а к и м и - н и б у д ь гл у п ы м и в о п р о с а м и , о н а
т о гда очень сердится.
И н о г д а о на ходит, как п о т е р я н н а я , н о
вдруг
точно
просып ается, н а ч и н а е т г о в о р и т ь и опя т ь т о ч н о
куда-то
уходит.

Декабрь 1918“

"четырехлистник
Был т е плый и л е г к и й день, и мы с М а р и н о й гуляли.
Она р а с с к а з ы в а л а мне с к а з к у А н д е р с е н а п ро д е в о ч к у , н а ­
с т у п и в ш у ю на хлеб - к ак она, ч т о б ы п е р е й т и
чер е з р у ­
чей, н а с т у п и л а на хлеб. П ро то, к а к о й это был б о л ь ш о й
грех. Я сказала: "Марина! Сейчас, наверно,
никто
бы
не з а хотел так с о г р е ш и т ь ! " М а р и н а о т в е т и л а , ч т о это п о ­
тому, что сейчас с т а л о так мал о хлеба, а р а н ь ш е
его
не д о е д а л и и выбрасы в а л и . Ч т о н а с т у п и т ь на х л е б - т а ­
кой же грех, как у б и т ь челов е к а . Потому, что хле б д а ­
ет жизнь.
М ы ш ли по серой т р о п и н к е на горку.
Наверху
была
бо л ь ш а я церковь, о ч е н ь к р а с и в а я под г о л у б ы м
небом и
д л и н н ы м и облаками. К о г д а м ы подошли, то у в и д е л и , что
ц е р к о в ь была заперта. М ы на нее п е р е к р е с т и л и с ь и сел и
на ступеньки. М а р и н а сказала, что мы сидим, к ак н и щ и е
на паперти.
В о к р у г было да леко, но не п о д р о б н о видно, потому,
что там был л е г к и й туман. Я с т а л а р а з г о в а р и в а т ь с М а ­
риной, но она сказала, ч т о б ы я не м е ш а л а
ей и
пошла
поиграть. Я не за х о т е л а и г рать, а з а х о т е л а р в а т ь ц в е ­
ты. В д р у г я у в и д е л а , ч т о под н о г а м и у м е н я р а с т е т к л е ­
вер. Т а м п е ред с т у п е н ь к а м и был и р о в н о
уложенные ста­
р и н н ы е камни. К а ж д ы й из них был
в темной
рамке
из
клевера. Есл и п о с м о т р е т ь на эти к а м н и в н и м а т е л ь н о , то

37

на
них
были
полосы и узоры и получались
настоящие
к а р т и н ы в з е л е н ы х рамах. Я
сел а
на к о р т о ч к и и стала
и с к а т ь ч е т ы р е х л и с т н и к М а р и н е на счастье. Я и с к а л а так
долго, что у мен я з а ш у м е л о в ушах. К о г д а мне з а х о т е ­
л о с ь уйти, в д р у г я его н а ш л а и так
о б р а д о в а л а с ь , что
испугалась. Я бросилась к Марине и подарила
ей
свою
до б ы ч у . О н а о б р а д о в а н н о р а с с м о т р е л а
мой ч е т ы р е х л и с т ­
ник и спросила, где я его нашла. Я
сказала. О н а п о б ­
л а г о д а р и л а мен я и п о л о ж и л а его
засушить
в записную
книжку.
Ав г у с т

191 В 11

Ч т о - с е г о д н я - в о з н и к а е т из э т о й д а в н е й
записи?
О д н о из л ю б и м е й ш и х мно ю ц в е т а е в с к и х с т и х о т в о р е н и й
а в г у с т а 1918 года:
С т и х и растут, как з в е з д ы и как розы,
Как красота, н е н у ж н а я в семье.
А на в е н ц ы и на а п о ф е о з ы О д и н ответ: - О т к у д а мне сие?
М ы с п и м - и вот, с к в о з ь м р а м о р н ы е плиты,
Н е б е с н ы й гость в ч е т ы р е л е п е с т к а .
О мир, пойми! П е в ц о м во сне о т к р ы т ы
З а к о н з в е з д ы и ф о р м у л а цветка.

В о з н и к а е т и сам, д е й с т в и т е л ь н о б ы в ш и й и н е с о м н е н ­
но счас т л и в ы й , ч е т ы р е х л и с т н ы й
р о с т о к к левера, р а з ы с ­
к а н н ы й н е к о г д а с р е д и прочих, з а у р я д н ы х , т р е х л и с т н ы х , у
п о д н о ж ь я г р а ц и о з н о й г р о м а д ы " П о к р о в а в Филях".
П р о с т о счастли в ы й , ибо, как п о в т о р я л а м н е , м а л е н ь ­
кой, М а р и н а , а ей м а л енькой, ее м а т ь , ч е т ы р е х л и с т н и к д о б р а я примета, с и м в о л удачи; его и з о б р а ж а ю т на н о в о ­
г о д н и х о т к р ытках, в о с п р о и з в о д я т в виде с е р и й н ы х т а л и ­
с м а н о в - меда л ь о н о в , б релоков...
Д в а ж д ы с ч а с т л и в ы й росток, и б о с к р о м н ы м ч у д о м с в о ­
его р о ж д е н и я в ы з в а л чуд о р о ж д е н и я эти х стихов.

38

"кот
в

в

сапогах" антокольского

третьей

студии

Вахтангова

"Мы с М а р и н о й
по ш л и
в театр. К о г д а м ы в ы ш л и из
дому, был ч у д н ы й в е ч е р , л у н а б ы л а с о в с е м к р у г л а я , и к у ­
п о л а ц е р к в е й были так блестящи, что
от н и х ш л и лучи.
Вечер был с и ний и белый, д о м а б ы л и п о х о ж и
на с у г р о б ы
с железом.
мне было ш е с т ь лет, М а р и н а был а б л и з о р у к а , и было
темно, так что мы не м о г л и ч и т а т ь , к а к и е у л и ц ы м ы п р о ­
ходили, п о т о м у М а р и н а с п р а ш и в а л а у п р о х о ж и х .
Наконец
она сказала, что тут. М ы звоним, нам о т к р ы в а е т ж е н щ и ­
на в ч е р н о м платье с б е л ы м фарт у к о м , ее
зв а л и Маша,
она п о м о г л а нам с н и м а т ь шубу.
М ы п о шли в залу, там р а з д а л с я звонок, все
засуе­
тились, свет потух, о т к р ы л а с ь з а н а в е с к а - т а м на п о с ­
тели л е ж а л а дама, п о к р ы т а я одеялом. О н а б ы л а
м о лода.
В д р у г р а з д а л с я стук, и в о ш л а
сгорбленная
старуха
и
стала п и т ь вино, а Кот (та дама) с м о т р е л а на нее т у с ­
к л ыми глазами. С т а р у х а о ч е н ь д о л г о г о ворила,
а потом
н а ч а л а т а н ц е в а т ь и т а н ц е в а л а так долго,
что
закрыли
занавеску, з а ж г л и свет и все с т а л и ш у м е т ь и говорить.
П о т о м н а ч а л а с ь н о в а я сцена,
и
я вижу - там
бедный
стоит мо л о д о й человек, и р я д о м с н им К от
в
сапогах,
одет о ч ень х о р о ш о - у нег о м е х о в ы е п а н т а л о н ы и т е п л а я
куртка. Кот говори т в се о б о г а т с т в е , а м о л о д о й ч е л о в е к
п о чти не слушает. Но вот о ни в и д я т в о к н о челов е к а , и
Кот говорит: "Дава й п р и м е м его, как су д ь б у " - и
пря­
чется под стол.
В о шел этот человек, с е д о й старик, это был д о к тор,
он ш ел к т а н ц о в щ и ц е Кэт и п о з в а л с с о б о й
сына
мель­
ника, м о л о д о г о человека. Но тут - явление: К о т
выле­
зает и з - п о д с т ола и го в о р и т д о к т о р у :"Мо й х о з я и н о ч е н ь
х о р о ш и й человек, и м о ж н о м н е п о й т и в м е с т о н е г о ? " Д о к ­
тор говорит: " П о ж а л у й с т а ! " С ы н м е л ь н и к а с н и м а е т к у р т ­
ку,
Кот б ы стро ее н а д е в а е т и с у л ы б к о й н е ж н ы м
голо-

39

с о м го в о р и т с в о е м у хозяину: " П р и м е ш ь л и ты к о г д а - н и ­
буд ь м е ня?" И ж д е т ответа. В гл а з а х х о з я и н а п о я в и л а с ь
к а к а я - т о грусть, но о на ско р о п р о п а л а , и он взял и в ы ­
т о л к а л и х о б о и х за дверь. П о т о м влез на стол
и стал
с м о т р е т ь и м в с л е д на прощанье.
Т ут о п я т ь за ж е г с я свет, говор и шум, и через н е с ­
к о л ь к о м и н у т все з а м о л ч а л о и свет потух.
Опять лежит
т а н ц о в щ и ц а Кэт на к р о в а т и и г о ворит
спокойным
голо­
сом: "Я и м не открою, нет, я и м не о т к р о ю ! " И как раз
в это в р е м я п о с т у ч а л и с ь . Т о г д а
та
старуха,
которая
с п е р в а с и д е л а рядом, а п о т о м у п а л а со сту л а и за с н у л а
п од кроватью, в с т а е т и и д е т о т к рывать. В х о д и т доктор,
раскланивается, здоровается и вытаскивает из-за двери
К о т а . О б а они н а ч и н а ю т без с п р о с а пить вино и кричать:
"Да з д р а в с т в у е т т а н ц о в щ и ц а Кэ т ! " Все д в и г а ю т с я и х о ­
д я т б е з м о л в н о и с н е к о т о р ы м и словами, и д о л г о все это
продолжается. Потом доктор надевает
на
себя
од е ж д у
с в я щ е н н и к а , ставит К о т а и К эт на колени,
бер е т
свой
ц и л и н д р в м е с т о в е н ц а и в е н ч а е т их, и все г о в орят п р и ­
я т н ы е вещи. Но через н е с к о л ь к о ми н у т
танцовщица ска­
зала: "Ах, господи, д а вед ь это не П ь е р о , э т о к о т , к и с ­
ка!" и с т а л а п а д а т ь на кровать.
Т о г д а д о к т о р в с к а к и в а е т на столик, где вино, р а з ­
б р а с ы в а е т все н о г а м и и и с ч е з а е т в окне. Кот п о д б е г а е т
к т а н ц о в щ и ц е , кричит: "Проснись, п р о с н ись!",
но
она
все лежи т , и он тож е с п р ы г и в а е т с п о д о к о н н и к а , т а к что
все д о м а за о к н о м д р о жат. С т а р у х а в ы к и д ы в а е т и м вс л е д
ц и л и н д р д о к тора, а К э т п р и п о д ы м а е т голову. - К о н е ц Н а р о д о п я т ь зашумел, з а г о в о р и л о том, что
видел,
а мы с М а р и н о й п о ш л и в к омнату, где были з н а к о м ы е б а ­
рышни-актрисы, некоторые актеры и Павлик Антокольский,
к о т о р ы й н а п и с а л эту п ь е с у . П о т о м п р и ш е л Ю р а Завадский,
он в ы г л я д е л тонко и молодо, у н е г о был и к у д р я в ы е с в е ­
т лые волосы, б о л ь ш и е глаза, т о н к и е ноги и р у к и и к р у ­
глое, но с т р о й н о е лицо.

15 марта 1919м
Первая Маринина сознательная
встреча
с театром
сост о я л а с ь , в е р н е е - п о ч т и с о с т о я л а с ь - в р а н н е й ю н о 40

сти, в Париже. Т о г д а она был а у в л е ч е н а Н а п о л е о н о м Б о ­
напартом, нет, в л ю б л е н а в него, готова
за нег о ж и з н ь
отда т ь - с т о летие спустя; как в с я к а я страсть, к о т о р а я
не есть призвание, это был о н а в а ж д е н и е м , и , к а к в с я к о е
наваждение, это вс к о р е прошло.
П р о ч т я в М о с к в е все кн и г и о н ем - а и х б ы л о н е м а ­
л о - и п е р е л ю б и в все его портреты, о н а
отправилась в
Париж, к гробнице Напол е о н а , как к р е с т о н о с е ц - к г р о ­
бу господню, и - на п о к л о н к С а р е Бернар, п р о с л а в л е н ­
ной т р а г и ч е с к о й актрисе, и г р а в ш е й р о с т а н о в с к о г о
"Ор­
ленка" .
Гробница у ж а с н у л а х о л о д н о й п о л и р о в а н н о й
огромно­
стью своей и см е р т н о й м р а м о р н о с т ь ю , к о т о р ы х не с о г р е ­
вала д а ж е надпись: "Я х о т е л бы, чтоб п р а х м ой п о к о и л ­
ся на б е р е г а х Сены, сре д и ф р а н ц у з к о г о народа, к о т о р ы й
я так л ю б и л !"
Нет, пра х Марининого Н а п о л е о н а о с т а л с я на о с т р о в е
С в ятой Елены!
Что до С а р ы Бернар, то она - потря с л а ; не с т о л ь к о
п е р е в о п л о щ е н и е м в ге р ц о г а Р е й х ш т а д т с к о г о , с к о л ь к о э г о ­
ц е н т р и ч е с к и м м у ж е с т в о м актрисы; ей был о в ту
п о р у 65
лет; она н е д а в н о п е р е н е с л а а м п у т а ц и ю н о г и и п е р е д в и ­
галась с п о м о щ ь ю протеза; но все ра в н о - и г р а л а ! И г р а ­
ла, в эпоху ко р с е т о в н а к и т о в о м усе,
подчеркивавших
все о к р у г л о с т и ж е н с к о й фигуры, д в а д ц а т и л е т н е г о
юношу
в о б л е г а ю щ е м б е л о м м у н д и р е и о ф и ц е р с к и х р е й т у з а х ; как
ни в е л и ч е с т в е н н о был о - в г лазах М а р и н ы - з р е л и щ е н е ­
с г и б а е м о й старости, но оно о т д а в а л о г р о т е с к о м
и ока­
залось тоже свое г о р о д а гробницей, в о з д в и г н у т о й С а р о й
и Ростану, и р о с т а н о в с к о м у "Орленку"; как, впрочем, и
п а м я т н и к о м с л е п о м у а к т е р с к о м у героизму. Е с л и
бы
еще
были слепы и з р и т е л и . ..
К счастью, о с т а в а л с я сам Париж, в е л и к и й у т о л и т е л ь
воображения, н е и с ч е р п а е м ы й к а м е н н ы й у ч е б н и к И с т о р и и д ля все х в о з р астов души.
Следующее, б о л е е у с т о й ч и в о е , с о п р и к о с н о в е н и е М а ­
р и н ы с т е а т р о м п р о и з о ш л о в р а н н ю ю пор у ее заму ж е с т в а :
и Сер е ж а , и его с е с т р ы был и у ч е н и к а м и т е а т р а л ь н ы х ш к о л
и у ч а с т н и к а м и с т у д и й н ы х с п е к т аклей;
с т а р ш и й ж е брат,
Петр, рано умерший, - п р о ф е с с и о н а л ь н ы м
актером. В се

41

они, т а к же, как и о к р у ж а в ш а я и х м о лодежь, т я г о т е л и к
Т а и р о в у , был и без у м а от А л и с ы К о о н е н и
не
мыслили
с е б е ж и з н и вне театра. М а р и н а д о в о л ь с т в о в а л а с ь
зри­
т е л ь н ы м и з а л а м и и зальцами, и - а т м о с ф е р о й о б щ е й , ж а р ­
кой, р а д о с т н о й у в л е ч е н н о с т и .
Ч е м к о р о ч е б ыл и роли, т е м с и л ь н е е - в о л н е н и я . С м е ­
ш л и в ы й С е р е ж а н и к а к не мог с о в л а д а т ь с р е п л и к о й о д н о ­
го из о с а ж д е н н ы х , и з г о л о д а в ш и х с я в о и т е л е й из
" С и рано
д е Б е р ж е р а к а " . "Ах, к о л ь се й ч а с не п о д к р е п я т мне сил,
я у д а л ю с ь в палатку, как Ахилл", - и э т и м с а м ы м Каках и л о м о к о н ч а т е л ь н о д о б и в а л и без того у м у ч е н н о е р е п е ­
т и ц и я м и войско. В о о б щ е же С е р е ж а о б л а д а л
прекрасными
с ц е н и ч е с к и м и д а н ны м и , и его в ы с т у п л е н и я на п о д м о с т к а х
" Эксцентриона", студии-спутника Камерного
театра,за­
п о м н и л и с ь зрителям.
С р е д и з а в я з а в ш и х с я в те годы о т н о ш е н и й д л и т е л ь н е е
в с е х о к а з а л и с ь п р и я т е л ь с к и е свя з и М а р и н ы и С е р е ж и
с
талантливым актером и музыкантом А.Подгаецким - Чабровым, н е з а б ы в а е м ы м А р л е к и н о м из " П о к р ы в а л а
П ь е ретты".
ч е л о в е к о м м я т у щемся , в о с т о р ж е н н ы м ,
неуравновешенным.
Е м у М а р и н а п о с в я т и л а в 20-е годы сво ю п о э м у " П е р е у л о ­
чки", за н е г а с и м о с т ь его с м я т е н н о с т и и за то,
что
в
т а к о е б е с п о д а р о ч н о е вре м я он - о д н а ж д ы - п о д а р и л
ей
розу.
Б у к в а л ь н о о т р а в л е н н ы й сценой, о д е р ж и м ы й
мечтой о
с о б с т в е н н о м , не п о д в л а с т н о м н и ч ь е й ш к о л е или воле т е ­
атре, он э м и г р и р о в а л , как во сне, в е д о м ы й
это й
меч­
той. П р о б у ж д е н и е о б е р н у л о с ь о д и н о ч е с т в о м , н и щ е т о й , о т ­
чаянь е м . Р а з у в е р и в ш и с ь в о б с т о я т е л ь с т в а х
и в людях,
он о б р а т и л с я к б о г у - п р и ч е м к к а т о л и ч е с к о м у , п л е н и в ­
ш е м у его в о о б р а ж е н и е в е л и к о л е п н ы м и с п е к т а к л я м и т о р ж е ­
с т в е н н ы х месс, д е к о р а ц и я м и у в о д я щ е й за о б л а к а
готики
и н е з д е ш н и м а к к о м п а н е м е н т о м органа. Т у т - т о и " о х м у р и ­
л и к с е н д з ы " н е с ч а с т н о г о Арлек и н а , п о с у л и в ему,
ежели
он с м е н и т п р а в о с л а в и е на к а т о л и ч е с т в о , не тол ь к о ц а р ­
с т в и е небесное, но и
земную должность
библиотекаря
п ри В а т и кане. Так Ч а б р о в стал с в я щ е н н и к о м .
Его одели
в у з к у ю сутану', в к о т о р о й он в ы г л я д е л более, ч ем к о ­
г д а - л и б о - актером! - вы б р и л и на г олове т о н з у р у - к р у ­
ж ок д л я с о ш е с т в и я С в я т о г о Д у х а и о т п р а в и л и
на К о р с и ­

42

ку, в самый отдале н н ы й , са м ы й п р о п а щ и й п р и х о д ; н е с к о л ь ­
ко св и р е п ы х с т а р у х и н е р а с к а я н н ы х б а н д и т о в
составили
его паству.
Он р а з ы с к а л нас в 30-е годы и к а ж д ы е
год-полтора
пр и е з ж а л к н ам в К л а м а р и Ваив
под Пари ж е м - по г о с ­
тить н е с к о л ь к о д н е й и о т в е с т и о б и ж е н н у ю
и
обманутую
душу в воспоминаниях о театральном былом и в сдержан­
но-выразительных упреках католическому настоящему.Мои
р о д и т е л и очень ж а л е л и его. Что с н им с т а л о в д а л ь н е й ­
ш е м - не знаю.
И т а к ,со з н а т е л ь н ы й и н т е р е с М а р и н ы к и с к у с с т в у с ц е ­
ны впервые б>щ п о р о ж д е н п р и з р а ч н о й с т р а с т ь ю к д в у м Н а ­
п о л е о н а м - I и II; п р и з р а ч н о с т ь с т р а с т и
обусловила
и
п р и з р а ч н о с т ь интер е с а ; в т о р а я в с т р е ч а с т е а т р о м б ы л а
в то же время и вт о ричной, о з а р е н н о й
не
собственным
М а р и н и н ы м светом, а - о т р а женным,
и прервалась
о на
С е р е ж и н ы м у х о д о м н а фронт. Т р е т ь я и п о с л е д н я я
оказа­
л а с ь настоящей, и б о - у т в е р д и л а и з а в е р ш и л а в ее т в о ­
рч е с т в е ц е л у ю эпоху: эп о х у Романтики.
То й самой Рома н т и к и , которая, н и ч т о ж е
сумня ш е с я ,
б р о д и л а по п у т а н ы м и з а с н е ж и н н ы м п е р е у л к а м
революци­
о н ной Москвы, о с т а в л я я свой л е г к и й не по
с е з о н у сле д
в т е т р а д я х п о этов и на с ц е н а х т е а т р о в ,п р е ж д е ч е м р а с ­
тво р и т ь с я во в р е м е н и и п р о с т р а н с т в е в е л и к и х п е р е м е н и
событий.
Все на ч а л о с ь со в с т р е ч и
с поэтом - совсем юным
П а в л и к о м А н т о к о л ь с к и м и с его с о в с е м ю н о й
и
блиста­
т е л ьной п о э з и е й - еще в 1917 году. П а в л и к к
том у ж е
оказался и драматургом и актером и ввел Мари н у в круг
своих друзей, в м а г и ч е с к и й кру г В а х т а н г о в с к о й Т р е т ь е й
студии, к о т о р ы й - на в р е м я - за м к н у л ее в себе.
П р е л ь с т и л и з а м к н у л (если М а р и н а б ы л а в о о б щ е с п о ­
с о бна в ч е м -либо т в о р ч е с к и з амыкаться) п о т о м у , ч т о был
только студией, а не театром, поиском,
а не каноном,
о б ретя к о торый обы ч н о от д о б р а д о б р а
у ж е не ищут. Но
при всей своей у в л е ч е н н о с т и с т у д и й ц а м и и и х работ о й ,
при в с е м с в о е м р о м а н т и ч е с к о м о т к л и к е на и х р о м а н т и к у ,
М а р и н у не п о к и д а л о п о д с п у д н о е
чувство несоответствия
"лице д е й с т в а " эпохе, д а и с о б с т в е н н о г о
своего - "ли­
цедейству". О т с ю д а - то п о к а я н н о е , т о и р о н и ч е с к о е зву -

43

ч а н и е м н о г и х ее л и р и ч е с к и х с т и х о т в о р е н и й " с т у д и й н о г о ”
периода,
горчащая шутливость
сти х о в к " К о м е д ь я н т у "
(как и
самого заглавия цикла - "Комедь я н т " ) , отсюда
- ш а р м а н о ч н о с т ь н а п е в а н е к о т о р ы х "С т и х о в к С о н е ч к е " и
пародийность
формы
"жестокого
р о м а н с а " - п ри
всей
(всегдашней) о с т р о т е чувств, п о р о д и в ш и х э ти
произве­
дени я . Из тех русл, по к о т о р ы м п р о б и в а л о с ь т о г д а М а ­
р и н и н о т в о р ч ество, " с т у д и й н о е " р у с л о был о с а м ы м п р а з ­
д н и ч н ы м , иб о - к о м е д и й н ы м ; то б ы л а п о с л е д н я я п р а з д н и ­
чность, наря д н о с т ь , и п е р в а я и п о с л е д н я я к о м е д и й н о с т ь
ее ли р и к и .
...Как же они б ы л и милы, как п р е л е с т н ы м о л о д о с т ь ю
своей, п о д в и ж н о с т ь ю , и з м е н ч и в о с т ь ю ,
горячностью
ее,
и ее ж е с е р ь е з н о с т ь ю , д а ж е в а ж н о с т ь ю - в деле. А д е л о
и х был о - игра. И г р а был а и х , в з р о с л ы х , д е л о м ! - я п р и ­
т и х а л а в углу, ч т о б ы не у с л а л и спать, и
смотрела
на
н и х с п о л н е й ш и м п о н и м а н и е м , п о т о м у что я,
маленькая,
тоже
играла, и т о ж я в сказки, как и они. П р и о б щ е н н а я
о б с т о я т е л ь с т в а м и к м и р у взрослых, я б ы с т р о
научилась
р а с п о з н а в а т ь их, н е з а м е т н а я им. Т о л ь к о М а р и н и н а
под­
руга, та к о м у б ыли н а п и с а н ы "С т и х и к Соне ч к е " ,
Софья
Евгеньевна
Голлид э й ,
"подаренная"
М а р и н е Павликом,
о с о з н а л а и п р и н я л а в се р д ц е свое и нас с Ириной, о с о ­
б е н н о И р и н у - за ее м л а д е н ч е с к у ю н е ж н о с т ь , к у д р я в о с т ь ,
незащищенность.
Кроме Сонечки и Павлика
нас
постоянно
навещали
т р и Ю р и я - З а в а дск и й , Нико л ь с к и й , С е р о в , и о д и н Во л о д я
- А л е к с е е в , в с к о р е в ы ш е д ш и й из
игры - в
гражданскую
войну, в к о т о р о й и с л е д его п о т е р я л с я . Е щ е з а п о м н и л а с ь
мне, в н е ш н е й н е п р и м е т н о с т ь ю сво е й и б о л ь ш о й д о бротой,
с т у д и й к а Е л е н а В л а д и м и р о в н а (Лиля) Шик; и з - з а д л и н н о ­
го н о с а и п о к л а д и с т о г о н р а в а
ей в с е г д а
доставались
так н а з ы в а е м ы е х а р а к т е р н ы е - а п о п р о с т у
старушечьи роли.
Посетители наши всегда
кого-нибудь
приводили
к
н а м и л и от нас уво д и л и , и
старинная
полутораэтажная
к в а р т и р а наша, с в н у т р е н н е й л е с т н и ц е й , в ся
превраща­
лась в движение, становилась сплошной лестницей,по ко­
торой, п о д о б н о б и б л е й с к и м а н г е л а м из
"Сн а Иакова",
с н о в а л и студийцы. З и м о й м ы ж и л и внизу, в сам о й те п л о й
44

- и т е мной - из комнат, а л е т о м п е р е б и р а л и с ь
в почти
чердачную, длинн у ю , у з к у ю к л е т у ш к у с е д и н с т в е н н ы м , но
зато в ы х о д и в ш и м на п л о с к у ю к р о в л ю
соседнего флигеля,
окошком. К о м н а т а э та с т а л а М а р и н и н о й л ю б и м о й ,
потому
что имен н о ее к о г д а - т о в ы б р а л себе Сережа.
Ч е р д а ч н ы й д в о р е ц мой, д в о р ц о в ы й
чердак !
Взойдите: гора р у к о п и с н ы х бумаг...
- Так! - Руку! - Д е р ж и т е направо!
З д есь л у ж а от к р ы ш и д ырявой.
Т е п е р ь полю б у й т е с ь , в о с с е в н а сундук,
К а к у ю мне Ф л а н д р и ю в ы в е л паук.
Не сл у ш а й т е то л к о в досуж и х ,
Что ж е н щ и н а м о ж е т без кружев...
К а ких т о л ь к о к р у ж е в не п л е л и тут голоса, и к а к и х
т о лько голосов не с л ы х а л это т ч е р д а ч н ы й д в о р е ц , - к а ­
к и х споров, р а з г ов о р о в , р е п е т и ц и й ,
декламаций, каких
т и ш а й ш и х шепотов! Все был и м о л о д ы и г о в о р и л и о т е а т р е
и о любви, о п о э з и и и о л ю б в и , о л ю б в и к с т и х а м , о л ю б ­
ви к театру, о л ю б в и вне т е а т р а и вне с т и х о в . . . В п р о ­
чем, д л я М а р и н ы л ю б в и вне п о э з и и не с у щ е с т в о в а л о .
О на л ю б и л а с л у ш а т ь эти голоса, у б е д и т е л ь н о с т ь и н ­
т о н а ц и й и у б е ж д е н н о с т ь слов, з в у ч а в ш у ю
в них
прав­
ду... и ли пустоту.
И, у п р а ж н я я с ь в с т а р ч е с к о м и с к у с с т в е
С к р ы в а т ь себя, как ч е р н ы й бриллиант,
Я слушаю вас с н е ж н о с т ь ю и грустью,
Как д р е в н я я С и в и л л а - и Ж о р ж Санд.
Д р е в н е й С и в и л л е был о д в а д ц а т ь ш е с т ь лет.
А к а кими Ж а р - П т и ц а м и п р о л е т а л и
в этих разговорах
в о л ш е б н ы е слова и имена: " П р и н ц е с с а Б р а м б и л л а " и "Ад р и е н н а Лекуврер",
"Фамира
Кифаред"
и
"Сакунтала",
" П р и н ц е с с а Т у р а н д о т " и "Ч у д о Св я т о г о А н т о н и я " , " Г а д и бук" и " П о т о п " . . .Фамилия С т а н и с л а в с к о г о и В а х т а н г о в а ,
Таирова и Мейерхольда звучали сегодняшним днем,п р о и з ­
н о с и м ы е с н е у с т о я в ш и м с я в о с т о р г о м или д о с а д о й т е к у щ е ­
го ч а с а . ..
45

Иногда
и м е н я бра л и в театр; п о м н ю " А д в о к а т а Пат е л е н а " к а к о м - т о п о м е щ е н и и З о о л о г и ч е с к о г о сада, в н е ­
п о с р е д с т в е н н о й б л и з о с т и к к л е т к а м с х и щ н и к а м и ; помню,
в Х у д о ж е с т в е н н о м , з а ч а р о в а н н ы х детей,
которых
звали
бубенцовыми именами Тильтиль
и М и т иль; п о м н ю , как С а ­
х а р л о м а л сво и с л а д к и е пальцы, как Хлеб, вздыхая, в ы ­
л е з а л из дежи, как п о я в л я л и с ь и р а с т в о р я л и с ь
в розо­
в а т о - з е л е н о в а т о м к о н ф е т н о м све т е р а м п ы
Бабушка и Д е ­
душка... Помню гибкие и вместе с тем угловатые
фигу­
ры, м е т а в ш и е с я по м а л е н ь к о й сце н е о с о б н я к а в М а н с у р о ­
в с к о м переулке, я р к о с т ь у с л о в н ы х к о стюмов, п а т е т и ч е с ­
к ие о б р а з ы б л е д н ы х п р е к р а с н ы х ж е н щ и н с р а с п у щ е н н ы м и ,
п о ч е м у - т о в с е г д а черными, волосами, з а л а м ы в а в ш и х свои
п р е к р а с н ы е б л е д н ы е р у к и . ..
Ч т о п р и в л е к л о М а р и н у к Студии, п о м и м о
самих сту­
д и й ц е в , то е сть м о м и м о в с е г д а д л я н ее основного: о б а ­
яния человеческих отношений? То,что в театральном ис­
ку с с т в е , н а р я д у с д а л е к и м ее п р и р о д е
"зрелищным" на­
чалом, н а л и ч е с т в о в а л о С л о в о , е е стихия. Т о л ь к о для М а ­
р и н ы т е атр к о н ч а л с я пьесой, текстом, то есть
тем,
с
ч е г о он ф а к т и ч е с к и д л я а к теров начи н а л с я .
Воплощение
образов воображаемых в образы изображаемые
был о у ж е
в с е ц е л о и х заботой , не ее.
В п е р в ы е в ж и з н и в о з н и к л о у нее ж е л а н и е сли т ь свой
п о и с к с и х поиском ,
преодолеть
бар ь е р м е ж д у с в о и м б е с плотным - и с к усством и их искусством
"во
плоти",
принять участие
в чуд е р о ж д е н и я
спектакля,
увидеть
сво й труд, р а с с е к р е т и в е г о , с д е л а в т а й н о е - явным.
Многое
у м е л а о н а творчески; ей з а х о т е л о с ь суметь
и это.
Ш е с т ь пьес - " М е т е л ь " ," Ф о р т у н а " ," К а м е н н ы й ангел",
" Ч е р в о н н ы й валет",
" Ф е н и к с " и " П р и к л ю ч е н и е " ( о б ъеди­
ненных
в п о с л е д с т в и и о б щ и м н а з в а н и е м "Романт и к а " ) н а ­
п и с а л а о на д л я с в о и х друзей;
две
из
них - " Камен­
н ы й ангел " и " Ч е р в о н н ы й ва л е т " - я в л я л и
даже
ярко
в ы р а ж е н н ы е - на п о в е р х н о с т и л е ж а щ и е ! - ч е р т ы с и м в о л и ­
зма, с т о л ь б л и з к и е т о г д а ш н и м
в к у с а м с т у д и й ц е в - чтоб
и м л е г ч е было играть!

46

Все эти вещи, о ч е н ь с ц е н ичные,
с
блистательными
диалогами, имели, при ч т е н и и и х М а р и н о й
студ и й ц а м ,
большой, м ногоголос ы й , что н а з ы в а е т с я - ш у м н ы й у с пех;
однако ни о дна из них не б ы л а и м и
поставлена. Может
быть, пото м у , ч т о воссоздавать на п о д м о с т к а х с а м и х с е ­
бя, свой образ, свой х а р а к т е р а к т е р а м н е с п о д р у ч н о . М о ­
ж е т быть, они п р о ш л и мимо, не сумев п о н я т ь , ч т о это им
для них и н а с т о л ь к о ей важно, ч т о б ы ее дар,
ее в к л а д
бьш и ми принят. О н а в е д ь и м об
этом
не
сказала
ни
слова, как в с е г д а п о т о п и в
в собственной
гордости и
р о б о с т и надежду, з а р а н е е п р е д в е с т и в с е б е ее н е с б ы т о ч ­
ность.
Так ил и иначе, ее голос не сл и л с я с г о л о с а м и с т у ­
дийцев, ее слово не п р о з в у ч а л о из их уст.
Жаль.
Это
глубокое ч е л о в е ч е с к о е и т в о р ч е с к о е р а з о ч а р о в а н и е М а ­
р и н ы ее р у к о й в ы вел о - э п и г р а ф о м к и з д а н н о м у
в
1922
году п о с л е д н е м у д е й с т в и ю " Ф е н и к с а " - с л о в а Г е й н е ^'Те­
атр не б л а г о п р и я т е н д л я Поэта, и Поэт
неблагоприятен
д ля Театра".
П р о ш л и годы (для М а р и н ы годы эмиг р а ц и и , д л я
быв­
ш и х ст удийцев - год ы с т а н о в л е н и я ) , - но о н а не
забы­
вал а с в оих " с п у т н и к о в ю н о й поры". И м п о с в я щ е н а - д в а
д е с я т и л е т и я спус т я - ее б о л ь ш а я п р о з а и ч е с к а я в е щ ь " П о в е сть о Сонечке", н а п и с а н н а я у ж е после с м е р т и С.Е.Голлидей, в чью " в с т р е ч н у ю " п а м я т ь М а р и н а в с е г д а верила.
Что до п а м я т л и в о с т и " к о м е д ь я н т о в " , то ей о н а к а з а л а с ь
" с ц е н и ч е с к о й у с л о в н о с т ь ю " еще в 1918 г о д у , в с а м ы й р а ­
згар их д р у ж б ы - "с Вас начин а я , п ы л к и й А н т о к о л ь с к и й ,
л ю б и м е ц с т р а с т н ы х Муз, з а п о м н и в ш и й л и ш ь то, что п а н н ы
п о л ь с к о й я и м е н е м зовусь; и это г о - в и н о в е н х о л о д б р а ­
т с к и й и сеть и н ы х помех! - и этого не п о м н я щ и й - З а ­
вадский! - п а м я т н е й ш и й из всех"...

"1 мая 1919 года
М ы в ы шли на у л и ц у и п о п а л и н а п р аздник. М ы ш л и по
бульвару. В д р у г мы у с л ы х а л и п о л к о в у ю
музыку.
Марина
с к а з а л а мне: "Аля, к а к а я ч у д н а я м у з ы к а ! Э т а м у з ы к а , г д е
б ы ни была, я ее л ю б л ю ! " М ы п о д о ш л и к
ограде и видим
47

- п р о е з ж а ю т кони, к р а с и в ы е , б е л ы е .
В с а д н и к и были о д е ­
т ы в с и н е м и светлом, л и ц а и х был и простые.
О д н и из
н и х н е м н о г о к а ч а л и с ь в седле. У н е к о т о р ы х к о н е й
были
п р и в я з а н ы к р а с н ы е р о з ы к ушам. П о т о м м ы у в и д е л и п о з а ­
д и войско. В п е р е д и ш е л б а р а б а н щ и к с о г р о м н ы м
золотым
б а р а б а н о м . Все о д е ж д ы в о й с к а был и
синие.
Барабанный
стук у х о д и л с музык о й . П о т о м мы о т о ш л и от з а г о р о д к и и
с т а л и б р о д и т ь по бульвару. Т у т м ы у с л ы х а л и ж у ж ж а н и е
а э р о пл ана. М ы с н а ч а л а не о б р а т и л и на нег о
внимания и
т и х о р а з г о в а р и в а л и . В д р у г он п р о л е т е л н ад н а ш е й голо­
во й и стал р а з б р а с ы в а т ь л и сты, к о т о р ы е
кружились
по
в о з д у х у с т р а н н ы м и тучами. Л и с т ы п а д а л и ве з д е и на к р ы ­
ш и домов.
В е ч е р о м мы з а ш л и к Б а л ь м о н т а м и все в м е с т е
пошли
во Д в о р е ц Иск у с с т в , бы в ш и й д о м С о л л о г у б а , где д о л ж н ы
б ы л и ч и т а т ь р а з н ы е поэты. М ы в о ш л и
во двор, к о т о р ы й
был, как сад. В н е м был и кусты, т о ч н о забор
колючий,
и м а л е н ь к и е д е р е в ь я с п е р е д и дома. С а м д о м
Соллогуба
с т о я л ч у т ь - ч у т ь п о ж е л т е в ш и й , с б е л ы м и к о л оннами.
Ма­
р и н а с Б а л ь м о н т о м п о д о ш л и к двери, м ы в о ш л и в м а л е н ь ­
к у ю ком н а т к у , т а м н а м п о м о г л и р а з д е т ь с я . Б а л ь м о н т за­
п и с а л н а ш и и м е н а в тетрадку. М ы п о д н я л и с ь по
входной
л е с т н и ц е , и я у в и д е л а оче н ь в ы с о к и е с т е н н ы е часы.
Из
п е р е д н е й м ы п р о ш л и через д л и н н у ю залу, д о в о л ь н о узкую,
с к р а с н ы м и б а р х а т н ы м и ст е н а м и и с ш и р о к и м б о л ь ш и м о к ­
н о м в сад, п о т о м о п я т ь по л е с т н и ц е в ш и р о к у ю
комнату
с б о л ь ш и м к р у г л ы м столом. Т а м ж е н щ и н а р а з л и в а е т чай и
у г о щ а е т в с е х нас. Ее звали к а к - т о в р о д е Розы, она б ы ­
л а актриса. У нее б ы л и ч е р н ы е волосы, с п е р е д и
запле­
тенные, на ней был о н а д е т о р о з о в о - л и л о в о е п л а т ь е . Б р о ­
ви черные, к а к и х я н и к о г д а не видала. Л и ц о было к р у г ­
л ое и маленькое.Я увидала господина
в пенсне, оче н ь
п о х о ж е г о на Д о н - К и х о т а - т а к о й ж е х у д о й и высокий.
К
н е м у о б р а щ а л и с ь с п о ч тением.
Ж е н щ и н а , к о т о р а я р а з л и в а л а чай, с т а л а ш у т я гадать
Б а л ь м о н т у по руке, м н о г о раз п о в т о р я я сло в о "Аполлон".
К о г д а о на к о н ч и л а гадать, о на сказала: "Кто п о й д е т со
м н о й с м о т р е т ь ц е р к о в ь ? " М а р и н а спросила: " Д о м о в у ю ц е ­
р к о в ь С о л л о г у б о в ? " Ж е н щ и н а ответила: "Да". М ы все п о ­
шли, и М а р и н а м н е сказала: "Аля! Т ут
есть л е с т н и ц а ,
в с я и с т е р т а я от с л е д о в ч е л о в е ч е с к и х ног!"
48

Д в е р ь д о м о в о й ц е р к в и б ы л а на з а м к е , е е о ткрыли. М ы
в о шли и стали на хорах. Т а м с и л ь н о па х л о л а д а н о м . М е ­
ня п о д няли на перила, и я увиде л а , что в н и з у был
по­
л у м р а к и на м а л е н ь к о м с т о л и к е б о л ь ш о е о т к р ы т о е
Еван­
гелие, а на в е р х у не оч е н ь б о л ь ш а я л ю с т р а
стеклянная.
С т е н ы были д е р е в я н н ы е с р е з н ы м и у к р а ш е н и я м и . В с е м о л ­
чали, а М а р и н а сказала: "Да. Т у т д о в о л ь н о ж у т к о ! "
Т о г д а мы в ы шли и п о ш л и по т е м н о й л е с т н и ц е
в па­
р а дные комнаты. Все с т у п е н и ее были с о г р о м н ы м и у г л у ­
блениями, и к а ж д у ю м и н у т у п о в о р о т ы и и з г и бы . П о т о м мы
в о шли в залу, где был б о л ь ш о й к а м и н , на к о т о р о м с т о я л и
к р ы л а т ы е л ь в ы черные, а о т т у д а в другую,
где
стояла
белая, очень к р а с и в а я и з а д у м ч и в а я статуя. М а р и н а н а ­
з в ала ее Психеей.
Та актриса п о к а з а л а н а м сво ю к омнату, к о м н а т а б ы ­
л а о быкновенная, с о д н и м о к н о м и п р о с т ы м
полом,
там
стояла рояль. Вс я м е б е л ь б ы л а о б т я н у т а к р а с н о й
мате­
р ией шелковой.
Н а к о н е ц мы в о ш л и в залу, в к о т о р о й
были
розовые
стены. Т а м м н о г и е л ю д и у ж е с и д е л и на м е с т а х , п о т о м с е ­
л и все. В к а мине горел огонь.
С а д и т с я на м а л е н ь к и й д и в а н ч и к п о э т е с с а
и говорит
стихи - жалобным, п и с к л и в ы м и е л е - е л е с л ы ш н ы м голосом.
С т ихи про то, что она спит в в о р о т а х к л а д б и щ а ,
ч то у
нее на груди висит крест, а у в с е х - нет,
ч то у
н ее
сердце д о б р о е и мягкое, а у д р у г и х с е р д ц а ч е р с т в ы . С к а ­
зала и ушл а к камину.
П о т о м по д о ш е л молодой, п о ч т и м а л ь ч и к , п о э т Ес е н и н .
Он читал стихи о том, что м е с я ц с п р ы г н у л с н е б а и о б ­
р а т и л с я в жеребенка , а он з а п р я г его в к о л е с н и ц у .
П о т о м стал ч и т а т ь Б а льмонт.
П о т о м господин, п о х о ж и й на Д о н - К и х о т а , п о з в а л М а ­
рин у ч ита т ь стихи, она в с т а л а от окна, где
с и д е л а со
мной, и п р о ч л а сти х и про то, что мы — д в е с т р а н н и ц ы п е р е ш л и всю свою д о р о г у ж изни, л ю б и м ы е б о г о м , и что м ы
не Величества, В ы с о ч е с т в а , и еще стихи п р о М о с к в у , п р о
Г е о р г и я - П о б е д о н о сц а . М а р и н а ч и т а л а
твердым
голосом.
П о сле п о с л е д н е г о с т и х а л ю д и р у к о п л е с к а л и , п о - м о е м у , п о ­
тому, что стыдно молчать, к о г д а ч е л о в е к кончил.

49

А к т р и с а т е п е р ь не б ы л а о д е т а в то платье.
Теперь
у н ее н а голо в е н а д е т а был а ш а п о ч к а бел а я
и длинное
б е л о е т о л с т о е платье, с черной, н а д е т о й на все платье,
вуалью.
О п я т ь на д и в а н ч и к сел а та п о э т е с с а и п р о ч л а стихи
го р а з д о л у ч ш е первых, про то, ч то она ж и л а в часовне,
к о т о р а я с т о я л а в лесу, к у д а н и к т о не заходил.
И она
все с и д е л а в ч а с о в н е и г л ядела в окно.
П о т о м еще о д и н п о э т ч и т а л стихи, как он ш е л по л е ­
с ной д о р о г е н о ч ь ю и в д р у г я в и л а с ь д е в о ч к а , к о т о р у ю з в а ­
л и Л ю б а и к о т о р а я б ы л а из б е л о й сказки. Н а
заре
она
с т а л а ух о д и т ь , он п р о с и л ее остаться, но она
ск а з а л а
"не м о г у " и ушла.
Е щ е б ыли р а з н ы е стихи, к о т о р ы х я не помню,
и еще
т а м был о д и н солдат, к о т о р ы й г о в о р и л речь.
М ы у ш л и из э т о й з а л ы в п ереднюю, а в зале
к н ам
п о д о ш е л Е с е н и н и ч т о - т о стал г о в о р и т ь маме. Я не с л у ­
ш а л а и не помню, ч то он говорил.
К о г д а м ы в ы ш л и из Д в о р ц а И с к у с с т в , б ы л з а к а т , и ж е ­
на Б а л ь м о н т а п о к а з а л а М а р и н е на м е с я ц - он
был чут ь ч у т ь р о з о в а т ы й . М ы оч е н ь быс т р о п о ш л и , п о ч т и побежали,
по двору, м и м о м а л е н ь к и х д е р е в ь е в ,точ н о п о д с т р и ж е н н ы х
в круг. В с ю д у в ы б и в а л а с ь т о н к а я н о в а я травка.
В о д н о м м а л е н ь к о м б е л о м ф л и г е л е окн а был и к р а с н ы е
от света, и М а р и н а расс к а з а л а ,
что
туд а
переселили
г р а ф и н ю С о л л о г у б из б о л ь ш о г о дома, и
о н а т а м те п е р ь
живет. Ф л и г е л ь был о б н е с е н кустами.
М ы п о ш л и на А р б а т вм е с т е с Б а л ь м о н т а м и . В от м ы у ж
у х р а м а Х р и с т а Спаси т е л я .
Вдруг над
нами
пронеслась
с
грохотом красная
струя, п о т о м еще п р о н е с л а с ь и о с в е т и л а
купол
храма,
к ак п р и солнце. Я н е м н о г о боялась,
что
какая-нибудь
с т р у я с в а л и т с я и у б ь е т меня. В д р у г за д е р е в ь я м и с к в е ­
ра п о д н я л с я по в о з д у х у п о ч т и д о н е б а
р о з о в а т ы й туман.
Н а в с е х в о з в ы ш е н и я х ст о я л и л ю д и и смотрели. М н о г о б ы ­
л о к р а с н ы х флагов. И н о г д а п р о х о д и л и с о л д а т ы с ф а к е л а ­
ми. И н о г д а на н е б е п о я в л я л и с ь м а л е н ь к и е з в е з д ы к р а с ­
н ые и о д н а за д р у г о й м и г о м п а д а л и на землю.
Те о г н е н н ы е с т р у и н а з ы в а л и с ь р а кетами.

50

М а р и н а все говорила: "Ах, мы не с м о ж е м в е р н у т ь с я .
Парадное, Наверно, у ж з а к р ы л и ! " П о т о м она в ы в е л а м е н я
на п л о щ а д ь , и мы п о ш л и д о м о й по бульвару, где был и п о ­
с т а в л е н ы н о вые статуи, не п о х о ж и е на н а с т о я щ и е , а к о г ­
д а п р о ш л и п о чти п о л о в и н у его, то у в и д е л и б у к в ы и ц и ф ­
ры, о с в е щ е н н ы е м а л е н ь к и м и л а м п о ч к а м и .
Б у к в ы и ц и ф р ы был и б о л ь ш е в и с т с к и е " .

" Б ывший д о м Со л л о г у б а " , в к о т о р о м , п о п р е д а н и ю , ж и ­
л а с е мья Р о с т о в ы х из " В о й н ы и мира", ста л Д в о р ц о м и с ­
к у сств с р а н н е й в е с н ы 1919 года и по сей д е н ь п р и н а д ­
л е ж и т искусству: и м е н н о у его вх о д а п р и б и т а д о щ е ч к а с
н а д п и с ь ю "Союз п и с а т е л е й СССР",- В 1918
году
в этом
здан и и п о м е щ а л с я Н а р о д н ы й к о м и с с а р и а т по д е л а м н а ц и о ­
н а л ь н о с т е й - е д и н с т в е н н о е у ч р е ж д е н и е м к о т о р о м за в с ю
ж и з н ь служила, или, вернее, с д е л а л а н е у д а ч н у ю п о п ы т к у
с л у ж и т ь ,М а р и н а .
Э тот д о м - д р у г м о е г о д е т с т в а , е д и н с т в е н н ы й из д р у ­
зей, за пять д е с я т и л е т и й с о х р а н и в ш и й н е и з м е н н ы м и в н е ­
ш ние свои черты; тогда, как и теперь, с т а р и н н ы й о с о б ­
няк с к о л о н н ы м п о р т и к о м я в л я л собой п р е л е с т н ы й
обра­
зец столь л и р и ч н о г о в св о е й
строгости
"московского"
к л а с с и ц и з м а , т е п е р ь , к а к и тогда, он о б н и м а е т и о б р а м ­
ляет крылатыми полукружиями своих флигелей
парадный
двор; толь к о н ы нче п о д ъ е з д ы к входу п о к р ы т ы а с ф а л ь т о м
да и с ч е з л и к о р я в ы е и к у д р я в ы е я б л о н ь к и - к и т а й к и
вдоль
ф а с а д а главного здания.
П о к а в з р о с л ы е соби р а л и с ь , сове щ а л и с ь , м у з и ц и р о в а ­
ли, беседовали, в ы с т у п а л и в его камн а т а х , еще
выгля­
д е в ш и х "покоями", еще о б и т ы х ш т о ф о м и к р е т о н о м и у с ­
т а в л е н н ы х а м п и р н о й мебел ь ю , мы, дети, и г р а л и в п р я т к и
в его г у л к и х п о д в а л а х и н о с и л и с ь по д в о р у ,к о т о р ы й был
п е р в ы м н а ш и м д е т с к и м садом, дачей, все й п р и р о д о й , в о ­
п л о т и в ш е й с я д л я нас в его д е р е в ц а и к у с т а р н и к и , д и ч а ю ­
щ ие цветнички, л о п у ш и н ы е заросли. '
К о г д а теперь, изредка, я в х о ж у в эти
ворота,
то
н е в о л ь н о приост а н а в л и в а ю с ь: а где ж е мы, д е т и ? о т ч е г о
такая тишина?

51

В те годы Д в о р е ц и с к у с с т в был не т о л ь к о у ч р е ж д е ­
нием, к о н ц е р т н ы м залом, клубом, но и ж и л ы м домом;
на
в е р х н е м э т а ж е п р а в о г о ф л и г е л я л е т о м 1919 года о б и т а л и
Роз е н е л ь , Л у н а ч а р с к и й и д в о е
его
м а л ь ч и к о в - сын и
п л е м я н н и к . Э ти после д н и е , едв а п р и е х а в и за с л ы ш а в н а ­
ш и голоса, с к а т и л и с ь вниз, п р я м о в к а к о й - т о
н аш " ка­
равай, каравай, к о г о л ю б и ш ь - в ы бирай"; м а л ь ч и к и были
о д е т ы н е с к о л ь к о а к к у р а т н е е нас и , г л а в н о е , п р о ч н е е о б у ­
ты. Ч т о б ы не в ы д е л я т ь с я из " о б щ е й массы", они тут же,
с м е с т а в карьер, с х в а т и л и к а к и е - т о
камешки, ж е л е з я ­
ки, в с е р ь е з р а с к о в ы р я л и свои б а ш м а к и и
п о ш л и ск а к а т ь
в м е с т е с нами; н а п р а с н о ж д а л и мы, что и м за обувь п о ­
падет: н е т , н е попало!
Л е в ы й ф л и г е л ь , в у з к и х к е л е й к а х к о т о р о г о сам в о з ­
д у х к а з а л с я а н и с о в о г о ц в е т а и з - з а л о м и в ш е й с я в окна
зелени, был н а с е л е н " х о з о б с л у г о й " ,с к о т о р о й
соседст­
в о в а л и и н а ч и н а ю щ и е л и т е р а т о р ы , и певцы, и х у д о жники.
С а м ы м у д и в и т е л ь н ы м в и х к о м н а т а х был и п е ч и , о б л и ц о в а н ­
ные и з р а з ц а м и с а л л е г о р и ч е с к и м и р и с у н к а м и и т а и н с т в е н ­
н ы м и п о д н и м и подп и с я м и , вроде:
"От
старости
зе л ь е
могила", "И не т а к и е п о д ъ е з ж а л и " , "Люби
нас, х о д и м и ­
мо", или: "Не т о г д а пить, к о г д а ноги мыть".
В п а л и с а д н и к е ф л и г е л я со х л и на со л н ц е л о з у н г и и
какие-то причудливые фанерные свежевыкрашенные конст­
рукции, п р е д н а з н а ч а в ш и е с я д л я п р а з д н и ч н о г о
и буднич­
н о г о о ф о р м л е н и я м о с к о в с к и х улиц; из о т к р ы т ы х окон л и ­
л и с ь р у л а д ы ш у б е р т о в ы х "Ручьев".
В р а з л а т о м п р и в р а т н о м д о м и к е д о ж и в а л а сво й век б ы ­
в ш а я в л а д е л и ц а особняка, в то в р е м я как д р я х л а я , п о л у ­
с л е п а я горничная, б ы в ш а я ее к р е п о с т н а я , д о ж и в а л а свой
в о д н о м из г р а ф с к и х а п а р т а м е н т о в - так р а с с у д и л а
со­
в е т с к а я власть. Обе старушки, о п и р а я с ь к а ж д а я на свою
клюку, м и р н о ш е с т в о в а л и через д в о р - д р у г
к другу в
гости. К н и м на в е д ы в а л и с ь ,
просачиваясь
из
ближних
п е р е у л к о в ,еще с т а р у х и - и п р о с т е н ь к и е , к у р г у з е н ь к и е , в
п л а т о ч к а х , и пр я м о с п и н н ы е , с г е н е р а л ь с к о й
выправкой,
ш у р ш авшие стеклярусом и щелкавшие складными лорнетами;
" к р е п о с т н а я " на ощ у п ь р а з в о д и л а самовар,
и
все пил и
м о р к о в н ы й чай из н е д о б и т о г о - к о б а л ь т с з о л о т о м - с е р ­
виза, о т ч у ж д е н н о сл е д я за п е р е д в и ж е н и я м и
служителей
и р е в н и т е л е й искус с т в .
52

На з а д н е м , х о з я й с т в е н н о м , д в о р и к е р а з м е щ а л и с ь с л у ж ­
бы, т я н у л и с ь грядки о б щ е с т в е н н о г о о г о р о д а , п а с л а с ь п р и ­
вя з а н н а я к к о л ы ш к у коза, в е р е щ а л в " с т а н к е " п о р о с е н о к .
Т ут п р о с т и р а л и с ь в л а д е н и я
семейства цыган - уборщицы
А н т о н и н ы Лазаревны, ее мужа, шофера, слесаря, м а с т е р а
на все руки, в п р о ш л о м с о л л о г у б о в с к о г о
к о нюха, б а б к и
Е л и з а в е т ы С е р г е е в н ы и д в о и х д етей. Все
они, и с т а р , и
млад, и мал, были добры, т р у д о л ю б и в ы и краси в ы , - т а ­
к и м и на всю ж и з н ь и з а п о м н и л и с ь . К о н е ч н о
же,
Марина
часто з а г л я д ы в а л а к ним, и д а ж е п о м о г а л а А н т о н и н е Л а ­
за р е в н е в как о м - т о шитье,
чтобы
то л ь к о
слушать
ее
(лесковские) рассказы. Ш у т и л а , ч т о н а п и ш е т к н и ж к у " Ц ы ­
ганские сказки".
На э т о м же, цыга н с к о м ,
дворике
первый
директор
Д в о р ц а искусств, поэт И в а н Р у к а в и ш н и к о в ,п р о в о д и л у ч е ­
ния с крас н о а р м е й ц а м и , ч е р е д у я
грамоту
с ружейными
приемами; он был р ы ж и к р а с н о л и ц , одет
в нечто полу­
военное, полуоперно е , п о д п о я с а н в н е с к о л ь к о о б о р о т о в
д л и н н ы м ш е л к о в ы м ш а р ф о м а-л я к а л а б р и й с к и й
разбойник.
Ж е н а его Н и н а веда л а м о с к о в с к и м и цирка м и ; и н о г д а
она
з а е з ж а л а за м у ж е м в экипаже, з а п р я ж е н н о м о т с л у ж и в ш и м и
свой а р т и с т и ч е с к и й век, с п и с а н н ы м и с а р е н ы л о ш а д ь м и .
"Все с м е ш а л о с ь в д о м е Рост о в ы х " , - ш у т и л а М а р и н а . Р у к а в и ш н и к о в с к о й упряж к е , у м е в ш е й т а н ц е в а т ь вальс,
по­
святила она один из с в о и х р а с с к а з о в на ф р а н ц у з с к о м я з ы ­
ке - "Чудо с л о ш а дь м и " .
О на л ю б и л а Дворец, с т о я в ш и й в те год ы к а к
бы
на
стыке и с к у с с т в - у х о д я щ и х и вос х о д я щ и х , ей
нравилась
а т м о с ф е р а его концертов, д и с к у с с и й , чтений, его л и т е ­
р а т у р н ы х в е ч е р о в , в к о т о р ы х она так
охотно
принимала
участие, некая - п е р е х о д н а я - к а м е р н о с т ь и х и щ а д я щ а я
т р а д и ц и о н н о с т ь обс т ановки, о т в л е к а в ш а я от т я г о т и з а ­
бот
в з д ы б л е н н о г о быта.
Здесь, в это м с а м о м д о м е с к о л о н н а м и ,
собирался
перв ы й и п о с л е д н и й т в о р ч е с к и й колл е к т и в ,
к которому
п р и н а д л е ж а л а М а р и н а Ц в етаева; в это м с т о л ь р а з н о г о л о ­
с ом хоре звучал и ее, еще з в о н к и й и юный,
голос, к о ­
т о рому было с у ж дено так ско р о ста т ь т р а г и ч е с к и м " г л а ­
сом в о п и ю щ е г о в пу с т ы н е " - эмиграции.

53

"подвиг
Я записывала что-то в этой тетрадке и вдруг услы­
х а л а голос Марины: "Аля, Аля, и д и с к о р е й сюда!" Я и д у
к не й и виж у - на к у х о н н о й тр я п к е л е ж и т
мокрый
чер­
вяк. А я б о л ь ш е в с е г о боюсь
червяков.
Она
сказала:
"Аля, есл и ты мен я л ю б ишь, ты д о л ж н а
поднять
этого
червя". Я говорю: "Я же Вас л ю б л ю д у ш о й " . А М а р и н а го­
ворит: " Д о к а ж и
это н а д е л е ! "
Я сижу
перед
червем
на к о р т о ч к а х и все в р е м я думаю: в з я т ь л и его и л и нет.
И в д р у г вижу, что у него ест ь м о к р ы й с е л е д о ч н ы й хвост.
Г о в о р ю : " М а р и н а , м о ж н о , я в о з ь м у за с е л е д о ч н ы й хвост?",
а о н а отвечает: " Б е р и его где хочешь! Е с л и ты его п о ­
ды м е ш ь , ты б у д е ш ь Героиня, и
п о т о м я ск а ж у тебе одну
вещь".
С н а ч а л а я н и ч е м не о б о д рялась, но п о т о м взя л а его
за х в о с т и п р и п о д н я л а , а М а р и н а говорила: "Вот молодец,
м о л о д е ц , к л а д и его сюда на с т о л , в о т т а к , в о т так.
Клади
его с ю д а , т о л ь к о не н а меня!" (Пот о м у , ч т о
М а р и н а тоже
очень б о и т с я червяков.) Я к л а д у его на стол и говорю:
"Теперь Вы п р а в д а п о в е р и л и , ч т о я Вас л ю б л ю ? " "Да, т е ­
п е р ь я это знаю.Ал я , в е д ь это был не ч е р в я к , а в н у т р е н ­
н о с т ь от п а й к о в о й селе д к и . Э т о было и с п ы т а н и е " . Я о б и д е ­
л а с ь и г о в о р ю : " М а р и н а , я В а м тоже с к а ж у п р а в д у . Ч т о б не
в з я т ь ч е р в я , я г о т о в а была с к а з а т ь , ч т о я В ас ненавижу".

Май 1919"
В
случае
с " ч е р в я к о м " п о в и н н ы были Ш и л л е р и Ж у ­
ко в с к и й , с о з д а в ш и е б а л л а д у "Кубок". "Кто,
рыцарь ли
з н а т н ы й и л ь л а т н и к простой, в ту б е з д н у п р ы г н е т с в ы ­
с о т ы ? " - д е к л а м и р о в а л а я, р а с х а ж и в а я
взад-вперед
по
н а ш е й к у х н е и о т т я г и в а я н е и з б е ж н ы й час занятий. Ч и т а ­
т е л ь с к и й в о с т о р г п е р е п о л н я л меня, я о щ у щ а л а себя
со­
п р и ч а с т н о й с о б ы т и я м п о э м ы - д а что т а м с о п р ичастной! т е м с а м ы м " п а ж е м м о л о д ы м " о щ у щ а л а я себя, к о т о р ы й "уж
в б е з д н е пропал".. .
54

"Какие замечательные
стихи, Марина! К а к и е герои­
ческие! А царевна, к о т о р а я з а с т у п и л а с ь за пажа, п о х о ­
ж а на Вас! Е с л и бы этот царь, к о т о р ы й б р о с и л э т о т к у ­
бок в п у чину морскую, был бы В а ш и м о т ц о м . . . " - "То он
ок а з а л с я бы т в о и м д е д о м ! " - з а м е т и л а М а р и н а . "Нет, не
надо дедом! Е с л и бы он был п р о с т о В а ш и м отцом, а я т ем с а мым пажем, то я б ы тож е ...т о ж е . . . " - "Не ду м а ю ,
чтобы
ты смогла", - с е р ь е з н о о т в е т и л а Ма р и н а , с о ц е ­
н и в а ю щ е й н е ж н о с т ь ю о г л я д ы в а я в с ю м ою
тогдашнюю
ма­
л о с т ь и хилость, с м а к у ш к и д о к о н ч и к о в с т о п т а н н ы х б а ш ­
маков, в к о т о р ы х я, к ш е с т и с п о л о в и н о й годам, е щ е не
н а у ч и л а с ь т о л к о м р а з б и р а т ь с я - к а к о й на к а к у ю н о г у н а ­
тягивать. "Во-первых, т ы б о и ш ь с я в о д ы . . . а потом, есл и
бы только вода! Т а м вед ь еще и г а д ы м о р с к и е , и ч у д о в и ­
ща! П о м н и ш ь ? " (Еще б ы не помнить: " . . . п о л з е т стоногое
грозно из мглы, и х о ч е т схватить, и р а з и н у л с я р о т . . . "
Сто с к л и з л ы х ног! У ж а с и отвр а щ е н и е ! ) - "Все р а в н о бы
п р ы г н у л а ! " - с пр е ж н е й п ы л к о с т ь ю в г о л о с е , н о у ж е с х о ­
л о д к о м сом н е н и я в груди п р о д о л ж а л а
настаивать я."Ви­
д и ш ь ли, будь я той ц а р е в н о й - и л и т е м ц а р е м , я не р а з ­
р е ш и л а бы тебе и во о б щ е к о м у б ы то ни было п р ы г а т ь
в
п у ч и н у по прихоти. Л ю б о в ь не п р ы ж к а м и д о к а з ы в а е т с я , а
к а ж д ы м п р о ж и т ы м д н е м - к ак он прожит, и к а ж д ы м с д е л а н ­
н ым д е л о м - как оно с д е л а н о . С а д и с ь - к а т ы л у ч ш е за стол
и пиш и свою с т р а н и ц у ! " И я сел а за стол, не д о г а д ы в а ­
ясь, что " п о двиг" мой - не за г о р а м и , и б о М а р и н а
при­
знавала декл а р а ц и и , л и ш ь п о д т в е р ж д е н н ы е д е й с т в и е м . . .

