ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ!
ИТЕРАТУРНАЯ
ОРГАН ПРАВЛЕНИЯ СОЮЗА
СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ СССР
ГАЗЕ ТА
№ 42 (2305).
Суббота, 12 октября 1946 г.
Цена 45 коп.
Большевики высоко ценят литературу,
отчетливо видят ее великую историческую
миссию и роль в укреплении морального И
политического единства народа, в сплочении
и воспитании народа.
(Из доклада тов. А. А. Жданова о журналах «Звезда» и «Ленинград»}.
ВЫШЕ ЗНАМЯ
СОВЕТСКОЙ ПОЭЗИИ!
Поэзия—один из передовых отрядов со-
ветской литературы. Многие стихи наших
ионтов — ив первую очередь Маяковско-
го—стали выражением духа советского на-
рода, отдающего все свои силы делу борь-
бы за коммунизм. В дни Отечественной вой-
ны многие наши поэты работали на фрон-
те, другие трудились в тылу. Всех их со-
единяло одно — неиссякаемая любовь к
Родине, нера в свой народ, уверенность в
иобеде, которая была характерна для со-
ветских людей в самые тяжкие часы исто-
рических испытаний. В горниле войны за-
калилось патриотическое сознание наших
поэтов. Все, что было дорого советскому
человеку, все, что он с таким трудом «за-
воевал и выняньчил» в предпшствуюшие
годы, приобрело в дни войны особую цен-
ность. Тема Родины, советской, социали-
стической Родины, стала ведущей темой на-
шей поэзии. С разным талантом, в разных
жанрах, различными стилевыми средства-
ми ее успешно решали самые равные совет-
ские поэты. «Василий Теркин» А. Твардов-
ского и «Сын» П. Антокольского, песни и
стихи М. Исаковского и поэма И. Алигер
«Зоя», «Пулковский меридиан» Веры Ин-
бер и военная лирика Л. Первомайского,
«Знамя бригады» А. Кулешова и «Сталин-
градская тетрадь» М. Бажана, стихи
С. Маршака. А. Суркова, Е. Долматовского,
В. Леэедева-Кумача, Якуба Коласа и Саме-
да Вургуна, «Ливонская война» И. Сель-
винското и «Россия» А. Прокофьева, по-
эмы и стихи 0. Берггольц и С. Чиковани,
С. Михалкова, М. Рыльского и Максима
Танка, эти и многие другие произведе-
ния наших поэтов’— все были нужны на-
роду в его борьбе против фашизма, утверж-
дали неколебимую стойкость советских лю-
дей, их преданность делу партии Ленина—•
Сталина.
В лучших произведениях советской поэ-
зии отразились черты нового, социалисти-
ческого человека, его мораль, его идеалы,
его великие исторические цели. И потому
эти произведения будут жить долгой и слав-
ной жизнью. Достижения советской поэзии,
которые были закреплены в дни войны,
стали отныне одним из ее характерных ис-
торических качеств, мимо которых не смо-
жет пройти ни один исследователь будуще-
стихи А. Прокофьева. Не езободны о г эпи
донского украшательства такие поэты, как
Н. Браун, И. Рыленков. А. Коваленков. В
творчестве многих молодых поэтов, впер-
вые пришедших в литературу после вой-
ны, ощущается недостаток идейности, ска-
зывающийся в неумении осмыслить борьбу
советского народа против фашизма во всем
ее историческом величии.
Доклад тов. А. А. Жданова
и наши ближайшие задачи
го.
Однако при всех своих достоинствах на-
ша поэзия не свободна от крупных прова-
лов и ошибок. Еще в дни войны критика
. указала на серьезнейшие идейные ошибки
И. Сельвинского, на ущербные, пессимисти-
ческие мотивы в творчестве И. Асеева.
Справедливой критике подверглись новые
стихи Б. Пастернака, в которых поэт пы-
тался старыми приемами своей индивиду-
алистически-усложненной лирики писать
о современности, которая выглядит в его
•творчестве бледной, невыразительной. По-
становление ЦК ВГОП(б) от 14 августа
1946 г. вскрыло пустой, безидейный ха-
рактер лирики салонной поэтессы А. Ахма-
товой. Волна самокритики, которая про-
катилась по всему фронду советской
культуры после решений ПК ВКП(б) и до-
клада тов. А. А. Жданова о журналах «Звез-
да» и «Ленинград», способствовала выяв-
лению серьезных идейных пороков в твор-
честве некоторых поэтов. Отрыв от совре-
менности, уход в чистое лирическое созер-
цание, мотивы неоправданной тоски, изо-
бражение войны, как страшного, опусто-
шающего душу начала, формализм, пустое
эпигонское стилизаторство, любование
прошлым — все эти многочисленные бо-
лезни присущи отдельным советским по-
этам.
Многие наши поэты прошли большой и
сложный путь. Под благотворным влияни-
ем политики партии, благодаря непосредст-
венной связи с народом они стали совсем
иными. Начав когда-то, до революции, с
изломанных и жеманных декадентских
стихов, Вера Инбер в своем творчестве во-
енных лет выросла в талантливого, под-
линно советского поэта. П. Антокольский,
в ранний период своего творчества тесно
связанный с поэтикой и мировоззрением,
акмеизма, стал одним из лучших совет-
ских поэтов-патриотов. Однако в нашей ли-
тературной практике немало примеров, ко-
гда, по выражению Маркса, «мертвый хва-
тает живого». Противоречие между новой,
современной советской темой и грузом ста-
рых философских и художественных npei-
рассудков часто вредит, напримеп, разви-
тию такого крупного поэта, как Илья 1 ель-
нинский. У Сельвинского, много и пло-
дотворно работавшего во время войны,
часто нехватает большевистской решитель-
ности и принципиальности для того, чтобы
раз навсегда и беспощадно «отрубить» свое
декадентско-конструктивистское прошлое.
Неполноценностью, идейной ущербно-
стью все еше сковано творчество И. Асеева,
не сумевшего найти общий язык с наро-
дом, с «большим читателем» в дни войны
и до сих пор пребывающего в состоянии
творческого кризиса. Непониманием своих
формалистических ошибок грешит С. Кир-
санов, все еще продолжающий увлекаться
пустыми словесными «экспериментами» и
игрой в рифму. Внешним стилизаторством
вед на1родную речь отмечены некоторые
Посгановление ЦК ВКП(б) о журналах
«Звезда» и «Ленинград» наносит сокруши-
тельный удар но идеалистической, реакци-
[ онной теории «искусства ш искусства».
Советская литература — и поэзия в том
числе — должна развиваться и развивает-
ся под знаком социалистического реализма.
В борьбе против чуждых народу влияний
декаданса, в борьбе- против врего гнилого,
эстетского крепнет идейная сила советской
поэзии. Ей чуждо настроение самоуспоко-
енности, желание «у тихой речки отдох-
нуть», встать в сторону от борьбы народа
за восстановление своего хозяйства в
послевоенных условиях. Могучий под’ем
! народного духа, без которого немыслимо
осуществление строительных работ новой
сталинской пятилетки, должен быть духом
нашей сегодняшней советской поэзии. Ме-
жду тем многие наши поэты после войны
еще не нашли достойных слов, ярких кра-
сок, выразительных художественных обра-
зов для поэтического воплощения этих ве-
личественных тем современности. Есть в со-
ветской поэзии люди, отошедшие в сторо-
ну от актуальной тематики, погрузившие-
ся в беспредметно созерцательное любова-
ние прошлым (в этом отношении очень
характерны последние стихи С. Маркова и
Л. Мартынова). Есть поэты, для которых
«чистая лиричность» все еше остается
главным и всеопределяюшим началом (та-
ков, например, никл стихов Галины Моро-
зовой в 3—4 журнала «Октябрь» за
1946 г.).
0 многих из этих вопросов говорилось
на состоявшемся на-днях общемосковском
собрании поэтов. До сих пор секция поэтов
не была тем идейно-творческим центром в
системе Союза советских писателей, кото-
рым она должна быть.
Секция поэтов не может быть какой-то
узкой группой литераторов, она должна «вы-
ражать все многообразие направлений в
советской поэзии, на деле придерживаясь
принципа, провозглашенного Маяковским:
«чтоб больше поэтов , хороших и раз-
ных».
На собрании московских поэтов избрано
новое бюро секции, в составе которого пред-
ставлены различные направления совет-
ской поэзии. Новое бюро должно придать
работе секции ту широкую демократич-
ность, которой ей до сих пор крайне недо-
ставало. Секция поэтов должна выйти из
тесных стен клуба писателей на широкий
простор читательских аудиторий, органи-
зовать свою работу так, чтобы влияние
«большого читателя» страны постоянно
ощущал на себе каждый советский поэт,
чтобы до него доходил голос нелицеприят-
ной и взыскательной критики. Секция по-
этов должна быть не бесстрастным реги-
стратором достижений и ошибок советских
поэтов, а тем местом, где они могут полу-
чить и здоровую, принципиальную крити-
ку своей работы и творческую помощь.
Секция поэтов должна активно вмешивать-
ся в работу редакций литературно-художе-
ственных журналов и издательств, помо-
гать продвигать произведения новых та-
лантливых поэтов, заботливо выращивать
их, требовательно относиться к их первым
шагам на литературном поприще, помогать
им овладевать замечательными идейными
традициями русского классического и со-
ветского искусства,
В советской поэзии должны успешно раз-
виваться самые разнообразные жанры —
от сатиры до лирики, от эпоса до агитки,
от монументальной трагедии до боевой пес-
ни. Советская поэзия богата талантами.
Все ее богатство должно без остатка быть
отдано общенародному делу. Советские
поэты должны стать передовым отрядом
мировой поэзии.
«Советские писатели, — говорил в сво-
ем докладе тов. А. А. Жданов, — и все на-
' ши идеологические работники поставлены
сейчас на передовую линию огня, ибо в
условиях мирного развития не снимаются,
а, наоборот, вырастают задачи идеологи-
ческого фронта и в первую голову литера-
туры. Народ, государстве, партия хотят не
удаления литературы от современности, а
активного вторжения литературы во все
стороны советского бытия». .
В этих словах товарища А. А. Ждано-
ва — боевая программа развития совет-
ского искусства, в том числе и развития
поэзии. Вместе с народом поэзия социали-
стической державы пойдет вперед — к но-
вым победам, к новым достижениям на
славном пути к коммунизму.
Постановления Центрального Комитета
партии, посвященные вопросам искусства, и
доклад тов. А. А. Жданова об ошибках
журналов «Звезда» и «Ленинград» — круп-
нейшие теоретические документы больше-
вистской партии. Наша литературная мысль
в течение многих лет будет неоднократно
возвращаться к этим документам при ре-
шении теоретических и практических задач
советской литературы.
В докладе тов. А. А. Жданова с необы-
чайной обстоятельностью и глубиной рас-
крыт главный противник, который стоит
па пути к высокой идейности и партийности
нашей литературы. Эти противники не толь-
ко Зощенко и Ахматова, — сами по себе
они не так уж сильны. Бороться надо с тем.
что их породило. Тов. Жданов проанализи-
ровал литературную традицию, издавна про-
тивостоящую традициям русской револю-
ционно-демократической литературы и тем
более традиции большевистской, ленинско-
сталинской. Это «теории» так называемого
чистого искусства, искусства для искус-
ства, которые заимствованы у Запада и уже
довольно давно пытаются увести передо-
вые силы русского народа с пути преобразо-
вания общества на лучших, справедливых
началах в область безидейную, аполитич-
ную, и тем самым притупить наше ору-
жие.
После доклада тов. Жданова стало ясно,
что сейчас, как никогда, вырастает роль на-
шей литературной теории и критики. Именно
она должна определить н конкретных носи-
телей этой опасности, стоящей на нашем
пути, и истоки этой опасности. Поэтому од-
на из основных наших задач — произвести
резкий поворот к вопросам литературной
теории и критики.
Вся линия безндейной, аполитичной лите-
ратуры, противостоящая нашей лиьии раз-
вития, тоже имеет своих учителей. Сей°ас
эта линия проявилась во всевозможных фор-
малнстско-эст етских воззрениях.
А формалистско-эстетское отношение к
искусству имеет своих прародителей. Учи-
теля этой формалистско-эстетской школки
— эпигоны суб’ективного идеализма.
Идейной основой многих предреволюци-
онных школок декаданса можно считать
«философию» Ницше и Бергсона. Не всег-
да это непосредственное влияние самой «фи-
лософии». зачастую оно передается через
западноевропейские литературные образ-
цы.
Влияние Ницше в предреволюционной ли-
тературе, в особенности западноевропей-
ской, было значительным.
Гамсун не случайно пришел к фашизму.
Ницшеанские корни его философии осооем-
но легко вскрываются в таком произведе-
нии, как «Мистерии», где рассуждения На-
геля о нескольких «сверхгениях» совпадают
с пошлыми рассуждениями Ницше о том,
что «народ представляет собой обход, кото-
рый делает природа, чтобы создать шесть-
семь великих людей».
Вся линия ницшеанской философии, счи-
тающая, что «это только нравственный пред-
рассудок, будто истина имеет более цены,
чем иллюзия», лежит в основе эстетско-фор-
малистских дореволюционных школок.
Оскар Уайльд, как известно, художест-
венному вымыслу приписывал большую до-
стоверность, чем реальным фактам. «К ис-
кусству нельзя подходить с меркой того, на-
сколько оно похоже иа действительность.
Оно скорее покрывало, чем зеркало», — го-
ворил Уайльд.
«Никакой закон не управляет, мы одни
только выдумали причины, последователь-
ность, соотношения, относительность, при-
нуждение, число, закон, свободу, основа-
ние, цель». Это отрицание закономерности
общественного развития лежит в основе ни-
цшеанских взглядов и приводит к крайнему
суб’ективизму. Трудно себе представить что-
нибудь более враждебное нашему мировоз-
зрению, чем это эпигонское, с позволения
сказать, «мировоззрение». Однако предре-
волюционные школки оказывали свое влия-
ние на известные слои интеллигенции и в
пору революции и в годы дальнейшего раз-
вития советской власти и проявились в ин-
1 дивидудлпстических ошибках некоторых
I наших поэтов. Это можно явственно прощу-
' пать в ряде прежних произведений Сельвнн-
iского.
| Влияние философии Бергсона, а потом
: Фрейда сказывалось в западноевропейской
।литературе на творчестве таких писателей,
j как Томас Манн, Стефан Цвейг, н у таких
I писателей вырождения, как Пруст. Джойс,
; а также Селин, этот фашиствующий выро-
I док, оплевывающий человека и все челове-
ческое. Бергсониапски-фрейдистские взгля-
ды явно мешали развитию такого даровито-
го советского писателя, как Всеволод Ива-
! нов Его книга «Тайное тайных» утверждала
; примат подсознательного начала в челове-
ческой деятельности, в книге отсутствовало
понимание законов общественного развития,
книга просто отрицала их.
Влияние Ницше и Бергсона, преломленное
через современную западноевропейскую ли-
тературу. увело далеко в сторону от нашей
жизни писателя Олешу и привело его к
перманентному кризису.
И стоит напомнить, что клеветническая
повесть Зошенко «Перед восходом солнца»
при всем невежестве автора является про-
дуктом фрейдистских взглядов.
У Гамсуна и у Манна влияния Ницше и
Из доклада на открытом партийном собрании
Союза советских писателей СССР 2 октября 1946 г.
Бергсона можно прощупать почти в их пенс-  славилась своим реализмом. Но она в своей
значительной части романтична в самом вы-
соком понимании этого слова. Странно пред-
ставить себе что критический реализм жил
только пафосом отрицания, что он ничего
не утверждал. Русская литература тем и
славна и знаменита, что она изобилует по-
ложительными образами.
среДст венном «философском» выражении. |
Мы же имеем дело с эпигонами эпигонов. В [
нашей поэзии эти чуждые влияния проявля- ;
ются в тенденции формалистско-эстетской. 1
Нельзя понимать так упрощенно, будто фор-
малист— это только человек, изобретающий j
какие-то кунстштюки в области формы,—это
то же имеет место,— но формализм — это
течение, которое нс хочет об'яснять явле-
ния литературы условиями общественного
развития, которое хочет отделить литера-
турный ряд, литературный процесс от про-
цесса общественного, не хочет видеть об-
щественной роли литературы и рассматри-
вает ее изолированно, отвлеченно.
Как будто, все хотят, чтобы советская ли-
тература была хорошей, высокого качества,
но как-то мало думают, о каком качестве
идет речь.
В постановлении Центрального Комите-
та партии о кинофильме «Большая жизнь»
такие крупные кинорежиссеры, как Эйзен-
штейн и Пудовкин — зачинатели советского
кино, можно сказать, его первая слава, об-
винены в недобросовестной, плохой работе.
Как же случилось, что такие общепрп дан-
ные мастера не оказались в передовых ря-
дах борцов за высокое качество?
Потому, что они забыли то, что их поро-
дило, что обеспечило успех их творчества.
А породила их наша Великая Окт чбрьская
социалистическая революция. Своими филь-
мами «Броненосец Потемкин», «Мать», «Ко-
нец Санкт-Петербурга» они раскрыли перед
миром неожиданное богатство совершенно
нового идейного содержания. И форма их
произведений тоже оказалась совершенно
неожиданной, потому что порожден.! была
новым, раскрывшимся в них содержанием.
Но Пудовкин и Эйзенштейн начали забы-
вать о том, что их подняло. Вопросы каче-
ства встали перед ними, как вопросы узко
эстетические и формальные. Сколько они
ни говорили об этом качестве, само искус-
ство их начало застывать, пэнобрето.гь чер-
ты известной импотентности, потому что
утеряло то главное, что, его отличало и под-
нимало.
Иные думают, что в снижении качества
литературы повинны писатели, работающие
над новыми темами современности, но не
вполне овладевшие формой. Нет, в сни-
жении качества виноваты, главным обра-
зом, некоторые из тех крупнейших, автори-
тетных художников в области кино, в обла-
сти штературы и театра, которые сами не
Заменили, как онн сползли с позиций высо-
кой идейности к формалистически-эстет-
ской постановке вопроса, отошли от живот-
ворящих тем социалистического строитель-
ства, тем большого социального содержа-
ния.
Товарищ Жданов замечательно говорил:
«...Наша литература, отражающая строй бо-
лее высокий, чем любой буржуазно-демо-
кратический строй, культуру во много раз
более высокую, чем буржуазная культура,
имеет право на то, чтобы учить других но-
вой общечеловеческой морали. Где вы най-
дете такой народ и такую страну, как у нас?
Где вы найдете такие великолепные каче-
ства людей, какие проявил наш советский
парод в Великой Отечественной войне и ка-
кие он каждый лень проявляет в трудовых
делах, перейдя к мирному развитию и вос-
становлению хозяйства и культуры! Каж-
дый день поднимает наш народ все выше и
выше. Мы сегодня не те, что были вчера,
и завтра будем не те, что были сегодня. Мы
уже не те русские, какими были до 19’7 го-
да, и Русь у нас уже не та, и характер у
ьас не тот. Мы изменились и выросли вме-
сте с теми величайшими преобразованиями,
которые в корне изменили облик нашей
страны.
Показать эти новые высокие качества со-
------------------------------------------------------ UlillllllllllllinillllllUIHIIIIIIIIHIIllli.-
Центральный Комитет КП(б)У о журнале «Вгтчизна»
ЦК КП(б)У в своем постановлении о жур-
нале «Ейтчизна» — органе Союза советских
писателей Украины—отмечает, что журнал
ведется совершенно неудовлетворительно..
Признано, что редакция «Впчизны» (ответ-
ственный редактор тов. Ю. Яновский) не
выполнила постановления ЦК КП(б)У от
16/Х—1945 г„ которое обязывало редакцию
в кратчайший срок ликвидировать серьезные
идейно-политические ошибки, имевшие ме-
сто в журнале «'Украинская литера гура», и
поднять идейно-художественный уровень
журнала. Вместо этого редакция еще более
углубила ошибки журнала, предоставляя ме-
сто на своих страницах художественным
произведениям и статьям, в которых пропо-
ведуются буржуазно-националистическая
идеология, .мещанско-обывательские воззре-
ния на жизнь, аполитичность и пошлость.
