Text
                    АКАДЕМИЯ НАУК С,ССР
ИНСТИТУТ ИСТОРИИ СССР
Л. В. ЧЕРЕПНИН
НОВГОРОДСКИЕ
БЕРЕСТЯНЫЕ ГРАМОТЫ
КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ
ИСТОЧНИК
ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАУКА»
МОСКВА 1969

Очерк первый ИСТОРИОГРАФИЧЕСКИЙ ОБЗОР РАБОТ О НОВГОРОДСКИХ БЕРЕСТЯНЫХ ГРАМОТАХ Ученые разных специальностей гуманитарного цикла (археологи, историки, лингвисты, историки литературы, палеографы) единодушно признают, что обнаружение в Новгороде под землей писем на бересте было одним из крупнейших научных открытий нашего времени. Это за- мечательное открытие связано с именами А. В. Арцпхов- ского и его сотрудников, ежегодно проводящих раскоп- ки на территории одного из древнейших русских городов. Вот уже на протяжении более пятнадцати лет мы каж- дый год ждем находок новых текстов на бересте, и эти ожидания всегда оправдываются. Обнаруженные с 1951 г. новгородские берестяные гра- моты непрерывно публикуются в изданиях двух типов: 1) предварительно — на страницах текущих периодичес- ких органов (исторических и археологических); 2) в фундаментальном собрании, выходящем том за томом, под общим заглавием и с единой порядковой нумерацией текстов. Такая система себя оправдала. Подготовка и публика- ция^ большого академического издания — дело трудное, требующее значительного времени и большой затраты сил. Кроме того, если не каждый, то некоторые тома вклю- чают в себя берестяные грамоты из раскопок не за один, а за два года и более. Грамоты же эти слишком важны Для науки. Чем скорее они делаются ее достоянием, тем лучше. И поэтому предварительное обнародование хотя 3
бы тех из них, которые представляют наибольшую цен- ность, является первоочередным делом. Это дело последо- вательно и целеустремленно осуществляет А. В. Арцихов- ский. Ему принадлежит ряд сообщений о берестяных гра- мотах, найденных в разные годы в Новгороде, с предва- рительной их публикацией L Академическое издание берестяных грамот представ- ляет собой монументальный труд, рассчитанный на целый ряд томов, которые выходят в свет по мере накопления материала и его подготовки к печати. Грамоты публику- ются в той последовательности, в которой они найдены, и группируются по томам по годам находок. Поскольку публикация идет по следам раскопок, очевидно, другую систему трудно и придумать. Один том издан под редак- цией А. В. Арциховского и М. Н. Тихомирова1 2, два дру- гих — под редакцией А. В. Арциховского 3, три — под ре- дакцией А. В. Арциховского и В. И. Борковского 4. В из- дание вошли (и это очень важно) как грамоты, сохранив- шиеся полностью, так и фрагменты (а иногда даже про- сто обрывки). Каждому документу отводится определен- ный номер, под которым дается его прорись (все прориси 1 А. В. Арциховский. Археологические открытия в Новгороде («Вестник Академии наук СССР», 1951, № 12, стр. 60—69); он же. Новые открытия в Новгороде («Вопросы истории», 1951, № 12, стр. 77—87); он же. Раскопки 1952 года в Новгороде («Вестник Ака- демии наук СССР», 1952, № 12, стр. 45—47; «Вопросы истории», 1953, № 1, стр. 113—124); он же. Раскопки 1953 года в Новгороде («Во- просы истории», 1954, № 3, стр. 106—113); он же. Раскопки 1954 го- да в Новгороде (там же, 1955, № 2, стр. 61—68); он же. Раскопки 1955 года в Новгороде (там же, 1956. № 3, стр. 66—74); он же. Бе- рестяные грамоты мальчика Опфпма (СЛ, 1957, № 3, стр. 215—223); он же. Раскопки 1956 и 1957 гг. в Новгороде (там же, 1958, № 2, стр. 227—242); он же. Новые новгородские грамоты (там же, 1960, № 1, стр. 230—244) ; он же. Новые берестяные грамоты (там же. 1962, № 2, стр. 178—184); он же. Берестяные грамоты из раскопок 1962—1964 гг. (там же, 1965, № 3, стр. 202—211). 2 А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1951 г.). М.. 1953. 3 А. В. Арциховский. Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1952 г.). М., 1954; он же. Новгородские грамоты на бере- сте (Из раскопок 1958—1961 гг.). М.. 1963. 4 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. Новгородские грамо- ты на бересте (Из раскопок 1953—1954 гт.). М., 1958; они же. Нов- городские грамоты на бересте (Из раскопок 1955 г.). М., 1958; они же. Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1956—!1957 гг.). М., 1963. 4
осуществлены М. Н. Кисловым 5) и транскрипция (послу- жившая источником всех последующих работ). Для № 1 — 194 были даны п фотокопии. Об их отсутствии для № 195 и следующих приходится, конечно, только пожалеть. В издании содержатся детальные указания на место находки каждой из грамот (строительный ярус, квадрат, глубина), описание их внешнего вида и палеографиче- ских примет. На основании стратиграфических данных и палеографических признаков А. В. Арциховский опреде- ляет время возникновения берестяных текстов. Методика определения хронологии берестяных грамот подверглась обсуждению в процессе дискуссии между А. В. Арцихов- ским и Б. А. Рыбаковым, принявшей очень острый ха- рактер 6. Большая работа по дендрохронологическому ана- лизу, проведенная Б. А. Колчиным 1 и позволившая уста- новить даты ярусов, откуда извлечены берестяные доку- менты, весьма облегчила возможности их датировки. Наблюдения А. В. Арциховского за начертаниями письмен на бересте в сопоставлении со знаками письмен- ности на бумаге и пергамене заложили основы новой вспомогательной дисциплины — палеографии берестяных грамот. А. В. Арциховский явился и первым исследователем берестяных текстов как исторических источников. В осу- ществляемом им академическом издании приводятся па- раллели к берестяным документам из других памятников письменности, раскрывается значение ряда терминов, даются объяснения личных имен и географических на- званий, иногда к комментарию прилагается перевод на современный язык трудных для понимания грамот. 5 Л/. Н. Кислов. Способ прорисовки берестяных грамот п деревянных резных вещей («Краткие сообщения... Института исто- рии материальной культуры», вып. 53. М., 1954, стр. 131—133); см. также А. В. Кирьянов. Обработка берестяных грамот (Опыт ра- ооты полевой лаборатории Новгородской археологической экспеди- ции) (там же. стр. 127—131). 6 5. Л. Рыбаков. К вопросу о методике определения хроно- логии новгородских древностей (СЛ, 1959, № 4, стр. 82—106); ^РЧ11Ховс^ий. О новгородской хронологии (там же, стр. 107— *27); Б. А. Рыбаков. Что вносит в науку статья Л. В. Арциховского новгородской хронологии»? (там же, 1961. № 2, стр. 141—163); 136) ^рциховский- Ответ Б. Л. Рыбакову (там же, № 3, стр. 122— №17стр li1/1^°139)П ЛендРохР01,олог,,я Новгорода (там же, 1962, 5
В тех томах, которые А. В. Арциховский выпустил в соредакторстве с В. И. Борковским, последнему принад- лежат развернутые разделы, посвященные анализу лин- гвистических данных писем на бересте (фонетики, мор- фологии, синтаксиса) 8. Представляют интерес и примечания к некоторым грамотам Б. А. Рыбакова, бывшего ответственным редак- тором отдельных томов. Толкование документов на бе- ресте—дело сложное. В понимании их разными исследо- вателями неизбежно сказывается субъективное восприя- тие каждого. Лишь в результате обмена мнений и дискус- сий могут быть достигнуты твердые научные результаты. Поэтому надо оценить как положительное явление, что в академическом издании берестяных грамот отмечены разногласия в понимании текстов среди тех, кто участво- вал в их подготовке к печати: А. В. Арциховского, М. Н. Тихомирова, В. И. Борковского, Б. А. Рыбакова. Приведены п различные варианты толкований. Популяризации находок берестяных грамот весьма содействовали выступления А. В. Арциховского с докла- дами о них на X и XI Международных конгрессах исто- риков (в 1955 г.— в Риме, в 1960 г.— в Стокгольме) 9, а также со статьями в зарубежной печати 10. Открытие советских археологов было скоро оценено за рубежом, и в 1957 г. в Польше вышло издание новго- 8 См. также В. П. Борковский. О статьях проф. А. В. Ар- циховского по поводу открытия новгородских берестяных грамот. Драгоценные памятники древнерусской письменности (ВЯ, 1952, № 3, стр. 137—140); он же. Новые находки берестяных грамот (О статьях А. В. Арциховского, посвященных раскопкам 1952 г. в Новгороде) (там же, 1953, № 4. стр. 122—133). 9 А. В. Арциховский. Новые открытия в Новгороде («Доклады советской делегации на X Международном конгрессе историков в Риме». М., 1955; параллельно на русском и французском языках); А. V. Artsikhovski. La ville de Novgorod le Crand du XI-е au XV-e siecles («XI-е Congres International des Sciences Historiques. Resu- mes des communications». Goleborg— Stockholm — Uppsala, 1960, p. 93-94). 10 A. Arcichowski, W. Janin. Kultura wczesnosredniowiecznego Nowogrodu («Dawna Kultura», czasopismo kwartalne Polskiego to- warzystwa arclieologicznego, I. Wroclaw, 1954, str. 20—29); A. Arci- chowski. Wykopaliska archeologiczne w Nowogrodzie Wielkim («Kwartalnik Instylutu Polsko-Radzieckiego», 1(6). Warszawa, 1954, str. 128—143): A. Artsikhowski. La ville russe au Moyen Age («Le Moyen Age», LXV, 1959, p. 453-468). 6
родских берестяных грамот, подготовленное (на основе публикации А. В. Арциховского) Владиславом Курашке- вичем11. Это очень ценный труд. В нем опубликовано 89 текстов с фотокопиями и нрорисями, с лингвистпчески- мп и палеографическими комментариями. Публикации предшествует исследование о языке п письме 12. Вслед за археологами на берестяные грамоты обра- тили внимание филологи, выпустившие о них ряд иссле- дований. Особый интерес представляет коллективный труд «Палеографический и лингвистический анализ нов- городских берестяных грамот» (М., 1955). В него вошли статьи Л. П. Жуковской о палеографии, Р. И. Аванесо- ва — о фонетике, П. С. Кузнецова — о морфологии, В. И. Борковского — о синтаксисе, Н. Б. Бахилиной — о лексике тех документов на бересте, которые к выходу книги были уже известны. В приложении напечатаны тексты 23 грамот с переводами 13. Авторы подчеркивают, что они стремились добиться полной договоренности по вопросам разделения грамот на слова и перевода. Однако в ряде случаев это оказалось невозможным, и пришлось давать одновременно разные варианты перевода. Иногда и транскрипция текстов, и их понимание отличаются от предложенных в полном академическом издании новго- родских берестяных грамот, и это сообщает книге особый интерес. Кроме рассмотренного большого труда, появилось зна- чительное число статей о языке, палеографии, термино- 11 И7. Kuraszkiewicz. Gramoty Nowogrodzkie па brzozowej kor- zo. Zeszyt A. Opracowanie j^zykowe. 1957. Warszawa. [Cz$sc I. Pismo i j^zyk. Cz£sc II. Teksty i komentarze. Indeks wyrazow odczytanychj. Zeszyt B. hotografie i przerysy. 1957. См. также статьи В. Курашке- вича о берестяных грамотах: Uwagi paleograficzne i j^zykowe па marginesie wydania gramot nowogrodzkich, pisanych na brzozowej korze («Kwartalnik Instytutu Polsko-Radzieckiego», 4(13). Warszawa, 1955, str. 83 95); он же. Polska lekcja najstarszego listu ruskiego Gostiaty do ВаБУ1а («J^zyk polski», XXXVI, 1956, N 3, str. 186- 1УЦ). H A*2 in (1959, № 6, стр. 144—447) опубликована рецензия грамот еП*еРСК0Г0 на польское издание новгородских берестяных rvn ерб' «Палеографический и лингвистический анализ новгород- берестяных грамот» рассмотрен в рецензиях Л. А. Булахов- _ Y?r < «Известия Академии наук СССР, отд. литературы и языка», стр^ 123В™25)’ 19Эб’ СТР’ 76“81) 11 В* Курашкевича (ВЯ, 1957, № 2, Z
логин новгородских лисом на бересте: Ф. Ф. Кузьмина М. В. Щепкиной 15, Д. С. Лихачева |6, В. А. Матвеенко Н. А. Мещерского 18, В. К. Чичагова 19 и др. Иногда это рецензии на отдельные тома академического издания нов- городских берестяных грамот, иногда — комментарии к тем или иным грамотам, иногда — статьи, в которых вы- сказываются общие и конкретные соображения (преиму- щественно филологического характера) о письмах на бе- ресте. К последней категории надо отнести в первую оче- редь работы Д. С. Лихачева и Н. А. Мещерского, содер- жащие много ценных наблюдений. В частности, Лихачев приводит комментарии к некоторым берестяным докумен- там, предложенные в личных письмах к нему местными краеведами. С. Н. Орлов опубликовал одну берестяную грамоту (№ 250), найденную им не при раскопках, а во время строительных работ па Торговой стороне Новгорода2ь. 14 Ф. Ф. Кузьмин. Новгородская берестяная грамота № 9 (ВЯ, 1952, № 3, стр. 137-140). 15 М. В. Щепкина. Рецензия на книгу: А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. «Новгородские грамоты на бересте (Из раско- пок 4951 г.)». М., 1953 («Вопросы истории», 1954, № 4, стр. 158— 161). 16 Д. С. Лихачев. Рецензия на книгу: А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. «Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1951 г.)». М., 1953 (СА, вып. XIX, 1954, стр. 318—327); он же. Ре- цензия на книгу: А. В. Арциховский. «Новгородские грамоты на бересте (Из раскопок 1952 г.)». М., 1954 (там же, вып. XXVII, 1957, стр. 324—332). 17 В. А. Матвеенко. Заметки о языке новгородских берестяных грамот (ВЯ, 1956, № 4, стр. 82—91). 18 Н. А. Мещерский. Новгородские грамоты на бересте как па- мятники древнерусского литературного языка («Вестник Ленин- градского университета», 1958, № 2, серия истории языка и литера- туры, вып. 1. Л., 1958); он же. К изучению языка и стиля новго- родских берестяных грамот («Ученые записки Карельского педаго- гического института», т. XII. Петрозаводск, 1962, стр. 84—115); он же. Существовал ли «эпистолярный стиль» в древней Руси? (Из за- меток о грамотах на бересте) («Вопросы теории и истории языка». Сборник в честь Б. А. Ларина. Л., 1963, стр. 212—217). 19 В. К. Чичагов. Филологические заметки (К выходу в свет первого научного издания новгородских грамот на бересте) (ВЯ 4954, №3, стр. 77-92). 20 С. Н. Орлов и Б. В. Хрычиков. Новый документ древнерус- ской письменности (сообщение и публикация) («Ученые записки Новгородского государственного педагогического института», т. II, Историко-филологический факультет, вып. 2, 1957, стр. 241—244). 8
Ряд откликов на издания берестяных текстов появил- ся за рубежом. Это статьи А. Поппэ2|, Я. Ригера22, Т. Лер-Сплавинского 23, Н. Дылрвского 24, Р. Якобсона25, А. Бэклунда 26, Г. Бирнбаума27, Р. Смита28, У. Мэтьюз29, Б. Унбегауна30, Т. Арпэ31 и др. К сожалению, у нас нет полного учета всего того, что вышло за границей о доку- ментах на бересте. А следовало бы такой, полный, учет вести. Представляет интерес попытка А. Л. Хорошкевич дать обзор некоторых откликов зарубежной печати на открытие новгородских берестяных грамот32. Думается, было бы полезным каждый выходящий том издания «Нов- городских берестяных грамот» начинать (или кончать) 21 Л. Poppe. Zabylki Staroruskiej kultury pismienniczej na korze brzozowej w Nowogrodzio Wielkim. («Kwartalnik Historyczny», Rocz- nik LX1, № 2. Warszawa, 1954, str. 365—374); он же. A. W. Arcichow- ski. Nowgorodskije gramoty na bieriestie (iz raskopok 1952 g.). Mosk- wa. 1954 («Instytut Historii Kultury Materialnej». Rok HI, № 1, Warszawa, 1955, str. 216—223). 22 J. Rieger. Gramoty nowogrodskie pisane na korze brzozowej («Kwartalnik Instytutu Polsko-Radzieckiego», 4(13). Warszawa, 1955, str. 74—82). 23 T. Lehr-Splawihski. Najstarsze listy slowuiriskie («Tygodnik Powszechny», 24 grudnia. 1953, № 33): он же. Najstarsze zabytki mo- wy potocznej na Rusi («Jezyk rosyjski». № 3, 1954). 24 H. M. Дылевский. 4 ваци солоду в Новгородската «бересго- ва» грамота № 1 от гледище на български език («Български език», VI, кн. 3. София, 1956, стр. 263—267). 25 R. Jakobson. Vestiges of the earliest russian vernacular («Word», vol. 8. № 4. p. 353—357; «Slavic Word», № 1, December, 1952, New York, p. 46—51). 26 A. Beacklund. Could old Russian Faminine Names end in-jata («The Slavonic and East-European Review». London, vol. XXXV, N 84, December. 1956, p. 255—258). 27 И. Birnbaum. Zu altrussischen at£e und Verwandten («Scan- do-Slavica», t. V. Copenhagen, 1959, s. 78—86). 28 R. Smith. Some Recent Discoveries in Nowgorod («Past und Present. A journal of scientific history», London, 1954, № 5. 29 W. K. Matthews. Рецензии в «Slavonic and East-European Re- view», vol. XXXIII, 80, December, 1954, p. 244; vol. XXXV, № 85, June. 1957, p. 608. vw3!^‘ Unbegaun. Рецензии в «Revue des etudes slaves», vol. Paris’ 1953« P- 182; v°l- XXIX, p. 153; 1954, vol. XXXI, p. 147-148; vol. XXXIII, p. 154. 1 J- Arne. Naverbrev («1 ornvannen». Uppsala, 1954, Hafte 4, S. Z46). А- Л- Хорошкевич. Зарубежные отклики на открытие новго- родских берестяных грамот («История СССР», 1958, № 5, стр. 224- U
библиографическим указателем работ о текстах на бере- сте, опубликованных за последнее время. Особое внимание лингвистов (как советских, так и финских) привлекли те грамоты, в которых имеются сле- ды прибалтийско-финских языков (№ 2, 248, 249, 292). Ю. С. Елисеев дал филологический разбор документа »№ 292, доказал, что он написан на карельском языке, и предложил его перевод33. Работы А. И. Попова34, М. М. Хямяляйнена 35, Ю. Мягистэ 36 посвящены анализу имен собственных в грамотах па бересте. X. Кирккинен опубликовал четыре грамоты (№ 248, 249, 286, 292) с пе- реводом на финский язык, озаглавив публикацию: «Но- вые источники по истории Карелии в средние века»37 Очень много сделавший для разработки берестологии Н. А. Мещерский привлек берестяные тексты и как источ- ник для изучения прибалтийско-финских языков38. Работы филологов, имея большое самостоятельное зна- чение, дали полезный материал и историкам. Лингвисти- ческий разбор отдельных текстов призван помочь раскры- тию их содержания и тем самым использованию для исто- рических построений. Без обращения к истории не могут обойтись и сами языковеды. В 1959 г. вышла популярная книга Л. П. Жуковской о новгородских берестяных грамо- тах39. По своей специальности Л. П. Жуковская — палео- граф и лингвист, поэтому естественно, что анализ письма и языка берестяных текстов — п главная задача, и напбо 33 Ю. С. Елисеев. Древнейший письменный памятник одного из прибалтийско-финских языков («Известия Академии наук СССР, отд. литературы и языка», т. XVIII, вып. 1, 1959, стр. 65—72). 34 А. И. Попов. Прибалтико-финскпе личные имена в новгород- ских берестяных грамотах («Труды Карельского филиала Акаде- мии наук СССР», вып. XII. Петрозаводск, 1958, стр. 95—100). 35 М. М. Хямяляйнен. О статье А. И. Попова «Прибалтийско- финские личные имена в новгородских берестяных грамотах» (там же, стр. 101—103). 36 J. Mdgiste. Stameronsuomalaisia henkilonniinia Novgorodin tuohikirijeissa («Virittaja», Kotikielen Seuran aikakauslehti. Hel- sinki, 1957, № 1, s. 96—99). 37 H. Kirkkinen. Lisalahteita Karjalan keskiajan historiaan («Historiallinen aikakauskirja», № 2, 1964, s. 139—147). 38 H. .4. Мещерский. Новгородские грамоты на бересте как ис- точник исторического изучения прибалтийско-финских языков («Вопросы финно-уторского языкознания. Грамматика и лексико- логия». М.—Л., 1964. стр. 193—204). 39 Л. П. Жуковская. Новгородские берестяные грамоты. М., 1959. 10
лее сильная сторона ее работы. Несмотря на популярный характер последней, Л. П. Жуковская по только доходчи- во рассказывает читателям о результатах своих самостоя- тельных научных изысканий, по и дополняет их новыми наблюдениями (оригинальной транскрипцией и перевода- ми трудных для понимания мест грамот, реконструкцией дефектных их частей и т. д.). Но автор не остается в рамках своей непосредственной профессии. Л. П. Жуковская пытается дать классифика- цию берестяных грамот по содержанию (подразделяя их на частные письма, записи, официальные документы), выявить социальный состав авторов и адресатов. Такую попытку можно только приветствовать. Однако Л. П. Жу- ковской недостает знания ни исторических источников, ни социально-экономических и политических явлений или институтов, характерных для той поры, к которой относят- ся изучаемые ею берестяные документы. Поэтому ком- ментарий к ним, предлагаемый автором, часто наивен, а их перевод (может быть, безукоризненный с точки зрения структуры русского средневекового языка) формален, ибо не раскрывает всего их богатого исторического со- держания. Из историков, привыкших работать с письменными источниками, специально занялся берестяными грамота- ми Б. Б. Кафенгауз. Он написал по данному вопросу лишь небольшую статью, скромно назвав ее «Заметками»40, и рассмотрел в ней ряд документов на бересте, разных по времени, характеру, тематике. Очевидно, автор взял то, по поводу чего у него возникли мысли, навеянные други- ми источниками русского средневековья, которыми он за- нимался раньше. Сопоставление разных памятников пись- менности дало положительные результаты. По поводу от- дельных толкований, предложенных Б. Б. Кафенгаузом, можно спорить, но с ними приходится считаться. И. П. Шаскольский посвятил небольшое исследование трем берестяным грамотам (№ 248, 249, 286), рисующим новгородско-шведские отношения в XIV—XV вв. и их зна- чение для положения населения Карелии41. На эту же КаФе^ауз, Заметки о новгородских берестяных гра- TaJ СССР>>’ 1?60’,№ СТР- 159-174). вв(,|п„. ' “'оскольск““. Берестяные грамоты как источник по rZ^5ImMKoii истории Новгорода XIV—XV веков («Архео- графический ежегодник за 1962 год». М., 1963, стр. 71-78). 11
тему имеется также и небольшая заметка Н. А. Мещер- ского 42. Большая заслуга в изучении берестяных грамот как исторического источника принадлежит В. Л. Янину, на- писавшему о них и статьи43 и книгу44. Книга В. Л. Яни- на написана в своеобразном жанре. Это живой, увлека- тельный рассказ о замечательном открытии в Новгороде, предназначенный для широкого круга читателей, интере- сующихся прошлым, а не для одних специалистов. Труд В. Л. Янина состоит из ряда очерков, носящих яркие за- головки, иногда представляющие собой перефразировку слов, взятых из текста грамот. Автор хочет познакомить читателей и с самими грамотами, и с трудным, но необы- чайно интересным процессом работы над ними, и с ре- зультатами этой работы, позволяющими взглянуть новы- ми глазами на различные сферы общественной жизни Новгорода. В толковании берестяных грамот В. Л. Янин в ряде случаев следует за А. В. Арциховским, по дает и много нового. Очень интересна его методика исследования тек- стов на бересте в связи с судьбами тех боярских усадеб, на территории которых они сохранились. Весьма топки- ми приемами доказывается принадлежность целого комп- лекса грамот членам фамилии бояр Мишиничей-Онштфо- ровичей, игравшей на протяжении длительного времени большую политическую роль в Новгороде. С интересом читаются очерки о «карельских грамотах» п т. д. В книге В. Л. Янина звучит мотив о безграничных возможностях новых открытий. И заканчивается она пол- ным оптимизма заявлением, что «в книжке о берестяных грамотах никогда не будет написано последней главы, по- тому что новые успехи всегда будут сопутствовать энту- зиазму исследователей» 45. Это призыв к разработке «но- 42 Н. А. Мещерский. О датировке новгородских берестяных гра- мот (СА, 1963, А? 4, стр. 249-252). 43 В. Л. Янин. О древнем Новгороде рассказывает береста («Наука и жизнь», 1964, № 5, стр. 27—32); он же. Заметки о новго- родских берестяных грамотах (СА, 1965, № 4, стр. 104—123). 44 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту... М., 1965. Берестяные грамоты использованы в книге П. И. Засурцева «Новгород, откры- тый археологами» (М., 1967). 45 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту.... стр. 190. 12
вой науки — берестологпи» — такими словами озаглавил Д. С. Лихачев свою рецензию на книгу В. Л. Янина46. А. А. Коновалов попытался применить к исследованию берестяных грамот статистический метод47. Рассматривая их в динамике, па протяжении с XI по XV столетие, он стремится уловить в них отражение закономерностей раз- вития феодальных отношений в Новгородской земле. Это интересный по замыслу опыт, хотя думается, что поста- новка проблемы закономерностей эволюции феодального общества на материале одних берестяных грамот непра- вомерна. Взятые изолированно, в отрыве от других источ- ников, они во многом утрачивают свое познавательное значение, выглядят обедненными. Географическим сведениям в новгородских берестяных грамотах посвятил небольшую заметку В. С. Жекулин48. Я назвал работы, специально посвященные текстам на бересте. Но надо добавить, что эти тексты сейчас ши- роко используются в качестве источников (наряду с другими) в целом ряде исследований на исторические темы. Берестяные грамоты по-настоящему завоевали пра- во гражданства в исторической науке. . В зарубежной литературе из работ, дающих оценку значения берестяных грамот в целом, надо назвать очерк Владимира Водова49. Он не носит исследовательского ха- рактера, но автор в курсе всех последних достижений в области берестологии. Он знает издания берестяных гра- мот и труды о них и дает их характеристику с разных точек зрения: археологической, палеографической, линг- вистической, исторической. Следует также отметить не- большой обзор Эльзы Мэлин50. 46 Д. С. Лихачев. Новая наука — берестология («Новый мир», 1966, Кг 2, стр. 271—274). См. также рецензии Н. Г. Порфирпдова (СА, 1966, А® 3, стр. 280—282) и А. А. Зимина («Преподавание ис- тории в школе», 1966, № 3. стр. 101). 47 А. А. Коновалов. Периодизация новгородских берестяных грамот и эволюция их содержания (СА, 1966, № 2, стр. 61—74); Географические названия в берестяных грамотах (там же, 1967, № 1, стр. 84—98). 48 В. С. Жекулин. Географические сведения в новгородских бе- рестяных грамотах («Известия Всесоюзного географического обще- СТВа*’ т98кВЫП- 5’ 1966’ СТР’ ( т 1 Tes documents stir ecorce de boolean de Novgorod ИJournal des savants». Paris, oclobre — decembre. 1966, p. 193—233). • -7 Melin. Einige Birkenrinde-Gramoty aus Novgorod («Acta Lniversitalis Lundensis». Seclio 1/3. Lund. 1966). 13
Мой предшествующий очерк показывает, как много сделано в области изучения берестяных новгородских гра- мот, и в то же время, ио-моему, указывает на /необходи- мость продолжить исследовательскую работу над ними. У меня давно возник замысел написать книгу, в которой было бы всесторонне раскрыто значение текстов на- бе- ресте для освещения различных сторон жизни и истории феодального общества: экономики, социальных отношений, государственного строя, классовой борьбы. Я мыслил эту книгу как исследование источниковедческое, по нужное для построений исторического характера. Я начал осу- ществление этого замысла с отдельных статей51. Сейчас он воплотился в монографию. Приношу большую благодарность принявшим участие в обсуждении моей работы П. И. Засурцеву, А. А. Зимину. В. Д. Назарову, В. Т. Пашуто, В. Л. Янину, Я. Н. Щапову, а также помогавшей мне в оформлении рукописи В. Г. Шерстобитовой. 51 Л. В. Черепнин. Новые данные по истории русского кресть- янства XIV—XV вв. в новгородских берестяных грамотах («Вопро- сы истории сельского хозяйства и революционного движения в Рос- сии». М., 1961, стр. 32—43); он же. La paysannerie russe aux XIV-e el XV-e siecles d’apres les ecorces de bouleau de Novgorod («Recher- ches Internationales a la lumicre du marxisme». Paris, 1963, № 37, p. 123—138); он же. Из источниковедческих наблюдений над бере- стяными грамотами («История СССР», 1966, № 2, стр. 94—105); он же. Новые документы о классовой борьбе в Новгородской зем- ле в XIV — первой половине XV в. («Крестьянство и классовая борьба в феодальной России». Л., 1967, стр. 42—54); он же. Русская Правда и новгородские берестяные грамоты («Вопросы истории», 1969, № 2, стр. 57—72). 14
Очерк второй ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ИСТОЧНИКОВЕДЧЕСКИЕ ЗАМЕЧАНИЯ § 1. Некоторые вопросы классификации и дипломатики берестяных грамот В настоящее время издание берестяных грамот насчи- тывает шесть томов, включающих 405 текстов. Кроме того, в журнале «Советская археология» предварительно опуб- ликованы еще 10 грамот, получивших порядковые номера 410, 411, 413-415, 417» 419, 420, 421, 424 Таким образом, исследователи располагают в качестве объекта изучения 415 берестяными текстами Содержание ряда грамот не поддается интерпретации в силу того, что из-за дефектности на них сохранились лишь отдельные слова, части слов пли буквы. Таких грамот 51. Это № 13, 16, 29, 34, 35, 37. 39, 48, 56, 57, 60, 63, 64, 77, 81, 831 2, 85, 88-90, 132 3, 151, 171. 172. 190, 192 4, 209, 214, 229, 230, 234, 236, 245, 267—269, 285, 315, 316 5, 321, 327, 333, 340, 341, 360, 371, 387, 388, 396, 399» 405 б *. 1 А. В. Арциховский. Берестяные грамогы из раскопок 1962-- 196'1 гг. (СА, 1965, Л? 3, стр. 202—211). ~ А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 14. 16. 30. 35-37. 39, 49— 50, 59—60, 62, 64, 77, 80, 82. (Грамота № 13 писана чернилами, не прочитана.) 3 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ ((1953—1954), стр. 11, 14—15, 71. ~ А- Арциховский и 7J. В. Борковский. НГБ (1955). стр. 29. о7, 73—75. 5 Л. В. Арциховский и В. //. Борковский. НГБ (1956 -1957), стр. 29 35—36, 46—47, 52—53. 56, 58. 67. 94—95, 112. 150, 151. эп -В' Арциховский. НГБ (1958- 1961). стр. 11-13. 16, 21, 28- 29, о4-о5, 71, 87-88, 98, 100, 106. 15
Среди остальных 354 номеров также много дефектных текстов. Однако, мне представляется, можно сделать по- пытку их истолкования, иногда, правда, весьма Ьредполо- жительного, условного. ’ Выражение «берестяные грамоты» не имеет четкого со- держания. Оно объемлет весьма широкий круг текстов, слишком разнообразных по характеру. ПоэтЬму вопросы их классификации приобретают серьезное значение. В ряде надписей на бересте указаны только имена: № 86 (XII в.) 7 — «Лазоря»; № 116 (XII в.) 8 — «Душе- вая» (надпись на стенке берестяного туеса); № 70 (XIII в.) 9 — «Хрьстеянова жена»; № 72 (XIII в.)10 — «Иванко сыно Дьмеянко»; № 323 (XIII в.) 11 — «Марии црн»; № 58 (XIII-XIV вв.) 12 - «Маремеяне»; № 319 (XIII—XIV вв.) 13 - «Еванове попово»; № 126 (XIV- XV вв.) 14—«сино Микитино Лашенестинково»; № 127 (XIV—XV вв.) 15— «Исако» (надпись на куске берестя- ного поплавка). К этой же группе документов можно причислить гра- моту № 12 (XV в.) 16 — «Сидоре дворян[ин] Яколь». В гра- моте № 158 (XII в.) 17 читаем слово «Пьтровиць», но со- хранились и еще остатки какого-то текста, что выделяет документ из числа других, вышеприведенных. Основная масса перечисленных грамот — по-видимому, 7 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. И—12. Автор сначала написал «Лзо», затем полностью — «Ла- зоря». 8 Там же, стр. 50. 9 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 73. 10 Там же, стр. 74. 11 А. В. Арциховский читает: «Марии ц[е]рн[ицы]», т. е. черни- цы (А. В. Арциховский. НГБ, 1958—1961, стр. 13). Но, может быть, надо читать: «Марии цр[е]н», т. е. црен (соляной), принадлежащий Марии? 12 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 60. 13 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 9. 14 Б. А. Рыбаков полагает, что «записка давала отчество и проз- вище Мпкптова сына». По А. В. Арциховскому, здесь речь идет о сене, принадлежавшем Миките Лашенестинкону (.4. В. Арцихов- ский и В. И. Борковский. НГБ, 1953—1954, стр. 61). 15 Там же, стр. 62. 16 А. В. Арциховский (НГБ, 1952, стр. 13) пишет: «объединить общим смыслом эти три слова (разделение их очевидно) трудно». Но почему же трудно? Это имя, отчество п звание (должность) человека: дворянин Сидор Яковлев. 17 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 41. 16
владельческие записи. В некоторых случаях такое назна- чение ИХ бесспорно (например, данный вывод не вызыва- ет сомнений применительно к надписям на берестяном туе- се или пЬплавке) ,8. А. В. Арциховский определяет имен- ные заппсчт как этикетки, ярлычки или адреса. «Подобные ярлычкп могли привязываться ниткой к подаркам пли во- обще к вещам, предназначенным для передачи определен- ному лицу». Но этикетки могли иметь и более деловое (и даже правовое) значение. Так, Псковская судная грамота, например, много говорит об отдаче различных вещей в заклад, на хранение и т. д. 18 19 К ним, вероятно, привешива- лись грамотки с обозначением имен собственников. Более спорно предположение, что в кусках бересты с надписанными на них именами можно видеть своеобраз- ные избирательные бюллетени. Б. А. Рыбаков выдвигает это предположение в отношении берестяной грамоты № 86, на которой написано «Лазоря». А. В. Арциховский обра- тил внимание на грамоту № 298, в которой перечислены (в родительном или винительном падеже) четыре лица: «Костка сына Лукина, Офремова сына. Купра Иванова сына. Онитвька Купра Фомина сына. Игнатъя Юрьева сы- на» 20. А. В. Арциховский полагает, что этот документ яв- лялся «бюллетенем при выборах какой-то коллегии. Тре- бовалось, по-видимому, выбрать четырех человек». Можно выдвинуть и другие гипотезы. Новгородская судная грамо- та говорит об обязательном присутствии на суде четырех заседателей, по два представителя от каждой из тяжущих- ся сторон21. Может быть, эти четыре заседателя и пмеются в виду в берестяной грамоте № 298? Псковская судная грамота тре- бует привлечения при разборе дел четырех-пяти свидете- лей 22. Возможно, что в письме № 298 фигурируют именно такие свидетели («сторонние люди»). Владельческие записи и именные сппски — это наибо- лее простые тексты, материалом для которых служила бе- 18 На берестяном дне одного сосуда (№ 401, XIV в.) нанесены ?лДСЕ>Ьн^1е б^вы- Может быть, это тоже владельческая запись? Т* Арциховский. НГБ. 1958—1961, сгр. 100—102). го в,ып- П’ СТР- 288’ 292- 299’ 300’ статьи 14, 45, 103-а, 107. В' АРЦиховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 127—129. 21 ПРП, вып. II, стр. 212, ст. 5. Там же, стр. 293, статьи 55 и 56. 17
реста. Имеются тексты с более сложным содержанием: правовым, литературным, религиозным, бытовым. 1 Прежде всего интересно выяснить, как называют сами себя документы на бересте. Дважды встречается название «бересто»: № 27 (XIV в.) 23 — «...Послал изо к ^оби беро- сто, написаво: вышли за...» и № 40 (XV в.) 24—«...кто прпдеть з беростомъ». Один раз фигурирует термин «память»: № 213 (XIII в.) 25— «Про Местятку память на Радослава» (име- ется в виду запись долгов). Гораздо чаще упоминается термин «грамота» (под ко- торым понимаются и официальный документ, и частный юридический акт, и просто письмо): № 123 (XI в.) 26 — «...[г]рамота...»; № 181 (XI—XII вв.) 27 — «Гтрамота от Дробьна...»; № 109 (XI—XII вв.) 28 — «Грамота отъ Жиз- номира къ Мпкоуле...»; № 164 (XI—XII вв.) 29 — «[От]...жпмпра грам[ота]...»; № 336 (XI—XII вв.)30 — «От Петра гр[амот]а къ Влътьковп...»; № 112 (XIII в.) 31 — «...на топ грамоте...»; № 397 (XIII в.) 32 — «Къснятпня грамата»; № 5 (XIV в.) 33 — «...дать грамоте...»; № 43 (XIV в.) 34—«...како прпде ся грамота...»; № 99 (XIV в.) 35 — «а ни посла еси цоловека да грамотоу...»; № 257 (XIV в.) 36 * — «...а грамоту с тобоспишемо...»; № 271 23 А. В. Арциховский. ПГБ (1952), стр. 29. 24 Там же, стр. 39—40. 25 А. В. Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 34—35. 26 А. В. Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 56. 27 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 67. 28 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 38—41. 29 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 50—51. 30 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 24—26. 31 А. В. Арциховский и В. П. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 42—43. 32 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 98. 33 А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. НГБ (1951), стр. 32—34. 3i А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 44—45. 35 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 26—28. 36 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957). стр. 83—84. 18
(XIV \р.) 37 — «...возми у него грамоту...»; № 358 (XIV в.Х38 — «...пришли ко мни грамоту...»; № 364 (XIV— XV вв.) — «А граммота к тобе с моимъ детиною»; № 24 (XV в.) 40—«...[с] цоловекомь грамотку пришли тайно». Иногда' слово «грамота» является самоназванием того берестяного документа, в котором оно фигурирует. Иногда же в дошедшем до нас берестяном тексте содержится ука- зание па какую-то другую грамоту. Из разновидностей грамот называются «купная» (куп- чая): № 53 (XIV в.) 41 — «Спиши списокт» с куппоп гра- моте да пришли семо»; «безсудная» (обвинительный при- говор одному из тяжущихся без разбора дела, в силу его неявки в суд): № 137 (XIII—XIV вв.) 42 — «...[иос]лахомъ грамоту бесудну...», № 251 (XIV в.) 43 — «...[гра]моту бе- судную Федорцю ла...», № 302 (XV в.) 44 — «...чобы ся на меня не родила грамота бесудная»; позовная (повестка о вызове в суд): № 385 (XIV в.) 45 — «...паболися посзовно грамото...». Уже из приведенного материала видно, что на бересте писались те же самые акты, судебные, делопроизводствен- ные и другие документы, что и на пергамене и бумаге. Этот вывод станет еще более убедительным, если обра- титься к формулярам некоторых берестяных грамот. По формулярам удается определить духовные (завещания). Они начинаются обычно словами: «Во имя отца и сына и святого духа. Се яз раб (пли раба) божий (пли божия) та- кой-то (или такая-то), отходя сего света, пишу...» и т. д. (№ 28, 42, 369, все XIV—XV вв.) 46 пли: «Се азо, рабо б|о]- жи такой-то, напсахъ роукописанпе...» (№ 138, XIII в.) 47. 37 Там же, стр. 96—97. 38 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 50-52. 39 Там же, стр. 60—61. 40 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 26. 41 Там же, стр. 56—57. 42 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 10—11. стр *77^ "8 Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), 44 Там же, стр. 133—134. 45 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 86—87. 1Т * Л* В' АРЧи*овский. НГБ (1952), стр. 28—29, 42—43; НГБ (1958-1961), стр. 67. Л- Б. Арциховский и В. II. Борковский. НГБ стр. 11 — 15. он же. (1955), 19
Наряду с духовными, встречаются купчая (№ 318, XIV в.— «Се купило такой-то у такого-то») 48 49> данная (о возврате долга) (№ 197, XIII в.— «Се дая такой-то се- ребро такому-то») 4Э, докончальные или ряднце (№ 136, XIV в.— «Се докоиьцяху такие-то» об уплате феодалу об- рока 50; № 366, XIV в.— «Сь урядеся такой-то с таким-то» по спорному земельному делу) 51. По своим формулярам выделяются также документы судебного характера: судные списки (№ 7, XII—XIII вв. — «Сочита оу Короман[а]» 52; № 154, XIV—XV вв.— «Вос- просиле правищпке такого-то» 53; мировая запись (№ 45, XIII—XIV вв.— «Со соцетеся добро с таким-то» 54у. Значительное число берестяных текстов представляет собой грамоты, адресованные кому-либо от имени одного лица или нескольких лиц, по формуле: «поклон [или „по- кланяние“] от такого-то к такому-то» 55. По большей части указываются лишь имена авторов и адресатов. В редких случаях называется их социальное положение; иногда приводятся сведения об отношении (родственном или слу- жебном друг к другу). Относительно авторов посланий имеются следующие указания: «от Дрочке от папа пъкла- няние...» (№ 87, XII в.); «поклоно от подвопскаго...» (су- 48 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957) стр. 151—153. 49 Там же, стр. 15. 50 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954). стр. 76—78. 51 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 61—66. 52 А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. НГБ (1951), стр. 36—37. 53 А. В. Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 31—33. 54 А. В. Арииховский. НГБ (1952), стр. 46—48. 55 № 3, 6, И, 17, 23, 27, 49, 53, 59, 65, 67, 87, 91, 98, 99, 101—103, 125,133,139, 146-148,152, 163.173, 177,178, 185,186, 226, 227, 243, 270, 271, 273, 276, 279, 281, 289, 290, 296, 300, 306, 328, 339, 357—359, 361. 363, 364, 370, 379, 385, 395. 402. 414, 415 (Л. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. НГБ, 1951, стр. 26—28, 35; А. В. Арциховский. НГБ, 1952, стр. 11—13, 16—17,24—25, 29,50—52, 56—57, 60—61, 65—68; А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ, 1953—1954, стр. 12—13, 15—16, 25—32, 59—60, 71—72; они же. НГБ, 1955, стр. 15, 24—27, 29—30, 48—50, 58, 61—64, 69—71; они же. НГБ, 1956—1957, стр. 49— 51, 65-67, 95-97, 99-103. 105-109, 118-119, 125—126, 131-132, 136—137, А. В. Арциховский. НГБ, 1958—1961, стр. 16—17, 28, 50—53, 55—61, 68—71, 78—80; 86—87, 97, 103; он же. Берестяные грамоты из раскопок 1962—1964 гг., стр. 205—207). 20
дсбного исполнителя) (№ 147, ХШ в.). Некоторые гра- моты содержат коллективные обращения от крестьянского населения определенных территорий (обычно частных вот- чинных владений) (№ 273, 279, 361, 370, XIV в.). Отношения авторов грамот к адресатам в ряде случаев определяются в терминах родства: «...[покл]аняпие ко мать- рп...» (№ 227, XII—ХШ вв.); «поклонъ оспожи матери» (№ 358, XIV в.); «поклоно... ко матери...» (№ 395, ХШ в.); «[поклапя]ние и къ брату...» (№ 296, XII в.); «...поклонъ... ко брату моему...» (№ 178, XIV в.); «поклонъ... къ господи- ну, къ моей къ бъратьи...» (№ 49. XIV в.); «поклонъ... къ сыну к моему...» (№ 125, XIV—XV вв.); «поклоно... беи чело батку...» (№ 290. ХШ—XIV вв.); «поклопъ... ко сва- ту моему...» (№ 91, XIV в.); «поклоно... куму и другу...» (№ 271, XIVb.); «поклонъ... к невестъке мое...» (№ 363, XIV-XVbb.). Иногда указываются должность, звание, общественное положение адресатов: «поклонъ... ко попу...» (№ 173, XIV в.); «поконо... ко попу...» (№ 177, XIV в.); «по- кло[но]... к угумяну...» (№359, XIV—XV вв.); «поклоно... ко пос[аднику]...» (№98, XIV в.); «пклонъ... ко господиноу посадкоу...» (№339, XIV в.); «поклонъ... къ сотьскымъ...» (№279, XIV в.); «поклоно... к данику повгороцдему и к новгородцамо...» (№ 281, XIV в.). Есть и грамоты (XII—XV вв.), в которых обращение к адресатам сопровождается употреблением титула «госпо- дин» («осподин») — «госпожа», или в начальной форме приветствия (№ 17, 23, 49, 101, 152, 300, 339, 358, 361, 402), или (в звательном падеже) в последующем тексте (№ 17, 23, 49, 67, 98, 101, 102, 133, 147, 148, 243, 306, 359, 361). Общий вывод, который можно сделать на основе анали- за грамот, начинающихся с формулы «поклон [или „покла- няпие“] от такого-то к такому-то», заключается в призна- нии многообразия их характера. Это и личные письма, и служебные донесения, и челобитные людей различного со- циального статуса органам власти или крестьян господам и т. д. Лишь по содержанию можно определить относи- тельно каждого текста — что это за источник. То же самое можно сказать и о грамотах, начальная формула которых еще проще: «от такого-то к такому-то» 56. Im5’ 9’ 30’ 43’ 69’ 82> 1°5> 106, 113-115, 117—,120, 142, 156, 159, 160, 165, 195, 198, 222, 225, 231, 233, 235, 237, 239, 21
В подавляющем большинстве случаев не говорится — кто их авторы по месту, занимаемому в обществе. Один раз сказано, что грамота послана «от посадника» (№ 106, XIII—XIV вв.), другой—«от попа» (№293, XIII в.). В ряде случаев грамотами обмениваются родственники: «...къ жене и къ детьмъ...» (№ 156, XII в.); «...о матьри...» (№ 350, ХП-ХШ вв.); «...къ матери...» (№ 384, XII в.); «...к атцеви...» (№ 404, XIII в.); «...соуноу...» (№ 421, XII в.); «...брать...» (№ 82, XI—XII вв.); «...ко тьтоке...» (№ 346, ХШ—XIV вв.). И здесь характер каждого письма (официальное пли частное) и его разновидность выясня- ются в результате анализа содержания. Две грамоты начинаются с обращения: «Слово добро... от такого-то к такому-то» (№ 14 и 122, XIV—XV вв.) 57. В одном случае это охранная грамота, в другом — чело- битье о защите. Начальная формула нескольких грамот: «приказ („при- казов „се приказ") от такого-то к такому-то» (№93, 134, 144, 259, 275, 303, 383, XIII-XV вв.) 5‘8. Это предписа- ния служебного, семейного, частнохозяйственного харак- тера. Некоторые документы XIV—XV вв. именуют себя че- лобитьямп 59. Иногда в тексте прямо употребляется это сло- 241, 246, 253, 260, 272, 286, 293, 332, 334, 344, 346, 350, 377, 381, 384, 389, 391, 404, 411, 420, 421 (А. В. Арциховский и М. Н, Тихомиров. НГБ, 1951, стр. 29—34, 40—42; А. В. Арциховский. НГБ, 1952. стр. 31—32. 44—45, 71—73, 81—82; А. В. Арциховский и В. И. Бор- ковский. НГБ, 1953—1954, стр. 9—10, 34—36, 45—53; они же. НГБ, 1955, стр. 19—21, 34—38, 41—43, 51; они же. НГБ, 1956—1957, стр. 13-14, 16, 44-45, 47, 54-64, 67-69, 80, 86-87, 97-99, 112—114, 122—123; А. В. Арциховский. НГБ, 1958—1961, стр. 20—23, 32—35, 39, 76—77, 81—82, 84—86, 88—90, 94—95, 104—105; он же. Берестяные грамоты из раскопок 1962—1964 гг., стр. 203—204, 210—211). 57 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 14—15; А. В. Арцихов- ский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 54—56. 58 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 19, 73—74; они же. НГБ (1955), стр. 22—24; они же. НГБ (1956-1957), стр. 85,101,134-135; А. В. Арциховский. НГБ (1958- 1961), стр. 82-84. 59 № 15, 31, 32, 94, 97, 129, 135, 140, 157, 467, 242, 248, 297, 301, 307, 309, 310, 311, 313, 314, 354, 362, 413 (4. В. Арциховский. НГБ, 1952, стр. 15, 32—35; А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ, 1953-1954, стр. 20-22, 24-25, 64-66, 74-76; они же. НГБ, 1955, стр. 16, 38—41, 52—53; они же. НГБ, 1956—1957, стр. 64—65,72—73, 126—127, 132—133, 137—144, 146—150; А. В. Арциховский. НГБ, 22
во, иногда же там фигурирует та или иная форма глагола (в сочетании с существительным): «бить челом». Характер челобитных также различен. Это и родственные или друже- ские послания (№ 129, 354), и судебные иски (№309), и просьбы к вотчинникам о земельных пожалованиях (№ 15), и обращения к господам ключников, приказчиков, «пароб- ков» (№ 97, 297, 301), феодально зависимых людей (№ 31, 167) и т. д. Особую ценность представляют коллективные крестьян- ские челобитные. Их найдено 1160. Обычные для них фор- мулы обращения: «биютъ челомъ» (№157), «челомъ бьютъ» (№313), «биють целомь» (№94), «чоломъ бею» (№ 307), «чело биюте» (№ 311), «цоломъ бею» (№ 307), «цолобитье», «цълобнтие» (№ 242. 310), «поклонъ» (№ 279. 361, 370). «поклоно» (№ 273). Челобитчики называют себя: «хрестяне», «хрестьяне», «хрестяпи», «хрестияне», «хрестияни» (№ 157, 307, 310, 311, 313), «крестьяне» (№ 94), «половники» (№ 242), «си- роты» (№370).- Особенно интересно, что в ряде челобитных коллективно выступают крестьяне определенной сельской местности: «хрестяне Черенщани», «хрестянп твои Череншапи» (№ 157* 311), «поклонъ... от всехъ Пашезерчевъ» (№279), «хрестьяне Избоищане» (№307), «хрестьяни [твои] Смер- дыньскии» (№ 313), «поклонъ от Шижняпъ Побратпло- виць» (№361), «поклоно... от всих Мравгици...» (№273). Коллективные крестьянские челобитные — до сих пор неизвестный в нашей литературе источник. Большой научный пптерес представляет и челобитье (донесение) новгородскому правительству от карел Кирь- яжского и Кюлолакшского погостов о нападении шведов (№248). Особенно следует отметить записи (разного времени, с XII по XV в. включительно) поступлений деньгами и на- турой (хлебом, рыбой, пушниной, холстом и т. д.) в пользу государства, вотчинников, купцов, ростовщиков с отдель- стр* 57—58: он же. Берестяные грамоты из рас- копок 1962-1964 гг.. стр. 204-205) чртт. ° № 9?’ 157’ 242* 307’ 310’ 31313* 273, 279 361, 370. Последние кпрг₽е Д0КУмента’ являющиеся по своему характеру челобитьями п ^«ТЬЯН’ мы Рассматрпвали выше в числе грамот, начинающихся с обращения: «поклон», «поклоно». 23