"в деревне
Марина решила отправить меня в деревню,погостить
у н а ш е й м о л о ч н и ц ы Дуни. П о т о м она д о л ж н а
была
при­
ехать за м н о й сама.
Мы
с Д у н е й ехали т о в а р н ы м поезд о м . Н е к о т о р ы е о с ­
та н о в к и были о ч ень п р о д о л ж и т е л ь н ы .
До деревни
Козл о в о м ы ш л и п ять вер с т л есом. В п е р е д и ш л и д е в к и и б а ­
бы. О ни то и д е л о п е р е к л и к а л и с ь . С к о р о м ы
вышли
на
п р о с т о р н о е место, т а м в и д н ы был и з о л о т ы е п о л о с ы
ржи.
Все о б р а щ а л и на мен я внимание: "Чья
э то
девчонка?"
55

А Д у н я с гордостью: " Б а р ы н и н а , и з М о с к в ы . Ч и т а и т ь , л и ­
ш и т ь " . К а к о й - т о м а л ь ч и ш к а сказал: "Выдра! М ы
за с т а ­
в и м ее р а б о т а т ь ! "
"Неужели?" - сказала Дуня.В дале­
к ой б л и з и с т али в и д н ы дома, п р и г о р к и и з а б о р ы К о з л о ­
ва.
М ы в о ш л и в и з б у . С виду о на б ы л а т а к а я , к а к у ю я не
н а д е я л а с ь у в и дать.
Это б ы л а м а л е н ь к а я , п о л у р а з в а л и в ­
ш а я с я изба, к о т о р а я стояла, с к р и в и в ш и с ь
в сторону,
вся п о к р ы т а я т е м н о й соломой. О к н а был и
тож е м а л е н ь ­
кие и косые. В н у т р и б ы л а т о л ь к о о д н а к о м н а т а с р у с ­
ско й п е ч к о й и скамейками.
У Д у н и было п я т ь д е т е й и муж. У м у ж а б ы л а борода,
он б ы л о ч е н ь грубый, грубо р а з г о в а р и в а л
с Дуней и с
д е т ь м и . О д и н раз он стал Д у н ю б и т ь и х о т е л с т у к н у т ь
ее г о л о в о й об печку. Но я з а к р и ч а л а и
вцепилась
в
его р у б аху. Он мен я п и х н у л и ушел. По н о ч а м он с т р а ­
ш н о храпел.
Д у н я нас к о р м и л а карт о ш к о й . В се ее ч и с т и л и п а л ь ­
ц а м и и к а ж д ы й себе солил. К о г д а был суп, все ели его
из тазика, к а ж д ы й с в о е й д е р е в я н н о й л о ж к о й . Л о ж к и были
о ч е н ь неуд о б н ы е , и я с н а ч а л а обли в а л а с ь .
Н е д а в н о я б ы л а на току. М е н я п о с а д и л и н а сноп с о ­
ломы, а сам и с т али молот и т ь . Я г л я д е л а с о ч е н ь б о л ь ­
ш и м в н и м а н и е м . И х :цепы были п о х о ж и на кнуты, т о л ь к о к
к о н ц а м были п р и в я з а н ы палки. Л е ж а л и
м а л е н ь к и е сно п ы
кол о с ь е в , и все с т а л и бить по э т и м к о л о с ь я м , и з - з а т о ­
го, ч т о б ы п о т о м и х есть. Так п о л у ч а ю т с я з е р н а и хлеб.
М ы и н о г д а х о д и л и в л е с за гр и б а м и и о р е х а м и , н о я
н и ч е г о не находила,
потому
что
с м о т р е л а в о к р у г на
красоту.
В е ч е р о м п о с л е д н е г о д н я мое г о о д и н о к о г о
пребыва­
н ия в д е р е в н е п р о ш л а з а м е ч а т е л ь н а я , г у с т а я , с е р а я т у ­
ча с золотой, холо д н о й , л у н н о й каймой. Н о ч ь ю я прос н у л а с ь и увидала, как с в е т и л а с ь л а м п а д к а . " З а в т р а У с ­
пение", - п о д у м а л а я и уснула.
П р о с ы п а ю с ь р а н о утром. Д у н я топ и т р у с с к у ю печку.
С м о т р ю на д р у г о й б ок и виж у М а р и н и н у з а г о р е л у ю ш е ю и
к у д р я в ы е волосы. На с к а м е й к е л е ж и т ее
маленький че­
м о д а н и одежда, а на пол у - д в а окурка.

56

Т о л ь к о что у ш л а Дуня, М а р и н а в о с п р я н у л а и , как г р о ­
зный лев, р а с с ы п а л а сво ю к у д р я в у ю гриву.
Я
тихонько
п о ц е л о в а л а ее.
Марина, шепотом: "Здравс т в у й , А л е ч к а . Как
ты ж и ­
вешь?" - "Ничего". - "А з а ч е м
т ы в ы р ы в а л а л и с т ы из
своего д н е в н и к а ? " - " Ч т о б ы р и с о в а т ь ! " - " С в и н с к и й п о ­
ступок", - о т в е т и л а Ма р и н а . Но ско р о
она
становится
м и л о с т и в е й и сл у ш а е т мои р а с с к а з ы о г р у б о м муж е Дуни.
З а втрак был оче н ь т о р ж е ствен, п о т о м у что п р и е х а л а
"барышня", как т а м н а з ы в а л и М а р ину.
Все
г о в о р и л и ей
пр и я т н ы е вещи и п р е д л а г а л и сахар. П о т о м мы п о с и д е л и с
М а р и н о й на р у с с к о й печке. П о л ю б о в а л и с ь ,
как
вычищен
самовар и как чисто вым ы т пол. П о т о м п о с и д е л и в з а м е ­
чательном палисаднике с бузиной и подсолнухами,за сто­
лом, к о т о р ы й с а м х о з я и н в ы к р а с и л с и н е й краск о й . М а р и ­
на р а з г р ы з а л а о р ехи и р а з д а в а л а и х Д у н и н ы м д е т я м Вас е
и Анюте, и мне. П о т о м мы ч и т а л и про себ я свои к н и г и М а р и н а про Французскую рево л ю ц и ю , а я п р и в е з л а с с о б о й
к н игу " Х р и с т и а н с к и е дети". В т о р о й и т р е т и й д е н ь т а к и е
же о д нообразные, и М а р и н а с т р у д о м п р о ж и л а их.
Н а к о н е ц н а с т а е т отъезд. Меня, сонную, с п а в ш у ю м а ­
ло, бу дит Дуня. В с т а л и п о ч т и все, д а ж е х о з я и н , к о т о р ы й
так п р е к р а с н о спит по ночам. П е т у х и н а м д а л и
знать,
что утро. На меня н а д е л и д в а пл а т ь я и п а л ь т о , и м ы п о ­
шли в м е с т е со с т а р ш и м с ы н о м Дуни, Сережей.
Как только мы выш л и и п р о ш л и
меньше
полуверсты,
как я провалилась, поч т и по колена, в к а к у ю - т о л у ж у и
захныкала. М ы д о л г о ш ли по пути, к о т о р ы й вел че р е з м е ­
ста, полные опаснос т ь ю . Лужи, к а н а в ы , и еще п о л н а я т е м ­
нота. С е р е ж а ш е л впереди, М а р и н а на конце, а я в с е р е ­
дине. П о п а д а л и с ь по ч т и н е п р о х о д и м ы е болота, но С е р е ж а
в с е г д а на х о д и л у з к у ю тропинку, по к о т о р о й м ы ш л и
по
очереди. К о гда мы п р о х о д и л и через ток, то у в и д е л и , ч т о
нас у к у т а л у т р е н н и й туман, п о х о ж и й н а пар,
ш е д ш и й из
земли. Небо пока еще было коричневатое-, но н у ж н о был о
ж д а т ь з а м е ч а т е л ь н о й картины.
Ск оро мы с т али п о д х о д и т ь к станции.
Стояли в ряд
нес к о л ь к о елочек, о к у т а н н ы х белым. Н а д н и м и
красова­
л а с ь темная, о ч ень я р к а я полоса, гу с т а я и красная.
А
мы все ш л и о к оло ч ь и х - т о о г о р о д о в . К о г д а м ы с о в с е м по57

д о ш л и к станции, я п о с м о т р е л а на небо. Б о л ь ш а я ча с т ь
его б ы л а п о к р ы т а красн ы м и , с и н и м и и се р ы м и полосами.
И т ут я в д р у г о т ч е г о - т о зарев е л а .
Марина
заметила:
" Ч е г о ты р е в ешь? Т ы б ы л у ч ш е на небо
полюбовалась!"
Я с м у т и л а с ь . Х о л о д н а я у т р е н н я я заря л а с к о в о о х в а т и л а
м ое л и цо.
В с е в р е м я ш л и т о в а р н ы е поезда. П р е д п о с л е д н и й п о ­
е з д бы л н а г р у ж е н ц а р с к и м и а в т о м о б и л я м и с ц а р с к и м и ге­
р б а м и и значками. О ни были о ч е н ь красивые: на
носи­
к а х и на д в е р ц а х у н и х были гербы.
В с к о р е п р и е х а л п е р в ы й п о е з д д л я л юдей.
М ы долго
ж д а л и его о становк и , но п о к а мы ж д а л и , п о ч т и все л ю д и
у ж е влезли, и н а м был о не п р о биться. Но зат о
успели
на с л е д ующий.

Август 191 9 м
Молочница Дуня приходила к нам - с бидоном в ру­
ке и с м е ш к о м за с п и н о й - с н е з а п а м я т н ы х
времен и
в п л о т ь до т я ж к о й з и м ы 1919-20 года, в к о т о р у ю - п р о ­
сто и с ч е з л а . М ы так н и к о г д а и не узнали, что
с ней,
ж и в а л и она?
В э ту же зим у у м е р л а моя м л а д ш а я с е с т р а И р и н а та, ч то п и л а м о л о к о - кру т о л о б а я ,
в буйных светлых
л о к о н а х , с е р о г л а з а я де в о ч к а , все р а с п е в а в ш а я "Маена,
М а е н а м о я ! " (Марин а моя!) - и к а к - т о д а ж е е с т е с т в е н ­
н ы м пока з а л о с ь , что п е р е с о х л а и м о л о ч н а я с т р у й к а , п и ­
т а в ш а я ее.
В п о с т о я н с т в е Д у н и н ы х приходов, в к р о т к о й
обре­
че н н о с т и , с к о т о р о й б р а л а о н а за б е с ц е н н о е м о л о к о н и ­
чег о не с т о и в ш и е б у м а ж н ы е т ы с я ч и и м и л л и о н ы , а не м е ­
н я л а его, как все " д е р е в е н с к и е " , на вещи, в той щ е д ­
рости, с к о т о р о й о т м е р я л а его в п о д с т а в л е н н у ю
каст­
рюлю, было нечто, р о д н и в ш е е ее с с а м о й М а р и н о й , с т о л ь
о т з ы в ч и в о й и с т о л ь не "деловой".
Они подружились по-своему - странная "барыня"
и
с т р а н н а я м о л о чница . Д р у ж б а эта - д в у х м а т е р е й - п о ч ­
ти не н у ж д а л а с ь в словах; у М а р и н ы нас был о д в о е , а у
Д у н и - три с ы н а и д в е дочки; М а р и н а ч а с т о д а р и л а Д у ­

58

не ч т о - н и б у д ь из н а ш е г о х а о т и ч е с к о г о х о з я й с т в а , а та
- не обессудьте! не побр е з г у й т е ! - у г о щ а л а нас
мяты­
ми, к а р т о ф е л ь н о - р ж а н ы м и л е п е ш к а м и , а то с о в а л а
Ирине
крутое, прида'вленное в п о е з д н о й толчее, яйцо.
Ч е р т ы Д у н и н о г о л и ц а был и
строгие,
а выражение мягкое, как бы п р и с л у ш и в а ю щ е е с я ,
чуть
удивленное
и
виноватое. С к о л ь к о ей мо г л о быт ь лет ? - не знаю;
ма­
тер и н с к и е л и ц а - вне возраста.
О д н а ж д ы Д у н я п р и е х а л а не о д н а - за ее б у р у ю кофту,
в талью, с буфа м и - д е р ж а л с я Вася, м л а д ш и й из ее м а л ь ­
чиков, мой сверстни к . "Вот, барыня, п р и в е з л а его М о с ­
кву посмотреть. Все п р и ставал, как а я она, д а
какая М о с к в а - т о ! " - "Ну как, - с п р о с и л а М а р ина, - п о н р а в и ­
л о с ь тебе в городе ? " М а л ь ч и к м о л ч а л о т ч а я н н о , н е о т р ы ­
вая глаз от с о б с т в е н н ы х л а п тей,
и
начал оттаивать мота т ь и к и в а т ь го л о в о й - т о л ь к о на к у х н е за
самова­
ром. С а м о в а р же был
н е п р о с т о й : с того дня, как М а р и н а
п о п р о б о в а л а св а р и т ь в н е м пшено, он з а т к н у л с я навеч н о ,
и к и п я т о к из нег о п р и х о д и л о с ь д о б ы в а т ь чер е з верх.
П о сле чая В а с я разо м л е л , стал к л е в а т ь н о с о м ; М а р и на п р е д л о ж и л а Д у н е у л о ж и т ь его; к р о в а т ь б ы л а м е т а л л и ­
ческая, с шише ч к а м и , с п р у ж и н н ы м м а т р а с о м . М а л ь ч и к п р и ­
открыл с л и п а ю щ и е с я глаза, в них м е л ь к н у л о м а т е р и н с к о е ,
и з у м л е н н о - и з в и н я ю щ е е с я в ы р ажение. " П е р в ы й раз на п р у ­
жине сплю!" - п р о ш е п т а л он. М а р и н а з а к у с и л а г у б у . " О с ­
т а вьте его п о г о с т и т ь у нас, Дуня, - п р о г о в о р и л а о н а . М о с к в у ему п о к а ж у . . . " И Вас я
остался.
Марина
обула
его в мои башмаки, в о д и л а в К р е м л ь и в З о о л о г и ч е с к и й
сад, все т е р п е л и в о о б ъ я с н я л а и р а с с к а з ы в а л а .
Как н е к о г д а я в цирке, В а с я с м о т р е л не т у д а
и не
на то; так,в З о о л о г и ч е с к о м сад у б о л ь ш е в с е г о п о р а з и л и
его деревья, о б н е с е н н ы е реше т к а м и . " Г л я н ь - к а ,
и де­
р е вья в клет к у п ос а д и л и . . . ч у д н о ! " Д о м а В а с е й з а в л а д е ­
вала я, глуша его к н ижками, и г р у ш к а м и
и
собственным
превосходством: к а к - н и к а к я в е д ь была г р а м о т н а я и го­
родская! Правда, к о г д а он уезжал,
игрушки
я отдала
ему п о чти все и без М а р и н и н о г о н а п о м и н а н и я ,
а ч то д о
сто л и ч н о г о м о его п р е в о с х о д с т в а , то х в а т и л о н е с к о л ь к и х
дней, д аже часов, п р о в е д е н н ы х м н о ю в К о з л о в е , ч т о б ы д о ­
казать, что б е с т о л к о в е е мен я нет во в с е й д е р е в н е .

59

П р и е х а в ш а я за м н о й М а р и н а у Д у н и не
заг о с т и л а с ь .
" О т д ы х а т ь " , к о г д а в се к р у г о м трудятся, о н а не м о г л а , а
р а б о т а т ь п о - к р е с т ь я н с к и не умела.
Крестьянский
"па­
т р и а р х а л ь н ы й " быт - со в с е п о ж и р а ю щ е й р у с с к о й п е ч ь ю во
главе у г л а - у ж а с а л и в о з м у щ а л ее.
Н е п о д ъ е м н о с т и его
не и с к у п а л а ни п р е л е с т н а я п р и р о д а со в с е м и
ее в о с х о ­
д а м и и закатами, ни п е с н и за рекой, ни р а с ш и т ы е п о л о ­
т е н ц а п о д ико н а м и . . .
Е щ е о д н а п р о с т а я ж е н щ и н а была, так же, как и Дуня,
м о л ч а л и в о д о б р а к М а р и н е и м и л а ей д у ш е в н о - ж е н а ж и ­
в ш е г о во д в о р е н а ш е г о д о м а с а п о ж н и к а Гранского.
У Г р а н с к и х б ыл а о ч е н ь м а л енькая, ч и с т е н ь к а я п о л у ­
п о д в а л ь н а я к в а р т и р а - н о р к а ; в о д н о й из
комнатушек
ее
постоянно постукивал молотком
мрачноватый
сапожник.
И н о г д а он б ы вал "в ы пимши", и то г д а вся сем ь я его - ж е ­
на и тро е д е т е й по е ж и в а л и с ь , о г л я д ы в а л и с ь и шепт а л и с ь .
К о г д а ни за й д е ш ь к ним, а х о д был чер е з
кухню, видишь: на д л и н н о м м е д н о м к р а н е н а д р а к о в и н о й лежит,
п о д о б р а в лапки, кошка, и в р е м я от в р е м е н и
слизывает
н а б е г а ю щ у ю каплю, а ж е н а с а п о ж н и к а все в о з и т с я по х о ­
з я й с т в у - стирает, с тряпает, шьет.
В о т э т а - т о же н щ и н а , мален ь к а я , н е в и д н а я , т а к а я же,
как Дуня, б е з в о з р а с т н а я , ч а с т о з а б е г а л а к н а м
с чер­
н ого хода, д о с т а в а л а и з - п о д п л а т к а м и с о ч к у с н е с к о л ь ­
к и м и к а р т о ш к а м и и л и с я ч м е н н о й кашицей, с о в а л а ее М а ­
р и н е в руки, п р и г о в а р и в а я : " К у ш а й т е на
здоровье!
Не
с т оит б л а г о д а р н о с т и ! " И еще, о т п р а в л я я
в деревню
к
б а б у ш к е младшую, слаб е н ь к у ю , дочку, о т д а в а л а
н а м ее
п р о д у к т о в у ю карточк у .
В о о б щ е же в т р у д н ы е год ы п о м о г а л и М а р и н е
т олько
ж е н щ и н ы . М у ж ч и н а м это п р о с т о не п р и х о д и л о
в голову.
И л и так редко!

"вечер блока
В ы х о д и м из д о м у еще с в е т л ы м вечером.
Марина объ­
я с н я е т мне, что А л е к с а н д р Б л о к - так о й ж е в е л и к и й п о ­
эт, ка к Пушкин. И в о л н у ю щ е е п р е д ч у в с т в и е ч е г о - т о п р е ­
к р а с н о г о о х в а т ы в а е т мен я при к а ж д о м ее слове.
Марина

60

сидит в к р о х о т н о м к о в ч е г е х у д о ж н и к а М и л и о т т и и р а с ­
с м а т ривает книги. Е г о с а м о г о нет.
Я б е гаю по саду. Вывески: " Ч и т а е т А л е к с а н д р Блок",
"В П о л и т е х н и ч е с к о м му з е е ч и т а е т П . К о г а н " . И в о о б щ е все
п о - п р а з д н и ч н о м у - как на В о р о б ь е в ы х горах:
в
аллеях
под д е р е в ь я м и пр о д а ю т л е п е ш к и и и г р а е т г р а ммофон.
Наконец приходят художники Милиотти и Вышеславцев
и поэт П а в л и к А н т о к о л ь с к и й с ж е н о й . М ы и д е м за б и л е т а ­
ми. В х о д и м в п е р е д н ю ю с рако в и н а м и ,
где
серебряный
и с т у к а н с п и к о й з в о н и т "К Б л о к у " . И д е м
в розовую бар­
х а т н у ю залу. Все м е с т а заняты, а Его все еще нет. А н ­
т о к о л ь с к и й п р и н о с и т н а м н е с к о л ь к о стульев. Ч у т ь т о л ь ­
ко расселись, в тол п е п р о н о с и т с я шепот: "Блок! Блок! - Где
он? - Блок! - За
ст о л и к
садится! - С и ­
рень!
Все и з ъ я в л я л и б е з у м н у ю радость.
Д е р е в я н н о е л и ц о вытя н у т о е . Т е м н ы е г л а з а о п у щ е н н ы е ,
не я р к и й сухой рот, к о р и ч н е в ы й ц в е т лиц а . В е с ь
как-то
вытянут, с о в с е м м е р т в о е в ы р а ж е н и е глаз,
губ
и все г о
лица.
Он ч и тает п о э м у "Во з м е з д и е " .
Там
говорится
про
Байрона, про н е н а с т о я щ е г о Байрона,
который
очаровал
м л а д ш у ю д о ч ь из с т а р о й д в о р я н с к о й семьи. И б у д т о д о ч ь
в ы шла за него замуж, и он увез ее с собой. В о д и н с у ­
м р а ч н ы й д е н ь он а п р и е х а л а одна. Худая, у т о м л е н н а я , о н а
д е р ж а л а на р у к а х г р у д н о г о ребенка.
И
в от
сын
стал
взрослый, но не п о ш е л воевать,
а в е с е л и л с я на балах.
И вот один раз, танцуя, он у з н а л , ч т о его о т е ц у м и р а е т
в Варшаве на у л и ц е Роз. Но к о г д а он т у д а
приехал, то
увидел, что о тец л е ж и т в п о с т е л и
м ертвый.
(Опи с а н и е
н а р у ж н о с т и отц а в гробу с о в с е м с о в п а д а е т
с наружно­
стью Блока. Б л а г о р о д н ы е глаза закрыты. Т е л о
вытянуто
и благородно.
На
пальце - обручальное
к ольцо.)
Он
снял кольцо с б л а г о р о д н о г о п а л ь ц а о т ц а
и перекрестил
отц а на сон веков.
К о гда сын стоял у могилы, тут же
была женщина
в
ч е р н о м платье и т р а у р н о й вуали.
В д р у г о й ч а сти А л е к с а н д р А л е к с а н д р о в и ч ч и т а л
про
войну,про войска, к о т о р ы х м н о г о п о г и б л о в б о ю , н о
о ни
шли, п о лны г е р о и з м а , и н а н и х с м о т р е л а и м п е р а т р и ц а .
Он говорил ровным, о д и н а к о в ы м голосом.
Мне кажется, он еще говорил, что сын з а б ы л отца.

61

П о т о м А. А. Б л о к
о с т а н о в и л с я и кончил. Все а п л о ­
д и р у ю т . Он с м у щ е н н о о т к л а н и в а е т с я . Н а р о д кричит: " П р о ­
ч т и т е н е с к о л ь к о ст ихов!",
" Д в е н а д ц а т ь " , "Двенадцать,
пожалуйста".
- Я... я не у м е ю ч и т а т ь " Д енадцать"!
- "Незн а к о м к у " ! "Незнакомку"!
" У тро туманное , - чи т а е т А.А. Блок. - Как ма л ь ч и к
ш а р к н у л а , п о к л о н отв е ш и в а е т . Д о свиданья! И з в я к н у л о
б р а с л е т жетон. К а к о е - т о в о с п о м и н а н ь е ! " (Эти с т р о ч к и у
меня остались в памяти с ранних лет и останутся
на­
всегда) .
Б о л ь ш е я стих о в в н а п е в е не помню,
но м о г у п е р е ­
д а т ь в прозе: "Тво е л и ц о л е ж и т на столе в з о л о т о й о п ­
р а в е п е р е д о мной. И г р у с т н ы в о с п о м и н а н и я о тебе.
Ты
у ш л а в ноч ь в т е м н о - с и н е м плаще. И у б и р а ю тво е л и ц о в
з о л о т о й о п раве со стола."
А.А. Б лок ч и т а е т " к о л о к о л ь ц ы " , "кольцы", о к а н ч и ­
вая на "ы". Ч и т а е т д е р е в я н н о , сдержанно,
уко р о ч е н н о .
О ч е н ь суро в о и мрачно. "Ты х л а д н о ж м е ш ь к м о и м губам
сво и с е р е б р я н ы е кольца".
И н о г д а Блок з а б ы в а л с л о в а и т о г д а
о г л я д ы в а л с я на
с и д я щ и х за его с п и н о й д а м у и господина, к о т о р ы е ,с л е г ­
ка у л ы баясь, п о д с к а з ы в а л и ему.
У м о е й М а р ины, с и д я щ е й в с к р о м н о м у г л у , б ы л о гро з ­
н ое лицо, с ж а т ы е губы, как к о г д а о н а с е р д и л а с ь . И н о г д а
ее р у к а б р а л а цве т о ч к и , к о т о р ы е я держа л а , и
ее к р а ­
с и в ы й г о р б а т ы й нос в д ы х а л б е з з а п а х н ы й з а п а х листь е в .
И в о о б щ е в ее л и ц е не было радости, но был восторг.
С т а н о в и л о с ь темно, и Бло к с б о л ь ш и м и р а с с т а н о в к а ­
ми читал. Н а в е рное , от темноты. Т о г д а к а к о й - т о гос п о ­
д и н за н а ш е й с п и н о й з а ж е г свет. З а ж г л и с ь
все св е ч и в
л ю с т р е и о г р о м н ы е л а м п ы по б о к а м комнаты, оч е н ь т у с к ­
лые, о к о в а н н ы е в т о л с т о е стекло.
Ч е рез н е с к о л ь к о м и н у т все к о н ч и л о с ь . М а р и н а п о п р о ­
сила
В.Д. М и л и о т т и п р и в е с т и меня к Блоку. Я,
когда
в о ш л а в комнату, где он был, с п е р в а с д е л а л а вид,
что
п р о с т о гуляю. П о т о м п о д о ш л а к Блоку. О с т о р о ж н о и л е г ­
ко
в з я л а его за рукав. Он о б е р н у л с я . Я п р о т я г и в а ю ему

62

письмо". Он у л ы б а е т с я
и шепчет: " С п а с и б о " . Г л у б о к о
кланяюсь.
Он
не б р е ж н о
кланяется
с л е г к о й улыбк о й .
Ухожу.
15 мая

1920"

Блок
в ж и з н и М а р и н ы Ц в е т а е в о й был е д и н с т в е н н ы м
поэтом, ко т о р о г о о н а ч т и л а не
как с о б р а т а по " с т р у н ­
ному рукомеслу", а как б о ж е с т в о от п о э з и и , и к о т о р о м у ,
как божеству, покл о н я л а с ь . В с е х о с т а л ь н ы х , е ю л ю б и м ы х ,
она ощ у щ а л а с о р а т н и к а м и с в о и м и , в е р н е е - себ я
ощущала
с о б р а т о м и с о р а т н и к о м их, и о к а ж д о м - от
Тредиаковского до М а я к о в с к о г о - с ч и т а л а себя
вправе
сказать,
как о Пушкине: "пе р ь я на в о с т р о т ы
знаю,
как
чинил:
п а л ь ц ы не п р о с о х л и от
его ч е р н и л ! "
Более т о г о , к а ж д о г о из
них - даже
бесплотнейшего
Рильке! - п о ч и т а л а и о с я з а л а о на б р а т о м еще и по п л о ­
ти и крови, зная, что с т и х и не
одним лишь
талантом
п о р о ж д а ю т с я , а и в с е м и бедами, стра с т я м и , с л а б о с т я м и и
р а д о с т я м и ж и в о й ч е л о в е ч е с к о й п л о т и , е е б о л е в ы м опытом,
ее в о лей и силой, п о т о м и трудом,
голодом и жаждой.
Не меньшим, ч е м т в о р ч е с т в у поэтов,
был о ее с о - ч у в с т вие и с о - с т р а д а н и е и х ф и з и ч е с к о й ж и зни, " с т е с н е н н о с т и
обстоятельств"
или
стесненности
обстоятельствами,
сквозь к о торые ей, жи з н и , н а д л е ж а л о п р о б и в а т ь с я .
Творчество одного лишь Блока восприняла
Цветаева
как в ы соту с т оль
п о д н е б е с н у ю - не
отрешенностью
от
жизни, а - о ч и щ е н н о с т ь ю ею - (так
огнем
очищаются!),
что ни о какой с о п р и ч а с т н о с т и это й т в о р ч е с к о й
высоте
она, в " г р е х о в н о с т и " своей, и
помыслить
не
смела только к о л е н о п р е к л о н я л а с ь . Т а к и м п о э т и ч е с к и м
колено­
п р е к л онением, т а к и м с п л о ш н ы м " а л л и л у й я "
с т а л и все ее
стихи, п о с в я щ е н н ы е Б л о к у
в 1916 и 1920 - 1921 годах,
и п р о з а о нем, с ч т е н и е м к о т о р о й о на
выступала в на­
чале 30-х годов в Париже; н и г д е не о п у б л и к о в а н н а я , р у ­
к о п и с ь эта не сохр а н и л а с ь .

К о н верт со ст и х а м и М а р и н ы Ц в е т а е в о й к Блоку.

63

П о д о б н о тому, как ч и т а т е л и м о е г о п о к о л е н и я
гово­
р я т " П а с т е р н а к и Цв е т а е в а " , так ее п о к о л е н и е п р о и з н о ­
с ило " Б лок и А х м а т о в а " . О д н а к о д л я с а м о й Ц в е т а е в о й с о ­
е д и н и т е л ь н а я ч а с т и ц а м е ж д у этими д в у м я
именами
была
ч и с т е й ш е й у с л о в н о с т ь ю ; з н а к а р а в е н с т в а м е ж д у ними она
не про в о д и л а ; ее л и р и ч е с к и е с л а в о с л о в и я А х м а т о в о й я в ­
л я л и с о б о й в ы р а ж е н и е д о в е д е н н ы х до а п о г е я сестринских
чувств, не более. О н и и был и
сестрами
в поэзии, но
о т н ю д ь не б л и з н е ц а м и ; а б с о л ю т н а я г а р м о н и ч н о с т ь , д у х о в ­
н а я п л а с т и ч н о с т ь Ах м а т о в о й ,
ст о л ь
п л е н и в ш и е вн а ч а л е
Ц в е т а е в у , в п о с л е д с т в и и стали ей к а з а т ь с я
к ачествами,
ограничивавшими ахматовское
т в о р ч е с т в о и р а з в и т и е ее
п о э т и ч е с к о й л и ч н о с т и . "Он а - с о в е р ш е н с т в о ,
и в этом,
увы, ее предел", - с к а з а л а об А х м а т о в о й Цветаева.
Помню, как П а в л и к А н т о к о л ь с к и й
принес
и п о дарил
М а р и н е " Д в е н а д ц а т ь " Блока,
б о л ь ш о г о формата, б е л у ю с
ч е р н ы м - Черный вечер, белый снег - к н и г у
с пронзи­
тельными анненковскими иллюстрациями; как,прямо с по­
рога бывшей нашей
столовой,
начал
читать,
сверкая
у г о л ь н ы м и , д и к и м и глазищами; как
отбивал
в во з д у х е
так т кулаком; как ш е л на нас сл е п о о г и б а я препятс т в и я ,
п о к а не у п е р с я в стол, за к о т о р ы м с и д е л а и и з - з а
ко­
т о р о г о ему н а в с т р е ч у п р и в с т а л а М а р и н а ; как д о ч и т а л до
к о н ц а , и к ак М а р и н а ^ м о л ч а , н е п о д н и м а я г л а з , в з я л а у н е ­
го к н и г у из р у к .В м и н у т ы п о т р я с е н и й она о п у с к а л а веки,
стискивала зубы,не давала выхода кипевшему в ней,внеш­
не ле д е н е я .
Ф е н о м е н " Д в е н а д ц а т и " не т о л ь к о по т р я с ее,но в чемто о с н о в н о м т в о р ч е с к и у с т ы д и л , и за с е б я , и за н е к о т о р ы х
ее с о в р е м е н н и к о в - п о э т о в . О б э т о м м н о г о и р е з к о г о в о р и ­
л о с ь в той е е , Б л о к у п о с в я щ е н н о й , п р о з е , в ч а с т н о с т и
о
т о м , ч т о " Б а л а г а н ч и к " , о с т а в л е н н ы й Б л о к о м за
пределами
Р е в о л ю ц и и , и м е н н о в Р е в о л ю ц и ю п о с л у ж и л ,пу с т ь н е д о л г о в е ч ­
ным, но у б е ж и щ е м - м н о г и м п о э т а м , н а ч и н а я с
н ее самой,
с о з д а в ш е й в ту п о р у ц и к л и з я щ н ы х не по эпохе
пьес...
Но Не Муза, не Муза, - не б р е н н ы е у з ы
Р о д с т в а - не твои путы,
О Дружба: - Не ж е н с к о й рукой, - л ю т о й

64

З а т я н у т на мне Узел.

Сей с т р а ш е н союз. - В ч е р н о т е р в а
Л е ж у - а В о с х о д светел.
О, кто н е в е с о м ы х м о и х д в а
К р ыла за п л е ч о м Взвесил?
В поэме "На к р а с н о м к о н е " (1921),
зашифрованной
п о с в я щ е н и е м А нне А х м а т о в о й , в п о с л е д с т в и и с н я т о м , п р е д ­
стает сложный, д и н а м и ч н ы й в с в о е й и к о н о п и с н о с т и об р а з
"обожествленного" Цветаевой Блока - создателя "Двенад­
цати", Г е о р г и я - П о б е д о н о с ц а
Р е в олюции,
чистейшего
и
б е с с т р а ш н е й ш е г о Ген и я поэзии, о б и т а т е л я т е х ее вершин,
ко т о р ы е Ц в е т а е в а с ч и т а л а д л я себя н е д о с я г а е м ы м и .
В и д е л а и с л ы ш а л а она Б л о к а д в а ж д ы
на
протяжении
н е с к о л ь к и х дней, в М о с к в е , 9 и 14 мая 1920
года,
на
его ч т е н и я х в П о л и т е х н и ч е с к о м музее и во Д в о р ц е
ис­
кусств. З н а к о м а с н и м не б ы л а и п о з н а к о м и т ь с я не
от­
важилась, о че м ж а л е л а и - ч е м у р а д о в а л а с ь , зная, что
только в о о б р а ж а е м ы е в с т р е ч и не п р и н о с я т ей
разочаро­
вания. . .

"юбилей бальмонта
М ы с М а р и н о й пр и ш л и во Д в о р е ц И с к у с с т в , з н а я ,
что
с е г одня н е о б ы к н о в е н н ы й п р а з д н и к - ю б и л е й Б а л ь м о н т а . В
саду я немного о т с т а л а и в д р у г вижу Б а л ь м о н т а
с Еле­
ной и М и р р о й и р о з у - п и о н в р у к а х Б а л ь м о н т а . М а р и н а б е ­
рет билет, и мы и д е м в залу. Е л е н а
(по-бальмонтовски
Элэна) у же з а н я л а свое место. М и р р а з н а к а м и зов е т м е ­
ня п о д е л и т ь с ней р о з о в у ю м я г к у ю т а б у р е т к у .В н о с я т д в а
г о лубых в золотой о п р а в е стула, а т р е т и й - к р е с л о д л я
Бальмонта. Его с т ав я т пос е р е д и н е .
Б а л ь м о н т входит, н е с я т е т р а д ь и р о з у - п и о н . С г р о з ­
ным, л ь в и н ы м и с к у ч а ю щ и м л и ц о м он
с адится,
на
один
стул кладет т е т р а д к у и цветы, а на д р у г о й с а д и т с я п о ­
эт В я ч е с л а в Иванов. Все р у к о п л е с к а ю т . О н м о л ч а к л а н я ­
ется, н е с к о л ь к о м и н у т сидит, п о т о м в с т а е т в у г о л о к м е ­
ж д у с т у л о м и з е р к а л о м и, п о к а ч и в а я свое м а л е н ь к о е к р е -

65

ело, н а ч и н а е т р е ч ь о Б а л ьмонте, то ест ь В с т у п и т е л ь н о е
Слово.
К сожа л е н и ю , я н и ч е г о не поняла, п о т о м у
что
там
б ы л о м н о г о и н о с т р а н н ы х слов. И н о г д а сре д и р е ч и
Вяче­
слава Ивановича раздавались легкие рукоплескания,ино­
гда - в о з м у щ е н н ы й ш е п о т не с о г л а ш а ю щ и х с я .
Н а м и н у т о ч к у в ы х о ж у из д у ш н о й зал ы в н и з , в с а д , п р о ­
б е г а ю его весь, не м и н у я с а м ы х з а к оулков, д у м а я в это
время, как ж е это л ю д и м о г л и ж и т ь в т а к и х сырых,
за­
плесневелых подвалах дома Соллогуба.Возвращаюсь,когда
В я ч е с л а в И в а н о в и ч кончает, в ы л е з а е т из св о е г о у г л о в о ­
го у б е ж и щ а и к р е п к о п о ж и м а е т Б а л ь м о н т у руку.
Я хочу описать теперь наружность Вячеслава Ивано­
ва. Н е о п р е д е л е н н ы е т у м а н н ы е глаза, г о р б а т ы й нос, м о р ­
щ и н и с т о е ж е л т о е л и ц о . П о т е р я н н а я с д е р ж и в а е м а я улыбка.
Г о в о р и т с л е г к о й р а с с т а н о в к о й , не шутит,
все
знает,
у ч е н - не гр а м о т е и т а к и м вещам, а учен, как
ученый.
С п о к о й н ы й , с п о к о й н о х о д и т и с п о к о й н о глядит, не п л а ­
менный, а к а к о й - т о серый...
С а м о е т р о г а т е л ь н о е во в с е м п р а з д н и к е - это
япо н о ч к а И н а м э . К о г д а ее вызвали: " П о э т е с с а Инамэ",
она
в ы ш л а и з - з а к р е с л а Бальм о н т а , с л о ж и л а р у ч к и и
трога­
т е л ь н о н а ч а л а сво ю п р о с т у ю речь. О на говорила: "Вот я
с т о ю п е р е д Вам и и виж у В а с . З а в т р а уже я д о л ж н а уехать.
Мы
помним, к ак
Вы
были у
нас, и н и к о г д а не
за­
будем. В ы т о г д а п р и е х а л и на н е с к о л ь к о дней, и эти н е ­
с к о л ь к о дней... что г о в о р и т ь ! . . "
Т о г д а Б а л ь м о н т сказал: "Инамэ! Она не з н а л а , ч т о у
м е н я е ст ь г о т овый о т в е т ! " Все з а с м е я л и с ь . О н в с т а л , в ы ­
н ул из к а р м а н а н е б о л ь ш у ю з а п и с н у ю к н и ж е ч к у и начал ч и ­
т а т ь стихи, вроде: "Инамэ красива, и ее и м я
так же
к р а с и в о " , и в о о б щ е стих, л е с т н ы й к а ж д о й ж енщине.
Е щ е о д н а же н щ и н а , а н г л и й с к а я г о с т ь я , в с т а л а и э т и м
д а л а з н а т ь Бал ь м о н т у , что она х о ч е т с к а з а т ь
ему чтото. Б а л ь м о н т встал. Гостья г о в о р и л а п о - а н г л и й с к и . К о г ­
д а о на кончила, Б а л ь м о н т взял бук е т п и о н о в
и
в ручил
ей. Л у ч ш е бы он о т д а л ц в е т ы я п о н о ч к е , к о т о р а я
не
за­
у ч е н н о й п р о с т о с к а з а л а сво ю м а л е н ь к у ю речь!
К т о - т о гром к о сказал: " П о э т е с с а М а р и н а Ц в е таева".

66

Марина подошла к Бальмонту и
сказала:
"Дорогой
Бальмонтик! В р у ч а ю В а м эту картину. П о д п и с а л и с ь
мно­
гие х у д о ж н и к и и поэты. И с п о л н и л В . Д . М и л и о т т и " .
Баль­
монт п о жал р у к у Марине, и они п о ц е л о в а л и с ь . М а р и н а както
не л ю д и м о п о ш л а к с в о е м у месту, н е с м о т р я на
руко­
плескания.
В это время с т а л и и г р а т ь на р о я л е
музыку,
такую
бурную, что чуть не л о п а л и с ь клавиши. П р у ж и н ы
приот­
к р ы т о г о р о я л я т р е щ а л и и взд р а г и в а л и ,
точно
от боли.
М и р р а з а ж и м а л а у ши и у л ы б а л а с ь . А я с о в е р ш е н н о р а в н о ­
д у ш н о с т ояла и в спо м и н а л а , что в и д е л а п о э т а " в е л и к о г о ,
как П у ш к и н - Блока". С о в с е м недавно.
П о с л е д н и м вы с т у п а л поэ т Ф е д о р С о л л о г у б . О н сказал:
"Не надо равенства. П о э т - р е д к и й гость н а земле. П о ­
эт - в о с к р е с н ы й д е н ь и п р а з д н и к Мира. У
поэта - ка­
ж д ы й д е н ь праздник. Не все л ю д и - п о э т ы . С р е д и м и л л и о ­
на - о дин настоящий".
П ри с л о в а х С о л л о г у б а "Не надо р а в е н с т в а " в ся т о л ­
па з а г о в о р и л а в оди н голос: "Как кому!
К ак
кому! Не
всем! Не всегда!"
Я уже думала, ч то все, как вдруг в ы с т у п и л И в а н С е ­
р г е е в и ч Р у кавишнико в . В р у к а х его - с т и х о т в о р н ы й ж у р ­
нал. В ы х одит и громко п о ч т и кр и ч и т с в о и
сти х и
К. Д.
Бальмонту. К о г д а он кончил, Б а л ь м о н т п о ж а л ему руку...
Схожу с лестницы и думаю - почему в Дворце Сол л о ­
губа не было н о ч н о г о п р а з д н и к а Б а л ь м о н т а - с р а к е т а ­
ми.
Вмес т е с Б а л ь м о н т о м и его сем ь е й и д е м домой.
1920"

Как в о з н и к л а д р у ж б а М а р и н ы с Б а л ь м о н т о м - не п о м ­
ню; ка залось, она б ы л а всегда. Ест ь ч е л о в е ч е с к и е
от­
ношения, к о т орые н а ч и н а ю т с я не с начала, а как
бы
с
середины, и к о т о р ы е в о в с е не и м е л и бы конца, не
будь
он о п р е д е л е н всему, с у щ е м у на з е м л е . О н и д л я т с я и д л я т ­
ся, м и н у я исходную , н е у с т о й ч и в у ю п о р у в з а и м н о г о р а с ­
п о з н а в а н и я и и т о гов у ю , б о л е в у ю - р а з о ч а р о в а н и й .

67

Эта - прямолинейная - протяженность дружбы,эта бес­
прерывность
и б е з о б р ы в н о с т ь ее (внешние п р и ч и н ы
об­
р ы в о в - не в счет, гов о р ю о внут р е н н и х ) не был и с в о й ­
с т в е н н ы М а р ине, п у т н и к у не т о р н ы х дорог.
Чащ е в с е г о о на ч е р е с ч у р г орячо у в л е к а л а с ь людьми,
ч т о б ы не о х л а д е в а т ь к ним, о п я т ь - т а к и ч е р е с ч у р !( - но
что т а к о е " ч е р е с ч у р " д ля поэта, как
не
естественное
его сост о я н и е ! ) В с л и ш к о м з а о б л а ч н ы е выси
она в о з н о ­
с и л а их, ч т о б ы не п о д д а в а т ь с я и с к у ш е н и ю
низ в е р г н у т ь ;
слишком наряжала в качества и достоинства,
которыми
о н и д о л ж н ы б ыли бы обладать, не вид я т е х , к о т о р ы м и они,
б ы т ь может, о б л а да л и . . .
Не ж е н с к о е это было с в о й с т в о у нее! - вед ь
наря­
ж а л а о н а других, а не себя, и, п о - м у ж с к и , п р о с т о была,
а не слыла, в ыгляде л а , казалась. И в э т о й ее д у ш е в н о й
и человеческой непринаряженности и незагримированности т а и л а с ь о д н а из п р и ч и н ее р а з м и н о в е н и й и р а з л у к
и
- в о з н и к н о в е н и я ее с тихов - с е й с м о г р а м м в н у т р е н н и х п о ­
трясений.
Ч е м ж е был а п о р о ж д е н а д р у ж б а - с т о л ь длит е л ь н а я ,
без с р ы в о в и спадов, с в я з ы в а в ш а я и м е н н о э т и х д в у х п о ­
этов?
В о - п е р в ы х , п о э т и ч е с к о м у в о о б р а ж е н и ю М а р и н ы п росто
не был о пищ и в Б а л ь м о н т е , к о т о р ы й у ж е
был,
впрочем,
как и с а м а М а р ина, м а к с и м а л ь н ы м в ы р а ж е н и е м с амого с е ­
бя, с о б с т в е н н ы х в о з м о ж н о с т е й и н е в о з м о ж н о с т е й .
Во-вторых, разностихийность,разномасштабность,ра­
з н о г л у б и н н о с т ь и х т в о р ч е с к о й сут и был а сто л ь
очевид­
на, что н а ч и с т о и с к л ю ч а л а с а м у ю в о з м о ж н о с т ь
столкно­
вений: л у ч ш е г о , большего, с и л ь н е й ш е г о М а р и н а
требо­
в а л а т о л ь к о от р о д с т в е н н ы х ей поэтов.
О б а о ни были п о э т а м и " м и л о с т ь ю Божье й ", но М а р и н а
в с е г д а с т о я л а у к о р м и л а св о е г о т в о р ч е с т в а
и
владела
с т и х и е й стиха, в то время, как Б а л ь м о н т был
ей
под­
в л а с т е н всецело.
Ни о к о м - р а з в е что
о п е р в ы х кино а к т е р а х ! - не
с л а г а л о с ь до р е в о л ю ц и и ст о л ь к о ле г е н д , с к о л ь к о р о ж д а ­
л о с ь и х о Б а л ь м о н т е , б а л о в н е п о э т и ч е с к о й моды. И ю н о й
Ц в е т а е в о й он к а з а л с я с у щ е с т в о м м и ф и ч е с к и м , б а с н о с л о в ­
ным. О к т я б р ь ж е све л ее с ж и в ы м и б е с п о м о щ н ы м (пусть

68

н е о б ы ч а й н о деят е л ь н ы м , но - не впрок!) ч е л о в е к о м , чья
звезда со с к о р о с т ь ю в о и с т и н у к о с м и ч е с к о й у с т р е м л я л а с ь
от зени т а к закату. О д н о г о э т о г о было д о с т а т о ч н о , ч т о ­
бы М а р и н а т о тчас ж е п о д с т а в и л а плечо м е р к н у в ш е й славе,
о б р е ч е н н о м у дарован и ю , н а д в и г а ю щ е й с я с т а р о с т и . . .
На себя л е г е н д а р н о г о Б а л ь м о н т и поход ил , и не п о ­
ходил; и з ы с к а н н а я г о р т а н н о с т ь
его речи,
эффектность
поз, г орде л и в о с т ь
осанки, з а н о с ч и в о с т ь
вздернутого
п о д б о р о д к а были
в р о ж д е н н ы м и , не б л а г о п р и о б р е т е н н ы м и ;
так он д е р ж а л с я вс е г д а , в л ю б о м п о л о ж е н и и и о к р у ж е н и и ,
при л ю б ы х о б с т о я т е л ь с т в а х , д о конца. В м е с т е с т е м о к а ­
зался он н е о ж и д а н н о
рыхловат
телом, не м у с к у л и с т
и
приземист, с мягкими, с о в с е м не та к и м и о п р е д е л е н н ы м и ,
как на портретах; ч е р т а м и л и ц а под о ч е н ь в ы с о к и м л б о м
- н е кая помесь и с п а н с к о г о
г ранда с и е р е е м с е л ь с к о г о
прихода; впрочем, г р а н д пер е с и л и в а л .
Т а кже
неожиданными оказались и Бальмонтова прос­
тота, пол н е й ш е е о т с у т с т в и е р и с о в к и , и - о т с у т с т в и е
во­
д я н и с т о с т и и ц в е т и с т о с т и в разг о в о р е ; сжат о с т ь ,
точ­
н о с т ь , о с т р о т а речи. Г о в о р и л он о т р ывисто, как б ы
от­
ку с ы в а я слова от фразы.
Н а р я д у с п о чти у ж е с т а р ч е с к о й н е з а щ и щ е н н о с т ь ю п е ­
р ед жизнью, было у нег о б е с печное, ю н о ш е с к о е
приятие
ее такой, как она есть; л е г к о о б ижаясь, о б и д ы с т р я х и ­
вал с себя, как бо л ь ш о й пес - д о ж д е в ы е капли.
Ба л ь м о н т
п р и н а д л е ж а л к тем, р е д ч а й ш и м ,
лю д я м , с
ко т о р ы м и вз р о с л а я М а р и н а б ы л а на "ты" - вслух, а не в
письмах, как, скажем, к П а с т е р н а к у ,
кото р о г о , в п о р у
п е р е п и с к и с ним, по ч т и не з н а л а л ично, и л и к Р и льке,
с к о т о р ы м не в с т р е ч а л а с ь н икогда. Ч р е в а т о е в
обиходе
ненавидимым
ею пан и б р а т с т в о м , "ты" было
д л я н ее (за
и с к л ю ч е н и е м о б р а щ е н и я к детям) в о л ь н о с т ь ю и у с л о в н о ­
стью чисто
поэтиче с к о й , но о т н ю д ь
не б е з у с л о в н о с т ь ю
п р о з а и ч е с к о г о прос т о р е ч и я . П е р е й д я на "ты "с Б а л ь м о н ­
том, М а р и н а с т ала на "ты" и с его т р у д н о с т я м и и н е у с ­
тройствами; п о м о г а т ь д р у г о м у ей было в с е г д а л е г ч е , ч е м
себе; д л я д р у г и х она горы ворочала.
В п е р в ы е годы р е в о л ю ц и и
Бальмонт и М арина высту­
пали на о д н и х и тех же л и т е р а т у р н ы х
вечерах,встреча­
л и с ь в о д них
и т е х же домах. О ч е н ь ч а с т о
бывали у
69

большой приятельницы Марины Татьяны Федоровны Скряби­
ной, в д о в ы к о м п о з и т о р а , к р асивой, печа л ь н ой , г р а ц и о з ­
н ой ж е н щ и н ы , у к о т о р о й с о б и р а л с я н е б о л ь ш о й к р у ж о к л ю ­
дей, п р и к о с н о в е н н ы х к и с к у с с т в у . Из з а в с е г д а т а е в - м у з ы кантов больше всего запомнился С.Кусевицкий,любой раз­
говор н е у к л о н н о п е р е в о д и в ш и й на С к р я б и н а . Д о ч е р е й к о м ­
п о з и т о р а и Т а т ь я н ы Ф е д о р о в н ы з в а л и , как нас с Мариной.
После смерти
м а т е р и в 1922 году в м е с т е
с бабушкойб е л ь г и й к о й и м л а д ш е й своей с е с т р о й А р и а д н а
Скрябина,
тогда
под р о с т о к ,
в ы е х а л а за границу.
Двадцатилетие
с п у с т я она, м а т ь т р о и х детей, с т а л а п р о с л а в л е н н о й ге­
роиней французского Сопротивления и погибла с оружием
в р у к а х в с х в а т к е с г и т л еровцами.
На н а ш и х г л а з а х к в а р т и р а С к р я б и н а
начала превра­
щ а т ь с я в музей; с е м ь я п е р е д а л а г о с у д а р с т в у с п е р в а к а ­
б и н е т к о м п о з и т о р а , в к о т о р о м все о с т а в а л о с ь , как
при
н е м и на т ех же местах, и в э т о й б о л ь ш о й к о м н а т е с о к ­
нами, в ы х о д и в ш и м и в д в о р о в ы й п а л и с а д н и к с ц в е т у щ и м и в
н е м до с е р е д и н ы л е т а к у с т а м и " р а з б и т ы х с е р д е ц " ,н а ч а л и
и з р е д к а п о я в л я т ь с я первые,
немногочисленные, экскур­
санты.
Почти всегда и почти всюду сопровождала Бальмонта
его ж е н а Елена, м а л е н ь к о е , х у д е н ь к о е , э к з а л ь т и р о в а н н о е
с у щ е с т в о с о г р о м н ы м и , р е д к о с т н о г о ф и а л к о в о г о ц в е т а гла­
з а м и , в с е г д а у с т р е м л е н н ы м и на мужа.Она, как
негасимая
л а м п а д к а у ч у д о т в о р н о й и к о н ы , в с е время т е п л и л а с ь и м е р ­
ц а л а около него .Марина х о д и л а с ней по о чередям»впрягал а с ь в м ои д е т с к и е саночки, ч т о б ы п о м о ч ь ей в е з т и м о ­
р о ж е н у ю к а р т о ш к у и л и с л у ч а й н о п о д в е р н у в ш е е с я топливо;
п о л у ч и в п а й к о в у ю о с ь м у ш к у м ахорки, о т с ы п а л а
половину
" Б а л ь м о н т и к у " ; он н а б и в а л ею в е л и к о л е п н у ю
английскую
т р у б к у и б л а ж е н н о дымил; и н о г д а эту т р у б к у они с М а ­
риной, э к о н о м я табак, к у р и л и вдвоем, д е л я з а т я ж к и , к а к
индейцы.
Жили Бальмонты
в д в у х ш а г а х от С к р я б и н ы х и н е ­
п о д а л е к у от нас, в б л и з и Арбата. З а й д е ш ь
к ним - Еле­
на, вся в саже, к о п о ш и т с я у с о п р о т и в л я ю щ е й с я печурки,
Б а л ь м о н т п и шет стихи. З а й д у т Б а л ь м о н т ы к н а м - М а р и н а
п и ш е т стихи, М а р и н а ж е и п е ч к у топит. З а й д е ш ь к С к р я ­
б и н ы м - т а м чисто, ч и н н о и тепло, - м о ж е т быть, п о т о 70

му,
что
стихов
не
пиш е т
никто, а п е ч и т о п и т п р и ­
слуга. ..
К о г д а Б а л ь м о н т ы с о б р а л и с ь за
границу - думалось,
что ненадолго, о к а з а л о с ь - н а всегда,
мы провожали их
дважды: один раз у С к р я б и н ы х , где в с е х
нас
угощали
картошкой с перцем и настоящим чаем в б е з у коризненном
фарфоре; все говор и л и т р о г а т е л ь н ы е слова, п р о щ а л и с ь и
целовались; но на с л е д у ю щ и й д е н ь
возникли
какие-то
н е п о л а д к и с э с т о н с к о й визой, и о т ъ е з д
был
ненадолго
отложен. О к о н ч а т е л ь н ы е п р о в о д ы п р о и с х о д и л и
в невыра­
з и м о м ералаше, т а б а ч н о м д ы м у и с а м о в а р н о м у г а р е о с т а ­
в л я емого Б а л ь м о н т а м и жилья, в с у т о л о к е с н и м а ю щ е г о с я с
м е ста ц ы г а н с к о г о табора. Был о мно г о п р о в о ж а ю щ и х . " М а ­
р и н а была самой ве с е л о й во в с е м о б щ е с т в е
сидящих
за
этим столом. Р а с с к а з ы в а л а истории,
сам а
смеялась
и
д р у г и х смешила, и в о о б щ е б ы л а так весела,
как
будто
бы х о т е л а и с с у ш и т ь э т и м р а з л у к у " ; - з а п и с а л а я
тогда
в свою тетрадочку.
Но с м утно было у М а р и н ы н а душе, к о г д а
она пере­
к р е с т и л а Б а л ь м о н т а в путь, о к а з а в ш и й с я без в о з в р а т а .
В эмиграции,
п р о д л и в ш е й с я д л я М а р и н ы с 1922 по
1939 год, интенсивность д р у ж б ы ее с Б а л ь м о н т а м и о с т а ­
в а лась н е и з м е н н о й , х о т я в с т р е ч и в о з н и к а л и п о с л е з н а ч и ­
тельных
перерывов, в п л о т ь д о 30-х годов, к о г д а К о н с ­
т а н т и н Д м и т р и е в и ч и Елена, п е р е с т а в
пытать
счастья
в перемене
мест и стран, горестно, как и м ы , п р и с т ы л и
к парижским
приго родам.
Т о г д а мы с т а л и в и д е т ь с я ч а ­
ще - особенно, к о г д а з а б о л е л Баль м о н т .
Т р у д н о вообразить, к а к и м п е ч а л ь н ы м б ы л о п о с т е п е н ­
ное его угасание, к а к о й в о и с т и н у
беспросветной - ибо
п о м н о ж е н н о й на с т а р о с т ь - нищета. П о м о г а л и и м
с Еле­
ной многие, но все г д а н е н а д е ж н о и н е д о с т а т о ч н о .
Люди
обеспеченные помогать уставали,
бе д н ы е - и с с я к а л и . ..
И все это: п о с т о я н с т в о нищеты, п о с т о я н с т в о
беспомощ­
ности, было окр у ж е н о о с к о р б и т е л ь н ы м п о с т о я н с т в о м
чу­
жого, сытого, про ч н о г о - и к том у же н а р я д н о г о - у к л а ­
да и обихода. К витринам, м и м о к о т о р ы х М а р и н а
прохо­
дила, и с к р е н н е не з а м е ч а я их, Б а л ь м о н т
тянулся,
как
ребенок, и, как р е б е н к а у г о в а р и в а я ,
о т в л е к а л а его от
н их в е р н а я Елена.

71

Б о л е з н ь Б а л ь м о н т а п о с т е п е н н о у в о д и л а его с п о в е р ­
х н о с т и так н а з ы в а е м о й ж и з н и в глубь
са м о г о
себя, он
о б и т а л в своей, с т а в ш е й б е с с л о в е с н о й и
невыраз и м о й ,
н е в н я т н о й д р у г и м Океан и и , в х а о т и ч е с к о м п р а м и р е
соб­
с т в е н н о й поэзии.
В п о с л е д н и й раз я ви д е л а его и Е л е н у в П а р и ж е , з и ­
мой 1936 - 1937 года, у д р у з е й . Р ы ж а я Б а л ь м о н т о в а гри­
ва п о р е д е л а , п о с е д е л а и от с е д и н ы п р и о б р е л а неземной,
р о з о в а т ы й оттенок. В з г л я д у т р а т и л остроту, д в и ж е н и я т о ч н о с т ь . Г о л о в а о с т а л а с ь т а к о й ж е н е п о к л о н н о й , к ак и
прежде, х о т я т я ж е л ы е м о р щ и н ы т я н у л и л и ц о вниз, к з е м ­
ле. Он д е л о в и т о и о т ч у ж д е н н о ел. Е л е н а
с и д е л а рядом,
п о ч т и б е с т е л е с н а я , прямая, как посох,
которым
она и
с л у ж и л а э т о м у стра н н и к у .
- М а р и н а , - с к а з а л вдр у г Б а л ь м о н т , ц а р с т в е н н о п р е ­
р ы в а я о б щ и й т и хий разго в о р , - к о г д а м ы ш л и
сюда,
я
у в и д е л в ы с о к о е дер е в о , круглое, как о б л а к о , в с е з в е н е ­
вше е от птиц, М н е з а х о т е л о с ь
туда,
к ним, на сам у ю
в е р шину, а о на - (жест в с т о р о н у Елены) - в ц е п и л а с ь в
меня, не пустила.
- И п р а в и л ь н о сделала, что не
пустила, - л а с к о в о
о т о з в а л а с ь М а рина. - Т ы вед ь - Ж а р - П т и ц а , а на т о м д е ­
рев е - п р о с т о птицы: воробьи, вороны. О ни бы тебя з а ­
к л е вали. . .