Журнал печатал националистические статьи
Л. Коваленко, который повторял антинауч-
ные, буржуазно-националистические утвер-
ждения Грушевского к Ефремова. Редакция
«Впчизны» поместила на своих страницах
статью И. Пильгука «Кирилло-Мефодиев-
ское братство и литературный процесс 40-
60-х годов», в которой всячески приукраши-
вается буржуазно-либеральная и консерва-
тивная деятельность писателей украинской
литературы (Кулиш, Костомаров, Белозер-
ский). Утратив чувство ответственности за
идейный смысл и художественную ценность
:напечатанных в журнале материалов, редак-
( цпя «Вичизны» печатала фальшивые, анти-
I художественные произведения («Обретенная
। семья» Плахтина. «Радость» Кравченко,
| цикл стихов Неходы «Поезд Москва -Тби-
i лисп», пошлую повесть Романовской «Слава
I Дижона», «Рассказ о наших днях» Гуреева
и др.).
ЦК КП(б)У обязал редакцию журнала
«Вгтчизиа», президиум ССП Украины, Уп-
равление пропаганды и агитации ПК КП(б)У
принять меры к исправлению линии журна-
ла и обеспечить высокий идейный и худо-
> жествеиный уровень публикуемых произве-
дений.
ЦК КП(б)У утвердил новый состав ре-
дакционной коллегии журнала, в которую
вошли А. Корнейчук, М. Рыльский, Ив. Ле,
Д. Копыця, Л. Серпилин, Л. Первомайский.
Ответственным редактором утвержден Д.
Копыця.
В горьковские дни этого года появилось
несколько статей, связанных с проблемами
социалистического реализма. Я хочу отме-
тить среди них статью А. Бялика в «Лите-
ратурной газете» «Творческий лозунг эпо-
хи» и статью Т. Мотылевой о Горьком в
«Комсомольской правде». Мотылева пи-
ветских людей, показать наш народ не
только в его сегодняшний день, но и заг-
лянуть в его завтрашний день, помочь ос- :
ветить прожектором путь вперед — тако-
ва задача каждого добросовестного совет-
ского писателя».
В этом движении вперед советской лите-
ратуры огромную роль должна сыграть на-
ша теоретическая мысль. Нам нужно, что-
бы наш советский человек, особенный че-
ловек среди всего человечества, поручил
свое полнокровное выражение на страни-
цах советской литературы. Если мы смо-
жем показать советского человека во весь
его рост, в его развитии,—мы покажем самое
главное.
Мне хочется сказать о некоторых особен-
ностях нашего социалистического реализма,
на которые мы, очевидно, недостаточно об-
ращали внимания в прежней теоретической
работе, — о «революционной романтике». В
силу величайшей самонадеянности невеже-
ства, которую можно отчасти оправдать
юностью, некоторые из нас, в том числе и я
довольно решительно, в период существо-
вания РАПП’а выступали против романти-
ки. Между тем практика советских писате-
лей противоречила этой теории. За нашими
плечами стоит великая русская классиче-
ская литератора, которая на весь мир про-
шет о разрыве между реальным и «идеаль-
ным» в западноевропейской литературе XIX
века. У реалистов — Флобера и Золя-—есть
правдивое изображение зла и утеря возвы-
шенного; у других, т. е. у реакционных ро-
мантиков западноевропейской литературы,
«идеал» — в уходе от действительности в
фантастику, в мистику, в символ. Приходит-
ся обязательно выбирать между «некраси-
вой реальностью» и «нереальной красотой».
Русская литература XIX века, начиная
с Пушкина, ие знает такого резкого разгра-
ничения реализма и романтизма. Она опло-
дотворялась освободительным движением
народных масс, его поисками справедливо-
сти. Особенность русской литературы —
видеть и находить элементы красоты в са-
мой действительности. Отсюда привлека-
тельные, светлые, сильные положительные
образы русской литературы. Но слабость
ее положительных образов кроется в том,
что большей частью наши классики не ви-
дели того положительного героя, который в
истории являлся ведущим, положительным,
преобразующим началом.
У Горького впервые положительный ге-
рой был действительно положительным ге-
роем истории, носителем передового начала
общественного развития.
И Мотылева справедливо говорит о Горь-
ком, как о новаторе, ие только по отноше-
нию к западному реализму, но и по отноше-
нию к русскому. Горький — родоначальник
социалистического реализма.
Да, у нас есть традиция в изображении
положительного. Было бы, конечно, наивно
думать, что в западноевропейской литерату-
ре совсем нет этой традиции. Она есть,
особенно в той литературе, на которую па-
дает свет идей французской революции.
Отсвет чартистского движения лежит на про-
изведениях Диккенса, хотя он сам не был
Чартистом. Он первый в западной литерату-
ре понял величие и достоинство простого
человека. Правда, про него тоже можно
сказать, что он не видел положительного
героя истории там, где он был в реальности,
Диккенс часто впадал в сентиментальность
и идеализацию. Но это была великая гу-
манистическая школа. Писатель Честертон,
который был реакционным человеком, — но
тем это любопытнее, — писал, что Диккенс
оптимистичен потому, что он наро-
! ден. Кто это сказал, что люди, живущие
> в лишениях, обязательно пессимисты? Нет,
| народ оптимистичен Пессимисты — это
jгпиггокпаты. Нагоч верит в победу спра-
ведливости и добра. Честертон говорит: ес-
ли литература — это преувеличение, гипер-
болизация, то почему принято гиперболизи-
ровать все злое, критическое, сатирическое,
ироническое и почему нельзя преувеличи-
вать добро? Можно преувеличивать добро!
В каком счастливом положении находим-
ся мы, советские писатели, не только в срав-
нении с западноевропейскими, но и с дорево-
люционными русскими писателями! Наше
общество строится на началах справедли-
вости, мы в реальной действительности име-
ем необыкновенного, прекрасного советско-
го человека, с его необычайными духовны
ми качествами!
Основной конфликт эпохи — конфликт
нового, социалистического, со всеми прояв-
лениями старого, отживающего,— находит
самые многообразные формы. В изображении
старого, т. е. зла, если говорить условно,
имеются все же большие традиции, чем в
изображении нового. Но пока писатель не
владеет новым, т. е. положительным, как
может он разрешить этот конфликт в сво-
ем произведении? Он — раб конфликта. А
нужно быть его хозяином, господином.
Только тот, кто находится во всеоруж-'и
современного положительного начала и смо-
трит вперед, только тот может во всю силу
показать величие и напряжение и трудности
борьбы в конфликте эпохи. В этом — вели-
кое значение «революционной романтики» в
социалистическом реализме.
Писатель, который не понимает советско-
го человека, показывает его серым, неин-
тересным. сухим, книжным, говорящим об-
щеизвестные скучные истины, в то время
когда этот человек совершил величайшую
революцию, построил социалистическое го-
сударство, одержал no6c.iv в такой войне,
какую мы пережили, и владеет самым пере-
довым мировоззрением, которое когда-либо
существовало на земле, — если писатель не
видит этого, — такой писатель, конечно,
жалок. Ести писатель может изобразить
нашего человека во всю силу его душевных
качеств, такой писатель — хозяин конфлик-
та, и ему ничто не страшно.
Собственно говоря, это и есть самое глав-
ное. Изображение нового в литературе очень
тесно связано с проблемами формы. Между
тем форма — это один из жупелов, кото-
рым формалистическая эстетская школа пы-
тается запугать деятелей нашей Советской
литературы. Не нужно забывать, что в обла-
сти формы мы, советские писатели, под-
линные новаторы, а эстетические взгляды
формалистов— взгляды отсталые. Если че-
стно разобраться в том. что собой представ-
ляют с точки зрения формы все эти пред-
революционные и пореволюционные упадоч-
ные русские и западноевропейские школ-
ки, то прежде всего можно увидеть две. на
первый взгляд, противопо тожные, но оди-
наково вредные для нашей литературы тен-
денции. Первая: невероятно холодная ско-
ванность формы, скованный тяжеловесный
стих, железная проза. А истинный реализм
свободно и просто откликается на явления
действительности, и он всегда был новатор-
] скнм в области формы. Пример этому —
I «Война и мир». Где было что-нибудь похо-
। жее? А Чехов? А Тургенев?
| Что собой представляют «Записки охот-
| ника» по форме? Это исключительные по
свободе, изяществу, свежести, выпукло-
сти характеров новеллы. Они — совершен-
I ные по форме, ио они дают свободу мыслям
। и чувствам.
I Скованная, тяжеловесная. ложиозначи-
। тельная форма — это тяжелый и бесполез-
ный груз, он мешает писателю.
Очень многие вещи, которые были при-
сущи великому реализму,—полнога выра-
। жения себя, своих мыслей, чувств,—лирика,
i патетика, публицистика в одном произведе-
нии, богатство возможностей для проявле-
ния своей художнической палитры, форма-
листско-эстетская школа свела к убогому
суб’ективизму или той ложной «об’ектив-
I кости», где нет места для проявления лич-
I пости, нельзя выразить свои симпатии и ан-
I типатии, нельзя проявить тенденцию в ее
‘ полнокровном художественном выражении.
А между тем, разве можно представить се-
бе что-либо более «тенденциозное» и в то
же время более свободное и потому
подлинно новаторское, чем Пушкин. Го-
1 голь. Толстой, Бальзак, Некрасов, Салты-
; ков-Щедрин и многие другие величайшие
! реалисты прошлого? А какая величайшая
' свобода и полнота выражения у Горького!
। Речь идет стало быть не о распущенности
формы, а о свободном и совершенном выра-
жении новой мысли, нового содержания.
Вторая тенденция — это страшный субъ-
ективизм, распад формы, который особенно
заметен в творчестве современных запад-
ноевропейских и американских писателей.'.
Распад формы у Джойса и у Пруста —ОТО
такой суб’ективизм, что почти нельзя чи-
тать и понимать. А распад формы у Дос-
Пассоса? Ну. какое великое содержание
можно выразить этими претенциозно-про-
винциальными средствами?
| В нашей борьбе за высокое качество и вы-
i сокую форму мы должны начинать с дру-
। того конца — с новых мыслей, с новых че-
ловеческих образов, с новых явлений дей-
j етвительности. И если с этой точки зрения
j проанализировать все лучшее, что созда-
но нашей литературой, уже можно будет
[ сказать, что формы ее необычные и заслу-
। живают специального исследования. У нас
। есть критические силы, они должны соз-
дать «Историю советской литературы»,
рассказать, как она развивалась, с какими
чуждыми идеями и влияниями боролась и
что новое она сказала миру.
Нужно вместе с Институтом мировой ли-
тературы им. Горького издать сборник ста-
тей, в котором осветить проблемы социа-
листического реализма в связи с нашей кон-
кретной литературой. Скоро будет прохо-
дить очередная сессия Института мировой
литературы по итогам 1946 года. Надо, что-
бы эта сессия проходила при активном уча-
стии Союза писателей. Мы должны органи-
зовать цикл лекций, диспутов в Клубе писа-
телей по основным вопросам литературы —-
теоретическим, связанным с конкретными
произведениями.
Надо, чтобы наша критика бесстрашно по-
шла в атаку на целый ряд современных бур-
жуазных литературных теорий, которые еше
могут кое-кому нравиться, а на деле пред-
ставляют собой распад мысли, уездис-про-
винциальный декаданс.
Другая задача, не менее важная.—это по-
мочь нашим писателям стать ближе к жиз-
ни. Это сначала кажется странным. Неуже-
ли нужно связывать писателя с современ-
ностью? Да, нужно. Нашу жизнь изобра-
зить действительно трудно. Новое всегда
трудно. Жизнь нашей страны такова, что
многое выдумать нельзя. Это можно только
увидеть. А жизнь все время идет вперед.
Я думаю, что это и есть пока что иа пер-
вых порах те ближайшие и конкретные за-
дачи. которые стоят перед нами в связи с
докладом тор.аришя Жданова.
Находятся на Западе люди из реакписн-
I кого лагеря, которые обвиняют нашу лите-
ратуру в «конформизме», в том, что она ста-
ла слугой государства. Да. мы можем с гор-
достью сказать: у нас благородное социа-
листическое государство тружеников, и мы
считаем для себя честью служить ему. 
ОПРАВДАТЬ ДОВЕРИЕ ПАРТИИ И НАРОДА
ЛЕНИНГРАД. (От наш. корр.). В боль-
шом зале Дома имени Маяковского согтоя-
• лось общее собрание членов Ленин-
градского отделения Союза советских
писателей. В президиуме собрания, секре-
тарь горкома ВКП(б) тов. Капустин, секре-
тарь Дзержинского райкома ВКП(б) тов.
Королев, Ал. Прокофьев, Авакумов (гор-
ком ВКП(б), тов. Ходоренко (горком
ВКП(б), О. Форш, народный артист СССР
Юрьев. Капица, Чирсков, Лившиц, Мейлах
и другие.
О।четный доклад о деятельности правле-
ния Ленинградского ССП сделал А. Про-
।
кофьев.
Характеризуя задачи, выдвинутые перед
литературой историческими постановления-
ми ЦК ВКП16) и докладом товарища А. А.
Жданова, т. Прокофьев говорит, что эти
важнейшие теоретические документы не
только критикуют и анализируют допущен-
ные грубейшие политические ошибки. Они
выражают уверенность большевистской пар-
тии и великого Сталина в том, что совет-
ская литература справится е возложенными
иа нее задачами. Советские писателе соя-
дадут произведения, которыми будет гор-
диться наша родина, наш народ.
Значительную часть доклада А. Про-
кофьев посвящает анализу серьезнейших!
ошибок и недостатков, имевших место в ,
работе правления Ленинградского ССП, а 1
также идейно ошибочных и художественно i
слабых произведений ленинградских писате-
лей, Докладчик критикует . «Волшебник из
Гель-Гью» Л. Борисова, где- идейность и
чувство современности принесены в жертву
развлекательности, напечатанную в «Звез-!
де» беспомощную повесть Кочетова «На j
невских равнинах», рассказы рашых лет!
Ник. Никитина, «Дом на Моховой» Г. Гора,
«Золотой мост» В. КеГлинской, некоторые
произведения О. Берггольц, роман Евг. Фе-
дорова «Гроза над Шелоныо», который, по
мнению докладчика, искажает облик совет- ;
ских партизан.	|
Говоря о драматургии и кинодраматургии,
А. Прокофьев упоминает клеветнические,
пошлые пьесы Зощенко, идейно вредные |
пьесы Ягдфельда «Дорога времени» и
«Смешные нежности». Докладчик указы-
вает к на такие слабые в идейном и худо-
жестмняом отношении произведения, как
пьесы М. Козакова и А. Мариенгофа «Пре-
ступление» и «Золотой обруч», «Окно в
лесу» Е. Рысса и Л. Рахманова, фильм
«Простые люди» Г. Козинцева и Л. Трау-
берга, сценарий Я. Ялунера «Близнецы»,
многочисленные антихудожественные эстрад-
ные произведения.
Далее А. Прокофьев говорит о роли кри-
тики и литературной жизни. Он подчерки-
вает. что в Ленинграде есть кадры квали-
фицированных критиков. Они способны
бороться за высокую идейность и художе-
ственность советской литера гуры и искус-
ства.
Отмечая примеры творческой работы
ленинградцев, А. Прокофьев приводит ро-
ман В. Каверина «Два капитана», повесть
В. Пановой «Спутники», пьесу Б. Лавре-
нева «За тех, кто в море!», фильм «Великий
перелом^ и пьесу «Побе :итс.;и•> Б. Чирико-
ва, «Старнс др\ )ья» Л. Малинина, перевод
М. Лозинского «Божественной комедии».
Перечисляя затем темы готовящихся в Ле-
нинграде книг, пьес, сценариев, докладчик
подчеркивает, что только напряженная
творческая работа поможет писателям
оправдать надежды, которые возлагают на
них партия н народ. Практически и теорем
тически помогать деятельности писателей—
такова важнейшая задача правления и сек-
ций литературной организации. Далее до-
кладчик говорит о необходимости привле-
кать внимание писателей к основным темам
советский современности, установить проч-
ную связь с заводами, колхозами, научными
институтами. Нужно общаться с передовы-
ми людьми эпохи, людьми, претворяющими
в жизнь великий план сталинской пяти-
летки.
— Перед всей советской литературой, в
том числе ленинградской литературной ор-
ганизацией,—заключает докладчик,—выдви-
нута большая благодарная программа ра-
бот. Мы должны повысить чувство ответ-
ственности за свою писательскую организа-
цию. быть певцами великой советской со-
временности. Надо приложить все усилия
к тому, чтобы стать действенными помощ-
никами нашей большевистской партии,
чтобы оправдать доверие, оказываемое нам
партией, товарищем Сталиным.
После доклада ревизионной комиссии
(Бориса Тимофеева) мчались прения.
Вс. ВИШНЕВСКИЙ, Ай. ТАРАСЕНКО!.
И. ГРИНБЕРГ
УСЛОВНЫЕ УКРАШЕНИЯ
СТИХОТВОРСТВА
Я жил. одержимый мечтаньем,
Я в дружбе с природою рое,
Я слушал я трав прорастанье
И шопот полночных берез, —
i— пишет Николай Браун в стихотворении
«Орудиями даль отгремела», и действитель-
но — травы и березы, радуги и ромашки,
зоря и черемухи заполняют его
«Мой светлый край». Кажется, и
будто поэт всегда дружил лишь с
тепленными предметами и жил, «одержимый
мечтаньем».
Однако мы помним — реальная литера-
турная биография Николая (Брауна была
иной. Он писал и о пафосе первой пятилет-
ки. и о Красной Армии, и о многом другом.
Почему же теперь он пишет преимущест-
венно о яблонях и стрекозах? Военные сти-
хи Н. Брауна, созданные в блокированном
Ленинграде, на берегах Балтики, снова и
снова рассказывают о мирных пейзажах, о
липах и тополях, подорожниках и кленах.
Это одновременно и воспоминание о прош-
лом и мечта о будущем. «Ожесточенная вой-
ной» душа только и ждет возвращения в
«оэетяый край» перелесков и лугов.
сборник
впрямь,
неоду-
Bit стпггея мирные луга,
Леоов зеленая прохлада,
А в иебе—радуга-дуга.
Нп одвого слова, способного взволновать,
задеть читателя, заставить его призадумать-
ся. Отобраны самые «поэтические» слова,
time «поэтические» предметы, самые «по-
этические» деревья, цветы.„
Но, полно, поэзия ли это? Можно ли на-
звать поэзией стихи, в которых иет живо-
го движения мысли, реальной, сложной и
противоречивой жизни?
«Прелесть нагой простоты, — писал
А. С. Пушкин, — таи еще для нас непо-
нятна, что даже и в прозе мы гоняемся за
обветшалыми украшениями, поэзию же, ос-
вобожденную от условных украшений сти-
хотворства, мы еще ие понимаем».
 Через столетие Маяковский говорил о по-
исках «точной и нагой» поэтической речи.
Перестройка стиха и расширение его воз-
можностей, создание поэзии широких обоб-
щений и политической целеустремленности
были тесно связаны с борьбой против «ус-
ловных украшений стихотворства», против
пустых «поэтизмов», лишенных смысла, огра-
ничивающих и обедняющих искусство. Мая-
ковский, утверждая поэзию высоких идей и
реалистических образов, воюя против
зии условной, «возвышенной»,
ально противопоставленной
внтельности, продолжал и
ции Пушкина, Лермонтова,
В сборниках стихов, о
речь, нет открытого ухода
темы. В «Сотворении мира» Николая Ры-
ленкова, в «Стежках-дорожках» Алексан-
дра Коваленкова, в уже названной книге
Николая Брауна говорится о войне, о вос-
становлении, упоминаются слова «бригадир»
И «пограничник», «совхоз» и «партизан». Но,
преграждая путь действительному раскры-
тию этих понятий, «обветшалые украше-
ния» поэтизмов переполняют строфы сти-
хов, вытесняют реального современного че-
ловека с его помыслами, мечтами, ставят на
его место модернизированного пастушка,
любующегося красивыми пейзажами.
Росянка, иль звезда упала на ресницы,
Сяйта ее и мне. иа память подари!
Когда, цветут сады, мне по ночам не спится,—
Как в юности, готов бродить я до зари.