ных лиц и целых селений61. В одних случаях указано то, что взыскано, в других — то, что надлежит взыскать. При- меняется формула: «у такого-то (или „от такого-то", или „на таком-то") то-то». Здесь и оклады дани или вотчинных повинностей, и перечни недоимок, и списки долгов по ссу- де, и записи закупленных у населения, но еще не получен- ных купцами товаров и т. д. Лишь внимательный анализ содержания документов позволяет установить, о чем идет речь. Но документация этого рода — новая, до сих пор бывшая неизвестной. Таким образом, дипломатический анализ берестяных грамот намечает пути к их классификации и тем самым — к уяснению их значения в качестве исторических источни- ков. Но сам по себе этой задачи он выполнить не может. Необходим источниковедческий анализ каждой грамоты в отдельности. § 2. Вопросы датировки берестяных грамот Задача датировки берестяных грамот выдвигает перед исследователем целый ряд затруднений. Из всех найденных до сих пор грамот дату имеет лишь одна — № 206 (ХШ в.) 62, да и то неизвестно — указание ли это на год, когда писался текст, или же случайное число, проставлен- ное в процессе упражнения в письме. Очень мало можно извлечь конкретных признаков да- тирующего характера из содержания берестяных грамот: указаний на лица, событпя п т. д. Исключение в этом отно- шении составляют берестяные документы архива новгород- ских бояр Мишиничей-Онцифоровичей 63. В ряде писем на бересте фигурируют имена представителей нескольких по- 61 № 1. 2, 50. 92, 430, 141, 161. 162. 168. 218-220. 228, 258, 264, 278, 299, 320, 348, 355, 403, 410 (А. В. Арциховский и М. Н. Тихоми- ров. НГБ, 1951, стр. 16—24; А. В. Арциховский. НГБ, 1952, стр. 52—54; А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ, 1953— 1954. стр. 16—19. 66—68; они же. НГБ, 1955, стр. 17—19, 43—48, 53—55; они же. НГБ, 1956-1957, стр. 38-42, 51-52, 84. 91, 104—105, 129—130; Л. В. Арциховский. НГБ, 1958—1961, стр. 9—11, 35—37. 47—49, 103—104; он же. Берестяные грамоты из раскопок 1962— 1964 гг., стр. 203—204). 62 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 26—28. 63 В. Л. Янин. Заметки о новюродских берестяных грамотах (СА, 1965, № 4, стр. 104). 24
колоний этой фамилии: посадника Варфоломея Юрьевича (№ 191. 391, XIII—XIV вв.). (‘го сына Луки Варфоломе- евича (№ 389, XIV в.), сына последнего — посадника Он- пифора Лукмнича (№ 98,99,101,180,339,354,385, XIV в.), детей Онцифора — Юрия (№94, 97, 167, 362, 370, XIV- XV вв.), Максима (№91, 177, 253, 271, 272, 279, 290, 370, XIV в.), Афанасия (№ 273, XIV в.), сына Юрия — Михаи- ла (№ 157, 297, 300, 301, 306, 308. 311, 313, XIV—XV вв.) и внуков Аттдриана и Никиты Михайловичей (№ 303, 307, XV в.) 64. Большинство этих лиц упомянуто в летописи, что позволяет отнести к определенному времени и связан- ные с ними тексты. В грамоте № 310 (XV в.) назван посадник Андрей Ива- нович, также известный по летописям 6). Почти нет в берестяных грамотах сведений о таких исто- рических фактах, датировку которых возможно было бы уточнить по другим источникам. Можно привести лишь единичные случаи. В письме на бересте № 69 говорится о военном походе новгородцев под Ярославль, где померзли корабли, пришедшие из-под Углича66. По летописи такой поход произошел в 1148 г. В берестяной грамоте № 286 67 упоминается подтвержденпе в 1339 г. Ореховецкого русско- шведского договора 1323 г., а в текстах № 248 и 249 68 име- ются сведения о шведских нападениях на карельские вла- дения (о чем рассказывают и летописи, и акты на бумаге). Но все это, повторяю, редкие исключения. Как правило же, содержание берестяных грамот таково, что не дает ос- нований определить с достаточной точностью время их воз- никновения. Хронологию берестяных грамот приходится устанавли- вать по признакам стратиграфическим и палеографическим. Дендрохронологические даты, выявленные для двадцати восьми ярусов залегания писем на бересте, поражают исто- 64 ^4- В. Арциховский и В. II. Борковский. НГБ (1953—1954). 20~22, 24—29; они же. НГБ (1955), стр. 38—41, 52—53, пГТи,??’ 74: ,они же- нгв (1956-1957). стр. 80, 96-100. 119, /31 13к 136—141, 144—148; А. В. Арциховский. НГБ взЛ196,1?’ Утр’ 28’ 43—47, 57-58, 68-71. 86-87. 88-90. 94-95. 4/0 АРЧи:говский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр.14^—144 в’ л' о’ АРЧихов^чй. НГВ (1952), стр. 71—73. стп но ?РЧиховский и В. И. Борковский. НГБ (1956-1957), vrP- 11Z—114. ” Там же, стр. 72—76. 25
рпка точностью, которой не может дать палеография. Одна’ ко палеографическая проверка необходима, ибо стратигра- фия определяет время существования документа, но не время его написания. Возможности же палеографии бере- стяных текстов ограничены, ибо здесь отсутствует основ- ное условие для определения палеографических примет: со- поставление начертаний знаков датированных памятников письменности с недатированными. А сравнение букв на бересте с их начертаниями на пергамене или бумаге (к ко- торому, конечно, необходимо прибегать) не может дать точных результатов, ибо в сплу различия писчего матери- ала и орудий, которыми наносятся буквы, различны и за- кономерности развития письма. В ряде берестяных грамот (особенно в дефектных, дошедших в отрывках) слишком мало данных для палеографических наблюдений. При па- леографических датировках во многих случаях нельзя до- стигнуть точности более, чем в пределах столетия. Для моих целей — изучения содержания берестяных грамот и определения их значения для характеристики со- циально-экономических и политических процессов — боль- шая точность и не была нужна. Я не ставил своей задачей специальное палеографическое изучение берестяных гра- мот, руководствуясь их стратиграфической датировкой с теми необходимыми палеографическими поправками и ого- ворками, которые предлагаются специалистами. Правда, расхождения между специалистами — палеографами, линг- вистами, историками — часты п иногда довольно сущест- венны; это приходится учитывать. Я условно исходил из следующей хронологии берестяных грамот 69: XI век или XI—XII века — П 9, 78, 82, 84, 105, 107, 109. 119-121, 123, 160, 164. 181, 194, 238, 241, 246, 247, 335, 336, 338. XII вея —№ 74, 75, 76, 79, 80, 86, 87, 103, 108, 113-118, 150, 152, 153, 155, 156, 158, 159, 163, 165, 168, 170, 174-176, 219, 222, 228. 231, 232, 235, 237. 239. 240, 296, 379—381, 384, 421, 424. XII век или XII—XIII века — № 7, 8, 69, 143. 223, 225-227, 233, 295, 332, 334, 350, 400. XIII век — №51, 52,55, 59,61, 62.65, 67, 68, 70—73, 110—112, 138. 139, 141, 142, 147—149, 197-208, 210, 211, 213, 215-218, 220, 221, 224, 69 В основном она соответствует данным А. В. Арциховского. Тире, поставленное между обозначениями двух столетий, указывает, что дата падает на время, близкое к их рубежу. 26
291-294, 323. 330. 331. 344, 347-349, 351, 377. 378. 390, 394, 395. 397, 398. 404. 410, 411, 419, 421. XIII век или XIII—XIV века — № 6, 45. 54, 58, 106, 137, 140. 144-146,189, 191,193, 195,196, 212, 287, 290,319, 320, 322, 326, 328, 329, 337, 346, 357, 376, 391—393. XZV вех —№ 2—5, 20, 25—27, 30—33, 36, 38, 41-44, 46, 47, 49, 50, 53, 66, 91-95, 98-102, 104, 128, 130, 131, 133, 134, 136, 167, 169, 173, 177—180, 182—188, 251—266. 270-284. 286, 288, 289, 314, 317, 318, 324, 325, 339, 342, 343, 345, 353-356, 358, 361, 365, 366. 368-370, 372, 383, 385, 386. 389. 401. 403, 413—415, 417, 420. XIV век или XIV-XV века - № 1, 14, 22, 23, 28, 96, 97, 122. 124—127, 129, 135, 154. 157, 166, 244, 248—250, 305, 311—313, 359, 362-364. 367, 375. 402. XV век — №. 10—12, 15, 17—19, 21, 24, 40, 161, 162, 242, 243, 297— 304, 306-310, 352, 373, 374, 382. Еще раз следует подчеркнуть известную условность распределения берестяных грамот по столетиям. Рубеж двух веков вообще не может быть признан устойчивой па- леографической гранью; поэтому, например, отнесение тек- стов в графы «XII век» или «XII—ХШ века» не раз за- ставляет задуматься. В этом и подобных спорных случаях предпочитался второй вариант. Еще больше трудностей вызывает уточнение датировок в пределах века. Достаточ- но сказать, что при датировке уже первых десяти найден- ных берестяных грамот в отношении семи мнения их из- дателей А. В. Арциховского и М. Н. Тихомирова разо- шлись. А филологи (Р. И. Аванесов, Л. П. Жуковская, П. С. Кузнецов) предложили свои даты, основанные на данных палеографии и языкознания, причем лингвистиче- ские наблюдения иногда вступают в противоречие с палео- графическими 70. Все же наиболее устойчивым хронологи- ческим критерием остаются данные стратиграфии. Во всяком случае для исследования социально-экономи- ческой и политической проблематики данный выше хроно- логический список берестяных грамот можно считать до- статочным. Из него видно, что подавляющее большинство берестяных писем падает на XIII—XIV вв., т. е. на период, от которого до нас дошло не так много актов па пергамене и бумаге. Уже это одно подчеркивает большую ценность ерестяпых находок для историков, ибо источи пководче- гтп 4П «Палеографический и лингвистический анализ нбг». М., 1955. vl U. 111—. ч х ’ 27
ская база для их выводов расширилась. Очень важно и по- полнение берестяными текстами фонда источников по со- циально-экономической, политической, правовой историр XI—XII вв.— эпохи, дЛя которой акты насчитываются единицами. § 3. Новгородские подземные архивы Возможности источниковедческой методики разработки русского средневекового документального и актового 'мате- риала значительно расширились и уточнились в результате изучения этого материала в связи с историей архивов фе- одальных корпораций п отдельных феодалов. Естественно и в отношении новгородских берестяных грамот поставить вопрос: нельзя ли среди нпх обнаружить фрагменты каких- то феодальных архивов? 71 А. В. Арциховский отврчаЬт на этот вопрос отрицательно: «Никаких архивов в Новгороде пока не найдено, перед нами потерянные и выброшенные куски исписанной бересты» 72. К аналогичному выводу при- ходит В. Л. Янин: «Новгородцы постоянно писали и чита- ли письма, рвали их и выбрасывали, как мы сейчас рвем и выбрасываем ненужные и использованные бумаги» 73. Невольно рождается сомнение по поводу того, не слиш- ком ли расширительно применяется подобное утверждение. Ведь среди берестяных грамот имеется большое количество текстов, которые представляли не узко личный и преходя- щий интерес для тех, кому были адресованы и кто мог их бросить по прочтении. Есть документы на бересте, которые по самому их характеру предназначались для хранения на длительный срок: например, духовные грамоты,1 купчие, межевые, акты взаимоотношений землевладельцев с кре- стьянами и т. д. Нам хорошо известно на примере Северо- Восточной. да и Новгородской, Руси, ^то в рпщастырях та- кие документы бережно хранились, на случай утраты с них снимались копии. Неужели же новгородские светские । 71 Термин «архив», конечно, условен: просто собрание нужных документов. 72 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 4. ( 73 В. Л. Янин. Я послал тебо бересту... М., 1965, стр. 26 Я. Н. Щапов относит к берестяным грамотам следующее место из «Вопрошания» новгородского книжника XII в. Кирика: «Несть ли в томь греха, аже по грамотам ногами ходити^ аже кто изрезав помелеть, а слова будуть знати?» (Я. П. Щапов. Кирик новгородец о берестяных грамотах.—СА. 1963, № 2, стр. 251—253). 28
феодалы были столь недальновидны и нерасчетливы п так небрежно обращались со своими документами? Сам А. В. Арциховский под воздействием материала бе- рестяных текстов должен был вносить поправки в свою точку зрения. Так, под Nj 397 он опубликовал кусок бере- сты, на котором написало: «Къснятиня грамата» 74. Очевид- но, этот кусок был прикреплен к не дошедшей до нас гра- моте какого-то Константина, хранившейся в вотчинном или каком-либо ином архиве75. Этот вывод можно подкрепить некоторыми известными нам данными. В феодальных архивах XIII—XV вв. была своя спстема подбора, регистрации и хранения документов. Иногда на их обороте указывались разновидности, называ- лись авторы, лица, участвовавшие в их составлении, в от- дельных случаях коротко излагалось содержание. Такие пометы имеются на обороте докончальных грамот Новгоро- да с тверскими князьями (дошедших до нас в составе твер- ского государственного архива): «князя Ярослова», «кня- жа Ярослава Ярославлич», «грамоты князя Михаила Яро- славина докончалные», «князя Михайловы» п т. д.76 Поме- ты сходного характера стоят и на оборотной стороне доку- ментов московского великокняжеского архцва. Но делались подобные пометы и на отдельных листках, прикрепленных к оригиналам, причем почерками разных столетий 11. Зна- чит. собрание документов неоднократно пересматривалось. В вотчинных и служебных архивах документы подби- рались иногда не только по лицам, по п по локальному при- знаку. В составе берестяных текстов до нас дошел кусок бересты (№ 143, ХИ-ХШ вв.), на котором написано: «5 Заволочкое» 78. V А. В. Лрц итоеский. НГБ (1938—1961). стр. 98. 7э А. В. Арциховский пишет: «Подобные этикетки имели смысл только в своего роде архиве. Конечно, этот архив был небольшим н личным, иначе такой текст не был бы достаточен. Какой-то нов- городец первой половины XIII в. хранил грамоты. Можно предпо- ложить. что они были берестяные: менее вероятно, что они были ергаменпые. В обоих случаях они хранились в виде свитков. »г1то2ЛтУрПг1П0ИСКах пе Разв°рачивать лишние свитки, нужны были этике тки. Они могли плотно прижиматься к свитку при помощи обвяааяя°и вокруг ленточки или веревки, ремня, лыка п т. п.». PvrrKim®?11, стр’ 10-11' № 2- 3; стр. 22. № 11; Л. В. Черепнин. стУп М7 фр0лаль"Ы0 архивы XIV—XV веков, ч. 1. М.-Л. 1918 v 1 р. сЛ t. ’8 71’- “*’К‘ Z“; СТР- № 89- л. «. Лрнщговекий и В. И. Борковский. НГГ. (1955). етр. 22. 29
А. В. Арциховский считает, что перед нами этикетка при группе предметов пли документов. «Таких групп бы- ло не меньше пяти. Возможно, например, что землевладе- лец разделил по пачкам документы о своих пяти имениях. На пятом месте было тогда заволоцкое имение». А может быть, это этикетка к документам о заволоцкой дани, хра- нившихся в архиве одного из данщиков? Словом, А. В. Арциховский признает наличие в Новгоро- де вотчинных архивов, из состава которых, вероятно, отпа- ли (какими путями — сказать трудно) отдельные берестя- ные грамоты. Но если это фрагменты рассыпавшихся архи- вов, то правомерна попытка по фрагментам восстановить (хотя бы частично) утраченное целое. Эта попытка уже увенчалась определенным успехом. Ряд берестяных грамот (до 4.5), как удалось установить А. В. Арциховскому и В. Л. Янину, связан с представите- лями боярской фамилии Мишпничей-Опцифоровичей (об этом уже говорилось выше). Это наиболее крупный архив- ный массив. Таких больше нет. Но можно назвать имена и других новгородских бояр или горожан, от которых сохра- нилось по нескольку документов на бересте. Так, в четы- рех грамотах XIV в. назван Сидор — богатый землевладе- лец и торговец 79. В. Л. Янин считает возможным приуро- чить к его деятельности еще несколько документов 80. Два документа XIV в. рисуют деятельность дантцика Григо- рия81. Три грамоты XIV—XV вв. уцелели из цикла пере- писки двух братьев — Еспфа и Фомы 82. Три берестяных текста откололпсь от семейного архива вотчинника Бориса и его жены Настасьи 83. 79 № 260. 266. 275, 276 (Л. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ, 1956—1957, стр. 86-87, 93-94, 101). В. Л. Янин указывает, что грамота № 266 — продолжение № 275 («Я послал тебе бере- сту...», стр. 146). 80 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 146—152. № 244. 251, 252, 254, 256, 258, 261—264, 280 (Л. В. Арциховский и В. И. Бор- ковский. НГБ, 1956—1957, стр. 66—67, 77—80, 81—84, 88—91, 107). 81 № 278, 286 (Л. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ. 1956—1957, стр. 104—105, 112—114). 82 № 14, 122, 129 (Л. В. Арциховский. НГБ. 1952. стр. 14—15; Л. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ. 1953—1951, стр. 54— 56, 64—66). 83 № 15, 43, 49 (Л. В. Арциховский. НГБ. 1952, стр. 15—16, 44— 45, 50-52). 30
Архивы частных вотчинников XIII—XV вв.—это ред- кость. Их, как правило, поглотили архивы тех духовных феодальных корпорации, к которым документы светских землевладельцев переходили вместе с их вотчинами. Но вос- становление (хотя бы по крупицам) утраченных частных вотчинных средневековых архивных фондов задача науч- но важная, и опа уже дала свои результаты в виде пуб- ликации в томе третьем АСЭИ земельных актов боярских и дворянских фамилий по ряду уездов. Новгородские бере- стяные грамоты Мпшннпчсн-Онцнфоровпчей, Сидора, Есп- фа и Фомы, Бориса и Настасьи — цепное к тому допол- нение. Раскопки в Новгороде по оонаружилп никаких следов государственного архива. Я думаю, этот негативный ре- зультат подтверждает высказанную мною мысль о том, что он был утрачен, может быть уничтожен, п те документы, которые относятся к большой новгородской политике (до- говоры с князьями), дошли до нас в противнях через твер- ской или московский княжеские архивы 84. Берестяные гра- моты, как правило, принадлежали частным лицам. «Буду- щий ученый, которому попадут в руки письма наших со- временников,— говорит А. В. Арциховский,— сделает мно- го ошибок, если будет отождествлять авторов и адресатов с государственными деятелями, руководствуясь лишь сов- падениями личных имен. Подавляющее большинство пи- сем адресовано людям, которые в историю не вошли» 85. Однако по своему содержанию берестяные грамоты не остаются лишь в кругу хозяйственных или семейно-быто- вых интересов, часть их посвящена вопросам сбора дани, судопроизводства, военному делу и т. д. Среди них имеют- ся не только частные акты, по и документы официального характера. И это, очевидно потому, что лица, деятельность которых берестяные тексты отражают, были не просто вот- чинниками или купцами, а также людьми, занимавшими какое-то место в системе государственно-административно- го аппарата. Из среды Мишинпчей-Онцпфоровичей выхо- дили п посадники, и послы в Москву, и военачальники, рпгорий оыл данщпком в Карельской земле и, возможно, принимал участие в мирных переговорах со Швецией. Сп- ч 1 ' 2^4—226^^ Русскпе Фе°Дальные архивы XIV—XV вв., 85 Л. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 8. 31
дор, может быть, являлся уличаиским старостой. Какими то судебными полномочиями обладал Фома. Естественно, что с этими и рядом других лиц связана документация как частно-правового, так и публично-правового характера. § 4. Некоторые вопросы методики изучения берестяных грамот О берестяных грамотах написано много работ, и раз задумана была еще одна, то, очевидно, ее автор должен был отдать себе отчет, какие задачи он ставит и какой методи- кой пользуется с тем, чтобы получить в результате своего исследования что-то новое. Задача настоящей монографии определилась как труд по историческому источниковедению. Хо- телось выяснить место и значение берестяных грамот в ря- ду источников по отечественной истории периода феодализ- ма (XI—XV вв.). Для этого казалось необходимым прове- сти работу в двух направлениях. Во-первых, надо было под- вергнуть источниковедческому изучению все берестяные грамоты (и целые, и сохранившиеся в отрывках, за исклю- чением тех, текст которых настолько дефектен, что в нем не осталось материала для исторических наблюдений). Целью подобного источниковедческого анализа являлось всесторонне раскрыть содержание каждого документа на бересте в отдельности. Второе, что представлялось весьма важным,— это выявить, какой материал дают как единич- ные берестяные грамоты, так и их группы для освещения определенных проблем феодального развития. Для осуществления первой задачи пришлось, ис- пользуя опыт и выводы предшественников, провести ряд исследсвательских процессов, обычных в любой источниковедческой работе: разбивку текстов (в целях прочтения и правильного понимания) на слова, расста- новку знаков препинания (от чего зависит смысл),терми- нологический анализ, заполнение разрывов в целях ре- конструкции утраченных частей источника. Естественно, что все время приходилось сопоставлять отдельные бе- рестяные грамоты как друг с другом, так и с документа- ми, написанными на пергамене или бумаге. Повторяю, все это приемы, уже достаточно прочно вошедшие в прак- тику источниковедческой работы и достаточно себя оправдавшие. Новым в настоящей монографии является, 32
смею думать, широкое использование при изучении бе- рестяных грамот современного им актового материала и правовых законодательных памятников: Русской Прав- ды, Псковской и Новгородской судных грамот, договоров Новгорода с Готландом, Смоленска с Ригой и других. В ряде случаев, мне думается, удалось извлечь из этих источников материал, проливающий новый свет на содержание текстов на бересте. Я исходил из предпосыл- ки (и она оправдалась в процессе исследования), что в берестяных грамотах запечатлены в ряде случаев такие же юридические сделки с землей, движимым имущест- вом, крестьянами, как и в пергаменных и бумажных ак- тах Новгородской и Северо-Восточной Руси. В берестя- ных документах (как и в актовом материале) можно найти сведения о феодальных институтах: иммунитете, патронате и т. д. Даже отдельные юридические формулы и выражения здесь и там совпадают. Второй предпосылкой исследования (правильность которой также, думаю, подтвердилась) была мысль, что во многих берестяных грамотах описываются юридиче- ские казусы, споры, столкновения, тяжбы, предусмотрен- ные законодательными нормами, зафиксированными в Русской Правде, Новгородской и Псковской судных гра- мотах. И опять-таки дело в ряде случаев доходит до текстуального совпадения изложения правовой нормы, с одной стороны, рассказа о ее применении на практике — с другой. Отсюда вытекает и один из методических приемов, которым я старался руководствоваться. В целях терми- нологического анализа берестяных документов мне каза- лось важным подыскивать в других источниках не просто сходные слова (смысл которых ясен из контекста), но це- лые выражения и формулы, применяемые для характе- ристики похожей ситуации. А для этого и источник дол- жен привлекаться сходный по характеру. Каждый исследователь, занимающийся изучением бе- рестяных грамот, конечно, стремится дать их перевод на современный язык, предельно точно отражающий средне- вековый русский оригинал. Но эту точность можно пони- мать по-разному. Иногда исследователи (особенно, когда ими являются лингвисты), соблюдая при переводах все нормы русского средневекового языка (и в этом их за- слуга), в результате дают мало понятный текст, ибо 2 Л. В. Черепнин оо
смысл той исторической, жизненной ситуации, которая обрисована в источнике, от них ускользает. Особенно это бросается в глаза, когда в документе много разрывов, и они при переводе остаются незаполненными. Поэтому очень важно раскрыть общий смысл источника путем привлечения параллельных материалов, отражающих аналогичные жизненные явления или излагающих закон, претворенный в жизнь документом, который изучается. Такая методика помогает и уточнению деталей перевода и заполнению разрывов в тексте. Дословный пере- вод для историка никогда не может быть самоцелью. Это лишь одно из вспомогательных средств уяснения исторического смысла источника. Трудность понимания ряда берестяных грамот, проис- текающая и из-за их лаконичности, и из-^за того, что мно- гие сохранились в отрывках, и в силу иных причин, иног- да лишала уверенности в правильности предлагаемого толкования. В таких случаях мне казалось оправданным, наряду с толкованием, с моей точки зрения, наиболее вероятным, приводить как возможные и другие варианты. Наконец, я не боялся и не избегал гипотез. С углубле- нием и уточнением методики исторического исследования растет отрицательное отношение к гипотезам. Считается иногда, что они являются плодом подмены твердых зна- ний фантазией, ничего общего с наукой не имеющей. Ду- маю, что это не так. Творческая догадка (а это и есть гипотеза) останется непременным элементом научного исследования, какой бы прочный фундамент научных знаний ни был под него подведен, ибо мысль ученого всегда стремится за пределы того, что уже достигнуто. Без гипотез нет движения науки. После того как была проведена работа по раскрытию исторического содержания каждой берестяной грамоты, встал вопрос о их разбивке на группы, освещающие те или иные исторические проблемы. Это была задача не легкая, ибо ряд документов на бересте содержит матери- ал, важный для изучения отнюдь не одной только какой- либо проблемы. Поэтому при группировке берестяных тек- стов приходилось устанавливать основной (если так мож- но выразиться) крен, главную направленность каждого. В качестве первой проблемы я выбрал вопрос о том, в какой мере в берестяных грамотах (преимущественно 34
ранних, XI—ХШ вв.) нашли отражение постановления русской Правды. Это казалось естественным, ибо сопо- ставление статей Русской Правды с текстами на бересте являлось для меня одним из основных методических приемов. Соответствующий очерк я назвал «Русская Правда в действии», ибо главной задачей для меня здесь было показать на материале берестяных грамот, как про- изводился суд по Русской Правде. А поскольку последняя служит основным источником по истории Киевской Руси, в этом очерке приходилось касаться ряда важнейших вопросов раннего русского феодализма. Следующие очерки посвящены главным образом раз- витому феодализму (ХШ—XV вв.), и в ппх подняты так- же кардинальные проблемы общественного развития: 1) земля и земельные собственники: 2) крестьяне и хо- лопы; 3) дань и феодальная рента: 4) ремесло, торговля, город; 5) суд п судопроизводство; 6) политическая исто- рия, церковь, быт. Для решения этих проблем берестя- ные грамоты дают свежий материал, часто проливающий новый свет на существенные стороны феодальных отно- шений. Здесь хочется отметить одну существенную осо- бенность берестяных грамот. Они позволяют показать многие социальные явления в действиях живых лиц, если можно так выразиться — персонифицировать историче- ский процесс. Несколько» слов о характере изложения материала. Оно определялось профилем монографии как источнико- ведческого исследования — в современном понимании за- дач источниковедения, которые направлены к получе- нию исторических выводов. Поэтому очерки носят проб- лемный характер и делятся на параграфы, в свою оче- редь посвященные разным аспектам отдельных проблем. Но в пределах параграфов каждому документу отведено особое место, причем приводится и его текст и дается раз- вернутый к нему комментарий. В этом отношении я сле- довал системе изложения материала, принятой в моей книге «Русские феодальные архивы XIV—XV веков».
Очерк третий РУССКАЯ ПРАВДА В ДЕЙСТВИИ Русская Правда является важнейшим источником по истории социально-экономических отношений в древней Руси. Это сборник законодательных княжеских постанов- лений и норм обычного права, на основе которых вер- шился суд. Но сквозь юридические нормы можно разгля- деть реальные явления общественной жизни, уловить взаимоотношения, складывавшиеся между различными классами и социальными группами в деревне, вотчине, городе в процессе разложения общинного строя и в усло- виях феодализации. Исследователями давно отмечено, что некоторые статьи Русской Правды порождены кон- кретными конфликтами, происходившими в обществе то- го времени. Так, ст. 29 Краткой редакции Правды уста- навливает, что в случае кражи коня или вола либо ограб- ления клети, если к ответственности будет привлечено восемнадцать человек, то каждый из них должен упла- тить три гривны и тридцать резан штрафа1. Ст. 40 гово- рит о взыскании с каждого из десяти человек, обвинен- ных в присвоении чужой овцы, козы или свиньи, десяти резан. Конечно, оба эти постановления были ответом на какие-то реальные случаи коллективных краж, в которых приняли участие один раз восемнадцать, другой — десять человек. В Пространной редакции Правды указанные 1 Нумерация статей Русской Правды дается в соответствии с изданием: М. Н. Тихомиров. Пособие для изучения Русской Прав- ды. М., 1953. 36
нормы Краткой редакции утратили свой конкретный ха- рактер и даны в обобщенной форме: вместо цифр 18 и 10, называющих точное число лиц, судимых за нарушение прав чужой собственности, стоит наречие «много»2. Составители различных разделов и частей Русской Правды мыслят не отвлеченно, и давая ту или иную юридическую формулу, иногда сразу же указывают, как она применяется в жизни. Конкретизация доходит до того, что воспроизводится живая речь истца или ответчи- ка. Поэтому в ряде случаев Русская Правда не только дает общие законодательные положения, а и отражает непосредственную действительность. Но если из самого содержания Правды ясна реальная основа ее правовых норм, то вопрос о применении этих норм в повседневной судебной практике требует обраще- ния к другим источникам. Для XI—XIII вв. таких источ- ников в нашем распоряжении до сих пор почти не было, ибо актовый материал от этого времени сохранился в ничтожном количестве. Отмеченный пробел, как мне представляется, восполняют берестяные грамоты. Их со- держание, иногда уверенно, иногда предположительно, можно связать с теми или иными статьями Русской Прав- ды. Новгородские берестяные грамоты — не непосред- ственные акты судопроизводства. Это письма, в которых авторами и адресатами являются лица, пострадавшие и ищущие суда или привлеченные к суду, их родственни- ки, а также лица, причастные к исполнению судебно-ад- министративных функций. Большинство писем носит частный характер. Люди, их писавшие, жалуются на не- справедливости, советуются или дают советы о том, как защищать свои права, сводят с кем-либо счеты. Но неко- торые из писем, по-видимому, метут быть квалифициро- ваны как жалобы, донесения, решения, носящие офи- циальный характер. Следует отметить также документа- цию, касающуюся кредитных сделок и связанных с ними конфликтов. Сопоставление новгородских берестяных грамот с Рус- ской Правдой и другими памятниками, к ней восходящи- ми,— договором Новгорода с Готландом п немецкими городами конца XII в., договором Смоленска с Готландом и Ригой 1229 г.— наглядно демонстрирует эти памятники 2 Русская Правда Пространной редакции, статьи 37 и 38. 37
в действии. Отдельные юридические нормы обретаю^ плоть и кровь, и их применение на практике вырисовы- вается во невм конкретном своеобразии. Фигурирующие в Правде «мужи», «головники», «послухи» и т. д. полу, чают в берестяных грамотах живой облик, выступают под собственными именами в своих индивидуальных, хотя во многом и повторяющихся, ситуациях. Если Русская Прав- да отражает древнерусское общество (во всяком случае наиболее его существенные стороны) в целом, причем в виде правовых формул, то берестяные грамоты иллюстри- руют эти формулы яркими зарисовками отдельных су- дебных казусов. А в своей совокупности такие казусы представляют достаточно выразительное полотно обще- ственной жизни, заполненное конфликтами, которые по- рождал процесс распада старых общинных отношений и рождения феодального общества, построенного на клас- совом антагонизме. Нашей дальнейшей задачей и является анализ неко- торых берестяных грамот под углом зрения отражения в них норм Русской Правды и близких к ней памятников права. Если Правда, как говорилось выше, претворила в общие юридические положения ряд конкретных судеб- ных решений, то теперь у нас имеется возможность озна- комиться с модификацией этих обобщенных формул в практике древнерусского суда. А деятельность суда вво- дит пас в самую гущу народной жизни, где углублялось социальное неравенство, усиливалось закабаление тру- довых масс, что обостряло борьбу между людьми, обла- давшими имуществом и властью, и теми, кто всего этого был лишен. § 1. Суд по уголовным делам. «Виры» и «продажи» Задачей Русской Правды являлось определение ха- рактера преступлений и видов наказаний, среди кото- рых прежде всего упоминаются «виры» и «продажи» — штрафы за убийство и другие преступления. Совершен- но естественной поэтому будет попытка поискать ука- зания на «виры» и «продажи» и в берестяных грамотах. В этом отношении обращает на себя внимание гра- мота № 115 (XII в.) 3 *. У нее оторваны кусок внизу и 3 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 48. 88
пг>авая часть; поэтому разделить на слова и прочесть ее трудно. Восстанавливается следующий текст: «От Прокошь къ Ньстьроу. Шьсть гр[пвен] плати, а вире пе плати, а дом и т...4 зь на плотъ, ажи роць...5 льп...» д. В. Арциховский предлагает такой перевод части текста: «От Прокшп к Нестеру. Шесть гривен плати, а виры не плати...» Перевести дальнейшее он отказался, так как «слива слишком отрывочны». Но и начало гра- моты остается не вполне ясным. Арциховский пишет, что Нестер, по-видимому, кого-то убил. Но если так, то почему же он освобождается от платежа «виры»? Оче- видно, для уяснения смысла данного документа надо обратиться к действующим в то время правовым нор- мам, именно — к Русской Правде. Думаю, что казус, отраженный в грамоте № 115, может быть прояснен на основе статей 4 и 5 Пространной редакции Русской Правды, посвященных «дикой вире». Если член верви, участвующий в круговой поруке, совершил неумышлен- ное убийство («в спаде или в пиру явлено»), сп не платит «виры» сам, а делает это с помощью других об- щинников, внося лишь по раскладке свою долю в об- щую сумму («а в 40 гривен ему заплатпти ис дружины свою часть»). Может быть, именно это и имеет в виду Прокоша, когда пишет ти, а вире не плати» ры», заплати лишь «ис 6 гривен). Если предложенный грамоты № 115 гипотетичен, то дать хоть сколько-ни- будь убедительное толкование ее конца совсем трудно. Здесь можно лишь выделить (и то очень условно и не бесспорно) отдельные слова: «дом», «плот» (одно из значений — ограда, плетень) 6. Обратившись опять к "усской Правде, мы увидим, что вслед за постановле- нием, регулирующим участие членов верви в уплате «виры» за неумышленное убийство, совершенное одним из оощинников, идет статья, требующая выдачи на «по- ток и разграбление» убийцу умышленного — разбойни- ка вместе с его семьей. Допустив, что по поднятым воп- 5 д • В* Арциховский читает: «Домит...» в ^Арциховский читает: «а Жиро...» языка т И Срезневский- Материалы для словаря древнерусского Нестеру: «шьсть гр[нвен] пла- (т. е. не надо платить всей «ви- дружины свою часть», в сумме мною комментарий к началу 39
росам и по последовательности их постановки грамота № 115 соответствовала статьям 4 и 5 Русской Правда (конечно, это допущение вольное), можно думать, что Прокоша брал Нестера, его «дом» под защиту от «поте, ка и разграбления». Если еще и незаконченное слово «роць...» прочесть как «роць[ник]» — «ротник» че- ловек, идущий на «роту» (приносящий присягу), или «ро[у]це» — «руке» — «поруке», то эти судебные терми- ны можно привлечь в качестве лишнего аргумента в пользу предложенного комментария. Община берет на себя ответственность за убийство, совершенное одним из ее сочленов, следовательно, ручается, что степень ви- ны его не такова, чтобы подвести ее под норму Русской Правды о «потоке и разграблении». Разобранный текст необходимо сопоставить с грамо- той № 118 (XII в.) 7, от которой сохранились пять кус- ков, складывающихся в три отрывка. Первый отрывок: «...къ Нестьроу. Не е...ь не ходь ко Шедьре... Възяль... роти... зяи...» Второй: «...рали еси въ... хотять в...» Третий: «язъ... ль ...» А. В. Арциховский указал, что почерк текста всех этих отрывков совпадает с почерком письма № 115. Обе грамоты (и № 115, и № 118) адресованы Нестеру. Оче- видно, и автор писем — один — Прокоша. Поэтому на- чало грамоты № 118, по предположению А. В. Арцихов- ского, можно восстановить так: «От Прокошь къ Несть- роу». Если в грамоте № 115 речь шла об уплате коллек- тивом «виры» за убийство, совершенное Нестером, то, очевидно, под этим углом зрения следует рассмотреть и некоторые дошедшие до нас обрывки текста № 118. К Шедре ходить не следует, надо думать, потому, что он в круговой поруке общины, помогающей Нестеру в платеже штрафа, не участвует. Слово «рота» (№ 118) в с. ноставлении с термином «роць[ник]» — «ротник» грамоты № 115 подтверждает выдвинутую выше версию о том, что члены общины приносили присягу, ручаясь за Нестера. Итак, полагаю, что оба текста, написанные Проко- шей, могут быть использованы (конечно, с оговорками 7 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—4954), стр. 51. 40
0 гипотетичности их понимания) для характеристики одной из существенных функций древнерусской верви— обязанности отвечать за преступления, содеянные ее членами. Это древний правовой обычай, сведения о ко- тором донесла до нас береста. В шкале штрафов, налагаемых Русской Правдой на тех, кто нарушал законы феодального общества, вслед за «вирой» в нисходящей последовательности идет «по- лу вирье» — 20 гривен. Эта сумма упоминается в грамо- те № 421 (ХШ в.), посланной Братятой Нежилу8: «От Братяте къ Нежилоу. Поиди, соуноу, домовь, свободне еси. Паки ли не идеши, а послоу н[а] тя ябьтьникъ. Я заплатиль'20 гр[и]в[е]пъ, а ты св[о]бонь». Автор письма сообщает адресату, что заплатил за него 20 гривен и предлагает ему ехать домой, ибо те- перь он свободен. В. Л. Янин считает, что Нежил со- вершил какое-то преступление и скрылся: штраф, кото- рый с него следовал, пришлось внести его отцу9. Сог- ласно Русской Правде штраф в 20 гривен («полувирье») взыскивался за отсечение у кого-либо руки или ноги, за ослепление человека, за убийство своей. жены 10. Не совсем понятно, почему отец собирается вызвать сына через ябедника, т. е. судебного пристава (если он не явится добровольно): ведь штраф уплачен, Нежил «свободен» от дальнейшей ответственности перед судом и его будущие взаимоотношения с отцом как будто бы являются чисто семейным делом, и вдруг ябедник? Очевидно, взнос Братятой «полувирья» за Нежила был актом не добровольным, а принудительным. Ввиду того что преступника не оказалось на месте, отвечать за него должен был ближайший родственник. Когда су- ществовала кровная месть, то брат мстил за брата, отец за сына, сын за отца и т. д. 11 С тех пор как месть была заменена денежным выкупом, родственники стали нес- ти ответственность за уплату преступником «вир» и «продаж». Поскольку Нежил убежал, суд взыскал пгграф за него с его отца. Но затем последнему стало известно местопребывание сына, и он решил потребо- <ос,8 В- Арциховский. Берестяные грамоты из раскопок 1962— (ЯА’ 1965’ № 3’ ст₽* 209-211). 1П р Я. Янин. Я послал тебе бересту... М., 1965, стр. 181. и рУсская Правда Пространной редакции, статьи 21 и 83. русская Правда Пространной редакции, ст. 1. 41
вать с него возмещения понесенных убытков (добр^ вольно или через судебные органы). Если в грамотах № 115 и 118 перед судом выступа* ет вервь, то в письме Братяты в той же роли фигуриру- ет семья. Двумя картинками древнерусской жизни как бы иллюстрируется процесс социального развития: уси- ление роли семьи как важной ячейки общества в связи с переходом от патриархальной общины к соседской, за- рождением новых, очевидно, феодальных, отношений. | Если Братяте пришлось внести в казну «полувирье» за сына, то, судя по грамоте № 395, в другой семье сы- новнее преступление предстояло покрывать матерп. Грамота эта (XIII в.) 12 написана очень разборчиво, од- нако текст ее весьма загадочен. А. В. Арциховский транскрибирует его так: «Поклоно от Григори ко мате- ри. Удаи 30 грин во (т. е. ,,гривно“) и та у Мули и сна с табе сюда». Слово «Мули» исследователь считает име- нем собственным; выражение «сиа с табе сюда» переводит: «это с тебя сюда». В целом перевод остается неясным. Может быть, лучше дать иную разбивку слов в кон- це; вместо «и сиа с табе сюда» транскрибировать: «и спа ста бес юда», т. е. сия (эта) осталась без какой-то части тела (была изувечена). Тогда и смысл грамоты прояснится. Автор письма обращается к матери и велит заплатить 30 гривен за увечье какой-то женщины. Выше приводилась статья Русской Правды, согласно которой изу- вечение каралось «полувирьем». Но, кроме двадцатигри- венного штрафа, виновный должен был дать 10 гривен потерпевшему. Всего получается 30 гривен, т. е. как раз та сумма, которая названа в грамоте № 395. Среди преступлений, караемых «продажами», Рус- ская Правда называет нанесение побоев. Описание кон- кретного случая избиения женщины находим в берестя- ной грамоте № 156 (XII в.) 13, где читаем: «Отъ Завида къ Мън къ жене и къ детьмъ. А женоу ти били, не пз- моучили, чего же». Между строчками вписаны слова: «Къ Лоуке иди». Хотя текст читается очень легко, смысл его постиг- нуть трудно. А. В. Арциховский пришел в этом отношо- 12 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 97—98. 13 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 36— 38. 42
к совершенно безнадежному выводу: «...Словосоче- талИе получается нелепое; его объяснить можно лишь раздраженным состоянием автора». Действительно, ес- ли принять перевод грамоты, предлагаемый А. В. Арци- ховским, то ее содержание покажется по меньшей мере странным: «От Завида к Мон... к жене и к детям. Жену твою били, жаль, что совсем не замучили. Иди к Луке». Я думаю, что предпосылкой для правильного пони- мания текста должно послужить установление различия между терминами «бпти» и «мучити» — «измучити». Пер- вое слово применяется для обозначения незаконного и караемого судом избиения, второе — употребляется, ког- да речь идет о пытке или применении ордалий ио суду. В церковном Уставе князя Владимира Святославича предусматривается случай, когда дети «отца и матерь бьють»14. В Уставе князя Ярослава Владимировича говорится: «Аже сын б ь е т ь отца или матерь, да каз- нити его волостельскою казнию, а епископу в вине». В том же памятнике, находим статью: «Аже мужь бьеть чюжю жену, за сором ей по закону, а епископу 6 гри- вен» 15. Русская Правда избиения женщины специально не касается, но, как уже отмечалось выше, о случаях убийства «жены» говорит 1С. О «муке» как мере воздействия, используемой при судебном разбирательстве, речь идет в статьях 71 и 72 Пространной Правды, запрещающих «м учить» смер- да и огнищанина «без княжа слова», и в статьях 81 и 82 того же памятника, трактующих о применении рас- каленного железа для выяснения виновности заподоз- ренных лиц. На основе проведенного терминологического анали- за можно попытаться разобраться в смысле грамоты № 156. Адресат, имя которого, видимо, не дописано («Мън...»), обратился к Завиду (очевидно, лицу, испол- нявшему какие-то административно-судебные функ- ции) с жалобой на то, что его жена подверглась избпе- ишо. Речь здесь шла, конечно, о побоях, нанесенных ей не своими домашними, а кем-то посторонним (ибо про- шение к Завиду последовало от всей семьи пострадав- ПРП, вып. I, стр. 238, ст. 7. •в р М же* СТР- -^1- статьи 29—30. русская Правда Пространной редакции, ст. <83. 43
шей). За вид, надо думать, ответил совсем не то, что приписал ему А. В. Арциховский (жаль, что избитую вовсе не загнали в могилу). Автор письма, напротив отнесся к жалобщику лояльно и указал ему, что судеб- но-административный аппарат здесь не при чем, что жену его не подвергали никаким пыткам, испытанию железом и прочим «мукам». Муж избитой должен под- нять дело в суде против конкретного виновника пре- ступления, и Завид посоветовал ему, куда следует обра- титься: «Иди к Луке». Очень интересно, что письмо Завида адресовано, кро- ме лица, имя которого начинается буквами «Мън», его жене и детям. Это указывает как на коллективную от- ветственность семьи за преступления, так и на коллек- тивное выступление семьи в защиту своих интересов. По Русской Правде разбойник выдается на «поток и разграбление» с женой и детьми 17. Но в том же памят- нике зафиксирована норма: «чада смирять» того, кто изувечпт их отца 18. Трудно сказать, к какой общественной среде принад- лежали пзбитая женщина, ее муж и дети. Статья Рус- ской Правды о «муке» касалась и огнищан, и смердов. Непосредственное обращение мужа пострадавшей к представителю власти (если Завид был таковым), под- сказавшему ему легальные пути дальнейших действий против обидчика, говорит скорее за принадлежность его к социальным верхам, чем к низам. Трудно уловить смысл грамоты № 164 (XI— XII вв.) 19, так как она обрезана и справа и слева. Чи- тается следующий текст: «...[От] ...жимира грам... не- выхъ ко... ти коуневъ». А. В. Арциховский указывает, что имя автора кончалось на «жимир» (возможно, Дер- жимир или Межимир). За именем следовало слово «гра- мота». Значит Держимир (или Межимир) адресует ко- му-то грамоту. Речь в ней идет о «кунах». Может быть, в слове, кончающемся на «невых», обрезаны начальные буквы «ко». Если так, то в письме говорилось о «коне- вых» кунах. Прилагательное «коневой» вполне возмож- 17 Русская Правда Пространной редакции, ст. 5. 18 Русская Правда Краткой редакции, ст. 5. 19 А. В. Арциховский и В. Й. Борковский, НГБ (1955), стр. 50^ 51. 44
но. В Русской Правде упоминается «коневой тать»20. Автор грамоты, возможно, ставил вопрос об уплате де- яег за похищенного коня. fl (вполне понимаю, что изложенная интерпретация ряда берестяных грамот не всегда достаточно убеди- тельна. Может быть, будут предложены другие, более доказательные, толкования. Но я все же полагаю, что русская Правда проливает свет на содержание многих берестяных грамот. Известно, что Правда — памятник сложный, сохранивший в своем составе разновременные напластования. В рассмотренных выше случаях практи- ческого применения норм этого памятника нет таких, которые позволили бы охарактеризовать развитое фео- дальное общество. Скорее, разобранные тексты рисуют общественные отношения на заре феодализации. Мало данных, позволяющих говорить о среде, из которой вышли грамоты, бывшие предметом анализа. Но, ко- нечно, памятники письменности могли появиться преж- де всего в городской среде, к которой принадлежали и горожане в собственном смысле слова — ремесленники, купцы и представители военной знати, рождающегося феодального класса, еще не осевшие на землю. И в го- роде в период не развитого еще феодализма могли дей- ствовать законы о «дикой вире» и другие древние пра- вовые нормы. § 2. Судебный процесс (послушество, ордалии, метание жребия, гонение по следу) Ряд берестяных грамот рисует систему судопроизвод- ства, виды судебных доказательств, общие черты судебно- го процесса. Здесь, как и при освещении других вопросов, дефектный характер многих текстов на бересте мешает их пониманию. Так, например, от грамоты № 237 (XII в).21 дошла только верхняя строчка: «От Бърисакъ Станиль и къ Жирошь. Есмъ не вълоца въ влю...» А. В. Арциховский для интерпретации выражения «не вълоца» приводит две статьи Новгородской судной грамоты. В одной из них сказано: «А орудье судить по- ? Русская Правда Пространной редакции, ст. 30. стп АРЧиховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), 45
саднику, М тысецкому, и владычню посаднику, и их судь- ям, и иным судьям месяць; а дале того им орудья не во- лочити» (т. е. посадник, тысяцкий, наместник архиепис- копа и всякие другие судьи должны заканчивать разбор судебных дел в течение месяца и сверх этого срока су- допроизводства не затягивать). По другой статье срок рассмотрения земельных дел увеличивался до двух ме- сяцев: «А земное орудье судити два месяця, а болшп дву месяць не волочити» 22. А. В. Арциховский пра- вильно считает, что то значение, которое имеет термин «волочити» в Новгородской судной грамоте, вполне применимо и к слову «вълоца» в берестяном письме № 237, и так переводит последнее: «От Бориса к Стани- ле и к Жироху. Я без задержки...» Я думаю, что перевод можно продолжить, попытав- шись расшифровать оборванное выражение «въ влю...» или «въвлю...» Выражение это близко к глаголу «воз- любить» — «влюбить» — «улюбить», встречающемуся в договорах Смоленска с Ригою и Готским берегом 1229 и 1230—1270 гг. В первом документе читаем: «...аже возлюбить (влюбить) немчичь на обчии суд, то его во- ля» 23 (если захочет немец идти на совместный суд, то поступать по его желанию). Другая статья договора 1229 г., повторяющаяся (в несколько измененном виде) и в тексте 1230—1270 гг., гласит: «Русину же не лзе имати немчича на железо, такоже и немчичю русина. Аже возлюбить (улюбить) сам своею волею, то [ти] его воля» 24 (т. е. во время споров между немцами и русски- ми нельзя насильно привлекать обвиняемых к испытанию железом; но если обвиняемый сам захочет решить дело таким испытанием, то поступить по его желанию). Если понимать имеющиеся в берестяной грамоте № 237 слова или слово «въ влю...» или «въвлю...» как оборванный глагол «въвлюбити» пли производное от этого глагола существительное с предлогом «въ», то смысл его можно видеть в выражении кем-то из тяжу- щихся желания воспользоваться какой-то процедурой вершения судебного дела. Конечно, это отнюдь не обя- 22 ПРП, вып. II, стр. 213, 215, статьи 9 и 28. 23 Там же, стр. 65, ст. 21; стр. 93, ст. 21. 24 Там же, стр. 61, ст. 9; стр. 73, ст. 10. 46