72

СТРАНИЦЫ
БЫЛОГО

последний день в Москве
Это
был
обыкновенный
пасмурный день московской
з а п о з д а л о й весны. В е с н ы 1922 года. С е р ы й б у д н и ч н ы й д е ­
нек с к возь серые, с к о т о р о й у ж зим ы не м ы т ы е окна.
М ы вста л и рано, М а р и н а р а с т о п и л а " б у р ж у й к у " , р а з о ­
грела к а ш у для
меня и свой к о фейник; н а с к о р о поели,
Марина ушла в Наркоминдел, поручив моим
заботам кас­
т р юлю с в а р я щ и м с я с у п о м - и печурку.
Я п о с л о н я л а с ь по к о мнатам; к том у
времени
их
в
н а ш е м р а с п о р я ж е н и и о с т а в а л о с ь три: п р о х о д н а я , п о л у т е м ­
ная, с о д н и м л и ш ь т у с к л ы м о к н о м - ф о н а р е м
в потолке, столовая; маленькая, об одно о к о ш к о , г л я д я щ е е во двор,
- М а р инина, и б о л ь ш а я , с а м а я с в е т л а я , п р о с т о р н а я и б е з ­
ликая, д а в н о уже н е о б и т а е м а я , - д е т с к а я . В е р х н и й
по­
л у э т а ж был з а с е л е н н о в ы м и ж и л ь ц а м и - не
помню их те­
п е р ь , и б о т о г д а не о с о з н а л а . В ч е т в е р т о й из н и ж н и х к о м ­

73

нат - г о с т е в о й - о б о с н о в а л а с ь г о р б а т а я
к о р с е тница,
з лая и п р о ф е с с и о н а л ь н о - с л а щ а в а я , и ее д в о я к о в ы п у к л ы й
м а н е к е н на в ы с о к о й т о ч е н о й п о д ставке.
Н а н а ш е й п о л о в и н е ц а р и л у н ы л ы й п р е д о т ъ е з д н ы й хаос,
н и ч е г о о б щ е г о не и м е в ш и й с т е м ж и в ы м и н е у в я д а е м о - р а з ­
н о о б р а з н ы м , п о р о й в е с е л ы м б е с п о р я д к о м , в к о т о р о м мы,
л и ш и в ш и е с я п р и с л у г и не о б р е т ш и е и х н а в ы к о в , " с о д е р ж а ­
л и к в а р т и р у " - а о н а нас.
Т е п е р ь вещи, еще н е д а в н о о б л а д а в ш и е
качествами и
н е д о с т а т к а м и веса, формы, объема, цвета, в е щ и - н е о б х о ­
димости и вещи-прихоти, вещи-привычка
и
в е щ и - обуза,
наследственные, благоприобретенные, дареные,вещи д о б ­
ротные, п р а х о в ы е , с л у ч а й н ы е , у д о б н ы е , нелепые,
уютные,
в е щ и - н е и з б е ж н о с т ь , о к р у ж а в ш и е нас, - все о н и , п о к и д а е ­
мые нами, в д р у г к а к бы у т р а т и л и п р е д м е т н о с т ь и ту о б и ­
х о д н у ю теплоту, к о т о р о й н а д е л я л а и х ж и в а я св я з ь с л ю ­
дьми, с л у ж е н и е им.
Ч т о до т ех вещей, что и в е щ а м и - т о не н а з о в е ш ь , н а ­
с т о л ь к о они - дух: все л ю б и м ы е книги, С е р е ж и н п о р т р е т
работы коктебельской художницы Магды Нахман,бабушкина
м у з ы к а л ь н а я шка т у л к а , бюст р а н е н о й а м а з о н к и - п р о в о з ­
вестницы грядущих цветаевских
трагедий
на
античные
темы, с т е р е о с к о п с с о т н я м и м о с к о в с к и х и к р ы м с к и х д в о й ­
н ы х ф о т о г р а ф и й , на к о т о р ы х (остановись,
мгновенье!)ю н о с т ь м о и х р о д и т е л е й и все в о з р а с т ы и х друзей, вся
п р е д г р о з о в а я б е с п е ч н о с т ь к а н у в ш и х лет! - д е т с к и е
Ма­
р и н и н ы т е т р а д к и с п е р в ы м и ее с т и х а м и (там: "Ты лети,
м ой к о н ь ретивый, чрез поля и чрез луга, и п о м а х и в а я
гривой, о т н е с и мен я - ту д а ! " - так н р а в и в ш и й с я мне м а ­
л е н ь к о й М а р и н и н м л а д е н ч е с к и й П е г а с - еще ж е р е б е н о к ! )
с р а з м а ш и с т ы м и , у г л о в а т ы м и ее р и с у н к а м и (дево ч к а
па­
дает с лестницы, внизу которой - предательское
ведро
с помоями!), с наклеенными альбомными виньетками,глян­
ц е в и т ы м и и в ы п у клым и , - то все это и м н о г о е
еще
или
- ч а с т ь всего, по
собственному
выбору
должна
был а
в з я т ь к себе м а м и н а с е с т р а Ася, в ту пор у н а х о д и в ш а я ­
ся в о т ъ е з д е . Б а г а ж н аш - с у н д у ч о к с р у к о п и с я м и , чемодан, п о р т ­
плед, все - за и с к л ю ч е н и е м о в а л ь н о й г у с т о п л е т е н о й к о р ­

74

з и н ы с " х о з я й с т в о м " - было у п а к о в а н о , з а т я н у т о р е м н я ­
ми и л е ж а л о у д в е р е й столовой.
Что мы в ё зли с собой? В от с о х р а н и в ш и й с я
в одной
из м а т е р и н с к и х т е т р а д е й "Список ( д р а г о ц е н н о с т е й за г р а н и ц у ) :
Карандашница с портретом Тучкова-ІѴ
Чабровская чернильница с барабанщиком
Т а р е л к а со л ь в о м
Сережин подстаканник
А л и н по р т р е т
Швейная коробка
Янтарное ожерелье

(Алиной рукой):
Мои валенки
М а р и н и н ы са п о г и
Красный кофейник
Синюю кружку новую
Примус, и г о л к и д л я п р и м у с а
Б а р х а т н о г о л ьва".
(Бархатный л е в - с л е г к а
обгоревший
на п е р в о й в
моей ж и з н и елке и, в к а ч е с т в е п о г о р е л ь ц а , с а м ы й л ю б и ­
мый из и г р у ш е ч н ы х
м о и х зверей, л а к и р о в а н н а я к а р а н д а ­
ш н и ц а с п о р т р е т о м ю н о г о п о л к о в о д ц а 1812 г о д а , т я ж е л а я
фаянсовая тарелка с золотисто-коричневым рисунком,изо­
бражающим крадущегося
сквозь
растительный
орнамент
г р и в астого "царя зв е р е й с л и ц о м М а к с а В о л о ш и н а " ,с е р е ­
б р яный п о д с т а к а н н и к с С е р е ж и н ы м и и н и ц и а л а м и - М а р и н и н
с в а д ебный по д а р о к - и я н т а р н о е ожерелье:
грубо
гра­
ненные, а р х а и ч е с к и е "к о л е с а " ц в е т а т е м н о г о п и в а , н а н и ­
занные на в о щ е н у ю с у р о в у ю нитку, - в г о л о д н ы й г од выме н е н н о е М а р иной, вм е с т о хлеба, г де-то п о д Рязан ь ю , были с М а р и н о й н ер а з л у ч н ы , с т р а н с т в о в а л и в м е с т е с ней
по Германии, Чехии, Франц и и , а в 1939 году был и в н о в ь
п р и в е з е н ы ею в Россию, где и п р о п а л и в войну.
Фарфо­
р о вая же ч е р н и л ь н и ц а с б а р а б а н щ и к о м б ы л а к о г д а - т о к о ­
му-то м и м о х о д о м подарена.)
Еще с нами ехал л ю б и м ы й М а р и н и н п л ю ш е в ы й п л е д , п о ­
с л е д н и й п о д а р о к ее отца;
и к у с т а р н ы е и г р у ш к и - в п о-

75

д а р о к Эрен б у р г у ;
и первые советские
детские
кн и ж к и
- с р е д и н их з а м е ч а т е л ь н ы й б у к в а р ь
с картинками,
на
б у к в у "И" был стишок: " И л ь и ч ж е л е з н о ю
м е т л о й см е т а е т
н е ч и с т ь с мос т о в о й " , - и н а р и с о в а н Л е н и н в д в о р н и ц к о м
ф а р т у к е с о г р о м н ы м п о м е л о м в руках, а и з - п о д
помела
л е т я т в к а н а в у р а с к а р я ч е н н ы е ф и г у р к и - и н ф у з о р и и : цари,
генералы, к а п и т а л и с т ы .
Одежды, о б уви п о ч т и не о с т а л о с ь : в с е было сношено,
р а с п р о д а н о , роздано, п о э т о м у н о с и л ь н ы х ве щ е й в е з л и с о ­
в с е м мало, вот тол ь к о м ои нов ы е (весной! за границу!)
В а л е н к и с б о л ь ш о й буквы, так и
внесенные
в "с п и с о к
д р а г о ц е н н о с т е й " , д а М а р и н и н ы р а з н о ц в е т н ы е ,у з о р н ы е к а ­
з а н с к и е сапожки!
Я п о д к л а д ы в а л а д р о в а в печурку, д о л и в а л а в ы к и п а в ­
ш и й суп, т ы к а л а в и л к о й в мясо: к о н и н а был а ж е с т к о й и
все не р а з в а р и в а л а с ь .
Ч т о б ы р а з в е с е л и т ь М а рину, т а к у ю в п о с л е д н е е время
озабоченную и усталую,я
решила сделать
ей "сюрп р и з "
- с у н у л а в к а с т р ю л ю сво ю к у к о л к у - п и щ а л к у
из красной,
п о д ц в е т конины, р е з и н ы , п р е д с т а в л я я с е б е , к а к м а м а в ы ­
л о в и т ее поло в н и к о м , и как бу д е т смешно...
Р а з д а л с я стук в дверь; нет,
не Марина! - пр и ш л и
п о п р о щ а т ь с я М а й я К у д а ш е в а , о д н а из н е д а в н и х - и на всю
жизнь! - в о л о ш и н с к и х п и т о м и ц и н е д о л г о с р о ч н ы х М а р и н и ­
н ы х п р и я т е л ь н и ц , в с к о р е у е х а в ш а я во Ф р а н ц и ю
и впо­
следствии с т а в ш а я ж е н о й Р о м е н а Р о л л а н а , и М а р у с я Г р и н е ­
ва, в т о р а я ж е н а А с и н о г о м у ж а Б о р и с а Т р у х а ч е в а , с о с в о ­
ей м а л е н ь к о й
дочкой
Ириной,
приходившейся
се с т р о й
А с и н о м у сыну, а мне - никем, к н е и з м е н н о м у м о е м у у д и ­
влению.
Стараясь развлечь посетительниц, я что-то расска­
з ы в а л а им, п о к а з ы в а л а книги, но М а й я в с к о р е
соскучи­
л а с ь и ушла, не д о ж д а в ш и с ь М а р ины.
Наконец
раздался
ее с ту к - резкий, н е т е р п е л и в ы й , - я б р о с и л а с ь о т к р ы ­
вать. М а р и н а в о ш л а с т р е м и т е л ь н ы м шагом, сжатая,
на­
пряженная. "Ах, Аля, м не не до Май! - о т в е т и л а она на
м о й "доклад". - П о е з д - в п о л о в и н е ше с т о г о . З д р а в с т ­
вуйте, Маруся! С к о р е е о б е д а т ь ! "
М ы п о х л е б а л и супа, о х л а ж д е н н о г о
утренней
кашей.
М а р у с я г о в о р и л а тр о г а т е л ь н ы е ,
проникновенные
слова,
76

разбивавшиеся
о Маринину сосредоточенность, просила
пе р е д а т ь Сереженьке , что п о м н и т его и лю б и т ,
Марина
о т в е ч а л а отрывисто. Когда,
доставая
черпаком
мясо,
п р и х в а т и л а и мо й "сюрприз", не
рассмеялась,
разгля­
дев его, а гневно о т б р о с и л а , с к а з а в : " К а к а я г л у п о с т ь ! "
Ш у т к а моя р а с с м е ш и л а о д н у л и ш ь М а р у с ю ,
д о ч к а ж е ее,
с о ч у в с т в у я в а р е н о й кукле, с п е р в а н а х м у р и л а с ь , а потом,
ото д в и н у в тарелку, з а р е в е л а во
вес ь
голос,
обстоя­
тельно и надолго.
М а р и н а о т п р а в и л а мен я к С к р я б и н ы м за ж и в ш и м т а м Ч а —
б р о в ы м , в е л е л а п р и в е с т и его н е м е д л е н н о , и
я помчалась
наизу с т ь з н а к о м ы м и п е р е у л к а м и - Б о р и с о г л е б с к и м
и Николо - П е с к о в с к и м , через С о б а ч ь ю п л ощадку, м и м о ф о н т а н а
с тихо ж у р ч а в ш и м и ж г у т и к а м и струй,
л и в ш и х с я из п л о с ­
к их л ь в и н ы х м о р д , м и м о с о н н ы х о с о б н я ч к о в и к р у г л ы х , е щ е
п о чти не о п е р и в ш и х с я д е р е в ь е в , и все это, х о т ь
и ви­
д и м о е моими глазами, было у ж е не мое.
У Скрябиных наскоро расцеловалась
с М арой,
еще
в ч ера подругой, а с е г о д н я - т о ж е п о - с т р а н н о м у не
мо­
ей; Чабров, ж д а в ш и й М а р и н и н о г о зова, был н а г о т о в е , мы
с н и м тотчас о т п р а в и л и с ь к нам. Г р и н е в а с И р и н о й
уже
ушли. М а р и н а у к л а д ы в а в ш а я " х о з я й с т в о " в к о р з и н у , п р о ­
сияла н а в с т р е ч у Чабро в у , его
достоверной
готовности
помочь.
(О н е м М а р и н а р а с с к а з ы в а л а
в - недавнем
тогда м а р т о в с к о м п и с ь м е Эренб у р г у : " Ч а б р о в - м о й
прият е л ь :
умный, острый, в п и в а ю щ и й с я в к о м и ч е с к и й
бок вещей...
п р е к р а с н о п о н и м а ю щ и й стихи, о ч е н ь п р и ч у д л и в ы й ,
любя­
щи й в с егда самое н е о ж и д а н н о е и в с е г д а до с т р а с т и ! Д р у г
пок о й н о г о Скрябина.
З а х о ж у к н е м у . .. он как раз то п и т печку, п ь е м к о ­
фе, в з а и м о и з д е в а е м с я над н а ш и м и о т ъ е з д а м и ( - Ну, как
ваш? - А ваш - как?), н и к о г д а не г о в о р и м
всер ь е з . . .
Но он - дворянин, у м е ю щ и й п ри н е о б х о д и м о с т и ж и т ь
из­
н е ж е н н о й жизнью, а я? кто я? - д а ж е не богема.
У него п а м я т н о е лицо: г л а з а как дыры, г о л о д н ы е
и
горячие, но не тем (мужским) - б е с о в с к и м ?
жар о м ; о т ­
л и в а ю щ и й л о б и оска л о с т р о в и т я н и н а . . . " )
Я, налив н а ш е м у п о с л е д н е м у го с т ю п о с л е д н и й с у п , п о ­
чему-то вз я л а с ь п е р е м ы в а т ь о с т а в л я е м у ю посуду. Н а с к о -

77

ро поев, Ч а б р о в о т п р а в и л с я за и з в о з ч и к о м . С к о р о
вер­
нулся, сказал: "Все". М ы з а т о р о п и л и с ь , о д еваясь, п р о ­
в е р я я в к о т о р ы й раз - не з а б ы т ь бы ч е г о - т о с а м о г о в а ­
жного! - и, п ы т а я с ь с о с р е д о т о ч и т ь с я п е р е д д о р о г о й , по
о б р я д у присели, кто на что, п о г р у з и в ш и с ь
в секундное
н е п о д в и ж н о е молчан и е . "Ну - с Б о г о м ! " - с к а з а л а М а р и ­
на, и, с х в а т и в ш и с ь з а вещи, м ы п о т а щ и л и и х вниз.
Во д в о р е
ждал извозчик - лошадь была в яблоках и
п о э т о м у в ы г л я д е л а н арядной, что меня о б р а д о в а л о . Р а з ­
м е с т и л и в н о г а х багаж, у с е л и с ь с а м и . Ч а б р о в д о л ж е н был
о т п равиться вслед на другом извозчике - пролетка вме­
щ а л а т о л ь к о д в у х седоков.
- Ну, трогай!
Когда проезжали белую церковку Бориса и Глеба,Ма­
р и н а сказала: "Пер е к р е с т и с ь , А л я ! " - и п е р е к р е с т и л а с ь
сама. Т а к и к р е с т и л и с ь всю д о р о г у на к а ж д у ю церковь,
п р о щ а я с ь с Москвой .
Н а К у д р и н с к о й п л о щ а д и з а м е т и л и время:
четыре ча­
са. "Аля! Не о п а з д ы в а е м ? " - "Нет, М а р и н а ! "
М о л ч и м , с м о т р и м по сторонам, на т а к и е
п р и в ычные,
а н ы н ч е н е у з н а в а е м ы е , у т е к а ю щ и е , как
во
сне, улицы,
у л о ч к и , переулки, б л е д н о и р о в н о о с в е щ е н н ы е о д н о о б р а ­
з н о й п а с м у р н о с т ь ю дня, на р е д к и х прохожих, на в с т р е ч ­
н ые повозки, на все, что - вот оно,
рукой
подать! и
у ж е позади.
Т р е т ь я М е щ а н с к а я . "Аля,
о п а з д ы в а е м ! " - "Что
вы,
Марина!"
Н а к о н е ц В и н д а в с к и й (теперь Рижский) вокзал,
про­
д о л г о в а т о е , со м н о ж е с т в о м т о р ж е с т в е н н ы х о к о н
здание,
к а ж у щ е е с я мне п о х о ж и м
на к а к о й - н и б у д ь
подмосковный
дв о р е ц , есл и у б р а т ь в с е х п а с с а ж и р о в . Н о с и л ь щ и к п о д х в а ­
т ы в а е т н аш с к р о м н ы й багаж; п о д х о д и м к к о м е н д а н т у , к о ­
торый, п р о в е р и в М а р и н и н ы д о к у м е н т ы , в ы д а е т пропуск.
Наша платформа - немноголюдна и
как-то
немного­
словна; ни шума, ни давки, х о т я п о е з д у ж е подан.
В о з л е вагона, с р е д и к у ч к и п р о в о ж а ю щ и х - не нас! з н а к о м о е л и ц о м и л о й м о л о д о й барышни, с е к р е т а р ш и
Нар коминдела, помогавшей Марине
во
все х
предотъездных
ф о р м а л ь н о с т я х и пр е м у д р о с т я х . О н а у л ы б а е т с я нам, п р о ­
т и с к и в а е т с я с нами, в с л е д за н о с и л ь щ и к о м , в к у п е , о ч е н ь
78

тесное и о ч ень поли р о в а н н о е , где уже с и д я т д в е ж е н щ и ­
ны; в о зле о д н о й из них, с к р о м н о одетой, гл а д к о п р и ч е ­
санной, - костыли; вижу, что у нее
ампутирована
но­
га... В ы х о д и м на п е р р о н . " А кто эта д а м а с к о с т ы л я м и ? "
- с п р а ш и в а ю я у секр е т а р ш и . "Дама? Д а м а
э та р а б о т а е т
в ЧК. Н о г у о на п о т е р я л а на г р а ж д а н с к о й в о й н е , а т е п е р ь
о т п р а в л я е т с я на л е ч е н и е за границу, т а м ей и н о г у и с к у с т в е н н у ю сделают, с о в с е м как н а с т о я щ у ю . М у ж ч и н е без
ноги трудно, а ж е н щ и н е и вов с е н е в о з м о ж н о . . . "
Тут п о я в л я е т с я с и я ю щ и й Ч а б ров, в р у к а х у н е г о п р о ­
д олговатый, к р а с и в о з а в е р н у т ы й пакет, к о т о р ы й он п р о ­
т я г и в а е т мне: Это в а м на д о р огу, р а з в е р н е ш ь , к о г д а п о ­
езд тро н е т с я ! "
В з р о с л ы е р а з г о в а р и в а ю т , я л а з а ю в в а г о н и из в а ­
гона, р а з д и р а е м а я т р е в о г о й - не у е х а т ь бы
без
мамы!
и ли - не о с т а т ь с я бы, з а з е в а в ш и с ь , на п л а т ф о р м е , т о ж е
без м а м ы . ..
П е р в ы й звонок. Впрочем, это т о л ь к о так н а з ы в а е т с я
- звонок! - а на с а м о м д е л е
кто-то,
мне невидимый,
у д а р и л в р о к о в о й колокол, и звук э т о т , о т р ы в а ю щ и й у е з ­
ж а ю щ и х от остающихс я , на м г н о в е н и е ц е п е н я щ и й , как о г ­
р о м н ы й л е д я н о й глоток, з а с т а в л я е т
всех
очнуться
от
длящести, д л и м о с т и р а с с т а в а н и я , п р о в о з г л а ш а я его р а з ­
лукой.
П о с л е д н и е поцелуи, о б ъ я т и я , н а п у т с т в и я , б ы с т р о у т и ­
х о м и р и в а ю щ а я с я п о с л е д н я я с у е т а у в а г о н н ы х с т упенек, и
вот у же на п е р р о н е - т о л ь к о п р о в о ж а ю щ и е , а мы т о п ч е м с я
в у з к о м кори д о р ч и к е , в н е с к о л ь к о рук д е р г а е м
оконные
ремни, ч т обы еще раз, в ы г л я н у в н а р у ж у ,ч т о - т о сказать,
ч т о-то услышать, ч т о - т о у с п е т ь . . . Ч а б р о в , п р и в с т а в
на
цыпочки, п р о т я г и в а е т записку: " Т о л ь к о
ч то
узнал:
в
в а ш е м вагоне едет А й с е д о р а Д у н к а н ! "
Т р е т и й звонок. П о е з д т р о гается.
Разворачиваю чабровский пакет - там коробка
кон­
ф е т с и з о б р а ж е н н о й на ней б р ю н е т к о й в н э п о в с к о м с т и л е
Со сл о в а м и "как т р о г а т е л ь н о " М а р и н а у м е н я э ту к о р о б ­
ку в ых ватывает, п р е ж д е ч е м у с п е в а ю с у н у т ь
туда
нос.
" О т в е з е м папе!"
Так мы и у е х а л и из М о с квы:
быстро,
неприметно,
словно вдруг с о й д я на нет.

79

берлин
П у т ь от М о с к в ы д о Б е р л и н а п р о д л и л с я б о л е е ч е т ы р е х
суток, в л ю ч а я день, п р о в е д е н н ы й в Риг е в о ж и д а н и и б е ­
р л и н с к о г о поезда. В в а г о н е м ы ск о р о узнали, что А й с е ­
д о р а Д у н к а н , к о т о р у ю п о с у л и л н а м Ч а б р о в ,н и к а к а я не А й ­
седора, а в с его л и ш ь ее к о м п а н ь о н к а , е д у щ а я
ей в с л е д
и с о п р о в о ж д а ю щ а я багаж. Что д о
багажа
прославленной
т а н ц о в щ и ц ы , то он с о с т о я л из в о с ь м и у в е с и с т ы х
сунду­
ков ,с о д е р ж и м о е к о т о р ы х н е и з м е н н о о з а д а ч и в а л о т а м о ж е н ­
ников всех национальностей:
то
был а у т в а р ь у х о д я щ е й
России, не р а с п и с н а я , нарядная, и не др е в н я я ,
музей­
ная, п р о с т о в с я ч е с к и й л о м и рухлядь: т р е с н у т ы е д о л б ­
л е н ы е корыта, р а с с о х ш и е с я бадейки, к о м о л ы е у х в а т ы , д ы ­
р я в ы е л у к о ш к и , б и т ы е к р ы н к и и чугунки, и п р о ч е е
том у
п о д о б н о е » не п о д о б н о е у ж е ничему; может быт ь па м я т ь
о к р е с т ь я н с к и х и с т о к а х Е с е н и н а . ..
В Р и г е оди н из н а ш и х п о п у т ч и к о в , невы с о к и й , оче н ь
с к р о м н ы й м о л о д о й челов е к , о к а з а в ш и й с я с е к р е т а р е м Ч и ­
ч е р ина, п р о в о д и л нас в с о в е т с к о е п р е д с т а в и т е л ь с т в о , г д е
н а с , к а к и д р у г и х " т р а н з и т н ы х " , о х о т н о п р и ю т и л и от п о ­
е з д а д о поезда, и п р о в о д и л по п е р в о м у н е р у с с к о м у
го­
роду, м н о ю у в и д е н н о м у . У д и в и т е л ь н ы м и п о к а з а л и с ь
рез­
кие, с у х о п а р ы е с и л у э т ы с т а р и н н ы х домов, к р ы т ы х з а д ы м ­
л е н н о й чер е п и ц е й ; н а п р я ж е н н а я , н е ч е л о в е ч е с к а я в своей
о д у х о т в о р е н н о с т и г о т и к а соборов; г р у б о в а т о е и з я щ е с т в о
и простодушный разнобой вывесок - всех
этих
ключей,
к р е н д е л е й , сапог со шп о р а м и , п ерчаток, п и в н ы х
кр у ж е к
и г о л о в н ы х у б о р о в из к о в а н о г о железа,
п р и л а ж е н н ы х по
вертикали из-за узости и тесноты склеенных друг с дру­
гом л а в ч о н о к и м а г а з и н ч и к о в ; не менее, но и н а ч е у д и в ­
ляла массивность, обстоятельность современных
з даний
д е л о в ы х к в а р талов, в чье й
прозаичности
и
сплошном
з д р а в о м с м ы с л е с о в е р ш е н н о т е рялась,
растворялась ма­
нер н о с т ь , д а ж е ш а л о в л и в о с т ь стиля "модерн", в к о т о р о м
о ни б ы л и возведены.

80

Сады, скверы, п а р к и з е л е н е л и
вовсю - хорошо
ор­
ганизованной, ж и в о п и с н о й , х о л е н о й зелен ь ю . . .
М а р и н е п л о х о с м о т р е л о с ь на все это;
сдерживаемая
озабоченность, с о с т о я н и е в н у т р е н н е г о о з н о б а
не п о к и ­
д а л и ее: с к возь стр о й домов, витрин, л ю д е й она п р о х о ­
д и л а как с к возь сон, к р е п к о д е р ж а м е н я за руку; н и ч т о
видимое не п р и в л е к а л о ее внимания;
а вед ь о на л ю б и л а
- сыздавна, с д е т с к и х еще л е т - м н о г о я р у с н ы й , г о т и ч е с ­
кий л а н д ш а ф т з а п а д н ы х городов и, не менее, ч е м н о в ы м
видам, р а д о в а л а с ь у з н а в а н и ю уже бывшего.
П о о б е д а л и мы в к а к о м - т о с и р о т л и в о м п о л у п о д в а л ь ч и ­
ке, ч е м-то едва м я с н ы м и с и л ь н о г о р о ховым; М а р и н а в ы ­
пила ч а шку кофе...
Вечером, к о г д а у ж е с м е р к алось, о т п р а в и л и с ь на в о к ­
зал, в з яли в к а мере х р а н е н и я вещи, сел и
в поезд
на
Берлин: вагон был т е п е р ь не спальный, м е с т а - сидячие;
и м е н н о тут М а р и н а с о м к н у л а гла з а в п е р в ы е за все п у т е ­
шествие, а т о , к а к ни п р о с н е ш ь с я ночью, все
в и д и ш ь ее
б е с с о н н ы й п р о ф и л ь на ф о н е ч е р н о г о окна, за к о т о р ы м , н е
отставая, к а т и л а с ь б о л ь ш а я бел а я луна.
У т р о м за о к н а м и в а г о н а п о ш л и п е р е л и с т ы в а т ь с я п е й ­
зажи Германии, таки е же б л е с т я щ и е и п р и ч у д л и в о - а к к у ­
ратные, как на и л л ю с т р а ц и я х к д е т с к и м
книжкам
моей
б а б ушки М а р и и А л е к с а н д р о в н ы , ц е л ы й ш к а ф к о т о р ы х о с т а л ­
ся в м оей к о м н а т е в М о с кве. Т а м ж е п о - с т р а н н о м у ,
пос т а р и н н о м у были п р и ч у д л и в ы и о п р я т н ы н а р я д ы к р е с т ь я н
(которых х о т е л о с ь н а з в а т ь " п о с е л я н а м и " ) ,р а б о т а в ш и х на
своих х о р о ш о р а з г р а ф л е н н ы х полях, огоро д а х, садах, - и
сами поля, фермы, д е р е в н и , городки, п р о п л ы в а в ш и м м и м о
нас и вновь в о з н и к а в ш и е за п о в оротом.
А к куратность! а к к у р а т н о с т ь - вот ч е м п о т р я с л и в о ­
обр а ж е н и е горо д а Г е р м а н и и пос л е т а к о й п р и в ы ч н о й
гла­
з ам и серд ц у в е л и к о й н е п р и б р а н н о с т и т о г д а ш н е й Мо с к в ы ,
со все ми ее т е р р и т о р и а л ь н ы м и п р и в о л ь я м и и
урбанисти­
ч е скими своевольями , со все й н е в ы р а з и м о й г а р м о н и ч н о с ­
тью ее а р х и т е к т у р н ы х н е с о о б р а з н о с т е й . . .
(Пятнадцать л е т спустя, в 1937 году,
возвращаясь
на родину, я в н овь п е р е г л я д е л а - в о б р а т н о м н а п р а в л е ­
нии! - те же, но с о в с е м и н ы е м и м о л е т н ы е
ландшафты
и
города Германии. Уже о б е с с н е ж е н н ы е , но еще не р а с к р а ­

81

ш е н н ы е весной,лишенные рельефа под низким,смутным не­
бом, они не н а п о м и н а л и б о л ь ш е к а р т и н о к
из б а б у ш к и н ы х
сказок. Все о д у ш е в л е н н о е , р а з н о ц в е т н о е , ж и л о е и ж и в о е
обернулось ж е л е з о м и жестью; исчезли игрушечные ф и г у ­
р к и " п о с елян", з а м е н е н н ы е " с о л д а т и к а м и " ,о т н ю д ь не о л о ­
в я н ными, в т р а у р н о й ф о р м е п о х о р о н н ы х д е л м а с т е р о в . На
р а т у ш а х и о т д е л ь н ы х зданиях, на м а л е н ь к и х
станциях и
больших вокзалах висели некими
к а р а н т и н н ы м и знаками,
п р е д у п р е ж д а ю щ и м и об э п идемии, ф л а г и с ч е р н о й
свасти­
к ой на б е л о м фоне. Ч т о до " а к к у р а т н о с т и " , то она была
д о в е д е н а до того преде л а , за к о т о р ы м н а ч и н а е т с я б е з у ­
м и е .)
Н а к о н е ц п о е з д д о т я н у л с я до
Берлина,
постоял
на
т р е х его в о к з а л а х - А л е к с а н д е р б у р г е , Зоо, Ф р и д р и х е р с бурге, - на ч е т в ер т о м , Ш а р л о т т е н б у р г е , м ы сошли; о д е ­
т ы й в з е л е н о е н о с и л ь щ и к л е г к о д о т а щ и л наш и п о ж и т к и до
извозчика.
Д е н ь - 15 мая 1922 года - был с о л нечный;
большой
благопристойный, строго-нарядный
город
разворачивал
перед нами широкие улицы и массивные дома в массивном
у б р а н с т в е плюща, у в и в а в ш е г о с т е н ы и балконы.
П р а г е р п л а ц с п а н с и о н о м , в к о т о р о м жили, в е р н е е н о ч е в а л и Э р е н бурги, и с к а ф е " П р а г е р д и л е " , в к о т о р о м
о ни п р о в о д и л и дни, о к а з а л а с ь
маленькой уютной
пло­
щадью, д а ж е пло щ а д к о й , в р о д е н а ш е й
московской "Соба­
чьей", т о л ь к о на ч у ж е з е м н ы й лад.
С л у ч и л о с ь так, что, пок а мы н е у в е р е н н о р а з г л я д ы в а ­
л и д в е р и п а н с и о н а , о н и р а с п а х н у л и с ь , и на п о р о г е п о к а ­
з а л с я - в к р у г л о й ш л я п е с ж е с т к о й т у л ь е й - с а м Эре н б у р г с н е и з м е н н о й т р у б к о й в зубах; е д в а не
столкнув­
шись, о ни с М а р и н о й о г о р о ш е н н о п о с м о т р е л и д р у г на д р у ­
га, р а с с м е я л и с ь , обнял и с ь . "Ну, з д р а в с т в у й т е , И л ь я Г р и ­
горьевич! Вот и м ы . . . " - "Как же в ы д о е х а л и ? В с е в п о ­
р я д к е ? Впрочем, р а с с п р о с ы буд у т потом, а т е п е р ь надо
в з я т ь вещи!"
П о д н я в ш и с ь на л и фте, м ы в с к о р е о к а з а л и с ь в б о л ь ­
шой темноватой, заваленной книгами Эренбурговой
ком­
нате, к о т о р у ю он н а м тут же п р е д о с т а в и л в п о л н о е
рас­
п о р я ж е н и е и к о т о р у ю м ы з а н и м а л и в п л о т ь до его л е т н е ­
го о т ъ е з д а в п р и м о р с к о е м е с т е ч к о Б и н г - а м - Р ю г е н .

82

Д р у ж б а М а р и н ы с Э р е н б у р г о м был а н е п р о д о л ж и т е л ь н о й ,
как б о л ь ш и н с т в о ее д р у ж б - л и ч ных, не э п и с т о л я р н ы х , но к уда более обоюд н о й , ч е м м н о г и е и н ы е . Т я г о т е я к с и ­
ле, Марина, т е м не менее, н е р е д к о в л е к л а с ь к с л абости,
как к не к о е м у в р е м е н н о м у р у с л у с о б с т в е н н ы х п а в о д к о в и
переизбытков.
П е р е н а с ы щ а я с в о и м и щ е д р о т а м и х и л ы е души, о н а
от­
к р ы в а л а в них с о б с т в е н н ы е ж е клады, д и в и л а с ь , р а д о в а ­
л а с ь и м и в о с с л а в л я л а и х - но д о н ы ш к о
было
близко,
в с е г д а с л и ш к о м близко; о т н о ш е н и я п е р е с ы х а л и - о с т а в а ­
л и с ь стихи, уже за б ы в ш и е об и с т о ч н и к е , и х п о р о д и в ш е м . . .
С п р а в е д л и в о с т и р а д и н а д о . с к а з а т ь , ч т о н е к о т о р ы е из
этих д у ш были х и л ы м и л и ш ь по
сравнению
с Марининой
мощью; что в с в оем (общепринятом) и з м е р е н и и о ни
ока­
з а лись п о р о ю не с т о л ь у ж м е л к о в о д н ы м и - но что д о т о ­
го было с а мой М а р и н е с ее " б е з м е р н о с т ь ю в м и р е мер"!
Д р у ж б а М а р и н ы с Э р е н б у р г о м был а д р у ж б о й
д в у х сил
- п р и ч е м в з а и м о - н е п р о н и ц а е м ы х , и л и почти.
М а р и н е был
чужд Э р е н б у р г о в рац и о н а л и з м , н а л и ч е с т в о в а в ш и й д а ж е в
ф антастике, п у б л и ц и с т и ч е с к а я ш и р о к о о х в а т н о с т ь его т в о ­
рчества, уже о п р е д е л и в ш а я с я в 20-е годы, как ему - к о ­
с м и ч е с к а я к а м е р н о с т ь ее л и р и к и , " п р о с т о н а р о д н о с т ь " ( п р о ­
сто - народность!) ее " Ц а р ь - Д е в и ц ы " ,и в о о б щ е - р о с с и й ­
ское, былинное, б о г а т ы р с к о е н а ч а л о в ее п о э зии, в п л о т ь
до самой р о с с и й с к о с т и ее языка, к к о т о р о й он о с т а в а л с я
у в а ж и т е л ь н о - г л у х в с ю с в о ю жизнь.
В дальнейшем взаимная неподвлиянность
(не
го в о р я
у ж об обст о я т е л ь с т в а х ) р а з д е л и л а и х , а в н а ч а л е - т о л ь к о
п о м о г л а д р у ж б е стат ь и м е н н о дружбой. О т н о ш е н и е т о г о , д а ­
внего, Э р е н б у р г а к той, давней, Ц в е т а е в о й б ы л о п о и с т и ­
не т о варищеским, д е й с т в е н н ы м , н и ч е г о не т р е б у ю щ и м в з а ­
мен, и с п о л н е н н ы м н а с т о я щ е й з а б о т л и в о с т и и .удивительной
мягкости. Я не о г о в о р и л а с ь - и б о
была
такая
пор а
в
творческом и человеческом становлении Эренбурга, когда
нарастающей непримиримости
его
приводилось
оборачи­
в а т ь с я мягкостью, и р о н и ч н о с т и - нежно с т ь ю , н е с м о т р я на
то, что перо его и т о г д а у ж е п р е в р а щ а л о с ь в л а н ц е т , г о -

83

л о с с т а н о в и л с я г о л о с о м трибуна, а мысль, о т т а л к и в а я с ь
от ч а с тного, с т а р а л а с ь о х в а т и т ь о б щ е ч е л о в е ч е с к о е . . .
В е го в о с п о м и н а н и я х "Люди, годы, ж и з н ь " , в т ой ч а ­
сти их, к о т о р а я к а с а е т с я М а р и н ы , о т б ы л о й Э р е н б у р г о в о й
н е ж н о с т и не о с т а л о с ь следа: в ероятно, п а м я т ь о п о д о б ­
ной "окраске" отношений скорее всего рассеивается вре­
менем.
П е р в о г о п о я в л е н и я Э р е н б у р г а у нас
в Борисоглеб­
с к о м п е р е у л к е (году в 1917 - 1918-м, судя по н а п и с а н ­
н о м у им) я не помню; з н а ю лишь, что в п я т и л е т и е м в о з ­
р а с т е я, е с т е с т в е н н о , не был а еще з н а к о м а с л ю б о в н о й
л и р и к о й Б л о к а и что в большой, н е с к л а д н о й , но
уютной
к в а р т и р е н а ш е й еще не н а б л ю д а л о с ь тог о
кораблекрушит е л ь н о г о бесп о р я д к а , к о т о р ы м она п о р а ж а л а всех, в нее
вход и в ш и х , в н а ч а л е
20- х годов.
И м е н н о т о г д а И л ь я Г р и г о р ь е в и ч п р и е х а л из К р ы м а и
пришел к Марине с известиями о Максе Волошине
и его
м а т е р и - м о е й крес т н о й , и в Э р е н б у р г о в о м
стремитель­
ном доброжелательстве к нам обеим просвечивала
еще и
в о л о ш и н с к а я память, в о л о ш и н с к а я т р е в о г а о в с е й
наш е й
ц в е т а е в с к с - э ф р о н о в с к о й семье, к о т о р у ю он так
(издав­
на!) л ю б и л и к о т о р а я о т в е ч а л а ему т а к о й взаимно с т ь ю .
В 1921 г о д у , у е з ж а я
в заграничную
командировку,
Э р е н б у р г о б е щ а л М а р и н е р а з ы с к а т ь ее мужа, к том у в р е ­
м е н и о к а з а в ш е г о с я в э м и г рации, п е р е д а т ь ему наш и п и с ь ­
ма, ф о т о г р а ф и и , ее п о с л е д н и е стихи.
В д е т ских моих тетрадях остались записи февраля м а р т а 1921 года, о з а г л а в л е н н ы е " З о л о т о е с е р д ц е
Эрен­
бурга"; вот
н е с к о л ь к о ц и т а т из н и х : " Я больна, сижу в
кр о в а т и , М а р и н а готовит. К о р о т к и й
и
четкий
стук
в
д в ерь. К т о - т о входит. " З д р а в с т в у й т е , М а р и н а И в а н о в н а ! "
М а р и н а з д о р о в а е т с я и п о д а е т ему стул.
"Да... В ы
тут
ж и в е т е ? В д р у г о й к о м н а т е было л у ч ш е ! " Я
понимаю, что
это Э р е н бург. "Ну, тут у вас странно! С к о л ь к о
ненуж­
н ы х ве щ е й ! "
М а р и н а с и дит за столом, смеется. "И л ь я
Григорь­
евич, простите, я с е й ч а с д о л ж н а п е р е п и с ы в а т ь . Я как раз
п е р е п и с ы в а ю с т и х и д л я вас"...
Э р е н б у р г п р е д л а г а е т п о ч и т а т ь сво й " п о р т р е т М а р и ­
ны" .
84

Она очень к р о т к о слушала: "Мал е н ь к и й , у з к и й п е р е ­
улок, д в а б о л ь ш и х д е р е в а н а п р о т и в п о д ъ е з д а , м а л е н ь к а я
л е с е н к а с ш а т к и м и перил а м и . М н о ж е с т в о н е н у ж н ы х вещей,
как у "тетушки" и л и " а н т и к в а р а " . О на п о х о ж а на ш к о л ь ­
ницу" и т. п. П о т о м он чит а л п о р т р е т Брюсо в а : " Н и з к а я
ш и р о к а я к о м н а т а с м н о ж е с т в о м картин, и з о б р а ж а ю щ и х С у ­
харевку. Сам х о з я и н - н е п р и в е т л и в ы й " р у с с к и й а м е р и к а ­
нец"... все в р емя р а з б и р а ю щ и й г р а м м о ф о н и р а з н ы е
ма­
шины"... П о т о м я п о к а з а л а О р е н б у р г у м о и
рисунки.
Он
хвал и л и
с т ранно
спрашивал
объяснения... Скоро
он
у ш е л " ...
"Мы пошли [к Эре н б у р г а м ] в с л я к о т ь и грязь, и л у ­
жи были настоящие. Х и т р ы е п е р е к р е с т н ы е п е р е у л к и
вели
к "К н я ж ь е м у д в о р у " [ г о с т и н и ц а - о б щ е ж и т и е ,в к о т о р о й ж и ­
ли Э р е н б у р г и по в о з в р а щ е н и и из К р ы м а ] ...
Поднимаемся
н а в е р х по г р а н и т н ы м ступеням, в к о м н а т у № 49. Стучим.
"Войдите". Боже мой,
Илья Григорьевич
и столько л ю ­
дей! Ц е лых в о с е м ь человек! Э р е н б у р г в о ч е н ь
веселом
н а с т р о е н и и и д а е т мне ц е л у ю груду и м н а р и с о в а н н ы х к а р ­
тинок.
Я стою на к о л е н я х п е р е д с т у л о м и л ю б у ю с ь . " Р а й
и Ад". На границе Р ая и А д а б о л ь ш о й з о л о т о й п рестол.
На н е м сидит Бог. П е р е д н и м ход я т м у ж ч и н ы , ж е н щ и н ы , д е ­
ти и собаки. А в А д у в т а з а х с к и п я щ е й
смолой
сид я т
грешники и плачут. Ч е р т и с к р а с н ы м и у с а м и и
зелеными
глазами бегают с головеш к а м и . П о т о м ест ь
картинка
с
д р у г и м Богом, к о т о р ы й с т о и т с р у к а м и по
бокам . . . Н а д
его головой д а м а с г р о м а д н ы м и н о г а м и и с б о л ь ш о й
ро­
зой в ш ивороте... Т р е т ь я к а р т и н а н а з в а н а
"Извозчик и
его лошадь". В о к р у г н их и м а ж и н и с т с к и е
миры:
летящие
дома, стоящие птицы, все наоборот. А п о с е р е д и н е ст о и т
с т а р и к - и з в о з ч и к со св о е й л о ш а д ь ю . .. П о т о м еще б о л ь ш а я
картинка: Д е в а М а р и я в о ч а р о в а т е л ь н о м ж е л т о м
платье
с ч е рн ыми звездами... Т у т же стоит ж у р а в л ь,
поднявши
свой клюв на луну, а в это в р е м я змея о б в и в а е т с я
во“
к р у г его н о г . ..
Посмотрев, я н а ч а л а н а б л ю д а т ь л ю д е й . В от к а к а я - т о
- со злым л и ч иком, в б е л о й
кофточке,
смотрит
через
плечо Эренбургу, в о д и т с к р и п я щ и м н о г т е м по к а р т и н е
и
говорит, что сюда над о вставить,
кусочек
красной
с
с и н и м к р аски и буд е т з а м е ч а т е л ь н о . Б о т
н а д и в а н е си-

85

д и т ж е н щ и н а в букл я х . . . и у с е р д н о пье т чай. В от ж е н а
Э р е н б у р г а - о н а в " м о д н о м д а м с к о м платье". У нее
ко­
р о т к и е ч е р н ы е в о л о с ы и то н к и е с к в о з н ы е п а л ь ц ы с б л е ­
с т я щ и м и с т е к л я н н ы м и ногт я м и . . . Э р е н б у р г п о д с е л ко мне
и спра ш и в а е т : Ну как, Аля, п о н р а в и л и с ь теб е мои к а р ­
т и н к и ? " - "О да, И л ь я Г р и г о р ь е в и ч ! " О н , п о д у м а в н е м н о ­
го, д о с т а л б о г о м а т е р ь в з о л о т о м п л атье... с х в а т и в к а ­
р а ндаш, н а ч а л писать: "Але - Б о ж ь ю М а т е р ь з о л о т о е с е р ­
дце. И л ь я Эре н б у р г . ...Радуйся, М а рия, у п о в а н ь е наше,
р а д у й с я , Мари я , с е р д ц е п о т е р я в ш а я ! "
Я его п о б л а г о д а ­
р и л а и п о д а л а к а р т и н к у Марине, она п о л ю б о в а л а с ь и п о ­
л о ж и л а ее в м о ю к н и ж к у " Д е т с к и е
годы Б а г р о в а - в н у к а "
Аксакова... Кончив разговаривать
с другими,
Марина
с к а зал а, что н а д о уходи т ь , но Э р е н б у р г о с т а н о в и л нас.
Постояв с минуточку,он возвратился с маленькой запис­
ной к н и ж е ч к о й и п р о ч е л н е с к о л ь к о стихов... Я, в з о б р а в ­
ш и с ь к н е м у на колени, сказала: "М и л ы й И л ь я
Григорь­
евич, есл и вы у в и д и т е папу, п е р е д а й т е е м у , ч т о м ы т о л ь ­
ко и ж и в е м им, и п е р е д а й т е ему, п о ж а л у й с т а , о т нас все
п р и в е т с т в и я и все х в а л е б н ы е с л о в а , к о т о р ы е то л ь к о з н а ­
е т е . . . " Он п о с м о т р е л н а мен я п о в е с е л е в ш и м и гл а з а м и и
сказал: "О, я с д е л а ю это о б я з а т е л ь н о ! " . . .И с грустной
л у ч е з а р н о с т ь ю п р о с т и л с я с нами".

П р и е х а в за границу, Э р е н б у р г
разыскал
Сережу. 1
и ю л я 1921 года, в д е с я т ь ча с о в в е ч е р а М а р и н а п о л у ч и л а
п е р в о е от него письмо.
"Мой м и л ы й
друг,
Мариночка,
с е г о д н я п о л у ч и л п и с ь м о от И л ь и Г р и г о р ь е в и ч а ,
что
вы
ж и в ы и здоровы. П р о ч и т а в п и с ь м о , я п р о б р о д и л вес ь д е н ь
по городу, о б е з у м е в от р а д ости...
Ч то мн е п и с а т ь Вам? С чего на ч а т ь ? Н у ж н о
с к азать
много, а я р а з у ч и л с я не т о л ь к о писать, но и говорить.
Я ж и в у в е р о й в наш у встречу. Без Вас д л я м е н я
не бу­
д е т жи зни, живите! Я н и ч е г о от
Вас
не
буду
требо­
в а т ь - м не н и ч е г о не нужно, к р о м е того, ч т о б ы В ы были
ж и в ы . ..
Н а ш а в с т р е ч а с В а м и была в е л и ч а й ш и м чудом, и
еще
б о л ь ш и м ч у д о м б у д е т н а ш а в с т р е ч а грядущая. К о г д а
я о
н ей д у м а ю - с е р д ц е з а м и р а е т - с т р а ш н о - вед ь
большей

86

р а д о с т и и быть не может, ч е м та, что нас
ждет. Но
я
су е в е р е н - не буду об этом...
Все годы н а ш е й р а з л у к и - к а ж д ы й день, к а ж д ы й
час
- Вы были со мной, во мне. Но и это Вы, к о н е ч н о , д о л ­
ж н ы знать...
О себе писа т ь трудно. В се го д ы , ч т о не с В а м и , п р о ­
житы, как во сне. Ж и з н ь м оя д е л и т с я на
"до"
и "пос­
ле", и "после" - с т р а ш н ы й сон, р а д бы п р о с н у т ь с я ,
да
н е л ь з я . ..
...Что ск а з а т ь о с в о е й ж и з н и ? Ж и в у и з о д н я в день.
К а ж д ы й д е н ь отвоев ы в а е т с я , и к а ж д ы й
приближает
нашу
встречу. П о с л е д н е е д а е т м не б о д р о с т ь и с и л у . А так все
в о круг очень плохо и б е з н а д е ж н о . Но об э т о м в с е м р а с ­
с к ажу при свидании. О ч е н ь м е ш а ю т л ю д и , м е н я о к р у ж а ю щ и е .
Б л и з к и х нет совс е м . . . "
П р и п и с к а мне: " Р о д н а я м о я , д е в о ч к а ! Я п о л у ч и л п и с ь ­
мо от И.Г., он п и ш е т , ч т о в и д е л т е б я , и п е р е д а л
м н е те
слова, что ты п р о с и л а с к а з а т ь м не от т в о е г о и м е н и . С п а ­
сибо, р а д о с т ь моя, - вся л ю б о в ь и все м ы с л и м о и с т о ­
бой и с мамой. Я в е р ю - м ы скоро у в и д и м с я и с н о в а з а ­
ж и в е м Еместе, с те м ч т о б ы б о л ь ш е н и к о г д а
не
расста­
ваться. ..
Б л а г о с л о в л я ю и ц е л у ю т е б я крепко.
Т в о й папа".
" - С с е г о д н я ш н е г о д н я - жизнь.
Впервые
живу, з а п и с а л а М а р и н а в тетради, и тут же: - П и с ь м о
к С. М о й Сереженька! Е с л и от с ч а с т ь я не ум и р а ю т,
то - во
в с я к о м с л учае - камен е ю т . Т о л ь к о
что
получила
Ваш е
письмо. Закаменела. П о с л е д н и е ве с т и о В а с : В а ш е п и с ь м о
к Максу. П о т о м пустота. Не знаю, с ч е г о н а ч а т ь : т о , ч е м
и кончу: моя л ю б о в ь к Вам... (Оборвано).
Ч у т ь п о г о д я - п и с ь м о к А х м а т о в о й : " - М о я радость!
Ж и з н ь сложна. Рвусь, п о т о м у что з н а ю , ч т о ж и в - 1 и ю л я
письмо, п е рвое п о с л е д в у х л е т м о л ч а н и я . Р в у с ь - и вес ь
д е н ь о б с л у ж и в а ю чужих. Не м о г у ж и т ь без т р у д н о с т е й
не оправдана. Ч у в с т в о к р у г о в о й п о р у к и : я - з д е с ь - д р у ­
гим, к т о - т о - т а м - ему... Ч у ж и е жизни, к о т о р ы е н у ж н о

87

у с т р а и в а т ь , и б о д р у г и е - еще б е с п о м о щ н е е
(я, по к р а й ­
н ей мере, вес е л ю с ь ! ) - ц е л ы й д е н ь ч у ж а я ж изнь, где я,
м о ж е т быть, и не так у ж н е о б х о д и м а . ..
П и ш у у р ы в к а м и - как награда. С т и х и - роскошь. В е ­
ч н о е чувство, что не вправе. И - в о п р е к и в с е м у - бла­
г о д а р я в с е м у - весе л ь е , т о л ь к о не с о в с е м т а к о е п р о с ­
тое, как к а ж е т с я . . . "

Кто ж е был и эти " ч у ж и е " ? Ч а щ е все г о - д е й с т в и т е л ь ­
но чужие, м и м о х о ж и е л ю д и , с л у ч а й н о п р и б и в а в ш и е с я к М а ­
рининому
порогу, ю т и в ш и е с я у нас, как на п олустанке,
отогревавшиеся у нашей
печурки, п о д к р е п л я в ш и е с я
(но
не н а с ы щ а в ш и е с я ! ) н а ш и м х л е б о м и н а ш е й кашей; н е к о т о ­
рых, б е с п о м о щ н ы х до святости, " п о с т а в л я л а "
М а р и н е ее
с е с т р а Ася, ж и в ш а я т о г д а в Крыму;
некоторые прибива­
л и с ь сами; н е к о т о р ы х сама М а р ина, о б л а д а в ш а я
безоши­
б о ч н ы м ч у т ь е м на (даже сокрове н н ы е ) н у ж д у ф и з и ч е с к у ю
и беспризорность душевную, подбирала и подпирала пле­
чом. . . О т д ы ш а в ш и с ь , чужие у х о д и л и , п р и с т а в а л и
к более
н а д е ж н ы м берегам; д р у г и е же, р е д ч а й ш и е о д и н о ч к и , у х о д я
- все р а в н о о с т а в а л и с ь своими, п у с т ь т о л ь к о в памяти.
Н у а с т и х и - с т и х и п и с а л и с ь н е с м о т р я ни на что и
б л а г о д а р я всему, б у д у ч и не " р о с к ошью",
и д а ж е не н а ­
с у щ н остью, а - н е и з б е ж н о с т ь ю . П и с а л и с ь с к в о з ь все п р е ­
п я т с т в и я и о т в л е ч е н и я - и х М а р и н а у м е л а отстранять, р а з ­
двигать,
как р а з д в и г а л а п о с т о р о н н и е предм е т ы , н а р а с ­
т а в ш и е на р а б о ч е м ее с т о л е , ч т о б ы о с в о б о д и т ь м е с т о д ля
л о к т е й и тетради.
Со д н я п о л у ч е н и я п и с ь м а от С е р е ж и ,письма, о п р е д е ­
лившего
ее
р е ш е н и е ехать к мужу, - и д о д н я о т ъ е з д а
М а р и н о й было
создано
свыше ста с т и х о т в о р е н и й , поэ м а
"Переулочки", план и первая
гла в а
поэмы
"Молодец",
г л а в ы п е р в о г о в а р и а н т а п о э м ы " Е г о рушка", ц е л о е д е й с т ­
вие - к сожалению, у т р а ч е н н о е - п ь е с ы , у с л о в н о н а з в а н ­
н ой "Давид", о с т а в ш е й с я н е з а в е р ш е н н о й , м н о ж е с т в о д н е в ­
н и к о в ы х записей, не с ч и т а я р а б о т ы н а д у в о з и м ы м
с со­
бой архивом, н ад р у к о п и с я м и , с д а в а е м ы м и в п е ч а т ь в М о ­

88

скве, и д е с я т к о в и д е с я т к о в
писем, я в л я в ш и х с о б о ю
в
б о л ь ш и н с т в е с в оем п о д л и н н ы е о б р а з ц ы ц в е т а е в с к о й прозы.
По р о к о в о м у с т е ч е н и ю о б с т о я т е л ь с т в М а р и н а п о к и д а ­
ла Р о с с и ю и м е н н о тогда, к о г д а Россия, в м е с т е
с рево­
л ю ц и е й в о р в а в ш а я с я в ее т в о р чество, в н е д р и л а с ь
в нем
всей своей м н о г о - и р а з н о г о л о с и ц е й , в с е й
народностью
с в оих говоров, р е ч е н и й и п р о с т о р е ч и й , в е л и ч а л ь н ы х п е ­
сен, н а д г р о б н ы х плачей, з а г о в о р о в от с г л а з у
и прочих
ворожб.
В о с п и т а н н а я в т р а д и ц и я х к о н ц а века, в ы р о с ш а я
под
н а д з о р о м бонн, у ч и в ш а я с я в ш в е й ц а р с к и х п а н с и о н а х , в о с ­
п р и н я в ш а я языки ф р а н ц у з к и й и н е м е ц к и й н а р а в н е
с род­
ным, Марина, е стест в е н н о , в с о в е р ш е н с т в е в л а д е л а р у с ­
ским литературным языком, я з ы к о м и н т е л л и г е н ц и и , н а нем,
в юности, и писала, з а ч а с т у ю о т т а ч и в а я его на г р а ц и о ­
зный р о с т а н о в с к и й л а д и л и п р и д а в а я ему г е т е в с к у ю т о р ­
ж е с т в е н н о с т ь ; но все это б ы л и я з ы к о в ы е "верш к и " , а не
"корешки", к о р е ш к и ж е , с а м а н а р о д н а я речь, таилась, до
п оры до времени, о п я т ь - т а к и в литературе, у с л ы ш а н н а я ,
отраженная и донесенная другими - классиками и совре­
менниками .
" Г о р ожанка" и " д а ч н и ц а " в д е т с к и е с в о и и ю н о ш е с ­
кие годы, М а р и н а не с о п р и к а с а л а с ь с ж и з н ь ю
народа, с
р е ч ь ю его, ни в дерев н е , к о т о р о й она не знала, ни
на
ф а б р и ч н ы х окраинах, к у д а не с т у п а л а ее нога. Н е м н о г о ­
словно было " п р о с т о н а р о д ь е " - п р ислуги, с т о р о ж а , д в о р ­
ники, п р а ч к и ,д о м о в ы е портн и х и , - н е м н о г о с л о в н о и п о ч ­
тительно; казалось, н е м н о г о с л о в н а и п о ч т и т е л ь н а
был а
сама д о р е в о л ю ц и о н н а я М о с к в а . . .
Все и з м е н и л о с ь в о д н о м г н овение, в то с а м о е , к о г д а
г р я н у л а "музыка р е в о л ю ц и и " , к о г д а р а н е е
не
слышимое
М а р и н о й и н е в н я т н о е ей о б р е л о г о л о с , с и л у к о т о р о г о она
в о с п р и н я л а и в о б р а л а в себ я с тех пор и навсегда.
(Пройдет время, и сам а она, все та ж е и д а л е к о у ж е не
та Цветаева, в и з в е с т н о м с в о е м п и с ь м е
к Маяковскому
п р о в о з г л а с и т не то л ь к о силу, но и правду Р о с с и и р е ­
в о л ю ц и о н н о й .)
И м е н н о тогда, к о г д а у л и ц ы и п л о щ а д и М о с к в ы з а п о л ­
н и л и с ь н евиданными, н е м ы с л и м ы м и д о с е л е х о з я е в а м и и за-

89

звучали
н е с л ы х а н н ы м и д о с е л е речами, М а р и н и н ы т е т р а д и
насытились записями разговоров, рассказов,реплик,под­
х в а ч е н н ы х ею на л е т у , в е з д е и всюду: в д е т с к и х р а с ­
п р е д е л и т е л я х и в театрах, на в о к з а л а х , в т р а м в а я х и на
толк у ч к а х , на б у л ь в а р а х и в о чередях. И м е н н о т о г д а , з а ­
хваченная и растревоженная новыми для себя
голосами,
М а р и н а п р и л ь н у л а к ф о л ь к л о р н ы м и с т о ч н и к а м с в о и х поэм,
как к и с т о к а м э т и х голосов, и в а ф а н а с ь е в с к и х с б о р н и ­
к ах о т к р ы л а д л я с е б я у же т е п е р ь не д е т с к и е
сказки, а
п р и н я в ш у ю их о б л и ч и е з а ш и ф р о в а н н у ю л е т о п и с ь б ы л ы х с у ­
д е б и б ы л ы х событий, в е ч н ы х с т р а с т е й и п о д в и г о в ч е л о ­
в е ч е ских, л е т о п и с ь т р а г е д и й и н а д е ж д на и з б а в и т е л ь н ы е
ч у д е с а . ..
И м е н н о т о г д а п о с т е п е н н о ушло, в ы т е с н и л о с ь из ц в е ­
т а е в с к о г о т в о р ч е с т в а г р а ц и о з н о е " ш о п е н о в с к о е ” начало,
в п о с л е д н и й раз р а с ц в е т ш е е ц и к л о м пьес, ею сам о й в п о ­
с л е д с т в и и н а з в а н н ы м " Р о м а н т и к а " ; р а с с т а в а я с ь с Музой,
как с ю н о стью, М а р и н а в р у ч и л а сво ю у ч а с т ь п о э т а н е п о д ­
к у п н о м у своему, бе с п о щ а д н о м у , о д и н о к о м у Гению.
Не Муза, не Муза, - не б р е н н ы е у з ы
Родства, - не твои п у т ы
О Дружба! - Не ж е н с к о й рукой, - лютой!
З а т я н у т н а мне У з е л . ..