— пишет Рыленков, обращаясь к своей
бимой.
Мы б жили, вторя каждой птице,
В краю нетронутой весны,
Как ключевой водой криницы,
Ввееонной юностью полны,
— обращается он к ней же в другом сти-
хотворении.
Эти украшенные, чистенькие и аккурат-
ные стихи заполнены «красивыми» сравнени-
ями, «изящными» описаниями, «поэтичны-
ми» эпитетами. «Расписные полотенца за-
ри», «мирные дубравы», «неугасимый свет
звезд» образуют плотную декоративную
ткань, сквозь которую с трудом пробивает-
ся дыхание действительности. Мы чувству-
ем, — за этой тканью находится советская
деревня, с ее богатой и многообразной
жизнью, с ее замечательными и разносто-
ронними людьми. Рыленков чувствует под-
линную поэзию самоотверженного и настой-
чивого колхозного труда. В этом нас убеж-
дают не только прошлые удачи поэта, но и
включенная в сборник поэма и ряд лириче-
ских стихов, искренних и выразительных. Но
в том-то и дело, что стихи эти наппсаны сов-
сем по-иному, и их не портит бессодержа-
тельная бутафория поэтизмов.
Рыленков в «надписи на книге», открыва-
ющей сборник, утверждает —
Мы, возмужав, навек постигли
Закон еуровой простоты.
Однако именно «суровой простоты» нехва-
тает его стихам, так же как и стихам Бра-
уна. В них иет мужественного, серьезного
познания современности. Вся творческая
энергия авторов уходят на орнаментальную
роспись, иа перечисление все тех же звезд,
зорь, черемух, акаций. Характерно, что в
сборниках Рыленкова и Брауна, поэтов с
несхожими биографиями, встречаются поч-
ти одинаковые стихи:
Ты вернешь мне, любовь и отрад»,
Ранних зорь золотые края,
Колокольчики звездного сада.
Соловьиный рассвет у ручья.
— пишет один нз них. И ему вторит дру-
гой:
поэ-
принципи-
«низкой» дейст-
ра.звивал тради-
Некрасова.
которых идет
от современной
лю-
яковский чувствовал себя в долгу «перед
всем, про что не успел написать». Постоян-
ной и важнейшей традицией русской демо-
кратической поэзии было активное вмеша-
тельство в жизнь — создание образов, глу-
боко раскрывающих мир и активно перестра-
ивающих его.
А поэты, находящиеся в плену «обветша-
лых украшений», не могут и словечка «в
простоте» сказать, не могут обойтись без
иносказаний и условностей.
Николай Браун в стихах об Отечествен-
ной войне, прямым и непосредственным уча-
стником которой он был сам, вспоминает
Змей-Горыныча, и Соловья-Разбойника,
бранные
него не
суровую
щенную
ветских
словах
ной живой речи, боязнь современных поня-
тий, боязнь современных коллизий, боязнь
современных характеров обескровливает
стихи, наполняет их аллегориями, лишает
силы и смысла. Невозможно, не выходя из
тесного круга «звездных ночей» и «синих
ночей», не идя дальше напоминаний о Ган-
гуте и Азове, Ушакове и Нахимове, Кошке
и Железняке, воспеть славу советских мо-
ряков, как это пытается делать. Браун в сти-
хотворении «Морская слава». Невозможно
рассказать о советской родине, вспоминая
лишь «землю, хранимую палицей Святого-
ра», «землю, веками оранную кривой сохой
Микулы». Не та земля теперь расстилается
от Тихого океана до Карпат, не те люди ее
обрабатывают, и не по тем стародавним за-
конам она живет, и не стародавними, архаи-
ческими словами и образами можно раскрыть
поэзию социалистического общества.
В подобных стихах не найти, разумеется,
смелых обобщений, глубоких мыслей, точ-
ных наблюдений. Их основа — «чистый»
лиризм. Герои — «он» и «она» — имеют
очень мало общего с гренвюй землей и про-
живают, как правило, среди садов и лу-
гов. Однако именно поэтому лиризм этот
бессодержателен, и чувства, как правило,
выражены до крайности условно.
Верность наполнит вином стаканы,
Нежность и мужество выпьют <ма ты».
Ревности тучи, измен туманы
Светлой росой упадут на цветы.
— пишет, например, К;1валенков в сти-
хотворении, носящем оригинальное название
«Радуга».
Разительно убожество этого образа, в
котором верность выступает в качестве
официанта, а нежность и мужество «выпи-
вают» на брудершафт. Впрочем, это и не
образ, а виньетка и притом безвкусная, пре-
тендующая, однако же, на некое «философ-
ское обобщение».
Так, в приукрашенных стихах живут де-
коративные лаоди, с декоративными
вами и мыслями.
Строго говоря,
стихов люди
пейзажа. Они
ют прелесть
садников.
В русской поэзии уже давно установились
иные отношения между художником и при-
родой. Псковские леса и просторы Украи-
ны, пензенские поля и кавказские горы слы-
шали прекрасные и мудрые слова о судьбах
родины. С ними шла беседа о том, чго му-
чило и волновало великих поэтов, мечтав-
ших о счастье народа.
И в современной советской поэзии жи-
вет и развивается эта замечательная тради-
ция. Военные пейзажи Твардовского и Сур-
кова, Антокольского и Сельвинского, Пер-
вомайского и Кулешова исполнены глубоко-
го смысла. Когда Виссарион Саянов, напри-
мер, в своей «Походной тетради» «Весна
1945 года» изображает «весну на Одере»
или горную ширь Судетов, он создает кар-
тину, проникнутую ясным и сильным на-
строением, и настроение это неотделимо от
идеи вещи, от стремления поэта постичь и
выразить поход на Берлин во всем его исто-
рическом значении. Природа здесь так же,
как и в других лучших стихах последних
лет, прочувствована1 и осмыслена. Человек—
вот сердце и сущность пейзажа. Только по-
эзия, раскрывающая сложную и богатую Ду-
ховную жизнь наших современников и со-
отечественников. поэзия, глубоко проникаю-
щая в жизнь, может решить большие зада-
чи, стоящие перед нашим искусством.
Одно из стихотворений Леонила Перво-
майского, составляющих цикл «После бо-
ев» (напечатанный в переводе Веры Звягин-
цевой в № 7 журнала «Знамя»), начинается
строфой:
Себе до
Не тем,
Я ныне
Он бьет, как поток из разверзнутой щели.
Обширный опыт сердца, опыт, приобретен-
ный в годы войны советскими людьми и
всем советским народом, — вот содержание
тех поэтических произведений, которые вла-
деют умами и душами читателей, учат и
воспитывают.
Подлинная поэзия в каждом образе и в
каждой строфе отражает развитие жизни, и
ей враждебны звонкие и пустые «поэтизмы»,
рисующие мнимый, декоративный мир, в ко-
торый нет доступа истинной красоте—кра-
соте реальней действительности, творимой
советским человеком.
и
латы, и именно поэтому у
находится слов, чтобы раскрыть
и достоверную поэзию, вопло-
в харакуерах и поступках
людей, в их
и делах.
и
чувствах
Боязнь
со-
и мыслях,
современ-
чувст-
Ты была моим дытянмя,
Светом, утренним лучом,
Жаркой страсти полыханьем,
Тихой ивой над ручьем.
К ним присоединяется и третий — Алек-
сандр Ковалснков:
Лизанька—это другое дело.
Это ромашка, тропинка во рти ..
Тронь меня, Лила, рукой загорелой,
Сердце свое на ладонь положи...
В его сборнике «Стежки-дорожки» также
перепархивают со страницы не страницу
«жар-птицы», «май шумит сарафаном цвет-
ным, весь сиренью и ландышем вышит», «со-
сны, розовея, тянут лапы к небесам»...
Да неужели же эти расшитые розово-го-
лубые, сентиментальные, приторные с.трю-
ки кажутся их авторам настоящей поэзией?
Некрасов говорил с гордостью:
«Я увеличил материал, обрабатывавшийся
русской поэзией, личностями крестьян: я
поставил на вид России образы ее кормиль-
цев, современных мне рабочих людей». Ма-
художника
Плакат работы
И. Ганф.
Издательство «Искусство»
Литературяаягазега
Плакат
• работы художника
В. Корецкого
Издательство «Искусство»

Плакат работы художника
Н. Ватолиной
СОВЕТСКОГО
воина стала
школой, в
РЕПЛИКА
КРИТИКУ
ВЕЛИЧИЕ
ЧЕЛОВЕКА
СОБРАНИИ ПОЭТОВ
Искусство питжрования можно считать
вполне разработанным ж освоенным. Пожа-
луй, это самое нехитрое из всего, что дол-
жен уметь критик. Нетрудно привести ци-
тату, подтверждающую положение крити-
ка или его литературно-тактические замыс-
лы.
Нетрудно, набрав цитаты, снабдить их
приправой рассуждений и затем начать
убеждать читателя, что в ник, цитатах, ска-
зано именно «то», а не «иное».
К числу приверженцев «цитатного» спо-
соба, видимо, относится критик Федор Ле-
вин, опубликовавший в «Литературной га-
зете» № 41 статью «Жизнь идет вперед».
Но цитаты, приведенные Федором Леви-
ным, почти нее не к месту. Либо он их не
понял, либо, скажем, не сумел, не захотел
ш пять.
Из вежливости будем считать, что Федор
Левин не понял прочитанного.
Постараемся терпеливо раз'яснить Федо-
ру Левину смысл того, о чем он пишет.
Товарищ Левин, вы ополчились против
нытья в поэзии и образцы решились наб-
рать из стихов молодых поэтов, напечатан-
ных в «Знамени». Вы пишете: «Мы не от-
рицаем права на грусть. Горе надо пере-
жить, перегоревать. Но большая правда на-
шей жизни состоит в том, что всегда есть
и должен быть найден выход к другим лю-
дям, к жизни, к борьбе, и нет у нас места
нытью».
Мы полагаем, что молодые поэты,
ники Отечественной войны, в своей
повидали горя и отлично его преодолели.
И полагаем, что в первых пробах своих они
честно, прямодушно, порой и наивно, делят-
ся всем тем, что они познали в своих пер-
вых уроках жизни. Делятся и радостью, и
горем, и преодолением горя. Поверьте, что
это так.
Ваша статья, тов. Федор Левин, могла бы
получиться совсем неплохой и полезной,
если бы вы привели и раскритиковали дей-
ствительные примеры нытья. Вы этого
лать не сумели.
Примеры. Вы приводите строки из сти-
хотворения Льва Кондырева. Оно элегич-
но. Здесь традиционные образы русской
народной лирики. Взята тема степных кур-
ганов, в которых «витязи спят».
Вы утверждаете, что воспоминания о
жертвах войны «наполняют душу горестью
и печалью». Почему же скромное, идущее
из давних песенных традиций,
всякого надрыва стихотворение Конлыре-
ва — не печаль, а «нытье»? Этого вы не
доказали.
Вы прочли из четырех стихотворений по-
эта Кондырева лишь одно. Процитировали
частичку... И наспех отнесли Кондырева к
«плакальщицам, на все лады выводящим
мотивы»,.. Это грубо и несправедливо.
Что же сказать вам, опытный критик со
стажем? Видимо, у вас не было времени
прочесть четыре стихотворения, узнать о
других стихотворениях, узнать о том, каков
поэт Кондырев... затем пораздумать, взве-
сить и произнести точное и душевное су-
Вы, ведь, знаете цену печатного
участ-
жизни
в нем всего 16 строк, ио вы ж тут ие суме-'
ли понять смысла... Стихотворение поды-
мает подвиг рядового красноармейца —
бойца «без званий и наград» до общемиро-
вого факта. Вот в чем смысл стихотворения.
И уж чего-чего, а нытья тут иет ни капли—
Поэт отдает бойцу' нашей армий великую и
почетную могилу; «Его зарыли в шар зем-
ной..»
Опять у вас небрежность, опять неуме-
ние найти нужную цитату.
Можно было бы продолжить эти разъяс-
нения, и постепенно вам стал ясяял-
смысл прочитанного, недочитанного в спеш-
ке и цитируемого, но довольно и этого.
Остановимся только еще на одной «тех-
нической небрежности». Вы аккуратно и
точно перечислили все номера «Знамени»,
из которых вы черпали
ные» цитаты. В; противовес им вы привели
положительную — из «Дома у дороги» А.
Твардовского. Но тут у вас «как раз»
выпало указание, что это тоже цитата из
поэмы, напечатанной в «Знамени». Ну, до-
пустим, вы опять поторопились и забыли—
А почему не попробовать быть точным?
Пойдем дальше. Доказать, что в народ-
ной песне, или в \ поэме Твардовского, млж
в романе Фадеева? решение «идейно выше,
значительней, верней», чем у начинающих
поэтов, — депо нетрудное. Труднее дру-
гое — понять внутренний мир современного
советского человека. Он много сложней то-
го примитива, к которому вы, например,
зовете Ольгу Берггольц. Ей, участнику боев,
блокады, вы об’ясняете: «Лед Ленинпэада
растаял. Пришла весна
идет вперед...» Такие формулы
из серьезных, думающих поэтов удовлетво-
рить не могут.
Неужели людям, (которые выстояли ве-
ред лицом армии Гитлера, не дрогнули, а
после 900 дней обороны напит в себе силы
для прорыва ос ад нем» кольца в силы для
марша до Берлина я до Эльбы,
такие торопливые «етвравкж»? Нам
ся, что с поэтами нужно говорить
поэзии, философии и истории.
Нет сомнения — молодых поэтов
критиковать. Оии еще 'незрелы и
часто ошибаются и в выборе тем, и в эмо-
ционально-философской) окраске, и в поли-
тической направленности, и в художествен-
ности своих стихов. Но<эта критика обяза-
на быть принципиальной, убедительной и
товарищеской по тону.
Душа человека — сложный организм. В
особенности — советского человека. В ней и
борьба нового со старым.,. В ней и огромные
надежды. В ней великая I радость и торже-
ство победы; в ней скорбь о миллионах по-
гибших; в ней воодушевленный порыв к
созиданию, и тут же бож» рая, нанесенных
врагом стране. Читатель — сам участник
трудов и боев •— не поверит поэту, если он
будет приплясывать, притоптывать и де-
лать вид, что «ничего не произошло».
Нет, не в этом, дорогой? товарищ Федор
Левин, задачи подлинных (писателей. И не
все «отрнцатель-
победы.„ Жязяь
такого
позиции советского искусства, — говорит
А. Фадеев.—Поэтому одни поэты, испытав-
шие влияние декадентства, смогли побороть
его, а другие, например, Б. Пастернак, не
сумели.
А. Фадеев останавливается на творчестве
поэтов, которые освободились от чуждых
влияний. П. Антокольский, В. Инбер своим
путем пришли к советскому искусству, мы
можем не соглашаться и спорить с ними по
вопросам поэзии, но это будет здоровый
спор, помогающий движению вперед.
А. Фадеев резко критикует творчество
И. Сельвинского, дает отрицательную оцен-
ку поэме С. Кирсанова «Александр Матро-
сов». Штукарство, фокусничество мешают
поэту говорить полным голосом.
Н. Асеев вспоминает свои ошибочные про-
изведения, написанные во время войны.
— Я на собственном опыте убедился, что
хорошие с формальной точки зрения стихи
могут быть вредными стихами, — говорит
ои.
— У советских поэтов никогда не было
«стихов для себя» отдельно от «стихов для
народа»,—заявляет М. Алигер. — Все свои
произведения мы всегда выносим на суд на-
рода, не боясь критики наших читателей.
М. Алигер критикует вялую работу поэти-
ческой секции. Поэты не посещали заседа-
ний секции, не интересовались ее работой.
Секция была попросту неавторитетна. Под-
линной, нелицеприятной критики на заседа-
ниях ие было.
С. Михалков посвятил свое выступление
вопросам детской поэзии. Газеты, журналы,
поэтическая секция не интересуются стиха-
ми для детей. Новые кадры детских писате-
лей не растут и не могут расти в такой не-
благоприятной обстановке.
Странное впечатление оставило у присут-
ствующих выступление С. Кирсанова. Само-
уверенно заявив, что его поэме «Александр
Матросов» присуща коммунистическая це-
леустремленность, С. Кирсанов обрушился
почему-то из Твардовского. Он назвал
проводником старокрестьянской
ниченности в j--- --”
ние получило на собрании резкий отпор.
В. Инбер отметила ряд недостатков R твор-
честве молодых поэтов. Боязнь счастья,
горькие мысли о скоротечности жизни зву-
чат в стихах даже такой талантливой по-
этессы, как М. Алигер.
Поэт в лирических стихах не только
делится своими переживаниями и настрое-
ниями. он в то же время учит людей —• как
жить. Об этом мы не имеем права забывать,
— заявляет В. Инбер.
Справедливой и резкой критике подверг-
лась на этом собрании работа с молодыми
поэтами, воспитание которых—первейшая
обязанность поэтов старшего поколения. Об-
суждения новых стихов и поэм на собрани- i
ях секции зачастую состояли из взаимных '
комплиментов и расшаркиваний, принцнпи-,
альная критика творчества отсутствовала. ;
Не было в секции поэтов вкуса к научно-
критической, теоретической работе. Между
тем целый отряд советских критиков, зани-
мающихся вопросами современной поэзии
(С. Трегуб, В. Перцов, Д. Данин, А. Тара-
сенков, Ф. Левин, Е. Усиевич, А. Лецтес
и др.), до сих пор был крайне слабо привле-
чен к работе секции. Видные советские по-
эты редко посещали собрания секции, от-
дав ее на откуп второстепенным, слабым и
случайным в поэзии людям. Ни А. Твардов-
ский, пи С. Маршак, ни М. Исаковский, ни
К. Симонов ие участвовали в повседневной
работе секции.
На собрании выступили также С. Остро-
вом, Л. Ошанин, М. Львов, И. Чичеров,
Н. Впльям-Вильмонт, Д. Дании.
Избрано новое бюро поэтической секции,
в него вошли: И. Тихонов, И, Антоколь-
ский. В. Лебедев-Кумач, И. Сельвинский,
II. Асеев, А. Твардовский, А. Сурков, В. I
Перцов, А. Ковалснков, М. Алигер, С. Гуд-
I зепко, В. Инбер, А. Яниш. А. Жаров, С. Кир-
I сапов, С. Васильев и С. Михалков.	I
сде-
нужны
думэет-
языком
ДОЛЖНО
потому
НА ОБЩЕ МОСКОВСКОМ
На общемосковском собрании поэтов, про-
исходившем 8 и 9 октября в Клубе писате-
лей, обсуждались постановление ЦК
ВКП(б) и доклад А. А. Жданова о журна-
лах «Звезда» и «Ленинград» и задачи совет-
ской поэзии.
С сообщением от бюро поэтической сек-
ции Союза писателей выступил В. Перцов.
Он говорил о роли и значении поэзии в го-
ды Отечественной войны. Поэты наши спра-
вились со своей благородной задачей: рабо-
тая во фронтовой и центральной печати, они
учили науке ненависти, помогали бороться
и побеждать.
В годы войны идея социалистической ро-
дины стала главенствующей в творчестве
поэтов самых различных направлений, жан-
ров и возрастов. Для многих
своеобразной поэтической
которой сложилось и окрепло их дарование.
— Как же получилось, что поэзия, кото-
рая в самые тяжелые для страны годы бы-
ла передовым отрядом советской литерату-
ры, теперь, после великой победы, отстала
от современной прозы, отстала и от поэзии
военных лет? Мы не можем назвать ни од-
ного произведения, которое приближалось
бы по своим достоинствам к «Молодой
гвардии» А. Фадеева или «Спутникам» В.
Пановой, — говорит В. Перцов.
По его мнению, немалую роль в отста-
вании поэзии сыграл тот рецидив эсте-
тизма, на который обращено внимание в по-
становлении ЦК ВКП{6).
Отмечая несомненные достоинства поэзии
И. Сельвинского, В. Перцов указывает и иа
серьезные недостатки, которые мешают раз-
вернуться дарованию поэта.
В поэме А. Твардовского «Дом у дороги»
с огромной поэтической силой выражена ос-
корбленная гордость советского патриота.