зательно заявление о передаче дела в сместный суд или о согласии на испытание железом. Речь идет вообще о порядке судопроизводства. Если Борис — судья, а Ста- нпло и Жирох — тяжущиеся, то смысл ппсьма таков: его автор передает адресатам обещание не затягивать разбор их тяжбы в соответствии с тем порядком рас- смотрения, который они предложили. О процессуальных нормах имеется материал и в грамоте № 379 (XII в.) 25, разорванной на одиннадцать кусков, на восьми из которых имеются отдельные бук- вы и части слов. Из бесспорно выделяемых целых слов можно назвать три: «вы правпли» и «поклааняние». В сочетании букв «оудъ о», может быть, следует видеть фрагмент выражения «[с]оудъ о». Текст «волине», ду- маю, допустимо разбить на два слова: «воли не» (или «воли не[т]»). Речь, вероятно, идет о какой-то тяжбе. «Правити» значит «судиться» или «взыскивать». В договоре Смо- ленска с Готландом и Ригою 1229 г. говорится: «Та же правда буди Руси и Ризе, [и] на Готьскомь березе, ать правятся сами по своему суду»26. В договоре Нов- города с Готским берегом 1189—1199 гг. читаем: «...Оже не правять то, князю явя и людем, взяти свое у гос- ти, оже тяжа родится в Новегороде» 27. С выражением «вы правили» в грамоте № 379 вполне гармонируют по содержанию и слова «[с]оудъ о». В ряде правовых памятников декретируется «воля» истца или ответчика, т. е. законом установленное право поступать (в намеченных судом пределах) по своему усмотрению. Например, в договоре Смоленска с Ригою и Готландом 1229 г. находим статью: «Который русин или латиньскыи иметь татя, над темь ему своя воля, камо его хочеть, тамо дежеть» 28. Псковская судная гра- мота предлагает судить иски о торговой ссуде и обяза- тельствах по поручительству «на того волю, на ком со- чат (т. е. по выбору ответчика); хочет на поле лезеть, или у креста положит» (или пусть идет на судебный поеди- нок, или же примет присягу и вернет то, о чем идет спор). А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 78—80. * ПРП, вып. II, стр. 61—62, ст. 10. Там же, стр. 126, ст. И. Там же, стр. 68, ст. 33/23. 47
Выражение «воли не[т]» в грамоте № 379, очевид- но, означает, что дело ведется не по волеизъявлению истца или ответчика, а по назначению суда. Сведения о конкретных формах судебных доказа- тельств можно получить из грамоты № 222 (XII в.) 29 В последней имеется ряд разрывов, из-за которых текст восстанавливается не полностью: «От Матья кь Гюргю. Топьрьво30 семо пришльт на д...31 оусрячю тянь... и. Ожь ли право запираютьса, я даю княжю дьньскамоу гривноу сьрьвра, едоу с нимо, ожь32 мя тать[мь]33 поставили. Ожь тп нь бьжяли колобягь, оу тьбь жрьбье, скоть по людьмо. Ну туто бутощи, нь 34 вькшь одопое». А. В. Арциховский предлагает следующий перевод: «От Матвея к Юрию. Во-первых, сюда пришлет... встречу тебя... если правильно запираются. А я даю княжьему денскому гривну серебра, еду с ним. Если меня вор... по- ставили. Если не бежали колбяги, у тебя жребий, скот по людям... ни одной векши». Смысл текста из этого пе- ревода уловить нельзя, поэтому я попытаюсь предложить свое понимание грамоты. Речь, по-видимому, идет о тяжбе между новгородцами и колбягами. Кто такие колбяги, сказать абсолютно точно нельзя. Во всяком случае, это население (вероятно, не- многочисленное) севера Новгородской земли. В Обонеж- ской пятине, на реке Воложе или Воложбе, долго сохра- нялся погост в Колбегах35. В Русской Правде колбяг упоминается рядом с варягом36. Возможно, это обрусев- шие впоследствии скандинавы или финны37. На характер грамоты № 222, касающейся дела между новгородцами и колбягами (вероятно, купцами или вои- 29 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957). стр. 44—45. 30 В. А. Арциховский читает: «То пьрьво...», т. е. во-первых, вместо «топьрьво» — теперь. 31 А. В. Арциховский читает: «над». 32 А. В. Арциховский словом «ожь» начинает новую фразу. 33 Реконструкция в квадратных скобках предположительная. 34 А. В. Арциховский читает «бутощинь» и указывает, что это слово ему непонятно. Правильнее различать два слова: «бутощи» — будучи и «нь» — не. 35 А. Н. Насонов. «Русская земля» и образование территории древнерусского государства. М.. 1951, стр. 122. м Русская Правда Краткой редакции, статьи 9, 10; Простран- ной редакции, ст. 25. 37 «Правда Русская». II. Комментарии. М.— Л., 1947, стр. 86. 48
нами) ? в значительной мере проливает свет договор Нов- города с Готландом 1189—1199 гг. В нем говорится, что если между русским и немцем «тяжа родится бес крови» (т. о. произойдет тяжба по делу, не связанному с избие- нием до крови),то пусть свидетели, выставленные обеими сторонами, бросят жребий, кому из них решать спор при- сягой. Следующая статья договора касается денежных исков между русскими и немцами и указывает, что если ответчик откажется удовлетворить претензии истца, то спор решается присягой последнего перед двенадцатью свиде- телями. Наконец, в договоре сказано, что тяжба между новгородцем и немцем не должна препятствовать выезду последнего из Новгородской земли за границу; дело мо- жет быть перенесено и на следующий год38. Процессуальные нормы, зафиксированные в разбира- емом договоре и восходящие еще к Русской Правде, дей- ствовали, конечно, не только в случаях, касающихся кон- фликтов между новгородцами и немцами. Они легли в основу разбора той тяжбы новгородцев с колбягами, ко- торой посвящена 'берестяная грамота № 222. Матвей, вероятно,— лицо, у которого возник какой-то спор с колбягами. Гторги (Юрий) — один из послухов. В момент написания письма Матвей находится в одном месте, Юрий и колбяги — в другом. Матвей ожидает, что туда, где он пребывает и где будет разбираться дело, при- шлют колбягов, с которыми у него тяжба, и он встретит- ся89 с ними на суде. Если же будут «запираться» (это вы- ражение находит аналогию в словах договора Новгорода с Готландом: «а ся его заприть»), то Матвей отдаст гри- вну серебра (очевидно, об этой сумме шел спор) княже- скому данщику, чтобы его не посчитали вором, но в даль- нейшем вместе с данщиком будет добиваться решения дела в свою пользу. «Деньский» — это, конечно, не пред- теча петровского денщика (как думает А. В. Арцихов- ский), а сборщик дани («даньский»), который мог выпол- нять и судебные функции. Обращаясь к Юрию как человеку, которого он назовет «послухом» (свидетелем) и за которым поедет вместе с Данщиком, Матвей просит адресата метать жребий со сви- £ ПРП, вып. II, стр. 126. Слово «оусрячю» (встречу) находит параллель в ст. 109 русской Правды: «Аже кто не ведая, чюжь холоп оусрячеть». 49
детелями колзбятс®. Если жребий выпадет на долю Юрия то пусть тот докажет перед «людьми» (послухами) его’ Матвея, правоту. Тогда последний вернет свое «серебро»’ Конечная часть грамоты № 222 почти дословно совпадает с некоторыми местами договора Новгорода с Готландом в котором имеются, например, такие выражения: «...то вергуть жеребьее; кому ся выимьть, роте шед, свою правду възмуть...; оже емати скот..., а ся его заприть...». В письме Матвей оговаривается, что вся изложенная им процедура состоится лишь в том случае, если колбя- ги не сбегут (ведь и по договору Новгорода с Готландом возникновение судебного дела не могло служить препят- ствием к отъезду немцев). Если же колбяги не окажутся на месте, то всякие денежные взыскания в их пользу надо будет прекратить. «Нь векше одоное»,—по-видимо- му, фигуральное выражение, означающее: «ни одной (пусть самой мелкой) монеты». Итак, мы имеем возможность наблюдать, как прелом- лялись на практике те формы судопроизводства, о кото- рых говорят Русская Правда и следующие за ней памят- ники права: обращение к послушеству, метание жребия. Грамота № 238 (XI—XII вв.)40 рисует один из видов ордалий — испытание водой. Сохранившийся конец на- званного источника читается (с некоторыми гипотетиче- скими конъектурами) так: «...Несъдицевп польпяте реза- ке]... не еси въдале дъве коуне, нь то же за [мною с]отворишя, [за] мъною осмь коунъ и гривьна. Поиди же въ горо[д]... [мо]гоу ся съ тобою яти на водоу». Поскольку нет начала документа, а в дошедшей его части много разрывов, невозможно дать сплошной его перевод. Но вдуматься в общий смысл необходимо. Здесь говорится о каких-то долговых обязательствах и расче- тах. Автор грамоты упрекает адресата, что тот, платя Несдичу и еще кому-то деньги, затем взыскивает эти деньги с него. В результате адресат насчитывает на ав- торе письма одну гривну две куны долга. Должник пред- лагает кредитору отправиться в город (очевидно, в суд), где и решить свой спор, прибегнув к испытанию водой. А. В. Арциховский считает, что в словах «ся съ тобою яти на водоу» нет оснований предполагать указание на 40 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957). стр. 60. 50
0дйй из видов ордалий, речь идет якобы о речном пуТб- ществии. Я не согласен с А. В. Арциховским и думаю, что в берестяном документе говорится о применении на практике ст. 17 Пространной редакции Русской Правды, устанавливающей, в каких случаях к каким ордалиям следует прибегать. Испытание железом применяется при обвинении в убийстве (когда нет послухов) и при разбо- ре исков на сумму до полугривны золота (в случае отсут- ствия поличного). Испытание водой присуждается тогда, когда иск не превышает двух гривен серебра. Иск к автору грамоты № 238 выражается в сумме — одна гривна восемь кун, поэтому он и предлагает адре- сату идти «на водоу». Каково происхождение иска, о котором идет речь в грамоте № 238, сказать трудно. Но ясно, что адресат выступает против автора письма, защищая интересы пе только свои собственные, но и третьих лиц. Может быть, в основе данного дела лежат какие-то совместные торго- вые операции группы купцов. Одной из форм опознания и уличения преступника, известной древнерусскому праву, было «гонение по его следу». Форма эта предусматривала использование судом в своих интересах общины-верви, которая была должна «отвести» подозрительный след, ведший к ее территории, доказав, что он здесь не кончается, следовательно не при- надлежит человеку, живущему или скрывающемуся в верви. Если общине не удавалось это сделать, то она от- вечала вместе с тем, кто оставил свой след. Обязанность коллективной ответственности сближает институты «ди- кой виры» и «гонения по следу». Последний институт как будто нашел отражение в некоторых новгородских берестяных грамотах. Рассмотрим две из них (№ 394 В отрывке грамоты № 394 (XIII в.) 41 сохранились отдельные слова и их части: «...цале и на ...и попь ть про- си и бе сорома ид... доеди до сьла...» Текст из-за отрывочности очень неясный. Термин «сором» («срам») означает стыд, нанесение оскорбле- ния. В Уставе князя Ярославгг Владимировича говорится 0 штрафе за причинение «срама» женщине (оскорбле- 41 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 96-97. 51
иие женской чести) 42. В Русской Правде имеется статья о наказании холопа, ударившего «свободного мужа» ц этим учинившего ему «сором»43. По договору Смолен- ска с Готландом и Ригою 1229 г. устанавливалось нака- зание за «сором», произведенный незаконным наложе- нием на человека оков44 45. В какой мере все эти значения термина «сором» («срам») применимы к тексту грамоты № 394, сказать трудно. Речь идет о том, что кто-то обращается к нонам и рассчитывает доехать до села «без сорома». Может быть, на помощь придет ст. 70 Пространной редакции Русской Правды, в которой трактуется вопрос о гоньбе по следу вора. След может привести к селу, где скрылся ви- новный пли где живут люди, последнего покрывающие. Может случиться, что след вора утеряется на большой дороге. Наконец, предусматривается и случай, когда опо- знанные виновники кражи или подозреваемые в укрыва- тельстве лица «отобьются». Я допускаю, что в грамоте № 394 имеются в виду лю- ди, которые отправляются в погоню за вором по его сле- ду вместе с попами в качестве послухов. Привлечения послухов требовала Русская Правда: «а след гнати с чю- жими людми, а с послухи». Автор письма, обращаясь к этим людям, желает им дойти до села, куда ведет след, не встретив по дороге сопротивления, в результате кото- рого им был бы нанесен «сором». С разобранным письмом интересно сопоставить гра- моту № 374, относящуюся к сравнительно позднему вре- мени (XV в.) 4б. Это отрывок, в котором говорится: «...шестора луди ехали с Валена. Лудине иде. Мои кони оу тебе, а твои конь оу мене. Не буде моихь конвъ оу тебе, и ты дай ми рубелъ...» Я думаю, что речь опять идет о гонении по следу за вором (конокрадом). М. Н. Тихомиров приводит пример подобной процедуры, заимствованный из материалов копных (общинных) судов XVI в. в Белоруссии46. 42 ПРП, выл. I, стр. 259-261, 265, 266, 269, 270. 43 Русская Правда Пространной редакции, ст. 58. ПРП, выл. II, стр. 62. 45 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 72—74. 46 М. Н. Тихомиров. Пособие для изучения Русской Правды, стр. 103. 52
jj 1575 г. в Слонимском уезде был украден конь. Собра- вщиеся для погони, «взявши есмо след от петы, то есть от того местца, где оный конь взят, шли есмо следом го* пачим и привели след до села пана Абрама Мелешка до Киселев; люди деи с того села вышедшл до оного следу, тот след приведеный от села своего отвели». Как можно судить по берестяной грамоте № 374, в Новгородской земле, в деревне Вадене или Валине луге4', в XV в. имело место нечто подобное тому, что произошло в Слонимском уезде в XVI в. Очевидно, у автора письма № 374 были похищены лошади. След вора привел к де- ревне Валину лугу. Местные жители должны были отве- сти от себя подозрение в воровстве, и семь человек дви яулись по следу (шестеро верхом, один пешком). Подо- зрение пало на адресата письма. Пострадавший отобрал у последнего в залог принадлежавшую тому лошадь и согласился, если подозреваемый станет отрицать, что он занимался кражей, но не сможет назвать подлинного вора, получить с него рубль в возмещение за свою пропажу. Особую группу судебных дел составляли дела, возни- кавшие по «поклепу», т. е. по обвинению, не подкреплен- ному доказательствами. «Поклеп» не раз служил оруди- ем классовой и внутриклассовой борьбы, средством, при помощи которого расправлялись друг с. другом полити- ческие противники. Грамота (дефектная) № 247 (XI в.) 48 дает материал для суждения о том, как производился суд по «поклепу». Можно прочесть следующее: «...сегмми резанами. А замъке келеа, двьрн келеа. А господарь въ нетяже, недее. А продай клеветьника того. А оу сего смьръда възъ епоу... смьрьди побита клеветьника...» Перевод А. В. Арциховского смысла текста не рас- крывает: «...резанами, замок келпи, двери келпи, ее хо- зяин бездельник. Продай клеветника того. А у этого смерда воз... смердам побить клеветника». В. Л. Янин, отмечая наличие в грамоте «бессвязных обломков фраз», отказывается от ее толкования49. 47 «Новгородские писцовые книги, изданные Археографиче- скою комиссиею». Указатель к первым шести томам. Пг.. 1915. стр. in, Арциховский и В. И. Борковский. НГВ (1956—1957), стр. 69—71. 49 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 173. 53
Ввиду того, что Края рассматриваемого берестяного до- кумента оборваны, воспроизвести его полный текст и дать точный перевод действительно невозможно. Но обилий смысл его, по-моему, ясен. Было поднято «поклепное» дело. Термины «поклеп», «клепатп» не раз встреча ются в Русской Правде50 51. В памятниках публицистики неоднократно подчеркивается, что не следует верить «к л е в е т н и к а м». Так, в Изборнике 1076 г. имеются следующие изречения: «яко не достоять послушати к л е ветаря, сладко тп глаголюштя или слышати на блпжь пято»; «...въвъздрьжи клев е ш т у шт а г о в утпию твоей, да не купно с нпмь погынеши» 5|. В грамоте № 247 речь идет о «поклепе» в отношении смердов, которые обвинялись, по-видимому, в попытке ограбить келью, находящуюся под замком. Материал об ограблении монашеских келий имеется в Киево-Печер- ском Патерике 52. Со смердов взыскивается «продажа» резанами, а привлечь к уплате «продажи» надо «клеветника». «Гос- подарь», от которого смерды, вероятно, зависимы, укло- нился от тяжбы, не хочет действовать, выступать на су- де53. Смердам остается побить «клеветника». Судебная тяжба грозит закончиться самосудом. В оборванном сло- ве «възъ» после существительного «смьрда», может быть, следует видеть глагол «въздьржати» — удержать; т. е. возможно, в грамоте содержится опасение, что смер- ды расправятся с тем, кто начал против них «поклепное» дело, и выражается забота, чтобы эту расправу предот- вратить. В разобранном деле мы сталкиваемся с классовым де- лением феодального общества. Жертвой «поклепа» явля- ются смерды, причем не смерды-данники, живущие на государственных землях, а крестьяне, зависимые от свое го «господаря», т. е. феодала. Характерны и их столкно- 50 Русская Правда Пространной редакции, статьи 15, 16, 17, 45, 60. 51 В. Шимановский, К истории древнерусских говоров. Иссле- дование с приложением полного текста Сборника Святослава 1076 г. Варшава, 1887, стр. 012, 016. 52 «Патерик Киево-Печерского монастыря». СПб., 1911, стр. 88. 53 В Русской Правде не раз встречается слово «тяжа» — тяжба (статьи 17, 59, 81, 99). Выражение «в петяже», очевидно, указыва- ет на уклонение от тяжбы. 54
венпо с монахами, и их активные действия, направлен- ные против «клеветника», возбудившего судебный про- цесс. Все это подтверждает, что за юридической оболоч- кой «поклепных» дел иногда скрывались острые схватки общественных сил и интересов. С расширением и углублением функций судебных органов, сферы их деятельности развивался соответствую- щий аппарат. Для ведения следствия, доставки в суд сторон, приведения их к присяге, осуществления приго- вора судья использовал находившихся в его распоряже- нии «отроков», «мечников», «детских», «метельпиков». Об «отроке» говорит грамота № 241 (XI—XII вв.) 54. На ней читается лишь левая часть текста, на правой букв почти не видно: «От Кьснятина къ Жъдапу... ло... Стьпаньцю к... р... а...тиши, а на отроке... въда...» От этого текста надо обратиться к Русской Правде. В последней «отрок» упоминается в качестве помощника «вирника», «мостника». посадника, княжеского дружин- ника. Говорится или о натуральном снабжении «отрока» населением, пли о судебных ему пошлинах, или о штра- фе за убийство. Наконец, одна из статей Правды упоми- нает об обязанности «отрока» помогать холоповладельцу в поимке и доставке к нему домой его беглого холопа 55. Неизвестно, в какой связи назван «отрок» в грамоте № 241. Выражение «... на отроке» позволяет думать, что речь идет не о том, что следует получить «отроку» или «за отрока», а о том, что надлежит взыскать с «отрока» (очевидно, за какое-то правонарушение). Несколько рассмотренных в данном параграфе гра- мот, конечно, не могут дать целостного представления об эволюции судопроизводства. Перед нами нрошли, скорее, конфликтные сценки, иллюстрирующие его отдельные стороны. Но и такой отрывочный, иллюстративный ма- териал позволяет представить себе, как претворялись в жизнь законоположения Русской Правды. Выросшие из практики, эти законоположения затем снова реально внедрялись в практику, носили характер действенный, воздействующий на общественные отношения. 5* Л. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1950—1957). стр. 63—64. Qi 1AQРусская Правда Пространной редакции, статьи 7, 9, 10, 07, 55
§ 3. Процедура «свода» н «холопий вопрос» Одним из характерных институтов древнерусского права была процедура «свода» — розыска пропавших (утерянных или похищенных) вещей и рабов. Акты по- купки на торгу должны были сопровождаться определен- ными формальностями. Их несоблюдение покупателем влекло за собой ответственность последнего в том случае, если впоследствии оказывалось, что приобретено было имущество, продавцу не принадлежавшее. Покупатель, чтобы снять с себя обвинение в краже, должен был «свес- ти» владельца пропавшего имущества с тем, кто ему его продал. Тогда тот или отвечал как «тать» илп, в свою очередь, аналогичным путем отводил от себя подозреппе в «татьбе». Подобный порядок одновременно говорил о достаточном развитии частной собственности и" о разра- ботке соответствующих правовых норм, ее охранявших, а с другой — свидетельствовал о слабости экономических связей, в силу чего поиски пропавшей вещи вращались в сравнительно узкой округе. Новгородские берестяные грамоты рисуют конкрет- ные формы розыска потерянных или украденных вещей и холопов, в частности характеризуют институт «свода». С большим трудом читается грамота № 8 (XII— ХШ вв.) 5б. Многое в ней неясно. А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров предлагают следующее чтение: «ось- мнун..., скръи Гучьку, чья ...[е]сть корова, да молови ему ожалочыпи57 коровь, а едеши по корову, а вьзи [8]58 гривьнь». Исходя из этого чтения, Л. П. Жуковская дает та- кой перевод грамоты: «[Г]осьмпуну. Скрой Гучьку, чья корова (т. е. Гучьку, которому принадлежит корова), п скажи ему (не переведено: «ожалочыпи коровь»). [Если] поедешь за коровой, вези три гривны». Сама Жуковская признает, что смысл грамоты ей не вполне понятен 59. Иное чтение и другое понимание текста предлагает В. К. Чичагов. Оп считает, что в грамоте написано не 58 А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. НГБ (1951), стр. 57 Д. С. Лихачев (Рецензия — СА, т. XIX, 1954. стр. 324) чита- ет: «о жалочыпи». 58 По мнению М. К. Кислова, не «8», а «три». 59 «Палеографический и лингвистический анализ нбг». стр. 194, 56
«да молови ему», а «дамо лови ему» и не «о жалочьши», а «оже лучыпи коровьа». Смысл здесь, по мнению Чича- гова, такой: «[я] дам ловы ему, что лучше коровья», т. е. речь идет об обмене «ловов» (мест ловли зверей или птиц; «ловищ») на корову60. Понимание грамоты В. К. Чичаговым представляется мне натянутым. Искусственны разбивка на слова и тол- кование текста. Чтение, предложенное А. В. Арцихов- ским и М. Н. Тихомировым, в целом ближе к истине, но требуются некоторые коррективы в транскрипции и рас- крытии смысла. Правда, внести полную ясность в гра- моту, сильно поврежденную временем, невозможно, но надо поискать пути, которые приблизили бы к расшиф- ровке ее содержания. Речь идет о корове, причем ясно, что вопрос стоит не о легальной покупке, а рассматрива- ется какое-то спорное дело о том, «чья... [е}сть корова». Разобраться в существе конфликта помогает привлече- ние Русской Правды. По поводу первого слова в берестя- ной грамоте № 8 — «осьмнун» А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров высказывают предположение, не яв- ляется ли оно искажением термина «осмьник» — «осме- ник» — должностное лицо или сборщик торговых пош- лин. Обращаясь к Русской Правде, видим, что обвиняе- мый в покупке чего-либо краденого на торгу (коня, одеж- ды, «скотины») должен указать того «мытника» (сборщи- ка торговых пошлин), в присутствии которого была со- вершена покупка. Думается, что грамота № 8 представляет собой кон- кретный случай применения приведенной выше статьи Русской Правды. Начало грамоты можно прочитать не- сколько иначе, чем предложили А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров, а именно: «Осьмпуну, н[ь]61 скрьи Гучьку, чья...[е]сть корова...» Гучко, вероятно, приобрел краденую «скотину» (коро- ву). Нашелся ее владелец, сумевший доказать свое законное право собственности, сославшись на «осмени- ка» — «мытника», в присутствии которого сам в свое время купил корову у третьего липа. Гучко же не мог такой же ссылкой подтвердить свою покупку и поэтому, 84—85)^ ^ичагов- Филологические заметки (ВЯ, 1954, № 3, стр. 61 После буквы «и» в тексте какая-то буква, похожая на «ь». 57
По закону, должен был лишиться коровы. Русская Прав- да .говорит по этому поводу: «...оному желети своих кун, зане не знаеть, оу кого купив», т. е. тот, кто не знает, у кого купил коня, одежду, «скотину» и прочее, относи- тельно чего возбужден судебный иск, теряет затраченные деньги, а спорное имущество у него отбирается. Закон пый собственник коровы, которую приобрел Гучко, защи- щая своп права при посредничестве «мытника» — «осме- ника», просит последнего поехать к Гучку и разъяснить ему статью Русской Правды, «молвив» «о жалочьшп коровьа». Последнее выражение вполне совпадает с формулами Русской Правды: «а оному же лети своих кун», «а прока ему желети, что с нимь погибло»62. В то же время законный собственник коровы готов ее уступить Гучку за соответствующую сумму и поэтому просит «осменпка» отвезти п предложить ему деньги. Для характеристики процедуры «свода» интересный материал, по-моему, дает грамота № 65 (XIII в.) 63, хотя содержание ее можно толковать по-разному. Это начало письма, довольно легко читающееся: «Поклно от Матвия ко Есифу ко Давидову. Вывези ми 2 медведна да веретп- ша да попонь. А к...» На обороте грамоты тем же почер- ком на писано: «Ажь водя, по 3 рубля продай, ал и не водя —нь продай». «Медведно» — полсть из медвежьей шкуры. В духов- ной великокняжеского Подвойского Ивана Грани середины XV в. читаем: «...Взяти ми в Володимере же на Мслехена Раткове сыне медведно, цена ему восмь алтып» 64. В Нов- городе были (как видно из позднейших источников) скор- няки-профессионалы, занимавшиеся обработкой медвежь- их шкур65. Знаток Истории торговли С. В. Бахрушин определяет попоны как узкие полсти, выделываемые из войлока66. «Веретише» — «вретище» — мешок. Смысл грамоты № 65 проще всего видеть в том. что Матвей обращается к Есифу Давыдову с просьбой привез- ти ему из какого-то города (вернее всего — из Новгорода) перечисленные в письме вещи. Может быть. Матвей — 62 Русская Правда Пространной редакции, статьи 32. 35. 63 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 65—66. 64 АСЭИ, т. III. стр. 473, № 494. 63 А. П. Пронштейи. Великий Новгород в XVI веке. Харьков, 1957, стр. 59, 84, 89. 248. 66 С. В. Бахрушин. Научные труды, вып. I. М., 1952, стр. 171. 58
феодал, а Еспф — купец, может быть, опи оба — купцы, сказать трудно. Но тут же возникает вопрос о соотношении текста на лицевой стороне письма с текстом на обороте, где речь идет уже не о покупке, а о продаже: адресат должен что- то продать. Но что? Не медведпа же, веретища и попоны, которые заказал ему привезти Матвей. Может быть, поручение Матвея надо понимать иначе? Говоря «вывези», не имеет ли он в виду, чтобы Есиф не привез ему, а, напротив, взял у него и повез продавать указанные товары? Но если так. то непонятно сочетание глагола «вывези» с местоимением «ми». Вызывает много вопросов и слово «водя». А. В. Арци- ховский просто указывает, что он не нагнел подходящего значения глагола «водить». В. М. Глухов предлагает пере- вести «водя» словом «торгуясь», и тогда, по его мнению, текст станет понятным: «торговавшись, по 3 рубля продай, а не торгуясь пе продавай» 67. Но Л. П. Жуковская по это- му поводу справедливо недоумевает: почему автор письма заранее уверен, что придется торговаться, и не дает ука- зания просто настаивать на определенной цепе; ведь, мо- жет быть, удастся совершить торговую -сделку и не тор- гуясь. Сама Жуковская приводит несколько возможных толкований термина «водя» — «хлопоча», «помогая пере- двигаться. поддерживая», но пи одно из них ее пе удов- летворяет 68. Если речь идет о продаже медвежьих шкур, то, может быть, будет полезно воспользоваться пекоторыми данны- ми, касающимися техники скорняжного дела? При обра- ботке, например, беличьих шкурок они подбирались по «водам», т. е. по разным оттенкам цвета69. «Вода» и «во- дя»— созвучные термины. Не поручил ли автор письма адресату платить три рубля лишь за шкуру соответст- вующего качества? Но тут снова возникает недоуменный вопрос: продавать пли покупать должен был Еспф мед- ведка и все остальное? Решаюсь предложить понимание письма Матвея к Есифу, связав его содержание со статьями Русской Прав- ды о «своде» по искам о пропавших вещах. Матвей обна- 91 Д. С. Лихачев. Рецензия (СА. т. XXVIT. 1957, стр. 329). Л. П. Жуковская. НБГ. М.. 1959. стр. 71. А- Л. Хорошксвич. Торговля Великого Новгорода с Прибал- тикой и Западной Европой в XIV—XV веках. М., 1963, стр. 101. 59
ружил у кого-то принадлежавшие ему ранее вещи (мед. ведна, веретища, попону), признал их своими, а тепереш- него их владельца обвинил в краже или покупке краде- ного. Начался «свод», т. е. (как говорилось выше) особого рода расследование, при котором каждый человек, подо- зреваемый в воровстве, должен был указать — у кого он купил спорное имущество. «Свод» вышел за пределы го- рода, где жил Матвей, и последний поручил дальнейшее ведение дела Есифу. Согласно ст. 31 Русской Правды Пространной редакции вне городской черты «свод» про- должался до третьего ответчика. Тот должен был возме- стить истцу стоимость пропавшего у него имущества, а сам с этим имуществом в руках идти по «своду» дальше, пока не будет найден настоящий похититель, который уже не сможет отвести от себя обвинения. На этого «ко- нечного татя» и падет обязанность уплатить все убытки по иску и штраф в казну («продажу»). Когда Матвей писал Есифу — «вывезп» мне такие-то вещи, он подразумевал, очевидно, не их покупку, а воз- врат по окончании «свода». Когда он говорил «водя» или «не водя», он, надо полагать, имел в виду: признает ли себя виновным в краже тот, на кого будет указано в ре- зультате «третьего свода», или нет. Термин «водя», ду- мается, правомерно сопоставить со словом «свод» и, вла- стности, с выражением Русской Правды: «с веди те с я. кто будеть виноват, на того татба снидеть...» «Продан», вероятно, означает не «соверши сделку продажи на рын- ке», а «привлеки к уголовной ответственности, заставь уплатить продажу» третьего по счету ответчика, если он виноват; если же пет. пусть продолжает «свод». Кстати, бросается в глаза следующее совпадение: по Русской Прав де «продажа» — три гривны, автор берестяной грамоты № 65 пишет: «по 3 рубля продай». Цифры сходятся. Наряду с материалом о «своде» по искам о похищен- ных вещах, в берестяных грамотах имеются сведенпя и о «своде» по делам о владении холопами. В обществе, кото- рое рисуют документы на бересте, рабы представляли оп- ределенную ценность, и рабовладельцы вели за них борь- бу. До нас дошли лишь отдельные иллюстрации этой борь- бы, на основе которых трудно составить представление о ее силе, интенсивности, распространенности. Но иллюстра- ции эти столь жизненны, что невольно приковывают вни- мание и захватывают воображение. 60
В одной из древнейших берестяных грамот —№ 109 (XI »•) 70 говорится: «Грамота отъ Жизномира къ Микоу- ле. Коупилъ еси робоу Плескове. А ныне мя въ томъ яла кънягыни. А ныне ся дроужина по мя пороучила. А ныне ка посъли къ томоу моужеви грамотоу, е ли оу него роба. Д се ти хочоу, коне коупивъ и къняжъ моужъ въсадивъ, та на съводы. А ты, атче еси не възалъ коунъ техъ, а не емли ничъто же оу него». Ряд исследователей (приоритет здесь принадлежит А. В. Арциховскому) связывает эту грамоту с постанов- лением Русской Правды о том, что владелец украденно- го и перепроданного раба, обнаружив его у другого вла- дельца, имеет право возбудить о нем иск и требовать от йовотю господина (как и в случае находки пропавшей ве- щи) «свода», т. е. указания лица, продавшего ему раба. Тот поступал аналогичным образом. Но так дело велось (в противоположность процедуре розыска похищенных вещей) только до «третьего свода». Третий ответчик дол- жен был отдать истцу своего раба, а сам продолжать розыск, используя украденного человека в качестве «ли- ця» (поличного), и на основании его показаний устанав- ливать всех тех, кто его продавал и покупал, вплоть до «конечного татя», т. е. до обнаружения подлинного вора. Тогда происходил обмен рабами между третьим ответчи- ком и истцом, а «конечный тать» должен был уплатить «продажу» и возместить убытки истцу71. Смысл грамоты Жизномира Микуле (слуге) следую- щий. Автор письма сообщает адресату, что на купленную им в Пскове рабу предъявила права (как на беглую или похищенную) княгиня. Она задержала Жизномира и при- влекла его к ответственности. За Жизномира поручилась Дружина (такое поручение требовалось согласно нормам Русской Правды) 72. Жизномир, обращаясь к Микуле, про- сит его узнать у продавца рабы, есть ли у него другая ра- ба, которую он должен отдать княгипе (опять-таки со- гласно нормам Русской Правды), вместо рабы проданной и оказавшейся беглой или краденой, на то время, пока яри помощи этой последней будет производиться «свод», ™ Арциховский и В. Л. Борковский. НГБ (1953—1954). стр. 38—-41. Дакции>^СС^Я ПРавДа Краткой редакции, ст. 15; Пространной ре- 72 Русская Правда Краткой редакции, ст. 13. 61
т. е. розыски ее похитителя у княгини. Вести расследо- вание будет княжеский «муж» (дружинник), для которо- го Жизномир специально покупает коня. Жизномир пре- дупреждает Микулу, чтобы оп не соглашался на получе- ние с продавца рабы заплаченных за рабу денег, ибо про- давец, возможно, захочет, чувствуя свою ответственность, прекратить таким путем дело. Большой интерес для изучения вопроса о «своде» по искам о холопах представляет грамота № 155 (XII в.)73: «От Полоцька къ... Пояле девъку оу Домаслава. На мне ти Домаславе възяле 12 гривне. А приели 12 гривне. Или не прислеши, а мне тп стати... [кня]зя и у владыке. А боль- ши ти протеря гоши». Все исследователи (А. В. Арциховский, Л. П. Жуков- ская74, Б. Б. Кафенгауз75, В. Л. Янин76) считают, что в этом письме речь идет о женитьбе адресата па «девке» — рабыне Домаслава. Домаслав взял за нее выкуп с автора письма. Тот хочет возместить этот убыток и просит адре- сата вернуть ему стоимость рабыни, угрожая в противном случае обратиться в суд (княжеский и владычный). Это толкование оставляет пеобъясненньгм один вопрос: при- чем здесь Полчек? Почему он расплачивался за брак ад- ресата и выкупал для него жену из рабства, а потом ему же стал грозить судом? Мне думается, что названные выше исследователи не- правильно видят основное содержание грамоты № 155 в осложнениях, возникших в связи с женитьбой свободно- го человека на чужой рабыне и выкупом последней на сво- боду. Предпосылкой для подобной трактовки является понимание выражения «поял девку» как «женился», «взял девку в жены». В таком смысле это выражение действи- тельно часто встречается в источниках. Но есть и другое значение глагола «поял» — «пояти», «поиметь», кото-рос применительно к «челядинам» употреблено в ст. 33 Про- странной редакции Русской Правды и которое прямо свя- зывает с этой статьей берестяную грамоту № 155. По ст. 33 Русской Правды владелец беглого или украден- 73 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 34— 26. 74 Л. П. Жуковская. НБГ, стр. 41. 75 В. Б. Кафенгауз. Заметки о новгородских берестяных гра- мотах («История СССР». 1960. № 1. стр. 172). 78 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 170. 62
ЛОГО «челядина». опознавший его у кого-либо, может его <пОяти» (т. е. забрать себе) и, руководствуясь показания- ми «челядина» о тех, кто его покупал и продавал, искать путем «свода» его похитителя. Вероятно, адресат письма № 155, найдя у Домаслава какую-то «девку», назвал ее своей рабыней и вернул себе. Началось расследование («свод»), которое привело к Пол чеку. Тот, видимо, не смог отвести от себя подозренпе, и ему пришлось поэтому уплатить Домаславу двенадцать гривен. Кстати, такова была сумма «продажи», которая, по ст. 34 Русской Правды, взималась с владельца беглого или украденного челядшга. Полчек был вынужден внести эту сумму, но в письме к лицу, возбудившему иск о ра- быне, потребовал вернуть ему деньги, не считая себя ви- новным. Может быть, принадлежность «девки»-рабыни человеку, которому адресовано письмо, была спорной, мо- жет быть, у последнего была какая-то договоренность с Домаславом о взыскании с него денег, которые он платить был не должен,— здесь мы вступаем уже в область га- даний. Во всяком случае, в своем послании Полчек под- черкнул, что если адресат не возместит его убытки, то он будет действовать по суду дальше, и это принесет ад- ресату только расходы, ибо ему придется взять на себя все судебные издержки. Обращаю внимание на полное соответствие терминов «про тер я» в грамоте № 155 и «про т ор» в ст. 33 Русской Правды («протор тому же платити», т. е. все издержки платить лицу, виновность которого окончательно установлена). Не совсем понятно выражение «протеря гоппт...» «Го- шити» «изгошити», «угошити» значит: делать, устраи- вать77. Буквальный перевод слов «протеря гошитп» был бы: делать ущерб. Но я думаю, что «гоши» — это сокра- щенное (написанное с пропуском букв) «гонеши». Давая подобное толкование, останавливаюсь па ст. 108 Простран- ной редакции Русской Правды, где речь идет как раз о по- исках беглого холопа, причем имеется выражение: «...аче Упустить и гоня». Надо думать, что Полчек приглашает своего адресата пойти на мировую и, во избежание ущер- ба для него самого, не возобновлять процедуру «свода» или «гонения». языка Срезневский. Материалы для словаря древнерусского 63
Несколько неясно, почему Полчек собирается обра, титься в суд не только княжеский, но и в'ладычний. Mq, жет быть, действительно, его адресат желал добиться по- лучения рабыни с тем, чтобы на ней жениться, а подобное дело могло быть подведомственно церкви. Но основная тема письма К® 155 — это не выкуп рабыни, а спор о ней на основании норм Русской Правды. При изучении вопроса о том, как проводился «свод» по искам о холопах, может быть, полезно привлечь гра- моту № 400 (XII—XIII вв.) 78. От нее остались, правда, лишь два куска, па которых текст можно разобрать толь- ко частично. Первый кусок: «...о... оу... ш... еси холопъ и нарекла». Второй кусок: «...ю... з... оу ти я... ъ тр... не паре...» По мнению А. В. Арциховского, «автор письма пере- дает разговор, очевидно, свой, с какой-то раздраженной женщиной. Она сначала назвала его холопом, а потом еще как-то нарекла». А может быть, это не просто разговор, в котором невоздержанная на язык женщина не стесняет- ся в выражениях? Возможно, что она «нарекла», т. е. объявила своим, действительно принадлежавшего ей, а затем бежавшего от нее или украденного холопа. По Рус- ской Правде владельцу похищенных вещей запрещалось, найдя последние, просто заявить об этом и взять их; он обязан был потребовать «свода» («...не рци и: се мое, но поиди на свод, кде есть взял»). Если речь шла о холопе, то, производя свод, нужно было руководствоваться пока- заниями последнего («а то есть не скот, нелзе рчи: оу кого есмь купил, но по языку ити до конця») 79. Вполне законно допустить, что в грамоте № 400 от- ражен случай, предусмотренный приведенными выше статьями Русской Правды. Владелица пропавшего холопа, встретив его, заявила свои права на него, отступив при этом, возможно, от утвержденной правовыми нормами процедуры «свода». Даже те единичные факты применения «свода» в де- лах о беглых и украденных холопах, которые были рас- смотрены выше, свидетельствуют об актуальности «хо- лопьего вопроса» в древней Руси. Достаточно разрабо- танные процессуальные нормы должны были служить 78 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 100. 78 Русская Правда Пространной редакции, статьи 29 и 33. 64
укреплению владельческих прав господ па рабов п содей- ствовать борьбе с их нарушениями. Некоторые сведения о холопах имеются в документах на бересте и независи- мо от вопроса о «своде». В отрывке грамоты № 335 (XI— XII вв.)80 говорится: «...нье добро же. Мени же ми кълътъке цетыри, по полоугривне кълътъкъ золотыхъ. А за тобою 12 коупе робьихъ ве... же тими веверицами шело...» Автор письма просит адресата продать ему четыре при- вески, служившие украшениями. «Колотке» — «молот- ки» — «колткп» — серьги, привески. А. В. Арциховский приводит выдержки из позднейших духовных грамот XV в. новгородца Федора Остафьевича Своеземцева л князя Михаила Андреевича Верейского, содержащие опи- сания «колток»: «а что перстень и колткп золотые, а то Офнмьипо» 81; «да отець пожаловал, дал дочерп своей... колткп золоты сь яхонты» 82. Судя по последней выдержке, прилагательное «золо- тых» в грамоте № 335 должно относиться к «колткам»: серьги, вероятно, былп золотые. Но, возможно, имеется в виду другое: за каждое украшение следовало уплатить по полугривне золотом (ср., например, в. ст. 17 Простран- ной Русской Правды: «оже не будеть лиця, то тогда дати ему железо из неволи до полугрпвны золота»). «Мени» означает выменяй, но поскольку в грамоте указана цена «колток», тот же глагол приобретает значе- ние «продай». В связи с вопросом о холопах нас больше всего интересует выражение, «а за тобою 12 коупе робьихъ ве... же тими веверицами шело...» Его надо, очевидно, по- нимать так: в счет цены за колткп следует включить 12 кун, которые адресат должен автору письма за холопа или рабыню. Под «робьими кунами» можно подразуме- вать: либо плату (может быть, часть ее) за купленного холопа, либо цену выкупа чужой рабыни, вышедшей за- муж за несвободного человека адресата, пли штраф за Удержание чужих рабов. Естественно возникает вопрос, к какому социальному кругу принадлежали автор письма и адресат. Можно пред- положить, что последний был ремесленником. Но тогда 80 Л. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 23—24. 81 ГВИП. стр. 171. № 111. п ДДГ. стр. 312, № 80д. 3 Л. ц. Черепнин
причем здесь «робьи купы»? В последнем разделе Пр0. странной редакции Русской Правды много внимания уде, ляется бегству холопов в города п возшгкающим конфлик- там между рабовладельцами и теми, кто беглецов скрывал. Допустимо думать, что автор письма № 335 заказывает «колтки» у ремесленников, которые приняли в свою сре- ду (ведь были же ремесленные организации) его беглого холопа, и при расчете берет за него какую-то часть вы- купа. Но возможно и другое объяснение. Русская Правда упоминает вотчпнпых ремесленников83. Может быть, гра- мота № 335 отражает случай покупки одним феодалом у другого вещей, выделанных несвободными ремесленника- ми последнего, а в счет платы за эти вещи просит зачесть деньги, которые владелец ремесленников должен ему за ранее приобретенного у него (или незаконно принятою) холопа (или рабу). Второе объяснение менее правдоподобно, чем первое, ибо вряд ли вотчинные ремесленники делали столь топ- кие и ценные украшения. Полагаю, что в Русской Правде можно найти ключ к объяснению грамоты № 411 (XIII в.)84 85, в которой гово- рится: «...ора86 ко Ксьпье. Ожь ялъ будь Матфьеца, добрь скуеть, а цьпье могить добы[ти]86. Прикуеть в подкльть в пивномо. А дае Кснятииьцу его, оть блюдь до мьнь... и в сьло с посто...» В начале письма было обращение (как предполагает А. В. Арциховский,— «[от Фед]ора» или «[от Сид]ора», либо, как думает В. Л. Яппн,— «[от Александра», или «[от Мена]ндра», или «[от Ника]ндра»). А. В. Арциховский так переводит текст: «От Федора к Ксении. Если Матвея поймали, хорошо его скуйте, а цепи сумейте достать. Прикуйте в пивном подклете. Дай- те его Константину, пусть сторожит до моего приезда». Последнюю строку, где имеются разрывы, А. В. Арцихов- ский отказывается перевести. Может быть, смысл этой грамоты прояснится, если со поставить ее со ст. 108 Русской Правды: «Аже кто свое- 83 Русская Правда Пространной редакции, ст. 12. 84 А. В. Арциховский. Берестяные грамоты из раскопок 1962— 1964 гг., стр. 203—204; В. Л. Вини. Я послал тебе бересту..., стр. ПО. 85 В. Л. Янин читает: « .. .ндра». 88 Конъектура А. В. Арциховского. 66
холопа сам досочиться в чьемь любо городе, а будеть посадник не ведал его, то, поведавше ему, пояти же ему отрок от него и шедше оувязати и, и дати ему вязебную 10 кун, а перенма ветуть; аче оулустить и гоня, а собе еМу пагуба, а платить в то никто же, тем же и переима нетуть». Это значит: если кто-либо найдет в каком-либо городе своего (беглого) холопа (причем посадник не знал, что холоп там скрывался), то владельцу беглеца следует, известив об этом посадника, взять у него отрока, который заложит на беглого холопа оковы, и заплатить отроку 10 кун «вязебного». Брать же штраф за «переим» холопа пи с кого не надо. Если же затем холипо владелец, ведя пой- манного холопа к себе домой, по дороге снова его упустит, то сам будет виноват, платить за это ему пикто не обя- зан, и штраф за «переим» в данном случае не взыски- вается. Вернемся теперь к грамоте № 411. Матфеец — по-ви- димому, беглый холоп автора письма и его жепы Ксении. Последняя находится в Новгороде, ее муж — в подгород- ном имении (в «сьле»). Розыски Матфейца, очевидно, про- водятся в соответствии с процедурой Русской Правды. В них принимает участие какой-то Кснятинец (Констан- тин) — по всей видимости, «отрок», выделенный посадни- ком. Оп должен сковать Матфейца. т. е. заковать его в цепи. Об этом весьма беспокоптся холоповладелец в пись- ме к своей супруге Ксении. Когда холоп будет скован, его, очевидно, следует доставить из Новгорода в село. При этом важно не упустить его снова по дороге. Надо ду- мать, господин хочет этим запяться сам. Вот он и просит, чтобы до его приезда в город Матфейца продержали ско- ванным в пивном подклете его городской усадьбы, а Кон- стантин последил бы за тем, чтобы тот не убежал. Как только автор письма прибудет в Новгород, он сам поза- ботится о доставке Матфейца в свое село. С большой долей гипотетичности можно связать с проб- лемой холопства материал берестяной грамоты № 150 (All в.)87, которая сохранилась с большими разрывами: «воз... родо... ово у во... п... танеть ти сини моуже... ъ сас есмъ, и побегли...» 2Э АрЧиховский п В. И. Борковский. ПГБ (1955), стр. 67 3*
Слово «по бе гл и» упоминается еще в грамоте № 44 (XIV в.): «побегле во Немьце» Речь идет здесь о jT0, беге (видаемо, из-за пристава) иноземных купцов. В № 222 (XII в.) говорится: «ожь ти нь бьжяли колобягь» (по- видимому, предусматривается возможность побега колбяг. у которых возникла тяжба с новгородцами). По аналогии можно думать, что и <в документе № 150 рассказывается о побеге каких-то подлежащих суду людей. В какой свя- зи упомянуты здесь сани, сказать нельзя. В «Слове» Да- ниила Заточника есть выражение: «а безумного, аще и кмутьем бьешь, развязав на сапех, не отъимепги безумия его» 88. Может быть, и в грамоте № 150 подразумевается наказание на санях, которого избежали или которое ожи- дает беглецов. Конечно, это не обязательно холопы. Но по Русской Правде полагалось «бита... розвязавше» холопа, ударившего своего господипа и бежавшего от возмездия, а затем пойманного89. Нс имеет ли в виду подобный акт расправы и грамота № 150? Это лишь одно из предположе- ний, доказать которое невозможно. Исследования последних лет все более убеждают в том. что холопство занимало видпое место в общественной структуре Руси X—ХШ вв. Пополнение источников по истории этой социальной категории чрезвычайно важно. И находки берестяных грамот, хотя их по данному вопро- су и названной эпохе не так много, хотя сохранность тек- стов очень плохая, а уцелевших полностью среди них поч- ти нет совсем, помогают нагляднее представить положе- ние холопов. § 4. Тяжбы по делам о кредите и ростовщичестве Целый ряд статей Русской Правды посвящен вопро- су о кредите и ростовщических операциях. Усиление рос- товщичества, закабаление непосредственных производи- телей в городе и деревне вызвали, после смерти в Киеве князя Святополка в 1113 г., сильное народное движение. Владимир Мономах, заняв освободившийся киевский стол, принужден был издать устав о «резе» (он вошел в состав Пространной редакции Русской Правды), несколько огра- 88 «Слово Данлпла Заточника по редакциям XII и XIII вв. и их переделкам». Подг. к печати Н. Н. Зарубин. Л., 1932. стр. 65. 89 Русская Правда Пространной редакции, ст. 58. 68