В п а н с и о н е на П р а г е р п л а ц ж и л и - с е м ь я м и и в о д и ­
ночку - литераторы, издатели и окололитературные дея­
т е л и в с е х мастей, н е д а в н о п р и б ы в ш и е из России, а кафе
"Прагердиле" - перекресток,
на к о т о р о м
встречались
все - я в л я л о с ь н е к и м с к р о м н ы м п р о в о з в е с т н и к о м в с е х б у ­
д у щ и х М о н п а р н а с о в эмиг р а ц и и ; за его с т о ликами, как ни
в ч е м не бывало, " р е ш а л и с ь с у д ь б ы " м и р о в о г о и о т е ч е с ­
т в е н н о г о иск у с с т в а , а также с а м о г о о т е ч е с т в а и все г о
мира; з а к л ю ч а л и с ь и з д а т е л ь с к и е д о г о в о р а ; з а в я з ы в а л и с ь
и развязывались деловые и личные отношения;вспыхивали
с с о р ы и н а с т у п а л и п е р е м и р и я - за ч а ш к о й п о с л е в о е н н о г о
э р з а ц - к о ф е и л и за к р у ж к о й пива; Э р е н б у р г пил пиво,
и
90

я с ним и наравне, в п л о т ь д о п р и е з д а
м о е г о отца,
ко­
торый, у ж а с н увшись, т в е р д о й р у к о й п е р е в е л м е н я на л и ­
монад.
М а р и н а скоро п е р е з н а к о м и л а с ь со всеми, а п о д р у ж и ­
лась, как всегда, с н е м н о г и м и и н е н а д о л г о - с х у д о ж ­
н и цей Л ю б о й К озинце в о й , ж е н о й Эрен б у р г а , с д р у г о й х у ­
дожницей, у ч е н и ц е й Били б и н а , Л ю д м и л о й Ч и р и к о в о й
(до­
ч е р ь ю и з в е с т н о г о в свое в р е м я п и с а т е л я ) , с м о л о д ы м и з ­
д а т е л е м Г е л и к о н о м (ибо в " П р а г е р д и л е " и з д а т е л е й в е л и ­
чали и м е н а м и изда т е л ь с т в , а не наоборот!)
О Г е л иконе и его " к о н т о р е " я з а п и с а л а т о г д а : " Х о н т ора его - д л я нег о - вес ь мир. Стол, к о т о р ы й
ст о и т
у о к н а с ж е л т ы м стеклом, и на к о т о р о м р а з л о ж е н ы
все
и з д а н и я Г е л и к о н а - ч у ж и х и з д а н и й на с в о е м с т о л е он не
терпит; три ш к а ф а с книга м и ; н а д ним и - к и т а й с к и й б о ­
жок. За стеной, в м а л е н ь к о й комнатке, с т у ч а т
на
ма­
ш и н к а х ск в о з н а я б а р ы ш н я - с е к р е т а р ь и и н о г д а - м о л о д о й
че л о в е к р а з б о й н о г о вид а - с а м себ я
печатающий
Эренбург.
По с е щ а ю т Г е л и к о н а самые
разнообразные личности:
к а к о й - т о старый го с п о д и н с ч а с а м и на о б р ы в к е с о б а ч ь е й
цеп и (золотая ц е п о ч к а прод а н а ! ) , х у д ы е
унылые
вдовы
писателей, п р и х о д я щ и е в н а д е ж д е на то, что Г е л и к о н б у ­
д е т в ы д а в а т ь и м п о с о б и е за мужей; с у д о р о ж н о
пляшущие
на стуле лите р а т о р ы , н а д е ю щ и е с я
облагодетельствовать
Г е л и к о н а п е р е в о д о м сво е й ж е к н и г и на и с п а н с к и й язык...
Все, что н и к о м у п о н а д о б и т ь с я не может,
приходит
(на
д в у х ногах) и п р и т а с к и в а е т с я (в п о р т фелях) к Г е ликону,
он с т а р а е т с я н и кого не о бидеть, но все р у г а ю т с я ,
что
он мало платит.
Г е л икон в с е г д а р а з р ы в а е м на д в е ч а с т и бытом
и
душой. Быт - это та гирька, к о т о р а я д е р ж и т его на з е ­
мле и без которой, ему к ажется, он бы с р а з у о т о р в а л с я
ввысь, как А н д р е й Белый. Н а с а м о м д е л е он м о ж е т
и не
р а з р ы в а т ь с я - д у ш и у нег о мало, так как ему н у ж е н п о ­
кой, отдых, сон, уют, а этого как раз д у ш а и не дает.
К о г д а М а р и н а з а х о д и т в его контору, о н а - как
та
Душа, к о т о р а я тр е в о ж и т и отнимает- п о к о й
и поднимает
ч е л о в е к а до себя, не о п у с к а я с ь к не м у . В М а р и н и н о й д р у -

91

ж б е нет б а ю к а н ь я и в т а л к и в а н ь я в лю л ь к у . О н а выталки­
вает из л ю л ь к и д а ж е р ебенка, с к о т о р ы м г о в о р и т , п р и ч е м
б о ж е с т в е н н о у в е рен а , что б а ю к а е т его - а от так и х б а ­
ю к а н и й м о ж е т и не п о з д о р о в и т ь с я . М а р и н а
с Геликоном
говорит, как Титан, и она ему н е п о н я т н а ,
как
жителю
В о с т о к а - С е в е р н ы й полюс, и так ж е з а м анчива.
От
ее
слов он ч у в с твует, что п о с р е д и его б ы т о в ы х и
тяжелых
д е л ес т ь п р о с в е т и ч т о - т о не п о в с е д н е в н о е .
Я видала,
что он к М а р и н е тянется, как к солнцу, в с е м с в о и м п о ­
мятым стебельком. А между тем солнце
далеко,
потому
ч то все М а р и н и н о с у щ е с т в о - это с д е р ж а н н о с т ь и с жатые
зубы, а с ам он - г и б к и й и м я г к и й , к а к р о с т о к горошка".
Д о л ж н а сказать, что, п р о ч т я в м о е м д н е в н и ч к е
эту
- и еще н е к о т о р ы е - х а р а к т е р и с т и к и " в з р о слых", М а р и н а
п р и з а д у м а л а с ь , н а й д я их, д л я д е в о ч к и н е п о л н ы х д е с я т и
лет, ч е р е с ч у р п р о н и ц а т е л ь н ы м и и к т о м у ж е ф а м и л ь я р н ы ­
ми, без н а д л е ж а щ е г о с о б л ю д е н и я д и с т а н ц и и м е ж д у
млад­
ш и м в о з р а с т о м и старшим; п р и з а д у м а в ш и с ь же - н е м е д л е н ­
но в о д в о р и л а м еня в детст в о ,
поручив
заботам весьма
н е о б а я т е л ь н о й гуверна н т к и , п а с ш е й ч е т ы р е х л е т н е г о сына
Геликона, Женю. И с т а л и м ы с Ж е н е й п а с т и с ь ц е л ы м и д н я ­
ми в б е р л и н с к и х с к в е р а х и п а р к а х , а т е т р а д и м ои п о к о р ­
но з а п е с т р е л и з а р и с о в к а м и Г е л и к о н а - м л а д ш е г о , м а л ь ч и к а
как м а л ь чика.
Только добрый Эренбург иногда
вновь
перетягивал
м е н я в мир взрослых , в е р н е е - в сво й собстве н н ы й , ч и ­
тал о т р ы в к и из " Т р и н а д ц а т и трубок", и д а ж е
"пода р и л "
ту из них, в к о т о р о й б е г е м о т с ъ е д а е т м и с с и онера. (Ме­
ня, р а с т о л с т е в ш у ю и п о д р о с ш у ю , Э р е н б у р г п р о з в а л " Б е г е ­
м о т ом".) П о р о й мы б р о д и л и по улицам, л ю б у я с ь на собак,
о с о б е н н о на тех, з а п р я ж е н н ы х в тележки, к о т о р ы е
раз­
в о з и л и молоко. "С о б а ч ь я ж и з н ь у
ч е ловека, - о б ъ я с н я л
м не Э р е н бург, - это к о г д а он не
может
за в е с т и
себе
с о б а к у . .."
П о с л е в о е н н ы й Берлин, р е з к о б л а г о у х а в ш и й
апельси­
нами, ш о к о л а д о м , х о р о ш и м табаком, в ы г л я д е л с ы т ы м , к о м ­
ф о р т а б е л ь н ы м , само д о в о л ь н ы м , но - с т р а д а л от и н ф л я ц и и
и ж и л на р е ж и м е у д у ш а ю щ е й эконо м и и .
Цены
вздувались
д е н ь о то дня. За
т а б л ь д о т о м н а ш е г о п а н с и о н а нас к о р ­
м и л и в с е у м е н ь ш а в ш и м и с я п о р ц и я м и редиски, о в с я н к и , л а п 92

ши, в п р о ч е м , б е з у п р е ч н о с е р в и р о в а н н ы м и . Ч т о до г е л и к о н о в с к и х гонораров, то они и в п р я м ь
был и
миниатюрны,
к ак,впрочем, и тиражи, и ф о р м а т ы в ы п у с к а е м ы х и м и з я ­
щ н ы х книжечек, и с о б р а т ь сумму, н е о б х о д и м у ю н а п р и е з д
С е р е ж и (жившего в П р а г е на т о щ у ю с т у д е н ч е с к у ю с т и п е н ­
дию) и на наш п о с л е д у ю щ и й о т ъ е з д в Ч е х о с л о в а к и ю , б ы л о
мудрено.
К о г д а Л ю б о в ь М и х а й л о в н а п о в е л а нас
с Мариной
в
"КДВ", к р у п н е й ш и й т о г д а с т о л и ч н ы й у н и в е р м а г , о н а о б р а ­
тила наше в н и м а н и е на г и г а н т с к у ю п е п е л ь н и ц у , с т о я в ш у ю
на о с о б о м с т о лике в холле. Н а ней были а к к у р а т н о р а з ­
л о ж е н ы н е д о к у р е н н ы е сигары, с н а б ж е н н ы е ф и р м е н н ы м и б л а ­
н к ами с фами л и я м и . . . к у р и л ь щ и к о в . О к а з ы в а е т с я , к а ж д ы й
покупатель, в х о д и в ш и й в м а г а з и н с с и г а р о й в з у б а х , о с ­
тавлял ее в пепельн и ц е , ч т о б ы н а о б р а т н о м пут и
заку­
рить ее ж е вновь... М а л е н ь к и е , р а з м е р о м с в и з и т н у ю к а ­
рточку, бланки и т о л с т ы й к а р а н д а ш на ц е п о ч к е
лежали
тут же, а п р и к у р и т ь м о ж н о был о от г а з о в о г о р о ж к а , с э к о ­
н о мив с о б с т в е н н у ю спичку...
Марина купила первые после неподъемной разлуки по­
д а р к и Сереже: тепл о е белье, носки, ш а р ф и, " д л я души",
портсигар: "Теперь он, навер н о е , к у р и т . . . " Мне, п о к а ­
чав головой на цену, - п о л о с а т о е пла т ь е с м а т р о с с к и м
воротником; и, под к а т е г о р и ч е с к и м н а ж и м о м Л ю б о в и М и ­
хайловны, плат ь е себе, с о в с е м у ж п р о с т е н ь к о е " б а у э р н клайд"; к р е с т ь я н с к и й этот, с и т ц е в ы й ф а с о н с о б т я н у т ы м
л и ф о м и с б о р ч а т о й ю б к о й о на л ю б и л а и н о с и л а в с ю жизнь,
к а ждое л е т о этой жизни.
И обувь себе к у п и л а грубую, надежную: г о р с к и е п о ­
л у б о т и н к и на т о л с т о й подошве, с п р и к р ы в а ю щ и м и ш н у р о в ­
ку б а х р о м ч а т ы м и к о ж а н ы м и язык а м и . . .
А носи л и т о г д а л о д о ч к и на о с т р ы х к а б л у ч к а х , а ж у р ­
ные чулки, кисею, батист, вуаль. Но с о к т я б р я 1917 г о ­
д а М а р и н а б о льше н и к о г д а не о г л я д ы в а л а с ь на моду: д о ­
рого, н еразумно... и в с е г д а в ы х о д и т из моды!

93

Изредка в Берлин
н а е з ж а л из б л и ж н е г о Ц о с с е н а А н ­
д р е й Б елый, с р а ж е н н ы й р а з р ы в о м с женой, А с е й Т у р г е н е ­
вой, п о т е р я н н ы й , странный, г л у б о к о несч а с т н ы й ,
с бе­
з у м ными, з а п р е д е л ь н ы м и глазами. У д а р его б е д ы М а р и н а
т о т ч а с ж е п р и н я л а на себя, в себя, е с т е с т в е н н о и п р и ­
в ы ч н о в п р я г л а с ь в э т у упряжку. Н е с м о т р я на т о , ч т о о к ­
р у ж а ю щ и е о т н о с и л и с ь к н е м у сердечно, бережно, хот ь
и
не без д о л и п о ч т и т е л ь н о г о страха,
одна лишь Марина
о к а з а л а с ь в ту п о р у п р и с т а н и щ е м его с м я т е н н о й души...
"Моя милая, милая, милая, м и л а я М а р и н а И в а н о в н а , - п и ­
сал он ей в и ю н ь с к о м п и с ь м е того, 1922 года, - ...
в
эти п о с л е д н и е , о с о б е н н о т я ж е л ы е ,с т р а д н ы е д н и , В ы опять
п р о з в у ч а л и мне: л а с к о в о й , л а с к о в о й , у д и в и т е л ь н о й
но­
той: д о в е р и я ... Б ы в а ю т ведь чудеса! И чудо,
что
ины е
л ю д и н а д р у г и х вею т б л а г о д а т н о - р а д о с т н о : и - ни от ч е ­
го. ...Знаете, что за д е н ь был в ч е р а д л я меня? Я о к о н ­
ч а т е л ь н о п о с т а в и л к р е с т над Асей... И м не п о к а з алось,
что в ы р в а л с А с е й сво е сердце; и с с е р д ц е м вс е г о
се­
бя; и от г о л о в ы до груди б ы л а п у с т о т а . . . Я
заходил
в
скверы, тупо с и дел на ла в о ч к е , и з а х о д и л в кафе, и
в
пивные; и т упо с и д е л там без п р е д с т а в л е н и я
простран­
с т в а и времени. Так до вечера. И к о г д а я п о я в и л с я в е ­
ч е р о м - о п ять п о в е я л о вдруг, н е о ж и д а н н о , от Вас д е б е ­
т о м л а с т о ч е к , и милой, милой, м и л о й в е с т ь ю , ч т о к а к а я то р о д и н а - есть, и что ничто, не п о г и б л о . . . "
Д в е н а д ц а т ь л е т спустя, в 1934 году, у з н а в из
га­
зет о к о н ч и н е А н д р е я Белого, в е р н у в ш е г о с я в Р о с с и ю
в
1923 году, М а р и н а н а п и с а л а о н е м в о с п о м и н а н и я - р е к в и е м ,
к о т о р ы е н а з в а л а " П л е н н ы й дух". Т а м все с к а з а н о
об и х
в с т р е ч а х - в с т р е ч а х д в у х п л е н н ы х духов.

Точная да т а приезда моего отца в Берлин в памяти
не с о х р а н и л а с ь . Ч т о - т о п р о и з о ш л о тогда: то л и
запоз­
д а л а т е л е г р а м м а о его п р ибытии, то л и М а р и н а
куда-то
о т л у ч а л а с ь в час ее полу ч е н и я , т о л ь к о п о м н ю , ч т о весть,

94

со д ня на д ень о жид а в ш а я с я , з а с т и г л а М а р и н у в р а с п л о х ,
и мы с ней не п р о с т о поехали, а к и н у л и с ь с л о м я г о л о в у
в с т р е ч а т ь Сережу, т оропясь, теряясь, п у т а я
направле­
ния. Кто-то п р е д л о ж и л п о е х а т ь с нам и и т о ж е б ы л о
за­
суетился, но М а р и н а от п р о в о ж а т ы х о т к а з а л а с ь :
Сережу
она д о л ж н а была в с т р е т и т ь сама, без п о с т о р о н н и х .
К о г д а мы, с д р о ж а щ и м и от в о л н е н и я и с п е ш к и п о д ж и л ­
ками, вор в а л и с ь на вокзал, он был б е з л ю д е н
и
беспо­
лезн о - г у л о к , как собор по о к о н ч а н и и м е с с ы . С е р е ж и н п о ­
езд уше л - и у ш е л давно; и д у х у не о с т а л о с ь от п а с с а ­
ж и р о в и в с тречающих . О с т ы в а я от бег а и ц е п е н е я от у ж а ­
са, мы тщетно и т щ а т е л ь н о о б с л е д о в а л и п е р р о н ы и з а л ы
ожидания, к а м е р у х р а н е н и я и р е с т о р а н - М а р и н а в н о в о м
с и нем платье, я в н о в о й м а т р о с к е - т а к и е н а рядные!
и
такие несчастные, п о т е р я н н ы е и р а с т е р я н н ы е , к а к т о л ь к о
во сне бывает... Ни в е ж л и в ы е служащие, ни в и с е в ш и е на
г л я н ц е в и т ы х с т е н а х ч е т к и е р а с п и с а н и я п о е з д о в и не м е ­
нее от ч е т л и в ы е с т р е л к и на ц и ф е р б л а т а х в о к з а л ь н ы х
ча­
сов не м о гли н и ч е г о о б ъ я с н и т ь н а м и ни в ч е м
обнаде­
жить .
М ы вышли на б е л у ю от с о л н ц а п у с т ы н н у ю
площадь, и
с о л н е ч н ы й свет, о т р а ж а е м ы й в с е м и ее п л о с к о с т я м и , б о л ь ­
но у д а р и л по глазам. М ы п о ч у в с т в о в а л и п а л я щ у ю
город­
скую жару, с л а б о с т ь в к о л е н к а х и
громадную
пустоту
в н утри - от этой н е в с тречи. М а р и н а с т а л а с л е п о и р а с ­
сеянно н а ш а р и в а т ь в сумке п а п и р о с ы и б р е н ч а т ь с п и ч к а ­
ми. Ли ц о ее потускн е л о . И тут м ы у с л ы ш а л и С е р е ж и н г о ­
лос: "Марина! М а р и н о ч к а ! " О т к у д а - т о с д р у г о г о
конца
п л о щ а д и бежал, м а ш а н а м рукой, в ы с о к и й х у д о й человек,
и я у ж е зная, что это - папа, еще не у з н а в а л а е г о , п о ­
том у что была с о в с е м мале н ь к о й , к о г д а м ы р а с с т а л и с ь , и
п о м н и л а его другим, вернее, и н ы м и п о к а
тот
образ моего младенческого восприятия - пытался
совпасть
с
о б р а з о м этого д в и ж у щ е г о с я к н а м ч е ловека, С е р е ж а у ж е
д о б е ж а л до нас, с и с к а ж е н н ы м от с ч а с т ь я л и ц о м , и о б н я л
Марину, м е д л е н н о р а с к р ы в ш у ю ему н а в с т р е ч у р у к и , с л о в н о
оцепеневшие.
Долго, долго, д о л г о с т о я л и о н и , н а м е р т в о обня в ш и с ь ,
и т о лько п о т о м ста л и м е д л е н н о в ы т и р а т ь д р у г д р у г у л а ­
д о н я м и щеки, м о к р ы е от слез.

95

С отцом, н е д о л г о п о г о с т и в ш и м в Б е р л и н е , я в и д е л а с ь
мало; он п р о в о д и л все время с М а р и н о й , со м н о й ж е был
м о л ч а л и в о ла с к о в ; з а д у мчиво, д а л е к о у х о д я м ы с л я м и , г л а ­
д и л м е н я по голове, то по "шерсти", то " п р о т и в ш е р с ­
ти" .
Эренбурги приняли Сережу по-родному - по-празднич­
н о м у р а д у я с ь М а р и н и н о й с н и м встрече, как о б щ е й
елке
на р о ж д е с т в о , у в е ш и в а я эту елк у б л е с т к а м и
доброжела­
т е л ь с т в а и р а д у ж н ы м и и г р у ш к а м и проек т о в .
В се д о л ж н о
был о у т р я с т и с ь , у с т р о и т ь с я , и не " к а к - т о " , а - хорошо,
даже - превосходно.
Главное: ж и в ы и н а ш л и д р у г друга!
В в е ч е р С е р е ж и н о г о п р и е з д а п и л и ш а м п а н с к о е - оно
п о м о г л о не то ч то о б р е с т и " о б щ и й язык" в с е м р а з н о м а с ­
т н ы м с о т р а п е з н и к а м , с о б р а в ш и м с я за с д в и н у т ы м и
столи­
к а м и п а н с иона, а - н а й т и н е к у ю о б щ у ю т о н а л ь н о с т ь , х о т я
б ы на это т вечер. Сережа, к о т о р о м у о с е н ь ю д о л ж н о было
и с п о л н и т ь с я 29 лет, в се еще в ы г л я д е л м а л ь ч и к о м , т о л ь к о
что п е р е н е с ш и м т я ж е л у ю болезнь: так был он х у д и б о л ь ­
ш е г л а з и - так еще сиротлив, н е с м о т р я на М а р и н у ,с и д е в ­
ш у ю рядом. О н а же к а з а л а с ь в з р о с л о й - раз и навсегда!
- в п л о т ь до н и т е й р а н н е й седины, у ж е р е з к о
мерцавшей
в ее волосах.

Э р е н б у р г и в с к о р е у е х а л и в к у р о р т н о е м е с т е ч к о Бин г ам-Рюген, об а - писать: он - сво и " Т р и н а д ц а т ь трубок",
о на - с вои этюды, м ы ж е п е р е б р а л и с ь в м а л е н ь к у ю
г ос­
т и н и ч к у на Т р а у т е н а у - ш т р а с с е , г д е в м е с т о п р е ж н е г о б о л ь ­
ш о г о н о м е р а з а н я л и д в а к р о х о т н ы х - зато с б а л к о н о м . Н а
"новоселье" Сережа подарил мне горшочек с розовыми бе­
гониями, к о т о р ы е я по у т р а м щ е д р о п о ливала,
стараясь
не о р о ш а т ь прохожих : с н е м ц а м и ш у т к и плохи!
Из д а н н о г о к у с о ч к а ж и з н и в " Т р а у т е н а у - х а у з "
ярче
в с е г о з а п о м н и л с я п у с т я к - этот вот е ж е у т р е н н и й в з г л я д

96

вниз и п о т о м вокруг, на ч и с т е н ь к у ю и б е з л и к у ю с о л н е ч ­
ную у л и ц у с р а н н и м и н е т о р о п л и в ы м и п р о х о ж и м и , и э то в от
о щ у щение п р и о с т а н о в и в ш е й с я м и м о л е т н о с т и , транзитности
о к р у ж а ю щ е г о и той н е п о д в л а с т н о с т и ему, к о т о р а я и
п оз в о л я л а р а с с м а т р и в а т ь его о т в л е ч е н н о и н е з а в и с и м о , без
боли л ю б о в а н и я и ли отрицания.
О щ у щ е н и е это, п о - в и д и м о м у , у к р е п л я л о с ь
рождавши­
м ися там, в д в у х к о м н а т к а х за м о е й с п и н о й , и п о с т е п е н ­
но о п р е д е л я в ш и м и с я р о д и т е л ь с к и м и п л а н а м и на б л и ж а й ш е е
будущее, их р а з г о во р а м и , и с п о д в о л ь д о н о с и в ш и м и с я
до
меня. О с т а в а т ь с я в Б е р л и н е ? В Германии, н е д а в н о о т в о ­
е в а в ш е й с я и п е р е ж и в а ю щ е й э к о н о м и ч е с к и й кризис,
нет и
не п р е д в и д и т с я ни у н и в е р с и т е т о в , ни р а б о т ы д л я
рус­
ских, ни ш к о л д л я и х детей; да, ж и з н ь т ут б о л е е н а л а ­
ж е н а и "устроена", ч е м в Чехии, - но д л я к о г о ? С к о л ь к о
вр е м е н и п р о д е р ж а т с я тут н е н а д е ж н ы е р у с с к и е
издатель­
ства и сами и з д а т е л и ? Кто б у д е т п о к у п а т ь и х
книги
и
газеты? Как жить? и - на что жит ь ?
Значит - у страи­
вать с я в Чехии? Та м - у ж е одн а м а т е р и а л ь н а я д о с т о в е р ­
ность: С е р е ж и н а с т у д е н ч е с к а я стипендия. Говорят, п р а ­
в и т е л ь с т в о М а с а р и к а буд е т д а в а т ь и, кажет ся , у ж е д а е т
п о с о б и я р у с с к и м - д е я т е л я м науки, к у л ь т у р ы , и с к у с с т в а .
Д о б р о е п р а в и т е л ь с т в о ? Не с о в с е м так:
э то грошовые
" о т ч и с л е н и я " от в ы в е з е н н о й ч е ш с к и м и " л е г и о н е р а м и " ,с р а ­
ж а в ш и м и с я во в р емя г р а ж д а н с к о й в о й н ы
на
стороне А н ­
танты, части р у с с к о г о з о л о т о г о запаса.
Итак, в П р аге - Ка р л о в у н и в е р с и т е т
(старейший
в
Европе!), в к о т о р ы й у ж е в л и л и с ь н е к о т о р ы е б ы в ш и е п р о ­
фессора, р а вно как и б ы в ш и е с т у д е н т ы д о р е в о л ю ц и о н н о й
России. В Ч е хии уж е о р г а н и з о в а н а р у с с к а я г и м н а з и я - и н ­
тернат д л я э м и г р а н т с к и х д етей, сре д и к о т о р ы х - с т о л ь ­
ко сирот! Правда, еще нет - и буд у т л и ? эмигрантс­
кие издат е л ь с т в а , но у ж е с у щ е с т в у е т о д и н
вместитель­
ный е ж е м е с я ч н ы й ж у р н а л с б о л ь ш и м л и т е р а т у р н ы м
отде­
лом. С т а р а я ч а сть П р а г и - к р а с о т а н е с к а з а н н а я , г о т и к а ,
барокко, фантастика! Г о р о д - и з у м и т е л ь н ы й . П р а в д а , ж и т ь
в н е м будет не по средствам. Не п р и д е т с я .С т у д е н т ы - о д и ­
ночки к о е - к а к в т и с н у т ы в " С в о б о д а р н у " - т а к о е о б щ е ж и ­
тие с к а м о р к а м и - я ч е й к а м и , в к а ж д о й из к о т о р ы х - койка,
с а м о д е л ь н ы й столик, табу р е т к а . Т а м - не п о ш а г а е ш ь
ни

97

в д о л ь , ни п о п е р е к с у ч е б н и к о м в руках! С е м е й н ы е р а с с е ­
л и л и с ь по приг о р о д а м , вернее, по п р и л е г а ю щ и м д еревням.
Да, н а с т о я щ и е дерев н и ; не т , н е такие, как у нас в Р о с ­
сии, - к р ы ш и к р ы т ы черепицей; но быт - быт д е р е в е н с ­
кий: в о д а из колодц а ; к е р о с и н о в ы е л ампы;
само
соб о й
р а з у м е е т с я - ни тр о туаров, ни мосто в ы х . Н о , е с л и п о с е ­
л и т ь с я не с л и ш к о м д а л е к о от станции, до
Праги
доби­
р а т ь с я л е г к о и просто: п р и г о р о д н ы е п о е з д а х о д я т часто.
Чехи к русским доброжелательны, и вообще все иное,
ч е м здесь, без с п е с и и без т а б е л е й о рангах, более, я
бы сказал, прос т о д у ш н о : с л а в я н е ведь, и
язык
близок
нашему; к р о м е того - у д и в и т е л ь н о м у з ы к а л ь н ы ! М у з ы к а л ь ­
ны, ка к и т а л ь я н ц ы . . . П р и р о д а ? - м е с т а х о л мистые, д а ж е
гористые; л е с а - и т а к и е , к а к у нас, и хвойные; и п р е ­
л е с т н а я р е ч к а Беро у н к а , п р и т о к Влтавы;
ну и поля, и
л у га. Про с т о р н о , не стиснуто, не з а с т р о е н о , ш и р о к о в и д ­
но в о к р у г ...
И М а р и н и н о удалое: "Горы? х олмы? му з ы к а ? - еде м в
Чехию!"

После отъезда
С е р е ж и - ему надо было у с е р д н о го­
т о в и т ь с я к н а ч а л у у ч е б н о г о года, а п р и в ы ч к а к з у б р е ж ­
ке б ы л а утр а ч е н а , а го л о в а и с е р д ц е был и
заняты д ру­
гим, и все н а р а с т а л о о щ у щ е н и е - вернее, о щ у щ е н и е о б о ­
р а ч и в а л о с ь о с о з н а н и е м - неисчерпаемости о ш и б к и , с о в е р ­
ш е н н о й в с е м н а д ц а т о м году и о к а з а в ш е й с я п е р в ы м з в е н о м
цепи неисчислимых неизбежностей и безвыходностей, л о ­
г и ч е с к и и т р а г и ч е с к и р о ж д а в ш и х с я д р у г из д р у г а и из
с а м о й ошибки; итак, по с л е о т ъ е з д а С е р е ж и н а ч а л и с о б и ­
р а т ь с я и м ы с М а р и н о й и п р о щ а т ь с я с Берлином, с к о т о ­
рым, по сути дела, и не п о з д о р о в а л и с ь . П р и ш л а М а р и н е
пора
н а х л о б у ч и в а т ь г а с и л ь н и к и на в с п ы х н у в ш и е было на
э т о м п е р е к р е с т к е ч е л о в е ч е с к и е отношения:
с ам о т ъ е з д
с т а в и л и м предел.
За п р о в е д е н н ы е в Б е р л и н е д в а с п о л о в и н о й
месяца
М а р и н а не п о б ы в а л а ни в театрах, ни в конц е р т а х , ни в
м у з е я х - т о л ь к о в З о о л о г и ч е с к о м саду и
в Луна-парке:

98

п е р в о е - понятно, и б о все в н а ш е й се м ь е б ы л и з в е р о п о клонниками; а Л у н а - п а р к ? п ри М а р и н и н о й
неприязни
к
’’публичности'' р азвл е ч е н и й , д а и к с а м и м
развлечениям
р а з р я д а я р м а р о ч н ы х ? М о ж е т быть, д е л о был о в том, что
п о мимо аттракционов , о б ы ч н ы х д л я па р к о в т а к о г о
рода,
т ам н а л и ч е с т в о в а л и необычный: с н е м е ц к о й д о т о ш н о с т ь ю
выполненный - в естественную величину - макет
целого
к в а р т а л а с р е д н е в е к о в о г о г е р м а н с к о г о города;
э то д о л ­
ж н о было п р и в л е ч ь М а р и н у с ее н е и з м е н н о й т я г о й
к бы­
лому, как истоку, о б о с н о в а н и ю и о б ъ я с н е н и ю н а с т о я щ е г о
и грядущего; а м о ж е т быть, ей п росто з а х о т е л о с ь п о р а ­
д о в а т ь меня? Так и л и иначе, однажды, в к о н ц е
жаркого
июл я мы, под в о д и т е л ь с т в о м Л ю д м и л ы Е в г е н ь е в н ы Ч и р и к о ­
вой, о т п р а в и л и с ь в Л у н а - п а р к - с с а м ы м и с е р ь е з н ы м и н а ­
мерениями: все н е п о д в и ж н о е о с м отреть, на в с е м д в и ж у ­
щ е м с я покататься.
Н а ч а л и с к а р у с е л и (розовой, белой, м а л и н о в о й , как
в е л и к а н с к и й с в а д е б н ы й т о р т ) , в е р т е в ш е й с я под с л а д ч а й ­
ш у ю же музыку; п о к р у ж и л и с ь на к о л е с н и ц а х ; п о т о м п е р е ­
б р а лись на л о ш адок, с п е р в а м е р н о
покачивавшихся,
но
вскоре п у с т и в ш и х с я в галоп, как в пляс. Гордо
и гра­
ц и о з н о с и д е л а в п о з о л о ч е н н о м се д л е моя с т р о г а я м а м а , с
замкнутым, к а м е н н ы м (потому что к р у г о м был и люди) л и ­
цом, о т н ю д ь не веселясь, а как бы р ы п о л н я я н е к и й
тор­
ж е с т в е н н ы й обряд. С о й д я с к а русели, она мне тих о
за­
метила, что в ама з о н к и я п о к а еще не
гожусь,
потому
что ехала, как к и с л о е тесто, к том у ж е р а з и н у в рот. Я
п р и н я л а это к сведению, но рот, н е с о м н е н н о , т ак и п р о ­
д о л ж а л а р а з е в а т ь на все ч е т ы р е стороны.
Не в е с е л и л а с ь М а р и н а и поп а в в к о м н а т у смеха, п р и ­
стально, с н е с к о л ь к о б р е з г л и в ы м л ю б о п ы т с т в о м р а з г л я д ы ­
вая в с е х нас троих, по воле к р и в ы х з е р к а л п р е в р а щ а в ш и х
ся то в Дон- К и х о т о в , то в Санч о - П а н с , то
в какие-то
стоящие на голове с а м о в а р ы с п у г о в и ц а м и .
Тир ей понравил с я , как н р а в и л и с ь в о о б щ е п р о я в л е н и я
ловкости, м е т к о с т и - не тол ь к о у м с т в е н н о й , но и ф и з и ­
ческой, как нра в и л и с ь д в и ж е н и я и д е й с т в и я , из
которых
была и с к л ю ч е н а п р и б л и з и т е л ь н о с т ь . Т и р о в был о н е с к о л ь к о
м у ж ч и н ы с т р е л я л и из л уков, пист о л е т о в , д у х о в ы х р у ж е й и
д аже к а к и х - т о а р б а л е т о в ,п о р а ж а я л е т а ю щ и е , с к о л ь з я щ и е и
99

к у в ы р к а ю щ и е с я цели, п о л у ч а л и з а б а в н ы е призы, на к о т о ­
р ые я г л я д е л а с ж а р к о й завистью.
Были жонглеры в палатках и фокусники в балаганчи­
ках; борцы; гимнасты; были акробаты, с к о ш а ч ь е й у п р у ­
г о с т ь ю с т у п а в ш и е по пров о л о к е , к о с о п е р е р е з а в ш е й небо
н а д аллеей, к ак с т е к л о - алмазом; были к а к и е - т о
усо­
в е р ш е н с т в о в а н н ы е , с и я в ш и е н и к е л е м качели, на к о т о р ы х
м ы в з л е т а л и в в о з д у х (качели М а р и н а л ю б и л а с т а р у с с к о го д е т с т в а ! ) , и еще к а к и е - т о т у п о р ы л ы е л о д к и , з и г з а г а ­
ми
с н о в а в ш и е по н е р а в н о м е р н о к о л е б л ю щ е м у с я к р у г у ; б ы ­
ли вафли с лимонадом и шарики мороженого в запотевшей
в а з о ч к е - в к а ф е с р е д и зелени.
Чт о до с р е д н е в е к о в о г о города, то весь он, н о в е н ь ­
кий с приступочек до коньков крыш и
весь
состоявший
из с п л о ш н ы х фасадо в , о к а з а л с я м е р т в о й п о д д е л к о й ,
не­
с м о т р я н а , а м о ж е т быт ь - б л а г о д а р я с в е р х и з о б и л и ю п р а в ­
д о п о д о б и й в вид е т о ч и л ь н ы х колес, п и в н ы х бочек, к о н о ­
вязей, г о н ч а р н ы х к р у г о в и п р и с л о н е н ы х к н и м
алебард,
щедро и рассчитанно-живописно рассеянных вдоль
улоч­
ки, в ы т е к а в ш е й из с о в р е м е н н о с т и и в нее ж е в п а давшей.
К о г д а в з р о с л ы е о т ч а я л и с ь от р а з в л е ч е н и й , а я т о л ь ­
к о - т о л ь к о н а ч а л а и м и насы щ а т ь с я ,
мы п р и б р е л и в тот
к р а й парка, в к о т о р о м н и ч е г о не п о к а з ы в а л и , н и к у д а не
з а з ы вали, ни на ч е м и ни во что не играли, и сели
на
ж е с т к у ю т р а в к у п од соснами, у с в е т л о г о озерца.
Огля­
девшись, Марина сказала Людмиле
Евге н ь е в н е :
"По-мо­
ему, и в п р и р о д е н ет отдыха. Вот я думаю: к о г д а
буд у
ум и р а т ь , у м е н я б у д е т такое ж е ч у в с т в о , к а к з д е с ь , с е й ­
час, на э т о м берегу: п е ч а л и ? т о р ж е с т в е н н о с т и ? - и весь
грохот, и все к р у ж е н и я - п о з ади? Но ведь это и есть о т д ы х ? .."

Посещение Луна-парка
оказалось "последним аккор­
д о м " М а р и н и н о г о Берли н а , п о с л е д н и м в з м а х о м н ад н и м с в ы с о т ы качелей; м е н ь ш е ч е м н е д е л ю с п у с т я м ы п о к и д а ­
л и его, очень ранним, едв а п р о б у д и в ш и м с я утром,
а
1
а в г у с т а 1922 года у ж е в ы х о д и л и из п о е з д а в Праге.
100

М а р и н и н н е с о с т о я в ш и й с я Б е р л и н . Не с о с т о я в ш и й с я п о ­
тому, что не полю б л е н н ы й ; не п о л ю б л е н н ы й п о тому,
что
п о сле Р о с с и и - прус с к и й , п о с л е р е в о л ю ц и о н н о й М о с к в ы буржуазный, не п р и н я т ы й ни глазами, ни д у ш о й :н е п р и е м ­
лемый.
В к а п и т а л ь н о с т и зданий, т р а д и ц и о н н о м у ю т е к а ­
фе, р а з у м н о с т и п л а н и р о в к и , во все й (внешней) о т л а ж е н ности и д о б р о т н о с т и г о р о д а М а р и н а у ч у я л а одно: к а з а р ­

мы.
Д о ж д ь у б а ю к и в а е т боль.
Под ливни опускающихся ставень
Сплю. В з д р а г и в а ю щ и х а с ф а л ь т о в в д о л ь
К о п ы т а - как р у к о п л е с к а н ь я .
П о з д р а в с т в о в а л о с ь - и слилось.
В о с т а в л е н н о с т и светоза р н о й ,
Н а д с к а з о ч н е й ш и м из с и р о т с т в
Вы сми л о с т и в и л и с ь , казармы!
С м и л о с т и в и л и с ь ли? Да, пожалуй; с п а с и б о к а з а р м а м , к о г ­
да, не сн и з о й д я до того, ч т о б ы з а м е т и т ь тебя, о ни т е м
с а мым п р е д о с т а в л я ю т теб е в о з м о ж н о с т ь пройти мимо. Г о ­
ро д - в с е г д а взаимн о с т ь .
Перв а я ц в е т а е в с к а я с т и х о т в о р н а я строка,
написан­
ная в Берлине, была:
По д б у л ы ж н и к а м и ,

под колесами...

Последнее берлинское четверостишие:
До у б е д и т е л ь н о с т и , до
У б и й с т в е н н о с т и - просто:
Д ве п т и ц ы в и л и мне гнездо:
И с т и н а - и Сиро т с т в о .
С с е р е д и н ы мая по к о н е ц и ю л я М а р и н а п о д г о т о в и л а к
п е ч а т и свои сборники: "Психея", " Р е м е с л о " и в т о р о е и з ­
д а н и е п о эмы " Ц а р ь - Д е в и ц а " , в ы ш е д ш и е в Б е р л и н е в
1922
- 1 9 2 3 годах; н а п и с а л а о к о л о
тридцати
стихотворений;
рассказ в эпистолярной форме
"Флорентийские
ночи" и
статью о творчестве Пастернака, озаглавленную "Свето-

101

в о й л и в е н ь " , в ы ш е д ш у ю в 1922 году. С б о р н и к и "Раз л у к а "
и " С т и х и к Блоку", п о д г о т о в л е н н ы е еще в М о с к в е ,
были
о п у б л и к о в а н ы - п од н а б л ю д е н и е м Э р е н б у р г а - р а н н е й в е с ­
н ой 1922 года, в Берлине, еще д о п р и е з д а т у д а Ц в е т а е ­
вой.

А
кроме
т ого , М а р и н а
п е р е в е л а на н е м е ц к и й язык
стихотворение Маяковского для издававшегося
Эренбурго м на т р е х я з ы к а х а л ь м а н а х а "Вещь"; п е р е в е л а по г о р я ­
чему, впрочем, так н и к о г д а в ней и не о с т ы в ш е м у следу
с а м о г о М а я к о в с к о г о , п о с л е д н е й в Р о с с и и в с т р е ч и с ним.
В с т р е ч а э т а , с у д я по за п и с и в т е т р а д и , п р о и з о ш л а
в
о д и н из к а н у н н ы х д н е й М а р и н и н о г о отъезда, р а н н и м у т ­
ром, н а п у с т ы н н о й еще м о с к о в с к о й у л и ц е . М а я к о в с к и й о к ­
л и к н у л Ма р и н у , спросил, как дела.
Она
сказала,
что
у е з ж а е т к мужу, спросила: что п е р е д а т ь з а г р а н и ц е ? " Ч т о
п р а в д а - здесь", - о т в е т и л он, у с м е х н у в ш и с ь , п о ж а л М а ­
р и н е р у к у и - з а ш а г а л дальше.
А о на с м о т р е л а е му в с л е д и д у м ала, что,
оглянись
он и крикни: " Да п о л н о вам, Цвета е в а , б р о с ь т е , н е у е з ­
ж а й т е ! " - о на о с т а л а с ь бы и, как з а ч а р о в а н н а я ,
заша­
г ала б ы за ним, с ним.
Эта Маринина
мысль
вдогонку Маяковскому
мо ж е т
быть сочтена "поэтической вольностью",
романтическим
в с п л е с к о м и п о л н е й ш е й н е с б ы т о ч н о с т ь ю , но - и
потаен­
н о й г л у б и н н о й прав д о й . В е д ь о т ъ е з д о м с в о и м она
пере­
б а р ы в а л а ту п о л о в и н у себя, что н а в с е г д а о с т а в а л а с ь
в
России, с Р о с с и е й . ( "Россия моя, Россия, з а ч е м так я р ­
ко горишь?")
"Что п р а в д а - здесь". Эти с л о в а М а я к о в с к о г о вошли
в и з в е с т н ы й т е к с т ц в е т а е в с к о г о п р и в е т с т в и я ему, н а п и ­
с а н н о г о п о с л е его в е ч е р а в каф е В ольтер, в Париже,
в
1928 году, и о п у б л и к о в а н н о г о в л е в о й э м и г р а н т с к о й га­
з е т е " Е в р а з и я " (одним из р е д а к т о р о в к о т о р о й
б ыл мой
отец), п р и в е т с т в и я , п о з в о л и в ш е г о М а р и н е и с п ы т а т ь ч у в ­
ство высокого и глубокого торжества - радости
откры­
т о г о р у к о п о ж а т и я - и п р и ч и н и в ш е г о ей н е м а л о
неприят­
ностей, если м о ж н о н а з в а т ь все г о л и ш ь
неприятностью

102

то, что "отлу ч е н н а я " за " б о л ь ш е в и з м " р е д а к ц и е й
милюк о в с к и х " П о с л е д н и х н о в остей", и н о г д а
печатавших
ее,
она на долго о с т а л а с ь без заработка, с л у ж и в ш е г о
глав­
н ым и с т о ч н и к о м с у щ е с т в о в а н и я всей н а ш е й семьи.
Письмо, н а п и с а н н о е по э т о м у п о в о д у М а р и н о й М а я к о в ­
скому, э к с п о н и р о в а л о с ь и м на его в ы с т а в к е "20 л е т р а ­
боты" (которая б ыл а в о с с т а н о в л е н а и
возобновлена
в
п р о ш л о м году, к 8 0 - л е т и ю поэта)
и
воспроизведено
в
к н иге " М а я к о в с к и й д е л а е т в ы с т а в к у "
("Книга", Мо с к в а ,
1973).
Р а нней в е с н о й 1929 года М а р и н а в с т р е т и л а с ь с М а я ­
к о в с к и м в пос л е д н и й раз. По п р о с ь б е к о м м у н и с т о в о д н о ­
го из о к р а и н н ы х р а й о н о в П а р и ж а он
согласился
высту­
пить п е ред Французской р а б о ч е й а удиторией, в м а л е н ь к о м
("для свадеб и банкетов"!) п о л у т е м н о м з а л ь ц е м а л е н ь к о ­
го кафе.
Вечер был с к ор о с п е ш н ы м , без п р е д в а р и т е л ь н о й
под­
готовки. О дин из его о р г а н и з а т о р о в ( т о в а р и щ MÔero о т ­
ца) п р и г л а с и л мои х роди т е л е й . О б о д р е н н а я н е м н о г о л ю д и ем, о т с у т с т в и е м з н а к о м ы х ( л ю б о п ы т с т в у ю щ и х г л а з ) , М а ­
рин а по д о ш л а к Маяк о в с к о м у , п о з н а к о м и л а
его с мужем.
- Слушайте, Цвет а е в а , - с к а з а л М а я к о в с к и й , - тут
- спло шь французы. П е р е в о д и т ь - б у д ете? а то не
пой­
мут ни черта!
М а р и н а согласил а с ь , но не
села
на
предложенный
стул, - п р и в ы к л а в ы с т у п а т ь стоя.
Маяковский
называл
стихотворение, в д в у х с л о в а х и з л а г а л его
содержание,
она - переводила. Он - читал.
П о т о м были в о п р о с ы из з а л а и о т в е т ы в зал. С л у ш а ­
тели не столько п о э з и е й и н т е р е с о в а л и с ь ,
сколько ж и ­
знь ю и д е л а м и р а б о ч е г о к л а с с а
в Советской
России. В
те годы и м не част о п р и х о д и л о с ь б е с е д о в а т ь с ч е л о в е ­
к ом оттуда. П о п а д а л и с ь и в о п р о с ы п р о в о к а ц и о н н о г о
ха­
рактера; на н их М а я к о в с к и й о т в е ч а л с п р и в ы ч н о й р е з к о ­
сть ю и х л е с т к о с т ь ю и тут зад а л М а р и н е р а б о т ы , п о с к о л ь ­
ку н е к о т о р ы е наши с л о в о с о ч е т а н и я в о о б щ е не и м е ю т адекватов на ф р а н ц у з с к о м языке.
Эти общие ч е р т ы - все, что д о н е с л а м о я п а м я т ь
из
р а с с к а з о в р о д и т е л е й - с к в о з ь сор о к пят ь л е т
расстоя­
ния! - о вечере, на к о т о р о м с а м а
не
присутствовала,

103

так к а к п р и с м а т р и в а л а д о м а за м а л е н ь к и м братом.
Сде­
л а н н ы е же М а р и н о й н е п о с р е д с т в е н н о п о с л е в е ч е р а записи
не с о х р а н и л и с ь - о ни п о г и б л и во вре м я в о й н ы в м е с т е
с
т ой ч а с т ь ю архива, к о т о р а я был а о с т а в л е н а на х р а н е н и е
д р у з ь я м во Ф р а нции.
Сказать, что М а р и н а л ю б и л а и п о н и м а л а
творчество
Маяковского, - вялая и плоская
констатация
сегодня,
к о г д а он д а в н о ста л м а л о что с а м и м соб о й - п о э т о м , ч е ­
л о в е к о м , л и ч н о с т ь ю , - но и ч а с т ь ю
нашего
пейзажа:
площадью, станцией метро,пароходом, собственным мону­
м е н том. К о г д а л ю б о й ш к о л ь н и к л ю б и т и п о нимает.
Но она поняла, п о л ю б и л а и п р о в о з г л а с и л а его,
не­
понятного и неприемлемого для многих умов
и
сердец,
тогда, к о г д а ему б ы л о так б е з м е р н о еще д а л е к о
до у с ­
т о й ч и в о с т и и в ы в е р е н н о с т и д а р а и славы, к о г д а он был
в с е г о л и ш ь о д н и м из молодых, д а ранних, за г р о м о г л а с ­
н о с т ь ю к о т о р ы х т р у д н о было у с л ы ш а т ь и р а с п о з н а т ь п о э ­
зию, д о той п о р ы и з ъ я с н я в ш у ю с я в иной, в е к а м и у т в е р ж ­
д е н н о й т о н а л ь н о с т и ; к о г д а еще не ясн о было, ч ей т в о р ­
ч е с к и й п о т о л о к и п р е д е л близок, а кто - безмерен; кто
п о й д е т в п е р е д и вверх, к то - по
собственному
кругу;
к то в о в с е с о б ь е т с я с г олосу и с д и с т а н ц и и ; к о г д а все,
чт о м ы н ыне з н а е м о прошлом, еще то л ь к о с м у т н о м а я ч и ­
л о впереди, п р о б и в а я себе р у с л о - е д и н с т в е н н о е
среди
м н о г и х возможных.
О н а п о н я л а и п о л ю б и л а его во в с е й
его
тогдашней
п р о т и в о п о к а з а н н о с т и себе самой, его,
ниспровергателя
б ы л ы х истин, с т оль р о м а н т и ч е с к и п р е в о з н о с и м ы х
ею и о
к о т о р ы х она с а м а в с к о р е - у ж е в
1922
год у - скажет:
м0т в ч е р а ш н и х п р а в д в д о м е - с м р а д и х л а м . . . "
В с ю ж и з н ь М а я к о в с к и й о с т а в а л с я д л я нее и с т и н о й н е ­
и з м е н н о й ; в сю ж и з н ь х р а н и л а она ему в ы с о к у ю
верность
собрата; п о н и мала, что его о т н о ш е н и е к ней, к т в о р ч е ­
с т в у ее, о п р е д е л я е т с я по п р и з н а к у ее п р и н а д л е ж н о с т и к
э м и г рации, и, п ри в с е й с в о е й у я з в и м о с т и ^ в н е п р а в о м е р ­
н о с т и т а к о й оценки, не о б и ж а л а с ь на нег о - она, в з в и ­
в а в ш а я с я от к у д а м е н ь ш и х досад...
М а я к о в с к о м у он а
посвятила
большой
стихотворный
ц и к л в 1930 году, и в 1932-м с к а з а л а о его
творчестве
в с т а т ь е "Эпос и л и р и к а с о в р е м е н н о й России".
104

П е р в о е свое с т и х о т в о р е н и е
Маяковскому - "Превыше
к р естов и труб...", н а п и с а н н о е в 1921 г о д у , ч и т а л а ему
в Москве, вспоминала, что п о н р а в и л о с ь . . .

пастернак
Среди многих обстоятельств и положений, постоянно
м е ш а в ш и х Марине, з а с т а в л я в ш и х ее него д о в а т ь ,
разоча­
ровываться и попросту страдать - особенно в эмиграции,
- н а и п е р в е й ш и м п р е п я т с т в и е м был тот
речевой барьер,
та языковая преграда, к о т о р а я о т д е л я л а ее от о к р у ж а в ­
ш и х - б л и з к и х и ли далек и х , п и ш у щ и х и л и т о л ь к о
читаю­
щ и х - людей.
С и л а ее дара, п о м н о ж е н н а я на н е и с т о в у ю ж а ж д у
са­
м о в ы р а ж е н и я и с а м о о т д а ч и - в дружбе, в люб в и , в ч е л о л о в е ч е с к о м общении, - с р о к о в о й н е и з м е н н о с т ь ю
расши­
бала с ь о р е ч е в у ю и л и
эпистолярную холодность - или
скупость, и л и ску д о с т ь - собесед н и к а , об инакость его
самого и его с п о с о б н о с т и
(желания) в е с т и
диалог
на
в ы соте Д ж о м о лунгмы.
"Дер ж а т е л и " о б ы к н о в е н н ы х ч увств и
мыслей
быстро
у т о м л я л и с ь от н е о б х о д и м о с т и в з г р о м о ж д а т ь с я на
ходули
или
в ы т я г и в а т ь с я на ц ы почках, от н е с в о й с т в е н н о с т и н а ­
вязываемого им Мариной напряжения, спрашиваемой с них
ею работы у м а и в с е х м у с к у л о в д у х а - есл и они и м и в о ­
обще обладали.
С о б е с е д н и к о в же т в о р ч е с к о г о с к л а д а з а ч а с т у ю
раз­
д р а ж а л а или о т п у г и в а л а н а с т о й ч и в о с т ь , с к о т о р о й М а р и ­
на, в н е д р я я с ь в и х с о б с т в е н н ы й строй, п е р е к р а и в а л а
и
п е р е с т р а и в а л а и х на свой особый,
с и л ь н ы й и не
свой­
с т в е н н ы й и м лад, п ри п о м о щ и сво е г о особого,
сильного
и не с в о й с т в е н н о г о и м языка, таланта, х а р а к т е р а , с а м о й
сути своей.
Новые отношения с новыми людьми у Ма р и н ы
начина­
л и с ь з а ч а с т у ю с того, что за м е т и в
(а не то и в о о б р а ­
зив) и с к о р к у в о з м о ж н о й общности, она р а ч и н а л а
разду­
вать ее с такой у р а г а н н о й силой, что и с к о р к е э т о й с л у ­
чало с ь угаснуть, не р а з г о р е в ш и с ь ,
или, в л у ч ш е м с л у ­
чае, т а йно т л еть д е с я т и л е т и я м и , ч т о б ы л и ш ь в п о с д е д с т вии з а т е п л и т ь с я р о б к о й з а у п о к о й н о й свечкой.

105

Р а з у м е е т с я , М а р и н а был а с п о с о б н а и на " п р о с т о о т ­
ношения" - приятельские, добрососедские, иногда даже
н е й т р а л ь н ы е , и и с к р у в о з м о ж н о й (а по
тем,
эмигрант­
ским, в р е м е н а м и о б с т о я т е л ь с т в а м , пожалуй, и невозмо­
жной) о б щ н о с т и и с к а л а и п ы т а л а с ь н а й т и д а л е к о не в
п е р в о м встречном.
О д н а к о с о в р е м е н н о е ей н е с о о т в е т с т в и е о т з ы в а - з о ­
ву, о т к л и к а - оклику, у п о д о б л я в ш е е ее музы к а н т у ,
иг­
р а ю щ е м у (за р е д ч а й ш и м и и с к л ю ч е н и я м и ) для глухих,
и ли
туг о у х и х , и л и и н а к о с л ы ш а щ и х , з а с т а в л я в ш е е
ее
пи с а т ь
"дл я с е бя" и л и о б р а щ а т ь с я к еще не р о д и в ш е м у с я
собе­
седнику, м у ч и л о ее и п о д в и г а л о на
постоянные
поиски
д у ш и ж и в о й и р о д с т в е н н о й ей.
И ч у д о с вершил о с ь : 27 и ю л я
1922
года
почтальон
п р и н е с на Т р а у т е н а у ш т р а с с е , 9,
еще
одно
письмо
от
Э р е н б у р г а - из Б и н г - а м - Р ю г е н а ; "еще одно", п о т о м у что
И л ь я Г р и г о р ь е в и ч и М а р и н а п и с а л и д р у г д р у г у ча с т о
по
д в а - т р и р а з а в неделю, он - п р о д о л ж а я и на р а с с т о я н и и
в ы п о л н я т ь сво и " о п е к у н с к и е о б я з а н н о с т и " по
отношению
к ней,
а она - " о т ч и т ы в а я с ь " в с в о и х д е л а х и
замыс­
лах.
Н а этот раз к о н в е р т о к а з а л с я к у д а
бо л е е
тяжелым
на вес, ч е м обычно. М а р ина, как в с е г д а аккуратно»вскры­
ла
его л ю б и м ы м р а з р е з а т е л ь н ы м н о ж о м в в и д е м и н и а т ю р ­
н ой шп аг и , в д а в н и е годы п о д а р е н н ы м Сережей,
достала
н е с к о л ь к о л и с т к о в с е р о в а т о й бумаги, и с п и с а н н ы х н е з н а ­
комым, н а к л онным, п е т я щ и м п о черком, и Э р е н б у р г о в у с о ­
п р о в о д и т е л ь н у ю записочку:
" Д о р о г а я М а рин а , ш л ю В а м п и с ь м о П а с т е р н а к а . П о его
п р о с ь б е п р о ч е л это п и с ь м о и р а д у ю с ь за него.
Радуюсь
т а к ж е и за Вас - В ы вед ь з н а е т е , к а к я в о с п р и н и м а ю П а с ­
тернака.
Ж д у о ч ень В а ш и х с тихов и писем!
Не ж н о Ваш
Эренбург"
"Восп р и н и м а ю ! - с к а з а л а М а р и н а
с усмешкой. - Мы
его л ю б и м - а' он нас воспринимает!" - и п р и н я л а с ь
за
ч т е н и е п а с т е р н а к о в с к о г о письма:

106

"ІА. VI,

22. Москва.
Д о р о г а я М а р и н а Ивановна!

С е й ч а с я с д р о ж ь ю в го л о с е стал ч и т а т ь б р а т у
Ва­
ше - "Знаю, у м р у на заре, на к о т о р о й из д в у х " - и был,
как чужим, пе р е б и т в о л н о ю п о д к а т ы в а в ш е г о к г о р л у
ры­
дания, н а к о н е ц про р в а в ш е г о с я , и к о г д а я п е р е в е л
свои
п о п ы т к и с этого с т и х о т в о р е н и я на "Я р а с с к а ж у теб е п ро
в е л и к и й обман", я был так же то ч н о В а м и
о тброшен,
и
к о г д а я п е ренес и х на " В е р с т ы и в е р с т ы и в е р с т ы и ч е р ­
с т вый хлеб", - с л у ч и л о с ь то ж е самое.
В ы - не ребенок, дорогой,
золотой,
несравненный
м ой поэт, и, надеюсь, п о н имаете, что это в н а ш и д н и
означает, при обилии по э т о в и п о э т е с с не т о л ь к о
тех,
о к о т о р ы х в е д о м о л и ш ь профсоюзу, при о б и л и и не и м а ж и ­
нистов только, но при обилии д а ж е н е о п о р о ч е н н ы х д а ­
рований, п о д о б н ы х М а я к о в с к о м у , А х м а т о в о й .
Простите, простите, простите!
Как м о г л о случиться, что, п л е т я с ь в м е с т е
с Вами
с л е д о м за г р о б о м Т а т ь я н ы Ф е о д о р о в н ы [ С к р я б и н о й ] ,я не
знал, с к е м р я д о м иду?
Как м о г л о случиться, что, слушав и сл ы ш а в Вас н е ­
однократно, я о п л о ш а л и р а з м и н у л с я с В а ш е й
верстовой
С у и н б е р н и а д о й (и если В ы д а ж е èro не
знаете,
моего
кумира, - он д о ш е л д о Вас через п о б о ч н ы е
влиянья,
и
ему воль н о в Вас, р о д н а я М а р и н а И в а н о в н а , как
когдато Б а й р о н у было
вольно
в Лермонтове,
как - Р о с с и и
вольно в Р и л ь к е ) .
Как с т р анно и глупо к р о и т с я жизнь! М е с я ц
назад я
мог д о с т а т ь Вас со с та ш а г о в и с у щ е с т в о в а л и у ж е " В е р ­
сты", и была на свете та к н и ж н а я л а в к а в у р о в е н ь с п а ­
нелью, без порога, к у д а сда л а м е н я л е н и в а я в о л н а т е п ­
л о г о п л о и в ш е г о с я асфальта! И мне не с т ы д н о п р и з н а т ь с я
в этой с в оей п р и в е р ж е н н о с т и
самым
скверным
порокам
обывательства: к н и г и не п о к у п а е ш ь потому, что ее м о ж ­
но купить!!! И так - простите, п р о с т и т е ! " . . .
Письмо было большое, с т р о й н о е в с в о е й с б и в ч и в о с т и ,
напи с а н н о е залпом, на о д н о м в о с т о р ж е н н о м д ы х а н и и - на
том самом, к о т о р о е было и М а р и н и н ы м д ы х а н и е м , - н а п и 107

с а н н о е не собратом, а - б р а т о м по перу. Б р а т о м , не у з ­
н а н н ы м ею и о с т а в л е н н ы м т а м , о т к у д а она т о л ь к о что у е х а ­
ла;
б р о ш е н н ы м ею и т я н у щ и м к ней руки;
братом, к о ­
т о р о г о о на с ама " м е с я ц н а з а д м о г л а д о с т а т ь со ста ш а ­
гов" и м е ж д у к о т о р ы м и ею с тех пор
бездна
разверз­
л а с ь и г р а н и ц а пролегла.
М а р и н а о т в е т и л а не сразу, д а в П а с т е р н а к о в с к о й в е ­
с ти " о с т ы т ь в себе" (это - при о б ы ч н о й м о л н и е н о с н о с т и
ее э п и с т о л я р н ы х рип о с т о в ! ) , и не так вглубь,
как
ей
это был о присуще; в с в о е м о т в е т е в с п о м н и л а о б с т о я т е л ь ­
с т в а и х с л у ч а й н ы х м о с к о в с к и х встреч, сами в с т р е ч и , д а ­
ж е слова, к о т о р ы м и о б а они о б м е н я л и с ь
( М аринина
па­
м я т ь - цепкая, зоркая, долгая, был а одн о й из
г раней
ее д а р о в а н и я ) , п р и з н а л а с ь , что то л ь к о
"раз
слышала
В ас с эстрады, Вы т о г д а с п л о ш ь забывали",
что
книг
его не видела, а п р о ч л а все г о л и ш ь п я т ь - ш е с т ь его с т и ­
х о т в о р е н и й , не более. К у п о м и н а н и ю о в о з м о ж н о с т и с к о ­
рого приезда Пастернака в Берлин отнеслась приветливо­
с д е р жанно:
"Напишите, как д е л а с о т ъ е з д о м ? П о - н а с т о ­
я щ е м у л и (во в н е ш н е м м и р е виз, анкет,
миллиардов ) едете?.. Ж м у В ашу руку. - Ж д у В а ш е й к н и г и и Вас. М Ц . "
М а р и н и н а с д е р ж а н н о с т ь был а от
оглушенности
этим
г о л о с о м - п о ч т и что своим; от немыслимости и м е н н о э т о ­
го г о л о с а среди прочих, в о к р у г нее звучавших; от
на­
сущной потребности
удостовериться
в неподдельности
его, в с в о е й п о д в л а с т н о с т и и л и
неподвластности
ему;
от
н е о б х о д и м о с т и д а т ь ему срок - расс е я т ь с я , если он
- н а в а ж д е н и е ("аминь, р а с с ы п ь с я ! " ) , и л и у г н е з д и т ь с я и
у к р е п и т ь с я в ее душе, если он - правда.
В ее от ъ е з д е из Б е р л и н а н а к а н у н е п р и б ы т и я т у д а П а ­
с т е р н а к а было н е чт о с х о ж е е с б е г с т в о м н и м ф ы от А п о л л о ­
на, н е ч т о м и ф о л о г и ч е с к о е и не от м и р а сего - п р и
всей
н е с о м н е н н о й р а з у м н о с т и р е ш е н и я и поступка, и бо в Ч е х и ю
с л е д о в а л о ехать до н а с т у п л е н и я осени, ч т о б ы у с т р о и т ь с я
и п р и с п о с о б и т ь с я в п р е д с т о я щ е й д е р е в н е прежде, чем н а ­
с т у п и т зима, в с е г д а т р у д н а я д л я вно в ь п р и б ы в ш и х , д а ж е в
г о р о д с к и х условиях.
А м о ж е т быть, то был - не м е н е е
мифологический б ег с у ж е р а с п о з н а н н ы м , у ж е д о с т о в е р н ы м
сокровищем
в
руках, п р и с в о е н и е его, умык а н и е ,
нежелание
разделять

108

его со в с еми в б е з в о з д у ш н о м
пространстве, окружающем
столики " П р а г е р д и л е " ; та бо я з н ь п о с т о р о н н и х г л а з , с г л а ­
зу, ко т о р ы е с т оль б ы л и п р и с у щ и М а р и н е с
ее
стремле­
ние м и п р и в е р ж е н н о с т ь ю к тайне о б л а д а н и я
сокр о в и щ е м :
будь оно книгой, к у с к о м природы, п и с ь м о м - и л и
душой
ч е л овеческой... Ибо б ы л а М а р и н а в е л и к о й с о б с т в е н н и ц е й
в мире н е м а т е р и а л ь н ы х ценно с т е й , в к о т о р о м не т е р п е л а
с о в л а д е л ь ц е в и с о гл я д а т а е в . . .
Так и ли иначе, ее "жду Вас" о к а з а л о с ь
абсолютной
п о э т и ч е с к о й в о л ь н о с т ь ю в 1922 году - и а б с о л ю т н о й ч е ­
л о в е ч е с к о й п р а в д о й на д о л г и е п о с л е д у ю щ и е годы.
Отношения, з а в я з а в ш и е с я м е ж д у о б о и м и поэтами,
не
и м е л и и не и м е ю т себе п о д о б н ы х - они у н и к а л ь н ы .
Д в а ч е л о в е к а - он и она! - р а в н о в о з р а с т н ы х , р а в н о ­
м о щ н ы х во в р о ж д е н н о м и и з б р а н н о м (нап е р е к ор в н у ш а в ш е й ­
ся им музыке, н а п е р е к о р и з о б р а з и т е л ь н о с т и
окружавших
их искусств!) п о э т и ч е с к о м призвании, р а в н о я з ы к и х , ж и ­
в у щ и х бок о бок в одн о и то ж е время, в о д н о м и т о м
ж е городе и в н ем э п и з о д и ч е с к и
встречающихся,
обре­
тают д р у г д р у г а л и ш ь в н е п о п р а в и м о й разлу ке ,
лишь
в
п и с ь м а х и стихах, как в с а м о м к р е п к о м из з е м н ы х
объ­
яти й .
Это была н а с т о я щ а я дружба, п о д л и н н о е
содружество
и и с т и н н а я любовь, и письма, в м е с т и в ш и е и х , я в л я ю т с о ­
бой не только п о д р о б н у ю и н а с т е ж ь р а с п а х н у т у ю и с т о р и ю
отношений, дел, д н е й с а м и х п и с а в ш и х , н о и автопортре.
их, без п р и крас и и с к а ж е н и й .
Не знаю, все л и п и с ь м а П а с т е р н а к а был и
привезены
М а р и н о й в С о в е т с к и й Союз в 1939 году ( б е р е г л а - все,
все, в к л ючая о б е р т к и от п р и с ы л а в ш и х с я и м б а н д е р о л е й ) ,
но при в е з е н н ы е - с о х р а н и л и с ь , без п о т е р ь и у т е ч е к , п о ­
тому что н и чьи п о с т о р о н н и е руки, н и ч ь е л ю б о п ы т с т в о , н е ­
брежность, к о р ы с т ь не к о с н у л и с ь и х за три с п о л о в и н о й
д есятилетия.
П а с т е р н а к р а с с к а з а л в с в о и х в о с п о м и н а н и я х об у т р а ­
те в годы в о й н ы ч а с т и ц в е т а е в с к и х писем. О д н а к о с н е ­
к о т о р ы х из них в свое в р е м я были с н я т ы к о п и и к о г д а т о ш н и м п р и я т е л е м П а с т е р н а к а и Асеев а , в р а н н ю ю с в о ю п о р у
поэтом, А .Крученых, который, без в е д о м а Б о р и с а Л е о н и ­
довича, ш и р о к о с н а б ж а л
этими
машинописными
копиями

109

разномастных
коллекционеров;
обросшие
опечатками и
и з о б и л у ю щ и е п р о п у с к а м и с п и с к и эти ц и р к у л и р у ю т д о сих
пор.
К р о м е того, ч е р н о в и к и и н а б р о с к и м н о г и х М а р и н и н ы х
п и с е м с о х р а н и л и с ь в ее т е т р а д я х - в ее архиве.
Переписка Марины Цветаевой с Борисом
Пастернаком
д л и л а с ь с 1922 по 1935 - 1936 годы, д о с т и г н у в
апогея
в д в а д ц а т ы е годы, п о т о м п о с т е п е н н о с х о д я на нет . И з р а ­
з н о в р е м е н н о п р е д п о л а г а в ш и х с я в с т р е ч не с о с т о я л а с ь
ни
одна; в с т р е т и л и с ь
- негаданно
и неудачно - в июне
1935-го, к о г д а Б о р и с Л е о н и д о в и ч п р и е х а л в П а р и ж на М е ­
ж д у н а р о д н ы й к о н г р е с с з а щ и т ы к у л ь т у р ы от фашиз м а ; п р и ­
е х а л он у же п о с л е о т к р ы т и я к о н г ресса, больной, в глу­
бокой депрессии, вызванной событиями и переменами
в
л и ч н о й жизни, по с а м у ю м а к о в к у п о г р у ж е н н ы й в эти
со­
бытия, среди которы х , как п о ч у я л о с ь М а р ине, м е с т а для
н е е не о ставалось. Е г о о т ч у ж д е н н о с т ь , его
околдованн о с т ь не ею п о т р я с л и и г л у б о ч а й ш е р а н и л и е е , т е м более,
ч т о ее з а о ч ность с П а с т е р н а к о м был а
единственным
ее
о п л о т о м и у б е ж и щ е м от р е а л ь н ы х н е у д а ч и о б и д
послед­
н и х л е т эмиграции.
В д а л ь н е й ш е м , по в о з в р а щ е н и и М а р и н ы в С С С Р , о н а в и ­
д алась с Борисом Леонидовичем достаточно часто,он мно­
го и у с е р д н о п о м о г а л ей и п о д д е р ж и в а л ее,но
с заобл а ч н о с т ь ю их д р у ж б ы было покончено:
однажды
сойдя с
т а к о й высоты, в т о р и ч н о п о д н я т ь с я на нее
невозможно,
к ак н е в о з м о ж н о д в а ж д ы в о й т и в одн у и ту ж е реку.
В л и я н и е на т в о р ч е с т в о Ц в е т а е в о й ее п е р е п и с к и с П а ­
с т е р н а к о м было с т о л ь ж е зна ч и т е л ь н ы м , ско л ь с в о е о б ы ч ­
ным, и б о в л и я н и е э то в ы р а ж а л о с ь не в с т е п е н и п р и с в о е ­
ния, п о г л о щ е н и я о д н о й л и ч н о с т и - другою, не в той и ли
и н о й м е р е "ассим и л я ц и и " , нет, в ы я в л я л о с ь оно
в опре­
делившейся нацеленности Марининой творческой
самоот­
д а ч и - с а м о отдачи, о б р е т ш е й к о н к р е т н о г о адресата.
Не говоря о д в у х п р о з а и ч е с к и х
вещах - "Световой
л и в е н ь " и "Эпос и л и р и к а с б в р е м е н н о й Р о с с и и " , и з к о т о ­
рых вторая относится в равной степени и к Маяковскому,
- стихотворений, посвященных Мариной
П а с т е р н а к у или
н е п о с р е д с т в е н н о и м в д о х н о в л е н н ы х , не так у ж много: не
м е н ьше, пожалуй, п о с в я т и л а она и х А х м а т о в о й , и л и Блоку,

110

и л и Иксу, или Игреку, п о с вятила, не н а д е я с ь на т о , ч т о
голос ее д о с т и г н е т и х слуха. Но зато в с е , ч т о был о с о ­
здано ею в д в а д ц а т ы е годы и в н а ч а л е т р и д ц а т ы х , в п о р у
ее т в о р ч е с к о й з р е л о с т и и щедро с т и , к е м бы и ч е м б ы ни
в д о х н о в л я л о с ь это с о з д анное, - все это,
от с е р д ц а
к
сердцу, было направ л е н о , н а ц е л е н о на П а с т е р н а к а , ф о к у ­
си р о в а н о на него, о б р а щ е н о к нему.
В н ем она о б рел а ту слуховую прорву ,к о т о р а я е д и н ­
ст в е н н о в м е щ а л а ее с той ж е н е н а с ы т и м о с т ь ю ,
с какой
она творила, жила, чувс т в о в а л а .
П а с т е р н а к л ю б и л ее, понимал,
никогда
не
судил,
хвалил - и возведенная
циклопической
кладкой
стена
его х в а л ы о г р а ж д а л а ее от н е с о в м е с т и м о с т и
с окружа­
ющим, от н е у м е с т н о с т и в о к р у ж а ю щ е м . . . М а р и н е ж е
по­
хвала была необходима, и н а ч е о н а з а ч а х л а б ы
от а в и т а ­
м и н о з а недолюб л е н н о с т и , н е д о п о н я т о с т и
или взорвалась
бы от своей н е с о р а з м е р н о с т и аршину, н а к о т о р ы й м е р и л а
ее ч и т ающая и к р и т и к у ю щ а я эмиграция. (Не о н е с к о л ь к и х
б л и з к и х и в е р н ы х речь, разу м е е т с я . )
У с у г у б и в ш а я с я в тот п е р и о д у с л о ж н е н н о с т ь
ее п о э ­
т и ч е с к о г о я з ы к а (нынче, в с е м и д е с я т ы е годы,
внятного
и "мас с о в о м у " читателю, но т р у д н о д о с т у п н о г о " и з б р а н ­
ному" ч и т а т е л ю д в а д ц а т ы х годов) тоже о т ч а с т и о б ъ я с н я ­
ется М а р и н и н о й н а п р а в л е н н о с т ь ю на П а с т е р н а к а :
речь,
п о н я т н а я двоим, з а ш и ф р о в а н н а я д л я прочих! И б о д л я о с ­
в о и в ш и х ч е т ы р е правила а р и ф м е т и к и до п о р ы до
времени
остается зашифрованной высшая математика...
Вот что п и шет М а р и н е о п о э з и и в о д н о м из с в о и х п и ­
с е м 1922 года П а с т е р н а к п е р и о д а
"высшей
математики"
своего с о б с т в е н н о г о т ворчества:
"Я знаю - Вы с н е м е н ь ш е й страстью, ч е м я , л ю б и т е с к а ж е м д л я к о р о т к о с т и - поэзию. Вот что я п о д
этим
разумею.
Я больше в с его на све т е (и, мож е т б ы т ь , э т о - е д и н ­
ст в е н н а я моя любовь ) - л ю б л ю пр а в д у ж и з н и в т о м ее в и ­
де, к а к о й она на одн о м г н о в е н ь е е с т е с т в е н н о п р и н и м а е т
у с а мо го ж е р л а х у д о ж е с т в е н н ы х форм, ч т о б ы в с л е д у ю щ е е
ж е в н и х и с ч е знуть. Т е л о д в и ж е н и е это ж и з н и не н а в я з а ­
но со стороны. Б и р м а н с к и й л е с
по
собственной
своей
о х оте л е з е т в эту топку. Не над о о б м а н ы в а т ь с я : в е р о я -

TI1

тно, м ы о д н о с т о р о н н и . В е с ь м а в озможно, что ж и з н ь р а з ­
б р е д а е т с я по с т о р о н а м и что ее п о т о к о б р а з у е т дельту.
Нам, с д о с к о н а л ь н о й б о л ь ю з н а ю щ и м
одн о из ее к о ­
лен, п о з в о л и т е л ь н о п р е д с т а в и т ь себе у с т ь е
именно
в
э т о м ее изгибе. И на л ю б о м ее в е р х о в ь е , н и ч е г о не з на­
ю щ е м о море, можно, за к р ы в глаза, при к р а й н е й
сверх­
ч е л о в е ч е с к о й в н и м а т е л ь н о с т и к тон у ее ток а и п л а с т и к е
ее плеска, п р е д с т а в и т ь себе, что с н ей
когда-нибудь
будет, и, с л е д о в а т е л ь н о , к а к о в а ее с у щ н о с т ь и сейчас".
И, п е р е х о д я от дельт, п о т о к о в и у с т ь е в
поэзии
к
ее б е р л и н с к и м ч аст н о с т я м , к ее т о т ч а с ж е
за р у б е ж о м
возникшей раздробленности и определившемуся
мелково­
дью, д об а в л я е т :
"Я был о ч е н ь о г о р ч е н и обе с к у р а ж е н , не з астав Вас
в Берлине. Р а с с т а в а я с ь с М а я к о в с к и м , Асеев ы м ,
Кузмин ы м и н е к о т о р ы м и други м и , я в той же л и н и и и в том же
д у х е р а с с ч и т ы в а л на в с т р е ч у с Вам и и с Белым.
О д н а к о р а з о ч а р о в а н и е на Ваш сче т - и с т и н н о е
еще
с ч а с т ь е п р отив р а з о ч а р о в а н и я Белым. З д е с ь все
перес­
сорились, н а й д я в п е р е с е ч е н и и п р о и з в о л ь н о
полемичес­
к и х и т е а т р а л ь н о п р и п о д н я т ы х к о п и й ф и кцию, з а м е н я ю щ у ю
о т с у т с т в у ю щ и й пред м е т . К а з а л о с ь бы, над о у в а ж а т ь д р у г
д р у г а в с е м ч л е н а м э т о й артели, д о в о л ь с т в у я с ь в з а и м н ы м
н е д о в о л ь с т в о м , - без к о т о р о г о ф и к ц и и бы не было. П о с ­
л е д о в а т е л ь н о с т и это й я не в с т р е т и л д а ж е в Белом"...
М а р и н а н а х о д и л а с ь у ж е в Чехии, и н а д е ж д ы на н е м е д ­
ленную встречу с Борисом Леонидовичем - просто
снять­
ся с м е с т а и п о е х а т ь н а л е г к е и н а к о р о т к о в Б е р л и н - у
не е не было;
и з - з а того, что н е к о м у был о
" н а ж а т ь на
и н с т а н ц и и " д л я п о л у ч е н и я визы; и з - з а того, что п о д о б ­
на я п о е з д к а б ыла не по карману, а г л а в н о е - не по ч у в ­
с т в у о т в е т с т в е н н о с т и п е р е д б л и з к и м и за с о д е р ж и м о е э т о ­
го т о щ е г о к армана! (Вс е в Ч е х и и о к а з а л о с ь не по к а р м а ­
ну, к р о м е о к р у ж а ю щ е й п р а ж с к и е приго р о д ы , д е й с т в и т е л ь ­
но п р е л е с т н о й прир о д ы . . . )
Но это был а внешняя, так с к а з а т ь бытовая, ст о р о н а
н е в о з м о ж н о с т и . М а р и н е с ее э н е р г и е й и в о л е й к борьбе,
м о ж е т быть, у д а л о с ь бы п р е о д о л е т ь
э ту нев о з м о ж н о с т ь ,
б у д ь о на у б е ж д е н а в н е о б х о д и м о с т и в с т р е ч и , в св о е й в н у ­
т р е н н е й г о т о в н о с т и к ней. Е с л и бы в т а й н е
не
страши­
л а с ь ее.