Однако, по мнению В. Перцова, по прочте-
нии произведения испытываешь щемящее
чувство тоски, В этой поэме нет удовлетво-
ренной гордости советского человека, тор-
жествующего свою победу.
В. Перцов считает, что С. Кирсанов в по-
эме «Александр Матросов» не смог перево-
плотиться в своего героя. Образ Матросова
подменен холодной декламацией.
С. Васильев в своем выступлении гово-
рит о неправильном делении стихов на «га-
зетные»	"
которых
считать
хорошие
газете и
— Во
гаче, разнообразней,
мы писали лучше, чем в мирное время. Это
об’ясняется тем, что в военные годы мы
жили в полном контакте с иародом. Поэто-
му и в самых интимных лирических стихах
звучало то, чем жил народ. Все темы, даже
личные, частные, стали политическими, об-
щественными. А теперь, после войны, когда
народ уже полтора гола восстанавливает и
строит, мы опять уединились в особняке на
улице Воровского; поэтому приходится сей-
час говорить о крупнейших недостатках в
поэзии,
А, Сурков критикует существующий те-
перь «метод» воспитания поэтической моло-
дежи. Молодых поэтов сначала неудержимо
хвалят, а потом начинают неистово ругать.
Таким способом нельзя руководить их твор-
чеством.
А. Фадеев в начале своего выступления
характеризует дореволюционные, декадент-
ские течения в поэзии. Эти школки не бы-
ли только формальными об’единеннями лю-
дей, за ними стояло определенное мировоз-
зрение. Вдохновители этих школок — фило-
софы-идеалисты, враги марксизма (Нипше,
Бергсон, Фрейд), стремились «обесчелове-
чить» поэзию, увести ее от общественной
жизни, они лишали человека разума, припи-
сывая ему биологические, звериные начала.
Представители реакционных течений i
области теории искусств отказались от ре
алистических представлений о жизни.—С та-
ким мировоззрением трудно было перейти на
лишенное
Левин, задачи подлинных (писателей,
в этом советский оптимизм.'
Мы смотрим правде в лицо. Мы,
весь народ, страха перед жизнью,
любой опасностью не ведаем. Мы верим в
жизнь и именно поэтому не»закрываем гла-
за ни на боль, ни на раны, та на могилы, ни
на руины. Оптимизм советского человека,
а значит и советского поэта,?состоит в бес-
страшном раскрытии противоречий чувств,
в историческом понимании пустей своего на-
рода.
Неужели вы, тоже бывший .па войне, за-
были свой опыт? Или опыт шедших рядом?
Нам всем подчас было горько «в дим войны.
Но это святая горечь. Она рождала гнев,
ненависть к врагу. Рождала упорство, ди-
вившее мир. Она вела нас к Победе. Не за-
бывайте этого! «Приятно и радостно знать,
что кровь, обильно пролитая нашими
людьми, не прошла даром...» (И., Сталин).
Пусть же в советской поэзии ?зазвучит во
весь голос эта тема гордости своим наро-
дом, который не пожалел ничего* для своей
свободы, для своей социалистической роди-
ны. Мы считаем, что великая война была и
великой трагедией. Не будем превращать
ее в сладкое благополучие.
Вероятно, и вам, тов. Левин, по'Натуре, по
душе боевые и мудрые патриотические сти-
хи Пушкина, глубокие и честные лермонтов-
ские раздумья, некрасовская боль за род-
ной народ, глубина Тютчева, страстные по-
рывы Блока к истине, к революции, до глу-
бины обнаженный, мучительный и искренний
пафос Маяковского.
И да придут на эти пути наши молодые
поэты!
И не забудьте, товарищ Левин, что в
зависимости от методов работы критик мо-
жет потерять доверие поэтов, которых
вы — не очень удачно — хотите учить
житейской мудрости, и читателя, который
ныне не менее «проницателен», чем во вре-
мена Чернышевского.
как и
перед
этих
часть
в большей части
только
пережива-
их пали-
составляют
созерцают и
окружающих
гих пор я кажусь все солдатом.
чю хожу я в солдатской шинели,—
стал опытом сердца богатым.
его
i (?) огра-
нашей поэзии. Это выступле-
и «журнальные». С легкой руки ие-
критиков «газетные» стихи стали
второстепенной поэзией. Однако
стихи одинаково необходимы и
журналу.
время войны наша поэзия была бо-
говорит А. Сурков,—
в
БоР. соловьев £ позиций звездочета
Как звездочет
। наблюдает планету
;.л миллионы миль.—
Я изучаю действительность эту,
в вечность плывущую быль.—
такими строками открывается стихотворение
Н. Асеева «Весеннее человечество», опубли-
кованное в журнале «Советская женщина»
(№ 3, 1946 год).
Эта декларация поэта весьма характерна,
ибо именно с позиции такого «звездочета»
написано большинство стихов, вошедших в
его последнюю книгу.
Книга производит странное впечатление;
кажется, будто она создана поэтом, кото-
рый наблюдает нашу жизнь откуда-то изда-
лека, и поэтому действительность в ней
предстает в расплывчатых и неопределен-
ных очертаниях.
В обширной поэме «Пламя победы» автор
пытается поэтически запечатлеть самые су-
щественные и характерные события нашей
жизни; здесь говорится и о довоенном быте,
и об Отечественной войне, и о перспекти-
вах, открывшихся перед нашей страной по-
сле победы над немецкими захватчиками.
Но, несмотря на то, что поэт затронул тему
такого большого масштаба, его поэма не
впечатляет, не обогащает нас, ибо оиа схе-
матична, безжизненна, внутренне бедна.
Строки поэмы напоминают порою вялый и
поверхностный очерк.
Вот как рисует Асеев нашу довоенную
жизнь:
...Мы ростом добычи
взрослели в металле, (?)
мы Северный полюс
перелетали,
мы Волгу с Москвой.
Обменявшихся грузами
( пл-ы ли уточными,
прочными узами...
Конечно, меньше всего такое равнодушно-
регистраторское, протокольное перечисле-
ние способно захватить и увлечь читателя,
меньше всего оно способно запечатлеть не
личие тех событий, о которых так поверх-
енега и метели.
колхопл обстраивались
и богатели.
Каких усилий это стоило, как росли наши
люди, об этом поэт и не упоминает. Но раз-
ве способно как-нибудь обогатить и взвол-
новать читателя упоминание о том, что по-
сле посевной следует уборочная, а после
снегов и метелей непременно наступает вес-
на?
Так же невыразительны и туманны здесь
«картины Отечественной войны.
Наши артиллеристы и летчики —
...Ждут сообщения разведки
про вражий тыл.
11 с. г ом. на Ч1\ пав
вражьи точп'и,
иакрок.т пмб —-
и лЗ 6 < {пони
( НОН Л И( ГОЧ ни,
a Hi'.’u.i—ель’
Данию ран К'ла.тп саперы
крутой овраг,
гч ia. не чувствуя оперы,
( иол .а» т враг.
11 угро вспыхивает спозаранку
/п.паиьем мин.
а (верху СюмГ>ы.
с флангов -- танки,
и выбит клин!
Так описан бой под Москвой осенью 1941
года. Не чувствующий опоры враг сползает
в овраг, где его остается только добить! Не-
! внимание к человеку, равнодушие к нему,—
вот что звучит в этих стихах. Не заглянув
в душу нашего бойца, став в позу «звездо-
чета», который наблюдает события с какой-
то огромной дистанции, автор нс сумел за-
печатлеть их правдиво и глубоко.
Врага в этой поэме «Асеев изображает
так:
Но вот ТИПШЛОЙ
налолччеп'я 'им...
'Ioо а; егцп пущр
и злей он лютуп?
Он сам <<’C>si иитнт
шччщ тутом
н <ам о" " приговор
гпо nii.ift лгп.’туГ’Т...
И — вдвое чти'рея,
г ромя и круша,
мозжит он,
который уничтожал миллионы людей, впол-
не «владея собой», и не только не испыты-
вая никаких угрызений, а даже гордясь
этим и «научно» обосновывая свои злодея-
ния. Меньше всего такой враг был склонен
выносить себе «грозный приговор». Образ
вр«1га оказался в .этой поэме фальшивым, на-
думанным, книжным и больше всего напо-
минает не реальных фашистов, а некоторых
персонажей Достоевского—с их раздвоен-
ностью, муками совести и уязвленного са-
молюбия. Но о какой «раздвоенности» зако-
ренелых фашистских убийц, у которых вы-
травлено всякое понятие о совести, может
ипи речь?!
В последних главах поэмы автор пытает-
ся заглянуть в будущее, ио нарисованная
им картина изобилует общими месчами.
I	Щтэщ'Т ,1Рпь,
I	оиреппый < .-1.1ТЮЙ-
I	но лкн'мм океанам плавай.
!	(' Атлантическим
.Чсдоьнгый
«•вязан дружбой людей
плодовитой:
ТТГ(>6 ЛЮ 1СЙ
величавый рост, —
веем, что дать
человечество в силах.
яр>;о<-ть
вечно влекущих пвезд
приближал бы,
а не. гасил их.
Очень много, как и полагается «звездоче-
ту», сказано об океанах и звездах, но нет ни
слона о том, что более близко читателю:
,ни слова о величайших трудовых подвигах,
ни слова о грандиозных задачах, встающих
перед бойцом, возвращающимся к мирному
строительству. Все. что говорится п послед-
них главах поэмы, может только способство-
вать внутренней дсмобилнэацни, самихсно-
коениости, совершенно неуместной и недо-
пустимой.
Настало желанлое время
J л ьп'он,
обятпй,
нс трсч:
< 1 р.1 на. опускает
<Ч’еми
Г MOIY4HX.
широкие' плеч...
О» тывайтс,
жерла орудий,
рлчрежайс.я, пороха дым...
(г
<•
постно упоминает автор.
Или:
Года проходили.
. ДРУГ apyia минуя,
сменяла уборочная
посевную,
весне уступала
-----------
tt
Wwwn.Tnft Асеев. «Пламя ноб“ п.с». Гггх
мы 15П-15ы гг, «< онетсадп пшчш’.п. .
|>
НН5
ч>гь кровь
р юл:
<>н злобно
<чо души
сама собой
не нладсс г.
уже лыками
бессмыслен,
уже
и т. д.
Такими идиллическими призывами к без-
мятежному покою и отдыху завершается по-
эма, претендующая на то. чтобы отразить са-
мые существенные события, самые глубокие
Показывать немецкого фашиста в образе : переживания и мысли плиего народа. По-
громили, который пугается тишины, сам ' пытка автора потерпела явную и полную ие-
пшг\ст себе грозный приговор и нс владеет! умчу.
— зч.адкг л ш> ущеегг.о врага, В новой книге II Алсена шпатель на’.ад
жденис.
слова.
У А. Межирова
«тоска».
Межиров тоскуёт. И снова
получается невпопад. Ведь в цитированном
вами стихотворении Межирова ниже
рится:
...и
Мы
вы обнаружили слово
Ага! Сделаем тут же вывод —
у вас цитата
Няс
гово-
нам
Ле-
угпокоюсъ и пойму, что зря
так штосковали,
что заря
просто обманула,
что войска
На лото зАзжают.в лагеря.
...И сделается вдруг совсем легко
Понять, что наша молодость
прошла...
Неужели вам не понятен, товарищ
вин, смысл стихотворения? Поэт говорит
о будущем. Войска, проходившие по улице,
напомнили ему, бойцу Ленинграда, раненому
политруку пехоты, Великую Отечественную
войну. Поэту легко н радостно думать о
прошедшем и отдать молодость делу стра-
ны. Вот в чем смысл стихотворения. При чем
же здесь нытье? И зачем, и почему, и куда
вы так торопитесь, тов. Федор Левин?..
Можно было бы предположить недобро-
совестность критика, но мы убеждены
лишь в одном: вы просто не поняли стихо-
творения. Условимся, что литературные
произведения надо читать внимательнее. Ус-
ловимся уважать
тов. Мы отвечаем за его судьбу.
Двинемся даль:
Вы вот привели
С. Орлова. Такое
молодое поколение поз
;е, наш друг, тов. критик,
половину стихотворения
короткое стихотворение —
тт. Вишневского и Тараееи-
Публикуя статью
кона, ретакция просит критиков и поатои вы-
сказаться по вопросам, поднятым в статье
Ф. Левина «Жизнь идет вперед» (см. «Л, Г.»
№ 41).
ВЕЧЕР МОСКОВСКИХ ПОЭТОВ
| гордится тем, что служит интересам соита-
[ диетического государства.
| Наш народ ведет гигантское строительст-
! во. Успех этого во многом зависит от даль-
i нейшего развития моральных качеств совет-
't ски.х людей. Долг советской поэзии — кре-
: нить и развивать эти качества.
После речи А. Фадеева с чтением своих
стихов выступили П. Антокольский, Н. Асе-
ев, М. Алигер, С. Васильев, Е. Долматов-
| ский, А. Жаров, С. Кирсанов, С. Михалков,
' И. Сельвинский, А. Яшин.
10 октября в Колонном зале Дома союзов |
состоялся вечер московских поэтов. А. Фа- j
деев открыл вечер вступительным словом: |
— Советская поэзия — наследница всего 
лучшего, что было создано мировой поэти- 
ческой мыслью. Но ближе всего нам тради- |
ции русской классической поэзии, традиции
революционно-демократической литературы.
Советская поэзия первая в мире во весь
голос рассказала о чувствах человека, жи- ;
вущего в социалистическом обществе. Она I
и другую поэму — «Урал», в которой автор
выступает с позиций не только «звездоче-
та», но также геолога н археолога:
If вот
проходила опять
мильонолетья пора,
<ч столкновенья щитов
пы-тирала наверх гора:
крля щитов
.’..нибалшь концами
вверх,
на .чно щитов
пары океан низверг.
И Т. П.
Наскоро покончив с геологией Урала, ав-
тор переходит к его истории, а затем и к со-
временности:
И тильду в мире
счал видим наш
величье । венный
Уралмаш!
Эта поэма напоминает больше историче-
скую хронику, чем художественное произ-
ведение. Здесь преобладает пафос хроно-
логии событий, пафос перечисления, пафос
протокольного очерка. Этот же поверхност-
ный пафос присутствует и тогда, когда ав-
тор от геологии и археологии переходит к
людям Урала.
Вон. своих сил
не шадя. не жалея,
завтра превысив,
что дали вчера,
в; тал Сидорове кий,
Ва истов,
Валет в —.
< । а л и первейшие
мастера!
Не перечтешь
их чшлп но пальцам,
не нероч пилишь
ПО номерам.
Что за странная для художника затея—
перечислять своих героев по номерам! А
ведь ничего, кроме перечисления, пет в этой
поэме. Люди только названы по фамилиям,
они тонут в общей безликой массе, — так
же, как растворяются в ней и те артиллери-
сты. летчики, саперы, которые упомянуты
в «Пламени победы». Поэма «Урал» — это
сырой, поверхностный очерк, в котором нет
почлинио художественного осмысления лю-
тей и событии.
Кроме этих двух поэм в книгу включено
несколько стихотворений об Отечественной
войне. По они не могут изменить общей
оценки сборника. В них также преобладает
пафос регистрации событий, пафос их пере-
числения:
М \ а;е< । на cypoiioio
обра 14 ш;и
каждо uieiiiio.
itiiu'ic — i.'.'iit вчера,
в- <mr. и lai'ir.i,
п Ч 'Ч : ша -111 ,ра । г и.
повторяли
бронекатера.
Долго длилось
гротное сражение,
|	но не рвалась
свиль могучих жил:
пополнялось воор ужение
и живой запас
горячих сил,
Л T. И.
(«Волжская военная флотилия»).
Н. Асеев опытный поэт, и в книге немало
образов, сравнений, строф, свидетельствую-
щих о мастерстве автора. Но отсутствие
цельного, художественного замысла, под-
линно творческой увлеченности темой, не-
глубокое осмысление ее сказались и иа ка-
честве стиха, зачастую вялого, безжизнен-
ного, неуклюжего. В книге много надуман-
ности, невнятицы, странных и искусствен-
ных, а то и просто неправильных оборотов
речи, свидетельствующих о крайне небреж-
ном отношении к языку.
...Между
огневыми промежутками,
может быть, услышишь
мой рассказ.
Между промежутками! Вероятно автор
подразумевал: в промежутках?
Или:
Каждое выигранное
сражение —
;-»го бойцов
поре тел и ряды,
ок» предельное напряжение
тела и духа,
огня и воды.
Причем здесь вода? И о каком предель-
ном напряжении воды идет речь? И какое
это имеет отношение к выигранному сраже-
нию? Вот вопросы, па которые читатель не
получит никакого ответа.
В книге ист горячей взволнованности, не-
посредственной кровной заинтересованно-
сти в том, о чем пишет поэт. — вот почему
даже те элементы новаторства, которые
можно в ней обнаружить, носят экспери-
ментаторско-формалистский, а не подлинно
творческий характер.
С позиции «звездочета», которую занял
автор, он видит только безликую сплошную
массу, в которой кое-кого называет по фа-
милии или по профессии: он словно бы н
не замечает всего многообразия наших лю~
дей, их внутренней сложности, их богат-
ства.
Разглядывая наших люден откуда-то изы
далека, обедняя и.х, — Асеев обедняет свое
творчество, лишает его элементов жизнен-
ности, художественной правдивости и дей-
ственности.
Виктор ШКЛОВСКИЙ
Самед ВУРГУН
ЮриЗ ЛИБЕРИЙСКИЙ
Заморская болезнь
Задачи азербайджанской
Народ непобедим...
В Каннах, во Франции, советский сцена-
рист Б. Чирсков на кинофестивале получил
первую премию за сценарий. В то же время
западная пресса отмечала, что американские
сценарии — штампованные, однообразные.
Это не всегда заметно советскому зрите-
лю, который видит сравнительно немного
иностранных лент и приписывает каждому
сценарию всю сумму нового, которое он ви-
дит. Между тем нового в новой американ-
ской картине может быть тридцать процен-
тов, а иногда пять.
Даже такой гигант американской кинема-
тографии, как Чарли ЧаПлин, переносит
целые куски из старых своих картин в но-
вые.
Американская кинематография искусст-
венно задерживает развитие сценария, оста-
навливает рост искусства, избегая затраги-
вать наиболее важные темы.
Исторические американские сценарии, по
существу говоря,—костюмные сценарии. То,
что делается в американской кинематогра-
фии, с точки зрения теории искусства, очень
отстало. История берется, как анекдот, де-
формируется.
Опыт американского кинематографа дол-
жен нами изучаться, но принять его мы не
можем.
Лет двадцать назад в Москве шел про-
цесс. Один предприниматель из нэпманов
решил сделаться писателем. Он брал стено-
грамму, рассказ какого-нибудь летчика, да-
вал ее обработать третьесортному писате-
лю, а потом добивался у знакомых настоя-
щих писателей, чтобы они отредактировали
текст. Проведя рукопись через три-четыре
редактуры, он получал подобие литера-
турного произведения, которое, по сущест-
ву говоря, не имело ни автора, ни худо-
жественной ценности.
Так работают очень часто в Америке да
К в Западной Европе.
Герберт Уэллс написал пародийный авто-
некролог и в этом некрологе с горечью
рассказывал, как его вещи переделывали в
кино, причем переделывали не романы, а
именно сценарии, меняли диалоги.
Чем же об’ясняются такая странность, та-
кие обиды, которые не может простить пи-
сатель, даже умирая?
На первый взгляд, договоры американ-
ской фирмы очень выгодны для автора.
Деньги выплачиваются по сдаче рукописи.
От автора ие требуют никаких переделок.
Полное счастье в той мере, в какой оно мо-
жет быть выражено в денежных знаках.
Покупается сперва сюжет. Сюжет пере-
делывается другим человеком в сценарий
нли в либретто, отдельно пишутся диалоги,
отдельно вставляются остроты.
Непрерывный творческий труд художни-
ка разрублен, разделен.
Чего этим достигает фирма?
Владелец фабрики не ищет литературной
славы. Он хочет славы для фирмы. Этого
ему достаточно. По существу говоря, соз-
дается литературная мануфактура, убивазт-
ся поэт.
Вот чем обгоняется отчаяние Герберта
Уэллса.
Возникают хорошие специалисты, одно-
сторонние мастера диалога или шутки.