дичивтппй деятельность ростовщиков, нормировав велп- тдпту процентов, взыскиваемых ими с должников. Новгородские берестяные грамоты дают новый мате- риал для характеристики кредита и ростовщичества в древней Руси. Это прежде всего разнообразные долговые документы: заемные письма, расписки, обязательства, рассмотрим их образцы. От грамоты № 380 (XII в.) 90 сохранились два отрыв- ка. Сложив их, можно прочптать: «...остяте къ... жи съко- пивъшп воверъ... жи... же яз... те придоу по велике дъ[нп]...» Первое слово А. В. Арциховский реконструирует как «[Г]остяте». Следовательно, Гостята является адресатом данного письма. Автор последнего пишет, что, собрав ве- верицы (т. е. деньги), он приедет к Гостите «по велике дни», т. е. после пасхи, вероятно, чтобы отдать запятые деньги. Это письмо — обязательство об уплате долга в срок. В отрывке грамоты № 168 (XII в.) 91 содержатся сле- дующие фразы: «Оу Дъмитра пълъ 11 гривень. Оу Радь ка...» По поводу данного письма можно сказать лишь, что оно является началом какого-то документа, говорящего о займе денег или о раздаче их в долг. По содержанию и форме к № 168 близка грамота № 228 (ХП в.) 92, где сказало: «Оу Доброжнра полоуто- ре. Оу Яръшековее дявяте. Оу За вида семе векоше и ре- зана. Оу Олисея резана. Оу Го...» Вероятно, и в данном, и в предыдущем случаях перед нами документы, офор- мляющие договоры займа. Это или записи кредиторов, ссужающих должников, или письма последних о том, ко- му и что они должны. Оба документа отличаются лишь величиной денежных сумм. В одном случае ( умма вели- ка, в другом — упомянуты мелкие долги. Приближается к № 168 и 228 и третий аналогичный Документ, два уцелевших отрывка которого опубликова- ны А. В. Арциховскпм под № 240 (XII в.) 93. Первый отрывок: «...у...нега со братьею гр...ниць 2 гривьне. У...» 90 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 81. „ 91 В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 53— Оо. к Л. В. Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1950—1957), стр. 51—52. *’ Там же, стр. 62. 69
Второй отрывок: «...ю 3 гривьпе. У Дражь...У Пьсан» гривьна. У Ко...ьиа...» По всей видимости, взыскание долга имеется в вид\ в письме № 334 (XII—XIII вв.) 94: «О Мирослава ко Ратмироу, ко Ал... [гри]вне серебра, а гривпоу деньк...» Вследствие плохой сохранности бересты прочитать текст грамоты полностью не удается 95. Очень лаконична грамота № 120 (XI—XII вв.) 96; «О[т] Якима къ Нестьруо. Въдап векъшуо». Если «въдаи» значит «дай», то можно думать, что Яким про- сит Нестера одолжить ему деньги. Если понимать слови «въдаи» как «отдай» (А. В. Арциховский), то, очевидно, надо сделать вывод, что речь вдет о возврате долга. Со- поставление письма № 120 с другими текстами па бере- сте говорит за правильность второго объяснения97 * 99. Та- ким образом, грамота № 120 представляет собой требо- вание о возврате взятых взаймы денег. То же можно сказать о письме № 79 (XII в.) «а водап Мпхалеви» («отдай Михаилу»). Вряд ли пра- вильно мнение А. В. Арциховского, который считает его ярлычком или этикеткой, привязывавшимися к по- даркам пли вообще вещам, предназначенным для пере- дачи определенным лицам. Скорее это записка, напоми- нающая о необходимости расплатиться по долговым обя- зательствам. Возможно, кредитор предлагает должнику вернуть взятые у пего деягьгп другому лицу, которому он сам должен. Нечто подобное находим в отрывке грамоты № 231 (XII в.) ", которую удается прочитать так: «От Твьрь- дилъ къ Да...ль есьмъ Ньжиль пъпъвь дъвь гривьпь 94 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 21—23. 95 От грамоты № 76 (XII в.) дошло два небольших отрывка. На одном можно прочитать буквы «импт». на другом —слово «гривьн» (Л. В. Арциховский. НГБ. 1952, стр. 76—77). Понятно только последнее слово — «грнвон». Но остается под вопросом, что оно означает: сумму долга, штраф, иону товара или что-то еще. 93 .4. В. Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 53. 97 Ср. № 114 (XII в.): «водап гривеноу пстъ[доу]>; № 227 (XII—XIII вв.): «водар семоу 2 грнвьне»: № 293 (XIII в.): «5 гри вьнъ и 8 кунъ въдаи Волотъковеи...»: № 296 (XII в.): «а водаеп, бога дьля. съ 5 гривь[пъ]». Всюду речь идет об отдаче долга. 93 А. В. Арциховский. НГБ (1952). стр. 79. 99 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. ПГБ (1956—1957), стр. 54. 70
jj-ьдаль за та, а пынь ®з... Стьпань». В письме Твердила к какому-то адресату полностью сохранилась только одна фраза: Нежило, шшов сын, вдал за тебя две грив- ны. И до дайной фразы, и после пее идут разрывы, ме- шающие реконструкции текста. Приведенное место из грамоты № 231 почти полностью совпадает со ст. 56 Пространной редакции Русской Правды: «Аже холоп обелный выведеть конь чии любо, то платит за нь 2 гривны», т. е. если полный холоп уведет чьего-либо коня, то господин должен заплатить за него две гривны. Было бы очень заманчиво предположить, что Твердило (может быть, какой-то представитель администрации) сообщает хозяину провинившегося холопа, что за по- следнего внесена должником холоповладельца требуемая законом сумма. Но для подобного толкования разбирае- мого документа данных в нашем распоряжении нет. Со- циальное положение адресата неизвестно, так же как не- ясны его денежные отношения с Нежилом, неизвестно, каким образом образовался покрытый последним долг. Мы знаем только, что Нежил уплачивает деньги за дру- гого человека. Ряд рассмотренных долговых документов, вероятно, может пролить свет на характер тех досок, на которых оформлялись заемные обязательства и о которых говорит сковская судная грамота ,0°. Словом «доска» обозна- ался документ, не заверенный официальным нотариаль- см поРяДком. Это могла быть и доска в буквальном ысле данного термина, ио мог быть и кусок бересты, одо ный тем, о которых только что шла речь. ___ ре ди берестяных грамот сохранились не только заем- каЛ запис11’ расписки и т. д. Имеется также материал, гопл^н^н^и тяжо по этим документам или, напротив, моте ЯМИ^>о/ЛГЛ^И°М Р‘ггзРешенпи денежных споров. В гра- jn 2 1 (ХИ в-) 101 можно разобрать следующее: 1Ч>пвкГи^1Яги1е “ къ брату- А водаеп, бога дьля. съ Г» IIDo 1*Чланяю тп ся. А есть му;кь, съ нямь 102 а ходу п~Ь?1’Т,1‘ ^сьмь въ яогрьбь. Идоу къ святымь. II вода». РажАиЧаЛ0 т5кста ясно- Автор письма в почтительных вы- адиях обращается к адресату с просьбой отдать ему ’’’ ПРП. выл. И. стр. 289, ст. 28; стр. 290. ст. 30. „ . Л. Д. Арциховский и В. II. Борковский. НГБ (19э6 1957), стр. 125—120. 02 Л. В. Арциховский выделяет слова: «А есть мужь съ пямы>. 71
пять гривен. Слово «брат» может указывать на стопор родства или на то, что переписка идет между людьми од. кого социального круга. Но дальнейший текст восприц^ мается с трудом. А. В. Арциховский считает, что пишет человек, нахо. дящийся в «погребе» (тюрьме) и чувствующий прибли- жение смерти (в этом смысле исследователь толкует вы- ражение «иду к святым»). Подобное толкование, несом- ненно, заслуживает внимания. Если его принять, то станет попятной и ссылка на какого-то «мужа». Это, очевидно, кредитор, с которым заточенный несостоятельный долж- ник хочет расплатиться. Известной параллелью к берестяной грамоте № 296 может служить имеющийся в «Житип» Бориса и Глеба рассказ о том, как в княжение Ярослава Мудрого были «осужепи от старейшин града того п всажени в погреб» (тюрьму) некий «мужи» 103. Но допустимо, думается мне, трактовать письмо № 296 и ио-иному. Фраза «идоу кь святым» может означать ве приближение смерти, а намерение отправиться к «свя- тым местам», совершить паломничество. Естественно, что, собираясь в путешествие, автор письма хочет запастись деньгами. «Погреб» не обязательно понимать как тюрь- му. Это слово (с ударением на последнем слоге) означав г также ликвидацию всяких денежных претензий и обяза- тельств. Например, в договоре великого князя московско- го Дмитрия Ивановича с великим князем тверским Ми- хаилом Александровичем 1375 г. есть условие: «А как еси к нам сложил целованье, .а что мы оу тобе поймали и по- воевали, а тому всему межи нас погреб» ,04. Если слова «есьмь въ погрьбь» не выделять в само- стоятельное предложение, а связать с предшествующим, то смысл рассматриваемого ппсьма раскрывается следую- щим образом: у его автора были какие-то расчеты с неким «мужем», по он пх хочет ликвидировать. Здесь дело ле до- ходит до суда. В других случаях оно обстоит иначе. Так, в отрывке № 121 (XI-—XII вв.) 105 па внешней стороне грамоты уцелело: «...х... она осудила ти...»: на 1ПЗ «Жития святых мучеников Бориса и Глеба и службы им». Приготовил к печати Д. И. Абрамович. Пг.. 1916, стр. 14, 20, 32. 48. ,,п ДДГ, стр. 27. № 9. 105 Л. В. Арциховский и В. //. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 54. 72
^утренней — «...в... дадять... до». Ясно, что речь идет о я 2р, по кто с ком и о чем судится,— неизвестно. Слово Ладять» напоминает текст Русской Правды: «...то да- лять ему куны—» 106 А это позволяет думать, что в гра- >соте № 121 упоминается какое-то судебное дело о долго- вых обязательствах. С большей определенностью можно говорить о харак- тере грамоты № 295 (XII—XIII вв.)107, хотя и от нее до- шел лишь конец: «...ше съ вами по... жьмъ въдание опять и о старыхъ кунахъ о 50 гривенъ пакы ли ал и а... буде погона». А. В. Арциховский указывает, что «старые куны» упо- минаются в договоре Новгорода с Готландом и немецки- ми городами 1189—1199 гг. 108 Но там это определенная система денежного счета — «старая», наряду с которой существует «новая». В бере- стяной же грамоте № 295 речь идет о прежнем денежном иске, к которому прибавился ('как видно из слова «па- кы» — «опять») еще один. Слово «куны» в смысле денеж- ного иска пе раз встречается в Русской Правде: «...роте ему ити по свое куны» 109; «аже кто взпщеть кун на дру- зе...» 110 «Въдание» куп —возврат денег (очевидно, по су- ду). В Русской Правде имеется статья: «...да ащс боудеть обидя не в д а л боудеть достойно емоу свои скот, а за обидоу 3 гривне» и1. Словом, из берестяной грамоты № 295 мы узнаем, что кто-то должен платить по двум искам да еще «попоны», т. е. вознаграждение судебным приста- вам за вызов свидетелей или поездки по каким-то пору- чениям суда. Л. В. Арциховский привел статьи из догово- ров Новгорода с князьями XIII —XIV вв.. где говорится о «погонах»: «дворяпом твоим и тивуним погоп пмати, како то пошло»: «а дворяном твоим, како пошло, погон смати: от князя по 5 кун, а от тпу[на] по 2 куне» 112. Ве- роятно. эти судебные «погоны» имеет в виду и грамота to? РУсская Правда Пространной редакции, ст. 47. стр AP4flXoeefiln* и Борковский. НГБ (1956—1957). рРП’ BbI,L В’ СТР- 125—126. но £/сская Правда Пространной редакции, ст. 17. ш в М /Ке’ ст* из Р^сская Правда Краткой редакции, ст. 11. 2 ГВНП, стр. И, № 2; стр. 15—16. Xs 6. 78
Угроза кредитора подать в суд жалобу на злостного неплательщика содержит грамота № 246 (XI в.) 113. Хотя она относится к очень раннему времени, но сохранилась превосходно и читается легко: «От Жировита къ Стояке, ви. Како ты оу меле и чьстьное древо възъмъ и вевериць ми не присълещи, то девятое лето. А не присълещи мл полоупяты гривьны, а хоцоу ти выроути въ тя лоуцыпаго новъгорожянина. Посълп же добръмъ». А. В. Арциховский так переводит текст: «От Жпрови- та к Стояну. Как ты у меня взял крест и пе прислал мне вевериц (т. е. денег —Л. 7.), уже девятый год. Если не пришлешь мне четыре с половиной гривны, хочу ославить тебя, лучшего новгорожанипа (т. е. новгородца.—Л. V.) (вариант с тем же смыслом: огласить твой долг). Пошли же добром». Так же толкует документ и В. Л. Янин 114. Я хочу предложить несколько иное понимание письма. Выражение «чьстьное древо възъмъ, и вевериць ми не присълещи» означает не то, что Стоян купил у Жировита крест и не заплатил за пего деньги, а то, что Жировит дал Стояну деньги взаймы, он поклялся на кресте, что долг вернет, и клятву нарушил. Прошло девять лет, и Жи- ровит напоминает Стояну, что тот его обманул. Это было подсудное дело, ибо по Русской Правде злостный должник (тот, кто не отдавал «кун за много лет») обязан был за- платить штраф («за обиду») три гривны115. Для того чтобы получить со Стояна долг (четыре с по- ловиной гривны), Жировпту следовало представить сви- детелей, ибо по Русской Правде заемные сделки без пос- лухов считались законными лишь па сумму не свыше трех гривен116. Жировит и грозит Стояну, что уличит его посредством какого-то «лучшего новгорожанина», т. о. новгородца, принадлежащего к числу социальных верхов (может быть, феодалов, может быть, зажиточных купцов). Мало вероятно мнение А. В. Арциховского и В. Л. Янина, что под «лучшим новгорожанипом» Жировит подразуме' вает самого Стояна. Обращение Жировита в суд с привлечением послуха грозило Стояну тем, что ему пришлось бы, помимо возвра- 1,3 .4. В. Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1956—1957). стр. 67—69. В. Л. Янин. Я послал тебе бересту.... стр. 173. 1,5 Русская Правда Пространной редакции, ст. 43. 1,8 Русская Правда Пространной редакции, ст. 47. 74
кредитору четырех с половпной гривен, уплатить еще -пя гривны штрафа. Собственно об этом и предупрежда- ет автор письма своего адресата, советуя ему не дожи- даться, чтобы он передал дело судебным органам, и рас- платиться добровольно. Особо следует рассмотреть берестяные грамоты, ил- люстрирующие законоположения Русской Правды, кото- рыми определялись размеры процентов с денежных ссуд. Небольшой фрагмент грамоты № 75 (XII в.) 1,7 А. В. Ар- циховский читает: «...о тп заято въ треть». Б. Б. Кафен- гауз предлагает другую разбивку на слова: «о ти зая, то въ треть» ”8. Общий смысл текста в обоих случаях оди- наков: речь идет о займе денег под условием так назы- ваемого «третного реза». Различное деление на слова ме- няет лишь грамматическую форму: тобой занята сумма «в треть» или — раз ты занял, то плати «в треть». Б. Б. Кафенгауз правильно связывает рассматривае- мый текст со статьями 47 и 48 Пространной редакции Русской Правды. Первая из них относится к законода- тельству Святополка, вторая — Владимира Мономаха. В ст. 47 говорится, что «месячный рез» (ъ е. процент с дол- говой суммы, высчитываемый за каждый месяц кредитной сделки) можно брать только при кратковременных ссудах («оже за мало»). Если заем длился не менее года, то при получении долга кредите!) не имеет права производить расчет процентов, исходя из определенной их суммы за каждый месяц. Он может взять с должника 50% за год («то дадять ему купы в треть», т. е. на каждые две куны — третью). Статьей 48 заимодавцу, давшему в рост деньги из 50%, разрешалось взыскивать с должника указанные про- центы не свыше двух раз; кредитор, взявший в третий раз с задолжавшего ему человека рост в указанном размере, те- рял право на получение основной суммы долга («...и уста- вили до третьяго реза, оже емлеть в треть купы; аже кто возметь два реза, то то ему исто; паки ли возметь три резы, то иста ему не взяти»). Приведенные постановления, направленные к некото- рому, правда весьма умеренному, ограничению ростовщи- чества, явились ответом па бурные народные восстания конца XI-начала XII в. 1*8 А. В Арциховский. НГБ (1952), стр. 76. мотах стр1~КаФенгаУ3' Заметки о новгородских берестяных гра- 75
Берестяная грамота Л72 75 «рисует практику изыскания «третного роза». По отрывку трудно судить, что это эа документ. Вероятно, перед нами письмо кредитора долж- нику с напоминанием об уплате долга. О «третном резе» речь шла и в грамоте № 17g (XII в.) 119, от которой сохранился лишь отрывок: «...ру куне есем... пмаю въ дру[г]ую трьть... же и на тя». Не- смотря на отрывочность текста, его общий смысл стано- вится совершенно ясным в свете вышеприведенных ста- тей 47 и 48 Пространной редакции Русской Правды, гово- рящих о вторичном денежном займе из расчета «в треть куны» (т. е. па две куны третью, что составляет 50% го- довых). Такой высокий процент кредиторам, как уже от- мечалось, разрешалось брать дважды. Таким образом, да- вая деньги «в другую треть», ростовщик, имя которого грамота № 170 не сохранила, до конца использовал пре- доставленные ему законом возможности и извлек макси- мальную прибыль из суммы, служившей для резопмства. Статьи 47 и 48 Пространной Правды помогают понять и грамоту № ИЗ (XII в.) 12°, написанную очень отчетли- во: «От Чьрьнека къ Лоудьславоу. Въда [т]ебе121 Ств... далъ еси годъ (д]ва 122 лета, а въда еси...» Перевод письма, данный А. В. Арциховским, не разъ- ясняет его смысла: «От Чернека к Лудиславу. Отдал тебе Ств... Ты дал срок два года, а ты отдал...» Исходя из законоположений Русской Правды, я счи- таю, что выражение «дал еси год два лета» в берестяной грамоте № ИЗ указывает на наиболее тяжелые, но разре- шенные законом, условия займа, при котором в течение двух лет кредитор удваивал свой капитал. Возможно, что заимодавец (имя которого начиналось с букв «Ств») хо- тел превысить эту сумму, и автор письма Черней дает советы Лудиславу (должнику), как ему поступить. Различные толкования допускает грамота № 114 (XII в.) 123, в которой последнее слово написано не ог- 119 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 56-57. 120 А. В. Арциховский и В. II. Борковский. НГБ (1953—1954) < стр. 45—46. 121 Буква «т», по-видимому, пропущена случайно. 122 Буква «д», по-видимому, пропущена случайно. 123 А. В. Арциховский и В. Й. Борковский. НГБ (1953—1954b стр. 47—48. 76
чеТлнво, и его читают почразпому. По А. В. Арцпховско- _у. «О г Бо1Ч)ш ко Оумке. Вода и гривеноу истъцоу». По Б А. Рыбакову: «От Богош ко Оуике. Водаи гривеноу деть оу». Если следовать чтеппю А. В. Арциховского, то придет- ся допустить, что речь пдет о возмещении какого-то иска по СУДУ- Гадать,— какой это иск,— не приходится; как видно из Русской Правды, споры возникали по разным делам: о присвоении чужого имущества, о долговых обя- зательствах, о наследстве* и т. д. Суда по взыскиваемой сумме (одна гривпа), дело было не крупное. Мне кажется, более приемлемой расшифровка текста, предложенная Б. А. Рыбаковым. Исходя из нее, надо сде- лать вывод, что Богша ставит перед У иной вопрос об от- даче ему или кому-то другом у «иста», т. е. основной сум- мы без процентов. Чем вызвано подобное льготное пред- ложение? Может быть, это полюбовная договоренность между людьми, связанными какими-то общими хозяйст- венными интересами, а не сделка между ростовщиком и должником. Может быть, несостоятельность должника (как, например, в случае об обанкротившемся купце, от- меченном Русской Правдой) заставила кредитора огра- ничится взысканием основного капитала (чтобы вернуть хотя бы то, что было можно). Но, возможно, берестяная грамота № 114 является иллюстрацией к ст. 48 Русской Правды, по которой заимодавец, незаконно бравший с должника три года по 50%, лишился права требовать «рез» и мог вернуть только «исто». Допустимо думать, что Боппа — какой-то судебный агент, извещающий Уйку, что кредитор, искавший с пего по суду проценты, иск проиг- рал, ибо оказался злостным ростовщиком, нарушившим легальные нормы кредитных сделок. В силу этого Уйка обязан отдать заимодавцу лишь основной капитал, у пего взятый. Ростовщический капитал служил средством закабале- ния городской и деревенской бедноты. Наряду с денеж- ными, получили распространение и хлебные ссуды. Й'Х11 в. появляется новая категория зависимого сельско- населения — закупы (крестьяне, лишенные средств производства и вынужденные идти в кабалу к феодалам предоставленные им деньги и хлеб). Закупы, по-впдп- Мому, принимали участие в народном движении 1113 г., в результате которого Владимир Мономах издал специаль 77
ный устав, определявший их положение (наряду с уста, вом о «резе»). Естественно, хочется поискать среди нов, городских берестяных грамот такие, которые пролили бц свет на происхождение закупничества. Думается, что в этом отношении кое-что дает грамота № 82 (XI—XII вв.) 124 125. От нее дошли две начальные строки, причем вторая из них неполная. Поэтому понять содержание очень труд, но. Восстанавливается следующий текст: «От Творимира ко Фъмь. Клапяюся, брать, прихажяп во дворо. Ожь ти приедя вьрьшь. а подан ро... во 126 нь вда шюрпна 127 и моего о 128 ти выволоци доски». Из грамоты видно, что и ее автор, и адресат (и Тво- римир, и Фома) принадлежали к феодальной среде. Фор- мула обращения («к л а н я ю с я, брат ь») такая, какую применяли в отношении друг к другу лица, равные по положению и относящиеся к привилегированному общест- венному слою. Подобные формулы встречаются, например, в грамотах середины XII в., которые Б. А. Рыбаков счи- тает остатками архива князя Изяслава Мстиславича, ис- пользованными в летописи. Изяслав и другие князья упот- ребляют в своей переписке такие же выражения, что и Творимир в письме к Фоме: «Брате! К л а н я ю т и с я...»; «яз ся тобе, брате, клапяю...»; «сын ти ся клапя- еть...»; «...кланяеве ти ся...», «брате! кланяю ти ся и каюся своея вины...» и т. д.129 Точно так же призыв прийти во двор («прпхожяи во дворо»)—это почетное приглашение, адресованное человеку своего круга. Так, князь Владимир Святославич устраивал па своем дворе в гриднице пиры, куда вольно было «прпходити боляром, и гридем, и съцьскым, и де- 124 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 81—82. 125 Л. П. Жуковская (НБГ, стр. 92—93) предлагает под знаком вопроса конъектуру: «...вода и ро[злив]». 126 Л. П. Жуковская читает: «[мли]во». Что это такое —она не объясняет. 127 Слово «шюрина» разобрала Л4. П. Жуковская. По А. В. Ар- циховскому—«ширина имо» (им). Вследствие такого чтения А. В. Арциховскому пришлось допустить, что далее следовало лишенное смысла сочетание букв — «егаоти». 128 Вероятно, буквы «а» п «о» автор по ошибке поменял места ми. Надо: «...моего, а тю..». 129 Б. А. Рыбаков. Древняя Русь. Сказания — былипы — летопи- си. М.—Л., 1963, стр. 323, 331, 333. 78
сЯцьскым, и нарочитым мужем...» В 1097 г. князь Свято- додк Изяславпч писал князю Василько Ростиславичу, «глаголя: „...да приди пыне“...» Л Василько «приеха в мале дружине па княжь двор» 13°. Итак, два представителя феодального класса, Твори- лир и Фома, должны были собраться на дворе (т. е. в усадьбе) у первого. У них было какое-то общее дело, свя- занное с «воршыо», т. е. с хлебным урожаем. Фраза «ожь ти приедя вьрьшь», очевидно, означает, что к приезду Фо- лы будет собран урожай 131. Тогда, обращается Творимир к Фоме, ты «водаи ро...» Может быть, рожь? Если так, то речь идет, очевидно, о раздаче кому-то хлеба. Полезно сопо- ставить берестяную грамоту № 82 со ст. 105 Пространной редакции Русской Правды: «А в даче не холоп, ни по хле- бе (роботять, пи по прпдатце; по оже не доходить года, то ворочатп ему милость; отходить ли, то не виноват есть». Здесь говорится, что нельзя обращать в рабство челове- ка, работающего па кредитора за полученную ссуду (да- чу), хлеб, а также за проценты со ссуды или наддачу за хлеб, по уйти от кредитора кабальный должник может, лишь отработав условленный срок или. вернув взятое в долг. Может быть, термин «водаи», имеющийся в грамоте № 82, как раз и указывает на раздачу хлеба на кабальных условиях, о которой рассказано в ст. 105 Русской Правды. Слова «водаи» и «в даче» созвучны. И в Псковской судной грамоте есть одна статья, кото- рая может помочь в понимании того, что имел в виду Тво- римир, обращаясь к Фоме с предложением произвести ка- кие-то операции с «вершыо». В Псковской грамоте упо- минаются «закупеп» (т. е. закуп) или «скотник» (какой- то зависимый человек), которые возбудят иск относи- тельно «верши» 132. Вероятно, имеются в виду какие-то споры между землевладельцем и кабальным человеком о хлебной ссуде, которой касается и ст. 105 Русской Правды. Таким образом, можно думать, что Фома и Творимир совместно (а с ними, вероятно, был связан и шурин Тво- римира) раздавали по кабалам хлеб. Если дело действи- 131 3^’ ч‘ Г стр* 86’ 172* Нет, мне ДУмается, никаких оснований переводить слово ьрыпь»— верхом (Л. В. Арциховский) или «верша» — рыболов- т vvvwCTb (В. М- Глухов. См. Д. С. Лихачев. Рецензия.— СА, т* XXV П, i957, стр. 331). *• ПРП, выл. II, стр. 288, ст. 18. 79
тельпо обстояло так, то л выражение «выволоци доски» приобретает определенный смысл. «Доска» в грамот? № 82 — это пе доска в заколе, устраиваемом для рыбной ловли (как думает В. М. Глухов), А кабальный документ. В последнем смысле термин «доска» употребляется не раз в Псковской судной грамоте. Новгородская летопись рассказывает, что во время крупного народного движения в Новгороде в 1207 г. против боярской фамилии Мирош- киничей у пих было обнаружено большое количество «до- сок», оформлявших обязательства на должников,33. Ин- тересно, что Мирошкиничи выступали коллективно в ро- ли закабалителей. Так же, очевидно, действовали и Твл- римир со своим шурипом и с Фомой. Обращение Творимира к Фоме — «выволоци доскы» могло означать одно из двух. Или: приготовь доскп, во которым следует требовать старую ссуду; пли: заготовь их для новых хлеб- ных раздач. Особого внимания среди документов па бересте, ри- сующих ссудные операции, заслуживает грамота № 219 (XII в.) 134, в которой сказано: «Оу Ивана въземь девять гривень, вызми полъчвьтвьрть гривьии, овеса пятьнадеся дежекъ. Овьса оу Боуякъва брата 135 дови гривене пять к[у]ны. Оу Данешиници за три гривене възимпть верылью на низъ Сяси. Оу Яръшъвицяа доувоу бьрькъвьскоу дове гривене и десять к[у]нъ. Оу Тоушоуевиви гривена на 136 съли и дови ногаи. На Ньрьвьяхъ сьм». Это чей-то приказ, может быть купца-ростовщика, мо- жет быть феодала, вероятно, своему приказчику о сборе долгов с ряда лиц. Вместо выданных взаймы денежных сумм, кредитор хочет получить с должников предметы потребления или товары соответствующей стоимости. Толкованию разбираемого документа как распоряженпя купить определенные продукты и товары препятствует точность в расчете их стоимости, которой заранее трудно было достигнуть. Мало вероятно также, что перед нами отчет об уже произведенных покупках. Этому предполо- НПЛ, стр. 248. 134 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—4957), стр. 39—41. 135 В. И. Борковский читает: «овеса пятьнадеся[ть] дежекъ овьса. Оу Боуякъва брата...» п т. Д. (Л. В. Арциховский и В. И. Борков- ский. НГБ, 1956-1957, стр. 174). 138 А. В. Арциховский читает: «гривенана». 80
зкению противоречит глагол «возьми» в повелительном на- клонении, ориентирующий па действия в будущем. Первую фразу я понимаю так: автор письма приказы- вает адресату взять у некоего Ивана запятые последним девять гривен, из которых на три с половиной гривны при- обрести у него овса ,37. У Буякова брата надо взять овса на две гривны пять куп (которые он должен был вернуть). Данепшпич пусть «вершыо» возместит свой долг в три гривны. Слово «вершь» не раз употребляется в берестяных грамотах (№ 50, 102, 195, 254, 3G1) и обычно обозначает хлеб, зерно. Поэтому вряд лп прав А. В. Арциховский, считающий, что под «верьшью па низ Сяси» подразуме- вается спасть для рыбной ловли. Ярошевичу, задолжавшему две гривны десять кун, предстояло дать па эту сумму два берковца (20 пудов) ка- кого-то товара. Обычно берковцами измеряли воск, мед, соль. В дополнительной грамоте к уставу смоленского кня- зя Ростислава Мстиславича 1150 г. фигурирует «берковеск моду»; в «рукописании» новгородского князя Всеволода Мстиславича упоминается «борковъск вощаной», в жало- ванной грамоте Василия II русским тоипикам второй по- ловины XV в. имеется указание на дачу ими «великому князю по три берковски меду через год» 137 138. В Новгород- ской летописи говорится: «купяху у них соль белковьск по 7 гривеп и болши...» 139 В берестяной грамоте № 219, по- видимому, имеются в виду два берковца соли; это видно из следующей фразы, относящейся к Тушую, который дол- жен дать соли па сумму в одну гривну и две ногаты. Слово «Пьрьвьях» А. В. Арциховский производит от имени собственного «Иеревип» и видит в выражении «на Ньрьвьях» указание на какое-то семейство. По думаю, что это скорее наименование географическое: по тппу «на низ Сяси». В новгородских писцовых книгах встречается село Неревичи140. Ввиду незаконченности текста не яспо: что же надо было сделать в Неревьях? Кто же такой все-таки автор письма № 219? Я думаю, ито его можпо сравнить по социальному положению с пов- 137 По А. В. Арциховскому, текст следует понимать иначе: У Ивана возьми 9 п 3,5 гривны, а также пятьдесят дежек овса. 138 ПРП, вып. II, стр. 44, 176, 199. НПЛ, стр. 281. 140 «Новгородски© писцовые книги, изданные Археографиче- скою комиссиею». Пг., 1915, стр. 171. 81
городцсм Климентом, автором известной духовной XIII в. Последний являлся феодалом, владельцем сел, брртей. стад скота и т. д. В то же время он был причастен к торговле и связан с посадскими кругами. В духовной Климента среди его должников значатся представители купечества. В частности, Климент должен был «взяти... гривна соло- пых куп», т. е. пли взыскать деньги за проданную соль, пли получить соль за отданные вперед деньги |41. Л. В. Данилова считает Климента представителем сла- гающейся новой группы земельных собственников, близ- кой к посаду и получившей в конце XIV в. название «житья люди» и2. Человеком, подобным Клименту, был, наверное, и ав- тор грамоты № 219. Предметами его интересов в письме были хлеб и соль. Чтобы приобрести эти продукты у ряда лиц, он заранее ссужал им деньги, хотя, возможно, ему шли и натуральные поставки в виде оброка. Надо думать, что полученные хлеб и соль были для него не только пред- метами потребления. Вероятно, он и сам торговал назван- ными товарами. Таким образом, берестяные грамоты довольно разно- сторонне рисуют роль кредита и ростовщичества в разви- тии социально-экономических отношении на Руси XI — XIII вв. Они знакомят нас с видами долговых документов и с тяжбами, которые порождают последние; показывают, как претворялось в быту и в судебной практике законода- тельство Владимира Мономаха о «резе», дают некоторый материал для суждения о закупничестве; наконец, рисуют облик ростовщика, сочетающего в себе черты феодала и купца. § 5. Купеческие споры на суде Роль торговли как внутренней, так и (особенно) внеш- ней в истории древней Руси раскрыта в литературе доста- точно. Показано место товарного обращения в системе фео- дальной экономики. Обстоятельную характеристику полу- чило экономическое и правовое положение древнерусского 141 ГВНП, стр. 163, № 105. Н2 Л. В. Данилова. Очерки по истории землевладения и хозяй- ства в Новгородской земле в XIV—XV вв. М., 1955, стр. 49. 82
купечества; в частности, пе раз подвергались анализу по- священные купцам статьи Русской Правды. Новые своде- кля в этом отношении сообщают новгородские документы на бересте. Грамота № 424 (XII в.) 143 представляет собой целое письмо: «[Поклон]144 отъ Гордея къ отьчеви и къ матери. Продавъше дворъ, идите же семо, Смольиьску ли, Кыевоу ли. Дешеве ти хлебе. Али не идете, а присъ[ли]те ми гра- мотичу, сторови ли есте». В. Л. Янин, развивая комментарий А. В. Арциховско- го, говорит: «Гордей написал грамоту в Смоленске, ио сам он намеревается идти дальше в Киев. -Родители, продав свой двор, могут присоединиться к нему в Смоленске, по могут идти и в конечный пункт его путешествия» |45. При- чиной предполагаемого переселения был хлебный недород. На основе летописных данных автор делает вывод, что в XI—XIII вв. уделом Новгорода было систематическое го- лодание. Однако не все в комментарии А. В. Арциховского и В. Л. Янина бесспорно. Не обязательно думать, что Гор- дей пишет родителям из Смоленска по 7ц>роге в Киев, где он намерен поселиться. Где оп живет и откуда он пишет,— вообще неизвестно. Очевидно, это купец, по своим торго- вым делам бывающий и в Новгороде, и в Смоленске, и в Киеве. Во время своих торговых поездок он убедился, что в Киеве и Смоленске условия жизни лучше, чем в Новго- роде, и написал своим родителям, предлагая выбрать один из двух названных выше городов в качестве постоянного места жительства. Это письмо, проникнутое чисто семейными, домашними интересами. В нем пе чувствуется никаких конфликтов. Но^ есть и другие письма, в которых, напротив, на перед- ний план выступают купеческие раздоры, иногда сопро- вождающиеся судебным разбирательством. Новгородские берестяные грамоты наполняют конкретным содержанием юридические нормы Русской Правды, обрисовывая те жиз- ненные ситуации, в которых происходили столкновения купцов, доходившие или не доходившие до суда. 4Л ’43 Арциховский. Берестяные грамоты ил раскопок 1902- W64 гг., стр. 209, 211. Яонъектура В* Янина. "• Л. Янин, Я послал тебе бересту..., стр. 187. 83
В очень дефектном впде сохранилась грамота № 68 (XIII в.) |4Г). От нес уцелели два куска с большими раз- рывами каждый. Первый отрывок: «ожь ти. будь гостьмь, пь жди торъ- гу, и мн... нь правя, я, како досньво, буду, а Богьш...» Второй отрывок: «...оставиво, а ты, брать, пь дыци- сн сделити 147, буть тамо ли в соши 148. И ты, аци восоп- рашееть Местиловь сыно: цого мала года, и ту я стою». Л. В. Арциховский указывает значение отдельных слов, но не дает толкования документа в целом. Л. П. Жу- ковская предлагает формальный и совершенно бессвязный перевод: «...тебе, будь гостем, не жди торгу... я, управив- шись, буду, а Богша... оставив. А ты, брат, не старайся это делить. Будь там или в Соше и ты, если будет спрашивать Местилов сын, почему плохая (или: «почему мал срок»; или «почему мала родня»), я так считаю» 149. Для чего, собственно, нужно таким образом переводить? Д. С. Лихачев, произведя несколько иную, чем Арци- ховский, разбивку на слова («еде лпти» вместо «сделити»; «лив соши» вместо «ли в соши»), думает, что речь в гра- моте идет о ремесленниках. Автор, по мнению Д. С. Ли- хачева, запрещает адресату отливать сошники где то «здесь» и предлагает ему оставаться на месте — «тамо» и выделывать сошники у себя. Автор письма не разрешает также адресату торговать самому (если будешь «гос- тем»-купцом, не рассчитывай па торг). Транскрипция Л. С. Лихачева, а следовательно, и его толкование текста мне не кажутся убедительными. Гра- мота касается отношений между купцами, а не ремеслен- никами. Из-за дефектности текста дать его полный пере- вод, делающий ясным содержание, невозможно, перево- дить же отдельные фрагменты, не связывая их в единое по смыслу целое,—дело, не представляющее интереса. Поэтому остается третий путь: отказавшись от букваль- ного перевода, попытаться раскрыть содержание письма путем сопоставления с каким-либо другим источником, проливающим на него свет. Таким источником, по-моему, является Русская Правда. Л. В. Арциховский. НГБ (1952). стр. 68—70. 147 Д. С. Лихачев (Рецензия — СА. т. XXVII, 1957, стр. 327) чи- тает: «еде лиги» (здесь лить). 148 Д. С. Лихачев читает: «лив соши» (отливая сошники). 149 Л. П. Жуковская. НБГ, стр. 67. 84
Статьи 50 и 51 Пространной редакции этого памят- ника посвящены вопросу о неплатежеспособном купце. Купец, торгующий на чужие деньги и ((погубивший» чужой товар не по злому умыслу, а в силу не зависящих от него обстоятельств (кораблекрушение, война, пожар), не считается виновным. Его нельзя продавать в рабство, чтобы вырученную сумму пустить на уплату долгов. Сле- дует дать ему рассрочку для погашения задолженности. Но если купец окажется злостным растратчиком чужого то- вара, закон предоставляет на волю владельцев последпе- го: ждать лп от обанкротившегося торговца возмещения долга или продать его. «Гости» (пришедшие торговать из другого города пли «чужеземцы») имеют преимуществен- ное (перед «домашними» — местными купцами) право на получение долга. В грамоте № 68 выступает несколько купцов: автор письма, адресат, Богьш (Богша) и Местилов сын ,50. У пих какие-то общие дела. Может быть, это даже члены одной купеческой корпорации- Автор письма находится в одном городе, а адресат уехал или должен уехать торговать (в качестве «гостя»)в другой, куда автор, как только смо- жет, тоже приедет. Он дает советы адресату, как вести себя, если ему придется столкнуться с другими купца- ми—Богшен и Местиловым сыном. Возможно, что Бог- ша задолжал ряду торговцев. Адресат в качестве «гостя» имел по закону преимущественное право на получение долга. Согласно Русской Правде Богшу как несостоятель- ного должника должны были «вести... на торг», чтобы продать в рабство, а затем «поделить» вырученные день- ги между «домашними» купцами и «гостями». Автор письма, связанный какими-то интересами и с Вогшей и со своим адресатом, просит последнего не дожидаться, когда Богшу поведут на торг (т. е. не доводить до этого), и не рассчитывать на раздел с другими кредиторами (т. о. Не думать, что это будет выгодно). Лучше полюбовна до- говориться с Богшей, «не правя» с него ничего (г. е. не возбуждая против него судебного дела) и «оставив» его пока, на какой-то договоренный срок, в покое. Вызывает вопрос слово «соши» во фразе «буть тамо 1,0 А. В. Арциховский утверждает, что древнерусское имя Мое- •т Л°1огТРе-1ено впеРВЪ1е- Это ие верно. См. в ГВНП, стр. 187, As 131; L р. 196, № 144. Возможно, впрочем, он имеет в виду бересту. 85
ли в соши...» Его толкуют или как географическое наи- менование (и пишут с прописной буквы), или как ука, заиие на соху — единицу обложения (отсюда делается вывод, что купцы владели землей). Может быть, «соши» следует производить от глагола «сойти» (например, сощ, лые люди — беглые, ушедшие люди) н выражение «буть тамо ли в соши» переводить: «будь то (он) там или в отходе (в побеге)». Вероятно, речь идет о Боппе, который может быть, а может и не быть в том городе, куда пое- хал адресат. Что касается Местилова сына, то, очевидно, это тоже должник, который станет уплачивать долг в рассрочку (по словам Русской Правды, «начнеть от лета платши»). Он, пишет автор грамоты № 68, возможно, поставит воп- рос, что года для уплаты ему мало. Автор настаивает на этом сроке и просит Местилову сыну не уступать. Один из эпизодов торговой деятельности купцов склад- ников рисует, по-видимому, грамота № 105 (XI—XII вв.) 151. Это очень хорошо сохранившееся и очень разборчиво на- писанное письмо. «От Сьмъка къ Коулотъке. Оже то еси казале Несъде 152 веверичь тихъ деля, коли то еси прпхо- диле въ Роусъ съ Лазъвкъмъ, тъгъдъ възяле оу мене Лазъвке Переяславъле». А. В. Арциховский понимает письмо следующим обра- зом: Семок обиделся, что Кулотка в разговоре с Несдой сказал про долг, будто бы пе возвращенный Семком; он на- поминает, что этот долг отдан Лазовку, компаньону Кулот- ки. К этому толкованию в общем присоединяются В. Л. Янин 153 154 и Б. Б. Кафенгауз |54. Некоторые разногла- сия возникают лишь по поводу того, был ли Семок переяс- лавцем или новгородцем, ездившим в Переяславль. Несомненно, что грамота говорит о каких-то торговых поездках новгородцев в Переяславль Южный. Под Русью имеется в виду Киевская Русь. Так, по летописи, в 1152 г. Юрий Долгорукий «поиде... с ростовци, и с суждалци, и с рязапци... в Русь; тогды же слышав Володимерко, идуча в 151 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 34—35. 152 Может быть, следует читать «не еде» (т. е. не здесь). 153 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 169. 154 Б. Б. Кафенгауя. Заметки о новгородских берестяных гра- мотах, стр. 172. 86
русь, поиде г Киеву» |55. Андрей Боголюбскнй посылает «к братье своеп в Русь» (т. е. в Клев) 15Г\ В грамоте № 105 упоминается, по-видимому, компания купцов. Их четверо (если считать слово «Несде» за имя собственное — «Иесда») пли, по крайней мере, трое (если рассматривать «пе еде» как обстоятельство моста). Они свя- заны между собой коммерческими интересами и расчетами. «Веверицы» здесь ис обязательно деньги, а скорее* бе личьи меха. В этом смысле названный термин упоминается в ставших уже классическими местах летописи под 858 г. (хазары брали дань с ряда славянских племен «по беле и веверице от дыма») и 1114 г. («п в топ тучи спаде вевери- ца млада...») |57. Вероятно, Семок, Кулотка и Лазовк (а мо- жет быть, и Несда, если таковой существовал) — торговцы пушниной, п у них возникли недоразумения с дележом то- вара или торговой прибыли, полученной во время поездки двух из них (Семока и Кулотки) в Переяславль. Если чи- тать не «Несде», а «не еде», то ясно, что речь идет о новго- родских купцах, разбирающих дело, начавшееся «не здесь», т. е. не в Новгороде, а в другом месте, т. е. на юге, и не теперь, а раньше. Что же случилось в то время? «Тъгъдъ възяле у мене Лазъвке Переяславъле»,— пишет Семок Кулотку. Это мес- то толкуется в том смысле, что Лазовк якобы взял у Семо- ка деньги, которые тот должен был Кулоткс. А может быть, имя Лазовк стоит здесь не в именительном, а в винитель- ном падеже, и понимать фразу надо по-иному: «у меня взяли Лазовка»? Глагол «взять» часто означает захва- тить, пленить. Владимир Мопомах писал: «вежевзя- хом»155 156 157 158. Польский король Болеслав в 1018 г. «възма именье и бояры Ярославле, и сестре его...» 159 Касожский князь Редедя. обращаясь к князю тьмутараканскому Мсти- славу, говорил ему: «Да аще одолееши ты, то возмешп именье мое, и жепу мою, и дети мое, п землю мою» ,6°. Переяславская земля занимала окраинное положение и была полна опасностей: населению угрожали набеги степ- 155 ПСРЛ, т. I, стб. 338. 156 Там же, стб. 367. 157 ПВЛ, ч. 1, стр. 18, 497. 158 Там же, стр. 160. 159 Там же, стр. 97. 180 Там же, стр. 99. 87
ных кочевников. Во время одной из торговых поездок в Переяславль Семока с Лазовком последний, возможно был захвачен в плен степняками (может быть, половцами). А у него был чужой (Кулоткин) товар. Таким образом, произошел казус, предусмотренный в ст. 50 Русской Прав- ды. Купец вез «чюж товар» и попал в сферу военных деп- ствий (его «взяла рать»). Все это и объясняет Семок в письме к Кулоткс. Можно предполагать, что о купеческом складпичестве речь идет и в грамоте № 107 (XI—XII вв.) 161, в отрывке которой дошли до вас следующие слова: «хоцьши поит[и]... цьто ти товара во роукахо...» Восстановить текст по этому фрагменту не представля- ется возможным. Речь, вероятно, идет о купце, отправляю- щемся торговать. Выражение «товара во роукахо» могло означать, что другие купцы передали ему с рук на руки (т. е. при свидетелях) свой товар для ведения торговых операций на началах складничества (об этом говорится в ст. 51 Русской Правды). А может быть, слова «хоцьши поит(и]» надо понимать не в смысле «хочешь поехать», а в смысле «хочешь пойти на роту» (т. е. решить прися- гой) спор о товаре, отданном кому-то «в гостьбу» (т. е. торговлю) или на хранение. Тогда грамоту № 107 можно рассматривать как иллюстрацию к статьям 44 и 45 Рус- ской Правды. Ст. 44 разрешает обходиться без послухов при передаче денег одним купцом другому для торговых оборотов и велит присягой решать возникавшие при этом споры. По ст. 45 послух ис» требовался при сдаче вещей на хранение; если же владелец вещей стал бы требовать с того, кто их хранил, больше, чем он отдал, то предпи- сывалось верить показаниям (данным под присягой) чело- века, принявшего «поклажу». Меха как товарная ценность фигурируют в грамоте № 7 (XII—XIII вв.) 162, которую полностью прочитать нельзя, ибо она дошла до нас с изъянами. А. В. Арцихов- ский п М. Н. Тихомиров дают такое чтение: «Сочита оу Короман[а соу]кьпо, сорокь лиспчь соро...ко осмь, шесть бьбороко...». Текст вппзу грамоты утрачен почти полпо- 101 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), слр. 36—37. 102 А. В. Арциховский и М. И. Тихомиров. НГБ (1951), стр. 36— 37. 88
стью- Видны лишь верхушки шести букв, похожие па окончания «а», «л», «м», «ь», «и», «л». Л. П. Жуковская реконструирует этот текст частично так: «по п[ал]...» Вызывает возражения реконструкция — «соукыни». JL П. Жуковская читает (и правильно) в этом слове букву «»»< а 110 «к». Догадок о том, какие начальные буквы здесь утрачены, она не высказывает и в транскрип- ции текста оставляет слово незаконченным: «...[в]ьно» ,63. Имеются расхождения в толковании термина «соми- та». Л. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров считают, что это форма двойственного числа от глагола «оочитп»1— искать, взыскивать, вести тяжбу (в этом смысле слово употребляется в Псковской судпой грамоте). Н. Б. Ба- хплина предлагает другое понимание: «сочита» пред- ставляет собой аорист от глагола «съчптатп» 163 164 *. В соот- ветствии с этими двумя точками зрения Л. П. Жуков- ская дает перевод документа в двух вариантах: «Взыщи- те с Коромапа... [может быть: «сосчитал у Коромана»...] сорок лисиц [возможно: «сорок лисьих»...]... восемь, шесть бобров...» Думаю, что речь идет пе о 'псросдатс шкурок, имею- щихся у Коромана, а об пеке к Коромапу. Неяснее сло- во «...кино» — «...вьно», которое А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров читали как «сукно», может быть, в действительности следует воспроизвести как «явьно», т. е. открыто, с соблюдением всех норм закона. «Сочпта явьно» значит: ищите открыто, судебным порядком. Б Русской Правде выражению «сочпти явыю» соответ- ствует «искать явлено» (так закуп «явлено идеть» «искать кун») 16Б. Иск к Короману возбужден (кем — неизвестно) о шкурках пне п бобров. Кроме того, как было указано, Л. П. Жуковская восстановила в конце грамоты из сох- ранившихся частей букв — «пал». Может быть, добавив утраченные полностью буквы, допустимо прочитать это как «н о »д п а л ь» — «п о т п а л ь», т. е. беличий мех не- высокого качества. Так, в купчей грамоте игумена Ки- рилло-Белозерсксто монастыря Кирилла па рубеже XIV 163 «Палеографический и лингвистический анализ нбг», стр. 194. 104 Там же, стр. 184. Jes РуССКая Правда Пространной редакции, ст. 52. 89
и XV вв. читаем: «А дал есми на ней (т. е. заплатил за купленную ниву) сорок бел да подпал ь пополнив» Обратим внимание на утрату в грамоте № 7 терминов обозначающих еще какие-то сорта мехов. В самом деле* указано сорок лисиц, шесть бобров, а между этими видами пушнины были, очевидно, названы и другие, ибо мы на- ходим здесь незаконченное слово «соро...» п число восемь. Поскольку «сороками» считались белки, думаю, в письме говорилось (наряду с подпалями) и о «белях» — «бе- лах» — полноценных беличьих мехах. Каково происхождение иска? Допустимы два предпо- ложения. Может быть, шкурки были переданы на хране- ние. Русская Правда, как известно, называет подобные сделки поклажей («поклажаи») п предусматривает споры, возникающие на этой почве 1в7. Псковская судная грамо- та говорит об отдаче имущества на «зблюдение» и также устанавливает процедуру разбора тяжб между владельца- ми имущества и лицами, взявшими его на хранение. В частности, запрещается «сочить... зблюдениа... безъ- имянно», т. е. без точного обозначения предметов, о кото- рых возбужден иск 166 167 168. В грамоте № 7 и перечислено, что сдано, и сказано — в каком количестве. Если принять предложенное объяснение происхожде- ния тяжбы неизвестного лица (или неизвестных лиц) с Короманом, то полезно привести один более поздний до- кумент, проливающий свет на берестяную грамоту № 7. Это духовная И. И. Салтыка-Травина 1483 г. Уходя в по- ход, он «положил» принадлежащие ему меха у разных лиц (т. е. договорился, что они будут хранить у себя эти ценности, вероятно, за какое-то вознаграждение, до его возвращения). Среди мехов фигурируют те же сорта, ка- кие упомянуты и в берестяной грамоте № 7: лисы, бобры, подпали (потпали) 169. Но может быть, грамоту № 7 следует связать с поста- новлениями Русской Правды, предусматривающими воз- можность передачи кем-либо купцу, едущему торговать, своего товара с тем, чтобы по возвращении из торговой поездки купец заплатил владельцу товара деньги, выру- 166 АСЭИ, т. II, стр. 19, № 10. 167 Русская Правда Пространной редакции, ст. 45. 168 ПРП, выл. II, стр. 288, ст. 16; стр. 292, ст. 45; стр. 299, ст. 103а; стр. 300, ст. 107. 109 АСЭИ, т. I, стр. 379, № 501. 90