112

И с тре в о ж н о й верой, с т р е в о ж н ы м в о с т о р г о м М а р и н а
принимает предложение Пастернака, романтическое и н е ­
сбыточное, в с т р е т и т ь с я в В е й м а р е , п о д
сенью обожаемого
о б о и м и Гете, - в мае 1925 года. " . . . A т е п е р ь о В е й м а ­
ре: Пастернак, не ш у т и т е ! Я буд у жит ь э т и м все д в а г о д а
напролет. И если за эти г о д ы у м р у
(- не умру! ),
это
будет м о е й п р е д п о с л е д н е й мыслью. Вы не ш у т и т е только.
Я себя знаю. Пастер н а к , я се й ч а с в о з в р а щ а л а с ь
черной
п р о с е л о ч н о й д о р о гой . . . - ш л а ощупью: грязь, ямы, т е м ­
ные ф о н а р н ы е столбы. П а с тернак, я с т а к о й с и л о й д у м а ­
ла о Вас - нет, не о Вас - о себ е без В а с , о б э т и х ф о ­
н а рях и д о р о г а х без Вас, - ах, П а с т е р н а к ,
ведь
ноги
миллиарды верст пройдут, п о к а м ы встр е т и м с я !
...Два
года р о с т а впереди, д о В е й м а р а . (Вдруг - п о безумному! - н а ч и н а ю верить! ) М н е х о ч е т с я д а т ь В а м о д ­
но обещание, д а ю его безмолвно:
буд у п р и с ы л а т ь
Вам
стихи и все, что у м е н я б у д е т в ж и з н и " . . .
Из д в у х н а з н а ч е н н ы х л е т п р о х о д и т год
- огромный
год
"жизни, как о на есть", во все й ее р а с т в о р я ю щ е й с я
п о в с е д н е в н о с т и и ка л е н д а р н о с т и , со в с е м и ее заботами,
досадами, радостями, дождя м и , р а дугами, б е с с о н н и ц а м и ,
недораз у м е н и я м и , н о в ы м и з н а к о м с т в а м и , с т а р ы м и спорами,
ш у м я щ и м и примусами, - о г р о м н ы й год т в о р ч е с т в а в п о т о ­
ке ж и з н и и нап е р е к о р ему - год п е р е п и с к и с П а с т е р н а ­
ком, год н а р а с т а н и я
это й
титанической,
поэтической
страсти, страсти " п о в е р х бар ь е р о в " . . .
"14. 6. 1924. Ма р и н а , з о л о т о й мой д р у г , и з у м и т е л ь ­
ное, с в е р х ъ е с т е с т в е н н о р о д н о е п р е д н а з н а ч е н ь е , у т р е н н я я
д ы м я щ а я с я моя душа, М а р и н а . . . За что
я ненавижу
их
[письма]. Ах, Марина, они н е в н и м а т е л ь н ы к г л а в н о м у . Т о ­
го, что утомляет, у т о м и т е л ь н о й долготы л ю б о в а н ь я
они
не передают. А это - сам о е п о р а з и т е л ь н о е .
С к в о з ь о б и х о д п р о п у с к а е т с я ток, с л о в н о как с к в о з ь
воду. И все пол я р и з у е т с я . . . И к о г д а с ж и м а е т с я сердце,
- о, э та сжато с т ь сердца, М а р и н а ! . . И н а с к о л ь к о
наша
она, э та сжатость, - ведь она н а с к в о з ь стилистическая!
Это - электриче с т в о , как основной стиль в с е л е н н о й ,
стиль тв о р е н ь я на м и н у т у п р о н о с и т с я п е р е д
человечес­
кой душой, г о т овый ее п р и н я т ь в с в о ю во л н у . . . а с с и м и ­
л и р о вать, уподобить !
113

И вот она, з а р я ж е н н а я с с а м о г о р о ж д е н и я и н е й т р а ­
л и з ующаяся почти всегда в отрочестве, и только в ред­
к и х с л у ч а я х б о л ь ш о г о д а р а (таланта) еще с о х р а н я ю щ а я с я
в з р е лости, но и то д е й с т в у ю щ а я с пере р ы в а м и , и ча с т о
по и н е рции, п е р е б и в а е м а я р и т о р и ч е с к и м т р е с к о м
самос­
т о я т е л ь н ы х м а х о в ы х д в и ж е н и й (неутомляющих мыслей, п о ­
рывов, " л ю б я щ и х " писем, в т о р и ч н ы х поз) - вот она
за­
р я ж а е т с я вновь, насвежо, и опя т ь мир
превращается
в
п о л я р и з о в а н н у ю баню, где
на
одном
кон ц е - п и т а ю щ и й
п р и т о к . . .времен и мест, в о с х о д я щ и х и з а х о д я щ и х солнц,
воспоминаний и
полаг а н и й , - на д р у г о м - бесконечно­
малая, как о т т и с к п а л ь ц а в сердце, к о г д а оно п о к а л ы ­
вает, щ е м я щ а я п р е л е с т ь искры, ушедшей в воду...
...Какие у д и в и т е л ь н ы е с т и х и Вы пишите! Как больно,
что с е й ч а с Вы б о л ь ш е м е н я ! В о о б щ е - В ы - в о з м у т и т е л ь н о
б о л ь ш о й поэт. Г о в о р я о щ е м я щ е - м а л о й , н е у л о в и м о
элек­
т р и з у ю щ е й прелести, об искре, о л ю б в и - я г о ворил
об
этом. Я т о ч н о это знаю.
Но в о д н о м с л о в е эт о г о не выразить, в ы р а ж а т ь
при
п о м о щ и м н о г и х - мерзость.
В о т с к в е р н о е с т и х о т в о р е н и е 1915
года из " Б а р ь е ­
ров " :
Я л ю б л ю тебя ч е р н о й от сажи
С о ж и г а н ь я п а ссажей, в золе
О т п ы л а в ш и х ан д а н т и ад а ж и й
С б е л ы м п е п л о м б а л л а д на челе,
С з а с к о р у з л о й от м у з ы к и к о р к о й
На поденной душе, в д а л е к е
Н е у м е л о й толпы, как шахте р к у ,
П р о в о д я щ у ю д е н ь в руднике.
О письмо, письмо, д о б а л т ы в а й с я ! С е й ч а с
тебя
от­
правят. Но вот еще н е с к о л ь к о слов от себя:
Л ю б и т ь Вас так, к ак надо, м н е не д а д у т , и в с е х п р е ­
жде, конечно, - Вы. О, к а к я Вас л ю б л ю , М а р и н а ! Так в о ­
льно, т ак прир о ж д е н н о , так о б о г а щ а ю щ е ясно. Так с р у ­
ки это душе, н и ч е г о нет л е г ч е ! . .
В ы видите, как час т о я з а ч е р к и в а ю ? Это о т т о г о , ч т о
я с т а р а ю с ь п и с а т ь с п о д л и н н и к а . О, как
меня
на под114

линник тянет! Как х о ч е т с я жизни с Вами! И , п р е ж д е в с е ­
го, той ее части, к о т о р а я н а з ы в а е т с я р а б о т о й , ростом,
в д о х н о веньем, познаньем. Пора, д а в н о п о р а за
нее.
Я
черт знает сколько у ж е н и ч е г о не п и с а л , и с т и х и п и с а т ь
н а в е р н о е разучился.
М е ж д у п р о ч и м я Ваш и тут читал. "Цве т а е в у , Ц в е т а е ­
ву!" - к р и ч а л а аудитория, т р е б у я п р о д о л ж е н и я . ..
...А п о т о м будет л е т о н а ш е й встречи. Я л ю б л ю
его
за то, что это буд е т в с т р е ч а со знающей
силой, т. е.
то,что мне ближе вс е г о , и что я то л ь к о в м у з ы к е встр е ч а л ,
в жизни же не вст р е ч а л н и к о г д а . .. И вот
опять письмо
ниче г о не говорит. А м о ж е т быт ь д а ж е о но
Ваши
стихи
р а с с к а з ы в а е т свои м и словами. - Ка к и е
о ни
превосход­
ные!"...
"...Я буду тер пелива, - п и ш е т М а р и н а , - и
свида­
ния буду ждать, как смерти. О т с ю д а мое:
Терпели в о , как щ е б е н ь бьют,
Терпели в о , как с м е р т и ждут,
Терпели в о , к ак в е с т и зреют,
Терпел и в о , как м е с т ь л е л е ю т Буд у ж д а т ь тебя (пальцы в ж г у т Так М о н а р х и н и ж д е т н а л о ж н и к ) ,
Терпеливо, к ак р и ф м у ждут,
Терпели в о , как р у к и гложут
Буд у ж д а т ь тебя...
...Нужно быть т е р п еливым, в е л и к о д у ш н ы м , п о ж а л у й старше возраста. Т о л ь к о с тарик (тот, к о м у
ничего
не
нужно) у м е е т взять, п р и н я т ь все,
т. е. д а т ь д р у г о м у
в о з м о ж н о с т ь быть, п риняв - и з б ы т о к . . .
Ваше п р и з н а н и е меня, поэта, д о
меня
доходит - я
же не о т крещиваюсь . В ы - поэт,
В ы в и д и т е - будущее.
Х в алу с е г о д н я ш н е м у д н ю (делу) я о т н о ш у за
сче т
зав­
трашнего. Раз Вы в и д и т е - это
есть,
следовательно будет.
Н и чья х в а л а и нич ь е п р и з н а н ь е м не не нужны, к р о м е
Вашего. О, не бо й т е с ь м о и х б е з м е р н ы х слов,
их вина в

115

том, ч то о ни еще слова, т. е. не м о г у т еще быть т о л ь ­
ко чув с т в а м и .
. . .Я о ч е н ь спокойна. Н и к а к о й л и х о р а д к и . Я б л а ж е н ­
но п р о в о ж у свои д н и . В п е р в ы й раз в ж и з н и
не
чары, а
знание. В ы в мире д о к а з а н ы по м и м о меня.
О, не п р е в ы ш е н и е прав и не у п о к о е н и е в себе! К р о ­
ме Э л и з и у м а д у х а есть еще ч е ш с к и й лес, с т р о стинками,
с х в о р о с т и н к а м и , с ш е р с т и н к а м и п т и ц и зайцев, - л б о м
в Элиз иум, н о г а м и на ч е ш с к о й земле.
Поэтому
покойно
т о л ь к о мое главенс т в у ю щ е е . А н о г а м - д л я того,
чтобы
и д т и к В а м - н у ж н а рука, п р о т я н у т а я
навстречу.
Хочу
В а ш и х писем: п р о т я н у т о й В а ш е й руки...
Ч то до ’’ж и з н и с Вами"... - И с к о н н а я и п о л н а я н е с п о с о б н о с т ь "ж и т ь с ч е л о в е ­
ком", ж и в я им: жить им, ж и в я с ним.
К ак ж и т ь с д у ш о й - в квартире? В л е с у м о ж е т
быть
- да. В в а г о н е м о ж е т быть - д а (но у ж е п од сомнением,
и бо - I класс, II класс,
III
класс,
причем
тре т и й
к л асс в о в с е не л у ч ш е первого, как и
первый
кла с с т р е тьего, а х уже в с е х - в т о р о й
класс.
Ужасен - раз­
ряд.)
Ж и т ь (сосущест в о в а т ь ) "с ним",
живя
"им" - могу
т о л ь к о во сне. И - чудно. С о в е р ш е н н о так ж е , к а к в с в о ­
ей т е т р ади...
. . . Д у м а ю , ч т о из у п о р с т в а н и к о г д а не ска ж у В а м т о ­
го слова. Из у п о рс т в а . Из суеверия. (Самого
пустого,
и б о в м е щ а е т все, с а м о г о страшного, по с л е к о т о р о г о все
начи н а е т с я , то есть - к о н ч а е т с я . ) Его м о ж н о
произно­
сить по пустякам, к о г д а оно з а в е д о м о - гипербола. М н е
- В а м - нет.
...На м о е й горе р а с т е т м о ж ж е в е л ь н и к . К а ж д ы й
раз,
сойдя, я о н е м забываю, к а ж д ы й раз, всходя, я его п у ­
гаюсь: человек! пото,м радую с ь : кус т !З а д у м ы в а ю с ь о Вас
и, к о г д а п р и х о ж у в себ& - его нет, позади,
миновала.
Я его еще ни р а з у б л и з к о не видела. И думаю, что
это
- В ы " ...
В 1924 году П а с т е р н а к с о о б щ а е т М а р и н е о р о ж д е н и и
сына, - и она п о з д р а в л я е т - п е р в е н е ц !" П е р в е н е ц - в с е г ­
д а единственный, с к о л ь к о б ы
б р а т ь е в у него ни было!"
- и р а д у е т с я его и мени, д л я щ е м у и м я
матери: Евгения,

116

Евгений! - н е с м о т р я
на
то, что действенно не л ю б и л а
имен с о к о н ч а н и е м на "ий", н а х о д я и х н е д о с т а т о ч н о м у ж ­
скими,
м у ж е с т венны м и . За и с к л ю ч е н и е м и м е н и
Георгий
(мужественного, п о т о м у что П о б е д о н о с е ц ! ) - к а к о в ы м и
н а р екла с о б с т в е н н о г о сына, р о д и в ш е г о с я в 1925 году.
"Борис, родной! Не з н а ю , д о ш л о л и д о Вас м о е п и с ь ­
мо, д а в н и ш н е е . .. Д л и т е л ь н о с т ь м о л ч а н и я м е ж д у нам и р а в ­
на толь к о д л и т е л ь н о с т и отзвука, в е р н е е - все п е р е р ы в ы
н а п о л н е н ы отзвуком. К а ж д о г о В а ш е г о п и с ь м а (всегда п о ­
следнего!) х в а т а е т ров н о до след у ю щ е г о . П ри ч а с т о й п е ­
р е п и с к е п о л у ч и л о с ь бы неч т о вр о д е с п л о ш н о г о с е р д е ч н о ­
го перебоя. Сила у д а р а р а в н а д л и т е л ь н о с т и его д е й с т ­
вия - есть л и такой за к о н
в физике? Если
нет - все
равно е с т ь ...
Борис, если не д о л е т е л о - п о в т о р я ю вкратце: в ф е в ­
рале я ж д у сын а . . . Я В а м его п освящаю, как д р е в н и е п о ­
свящали с в оих д е т е й - божеств у " . . .
Но и м е н е м " б о ж е с т в а " сын а о на не нарекла.
"Назовя м а л ь ч и к а Б орисом, я бы э т и м
самым
ввела
Б о р и с а П а с т е р н а к а в семью, с д е л а л а бы его
чем-то об­
щим, п р и р у ч и л а бы его, - и у т е р я л а б ы д л я с е б я . . . Т о н ­
кое, но р е з к о - о щ у т и м о е чувс т в о " . . . К р о м е
того:
"Имя
Борис не с д е лает его ни п о э т о м , н и П а с т е р н а к о м ! " - з а ­
пи с ы в а е т она в с коре по с л е р о ж д е н и я
ребенка
в своей
тетради, в к о т о р о й р а с т е т п о э м а "Кры с о л о в " . И - с а м о ­
му Пастернаку, в пи с ь м е от 14 ф е в р а л я 1925:
" Д о р о г о й Борис!
1-го февраля, в вос к р е с е н и е ,
в полден ь , р о д и л с я
мой сын Георгий. Б о р и с о м он был д е в я т ь м е с я ц е в во мне
и д е с я т ь д н е й на свете, но ж е л а н и е С е р е ж и (не
требо­
ванье!) было на з в а т ь его Г е о р г и е м - и я у с т у п и л а .
И
после этого - облегчение.
Зн аете к а кое ч у в с т в о во мне р а б о т а л о ? С м у т а , н е к о ­
торая в н у т р е н н я я н еловкость: Вас (любовь!) в в о д и т ь
в
семью, п р и р у ч а т ь д и к о г о зверя: любовь!
обезвреживать
б а р с а . ..
От н и м а т ь его у с в о и х , а Вас - с в о и м - отдавать. Д е ­
л а т ь Вас о б щ и м дост о я н и е м . . . Ч т о - т о д и к о е (т. е. р у ч ­
ное) - вроде п л е м я н н и к а и дяди...

117

...Это не безумие, а сам ы й т о ч н ы й р а с ч е т . (NB! Так
г о в о р я т все с у м а с ш е д ш и е ! ) . . . "
Ч т о б ы показать, как т е м а д е т е й в п л е л а с ь в з а о б л а ч ­
н у ю с и м ф о н и ю э той п е р еписки, тема, о т ч а с т и о б у с л о в и в ­
ш а я н е с б ы т о ч н о с т ь м е ч т а н н о й в с т р е ч и (встреч, и б о одн а
н е с б ы т о ч н о с т ь о б о р а ч и в а л а с ь другой, и все П а с т е р н а к о в ы замыслы, в т ом ч и с л е и з а м ы с е л с о в м е с т н о й с М а р и ­
н о й р а б о т ы н ад п е р е в о д о м "Фауста", - опять ж е в В е й ­
маре, но годы с п ус т я - о к а з ы в а л и с ь н е о с у щ е с т в и м ы м и ) приведу отрывок письма Бориса Леонидовича
о его д в у х л е т н е м ! - сыне. П и с ь м о - у ж е на "ты" (1926 год) и э т о м у (столь заочному) "ты" М а р и н а д о л г о
сопротив­
л я л а с ь , боясь н и з в е с т и о т н о ш е н и я до у р о в н я о б ы д е н н о с ­
ти...
..."Ради бога, не п о с ы л а й н и ч е г о сыну. Я до г лу­
б и н ы д у ш и т р о н у т тем, как ты об э т о м п и ш е ш ь . . . Т ы както спросила, о т ч е г о я о н е м не пишу. О т т о г о , ч т о он на
р у к а х у в с е г о дома; оттого, что у нег о не так а я няня,
к а к о й бы я желал, и это
все
может исковеркать
ему
язык; оттого, что м а т ь [художница! ц е л ы е д н и во В Х У Т Е ”
МАСе, с у т р а до вечер а . . . оттого, что я ей н и ч е г о не
м о г у сказать, п о т о м у что знаю, что и я бы х о д и л
во
В Х У Т Е М А С и н и к а к а я сем ь я б ы мен я не оста н о в и л а ; о т т о ­
го, что в с е о б щ а я л ю б о в ь д е л а е т м а л ь ч и к а э г о и с т о м и б а ­
л о в н и к о м , и у м а л я е т его т р о г а т е л ь н о с т ь и
подлинность
в м о и х глазах, и н о г д а в и д я щ и х его иначе;
оттого, что
м оя л ю б о в ь к нем у и с п е щ р е н а п р и м е ч а н и я м и ; оттого, что
это мое с о ч и н е н и е п и ш е т с я ч у ж и м и руками, и я не в с и ­
л а х э т ого п е р е д елат ь , п о т о м у что, ч е м ш и р е р а з ъ е з ж а е т ­
ся эта н е с к ладица, т е м бо л ь ш е п р и х о д и т с я м н е з а р а б а т ы ­
вать, т е м меньше, значит, я ей п р и н а д л е ж у . . . Вот
от­
чег о
я не л ю б л ю г о в о р и т ь о нем.
Он н а с т о л ь к о п о х о ж на мою д е т с к у ю к а р т о ч к у ,ч т о , к о ­
гда ее с л у ч а й н о н а ш л и п р и р а з б о р к е п а п и н о г о а р х и в а , т о
в ы д а л и за сним о к с него.
М о ж е т быть, он не так буд е т б е з о б разен, как я , м о ­
ж е т бы т ь - т о л ь к о п о - д р у г о м у . Но все это, все это п р и ­
дется когда-нибудь переделать..."

118

Однако возможно, что о п а с е н и я П а с т е р н а к а за
чис­
тоту я з ыка д в у х л е т н е г о младенца, за его н а р у ж н о с т ь , и
боязнь п а г у б н о г о в л и я н и я в с е о б щ е й л ю б в и на его х а р а к ­
тер были в ы з в а н ы в н е м а л о й с т е п е н и
тем
обстоятельст­
вом, что д а н н о е п и с ь м о было н а п и с а н о м ...с э т о й н е в о з ­
можн о й зубной болью. Это у мен я в т р е т и й раз за
пос­
л е д н е е время. В р а з г а р е работы, при п о в ы ш е н и и н е р в н о й
д е я т е льности, р а з б о л е в а е т с я п р а в а я п о л о в и н а н и ж н е й ч е ­
люсти. К о гда н е д а в н о флю с был, это другое, это - с л е ­
ва. А тут все с и м п т о м ы д о т о ч н о с т и п о в т о р я ю т с я .
Боль
- б л а г о р о д н е е з у бно й и - н е в ы н о с и м е й . Ч т о за
наказа­
нье? Что мне д е л а т ь ? ! ”
О, как М а р и н а о т з ы в а л а с ь - в с е м с в о и м я з ы ч е с к и - м а т е р и н с к и м н у т р о м - на эти су г у б о зе м н ы е п р и м е т ы
Пас­
тернака, на вдруг в з р ы в а в ш и е п о э т и ч е с к у ю т к а н ь его п и ­
се м прос т о з у б н у ю боль, п р о с т о ф и з и ч е с к у ю
усталость
и л и р а с с е р ж е н н о с т ь неур я д и ц а м и ! О н а и м и ф о л о г и ю л ю б и ­
л а за с п о с о б н о с т ь богов и героев о с к о л ь з а т ь с я и
уши­
баться п о - з е м н о м у - с р е д и н е ч е л о в е ч е с к и х
подвигов
и
деяний; и не только лю б и л а , но и в т в о р ч е с т в е
своем
пос т о я н н о о б р а щ а л а с ь
к ее а л л ю з и я м и к о л л и з и я м . . .
Но Борис Л е о н и д о в и ч в п и с ь м а х
своих удивительно
у м е л п е р е м а х и в а т ь че р е з с п о с о б н ы е в ы з в а т ь ж а л о с т ь и л и
сочувствие
к нему ж и т е й с к и е н е п оладки, ч т о б ы не о т я ­
гощать и ми к о р р е с п о н д е н т а - а так ж е не в ы з ы в а т ь на с е ­
бя в с т р е ч н ы й и х поток. С М а р и н о й
он л ю б и л
говорить
и н а ч е и об ином. В от как он п и ш е т ей о п р о ч т е н н о й
им
"Поэме К о н ц а ” :
"26. 3. 26 ...Я ч е т в е р т ы й веч е р с у ю в п а л ь т о
ку­
сок м г л и с т о - с л я к о т н о й , д ы м н о - т у м а н н о й н о ч н о й
Праги с
м о с т о м то вдали, то в д р у г с т о б о й п е р е д с а м ы м и г л а з а ­
ми, - к а ч у к к о м у - н и б у д ь п о д в е р н у в ш е м у с я в д е л о в о й о ч е ­
ред и и ли в п а м я т и и п р е р ы в а ю щ и м с я г о л о с о м п о с в я щ а ю и х
в ту бездну р а н я щ е й ли р и к и , м и к е л а н д ж е л о в с к о й
раскин у т о с т и и т о л с т о в с к о й глухоты, к о т о р а я н а з ы в а е т с я П о ­
эма Конца. П о п а л а ко м не с л у ч а й н о р е м и н г т о н и р о в а н н а я ,
без знаков п р е п и нан и я . . .
С к а к и м в о л н е н и е м ее читаешь! Т о ч н о в т р а г е д и и и г ­
раешь.
К а ж д ы й вздох, к а ж д ы й ню а н с п о д с к а з а н .
"Пр е -

119

у в е л и ч е н и ю - то есть".
"Но в час, к о г д а
п о е з д подан
- в р у ч а ю щ и й " . "Коммерческими тайнами и бальным поро­
ш к о м " . " З н а ч и т не надо, з н а ч и т не надо"...
Ту т живое, со слуха, что все эти д н и при мне, как
" м о е с н еба с в а л и в ш е е с я счастье", " р о д н а я " ," у д и в и т е л ь ­
ная", "М а р и н а " и л и л ю б о й д р у г о й б е з о т ч е т н ы й звук, к а ­
кой, з а с у ч а рукава, ты м о ж е ш ь д о с т а т ь с м о е г о дна...
К а к о й ты большой, д ь я в о л ь с к и б о л ь ш о й а р т и с т , М а р и ­
на! Но о П о э м е б о л ь ш е ни слова, а то п р и д е т с я б р о с и т ь
тебя, б р о с и т ь работу, б р о с и т ь своих, и
сев
ко
все м
в а м спиною, без к о н ц а п и с а т ь об и с к у с с т в е . . . о н и к е м
н и к о г д а п о - н а с т о я щ е м у не о б с у ж д е н н о м о т к р о в е н и и о б ъ е к ­
тивности, о д а р е т о ж д е с т в е н н о с т и с миром, п о т о м у
что
в с а м ы й ц е н т р эти х в ы с о т бье т тво й прицел, к ак вс я к о е
и с т и н н о е творение.
Т о л ь к о н е б о л ь ш о е з а м е ч а н и е об о д н о м в ы р аженьи.
Я
боюсь, что у нас не во в с е м с о в п а д а е т л е к с и к о н . Сл о в а
" а р т и с т " и " о б ъ е к т и в н о с т ь " м о г л и быт ь
оставлены
то­
бой... я же и х з а х в а т и л с собой.
...Ты о б ъ е к тивн а , ты г л а в н ы м о б р а з о м т а л а н т л и в а гениальна. П о с л е д н е е сло в о з а ч е р к н и , п о ж а л у й с т а . В л и ч ­
н о м у п о т р е б л е н и и это г а л е р о ч н о е , п а р и к м а х е р с к о е слово.
К о г д а я с н и м с т ал к и в а л с я , мне с т а н о в и л о с ь не по
се­
бе, как, вероятно, и тебе. Е г о
когда-нибудь
о тебе
с к а ж у т - и л и не скажут. Все равно,
не
отрицательная
г а д а т е л ь н а я такса, а п о л о ж и т е л ь н а я з а г а д о ч н о с т ь слова
в и с и т в с е г д а н ад т о б о й в о з д у ш н о й крышей, под которую,
год за годом, ты в ы в о д и ш ь с в о ю физику.
В а ж н о то, че м ты занимае ш ь с я . В а ж н о
то,
что
ты
с т р о и ш ь мир, венчающийся загадкой гениальности.
В твои дни, при тебе, эта к р ы ш а р а с т в о р е н а небом,
ж и в о й с и н е в о й н ад городом, где ты ж и в е ш ь , и л и который,
за п и с а н ь е м физики, в о о б р а ж а е ш ь . В д р у г и е в р е м е н а
по
этому покрытию будут ходить люди и будет земля других
эпох. П о ч в а городо в п о д п е р т а з а г а д а н н о й г е н и а л ь н о с т ь ю
д р у г и х столетий.
...Ты п и ш е ш ь о с в о е м н е д о х о ж д е н и и п ри п е р в о й ч и т ­
ке, о к р у г о в о м молчании, в о ц а р я ю щ е м с я за н е й . М о й опыт
в э т о м о т н о ш е н и и с т р а д а е т если не той же,
то
очень
б л и з к о й п р а в и л ь н о с т ь ю . То л ь к о сам ы е р а н н и е и сырые ве-

120

щ и , л е т п я т н а д ц а т ь н а з а д (т.е. б у к в а л ь н о п е р в ы е
и са­
мые начальные) д о х о д и л и (но и до п о л у т о р а т о л ь к о
че­
ловек) - немедленно.
Вскоре ж е я стал с ч и т а т ь д в у х л е т н и й п р о м е ж у т о к м е ­
ж д у в е щью и ее д о х о ж д е н и е м за м г н о венье, за н е д е л и м у ю
единицу, пото м у что то л ь к о в р е д к и х с л у ч а я х о п а з д ы в а ­
л и на эти д в а года, чащ е ж е на три и б о л ь ш е . . . "
Всего два-три, ну, скажем, т р и - ч е т ы р е год а
между
с о з д а н и е м т р у д н о ч и т а е м о й вещ и и ее д о х о ж д е н и е м до ч и ­
тателя! То есть - п о ч т и п а р а л л е л ь н ы й , п о ч т и
синхрон­
ный р ост п и ш ущего и читающего! Нет, о п о д о б н ы х с р о к а х
М а р и н а не м о гла и м е ч т а т ь . О н а в о о б щ е не м о г л а м е ч т а т ь
ни о к а ких п р и ж и з н е н н ы х с р о к а х д о х о ж д е н и я там, на ч у ­
ж о й стороне, п о тому что ее ч и т а т е л ь (не ч и т а т е л ь - и с ­
ключение, а ч и т атель как е с т е с т в е н н о - м а с с о в о е явление)
в э м и г р а ц и и о т сутст в о в а л , его п росто не с у щ е с т в о в а л о ,
и н е о т к у д а было ему в з я т ь с я по тем в р е м е н а м и у с л о ­
виям. Он, з а х в а т и в ш и й с с о б о й с о т р а д и ц и о н н ы х ему
пи­
сателей и поэтов, р а в н о как и с о т р а д и ц и о н н ы х и м к р и ­
тиков, не т я г отел к новизне, не бу д у ч и к н ей
причас­
тен ни сном,ни духом, ни трудом, ни умом, и был к н ей
в лучшем, в н а и м и л о с е р д н е й ш е м д л я этой н о в и з н ы с л у ч а е
р а в н о д у ш е н и глух, к ак пень.
Марина, п и с а в ш а я П а с т е р н а к у : " Ничья х в а л а и н и ч ь е
при з н а н ь е мне не нужны, к р о м е Вашего",
- утверждала
это зажмурившись; кому, как не ей, было з н а т ь , ч т о п о ­
эты пишут не д ля поэтов, и д а ж е не д л я П о э т а
с боль­
ш о й буквы, к а к и м был д л я нее Паст е р н а к ; и что с к у л ь п ­
тур ы ваяют не д ля скул ь п т о р о в ; и м у з ы к а н т ы
т в о р я т не
для музыкантов; что все п о д л и н н о е т в о р и т с я д л я м н о ж е ­
ства людей, ради их ж а ж д ы к т в о р и м о м у
как
к насущ­
ному.
Кому, как не ей, было знать, ско л ь не в е ч е н един­
ственный читатель, д а ж е если он поэт, т е м более, есл и
он поэт... Ведь о н а сама б ы в а л а столь
непостоянна
в
своих в ы с о к и х верностях!
П о к а же они оба с т р е м и л и с ь д р у г к д р у г у ,р в а л и с ь к
н е с б ы т о ч н о й встрече, о б м е н и в а л и с ь
рукописями
только
что написанного, книгами, ж у р н а л ь н ы м и п у б л и к а ц и я м и п е ­
р е х л е с т ы в а я с ь через письма, они д е л а л и с ь
достоянием

121

многих;
Паст е р н а к , " о б о б щ е с т в л е н и я " к о т о р о г о с т р а ш и ­
л о с ь М а р и н и н о в о о б р а ж е н и е , в с к о р е стал з а о ч н ы м ч л е н о м
н а ш е й семьи, т е м с а м ы м " д и к и м и р у ч н ы м
племянником и
дядей"; д р у г о м б л и з к и х М а р и н и н ы х и С е р е ж и н ы х друзей;
поэтом, ч и т а е м ы м и л ю б и м ы м той г о р с т к о й л ю д е й , ч ь и л и ­
ца и д у ш и у ж е п о в о р а ч и в а л и с ь к н о в о й Р о с с и и . П е р в ы м и з ­
да н и е м , о п у б л и к о в а в ш и м в на ч а л е 20- х годов на ч у жбине сти­
хи с о в е т с к и х п о э т о в (самэ собой р а з у м е е т с я , и П астернака)
был п р а ж с к и й с т у д е н ч е с к и й ж у р н а л
н а р у с с к о м яз ы к е
" С в о и м и путями", р е д а к т и р о в а в ш и й с я м о и м отцом...
В 1924 году П а с т е р н а к о п у б л и к о в а л н е с к о л ь к о
цве­
таевских стихотворений "чешского периода" в
альмана­
хах "Русский современник" и "Московские п о э т ы " ^ с т а л ь ­
ны е ж е ее п р о и з в е д е н и я , д о х о д и в ш и е , из р ук П а с т е р н а к а
и Эре н б у р г а , г л а в н ы м
о б р а з о м до
советских
поэтов,
в с т р е ч а л и у м н о г и х из них то п р и з н а н и е
и
понимание,
к а к и х ей не с л у ч а л о с ь в с т р е ч а т ь и
не
привелось д о ­
ж д а т ь с я от э м и г р а н т с к и х "собрат ь е в " .
Вот, к примеру,
о т р ы в о к из п и с ь м а С е м е н а К и р санова, н а п и с а н н о г о и м
в
а в г у с т е 1926 года с в о е м у д р у г у Э м и л ю Ф у р м а н о в у :
"...П о м н и ш ь , м ы ч и т а л и М . Ц в е т а е в у ? Так вот:
Пас­
т е р н а к п о л у ч и л из П р а г и ее д в е вещ и - " П о э м а К онца" и
" К р ы с олов". По м н е н и ю Асеева, П а с т е р н а к а , м о е м у и д р у ­
гих - это л у чшее, что н а п и с а н о за л е т п я т ь . " П о э м а К о н ­
ца" - н е ч т о с о в е р ш е н н о г е н и а л ь н о е , п р о с т и за в о с т о р ж е н ­
ность! " К р ы с о л о в " - в е р х в о з м о ж н о г о м а с т е р с т в а .
Есл и
м н е у д а с т с я п е р е п и с а т ь и х - я т е б е п о ш л ю отрывки"...
В 1927 году на в опрос П а с т е р н а к а , н е ст р а д а е т л и М а ­
р и н а от с в оей - в э м и г р а ц и и - б е з в е с т н о с т и , от н е п р а в о м е р ­
н о с т и этой б е з в е с т н о с т и и не п р и з н а н н о с т и , о н а о т в е ч а е т :
" . . . Т ы в з в о л н о в а л с я о с л а в е . [ О т о м , ч т о ] т е р я ю свой
"час славы". Ест ь л и в это м горечь? Д о сада, п о ж а л у й . И
вот почему: к о г д а я пишу, я ни о чем не думаю,
кроме
вещи. Потом, к о г д а н а п и с а н о - о т е б е . К о г д а н а п е ч а т а н о
- о всех.
И вот, м ое г л у б о к о е у б е ж д е н и е , что - п е ч а т а й с я
я
в России, м е н я бы все поняли. Да, да, все - и з - з а м о ­
ей о с н о в н о й простот ы ; п о т о м у что к а ж д ы й бы н а ш е л свое,
п о т о м у что я - много, м н о ж е с т в е н н о е . И м е н я бы эта л ю ­
бовь - несла. П р о с т о - в Р о с с и и с е йчас есть п у с т у ю щ е е
место, по п р а в у - м о е . . . "

122

Объясняя, п о чем у о н а с ч и т а е т себя б о л е е " д о х о д ч и ­
вой" до р о с с и й с к о г о ч и тателя, ч е м П а с т е р н а к , М а р и н а п и ­
шет: " Ты чи т а т е л я в с е б я в водишь, я - вывожу, р а с к р е ­
пощаю. Я - одн а с е к у н д а в ж и з н и ч и т а т е л я , т о л ч о к . Д а л ь ­
ше - его дело, дейс т в и е . Т ы в и д и м о е п р е в р а щ а е ш ь в н е ­
в и д и м о е (явное д е л а е ш ь т а й н ы м ) , я - н е в и д и м о е в в и д и ­
м ое (тайное - я в н ы м ) .
Но, ч т о б ы в е р н у т ь с я к сл а в е - мои х к н и г в Р о с с и и
нет, и п о э т о м у п о эт а - нет.
...Мой отрыв от ж и з н и с т а н о в и т с я все н е п о п р а в и м е е .
Я "переселилась", у н о с я с с о б о й все с т р а с т и , в с ю н е р а с ­
т р ату - не тенью, о б е с с и л е н н о й жизнью, а ж и в о ю из

живых..."
Э той беде, это м у о т р ы в у "из ж и в ы х " П а с т е р н а к
по­
мочь не мог - д а и к то мог, д а и что - м о г л о ? О т о р в а в ш и с ь от России, не в л и в ш и с ь в э м и грацию, М а р и н а п о с т е ­
п е нно
с т а н о в и л а с ь как бы н е к и м о с т р о в о м , о т д е л и в ш и м ­
ся от р о д н о г о м а т е р и к а - т е ч е н и е м И с т о р и и и с о б с т в е н ­
ной судьбы. С т а н о в и л а с ь о д инокой, как о с т р о в , с о в с е м и
его (своими!) н е р а з в е д а н н ы м и с о к р о в и щ а м и . ..
Пастернак
остро и б о л е з н е н н о о щ у щ а л эту о т т о р г н у тость М а р и н ы , н е у м о л и м у ю п о с л е д о в а т е л ь н о с т ь , с к о т о р о й
о б р ы в а л и с ь свя з у ю щ и е ее с Р о с с и е й н и т и ж и в ы х
челове­
ч е с к и х о т н о ш е н и й , и п о э т о м у ,у з н а в об о т ъ е з д е за г р а н и ­
цу - по п р и г л а ш е н и ю Г о р ь к о г о А н а с т а с и и И в а н о в н ы
Цве­
т а евой (которую х о р о ш о з н а л ) ,о б р а д о в а л с я п р е д с т о я щ е м у
п р а з д н и к у свидания сестер. " К о н е ч н о , т ы у ж е
списалась
с А с е й и п о р а ж е н а это й с б ы в ш е й с я
несбыточностью
не
меньше моего... И з в е с т и е это п ривез б р а т , д а и
то
не
сам говорил с не й по т е л е ф о н у , а с о седи п е р е д а л и . . .Тот
факт, что она не и з в е с т и л а м е н я о п о е з д к е з а б л а г о в р е ­
менно, при в е р о я т н о й с у м а т о х е п о с л е д н и х с б о р о в , н е с т о ­
ит у п о м и н а н и я . Я ч т о - н и б у д ь м о ж е т быть п е р е д а л бы!Все
р а в н о , е й есть что р а с с к а з а т ь и передать, е с л и
только
и з б ы т о ч н а я , п е р е л и в а ю щ а я с я чер е з кра й п о л н о п о д р о б н о с т ь
в с т р е ч и с т о бой не в ы т е с н и т п а м я т и о в с е х М е р з л я к о в с ­
к их и В о л х о н к а х . .." (А.И. Ц в е т а е в а щ ш а в то в р е м я
в
М е р з л я к о в с к о м п е р е у л к е , а Б о р и с Л е о н и д о в и ч - на В о л х о н ­
ке . )

123

Он н е т е р п е л и в о ж д а л в о з в р а щ е н и я Аси, в с т р е ч а л ее
на вокзале, жадно, с п е ч а л ь ю и все ж е н а д е ж д о й слушал
ее р а с с к а з ы . . .
" Д о р о г а я Марина! В а л и т снег, я прос т у ж е н , хмурое,
х м у р о е утро. Хорошо, верно, с е й ч а с п р о п л ы т ь на
аэро­
п л а н е н а д М о с квой, в м е ш а т ь с я в этот п о х о д
хлопьев
и
и х г л а з а м и у в и дать, что они д е л а ю т с городом, с у т р о м
и с ч е л о в е к о м у окна...
В о т гл а в н ы е н е р в н ы е пут и м о е г о в л е ч е н ь я
к тебе,
способные затмить более непосредственные:
мне
нужно
" с о б л а з н и т ь " тебя в п о л ь з у б о л е е с в е т л о й и м е н е е
от­
р е ч е н н о й судьбы, н е ж е л и тво я н ынешняя, и я это
так
чув с т в у ю , т о чно и м е н н о это, а не ч т о - н и б у д ь д р у г о е , с о ­
с т а в л я е т м ою грудь и плечо...
По с л о в а м Аси, о н а с т а р а л а с ь р а с с к а з ы в а т ь обо мне
в н а и в о з м о ж н о х у д ш е м дух е (чтобы у б е р е ч ь тебя от н е и з ­
б е ж н о г о р а з о ч а р о в а н и я ? ) О н а л и б о к л е п л е т на с е б я , л и б о
п о с т у п и л а как надо, л и б о же . . . а , д а мне все р а в н о . З а ­
м е ч а т е л ь н о , что о теб е о на р а с с к а з ы в а л а так,
что я с
т р у д о м у д е р ж и в а л с я от слез: о чевидно, на мой
счет
у
н ей не т о п а с е н и й . ..
О н а д а л а м не сво и э к з е м п л я р ы т в о и х "С моря" и " Н о ­
в о г о д н е г о " , Е к а т е р и н а П а в л о в н а [Пешкова] скоро д о л ж н а
п р и в е з т и мои.
Ч т о сказать, Марина! Н е п е р е д а в а е м о х о р о ш о ! Т а к , к а к
это, я ч и т а л к о г д а - т о Блока; так, как ч и т а ю э т о , п и с а л
к о г д а - т о л у ч ш е е свое. С т р а ш н о с е р д е ч н о
и
г р у стно
и
про з р а ч н о . В ы р а жен и е ,
растущее
и
развивающееся,как
в с е г д а у тебя,
живет
совпадением
значительности
и
страсти, п о з н а н и я и волн е н и я . . .
П р е ж д е и б о л ь ш е вс е г о я, конечно,
люблю тебя,что
м о ж е т б ы т ь я сно ребенку. Но я не был бы с о б о й т е п е р е ш ­
ним, е сл и бы о с т а в а л с я у это г о
с у м а с ш е д ш е г о родника,
а не ш е л вниз в д о л ь его течения, по
всем
последова­
т е л ь н о с т я м , к о т о р ы е л е п и т время.
Время, твоя в е л и ч и н а и моя тяга.
И вот п л а н ы , п л а н ы . Теб е к а ж е т с я е с т е с т в е н н ы м
по­
л о ж е н и е , в к о т о р о м ты н а х о д ишься, м н е - нет.
Выправить
эту
о ш и б к у судьбы, по н а ш и м дням, еще
Геркулесово
дело. Но оно и е д и н с т в е н н о е , д р у г и х я не
знаю.

124

В п и сьме к Горькому, м е ж д у прочим, эту ц е л е н а п р а ­
вленность
я в ы р аз и л так: "Если бы В ы м е н я спро с и л и ,
все, что
что я теперь со б и р а ю с ь писать,я о т в е т и л бы:
угодно, что м о жет в ы р в а т ь это о г р о м н о е д а р о в а н и е (т.е
тебя) из тисков л о ж н о й и н е в ы н о с и м о й с у д ь б ы и в е р н у т ь
его России".

Но
годы шли, а планы, не п р е т в о р и м ы е в д е й с т в и е ,
р а с п л ы в а л и с ь и ра с с е и в а л и с ь , а с у д ь б а о с т а в а л а с ь л о ж ­
ной и невыносимой, а д е т и и з а б о т ы росли,
а письма на ч и н а я с 1931 года - п р и х о д и л и в се реже.
"Стихи устали", - г о в о р и л а я, м а л е н ь к а я ,
Марине,
к о гда ей не писалось. Н а с т у п и л о время, к о г д а " у с т а л и "
П а с т е р н а к о в ы письма. П о ч у в с т в о в а в это по
неуловимому
с п ерва и з м е н е н и ю и х т о н а л ь н о с т и , М а р и н а п е р е с т а л а в ы ­
зывать и х на себя; в ы д е р ж и в а л а ч р е з м е р н о д о л г и е " к о н ­
тро л ь н ы е " п а у з ы м е ж д у п о л у ч е н и е м и х и о т в е т о м ; в о т в е ­
те же не у с м и р я л а н а к а п л и в а в ш е й с я горечи.
В 1935 году, ро в н о чер е з д е с я т ь л е т п о с л е н е с б ы в ­
ш е й с я "в с т р е ч и в В е ймаре", с о с т о я л о с ь и х б е г л о е и б е д ­
ное св и д а н и е в Париже, за к у л и с а м и В с е м и р н о г о к о н г р е с ­
са д е я т е л е й культуры.
В о к т я б р е 1935 года П а с т е р н а к п и с а л в о т в е т на не
сохранившееся в цветаевском архиве
письмо:
"Дорогая
Марина! Я жив еще, живу, х о ч у ж и т ь и - н а д о . Т ы не м о ­
ж е ш ь себе представи т ь , к ак тогда, и д о л г о
еще потом,
мне было плохо. "Это" п р о д о л ж а л о с ь о к о л о п я т и м е с я ц е в .
Взятое в ка в ы ч к и означает: что не вид а в с в о и х
стари­
ков д в е н а д ц а т ь лет, я проех а л , не п о в и д а в и х ; ч т о в е р ­
нувшись, я о т к а з а л с я п о е х а т ь к Горькому,
у которого
гостили Р о л л а н с Майей, н е с м о т р я на и х н а с т о я н и я ; что,
и м е я твои оттиски, я не ч и т а л их; что д е й с т в и е к а к о й то силы, к о т о р о й я не м ог п р и з н а т ь ни за о д н у из тех,
что меня р а н ь ш е слагали, у к о р а ч и в а л о м о й сон
с регу­
л я р н о с т ь ю заклятья, и я ж д а л н а с т у п л е н ь я
т ой
первой
здо р о в о й ночи, посл е к о т о р о й м о г бы в о з о б н о в и т ь
зна­
к о мую и р о д н у ю ж и з н ь в с л е д за этой, н е у з н а в а е м о й , н и ­
какой, непроглядной .

125

Т о г д а бы т о л ь к о и смо г л и прийти: р о д и т е л и , т ы , Рол лан, П а р и ж и все о с т альное,
упущенное,
уступленное,
п р о п л ы в ш е е мимо.
М о ж е т быть, это з а т я н у л о с ь по м о е й
вине.
Больше
еще, ч е м у ч а с т и е врачей, т р е б о в а л о с ь у ч а с т и е времени.
Я е му в р е д и л с в о и м н е т е р п е н ь е м . . . Это было
п о х о ж е на
у з е л с вещами, р а з в а л и в а ю щ и м и с я в спешке:
подбираешь
одно, п о л з е т другое.
Э т о п р е к р а т и л о с ь л и ш ь недавно,
с переездом всех
в город с дачи и моим возвращением к привычной обста­
новке. Я стал с п а т ь и з а н я л с я п р и в е д е н и е м
здоровья в
п о р я д о к . ..
Т е п е р ь я п р о ч е л тво ю прозу. В с я оче н ь твоя,
все­
гда с м о т р и ш ь в к о р е н ь и д а е ш ь полные,
запоминающиеся
о п р е д е л е н и я , все безо ш и б о ч н о , но
все г о з а м е ч а т е л ь н е е
" И с к у с с т в о при све т е с о в е с т и " и "У С т а р о г о П и м е н а " ; о т ­
ч а с т и и о Волошине. В этих, о с о б е н н о
н а з в а н н ы х двух,
анализ, н е н а с ы т и м о с т ь а н а л и з а так с к а з а т ь , в ы з в а н ы п р и ­
р о д о ю п р е д мета, и жар, и энергия, к о т о р ы е ты и м
по­
с в я щ а е ш ь , е с т е с т в е н н ы и л е г к о р а з д елимы.
В " М а т е р и и му з ы к е " так о й
надобности
на
первый
в з г л я д меньше, и л и ж е разбор, к ак ты и сам а з а м е ч а е ш ь
( д иезы и бемоли), и д е т не по существу. Но т в о и х о б р а ­
зов и ч е р т о ч е к и тут ц е л а я п р о п а с т ь . ..
Л е т о м м не п е р е с л а л и тво е письм о . . . Я не м о г
тебе
о т в е т и т ь вовремя, п о т о м у что был болен. П о м н и ш ь л и ты
с в о ю ф р а з у про абс о л ю т ы ? В ней все п р е у в е л и ч е н о . А с о ­
с т о я н и е мое, к о т о р о м у ты был а с в и д е т е л ь н и ц е й , п р е у м е н ь ­
шено.
Но
т а кое
непонимание
- оно
естественно - я
в с т р е т и л и со с т о р о н ы р о д ителей: они м о и м
неприездом
п о т р я с е н ы и п е р е с т а л и п и с а т ь мне.
Я хочу жить и боюсь что-нибудь накаркать.Давай д у ­
мать, что это т о л ь к о п е р е р ы в в м о е й ж изни...
Но, доп у с т и м , - а в д р у г я п о п р а в л ю с ь и все в е р н е т ­
ся? И м не о п я т ь з а х о ч е т с я г л я д е т ь вперед, и к о г о ж е я
там, по силе и п о д л и н н о с т и того, например, что было в
Рильке, в м е с т о теб я увижу ? . . .
К о г д а же вы пр и е д е т е ?
Скажи, а не н а в я з ы в а ю с ь л и я тебе, - п о с л е тв о е г о
л е т н е г о письма?
Твой Б
126

Д в и ж е н и е п о д откос этого п и с ь м а , е г о о п у щ е н н о с т ь в
о с т у ж е н н о с т ь по с р а в н е н и ю с о г н е м и п о д ъ е м о м
прошлых
л е т поразили, р а н и л и М а р и н у не меньше, ч е м о т д е л ь н ы е ,
к ней о т н о с я щ и е с я фразы, такие, как "ты... и все
ос­
тальное... п р о п л ы в ш е е мимо", ч е м н е з а т р о н у т о с т ь
пос­
л е д н и м и ею н а п и с а н н ы м и вещами, п р о ч и т а н н ы м и П а с т е р н а ­
к ом - вп е р в ы е - с зап о з д а н и е м , ч е м б е г л о с т ь
упомина­
ния о н е в с т р е ч е его с роди т е л я м и .
П р и з н а в а в ш а я то л ь к о экспрессии, н и к а к и х депрессий
М а р и н а не понимала, б о л е з н я м и (не в п р и м е р з у б н о й б о ­
ли!) не считала, они ей к а з а л и с ь п р о с т о д у р н ы м и
чер­
тами характера, в ы п у щ е н н ы м и на п о в е р х н о с т ь , - р а с х л я ­
банностью, безволием, эгоизмом, с л а б остями, н а
кото­
рые че л о в е к (мужчина!) не вправе. Т ут ж е
последовал
не ответ, а - отповедь, в к о т о р о й П а с т е р н а к по т о г д а ­
ш н е м у своему состоянию, вероятно, м е н е е в с е г о н у ж д а л ­
ся! (Отрывки из нее был и о п у б л и к о в а н ы в п о д б о р к е ц в е ­
т а е в с к и х п и с е м ж у р н а л о м " Н о в ы й мир" № 4 - 1969 г . ) О т ­
п о ведь эта - о д и н из я р ч а й ш и х и я р о с т н е й ш и х
цветаев­
ских э п и с т о л я р н ы х ав т о п о р т р е т о в , го р ь к а я и ж а р к а я п р о ­
пове д ь ж и з н е у т в е р ж д а ю щ е г о и д е й с т в е н н о г о н а ч а л а - о с ­
нов ы ее основ.

Е сли о б оим п о э т а м не п р и ш л о с ь в с т р е т и т ь с я в ж и з н и
так, как в п и с ь м а х и р у к о п и с я х , то п р о с т и т ь с я - д о в е ­
лось .
Борис Л е о н и д о в и ч - в м е с т е с ю н ы м т о г д а п о э т о м В и к ­
тором Боковым - провожал Марину в эвакуацию
(от
ко­
торой тщетно п ы т а л с я ее о т г о в орить) - в и ю л е 1941 го­
да, с С е в е р н о г о р е ч н о г о в о к з а л а М о с квы.

А вот что, д е с я т и л е т и е спустя, в о к т я б р е 1951 го­
да, п и сал мне П а с т е р н а к о год а х с в о е й в ы с о к о й д р у ж б ы
с Мариной: "...B т е ч е н и е н е с к о л ь к и х л е т м е н я
держало
в п о с т о я н н о й с ч а с т л и в о й п р и п о д н я т о с т и все, что п и с а л а
тогда твоя мама, звонкий, в о с х и щ а ю щ и й р е з о н а н с ее рву-

127

щегося
вперед, б е з о г л я д о ч н о г о
о д у х о т в о р е н и я . Я д ля
в а с п и с а л " Д е в я т ь с о т п я т ы й год" и д л я м а м ы - " Л е й т е ­
н а н т а Шмидт а " . Б о л ь ш е в ж и з н и это у ж е н и к о г д а
не п о ­
в т о р я л о с ь " ...