Нужно ли это нам, нужно ли это челове-
честву?
К. Маркс говорил про рабочего мануфак-
туры: «Односторонность и даже прямые не-
достатки частичного рабочего составляют
его достоинство, если мы будем рассматри-
вать его, как часть совокупного рабочего,..».
К. Маркс говорил еше: «Как на челе из-
бранного народа было начертано, что он—
собственность Иеговы, точно так же на ма-
нуфактурного рабочего разделение труда
накладывает печать собственности капи-
тала».
Учитель Адама Смита А. Фергусов вос-
кликнул: «Мы — нация»илотов, и между на-
ми нет свободных людей!»
В искусстве единый труд не был уничто-
жен. В нем сохранялись элементы целост-
ного труда.
Г. Уэллс испугался, увидав себя илотом в
кинематографии.
Всякое эпигонское подражание в искус-
стве является изменой сегодняшнему дню и
изменой тому, что создано нашими предка-
ми в то время, когда они шли в будущее.
Мы живем опытом предков, живем, изучая
опыт друг друга, мы ведем общую работу,
но это не совместная работа.
К. Маркс писал, что «следует различать
общую работу от совместной работы. Та и
другая играет в процессе производства свою
роль, одна переходит в другую, но между
ними все-таки существует различие. Общим
трудом является всякий научный труд, вся-
кое открытие, всякое изобретение. Он обус-
лавливается частью кооперацией современ-
ников, частью использованием работы пред-
шественников. Совместный труд предпола-
гает непосредственную кооперацию индиви-
дуумов».
Методы фабрики не могут быть и не дол-
жны переноситься в искусство и даже на
изобретения.
Нам нужны творческие усилия в нашей
общей работе, чтобы осознать не только
свои неудачи, но чтобы создавать новую
поэтику, новую теорию искусства на основе
наших удач.
Мы должны помогать другу другу, иметь
свои исследовательские институты, но мы
не должны повторять американского опыта.
Американскими способами можно делать
только американские сценарии.
Что же нам предлагает сейчас Министер-
ство кинематографии? Отчетлива ли теоре-
тическая мысль людей, которые, конечно,
хотят доброго и очень стараются, но стара-
ются в своем уголке, изолируя себя от об-
щей жизни советского искусства.
Только что вышел «Информационный
бюллетень» Сценарной студии Министерства
кинематографии СССР. Тираж этого бюлле-
теня—всего 300 экз., но вопросы, которые
он поднимает, интересны для всех работни-
ков кинематографии и для литературной
общественности.
Процитируем статью «Работать по-ново-
му»:
«По установившейся практике на всех
наших киностудиях сценарии до сих пор
разрабатывались кустарно. Автору предо-
ставлялось право за свой страх и риск раз-
работать либретто нли сюжетную заявку и
представить их на киностудию. Если либ-
ретто удовлетворяло руководство, с авто-
ром заключался договор на сценарий и вып-
лачивался соответствующий аванс. Помимо
выплаты гонорара, предусмотренного дого-
вором, сценарные отделы киностудий ника-
ких прямых расходов по изготовлению сце-
нариев не несли и, следовательно, предо-
ставляли авторов самим себе. Кинодраматур-
гам рекомендовалось самим изучать любой
материал, даже ездить в творческие коман-
дировки, но делать это за счет основного
гонорара, точнее, первого аванса от этого
гонорара. Естественно, что при такой систе-
ме большинство авторов сводили изучение
материала к минимуму и очень часто ни в
какие творческие командировки не ездили.
В силу этого сценарии, как правило, созда-
вались исключительно в писательских ка-
бинетах, в условиях общения авторов с...
чернильницами и письменными столами.
Творческая помощь других кинодраматур-
гов считалась зазорной, оскорбительной для
основного автора».
Дальше оказывается, что не так все
страшно. Дело идет о творческих команди-
ровках.
Мы не против заказа.
«Фрегат «Паллада» — заказанное, произ-
ведение, результат командировки. Остров-
ский тоже получил командировку и путеше-
ствовал по Волге. Это ему пригодилось.
Пушкин для того, чтобы написать «Исто-
рию пугачевского бунта» и «Капитанскую
дочку», совершил очень сложную поездку.
Результатами поездок явились многие хо-
рошие советские произведения. Дело не
в этом. Конечно, можно помочь товарищу.
А. М. Горький помогал Куприну написать
конец «Поединка».
Но дело в том, что студия собирается,
как явствует из «Информационного бюлле-
теня», «приобретать к создаваемым сцена-
риям детали, эпизоды, ситуации, характери-
стики и т. д. В нужных случаях вариант
сценария или либретто передается ряду ки-
нодраматургов для творческого обогащения.
Все разумные предложения—от конструк-
ции сценария до Деталей приобретаются
студией и передаются в распоряжение ос-
новного автора для использования».
Горький говорил, что можно соединять
писателей с бывалыми людьми, обогащать
писателя человеческим опытом.
Можно собрать писателей, чтобы они по-
говорили о своей теме с товарищами. А
вот приобретать ситуации, особенно харак-
теристики, купить Санчо-Пансо для Дон-
Кихота, купить для Гоголя пейзаж, купить
лестницу для «Броненосца «Потемкина»...
Работа Чиаурели с Павленко, Эрмлера с
Чирсковым—другого характера, чем работа
Голливуда.
Искусством надо руководить, как искус-
ством, и разница здесь в самом отношении
к факту искусства.
Мы делаем труд рабочего подписным, ав-
торским. Рабочий становится изобретателем
и дает имя методу. Труд становится вдох-
новенным, творческим.
Откуда к нам, в кино, пришла американ-
ская болезнь? На каком корабле ее при-
везли?
Я советую поступить с рецептами «бюл-
летеня» по классическому методу советской
кинематографии (смотри ленту «Чапаев»).
Чапаев, выслушав очень много предложении
и советов по поводу предстоящего боя,
говорит: «На все это надо наплевать и за-
быть, а пойдем мы иначе».
Нужно бороться за целостную душу чело-
вечества. Идет борьба капитализма и ком-
мунизма. Идет она и в искусстве.
Советские картины—самые непохожие
друг на друга картины в мире.
В. Маяковский говорил о разнообразном
советском искусстве.
Американское стандартное конвейерное
искусство, собираемое из кусков, не должно
служить предметом подражанья.
У такого конвейера стоят многие амери-
канские писатели.
Жалеем их, но помочь не можем, а под-
ражать не должны.
литературы
Азербайджанский народ в голы войны по-
казал высокие образцы патриотизма на
фронте и в тылу. Сейчас наш народ само-
отверженно трудится над осуществлением
новой сталинской пятилетки, И надо при-
знаться, что мы, азербайджанские писатели,
слабо откликнулись на эти животрепещу-
щие. острые, современные темы, не созда-
ли большого по своему идейному содер-
жанию и глубокою по силе художествен-
ною обобщения произведения, которое
можно было бы считать литературным па-
мятником эпохи.
Азербайджанская литература имеет мно-
говековые бла1 ородные традиции. В годы
советской власти она выросла, впитала в
себя передовые идеи большевистской пар-
тии. Было написано много ценных произ-
ведений, которые можно смело передать
новым поколениям. Но несмотря на ряд
удач, наша литература, как мы это теперь
ясно видим, страдает существенными недо-
статками: многие наши писатели, в том
числе и я, в ущерб современности чрезмер-
но увлекались историческими сюжетами.
Старейшие азербайджанские писате ти —
М. Ордубады, автор многих исторических
романов, и не менее известный писатель
Абдулла Шаиг не написали о современно-
сти ни одною сколько-нибудь значитель-
ного произведения. Из пяти пьес Мехти Гу-
сейна наиболее удачны: «Низами», «Джа-
ваншир», «Шамиль» — пьесы об историче-
ском прошлом азербайджанского народа, а
«Шохрат» и «Интизар», в которых изобра-
жается современная действительность, ху-
дожественно слабы, схематичны.
Я хочу рассказать и о собственных ошиб-
ках. Моя пьеса «Инсан» («Человек») вы-
звала у нас большие споры. Товарищи мне
указывали на ее художественную неполно-
ценность. Мне вначале казалось иное: ведь
я ставил себе благородную задачу — хо-
тел показать несравнимое, высокое преи-
мущество советской идеологии и советской
нравственности перед звериной идеологи-
ей фашизма. Но основной герой моей пье-
сы, философ Шахбаз, мыслями и чувствами
больше связан с далекой философской си-
стемой зороастризма, нежели с современно-
стью.
У нас, в Азербайджане, немало дарови-
тых людей, они создали хорошие, нужные
народу произведения, но некоторые из них
чрезмерно сгущают краски, почему-то
считая, что только подчеркивание отрица-
тельных явлений поможет им показать
правду. В рассказах известного азербайд-
жанского прозаика С. Рагимова «Хала-
Ушаги» и «Шарбад-Али», в его повести
«Мехмаи» выведена пестрая галлерея
аполитичных, нравственно опустившихся
людей. И само собой понятно, что такие
произведения играют отрицательную роль
в воспитании советского народа. Такие же
недостатки свойственны некоторым рас-
сказам Мир Джалала.
В последней пьесе Сабит Рахматеа «Аш-
налар» действуют морально разложившиеся
обыватели, расхитители народного добра,
а образ коммуниста, который противопо-
ставлен этим обывателям, зарисован неубе-
дительно, почти карикатурно. Мирза Ибра-
гимов в пьесе «Любовь» поставил себе хо-
рошую цель: показать высоконравственную
советскую семью, но положительных геро-
ев в пьесе мало, и обрисованы они скудно,
схематично; духовно же опустившихся,
нравственно убогих героев слишком много,
и для чего они навязаны зрителю — неиз-
вестно.
М. Гусейн и И. Эфендиев написали пьесу
«Инти.зар», в которой советские люди пока-
заны легкомысленными и даже... подлыми.
Этим людям нельзя верить, так как они ве-
роломно относятся даже к очень близким
людям. Расул Рза в пьесе «Вафа» исказил
и опошлил образ героя Отечественной вой-
ны. Безо всяких’ на то оснований герой пье-
сы испытывает верность своей жены,
чистой и безупречной женщины. Приду-
мывая искусственные конфликты, автор
создает видимость трагедии, которой
----------------------- о о о --------------------------
Иллюстрации художника В. Коновалова к книге Арк. Первенцева «Мыс Доброй
Надежды» (Военгиз, «Библиотека красноармейца»).
зритель не верит. В театр проникли и та-
кие малохудожественные произведения, как
«Месть» и «Гатыр Мамед» Зейнал Халила.
Поэт Сулейман Рустам за последнее вре-
j мя написал несколько газелл, в которых
дал простор суб’ективным и сугубо интим-
ным настроениям. Чувства, отраженные
в газеллах Рустама, далеки от тех граждан-
ских чувств, которыми живет сегодня азер-
байджанский народ. В произведениях мо-
лодых поэтов Энвера А.тибейли, Зейнала
, Джабар-заде и других воспеваются тоска,
I беспредметная грусть, разочарование,
' мелкие чувства, чуждые насущным требо-
' ваннам нашей действительности.
j Во всех этих недостатках азербайджан-
J ской литературы в значительной степени
, повинна критика, которая до сего времени
не вооружена по-настоящему передовой
। марксистско-ленинской теорией. Наши кри-
; тики не обсуждали и не осуждали с боль-
 шенисгской принципиальностью безидей-
! мыс, малохудожественные произведения,
 либеральничали и очень уж терпимо отно-
। сились к пошлым рассказам и пьесам. Это
। относится, к сожалению, и к лучшим азер-
{ байджанским критикам — М. Арифу и
I М. Джафарову. Д. Джафаров, выражая
। свою точку зрения, заявлял, что темы мо-
нументальных произведений можно брать
только из жизни высокоинтеллектуальных
людей. Эта буржуазная, салонно-аристо-
кратическая «теория» получила должный
отпор со стороны писательской обществен-
ности Азербайджана.
Есть в нашей критике и другое «тече-
ние», возглавляемое М. Рафили. В совре-
менной литературе ничего хорошего и зна-
чительного он не видит, поэтому занимается
анализом произведений классиков. Этим я не
хочу сказать, что критики не должны зани-
маться изучением классики, но подчерки-
ваю, что в своей работе критики должны
вдохновляться в первую очередь идеями
и проблемами нашей советской социалисти-
ческой действительности, советской лите-
ратуры.
Наш литературный журнал «Ватан Угрун-
да» («За Родину») и азербайджанская ли-
тературная газета ничего не сделали, что-
бы разоблачить вкусовщину, вредные те-
чения в критике, а также пошлость и апо-
литичность в художественных произведе-
ниях некоторых писателей.
Обсудив постановление ЦК ВКП(б) о ле-
нинградских журналах, азербайджанские
писатели в своей резолюции выразили
твердую решимость бороться со всеми не-
достатками, задерживающими рост азер-
байджанской литературы. Опираясь на луч-
шие традиции советской литературы, азер-
байджанские писатели создадут монумен-
тальные произведения о современной жиз-
ни.
Абульгасан, автор романов «Егушлар»
я «Мир рушится», сейчас приступил к ра-
боте над романом «Севастополь», в обо-
роне которого принимал непосредственное
участие. Героическая работа азербайджан-
цев, связанная с осуществлением новой
пятилетки, с возникновением социалисти-
ческих городов типа Сумгаита, привлекла
М. Джалала. Мирза Ибрагимов работает
над романом о жизни и борьбе людей Юж-
ного Азербайджана. Мехти Гусейн в романе
«Сердце» покажет колхозников-азербайд-
жанцев послевоенного времени. Осман Са-
рывелли в поэме «Освободитель» рисует
участие азербайджанцев в борьбе за осво-
бождение мира от фашистского мракобе-
сия. О сталинской пятилетке, вдохновляю-
щей народ на трудовые подвиги, пишет
поэму «Мингечаур» Ахмед Джамиль. Бли-
жайший год я посвящу работе над продол-
жением эпопеи в стихах о городе Баку, где
постараюсь показать не только славное рево-
люционное прошлое этого города, но и тру-
довую доблесть азербайджанцев наших дней,
значение Баку для советской Родины.
Армяне на протяжении многовековой их
истории несколько раз переживали такие
эпохи, когда чужеземные угнетатели, на-
ходя поддержку у предателей, угрожали
независимому существованию папода. И
каждый раз, обнаруживая необычайное бо-
гатство духовных и физических сил, армян-
ский народ отстаивал свою политическую и
культурную самостоятельность. Так было в
IV веке нашей эры.
Армянская династия Аршакидов, начав-
шая борьбу за об’едпненис и централизацию
Армении, встретила противодействие силь-
ных феодальных фамилий. Два могущест-
венных феодала Меружан Арцруни и Ваган
Мамиконян во главе персидского войска
вторгаются в Армению: они намеоеваются
восстановить язычество и уничтожить хри-
стианство. Всего 80 лет, как армяне приня-
ли христианство, до этого их религия была
। родственна персидскому язычеству.
I Одним из основных достоинств романа
' является умение автора показать, что истин-
ная мотивировка этой «религиозной войны»
коренится в сфере политической: борясь за
христианство, Армения отстаивала тогда
свою национальную независимость.
К слову сказать, некоторым современным
армянским писателям, берущимся за изобра-
жение этой эпохи, следовало бы поучиться
у великого армянского классик? этой черте
реалистического мышления1'. Для Ряффи
суть проблемы не только в том, что христи-
анство, просветительные и гуманные стороны
которого были особенно ситьны в то время,
являлось в ту эпоху относительно более
прогрессивной! стадией развития, чем язы-
чество. Раффи ясно видит главное, — что
христианство в то время стало националь-
ной религией армянского народа.
И отступники тщетно сжигают книги,
тщетно предают мучениям и смерти десят-
ки тысяч безвинных людей,-—они не могут
установить власть персов над Арменией, так
как армянский народ, сознавая свою мораль-
ную высоту, не желает вернуться вспять к
язычеству и покориться Персии. Несколько
юношей начинают борьбу за независимость
Армении. Казалось бы, что попытка эта за-
ранее обречена на неудачу—у патриотов нет
никакой вооруженной силы, а против них—
опытные военачальники во главе громадного
персидского войска. Но среди этих юношей
— Месроп Маштоц, создатель национально-
го армянского алфавита, и Саак Парфянин,
который впоследствии ставится католико-
сом. Отступники Ваган Мамиконян и Меру-
жан Арцруни даже в своих семьях находят
противодействие. Сын Вагана Мамиконяна—
Самуэл, узнав об измене отда, осуждает его
и начинает борьбу с ним. Эти юноши непо-
бедимы, так как в них будущее народа, и с
помощью народа оии побеждают. «С нами
народ», — говорит Мушег Мамиконян —
двоюродный брат и единомышленник Саму-
эла.
Есть одна интересная особенность в рас-
становке действующих лиц романа, особен-
ность, бросающаяся в глаза всякому внима-
тельному читателю. Почему автор в центре
повествования поставил Самуэла, а не Му-
шега? Если сравнивать этих двух юношей,
то, казалось бы, все преимущество на сторо-
не Мушега. Это он выиграл войну с Персией
и во время этой войны вырастает в большо-
го государственного человека. Мушег отли-
чается умом и благородством, он сознает
свою моральную и нравственн ?ю высоту пе-
ред персами. Разбив персидского царя и
захватив в плен его жен, Мушег с почетом
отправляет их к царю Персии. И это после
того, как персидский парь, взяв в плен жен
армянских князей, мерзко надругался над
ними. Мушегу пытаются доказать, что он
должен поступать с пленницами так же,
как поступил с пленными армянками пер-
сидский парь, но Мушег возражает: «Того,
что может позволить себе перс Шапух, не i
может допустить христианин Мамиконян».
Сравнение с Мушегом невыгодно для Са-
муэла, которого враги пренебрежительно
называют незрелым, мечтательным молодым
человеком. Действительно, среди историче-
ских фигур, действующих в романе, дея-
тельность Самуэла кажется незначительной.
На протяжении всего романа он разыскива-
ет своего отца, пытается отвратить его
от предательского пути, им избранного. Сре-
дн ужасов междоусобной войны Самуэл
отыскивает свою невесту. Встретившись с
ней, ои обнаруживает, что отец сжег родо-
вой замок родителей невесты, что она вы-
нуждена укрываться в горах. Мужественная
девушка об’являет — она будет во главе
своих подданных бороться против персов и
их пособников. Возлюбленные расстаются,
дав друг другу обещание встретиться после
победы. И Самуэл опять отправляется на
поиски отца. Он прибывает к гороту Вану
в тэт час. когта его отец казнит мать его
невесты. Самуэл тяжело заболевает. Но,
выздоровев, он через всю страну, которую
предали огню и пожару войска его отца,
вновь устремляется к ' отцу и, наконец,|
встречается с ним. Со всей силой сыновней 
любви Самуэл пытается доказать отцу, как ।
позорны и гибельны его деза. Но убедив-,
шнсь, что отец закоренел в преступности,
сын-патриот собственноручно убивает отца,
а затем, вернувшись в родовой замок Мами-
конянов и обнаружив, что мать его восста-
новила язычество, закалывает также и ее.
Самуэл оказывается в самом центре борь-
бы, которая проходит через душу его и де-
лает трагическим его образ. В его пережи-
ваниях есть нечто, роднящее его с Гамле-
1 Раффи. «Самуэл». Гослитиздат. Москва, 1945.
том. Для Сяягуэля тоже доспалась доп»
времен* и, подобно принцу Датскому. ок со-
дрогается и тоскует, чувствуя себя призван-
ным страшной ценой скрепить эту цепь.
Именно черты гамлетизма, которых лишек
Мушег, мешают Самуэлу стать большим го-
сударственным деятелем. В этом трагичес-
ки ясный конфликт романа.
Как и большинство фигур, выведенных в
романе, Самуэл Мамиконян является под-
линным лицом армянской истории, но нуж-
но быть большим ХУДОЖНИКОМ для того,
чтобы на основе кратких упоминаний Древ-
них армянских хроник создать такой по-
разительно выпуклый и жизненный образ,
чтобы осветить душевными переживаниями
этого юноши отдаленную от нас эпоху.