пенные от его продажи. На этой почве, как мы уже впде- лд, возникали тяжбы ,70. Об исках о «торговле» или «тор- говых деньгах» говорит и Псковская судная грамота, так- #(с запрещающая «сочить безъимянно» (т. е. требующая поименного перечисления товара) ,71. Меха были одним из главных предметов новгородской торговли. За границу вывозились белки (в числе их «под- паян», «поппелен»), шкуркп бобров; данных о вывозе лис недостаточно 170 171 172- Возможно, что иск к Коромапу касался мехов, отдан ных не на хранение («зблюдение»), а для торговли. Сложные юридические казусы возникали по вопросам, связанным с ссудными операциями между русскими и иноземными купцами. В грамоте № Gt (XIII в.) 173 мож- но прочесть следующее... «...з гос том о иолотрьтиядесято гривыто сьрьбра... истины 10 пудово мьду, а три годы, а ное самь ведаете код цо исправить, кодь что взятп, а ко мне нажить о всьмо». По А. В. Арциховскому, «это от- рывок переписки богатых людей»; «речь идет о присылке с гостем 25 гривеп серебра, т. е. огромной по тому време- ни суммы». Слово «ное» А. В. Арциховский понимает как собственное имя «Ной». Вместо «код цто», «кодь что» Б. А. Рыбаков предлагает читать: «къде цо». «къде что». Б. Б. Кафенгауз в толковании грамоты № 61 при- соединяется к А. В. Арциховскому, считая, что в ней «го- ворится о госте, приславшем огромную сумму в 25 гривен серебра, причем упомянута „истина*1, т. е. основная сум- ма долга, не считая процентов. Долг состоял из 10 пудов меда. Следует заметить, что о займе меда с уплатой про- центов натурой говорится в статье 46 Пространной Прав- ды» 174. Перевода записи № 61 не дают ни А. В. Арци- ховский, ни Б. Б. Кафенгауз. Перевод Л. П. Жуковской, ио ее собственным словам, является условным: «...с рос- том 25 гривеп серебра капитала. 10 пудов меда па три 170 Русская Правда Пространной редакции, статьи 50 и 51. 171 ПРП. вып. II. стр. 288, ст. 14; стр. 291, ст. 38; стр. 292, ст. 45; стр. 299. ст. 101. 4. Л. Хорошкевич. Торговля Великого Новгорода с Прибал- тикой и Западной Европой в XIV—XV веках, стр. 74, 83, 93, 94. А. 13. Арциховский. НГБ (1952). стр. 62—63. мотах* Б^Кафенгауз. Заметки о новгородских берестяных гра- 91
года. А Ной сам зпает, где что исправить, где что взять* а мне доложите о всем» 175. * Я думаю, что речь здесь идет о выплате чьих-то дол. гов. Согласно ст. 51 Пространной Русской Правды, как ужо указывалось, при наличии у кого-либо многих дод. гов, в первую очередь должник должен был удовлетворить претеп.зии «гостей», а затем ужо местных отечественных купцов: «...отдати же первое гостины коуны, а домашним что ся останеть кун, тем же ся поделить». То же самое говорится в договоре Смоленска с Ригою и Готским бере- гом 1229 г.: «Оже немецьскыи гость дасть свои товар в долг [в] Смоленьске, а Русин будеть должен Руси, [ино] Немчичю наперед взяти» 176. Исходя из вышеприведенных правовых памятников и рассматривая в их свете берестяную грамоту № 61, можно так истолковать ее текст: кто-то из должников обязан уплатить гостям 25 гривен серебра и отдать им 10 пудов меда: па этот основной заемный капитал и взятое в долг количество мода следует насчитать на три года проценты. Иное 177 (т. е. свои денежные взаимоотношения с русски- ми людьми) должник знает сам; он знает, кому что дать, у кого что взять. Пусть он сообщит автору письма обо всем. От кого же исходит письмо? Может быть, от част- ного лица, заинтересованного в делах своего адресата, а может быть, от официального судебного исполнителя, следящего за взысканием долга с какого-то купца и оза- боченного тем. чтобы не пострадали интересы загранич- ных «гостей». Разобранные грамоты важны для нас тем, что харак- теризуют условия и формы ведения торговли. Становятся ясными опасности, с пей связанные, наглядно проявляет- ся слабость капиталов, приводившая часто к банкротству отдельных купцов, видны попытки объединения несколь- кими лидами денежных средств для совместных торговых операций и т. д. Интересны нормы купеческого права л их реальное воздействие па взаимоотношения русских купцов как между собой, так и с ппоземнымп «гостями», пользовавшимися более значительными привилегиями. 175 Л. П. Жуковская. НБГ. стр. 69. 17в прп, вып. II, стр. 60. 177 Так я понимаю слово «ное». Это не имя собственное — Ной. 92
Наконец, в какой-то мере проявляется и заинтересован- ность в развитии товарного обращения со стороны госу- дарства, выражающаяся во вмешательстве (на основе существующих законоположений) органов власти в раз- ного рода конфликты в купеческой среде. § 6. Споры и дела о наследстве С развитием частной собственности оформляется на- следственное право. В Пространной редакции Русской Правды оно выступает в достаточно разработанном впде. Вопросам о разделе наследства, об устройстве имущест- венных дел умершего, об опеке над несовершеннолетними наследниками, о правах п обязанностях отчима в отноше- нии пасынков уделяют внимание и берестяные новгород- ские грамоты. В них находят отражение нормы Русской Правды. Русская Правда различает наследование по завещанию («ряду») и по закону178 179. От XII в. известно уже письмен- ное завещание (духовная грамота) ,79. Средн берестяных грамот имеется такая, которую можно рассматривать как предсмертное распоряжение завещателя наместнику или приказчику об урегулировании его взаимоотношений с кредиторами. Это письмо № 78 (XI—XII вв.): «Въземп у Тимощо одинунадесяте гривъну, у Въпцина шурина на копе псапии хомуть, и воже, и оголове, и попопу» 180. По своему формуляру документ напоминает статью, встречающуюся в духовных и обязывающую членов семьи умирающего собрать деньги, розданные в долг, и вернуть заложенные вещи. Так. в завещании, написанном не позд- нее 1270 г., некий Климент говорит: «Л про куны, чимь то ми ся было вам платитп: в купецьском съте у Фомы 8 гривн възмите.. » 181 182 Федор Остафьевич Своеземцев в 1435 г. указывает: «А взяти ми у подвоиского да у Ивана У Трудного и у его детей восмпатцать рублев, и вы то, Дети мои, в о з м и т е у Деевых детей на Виткове ули- це...» 1в2. 178 Русская Правда Пространной редакции, ст. 87. 179 ГВНП, стр. 161, № 104. 190 Л. В. Арциховский. ИГБ (1952), стр. 78. 18‘ ГВНП, стр. 163, № 105. 182 Там же, стр. 171, № 111. 93
По-видимому, п грамота № 78 представляет собой если не полную духовную, то предсмертный приказ. Иедаром тексту предшествует крест. Самый текст допускает различные толкования. Преж- де всего неясно — об одном или двух лицах идет речь в письме. Может быть, имеется в виду Тимоша, Войцин шу- рин (т. е. шурин Воя, Воина или Воислава), но возможно, Войцин шурин — это не Тимоша, а другое лицо. Если принять первый вариант и если считать, вслед за В. И. Бор- ковским, что «на коне» значит «за коня», то перевод гра- моты будет такой: «Возьми у Тимоши, Войцпна шурина, одиннадцать гривен за коня, расписной хомут183, вож- жи184, узду, попону». Следовательно, Тимоша заложил автору письма коня со сбруей за большую сумму и дело заключается в том, чтобы получить с него деньги и вер- нуть ему заклад. Если в письме упомянуты два лица (что весьма веро- ятно), то с первого (Тимоши) следует взыскать денежный долг, со второго (Войцина шурина) получить конскую сбрую или коня со сбруей 185 * *. На каких условиях тот всем этим пользовался — неясно; возможно, что автор письма заложил ему коня со сбруей и предложил выкупить за- клад из суммы, полученной с Тимоши. В Псковской судной грамоте имеется статья, которая бросает свет на рассматриваемое сейчас берестяное пись- мо. Предусматривается возможность денежного иска с предъявлением в суд «доски» и какого-либо заклада — платья, вооружения, к-оня пли чего-либо иного из двп- 183 В. И. Борковский (Новые находки берестяных грамот — ВЯ, 1953, № 4, стр. 127—128) и Л. II. Жуковская («Палеографиче- ский и лингвистический анализ нбг», стр. 204) считают, что «пса- нип» откосится не только к хомуту, по и к вожжам, оголовью и попопе, и думают, что это выражение надо переводить как «записанные», т. е. внесенные в запись за коня. 184 Л. П. Жуковская допускает, что можно читать: «хомуть- пи вожжи», т. е. хомутные вожжи. 185 Н. А. Мещерский (НГБ — «Вестник ЛГУ», 1958, № 2, стр. 105) возражает против толкования выражения «на коне» как «за коня» и переводит: «возьми на коней... хомут, вожжи, оголовье». Но в ряде духовных грамот содержатся сведения о закладе коней и принадлежностей для верховой езды. Например: «взяти мй у Дмитроя у Иванова копь в седле, а цена ему шесть рублев; взяти мн у Станка конь гнед, цена ему три рубли» (АСЭИ, т. Ь стр. 379. № 501). Или: «...у дяди моего Исака седло мое...» (ГВШЬ стр. 266, № 257). 94
дедоого имущества и живого инвентаря. «Хто на ком имет Фоуднаго серебра но доскам, а сверх того и заклад поло- доит на него платной, пли доспех, или конь, или иное дгго назрячее и животное...» 1ь6 В беррстяпой грамоте № 78 как раз и отражен договор займа, обеспеченный закладом к они и доспеха п под- тверждаемый соответствующей записью — «доской». Мо- жет быть, завещательный приказ — «въземи» и означает: возьми по суду, предъяви судебное взыскание. Грамоту № 78 по своему формуляру весьма напомина- ет берестяное письмо № 84 (XI—XII вв.) 187. Оно лако- нично: «Отъ Твьрьдяты къ Зоубери. Възмп оу господынп тринадесяте резане». Таким образом, текст № 84 (как п 78) начинается с распоряжения: «възми...» Перед текстом в обоих случаях стоят кресты. Только в № 78 завещатель (при жизни) говорил о взыскании ссуды и возврате за- клада. № 84 — это письмо Твердяты (может быть, душе- приказчика) Зуберу 188 о возмещении последнему какой-то женщиной («господыпей») долга, вероятно, по завещанию кого-то из ее родственников (отца, мужа или сына). По древнерусскому законодательству женщины имели право на участие в наследстве. По Русской Правде вдова поль- зовалась определенной долей («частью») имущества по- койного мужа, которой лишалась, если выходила замуж вторично. Но она считалась полной собствепппцей («гос- пож ей») того, что первый муж передал ей по завеща- нию 189. В 1393 г. Остафий Ананьевич Своеземцев написал в своей духовной: «А жена моя, оже вседит в животе моем, иво о с п о д а р ы н а животу моему; или пойдет замуж, пно ей наделка десять рублев...» 190 (т. е. если жена моя оста- нется после моей смерти вдовой, то она наследует мое имущество; если же она пойдет замуж, то пусть ей выде- лят десять рублей...). В грамоте № 84 также фигурирует «гос поды ня» («госпожа», «о с и о д а р ы и я»), т. е. владелица какого- то «живота», очевидно, к пей перешедшего по наследству. 180 ПРП, вып. II. стр. 290, ст. 31. стр О* Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), 188 Пе русифицированная ли это передача немецкого имени *Упер (ГВТГП, стр. 127, 129, № 76)? русская Правда Пространной редакции, ст. 88. 180 ГВПП, стр. 168, №110. 95
И она должна ликвидировать лежащие на этом имуществе долги,— правда, небольшие: 13 резан. О разделе имущества умершего человека речь нд<»т. ц0. видимому, в грамоте на бересте № 384 (ХИ в.) 191 192: «Qn Стъенега къ матери. То ти семь дале Саве 5 кунъ въже трькъвпще, лъжици 2, ножа 2, брусе воже оленики». А. В. Арциховский переводит это письмо так: «От Стое- нега к матери. Вот я дал Савве 5 куп и полотенце, 2 лож- ки, 2 ножа, платок и оленью шкуру». В таком переводе древнерусский термин «въже» — «во- же» передается современным союзом «и». Однако данный термин скорее означает «или». Так, в «Ноконе («Покло- не») вирном», входящем в состав Краткой редакции Рус- ской Правды, говорится: «...вирнику взяти... в среду реза- ну въже сыры...» (г. е. резану или сыры) ,92. Значит, и от- дельные фразы грамоты № 384 надо переводить: не «5 куп и полотенце», а «5 куп или полотенце»; не «платье и оленью шкуру», а «платье или оленью шкуру». Но тогда меняется п смысл слова «дале». Стоенег не мог говорить, что он д а л в прошлом Савве либо то, либо другое. Если бы он что-то ему уже дал, то что-то определенное. Вероятно, надо несколько иначе перевести весь текст. Стоенег еще не отдал, но решил отдать Савве какие-то вещи и деньги (возможно, пз отцовского наследства), причем поручил это сделать своей матери, предоставив ей право выбора между названными объектами дарения. В рассмотренных грамотах нет сведений о феодальной, да и вообще о собственности на землю. Эти документы могли принадлежать н горожанам. А грамота № 227 (XII—XIII вв.) 193 затрагивает и вопросы землевладения. Она дошла в виде двух разорванных кусков. Восстановить ее текст очень трудно. Положив в основу реконструкцию А. В. Арциховского, внесем в нее несколько гипотетичес- ких конъектур, привлекая для этого материал других гра- мот на бересте. Первый кусок: «[Покл]аияпие 194 ко матьри. Водае се- моу 2 гривьне. Не моги же ми, матоко, согре[шити]. 191 А. В. Арциховский. НГБ (1958-1961), стр. 84-86. 192 Русская Правда Краткой редакции, ст. 42. 193 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 49—51. 194 См. берестяную грамоту № 379. 96
[Дасе]195 оу себе не боуд[ьть]196, заемоши, моги же водати, от тога ти нама хоце белого... [х]оти 197 зем... оти 6 гр[ивен] ...лоуце ...ашя е...» Второй кусок: «...я вода... итп со [гр]ивыю одино мати, мо...жею се... а Радоновая т...дае... е дьвьри т... е была зем- ля Павьлова... поу со зем[л]е ти хотяци ся не... ьти ся рею- ци, едоуц соудо воземеше, доброю женою ...яци цьсть, епю- ци, пеюци, едоуци со Давыжею. А торогоуи не вь тамо по- ценеши ти 198 ро... [Кла]няю ти ся. А се пакы шьдоши, воземи десять гривьпо ногатами и оу а... азо канеце тое сам...» Даже внесение ряда предположительных конъектур да- леко не проясняет текст. Остается много, причем больших, разрывов. Поэтому приходится отказаться от более или менее связного перевода грамоты (представляющей пись- мо сына к матери) и попытаться понять ее общий смысл. Легче это сделать в отношении первого куска. Обращаясь к матери, автор письма просит ее выдать кому-то две грпв- ны. Очевидно, это долг, который беспокоит сыпа и он по- этому настаивает, чтобы мать не ввела его в грех, и если хочет ему добра, а денег у нее нет, то чтобы заняла их. Невольно возникает предположение, которое трудно под- крепить фактами, что вопрос о расплате с долгами и о свя- занных с этим денежных затруднениях возник в осиротев- шей семье после смерти ее главы — мужа и отца. Дальнейший текст становится более отрывочным. В нем появляются новые указания на различные денеж- ные суммы (шесть гривен, десять гривеп), на какие-то операции с землей, на ее переход от одного владельца к другому («была земля Павьлова»), на судебные споры (выражение «соудо воземеше» вряд ли значит «взяв суд- но»; скорее речь идет о судебном процессе). Все это гово- рит как будто за правильность выдвинутого выше предпо- ложения о том, что грамота № 227 — это документ, касаю- щийся урегулирования хозяйственных дел семьи в связи с кончиной ее старейшего представителя. Как видно из письма, какие-то земельные и денежные претензии к адре- 195 См. берестяные грамоты № 197, 363, 370. 198 См. берестяную грамоту № 370. А. В. Арциховский читает: «оти». _ Так читает В. И. Борковский (А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ, 1956—1957, стр. 174). По А. В. Арци- ховскому: «...по цене шити...». 4 Л. В. Черепнин лу
сатке предъявляют ее деверп (братья покойного мужа). Упоминаемые в грамоте Радоковая и Давыжая ие являют- ся ли женами этих деверей, которых, возможно, звали Рад- ио и Давыд? Словом, налицо какой-то большой семейный раздел. До нас дошла одна новгородская грамота второй поло- вины XV в., рисующая нечто похожее па то, о чем говорит- ся в берестяном письме № 227. Умер некто Иван (Еван). После его смерти вдова с сыном и деверем, по договорен- ности со снохою и братаном (племянником) Осташем, от- дали сыну Кура Обекану за долг рыбные ловли в реке Сярти 19р. Конечно, самый характер сделок, которые имеет в виду грамота № 227 и которые конкретно очень трудно раскрыть, мог быть и иной, чем в только что рассмотренном случае. Но смерть неизвестного главы семьи, о которой речь идет в грамоте № 227, так же как смерть новгородца Ивана, за- ставляет семью в широком составе (вдову, сына, деверей и пр.) заняться устройством своих хозяйственных дел. Интересно, что в экономическом строе семьи большая роль принадлежала женщинам. Они вместе со своими мужьями наследуют имущество отцов. Так, в середине XV в. новгородец Андрей Иванович передал своему зятю Герасиму и дочери Марье половину имущества с тем, что- бы Герасим «кормил» сына завещателя и его младших до- черей (до их замужества) 20°. Не случайно, конечно, и ад- ресатка берестяной грамоты № 227 вступает в какие-то имущественные отношения с другими женщинами (если верно наше предположение,— родственными ей по покой- ному мужу). Отношения по владению землей здесь довольно слож- ные. С одной стороны, сохраняется большая семья. Поэто- му адресатка, будучи «доброю женою», проживала, по-ви- димому, с деверями и их женами. На это указывают слова: «...пеюци, едоуци со Давыжею» (т. е. ведя одно хозяйство с женою Давыда, имея общий с ней стол — еду, питье). Но с другой стороны, речь идет и о выделе каких-то частей имущества (ибо я думаю, что «цьсть»—это «часть», а не «честь», как предполагает А. В. Арциховский). В тексте грамоты № 227 есть фраза: «А торогоуи не вь 199 199 ГВНП, стр. 253—254. № 235. 2со Тчм ...р стр 203, № 156. 98
тамо поцснеши ти ро...» Последнее слово, по-видимому, рожь201. Вероятно, здесь поднимается вопрос о том, можно ли торговать урожаем, полученным с земельного участка, подлежащего разделу, до его окончания. Если верно предложенное выше понимание грамоты № 227, то ее можно использовать как источник для харак- теристики новгородского землевладения и порядка перехо- да земельной собственности по наследству. Правда, фео- дальный характер частной собственности на землю из дан- ного источника непосредственно не выступает. Завещанием можно считать отрывок грамоты № 108 (XII в.) 202: «...та десяте..., ще ту у Вовъзе пашепо ти у дьвятп гривъ... че и клетище у гривене, у суме 203 две гри- вене корстокыхо 203 мородоко 203». А. В. Арциховский отказался от попытки восстановить связный текст; он сумел прочесть лишь отдельные терми- ны. Б. А. Рыбаков, напротив, попробовал дать реконструк- цию и перевод всего документа: «...в Вовзе 204 пашен 205 тебе па девять гривен... и клетище (постройка) в гривну. В (денежной) суме две гривпы гробовых (погребальных) мордок (мелких денег)». Б. А. Рыбаков полагает, что перед нами духовная грамота. «Завещатель’ передал наследнику в числе прочего пашен на девять грпвеп, какую-то построй- ку ценою в гривну п в своей суме оставил две гривны на погребение, предусмотрев, что для этой цели будут нужны мелкие деньги — мордки». Предположение Б. А. Рыбакова, что грамота № 108 — завещание, по-моему, приемлемо. Мне только не кажется убедительным его толкование последних слов письма, как якобы папомипанпя о деньгах па погребение, хранящих- ся в какой-то суме. Сума — это скорее название реки 206. Вообще в документе речь, ло-видимо»гу, идет пе о налич- ных деньгах, а о недвижимом имуществе: «пашепо» (т. е. то, что вспахано, пашня), «клетище» (т. е. клеть). Было в конце (оборванном) грамоты еще одно слово, оканчиваю- ‘°* См. в берестяной грамоте № 97: «...рожь продають...» А. В. Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1953—195-4), стр. 37—38. Может быть, это географические названия. 205 П° А- В. Арциховскому, «Во възе» — «в возе». А. В. Арциховский считает, что имеется в виду пе «паш- (зерна проса). ГВНП, стр. 300, № .307. 4* 99
щееся на «ще»: или «дворище», или «селище», «печище», «репище», «гумнище» и т. д. 207 Недвижимости эти раз- бросаны в различных местах, которые называются по име- нам. «Вовъзе» — возможно, деревня «Взвоз». В новгород- ских писцовых книгах встречаются географические наиме- нования, близкие к «Корстокыхо» («Корост», «Корость» и т. д.) и «Мородоко» (например, «Мородкино») 208. Содержание духовной можно передать так. Пашня у селища (или у дворища и т. д.) у Взвоза оценивается в 9 гривен (далее следует слово «...че» — вероятно, «вобче» или «опче» 209, т. е. место, угодье, находящееся в чьем-то совместном владении). Цена клети — гривна, двух урочищ на реке Суме — две гривны. Вероятно, вотчина была за- ложена, и завещатель указывал, за какую сумму наследни- ки могут ее выкупить. В качестве параллели можно указать на позднейшую духовную середины XV в. старца Степана, в которой он говорит о закладе Софонтием Окинфовым Михайло-Архангельскому монастырю «орамых земель», по- жен, двора, дворищ, гумнпщ, леса, ловищ в 9 рублях, 25 со- роках белки, 100 пузах жита 21°. Свидетельствуя о наличии частной собственности на землю, грамота № 108 211 (подобно № 227) не дает матери- ала для того, чтобы безоговорочно охарактеризовать эту собственность как феодальную. Конкретный случай столкновения сыновей из-за отцов- 207 ГВНП, стр. 162, № 105; стр. 201, № 153; стр. 237, № 2 Id: стр. 265, № 256; АСЭИ, т. III, стр. 221, № 209. 208 «Новгородские писцовые книги, изданные Археографиче- скою комисспею». Указатель к первым шести томам, стр. ИЗ, 148, 166. 209 ГВНП. стр. 170, №111. 210 Там же, стр. 237, № 210. 2,1 Можно предложить и еще одно толкование грамоты X® 108, но оно. по-моему, значительно менее убедительно. Если следовать за А. В. Арциховским в понимании слов «во възе» как «в возе» — на возу, а «пашено» как «пшено», то надо будет при- знать грамоту за письмо, говорящее о каких-то торговых опера- циях. Тогда придется допустить, что в клетп находился хлеб, предназначенный для продажи. А «корстокыхо мородо- ко» — это, может быть, испорченная передача названий двух пош- лин, взимаемых с проезжающих с товарами через таможенные за- ставы. «А на старых ти мытех имати с воза по м о р т к е обеушной, а кос тки с человека мортка»,— читаем в договорной грамоте мо- сковского великого князя Василия I и великого князя тверского Михаила Александровича (ДДГ, стр. 42, № 15). 100
ского наследства описывает грамота № 235 (XII в.) 212, в которой можно прочитать: «Отъ Судише къ Нажпру. Се ЙКяДъке, пославъ ябетника дова, и пограбила мя въ братии долгъ. А я... о... о цене Жядку. А възборонп емоу отпне п... е на мя опас... еду в...» А. В. Арциховский предлагает следующий перевод: «Жадок послал двух ябетпиков... Ябетники пограбили ав- тора письма ,,в братни долг14, т. е. конфисковали часть его имущества в счет долга его брата». Я ставлю этот текст в связь со ст. 95 Псковской судной грамоты, принимающей меры в отношении того, чтобы один из братьев, владеющих общим неразделенным отцовским имуществом, не истратил что-либо лично на себя 213. В письме № 235 Судиша жалу- ется Нажпру (какому-то представителю власти) на Жадна (очевидно, кредитора его брата), который прислал двух ябетпиков (судебных исполнителей) в дом к жалобщику и его брату и взыскал «братпий долг» из общего имущест- ва. Судиша просит оборонить от подобных посягательств наследство отца, на которое он имеет такое же право, как и его брат; он собирается сам ехать об этом хлопотать. Указание на спор наследников об имуществе, может быть, следует видеть в краткой записи’№73 (ХШ в.) 214: «На Смьне три 215 грпвне со братомь». А. В. Арциховский по поводу этого текста замечает: «Кредитор записал дол- жников». Возможно, это действительно долговой документ, своего рода кабала. Но не исключено и другое понимание. Три гривны — это наиболее часто встречающаяся в Рус- ской Правде сумма штрафа за преступления. Не исключе- но, что и в рассматриваемом документе речь идет о штра- фе, наложенном на Семена. Слова «со братомь» при таком толковании можно понимать двояко: или брат Семена, так же как он сам, привлечен к ответственности и оштрафован, или Семен наказан по делу со своим братом, по которому он признан виновным. Русская Правда говорит о спорах меж- 2,2 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 56—58. 2,3 ПРП, выл. П, стр. 298. 214 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 75. 5 Утверждение Б. Б. Кафенгауза, что в данном слово В- Арциховский неправильно прочитал букву «р» вместо «о», не соответствует действительности. Буква «р» читается достаточ- но ясно (В. Б. Кафенгауз. Заметки о новгородских берестяных гРамотах, стр. 169). 101
ду братьями, главным образом о наследстве 2‘6; такое доЛо вероятно, и подразумевается в берестяной грамоте № 73’ К какой среде принадлежали братья — сказать трудно. Интересный материал содержит документ на бересте об опекунах, завладевших наследством, принадлежавшим опе- каемым, а также отчимах — растратчиках имущества своих пасынков. В грамоте № 112 (XIII в.)217, у которой оторва- ны начало и частично левый край, можно прочитать сле- дующий текст: «...кою лар оу... пояле исполовницоу мою, телицоу вода... [?] т...218 о племине мои ли ти тяжа, а поеди во городо хоияжи219 на топ грамоте осподыпи». Раскрыть смысл грамоты пе так легко. Речь идет о ка- кой-то тяжбе, из-за которой адресат должен поехать в го- род: значит, он живет в сельской местности. Об остальном приходится догадываться. Думается, что на существо тяж- бы может пролить свет ст. 93 Пространной редакции Рус- ской Правды. В ней говорится, что опекун детей, у которых умер отец, а мать вторично вышла замуж, несет ответст- венность за их имущество и должен вернуть последнее по достижении ими совершеннолетия. При этом особо подчер- кивается, что возврату подлежит и «плод» «от челяди... или от скота». Может быть, нарушение данной нормы Русской Правды и послужило причиной спора, отраженного в гра- моте № 112. Автор письма обращается к какому-то лицу, защищающему его интересы, и рассказывает ему, что не- кто (опекун?) завладел его «исполовницей» и присвоил его телицу. Здесь, как и в Русской Правде, в один ряд ста- вятся «скот» и несвободный человек. Правда, «исполовнп- цу» нельзя причислить к «челяди» (т. е. к холопам—ра- бам), но грань, разделяющая половника, близкого к заку- пу, и холопа, слишком неустойчива, и в данном случае оче- видно, что оба тяжущихся были склонны рассматривать «псполовницу» как «рабу». Автор письма через своего ад- ресата обращает к сопернику (опекуну?) вопрос: призна- ешь лп ты, что «псполовница» и «телица» — мои, и согла- сен лп их «водать» (отдать), или для решения этого вопро- са нужна «тяжа»? Это опять-таки совсем по Русской Прав- де РуссКая Правда Пространной редакции, статьи 89, 97,100. 2,7 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. ПГБ (1953—1954), стр. 42—43. 2,8 Может быть, «водать»? (Буквами «вода» заканчивается одна строка, с буквы «т» начинается следующая.) 219 А. В. Арциховский считает это слово именем собственным. 102
Дй, которая требует от истца, желающего вернуть присвоен- ие У него имущество, нс заявить ответчику — «мое» («не рци ему — мое»), но действовать судебным порядком220. Имеющееся в письме слово «племя» («о племине») можно понимать двояко. Может быть, это тот «плод» (по- томство) как от «исполовнпцы», так и от коровы, который имела в виду Русская Правда и из-за которого разгорелась «тяжа». Но не исключено и другое толкование. По ст. 93 Пространной Русской Правды опекуном несовершеннолет- них должен быть кто-либо из родственников («...кто им ближии будеть»). Псковская судная грамота, говоря о спо- рах о наследстве умершего человека между его родственни- ками, употребляет в отношении последних термин «ближ- нее племя». Может быть, и берестяная грамота № 112, упо- миная «о племине», подразумевает родственников, из ко- торых один — опекун, другой — подопечным. Какое-то участие в деле, освещаемом письмом № 112. принимает «осподыня» — «господыпя» — «госпожа». Если при толковании текста исходить из ст. 93 Русской Правды, то следует считать «осподыню», так же как «господыню» в берестяной грамоте № 84, вдовой умершего собственника. Из-за ее вторичного замужества потребовалась опека над сиротами (по Русской Правде в таком случае опекуном мог стать их отчим). «Грамота осподынн» — это. возможно, завещание ее покойного мужа или запись о приеме его иму- щества опекуном. Под словом «ларь» надо понимать или просто ларец, где лежала «грамота осподынн». или. если следовать Псковской судной грамоте, действующий архив, своего рода государственный нотариат, куда передавались завещания, чтобы получить юридическую силу 221. К № 112 близка по содержанию грамота №9 (XI— XII вв.) 222: «От Гостяты къ Васильви. Еже ми отьць даялъ и роди съдаяли, а то за нимь. А ныне водя повоую женоу. а мъне не въдасть ничьто же, збпвъ роукы 223, поустилъ же мя, а иноую поялъ. Доеди. добре сътворя». Эта грамота подверглась, пожалуй, наибольшему числу толкований. Спор вызвал прежде всего вопрос о том, явля- 2i° Правда Краткой редакции, ст. 13. ™ ПРП, вып. II, стр. 288, статьи 14. 15. СТр ^j_^2 ^РЧиховский и М. Н. Тихомиров. НГБ (1951), п п.„. ДРУгпе варианты прочтения: «п зби в рукы...»; «избп в РУкы...», «избив рукы...» 103
ется Ли имя Гостята мужским или женским. А. В. Арцц_ ховский считал, что это мужчина. Его точку зрения поддер. жали В. И. Борковский 224 и Р. Якобсон 225. М. Н. Тихоми- ров (а вслед за ним Ф. Ф. Кузьмин 226, В. К. Чичагов227 М. В. Щепкина 228, Л. А. Булаховский 229, Н. А. Мещер- ский 230), напротив, придерживаются мнения, что Гостя- та — имя или прозвище женщины; однако доводы этой группы ученых не столь убедительны. По-разному толкуют исследователи и смысл грамоты № 9. По мнению А. В. Арциховского, «Гостята жалуется на своего отца, женившегося на двух новых женах и отняв- шего по этому случаю у него имущество. Отец здесь явля- ется носителем традиций большой семьи, патриархально распоряжаясь имуществом ее членов. Сын опирается на но- вые городские нормы, требуя отдельного владения. Он обра- щается к некоему Василию, надеясь на то, что тот приедет, сотворив добро, т. е. поможет». «...В рукы пустил...» В. И. Борковский толкует: заставил подчиниться. По мысли М. Н. Тихомирова, Гостята — женщина, с ко- торой муж самовольно (без санкции церкви) развелся, при- своив имущество, полученное ею от отца и родственников, и прогнал ее («и зби в рукы, пустил...»), приведя в дом но- вую жену. Л. А. Булаховский и Н. А. Мещерский, как и М. Н. Тихомиров, думают, что Гостята — жена, обиженная мужем, бросившим ее и женившимся вторично. В. Л. Янин считает, что «злодеем Гостяты» был отчим, который после смерти ее (или его) матери женился вторич- но и попытался захватить в свои руки добро, по закону при- надлежавшее детям его первой умершей жены231. Думаю, что В. Л. Янин ближе всех к истине. 224 В. И. Борковский. Драгоценные памятники древнерусской письменности (ВЯ, 1952, № 3, стр. 133). 225 В. Jacobson. Vestiges of the earliest russian vernacular («Word», vol. 8. № 4. p. 353—357; «Slavic Word», № 1, December, 1952. New York. p. 46—51). ггв ф ф Кузьмин. Новгородская берестяная грамота № 9 (ВЯ, 1952, Хе 3. стр. 137—140). 227 В. К. Чичагов. Филологические заметки (ВЯ, 1954, № 3, стр. 81—82). 228 М. В. Щепкина. Рецензия («Вопросы истории», 1954 № 4, стр. 160). 229 .7. А. Булаховский. Рецензия («Известия Академии наук СССР. отд. литературы и языка», т. XV, вып. 1, 1956, стр 78). 230 В. А. Мещерский. НГБ («Вестнпк ЛГУ», 1958, № 2, стр. 97) 231 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 170. 104
Итак, Гостята (вероятно, это юноша) приносит жалобу яа отчима, завладевшего имуществом, которое передал ему отец и какие-то родичи. Что здесь имеется в виду? Ответ Яа вопрос дает Русская Правда, которая содержит детально разработанные нормы наследственного права. Согласно это- му законодательному кодексу, каждый из детей умершего должен владеть тем, что покойный отец определил ему по завещанию: «Аже кто оумирая разделить дом свои детем, на том же стояти» (ст. 87). На тех же началах строилось и наследование по закону, при отсутствии завещания. Дети одной матери, но двух разных отцов наследовали каждый имущество своего отца: «Аже будуть двою мужю дети, а одиное матери, то опем своего отця задниця, а онем своего» (ст. 97). О своей доле отцовского наследства и говорит Гос- тята в первую очередь («еже ми отьць даялъ...»). Кроме того, он упоминает и то, что ему «роди съдаяли». А это что такое? Обратимся снова к Русской Правде. По ст. 93 Правды, на которую мы уже ссылались, иму- щество малолетних сирот, лишившихся отца, в случае вто- ричного выхода замуж их матери, сдается при свидетелях в опеку кому-либо из ближайших родственников (опекуном может стать и отчим). «Аже будуть в дому дети мали, а не Джи ся будуть сами собою печаловати, а мати их попдеть замужь, то кто им ближии будеть, тому же дати на руде и с добыткомь и с домомь, донеле же возмогуть; а товар дати перед людмп...» Когда сироты подрастут и достигнут пра- воспособности, опекун должен вернуть их имущество («а истып товар воротить им») и уплатить стоимость того, что растратил («ростсрял»). Эти нормы Русской Правды проливают свет на то, что могло произойти с Гостятой. Предположительно дело обсто- яло так. Когда он еще был малолетним, у него умер отец, а мать второй раз вышла замуж. В связи с этим причитаю- щееся Гостяте от отца наследство было взято в опеку. Сна- чала опекунами были какие-то родственники («роди», «бли- жии»), которые умножили имущество покойного Гостяти- на отца и вернули его с приращением («съдаяли»). Затем опекуном стал отчим Гостяты, который, напротив, присво- ил доставшееся ему наследство («а то за нимь»). По зако- ну он за это должен был ответить. Нарушение отчимом закона о наследстве произошло тогда, когда он привел в дом новую жепу. Надо думать, что мать Гостяты умерла и он остался круглой сиротой. Отчим 105
ему «не въдасть пичьто же», т. е. лишил всего принадлежа- щего ему по закону. Ведь ему полагалась, помимо отцовско- го имущества, находившегося под опекой, и материнская доля. «...Будуть ли дети, то что первое жены, то то возмуть дети матеро своея...»,— говорит Русская Правда (ст. 88), т. е. в случае вторичной женитьбы кого-либо его дети от первой жены наследуют ее имущество. Это прямо подходит к случаю с Гостятой. Обидев Гостяту, его отчим нарушил свое обязательство об опеке, которое оформлялось путем официальной пере- дачи детей-сирот «на руки» опекуну: «датп на руце и с до- быткомь и с домомь» (ст. 93). Расторжение этого договора и имеет в виду Гостята, говоря: «и збивъ рукы, поустилъ же мя». Он подчеркивает, что беззаконпе было допущено отчимом в связи с тем, что он решил вторично вступить в брак: «а иную [жену] поялъ» (п ранее: «а ныне водя новую жену»). Гостята обращается к Василью со словами: «Доеди, добре сотвори». Очевидно, он предлагает последнему по- мочь ему добиться по закону своих прав. Может быть, в это время Гостята уже достиг совершеннолетия. Кто же такой Василий? Вероятно, один из тех «ближ- них», кто еще до отчима взял на себя надзор за имущест- вом Гостяты, или, еще правдоподобнее, один из тех «лю- дей», перед кем опекун совершил, согласно Русской Прав- де, «ряд» об опеке. Как участник или свидетель дела о причитающемся Гостяте наследстве, он должен был есте- ственно выступить по этому делу в суде. Тема об отчиме^растратчике развивается п в грамоте № 163 (XII в.)232, где говорится: «Покланя[ние от] Дьмпя- па ко Д...е парудова... А ты продае коне, колико ти всда- дя, а чето потеряеш[и], а то помепи. А Кузеке соци, абы не истьряле куно. Лихе есте». Текст этот труден для понимания. А. В. Арциховский переводит его следующим образом: «Поклон от Демьяна к Д... А ты продай коня за любую цену. А что на этом потеряешь, то помни. А от Кузьки требуй, чтобы он не растерял кун: он плох». Мне кажется, этот перевод тре- бует уточнения. Прежде всего А. В. Арциховский опус- кает слово «парудова», которое, надо думать, происходит 232 /I. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 48 50. 106
of глагола «порудити» —«рудптп — нарушать, отменять 233. Таким образом, письмо № 163 начинается с обвинения Демьяном своего корреспондента в каких-то правонаруше- ниях. Далее автор письма поднимает ряд конкретных вопросов. Чтобы правильно попять их суть, необходимо вдуматься в смысл еще двух глаголов: «потерявши» п «истьряле». А. В. Арциховский видит в первом из них указание на убыток, понесенный продавцом коня ввиду продажи его по дешевой щчге. Второй глагол исследова- тель понимает буквально: «растерял». Между тем пони- мание обоих терминов («потеряешп» и «истьряле») зна- чительно облегчается в результате привлечения ст. 97 Русской Правды, посвященной вопросам наследства. Там говорится, что дети одной матери от двух браков насле- дуют каждый имущество своего отца. А далее следует такое постановление: «Будеть ли потерял своего пночпма что, а онех отця, а оумреть, то выворотить брату, на не же и людье вылезуть, что будеть отець его иетерял тгио- чимля» (т. е. если отчим растратит что-либо из имущест- ва, принадлежащего его насыпку, и это будет подтвержде- но свидетельскими показаниями, то родной сын растрат- чика должен возместить потери своему пострадавшему брату по матери). Итак, термины «потерял» и «иетерял» здесь означают ’«растратил». Думаю, что таково же их значение и в бе- рестяной грамоте № 163. Такое толкование вполне соот- ветствует, во-первых, началу письма, содержащему упре- ки адресату в каких-то правонарушениях. Во-вторых, по- добное толкование находит подтверждение и в последних словах грамоты: «Лихе есте». А. В. Арциховский относит их к имени «Кузька» и переводит: «он плох». Я считаю прежде всего, что выражение это как бы подводит итог всему письму и нет оснований связывать его только с тем, что сказано о «Кузьке». Кроме того, «лихе» значит не «плохой» или «плохо», а преступно, совершено по зло- му умыслу. В источниках под понятие «лихого дела» часто подводятся «разбой», «душегубство» (убийство), «татьба» (воровство), «ябедничество». В грамоте Васи- лия II митрополичьему дому 1453 г. говорится, что в митрополичьих селах «чинится душегубства, и татьба, и 233 И. И. Срезневский. Материалы для словаря древнерусского языка, т. II, стр. 1217; т. III, стр. 187. 107
иных лихих дел много»234. В 1485 г. Иван III поставил Троице-Сергпев монастырь под охрану пристава Сеньки Кулпы; это было вызвано тем, что монастырским крестья- нам «лиха чинится много: татбы и разбои»235. Все вышеизложенное дает основание считать, что письмо № 163 отличается единством по своей тематике и замыслу. Автор начинает с напоминания адресату о каких-то незаконных действиях, кончает новой квалифи- кацией его акций в том же духе, а в середине своего послания дает ему два конкретных наставления. Первое я перевел бы так: «коня ты продай, но помни (веди учет тому), сколько за него получишь и сколько потом истра- тишь». Здесь речь идет именно об отчетности перед кем- то, а пе о том, чтобы продать лошадь за любую цену. Вто- рой совет можно передать следующими словами: «Потре- буй по суду деньги, отданные Кузьке, чтобы он их не рас тратил». (В. И. Борковский правильно указал, что «соцн» значит «ищи по суду», а не просто «требуй»236.) Если справедливы изложенные выше соображения, то естественно заключение, что Демьян выступает защитни- ком чьпх-то интересов, которые уже в прошлом затронул и может продолжать нарушать в будущем адресат. Веро- ятно, Демьян ратует за тех. кто еще сам себя защитить не может, т. е. за лиц несовершеннолетних. Привлечение статьи Русской Правды о растратчике-отчиме, думается, все разъясняет в грамоте № 163. Очевидно, Демьян об- ращается к отчиму-опекуну каких-то сирот, лишенных родного отца, судьба которых ему не безразлична. Адре- сат хочет продать коня из имущества опекаемых. Автор письма его предупреждает: что ж, продай, но помни, что тебе придется «платити детом тем» все, «что лп будешь ростерял»237; ты отдал детские деньги Кузьке,— требуй их судом назад, ибо есть угроза, что он их растратит. Особый интерес представляет грамота № 198 (XIII в.)238, ибо она говорит о выморочном имуществе, причем имуществе крестьянском. Текст документа еле- ™ АФЗХ, ч. I, стр. 170, № 187. 235 АСЭИ. т. I, стр. 390, № 516. 236 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. Юэ. 237 Русская Правда Пространной редакции, ст. 93. 238 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 16. 108
дующий: «От Сьмьюпа. Сь возило есмь у Храря задницю Шибьньцьву. А боль нь надобе никому». А. В. Арциховский правильно привлекает для понима- ния этой грамоты ст. 85 Пространной Русской Правды: «аже смерд оу мреть, то задницю князю; аже будут дщери оу него дома,* то даятп часть па не; аже будуть замужемь, то не даяти части им». Весьма вероятно, что Шибанец— смерд, но не княжеский, а государственный, ибо дело было в Новгороде. Он умер, не оставив после себя ни сыновей, ни дочерей, могущих претендовать на наследство. Вслед- ствие этого его имущество подлежало переходу в казну7. Храрь, возможно, был представителем той общины, к ко- торой принадлежал покойный Шибанец, облеченным ка- кими-то полномочиями и ответственным за соблюдение за- кона. Поэтому под ого охраной временно находилось вымо- рочное смердье имущество. Поскольку у Шибанца наслед- ников не оказалось, и это было проверено и официально зафиксировано, его «задпиця» была затем передана Семью- ну (Симеону) — вероятно, представителю правительствен- ной власти. Но Шибанца вовсе не обязательно считать государст- венным смердом. Он мог быть и частновладельческим вот- чинным крестьянином. Случай с ним хорошо укладывается в рамки того правопорядка, который отражен в ст. 84 Псковской судпой грамоты. Если в селе какого-либо земле- владельца умирал изорнпк, у которого не было пи жены, ни детей, ни других родственников, то землевладелец мог продать имущество умершего в присутствии приставов и свидетелей из числа местных людей, а вырученную сумму взять себе в возмещение ссуды, в свое время выданной изорнику. В дальнейшем брат пзорнпка или его другие родственники уже не имели права возбуждать иски отно- сительно наследства239. Можно допустить, что Шибанец — крестьянин, у кото- рого не было, говоря словами Псковской грамоты, «ни же- ны, ни детей, ни брата, ни племени»; Семьюн (Симеон) — землевладелец, в имении которого Шибанец жил и к ко- торому должно было перейти по закону его выморочное имущество; Храрь — один из тех «сторонних людей», кото- рые должны были следить за правильностью действий феодала при продаже «живота» умершего изорника. 239 ПРП. вып. II. стр. 297. 109
Последняя фраза ст. 84 Псковской судной грамоты — «а потому племени изорпичи, ни брату пе сочит живота изорнича» вполне соответствует словам берестяной гра- моты № 198: «а боль нь надобе никому». Тому же сюжету, что № 198, посвящена грамота № 160 (XI—XII вв.) 24°, в которой говорится: «От Василя къ Ростиху. Продайте половъи конь. А ризь икършгите, въ... [х]левъ, а буръруи наггпшите, нарядите же мужь, въложи те же явъне». Перевод А. В. Арциховского такой: «от Ва силя к Ростиху. Продайте светло-желтого копя. А процен- ты (следуют непонятное слово и оборванное слово). А Бу- рорую напишите. Пошлите мужа. Вложите явно». Смысл остается все же не очень ясным. По-^видимому, «половъи конь» означает не «светло- желтый конь», а «конь половника» (крестьянина, заку- па). Выражение «а ризь икъринити», надо думать, соот- ветствует словам Пространной Правды: «рез погренути» 241. Думаю, что речь идет об описи имущества покойного кре- стьянина, в соответствии с рассмотренными выше нормами Псковской судной грамоты, в возмещение выданной ему подмоги: «...государю... живот изорпич с приставами и сто- ронними людми попродавать да за свою покруту поима- ти» 242. Об этом говорится в письме Василия к Ростиху (может быть, господина к приказчику). Василий велит продать копя половника 243 (вероятно, умершего), чтобы вернуть ссуду, в свое время ему данную (проценты госпо- дин прощает). Продажа должна быть совершена публич- но (явно), в присутствии свидетелей («мужей»). Не сов- сем понятна, видимо, испорченная фраза «в... [х]лев, а буръруи напишите». Думаю, что это распоряжение об опи- си остального скота, оставшегося у половника. Заканчивая обзор берестяных грамот, посвященных во- просам наследственного права, нельзя не отметить, что в них сравнительно мало материала, изображающего непо- средственно феодальный строй. В тех документах на бере- сте, которые касаются устройства дел умерших собствен- но А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 42-43. 241 Русская Правда Пространной редакции, ст. 47. 242 ПРП, вып. II, стр. 297, ст. 84. 243 Русская Правда Пространной редакции говорит о том, что у закупа может быть свой («своискыи») конь (ст. 53). ПО
ников и раздела оставшегося после пнх наследства, вопрос чаще идет о движимом имуществе. В грамотах № 227 и 108 говорится о земельных операциях, следовательно, о част- ной собственности на землю, но неясно, является ли эта собственность феодальной, То же можно сказать и о бере- стяных документах, касающихся опеки. И по их данным, в составе имущества фигурируют, как правило, денежный капитал, скот, наконец, рабы. Но все вышеизложенное от- нюдь по означает, что берестяные грамоты рисуют обще- ство, в основном дофеодальное. Правильнее будет сказать, что это общество было раннефеодальным, что шел процесс феодализации, хотя были еще весьма сильны пережитки патриархальных отношений. Упоминание в грамоте № 112 «псполовницы» как будто дает основание говорить о фе- одальной зависимости. А случаи с «задницей» Шпбапца и с умершим половником Василия непосредственно ее харак- теризуют. ♦ ♦ ♦ Берестяные грамоты конкретизируют и персонифи- цируют нормы Русской Правды. Перед глазами читате- лей проходят «головнпк» Нестер, вынужденный пла- тить «виру» и обращающийся к денежной помощи сво- их сочлепо® по <вервп; укрывающийся от платежа «по< лувирья» Нежил; добивающийся правосудия муж из- битой женщипы; затеявший тяжбу с колбягами Мат- вей; купивший краденую корову Гулко и приобретший чужую рабу Жизномир, и многпе-многпе другие персо- нажи. Мы видим, как люди XI—XIII столетий подают иски ® суд п отвечают по суду, страдая от «волокиты» и отводя «поклеп», как они приводят «послухов», «мечут жребий», «идут на воду», «гоняют по следу» вора п «сво- дят» с себя обвинение в краже, как общинники и родствен- ники преступника разделяют с ним ответственность. Внимание всех, кто знаком с материалом Русской Прав- ды, касающимся роли ростовщического капитала в зака- балении неимущих людей города и деревни, не могут не привлечь фигуры Лудислава, попавшего в цепкие лапы кредитора, или Уйки. которому посчастливилось сравни- тельно легко разделаться с ростовщиком-заимодавцем. До- статочно показательны образы Твори мира и Фомы, разда- щ
вавших кабальные хлебные ссуды и оформлявших на «до- сках» обязательства своих должников. Новгородские берестяные грамоты не только сохрани- ли имена, но и запечатлели реальные действия ряда древ- нерусских купцов — Богши, Местилова сына, Семока, Кулотки, Лазовка, Гордея и других, и объединявших свои капиталы для совместной торговли, и конкурировавших друг с другом, и старавшихся погубить один другого. Для общества, где господствовала частная собствен- ность на землю, типичны фигуры Жадка, «пограбивше- го» при посредстве ябедников Судишу, пли отчима Гос- тяты, выгнавшего его из дома. А на другом полюсе это- го общества выступают беглые холопы; скованный Мат- веец; проданная «псполовница»; закабаленный подмогой половник, имущество которого после смерти господин пускает в распродажу; смерды, грозящие побить «клевет- ника»; не имеющий собственной земли и пользующийся господской крестьянин Шибанец. Все названные и не названные выше лица, столь различные и по общественному положению и по судь- бам, жили в то время, когда новый феодальный порядок вое больше заявлял о себе, но и старый патриархальный строй еще был жив, не ушел в прошлое. Отсюда столь причудливое переплетение старого с новым, отсюда при- способление общинных институтов к потребностям раз- вивающегося раннефеодального общества. Берестя- ные грамоты ценны тем, что отразили всю пестроту и сложность общественной жизни и ее воздействие на жи- вых людей.