чехия
Ни
о т ъ е з д а из
Берлина, ни п р и е з д а в Прагу, ни
в с т р е ч и с С е р е ж е й на п р а ж с к о м вокзале, ни н а ш е г о п р и ­
с т а н и щ а с а м ы х п е р в ы х д н е й (вероятно, то б ы л а о д н а из
" к а б и н о к " С е р е ж и н о г о о б щ е ж и т и я "Св о б о д а р н а " ) я не п о ­
мню; д а ж е т о н ч а й ш е й п у т е в о д н о й н и т о ч к и к н и м не о с т а ­
л о с ь в памяти, с л о в н о пря м о с т ех б е р л и н с к и х
качелей
м ы с Ма р и н о й , з а кр ы в глаза, п е р е м а х н у л и в ч е ш с к у ю д е ­
р е в н ю с н е у ю т н ы м с о б а ч ь и м н а з в а н и е м " М о к р опсы".
Мало
того, что М о к р о п с ы , так еще и Дольние!
Нач а л о с ь , правда, с М о к р о п с о в Г о р н и х - т а м мы су­
т ки п е р е б и л и с ь под н е н а д е ж н ы м к р о в о м д в у х м и л ы х бар ы шень-студенток,Сережиных знакомых - Маруси
и Вали, пока Сережа с Мариной искали в окрестностях
подходя­
щ е е жилье.
К р о в был н е н а д е ж н ы м , ибо х а т а (вся в н у т р и в з а н а ­
весках , вышивках, п о к р ы в а л а х и подзорах) п р и н а д л е ж а л а
в е д ь м и с т о й хозяйке, при к о т о р о й н е л ь з я было ни ч а й н и ­
ка в с к и п я т и т ь , и в о о б щ е ни встать, ни сесть,
ни д у х
п е р е в е с т ь , т ем б о л е е нам, пост о р о н н и м .
Правда, г а у п т в а х т е н н о с т ь х а т ы с м я г ч а л а с ь
милотой
и м и л о в и д н о с т ь ю б а р ы ш е н ь - с е с т е р , а вызы в а л а с ь , п о - в и ­
д и м о м у , и х же п р и т я г а т е л ь н ы м в о з д е й с т в и е м на
мужскую
половину мокропсинского
студенчества;
потенциальные
ж е н и х и и н е с о м н е н н ы е " к а в а л е р ы " с н а с т о р о ж е н н о й непри­
нужденностью
все п р о х а ж и в а л о с ь в д о л ь забора, а б а б ­
ка все ворчала, с л о в о м - как у Гоголя.
Кругом, к у д а ни глянь, р а с с т и л а л о с ь
изумительное
л е то, з е л е н ы й прос т о р , о к а й м л е н н ы й л и л о в ы м и
е л овыми
х о л м а м и , п е р е с е ч е н н ы й речкой. Все о к р е с т н ы е д е р е в е н ь ­
ки, к а ж д ы й о т д е л ь н ы й домик, в ы г л я д ы в а л и из гу с т о й о т о ­

128

рочки к у д р я в ы х п л о д о в ы х садов; в п а л и с а д н и к а х
цвели
георгины, а на к а ж д о й к а л и т к е
красовалась
дощечка с
надписью: "Позор на п с а ! " , ч т о о з н а ч а л о
всего лишь " о с т о р о ж н о ,с о б а к а ! "
По н е о п ы т н о с т и я о б р а д о в а л а с ь было о г р о м н о м у
ко­
л и ч е с т в у гусей - н е п р е м е н н о м у у к р а ш е н и ю с е л ь с к о г о п е й ­
зажа Ч е х и и тех лет, - но они, увы, о к а з а л и с ь п л е м е н е м
воинственным, б ы с т р ы м в атаке и щ и п л и в ы м ; м не ч а с т е н ь ­
ко д о с т а в а л о с ь от них, если не у с п е в а л а с х в а т и т ь х в о ­
ростину... О с о б е н н о з л ы они бывали, к о г д а р а с х а ж и в а л и
"голышом", заживо о щ и п а н н ы е на перины. П у х на груди у
них, впрочем, в н овь к зиме отрастал. Но,
к ак
бы т а м
ни было, х о р о ш и был и эти белые, ш и п я щ и е , по зе м л е ш а ­
р я щие зм е и н ы м и ш е я м и б е л о с н е ж н ы е г у с и н ы е облака, р а с ­
сеянные по о б о ч и н а м
проселков,
обсаженных
высокими
г л а д к о с т в о л ь н ы м и сливами.
П о с е л и л и с ь мы по ту с т о р о н у р е ч к и Б е р оу н к и , п е р е ­
п р а в л я т ь с я через к о т о р у ю п р и х о д и л о с ь на пароме, у в ы ­
сокого ж е л е з н о д о р о ж н о г о моста; тихая, м и р н а я в о д а у г ­
ро ж а ю щ е гудела под его п р о летами. Тут х о л м ы р а с с т у п а ­
лись, д е р е в у ш к а леж а л а , как на л а д они, п о т о м у и н а з ы ­
валась Дольней. За п о к у п к а м и при х о д и л о с ь х о д и т ь в д р у ­
гие деревни; мен я т о л ь к о р а д о в а л о
таскать
кошелки по м о г а т ь маме.
"Пр о т о к о л ь н а я " з а п и с ь в м о е м д н е в н и к е р а с с к а з ы в а ­
ет о н а шем быте в п е р в ы е м е с я ц ы по п р и е з д е в Чехию:
"Домик, в к о т о р о м мы живем, р а с п о л о ж е н в д о лине.
В н ем три комнаты, из к о т о р ы х о д н у з а н и м а е м мы.
Двор
маленький, о г о р о д средний, с о б а к а Л е в е и куры.
Домик
в ы к р а ш е н в ж е л т ы й с б е л ы м цвет, к р ы ш а - розов а я ,
че­
репичная. Ж и в е т зде с ь семь человек, из
которых
чет­
веро детей. Не так д а л е к о от нас - б о л ь ш о е село
Вшеноры. Т а м д ве лавки, есть т р е х э т а ж н ы е д о м а и ж е л е з н о ­
д о р о ж н а я станция. Д е н ь таков: в с т а е м ча с о в в восемь,
М а р и н а готовит завтрак, а я у б и р а ю все
посте л и ,
два
стола, оба п о д о к о н н и к а и п о д м е т а ю пол х о з я й с к и м в е н и ­
ком. П о т о м и ду за молоком, в ы н о ш у помои и п р и н о ш у в о ­
ду из б л и зкого колодца. По с л е з а в т р а к а м о ю посуду,
а
М а р и н а ставит в а р и т ь о б е д и с а д и т с я п и с ать. Я тож е п и ­
шу свои четыре стр а нички. П о с л е о б е д а и д у г у л я т ь , и н о г ­

129

д а М а р и н а берет м е н я с с о б о й на п р огулку. В е ч е р о м ч и ­
таю и рисую и рано ложусь
спать.
Иногда
кто-нибудь
п р и х о д и т в гости, и н о г д а М а р и н а к у д а - н и б у д ь ходит.
С е р е ж а о б ы к н о в е н н о че т ы р е д н я ж и в е т
в Праге,
в
" С в о б о д а р н е " , з а н и м а е т с я о ч е н ь м н о г о . Н а о с т а л ь н ы е дни
п р и е з ж а е т сюда. У т р о м ни за что не х о ч е т е с т ь , с е р д и т ­
ся на то, что м а м а д а е т ему как а о в м е с т о ч а ю и з а с т а ­
в л я е т м а з а т ь хле б м а с л о м и ему о д н о м у в а р и т
яйца,
а
е м у это необ х о д и м о , п о т о м у что он оче н ь х у д о й и у с т а ­
лый. П о с л е з а в т р а к а он с а д и т с я на с в о ю с е р у ю
кровать
и обкладывается книгами или ходит взад и
вперед
по
к о м н а т е и у ч и т н а и з у с т ь з а п и с а н н о е в т е традке.
После
о б е д а о т к а з ы в а е т с я гулять, и н а п р а с н о М а р и н а ему
го­
ворит: "Идем, Сере ж е н ь к а , ну в лес, ну во Вшеноры, ну
на с к а л ы ! " - "Ну пойдем, папа! Ну п о ж а л у й с т а ! " - " М а ­
р и н о ч к а , я не могу, м не ну ж н о еще п о р я д о ч н о
подгото­
в и т ь с я к э к з а менам . Н а ч и н а е т с я о с е н н и й р я д экзаменов,
а п р о в а л и т ь с я я не хочу".
- "Ну
н е у ж е л и не м о ж е т е ? "
- "Нет, М а р и н о ч к а ! " - "Ну х о т ь п о л е ж и т е
тогда,
хот ь
н е м н о г о ! " - "Хорошо, хорошо, полежу".
И м ы с М а р и н о й у х о д и м - во Вшеноры, в л а в к у
и ли
на н а ш и л ю б и м ы е п я т ь и л и ш е с т ь скал.
Н а с т а е т д е н ь С е р е ж и н о г о отъезда, и м ы т о г д а в с т а ­
ем в ш е с т ь часов, М а р и н а ва р и т к а к а о и ж а р и т
Се р е ж е
г р е н к и с яйцами, С е р е ж а бреется, одевается, я н а к р ы ­
в а ю на стол и б е з у м н о тороплюсь, так что р у к и дрожат.
П о д а ю с а хар и соль и все нужное. Н а к о н е ц
завтракаем,
о ч е н ь быстро, если п а п а у е з ж а е т с п о е з д о м
7.20.
Ну
вот. Д о с т а е м С е р е ж е его м а л е н ь к и й
чужой
ч емоданчик,
к л а д у т у д а бритву, мыло, з у б н у ю пасту, з у б н у ю щетку,
п о л о т е н ц е , н о с о в ы е платки, т е т р а д и и д о с т а ю его
не­
п р о м о к а е м о е пальто.
И д е м п р о в о ж а т ь на ш е г о папу. М а р и н а ч т о - т о з а б ы в а ­
ет д о м а и в о з в р а щ а е т с я обратно, а м ы с С е р е ж е й
пря­
ч е м с я в к а н а в у с н а п а д а в ш и м и сливами. С л ы ш и м топот к а ­
блуков, м а м и н шаг. Т о г д а мы р ы ч и м и мяукаем, и М а р и н а
в о с к л и ц а е т : "Фу! В ы сидели, как д в о е с т р а ш н ы х
бр о д я г
- и л и н и щ и х ! " П р и б а в л я е м шагу, п о ч т и б е ж и м
сокращен­
н ой дорогой.' Вот мост, вот и вокзал. С е р е ж а берет б и ­

130

лет, и мы са д и м с я н а скамейку. Вдруг: У-у-ф ь ю ! - м и м о
нас м ч и т с я р ы х л и к в ч е т ы р е вагона:
П р а г а - Париж. Р ы хлик - п о - ч е ш с к и с к о р ы й поезд. Грохот. Это
он
въез­
ж а е т на мост.
Потом: д о н - д о н - д о н . .. это Сережин. Вот. "До
сви­
дания, Мариночка! М ы у в и д и м с я в п я т н и ц у ! " - "До
сви­
дания, папа! П р и е з ж а й т е ск о р е й ! " - "До свида н и я , Аля!
До свидания, М а р и н о ч к а ! "
И п о е з д трогает с я " .
Думаю, что из в с е х вокзалов, с к о т о р ы х к о г д а - л и б о
куд а - л и б о отбывала, н а к о т о р ы е
когда-либо
прибывала
(или в стречала, и ли п р о вожала) М а рина,
больше
всего
ей в д у ш у запал этот, В шенорский: ч и с т е н ь к а я
безлюд­
ная п р и г о р о д н а я станция, с п р и л а ж е н н ы м и
п од
навесом
ц веточницами, из к о т о р ы х с в е ш и в а л и с ь
настурции:
два
ф о н а р я по к р а я м плат ф о р м ы ; семафор; рельсы.
М а р и н а ч а сто е з д и л а в Прагу. В о ж и д а н и и поезда, у
этих ф о н а р е й он а в е л а сво й м ы с л е н н ы й р а з г о в о р
с Пас­
тернаком. М ы с л и м ч а л и ее в п р о л е т а в ш е м м и м о " р ы х л и к е "
к и з г о л о в ь ю бо л ь н о г о Р и л ь к е и л и в н е д о с я г а е м у ю
даль
столь близк о г о по р а с с т о я н и ю Веймара.
По этой п л а т ф о р м е в ы ш а г и в а л и с ь ее поэмы. По
этим
р е л ь с а м н а к а т ы в а л а на нее даль. Россия.
П о к а м е с т д е н ь не вст а л
С его с т р а с т я м и с т р а в л е н н ы м и ,
Из с ы р о с т и и ш п а л
Р о с с и ю в о с с т а н а в л и в а ю . ..
...Из с ы р о с т и - и стай...
Еще в е с т я м и ш а л ы м и
Л ж е т в о р о н а я ст а л ь Еще М о с к в а за ш п а л а м и ! . .
И еще:
...Точно ж и з н ь мою у г н а л и
По с т а л ь н о й ве р с т е 131

В с и р о м мо р о к е - д в е дали...
( П о к л о н и с ь Москве!)
Детская дневниковая
за п и с ь - о в н е ш н и х
приметах
М а р и н и н ы х д н е й в п е р в о й из ч е ш с к и х д е р е в е н ь (за три с
н е б о л ь ш и м года, в п л о т ь до о т ъ е з д а во Фр а н ц и ю , мы ж и л и
в Д о л ь н и х и Г о р н и х М о к р о п с а х , Н о в ы х Дворах, Иловищах,
В ш е норах, одну зим у (1923/24)
Марина
с Сережей - в
Праге, а я - в г и м н а з и и - и н т е р н а т е в М о р а в с к о й
Тшебове) .
В н у т р е н н и е ж е приметы: п е р в а я
"чешская"
те т р а д ь
М а р и н ы н а ч а т а 6 а в г у с т а 1922 года, а п е р в о е с т и х о т в о ­
р е н и е в ней:
Сивилла: выжжена, Сивилла: ствол.
Все п т и ц ы вымерли, но б ог - в зошел...
- п о м е ч е н о 5 августа, то есть р о д и л о с ь еще до
тетра­
ди, в р а з г а р перее з д а , п о и сков
жилья,
устройства
в
нем, з н а к о м с т в а с н о в ы м и л ю д ь м и , о б с т о я т е л ь с т в а м и , у с л о ­
виями
то е сть в бытовой с у м а т о х е и суете, из
ко­
т о р о й такие с т и х и не р о ж даются. (Эпиграф это й тетради,
впоследствии открывающий последний прижизненный сбор­
ни к " П о с л е России", в ы ш е д ш и й в П а р и ж е в
1928 году, слова Т редиаковского:
"От сего, что п о э т есть т в о ритель, - не
наследу­
ет, что он лживец: л о ж ь есть слово п р о т и в р а з у м а и с о ­
вести, но п о э т и ч е с к о е в ы м ы ш л е н и е б ы в а е т по р а з у м у так,
как в е щ ь могла и долженствовала быть".)
Итак, т е т р а д ь н а ч и н а л а с ь с "Сивиллы", с а м а ж е С и ­
вилла, как и все ц в е т а е в с к и е образы, ш л а и з д а в н а и и з ­
да л е к а , д а л е к о вперед, п р е о б р а ж а я с ь и к о н к р е т и з и р у я с ь
в п у т и - от по л у д е т с к о г о , в о п р о ш а ю щ е г о : "О, д л я
чего
я в ы р о с л а бо л ь ш а я ? С п а с е н ь я н е т ! " , о т "С л о в о
стран н о е
- старуха! С м ы с л неясен, звук у г р ю м . . . " до к р и с т а л л и ­
з а ц и и т е м ы п р о р и ц а т е л ь н и ц ы , " в ы б ы в ш е й из
живых",
"с
веком порвавшей родство"...
окаменевшего
вместилища
б е с с м е р т н о г о д а р а и духа.

132

С осн о в н ы м и с в о и м и т е м а м и М а р и н а не
расставалась
всю свою т в о р ч е с к у ю ж изнь, и они, п е р е х о д я
из
одной
и п о с т а с и в другую, как бы кустились, д а в а я в се
новые
о т в е т вления от ее с т в о л а и корней.
Так, по п е р в о н а ч а л ь н о м у
плану,
цикл
"Сивилла” ,
о с у щ е с т в и в ш и й с я в т р е х с т и х о т в о р е н и я х , д о л ж е н был с о ­
стоять из девяти; п р е д п о л о г а в ш е е с я
содержание пятого
и шестого: "Сивилла, не п о м н я щ а я (себя)"
и "Сив и л л а ,
не п о м нящая (других)" е с т е с т в е н н о п е р е л и л о с ь - из м и ­
ф о л о г и ч е с к о й Грец и и в с к а з о ч н у ю Р о с с и ю
- во
вторую
часть п о э м ы "Молодец", п р е в р а т и в ш и с ь
в зачарованное
б е с п а м я т с т в о Маруси , г е р о и н и поэмы.
( Р а б о т а н а д "Молодцем", п р о д о л ж а ю щ и м л и н и ю " р у с с к и х " ц в е т а е в с к и х п о ­
эм, была н а ч а т а в Мо с к в е , н а к а н у н е отъезда, а
завер­
ш е н а в Г о рних Мокр о п с а х , в т е ч е н и и двух, не п е р е б и т ы х
ни о д н и м с т ихотворе н и е м , п о с л е д н и х м е с я ц е в 1922 года.)
П о п у т н о т ема С и в и л л ы р о д и л а - и л и в м е с т и л а в себя
- близлежащие: у х о д я щ е й м о л одости, с е д ы х в о л о с ("зна­
чит, Бог в мои д в е р и - раз д о м сгорел! " , г д е Б о г все
тот же неиз м е н н ы й Ф е б , б о г б е с с м е р т н о г о в д о х н о в е н и я
и
п р и з в а н и я , с ж и г а ю щ и й с м е р т н о е свое
обиталище
- плоть
" п р о р и ц а т е л ь н и ц ы " ) . О т б л е с к С и в и л л и н о г о " к о с т р а под т р е ­
нож н и к о м " л е г - все в о д н о й и той ж е
тетради
- и на
цик л "Деревья", и на м н о г и е и н ы е с т и х о т в о р е н и я .
Что до самого М о л о д ц а , о б р я ж е н н о г о в к у м а ч е в у ю р у ­
баху, д е й с т в у ю щ е г о в о к р у ж е н и и р у с с к о й с к а з о ч н о й
за­
в о р а ж и в а ю щ е й жути, то не р а з н о ч т е н и е л и он и не и н а к о
л и т о л к о в а н и е незримого, но г л а в е н с т в у ю щ е г о ге р о я " С и ­
виллы", не с п е ш и в ш и й с я л и герой п о э м ы " На к р а с н о м к о ­
не", о т н и м а ю щ и й у л ю б я щ е й и л ю б и м о й все д о р о г о е ,
но
бр е н н о е - в п л о т ь до жизни! - во и мя н е у м и р а ю щ е г о , в е ­
чного? Д а ж е к о н ц ы о б е и х поэм, у н о с я щ и е , в о з н о с я щ и е г е ­
р о и н ю в синюю, п о л ы х а ю щ у ю т в е р д ь поэзии, - р о д с т в е н ­
ны:
. . .Доколе меня
Не у м ч и т в л а з у р ь
На к р а с н о м к о н е М о й Гений!
("На к р а с н о м коне")

133

. . .Зной - в зной,
Х л ы н ь - в хлынь!
До-мой,
В огнь синь.
("Молодец")
В с е г д а п о р а ж а в ш е е меня с в о й с т в о М а р и н и н ы х л и р и ч е ­
с к и х т е т р а д е й (в и х чис л е и этой, п е р в о й чешской, п е ­
р е п л е т е н н о й в п о л о с а т ы й коленкор, с С е р е ж и н о й д а р с т ­
венной н а д п и с ь ю ) : сквозь их страницы просвечивают тво­
рчески преображенные календарные листки давно прошед­
ш и х л е т с и х н и ч е м не п р и м е ч а т е л ь н ы м и п о в с е д н е в н о с т я ­
ми, та р а с т в о р и в ш а я с я в н е б ы т и и р е а л ь н о с т ь ,
обыден­
ность, к о т о р а я с т о л ь ча с т о с л у ж и л а п р и ч и н о й в о з н и к н о ­
в е н и я столь о т в л е ч е н н ы х от о б ы д е н н о с т и про и з в е д е н и й .
Л и с т к а м к а л е н д а р я у ц е л е в ш и х п о в с е д н е в н о с т е й могут
у п о д о б и т ь с я н е к о т о р ы е за п и с и м о и х д е т с к и х днев н и к о в ;
по н и м л е г к о п р о с л е ж и в а ю т с я н е п о с р е д с т в е н н ы е п е р в о п р и ­
ч и н ы и н ы х ц в е т а е в с к и х с т и х о т в о р е н и й , вернее,
то, как
с л у ч а й н о с т ь п е р в о п р и ч и н в ы в о д и л а на п о в е р х н о с т ь л и с т а
М а р и н и н у мысль, н е п р е с т а н н о
подспудно
работавшую
в
ней. Вот, к примеру, о б ы к н о в е н н о е о п и с а н и е о б ы к н о в е н ­
н ой пр огулки: "Мы с М а р и н о й - на реке.
По
воде и д у т
н е и з в е с т н о к у д а полу в о л н ы , полурябь.
Приближаемся
к
п е н н ы м порожкам, п р о х о д и м под мостом, где г р емит эхо.
С ы р а я т р о п и н к а м е ж д у ив, как к о р и д о р . . .Тихо и о с т о р о ж ­
но, с к а м н я на камень, п о д б и р а е м с я к к а к о м у - т о д е р е ­
ву, к о т о р о е М а р и н а з а р а н е е у ж е лю б и т . В от оно б л и з и т ­
ся, и через д в е м и н у т ы мы с и д и м на п р и г о р к е
под ним,
на его п е р е к р у ч е н н ы х , и с с о х ш и х с е д ы х корнях.
Я хочу
п о г о в о р и т ь с Ма р и н о й , но она говорит:
"Помолчи,
дай
п о с л у ш а т ь в о д у ! " Слушая,
м а м а в ы к у р и л а д в е папиросы,
п о л ю б о в а л а с ь на реку, з а п и с а л а о т р ы в к и с тихов
в ма­
л е н ь к у ю тетрадку, а на о б р а т н о м пут и м ы с о б и р а л и е ж е ­
вику и видели пустую змеиную шкурку..."
А стихи, н а п е т ы е в тот д е н ь М а р и н е
" п о луволнами,
п о л у р я б ь ю " м а л е н ь к о й у ю т н о й Бероунки, это: "Но
тесна
в д в о е м д а ж е р а д о с т ь утр", с и х з а к л и н а ю щ и м
рефреном:
" Н а д и с т о ч н и к о м с л у ш а й - с л у ш а й , Адам, что п р о т о ч н ы е ж и ­
л ы рек - б е р е гам... Б е р е г и с ь ! "
134

Вот запись о " р а з в л е к а т е л ь н о й "
нашей
поездке
в
Прагу, в гости к Сереже, с п о с е щ е н и е м т е а т р а ( с м о т р е ­
л и "Сверчок на печи" Д и к к е н с а ) , а до " С в е р ч к а " г у л я л и
в о к р е с т н о с т я х " С в о б о д а р н ы " по у н ы л о м у з а в о д с к о м у р а й ­
ону (без готики и б а р о кко!), пил и кофе с р о г а л и к а м и и
"пивными" сырками в р а б о ч е й к а в а р н е ( к о ф е й н о й ) , г о в о ­
рили, шутили, смеялись, з а х о д и л и в м а г а з и н ы ,
пытаясь
к у пить н е о б х о д и м у ю в н а ш е м
хозяйстве
сковороду,
не
зная, как она п о - ч е ш с к и назы в а е т с я , а п о с л е " С в е р ч к а "
ночевали в свободной кабинке Сережиного
общежития
и
у е х а л и рано, ч т о б ы д а т ь С е р е ж е д о г о т о в и т ь с я к э к з а м е ­
нам, вот-вот н а ч и н а в ш и м с я , - все пр о с т о и мило,
мило
и просто, разве что " С в е р ч о к " чут ь п р а з д н и ч н о п р и п о д ­
нял п о в е р х н о с т ь д а н н ы х п о л у т о р а дней... Но ч то в п и т а ­
л а в себя из это й м и л о т ы и п р о с т о т ы М а р и н и н а т е т р а д ь ?
В есь н а б и р а в ш и й сил у р а з б е г ц и к л а " Д е р е в ь я " о с т а ­
н о в л е н в ней на л е т у в к л и н и в ш е й с я т е м о й
"Заводских",
антитемой, по сути, " Д е р е вьев": "С т о я т в ч е р н о р а б о ч е й
х м ури з а к о п ч е н н ы е к о р п у с а " . . . и " . . . У п о с л е д н е й ,
по­
с л едней из в сех з а с т а в . . . "
Да, вот ч ем с х в а т и л а М а р и н у за д у ш у
"Злата
Пра­
га": р а б о ч е й с в оей окраиной, з а в о д с к и м и т р у б а м и и к о р ­
пусами, и з м а т ы в а ю щ е й ж а л о б о й
фабричного
гудка,
и у г а д а н н ы м и так, сло в н о с в о и м и гл а з а м и у в и д е н н ы м и ,
на
собственные плечи взваленными, судьбами "сирых и м а ­
лых, з л ы х - и п р а в ы х во зле!" А в с е г о - т о и было,
что
прошлась, к а з а л о с ь бы б е с п е ч а л ь н о , в з а д - в п е р е д по э т и м
улицам, не более ч е м у г р ю м ы м на вид...
С а м а фабричная суть о к р а и н к а п и т а л и с т и ч е с к и х
го­
родов о к а з а л а с ь М а р и н е внове; ст а р а я М о с к в а б ы л а
не­
б о г а т а ф а б р и к а м и и не и ми с л а в и л а с ь . Т о л ь к о З а п а д я в и л
Марине несовместимость взаимосвязей городских
пейза­
ж е й - и не только п е й з а ж е й . .. И б о в эти ж е д н и о на п и ­
ш ет сво ю "Хвалу б о г а т ы м " - с о м н и т е л ь н ы й м а д р и г а л , п о ­
с в я щ е н н ы й с в е р ш и н вс е г о б о г а т с т в а с о б с т в е н н о й н и щ е т ы
в е л и к о й н и щете и т щ е т е б о г а тства: ". . . и за
то, ч т о в
у ч е т а х , в скуках, в позо л о т а х , в зевотах, в ватах, в от
меня,
- наглеца, - не ку п я т - у т в е р ж д а ю : люблю б о г а ­
тых ! .. "

135

С к в о з ь и д у щ е е в том ж е " о к р а и н н о м " п о т о к е с т и х о т ­
ворение "Спаси Господи - дым!" просвечивают и реаль­
н о с т ь н а ш е г о п е р е е з д а - из о д н о й д е р е в н и и х а т ы в д р у ­
г у ю,и - в о с п о м и н а н и е
о п р а ж с к о й " з а с т а в е " : и м е н н о так
вот г о р о д с к а я б е д н о т а п е р е б и р а е т с я с к в а р т и р ы на к в а р ­
тиру, вернее: из т р у щ о б ы в трущобу.
Сколько
будущих
наших смен места жительства
в парижских
пригородах
п р е д в о с х и щ а е т это ст и х о т в о р е н и е !
А о наших деревенских,
чешских
п е р е е з д а х пу с т ь
р а с с к а ж у т все те ж е в ы п и с к и из
детского
дневника...
"Переезд на чердак. Вот п р и х о д и т к н а м х о з я й к а и за
не й ц е л ы й х в о с т д е т е й и муж. В е л и к о л е п н ы й
р ы ж и й пес
" пан Г р е к о " л е ж и т на н а ш и х вещах, р а с к и н у в лапы.
Хо­
з я й к а в ужасе: "Кто д о п у с т и л того п с а д о п о к о е в ? " Я - т о
знаю, кто, и в ы в о ж у собаку. М ы у к л а д ы в а е м все вещ и
в
т а ч к у и о ч е н ь рады, что ее п о в е з е т х о з я и н
и что
не
с а м и м п е р е т а с к и в а т ь в руках. Я н а д е в а ю пальто,
кладу
во вс е к а р м а н ы в с я к и е отребья, ч т о б ы и это не д о с т а ­
л о с ь х о з я евам, п р о щ а е м с я со в с е м и и у х о д и м . Х о з я и н в е ­
зет т а ч к у , а мы т о р ж е с т в е н н о п л е т е м с я рядом: М а р и н а
с
л а м п о й ["С той ж е л а м п о ю - вплоть! - л а м п о й нищенств,
с т у д е н ч е с т в , о к р а и н " . . . ] и с п и р т о м д л я примуса, а я с
к е р о с и н о м и к о ф е й н и к о м . Идем, идем, н а к о н е ц з а в о р а ч и ­
в а е м в у л о чку, где с т р а ш н а я грязь. Д о х о д и м д о лавки,
на к о т о р о й н а п и с а н о и м я хозяйки, " М а р и а н н а
Саскова",
п о в о р а ч и в а е м к ч е р н о м у ходу, М а р и н а и д е т в л а в к у р а з ­
м е н я т ь д е н ь г и за перевоз, и н а ш н о в ы й
хозяин
вместе
со с т а р ы м п о м о г а е т та щ и т ь в е щ и наверх. К о м н а т а
пре­
красная. К о с о е окно, д о в о л ь н о темно.
Два
стола,
две
к р о вати, три стула. Ест ь д а ж е п о м о й н о е ведро.
... Т е п е р ь м ы тут живем. М а р и н а в п у с к а е т в наш е к о ­
сое окн о и с о л н ц е и луну. В о з л е эт о г о о к н а о н а в с е г д а
с и дит и пишет, если не стоит в о з л е примуса,
разогре­
вая, варя. В окно в и д н ы са м ы е р а з н о ц в е т н ы е д еревья, и
т е м н о - з е л е н ы е , и к р а с н о в а т ы е , и к о р и ч н е в ы е . Они
рас­
тут на горе. Е щ е н а горе ж и в у т д в е
хозяйские
кошки,
ч е р н а я и серая. Их с о в с е м н е в о з м о ж н о п о й м а т ь . . . "
Э т о - к о н е ц сентября.
А в первых числах ноября о п я т ь п е р е е з ж а е м . " . . . Н а к а н у н е м ы с М а р и н о й , по д о р о -

136

ге в лес, п р ошли мим о у ю т н о г о д о м и к а с ж е л т о й
окрас­
кой, зе л е н о й калито ч к о й .
Я го в о р ю маме: - ах, как бы
я х о т е л а быть м а л е н ь к о й [мне - д е с я т ь л е т !] ,
жить
у
д е д у ш к и с б а б у ш к о й вот в э т о м домике!
А
на д р у г о й
день, вечером, п р и е з ж а е т п а п а и зо в е т М а р и н у с м о т р е т ь
комнату. К о г д а они в о з в р а т и л и с ь , я в д о с т а л ь
наслыша­
л а с ь р а с с к а з о в о н о в о й к омнате:
низенькая,
с тремя
оконцами, и з р а з ц о в о й п е ч к о й и т. д.
На д р у г о й день, 2 ноября,
начали
перебираться.
П е р в ы м и п о ш л и мы с папой. П а п а на д е л через п л е ч о
ре­
мень и п р и ц е п и л п о р т п л е д и г р о м а д н ы й
набитый
разным
с к а р б о м чемодан. Я ж е н е с л а корзинку со в с е й
маминой,
па п и н о й и своей обувью. Ш л и м ы оч е н ь долго,
а когда
н а к о н е ц пришли, то я увиде л а , что это был
т от
самый
ж е л т е н ь к и й д о м и к с з е л е н о й калиткой. Х о р ошо, что
до­
мик с о в с е м р я д о м с лесом, б л и з к о б у д е т х о д и т ь за х в о ­
ростом. С е р е ж а нап р а с н о п ы т а е т с я д о г о в о р и т ь с я с х о з я й ­
кой о сене и л и соломе, ч т о б ы н а б и т ь матра сы :
о на
не
слышит и не п о н и м а е т и п р е д л а г а е т к у п и т ь у нее к а р т о ­
ш к у и ли лук. В ы к л а д ы в а е м наш и п о ж и т к и и в о з в р а щ а е м с я .
М а р и н а сажает С е р е ж у о т д ы х а т ь и ч и т а т ь " В о й н у и мир",
а м ы опять н а б и в а е м с а к в о я ж и к о р з и н у и и д е м в д в о е м с
мамой. Л ь е т дождь, по д о р о г а м тек у т р у ч ь и г р я з н о й , г л и ­
н и с т о й воды. В о д н о м м е с т е и д е м в вод е по щ и к о л о т к у .
Н а к о н е ц д о б и р а е м с я д о н о в о г о жилья, о п я т ь в ы к л а д ы в а е м
вещи и и д е м об р а т н о той ж е с к л и з к о й д о р о г ой , в се в р е ­
мя у в я з а я в грязи. В о з в р а щ а е м с я на наш, у ж е п о ч т и с о ­
в с е м опустевший, чердак. С е р е ж а р а з о г р е л суп и п о д ж а ­
рил картошку. О б е д а е м все вместе, о ч е н ь быстро, п о т о ­
му что С е р е ж е надо ехать на л е к ции. В
следующий
раз
в с т р е т и м с я с н и м у ж е на н о в о м м е с т е . . . "

Так мы и зи м о в а л и в этой к о м н а т е с з е л е н ы м и р а м а ­
ми и н и з к и м н е б е л е н ы м п о т о л к о м - у г л у х о й с т а р у ш к и
с
собакой Румыгой. З и м о в а л и хорошо, тесно, д р у ж н о , п у с т ь
и трудно. Т р у д н о с т и мне с т а л и в и д н ы в п о с л е д с т в и и , д е ­
в о ч к о й я и х п р осто не п о нимала, м о ж е т б ы т ь , п о т о м у , ч т о
л е г к о й ж и з н и и не знала; то, что на м о ю д о л ю п р и х о д и 137

л а с ь ч а с т ь д о м а ш н е й работы, с ч и т а л а не т о л ь к о е с т е с т ­
в е н н ы м - р а д о стным; то, что у м е н я был о все г о д в а п л а ­
тья, не в ы н у ж д а л о м е н я м е ч т а т ь о т р е т ь е м - а оно было
бы к с т а т и х о т я бы потому, что с л у ч а л о с ь мне и в и с н у т ь
на заборах, и ц е п л я т ь с я за сучья, и потом,
заливаясь
слезами, з а ш и в а т ь с в е л и к о й
тщательностью,
прорехи;
то, что р е д к и был и п о д а р к и и гостинцы, т о л ь к о п о в ы ш а ­
л о и х в о л ш е б н у ю ц е н н о с т ь в м о и х глазах.
Г л а в н о е же: м у ж е с т в е н н а я б е д н о с т ь М а р и н ы и С е р е ­
жи, д о с т о и н с т в о , в ы д е р ж к а и з а ч а с т у ю юмор, с к о т о р ы м и
они б о р о л и с ь со в с е м и п о в с е д н е в н ы м и т я готами, п о д д е р ­
ж и в а я и о б о д р я я д р у г друга, в ы з ы в а л и у мен я та к о е жар­
кое ч у в с т в о л ю б в и к н и м и соратничества с ними, что
у ж е это само по себ е было счастьем. С ч а с т ь е м был и в е ­
чера, к о т о р ы е и н о г д а п р о в о д и л и м ы в м е с т е , у стола, о с в о ­
божденного
от
е д ы и посуды, в е с е л о п р о т е р т о г о
мок­
р ой тряпкой, у ю т н о и т о р ж е с т в е н н о в о з г л а в л е н н о г о
ке­
росиновой лампой с блестящим стеклом и круглым жестя­
ным щит к о м - рефлектором; Сережа читал нам вслух при­
в о з и м ы е и м из П р а г и книги; М а р и н а и я, слушая, ш т о п а ­
ли, чи нили, л а т али. С тех пор и н а в с е г д а вес ь Гоголь,
Д и к к е н с о в ы " Д о м б и и сын" и " К р о ш к а Д о р р и т "
слышатся
мне с о т ц о в с к о г о г о л о с а и чуть п р и п а х и в а ю т
керосином
и в ы т о п л е н н о й х в о р о с т о м печкой.
К н и г было мало; сво и х - раз, д в е , и о б ч е л с я , и к а ж ­
д а я з а п о л у ч е н н а я и п р о ч и т а н н а я о к а з ы в а л а с ь событием.
О д н а ж д ы С е р е ж а д о с т а л " Д е т с т в о " Горького,
необы­
чайное, не с х о ж е е ни с чьим, р а н е е ч и т а н н ы м и со п е р е ж и т ы м дет с т в о м , и Ма р и н а , к о т о р о й с л у ч а л о с ь чу т к о з а ­
д р е м ы в а т ь с и г о л к о й в рук е п о д н а и з у с т ь
знакомую
ей
гоголевскую чертовщину или Диккенсову трогательность,
- эту к н и г у с л у ш а л а по-о с о б о м у , и н о г д а п р е р ы в а я
чте­
ние к р а т к и м и в о с к л и ц а н и я м и одобрения.
С л у ч а л о с ь С е ре ж е ч и т а т ь и п о - ф р а н ц у з с к и , по п р о г ­
рамме изучавшегося им в университете языка,- какие-то
отрывки, расс к а з и к и , к о т о р ы е он тут ж е на о щ у п ь п е р е ­
в о д и л на русский. М а р и н а же с т к о , как д е р е в е н с к и й к о с ­
т о п р а в - вывихи, с т а в и л а е му п р о и з н о ш е н и е и п о д с к а з ы ­
в а л а з н а ч е н и е н е п о н я т н ы х слов.

138

О д н а ж д ы и он а
ста л а
вт у п и к п е р е д с л о в о м " d é f r o ­
que" (хлам, в е т о ш ь ) , н е о ж и д а н н о и к а к - т о н е к с т а т и в о ­
з н и к ш и м среди глад к о г о и д а ж е с л а д к о г о
текста;
при­
ш л о с ь о б р а т и т ь с я к словарю, с т а р о г о и з д а н и я , м н о г о г л а ­
гольному, но б е спом о щ н о м у .
"Де - д е д - д е с - д е ф . . . "
бо р м о т а л
папа,
водя
пальцем
по м е л к и м
строчкам.
" . . . Д е ф . . .вот! D é f r o q u e - п о ж и т к и
мертвого
монаха.
Гм... Странно! П р и ч е м тут м о нахи? Тут
про
барышню,
про м о л о д о г о человека, про весну...
С т р а н н о ! " - "И выразительно! - п о д х в а т и л а мама. - К а к а я в э т о м
пе­
чаль, о тринутость, нищета... Ч то м о ж е т б ы т ь нищее м е р ­
твого монаха? К с т а т и :‘ка к и е у монаха, д а
еще - м е р т ­
вого, м о гут б ыть пожитки? С п а л на гол ы х д о сках,
хле­
бал из м о н а с т ы р с к о й миски,
похоронен
в собственной
рясе... Власянице". - "Ну, м о ж е т
быть,
ложка о с т а ­
лась? - н е у в е р е н н о п р е д п о л о ж и л папа, у ж е с м е я с ь
гла­
зами. - К ипарисовая , с к р е с т и к о м ? " - "Ложка!
Ложка не пожитки. П о ж и т к и - это в с я к а я д р е б е д е н ь ,
барахло,
вот как у нас. Да, но при ч е м , в с е ж е , м о н а х ? " - "Мерт­
вый! М е р т в ы й монах! - с ж а р о м в в я з а л а с ь я. - Н а в е р н о е ,
в н ем все и дело. О с т а л ь н о е - д л я о т в о д а
глаз. М о ж е т
быть, он у п ы р ь и о б о р о т е н ь и т е п е р ь п р и к и д ы в а е т с я м о ­
л о д ы м ч е л о веком? Как у Ж у к о в с к о г о ? Как у вас, М а р ина,
в "Мол о д ц е " ? " - Тут у ж и М а р и н а з а с м е я л а с ь, и "в это т
вечер больше не читали", по к р а й н е й м е р е п о - ф р а н ц у з с ­
ки.
. . . С частьем был а н а ш а с е м е й н а я
сказка - импр о в и ­
зация, к о т о р у ю М а р и н а и С е р е ж а р а с с к а з ы в а л и м не п е р е д
сном, к о гда я с ебя х о р о ш о вела, что с л у ч а л о с ь не к а ж ­
ды й день. Это б ыла д л и н н а я з в е р и н а я п о в е с т ь с п р и к л ю ­
ч е н иям и и п р о д о л жен и е м ; н а ч а л о ее т е р я л о с ь
в юности
моих р о д и т е л е й и в м о е м с а м о м р а н н е м , п о ч т и м л а д е н ч е с ­
ком, детстве; С е р е ж а з а м е ч а т е л ь н о и з о б р а ж а л
Льва
и
Обезьяну, М а р и н а - К о ш к у и Рысь.
И з н а ч а л ь н ы е З в е р и м н о ж и л и с ь на п о д с о б н ы х ; и х с т р а ­
нствия, проделки, по б е г и из неволи,
преследования
и
спасе н и я н а ч и н а л и с ь в с е г д а с ц е н т р а л ь н о й - В а ц л а в с к о й
- п л о щ а д и Праги, ч т о б ы о т т у д а
р а с т е ч ь с я по
тридевя­
тым ц а р с т в а м и т р и д е с я т ы м гос у д а р с т в а м . Л е в
был б л а ­
городен, Рысь - н е п о с л е д о в а т е л ь н а и ковар на ,
осталь139

ные д е й с т в у ю щ и е л и ц а о б л а д а л и и н ы м и
с войствами;
все
о ни п о п а д а л и в у д и в и т е л ь н ы е п е р е плеты, из к о т о р ы х в ы ­
р у ч а л и д р у г д р у г а - и н а ч е бы м не не заснуть...
Издавна и нежно
повелось - Марина
звала
Сережу
Льво м , Леве, он ее - Рысью,
Рысихой;
сказочные
эти
к л и ч к и в о ш л и в дом а ш н и й , с е м е й н ы й н аш обиход, п р и в ы ч ­
но п о д м е н я я п о д л и н н ы е имена, и так - до с а м о г о
конца
жизн и . М а р и н и н ы т е т р а д и и с п е щ р е н ы С е р е ж и н ы м и " л ь в и н ы ­
ми" рису н к а м и ; у х о д я , а чаще в с е г о - у б е г а я ("ут а п а т ы вая", ка к г о в орил Л е в из сказки) - в у н и в е р с и т е т ли,
по б е с ч и с л е н н ы м л и делам,
Сережа
набрасывал
с и луэт
Льва: б л а г о д а р н о г о , п о о б е д а в ш е г о , с т о л с т ы м п у з о м , и л и
- привычно-тощего, вскакивающего
в последний
ва г о н
у х о д я щ е г о поезда;
Льва,
плачущего
крупными слезами
и л и с м е ю щ е г о с я во в с ю пасть, - ч т о б ы Ма р и н а ,
раскрыв
тетрадь, у л ы б н у л а с ь ему в с л е д , п р и н и м а я с ь за работу...
М а р и н а же част о п о д п и с ы в а л а сво и п и с ь м а
к Сереже
и ко мн е з а г л а в н о й б у к в о й "Р" и р и с о в а л а - в вид е р о с ­
черка - д л и ннохвостую дикую кошку или только ухо
ее,
с кист о ч к о й , - ч у т к о е у хо Рыси...
А вот М а р и н и н " р ы с и н ы й " а в т о г р а ф в м о е й
тетради,
п о с р е д и моей, р а з в а л и с т ы м , н е б р е ж н ы м п о ч е р к о м р а з м а х ­
н у в ш ейся, " Х а р а к т е р и с т и к и Н о з древа": " П ь я н и ц а , н е г л у п ,
сжи л со с в е т у жену, с ж и в а е т и к о р милицу, и
п о т о м еще
к а к у ю - н и б у д ь " . ..
"Сегодня, 26 с е н т я б р я по с т а р о м у с т и л ю , в д е н ь м о ­
его т р и д ц а т и л е т и я , в 7 1/2 ч. в е ч е р а ты,
о б м а н о м не
желавшая писать и разозленная моей
прозорливостью, в о т в е т на мое п р е д л о ж е н и е н а р и с о в а т ь тебе р ы с ь , о т в е ­
тила: " Т ь ф у на в а ш и х р ы с е й ! " (Пов т о р и л а д в а ж д ы . ) "
Тут, м е ж д у м о е й ле н ь ю , м а м и н о й
прозорливостью и
п р е д л о ж е н и е м н а р и с о в а т ь мне р ы с ь - в ы с ш у ю , т а к сказать,
н а г р а д у за прил е ж а н и е , к о т о р ы м я в о о б щ е не о т л и чалась,
- н е б о л ь ш о й л о г и ч е с к и й разрыв. Видно, мне в л е т е л о
от
этой самой прозорливости, и я
о б и д е л а с ь (табельный,
в с е - т а к и , б ы л день!) - М а р и н а
спо х в а т и л а с ь ,
захотела
м е н я у т е шить, а я о б о з л и л а с ь и
заупрямилась...
Так
и л и ин аче, мы б ы с т р о п о м и р и л и с ь , п о т о м у что - вот она
(все же), Рысь, и з о б р а ж е н н а я мамой, Р ы с ь в р о л и г о л у ­

140

б я -миротворца, х о т ь и с у г р о ж а ю щ е й к и с т о ч к о й н а ушах,
и в позе г о т о в н о с т и к о ч е р е д н о м у ( п р о з орливому) п р ы ж ­
ку... И дальше, о п я т ь ж е сре д и Н о з д р е в а , м о е у т и х о м и ­
р и в а ю щ е е с я ворчанье: "Ми л а я Р ы с ь , т а к к а к с е г о д н я тво е
рожденье, п о з д р а в л я ю тебя и з а б ы в а ю в се
твои
обиды.
Х оть ты тепе р ь и с т а р а я т р и д ц а т и л е т н я я Р ы с ь , н о с и д и ш ь
еще к р е п к о на спине... Я тебе п о д а р и л а
коробку
спи­
чек, свою к а р т и н к у л ь в а в пустыне, грушу, т ри т е т р а д ­
ки и три папиросы, а Вы говорите, что я
плохо
пишу.
М н е жаль, что в д е н ь р о ж д е н ь я Рысь в Вас
проснулась
д о н е л ь з я . .."
С Р ы с ь ю м о жно было быт ь на ты,
с Мариной - толь­
ко на Вы.
. . .И еще было с ч а с т ь е - н а с т о л ь к о в е д о м о е к а ж д о м у
человеку, что не сто и л о бы о н е м и заик а т ьс я , если бы
не во м н о г о м у т р а ч е н н а я нам и н ы н ч е о с о б о с т ь его " к о м ­
понентов", - с ч а сть е д е т с к и х праз д н и к о в ! З а с л у ж е н н о с ти их, и бо они - п о н я т и е не т о л ь к о к а л е н д а р н о е . . .
С ч а стье елки, к о т о р о е н а ч и н а е ш ь
выстраивать
ан­
гельс к и м п о в е д е н и е м и
титаническим
т р у д о л ю б и е м - не
без срывов, увы, г р о з я щ и х о б в а л о м
всего
сверкающего
здания !
С ч а стье у к р а шен и й , с д е л а н н ы х с о б с т в е н н ы м и
руками
из бережно н а к о п л е н н ы х в б о л ь ш о й к а р т о н к е п о д
крова­
тью ап т е ч н ы х б а н о ч е к и к о н ф е т н ы х о б е р т о ч е к ,
обрезков
и картинок, я и ч н ы х с к о р л у п о к и с п и ч е ч н ы х короб о к , с о ­
бранных в л е с у ш и ш е к и б у к е т и к о в с у х о й р я б и н ы - что ни
игрушка, то изобр е т е н и е , о в е щ е с т в л е н н а я идея... Ц в е т ­
ная бумага, п р и в е з е н н а я папой, ножницы,
сваренный
в
ж е с т я н к е м у ч н о й клейстер, к а р т о н н а я " п а л и т р а " с м а т о ­
выми п у г о в к а м и акварели, пров о л о к а , к а т у ш к а
ниток...
Ч т о б ы д о р в а т ь с я до э т и х богатств, п е р в о и с т о ч н и к а
бу­
д у щ и х е л очных сокровищ, ч т о б ы и м е т ь п р а в о в с л а с т ь и з о ­
бретать, резать, клеить, р а с к р а ш и в а т ь , н а д о х о р о ш о , н а
совесть - и быстро! - с п р а в и т ь с я со в с е м и д н е в н ы м и за­
д а ч а м и и обяза н н о с т я м и . И т о г д а - вот т в о й
заслужен­
ный край стола, тв о й з а с л у ж е н н ы й - н а р а в н е со
взрос­
л ы м и - досуг, з а с л у ж е н н о е чуд о т в о р и м о г о т о б о й
и то­
бой п р и б л и ж а е м о г о п р а здника.

141

Н а в е рное, он и б ы л и ужасны, м о и к о с о л а п ы е
картон­
н ы е т и г р ы в к а т о р ж н у ю полоску, т р я п и ч н ы е д е д ы - М о р о з ы ,
к р и в ы е звезды, с п и ч е ч н ы е ангелы, с к о р л у п о ч н ы е клоуны,
м е л ь н и ц ы и с а н к и из короб к о в ; н а верное, а л я п о в а т ы б ы ­
л и х л о пушки, а б у м а ж н ы е ц е п и
достойны
Б о н и в а р а - но
какие фабричные игрушки с их
безупречной формой и
с т а ндартным глянцем могут сравниться с детскими само­
д е л ь н ы м и , в к о т о р ы е с т о л ь к о душ и вложено, с т о л ь к о с т а ­
р а н и я и - т в о р ч е с к о г о восторга! Т о л ь к о з в е з д ы
небес­
н ы е и м сродни!
К ак они, у к р а ш е н и я эти, о ж и в а л и в т е п л о м м е р ц а н и и
свеч, о т ъ е д и н я я с ь от нас, у ж е не в л а с т н ы х
н а д ними,
как г о р д е л и в о и к р о т к о ц а р с т в о в а л и на зеленых, п р о б у ­
д и в ш и х с я от м о р о з н о й ско в а н н о с т и , с и л ь н ы х , т о п о р щ а щ и х ­
ся в е т к а х . ..
...А еще был о в о л ш е б с т в о "не
наш и х "
п раздников,
ч е ш ских, д е р е в е н с к и х . На " с в я т о г о Н и к о л а я "
в лавках
п а н а Б а л о у н а во В ш е н о р а х и пан и С а с к о в о й в М о к р о п с а х
п р о д а в а л и с ь п р я н и к и - ф и г у р к и святого, от
маленьких,
п о д е ш е в л е , д о здоро в е н н ы х , к о т о р ы е л и ш ь с а м и м л а в о ч н и ­
кам могли оказаться
по карману. К а ж д ы й п р я н и к был щ е ­
д р о р а з у к р а ш е н ц в е т н о й глазурью, ею был и в ы п и с а н ы по
р ж а н о м у его п о л ю с к л а д к и одеянья, е п и т р а х и л ь с к р е с ­
т а м и и посох. П р и л е п л е н н ы й с а х а р о м б у м а ж н ы й
печатный
лик в благостных морщинах взирал на покупателя с вы­
р а ж е н и е м в с е п р ощен и я . Оно о к а з ы в а л о с ь кстати: н а л ю б о ­
в а в ш и с ь п е ч е н ы м ч у д о т в о р ц е м , м а л о л е т н и е д и к а р и и ере­
т и к и п о ж и р а л и его д о крошки, из
почтения
начиная
с

ног...
На святках в убогих витринах сельских лавок
рас­
полагались игрушечные вертепы с деревянными,
борозд­
ч а т ы м и и у г л о в а т ы м и бог о р о д и ц а м и , Иосиф а м и , м л а д е н ц а ­
ми в я с л я х с н а с т о я щ е й соломой,
волхвами,
волами и
ослами; н ад н ими д р о ж а л а б о л ь ш а я х в о с т а т а я з в е з д а из
с е р е б р я н о й канители ; д е т и п р и б е г а л и и з д а л е к а
полюбо­
ваться
на эти к у с т а р н ы е чудеса, д а и в з р о с л ы е
оста­
н а в л и в а л и с ь умилен н о . Д е р е в н я д ы ш а л а сложным, пряным,
сытным запахом деревенского
праздника:
ваночек
(от
с л о в а в а н о ц е - рож д е с т в о ) - п р о д о л г о в а т ы х
хитроспле­

142

т е нных булок с м и н д а л е м и изюмом, т о л ь к о что
вынутых
из духовок, ж а р я щ и х с я гусей, лука, ш а ф р а н а , ванили.
О т к у д а - т о и з - з а с и н и х гор п о я в л я л и с ь
кукольники,
д а в а л и п р е д с т а в л е н и е в з альце "мэрии". Т е а т р у м е щ а л с я
на столе; вел с п е к т а к л ь Кашпарек,
чешский
Петрушка,
длинноносый человечек с неподвижной улыбкой полумеся­
цем, в п о л о с а т о м к о л п а ч к е с кисточкой.
Представление
нач и н а л о с ь с загадки, з а д а в а е м о й К а ш п а р е к о м
детям, об у к р а д е н н о й с т р а ш н ы м ч е р н ы м о р л о м
маленькой
звез­
дочке, н а х о д и в ш е й с я в пле н у у п о х и т и т е л я
добрых
три
сотни лет... "А п о т о м п р и ш л и о х отники, п и ф - п а ф , о т о р ­
л а только перья полетели! Он в ы п у с т и л п л е н н и ц у из к о г ­
тей, и вот о на в н о в ь сия е т на н е б о с л о н е . . . что ж е это
за звездочка, д о р о г и е м ои м а л ь ч и к и и д е в о ч к и ? " - "Че с кословенско! Ч е х о с л о в а к и я ! " - в о п я т м а л е н ь к и е з р и т е л и
и бьют в ладоши. (В ту пору о б р е т е н н о й в 1918 году ч е ­
хам и н е з а в и с и м о с т и и х от Г а б с б у р г о в с р а в н я л о с ь
всего
4-5 лет.) - " П р а в и л ь н о ,д о р о г и е мои. В е с ь м а с п р а в е д л и ­
во, уважаемые! А се й ч а с мы п о к а ж е м в а м д р е в н ю ю л е г е н ­
ду о з н а м е н и т о м д о к т о р е Фаусте, к о т о р у ю а р т и с т ы
наши
и с п о л н я ю т на этой сце н е не о д н у с о т н ю л е т ! "
И правда,
легенда
оказывалась
догетевской,
и
очень стар и н н ы м и - к у к л ы в п а р ч о в ы х и б а р х а т н ы х н а р я ­
дах, п р и в о д и м ы е в ги б к о е д в и ж е н и е - в п л о т ь д о т о ч е н ы х
пал ь ч и к о в - с о т нями н е з р и м ы х нитей.
Ремесло, вернее - в ы с о к о е и с к у с с т в о б р о д я ч и х
ку­
кол ь н и к о в п е р е д а в а л о с ь из п о к о л е н и я в п о к о л е н и е , в м е с ­
те с дивными, гот и ч е с к и у д л и н е н н ы м и ф и г у р к а м и
марио­
неток, костюмами, д е к о р а ц и я м и , р е к в и з и т о м ; в м е с т е
со
взыскательной любовью к делу и ласковым
уважением
к
зрителю; вместе с т р а д и ц и о н н ы м , в б о л ь ш и н с т в е
своем
народным, р е пертуар о м ; вм е с т е с к е р о с и н о в ы м и с в е ч н ы м
о с в е щ е н и е м . ..

Об этих с в оих с ч а с т ь я х
позволяю
себ е
упоминать
(отстраняя м н о г и е иные, и б о не об э т о м речь)
только
потому, что они, н е с о м н е н н о , был и о с т р о в к а м и
радости
и д л я мои х р одител е й , п е р е д ы ш к а м и на
пути
теснивших

143

т р у д н о с т е й и н а р а с т а в ш и х тревог. Но д е т с к и е
радости
л е ж а т на п о в е р х н о с т и событий; р а д у я с ь ч у ж и м
святкам,
про с т о р а м , ч у ж о м у г о с т е п р и и м с т в у д е т и
эмигрантов
до
п о р ы д о в р е м е н и не с о з н а ю т сво е й национальной
непри­
ч а с т н о с т и в с е м у э т о м у - и м н о г о м у друго м у ; с в о е г о н а ­
ционального сиротства и неравноправия.
Им,
живущим
с е г о д н я ш н и м д н е м и часом, пок а еще ч у ж д а з а б о т а о гря­
д у щ е м и ч у в с т в о о т в е т с т в е н н о с т и за него. О н и
верят в
с а м и с о бой прих о д я щ и е , не з а р а б о т а н н ы е и не в ы с т р а д а н ­
ны е чудеса; так, п о к а С е р е ж а л о м а л
себ е
го л о в у над
тем, как
выправить
и
направить
пополам
сломанную
жизн ь , п ока М а р и н а у х о д и л а в твор ч е с т в о , как в схиму,
я в с е г о - н а в с е г о м е ч т а л а о том, как н а й д у
"кошелек
с
д в у м я м и л л и о н а м и " , о д и н из к о т о р ы х о т д а м роди т е л я м , а
в т о р о й р а с п р е д е л ю м е ж д у " б е д н ы м и р у с с к и м и студентами",
м а м и н о й с е с т р о й А с е й и М а к с о м В о л о ш и н ы м ..."и
еще 500
к р о н Л ю д м и л е Ч и р и к о в о й на книги. М ы з а ж и л и бы хорошо,
е з д и л и бы к у д а з а х о ч е т с я т р е т ь и м к л а с с о м
(!),
у нас
чаще м ы л и бы п о л ы и час т о стирали. О д н а ж д ы , н а ч а в п о д ­
метать, я н а ш л а бы в о з л е св о е й к р о в а т и
клетку с кро­
ликами, с двумя
красноглазыми
кроликами..."
Мечты
м и л л ионера!

В к о нце а в г у с т а 1923 года р о д и т е л и о т в е з л и меня в
М о р а в с к у Т ш е б о в у , м а л е н ь к и й п о г р а н и ч н ы й с Г е р м а н и е й го­
родок, где н а х о д и л а с ь р у с с к а я г и м н а з и я - и н т е р н а т .
Се­
р е ж а п о д г о т о в и л м е н я по а р и ф метике, к к о т о р о й я была
и д и о т и ч е с к и несп о с о б н а , М а р и н а
попыталась
подогнать
г р а м м а т и ч е с к и е о с н о в ы п о д б е г л о е мое п и с а н ь е и чтенье
взахлеб;
еще я в ы у ч и л а л а т и н с к и й а л ф а в и т
и длинную
м о л и т в у "Верую" - к о р о т к и е з н а л а и д о того.
М а р и н е не х о т е л о с ь меня
отпускать:
по
ст а р и н к е
о н а считала, что д е в о ч к а м о б р а з о в а н и е ни к ч е м у , и бо­
я л а с ь разлуки. И на разлуке, и на о б р а з о в а н и и на с т о я л
отец. К р о м е того, в г и м н а з и и р а б о т а л и в к а ч е с т в е в о с ­
п и т а т е л е й н е д а в н и е о д н о п о л ч а н е отца,
супруги
Бо г е н гардты. Он - высок и й , рыжий, с щ е г о л е в а т о й выправкой,

144

о ф и ц е р еще ц а р с к о й армии, она - крупная,
громоздкая,
с волосами, с о б р а н н ы м и на з а т ы л к е в т у г о й кукиш, с я в ­
но ч е р н е в ш и м и над в е х н е й губ о й у с и к а м и - с е с т р а м и л о ­
сердия, мать-ко м а н д и р ш а .
На ф р о н т е она в ы х о д и л а его по с л е т я ж е л ы х ранен и й ,
о т л у ч и л а от водки, о т в е л а от с а м о у б и й с т в а , с т а л а
его
женой. И, ч т обы ж и з н ь п о л у ч и л а
оправдание
и
смысл,
оба пос в я т и л и ее д е т я м - с и р о т а м . (Много л е т спустя, в
се р е д и н е т р и д ц а т ы х годов, на п а р и ж с к о й с т о я н к е
такси
я вдруг у в и д е л а в о д н о й из м а ш и н р ы ж у ю бороду, н а п о м ­
н и в ш у ю м не детство .
Б о г е нгардт!
Рассеявшаяся
был о
д р у ж б а в о з о б н овилас ь . М ы с р о д и т е л я м и е з д и л и в б о г е н гард т о в с к и й д а л ь н и й п р и г о р о д из своего,
в маленький
домик, в к о т о р о м в о к р у г пос т а р е в ш е й , еще б о л е е р а з д а в ­
шейся, но не с д а в а в ш е й с я О л ь г и Н и к о л а е в н ы т о л п и л и с ь и
копошились приемыши - которое уж
п о к оление!
Трудно,
почти н е в о з м о ж н о было о б е с п е ч и в а т ь
их
существование
ненадежным заработком шофера,но любовь к обездоленным
д е т я м - в е ликая чуд о т в о р и ц а . Это был и л ю д и
большого
сердца.) У них о с т а н о в и л и с ь М а р и н а и С е р е ж а н а н е д о л ­
гое вр емя
м оих
приемных
экзаменов - потом родители
р а с с т а л и с ь со м н о ю д о Р о ж дества.
2 с е н тября 1923 года они п е р е е х а л и из
деревни
в
Прагу.
Единственной усвоенной мною в Тшебове наукой ока­
зала с ь н а ука общежи т и я . П о о с т а л ь н ы м я у с п е в а л а , п о к а
хв а т а л о д о м а ш н е й подг о т о в к и ; вскоре, о с т а в а я с ь п е р в о й
по р у с с к о м у языку, с т а л а - сре д и
сорока одноклассни­
ков - п о с л е д н е й по а рифметике.
С у д ь б ы детей, " з а к л ю ч е н н ы х " в п р о д о л г о в а т ы е б е л ы е
б а р а к и и н т е р н а т с к о г о г о р о д к а и о т г о р о ж е н н ы х от
окру­
ж а ю щ е г о глухой к и р п и ч н о й с т е н о й , б ы л и о д н о о б р а з н о - п р и ­
ч у д л и в ы и б е с к о н е ч н о печа л ь н ы . П о с л е о т б о я в д о р т у а ­
рах д е в о ч к и р а с с к а з ы в а л и о себе, о близких,
которых
м н о г и е у же потеряли. П ри све т е н о ч н и к а в о з н и к а л и
не­
в е д о м ы е мне р у с с к и е г о р о д а и городишки, дома, к в а р т и ­
ры, имения, семьи - п о т о м у х а б и с т ы е п у т и б е г с т в а , к р о ­
м е ш н ы е тр у щ о б ы с к а з о ч н о г о К о н с т а н т и н о п о л я и его
при­
т о н ы ^ к о т о р ы х " т а н ц е в а л а " и л и "пела" м а м а - и л и с т а р ­
ш а я с е с т р а . ..

П о с л е п о д ъ е м а в с е были д е т и
к ак дети:
учились,
и г р али, плакали, ша л и л и , д р а з н и л и с ь , мири л и с ь . И к о г ­
д а о д н а ж д ы в т ш е б о в с к о е з а х о л у с т ь е прибыл, в п о и с к а х
н а ш и х " с е н с а ц и о н н ы х ” автоби о г р а ф и й , к о р р е с п о н д е н т к а ­
к о й - т о ф р а н ц у з с к о й газеты, м н о г и е из м л а д ш и х не с у м е ­
л и и х н а п и сать, н а с т о л ь к о " н е и н т е р е с н ы м " к а з а л о с ь
им
пере ж и т о е . Н у а н е к о т о р ы е н а ч а л и п р о с т о ф а н т а з и р о в а т ь
на з а д а н н ы й сюжет. Так, один м и л ы й м о й м а л е н ь к и й
то­
в а р и щ н а ч а л сво е ж и з н е о п и с а н и е словами:
"Когда я ро­
дился, м не было п я т ь лет", а з а к о н ч и л фразой: "Та м м е ­
ня с ъел лев, т а м м е н я и пох о р о н и л и " .
Д и р е к т о р а з в а л и А д р и а н о м П е т р о в и ч е м ; его
именины
отмечались торжественно и благолепно. Ужасный наш ба­
тюшка, п о л к о в о й с в я щ е н н и к в г р о х о ч у щ и х сапогах,
гру­
б и я н и ч е л о в е к о н е н а в и с т н и к , у к р о щ е н н о с л у ж и л молебен.
Потом к директору подходили
у ч е н и к и - по
одному
от
к л а с с а - и в р у ч а л и ему п р и в е т с т в е н н ы е адреса,
красиво
н а п и с а н н ы е на в а т м а н о в с к и х ли с т а х ,
с заголовками
и
б о р д ю р а м и в р у с с к о м стиле. Я тож е н а р и с о в а л а к а к и е - т о
у ж а с н ы е - со с т р а х а и с п о р т и т ь б у м а г у - ф и о р и т у р ы и н а ­
п и с а л а п о з д р а в л е н и е в стихах. Х о т ь и
сочинялось
оно
от л и ц а п е р в о г о класса, н а ч а л о его п о л у ч и л о с ь н е с к о л ь ­
ко "личным":
"Как это с л ы ш а т ь мне о т р а д н о , В ы - А д р и ­
ан,
я - А р и а д н а " . Забыла, что с л е д о в а л о за
этой ч у ­
шью, а жаль, наверн о е , было забавно... Д и р е к т о р
про­
слезился, р ы в к о м п р и п о д н я л меня так, что я п е р е с ч и т а ­
л а н о с о м п у г о в и ц ы его жилета, п р и ж а л к груди и в о с к л и ­
кнул: "Не знаю, как пишет мать, но д о ч ь - п р я м о
Пуш­
кин!"
Долго и незаслуженно дразнили
меня
после
этого
Пушкиным.