Подобно многим другим крупнейшим ху-
дожникам-реалистам, Раффи в фокусе пове-
ствования ставит не центральную истори-
ческую фигуру эпохи, а человека второго
исторического плана: так Пушкин в «Капи-
танской дочке» Фигуру Пугачева показыва-
ет через Гринева, так при всем величии об-
раза Кутузова в «Войне и мире» ие ои, а
Андрей Болконский находится в цеитре раз-
вития сюжета, и переживания и мысли мо-
лодого ад'ютанта освещают величайшего
русского полководца.
Нет необходимости доказывать, что этот
метод построения исторического романа от-
нюдь не является единственным. Подыто-
живая опыт советской литературы, мы мо-
жем отметить ряд произведений, дающих в
центре развития сюжета фигуры героиче-
ские, фигуры первого исторического плана.
Таков «Чапаев» Фурманова, «Петр I»
А. Толстого, «Молодая гвардия» Фадеева.
Раффи мастерски обоисовал отвратитель-
ную психологию отступничества, особенно
ярко сказавшуюся в образе матери Самуэла
— Тачатуи, которой все родное, армянское,
кажется грубым, постыдным, а все чужое,
персидское, восхищает ее.
Раффи придерживается этого метояа на
протяжении всего романа. Отступник Меру-
жан Арцруни, получив звание армянского
царя от персидского шаха, приезжает домой,
и родная мать не пускает его на ворог
дома. Все посланные отворачиваются от
него. И даже свята, его сопровождавшая,
оставляет его. Владетельный князь Арцру-
ни, «царь Армении», принужден под чужим
именем скитаться по своим же обширным
землям. Простой пастух оказывает етгу го-
степриимство. Не подозревая, что разгова-
ривает со своим князем, он прямодушно
высказывает неодобрение антинародной
авантюре. И все эти события доводят
Меружана до сознания, какое кровавое
и предательское дело затеяно им из-за люб-
ви к персидской царевне, дочери царя Ша-
пуха, рука которой ему обещана, как воз-
награждение за измену Армении. Нам ста-
новятся понятны и душевные движения зло-
дея и низменные страсти, которые вызыва-
ют его измеИу.
«О, как мы плохо знаем армянский на-
род...»,—говорит изменник Ваган, видя, как
ожесточенно бьются с персидскими войска-
ми жители города Вана. Далеко еще до кон-
ца романа, и множество злодеяний суждено
совершить отступникам на армянской зем-
ле, но подобного рода восклицание изменни-
ка убеждает читателя: Армения будет спа-
сена.
На протяжении всего романа Раффи ие пе-
рестает осуждать злодеев, но вместе с тем
ои заставляет нас с волнением следить за
их переживаниями. Эта способность прав-
диво и беспощадно осветить темную ДУШУ
злодея составляет другую сильную сторо-
ну художественного метода Раффи.
Дарование Раффи обладает еще одной
особенностью, придающей прелесть «Свму-
элу». Ужасны события, изображенные в
романе, чудовищно грубы нравы варварской
эпохи, но светлый дух поэзии вдруг озаря-
ет самые мрачные страницы книги.
Меружан Арцруни во главе персидского
войска осаждает крепость Артагере, где
находится армянская царица. Меружан не-
истово стремится взять крепость, потому что
пленницей армянской царицы является пер-
сидская царевна, из-за руки которой собст-
венно и воюет Меружан. Среди защитников
крепости начинается чума, царевна перенес-
ла ее, а царицу чума пощадила. Весь гар-
низон вымер, царица Армении сама ходит по
стенам крепости среди своих мертвых вои-
нов и зажигает огни, чтобы обмануть персов.
А потом, следом за царицей по стенам за-
чумленной крепости проходят две юные де-
вушки, прислужницы царицы; они из лука
стреляют голубей, чтобы кормить царицу и
ее пленницу. Среди трагических и мрачных
событий войны на эти страницы, посвящен-
ные описанию дружбы, возникшей между
царицей и пленной царевной, словно ложит-
ся мягкий свет.
Много таких светлых пятен разбросано
по страницам романа.
Издание на русском языке романа Раффи
является событием большого значения. Но,
прочитав книгу, конечно, не веришь тому,
что язык перевода в какой-либо мере соот-
ветствует подлиннику. Язык перевода ха-
рактеризуется соединением банальностей,
вроде: «Золотистые волосы... небрежно ле-
жали на ее изящных плечах», «И как все
Мамиконяны, очень приятной наружности»,
и неуклюжими оборотами, звучащими не по-
русски!
Неужели, издавая роман Раффи, Государ-
ственное издательство художественной ли-
тературы не смогло как следует подгото-
вить перевод этого произведения на русский
язык.
Евг. РЫСС
РОМАН БЕЗ
Больше четырех лет воевала страна, и мы
не успевали записывать, ие успевали иногда
замечать многое из того, что происходило
на наших глазах. Поэтому так бесконечно
дороги для нас все детали внешнего и внут-
реннего облика людей, воевавших и побе-
дивших.
Роман Павла Федорова «Глубокий рейд»,
посвященный операциям кавалеристов До-
ватора, начинаешь читать с особым интере-
сом. В журнале «Октябрь» (№№ 6 и 7—8)
опубликована пока первая книга романа.
Но она представляет собою произведение,
внутренне завершенное, и рассказывает об
одной из операций генерала Доватора — о
кавалерийском рейде в тыл противника.
Дезорганизовать немецкий тыл, задер-
жать движение немцев на Москву — тако-
ва оперативная задача рейда.
Павел Федоров вводит нас в очень яс-
ную, точно описанную обстановку кавале-
рийской части. Кавалеристы Доватора —
люди определенной социальной и нацио-
нальной биографии. Большею частью это ка-
заки-станичники.
Павел Федоров знает традиции и нра-
вы казаков. Ои интересно рассказывает о
«казачьей свадьбе» — традиционной кава-
лерийской игре, создавшейся в давние вре-
мена в станицах, дожившей до нашего вре-
мени и разыгранной даже во время Отечест-
венной войны, в дни, когда корпус Довато-
ра стоял на отдыхе. Федоров понимает язык
кавалерийских сигналов и слышит за зву-
ками труб веселую скороговорку: «Бери
ложку, бери бак, кто не хочет, иди так».
Быт войны хорошо известен Федорову. Раз-
говоры у костра, осмотры лошадей, сцены в
штабе — все это описано достоверно и об-
стоятельно. Так же обстоятельно описана
подготовка к рейду. Мы верим Федорову,
что он был в штабе, сидел у костра, обсуж-
дал с кавалеристами достоинства боевых
коней
Однако знания терминологии кавалеристов
и внешней стороны их быта недостаточно
для того, чтобы написать роман. Нельзя ог-
раничиться описанием бытовых разговоров
и повседневных сцен. Роман должен пока-
зать внутренний мир людей, вскрыть то, что
глубоко спрятано от поверхностного взгля-
да. Федоров понимает это. Почти о каждом
из своих персонажей он рассказывает не
только то, что произошло во время рейда.
Он сообщает нам их прошлое, и оказыва-
ется, как всегда и бывает, что у каждого
есть своя, непохожая на другие, история.
Естественно, в центре событий стоит пол-
ковник Доватор. Многажды подчеркивает
Федоров, что он настоящий кавалерист. При-
быв в полк и увидев заговорившихся часо-
вых. Доватор обезоружнват их и стыдит за
плохую службу. Заинтересовавшись пись-
мом, которое боец получил из дому, Дова-
тор дает бойцу совет, как поступить в де-
лах, казалось бы, личных, командования не
касающихся. Готовясь к рейду, Доватор
тщательно проверяет каждую деталь, ос-
матривает вьюки, следит, как снаряжены
бойцы. В продолжение рейда он несколько
раз принимает неожиданные и тактически
правильные решения.
Многие командиры в рассказах, повестях
и романах уже обезоруживали зазевавших-
ся часовых и учили их. Многие командиры
уже давали бойцам советы, касающиеся до-
машних дел. Многие командиры принимали
тактические решения, казавшиеся автору
неожиданными. Что же необыкновенного в
герое Павла Федорова? Мы не хотим ска-
зать, что Федоров должен был приписать
Доватору поступки, не свойственные совет-
скому офицеру. Если бы внутренний мир
Доватора был открыт читателю, если бы
Федоров сумел его показать во всей его
сложности, человеческой неповторимости,
мы сумели бы оценить значительность по-
ступков командира. Ведь полковник Дова-
тор был в самом деле человек необыкновен-
ный. Ведь не случайно выделился он из
многих тысяч храбрых и умелых офицеров.
Ведь не случайно именно о нем прошла сла-
ва по всей стране.
Федоров чувствует, что он не убедил чи-
тателя в замечательных свойствах своего
героя. Поэтому другие персонажи призва-
ны на помощь: «Поворотиев смотрел на это-
го необыкновенного человека, не отрывая
широко открытых глаз». Мы угадываем на-
стойчивость автора. Она настораживает пас.
Нам все-таки кажется, что Доватор описан-
ный Федоровым, очень обыкновенный чело-
век.
ГЕРОЯ
Всеми возможными способами старается
Федоров придать человеческие черты об-
разу Доватора. Личная драма, личные пере-
живания — вот что должно, по мнению Фе-
дорова, сделать его близким и понятным чи-
тателю. Поэтому время от времени Федоров
вспоминает, что родители полковника ос-
тались в немецком тылу. Но и это не убеж-
дает. потому что все время ощущаем мы
поверхностность и условность этого сюжет-
ного мотива, он не играет никакой роли в
романе, он ничего не меняет.
И вот Доватор декламирует: «Не боюсь
смерти. Прегираю смерть, как нечто про-
тивоестественное, и уверен: жизнь по-
бедит смерть! Все, что хочешь, — но даже
Мертвый стыжусь позора...».
Жизнеутверждение было свойственно ге-
нералу Доватору. Всей своей замечатель-
ной жизнью он доказал, что презирает
смерть, но трудно себе представить, чтобы
генерал Доватор был склонен к произнесе-
нию подобных тирад, к тому же еше не
i ппо.ше'грамотных, ибо фраза «даже мертвый,
стыжусь позора» — неправильна. «Сты-кусь»
в настоящем времени звучит здесь совер-
шенно бессмысленно.
* + *
Многих людей описывает Федоров. И
каждому из них он. согласно существующим
правилам построения живого образа, стара-
ется придать живые, человеческие черты.
Rot майор Осипов. Типичный кавалерист,
он нежно любит свою золотую шашку,
страстный любитель коней, патриот кавале-
рии. Конечно, он ссорится с женой из-за
того, что жена нс понимает ценноеih его
шашки. Конечно, он ссорится с пехотинцем,
который не может понять его кавалерий-
скую душу. И здесь чувствует Федоров, что
получается не живой человек, не опреде-
ленный. неповторимый, запоминающийся
майор Осипов, а некий средний, как гово-
рится, «типичный» кавалерийский командир.
И для Осипова находит Федоров личную
историю, при чванную придать ему черты
индивидуальпые и неповторимые. Федоров
усложняет линию Осипова, Погибает от пе-
М'шких б-, мб семья майора. 'Лы lo.ii'o не зна-
1 ем о его несчастье. Мы только видим, что
майор мрачен и зол. Повидимому, это дол-
жно интриговать читателя.
Но мрачность майора может происходить
от многих случайных причин. Мы не инте-
ресуемся ею, не ждем об’яснения, и сюжет-
ная уловка Федорова пропадает впустую.
Осипову тоже приходится декламиро-
вать. В напряженнейший момент операции он
думает: «Спасская башня, древние зубчатые
стены, золотые купола церквей, весь, ог-
ромный город окутаны седым туманом,
так же, как и оставшаяся позади опушка
леса, где коноводы держат в поводу лоша-
дей, как и колхозное поле, изрытое снаря-
дами. и цепи движущихся вперед бойцов с
винтовками наперевес...».
Когда поручик Ромашов, описанный Куп-
риным, думал литературными штампами, это
। было естественно. Но вряд ли свойственна
майору Осипову подобная привычка дек-
ламировать про себя.
Гордиенков, молодой и лихой кавалерист,
беспризорник, воспитанный кавалерийской
частью, влюблен в военфельдшера Нину, и
между ними разыгрывается слащавый ро-
ман. уже описанный во многих плохих рас-
сказах. Пожилой казак Шаповаленко про-
думывает план колхозной жизни на 50 лет
вперед. Этот наредкость лихой и немного
опереточный казак пытается обмануть
немцев, надев случайно попавшуюся попов-
скую рясу, пьет горилку, словом, делает
все, что ему положено ио амплуа. Башкир
Биктяшев говорит; «Пригаю в траншей, бе-
ру за горло — всех рубить, душить, ко-
лоть — никакой пощады!» В этом, повиди-
мому, считает Федоров, выявлены нацио-
нальные особенности Биктяшева, и дальней-
шая забота об этом персонаже Федорову ка-
жется излишней.
Что же общею между этими, казалось
бы, разными персонажами романа? И Оси-
пов, и Гордиенков, и Захар Торба, и Ша-
поваленко — это ие живые, увиденные
автором люди, а литературные реминисцен-
ции.
it i it
Для романа необходим конфликт. Ког-
j да читаешь «Глубокий рейл», созлается впе-
> чатление, что автор твердо усвоил это пра-
I вило построения литературного проищете- ,
имя и аккуратно проводит его в жизнь Су-
' щестз} ют два персонажа - Гор щенков и
Бнктяшев. Мальчишками они дружили. Фе-
доров коротко сообщает, что они встрети-
лись после десяти лет разлуки. Каждый раз,
когда оии сходятся на страницах романа,
они ссорятся. Ссоры их бывают недолги, и
на той же странице, в крайнем случае, на
следующей, они мирятся. Зачем нужны эти
ссоры? Они не вскрывают свойств харак-
тера Гордиенкова и Биктяшева, они не
вскрывают серьезного конфликта между
этими людьми. Они нужны, чтоб создать
хотя бы видимость конфликта. Так же не-
лепо выглядит ссора Нины и Гордиенкова.
Неожиданно выясняется, что лейтенант Ре-
мизов когда-то еще до войны пытался по-
целовать Нину, и Нина ударила его по ще-
ке. И вот, узнав об этом здесь, в немецком
тылу, когда Ремизов лежит тяжело ранен-
ный, Гордиенков вдруг загорается ревно-
стью. Ревность его настолько нелепа, что
Федоров через несколько строчек забывает
о ней. Зачем она была нужна? Она создава-
ла видимость недостающего роману конф-
ликта.
Конфликты нужны в романе ие сами по
себе, а для того, чтобы читатель ощчтил
драматизм происходящего, чтобы обнажи-
лись скрытые свойства характеров. И самое
обидное, что роман об одном из наиболее
драматических эпизодов Отечественной
войны совершенно лишен внутреннего дра-
матизма. В самом деле, замкнулся прорван-
ный кавалеристами немецкий фронт, н груп-
па советских людей оказалась в тылу вра-
га. На них устремляются неизмеримо силь-
нейшие части противника. Они оторваны от
товарищей, они окружены.
Движение сюжета подсказывается самим
материалом. Рейд в тыл противника — это
непрестанная и напряженнейшая борьба,
борьба не только силы, но борьба ума, изо-
бретательности и выдержки. Во сто раз пра-
вильнее сделал бы Федоров, доверившись
сюжетной силе материала, вместо того, что-
бы вопреки материалу соблюдать школьные
правила построения романа. За сюжетными
линиями Гордиенкова и Нины. Захара Тор-
бы и Анюты, майора Осипова, ."а беспо-
мощными описаниями семейных отношений
немецкого генерала теряется главное в ро-
мане — история рейта Доватора. Из мате-
риала естественно возникает тема о людях,
прео толею: ю:цц': моральный гипноз немец-
кого окрх жгнпя. г'.оап i	паз, трепу
опасно?гн. тема о пионерах победы, первых,
перешедших в наступление, о людях, отваж-
но пустившихся в неизведанный и безмерно
опасный путь, но она раздробилась и зате-
рялась среди незатейливых сюжетных
ухищрений, вроде эффектного появления
живого Захара Торбы или водевильного пе-
реодевания Шаповаленко в рясу.
•* Эг Эг
Если сфотографировать тысячи кубанских
казаков и наложить негативы один на Дру-
гой, то проступят наиболее часто встречаю-
щиеся линии лица, но можно ли будет ска-
зать, что получился типический портрет? У
нас, к сожалению, часто путают типичное
со средним. Типичен не тот человек, в ко-
тором совмещены наиболее часто встречаю-
щиеся черты характеров той или иной со-
циальной группы, типичен тот, в котором
эти черты выражены с наибольшей, а не
средней силой. Герои Федорова не типич-
ные, а средние люди.
Почему же получилось, что роман о геро-
ях оказался лишенным героев, что роман о
драматичнейшем эпизоде Отечественной
войны оказался лишенным драматизма. Фе-
доров хорошо знает внешние стороны кава-
лерийского быта, может по статьям опи-
сать коня, понимает кавалерийский сигнал,
знает быт и нравы кавалерийской части. Но
нам кажется, что писательское знание мате-
риала подразумевает ''в первую очередь не
это. Недостаточно описать одежду и на-
ружность человека. Литература — это не
опись особых примет. Знает материал тот пи-
сатель, который пооник во внутренний мир
героя, почувствовал и угадал в нем главное.
В этом смысле Федоров не знает материа-
ла, Ни Доватор, ни Осипов, ни Гордиенков,
ни Шаповаленко не получились живыми
людьми, хотя Федоров аккуратно придумал
каждому из них биографию, конфликт, лич-
ную жизнь. Не пот\чилиец гни потому’, что
Федоров не сумел проникнуть в их внутрен-
ний мир, передать нам то неповторимое, что
движет каждым человеком. Без э’юго пи-
сательского знания жизни бта знания и
понимания лют™ с'f1-'! "ri Hi'-.-f-MiiHa
тажр самое точно:: oh- щпчшшх сто-
рон быта.
Литературная газета
№ 42	------ 3
Второй с‘езд писателей
Армении
От нашего специального корреспондента
На последующих заседаниях II с’езда пи-
сателей Армении, отчет об открытии кото-
рого был дан в предыдущем номере газеты,
были заслушаны доклады и содоклады:
М. Мкряна «Советская армянская художест-
венная проза и задачи ее развития», Р. Вар-
тазаряна «Советская армянская поэзия»,
С. Арутюняна «Советская армянская драма-
тургия», Д. Демирчяна «Армянская лите]'
тура в период Отечественной войны», О. Ма-
миконяна «Состояние и задачи литератур-
ной критики» и Т. Ахумяна «Язык армян-
ской советской литературы».
Доклады дали представление о развитии
армянской художественной литературы, на-
чиная от старейших ее мастеров — класси-
ков до молодых писателей. Докладчики
подробно анализировали литературу за вре-
мя, прошедшее с I с’езда армянских писа-
телей. Именно в этот период появились та-
лантливые произведения таких литераторов,
как Д. Демирчян, Ст. Зорян, А. Сирас,
Р. Кочар, Ав. Исаакян, Н. Зарьян, А. Вшту-
ни, Г. Сарьян, Сармен, О. Шираз, Г. Борян,
А. Граши, А. Вартанян, А. Гулакян и др.
Годы,- Отечественной войны были харак-
терны для наших писателей интенсивным
творческим трудом, участием в общем деле
советского народа — разгроме фашизма.
Наиболее полное представление о литера-
туре этих лет дал обстоятельный доклад
Д. Демирчяна. Отмечая положительные чер-
ты большинства произведений военного вре-
мени — углубление темы родины, конкре-
тизацию положительных образов героев, ли-
ризм в описании родного края, романтиче-
скую приподнятость общего тона повество-
вания, докладчик подчеркивает, что с
большой военной темой далеко не все ав-
торы справились успешно. Прославлению ге-
роических деяний наших воинов посвятил
свои прекрасные стихи мастер армянской
поэзии Аветик Исаакян. Наиболее правдиво
отображена война в стихах Наири Зарьяна,
чья гражданская лирика насыщена подлин-
ным патриотизмом, в очерках Р. Кочара,
обогатившего свое дарование опытом фрон-
товой жизни, в балладах Г. Сарьяна, в
стихах Сармена, молодого поэта Г. Оване-
сяна, заметно выросшего в последние годы,
в оптимистических, полных веры в будущее
Произведениях Боряна. Героик'а тыла — те-
ма произведений Ст. Зорина, Арази,
Вштуни, О. Шираза, А. Граши и др.