Очерк четвертый ЗЕМЛЯ И ЗЕМЕЛЬНЫЕ СОБСТВЕННИКИ В исследованиях, посвященных истории Великого Новгорода, достаточно показано, какую большую роль в развитии экономики Новгородской республики играло сельское хозяйство, раскрыто значение земельной собствен- ности как источника богатства и политической силы бояр- ства, выяспен процесс формирования феодальных отноше- ний. Несмотря на то что исследователи располагают уже достаточным количеством земельных актов, чтобы охарак- теризовать социально-экономические явления в новгород- ской деревне и вотчине, введение в научный оборот доку- ментов на бересте значительно обогащает наши возможно- сти. Большое число берестяных грамот посвящено сдел- кам на землю и земельным спорам. Эти грамоты позволя- ют говорить о развитии частной собственности на землю, о борьбе за нее, о многообразии форм ее отчуждения и раз- работанности правовых норм, содействующих ее мобили- зации. § 1. Земельные сделки и споры Сведения о земельной собственности в берестяных грамотах идут с XI—XII вв. В отрывке грамоты № 338 (XI—XII вв.) 1 можно прочитать: «...Оушкове... ело ся Во 7 гривно 30 гр[ивен]...» Слово «Ушково» — может 1 Л. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 26—28. из
быть, географическое название. В грамоте велико^ князя Изяслава Мстиславича новгородскому ПаптелойМ(К нову монастырю 1146’—1155 гг. упоминается «Ушькоьо поле»2. В одной из новгородских «рядных» XV в. фигу.' рирует село Ушакове3. Цифры 7 и 30 гривен — воз но, денежные суммы, связанные с какими-то сделками на земельное владение, именуемое «Ушкове». Это или купля (с частичным погашением стоимости земли), илн заклад, или еще какая-либо земельная операция4. По сохранившемуся окончанию грамоты № 175 (XII в.) 5 («...про зем... неделе, а тобе ся кланяю») можно только догадываться, что и здесь речь идет или о какой-то земельной сделке, пли о тяжбе. Указания па подобные тяжбы имеются, например, в данной грамоте Варлаама Спасо-Хутынскому монастырю конца XII в.: «Аще кто дия- волъмь [нау]чен и злыми [человекы наважен цьто] хочеть отъяти. от нив ли, от пожьпь ли, или от ловищь...» 6 Конечная фраза грамоты № 175 («а тобе ся кланяю») совпадает с формулой другого письма (№ 41), трактую- щего как раз о разрешении земельного спора («...землю вамъ оцистимъ, а вамъ кланяемся»). К числу ранних земельных грамот относится № 232 (XII в.) 7. В ней можно прочитать: «[во]зьми а т...номо... орати и цясть б... рпити, а ожь хоцет...» «Для толкова- ния мало данных»,— говорит А. В. Арциховский. И это 2 ГВНП, стр. 141, № 82. 3 Там же, стр. 180, № 122. 4 Менее вероятным является предположение, что на гривны здесь исчисляется штраф за преступление, совершенное кем-то из жителей села Ушкова. В Пространной редакции Русской Правды (ст. 21) говорится, что за усечение кому-либо руки, ноги. носа, по- вреждение глаза виновный уплачивает потерпевшему 10 грпвеп, а 20 грпвеп («полувирье») впосит в княжескую казну. В общем преступник штрафуется на сумму в 30 гривен, а эта сумма как ра? И упоминается в грамоте № 338. Что касается 7 гривен, то прп из- ложенном понимании грамоты можно думать, что это доля, вноси- мая в помощь виновному кем-то из общинников, участвовавших я круговой поруке, или какие-то дополнительные взносы самого ви- новного органам следствия и суда. Но, повторяю, этот второй вари- ант предложенной мною интерпретации грамоты № 338 мне пред- ставляется менее убедительным, чем первый. 5 Л. В. Арциховский и В. //. Ворковский. НГБ (1955), стр. ^9-* 60. 6 ГВНП, стр. 162, № 104. 7 А. В. Арциховский и В. И. Ворковский. НГБ (1956—19эО» Стр. 54—55. Ш
действительно так. Можно сделать только небольшие замечания. Упоминаемый в тексте термин «цясть» — часть свидетельствует, чти речь идет о каком-то зе- цельном участке, выделением из общего владения (род- ствеяяиков пли просто совладельцев). О таких земель- ных разделах не раз говорят новгородские акты XV в. Судя по одному из них, после смерти Федора Максимо- вича его внуку Матвею Ивановичу была отдана «шес- тая часть изо всей земле... ис половой земле и из ле- щей» 8. Из другой) документа узнаем, что Василий Фе- доров с детьми и двоюродными братьями договорились о посадником Иваном Даниловичем о выкупе у него «Андреева участка». границы которого обозначены так: «...за Волоком в Соломбале.... и в-Ыжме..., и в Лодме..., и в Уне, и в солопых местех в отципе его четвертая ч я с т ь, и в лесе и в воде в отцине его четвертая чясть...»9 Какую-то долю земельных угодий, находя- щихся в совместном владении, представляла собой и та недвижимость, которой посвящена грамота № 232. Термин «о рати» свидетельствует о том, что речь идет о пашенной земле. Глагол «орадп» — «пахать» в сочетании с другими глаголами, указывающими на раз- личные виды земледельческих работ, не раз встречается в актовом материале. Например, в грамоте XV в., состав- ленной от имени Сидора Семенова, держателя церковной земли сказало? «А та земля Сидору сеять, и орать, и па- рить, и пожни очищать» 10. В 1496—1498 гг. на суде В. Г. Зверева крестьяне Малоярославецкого уезда говори- ли: «а мы... пахали, о р а л и и борановалп» 11. Наряду с пашнями, упоминаются и сенокосы. В от- рывке грамоты № 103 (XII в.) 12 сказано: «Поокланя от Завида ко О... я пожь возми коро...» А. В. Арциховский предполагает, что «пожь» — это «пожня»; оборванное слово «коро...» (существительное в винительном падеже после глагола «возми») значит— «корову» пли «коробыо». Принять первое предположе- ® ГВНП, стр. 179, Ns 122. ’ Там же, стр. 186—187, № 130. , Там же, стр. 268, № 260. ‘ АСЭИ, т. I, стр. 507, № 607. стр 39^’ АРЧиховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), 115
иие А. В. Арциховского можно было бы при условна что перед нами купчая. При продаже земельных угодив за них часто бралось, в качестве дополнения к денежной сумме, какое-либо животное, нужное в хозяйстве. Напри, мер, встречаем такие условия сделки купли-продажи: «дал есми на той деревне и па той пожне полтора рубля ново- городского серебра, да корову пополнка» 13 *. Однако вряд ли грамоту № 103 можно считать за куп- чую. Для купчих характерно совершенно иное начало: «се купи...», «се купил...», «се купили...» ,4, «ср прода. ла...» 15 и т. д. Начинать с «поклона», «покланянпя» в до- кументах этого рода было не принято. И указание на цену давалось пе в форме «возьми» столько-то пли то-то, а ина- че: «и даша на том...», «и да па топ земле...», «а дал... на той земли...» 16 17 и т. д. Ближе к истине, по-моему, второе предположение А. В. Арциховского. Только думаю, что надо читать не «коробью». а «коробщипу» (что значит натуральный налог с сенных угодий) ,7. Очевидно, грамота № 103 — распоря- жение вотчинника приказчику о взятии «коробщины» за пожню. Документами на бересте № 338, 175, 232, 103 пополня- ется очень ограниченный список известных новгородских земельных актов раннего времени, к которым принадле- жат грамоты князей XII в.: Мстислава Владимировича, Всеволода Мстиславича, Изяслава Мстпславича Юрьеву и Пантелеймонову монастырям 18 19, данная Варлаама Хутын- ского ,э. То, что от берестяных грамот № 338, 175, 232, 103 сохранились лишь отрывки, конечно, умаляет их цен- ность. Мы не можем судить о категориях частных собст- венников, размерах их владений и т. д. Но увеличение чи- сла находящихся в распоряжении исследователей наибо- 13 АСЭИ, т. II, стр. 21, № 15. н ГВНП, стр. 163, № 106; стр. 182, № 123; стр. 252, № 233. 16 АСЭИ, т. II, стр. 15, № 1. 16 ГВНП, стр. 165, № 108; стр. 179, № 121; стр. 189, № 133. 17 Л. В. Данилова. Очерки по истории землевладения и хозяйст- ва в Новгородской земле в XIV—XV вв. М., 1955, стр. 36; Г. Е. К °' чин. Сельское хозяйство на Руси в период образования Русского централизованного государства. Конец XIII — начало XVI в. М.— Л., 1965, стр. 340—341. 18 ГВНП, стр. 139-141, № 79-82. 19 Там же, стр. 161, № 104. 116
две древних источников по истории землевладения важно улсе само по себе. у Не столь богаты по содержанию и весьма пострадали оТ времени и условий храпения и грамоты XIII в. Так, в небольшом отрывке № 291 20 сохранились слова: «наш... дщэьмля и вода». Фрагмент этот слишком беден, чтобы по нему судить о содержании документа в целом. А- В. Арциховский приводит ряд выдержек из различных источников, в которых в том или ином контексте встреча- ются слова «земля и вода». Пожалуй, больше всего могут дать для понимания текста № 291 соответствующие статьи Псковской судной грамоты. В ст. 9 говорится о «су- де о з е м л м о полней или о воде». Ст. 79 предусматри- вает случай, когда собственники «имуть тягатся о земли или о воде»21. Вероятно, какую-то земельную тяжбу имеет в виду и берестяное письмо № 291. Некоторые берестяные грамоты представляют собой акты отчуждения земли. В отрывке берестяного докумен- та, опубликованного под № 71 (XIII в.) 22. имеется крат- кая запись: «...иль дати ны селищь Тьрппла». Очевидно, это фрагмент данной грамоты на пустошь, где когда-то было село. До нас дошел ряд данных, новгородских и бе- лозерских, сравнительно раннего времени. Многие из них отличаются большой краткостью, и в этом отношении близки к берестяной грамоте № 71. Начальная статья данных грамот варьируется: «се въдале», «се дал», «се дасте», «се дасть», «се да», «се да- та» 23, «се аз... дал», «се яз... дал» 24 и т. д. Одни из ва- риантов этой статьи — «дати ны» — находим и в рассмат- риваемом берестяном документе № 71. В некоторых новгородских данных говорится о даре- нии земли, ранее купленной. Тогда применяется такая формула: «купил есми землю..., а дал...» 25; «се купи се- ло..., и то село дал...» 26 Фрагмент грамоты № 71 начи- 20 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 119-120. 21 ПРП, вып. II, стр. 287, 296. А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 73—74. 23 ГВНП, стр. 161. № 104; стр. 213. № 171; стр. 226, № 192; стр. 242, № 218; стр. 303, № 312; стр. 309. № 323. 24 АСЭИ, т. II, стр. 18, № 8; стр. 24, № 26. ГВНП. стр. 159, № 102. 26 Там же, стр. 247. № 224. 117
Кается буквами «иль». Может быть, это конец слова пиль». Тогда речь здесь идет, как и в только что прив^ денных новгородских документах, о передаче собственна ком кому-то (частному лицу или корпорации) селища, д0 этого приобретенного путем покупки. Слова «селищь Тьрппла» невольно вызывают в памя- ти Терпилов погост, к которому относится знаменитый до- кумент XV в. — жалованная грамота новгородского веча тамошним «сиротам» (крестьянам), устанавливающая раз- мер государственных повинностей («поралье и потуг»)2?. Исследовательница псторпи новгородского землевладения Л. В. Данилова прпшла к выводу, что «Терпилов погост представлял собой крестьянскую общину, полностью осво- енную крупнейшими новгородскими феодалами»27 28. Дан- ная грамота № 71, по-видпмому, отражает определенный момент в процессе перехода черной волости в частную фе- одальную собственность. В противоположность № 71 грамота № 390 (ХШ в.) 29 содержит сравнительно полный и очень ясно, отчетливо написанный текст: «Болого жь 2 жерьбья. Козьлеско, Плутьць 2 жерьбея. Во Подогореи плисина 2 жьребья. Старо поле, Завьтьрение по Рыдино 2 жеребья. А бороть по руцьи Поголиное и по коняжь людыцико до усть Во- ломп 2 жьрьбея. А Поголиное руцье за Ньтьцье и до Ко- лина во Хомое и за Ивьницу. А Бориславу другая соторо- па Нетьца по Цьрьтово руцьи и до вьрьховья и по путь Рыдьньскои». На внешней стороне бересты имеются какие-то замет- ки, сделанные другим почерком: «Козелеско дорогу, не плисина, Завьтьрьние». Изучение топонимики, отраженной в грамоте, привело А. В. Арциховского и А. И. Попова к выводу, что здесь имеется в виду местность в районе рек Меты, ее притока Волмы и Ветренки, впадающей в другой приток Меты — Хохловку (отсюда — Заветренье). Ряд географических названий, упомянутых в письме № 390, известен и по нов- городским писцовым кнпгам. А. В. Арциховский правильно, по-моему, указывает, что береста с текстом № 390 — это лишь один лист боль- 27 ГВНП, стр. 146, № 89. 28 Л. В. Данилова. Очерки по истории землевладения и хозяйст- ва в Новгородской земле в XIV—XV вв.. стр. 16 29 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 90—94. 118
j^ro документа. Исследователь определяет его как «пере- чень земельных владений». Это определенно повторяет п р. Л. Янин 30. Я думаю, что перед нами «ободная» или «разводная» шамота, определяющая границы владений двух землевла- дельцев: Борислава и кого-то еще. Ориентирами при об- межеваиии являются реки, р у ч ь и, пл е с («плпсина»), (лю д ш и к и» (дороги), пути. Все это находит полную аналогию в известных нам документах подобного рода, писанных на пергамспе пли па бумаге. Вот. например, что мы читаем в одном из таких документов: «А обод той земли от усть Хмелева р у ч ь я, от Быковой р е к и по Хмелевому ручпю вверх до пути, что путь пдеть от манастыря в Каковпчи, что черезь Хмелевой ручьи идеть путь...»31 и т. д. «Обод», зафиксированный в грамоте № 390, мог быть следствием раздела, купли пли других земельных опера- ций. В документе указаны и пахотные земли («Старо по- ле»), и промысловые угодья («бороть»). Перечислены «жеребьи» (участки), принадлежащие по крайней ме- ре одному пз землевладельцев. Этот термин также не раз встречается в новгородских документах. Так, в одной из купчих XV в. говорится: «Се купи Вафромеи Гаврило- вичь у Демки и Орти Окпифовых детеп в Меншои Юры от устья и до верховья два жеребья по обе стороны реки, и полешип лесы, и путики, п боброви ловища... паволо- ки...» 32 Стремление к установлению границ своих владений, к отмежеванию их от владений соседей характерно для зе- мельных собственников, как присуща им и тенденция прихватить при этом (по возможности в легальной фор- ме) чужие участки. Поэтому и земельные тяжбы и «обо- Ды» часто являются выражением борьбы за перераспреде- ление земельной собственности. Ведущие эту борьбу сто- роны добиваются каждая у другой признания права на свою недвижимость путем оформления, согласно действу- ющим юридическим нормам, соответствующего докумен- та. Таким документом и является грамота № 390. Вырисо- вывается типичная вотчина, очевидно небольшая, состоя- 30 В. Л. Янин, Я послал тебе бересту... М., 19G5, стр. 391, 31 ГВНП, стр. 264, № 255. 32 Там же, стр. 235, № 206. 119
щая пз ряда участков, перемежающихся с чужими учасг ками и отделенных от последних природными граница^ зафиксированными в акте размежевания. Пожалуй, одной из наиболее интересных берестяных грамот XIII в., касающихся землевладения, является № 142 33, ибо она в какой-то мере рисует внутренний уклад вотчины, раскрывает ее феодальный характер. Это целая бытовая картина: «От Есифа к- Ънфиму. Чтъ пришле от Маркь к тобе люди и 34 Олькса, или къ жене мъеи, отведан ему такъ: какъ еси дъкъпчалъ Марке съ мнъю, мне вы- ехати на Петръво дьне к тобе и росмътрити сьла своегъ, тъбе ръже свъя спяти, а мне наклады твое дати, а истина дана. А четь омьше пришлю, и вы имъ къне мъи голубыи дайте, съ людми дате, съохе не кладе. А не възме, п вы во стадъ пустите педъ людми. Пусти на немъ тяжя, а пе на мне. А язо ся саме с нпмо уведаю». А. В. Арциховский предлагает следующий перевод тек- ста: «От Есифа к Онфиму. Если пришлет от Марка к тебе людей Олекса или к жене моей, отвечай ему так: как ты, Марк, договорился со мною, я выеду к тебе на Петров день и осмотрю свое село, а ты снимешь свою рожь, а я отдам тебе проценты, а основной капитал отдан. А если я пришлю сошники, тогда вы им дайте моих голубых ко- ней, с людьми дайте, пе запрягая в сохи. А если он не возьмет, пустите их в стадо перед людьми. Пусть он начи- нает тяжбу, а не я. А я сам с ними сговорюсь». Это перевод буквальный и как таковой его в основном можно принять. Но он требует комментария, которого у А. В. Арциховского нет. Б. Б. Кафенгауз считает, что в рассматриваемой грамоте «речь идет о закладе села, о займе под залог земли. Должник, заложивший свою зем- лю, уже отдал долг и за ним осталась лишь уплата про- центов, он хочет вернуть себе село, предоставляя кредито- ру лишь право собрать последний урожай» 35. По-моему, из вывода Б. Б. Кафенгауза можно исходить при дальнейшем анализе берестяной грамоты № 142. За- ложил село, вероятно, землевладелец Есиф Онфиму, мо- жет быть, своему родственнику по жене, ибо она продол- 33 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 20— 21. 34 А. В. Арциховский читает: «людии». 35 Б. Б. Кафенгауз. Заметки о новгородских берестяных грамо- тах («История СССР». I960. № 1. стр. 173). 120
жить в заложенном именин. Затем Есиф выкупил село, вернув Онфиму взятую у него сумму. В Петров день (29 июня) он должен заплатить еще проценты с этой суммы (возможно, хлебом), и тогда село вернется в его владение. В период действия договора заклада Онфпм со- бирает с земли урожай. Все это обычные условия заклад- ных на вотчины, которых сохранилось достаточное коли- чество Зб. Правовые нормы, в них содержащиеся, вполне совпадают со всем вышеизложенным. Но на заложенную землю предъявляют претензии и другие лица, Марк и Олекса37, которые могут прислать своих людей в село, очевидно, для производства там сель- скохозяйственных работ. Как возникли эти претензии? Судя по сохранившимся закладным, землевладельцам, бравшим у кого-либо взаймы деньги, под залог имения, запрещалось обращаться к другим кредиторам за деньга- ми для выкупа земли («а в людей иим куп не имати, а выкупити иим та земля своими кунами») 38. Вероятно, Есиф преступил эту норму и сделал заем у Марка или Олексы или у них обоих, а они почувствовали себя хозяе- вами его села и решили послать туда своих людей. Есиф решил рассчитаться с ними конями редкой масти, пору- чив Онфиму передать им лошадей перед свидетелями. В то же время он просит Онфима проследить, чтобы послан- цы Марка п Олексы не впрягли лошадей в сохи для рабо- ты на пашне, на что те считали себя вправе как кредито- ры Есифа. Наконец, предполагается, что люди Марка и Олексы могут отказаться получить долг конями. Тогда Есиф просит Онфима вернуть лошадей в табун, но сделать это опять-таки в присутствии свидетелей, которые в слу- чае тяжбы могли бы подтвердить, что он не отказывается уплатить долг, однако тяжбу предлагает начать своим заи- модавцам (Марку или Олексе). Мог быть и другой источник претензий Марка и Олек- сы на землю Есифа. На пего проливает свет ст. 104 Псков- . “ АСЭИ, т. I, № 513, 514, 536, 579, 650; т. III, № 62, 151, 261, 367; <о?ЗХ’ ч- 11 № 77. 78> 263, 304; ч. II, № 54, 194; ГВНП, № 152, 196, П По-моему, надо читать: «Чтъ пришле от Маркь к тобе люди ппиЛЬКСа”Л ПРИ чтении, предложенном А. В. Арциховским («Чтъ ПАПШле от МаРкь к тобе людии Олькса»), получается непонятный *мйи<Что пришлет от Марка к тебе людей Алекса». 38 ГВНП, стр. 229, № 197. 121
ской судпоп грамоты, которая предусматривает случай спора между несколькими лицами о земле, принадлежав- шеи покойному вотчиннику и заложенной последним каж- дому пз них («А который исцы вымут на оумершего за- клад грамоты двои, или троп, или пятеры на одну зем- лю...») 39. Возможно предположить, что владелец села (в момент составления грамоты уже умерший), от которого она перешла к Есифу, дал ее в заклад Онфиму, Марку и Олексе, интересы которых теперь столкнулись. Словом, берестяная грамота № 142 рисует интересный случай кон- фликтов, возникавших на почве борьбы за перераспреде- ление феодальной земельной собственности. Переходя к грамотам на бересте XIV—XV вв., мы должны с сожалением констатировать, что ряд их дошел до нас, так же как тексты XIII в., в столь дефектном ви- де, что на пути их прочтения возникают не всегда преодо- лимые трудности. От грамоты № 26 (XIV в.) 40 отрезан левый край, поэтому ее почти невозможно разбить на сло- ва. В большинстве случаев выделяются предположительно лишь части слов: «...он та па... у мъю и... а съ съве... въеи лю... мь зьмл... [з?]ьмъле ц... вемъ д... ня ерм... и пръ ту... даю... п... е так... пюю а ть» Видно, что речь идет о земле. Встречается термин «даю» (хотя, может быть, это последний слог какого-то другого слова). Можно предположить слово «лю[ди]»пли «лю[дем]», «лю[дьми]». Все это позволяет думать, что говорилось о какой-то земельной сделке: дарении недви- жимости или чем-нибудь подобном4I. Аналогичной теме посвящена и грамота № 250 (XIV— XV вв.) 42, от которой сохранилось очень немногое: (...детми съ племенемъ Луцнов... нне со братею Федоре лену... и... еве па рпцици... ове Костке с детми би... ко Олексинъ...» Нашедший грамоту С. Н. Орлов отметил, что «общее 39 ПРП, выл. II, стр. 299. 40 4. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 28. 41 Совсем мало доступен для прочтения отрывок грамоты № 386 (XIV в.): с...ь у тьбя го i го... вону i о земл[е]» (4. В. Арцихов- ский. НГБ, 1958—1961, стр. 87). Попятно лишь, что речь идет о земле. Дважды встречающийся в тексте знак, транскрибирован- ный как «и десятиричное», может быть, является разделительным знаком. 42 4. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 76—77. 122
^держание документа восстановить невозможно». То же указывает А. В. Арциховский: «Для перевода текст слиш- ком отрывочен». С. Н. Орлов предполагает, что в ней плп сдержался «наряд-задание группе людей па выполнение определенного вида работ», или имелось «определение размера феодальных повинностей» 43. Выводы С. Н. Орлова не подкрепляются сопоставлени- ем данного текста с другими известными типами докумен- тов. Попытаемся провести такое сопоставление. Бросается в глаза некоторая близость грамот № 250 и 136. Послед- няя — это договор групп# крестьян с землевладельцем о натуральных повинностях: «се доконьцяху Мыслове дето Труфале з братьею...» В числе повинностей упомянуты «3 горсти лону» (т. е. льну). Можно подумать, что и в № 250 выступает какой-то коллектив крестьян-родствен- ников (глава большой семьи с «детми, с племенем... со братею»), который по договору обязуется давать Федоре (землевладелице?) в виде повинности лён. Однако осталь- ное содержание документа не подтверждает такое толко- вание, ибо в нем больше нет указаний па что-либо, напо- минающее оброк. Скорее следует предположить, что некто с детьми и «с племенем», фигурирующий в начале грамоты № 250,— это не зависимый от феодала крестьянин, а земельный собст- венник, сама же грамота — документ, оформляющий ка- кую-то сделку на землю с размежеванием границ владе- ний данного землевладельца от участков других. Поэтому в тексте и фигурирует такое большое количество имен. Землевладельцы выступают родственными группами. Дважды упоминается выражение «с детми», один раз— «с братею», один раз — «с племенем». Все это находит параллель в известных новгородских актах XIV—XV вв. Так, до нас дошла купчая Акинфпя, Ивана, Марка и Федора у Гошкуя, Якова, Бориса и Игна- та Жпрятиничей на Разуев остров. В ней говорится: «А боле Жнрятиничямо ненадобе у Пикиииче земли, увида- ются Гошкуи, п Яково, и Борис сами с своим племе- нем»; «А стояло у иечяти Гошкуи отто в с е г о п л е м е- Ни»44. Здесь, как и в берестяном письме Ае 250, действу- 43 С. 11. Орлов, Б. В. Хрычиков. Новый документ древнерусской письменности («Ученые записки Новгородского гос. педагогически! о института», т. II, Ист.-фил. факультет, вын. 2, 1957, стр. 242—243). 44 ГВНП, стр. 163, № 106. 123
ской судной грамоты, которая предусматривает Случай спора между несколькими лицами о земле, принадлежав- шей покойному вотчиннику и заложенной последним каж- дому пз них («А который исцы вымут на оумершего за- клад грамоты двои, пли троп, или пятеры па одну зем- лю...») 39. Возможно предположить, что владелец села (в момент составления грамоты уже умерший), от которого опа перешла к Есифу, дал ее в заклад Онфиму, Марку и Олексе, интересы которых теперь столкнулись. Словом, берестяная грамота № 142 рисует интересный случай кон- фликтов, возникавших на почве борьбы за перераспреде- ление феодальной земельной собственности. Переходя к грамотам на бересте XIV—XV вв., мы должны с сожалением констатировать, что ряд их дошел до нас, так же как тексты XIII в., в столь дефектном ви- де, что на пути их прочтения возникают не всегда преодо- лимые трудности. От грамоты № 2G (XIV в.) 40 отрезан левый край, поэтому ее почти невозможно разбить на сло- ва. В большинстве случаев выделяются предположительно лишь части слов: «...он та на... у мъю и... а съ съве... въеи лю... мь зьмл... [з?]ьмъло ц... вемъ д... пя ерм... и пръ ту... даю... п... е так... нюю а ть» Видно, что речь идет о земле. Встречается термин «даю» (хотя, может быть, это последний слог какого-то другого слова). Можно предположить слово «лю[ди]»илп «лю[дем]», «лю[дьми]». Все это позволяет думать, что говорилось о какой-то земельной сделке: дарении недви- жимости пли чем-нибудь подобном 41. Аналогичной теме посвящена и грамота № 250 (XIV— XV вв.) 42, от которой сохранилось очень немногое: (...детми съ племенемъ Луцнов... нне со братею Федоре лену... и... еве на рицицп... ове Костке с детми би... ко Олексинъ...» Нашедший грамоту С. Н. Орлов отметил, что «общее 39 ПРП, выл. II, стр. 299. 40 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 28. 41 Совсем мало доступен для прочтения отрывок грамоты № ЗоЬ (XIV в.): «’...ь у тьбя го i го... воцу i о земл[е]» (Я. В. ский. НГБ, 1958—1961. стр. 87). Попятно лишь, что речь идет о земле. Дважды встречающийся в тексте знак, транскрибирован- ный как «и десятиричное», может быть, является разделительны, знаком. 42 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (19э6— Ь стр. 76—77. 122
содержание документа восстановить невозможно». То же указывает А. В. Арциховский: «Для перевода текст слиш- ком отрывочен». С. Н. Орлов предполагает, что в ней или содержался «наряд-задание группе людей па выполнение определенного вида работ», или имелось «определение размера феодальных повинностей» 43. Выводы С. Н. Орлова не подкрепляются сопоставлени- ем данного текста с другими известными типами докумен- тов. Попытаемся провести такое сопоставление. Бросается в глаза некоторая близость грамот № 250 и 136. Послед- няя — это договор группй! крестьян с землевладельцем о натуральных повиппостях: «се доконьцяху Мыслове дете Труфале з братьею...» В числе повинностей упомянуты «3 горсти лену» (т. е. льну). Можно подумать, что п в № 250 выступает какой-то коллектив крестьян-родствеп- ников (глава большой семьи с «детми, с племенем... со братею»), который по договору обязуется давать Федоре (землевладелице?) в виде повинности лён. Однако осталь- ное содержание документа не подтверждает такое толко- вание, ибо в нем больше нет указаний на что-либо, напо- минающее оброк. Скорее следует предположить, что некто с детьми и «с племенем», фигурирующий в начале грамоты № 250,— это не зависимый от феодала крестьянин, а земельный собст- венник, сама же грамота — документ, оформляющий ка- кую-то сделку на землю с размежеванием границ владе- ний данного землевладельца от участков других. Поэтому в тексте и фигурирует такое большое количество имен. Землевладельцы выступают родственными группами. Дважды упоминается выражение «с детми», один раз — «с братею», один раз — «с племенем». Все это находит параллель в известных новгородских актах XIV—XV вв. Так, до нас дошла купчая Акинфия, Ивана, Марка и Федора у Гошкуя, Якова, Бориса и Игна- та Жпрятпничей на Разуев остров. В пей говорится: «А боле Жпрятиничямо ненадобе у Пикиниче земли, увида- ется Гошкун, и Яково, и Борис сами с своим племе- нам»; «А стояло у печятп Гошкуи отто всего племе- ни»44, Здесь, как и в берестяном письме 250, действу- 43 С. 11. Орлов, Б. В. Хрычиков. Новый документ древнерусской аисьменности («Ученые записки Новгородского гос. педагогическою Института», т. II, Ист.-фил. факультет, вып. 2, 1957, стр. 242—243;. 44 ГВНП, стр. 163, № 106. 123
ют большие родственные семьи, договаривающиеся о своих поземельных делах. Упоминание в грамоте № 250 «лену», может быть, имеет в виду не крестьянский оброк, а посевы льна. Ведь указываются же в новгородских актах огороды, репшца, хмельники 45 и т. д. Обрывок уцелевшей в тексте № 250 фразы — «...еве на рицици», возможно, свидетельству- ет, что дело здесь шло не только о земельных участках, но и о речных угодьях (рыбных ловлях). Свет на этот текст проливает одна купчая XV в., в которой говорится, что некоему Игнатию nepeinjfb «в рицки цетвертая цясть» 46. К той же категории документов, определяющих стал- кивающиеся друг с другом права собственников на землю, что и № 250, принадлежит отрывок грамоты № 271 (XIV в.) 47, в котором говорится: «...тромъ пошле 10 руб- львъ. А братье не надъби...» Это столь ничтожный фраг- мент, что пытаться восстановить на его основе содержа- ние всего документа — дело безнадежное. Однако выска зать мотивированные соображения об общем характере грамоты можно. Помогает здесь формула «а братье не надъби». Обычно она употребляется при сделках на землю, когда часть родственников устраняется от вла- дения недвижимым имуществом. Так. в духовной Оста- фия Ананьевича Своеземцева 1393 г. читаем: «А что бабе нашей Федосьи купля в Подберезьи Киселеве село, а то ми з братом з Григорьем напол, а Семену [дяде] ту не надоби. А что купля отца моего Яковково село Тавруева, то сыну моему чисто по купным грамотам отца моего, а Семену [дяде] и Григорью [брату] то не надоби» 48. По аналогии с приведенным текстом допустимо сде- лать вывод, что грамотой № 274 была также оформлена какая-то земельная операция (купля-продажа, раздел с доплатой кем-то из участников указанной суммы в 10 руб- лей и т. д.). При этом оговаривалось, что имеющиеся у од- ного из контрагентов родственники («братья»), со сторо- 45 ГВНП, стр. 215, № 174; стр. 239, № 213; стр. 217, № 225. 46 Там же, стр. 241, № 216. 47 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957) < стр. 100-101. 48 ГВНП, стр. 167, № НО. 124
ВЫ которых можно было бы ожидать претензий на землю, являющуюся объектом отчуждения, теряют на нее права. Полагаю, что к № 274 приближается по содержанию грамота № 18 (XV в.) 49. От нее отрезан кусок, что затруд- няет раскрытие ее смысла. Однако сохранившийся текст, вопреки утверждению А. В. Арциховского, можно попы- таться разбить на слова: «...[здоро]вия50 брат(ь)и51 его к Ти...52 ь... на доре по ме[сту]... иде на новое па... нет, не буде от ва[с]... е жалуете, ино... бывать, а вамъ». Конечно, и при таком расчленении текста он остается загадочным, ибо слишком много в нем разрывов. Но, мо- жет быть, слова «на доре по ме [сту]... иде на ново» свяжутся в нечто цельное, если мы привлечем для сравне- ния купчую середины XV в. Мелентия Ефимовича Чева- ка у Онцифора Андроникова на перевеспще в Неноксе и «пожепьку на Нпжнои реки по новому месту, оть- чину его, чим владел Опчифор по уделу отьча своего» 53. Надо думать, что о таком же «новом» (вновь освоен- ном) «месте» идет речь и в грамоте № 18. Оно доста- лось автору (пли авторам) этого письма от прежнего вла- дельца. Но у того были совладельцы («братья»). К ним и обращается автор (или авторы) грамоты № 18 с просьбой о признании за ним (или за ними) прав па недвижимость. За словами «не буде от ва[с]», вероятно, следовало: «вступати никто» (или что-то в этом роде) 54. Напри- мер, один завещатель — Мартемьян, передавая по духов- ной свои владения жене и детям, писал, обращаясь к братьям: «а вы, братья моя, в то село и в земли не всту- пай т е с я» 55. Разграничению земельных участков разных собствен- 49 Л. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 17-18. 50 В ряде писем па бересте их авторы говорят о своем «здоро- вье» (благополучии) или желают ого адресатам: «...я ...добръ, здо- ровъ» (№ 69); «а иное все добро, здорово» (№ 122); «а иное все до- бро, здорово здесе» (№ 129); «а дома здорово» (Ns 286) ; «в ванюмо адоровие» (№ 304). 61 Буква «и» стоит над словом «брат» и, по-видимому, относится К нему. А. В. Арциховский отнес эту букву к несох ранившемуся тексту предшествующей строки. № 3(Ю)ЗДеСЬ могло ^ыть: «Ти[мофпю]» (см. № 17); «Тпмоще» (см. ГВНП, стр. 218, № 179. Там же. 5 Там же, стр. 195, № 144. 125
ников посвящен отрывок грамоты № 368 (XIV в.) 56: «Се благослови, попе Максиме, ...село..., а земля тому селоу ц0 зарубъ Спнофо... ему». А. В. Арциховский в общем правильно уловил смысл до- кумента, отметив, что в нем обозначается граница земель- ных владений. Поп Максим мог быть как землевладельцем, так и просто участником размежевания. В известных нам документах попы фигурируют в качестве писцов «отвод- ных» («разводных», «разъезжих») грамот и в качестве «мужей» при установлении границ спорных владений 57. В 1494 г. происходило размежевание земель Симонова мо- настыря и И. М. Тверитинова. Архимандрит послал па «развод» келаря Ивоню, попа Мартирпя и ряд «знахарей» из числа крестьян. «Знахари» должны были идти «с-ыко- пою пречистые образом» и указывать межу, а келарю Иво- не предстояло следовать за ними, «ямы копать, и грани класть, и потесы тесать»58. Может быть, и поп Максим, упомянутый в берестяной грамоте № 368, подобно Мартирию, «разъезжал» свои и чу- жие (пли только чужие) владения. «Разъездщиком» или землевладельцем был и Синофопт — Ксенофонт (так рекон- струирует А. В. Арциховский имя лица, полностью не со- хранившееся из-за дефектности грамоты). Возможно, что земельный спор, окончившийся полюбовно «разводом», как раз и шел между Максимом и Ксенофонтом. Под «зарубом» А. В. Арциховский понимает срубленные и поваленные пли просто подрубленные деревья. Вернее всего последнее толкование. «Заруб», мне кажется,— это «грань» на пограничном дереве. Перечислением таких «граней» заполнены «разъезжие» грамоты. В одной из них встречаем выражение: «и ты грани переруби»59. Это значит, что надо было уничтожить «з а р у б» как меже- вой знак. Отрывок грамоты па бересте № 257 (XIV в.) 60 несколь- ко напоминает № 142, ибо также касается случая заклада вотчины: «...а Яккуну серьбро дай, а жебеп возми, а гра- 56 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 66—67. 57 АСЭИ. т. П. стр. 109-110, № 173; стр. 118-119, № 187: стр. 172—174. № 260. 58 Там же, стр. 427, № 408. 59 ЛФЗХ, ч. Т, стр. 165, № 182. 60 Я. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—19.)7), стр. 83—84. 126
моту с тобо спишемо, на зимн... мо, а к намо, г[осподп]нь, о веемо... шли». «Ж об ей», как думает Л. В. Арциховский,— испорчен- ное слово «ж е р е б е й» (один слог в нем пропущен). Речь идет, очевидно, о земельном участке. До нас дошла, напри- мер, закладная кабала первой четверти XV в. Ивана Каба- чина игумену Кирилло-Белозерского монастыря Христо- фору на «свои жеребей» — «пожню па Намчерове па- волоце»61. Думаю, что и общий смысл грамоты № 257 легче уло- вить, если привлечь для ее комментирования одну из обыч- ных новгородских кабал XV в. Так, например, Богдан Ер- молин взял у Устиньи, жены тысяцкого Василия, взаймы 10 рублей, под заклад вотчины, доходами с которой Устинья могла пользоваться вместо процентов с долговой суммы, вплоть до возврата долга Богданом. «А володети Устеньи и ей детем тымы селы... без вывета на свое сереб- ро на десять рублов за накладе, докуль Богдане Ермоли- не десять рублов отдаст Устеньи, тысячного жене Василь- еве» 62. При заключении договора займа .присутствовали «люди добрые со обе половине», т. е. свидетели с обеих сторон: и кредитора, и должника. Вероятно, адресат грамоты № 257 тоже занял деньги («серебро») у Вкуна и заложил кредитору участок («же- ребей») своей земли. Автор письма советует должнику отдать долг Я куп у и взять у него назад землю. При этом автор указывает, что к зиме он вместе с адресатом составит грамоту (очевидно, выкупную), а пока просит сообщать ему обо всем, касающемся выкупной операции. Кем же было наппсано письмо? Очевидно, лицом, весь- ма заинтересованным в делах того землевладельца, к ко- торому он обращался,— скорее всего, послухом, присутст- вовавшим в свое время при оформлении договора займа. Интересные вопросы ставит перед исследователем гра- мота № 318 (XIV в.) 63, в которой право собственности на землю рассматривается в сочетании с правом собственно- сти на людей. Читается ее текст легко: «Се купило Михало У князя великого бороце, у Василия, Одреяна кузпеця, и Токову. п Островну, и Ротковпци, Кодраця, и Ведрово. Да АСЭИ, т. II, стр. 40, Ха 62. £ ГВНП, стр. 311, № 326. А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 151—15.3. 127
2 рубля и 3 гри[в]ны дасте Яковъ. Атно 64 се заметете 65 Михалу брату, егдасте 66 серебро двое». А. В. Арциховский в целом правильно раскрыл смысл документа на бересте №318. «Борец» — сборщик данп («черного бора»). «Борцы» упоминаются, например, в от- купной грамоте на суд в Обонежье 1434 г.67 В середине XV в. новгородское правительство дало великому князю Василию II грамоту на «черный бор» в Торжке; в ней было указано, сколько предписывалось «брати князя великого черноборцем на новоторжьскпх волостех на всех...» 68 Судя по берестяному письму №318, великокняжеский «борец» Василий продал некоему Михаилу ряд поселении: Токову, Островпу, Ротковици, Кодраця, Ведрово. Два из них (Токова, Островна) упоминаются в новгородских пис- цовых книгах 69. Остальные три названия находят там если не полную, то весьма близкую аналогию (Ротовец, Кодарья, Ведерниково-Ведрилово) 70. Неизвестно, были ли куплены Михаилом перечислен- ные пункты с крестьянами или пх там не было. Некоторые документы говорят о приобретении феодалами земель с крестьянским населением. Так, в 1460 г. великий князь Василий II дал Симонову монастырю жалованную грамо- ту на два озера «по Новогородцкой рубеж» «да и люди но обе стороны» одного из озер 71. В конце XV в. князь Федор Борисович «пожаловал» Симонову монастырю в своей «от- чине» во Ржеве те же озера, земли «да и те... люди дал им старожилцов, которые живут на той земле». В 1470 г. князь Андрей Васильевич «применил» игумену Саввино- Сторожевского монастыря черные тяглые деревни и вмес- те с ними крестьян-старожильцев 72. В 1458—1459 гг. киев- 64 В. И. Борковский считает слово «атно» опиской и читает: «ато» — «атъ» — пусть (Л. В. Арциховский и В. Й. Борковский. НГБ, 1956—1957, стр. 181). 65 По мнению В. И. Борковского, слово «заметете» — описка: надо — «замешкаете». сб По мнению А. В. Арциховского и В. И. Борковского, следует читать: «егда дасте». 67 ГВНП. стр. 149, № 93. 63 Там же, стр. 38—39, № 21. 69 «Новгородские писцовые книги, изданные Археографическою комиссиею». Указатель к первым шести томам. Пг., 1915, стр. 180, 208. 70 Там же, стр. 111. 145, 195. 71 АСЭИ. т. II, стр. 353. X» 360: см. также № 365. 72 Там же, стр. 450, № 417; т. III, стр. 89—90, № 58. 128
ская княгиня Анастасия с детьми передала Троице-Серги- еву монастырю две волости в Малоярославецком уезде, Пе- редел и Иочап, «со всеми приселкы, и со всеми пошлина- ми, и с людми, што издавна к тым волостем прислушалп, и к тым приселком...» 73 Из новгородских берестяных писем о купле-продаже «сирот» (крестьян) свидетельствует грамота № 178. В грамоте № 318 указано, что Михаил, кроме селений, купил кузнеца. Может быть, последний принадлежал к крестьянскому населению тех сел или деревень, которые «борец» Василий продал Михаилу, а возможно, это был вот- чинный ремесленник — холоп. Фразу о плате за покупку В. И. Борковский переводит так: «И два рубля и три гривны даст Яков. Пусть (в смыс- ле: имеет право) это задержит (дать) Михаилу брату, в том случае, если (когда) даст серебра вдвое». Смысл та- кой: брат Михаила Яков пусть заплатит «борцу» Василию за селения и кузнеца из суммы, которую он должен Ми- хаилу. Задержка с его стороны приведет к тому, что ему придется уплатить двойную сумму. Но мне думается, что текст можно объяснить и иначе. Михаил совершает покупку от собственного имени и от имени своего брата Якова. Причитающуюся с него долю денег он «борцу» Василию уже уплатил, не упоминая об этом специально в грамоте. Яков долю, ему причитающую- ся, внесет позже; а если не захочет этого сделать, то Ми- хаилу придется платить вдвойне (и за себя, и за брата). Это случай совладения вотчиной двумя родственниками. Земельная сделка и земельная тяжба — явления близ- кие, часто органически между собою связанные и одпо из Другого вытекающие. Двусторонние и многосторонние опе- рации с землей вызывают споры, доходящие или не дохо- дящие до суда. Разбирательство этих споров на суде часто закапчивается соглашением и приводит к заключению но- вой сделки. В актах, оформляющих права собственности на недвижимое имущество (в грамотах купчих, данных меновных и т. д.), борьба интересов, и классовых и внутри- классовых, проявляется не в меньшей мере (хотя, может быть, в более завуалированной форме), чем в материалах судопроизводства. Этот вывод подтверждают те документы, которые говорят о земельных исках и их разборах. 73 Там же, т. I, стр. 200, № 279. 5 Л. в. Черепнин 700