П р и е х а в на н е с к о л ь к о р о ж д е с т в е н с к и х д н е й в М о р а в ску Т ш е бову, р о д и т е л и сняли к о м н а т у в к в артире, тих о й
и т е м н о й от з а с т а в л е н н о с т и п о л и р о в а н н о й , в г о т и ч е с к и х
башенках, м е б е л ь ю и з а в е ш е н н о с т и п л ю ш е в ы м и с б о м б о ш к ами п о р т ь е р а м и и с катертями.

146

- Теб е н р а в ится ? - с п р о с и л а Ма р и н а ,
только
что
в ы в е д ш а я меня из и н т е р н а т с к о й зоны.
N
- Очень! - от в с е й д у ш и о т в е т и л а я.
- И н а п р а с н о . О т в с е г о это г о з а д о х н у т ь с я м о ж н о . В с е
- п о д д е л к а под что-то, и - п о д соседей. Д о б р о п о р я д о ч ­
ный трафарет. Н е м е ц к о е м е щ а н с т в о . П о й д е м - к а погул я е м ,
пок а папа у Б о г е н г а р д т о в !
М ы вышли. Было с н е ж н о и я с н о . П о с р е д и п л о щ а д и м о л ­
чал ф о н т а н п ы ш ного барокко. О т с т у п я от
него
стояли,
п р и ж а в ш и с ь к небольшой, но и м п о з а н т н о й р а туше, к ак бы
п о ч т и т е л ь н о взяв ее' п о д руки, дома, у к р а ш е н н ы е л е п н и ­
ной и п о д с а х а р е н н ы е снежком.
После
четырех
месяцев
б е з в ы х о д н о г о и н т е р н а т а г о р одок п о к а з а л с я м н е раем.
Я
в е р т е л а головой, с т а р а я с ь р а з г л я д е т ь все с р а з у и М а ­
рину, бо л т а л а о дев о ч к а х , об уроках, о том, что х о р о ­
ш о к о р м я т и хлеб д а ж е о с тается; кр е п к о д е р ж а л а М а р и н у
за руку, как м алень к а я . О н а с л у ш а л а
не
перебивая
и
как бы грустно, и как бы и з д а л е к а ;
изредка
задавала
ко р о т к и е в о п р о с ы - в ы ч е с ы в а ю л и в о л о с ы
частым
греб­
нем? п о н и м а ю л и за д а ч и с к упцами, с п о е з д а м и ,
с бас­
сейнами? С к е м дру ж у ? П о ч е м у ? А Ч а р с к у ю - ч и т а ю ? ( " Н е т ,
конечно! Вы же не велели!")
Да, она п р и г л я д ы в а л а с ь ко мне
со
стороны,
вела
счет м о и м с л о в а м и с л о в е ч к а м с чу ж и х г о л о с о в , м о и м н о ­
вым повадкам, в с е м и н о р о д н о с т я м , р а з в я з н о с т я м ,
вуль­
гарностям, беглостям, п у с т я к о в о с т я м ,
облепившим
м ой
кораблик, в п е рвые п у щ е н н ы й в с а м о с т о я т е л ь н о е п л а в а н ь е .
Да, я, д и т я ее души, о п о р а ее души,
я,
подлинностью
своей заме н я в ш а я ей С е р е ж у в се годы его о т с у т с т в и я м ,
о д а р е н н а я р е д ч а й ш и м из
дарований - способностью л ю ­
бить ее так, как ей ну ж н о было быть л ю б и м о й ; я, о т р о ­
д у п о н и м а в ш а я то, что знать, не полож е н о , з н а в ш а я то,
чему не была обучена, слыш а в ш а я , как т р а в а
растет
и
как зреют в небе звезды, у г а д ы в а в ш а я м а т е р и н с к у ю бол ь
у само г о ее истока; я, з а п о л н я в ш а я сво и т е т р а д и ею, я, к о т о р о ю она и с п и с ы в а л а сво и
(..."Были м ы - помни
об э том в будущем, в е р н о л ихом! я - т в о и м п е р в ы м п о э ­
том, ты - м о и м л у ч ш и м с т и х о м " . . . ) - я с т а н о в и л а с ь обык­

новенной девочкой.
147

Да л ь ш е , во в р е м я п р о г у л к и у ж е с Сережей:
- Д а , к о н е ч н о . Е с л и бы тут р о д и л с я Гете. Е с л и
бы
жил, к ак в Веймаре . Или, хот я бы, о с т а н о в и л с я п р о е з ­
дом. Т о г д а г о род о б р е л бы смы с л - д у х о в н ы й
смысл! на века, в м е с т е с э т о й вот р атушей, с э т и м ф о нтаном.
Что Гете без В е й м а р а ? - Все, то е с т ь весь Г е те,с
В и л ь г е л ь м о м М е й с т е р о м , Фаустом, д а ж е Г е р м а н о м и Д о ­
ротеей. А - В е й м а р без Гете? Г е р м а н с к и й г о р о д о к д ля
- ну, обит а т е л е й , о б ы в а т е л е й . . .
- То есть, г о р о д не н а п и с а н н ы х героев? - п р е д п о ­
л а г а е т Сережа.
- Обыватель - не герой! - о т р е з а е т Марина. - В е й ­
м ар без Гете - гор о д Гаммельн; зн а е т е ? из л е г е н д ы
о
К р ы с олове. Город, ж д у щ и й К р ы с о л о в а - на свою голову.
Заслуживший его в с е м с в о и м п р а к т и ч е с к и м , б е з д у х о в н ы м
бытием; с в о и м п р о в о з г л а ш е н и е м м е щ а н с т в а
как
един­
с т в е н н о возм о ж н о й , е д и н с т в е н н о
разумной формы
бы­
тия. . .
Т ак - и с п о д в о л ь - зад у м ы в а л с я , з а т е в а л с я
"Кры­
солов" .

Маринина
ч е р н о в а я тетрадь, в т о р а я в Ч е х и и - " На­
ч а т а 10 н о в о г о мая 1923, в Д е н ь Возн е с е н и я , в Чехии,
в Г о р н и х М о к р о п с а х , - р о в н о в полдень. (Бьет
на к о ­
локольне. )"
П е р в а я строка: "Время, я не
посп е в а ю " .
Вторая "Мера, я не у м е щ а ю с ь " . В а р и а н т ы " Б е ж е н с к о й мостовой":
" Б е ж е н с к а я мостова я : Ц е л ы й ад, р а з в е р с т ы й под О п р о м е т я м и господ... Время! я не п о с п е в а ю ! " И, следом, р а з ­
в и т и е м т е м ы времен и , - в а р и а н т ы с т и х о т в о р е н и я
"Прок­
р а с т ься": "А может, л у ч ш а я
п о т е х а - Скрыть,
б у дучи?
П е р с т а м и Б а х а О р г а н н ы х не т р е в о ж и т ь эхо? Прок р а с т ь с я ,
не о с т а в и в п р а х а Н а у р н у ! " И в н о в ь - Сивилла, во в р е ­

148

мен и - о с т а н о вившая с я , но в р е м я ж е - грядущее! - п р о ­
рицающая. Греция; Спарта:
" З десь никто не с д а е т с я в плен, З д е с ь от в е к а еще
не пели, И не ж а л о в а л и с ь ; в з а м е н П а с т о р а л е й и а к в а р е ­
лей: Травок, лужиц, овечек, д е в - С п а р т ы м у ж е с т в е н н о й
рельеф".
И - " С п а р т а ж а ркая: к р у т ь
и
сушь!
Спарта
спертая: с к о к о м к о н с к и м З д е с ь зак о н по
у с т у п а м душ.
Каждый взращивает лисенка Под полою..."
И еще и еще греческие, и т а л и й с к и е
мифологические
в с п ы ш к и и сполохи, р а з б р о с а н н ы е по с т и х о т в о р е н и я м о т ­
с в еты столь д а л е к о г о к л а с с и ч е с к о г о кост р а !. .
"...Над
у ж а л е н н о ю Ф е д р о й В з в и л с я занавес, как г р и ф . .." " Г л а з а ­
ми з а с п а н н ы х А р и а д н - О б м а н у т ы х . . . " , " Ж е н о ю Л о т а н а с ы ­
п ь ю за с т ы в ш и е столбы...", " В о л ч и ц ы р и м с к о й
В з г ляд, в
в ы к о р м ы ш е зрящей - Рим!", "Час Д у ш и - к а к ч ас
струны
Д а в и д о в о й сквозь с ны С а у л о в ы . . . " , "Так П о л и к с е н а узр е в
А х и л л а Там,
на в а л у . . . " и в н о в ь и вновь: т е м ы
вре­
мен и - В е ч н о с т и и в р е м е н и - " М и н у т ы м и н у щ е й "; в с п л е с ­
ки р о с с и й с к о й тоски; б и б л е й с к и е в а р и а ц и и - и в с е п р о ­
н и з ы в а ю щ а я С и в и л л и н а с и б и л л и ч е с к а я т е м а Рока...
Все это, н агне т а я с ь , н а к р у ч и в а я с ь , н а р а с т а я , т р е ­
бует выхода, о с у щ е с т в л е н и я и
осмысления
в
просторе
бол ь ш о г о п р о и з веден и я , т р е б у е т е д и н о г о к о с т я к а
круп­
ной вещи, ее огра н и ч и т е л ь н ы х , но р а с к р е п о щ а ю щ и х и о р ­
г а н и з у ю щ и х законов.
В ч е р н о в у ю те т р а д ь н а ч и н а е т - и с п о д в о л ь п о к а
еще
- в н е д р я т ь с я Т р а г е д и я - с р е д и к о л о н н стихов, и х
нер­
вных в е р т и к а л е й - б о л ь ш и м и п л о с к о с т я м и прозы: п р е д в а ­
р и т е л ь н ы х планов
пьесы
"Ариадна";
"биографических"
св е д е н и й о ее героях; и х х а р а к т е р и с т и к ; г о т о в и т с я л о ­
же а н т ичной т р а г е д и и д л я с о в р е м е н н о г о и в е ч н о г о п о т о ­
ка ст р а с т е й и бед ч е л о в е ч е с к и х .
С т и х и (у М а р и н ы в с е г д а - м о н о л о г и , в с е г д а - б е з о т ­
ветные !), о б л е ч е н н ы е в п л о т ь г е р о е в , н а к о н е ц - т о
смо­
гут о б р е с т и право на диало г . . .
С к в о з ь с т и х о т в о р е н и я и о т д е л ь н ы е строки,
строфы,
н а п и с а н н ы е уже в о с е н н е й Праге, по с л е
переезда
туда
из деревни, п р о с в е ч и в а е т город, и м е н н о этот, н е п о в т о ­
р и мый ...

149

"Как бы д ы м т в о и х ни горек Т р у б , г л о т а т ь его - все
нега, П о т о м у что н о ч ь ю город - О п р о к и н у т о е
небо*.. А л л е и п о с л е д н я я алость... - По набе р е ж н ы м , где
седые
деревья... - Фонари,горящие газом Леденеющим... - Ули­
ц ы не в и н о в а т ы в у ж а с а х Н а ш е й д у ш и . . . - П р а г а , к а м е н н а я
по э м а . . . - и, н а к о н е ц , в с т а е т во вес ь свой н о ч н о й рост
" П р а ж с к и м р ы ц а рем" : - Б л е д н о л и ц ы й С т р а ж
н ад п л е с к о м
века, Рыцарь, рыцарь, С т е р е г у щ и й р е к у . . . "
И от Рыцаря, от того м о с т а над той В л т а в о й , о щ у п ь ю
черновиков, сквозь ожившую уже ткань
первой
картины
" А р и а д н ы " (мимо и н а п е р е к о р ее п у т е в о д н о й н и т и , в е д ш е й
из л а б и р и н т а к свету), - к л а б и р и н т у в е л и к о г о о т ч а я н ь я
п о э м " К о нца" и "Горы", н е о т в р а т и м о н а з р е в а ю щ и х в н е д ­
р а х д у ш и и г л у б и н а х тетради.
С к о р о они, п о э м ы эти, п р о р в у т все п л о т и н ы
прочих
т в о р ч е с к и х замыслов , п о д о б н о тому, как ч у в с т в о , и х (по­
эмы) п о р о д и в ш е е , п е р е м а х н е т через о п л о т ы з а думанного,
п о л о ж е н н о г о , в озмо ж н о г о .
" Е сть чувства, - п и с а л а М а р и н а в
те дни, - н а ­
столько се р ь езные, насто я щ и е , б о л ь ш и е , ч т о не б о я т с я ни
стыда, ни к р и в о т о л к о в . Они
знают,
что
они - т о л ь к о
тен ь г р я д у щ и х д о с т о в е р н о с т е й " .
Т а к и м и д о с т о в е р н о с т я м и и ст а л и
поэмы
"Конца"
и
"Горы".
Р а з р ы в м е ж д у и х г е р оями произ о ш е л , судя по М а р и ­
н и н о й записи, 12 д е к а б р я 1923 года. Это не был
обрыв
"вообще отношений", начавшихся
за д о л г о
до
пражской
о с е н и 1923-го и д л и в ш и х с я д о с а м о г о о т ъ е з д а М а р и н ы
в
С о в е т с к и й Союз, а д л я героя п о э м д л я щ и х с я и по
сей
день, и б о он через в с ю свою ж и з н ь , м н о г о т р у д н у ю и
му­
ж е с т в е н н у ю , п р о н е с высокую, в е р н у ю , с а м о о т р е ш е н н у ю п а ­
м я т ь о к о р о т к о м и г о р е с т н о м счастье, о с е н и в ш е м его.
Я не в з я л а с ь б ы г о в о р и т ь
о
герое
п о э м - не мое
это д е л о и в о о б щ е ничье, и б о все, и м е в ш е е
быть
ска­
з а н н ы м и о б н а р о д о в а н н ы м о н е м и об и х героине, с к а з а ­
но в п о э м а х М а р и н о й и ею ж е о б н а р о д о в а н о ,
- если
бы
не " к р и в о т о л к и " ,те с а м ы е , " к о т о р ы х не б о я т с я чувства",
но от к о т о р ы х с т р а д а ю т люди, а в м е с т е с ним и - и и с ­
тина.

150

Д а л е к о не все М а р и н и н ы к о р р е с п о н д е н т ы и с о б е с е д ­
ники, м и м о л е т н ы е " д р у з ь я " и п р о с т о з н а к о м ы е о к а з а л и с ь
в п о с л е д с т в и и на в ы с о т е ее д о в е р и я и л и х о т я бы на у р о ­
вне э л е м е н т а р н о й в о с п и т а н н о с т и (как ее
ни
прививали
им в д е т с т в е ) , пуб л и к у я н а с т р а н и ц а х з а р у б е ж н о й п е ч а ­
ти "в о с п о м и н а н и я " о Ц в е т а е в о й и ее
близких,
касаясь
о б с т о я т е л ь с т в и х ж и з н и и п о в о р о т о в и х судьбы. Р е ч ь не
о тех " в с п о м и н а т е л я х " , ког о п а м я т ь п о д в о д и т на с т а р о ­
сти л е т - с ке м не бывает! - и не о т е х , к о м у н е д о с т а ­
ет с е рдца и л и г л у б и н ы - н а нет и суд а
нет! - р е ч ь
о
небескорыстных сенсационерах,о недоброжелателях - обы­
вателях, с в о д я щ и х - в с е г д а на р а с с т о я н и и
безнаказан­
н о сти - п о с м е р т н ы е и л и п р и ж и з н е н н ы е л и ч н ы е и л и
поли­
тичес к и е счеты; о д е л ь ц а х от о к о л о л и т е р а т у р ы , п л о д я щ и х
д о м ы с л ы и вымыслы, к а л е ч а щ и х ф а к т ы в с в о и х я к о б ы " и с ­
с л е д о в а н и я х т в о р ч е с т в а и б и о г рафии".
Герой поэм был н а д е л е н р е д к и м д а р о м обаяния, с о ч е ­
тавшим мужество с д у ш е в н о й г р а ц и е й ,л а с к о в о с т ь - с и р о ­
ничностью, о т з ы в ч и в о с т ь - с н е б р е ж н о с т ь ю , у в л е ч е н н о с т ь
(увлекаемость) - с л е г к о м ы с л и е м , ю н о ш е с к и й э г о и з м - с с а ­
моотверженностью, мягкость - со в с п ы л ь ч и в о с т ь ю , и о б а я ­
ние это "среди р у с с к о й п р а ж с к о й
грубо-бесцеремонной
и п р а з д н о б о л т а ю щ е й т олпы" (определение, п р и н а д л е ж а щ е е
перу п р е к расного ч е л о в е к а - В . Ф . Б у л г а к о в а , п о с л е д н е г о
сек р е т а р я Л.Н. Т о л с т о г о и и с к р е н н е г о
друга
нашей
семьи) ка з а л о с ь не от век а с е г о , ч т о — то в обаянии э т о м
было от не д а в н о еще п л е н я в ш е г о М а р и н и н о
воображение
XVIII с т о летия - п р а з д н и ч н о е , б е с п е ч н о е , л у к а в о е
и ,
вместе с т е м и преж д е всего, — р ы ц а р с т в е н н о е . ..
О б а я т е л ь н а был а и в н е ш н о с т ь его, и по в а д к и , и о с ­
троумие, л е г к о с т ь р е п л и к и б ы с т р о т а р е ш е н и й , о б а я т е л ь ­
на и сама т о г д а ш н я я м о л о д о с т ь его, д а ж е - м а л ь ч и ш е с т ­
во...
О б а я н и е л е ж а л о на п о в е р х н о с т и - р у к о й
подать! хоть и шло изнутри, где все было к у д а б о л е е з н а ч и т е л ь ­
ным, г р у с т н ы м и взрослым, д а ж е - т р а г и ч е с к и м ,
ибо
и
эта жизнь, по д о б н о ж и з н и м о и х р о д и т е л е й , не х о т е л а
и
не м о г л а п р и в и т ь с я к ч у ж е р о д н о с т и э м и грации.
И - не привилась.

151

Герой Мар и н и н ы х поэм,коммунист, мужественный уча­
стник французского Сопротивления, выправил
начальную
и п е ч а л ь н у ю н е с к л а д и ц у св о е й жи з н и , п о с в я т и в ее
зре­
л ы е г о д ы б о р ь б е за пр а в о е дело, б о р ь б е за мир, против
фашизма.
Ч т о еще сказа т ь ? Он, с к в о з ь г о д ы войн, г е р м а н с к и е
лагеря уничтожения сберегший Маринины письма и
авто­
г р а ф ы поэм, п р и с л а л и х в Россию, в ц в е т а е в с к и й архив
- с че ло в е к о м , к о т о р о г о счел верным, то есть не
спо­
с о б н ы м н а р у ш и т ь т а й н ы су г у б о л и ч н о й п е р е п и с к и , ч т я п а ­
м я т ь п и с а в ш е й и в о л ю адресата.
Он д о л г о ж д а л э т о й верной оказии...
Б о т п е р е д о м н о й его ф о т о г р а ф и и : л и ц о юноши;
лицо
б о й ц а р е с п у б л и к а н с к о й Испан и и ; и - с н и м о к
(прошлого)
1973 года; с к о л ь к о л е т
прошло!
с к о л ь к о - эпох!
"Но
г л а з а - г л аза тво и я вижу: те ж е . . . "
Нет, г о д ы не в л а с т н ы н а д обая н и е м ; не в л а с т н ы они
и н а д б л а г о р о д н о й п а м я т ь ю сердца; и н ад м у ж еством.
Е щ е скажу, что С е р е ж а л ю б и л его, как брата.

Я т о л ь к о что у п о м я н у л а п о с л е д н е г о с е к р е т а р я Л ь в а
Т о л с т о г о и б и о г р а ф а его - В а л е н т и н а Ф е д о р о в и ч а Б у л г а ­
кова. В те год ы он был о д н и м из о р г а н и з а т о р о в и п р е д ­
с е д а т е л е м " С о ю з а р у с с к и х п и с а т е л е й " в Чехии, и вм е с т е
с проф. С. В. З а в а д с к и м ( п р е д с е д а т е л е м
"Комитета
по
у л у ч ш е н и ю быт а р у с с к и х п и с а т е л е й в Ч е х о с л о в а к и и " )
и
М а р и н о й был и з б р а н в со с т а в р е д а к ц и о н н о й к о л л е г и и за­
т е в а в ш е г о с я в П р а г е и ее п р е д м е с т ь я х а л ь м а н а х а
"Ков­
чег" .
Н а з в а н и е это был о п р е д л о ж е н о М а р и н о й
("семь
пар
ч и с т ы х и с е м и ж д ы сем ь пар н е ч и с т ы х " - и все о к а з а в ш и ­
еся л и т е р а т о р а м и , п р и б и в ш и м и с я в у т л о м
суденышке
к
б е р е г а м Влтавы!)
А л ь м а н а х затевался д о л г о , с к о л а ч и в а л с я тр у д н о - б у к ­
в а л ь н о годами, - и у В а л е н т и н а Ф е д о р о в и ч а было п р е д о ­
с т а т о ч н о времени, ч т о б ы с б л и з и т ь с я - с п е р в а на
по ч в е
с о в м е с т н о й работы, п о т о м на
правах
приятельских - с

152

М а р и н о й и с Се р е ж е й (Сережа,
автор
небольшой
книги
р а с с к а з о в "Детство", в ы ш е д ш е й в М о с к в е до
революции,
стал ч л е н о м п р а в л е н и я " С о ю з а р у с с к и х п и с а т е л е й " ) .
Валентин Федорович диссонировал с окружавшей
его
средой не м е н ь ш е , ч е м сам а М а р и н а , н о - иначе, н а о б о р о т
ей: в э м и г р а н т с к о м к о в ч е г е о н а б ы л а н е с о м н е н н ы м змием,
а он - н е с о м н е н н ы м голубем, и с п о в е д о в а в ш и м з а к о н " с м и ­
ренномудрия, т е р п е н и я и л ю б в и " по Е ф р е м у С и р и н у и о т ­
части по Л. Н. Толстому. И в н е ш н о с т ь его б ы л а
"голу­
биная", благолепная , и ж и л он со с в о е й м а л е н ь к о й с е м ь ­
ей в п р о с т ы м г л азо м в и д и м ы х б л а г о л е п и и , ч и с т о т е и
ве­
гетарианстве, в к а ж у щ е м с я д у ш е в н о м б л а г о п о л у ч и и , и в с е
это, в м е с т е взятое, в ы з ы в а л о у н е к о т о р ы х из
окружаю­
щ их - н а в о е в авшихся , н а м а я в ш и х с я и м а я т ь с я п р о д о л ж а в ­
ших - ироническую ухмылку наряду с бесспорным у в аже­
нием.
"Толстовство!
Вегетарианство!
Непротивление
злу!" Как говорится, "мне бы в а ш и з а б о т ы ! "
И
охотно
н а г р у ж а л и его з а б о т а м и с в о и м и с о б с т в е н н ы м и . . .
О д нако н е кая " п а с т е л ь н о с т ь " о б л и к а В а л е н т и н а Ф е ­
д о р о в и ч а с к р ы в а л а д у ш у о т н ю д ь не
вегетарианствующую,
у м острый, проница т е л ь н ы й , ш и р о к о о х в а т н ы й , д а л е к о
не
д о г м а т и ч е с к о г о склада, что, в ч а с тности, и
позволило
ему с б л и з и т ь с я с м о и м и р о д и т е л я м и , п о н я т ь и
полюбить

их.
Особо стоит у п о м я н у т ь о его, по тем,
полувековой
давности, временам, и с к л ю ч и т е л ь н о й в о с п р и и м ч и в о с т и
к
М а р и н и н о м у т в о р ч е с т в у " с л о ж н о г о п е риода",
невнятному
огромному большинству
ее
зарубежных
современников.
В с п о м и н а я о с о в м е с т н о й р а б о т е н ад " К о в ч е г о м " ,
Булга­
ков пишет: " С ама М а р и н а И в а н о в н а д а л а д л я
сборника
б о л ь ш у ю "Поэ м у Конца". Это й не п о м о г л а бы н и к а к а я а н о ­
нимность. Н е о б ы к н о в е н н о сжатый, с в о е о б р а з н о ч е т к и й , о б ­
р а з н ы й и звучный, чтоб не с к а з а т ь щелкающий, с т и х М а ­
р ины Ц в е т а е в о й м о ж н о у з н а т ь за т ы с я ч у верст,
даже
и
без надписи: "се - лев, а не с о б а к а " . . . Н а с , р е д а к т о р о в
сборника, очень ругали п о т о м за п о м е щ е н и е в н е м " П о э ­
мы Конца", но я все же и т о г д а был,
и
теперь
[1960
год] о с т а ю с ь при мнении, что п о э м а эта, к ак и в с е , ч т о
п и с а л а в д о х н о в е н н а я М а р ина, вещ ь - з а м е ч а т е л ь н а я .
Но

153

только в данном случае обязательно
надо
иметь
уши,
ч т о б ы слышать".
У В а л е н т и н а Ф е д о р о в и ч а был и и г л а з а , ч т о б ы видеть;
набросанный
им
портрет Марины
энергичен
и точен:
" . . . Г л а з а были б о л ь ш и е , о с т р ы е и с м е л ы е , " с о к о л и н ы е " ...
ни к р о в и н к и в лице, ни румянца. Так с т р а н н о и... ж а л ­
ко! Г о л о в к а п о с а ж е н а на ш е е гордо, и так ж е гордо,
и
быстро, и э н е р г и ч н о о б р а щ а л а с ь - направо, налево. П о ­
х о д к а и все д в и ж е н и я М а р и н ы И в а н о в н ы в о о б щ е были б ы с ­
т р ы и р е ш и т е л ь н ы . .. П л а ч у щ е й и д а ж е тол ь к о
унывающей
я ее н и к о г д а не видал. П о д ч а с о н а все ж е г р у с т и л а , ж а ­
л о в а л а с ь на судьбу, н а п р и м е р - на р а з л у к у с Россией,
на п е р е о б р е м е н е н и е х о з я й с т в о м и д о м а ш н и м и д е л ами, о т ­
в л е к а ю щ и м и от л и т е р а т у р н о й работы, но ж а л о б ы и
сето­
в а н и я ее, - в о о б щ е редкие, - н и к о г д а не з в у ч а л и ж а л о ­
бно и жалко; напро т и в , в с е г д а гордо, и я бы д а ж е с к а ­
зал - вызывающе: в ы з ы в а ю щ е - по о т н о ш е н и ю к суд ь б е
и
к людям.
С р е д и не п р о с т о бедной, а б у к в а л ь н о н и щ е н с к о й о б ­
с т а н о в к и с в оей к в а р т и р ы М а р и н а Иван о в н а , с ее б л е д н ы м
л и ц о м и гордо п о д н я т о й головой, п е р е д в и г а л а с ь , к а к к о ­
ролева: с п о к о й н а я и у в е р е н н а я в себе. . . "
В п о с л е д у ю щ и е годы, к о г д а б о л ь ш и н с т в о
эмигрантов
перебазировалось
в другие
страны - в основном
во
Францию, Валентин Федорович, с женой и двумя
дочерь­
ми, о с т а л с я в Ч е х о с л о в а к и и . М н о г о сил и т р у д а
вло ж и л
он т а м в с о з д а н и е Р у с с к о г о к у л ь т у р н о - и с т о р и ч е с к о г о м у ­
зея, д л я к о т о р о г о с о б и р а л " д о б р о х о т н ы е
даяния" - ма­
т е р иалы, р у к описи, п р о и з в е д е н и я искус с т в а , в ы в е з е н н ы е
из Р о с с и и и л и с о з д а в а в ш и е с я р у с с к и м и
за
рубежом.
С р е д с т в на п р и о б р е т е н и е эти х ц е н н о с т е й ник т о не о т п у с ­
кал, и б о ц е н н о с т я м и они т о г д а не поч и т а л и сь . . .
От М а р и н ы В а л е н т и н Ф е д о р о в и ч п о л у ч и л т и п о г р а ф с к и е
о т т и с к и и р у к о п и с н ы е с п и с к и м н о г и х ее п р о и з в е д е н и й
и
- л е г к у ю б а м б у к о в у ю ручку, к о т о р о й о на
писала
около
д е с я т и лет. Еще он а п е р е д а л а ему, сняв с п а л ь ц а , л ю б и ­
мо е с вое с е р е б р я н о е к о л ь ц о - п е ч а т к у , к о г д а - т о у к р а ш е н ­
но е в ы р е з а н н ы м на
н е м кора б л и к о м , - ст о л ь
памятное
всем, з н а в ш и м Марин у , и с ней н е р а з л у ч н о е . Т о г д а - го­
д у в 1936-37-м, к о г д а Б у л г а к о в п р и е з ж а л
в Париж
за
154

м а т е р и а л а м и д ля св о е г о м у з е я и в п о с л е д н и й раз в с т р е ­
тился с м о цми р одит е л я м и , с т а р и н н о е
кольцо
состари­
л о с ь о к ончательно. И з я щ н ы й р и с у н о к п а р у с н и к а
и
над­
пись, о б р а м л я в ш а я его: "тебе
моя
с и н п а т ія " , - с т е р ­
лись, ободок и с т о н ч и л с я по ч т и до п р о з р а ч н о с т и .
Много
п о р а б о т а л а рука, н о с и в ш а я этот перстень!
Б у л г а к о в с к и й м у з е й п р о с у щ е с т в о в а л недол г о . В с к о р е
гитл е р о в с к о е н а ш е с т в и е на Ч е х о с л о в а к и ю и з м е н и л о " м и р ­
ный х о д в е щей" и с у д ь б ы
членов
булгаковской
семьи,
с т а вших у ч а с т н и к а м и г е р о и ч е с к о г о ч е ш с к о г о С о п р о т и в л е ­
ния. От н е п р о т и в л е н и я злу к С о п р о т и в л е н и ю ему
пролег
ж и з н е н н ы й путь В а л е н т и н а Ф е д о р о в и ч а и его близких.
" К огда я был о с в о б о ж д е н
советскими
войсками
из
ф а ш и с т с к о г о к о н ц л а г е р я и д о б р а л с я до музея, - р а с с к а ­
зывал он мне в п о с л е д с т в и и , - с о в е т с к и е с о л д а т ы г р у з и ­
л и на м а ш и н у о с т а т к и р а з г р а б л е н н о г о немца м и :
перепол о в и н е н н ы е папки, к и п ы р а с т р е п а н н ы х книг, с в я з к и р а з р о з н е н ы х бумаг. То, что хот я б ы это
отправлялось
в
Р о с с и ю и уцелеет, м е н я н е с к о л ь к о утеши л о ; но в се о с т а ­
льное, оче в и д н о п р о п а в ш е е б е з в о з в р а т н о ! . .Что на с в е т е
беспомощнее и уязвимее творений ума и
р ук ч е л о в е ч е с ­
ких! В и д о п у с т е в ш и х комнат, о п у с т о ш е н н ы х ш к а фов, р а з ­
б и тых в и трин был так н е с т е р п и м о п е ч а л е н , ч т о я не с м о г
у д е р ж а т ь с я от слез - в п е р в ы е за все в р е м я и с п ы т а н и й .
Я стал ш а р и т ь по полу, п е р е б и р а т ь х л а м и м у с о р , о б ­
р ы вки и осколки. И вдр у г в углу, за д в е р ь ю , в п ы л и р у ч к а М а р и н ы Ивановны! ее кольцо!
Это было - чудо".
После войны Булгаковы вернулись в СССР - в Ясную
Поляну, где В а л е н т и н Ф е д о р о в и ч ж и л и р а б о т а л д о к о н ц а
своих дней. М а р и н и н у ручку, ее к о л ь ц о он пр и в е з с с о ­
бой и д о л г о и в е рн о хранил, как п а м я т ь о ней, о с в о е м
музее, о том чуде... Потом, п о ч у в с т в о в а в груз
прожи­
тых и п е р е ж и т ы х лет, поняв с в о ю н е д о л г о в е ч н о с т ь на з е ­
мле, п е р едал эти р е л и к в и и мне,
разыскав
меня
чер е з
Эренбурга.
Т е п е р ь тот же груз д а в и т и на мои плечи,
поэтому
ручку, ко т о р о й был и н а п и с а н ы п о э м ы
" К о н ц а " и "Горы",
‘'Крысолов", "Ариадна", "Федра", и к о л ь ц о с руки, н а п и ­

155

с а в ш е й не толь к о их, но и многое, м н о г о е другое, я, в
с в о ю очередь, п е р е д а л а в ЦГАЛИ, где, в к о н ц е
концов,
обрели надежное пристанище и
вывезенные
когда-то
в
Р о с с и ю из б у л г а к о в с к о г о м у з е я р у к о п и с н ы е о с т а т к и х р а ­
н и в ш и х с я т ам м атер и а л о в .
У в е щ е й - как и у к н и г , к а к и у людей! - своя с у д ь ­
ба.

Маринина пражская
о с е н ь 1923-го и з и м а 1923 - 24
годов, н а с ы щ е н н ы е
работой,
встречами,
знакомствами
(дружбами, н е п р и я з н я м и , так час т о в п о с л е д с т в и и м е н я в ­
ш и м и с я м естами!), п р о г у л к а м и по в е ч е р н е й и н о ч н о й (ут­
р а м и - писала) Праге, п о с т е п е н н о е в ж и в а н и е в это т го­
род, к о т о р ы й так - из все х - п о л ю б и л с я ей; ее у в л е ч е н ­
н о с т ь п р а ж с к о й л е г е н д о й о Големе; з а ч а р о в а н н о с т ь с т а ­
туе й Р ы ц а р я на мосту, его т а й н ы м с с о б о ю
сходством:
п р о филь, волосы, осанка, - как бы в с т р е ч а с п а м я т н и ­
ком, в о з д в и г н у т ы м теб е за д о л г о д о тв о е г о
р о ждения, с
овеществленным
провидением,
предвосхищением
тебя и д у щ е й м и м о ...
В ж и в а н и е в г о р о д , т о л ь к о что н а п и с а л а
я, - и тут
же осеклась: неправда! Вот э т о г о - т о как раз и не
бы­
ло: б ы л а как бы п р и м е р к а го р о д а к себе и себя - к го­
роду, с чувством: в от тут бы я хотела жить, могла бы
ж и т ь ,е сли бы...
Е с л и бы - что?
По в с е м с в о и м г о р о д а м и п р и г о р о д а м (не об о с т а в ­
л е н н о й Р о с с и и говорю) М а р и н а п р о ш л а инкогнито, тв е н о в с к и м н и щ е м принцем, не у з н а н н а я и не
признанная
ни
Б е р л и н о м , ни Прагой, ни П а р и ж е м (у к о т о р ы х о н а в моде
с е й ч а с . ..)
Е с л и бы она была (а не слыла!) э м и г р а н т к о й , т о какнибудь,
авось д а небось, п р и т у л и л а с ь бы на
чужбине,
с р е д и "своих".
Е с л и бы о на б ы л а п р о с т о ж е н о й св о е г о м у ж а и м а т е ­
р ь ю с в о и х детей, то не все л и р а в н о , в к о н ц е концов, где, л и ш ь бы вместе!

156

Е сли
бы она
был а
" п о э т о м - т р а н с п л а н т а т о м " , как
иные прочие, то б о г е м н ы е к а ф е б о г е м н ы х к в а р т а л о в п о с ­
л у ж и л и бы ей у б е ж и щ е м . ..
Е сли бы о на не б ы л а собой!
Но с о бой о на б ы л а всегда.

Ц е л ь н о с т ь ее х а р а к т е р а , ц е л о с т н о с т ь ее ч е л о в е ч е с ­
кой л и ч н о с т и была з а м е ш а н а на п р о т и в о р е ч и я х ; ей
была
п р и с у щ а д в о я к о с т ь (но о т н ю д ь не д в о й с т в е н н о с т ь )
вос­
п р и ятия и с а м о в ы раж е н и я ; ч у в с т в (из ж а р ч а й ш е й г л у б и н ы
души) и - в з г л я д а на (чувства же,
лю д е й ,
события),
вз г л я д а до т а к о й с т е п е н и со стороны, что - к ак
бы
с
и ной планеты.
П о р а з и т е л ь н а я п а м я т л и в о с т ь б ы л а в ней р а в н а
спо­
с о б ности к забвению; д е т с к а я
изменчивость
равнялась
в ы с окой верности, з а м к н у т о с т ь - д о в е р ч и в о с т и , р а с п а х ­
нутости; в р а д о с т ь к а ж д о й в с т р е ч и сам а о н а з а к л а д ы в а ­
л а зерно разлуки; и в золе к а ж д о й р а з л у к и г о т о в а б ы л а
ра з д у т ь у г о л е к д л я н о в о г о костра. Т а к о е б е с к о р ы с т и е в
л ю б в и - и т а кая р е в н о с т ь к пеп л у с г о р е в ш е г о . . .
Такое
" д и с с о н и р у ю щ е е " р а в н о в е с и е б е з д н и вершин, т а к о е в з а и м о п р и т я ж е н и е м и ро в и а н т и м и р о в в ее в н у т р е н н е й
все­
ленной. ..
И еще: с п о с о б н о с т ь п о с т и г а т ь с е г о д н я ш н и й д е н ь г л а ­
в н ы м о б р а з о м через и с к в о з ь п р о ш е д ш и й (день, век, т ы ­
сячелетие) , в с е м б о л е в ы м о п ы т о м был о г о
поверяя
гада­
т е л ьно е г р я д у щ е е . ..

В Праге Марина
познакомилась - и увлеченно, хоть
и непрочно, п о д р у ж и л а с ь с п и с а т е л е м А л е к с е е м
Ремизо­
вым и его ж е н о й С е р а ф и м о й П а в ловной, у ч е н ы м - п а л е о н т о логом. С е р а ф и м а П а в л о в н а был а ж е н щ и н о й , что н а з ы в а е т ­
ся, видной, в ы с о к о г о роста, у же
и
тогда
страдавшей
чре з м е р н о й полнотой, и он - мален ь к и й ,
худенький,
в
бо л ь ш и х о ч ках с в ы п у к л ы м и стеклами,
преувеличивавших

157

т р е в о ж н о с т ь его б л и з о р у к о г о взгляда, и з д а л е к а м о г по­
к а з а т ь с я ее н е с м е л ы м п о д р о с т к о м - с ы н о м .
Л ю б и л и о ни д р у г д р у г а о ч е н ь , в с е г д а был и н е р а з л у ч ­
н ы - в п л о т ь до ее смерти, всегда, в с ю д у и во в с е м в м е ­
сте.
О н а б ы л а его оплотом, поводырем,
его
надежно­
стью, и с ж и з н ь ю ее д о в с т р е ч и
с ним
он
сроднился
больше, ч е м со с в о е ю собстве н н о й :
детству
и юности
с в о е й ж е н ы он п о с в я т и л не одно п р о и з в е д е н и е .
Р е м и з о в был в е л и к и м з н а т о к о м и р е в н и т е л е м д р е в н е ­
р у с с к о й л и т е р а т у р ы и и с т о р и и , с л а в я н с к и й язы к стал для
н е г о я з ы к о м н а с т о л ь к о ж и в ы м и родным,
что и
письма
д р у з ь я м он п и с а л у с т а в о м и п о л у у с т а в о м , в и р т у о з н о у к р а ­
шая
и х б уквицами , " ф и н и к а м и " и р о с ч е р к а м и ,
и реч ь
с в о ю у с н а щ а л д р е в н е ц е р к о в н ы м и оборотами,
и шутил
и
с к о м о р о ш е с т в о в а л , к ак во вр е м я оно, и т в о р ч е с т в о свое
н а с ы щ а л притчами, д р е в н и м и а к тами и се д о й с т а р и н о й до
того, что от з а т е й л и в о й в я з и этой н а ч и н а л о м е л ь т е ш и т ь
в глазах.
Ч е рез н е к о т о р о е в р е м я з а р я б и л о в г л а з а х и
зазве­
н е л о в у ш а х и у Ма р и н ы ; у з о р ч а т а я , л у к а в а я
ремизовска я мел к о п и с ь , п о ч у я л о с ь ей, не т о л ь к о
не
выводила
н а простор, но, наоб о р о т , ув о д и л а от л ю б о й п о п ы т к и п р о ­
с т о р а - по з а м к н у т о м у до г о л о в о к р у ж е н и я к р у г у старины.
Но п о ч у я л о с ь это т о л ь к о в п о с л е д с т в и и , во Ф ранции,
где Р е м и з о в - п о к у д а
Серафима
Павловна
преподавала
свою палеонтологию студентам и вела д о м - постепенно
п р е в р а щ а л с я в с о б с т в е н н о г о св о е г о п о л у с к а з о ч н о г о
ге­
роя, в н е к у ю п о м е с ь ю р о д с т в у ю щ е г о
инока-летописца
с
л е с н о й тишиной, о к р у ж а л себя и г р у ш к а м и с чер т о в щ и н к о й ,
к о т о р ы е и з о б р е т а л и м а с т е р и л сам из
сучков,
пробок,
к а т ушек, р ы б ь и х к о с т е й и п р о ч е й ерунды.
Что
в этом
был о наи г р ы ш е м , что - р о з ы г р ы ш е м , ч т о - правдой, что п р и ч у д л и в о й с к о р лу п к о й , в к о т о р о й с к р ы в а л с я он от ж и ­
зни, что - с а м о й ж и з н ь ю , вря д л и з а с л у ж и в а в ш е й
этого
- полноценного - названия?
...Пока же М а р и н а то л ь к о р а д о в а л а с ь его с в о е о б ы ч ­
н о с т и и тому, что он н и к о г д а не г о в о р и л
о политике,
так ж е как С е р а ф и м а П а в л о в н а - о п а л е о н т о л о г и и .

158

Еще М а р и н а
сблизилась
с несколькими, по-разному
м и лыми ей, л ю д ь м и в р е д а к ц и и ж у р н а л а
"В о л я
России",
ж у р н а л а , в к о т о р о м были о п у б л и к о в а н ы м н о г и е ее
произ­
в е д ения - с т ихотвор е н и я , поэмы, пьесы, проза,
в том
числе и "трудные", и "сложные". Р е д к о л л е г и ю не п у г а л а
Маринина внеполитичность,политическое направление ж у р ­
н ала о с т а в а л о с ь ей чуждым, ш и р о т а же его л и т е р а т у р н о ­
го г о с т е п р и и м с т в а п о д д е р ж и в а л а и радо в а л а . За все го­
д ы э м и г рации это был е д и н с т в е н н ы й п е ч а т н ы й о р г а н , п р е ­
д о ставлявший, в т е ч е н и е всего с в оего м н о г о л е т н е г о с у ­
ществования, свои с т р а н и ц ы М а р и н и н о м у
творчеству - с
у в а ж е н и е м к нему, а не "из милости",
и (почти) б е з о ­
говорочно; н а с к о л ь к о помню, то л ь к о ц в е т а е в с к а я ст а т ь я
- апология с о в е т с к о й д е т с к о й л и т е р а т у р ы ("О н о в о й р у с ­
ской д е т с к о й книжке") б ы л а п о м е щ е н а в ж у р н а л е с " о г о ­
воркой" редакции, в д и с с к у с и о н н о м порядке.
О дин из р е д а к т о р о в журна л а , п л о т н ы й , п о д в и ж н ы й , ш у ­
мный, ярко ' ч е р н о г л а з ы й , В л а д и м и р И в а н о в и ч Ле б е д е в , из
ку р ч а в о й р а з б о й н и ч ь е й б о р о д ы к о т о р о г о то и д е л о в ы л е ­
тали, в з р ы в а я с ь и п е р е г о н я я д р у г д р у г а , г н е в н ы е фразы,
р а с к а т ы смеха, в о п р о с ы - то л ь к о в лоб,
о т в е т ы - без
обиняков, а з а ч а с т у ю - пр о с т о
озорные
бестактности,
п о з н а к о м и л нашу с е м ь ю со своей; ж е н а его М а р г а р и т а Н и ­
к о л а е в н а т и шиной с в о е й и г а р м о н и ч н о с т ь ю я в л я л а п о л н у ю
п р о т и в о п о л о ж н о с т ь мужу, к о т о р о г о как бы у т и х о м и р и в а л а
и уравновешивала и сущностью своей,и внешностью. Пра­
вильные, т в ердые ч е р т ы ее л и ц а с м я г ч а л и с ь той
неуло­
в и м о й б а р х а т и с т о с т ь ю ж е н с т в е н н о с т и , зримо
передавать
к о т о р у ю л у ч ш е всего у м е л и м а с т е р а и т а л ь я н с к о г о
Воз­
р о ж д е н и я в л и к а х их с т р о г и х и к р о т к и х мадонн. Но
эта
м а д о н н а - из о б р у с е в ш е й б а р о н с к о й се м ь и - в ю н о с т и б ы ­
ла бесстрашной революционеркой,участвовала в Кронштадт­
ском, С в е а б о р г с к о м и С е в а с т о п о л ь с к о м в о с с т а н и я х , п о д в е р ­
галась п о л и ц е й с к и м р е п р е с с и я м . . . В 1908 год у о н а э м и ­
грировала в Швейцарию,где окончила медицинский ф акуль­
тет. В э м и грации в ы ш л а з а м у ж
за В л а д и м и р а И в а н о в и ч а
с в оего
товарища
по борьбе;
в Женеве
родилась
их

159

п е р в а я дочь, р а н о умерш а я , п о т о м вторая, И р и н а (став­
шая моей подругой
с п е р в о г о - д етского! - в з г л я д а и
н а вс ю ж и з н ь ) .
Поначалу и безапелляционная громогласность Влади­
м и р а Иван о в и ч а , и н е и с ч е р п а е м а я т и ш и н а М а р г а р и т ы
Ни­
к о л а е в н ы н а с т о р о ж и л и Ма р и н у , с г о р я ч а о н а п р и н я л а их
за к р а й н и е п р о я в л е н и я н е н а в и д и м о г о ею д у ш е в н о г о
ком­
ф о рта, а нала ж е н н ы й , р а з м е р е н н ы й у к л а д и о б и х о д л е б е ­
д е в с к о г о д о м а - по к о н т р а с т у с о б щ е э м и г р а н т с к и м и со­
б с т в е н н ы м с в о и м б ы т о в ы м н е у с т р о й с т в о м - за
"богатст­
во", н е в ы н о с и м о е ей, н е в з и р а я на " Х в а л у богатым".
Но б о г а т с т в о э т и х л ю д е й з а к л ю ч а л о с ь о т н ю д ь
не в
м а т е р и а л ь н о й обе с п е ч е н н о с т и , а до д у ш е в н о г о
благопо­
л у ч и я и м было так ж е далеко, как и с а м о й М а р и н е . В ч е м
о н а с к оро убед и л а с ь , и р а з у б е д и т ь с я в ч е л о в е ч е с к о м кач е с т в е э т и х д р у з е й ей не п р и ш л о с ь никогда.
Д р у ж б у М а р и н ы был о много, но все они, по к р а й н е й
м е р е те, что на мо е й памяти, о к а з ы в а л и с ь с помарками,
пом е х а м и , о говорка м и , р а з м и н о в е н и я м и ,
в з а и м н ы м и и ли
односторонними разочарованиями,
п р е в о з м о г а е м ы м и или
н е п о п р а в и м ы м и обидами.
К р о м е д р у ж б ы с Л е б е д е в ы м и - е д и н с т в е н н о й по в ы с о ­
те, глубине, простоте, в е р н о с т и и п р о т я ж е н н о с т и .
В и х д о м е н и к о г д а не у с т а в а л и от М а р и н и н ы х
бед,
нужды, неурядиц, н и к о г д а не о т с т р а н я л и с ь
от
ее н е ­
подъемного таланта и неподъемного
хара к т е р а ,
всегда
р а д о в а л и с ь ей. Это был е д и н с т в е н н ы й дом, от
которого
М а р и н е был д о в е р е н к л ю ч - не к а к о й - н и б у д ь т а м а л л е г о ­
рич е с к и й , нет, тот с а м ы й желез н ы й , к о т о р ы м и в о т с у т ­
с т в и е х о з я е в м о ж н о о т к р ы т ь д в е р ь и х квартиры,
войти,
р а с п о л о ж и т ь с я , как у себя - лучше,
п р о с торнее,
спо­
койнее, чем у себя, - о т д о х н у т ь - от себя же.
Д р у ж б а эта не т о л ь к о д л и л а с ь без спадов, путь
ее
ш е л в гору и д о с т и г н а и в ы с ш е й д о з в о л е н н о й ж и з н ь ю т о ч ­
ки в с а мые тяжелые, сам ы е з а т р а в л е н н ы е э м и г р а ц и е й го­
ды, н е п о с р е д с т в е н н о п р е д ш е с т в о в а в ш и е М а р и н и н о м у
воз­
в р а щ е н и ю на родину.

160

". . £ ы л и и не застали. З а й д е м к 7 1/2 ч.
Свидание
с К у б к о й (поэтом) н а л а ж е н о " . - З а п и с к а Х о д а с е в и ч у ,т о г ­
д а п р и е х а в ш е м у с Г о р ь к и м в Прагу, и с котор ы м ,
из-за
"боль ш е в и з м а " (Горького !) ник т о из р у с с к и х не общался".
За этими с т р о ч к а м и в т е т р а д и 1938 года, в к о т о р у ю
Марина, готовясь к о т ъ е з д у в СССР, п е р е б е л и в а л а в ы п и ­
ски из о с т а в л я е м о й ею за гр а н и ц е й ч а с т и с в о е г о а р х и в а
(погибшей в войну) - и с т о р и я ее м и м о л е т н о й
пражской
вс т р е ч и с п о э т о м В. Ф. Х о д а с е в и ч е м - и
невстречи
с
Горьким.
Горький, н а п р а в л я в ш и й с я на л е ч е н и е
в Мариенбад,
пр и е х а л в П р агу в к о н ц е н о я б р я 1923 года; в п р и б ы в ш е й
с н им н е б о л ь ш о й группе б л и з к и х и д р у з е й был и Х о д а с е ­
вич, знакомый с М а р и н о й в д о р е в о л ю ц и о н н ы е
еще
годы.
По адресу, п е р е д а н н о м у ему П а с т е р н а к о м (который,
как
и Марина, высоко ц е н и л т в о р ч е с т в о Х о д а с е в и ч а ) ,
В. Ф.
посл а л ей письмо с п р о с ь б о й о в с т р е ч е и о
содействии
ему в з н а к омстве с ч е ш с к и м и л и т е р а т о р а м и и поэтами.
П о д у м ы в а в ш и й о том, ч т о б ы о б о с н о в а т ь с я
в Праге но отн ю д ь не на п р а в а х " р я д ового", то е с т ь
бедствую­
щего, эмигранта, - Х о д а с е в и ч и с к а л с в я з е й , к о т о р ы е п о ­
м о гли бы ему о б р е с т и у с т о й ч и в о е и н е з а в и с и м о е п о л о ж е ­
ние с р еди к о р е н н о й и н т е л л и г е н ц и и страны, о к о т о р о й он
мало что з н а л ...
С п р и сущей ей б ы с т р о т о й М а р и н а
откликнулась
на
зов, хот я с о б с т в е н н ы е ее с в я з и с ч е х а м и
нельзя
было
п р и ч и с л и т ь к солидным. О н а о б р а т и л а с ь к м и л о й ей ж е н ­
щине, п е т е р б у р г с к и м с в о и м в о с п и т а н и е м и
образованием
с ы з д а в н а с в я з а н н о й с Россией, - А н н е А н т о н о в н е Т е с к о вой, о б щ е с т в е н н о й д е я т е л ь н и ц е п р о г р е с с и в н ы х в з глядов,
председательнице культурно-благотворительной "Чешско­
р у с с к о й едноты". О д н а к о р у с с к а я , с и р е ч ь б е л о - э м и г р а н т ­
ская ч а сть " Е д н о т ы " в о с п р о т и в и л а с ь п р о е к т у у с т р о й с т в а
вечера, на к о т о р о м Х о д а с е в и ч в ы с т у п и л
бы
с чтением
с в оих стихотворений . "Раз с Г о р ь к и м п р и е х а л - значит,
сам большевик", - т в е р д и л и т в е р д о л о б ы е . . .
Ч е ш с к а я же, основная, с т о р о н а м я л а с ь и ж а л а с ь , п о ­
нимая, что в п е р в у ю о ч е р е д ь с л е д о в а л о б ы о р г а н и з о в а т ь
в е чер самого Гор ь к о г о и л и - в его честь, но к ак
быть

161

с э м и г р а н т с к о й с т о р о н о й ? Г о р ь к и й - т о уедет, а р аздор в
с о б с т в е н н ы х р я д а х останется.
П о к а д л и л а с ь в о з н я , п у т а н и ц а и с л о в о п р е н и я на д в у х
языках, М а р и н а с С е р е ж е й н а л а д и л и с в и д а н и е Х о д а с е в и ч а
с чешским поэтом и литератором Франтишком
Кубкой.
В с т р е ч а эт а о к а з а л а с ь
б е с п о с л е д с т в е н н о й - не
понра­
в и л с я Х о д а с е в и ч Кубке, "не п о к а з а л с я " . . .
А М а р и н е - п он р а в и л с я ; м о ж е т быть, из д у х а п р о т и ­
воречия; м о ж е т б ы т ь , и з д у х а в ы с о к о г о с о б р а тства, о с е ­
н и в ш е г о их в тот в е ч е р - за ч а ш к о й кофе в каф е г о с т и ­
ницы Бер а н е к .
В д а л ь н е й ш е м , у ж е во Франции, они не л а д или, более
того - в р а ж д о в а л и и то л ь к о в п о с л е д н и е годы М а р и н и н о ­
го п р е б ы в а н и я на З а п а д е н а ш л и о б щ и й язык,
родной
им
о б о и м язы к поэзии. . .
М а р и н а р а с с к а з ы в а л а , что тогда, в Праге,
Ходасе­
в ич не п р о с т о п р е д л а г . п о з н а к о м и т ь ее с Горьким, к о ­
т о р о г о о ч ень любил , но - р в а л с я с д е л а т ь это, бл а г о до
Горького, о с т а н о в и в ш е г о с я в т ой ж е
гостинице,
было
б у к в а л ь н о р у к о й подать. Марина, однако,
отказалась по т о м у же с л о ж н о м у ч у в с т в у в н у т р е н н е г о з а п р е т а , к о т о ­
р о е к о г д а - т о з а с т а в и л о ее р а с т в о р и т ь с я в толпе, о к р у ­
ж и в ш е й Б л о к а на п о с л е д н е м его в ы с т у п л е н и и
в Москве,
запрета, не п о з в о л и в ш е г о просто подойти, просто
по­
з н а к о м и т ь с я . ("Г о р д о с т ь и р о б о с т ь - р о д н ы е
сестры..."
- п и с а л а о на в с т и х о т в о р е н и и 1921 года).
А тут еще - г р а н и ц а ее э м и грации, п р о л е г ш а я меж д у
н ей и Горьким. Как с этим н а в я з ы в а т ь с я ?
Ч е рез н е с к о л ь к о д н е й Г о р ь к и й
отб ы л
в Мариенбад
в м е с е со с в о и м и спут н и к а м и ,
М а р и н а же
"занесла
на
с к р и ж а л и " еще одну, г о р ь к у ю ей, невстречу.
Два письма Цветаевой
к
Горькому
(благодарность
е му за п р и г л а ш е н и е ее с е с т р ы А н а с т а с и и И в а н о в н ы п о г о ­
с т и т ь у него в Сорр е н т о ) и з в е с т н ы , о н и были
опублико­
в а н ы по с о х р а н и в ш и м с я ч е р н о в и к а м 1927 года в ч е т в е р ­
т о м н о м е р е ж у р н а л а " Новый мир" за 1969 год.
Но в от и с т о р и я еще
од н о г о М а р и н и н о г о
письма и
г о р ь к о в с к о г о о т в е т а на него (сами п и с ь м а не уцелели).
В с а м о м к о н ц е д в а д ц а т ы х годов и л и в н а ч а л е
трид­
цатых, во Ф р а нции, с о д н и м из н а ш и х з н а к о м ы х
пр о и з о -

162

ш е л у д и в и т е л ь н ы й случай. З н а к о м ы й этот, по п р и з в а н и ю
и о б р а з о в а н и ю - музы к о в е д , был э р у д и р о в а н н ы м знато к о м ,
л ю б и т е л е м и п о т р е б и т е л е м и с к у с с т в а во в с е х
его и п о с ­
т а сях ("...если бы ты в и д е л "морд;, " - ш и р о к у ю , умную,
бритую, б а р с к у ю - л и ц о " В о с к р е с е н ь я " из " Ч е л о в е к а , к о ­
торый был Ч е т в е р г о м " [повесть Ч е с т е р т о н а ] - с к о т о р о й
NN просил у меня тво й а д р е с ! " - п и с а л а о н е м М а р и н а
П а с т е р н а к у в 1927 год у ) и о б л а д а т е л е м п р и я т н о г о
голо­
са; силу, к р а с о т у и д и а п а з о н его в ы я в и л случай.
В тот д е н ь наш з н а к о м ы й гулял - вернее, по х а р а к ­
теру своему, ф л а н и р о в а л по з апущенной, д и ч а ю щ е й ч а с т и
В е р с а л ь с к о г о парка,
любовался
расстилавшейся
вдали
"регу л я р н о й " его ч а с т ь ю и пел л ю б и м ы е арии из л ю б и м ы х
опер, во в сю мощь, так, к ак по е т с я т о л ь к о на прост о р е ,
к о г д а са м н и к о м у не мешаешь, и тебе - никто.
Как в с т а р и н н о й
ска з к е - и л и
современном
музы­
к а л ь н о м фильме, - из з а р о с л е й на голо^
вышел
некто,
оказавшийся, по з а к о н а м жанра, то л и
знаменитым
по
т ем в р е м е н а м а н т р е п р е н е р о м , то л и с а м и м д и р е к т о р о м са­
мой М и л а н с к о й оперы; подошел,
представился,изумился,
у з н а в , ч т о п р и м а н и в ш и й его голос - г о л о с - ч у д о ,г о л о с - с о ­
к р о вище - п р и н а д л е ж и т о т н ю д ь не про ф е с с и о н а л у .
После
нескольких встреч,н е с к о л ь к и х п р и д и р ч и в ы х п р о с л у ш и в а н и й
(впрочем, и п р и д и р а т ь с я - т о было не к чему: голос, Б о ­
гом д а н н ы й и от п р и р о д ы п о с т а в л е н н ы й , н у ж д а л с я л и ш ь в
н е б о л ь ш о й шлифовке) и т а л ь я н е ц п р е д л о ж и л э м и г р а н т у п р и ­
ехать в М и л а н д ля " д о р а б о т к и " го л о с а у п е д а г о г а - в о к а листа, после чего г а р а н т и р о в а л д е б ю т в
" Ла С к а л а "
и
к а р ь е р у т р а н с к о н т и н е н т а л ь н о г о масштаба.
Все с л а гаемые ч у д а был и
налицо,
за и с к л ю ч е н и е м
с у ммы денег, п о т р е б н о й на д о а н г а ж е м е н т н ы й п е р и о д - п о ­
е з дку в Милан, п р о ж и в а н и е там, о п л а т у з а н я т и й с в о к а ­
листом.
Забегали, в п о и с к а х средств, н е м н о г о ч и с л е н н ы е б л и ­
зкие и д р у з ь я - б е з р е з у л ь т а т н о забегали: к р и з и с и б е з ­
р а б о т и ц а о т м е н и л и з а р аботки,
опустошили
кошельки
и
карманы. На хлеб не хватает, а тут -» блажь, голос к а ­
кой-то. ..
Т о г д а М а р и н а н а п и с а л а Горькому.

163

Алексей Максимович
о т о з в а л с я - быстро, деловито,
весело; п р и с л а л д л я б у д у щ е г о п е в ц а чек на пят ь
тыс я ч
ф р а н к о в (сумму немалую) с п р о с ь б о й не р а з г л а ш а т ь и м е ­
ни д а ю щ е г о ; в ы р а з и л н а д е ж д у на т о , ч т о - з а з в у ч и т
го­
л о с и д о с т и г н е т России; п о б л а г о д а р и л М а р и н у за о к а з а н ­
ное ему, Горькому, доверие: он р а д п о м о ч ь т а л а н т у , и б о
т а л а н т - это отлично! ибо ч е л о в е ч е с к и м т а л а н т о м сам а
ж и з н ь жива! П и с ь м о был о н а п и с а н о у в а ж и т е л ь н ы м к ч и т а ­
ющему, о т ч е т л и в е й ш и м г о р ь к о в с к и м п о ч е р к о м , ч е р н ы м и ч е р ­
н и л а м и на н е б о льшо м , а к к у р а т н о м л и с т к е п л о т н о й
белой
б у м а г и . ..
...Увы, н аш з н а к о м ы й так и не стал певцом. Н е п р е ­
о б о р и м ы й н е р в н ы й спазм, х в а т а в ш и й его за г лотку на п у ­
б л и ч н ы х в ы с т у п л е н и я х (и н и ч е м не п р о я в л я в ш и й себя
на
занятиях, р е п е т и ц и я х и п р о с м о т р а х ) ,с о р в а л в М и л а н с к о й
о п ере с е н с а ц и о н н ы й д е б ю т - и все н а св е т е а н г а ж е м е н т ы
Е д и н с т в е н н ы м голосом, д е й с т в и т е л ь н о
прозвучавшим
в этой н е с б ы в ш е й с я сказке, о к а з а л с я тихий, глух о в а т ы й
и т а к о й с е р д е ч н ы й голос са м о г о А л е к с е я М а к с и м о в и ч а . ..