Исторической теме посвящен роман
Зорина «Царь Пап», отличающийся глубо-
ким знанием материала, реалистичностью
письма, ясностью, простотой языка.
В качестве примеров неудачных произве-
дений Д. Демирчян приводит повесть
А. Араксмана «Тайна гор Гязбел», искажа-
ющую советскую действительность, оши-
бочный по концепции рассказ Л. Таргюль
«Саакануш», слабые рассказы.А. Аракса и
др. Суровой критике подвергает докладчик
поэта Г. Эмина, находящегося в плену вред-
ных влияний и мещанских настроений. Пес-
симизмом н упадочничеством отмечен ряд
стихов молодой поэтессы М. Маргарин. Ото-
рваны от современности и овеяны слишком
идиллическими настроениями некоторые
стихи С. Капутикян.
В каждом из содокладов были разобраны
произведения, выпущенные в последнее вре-
мя.
В прозе последних лет, подчеркнул
М. Мкрян, первое место занимают два исто-
рических романа — «Вардананк» Д. Демир-
чяна и «Царь Пап» Ст. Зоряна. Только те-
перь намечается серьезный поворот к совре-
менной теме. Недавно появились первый том
романа X. Тапалцяна «Война» и повесть
А. Сираса «Отец и сын». В ближайшее вре-
мя будут опубликованы второй том романа
Н. Зарьяна «Ацаван», новый роман А. Си-
раса «Арарат», сборник новелл Р. Кочарз.
Над новым романом «Город» работает
Д. Демирчян.
Р. Вартазарян, давший в докладе анализ
творчества трех поколений советских по-
этов Армении, указывает на серьезные не-
достатки — аполитичность, схематизм, сен-
тиментальность, свойственные многим про-
изведениям. Некритическое освоение прош- j
лого, подчиненность чуждым влияниям да-  лед Армении, в составе 25 человек, во гла-
ют себя знать в творчестве некоторых мо- .
лодых поэтов. Докладчик кпитикует отдель-
ные стихи С. Капутикян из книги «Пни»,
сборник стихов М. Маркарян, вышедший в
1946 г., и книгу стихов Г. Эмина «Норк».
В драматургии, как и в поозе, подчер-
кивает С. Арутюнян, исторической теме
уделено больше внимания, чем современ-
ной. Большинство пьес на современную те-
му отличается аморфностью сюжета, тради-
ционностью конфликтов, отсутствием ярких
положительных характеров.
С. Мамиконян отметил в докладе, что
критика основное свое внимание уделяла ис-
следованию дореволюционной литературы.
Мало работ посвящено современным писа-
телям и их произведениям; критические тру-
ды некоторых авторов бедны теоретической 5
мыслью.	j
Т. Ахумян, обрисовав процесс формирова-
ния единого армянского языка, констатиру- ।
ет, что за истекшие четверть века литера- |
турный язык стал значительно богаче. Это J
отразилось в творчестве таких писателей,
как Д. Демирчян и В. Хечумян. Однако I
произведения многих литераторов страдают I
А.
Ст.
бедностью и ограниченностью словаря, су-
хостью изложения.
Повышение идейно-политического уровня,
расширение кругозора- такоьы неотложные
задачи советских армянских писателей. Без
этого немыслимы разработка современной
темы, создание образа положительного ге-
роя. Об этом говорили Ст. Зорян, А. Сирас,
И. Альтман, Арази. М. Кочарян, Р. Зорян,
С. Кочар, Араке и др.
Вопросам, поднятым в постановлении ЦК
ВКП(б) «О репертуаре драматических теат-
ров и мерах по его улучшению», были посвя-
щены выступления зам. нач. Управления
по делам искусств Армении А. Каграманя-
на, Л. Микаэляна, А. Гулакяна, С. Мелик-
сетяна, Араксмана и др. Союз писателей, его
секция драматургов и Управление по делам
искусств плохо руководят драматургией.
Это признали все выступавшие.
О недостатках литературной критики го-
ворили Р. Зорян, И. Альгман, О. Шираз,
подчеркнувший необходимость усиления ра-
боты с молодыми писателями, и др.
С. Шервинский и К. Григорян посвятили
свои выступления проблемам перевода.
С. Евгенов подверг критике работу нацио-
нальной комиссии ССП СССР и рассказал о
ее реорганизации. Детской литературе были
посвящены выступления редактора газеты
«Пионер-канч» С. Мнацаканяна, редактора
журнала «Октемберик» Г. Севун и др.
Серьезно и искренно прозвучало выступ-
ление С. Капутикян, признавшей правиль-
ность критики ее стихов. И. Зарьян считает
своей серьезной ошибкой опубликование ря-
да слабых своих стихов и включение в ре-
дактируемые им сборники «Дни» и «Норк»
аполитичных и безидейных стихов мо-
лодых поэтов, которым он во-время не ука-
зал на их пороки. Г. Эмин, М. Маркарян,
В. Хечумян, А. Барсегян также признали
свои ошибки, подчеркнув, что постановле-
ние ЦК ВКП(б) помогло им их осознать.
В последний день работы с’езда был за-
слушан доклад Э. Топчяна о зарубежной
армянской литературе. Докладчик познако-
мил собравшихся с темами и сюжетами про-
изведений армянских писателей, появивших-
ся в последние годы за границей. Он под-
черкнул, что в период Отечественной войны
; и особенно в послевоенное время тема Со-
Iветской Армении занимает все более проч-
ное место в демократической армянской ли-
тературе. В прениях по докладу Э. Топчяна
приняли участие писатели Л. Месроп, 3.
Ворб\ни/А. Чарек (Франция), О. Агбашян,
В. Вагин (Сирия), Г. Гарагаш, А. Еремян
(Иран), С. Герунян (Кипр). Приветствуя
II с'езд писателей Армении, зарубежные го-
сти выразили восхищение достижениями ар-
мянского народа, добившегося за 26 лет не-
виданных успехов. Они благодарили совет-
ское правительство за предоставленную им
возможность побывать в Советском Союзе,
за реализацию заветной мечты трудящихся
зарубежных
дину.
С большой
Н. Тихо" ш,
писателей от
теней СССР,
становлениях
А. А. Жданова,
недостатках в деятельности прежнего руко-
водства ССП СССР и рассказал о творче-
ской и организационной перестройке союза.
От имени ССП Грузии с’езд приветство-
вал Шалва Дадиани. Март Рауд передал
привет армянским писателям от братского
эстонского народа.
С большим вниманием выслушали собрав-
шиеся речь академика С. Карапетяна, гово-
рившего о задачах, стоящих перед армян-
ской литературой.
Выступивший ча последнем заседании с’ез-
да секретарь ЦК КП(б) Армении по пропа-
ганде тов. 3 Григорян призвал писателей к
беспощадной борьбе со всяческими прояв-
лениями враждебных идеологий и поставил
перец ними неотложную задачу — претво-
рить в жизнь требования Центрального Ко-
митета партии к литературе.
С большим воодушевлением принял с’езд
приветственное письмо товарищу Сталину.
Избрано новое правление Союза писате-
армян — возвращение на po-
речью выступил на с’езде
приветствовавший армянских
имени Союза советских писа-
Сосредоточив внимание иа по-
ЦК ВКП'б) и докладе тов.
Н. Тихонов говорил о
в
На - выставке польской графики
Москве. Станислав Остоя-Хростовский.
Иллюстрация к «Периклесу, поинцу
Турскому» Шекспира (гравюра на де-
реве).
О О ---------------
О
К 125-летию
со дня рождения
Некрасова
года исполняется 125 лет
13 декабря 1946
со дня рождения Н. А. Некрасова. Для оз-
наменования этой даты президиум ССП Гру-
зии выделил комиссию в составе Г. Джиб-
ладзе (председатель), К. Чичинадзе, Г. Цец-
хладзе, Р. Гветадзе, К. Надирадзе, С. Эули
и Д. Бенашвили. В декабре 1946 года на
грузинском языке выйдет однотомник про-
изведений Н. А. Некрасова.
* * *
ве с А. Исаакяном. В секретариат президи-
ума вошли А. Сирас (отв. секретарь), Г. Ко-
чар и Г. Борян.
Писатели, артисты, художники, педа-
гоги, учащаяся молодежь проявили к рабо-
там с’езда живой интерес. В докладах и
содокладах были показаны основные пути
развития армянской литературы. Однако,
большинство докладчиков, уделив слишком
много внимания классическому наследию и
советской армянской литературе первого пе-
риода ее развития, недостаточно подробно и
критично проанализировали произведения
последних лет. Вследствие этого прения
прошли в атмосфере некоторого благодушия
и успокоенности, идейные и художественные
недостатки ряда повестей и рассказов ока-
зались невскрытыми, и критика была со-
средоточена в общем вокруг имен трех мо-
лодых поэтов. Новому руководству Союза
писателей следует это учесть и на ближай-
ших творческих собраниях шире развернуть
самокритику, которая будет способствовать
реализации задач, поставленных Централь-
ным Комитетом партии перед литературой.
Ереван.
В СОЮЗЕ СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕН СССР
ВОСПОМИНАНИЯ
На-днях в Клубе писателей под пред-
седательством Вс. Вишневского состоя-
лось обсуждение воспоминаний С. Я. Алли-
луева «Пройденный путь».
Артист Д. Орлов прочитал отрывки из
книги. Затем выступили писатели, старые
большевики, друзья и товарищи замечатель-
ного революционера. Они высоко оценили
работу С. Я. Аллилуева. Его книга, так же
как и вышедшие ранее воспоминания его
дочери — А. С. Аллилуевой, — ценный
вклад в нашу мемуарную историко-револю-
ционную литературу.
— Все то, что мы сегодня услышали, —
сказал Н. Ляшко, — очень живо унесло
меня в мир борьбы за освобождение рабо-
чего класса. Вспомнились нелегальные ти-
пографии, аресты, ссылки.
Н. Ляшко, Е. Пермитин и другие участ-
ники обсуждения отметили мастерство, с
которым написана книга. В ней нет пустых
слов, пустых рассуждений. Может пока-
заться, что книга написана скупо, но это
скупость — убеждающая.
— Читая это произведение, написанное от
чистого сердца человеком, жившим в вели-
кую эпоху, многое становится ясней, — го-
ворит Г. Мдивани. — Иногда за границей
нас спрашивали: неужели это возможно,
чтобы молодой человек сознательно закрыл
своей грудью вражеский ДЗОТ, неужели
советские юноши и девушки могли молчать,
даже во время пытки? И вот, когда читаешь
такие книги, как «Пройденный путь», cia-
новится понятным, откуда это мужество и
С. я. АЛЛИЛУЕВА
воля у вашей героической молодежи. Эти
качества воспитывали в ней те люди, кото-
рые создали к укрепили большевистскую
партию.
Р. Азарх говорит о замечательном образе
самого Аллилуева, который раскрывается в
книге. Это — профессиональный революци-
онер, страстный,
человек.
— Книги С. Я.
нут достоянием
книгой каждого
3. Литвин-Седой.
— Обе эти книги, — замечает Ф. Самой-
лов, — послужат образцом для мемуаров
старых большевиков. Наши издательства
должны способствовать появлению таких
произведений.
— Почти у каждого из нас, старых боль-
шевиков, — добавляет т. Беленькая, — есть
свой «пройденный путь». Каждый из иас
прошел царские тюрьмы и ссылки. Мы
должны поведать молодому поколению о
пройденном большом пути.
Б. Бялик считает, что воспоминания С. Я.
Аллилуева дают интересный материал для
изучения тбилисского периода жизни Мак-
сима Горького. Замечательные страницы
книги оживляют людей, которые тогда ок-
ружали, учили и вдохновляли великого пи-
сателя. Среди них был и С. Я. Аллилуев,
прекрасная жизнь которого — благодаря
гый материал для художественного произ-
ведения.
пламенный, порывистый
и А. С. Аллилуевых ета-
молодежи — настольной
комсомольца, — говорит
ОБСУЖДЕНИЕ АНТОЛОГИЙ БРАТСКИХ
ЛИТЕРАТУР
А. ГРИГОРОВИЧ Че
года со дня
от немецких
Прошло немногим больше
освобождения Чехословакии
захватчиков. Во всех областях обществен-
ной и государственной жизни свободолюби-
вый чешский народ прилагает успешные
усилия по восстановлению и дальнейшему
развитию своих исконных демократических
традиций. Литература — зеркало действи-
тельности, и по чешской Литературе не-
трудно получить представление об интере-
сах и стремлениях народа Чехословакии.
Красноречивым документальным материа-
лом служит подарок, только что прислан-
ный чехословацким министерством инфор-
мации Союзу советских писателей: шесть-
сот КНИГ, изданных недавно в Чехослова-
кии. Из них сто книг — это оригинальные
произведения современной художественной
литературы. В списке авторов — крупней-
шие писательские имена — Мария Майеро-
ва, Владимир Нефф, Мария Пуйманова,
И. Копта, В. Ржезач, Т. Сватоплук, Э. Ra-
шек, Иозеф Чапек («Стихи из концентраци-
онного лагеря»), Ф. Галас, В. Голан, И. Го-
ра, Ф. Грубим, И. Елинек, С. Нейман,
В. Незвал, Я. Зейферт.
Эти авторы принадлежат к различным ли-
тературным школам и течениям, но во всех
их произведениях, написанных после, войны,
отчетливо выступает сознание великой роли
и значения Советского Союза как стража
мира, как оплота независимости и свободы
всех народов. Глубокой благодарностью к
Советскому Союзу, к Советской Армии и к
товарищу Сталину проникнуты многие про-
изведения поэтов, посвященные освобож-
дению Чехословакии. Одна из поэм Влади-
мира Голана так и называется «Благодар-
ность Советскому Союзу», а Франтишек
Грубив в поэме «Пражский май» (в книж-
ке «Хлеб из стали») горячо восклицает:
«Спасибо, Сталин!».
Вопрос о «оусском примере», о взаимоот-
ношениях С СССР играет важнейшую роль
и в публицистических произведениях пос-
леднего года. Об этом можно судить лаже
по заглавиям некоторых обстоятельных ра-
бот: И. Громадка «Межtv Запалом и Восто-
ком»; Зл. Нееллы «Московские корреспон-
денции», И. Ирасек «Россия и мы» и др,историческом материализме»,
На родине поэта —в Ярославской области
— образована областная юбилейная комис-
сия под председательством писателя
В. Смирнова.
Ярославское лекционное бюро организует
на предприятиях и в учреждениях области
лекции и доклады о жизни и творчестве
Некрасова. Свыше 10 лекций уже прочита-
но для рабочих торфопредприятий и строи-
телей дороги Ярославль—Вологда.
Для заведующих городскими, районными
и сельскими библиотеками прочитаны лек-
ции: «Некрасов и его эпоха», «Жизнь и ли-
тературная деятельность Некрасова», «Не-
красовские дни в детской библиотеке»,
«Библиография произведений Н. А.
сова и о Некрасове».
Началась деятельная подготовка
лейной дате в Ярославском дворце
ров, в ремесленных и железнодорожных учи-
лищах и школах ФЗО. Разработан план ор-
ганизации выставок, книжных
* * *
Некра-
к юби-
пионе-
витрин и т. д
Союз советских писателей
республики и Кабардинское
ное издательство приступили
сборника произведений Некрасова на кабар-
динском языке.
В сборник войдут стихи и поэмы Некрасо-
ва, относящиеся к различным периодам его
творчества. Об’ем сборника — свыше 2000
строк. Над переводами работают поэты Али
Кешоков, Аскерби Шартанов и Адам Шо-
генцуков.
Кабардинской
государствен-
к подготовке
ФРУНЗЕ. (От наш. корр.). Обществен-
ность и писатели Киргизии готовятся от-
метить 125-летие со дня рождения Некра-
сова. Создана Правительственная некра-
совская комиссия. В юбилейные дни вый-
дет из печати книга избранных произведе-
ний поэта. Над переводами работают вид-
ные киргизские поэты — Токомбаев. Уме-
талиев, Токтомушев, Абдукаимов, Шиме-
ев и др.
ОДНОТОМНИК
РУССКИХ КЛАССИКОВ
Ленинградское отделение Гослитиздата
начало выпуск серии однотомников произ-
ведений классиков русской литературы.
Закончилось печатание однотомника Тур-
генева. В нем: рассказы из «Записок олотни-
КЗ»,	-	-	-
рянское гнездо
сяц в деревне»
В выходящем
М. Ю. Лермонтова
драматические произведения. Находится
печати	~
рина, в
одного
другие
романы «Рудин», «Отцы и дети», «Дво-
>», «Накануне», пьесы «Ме-
, «Нахлебник» и другие.
из печати о (нотомнике
-стихотворения, поэмы и
1 в
однотомник ,М. Е. Салтыкова-Щед-
котором б\ т\ г помещены «История
и
произвсления.
Г о.човлевы»
Новые книги Детгиза
Детги'З выпустит в ближайшее время
серии «Шкотьная библиотека» роман
А. Фадеева «Молодая гвардия» с иллюстра-
циями художника В. Щеглова.
Потготовлепы к печати однотомник из-
бранных произведений А. Гайдара с ри-
сунками заслуженного деятеля искусств
А, Ермолаева, уральские сказы П. Бажова
«Русские мапера» (рисунки художника
Д. Мннькова), повести К. Паустовского
«Далекие годы» и М. Эгарта «Вперед, ка-
питаны!».
в
Г

Некоторые из книг, присланных в дар Союзу советских писателей министерством
информации Чехословацкой республики.
Среди публицистических произведений —
две книги президента Чехословацкой рес-
п\блики д-ра Э. Бенеша «Шесть лет в
изгнании» и «Демократия сегодня и завтра»,
книга министра иностранных дел Яна Ма-
сарика «Говорит Лондон», трехтомный тред
Эми тя Батиека «Немецкая воина», получив-
ший широкую известность, книга казненного
фашистами Юлиуса Фучика ~
петлей на шее» и
ньп работ.
Почетное мггто среди нетавно вышедших
книг занимают
«Репортаж с
ряд ценных документя.ть-
переводы произведений
классиков марксизма-ленинизма. Кроме
работ Маркса и Энгельса, изданы книги
R. И. Ленина «Материализм и эмпириокри-
тицизм», «Государство и революция», «.Мар-
ксам и ревизионизм», «Карл Маркс», «Две
тактики социал-демократии в демократиче-
ской! революции» и И. В. Сталина «Марк-
сизм и национальный вопрос», «Об основах
ленинизма», «Новая обстановка — новые
задачи хозяйственного строительства»,
«Речь ня первом всесоюзном совещании ста-
хановцев», «О проекте конституции Союза
ССР», «О Ленине», «О диалектическом и
«Марксизм и
Гослитиздат готовит к печати антологии
грузинской, узбекской, туркменской,
жикской и киргизской литератур.
7 октября в национальной комиссии ССП
состоялось собрание писателей и редакто-
ров, работающих над составлением антоло-
гий по литературам пародов СССР. П. Ско-
сырев, открывая собрание, сказал:
— Решения ЦК ВКП(б) и доклад тов.
А.А. Жданова напоминают нам о необходи-
мости критически пересмотреть книги, кото-
рые мы сдаем в производство. Не вкрались
ли в наши антологии произведения малоху-
дожественные, аполитичные, недостойные
внимания советского читателя?
Далее тов. Скосырев рассказывает о прин-
ципах отбора материала, которыми он руко-
водствовался, составляя туркменскую анто-
логию. Участники совещания Е. Мозоль-
ков, А. Адалис, В. Гольцев, С, Хитарова,
С. Линкин, Л. Блюмфельд и др. поделились
опытом своей работы.