В сохранившемся фрагменте грамоты № 41 (XIV в.) 7\ представляющем собой конец документа, написано: «...те дайте намъ волно ходи... кунахъ, землю вамъ оцистимъ, а вамъ кланяемся». А. В. Арциховский считает, что адресатами письма бы- ли феодалы, а авторами — вассалы, может быть, крестьяне. В письме, по мнению А. В. Арциховского, содержится хо- датайство о каких-то вольностях, а затем пдут денежное обязательство и обещание «очистить землю»; последнее можно понимать двояко — пли как освобождение земли от залогов и недоимок, или как ее очистку от камней пли пней. В. И. Борковский 74 75 и Л. П. Жуковская 76 принимают пер- вый вариант толкования выражения «очистить землю», пе прибавляя ничего нового к комментарию А. В. Арциховско- го,— все же очень неясному. О каких вольностях, о каких залогах или недоимках идет речь? Ближе к истине, как нам представляется, подходит Б. Б. Кафенгауз. Он думает, что крестьяне или мелкие зе- мельные собственники, от которых исходит грамота № 41. уступили землю в качестве залога при займе новгородско- му феодалу или ростовщику. Поскольку настал срок упла- ты денег, онп просят об освобождении их от долга при условии передачи земли кредитору с обязательством счи- тать ее свободной от возможных долгов или претензий. Но и точка зрения Б. Б. Кафенгауза нуждается в корректи- вах 77. Для уяснения смысла грамоты № 41 очень важно пра- вильно понять слова «...те дайте намъ волно ходи...» Ду- маю, что фразу в полном виде можно реконструировать так: «...дайте намъ волно ходи[ти роте]». Это означает: дайте нам добровольно принести присягу па суде. Выра- жения «роте нти», «птп роте», «идти на роту», «поитп на роту» встречаются в Русской Правде78. О «вольной роте» говорит Псковская судная грамота79. Мало убедительна попытка Б. Б. Кафенгауза сопоставить слова «волно ходи... 74 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 40—41. 75 В. И. Борковский. Новые находки берестяных грамот (ВЯ, 1953. № 4, стр. 126). 78 Л. П. Жуковская. НБГ. М., 1959, стр. 63. 77 Б. Б. Кафенгауз. Заметки о новгородских берестяных грамо- тах, стр. 170. 78 Русская Правда Пространной редакции, статьи 17, 25, 32, 4 45, 47. 79 ПРП, вып. II, стр. 291, сг. 34. 130
кунахъ» с другим текстом Русской Правды, где нет речи о «роте»: «...наимиту (закупу) свобода во всех кунах»80. Здесь ставится вопрос не о земле, как в грамоте № 41, а о закабаленном зависимом крестьянине, в случае злоупотреб- лений господина получающем свободу. Поэтому данный текст для комментирования берестяного письма непри- годен. Итак, в грамоте № 41 упоминается о присяге по спорно- му земельному делу. Очевидно, перед нами отрывок суд- ного списка, согласно которому «на роту» идут пли ответ- чики (крестьяне или собственники-феодалы), или «знаха- ри», «мужи», привлекаемые судьями для «отвода» земель- ных границ (обычно крестьяне-старожпльцы). Само изло- жение речи тяжущихся или их свидетелей в берестяном документе №41 напоминает манеру п стиль рассказа, ха- рактерные для известных нам судных списков. В одном списке «мужи» истца заявляют судьям: «дайте нам, гос- подине, с ними («мужами» ответчика) поле, целовав животворящи крест, да лезем с ними на поле битися» 81. В другом случае старожпльцы стороны, возбудившей дело, обращаются к суду почти с аналогичными словами: «дай нам, господине, с ними (старожильцамп противной сторо- ны) божью правду, целовав крест, да лезем с ними на поле бится» 82. «Божья правд а» — это «божий суд» — своеобразная система средневековых судебных доказа- тельств, куда входили как присяга («рота», «крестное це- лование»), так и поединок («поле»), на практике, по-ви- Димому, применявшийся редко. Может быть, и в грамоте № 41 тяжущиеся или послушествовавшие на суде лица соглашались не только на «роту», но и па «поле», о чем, возможно, говорилось в дефектной строке. Присяга дается относительно «кун», ее цель — «очис- тить землю». Как все это понять? Ответ дают акты о Переходе земельных участков от одних владельцев к дру- гим. Продавец обещает лицу, покупающему землю и упла- чивающему за нее деньги («куны»), самому выступать па сУДе, если кто-лпбо в дальнейшем пред ъявит иск в отноше- нии отчуждаемой недвижимости. Он должен сам отвести все претензии и своими средствами ликвидировать любые Денежные обязательства, с данной недвижимостью связан- 80 Русская Правда Пространной редакции, ст. 55. 81 АСЭИ, т. I. стр. 248, № 340. 82 Там же, стр. 574, № 651. 131 5*
ные. Приведем несколько подобных условий из новгород- ских купчих грамот: «Аже кто почпе вступатся или в зем- лю, или в пожни, или в лес, или въ что пи хотя, а то о ч п- щивати Прокую з детми...»; «А очищиватита земля и пожня Матфею Урвану и его детем»; «А хто почне на- ступите на ти земли, пио очищиватп ти земли Онци- фору и его детем...» 83 Теперь можно совершенно отчетливо представить себе содержание берестяной грамоты № 41. Кто-то продал свою землю. Затем о земле возникло судебное дело. Прежний собственник, давший в свое время обязательство ее «очи- щать», должен был выступить на суде. Сам он или привле- ченные им послухи-«знахари», доказывая, что спорная земля более никому не отчуждалась, потребовали от судей решения дела присягой (а может быть, и «полем»). Берестяной документ №41 несколько напоминает гра- мота №312 (XIV—XV вв.) 84, текст которой может быть воспроизведен лишь очень отрывочно: «...толкко за нами словъ пр... поедъ. Онанья тебе зовета ...нонке... господине, не вожевалъ...» Невозможно предложить связный перевод текста. На основе отдельных слов и полуслов нельзя с достаточной уверенностью уловить и его общий смысл. Могу предло- жить очень гипотетическое толкование грамоты, отнюдь на ием не настаивая и не преувеличивая степень его убе- дительности. Не идет ли в данном документе (как и в № 41) речь о каком-то земельном споре и не ведется лп при этом изложение от лица одной из сторон или (что еще вернее) от лица свидетелей — «знахарей»? Предложение «...толкко за нами словъ» весьма напоминает обычную формулу свидетельских «сказок»: «то их (или «наши») и речи» 85. Словом «поедь» обычно начинается в судных списках обращение «знахарей» — «старожильцев» к судь- ям с предложением произвести земельный «разъезд». На- пример: «а поеди, господине судья, и мы монастырьскую землю от великого князя земли отведем» 86. Термин «з о в е- т а» указывает на вызов в судебную инстанцию или призыв 83 ГВНП. стр. 179. № 121; стр. 206, № 160; стр. 217, № 177. 84 .1. В. Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 145—146. 85 АФЗХ, ч. III. стр. 18, № 47. 86 АСЭИ. т. II, стр. 423, № 406. 132
приступить к исполнению какой-либо судебной процедуры. Так, в Псковской судной грамоте встречаем такие выраже- ния: «а которой позовник пойдет исца звати на суд...»; «...на роту не звати» 87. Слово «в о ж е в а л» — того же корня, что и термины «вест и», «повеет и», «о т в е- сти», «отводчик», «отвод». «Не вожевал» означает: до сих пор еще не производил земельного «отвода» (в то время как сейчас решено организовать межевание). Итак, не представляет ли грамота .V 312 отрывок судного списка? Земельный спор, отразивший классовые противоречия между феодалами и крестьянами, рисует грамота № 53 (XIV в.) 88. Она читается таким образом: «Поклопъ от Потра к Марье. Покосило есмъ пожню, и Озерици у мене сено отъяли. Спиши сппсокъ с куппои грамоте да пришли семо. Куды грамота поведе, дать мп розумпо» 89. А. В. Арциховский считает, что перед нами «переписка между мужем и женой»; Петр был «рядовым горожанином, который имел свои покосы и косил сам»; «будь он феода- лом, хотя бы мелким, крестьяне не решились бы отнять у него сено». По мнению Б. Б. Кафенгауза, «частые дела о нарушении права собственности как со стороны соседа фе- одала, так и со стороны крестьян не позволяют делать по- добный поспешный вывод. Автор письма мог быть и феода- лом, а нарушителями его права на пожню скорее всего бы- ли жители села Озеры, т. е., вероятно, крестьяне» 90. Обратим прежде всего внимание на то, что Петр про- сит Марью (это не обязательно его жена) прислать спи- сок с «купной» (купчей) грамоты на землю, с которой свезено сено. Грамота ему, очевидно, нужна для того, что- бы при подаче в суд жалобы можно было па ее основе оп- ределить границы принадлежащего ему земельного участ- ка и выяснить, оттуда взято сено или нет. Подобный (или во всяком случае близкий) к рассматриваемому случай имеет в виду ст. 106 Псковской судной грамоты, в которой 87 ТГРП, вып. II, стр. 289, ст. 25: стр. 291, ст. 35. 88 А. В. Арциховский. НГБ (1952). стр. 56—57. 89 В. И. Борковский (Новые находки берестяных грамот — ВЯ, 1953, № 4, стр. 127) слова «куды грамота поведе...» относит к преды- дущей фразе. Н. А. Мещерский (НБГ — «Вестник ЛГУ», 1958. № 2, СТР- 105) читает не «дати» (дать), а «да ти», считая это выражение за союз перед придаточным предложением цеди. 90 В. В. Кафенгауз. Заметки о новгородских берестяных грамо- 133
говорится об установлении по «купиой» грамоте «меж» земельного участка одного из сябров, т. е. одного из чле- нов группы лиц, 'совместно владеющих землейVl. Л. В. Данилова показала, что «сябренное» землевладение или «складничество» было распространено среди самых различных слоев новгородского общества92. Среди новго- родских документов имеются образцы грамот, исходящих от группы боярских сябров, к которой принадлежат по- садник, сын посадничий и т. д.93 Л. В. Данилова убеди- тельно доказывает, что социальная сущность боярского складничества заключалась в объединении средств произ- водства и сил для совместного наступления па крестьян- скую общину 94. Сопоставляя берестяную запись № 53 со ст. 106 Псков- ской судной грамоты и с новгородскими документами о сябрах, можно сделать вывод, что Петр и Марья являлись сябрами-феодалами, а лица, отнявшие у них сено,—кре- стьянами. По Новгородской судпой грамоте один из сябров («шабров»), начавший земельный иск, имел право полу- чить от суда отсрочку для предъявления документов на землю или представления совладельцев землей, причем он должен был под присягой назвать имя совладельца, у ко- торого находятся документы («а ему сказать шабра своего па имя, за кем управы лежат по крестному целованью») 95. Так и поступил Петр. Мы видим, что берестяная грамота № 53 содержит свежие данные о «сябренном» землевладе- нии в Новгородской земле. О земельных спорах, затрагивающих интересы кресть- ян, говорит, по-видимому, грамота № 283 (XIV в.) 96. Вот сохранившийся ее текст: «...уцинилъ. Пособи, бога деля, по сиротахъ. Да попецалуся о мне, перостави сеникъ. Уци- ни ми добро. А язъ тобе много кланяся, брату своему. А да купи ми...» Автор письма п адресат — очевидно, люди одного со- циального положения. За это говорит формула обраще- 81 ПРП, выл. II, стр. 299—300. 92 Л. В. Данилова. Очерки по истории землевладения и хозяйст ва в Новгородской земле в XIV—XV вв., стр. 82. 83 ГВНП, стр. 164, № 107; стр. 165, № 109. 84 Л. В. Данилова. Очерки по истории землевладения и хозяйст- ва в Новгородской земле в XIV—XV вв., стр. 263. 85 ПРП, вып. II, стр. 215. 86 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957). стр. 110—111. 184
«брат», могущая обозначать как родство, так п общ- Пость положения па лестнице феодально-иерархических П ношений. В то же время просительный тон всего письма /«пособи, бога деля...», «...понецалуся о мио», «уципи ми добро», «а язъ тобе много клапяся...») свидетельствует, что автор грамоты во многом зависит от адресата как человека экономически и политически более сильного. Очевидно, пе- реписка идет между двумя «братьями» (по отцу или по классу), но один —более зажиточный феодал (или горо- жанин), другой — более мелкий. Слово «сирота» может означать: или осиротевший че- ловек, или крестьянин. Может быть, автор письма просит адресата помочь ему и его осиротевшим детям (если они остались без матери). Возможно, он сам лишен отца и ма- тери и поэтому называет себя сиротой. Не исключена, на- конец, возможность, что это просто фигуральное выраже- ние. Но все же, вероятнее, что речь идет о крестьянах. Что- бы аргументировать такое предположение, надо прежде всего прокомментировать основную реальную просьбу, со- держащуюся в письме: «...перостави сепикъ». Я думаю, эта просьба означает, что адресат занял постройкой (клетью, пристроенною к сеням, сараем илп сеновалом) землю, которую автор письма считал своей, и последний желает, чтобы были восстановлены нарушенные границы. В судных списках и правых грамотах постолппо встреча- ются указания на такпе застройки чужой территория, при- водящие к конфликтам и тяжбам. В 90-х годах XV в. ста- рец Троицкого мопастыря Маркел судился с дворцовым истопником Антоном Гладким. «Жалоба мп, господине, па того Онтона,— говорил истец судье,— поставил у пас на тех монастырских землях на селшцех, на которых стоишь..., избу да клеть; а те, господние, селища монастыр- ские нашего села Бебяковского» 97. В те же примерно го- ды поп Григорий обвинял перед судьей двух черных кре- стьян: «...поставили у меня, господине, сее весны на поле на ржп и на яри о Офонасьеве дни ту пзбу да клеть сил- но, да п пожни мои, господине, покосили на пять рублев, а Досталь, господине, пожен потравили» 98. Повторяю, по- добных случаев можно извлечь из актового материала до- * АСЭИ, т. I, стр. 449, № 571. Там же, стр. 461, № 582. 135
статочпо. Один из них, очевидно, отражен в берестяной грамоте № 283. Адресат возвел хозяйственные (пли жилые) постройки на земле автора письма. Последний, в достаточно почти- тельных выражениях, просит перенести их. Оп (как можно думать) ссылается при этом на то, что пострадали не толь- ко его личные интересы (отсюда просьбы — «попецалуся о мне», «уцини ми добро»), но и интересы его крестьян (отсюда слова — «пособи, бога деля, по сиротахъ»). А в конце письма, может быть, содержалось предложение со- вершить какую-то сделку на землю: «а да купи ми...» Итак, тема о земле пронизывает ряд берестяных гра- мот. Упоминания земли появляются уже в ранпих доку- ментах на бересте (XI—XII вв.), а с течением времени становятся все более частыми. Это свидетельствует, что земля имела важное значение для экономики страны, что ее роль в жизни людей той поры была весьма заметной. Наблюдения над берестяными грамотами позволяют говорить о развитии частной земельной собственности. Ее характерным признаком является наличие границ, опре- деляющих сферу распространения прав землевладельцев. Поэтому вопросы обмежевания («разъезда», «развода», «обода») занимают видное место в тематике, которой по- священы разнообразные разобранные документы. Послед- ние содержат также материал, рисующий конкретные фор- мы реализации земельными собственниками принадлежа- щего им права отчуждения недвижимостей (дарение, за- клад, купля и т. д.). Некоторые из берестяных грамот пред- ставляют собой частные акты на землю, юридически оформляющие ее переход из рук в руки. На основании рассмотренного материала можно судить и о характере добровольных сделок, отражающих общность интересов тех или иных групп землевладельцев, и о столкновениях между ними (явных или прикрытых) на почве борьбы за земельные богатства. Захваты и тяжбы, равно как и «по- любовные» (употребляя терминологию источников) разме- жевания и разделы,— явления, в одинаковой мере показа- тельные для общества, где земля была основой производ- ства, источником обогащения. Мобилизация земельной собственности в разных проявлениях и формах показывает такую ее роль. К сожалению, изученные грамоты часто пе дают мате- риала для суждения о том, кто были земельные собствен- 136
нпкл» в них упоминаемые или подразумеваемые, как не содержат* и достаточно данных для выявления антагони- стического характера земельной собственности в феодаль- ном обществе. Лишь в некоторых документах на бересте можно найти прямые или косвенные указания на то, что характеризуемая ими собственность на землю сочеталась с правом на труд зависимого крестьянства, т. е. была фео- дальной по своей сущности. В № 71 можно уловить намек на возникновение феодальной вотчины в результате захва- та общинных черных крестьянских земель. В ряде берестяных грамот нет и такого намека. И лишь приходится догадываться, что собственники земель были феодалами. Само назначение многих документов таково, что в них не требовалось раскрывать существо производ- ственных отношений в тех вотчинах, которые они называ- ли. Зачем, например, было это делать в разъезжих грамо- тах, раз при размежевании главным вопросом было на- правление границ вотчины, а не ее внутренняя структура? Поэтому можно думать, что рассмотренные грамоты на бересте рисуют картину феодального землевладения (по преимуществу мелкого и среднего) даже тогда, когда пря- мо об этом в тексте Не говорится. Но, конечно, не исклю- чена возможность наличия и земель еще свободных кре- стьян-собственников, так же как и горожан. Интересной чертой поземельных отношений было нали- чие землевладения складнического, «сябренного» (коллек- тивного) . Его социальную сущность грамоты на бересте не всегда раскрывают достаточно отчетливо. Выше уже гово- рилось, что это явление, характерное для феодального об- щества. Для представителей господствующего класса складничество было условием, благоприятствующим про- изводственному процессу, и формой, в которой оно проти- вопоставляло свои землевладельческие позиции позициям крестьянства. По опять-таки можно допустить, что бере- стяные грамоты рисуют не только боярское, но и кресть- янское складничество. Процесс феодализации сложен, длителен и противоре- чив, и, пытаясь заставить заговорить документы па бере- сте, надо делать это так, чтобы через них заговорили все классы феодального общества и по возможности полным голосом рассказали о различных сторонах жизни топ эпо- Хп, о тех противоположностях, в столкновениях которых шло развитие. 137
§ 2. Условные земельные держания Для феодального общества типично наличие условных держаний. Земельный собственник — феодал передает во временное владение держателю участок принадлежащей ому земли, населеннойсКрестьяпамн илп пустующей и под- лежащей заселению. Держатель в течение какого-то впе- ред обусловленного срока или бессрочно, вплоть до отнятия у него земли собственником, пользуется доходами с нее, а сам выполняет определенные обязанности (военные, по хозяйству и т. д.) в отношении своего патрона. Система условных держании отвечала экономическим интересам земельных собственников, ибо давала им возможность че- рез других лпц добиваться призыва крестьян на запустев- шие илп еще не освоенные земли и приведения их в долж- ное хозяйственное .состояние. Политическое значение данной системы для вотчинника-феодала заключалось в том, что он обеспечивал при ее помощи себе контингент слуг, на которых мог опереться. Наличие в среде феода- лов цепи условных землевладельцев разных степеней и рангов, связанных между собой поземельными и служеб- ными отношениями, деливших доходы с земли, находя- щейся в пользовании крестьян и обрабатываемой трудом последних, сообщало феодальной земельной собственности расчлененный характер. Письма на бересте содержат ма- териал для характеристики земельных держаний. Большой интерес представляет грамота № 243 (XV в.) «Поклонъ от Сменка от Корелина. Пришле, гос- подине, т кобе па село па Пытарево, цимъ его пожалуешь, и ты, осподине, прикажи всякое слово, и язъ торбе, своему господину, цоломъ бею». Л. В. Арциховский явно недооценил значение данного документа. Считая, что это письмо ключника, исследова- тель нашел ого довольно бессодержательным: «ключник сообщает, что он ждет распоряжений хозяина». С большим вниманием отнесся к грамоте № 243 В. Л. Янин, полагав- ший, что в пей запечатлен один из крестьянских перехо- дов. «Такие переходы,—пишет В. Л. Янин,—приводили к заключению договора между крестьянином и его новым w А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 65—66. В тексте грамоты две описки: <т кобе» вместо «к топе» и «торбе» вместо «тобе». 138
господином. Договор, заключенный с Семеном Корелиным, нам, к сожалению неизвестен» ,со. Думаю, что В. Л. Янин неправ. Семен Корелин ско- рее—не крестьянин, а слуга, который «бьет челом» боярину о «пожаловании» его селом, т. е. о передаче ему села в держание. Условные держатели (иа разные сроки) земельных владений как светских, так и духовных феодалов принадлежали к разным слоям господствующего класса, в том числе и к привилегированным. Так, в 1460 г. митрополит Пона «пожаловал» князя Д. И. Ряполов- скогэ, «по прошенью его и по челобитью», дал ему в пожизненное пользование («до его живота») село Кусупо- во во Владимирском уезде101. В 1492 г. митрополит Зоси- ма выдал жалованную грамоту Г. Д. Мочале Лыкову на пожизненное владение пустошами в Волоцком уезде102. В конце XV в. сын боярский Богдан Микулин в течение трех лот «держал» село Почан, Малоярославецкого уезда, принадлежащее Троице-Сергиеву монастырю. Одно время то же село «держал... монастырю на соблюдение» боярин Ф. В. Хромой ,03. Таким же держателем села Пытарева хотел, видимо, стать Семен Корелин. Он просит землевладельца закрепить за ним жалованной грамотой это владение и определить условия пользования им. К тому же циклу грамот, что и № 243, относится, по- моему, № 104 (XIV в.) 104. Здесь привлекает внимание чрезвычайно колоритное выражение: «А земля сама ся окупить твоимъ здоровиемъ». Этой фразой заканчивался не сохранившийся полностью текст. А. В. Арциховский видит здесь «любопытный разговорный оборот»: земля сама себя окупит тебе на здоровье. Я думаю, что прежде всего следует уточнить смысл по- следних слов: «твоимъ здоровиемъ». Они, по-моему, означают не — «тебе на здоровье», а «при твоей жизпи», «если ты будешь жив». Такой вывод, мне кажется, можно сделать, например, из последовательного рассмотрения на- чальных статей княжеских духовных грамот. Великий Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 166. * АФЗХ, ч. I, стр. 159, № 174. ’ Там же, стр. 52, № 35. Ю4 » т* СТР‘ 506—507, № 607. СТР 32—3/ AP4uxoecKU& п В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), 139
князь Иван Калита, его сын Иван Иванович, Василий I указывают, что они пишут свои завещания «в своем здоровья»105. Князь Владимир Андреевич Серпухов- ской, его вдова, великий князь Василий II употребляют другую формулу — «при своем ж ы в о т е» 106. Но все за- вещатели хотят сказать одно и то же: они делают распоря- жения, пока еще живы-здоровы. Такой же смысл в выра- жение «твоим здоровием» вкладывает и берестяная грамота № 104. А что значит фраза: «земля сама ся окупить»? Это яр- кий образ, но если заменить его сухими экономическими категориями, то получится следующее: земля окупит свою стоимость, доходы с нес возместят затраченную на нее денежную сумму. Как уже достаточно говорилось, сохра- нился ряд документов об отдаче крупными земельными собственниками свободным держателям в условное, в том числе в пожизненное, владение («до живота») земельных участков. Согласно содержащимся в них условиям времен- ные владельцы не должны были отчуждать полученные земли («ни продати, ни променити, ни в закуп не датп...»), а после смерти держателей опп возвращались собственни- кам со всеми произведенными па них улучшениями («а что... уродиться хлеба, или животины, илп иное что бу- дет...») 107. Может быть, какие-то поземельные отношения, похо- жие на только что описанные, отразились и в грамоте № 104? Возможно, автором письма был собственник, имев- ший в виду пожизненного держателя земли и указывав- ший ему на ее доходность, делающую выгодной эксплуата- цию, а не отчуждение. Отрывок грамоты № 15 (XV в.) 108 А. В. Арциховский прочитал так: «...Нестерка г[осподи]ну Ивану Борнео...109 мя, г[осподи]не, еси пожаловал». Перед именем «Нестер- ка» в тексте видны еще какие-то буквы, которые А. В. Ар- цихэвский восстанавливает как «тые». В действительностп же можно прочитать: «члбтье» (т. е. челобитье). Другими 105 ДДГ, стр. 7, № 1; стр. 15, № 4; стр. 55, № 20; стр. 57, № 21. 106 Там же, стр. 45, № 17; стр. 71, № 28; стр. 93, № 61. 107 АСЭИ, т. I, стр. 433, № 556. 108 А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 15. 109 «Борнео», конечно, начало отчества, пишет А. В. Арцпхов ский, но неизвестно, как его продолжить: «Борисову» или «Борнео впчу». 140
ловамМ» перед нами «челобитье» некоего Нестора 110 о по- ^галовании. Если сопоставить грамоты № 243 и № 15, то можно высказать предположение, что Нестор бьет челом н просит пожаловать его землей. Об Иване Борисовиче, к которому обращается Нестор, в тексте № 15 каких-либо сведений, разъясняющих его положение, нет. Но до нас дошли письма его отца Бориса (№ 43) и матери Настасьи (Ле 49). Мы узнаем пз них, что родители Ивана были фео- далы и владели одной пз новгородских усадеб111. Мне думается, что тематически с группой перечислен- ных выше документов на бересте связапа также грамота № 270 (XIV в.) 112. От нее оторвана вся правая половина. Поэтому читается весьма отрывочный текст: «Поклонъот Окру... А что земля... сове, а113 ту землю... нъкине дети... свою чада ль ми... [го]сподинь дал...» Приходится начать с обычной оговорки о затрудни- тельности по фрагменту воссоздать содержание целого. По-видимому, автор письма сообщает адресату о каком-то земельном споре. Построение фразы «а что земля..., а ту землю...» обычно встречается в актах в тех случаях, когда речь идет о тяжбах или о разделах недвижимых имуществ. Например: «А что отцына моя п дедиПа моя, земля и во- да, ...а в той земле мне з братом з Григорьем половина...» 114 В берестяной грамоте № 270 фигурируют по меньшей мере две спорящие стороны, ибо говорится о земле «...сове» (возможно, Амосове, Борисове, Власове и т. д.) и о пре- тензиях, которые предъявляют на землю «...нкиие (Мар- темьянкине, Мартыпкппе, Обакункине и т. д.) дети». Встречающееся и далее слово «чада» свидетельствует о том, что одна сторона представлена группой родственни- ков. Наименование в одном случае землевладельца полным именем, а в другом — употребление в отношении главы семьи формы обращения, подчеркивающей известное не- равенство, говорит, что спор идет между людьми разного социального положения: между крупными и мелкими фео- 1,0 Слова «челобитье», «цолобитье», «цолобитье», «челом бью», *Ц°лом бью» и т. д. встречаются в берестяных грамотах № 22, 31, 32, J29' 135’ 140’ 157’ 167» 290’ 297- 306’ 307’ 309’ 311, 354. ". Янин, Я послал тебе буэесту..., стр. 40. стр 95^ Арциховский и В, И. Борковский. НГБ (1956—1957). У.л В- Арциховский с союза «А» начинает новое предложение. 1,4 ГВНП, стр. 166, № 110. 141
далами, может быть, между феодалами и черными кресть- янами и т. д. Наконец, слова «[господин дал» могут означать отдачу земли собственником в держание. Существовали разрабо- танные формулы таких пожаловании. Например: «се яз... пожаловал (такого-то)дал есмь ему село (такое-то) Или: «се яз... дал есмь сию грамоту господину своему.,, что мя господин мои пожаловал... сельцом...» 116 Можно предложить такое, конечно, весьма гипотетнчос. кое, толкование грамоты № 270. Приказчик дает знать зем- левладельцу, что землю, пожалованную пм кому-то, чье имя оканчивалось на букву «с» («...сова земля»), оспари- вают «...нкипе дети» (мелкие собственники или крестья- не). А возможно, было и иначе: автор письма жалуется, что о земле, данной господином в держание ему («даль ми»), затеяли тяжбу другие претенденты. Приведенный материал об условных земельных держа- ниях при всей его фрагментарности и случайности весьма важен для исследователя истории землевладения XIV— XV вв. Челобитные Семена Корелина и Нестора свопм «господам», т. е. патронам, а также другие охарактеризо- ванные выше источники должны привлечь внимание ис- ториков. § 3. Иммунитет Иммунитет представляет собой один из характерных феодальных институтов, он является, как известно, атри- бутом феодальной земельной собственности. Мне кажется, что внимательный анализ некоторых документов на бере- сте дает возможность уловить в них указания на иммуни- тетные привилегии новгородских вотчинников. Начнем с разбора грамоты № 3 (XIV в.) И7: «Поклонъ от Грпкши къ Еспфу. Прпславъ Опанья, молв[и]... язъ ему отвечалъ: не реклъ ми Есифъ варити перевары ни на ко- го. Опъ приел а лъ къ Федось: вари ты пивъ, седишь на безатыцине, пе варишь жито...» Это лишь отрывок пись- ма, часть которого (кусок первой строки и конец) утра- чены. "г‘ АФЗХ. ч. I, стр. 159, № 174. 1,6 Там же. стр. 55, № 40. 117 Я. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. НГБ (1951), стр. 26 28. 142
В. J1 Янин считает, что Есиф — феодал, Онанья — его приказчик, Грикша и Федосья — зависимые от Есифа кре- стьяне. Онанья потребовал от Грикшп, чтобы тот варил пиво (термин «перевары» имеет ряд значений, в том чис- ле означает и напиток). Грикша отказался, ибо это не являлось его повинностью. Федосья же, сидевшая на «бе- затыцине» — земельном участке, перешедшем к ней от от- ца, не имевшего сыновей, обязана была варить пиво, ибо это, вероятно, входило в круг повинностей ее отца И8. Думаю, что смысл п>амоты несколько иной. Вряд ли Грикша — крестьянин. Крестьяне не обращались так воль- но с землевладельцами (без слова «господине»). Это ско- рее приказчик Есифа. А Онанья — это, вероятно, какой-то представитель новгородской администрации, претендовав- ший на получение повинностей с владельческих крестьян Есифа. Наводит на эту мысль интересная данная грамота 1470 г. боярина Ивана Васильевича Своеземцева (сына посадника) Богословскому Важскому монастырю на два села. В ней говорится: «И те села ведает игумен и старци, а кунщики мои с тех селян кун не берут, и иных никаких пошлин, ни приказщик мои к ним не бъежжает, ни пере- вар не пиет, пи пошлин не омлет, ни бирпчь ими не наряжает, опроче городпого дела, а ведают те селяне дело монастырьское» 15 9. Это податпой иммунитет. Боярские сборщики податей или приказчики не должны приезжать во владения мона- стыря, производить с монастырских крестьян каких-либо денежных сборов, требовать с них напитков (меда, пива), привлекать к трудовым повинностям (кроме строительст- ва укреплений). Крестьяне должны знать лишь «дело мо- настырское», т. е. выполнять повинности в отношении ду- ховной феодальной корпорации, на землях которой они Живут. Таким же иммунитетом пользовались, по-видпмому, и владения Есифа. Об этом приказчик последнего Грикша заявил Онанье (лицу, наделенному административными полномочиями), когда тот потребовал от него «варити перевары». Очевидно, этим требованием Онанья нару- шил вотчинный статус, выраженный в формуле: пусть [икто «п е ре в а р и е н и е т» в селах иммунпста. пэ Я послал тебе бересту.... стр. 3G. ГВНП, стр. 282, № 281. 143
Натолкнувшись на отпор Грикши, Онанья обратился минуя приказчика, непосредственно к крестьянке Федосье’ сидевшей па «безатьщи не». Может быть, это taecTo тек- ста станет яснее в свете некоторых других документов. В выписке из вкладной книги Солотчинского Рязанского монастыря 1691 г. приводятся сведения о жалованных дан- ных грамотах рязанских князей XIV—XV вв. на земель- ные владения с предоставлением судебного и податного им- мунитета. Земли иногда жалуются с «безатшина- ми» 120. Последний термин обозначает и крестьянский земельный участок, держатель которого умер, не оставив сыновей, и пошлины, которые взыскивались с нового дер- жателя, получавшего этот участок. Предоставление Солот- чинскому монастырю иммунитета с включением «безат- шин» означало, что все доходы с них должны были идти не князю и его агентам, а монастырской братье. Аналогичные порядки, вероятно, существовали и в име- ниях Есифа. Поэтому попытка Онаньи привлечь, в обход приказчика, Федосью к варке на него пива была таким же нарушением вотчинного иммунитета, как и его перво- начальные поползновения в отношении Грикши в обход самого феодала. Думается, что к вопросу об иммунитете имеет отноше- ние и грамота № 5 (XIV в.) 121, дефектная в начальной ча- сти. Она читается так: «...дав... сифа къ Матфею. Постои за нашего сироту, молви дворянину Павлу Петрову брату дать грамоте; не дасть на него». А. В. Арциховский считает, что грамота адресована: «от Есифа». В. И. Борковский, восстанавливая дефектные мес- та, предлагает следующее чтение: «Поклон от Давыда и от Есифа к Матфею» 122. М. Н. Тихомиров и А. В. Арциховский предполагают, что перед нами письмо, говорящее о холопе или зависи- мом человеке, за которого надо «постоять на суде»; воз- можно, что дело идет о закрепощении свободного челове- ка путем выдачи на пего официального документа — гра- моты, известной под названием дерноватой. 120 АСЭИ, т. Ш, стр. 367, № 341а. 121 А. В. Арциховский и М. Н. Тихомиров. НГБ (1951), стр. 32-~ 34. 122 В. И. Борковский. Драгоценные памятники русской письмен- ности (ВЯ, 1952, № 3, стр. 135). 144
По-разному исследователи толкуют последнюю часть гоамотьг. М. Н. Тихомиров, В. И. Борковский, Л. П. Жу- ковская видят в «дать» одно слово, А. В. Арциховский и Н. А. Мещерский — два: «да ть» (т. е. «да те») 123. В соот- ветствии со своим прочтением Л. П. Жуковская так пере- водит текст: «[От] Есифа к Матфею. Постой (заступись) за нашего сироту. Скажи (в зиаченип «вели», «прикажи») дворянину Павлу, Петрову брату, дать документ (так как в противном случае он) не даст (либо «не дает», или «не дал») на него» 124. Перевод В. И. Борковского: «Скажи дворянину Павлу Петрову брату дать грамоты: не дал на него» (по мнению исследователя, здесь имеется в виду ка- кое-то третье лицо). А. В. Арциховский считает, что «ть» является сокраще- нием указателъио-усплптельной частицы «тп», и поэтому дает такой перевод приказа дворянину: «пусть грамоты не даст на него» («да ть грамоте не дасть на него»). Во всех этих вариантах комментария суть дела все же остается невыясненной. Я полагаю, что для понимания письма Еспфа следует привлечь жалованную грамоту тверских князей Успенско- му Отрочу монастырю 1362—1364 гг. В ней определяется статус монастырских «сирот» (крестьян): тархан от по- винностей и судебный иммунитет. «А что ся учинеть или розбой, или душегубьство, илп татба, который суд, пно бу- дуть межи монастырьских людий, судит их и д в о р я н да- еть монастырьский тпвун один: а нашим судьям не надобе ничто. А смешаються судомь монастырьский люди с во- лостными людьми, судить мопастырьскии тивун с посель- ским вместе с нашими судьями, а прибыток им наполы; а дворян даеть тот, на чьем ищють, п суд туто же, а на правду ездить обои» 125. Речь идет о том, что если возник- нет судебное дело среди монастырских крестьян («сирот») по обвинению в разбое, убийстве или краже, то произво- дить суд и посылать д в о р я и (судебных агентов) для рас- следования и приведения в исполнение приговора должен монастырский тиун (судья); княжеские судьи в этом не Участвуют. В случае же «сместного суда», т. е. когда воз- >24 Мещерыий. НГБ («Вестник ЛГУ», 1958, № 2, стр. 95). , «Палеографический и лингвистический анализ нбг», Р‘ ilFV- ,Л НБГ. стр. 37. АСЭИ, т. III, стр. 153, № 116. 145
никнет судебное дело между монастырскими крестьянами и людьми, подсудными князю, монастырский тиун и по- сельский должны судпть вместе с княжеским тиуном и по- полам с ним делить судебные доходы. Выделять дворян для доставки виновных в суд и исполнения приговора в таких случаях полагается тиуну, который выступает со стороны ответчика, и суд должен происходить на террито- рии, где живет ответчик; в проведении же расследования участвуют оба тиуна. Очевидно, статус, изложенный в рассмотренной жало- ванной грамоте, существовал и в ряде других феодальных вотчин. Конкретное его проявление видим в берестяной грамоте № 5. Крестьянин («сирота») Есифа (может быть, Давыда и Есифа, если правильна реконструкция текста В. И. Борковского) находится под судом. Ему, вероятно, предъявлено обвинение кем-то со стороны, поэтому проис- ходит «сместпый суд». Владелец (Есиф) или владельцы (Есиф и Давыд) крестьянина обращаются к Матфею (ве- роятно, тиуну, ими выделенному) с предписанием защи- тить интересы их «сироты», т. е. по существу интересы своей вотчины (ибо защитником другой стороны выступа- ет второй тиун, участвующий в «сместном суде»). «Сиро- та» Есифа является, вероятно, ответчиком, так как дво- рян должен выделять тот, «на чьем ищють». Поэтому Есиф и велит тиуну Матфею, чтобы тот приказал дво- рянину Павлу Петрову брату не давать грамот на «си- роту» (я думаю, надо читать: «да ть грамоты не дасть па него»). Речь идет, очевидно, о каком-то обвинительном приговоре, от которого следует отстоять «сироту». Итак, грамота № 5 рисует один из случаев «смсстпого суда», постановления о котором представляют собой состав- ную часть жалованных грамот, закрепляющих за вотчин- никами судебный иммунитет. С другими пунктами несудп- мых грамот можно, мне кажется, связать обрывок письма на бересте № 244 (XIV—XV вв.) ,26"127, в котором оста- лись следующие строки: «...слово за мене владыце и б[ог]а деля. А цто позвале есмъ...» А. В. Арциховский определяет это письмо как просьбу о протекции, которую может оказать автору адресат, за- молвив за него слово перед новгородским владыкой. В- Л- 126-127 д в Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956— 19:>7)< стр. 66—67. 146
Янин, Цсходя из того, что письмо было найдено па террито- рии, гд<Х находилась усадьба Сидора, известного феодала, думает, что рассматриваемая грамота адресована ему. «Зна- чит — пиЛот В. Л. Янин,— Сидор был вхож к архиеписко- пу и имел возможность заступиться перед ним за своих корреспондентов» ,2\ Заслуживает внимания, что просьба о заступничестве сопровождается указанием на «позвы», т. е. вызовы в суд- Может быть, свет на берестяную грамоту № 244 проль- ют другие новгородские акты XV в., также трактующие о «позвах». Это жалованные грамоты архиепископов Ев- фимия, Ионы и Феофила Спасо-Верендовскому монасты- рю. В них содержится запрещение «позыва ть» в Вели- кий Новгород монастырских чернцов и крестьян «пи под- воискпм, нп дворяны, ни бирице, ни изветники, или их позовницамп». Тот, кто захочет возбудить дело про- тив лиц, проживающих «па земле святаго Спаса», обязан «звать» их в Новгород «позови о ю» архиепископа, перед которым и должен происходить суд 129. Весьма вероятно, что автор грамоты № 244, начав тяж- бу с кем-то, пользующимся владычнйм иммунитетом, вызвал его в суд обычным порядком, ио иммунист ему не подчинился. Тогда истец обратился к одному из прибли- женных владыкн, прося замолвить за него слово и добить- ся владычной «позовной», обязательной для ответчика. Источником по истории иммунитета может, по-моему, служить берестяная грамота № 167 (XIV в.) 13°. Это текст очень хорошей сохранности, написанный четкими, ясными буквами: «Чолобптье от мелника из Злостьици к Юрью к Оньцифорову. Чоби, господине, попецелилеся горюнами. А н[ы]нь 131 поели своп чоловекъ». Итак, мельник бьет челом крупному новгородскому феодалу — посаднику (таковым был Юрий Онцифоровпч). Очевидно, челобитчик находится от последнего в зависи- мости и просит о защите. «Печалованпе» — защита, патронат. Иван Калита, например, писал в своей духовной грамоте: «А приказываю тобе, сыну своему Семену, I» %HUH- И послал тебе бересту..., стр. 152. " ГВНП. стр. 149—150. № 94; стр. 153, № 97; стр. 155, № 100. 53. А-В Арциховский. и В. П. Борковский. НГБ (1955), стр. 52— В’ В- Борковский читает — «иль» (там же, стр. 123), А. В. Арциховский - «„ нь», т. е. «и не». 147
братью твою молодшую п княгиню свою с мепшимп детми по бозе ты нм будешь печальник»132. Аналогичная формула содержится в духовной Василия I: «А приказы- ваю своего сына князя Насилья, и свою княгиню, и спои дети своему брату и тнстю великому князю Витовту, как ми рекл, на бозе да па нем, как ся имет по чал о ва- ти...» 133 «Чоби, господине, нон ецел н л ес я горюна- ми»— типичное для челобитных обращение просителя к лицу, стоящему на более высокой ступени социальной лестницы, от которого он ожидает милости. Вот образец аналогичной челобитной начала XVII в. митрополиту сар- скому и подонскому от вдовы его сына боярского: «...бьет челом горка я вдова... Варварка з детми...; ...пожалуй меня, гор кую вдовицу, з детишками...» 134 «Горюп» и «горький» — «горькая» — слова одного корня и зна- чения. Среди мельников были холопы. Так, например, в 1491 г. А. М. Плещеев отпустил по завещанию на свобо- ду Фильку мельника с женою 135. Но были мельники лично свободные, хотя и феодально зависимые. К какой катего- рии принадлежал мельник, подавший челобитье Юрию Онцифоровичу,— с полной определенностью сказать труд- но, вероятно,— ко второй. Это видно из характера его просьбы. А. В. Арциховский думает, что мельник ходатайство- вал, «чтобы боярин его пожалел и не присылал своего че- ловека» на его место. Однако такое понимание текста воз- можно только в том случае, если читать: «а и нь послп свои чоловек». Но В. И. Борковский достаточно убедитель- но доказал, что чтение должно быть другое: «а н[ы]нь пое- ли свои чоловек». Значит, челобитчик, напротив, просит прислать боярского человека. Какого и зачем? Конечно, нс нового мельника, который запял бы его место. Чтобы понять челобитье новгородского мельника, по- лезно привлечь для его комментария жалованную грамо- ту волоцкого князя Бориса Васильевича Тропце-Сергие- ву монастырю на оброчную мельницу на реке Клязьме с пустошами, 1494 г. Князь освободил мельника и крестьян, 182 ДДГ, стр. 8, № 1. 133 Там же, стр. 59, № 21. 134 АФЗХ, ч. III, стр. 247, № 265. 135 АСЭИ, т. I, стр. 442, № 563. 148
которые поселятся в пожалованных местах при мельнице, от дани, других пошлин и повинностей, запретил посель- ским приезжать па мельницу и относящиеся к ней пусто- ши для производства суда над жителями и постановил, что последние будут подсудны лишь ему, князю, или его дворецкому. Другими словами, монастырю был предостав- лен податной и судебный иммунитет для его мельни- ков 136. О непосредственном вмешательстве князя в дела, касающиеся мельников, говорит другая грамота того же года, запрещающая, по челобитью игумена Троицкого монастыря, княжеским крестьянам уступаться» в земли, «которые мельники пахали», и в пожни, которые они ко- сили 137. Думаю, что и новгородский мельник добивался чего-то аналогичного от своего боярина. Испытывая какие-то оби- ды, он просил последнего прислать для разбора его жало- бы «своего человека», т. е. хлопотал о подсудности само- му боярину или специально выделенному для этого слу- ге, о судебном иммунитете, освобождении от подвластно- сти местным сельским властям. Из приведенных волоцких грамот видно, что местные мельпикщ занимаясь сельски- ми работами, в то же время выделялись из окружающего широкого крестьянского мира известными привилегиями. К этому же, наверное, стремился и новгородский мель- ник. По мнению А. В. Арциховского, грамота № 1G7 дока- зывает существование на Руси, как и в Западной Европе, мукомольного баналитета. Я думаю, что эта грамота ри- сует также институты «защиты» — патроната и иммуни- тета. Рассмотрим еще в связи с проблемой иммунитета от- рывок документа на бересте № 51 (ХШ в.) ,3*, в котором от текста сохранилось очень немногое: «...мувауру... узу ежевица 2 лососе...» В ряде берестяных писем говорится о лососях, постав- ляемых рыбаками скупщикам или сдаваемых представи- телям власти либо феодалам в качестве дапи пли оброка. Можно предположить, что к числу документов на бере- сте, трактующих о рыбных поставках, примыкает и гра- ‘137 £ам жв’ СТР. 455, № 575. 1зв Там же* ст₽- 456, № 576. А. В. Арциховский. НГБ (1952), стр. 54—55. 149