На л е т н и е к а н и к у л ы
1924 года я п р и е х а л а - из М о ­
равской Тшебовы - самостоятельно, посаженная в поезд
Б о г е н г а р д т а м и и в с т р е ч е н н а я на п р а ж с к о м в о к з а л е папой.
П р и в е з л а с с о б о й з у б н у ю щетку,
тощий и
поглупевший
дне в н и к , п е р е э к з а м е н о в к у по а р и ф м е т и к е и ( н а с л е д с т в е н ­
ное!) з а т е м н е н и е в л е г к о м . П о с л е д н е е окончательно утвердило Марину
в у б е ж д е н и и , что
среднее
образование
д е в о ч к а м не на пользу, а н е к о т о р ы м и з б р а н н ы м н а т у р а м
д а ж е и во вред.
И в н о в ь н а ш а с е м ь я п е р е б р а л а с ь за город, и в о з о б ­
н о в и л о с ь наш е к о ч е в ь е по з н а к о м ы м д е р е в н я м - Иловищам,
М о к р о п с а м , Вшенорам .
Как всегда, М а р и н а м н о г о работ а л а , но больше, чем
в с е г д а - по к о н т р а с т у с Прагой, - у с т а в а л а и р а з д р а ж а ­
л а с ь от б ы т а и в е ч н ы х его н е с к л а д и ц и
несуразностей;
т о с к о в а л а о т в е р д о й п о ч в е под н о г а м и - п о с л е н е д а в н е ­
го а с ф а л ь т а о с о б е н н о т я г о т и л а гряь, в к о т о р у ю под д о ж ­
д я м и п р е в р а щ а л и с ь д е р е в е н с к и е т р о п к и и дорожки.
Один
164

из о т д а л е н н ы х у г о л к о в о ч е р е д н о й д е р е в н и , в к о т о р ы й м ы
забрались, так и был п р о з в а н знакомыми:
"эфроновские
грязи".
Стараясь, по с в о е м у разу м е н и ю , " п о м о ч ь р о д и т е л я м " ,
я р е ш и л а эк о н о м и т ь обувь; у х о д я в л е с
за я г о д а м и
и
грибами, пр я т а л а с а н д а л и и п о д м о с т и к о м
за
окол и ц е й ;
обу в а л а с ь на о б р а т н о м пути. П о д о б н о м н о г и м п р о ч и м м о ­
и м р а з у м н ы м затеям, э к о н о м и я в ы ш л а боком: о д н а ж д ы г р я ­
нул а гроза, п ы л ьная к а н а в к а п о д м о с т и к о м п р е в р а т и л а с ь
в русло в н е з а п н о в о з н и к ш е г о потока, у м ч а в ш е г о
злопо­
л у ч н ы е санда л и и в Б е роунку, а м о ж е т быть, и
в
самое
Влтаву. Как ни ск у л и л а я н а берегу, с а н д а л и и не
вер­
нулись. П р и ш л о с ь п о к у п а т ь новые. Был о м н е на орехи.
Как д у м а е т с я теперь, э м и г р а н т с к о е д е р е в е н с к о е ж и ­
т ь е - б ы т ь е еще хр а н и л о в себе
черты
тогда
недавнего
для многих дачного дореволюционного
обихода.
Ходили
д р у г к д р у г у в гости: з в а н ы е и л и - как с н е г н а
голо­
ву; с п р а в л я л и б е с к о н е ч н ы е и м е н и н ы ; у с т р а и в а л и н е т о р о ­
п л и в ы е с о в м е с т н ы е прогулки, пикники; л ю б и т е л ь с к и е с п е ­
ктакли, вечеринки, д е т с к и е п р а з д н и к и и л и т е р а т у р н ы е
чтения.
Во Вшенорах, н а и с к о с о к от л а в к и п а н а Б а л о у н а , с т о ­
яла к р а с и в а я "Вилл а Б о женка", большая,
вместительная
дача; ее с н и мали п о п о л а м м н о г о д е т н а я
семья
писателя
Е. Н. Ч и р и к о в а (все его д е т и был и в з рослые) - и
вдо­
ва Л е о н и д а Андреева , А н н а И л ь и н и ч н а , с Н и н о й , м о л о д о й ,
к р а с и в о й д о ч е р ь ю от п е р в о г о ее брака, и с т р е м я д е т ь м и - п о д р о с т к а м и от б р а к а с Андр е е в ы м : Верой, С а в в о й
и
Валентином.
С т р а н н а я это б ы л а ж е н щ и н а - г н е т у щ а я к а к а я - т о ; н е ­
взирая на в с ю ее л е г к о с т ь на подъем, б ы с т р о т у и н е п о ­
с р е д с т в е н н о с т ь реакций, д в и ж е н и й , р ешений,
с у ждений;
н е с м о т р я на я р к у ю в н е шность, ж а р к у ю ч е р н о о к о с т ь и к а ­
ж у щ у ю с я п р о с т о т у . П о к о й н о г о м у ж а л ю б и л а о н а без п а м я т и
- п р о д о л ж а л а л ю б и т ь д а ж е с вызовом, к ак
бы
стремясь
з а щ итить е г о , з а него п о с порить, п о с т р а д а т ь и
отсто­
ять. .. от кого?
За г р а ницу она в ы в е з л а не т о л ь к о
рукописный
его
архив, но и п у д ы его п о п у т н ы х у в л е ч е н и й : с д е л а н н ы е и м

165

снимки, н а п и с а н н ы е и м картины, к а к и е - т о
мудреные и н ­
стру м е н т ы , п р и б о р ы и п р и с п о с о б л е н и я , - и все это х р а ­
нила, о х р а н я л а - р е в н и в о и ревн о с т н о .
М а р и н у о н а р а в н о и п р и в л е к а л а и о т ш а т ы в а л а ; ею м о ж ­
но был о л ю б о в а т ь с я , а вот л ю б и т ь , п о ж а л у й невозможно;
ч т о - т о нечеловеческое в н е й было. И л и - казалось.
Д е т я м ее с ней был о нелегко.
В б о л ь ш о й - громадной, - в с е м и г р о м а д н ы м и
ок н а м и
г л я д е в ш е й в сад ко м н а т е А н н ы И л ь и н и ч н ы и н о г д а с о б и р а ­
л и с ь л и т е р а т у р н ы е " п о с и д е л к и " - одн и
читали,
другие
слушали. В о д н у из п а м я т н ы х а н д р е е в с к и х д а т о н а у с т ­
р о и л а ч т е н и е н е о п у б л и к о в а н н о й , н и к о м у т о г д а не и з в е с ­
т н о й п ь е с ы м у ж а - " С а м с о н в окопах".
Ч и т а т ь д о л ж е н был зорко ею в ы с м о т р е н н ы й и
ею же
на с л у х п р о в е р е н н ы й актер А. Брэй, одаренный, о с т р о г о
у м а человек, рыжий, к ак лис, и хромой, как Б а й р о н р у ­
к о п и с ь п ь е с ы б ы л а ему в р у ч е н а з а б л а г о в р е м е н н о ,
чтобы
он у с п е л в с е рьез п о д г о т о в и т ь с я . . .
Ка к с е йчас в и ж у :е д и н с т в е н н о е с в е т о в о е пятно - л а м ­
п а с к л а с с и ч е с к и м з е л е н ы м а б а ж у р о м на столе; у
сто л а
- к р е с л о д л я чтеца; п о д п и р а я с т е н к и , к а к на п е т р о в с к и х
асса м б л е я х , - с л у ш а т е л и в у м и л ь н о - н а п р я ж е н н ы х
позах.
В п о л у м р а к е н е х о р о ш и м т е м н ы м о г н е м горят в е л и к о л е п н ы е
г л а з а (очи!) А н н ы Ильин и ч н ы .
Б р э я нет к ак нет. О п а з д ы в а е т ? и л и забыл? И в о обще
- ч т о - т о будет? Наконец, к о г д а в с е м у же р е ш и т е л ь н о н е ­
в т е р п е ж и х о ч е т с я ч е с а т ь с я и д а ж е к у с а т ь с я - влетает,
наигранно-непринужденно, изящно раскланиваясь и изви­
н я я с ь на ходу, чтец. К о л л е к т и в н ы й в з д о х о блегчения.
Б р э й с а д и т с я в кресло, о т к а ш л и в а е т с я , н а л и в а е т в о ­
д у из графина, пьет, с н о в а о т к а ш л и в а е т с я , бе р е ж н о д о ­
с т а е т из п о т р е п а н н о г о п о р т ф е л я
р у копись,
оглаживает
ее, п р и с т р а и в а е т с я п о у д о б н е е - А н н а И л ь и н и ч н а
с ледит
за н и м п р и с т а л ь н ы м т и г р и н ы м
взглядом, - и - н а р а с т а ­
ющий, б а р х а т н о - г р о м к и й , актерский голос:
- Л е о н и д А н д ре е в . С а м с о н в окопах.

166

На чириковской половине жилось добродушно, есте­
ственно, без гнета хотя, как в к а ж д о й б о л ь ш о й и о ч е н ь
д р у жной семье,
были и трения, и н е п о л а д к и, и с т р а д а ­
ния. И тоска.
Т о с к а ж и л а в к о м н а т к е Е в г е н и я Н и к о л а е ви ч а , в о п л о ­
щ е н н а я и в о п л о щ а е м а я и м - нет, не в рукоп и с я х : в д е ­
р е в я н н ы х м о д е л ь к а х в о л ж с к и х пароходов, к о т о р ы е он с о ­
оружал на верст а к е у окошка, г л я д е в ш е г о в с а м у ю
гущу
сада. К о м н а т а был а н а с е л е н а п а р о х о д а м и - м а л е н ь к и м и и
чуть побольше, б а р ж а м и - к о л о м е н к а м и , т и х в и н к а м и , ш и ­
тиками, гусянками; ч е л н а м и и к о с н ы м и . . .Тесно б ы л о в о л ­
ж а н и н у во Вшенорах, м е л к о в о д н о на Бероунке!
Д р у ж и т ь со всей ч и р и к о в с к о й с е м ь е й М а р и н е был о н е ­
с п о д ручно - о ч е н ь у ж в е л и к а и р а з н о в о з р а с т н а б ы л а с е ­
мья! П о я в л я л и с ь у нас в р о з н и ц у то Л ю д м и л а
(вскоре
уехавшая),то Валенти н а , то - старики. В ч е с т ь
Евгения
Н и к о л а е в и ч а М а р и н а д а ж е п и р о г и пекла, что было ей с о ­
в с е м н е с в о й ственно ; Ч и р и к о в смеясь, н а з ы в а л и х
"цы­
гански ми п и р о г а м и на к о ф е й н о й гуще" и ел с аппе т и т о м ,
ж е н а его В а л е н т и н а Г е о р г и е в н а в е ж л и в о с п р а ш и в а л а : " К а к
вы это готовите?" - и
недоверчиво
отщипывала
кусо­
чек .. .

...Добрая п а м я т ь д е т с к и х л е т х р а н и т т о л ь к о добро,
д е т с к и е глаза в ы б и р а ю т из о к р у ж а ю щ е г о
красо т у ,
дет­
ские у ш и ч у тки к "интер е с н о м у " , с м ешному,
з а б авному.
Моя Чехия была пор о й моего де т с т в а , п о р о й
м о е г о - на
всю ж и з н ь - простора, и в е с е л о в с п о м и н а е т с я мне.
А как было у в з р о с л ы х ? К а к о в о было им?
Р а н н е й в е с н о й 1924 года м ой о т е ц п и ш е т
сестре
в
Москву:
"...B П р аге мне плохо. Ж и в у зд е с ь к ак п од
колпа­
ком. Из р у с с к и х знаю о ч е н ь многих, но м а л о к к о м у т я ­
нет. А вообще к л ю д я м о ч е н ь т я н е т . И в Р о с с и ю
страшно
как тянет.
Как
скоро, думаешь, мо ж н о мне
буд е т
вернуться?
Не в смысле б е зопа с н о с т и , а в с м ы с л е м о р а л ь н о й в о з м о ­
ж н ости? Я готов ж д а т ь еще д в а года. Боюсь, д а л ь ш е сил
не х в а т и т ..."

167

О с е н ь ю того же года, ей же: " Самое т я ж е л о е в моих
п и с ь м а х к тебе, это - н е о б х о д и м о с т ь п и с а т ь о своей ж и ­
зни. А о н а так мне мерзка, что р у к а к а ж д ы й раз
оста­
н а в л и в а е т с я "на э т о м с а м о м м е с т е " . . .Если бы ру х н у л а
стена, нас с т о б о й р а з д е л я ю щ а я ! Господи!
Но не п и с а т ь о себе - з н а ч и т н и ч е г о не писать...
Э ту зиму я не п е р е е з ж а ю в город. Ж и в е м в ложбине,
о к р у ж е н н о й горами и л е сом. Из о к н а вид на уже п о к р а с ­
н е в ш и й х о л м и на небо, синее по-южному.
Стоит
бабье
л е то. По н о ч а м у ж е морозит, д н е м жара. К а ж д ы й д е н ь е з ­
ж у на з а н я т и я в город, к о т о р ы й о т с ю д а в д в а д ц а т и в е р ­
стах.
С у ж а с о м о ж и д а ю н а с т у п л е н и я зимы.
Д в а д ц а т ь п я тый год с у л и т т р у дности. Р а з р ы в а ю с ь м е ­
ж ду университетом и необходимостью немедленного зара­
ботка. Возможно, что з а р а б о т к а р а д и п р и д е т с я п е ребрать­
ся в
П а р и ж - т ам х о т ь
какие-то
шансы
на
работу,
з д е с ь - никаких. Нас, русских, с л и ш к о м много. Значит,
б р о с а т ь у н и в е р с и т е т . М е н я это не о ч е н ь огорчает, и б о не все л и равно? Но, зна й я это раньше, и н а ч е бы п о ­
строил. с в о ю жизнь.
...Я с е йчас зан я т р е д а к т и р о в а н и е м н е б о л ь ш о г о ж у р ­
нала, л и т е р а т у р н о - к р и т и ч е с к о г о .
[Студенческий журнал
" С в о и м и путями".] М н е бы о ч е н ь х о т е л о с ь п о л у ч и т ь чтон и б у д ь из Р о с с и и - о т е а т р е , о п о с л е д н и х
прозаиках и
поэтах, о н а у ч н о й жизни.
Е с л и в л а с т и н и ч е г о не будут и м е т ь против, по п р о с и
тех, кто мог бы д а т ь м а т е р и а л в э т и х о б ластях,
при­
слать его по м о е м у адресу. О ч е н ь х о т е л о с ь бы и м е т ь с т а ­
т ьи - и л и х отя бы з а м е т к и о С т у д и и [Вахтангова] к а м е р ­
н о м театре, М е й е р х о л ь д е . С р а д о с т ь ю р е д а к ц и я б ы п р и ­
н я л а и с т ихи и прозу...
П о г о в о р и с М а к с о м [Волошиным],
с Антокольским м о ж е т , о н и дадут ч т о - н и б у д ь ? С о о б щ и м не н е м е д л е н н о , м о г у
ли я чего-либо ждать?
...Мне никто не пишет. У мен я ч у в с т в о , ч т о все м о с ­
к в и ч и м е н я забыли. Я з н а ю , ч т о м е ж нами л е ж а т г о д ы , р а з ­
д е л я ю щ и е больше, ч е м т ы с я ч и и т ы с я ч и верст. Знаю, что
с а м виноват, но все ж е - больно.

168

Пиши, Лиленька! Т в о и п и с ь м а - е д и н с т в е н н а я р е а л ь ­
ная связь и с Россией, и с прошлым, а м о ж е т быт ь - и
с будущим".

Р а с с е я н н о е по М а р и н и н ы м т е т р а д я м - ср е д и
черноты
черн о в и к о в и б е л и з н ы беловиков, з а п и с е й о п е р е ездах:
И ю н ь 1924 года в И л о в и щ а х (там, по о с т ы в ш и м
сле­
дам, д о п и с ы в а е т с я " П о э м а Конца": "А конец во
мне куда раньше! Н а ч а в , к а к вздох, д о п и с ы в а л а как долг!")
Июл ь в Д о л ь н и х М о к р о п с а х ( " п е р е е х а л и из И л о в и щ
в
Д. М о к р о п с ы в р а з в а л е н н ы й д о м и к с о г р о м н о й р у с с к о й п е ­
чью, к р и в ы м и потолк а м и , к р и в ы м и с т е н а м и и к р и в ы м
по­
лом, - во д в о р е о г р о м н о й (бывшей) экономии.
Огромный
сарай - ко т о р ы й х о з я й к а
мечтает
сда т ь
каким-нибудь
р у с с к и м "штудентам" , сад с к а м е н н о й з а г о р о д к о й н а д с а ­
м ым п о л о т н о м ж е л е з н о й дороги. - Поезда.
III ка р т и н у ["Ариадны"] н а ч и н а ю 21 и ю л я 1924 года.
Д а й Бог - и д а й т е боги!"
Август - другое жилье в тех же Мокропсах
(" п а р о м
через реку. К р о х о т н ы й к а м е н н ы й дом; с т е н ы
в полтора
аршина толщины. Н е у с т а н н о п и ш у
"Т е з е я "
["Ариадну"].
М н ого о т д е л ь н ы х строк, п о к а о т с т р а н я е м ы х . . . " )
С е н т я б р ь (и до с амого к о н ц а п р е б ы в а н и я
в Чехии)
- В ш е н о р ы ("Переез д во В ш е н о р ы - в е з е т д е р е в е н с к и й с у ­
масшедший, к о т о р о г о м ы по д о р о г е о п а и в а е м п и в о м и о д у ­
р я е м п а п и р о с о й (NB! не курящего! - а т р и д н я д о эт о г о
вязание, из кот о р о г о н и ч е г о не вышло"...)
Строки: "Все важнее, все нужнее, все
непреложнее
- меня !"
"Уметь умереть, п о к а не поздно".
"Этой ж и з н и - м е с т н о с т ь и тесность".
"Рваный плат о к на х у д о м плече".
"Не и м е т ь п р а в а т е р я т ь ( н и щ е т а ) . Н и ч т о не твое. Ни
копейки".
"Душа не может быть заполнена н и к е м и ничем,
ибо
она не сосуд, а - содержимое".
" П р и зраки в ы з ы в а ю т с я н а ш е й тоской. И н а ч е
они
не
смеют. Д о т о с к у й т е с ь до отчаяния, и они с т а н у т
полно­
вла с т н ы м и х о з я е в а м и в а ш и х д н е й . . . "
169

"Слезы: н е п р о л и в а ю щ и е с я , в счет не и дущие".
" Как б и л а с ь в с в о е м пле н у
От с к р у ч е н н о с т и и ск р ю ч е н н о с т и . . .
И к имени моему
М а р и н а - п р и б авьте: мученица".

Редко, п о т аенн о ,
прорывается
иное:
в о с х одящее,
б о я щ е е с я сглазу; оно едв а приметно; вот р а з в е что в я ­
зание, т о лько что б е г л о у п о м я н у т о е .
М а р и н а в я ж е т шаль, хот я н и ч е г о еще не видно;
при
ее п о д т я н у т о с т и - все еще н е з аметно. О н а в я ж е т , п е р е у п р я м л и в а я с в о ю н е с п о с о б н о с т ь к р у к оделию.
Вяжет,
и
свяжет, и не одну, в к о л д о в ы в а я с ь в т ы с я ч е л е т и я м и п р о ­
вер е н н у ю , творящую,
успокоительную занятость женских
рук, о п р а в д ы в а ю щ у ю д о с у г мысли, в о з м о ж н о с т ь
тайного,
г л у х о н е м о г о д и а л о г а с незримым, но у же сущим.
Т е т р а д и - другое:
тетради - сплошной
недосуг,
с п л о ш ь тру д и долг, с п л о ш ь м ы с л ь - и з р е ч е н н а я ,
вдох­
н о в е н и е - в т и с н у т о е в н е п р е л о ж н у ю ф о р м у ,чу в с т в о - н а ­
званное; т е т р а д ь - г л а сность, есл и не
н ы нешняя,
так
грядущая. У же р а с с е к р е ч е н н о с т ь .
И в т е т р а д я х э т и х м е с я ц е в - стихи, письма, з а м ы с ­
л ы , и "Тезей","Тезей" ("Ариадна") - со в с е м и о т в е т в л е н и я ­
ми, в з б л е с к а м и Ф е д р ы и н е о с у щ е с т в и в ш е й с я Елены, со все м и
в а р и а ц и я м и т е м ы Рока. В т е т р а д и - все,
как
всегда,
только :
Ж е н щин а , что у тебя под ша л ь ю ?
- Будущее! и еще, н а ч а т о е и с у е в е р н о отло ж е н н о е ,
в е р ш е н н ы е строфы, сти х о т в о р е н и е :

в четыре

неза­

...Над к о л ы б е л ь ю тво е й нищ е й
Многое , м н о г о е с Б о г а взыщем...
В о с х о д и т и с б ы в а е т с я то, о ч е м М а р и н а п и с а л а С е ­
р е ж е в том, с Э р е н б у р г о м из М о с к в ы
п о с л а н н о м письме:
170

"Не горюйте о н а ш е й Ирине, Вы ее с о в с е м не знали, п о ­
думайте, что это Вам приснилось, не
вините в бессердечье, я просто не х о ч у В а ш е й боли, - в с ю б е р у на с е ­
бя: У н а с ' б у д е т сын, я знаю, что это б у д е т . . . "
Т о лько потом, к о г д а "т а й н о е с т а н о в и т с я я в н ы м " , о н а
н а ч инает об это м г о в о р и т ь вслух, к э т о м у зри м о
гото­
виться, с о в е т о в а т ь с я с врачами, с о б и р а т ь , п о з н акомым,
" п р и даное" - вещи у ж е п о д р а с т а ю щ и х д етей. И в
тетра­
д я х п о я в л я ю т с я о т к р ы т ы е записи. В от о д н а из н и х - х а ­
р а к т е р н а я и характ е р н а я : ". . . У А л и в о с х и т и т е л ь н а я д е ­
л и к а т н о с т ь - н а з ы в а т ь мо е г о б у д у щ е г о сына: "Ва ш сын",
а не - "мой б р а т " , э т и м у к а з ы в а я
его
принадлежность,
его м е с т о п о л о ж е н и е в жизни, о б е з о р у ж и в а я ,
предвосхи­
щая и п р е д о т в р а щ а я м о ю м а т е р и н с к у ю р е в н о с т ь . . . "
И н а к о н е ц - л и к у ю щ и е строки, д а ж е с т р а н и ц ы ч и с т е й ­
ш е й радости, с в е т л е й ш е й б л а г о д а р н о с т и ,
просто - сча­
стья:
"Сын мой Г е орг и й р о д и л с я 1 ф е в р а л я
1925 года,
в
вокресенье, в полдень, в с н е ж н ы й вихрь.
В
самую се­
к у н д у его р о ж д е н и я на полу возле
кровати
разгорелся
спирт, и он п р е д с т а л во в з р ы в е си н е г о плам е н и . . . Спа с
ж и з н ь ему и мне Г.И. А л ь т ш у л л е р , н ы н е , 1 2 - г о > д е р ж а щ и й
свой п о с л е д н и й экзамен.
[Доктор
Григорий
Исаакович
Альтшуллер, т о г д а с т у д е н т - м е д и к П р а ж с к о г о у н и в е р с и т е ­
та, сын врача, л е ч и в ш е г о Л.Н. Толст о г о . ]
Накануне, 31 января, мы с А л е й был и у з у б н о г о в р а ­
ча в Ржевницах. Н а р о д у - п о л н а я п р и е м н а я , ж д а т ь не х о ­
телось, пошли гулять и д о б р е л и п о ч т и до К а р л о в а Тына.
П о ш л и о б р атно в Ржевницы, потом, не д о ж и д а я с ь поезда,
р е к о й и л у г а м и - во Вшеноры.
В е ч е р о м были с С е р е ж е й у А.И. А н д р е е в о й , с м о т р е л и
с т а р инные и к о н ы (цветные ф о т о г р а ф и и ) , в е р н у в ш и с ь д о ­
мой, около 2 часов еще ч и т а л а в п о с т е л и Д и к к е н с а : Д а ­
вид Копперфильд.
Ма л ь ч и к дал о себе зна т ь в 8 1/2 утра. С н а ч а л а
я
не п о няла - не п о в е р и л а - в с к о р е у б е д и л а с ь и
на все
у в е щ е в а н и я "все сделать, ч т о б ы ехать в П р а г у " не
со“
г л а ш а л а с ь . .. Н а ч а л а с ь б е з у м н а я гон к а С е р е ж и по
Вшенор ам и Мокропсам. В с к о р е к о м н а т а моя п е р е п о л н и л а с ь ж е н ­
щ и нами и стала н е у з н а в а е м о й . Ч и р и к о в с к а я н я н я
вымыла

171

п о л , в с е л и ш н е е (т. е. в сю комнату!) вынесли, о б л е к л и
м е н я в а н д р е е в с к у ю н о ч н у ю р убашку, к р о в а т ь - в ы д в и н у ­
л и на середину, по л в о к р у г з а л и л и спиртом.
(Он-то
и
в с п ы х н у л - в н у ж н у ю секунду!) Д в и ж е н и е
отчасти
меня
о т в л е к а л о . ..
В 10 ч. 30 мин. п р и б ы л Г.И. А л ь т ш у л л е р , а в 12 ч.
р о д и л с я Г е о р г и й . ..
Да, что - мальч и к , у з н а л а от В.Г. Чирик о в о й , п р и ­
с у т с т в о в а в ш е й при
рожд е н и и .
"Мальчик - и хорошень­
кий!". ..
...Говорят, д е р ж а л а себя хорошо. Во в с я к о м случае
- ни о д н о г о крика. (Все же н щ и н ы : - Д а
вы кричите! З а ч е м ? - И т о л ь к о о д н а из них, н а м ое (Ну - как?) ти­
хое: " Б о л ь н о ! " - И нужно, ч т о б ы было больно! - Е д и н с ­
т в е н н о е у м н о е слово. - А н н а И л ь и н и ч н а Андреева.)
В соседней комнате сидевшие
утверждают,
что
не
з н а й - что, не д о г а д а л и с ь бы".

"У Георгия
бы л о
семь
нянь:
волчиха-уголыцица,
г л я д е в ш а я в л е с а [нанятая в п о м о щ ь М а р и н е
и ушедшая
ч е рез неделю!]. А.И. А н дреева, В.Г. Ч и р и к о в а , М у н а Б у л ­
гакова, Кат я и Ю л и я Р е й т л и н г е р , и "мать м а л ь ч и к а " [мо­
его м а л е н ь к о г о товар и щ а ,
Олега] - А . З . Т у р ж а н с к а я . ..
. . .Юлия ( в о п л о щ е н и е ч и с т е й ш е г о долга во все й
его
н е п р и к р а ш е н н о с т и ! ), в ч е р н о м пл а т ь е с ш и р о ч е н н ы м р е м ­
нем, с т р о г а я до су р овости, худо ж н и ц а , с и д е л а п од о к ­
н о м и три ч а с а п о д р я д м о л ч а т е р л а н а ж д а к о м д о с к у д ля
и к оны, ч е м о к о н ч а т е л ь н о с в о д и л а мен я с ума...
...Муна Б. б ы л а к ак тен ь - н а п о м и н а л а , при р е б е н ­
ке, т а т а р с к у ю н е в о л ь н и ц у - " п о л о н я н о ч к у " , - м о ж е т быть
д а ж е т у , р а з и н с к у ю - че р н ы е бус ы глаз создавали чадру...
В.Г. Ч и р и к о в а (актриса, в о л ж а н к а ) ,с т а р а я актриса,
. . . просто - играла: м о л о д у ю м а т ь , м о л о д о е материн с т в о ,
все р а в н о ч ь е , е е и л и м о е . . . - А он - п р е х о р о ш е н ь к и й ! . .
А ноздри! ноздри! П р я м о - Шаляпин! - н а п о л н я я к о м н а т у
и, мне, голову, ж е с т а м и р ук в б р а с л е т а х и в с п л е с к а м и
ю б о к и с к у с т в е н н о г о шелка, о с о б е н н о с вистящего.

172

...А. И. А н д р е е в а н а д р е б е н к о м б ы л а
воплощением
материнства, . . . м а т е р ь ю - з в е р ь ю и д а ж е - звере м . . . с а ­
мовластными, р евнивы м и , н е т е р п и м ы м и и н е с т е р п и м ы м и р е ­
чами и с о в етами д о в о д я мен я до т и х и х слез, к о т о р ы е я,
конечно, ста р а л а с ь з а г н а т ь н а з а д в глаза, и л и с л и т ь с
боков висков - п о м н ю д а ж е т и х и й стук о
подушку - ибо
знала, что все это - от любви: ко мне, к нему,
к жи­
вому, и от жгучей, м. б. и н е о с о з н а н н о й раны, что все
это - не с н ею и с н е ю у же н и к о г д а не будет...
"У А. И. к нему е с т е с т в е н н ы е ч у в с т в а
бабуш к и " , улыбаясь, сказал мне мой доктор.
Не бабушки, - п о д у м а л а я, - б а б у ш к и о т р е ш е н н е е . Н е
бабушки, а м а т е р и к н е в о з м о ж н о м у , н е с б ы т о ч н о м у ,п о с л е д ­
нему.
С е йчас - и л и
никогда. И знает - ч т о н и к о г д а . ..
...Вот Кат я Р [ е й т л и н г е р ] , высокая, б е л о к у р а я , ш а ­
лая. В с е г д а к о л е н о п р е к л о н е н н а я . . . Кат я Р .с в е ч н ы м м е ­
ш к о м д р у ж б ы и п р е к л о н е н и я на спине - чер е з г о р ы и х о ­
л м ы Праги - з а щ и т н о г о ц в е т а м е ш о к , з а щ и т н о г о ц в е т а д о ­
ж д е в о й п лащ - о г р о м н ы м и ш а г а м и через г о р ы и х о л м ы П р а ­
ги, а то и из П р а г и во В ш е н о р ы - с ч у ж и м и д е л а м и и д о ­
л г а м и и з а б отами в м е ш к е - н о с я щ а я с в о ю л ю б о в ь на с п и ­
не, как ц ы г а н к и - детей . . .
Катя Р., так в л ю б л е н н а я в мои стихи...
...Она и А л ю н о с и л а н а спине, и д а ж е галопом,
по
н е ш у т о ч н ы м горам В ш е н о р - о г р о м н у ю т о л с т у ю д е с я т и л е т ­
н ю ю Алю, ч т обы п о р а д о в а т ь - ее, и ч т о - т о себ е - л и ш ­
ний раз - д о к а зать. . .
Эта буря м еня о б с л у ж и в а л а - тихо, э т о т л и р и ч е с к и й
в о д о п а д тихо звенел о ст е н к и к а с т р ю л е ч е к и буты л о ч е к ,
на огне ст р а с т е й в а р и л а с ь еда...
"Мать мальчика". М а т ь м а л ь ч и к а Ле л и к а ,
одинокая
мать, б р о шенная отцом...
Ее белая комната, с ежедневно, до страс т и , м о е м ы м
полом, с особой, н е ч е л о в е ч е с к о й страстью: в м а л я р и й ­
ные дни. От к р о е ш ь д в е р ь и - в саду, т. е. в
окне,
в
к о т о р о м - яблоня, к о т о р о е - яблоня, к о т о р у ю п о м н ю в е ­
чноцветущей. П р о с т о - райской. К р оватка. Плита,
чище
зеркала. К не й д р у г и е х о д и л и за п и рогами, я - за т а й ­
н о й - всего ее непо н я т н о , н е п р а в д о п о д о б н о - п р о с т о г о с у ­
щества. И с с а м о т а й н о й - себя. "Есть на
свете,
друг

173

Горацио, вещи, к о т о р ы е и не с н и л и с ь м у д р е ц а м " .
Здесь
Ш е к с п и р , конечно, о п р о с т ы х в е щ а х говорит. "Ма т ь м а л ь ­
ч и ка" б ыла и м е н н о
такая
"вещь",
такой
простоты "вещь". Ч е г о н и к т о не понимал, кро м е меня. (А она?)
Л и ц о Ф л е н у ш к и из "В л е с а х и на г о р а х " . . . О т б у ш е в а ­
в ш а я Ф ле н у ш к а . Б е с к р о в н о е л и ц о с п р о з р а ч н о - г о л у б ы м и ,
- с е к у н д а м и н е п р о н и ц а е м о - д о ч е р н а - с и н и м и глазами, р о в ­
но с т о л ь к о г у б , с к о л ь к о нужно д л я улыбки, - у л ы б к а без
губ.
П р я м о н о с а я , л и ц о м о л о д о й иконы...
...Верьте в я ж у щ и м вам ф у ф а й к и и н я н ч а щ и м в а ш и х д е ­
тей!
Э ти за вас - в ог о н ь пойдут.
...Это было в о п л о щ е н и е тишины, у м е с т н о с т и ,
физи­
ч е с к о й у м е л ости. Как д о м а п и р о г и у нее в о з н и к а л и сами
- без рук - и л и т о л ь к о с п о м о щ ь ю рук - и д а ж е не рук,
а н е с к о л ь к и х (закли н а т е л ь н ы х , н а в с т р е ч у и по желанию
вещи) д в и ж е н и й - так и здесь:
П е р е л о ж и т ь ребен к а , п е р е с т л а т ь мне, не п р и к о с н у в ­
ш и с ь ко мне, п о с т е л ь - р у к и сами, в е щ и сами, м а г и ч е с ­
к и й сон, тишина...
Не з а б ы т ь - нет, не няню, д о б р о г о г е н и я , ф е ю з д е ш ­
н и х мест, А н н у А н т о н о в н у Тескову. П р и е х а в ш у ю - с о г ­
ромной довоенной, когда-то традиционной коробкой ш о ­
к о л а д н ы х к о н ф е т - в д ва ряда, без картона, без обмана.
Седая, в е л и ч е с т в е н н а я . . . и з н у т р и ц а р с т в е н н а я .
Орлиный
нос, как г о р н ы й х р е б е т м е ж д у г о л у б ы м и о з е р а м и п о - н а с ­
т о я щ е м у с п о к о й н ы х глаз, се д о й в е н е ц волос...
вы с о к а я
шея, в ы с о к а я грудь, в с е - в ы с о к о . С е р о е ш е л к о в о е
пла­
тье, конечно, е д и н с т в е н н о е и не п о ж а л е н н о е д л я вш е н о р с к и х грязей, и б о - п е р в ы й сын! - ..."

"...И, наконец, в о з в р а щ а я с ь к п е р в о й ноч и - к н о ­
1 на 2 ф е в р а л я Ч е ш к а - у г о л ь щ и ц а . Первая. Н и к о г д а не з а б у д у , к а к выл
о г о н ь в печи, д о к р а с н а рас к а л е н н о й . ( М а л ь ч и к , к а к
все
м ои дети, о б с к а к а л срок на д в е недели, - от ч е г о , в п р о ­
чем, как все м о и дети, не был ни меньше,
ни
слабее,
174
чи с

а еще на о б о р о т кр у п н е е и с и л ь н е е д р у г и х - и н у ж н а б ы ­
л а теплица.)
Жара. Не сплю. К а ж е т с я , в п е р в ы й раз в ж и з н и - б л а ­
женствую. Н е п р и в ы ч н о - б е л о вокруг. Д а ж е руки белые! Не
сплю. Мой сын.
- О-о- о - о ! - угрожающе-торжествующе воет огонь,то­
чно не в печи, а в с а м о й мне,... у н о с я м е н я из
самой
м еня д ы м о х о д о м п и щ е в о д а с к в о з ь т р у б у шеи...
И т о р о п л и в о е со н н о е н е в н я т н о е б о р м о т а н и е
старухи
- все на "ц" и на "зж" - чешки из
той
Богемии:
Яна
Жижки, Ж о р ж Зан д и " б о г е м с к о г о х р у с т а л я " .

"Если бы мне се й ч а с п р и ш л о с ь ум е р е т ь , я
бы д и к о
ж а л е л а мальчика, к о т о р о г о л ю б л ю
какою-то
тоскл и в о ю ,
умиленною, б л а г о д а р н о ю л ю б о в ь ю . А л ю б ы
я жалела
за
другое
и
по-друго м у . . .
А ля бы меня н и к о г д а не забыла,
мальчик
бы м е н я
н и к о г д а не вспомнил...
Буду л ю б и т ь его - к а к и м бы он ни был: не за к р а ­
соту, не за д а р о ван и е , не за сходство, за
то, что он
есть".
И - чуть б о лее п о з д н я я запись:
" Мальчиков нужн о баловать, - им,
может
быть, на
в о йну придется".

175

САМОФРАКИЙСКАЯ

ПОБЕДА

Марина Цветаева и Аветик Исаакян
впервые
встре­
т и л и с ь в П а р и ж е о с е н ь ю 1932 года у д р у з е й Ц в е т а е в о й Владимира Ивановича и Маргариты Николаевны Лебедевых,
ж и в ш и х на т и х о й
у л о ч к е Д а н ф е р - Р о ш р о ; в ы т е к а в ш а я из
толчеи
бульваров
Распай и Монпарнас и вливавшаяся в
с у т о л о к у б у л ь в а р а Сен- М и ш е л ь ,
у л о ч к а э та о к а з ы в а л а с ь
в н е з а п н о т и х о й и голубой, как р у ч е й с н е п р и м е т н ы м т е ­
чением; т и х о й - п о т о м у
что
одна
с т о р о н а ее
ст о я л а
с п л о ш н ы м , в д л и н у и вв ы с ь т я н у щ и м с я о т в е с о м с т е н ы п р и ­
юта
глухонемых; г о л у б о й - от н а в с е г д а
скопившейся в
э т о м у щ е л ь е тени: с о л н ц е
туд а не з а г л я д ы в а л о . Дома,
в ы с т р о и в ш и е с я н а п р о т и в стены, к а з а л и с ь т а к и м и же б е з ­
в о з р а с т н ы м и и безл и к и м и , как она; в р е м я с г л а д и л о
все
в ы с т у п ы с их фас а д о в , стерло все краски. Н е з р я ч и е ок-

176

на, п о л у п р и к р ы т ы е д е р е в я н н ы м и с т у п е н ч а т ы м и
с тавнями,
впе р я л и с ь в г л у х о н е м у ю стену.
П р о х о ж и х было мало, и они не спешили; с а м а улица,
я в л я в ш а я собой н е к у ю з в у к о в у ю и ц в е т о в у ю п а у з у
между
кварталом художников и кварталом студентов,как бы в ы ­
н у ж д а л а з а м е д л и т ь ш а г и о с в о б о д и т ь с я от н а п р я ж е н и я . . .
К о г д а Ц в е т а е в у о д н а ж д ы спросили, к а к о е м е с т о в П а ­
риже л ю б и т она боль ш е всего, о н а - д л я в с е х н е о ж и д а н ­
но - на з в а л а и м е н н о эту, т а к у ю , с о б с т в е н н о г о в о р я , н е в ­
з р а ч н у ю улочку:
"- За т и ш и н у и за Л е б е д е в ы х " .
В.И. Л е б е д е в был р е д а к т о р о м о д н о г о из
выходивших
(сначала в Праге, п о т о м в Париже) " т о л с т ы х ж у р н а л о в "
на р у с с к о м языке и п у б л и ковал, щ е д р о и б е з о т к а з н о , ц в е ­
та е в с к и е п роизведен и я , н е с м о т р я на то, что
множеству
из н и х , с т о л ь н е с о з в у ч н ы х э м и г р а ц и и , т р у д н е е был о
про­
л е з т ь в э м и г р а н т с к у ю печать, чем б и б л е й с к о м у в е р б л ю д у
в п р е с л о в у т о е и г о л ь н о е ушко.
И коренастый, плотный, с в е с е л ы м и
разбойничьими
глазами и черн о й р а з б о й н и ч ь е й
бородой,
деятельный и
а з а ртн ый В л а димир И в а н о в и ч , и кроткая, п о л н а я н е т о р о ­
плив о й и строгой гр а ц и и ж е н а его, М а р г а р и т а Н и к о л а е в ­
на, л ю б и л и Ц в е т а е в у и б ы л и
ей
подлинными друзьями;
она ч у в с т в о в а л а себя у них, в и х т е м н о в а т ы х ,
пахнув­
ш и х в о с к о м и к н и г а м и к о м н а т а х как дома,
нет - лу ч ш е ,
р а спрямленнее; с л и ш к о м т р у д е н и н и щ был ее быт, с л и ш ­
ком у д р у ч а л он ее б ы т и е, ч т о б ы и м е н н о у себ я д о м а
она м о г л а быть в п о л н е самой собой.
Не п о мню сейчас п р е д ы с т о р и ю о т н о ш е н и й И с а а к я н а и
Лебедевых; по-видим о м у , з н а к о м ы они
б ы л и д а вно.
Во
в с я к о м случае,в тот о с е н н и й д е н ь 1932 год а И с а а к я н с и ­
д ел за л е б е д е в с к и м
обеденным
с т о л о м не
как
новый
гость, а как свой человек, и слова, к о т о р ы м и он о б м е ­
ни в а л с я с хозяевами, п о к а з а л и с ь
мне
привычными
и о
привычном; а м о ж е т быть, п р и ч и н о й
тому
была
вообще
с в о й с т в е н н а я И с а а к я н у (по к р а й н е й мер е на лю д я х ) с д е р ­
жанная
неприну ж д е н н о с т ь . М н е д о в е л о с ь в с т р е ч а т ь
его
еще не с к о л ь к о раз в и н о й о б с т а н о в к е и в и н о м
окруже­
нии, и в с е г д а он на все
и в с е х г лядел с е рьезно, с в о ­
бодно и без л ю б о п ы т с т в а , с л о в н о у же все
перевидал
и
переслушал, словно все ему не в п е р в о й и не в новинку.
177

Д а так оно, ве роятно, и было.
С д е р ж а н н а б ы л а в тот д е н ь и
Ц в е т а е в а - как
при
к а ж д о м н о в о м знак о м с т в е . И н о г д а
такой - держащей
на
р а с с т о я н и и - о с т а в а л а с ь она и в д а л ь н е й ш е м ,
навсегда
замораживая собеседника; иногда раскрывалась
с дет­
ско й д о в е р ч и в о с т ь ю , но н и к о г д а - с п е р в о г о
взгляда;
да и этим самым первым взглядом ярко- и
светло-зеле­
н ы х глаз - о д а р и в а л а не сразу. О н а с п е р в а
к собесед­
н и к у п р и с л у ш и в а л а с ь ; впо л о б о р о т а , о п у с т и в глаза, чуть
н а х м у р и в ш и с ь - в н и к а л а в голос, в п и в а л а с ь в я в н ы й и
т а й н ы й с м ысл слов, н а слух о п р е д е л я я
друга,
недруга
или равнодушного; задавала вопросы или
отвечала
на
н и х сжато, х о л о д н о и ч р е з в ы ч а й н о учтиво: то
была о б ­
манчивая холодность и опасная
учтивость - ненадежная
завеса, и з - з а к о т о р о й в л ю б о е м г н о в е н и е мог с в е р к н у т ь
я з ы ч о к пламени.
Б е с е д а - как и п р и л и ч е с т в у е т з а с т о л ь н о й - ш л а обо
в с е м и ни о чем, к а залось, она о б т е к а л а о б о и х поэтов,
не задевая; п о т о м с т а л и в о з н и к а т ь о с т р о в к и общ и х з н а ­
комств, дружб, п р и с т р а с т и й и н е п р и я з н е й - о б о ю д н а я р а з ­
ведка
именами. Помню, как в с п л ы л о
в разговоре имя
приятельницы Исаакяна и Цветаевой - Саломеи
Андроник о в о й - Г а л ь п е р н , грузинки, п е т е р б у р ж а н к и и
парижанки,
о к о т о р о й И с а а к я н сказал, что ж е н щ и н ы ее п о р о д ы
рож­
д а ю т с я раз в столетие, к о г д а не реже, н а р о ч н о для то­
го, ч т о б ы быть в о с п е т ы м и и у в е к о в е ч е н н ы м и ;
конечно,
в с л е д за С а л о м е е й в о з н и к и М а н д е л ь ш т а м с п о с в я щ е н н о й
ей " С о л о м и н к о й " и и с т о р и я с " И с т о р и е й од н о г о п о с в я щ е ­
н и я " ” . Помню, как з а г о в о р и л и о Б а л ь м о н т е (он и
его
ж е н а Е л е н а был и ж е л а н н ы м и го с т я м и в э т о м доме) и
как
т е т и в о й - с т р у н о й н а п р я г л а с ь Ц ветаева:
она к Б а л ь м о н т у
о т н о с и л а с ь р е в н и в о - б е р е ж н о и нежно, и
все
не ж н е е
и
б е р е ж н е е по м ере того, как он старел, слабел,
седел,
с д а в а л - и не вынос и л а , к о г д а н а ч и н а л и р у г а т ь его с т и ­
хи. Р у г а л и ж е , к а ж е т с я , в с е , за и с к л ю ч е н и е м ж е н ы и д о -

::См.
178

"Литературная Армения",

№ 1,

1966 г.

чери, р у г а л и по той ж е
и н е р ц и и (анти-моды), по к а к о й
к о г д а - т о восхищалис ь .
Но И с а а к я н горячо с о г л а с и л с я с ц в е т а е в с к и м ,
впе­
ред, как щит, в ы б р о ш е н н ы м у т в е р ж д е н и е м о т о м , ч т о Б а л ь ­
монт - "Божьей м и л о с т ь ю " поэт; о д н а к о
определил
его
т в о р ч е с т в о скорее как и м п р о в и з а т о р с к и - п е в ч е с к о е (ме­
нестрель) - н е с м о т р я на и з ы с к а н н у ю з а в е р ш е н н о с т ь ф о р ­
мы м н о г и х его с т ихо т в о р е н и й , - ч ем п о э т и ч е с ­
к о е
в с о в р е м е н н р м смысле, п о д р а з у м е в а ю щ е м
работу,
о р г а н и з у ю щ у ю с т и х и ю стиха. С т а л в с п о м и н а т ь
его в зените славы, с б о л ь ш о й д о б р о т о й
расспрашивать
о н ы н е ш н е м его б е д с т в е н н о м житье. И л и ш ь
под
конец
слукавил, заявив, что к о г д а Б о г с о з д а в а л п л а н е т у п о э ­
зии, то одних поэто в н а д е л и л сушей,
а других - водой
и, к о н е ч н о же, д ля Б а л ь м о н т а вод ы не пожале л . В п р о ч е м
- слукавил ли? Тут ж е д о б а в и л , ч т о суш а без в о д ы - п у с ­
тыня, а вод а без суши, в к о н ц е концов, - океан.
Цве­
таевой понравилась исаакяновская
формула
сотворения
п о э т и ч е с к о г о мира, и о на в п о с л е д с т в и и
вспоминала
ее
и цитировала, н а хо д я ч р е з в ы ч а й н о т о ч н о й п р и м е н и т е л ь н о
к с а мой себе - не к ак к пустыне: к о д и н о к о й скале.
- Вот какие с т и х и я н а п и с а л а Б а л ь м о н т у
когда-то,
- с к а з а л а она и п р о ч л а на п а м я т ь с т и х о т в о р е н и е , п о с в я ­
щенное
ему еще в России, и п о т о м - на
память
же М а н д е л ь ш т а м о в с к у ю " С о л о м и н к у " , и еще н е с к о л ь к о
своих
- ранних, блестящих, вольных, н а п и с а н н ы х в ту п о р у ее
творчества, к о г д а г р озный б ог по э з и и еще не
требовал
от нее сжато с т и - т ой с а м о й о т ж а т о с т и
от л и р и ч е с к о й
в л а г и - во имя п р е д е л ь н о й т о ч н о с т и п о э т и ч е с к о й ф о р м у ­
л ы - на с а мом к р а й н е м о с т р и е ч е л о в е ч е с к о й правды.
Как они были к р а с и в ы о б а - он с л у ш а ю щ и й и она ч и ­
т а ю щ а я - и как схож и в з а в е р ш е н н о с т и
своего
образа!
Его и з у м и т е л ь н а я к р у п н а я го л о в а к а в к а з ц а с о р л и н ы м н о ­
сом и орлиным, с п р я т а н н ы м в с т а р е ю щ и х г р у з н ы х
корич­
н е вых в е к а х взором, его с м у г л а я б л е д ность, с и л а х р е б ­
та и пле ч под м е ш к о в а т ы м с у т у л и в ш и м его п и д ж а к о м , к р е ­
п о сть л а д о н е й и н е р в н о с т ь па л ь ц е в - и в е к о в а я
у с ­
т а л о с т ь
всего облика; и ее, все еще м а л ь ч и ш е с ­
кая, все еще высо к о з а н е с е н н а я г о л о в к а с с е д е ю щ и м и ко-

179

роткими, л е г к и м и в олосами, с тонким, т о ч н ы м
горбоно­
с ы м пр офилем, ч е т к и м р т о м - и ее б л е д н о с т ь - к ак
при
л у н н о м свете, и в н е з а п н а я р а с п а х н у т о с т ь глаз - о, как
она б ы л а б е з о р у ж н а и как о б е з о р у ж и в а л а , глядя в чужие
глаза! - и ее раз н а в с е г д а о г р у б е в ш и е от б ы т а руки,
с б е с с м е н н ы м и с е р е б р я н ы м и кольц а м и , и
египетская
ее
осанка !
О ба в ы г л я д е л и с т а р ш е сво и х лет, о б а был и п р е к р а с ­
ны.
Потом, по ее н а с т о й ч и в о й и л а с к о в о й п р о с ь б е читал
он - н а р о д н о м языке, к о т о р ы й м ы у с л ы ш а л и
в пе р в ы й
раз в жизни, - ч и т а л стоя, из у в а ж е н и я к ж е н щ и н а м и к
стихам, - и все п р и с у т с т в о в а в ш и е , д а ж е м ы с мое й п о д ­
р у г о й И р и н о й Леб е д е в о й , девчо н к и , п р о н я т ь
которых
в
ту п о р у м о г л о л и ш ь н е д а в н о н а ч а в ш е е г о в о р и т ь и петь
кино, - о б о м л е л и от з в у ч а н и я э т о г о г о л о с а , п р о и з н о с и в ­
ш е г о н е в н я т н ы е нам, з а п е ч а т л е н н ы е д л я нас
слова,
от
з в у ч а н и я э тих слов, п о с л е к о т о р ы х ст а л о о г л у ш а ю щ е - т и ­
хо, ка к п о сле взрыва.
- Господи, д а в ы - н а с т о я щ и й г о р н ы й
поэт! в о с к л и к н у л а Цветаев а .
- Д а и вас не н а з о в е ш ь р а в н и н н ы м
поэтом!
- о т в е т и л он.
П о м н ю оди н к р а е у г о л ь н ы й р а з г о в о р того д н я - о з р и ­
м о м и скрытом, н а ч а в ш и й с я с к а к о г о - т о
пустячного
"а
в и д е л и л и в ы ?.." - ча с т ь того н е п р е р ы в н о г о
разговора
о твор ч е с т в е , к о т о р ы й Ц в е т а е в а вел а сама с соб о й и с
д р у г и м и - в с л у х и м о л ч а - в сю с в о ю жизнь. У н е е
было
о с о б о е с в о й с т в о - п о с т и г а т ь о п и с ы в а е м о е ею
(явление,
сос т о я н и е , предмет) и о п и с ы в а т ь
п о с т и г н у т о е - не
от
ф о р м ы к с уществу,а , наоборот, из глубины, из сути - к
п о в е р х н о с т и ("хоче ш ь п и с а т ь д е р е в о - ста н ь им!"). П е ­
р е в о п л о щ а я с ь в то, о чем, в того, о к о м писала,
ста­
н о в я с ь как бы с е р д ц е в и н о й с в о е й темы, о на п е р е с т а в а л а
в и д е т ь ее "со стор о н ы " , так же, как м ы не
можем
со
стороны, без п о м о щ и зеркала, у в и д е т ь сво е л и ц о , н е п е ­
р е с т а в а я в то же в р е м я с о з д а в а т ь его в ы р а ж е н и я и о щ у ­
щ а т ь и х изнутри. Это в н у т р е н н е е в и д е н и е о на в о з в о д и л а
в о д и н из п р и н ц и п о в св о е г о т ворчества: ("чтобы п о д
в е к а м и р о ж д а л и с ь таинства") - и
отрицала
прием-

180

л е м о с т ь дл я себя " о б р а т н о г о
м е т о д а " - от в н е ш н е г о
к
внутреннему. О н а л ю б и л а с л о в о - с м ы с л
и
слово-музыку,
л ю б и л а и с а мую музыку, и м е н н о за их с п о с о б н о с т ь в ы р а ­
жать
ч у в с т в а,и б ы л а г л у б о к о р а в н о д у ш н а
к ис­
кусствам, п ы т а ю щ и м с я п р о н и к н у т ь в н и х
путем
зримого
и х отображения. Это т пут ь
казался
ей
в т о р и ч н ы м, и л л ю с т ративн ы м , ибо з р и м о е у ж е
существова­
ло, и в н е ш н и й мир у ж е
был сотворен. - " В е н е р а М и ­
л о с с к а я - п л оть в мраморе. Д ж и о к о н д а - л и ц о на х о л с т е .
Д у ш у
же в них в к л а д ы в а е м мы, глядящие, мы, поэты.
Причем - каждый с в о ю " .
Конечно, сейчас, ст о л ь к о л е т спустя, я не в с о с т о я ­
нии
в о с п р о и з в е с т и этот разго в о р , в е р н е е - с п о р , м е ж ­
ду И с а а к я н о м и Ц вет а е в о й , и не
позволю
воображению
п о д м е н и т ь память; з н а ю только, что И с а а к я н
утверждал
и от с т а и в а л - впрочем, без в с я к о й г о р я ч н о с т и , н а с т о л ь ­
ко это было д л я нег о о ч е в идным, - р а в н о з н а ч н о с т ь в с е х
способов выр а ж е н и я т в о р ч е с т в а и р а в н о ц е н н о с т ь искус с т в
безъязыких искусству
слова. Р а з г о в а р и в а л и
в ком­
нате Вл. Ив., в ы х о д и в ш е й н а улицу. Ц в е т а е в а с т о я л а
у
окна и г л ядела в него - с п е р в а р а с с еянно, п о т о м з а и н ­
т е ресовавшись, д о с т а л а из сум к и свой с т а р и н н ы й л о р н е т
(она была близорука) и, в ч е м - т о у д о с т о в е р и в ш и с ь , п о ­
д о з в а л а Исаакяна: "Смотри т е ! " .
Из окна, как на ла д о н и , в и д е н был п р и ю т
глухоне­
мых; на у с е ч е н н о й в е р ш и н е холма, о п о я с а н н о г о
той са­
м ой стеной, к о т о р а я п р и д а в а л а такое у н ы л о е с в о е о б р а ­
зие у л ице Данфе р - Р о ш р о , н а х о д и л с я у т о п т а н н ы й , к ак з а ­
гон в зоопарке, п р и ю т с к и й двор. По н е м у н о с и л и с ь , с к а ­
кали, п р ы гали - без звучно, как в с т р а ш н о м сне, - п о д ­
рост к и - м а л ь ч и ш к и . Рук и их, от п л е ч а д о к о н ч и к о в п а л ь ­
цев, были в н е п р е с т а н н о м д в и ж е н и и и к а з а л и с ь м н о г а ж д ы
вывихнутыми, в ы в и х н у т ы м и к а з а л и с ь и лица,
искажаемые
о т ч а я н н о й мимикой, - все было д о у ж а с а п р е у в е л и ч е н н ы м
и до у ж а с а неполно ц е н н ы м . . .
- В от т а к и м я в и ж у балет, - н е в и н н о с к а з а л а Ц в е ­
таева. - Или, если з а с т а в и т ь "их"
з а мереть, - с к у л ь п ­
туру.
И с к у с с т в а не м о е г о и з м е р е н и я .

181

Ч е рез н е с к о л ь к о д н е й
о ни
встретились
в Лувре:
И с а а к я н х о т е л о т о м с т и т ь за " г л у х о н е м ы х " ,
и Цветаева
о х о т н о с о г л а с и л а с ь , п ри у словии, что м е с т ь буд е т к р а ­
ткой, не на измор. И с а а к я н п о к л я л с я в этом.
Я отправилась вместе с матерью - помочь
ей най т и
г л а в н ы й в х о д в это т м у з е й - д в о р е ц , к к о т о р о м у
ка ж д ы й
из ф р а н ц у з с к и х к о р о л е й п р и с т р а и в а л
сво е
собственное
к р ы л о со с в о и м с о б с т в е н н ы м п а р а д н ы м входом, з а п у т а т ь ­
ся с р е д и
в с е х э т и х в е л и ч е с т в е н н ы х п о д ъ е з д о в было н е ­
му д р е н о .
К т о м у ж е мне, в те годы у ч и в ш е й с я на к у р ­
с ах п ри Лувре, не т е р п е л о с ь б л е с н у т ь св о и м и (негл у б о ­
к и м и и с о в с е м свежими) п о з н а н и я м и в и с т о р и и и с кусств.
Но у с л у г и м ои не п о т р е б о в а л и с ь .
И с а а к я н уже ож и д а л нас в прос т о р н о м , п о - с о б о р н о м у
гулком, п о - б о л ь н и ч н о м у с в е т л о м в е с т и б ю л е - с о в е р ш е н н о
п у с т ы н н о м . Л и ш ь в л е в о м у г л у его завитая, как п а с х а л ь ­
ный барашек, с т а р у ш к а в я з а л а н а д п р и л а в к о м с д о р о г и м и
р е п р о д у к ц и я м и д л я и н о с т р а н ц е в ; и н о с т р а н ц е в ж е не н а ­
блюдалось ни одного. В э т о м п р о с л а в л е н н е й ш е м из х р а н и ­
л и щ мирового искусства посетители
(что
тр у д н о
себе
п р е д с т а в и т ь сейчас, у нас) с о б и р а л и с ь л и ш ь в " б е с п л а ­
т н ы е " дни, по ч е т в е р г а м и в о с к р е с е н ь я м , д а еще а м е р и ­
к а н ц ы п о я в л я л и с ь повзводно, под р у к о в о д с т в о м гидов.
В п р а в о м у г л у в е с тибюля, у голых вешалок, то м и л с я
шве й ц а р .
М ы пошли, не о с т а н а в л и в а я с ь , в д о л ь Д е н о н о в о й г а л е ­
реи, с к в о з ь с т рой г и г а н т с к и х с а р к о ф а г о в ,подробно у к р а ­
шенных
п л я ш у щ и м и богинями, р а з я щ и м и богами,
резвя­
щ и м и с я амурами, т р и т о н а м и и н е р е и д а м и ("только не г л я ­
д и т е по с т о р о н а м , М а р и н а И в а н о в н а ! " ) - ш л и мим о г р о б о ­
п о д о б н ы х витрин, т у с к л о п о в т о р я в ш и х с я в у з о р н о м д в о р ­
ц о в о м паркете, по к о т о р о м у о д и н о к и е н а ш и ш а г и
кощун­
с т в е н н о грохотали, как подковы, шли, п о к а
весь
этот
м у з е й н ы й А и д не вын е с нас - И с а а к я н и Ц в е т а е в а в п е р е ­
ди, как О р ф е й и Эвридика, - к в е л и к о л е п н о м у м р а м о р н о ­
му к а с к а д у " Б о л ь ш о й л е с т н и ц ы " , в е д ш е й к з а л а м ж и в о п и ­
си .
Л е с т н и ц а эта, у в е н ч а н н а я м о з а и ч н ы м куполом,
был а
ч у д е с н а с ама по себе, но г л а в н ы м ее ч у д о м был о т о , ч т о
вся она, во все й с т р о й н о с т и и с т р о г о с т и св о е г о
по д ъ -

182

е м а , в о в сем
праздни ч н о м , я р к о м
чередовании
света и
тени на п о л и р о в а н н ы х п л о с к о с т я х ее ступеней,
служила
л и ш ь п ь е д е с т а л о м с т о я в ш е й на в е р х н е й п л о щ а д к е ф и г уры.
То была статуя С а м о ф р а к и й с к о й п о б е д ы - к н е й - т о и
п о двел И с а а к я н Ц в е т а е в у - и о с т ановил, п о л о ж и в ей
на
плечо ладонь, ибо П о б е д а э та б ы л а столь о громна,
что
л е г к о было, осозна в л и ш ь
ее
п о д н о ж и е - из
каменных
блоков сл а ж е н н ы й нос к о р а б л я - т р и р е м ы , - о б о г н у т ь его,
так и не в з г лянув вверх.
О б е з г л а в л е н н а я и безрукая, грубо и з у в е ч е н н а я х р и ­
с т и а н с к и м варварст в о м , о б б и т а я и в ы щ е р б л е н н а я п р о ш е д ­
ш и м и по ней т ы сяче л е т и я м и , л и к у ю щ а я б о г и н я
останови­
л а с ь на бегу, ч т о б ы п р о т р у б и т ь победу, и
триста лет
до н а шей эры о т б у ш е в а в ш е й в е т е р о б л е п и л ее ю н о е , т о р ­
ж е с т в у ю щ е е тело с к л а д к а м и одежды, в л а ж н о й и о т я ж е л е в ­
ш е й от брызг прибоя, з а т р е п е т а л в ее ш и р о к о и
сильно
р а с к и н у т ы х крьшьях, е р о ш а их м р а м о р н ы е перья.
Все в ней было д в и ж е н и е ,
упругость,
устремлен­
ность; все было живо; все был о цело, ц е л ь н о и
неодо­
л и м о в этой фигуре, п о д н я в ш е й и с о г н у в ш е й в л о к т е н е ­
в и д и м у ю руку, ч т о б ы п р и л о ж и в к н е в и д и м ы м у с т а м н е з р и ­
му ю трубу, в о з в е с т и т ь на век а в е ч н ы е т о р ж е с т в о
чело­
в е ч е с к о г о духа, му жества, гения.
- Ну как, М а р и н а И в а н о в н а ? - с п р о с и л Исаак я н .
- Я д а в н о ее знаю и л юблю,
- ответила она,погла­
ж и в а я шершавую, в м е л к и х оспинках, ж е л т о в а т у ю от в р е ­
м ени п о в е р х н о с т ь к а м е н н о й ткани. - И все ж е "в
н а ­
ч а л е
б ы л о
С л о в о " , - д о б а в и л а она,
помол­
чав .
Б ыли еще в с т р е ч и с Исаа к я н о м ; он п р и е з ж а л к н а м в
М е д о н под Парижем; быв а л и у Л е б е д е в ы х , где р а з а д в а
встретился с трогательным, больным Бальмонтом и
побр а т с к и р а с ц е л о в а л с я с н и м и в н и м а т е л ь н о
и
всерьез
слушал его т е р я в ш и е связность,
разбредавшиеся
речи.
Были еще в с т р е ч и - в о с п о м и н а н и я и в с т р е ч и - с п о р ы . Но м н е
было бы т р у д н о ,пожалуй н е в о з м о ж н о р а с с к а з а т ь о н их
не
только теперь, к о г д а нет в ж и в ы х ни Ц в е т а е в о й , н и И с а акяна, ни Бальмонта, ни Л е б е д е в ы х , к о г д а и у л о ч к а Д а н ф е р - Р о ш р о п е р е м е н и л а н а з в а н и е и облик, но и в те в р е ­

183

мена, к о г д а все был и ж и в ы и
все был о
по-преж н е м у , п о т о м у что в п а м я т и все п е р е к р ы л о с ь т ем о с л е п и т е л ь н ы м
видением: д в у х поэтов, д в у х
г о р ц е в
п о э з и и
- осененных бессмертными крылами Ники Самофракийской.

184

ОГЛАВЛЕНИЕ
г.лимонт,, предисловие

7

страницы воспоминаний

11

страницы былого

73

самофракийская победа

176

ACHEVÉ D’IMPRIMER
EN M AI
1979
PAR JOSEPH FLOCH
MAITRE-IMPRIMEUR
A MAYENNE
№ 6745

К Н И Г И Н А С К Л А Д Е И З Д А Т Е Л Ь С Т В А «ЛЕВ

1. IL Ж ильяр

Тринадцать лет при русском Д воре.

2. Л . Норд

Маршал М. Н. Тухачевский.

3. С. Минцлов

За Мёртвыми душами.

4. Н. Л ейкин

Где апельсины зреют.

5. А. Блок

Последние дни императорской власти

6. С. Карачевцев

1200 анекдотов.

7. М. Палеолог

Роман Императора.

8. С. М ельгунов

На путях к дворцовому перевороту.

9. М. Ц ветаева

Психея.

К). М. Ц ветаева

Разлука. — Стихи к Блоку.

1 1. А. Эфрон

Страницы воспоминаний.

12. Кн. Е. Трубецкой

Смысл жизни.

13. 3 . Ш аховская

В поисках Набокова.

14. О . Волконская

Гак тяжкий млат.

15. Л . Зандер

П еснь Господня.

16. А. Т и то в

Л ето на водах.

17. С. Чёрный

Солдатские сказки.

18. С. Чёрный

Сатиры.

19. С. Чёрный

Румяная книжка.

Издательство принимает рукописи и заказы
на кн и ги по адресу:

LEV
8 5 .R u e R a m b u te a u
75001 P aris