Е. Мозольков отмечает ошибки, допущен-
ные составителями киргизской антологии в
классификации и периодизации киргизской
литературы. Работа над грузинской антоло-
гией довёдена почти до конца, поэтому
В. Гольцев смог дать обстоятельную инфор-
мацию. Содержательным было высказыва-
ние А. Адалис о таджикской литературе к
таджикской антологии. Однако большинст-
тад-
во выступлений носили характер общих рас-
суждений. Разговор об отдельных антоло-
гиях не был увязан с проблемами разработ-
ки истории национальной литературы. Сове-
щание ограничилось разговором о средне-
азиатских литературах, хотя назрела необхо-
димость ставить вопрос шире. Пора гово-
рить об антологиях литератур прибалтий-
ских республик, об антологиях по украинской
н белорусской литературам. Известно, что
белорусскую антологию готовит группа ле-
нинградских поэтов. Эта антология должна
не только показать белорусскую литерату-
ру, но и продемонстрировать достижения
русских поэтов в области переводов с бело-
русского
возможно
ЗИЮ
м.
языка за тридцать лет. Не-
представить белорусскую поэ-
русском языке без переводов
и др. О том, как не-
поэты подошли к
на
Исаковского и др.
серьезно ленинградские
созданию белорусской антологии на русском
языке, свидетельствует тот факт, что к пе-
реводам белорусской поэзии была привле-
чена Ахматова. Собрание решило обратить-
ся к дирекции Гослитиздата с просьбой вы-
нести на широкое обсуждение планы всех
антологий, привлечь к этому делу не толь-
ко переводчиков и редакторов, но и крити-
ков. литературоведов, видных специалистов,
оаботающих в области национал’,пых лите-
ратур.
Выше идейный уровень научно-
исследовательской работы
На собрании в Институте мировой литературы им А. М. Горького
Институте мировой литературы им.
В
А. М. Горького состоялось собрание науч-
ных сотрудников, докторантов и аспирантов
института, посвященное обсуждению поста-
новлений ЦК ВКП(б) и доклада тов. А. А.
Жданова.
О задачах института в связи с этими важ-
нейшими документами выступил с докладом
В. Кирпотин. Он
следовательской
были допущены
ошибки.
— Проявления
пости. — говорит
заметны в работе одного нз секторов
шего института — секторе советской :
ратуры. Здесь подготовлен к печати под ре-
дакцией Л. Тимофеева «Очерк истории рус-
ской советской литературы». В этом посо-
бии для вузов дана положительная оценка
«творчеству» Зощенко, пропагандируется
поэзия Ахматовой. Неряшливо составлена
хроника советской литературы.
Подвергнув резкой критике ошибки в уче-
бнике Л. Тимофеева «Современная литеоа-
тура», В. Кирпотин говорит, что хотя учеб-
ник и выше;, без марки института, послед-
ыш несет за него моральную ответствен-
ность.
В. Кирпотин указывает далее, что в док-
ладах, прочитанных на сессии института, по-
священных изо-гам советской литературы за
1С-45 год, было много ошибочных утвержде-
ний, особенно в докладе К- Зелинского о
советской поэзии.
В. Киппотин резко критикует исследова-
ния Л. Гроссмана «Л. Толстой н Марсель
Пруст» и «Раскольников, как мировой об-
раз». Первая работа проникнута явным
низкопоклонством перед Запалом. Марсель
Пруст — один из представителей декадан-
са, разложения буржуазной культуры — в
этом исследовании стоит в одном ряду с ти-
таном русской литературы Л. Толстым, Ра-
мировой об
«достоевщн-
Бродский го
института за
отметил, что в научно-ис-
деятсльности института
грубые идеологические
безидейнл''тн и аполитич-
В. Кирпотгн, — особенно
на-
ите-
в О U н ы
национально-колониальный вопрос», «О Ве-
ликой Отечественной воине». Пепеведены
также «Крпкий курс истсрии ВКП(бь>,
биография Леница. биография Сталина, вос-
поминания V М. Горького о Ленине, три
статьи М И. Калинина, две книги Г. В. Пле-
ханова и рят работ о социатистическом
строите тьстве в СССР и п р- 'тн Советского
Союза но второй' мировой войне.
Культ’, рмач тяга чехли и словаков К
«старшему славянскому бр.гт”» всегда была
велика, и теперь мы видим r-ригина тащтс и
переводные киши трактующие о самых
разнообразных проблемах советской куль-
туры и быта. Туг и киши о русеко>"1 и. в
частности, о советской литературе — И. Ро-
стовский <В. Г. Бе. шнекий», И. Бочка
«Развитие русской литературы в СССР».
Ян Рек «Советский Союз в произведениях
своих писателей» и т. д.; и книги Т. Холод-
ного об И. Мичурине и В. Шкловского г>
Д. Шостаковиче; книга об организации на-
родного образования и л воспитании детей
в СССР; несколько книг о Советской Ар-
мии; Конституция СССР. Гражданский ко-
декс СССР; очерки и описания поездок в
СССР. Особого упоминания заслуживает
иконного совета Гослитиздата. Открывая
заседание, директор Гослитиздата Ф. Г ало
венченко рассказал о планах работы изда-
тельства.
В ходе обсуждения члены редсовета го-
ворили о неудовлетворительно^ оформлении
и плохом полиграфическом качестве книг.
Редсовет решил обсудить вопросы оформ-
ления на специальном заседании и создать
художественный совет, в который войдут
полиграфисты и художники.
Обсудив книгу избранных произведений
И. Сельвинского, в которую автор включил
пьесу <Пао-Пао>, роман в стихах «Улялаев-
щина», поэму «Записки поэта» и другие
произведения, не отвечающие по своим
идейным и художественным качествам за-
просам современного читателя, редсовет
решил отклонить предложенный автором
сборник в данном составе.
На этом же заседании была обсуждена
третья часть исторической трилогии В. Ко-
стылева «Иван Грозный»—роман «Невская
твердыня». Редсовет одобрил книгу В. Ко-
стылева, предложив автору учесть в своей
дальнейшей работе над произведением за-
мечания рецензентов, проф. В. Лебедева и
проф. К. Базилевича.
В конце заседания с сообщением о рибо-,
те над полным собранием сочинений Н. А.
Некрасова выступил проф. Н. Водовозов.
Предполагалось, что собрание будет сос-
тоять из-одипнадцати томов: 3 тома поэзии,
1 том драматургии, 1 том критики и публи-
цистики, 4 тома беллетристики и 2 тома пи-
сем. Главная редакция собрания сочинений
Некрасова, в состав которой входят А. Его-
лин, Н. Водовозов, В. Евгеньев-Максимов Ж
К. Чуковский, ставит своей задачей дать
полный текст Некрасова, освобожденный
от цензурных искажений и изменений, сде-
ланных самим поэтом под давлением цензу-
ры. В каждый том будут включены все
вновь найденные материалы. Издание снаб-
жается научным аппаратом (реальный и
текстологический комментарий и т. п.), ил-
люстрируется портретами и автографами
Некрасова. Огромную ценность представля-
ют письма Некрасова (их. около 1200). Они
интересны не только как биографический
материал, но и как литературные докумен-
ты, иллюстрирующие борьбу, которая ве-
лась против «Современника» и «Отечест-
венных записок».
Об’ем издания около 500 печатных ли-
стов. Издание предположено выпустить в
течение тоеч лет: в 1946 г,—1 том, в 1947 г.
—4 тома и в 1948 г. — 6 томов.
Выступившие на заседании проф. Д. Бла-
гой и проф. Н. Бродский говорили о том,
что члены редсовета — литературоведы не
привлекаются к прямому участию в работе
издательства и зачастую только на заседа-
ниях совета узнают о том или ином изда-
нии. Возражая против предложения главной
। редакции опубликовать в трех томах поэзии
i «все существенные варианты», они указы-
I вали, что Некрасова нужно издать пол-
| ностью со всеми вариантами, так как опре-
; деление «существенности» последних мо-
' жет быть случайным, суб’ективным, вкусо-
I вым. По мнению Н. Бродского и Д. Благого
• необходимо также опубликовать всю пере-
; писку Некрасова, то-есть не только письма
поэта, но и ответы ему. Ряд вопросов, свя-
занных с настоящим изданием (например
вопрос о композиции «Кому на Руси жить
хорошо» и т. п.), следует специально обсу-
дить в научных коллективах.
Эти предложения были принята редсове-
; том. Решено также увеличить об’ем издания
' до 12 томов.
упление Л. Тимофеева не удовлетво- 
справедливую |
ll вызвало
бота же «Раскольников, как
раз» является апологетикой
ны.»
Выступавший в прениях Н.
норил, что многие работники
шустую в своих трудах и выступлениях на 1
сессиях института модернизируют и идеали-;
зируют историческое прошлое.
О серьезных ошибках принципиального
хлуаьцоч, допущенных в работе над первым
томом «Истории английской литературы»,
рассказывала А. Елистратова. Отдельные;
главы этого тома, как, например, глава о ।
Шекспире, написанная М. Морозовым, эк- j
лектичны по своей научной методологии. |
Вы
рил > собравшихся
резкую критику. Секретарь парторганиза-•
ции института И. Успенский сказал:. |
— Нельзя сводить все ошибки, допущен-^
: к”? в работе сектора советской литера-'
туры, руководимого Л. Тимофеевым, к раз-
говорам о слабых кадрах. Нельзя механиче-I
ским вычеркиванием имен Ахматовой и Зо- !
щепко исправить пороки «Очерка истории ,
русской советской литературы». Книгу нуж- 1
in) создавать -заново.
Л. Гроссман два раза выступил на собра-,
нгш. В одном из своих выступлений он бе-;
! зуспешно старался отвести от себя обви-!
ненне в апологетике «достоевщины» и в
низкопоклонстве перед Западом.
; Об ошибочных взглядах
рил Б. Бялик
; — Надо уметь отличать
iвеликого реалиста от
; реакционера, — говорит Б. Бялик. — Нель- ;
, зя прикрывать упадочное творчество Мар- '
; селя Пруста именем Л. Толстого.	|
В прениях по докладу приняли участие И.j
Нусинов, Т. Мотылева, Б. Горнунг, И. Но-
 вич, Б. Яковлев и др.
- Собрание приняло резолюцию, в которой
। намечен ряд мероприятий по улучшению на-
учно-исследовательской работы института.
ПОСЛЕДНЕЕ ПИСЬМО
РЫЛЕЕВА
УФА, (От наш корр.). Бапгкигрский ин-
ститут языка, литературы и истории сде-
лал ценное приобретение—пожелтевшее
от времени письмо, писанное гуошым пе-
ром и датированное 1826 годом. Письмо
это, как установил научный сотрудник ин-
ститута тов. Ищеринов, оказалось одной из
ходивших в те времена по рукам вопий
последнего письма поэта-декабриста Рылее-
ва его жене, написанное перед казнью. В
1906 году письмо Рылеева было опублико-
вано в сборнике, посвященном 80-летию
со дня казни декабристов, но ® сокращен-
ном
11ЫЙ
виде. Найденная копия содержит под-
текст прощального письма.
Гроссмана гово-
Достоевского
Достоевского
четырехтомный труд Иозефа Ирасека «Об - j
зор истории русской литературы». Два пос-|
ледпих тома посвящены совеi скоп	'
туре.
Переизданы также произведения Пушки-
на, Лермонтова. Гоголя, Тургенева, Толсто-
го, Достоевского, Чехова, Горького; вышли
в тщательно сделанных переводах лучшие
произведения современных советских писа-
телей — П. Бажова, А. Бека, В. Билля-
Белоцерковского, Ильи Эренбурга, Д Фур-
манова, К- Федина, Ф. Гладкова, "
Горбатова. П. Игнатова. Ильфа и Петрова.
В. Катаева, А. Корнейчука С.
В. Кожевникова, Л. Леонова. В.
гкого. А. Неверова. Н. Ос гречи ко! о К. ГЪ
устовского, Л. Рубинштейна. К. Симонов
Л. Соболева. П. Ширяева,
И. Тихонова. Толстого,
Вс. Вшпневско. о, Ванды Вас
одни этот перечень ярко юно.ш - об остеом j
и глубоком интересе чс-ослогацного наро..’a ।
к нашей жизни и нашей культуре.
Прекрасно издан двухтомный критико-
биографический словарь современных ”ci'i-,
I ких писателей, составленный Ярославом ।
Купцом. Словарь охватывает время от кон-
ца первой до конца второй мир-.шой воины
(Ю18-1945). составлен в алфавитном по-
рядке и иллюстрирован многочисленными
портретами писателей.
Чехословацкий читатель хочет знако-
миться со своим великим соеелом и притом
не только по переводам, но, так сказать,
из первых рук, и ответом па эту потреб-
ность является огромное количество разно-
образных словарей и учебников. Среди при- ;
с laiiiibix книг тринадцать чешско-русских |
и русско-чешских словарей различных авто-I
рои и различного типа, начиная от больших j
литера-
Бориса
Ковпака,
5'1 а яков-
ДС Ш<'.!ОХОР.И,
1О. Тынянова,
подробных словарей и кончая карманными
«словариками», а также до сорока упебни-
ков русского языка.
Таковы полученные Союзом советских
писателей шестьсот чешских книг.
Книги о советской политике и советской
культуре красноречиво свидетельствуют о
нерушимой дружбе и братстве, связываю-
щих народы обеих стран.
работу Киевский
писателей
корр.). Возобновил рабо-
писателей. Первый вечер
Возобновил
клуб
КИЕВ. (От иаш.
ту Киевский клуб
открылся вступительным словом председа-
теля правления клуба А. Копыленко.
— Работу нашего клуба, — говорит т.
Копыленко, — надо перестроить соответст-
венно большим задачам, поставленным пар-
тией и государством перед советскими пи-
сателями. Именно здесь, в клубе, должны
обсуждаться рукописи новых произведений.
Тов. Копыленко призывает всех писате-
лей активно участвовать в клубной работе.
Присхтствс-вавший на вечере К. Симонов
от имени московских писателей поздравил
украинских товарищей с возобновлением
работы клуба. Затем К. Симонов рассказал
о сроцх поездках в Японию и США.
Вечер закончился концертом, в котором
приняли участие видные деятели искусств
украинской столицы.
О
РАССКАЗЫ О НАУКЕ
И ЕЕ ТВОРЦАХ
Де1гиз сдал в печать книгу «Рассказы
науке и се творцах», являющуюся попыткой
создания научно-популярной хрестоматии
тля учащихся старших классов средней
ШКОЛЫ.
Рассказы, очерки и статьи, помешенные
к книге, познакомят читателей с отдельными
эпизодами из жизни величайших у юных и
экспериментаторов. Книга поможет учащим-
ся понять теорию мироздания и происхо-
ждения жизни на земле. Кроме того они уз-
нают о многих важнейших достижениях и
задачах советской науки.
Хрестоматия создана по инициативе ака-
демика А. Е. Ферсмана, принимавшего ак-
тивное участие в организации и редактиро-
вании материала.
Авторы очерков и статей, публикуемых *
книге. — член-корреспондент Академии на-
ук СССР А. Опарин, акад. А, Алиханов,
проф. Г. Покровский, проф. Г. Спивак, Л.
Воронцов, В. Сафонов, Ю. Долгушин, Л.
Гумилевскпй и др.
I В несколько строк
ОВ 1аллине состоялось собрание
 хснцки  -	—	• 	"
.ТОМ о
с решениями ЦК BK!I(f>) выступил
. Ц.С Kii(o) Эстонии тов. Каротамм.
| В прениях выступили писатели
• проф. JHmutt, министр просвещения
। екой С( Р Рауд, проф. Нуут и другие,
i о Состоялась встреча А. Фадеева с учащи-
мися и педагоги-иским коллективом 111-1 мос-
, ковской средней школы, О большим интересом
, (оорашпиеся нт.п-.ту шали рассказ Д, Фадеева
о раооте на i романом «Молодая гвардия».
( Отрывки hi романа прочел артист О. Абдулов.
I Q Старший liay читай сотрудник института
; лит< paiytn.i Академии наук СССР и профессор
: Ленинград! кого университета К. Н. Держании
избран члепом-корреспондентом Болгарской
Академии наук и искусств.
О На-днях студенты-выпускники Московско-
го литературного института им. А. М. Горького
едали последний государственный экзамен. Из
девятнадцати человек, сдавших экзамены,
шесть получили «дипломы с отличием». Ciy-
! денты, окончившие институт, направляются на
работу в московские и периферийные из ia-
! те.тьства и редакции газет.
; О В 194« году общий об’ем научных трудов,
; выпускаемых издательством Академии "наук
' СССР, составит 5400 печатных листов. В 1047 го-
| ДУ—7500 листов.
| О Университетская библиотека Вильнюса —
I одна из старейших в стране — насчитывает
свыше 150 тыс. томов. Здесь хранятся пенные
книги, изданные в XV и в начале XVI сю-
летия. Среди них—первая русская книга «Лпо-
с-юл» белорусского первопечатника Ф. Скари-
ны. напечатанная в Литве еще в 1525 г. в ти-
пографии Якова Бабича. В и пич-тноМ «Описа-
нии славяно-русской книги» И. Баратаева упо-
минается только о четырех сохранившихся
экземплярах «Апостола». Один из них приоб-
рел для вильнюсской публичной библиоrei.-я
П. Батюшков—брат известного русского пони.
Q Музыкально-литературный лекторий Мо-
лстовской государственной филармонии прово-
дит цикл лекпнй, посвященных А. М, Горько-
му. В программе—тематические лекции-кониеч-
ты: «Горький—буревестник русской рево 1 •
ции». «Горький — художник! социалистически-л
реализма», «Горький и народное творчество»
и другие.
Q Первый шрифтно-литейный механический
завод в Ленинграде отливает шрифты (ля
всех типографий страны. Шрифты выпускай.’.-
ся на пятидесяти языках народов (’’ССР.
ив 195Р со-
тые. тонн шрифте.„
языка и литературы
Академии наук начат
ЛНН1 И.Г-
нжтеллп-
столицы Советской Эстонии. С докша-
залачах идеологической работы в связи
ВКЩб) ^выступил секретарь
Ургарт,
Э^тон-
Завод значптсльно расширяется
ду fiyiCT вырабатывать 2
Q Институт истории
Т>ркменского филиала
подготовку ко второму Туркменскому
ггнческ'ому с’ещу. На с’е.дс будут проанали-
зированы недостатки и пробелы В стшегтв >-
шей системе грамматики, орфографии и тер-
мшголы и«т литературно! о языка.
QUo инициативе i.-pj пнейших чешских пи-
сателей. общественных и политических деяге-
лей и Праге создастся Культурное общество.
Общество обе -инит прогрессивных деятелей
по гм ех областях культуры и искусства, стоя-
щих на платформе демократии, свободы и но-
вой народной демократической чехословацкой
ечниоя iiv6;n<
Q Обтнестненноет!. Иркутска отметила 2в-ле-
тие творческой деятельности сибирского попа
Анатолия Ольхона. В актовом зале пединсти-
тута состоялся литературный вечер, органи-
зованный Иркутским отделением Союза совет-
ских писателей.
Q В подмосковной усадьбе Мураново нахо-
дится литературно-бытовой музей, свч.занн1гй
с именами почтой Баратынского и Тютчева.
Музею ‘Мураново» было посвящено заседание
секции mj ;ееврд<>пия ученого совета Ммтс-
екого инсти1>та краеведческо-му юйпой рабо-
ты. (’ доила-wMii nr.ii । > im.’iii кпн.пгдрт фи-мт:-
гпчеекнх inrii: К. Пш.зрев и гтартпп над чгг',”'!
сотрудник- 1'о< у члрг тленного литсратд рно:ч>
м\ гея (’.п чет к.1 я.
О В народном натре г. София состоялась
премьера пьесы А. Афиногенова «Mam-in.-.j-.
поставленная народным артистом РСФСР
Н. Петровым, который в настоящее время нахо-
дится в Болгарии. ГГремьера прошла с боль-
шим успехом.
Б ГОРБАТОВ.
КОЖЕВНИКОВ.
ПОЛИКАРПОВ.
Л. СОБОЛЕВ, А. СУРКОВ (отв. редактор).
Редакционная коллегия:
Е.
КОВАЛЬЧИК, В.
МАРШАК, Д.
Адрес редакции и издательства: ул. 25 Октября, 19. (Для телеграмм — Москва, Литгазста). Телефоны; секретариат — К 5-10-40, отделы ^критики — К 4-76-02, литератур братских республик — К 4-60-02, искусств — К 3-37-34, информации
Б—07009.
Типография «Гудок», Москва, ул. Станкевича, 7.
а к- № 2498.