мота № 51. Однако непонятно, при чем здесь «ежевпца». Вряд лп речь может идти об оброке ежевикой ,39. Некоторый свет на письмо № 51 как будто проливает один новгородсгшй акт — грамота 1477/78 г. монастыр- скому ключнику в Толвуе и монастырским толвуйсклм крестьянам с запрещением промышлять в принадлежа- щих Палеостровскому монастырю островах Пальем и дру. гих. Там не разрешается «лес сечи, и пожни коспти, и заяци гоняти, или рыбы ловитп, или ягоды и губы брати». Для нас особенно важны слова: «...рыбы ловитп, пл» ягоды и губы брати...» 139 140 Возможно, что и грамота № 5J говорит о каких-то заповедных, пользующихся иммуните- том, владениях, охраняя их от посторонних лиц, которые не должны там ловить лососей и собирать ежевику. Интерес всего разобранного выше материала заключа- ется в том, что он дает возможность судить, как претво- рялись в жизнь сухие юридические формулы иммунитет- ных грамот. Это не законоположения об иммунитете, а их практическое воплощение, которое происходит в борьбе различных социально-политических сил и интересов. Вот- чинник отстаивает свои привилегии и стремится нару- шить привилегии своего соседа. Правительственные аген- ты пытаются урезать иммунитетные права вотчинников. Борьба землевладельцев друг с другом, а также с приез- жающими в их владения тиунами, дворянами и т. д. бьет по интересам вотчинного крестьянского населения. Один из таких княжеских пли новгородских дворян либо им подобных представителей власти — Онанья втор- гается в пределы вотчинного податного иммунитета фео- дала Есифа, пытаясь принудить сначала приказчика Грпкшу, а затем крестьянку Федосью к исполнению по- винностей, от которых население вотчины было освобож- дено. На «сместном суде» разбирается дело крестьянина («сироты») другого землевладельца (по-видимому, также носившего имя Есиф), и последний, используя свои права иммуписта, хочет повернуть приговор в желательную для него сторону, мобилизуя для этого тиупа Матфея и дво- рянина Павла. Автор грамоты К* 244 пытается через нов- 139 А. В. Арциховский предлагает и другой вариант прочтения текста, правда считая его натяжкой: «еже вица» (прут) вместо «ежевица». А может быть, рыба нанизывалась на специальные пру- тья и таким образом доставлялась по назначению в виде оброка? 140 ГВНП, стр. 306, № 316. 150
городского владыку привлечь к суду какого-то своего про- тивника, прикрывающегося броней иммунитета. Бояр- ский мельник из Злостпцы через посадника добивается за- щиты от обид путем предоставления ему иммунитетных прав. Разные социальные группы, разные люди; различны их взаимоотношения друг с другом, неодинаковы интере- сы и требования. И иммунитет используется этими людь- ми по-разному как в однородной, так и в несходной обста- новке. Благодаря новгородским берестяным грамотам при- обретают живые и многообразные очертания часто стан- дартные пункты актового формуляра. § 4. Земля — основа сельскохозяйственного производства Подавляющее большинство актов, известных в печа- ти, посвящено вопросам землевладения. Это и естествен- но, ибо их целевым назначением являлось оформить ус- ловия перехода земли от одного собственника к другому, а также зафиксировать правовой статус земельной собст- венности (привилегии или государственные обязанности, с ней связанные). Поэтому в актовом материале так мало сведений, касающихся но правовой оболочки феодальной собственности, а земли как основы сельскохозяйственного производства. Случайны данные о системах земледелия, земледельческих орудиях, урожаях и недородах, видах сельскохозяйственных работ и т. д. Актовый материал приходится в этом отношении пополнять данными дру- гих источников. И письма па бересте могут здесь оказать услугу исследователю. Из них можно кое-что узнать о системах земледелия. Как известно, в XIV и особенно в XV в. на Руси распро- странялось трехполье, но большую роль (особенно на се- вере) играло и подсечное земледелие. Грамота на бересте № 20 (XIV в.) 141 читается так: «...о ми сикли суки на рпки, у Давыдовы присикпвали, а на Оушемепкппа конь пале». А. В. Арциховский отказался от истолкования письма в целом, расшифровав лишь отдельные его места. Внести ясность в текст попытался Б. А. Рыбаков. Обра- ^Ив внимание на то, что внутри первой сохранившейся уквы — «о» имеются две точки пли два кружка, он пред- 141 .4. В. Арциховский. НГВ (1952). стр. 20—21. 151
дожил рассматривать эту оукву как идеограмму: «очи» «очеса». В тексте «Оушеменкина» исследователь усмот рел два слова: «Оушеменки» и предлог «на». Исходя из всего вышеизложенного, Б. А. Рыбаков дал следующий перевод грамоты: «Очи мне секли сучья па реке. У Давыдовы прпсекивали. А на Ушменке на копь пал». Автор письма, по мнению Б. А. Рыбакова, описывает, как оп бежал берегом реки и вплоть до деревпи Давыдов* ки ветви хлестали его по очам; где-то на Ушеменке (может быть, это название ручья) он вскочил на коня. Б. А. Ры- баков видит в рассказе автора «песенный, полуплясовой ритм скоморошипы, напоминающий записи сказителей». Б. А. Рыбакова поддержал Н. А. Мещерский, прибавив- пшй к его наблюдениям еще одно — свое: «строка пись- ма совпадает с ритмически организованным стихом» Н2. Мпе соображения Б. А. Рыбакова не кажутся столь убедительными. Я думаю, что перед нами не запись ско- мороха, а какое-то деловое донесение (может быть, при- казчика феодалу) о расчистке лесов под пашню. Речь идет о подсечном земледелии. Письмо, по-видимому, начи- налось словами «что ми» или «то ми» (левая часть пер- вой строки оторвана, сохранилась лишь буква «о»), и далее автор сообщал, как для него (т. е. по его приказу) секли лес на какой-то реке, у деревни Давыдовы. В ак- товом материале постоянно упоминаются подсеки: «се- чи», «чищи», «чисти», «россечи», «росчисти» и т. д.142 143 Эти термины вполне объясняют значение слова «сикл и» — секли. Подсечные угодья именовались также «суками». Так, папрпмер, в расходных книгах казна- чея Тихвинского монастыря XVI в. говорится: «дано най- му от сорока овил от жатья от ржы, что на суки жа- ли...» Один крестьянин рассказывал, что оп жил «в нап- мех» у землевладельца и тот велел ему «с у к и зажечь» 144- Таким образом, выражение «суки... пр исикп ва- ли» означает вовсе не то, что сучья хлещут человека по лицу, а то, что люди-земледельцы вырубают п выжигают лес. На этот же вывод наводит и глагол «п р и с и к и в а- 142 П. .4. Мещерский. КГБ («Вестник ЛТУ», 1958, № 2, стр. ЮЗ)- 143 /’. Е. Кочин. Сельское хозяйство на Руси..., стр. 136. 144 Там же, стр. 79, 147. 152
лм», с которым можно сопоставить не только термин «подсека», по и слова «посекир», «по секир но», «посекирная лесная пашня» (крестьяне «лес секут по секир но и пашню пашут»145). В берестяной грамоте № 20 рассказывается об устрой- стве подсек в лесу, на берегах реки. О подобных фактах имеются сведения и в других документах. Так, в данной грамоте XV в. князя Михаила Андреевича игумену Ки- рилло-Белозерского монастыря Касьяпу читаем: «Дал семи... на реце па Шохсне... пожню косити, да к той пожни ослободил есми им причистпти лесу, да на другой стороне Шохсны реки... такоже есми... чистити пожни, и лес велел сечи, и деревню на той подсеки поставитп...» 146 Никак не могу согласиться с предложенной Б. А. Ры- баковым реконструкцией: «...па Оушеменкп на конь па- ле», что означает, по его мнению, что автор письма вско- чил («пал») у ручья Ушеменки па коня. Гораздо правиль- нее чтение «а на Оушеменкина конь пале», т. е. на Уше- менкине (на каком-то урочище), где производились сель- скохозяйственные работы, «пал» (околел) копь. Но воз- можен и еще один вариант реконструкции текста: «а на Оушеменки на Конь пале». В документах встречаются географические пазванпя с корнем «конь»: Конев остров, Коневая заводь, Коневский наволок 147. Это дает право и в грамоте № 20 считать слово «Копь» именем собствен- ным, а в выражении «на Оушеменки на Конь» впдеть наименование (сложное, из двух слов) того места, где находились «пали». А «пали» — это опять-таки подсеки, участки, на которых вырублен и выжжен лес. Таким об- разом, грамота № 20 оказывается по своему содержанию весьма цельной и целеустремленной. Она рассказывает о «сечах», «суках», «палях», «посекирпой пашне» во вла- дениях какого-то феодала, являясь источником для ха- рактеристики подсечного земледелия. К № 20 близка по содержанию грамота па бересте № 391 (XIII — XIV вв.) 148, от которой дошло начало: «От Олфоромея к Доманцю п ко Лахну и ко Евану и к Олек- Се- Секите суко нмого, а рожи много...» ** Там же, стр. 140. 193. 147 ДСЭИ, т. II. стр. 78. № 128. Там же, т. II, стр. 100, № 165; стр. ИЗ, № 179; стр. 396, № 389. Л. В. Арциховский. НГБ (1958—1961). стр. 94—95. 153
Автор письма — знаменитый новгородский посади^ Варфоломей Юрьевич. Адресаты — боярские слуги н.щ деревенские старосты, а может быть, и крестьяне. В слове «нмого», вероятно, случайно переставлены буквы, и следует читать «много». А. В. Арциховский пи- шет: «Чтение „секите сукон мого“ не дает особого смыс- ла: не понятно, зачем сечь сукна... Здесь приказание сечь много сучьев, т. е. рубить много веток, которые мог- ли иметь различное хозяйственное назначение. Дальше речь идет о ржи, по разрыв мешает пониманию». Вопреки указанию А. В. Арциховского, смысл текста ясен совершенно: Варфоломей приказывает готовить под- секи для посева ржи Н9. Здесь поднята та же тема, что и в берестяном письме № 20. В большинстве документов на бересте, касающихся вопросов сельского хозяйства, имеется, по-впдимому, в виду пашенное земледелие. Попадаются сведения о сель- скохозяйственных орудиях. В отрывке грамоты № 96 (XIV—XV вв.) 150 можно прочесть: «...цника... ле без ем- никовъ и я омешя двои за Федора з бра...» «Омешь» — сошник 151. Слово «емник» А. В. Арцпхов- ский понимает как рукоять (от слова «емати» — «пма- ти» — брать). Но, может быть, термин «емник» надо про- изводить от «емеш» — «лемеш» — «лемех» 152— наконеч- ник плуга. Сочетание — сошник и лемех — правдоподоб- но. Во всяком случае нельзя принять чтение, предложен- ное Б. А. Рыбаковым: «беземников»—безземельных. Сошники и лемехи производились и в деревне и в го- роде. Иногда они входили в состав владельческого обро- ка 153. Среди новгородских ремесленников были специали- сты лемешники 154. Сошники и лемехи можно было при- обрести на рынке 155. 149 Г. Е. Кочин. Сельское хозяйство на Руси..., стр. 84. 150 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954). стр. 23. 154 А. Д. Горский. Очерки экономического положения крестьян Северо-восточной Руси XIV—XV вв. М., 1960. стр. 45; Г. Е. Кочин- Сельское хозяйство на Руси..., стр. 43, 61, 76. 152 И. И. Срезневский. Материалы для словаря древнерусского языка, т. I, стр. 827. 153 С. В. Бахрушин. Научные труды, вып. I. М., 1952, стр. 58. 154 А. П. Бронштейн. Великий Новгород в XVI веке. Харьков, 1957, стр. 65, 86, 248. 155 Л. Г. Маньков. Целы и их движение в Русском государстве XVI вока. М,—Л., 1951. стр. 195. 154
Характер грамоты № 96, ввиду ее отрывочности, опре- делить очень трудно. Это могла быть запись о получении «омешей» в виде оброка с Федора с бра[том]. Возможно здесь видеть какие-то расчеты между крестьянами и гос- подином по ссуде (из ст. 53 Русской Правды известно, что землевладелец предоставлял закупу инвентарь,— напри- мер» плуг и борону). Наконец, вполне вероятно, что речь идет о каких-то судебных спорах и исках относительно сельскохозяйственного инвентаря. В этом отношении ин- тересно привести в качестве параллели к грамоте № 96 одно судебное дело начала XVI в. об ограблении митропо- личьих крестьян. В составе ограбленного имущества зна- чится большое количество сошников *56. В некоторых документах на бересте имеется матери- ал о сельскохозяйственных работах. В грамоте № 17 (XV в.) 157 читаем: «Поклопъ о[т] Михаплп к осподину своему Тимофию. Земля готова, надобе семяна. Пришли, осподине, ц[е]л[о]в[е]къ спроста, а мы не смиемъ иметь ржи безъ твоего слова». Общий смысл письма ясен. При- казчик феодала извещает своего господина о готовности земли к посеву и просит прислать человека, с ведома ко- торого можно было бы взять из наличных запасов семе- на ржи и начать сеять. Споры вызывает термин «спроста». А. В. Арциховский считает, что оп лишен определенного конкретного значения п переводпт его: «одним словом», «вообще». Б. А. Рыбаков понимает выражение «целовек спроста» как «человек с разрешением». В. И. Борковский переводит «спроста» как «искренне», т. е. проявляя дове- рие к пославшему письмо человеку 158. Л. П. Жуковская Думает, что слово это означает «не раздумывая долго, без задних мыслей» 159. В. М. Глухов предлагает вместо «спро- ста» читать «спростать»—опростать, опорожнить (опо- рожнить амбар от семян можно лишь в присутствии до- варенного человека господина) 16°. Правдоподобнее всего °оъяснение Н. А. Мещерского 161, который приводит дан- «7 4^^* ч- 1’ СТР- 13, № 1а. 1а8 * Арциховский. НГБ' (1952). стр. 16-17. 1053 №4 Борковский. Новые находки берестяных грамот (ВЯ. №ковсш' НБГ, стр. 62-63. iei п л „хачев' Рецензия (СЛ, т. XXVII. 1957, стр. 326). 101—^03)’ Мещерский. НГБ («Вестник ЛГУ», 1958, № 2, стр. 255
ные, свидетельствующие, что слово «спроста» имеет такой же смысл, как и «вборзе» — скорее. Грамота рисует организацию земледельческих работ в феодальном хозяйстве с барской запашкой. По мнению А. В. Арциховского, письмо свидетельствует, что для лк>' бых сельскохозяйственных работ требовалось личное рас- норяжепие господина. За А. В. Арппховскпм это же пов- торяет В. Л. Янин 162 * *. Л. В. Данилова пишет, что «вла- делец, по-видимому, принадлежал к некрупным вотчин- никам, иначе он не стал бы вникать в детали хозяйствен- ного управления» ,63. Привлечение некоторых дополнительных документов помогает понять, почему приказчику, прпступая к севу, пришлось обратиться за инструкцией к господину. В усло- виях интенсивной распашки новых земельных площадей, развития пашенного земледелия с трехпольным севообо- ротом и быстрой мобилизации земельной собственности в XIV—XV вв. семепа представляли большую ценность и обычно находились на строгом учете в феодальных хозяй- ствах. Вотчинники, передавая свои имения в монастыри или продавая их, в ряде случаев указывали, совершаются ли сделки на землю «с семяны ржаными и съ-всяпыми» 16\ или «без семян» 165. Иногда называлось точное количест- во зерна, поступающего к новому собственнику. Так, игу мен Кирилло-Белозерского монастыря купил у Серка и Тимошки деревню, причем зафиксировал в купчей грамо- те, что Серко должен ему дать пять с половиной кадей «се- мян сухих», а Тимошка — шесть кадей ржи 166. Точно ука- зано наличие зерна в житницах села Моденского на реке Тверце при переходе его от И. М. Крюкова-Фоминского к Троице-Сергиеву монастырю,67. Княжеские посольские выдавали зерно из дворцовых сел лишь по письменным распоряжениям князей. Так. в начале XV в. великий мос- ковский князь Василий I адресовал грамоту в Юрьев по- сельскому села Красного с предписанием давать ежегод- но игумену Успенского на Воинове горе монастырю деся- 162 В. Л, Янин. Я послал тебе бересту.... стр. 38. 183 Л. В. Данилова. Очеркп по истории землевладения и хо- зяйства в Новгородской земле в XIV—XV вв., стр. 69. 184 АСЭИ. т. II, стр. 25, № 29. 185 Там же, стр. 35, № 52. 188 Там же, стр. 19, № 11. 187 Там же, т. I. стр. 64. № 71. 156
тину зерном «...из моего жита, изо ржи, изо пшеницы, из овса отчет, да отсыпатп десятое...» 168. Наличию в хозяйстве семян придавалось такое боль- шое значение, что они фигурировали в данных грамотах на землю в одном ряду с правами судебного и податного иммунитета: «...дали... в Кирилов монастырь деревню... со всеми с теми пошлинами, и с семяны, и с судом, и з данью» |69. Особое внимание со стороны земельных собственни- ков к наличию в хозяйстве семян определяется еще и тем, что в ряде вотчин использовался труд половников, кото- рые получали определенную долю производимого зерна. Поэтому в документах находим и такие указания: «се яз... купил есми... деревню... с хлебом п с семяны, опрочь по- ловничьи половины да их собины...» 17°. Итак, изложенная в берестяной грамоте № 17 просьба Михаила к своему господину Тимофею прислать скорее человека, дав ему полномочия отобрать семена для посева, становится ясной в свете общей политики землевладельцев относительно использования семенпых запасов. Опп стре- мились держать эти запасы под контролем. Внимание к тому, как всходят хлеба, проявляется в бе- рестяной грамоте № 195 (XIII—XIV вв.) 1П, в начале ко- торой говорится: «[От Алексея ко Гавриле. Реклъ еси — бьтлъ во своемь селе, верши все добрый, ярая жита...» Ко- нец утрачен. А. В. Арциховский дает такой перевод текста: «От Алек- сея к Гавриле. Ты говорил, что ты был в своем селе, всходы все хороши, а яровой ячмень...» (слово «жито», в широком смысле означающее всякие зерновые хлеба, здесь, по-види- мому, употреблено в значении ячменя). Очевидно, перед памп письмо одного землевладельца к Другому по поводу видов на урожай в текущем году. Пись- мо это является цепным дополнением к данным новгород- ских и особенно псковских летописей, в которых чувству- ется большой интерес к земледелию и земледельцам. Лето- писцы внимательно следят за судьбой посевов и всходов и ’°8 Там же. стр. 48, № 43. * Там жо. т. П, стр. 146. № 17° Там же. стр. 309, № 328. стр. 13—1/’ Арчиловс*ий и В 2° 5 И. Борковский. НГБ (1956—1957), 157
делают прогнозы относительно будущих урожаев. Постояв- но встречаются летописные заметки такого рода: «изби мраз вся жита...», «... уби мороз вьрыпь...», «...на осень мо- роз поби всю ярь», «и всякое жито под снег полегло», «...много по полю вершеп погнили», «...ярь сеяна в суху землю не начат усходити», «...и прпгоре всякое жито...», «...жита посохли». Это все сведения о плохих урожаях, о гибели зерновых в результате засухи или, напротив, холо- дов. Но попадаются и другие известия, падающие на годы, в которые естественные условия благоприятствовали земле- делию, и хлеба бывало много: «...и где бяпте дождеве, умно- жи бог ярового всякого обилья», «а ярового обилиа тогда бог умножи» 172. Берестяная грамота № 195 относится к удачному для земледелия году, когда хозяин села мог с удовлетворением отметить, что яровой ячмень поднимается хорошо. Напротив, тяжелый для сельского хозяйства год запе- чатлен в берестяной грамоте № 101 (XIV в.) 173 174. Она напи- сана очень отчетливо, но поскольку справа оторван боль- шой кусок (вероятно, половина текста), трудно прочитать ее, связав отдельные слова в единое целое. «Поклоно ко г[осподп]ну к Он[сифору Лукинячу?..] ...г[осподи]нь, не ро- дился, а в ж... зобити той и семо... [по твое]му слову, а г[осподи]ну сеие, г[осподи]н[е]...» Судя по обращению, с неоднократным употреблением слова «господин», перед нами донесение приказчика по воп- росам, связанным с сельским хозяйством. Адресат — фео- дал, возможно, известный новгородский боярин Онцифор Лукинич ,74. Реконструировать текст полностью мы не мо- жем, но представить себе более конкретно, о чем говорится в грамоте, можно. Для этого надо сравнить с ней некоторые места из летописей, особенно новгородских и псковских, ко- торые проявляют большую наблюдательность, рассказывая о состоянии земледелия, об урожайности, о трудовых про- цессах в сельском хозяйстве и т. д. Прежде всего приказчик, по всей вероятности, ставил в известность господина о неурожае: «...х л е б (или „ж п- то“), г[осподи]нь, не родился („не родил о- 172 Г. Е. Конин. Сельское \о: яиство на Pvrii.... стр. 41. 7<ч. 210. 211. , 173 А. В. Арциховский п В. И. Ворковский. НГБ (1953—1954), стр. 29. 174 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 93. 158
сЯи)». Подобная фраза встречается в летописи, например, под 1435 г.: «и никакое жпто ие роди лося с тех мест...» 175 Такпм образом, в первом разрыве грамоты № 101 надо предполагать слово «жито» или «хлеб». Труднее сказать, какой текст содержался во втором раз- рыве. Существительное после союза «а» и предлога «в» на- чиналось с буквы «ж». По контексту это могло быть или «жито» пли «жптопродавцы», «житпицы», «жать», «жи- вот» и т. д. Если продолжался рассказ о недороде, то следует логи- чески предположить здесь одну из фраз, близких к лето- писным известиям: «...скудота всякого жита...» 176, «доро- говь бысть велика всякому житу» 177 или «изби мраз вся- кое жито» 178 и т. д. Конечно, конструкция предложения и расстановка слов могли быть иными. Если речь шла о средствах преодоления последствий недорода, то, может быть, упоминались «жптопродавцы» (скупщики и продав- цы хлеба) 179, Допустимо предположить, что мысль автора развива лась в другом направлении. Не доносил ли он своему гос- подину, конкретизируя данные о неурожае, что неудачно прошла жатва? Летописцы это отмечали не раз: «...христи- ане по селом... ржи не ж я л и»; «...поде и ж а т и нечего» 18°. Может быть, слово «жатп» п являлось ведущим во вто- ром разрыве. Наличие предлога «в» перед словом «ж...» позволяет скорее предполагать здесь или «живот» («в животе»), пли «ж и т и и ц ы» («в ж и т и и ц ах»). Неурожаи, естественно, заставлял задуматься пад тем, как сохранить «ж и в о т» — жизнь. Но самое вероятное,— что приказчик ставил вполне реальный и хозяйственный вопрос о наличии в господских житницах зерна, которого должно хватить и для прокорм- ления, и для посева. Отсюда сочетание терминов: «ж[итни- Ца]», «зобитп» («зобатп» — есть) и «сеие». Отсюда и ожи- дание приказа («слова») господина, как быть с подготов- кой сева. Кстати, бросается в глаза, что слова «зобатп» и ПСРЛ, 1. XXIII, стр. 147. Там же, т. XVIII, стр. 91. Там же, стр. 159. _,п «Псковские летописи», выл. II. М., 1955, стр. 88. ио ПСРЛ’ т XVIH’ СТР* 159 «Псковские летописи», вып. И, стр. 67, 200. 159
«зобьница» (мера сыпучих тел) —одного корпя. Это как будто указывает, что глагол «зобатп» относился в первую очередь к зерновым продуктам. Среди сельскохозяйственных работ вотчинники и их приказчики проявляли заботу и об уборке сена. Сохранил- ся конец грамоты № 187 (XIV в.) 181: «...поедите... осоко рея (или ,,осокорея“) уемли сенику и каменея и цто надоби выведаете, а поедите л пожсного веремяни». А. В. Арциховский восстанавливает письмо, лишь начи- ная со слов: «и цто надоби выведаете...» Предшествующий текст он не транскрибирует, указывая, что «оборванность фразы делает произвольным выбор между разными ва- риантами раздела». Привлекая для комментирования разбираемого доку- мента статью Судебника 1497 г.— «А где отхожие пожни от сел или от деревень, пно поженному государю не городи- тися», А. В. Арциховский по аналогии с выражением «по- жен н ы й государь» — собственник пожен, покоса пе- реводит и слова «поженное веремя» как время поко- са. Можно с этим переводом согласиться и исходя из него продолжить толкование всего письма. Дважды обращаясь к кому-то. автор говорит: «поедите» и «выведаете», т. е. он предлагает тем, с кем ведет переписку, отправиться на мес- то покоса и проверить — все ли к нему готово. Речь идет, очевидно, о подготовке к сенокосу на так называемых «от- хожих пожнях». Может быть, это обращение феодала к приказчикам и слугам, может быть, приказчика — к кому- либо пз дворовой челяди или к крестьянам. «Осока», «осочливый луг»—покос па болотистой почве. Около 1467 г. Алферий Едигей променял свое село Новленское с селищами «над осочливым лугом», причем при обмежевапии было указано, что граница обме- ниваемого владения идет к «водоточи, кое течет вода из Слинкова болота, да к дорошке...» 182 В 1563 г. дозорщики измерили в Заверяжье покосы и установили покопенный оброк: «с мелкого сена и с крупного с коппы по деньге мос- ковской, ас осоки, с болотища, с копны по полудень- ги» 183. 181 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955). стр. 71-72. 182 АСЭИ, т. I, стр. 254, № 347. 183 Г. Е. Кочин. Сельское хозяйство па Руси..., стр. 276. прим. 148. 160
«Реять» — значит «толкать», «отталкивать» ,8*. Выра- жение «осоко рея», может быть, означает; производя рабо- ты по расчистке и осушке болота. Источники упоминают подобные «болотные пожни», «розчисти», пущенные под сенокосы 185. Монахи Ройского Иоанно-Златоустовского мо- настыря во второй половине XV в. «...розчистпли собе бо- лото поймы в чистех по реке по Шуиге...», и княгиня Ма- рия Ярославна «велела ...им те свои розчисти косити» |ь6. «Уяти» — взять; «уемли» — возьми 187. «Сеник» — сен- ник-—сарай. В 1510—1511 гг. Захар Румянцев поставил на Селецкой дмитровской дороге, на реке Уче, «ям»; на дво- ре были построены избы, сенники, конюшни 188. В 1512 г. чинили Ергольский «ям»; крестьяне должны были заново поставить две избы, два сенника на подклетях, конюшню, вокруг ямского двора заметать замет или устроить тын, сделать ворота 189. «Уемли сонику и каменея и цто падоби» — достань все, что нужно для сенника, камень, и прочее необходимое. Итак, тем, кто поедет на «отхожую пожню», следует по- заботиться, чтобы на «осочлпвом луге» было все оборудо- вано на сенокосный сезон, сделать пригодным для хране- ния сена сарай, и т. д. Какое значение придавалось уборке сена, видно из одной правой грамоты Ярославскому Спас- скому монастырю конца XV в., в которой как раз описы- ваются работы в «по ж он ное в ерем я». Выступавшие на суде свидетели рассказывали, что на лугу, о котором шла тяжба, когда-то стояли «изба да клеть при архи- мандрите при Варламе на приезд. Приежжалп в сенокос старци и с людми тех пожен косити; а в той избе стоя- ли» 19°. Но я бы хотел предложить еще один вариант прочте- ния грамоты на бересте № 187, с другой разбивкой на сло- ва. Этот вариант не меняет общего понимания содержа- ния, но вносит в него некоторые нюансы. Может быть, 184 И. И, Срезневский. Материалы для словаря древнерусского языка, т. III. стр. 227. '•» ЛСЭИ, т. I, стр. 369, № 490; стр. 573. № 651. "• Там же, т. III, стр. 242. № 223. И. И. Срезневский. Материалы для словаря древнерусского языка, т. III, стр. 1349. ч- СТР- ^7. М- '• Копии. Сельское хозяйство на Руси..., стр. 377. ”° АСЭИ, т. III, стр. 221, № 209. ® Л. в. Черепнин i
следует читать не «...ос о ко рея, уемлп сенику и менея и цто надобе выведаете...», а «о с о Корея уемлц сенику н каменея и цто надоби выведаете». Это могло значить: возьми[тс] (приготовьте) для сенника строитель- ный материал — осокоревые бревна (т. е. бревна из дерева осокоря) и узнайте все, что необходимо, например, нет ли там камней (которые надо удалить или, наоборот, исполь- зовать) . На такое толкование дают право некоторые близкие по характеру источники. Например, в правой грамоте 1475— 1476 гг. говорится: при отводе земли оказалось, что «на лузе камень»191. Во время разбора тяжбы между Си- моновым монастырем и крестьянином Семеном Узким один из свидетелей показал: «...что... (на спорной земле)... ка- менье... старое..., ипо яз, господине, возил на ту землю за речьку на взвоз; да и каменье, господине, дворовое на нем есть...» 192 Берестяные грамоты дают зарисовки отдельных эпи- зодов. В них запечатлены явления, вырванные из боль- шого жизненного полотна. От этого полотна береста до- вела до современного зрителя лишь немногие куски, да и то сильно поврежденные временем и окружающей сре- дой. Но и дошедшие до нас яркие кусочки былого много говорят нашему разуму и воображению. В грамоте № 20 зарисована картина труда земледельцев, расчищавших на речных берегах лес для освобождения площади под по- сев п потерявших рабочего коня. Грамота № 391 допол- няет эту картину своего рода сентенцией: чем больше бу- дет вырублено «суков», тем больше в дальнейшем земля даст хлеба. В письме № 96 нашли отражение орудия кре- стьянской пахоты — омеши и лемехи. Из ряда грамот мы узнаем, как готовились к севу люди того времени, как они присматривались к хлебным всходам, как подготавливали себя к возможным неурожаям, как старались не пропус- тить «поженное веремя», чтобы как следует провести се- нокос. Многое в берестяных грамотах непонятно. Их предель- ный лаконизм иногда ставит в тупик исследователя. По привлечение других параллельных источников — летопи- сей, документов на пергамене п бумаге и т. д. помогает ’91 АСЭИ, т. II, стр. 150, № 229. 192 Там же, стр. 414, № 404. 162
из этого тупика выбраться. II по отдельным разрозненным зарисовкам мы воссоздаем цельную картину былого. В этой картине па первом плане выступает земля как основа производства,— земля, требующая приложения труда, для того чтобы стать источником богатства. Отсю- да — тяга к земле, борьба за нее. II в этой борьбе склады- ваются производственные отношения, которые приводят к неравенству в распределении богатств земли и усилива- ют социальную неравноправность. Формируется собствен- ность на землю, защищенная юридическими нормами, пра- вами иммунитета, дающая возможность землевладельцам эксплуатировать труд зависимых крестьян. К вопросу о том, что дают документы па бересте для изучения истории новгородского крестьянства, мы сейчас и обратимся.
Очерк пятый КРЕСТЬЯНЕ И ХОЛОПЫ § 1. Экономическое и юридическое положение крестьян История русского крестьянства в XIV—XV вв. пред- ставляет большой интерес. Трудом крестьян и городских ремесленников были восстановлены производительные силы, подорванные в результате татаро-монгольского па- шествпя и завоевания русских земель, были созданы ма- териальные предпосылки ликвидации на Руси политиче- ской раздробленности и образования единого государства. В то же время социально-экономические и политические процессы, связанные с созданием Русского централизован- ного государства, привели к существенным изменениям в судьбах крестьянства. Происходило оформление крепост- ного права в общегосударственном масштабе. А ответом на это было углубление классовой борьбы, усиление анти- феодальных движений. Документов, рисующих положение крестьян в XIV— XV вв., сохранилось мало. Источники их пополнения тоже очень ограниченны. Поэтому радуют всякие новые наход- ки. Среди таких находок первое место занимают новгород- ские берестяные грамоты. Давая материал для характерис- тики новгородского крестьянства, они в то же время проли- вают свет и на судьбы сельского населения Русского государства в целом. В ряде документов па бересте имеются сведения о»> обеднении части крестьянства, об отсутствии илп недо- статке у него рабочего скота, семян для посева и т. д. 164
Грамота № 242 (XV в.) 1 дает следующий текст: Полобитье от Кощея и ооттъ половниковъ. У кого коне, те худе, а у ныхъ неть. Какъ, осподипе, жалуешь хресть- ятгь. А рожь, осподине, велишь мне молотите, [ка]къ ука- жешь». А. В. Арциховскии пишет по поводу рассматриваемого документа следующее: Кощей, «надо полагать, ключник. Письмо адресовано феодалу. Хозяйство барщинное, что для Новгорода, судя по всем источникам, редкое исключе- ние. Половники являются как бы соавторами письма». А. В. Арциховский считает, что грамота № 242 подтверж- дает мнение Б. Д. Грекова, согласно которому «половник обычно не нес тягла и работал на хозяина из доли про- дукта» 2. Не во всем с А. В. Арциховскпм можно согласиться, хотя в целом он верпо передает смысл текста. Грамота № 242 не дает никакого материала для суждения о том, несли ли половники тягло, а из других документов извест- но, что были тяглые половники3. Значит, определение Б. Д. Грекова безоговорочно принято быть не может. До- кумент № 242 позволяет корректировать точку зрения Б. Д. Грекова и в другом направлении. Б. Д. Греков про- тивопоставлял половников крестьянам, а в изучаемом тексте половники прямо названы крестьянами. Нет осно- ваний говорить и о том, что в грамоте № 242 обязательно выступает барщинное хозяйство и что половники, фигури- рующие здесь, были барщиппикамп. В данном хозяйстве могли применяться разные формы ренты. Чем же интересен документ № 242? Это коллективное челобитье крестьян определенной категории — половни- ков. Уже это заслуживает внимания: группы крестьян, экономическое и юридическое положение которых сходно, ооъедиияются для защиты своих интересов. Половники не просто соавторы ключника. Последний выступает с жало- бой господину от их имени, в данном случае поддерживая крестьян, ибо их бедственное положение слишком явно. Арцн*овскии и I). Л. Порковсний. НГБ (1956—1957), VTp. b'i—65. Yvtt Д* Греков. Крестьяне на Руси с древнейших времен до кн. 1. М., 1952. стр. 417. Черепнин. Образование Русского централизованного го Царства в XIV—XV вв. М., 1960. стр? 235. 165
и это сказывается на господском хозяйстве. Положение половников тяжелое. Они или вообще лишены лошадей или вынуждены довольствоваться плохими, малогоднымш для работы лошадьми. Сходные явления, имевшие место в другой Новгород, ской вотчине, рисует грамота № 361 (XIV в.) 4: «Поклонь от Шпжпянъ Побратиловиць г[осподи]пу Якову. Поеди, г[осподи]не, по свою верешь дать, господине, негнее5. Д нынеца есме, г[осподп]не, погибли, верешь позябля, сеяти, г[осподи]не, нечего, а естп такоже нечего. Вы, г[осподи]не, промежю собою неправы не учиипте, а мъ промежю вами погибли». А. В. Арциховский указывает, что крестьяне Шижнен- ского погоста деревни Побратплова или Братилова, у ко- торых померзли хлебные всходы, просят у своего госпо- дина «негнее» (т. е. зерно для нового посева, которое пе должно быть гнилым). В грамоте, по мнению А. В. Арцп- ховского, имеется намек на какие-то раздоры между фео- далами, от которых страдают крестьяне. Если читать пе «негнее», а «не, г1осподи]пе, е[сть]», то несколько изменится и смысл текста: крестьяне, ссылаясь на неурожай, говорят, что у них не только пет хлеба для выполнения своих оброчных повинностей господину, но и им самим нечего есть. Голодовки вследствие неурожаев, а также феодальных войн, вызывавших затруднения с под- возом хлеба, былп частым явлением в Новгороде. Поэтому трудно приурочить данный документ к какому-то опреде- ленному году. Но он, не давая (как и другие аналогичные грамоты) права на какие-либо широкие выводы, показы- вает, однако, что в деревне па рубеже XIV и XV вв. име- лись крестьяне-бедняки. Данные челобитных о тяжелом экономическом положе- нии части сельского населения подтверждаются и бере- стяными грамотами другого типа. В дефектной грамоте № 353 (XIV в.) 6 значится следующее: «...ныне ту у вдов- киныхъ детей на тыхъ сохахъ семянъ нету ни деже, ино не дашь кони и семяна... буде...» 4 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 55—57. 5 Может быть, правильнее читать: «Поеди, г[осподи]не, по cboW верешь, дать, господине, не, г[осподп]не, е» (т. е. дать, господин, нечего). 6 Л. В. Арциховский. ИГБ (1958—1961), стр. 41—43. 166
А' В. Арциховский правильно определяет этот доку- мент* как письмо приказчика (ключника, старосты) фео- далу (по-видимому, Юрию Онцпфоровичу). Д Г. В. Абрамович считает, что первоначально соха была не только фискальной единицей, но и реальной единицей хозяйства, в основе которой лежало земледельческое ору- дие с трехлошадной упряжкой '. В грамоте Великого Нов- города Василию II на «черный бор» середины XV в. го- ворится: «а в соху два копя, а третьее припряжь» ° В 1478 г. новгородцы в ответ на запрос Ивана III так оп- ределили размер сохи: «3 обжи соха, а обжа один человек на одной лошади ореть, а хто на 3-х лошадех и сам тре- тей ореть, ино то соха»э. В грамоте № 353 речь идет о безлошадных хозяйствах (или безлошадном хозяйстве) крестьян. После смерти главы семьи или глав семейств вдова или вдовы с детьми не могут без подмоги вотчинника начать пахоту и сев на предоставленных им сохах. В писцовых книгах среди крестьян не раз упоминаются вдовы 10. «Вдовкиным детям», фигурирующим в письме № 353, необходимы лошади и семена. В параллель этому письму можно привести другие документы, говорящие о безло- шадных хозяйствах: грамоту митрополита Киприана Ца- рево-Константиновскому Владимирскому монастырю 1391 г. («пешеходцы из сел») 11 и выше цитированную грамоту на «черный бор» («четыре пешни за соху») 12. Г. Е. Кочин выбрал из новгородских писцовых книг интересные сведения о «подможных деньгах», «подмож- ном хлебе» и семенах, полученных крестьянами от феода- лов. При этом он отмечает: «На много сотен волостей вла- дений (даже свыше тысячи), описанных в НПК, случаев подмоги отмечено очень мало. Все говорит за то, что по- мощь крестьянам со стороны крупных землевладельцев была исключением, отраженном каких-то особых иеобы- Г’ Абрамович. Несколько изысканий пз области русской тп^0Л0П1и XV—XVI вв. (коробья, коппа. обжа) («Проблемы пс- ’“У^пведения», XI. М., 1963, стр. 371-372). » 1Л5П’ СТР- 39< № 21. <о аС(ЬчуТ- СТр‘ 319—320 • 11 £ФЗХ’ ч- I, стр. 32, 44. 152. и гпи?‘е’ СТР’ 180’ № 201- ГВНП, стр. 39, № 21 167
чайных обстоятельств, а не правилом. не была жизнен^ нормой» ,3. Вероятно, и грамота № 353 рисует одно из таких вес^ ма тяжелых для крестьянского хозяйства обстоятельств заставивших ключника обратить внимание вотчинника на положение «вдовкиных детей». Конец грамоты не сохра, нился. Она обрывается на слове «буде» (если), с кото, рого начиналось придаточное предложение. Очевидно, да- лее говорилось, что произойдет с крестьянами (или что будут делать крестьяне), если господин не даст им лоша- дей п семян. А. В. Арциховский так домысливает продол- жение текста: «...пропадут тогда вдовкины дети». В. Л, Янин ту же мысль передает несколько ппаче: «...вдовки- пым детям придется совсем туго» 13 14. Конечно, в этих слу- чаях перед нами не реконструкция текста, а логическое его осмысление с целью воссоздания реальной жизненной действительности, в нем отраженной. Но можно стать и на путь реконструкции текста на основе привлечения некоторых сходных грамот. Так, выше была приведена крестьянская берестяная челобитная «го- сподину Якову» (№ 361). оканчивающаяся словами: «Вы. г[осподи]не, промежю собою неправы не учините, а мъ промежю вами погибли». Чем-то подобным могла оканчи- ваться и грамота № 353. В крестьянском челобитье Ми- хаилу Юрьевичу (№ 301) имеется такая фраза: «...Воло- сти половиня пуста, и которъ осталися, и ти хотя жалу- би...» Может быть, и в письме № 353 ключник грозил ба- рину возможностью ухода, разбега крестьян. Кроме указаний на бедность и разорение, в крестьян- ских челобитных содержатся также жалобы па притесне- ния вотчинной администрации — приказчиков, ключников и т. д. Так, в челобитье № 94 (XIV в.) 15, адресованном Юрию Онцифоровпчу, крестьяне рассказывают своему владельцу о злоупотреблениях ключника, которому они не могут ничем угодить, и просят его сместить. В доку* менте говорится: «Биють целомъ крестьяне г[осподп]ну 13 Г. Е. Конин. Сельское хозяйство на Руси в период образова- ния Русского централизованного государства. Конец XIII — начал0 XVI в. М.-Л., 1965, стр. 360-361. 14 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., М., 1965. стр. 353. 15 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953—1954)» стр. 20—21. 168
ТОоию Онцифоровпцю о клюцнике, зап до 16, г[осподи]пе, можомъ ницимъ ему оудобритися. Того, г[осподи]ие, съ села- г[осподи]не. буянить |7. А себе... г[осподи]не...» Отрывок коллективного крестьянского челобитья пред- ставляет собой и берестяная грамота № 313 (XIV— XV вв.) 18: «Г[осгюди]ну Михаилу Юрьевич» челомъ бьютъ хрестьяни [твои] Смердыньскии. Здесе, г[осподи]не, у насъ Гле(/ь не по...» По аналогии с берестяной грамотой № 94 можно думать, что перед нами жалоба крестьян вотчин- нику на ключника Глеба. В крестьянском челобитье на имя Юрия Опцифоровм- ча и его брата Максима, опубликованном под № 370 (XIV в.) 19, читаем: «Поклонъ ко Юрыо и к Микссиму от всихъ спротъ. Цто еси даль памп, за клуцка, за насъ не стоть, насъ продаеть, и окрадоии от ного есми. А лежпни от ного, не отъезде да20. А ми есми в томъ погибли. Аже ему будьть сидить. намамъ сили ниту сидити. А да намъ смирного человека. А па томъ тобе цоломъ». А. В. Арциховский видит в грамоте .N» 370 жалобу крестьян господам на ключника, который «1) не стоит за них, 2) продает их (т. е., вероятно, конфискует их иму- щество), 3) обкрадывает пх», 4) не дает им разрешения на выезды, в силу чего крестьяне сделалпсь «леЖнями» (неподвижными людьми). Крестьяне угрожают владель- цам уходом. Мне думается, что три обвинения, выдвинутые против ключника: 1) «за нас не стоть», 2) «нас продаеть» и |в Л. В. Арциховский напечатал: «...о клюцнике Зандо», считая «Зандо» именем ключника. Б. Л. Рыбаков предложил другое, более Драаильное< чтение: «...о клюцнике; за надто, господине, не можемъ кидать ему оудобритися». «Запдо»,— говорит В. JI. Янин,— одна 113 форм древнерусского слова «зане» («Я послал тебе бересту...», бли Приведем один оборот из духовной Климента XIII в., (ГТПтпИ К се^ас разбираемому: «... зан да не было у мене брата...» нал Л’ СтР- 163, № 105). Очевидно, и в берестяной грамоте № 94 гош? читать: «зан да...». См. также В. Л. Янин. Две неизданные нов- 1959 СКИе грамоты XV века («Археографический ежегодник за ткт-? Г°Д»’ 1960, стр. 339.— «...зань до брату нашему Даниле в та** ®аД©х оубытка много...»). Слово «буянить» представляет собой реконструкцию А. В. Ар- ^овекого. flCHo только «нить». СТР 146 ^^р^иховский и В. В. Борковский. НГБ (1956—1957), М В' Арциховский. ПГБ (1958-1961). стр. 68-71. °тьозт1 быть, правильнее читать: «Але ж пни от ного; не лсд. а мп есми в том погибли». 169
3) «окрадони от пого семи», тесно связаны между собой и логически вытекают одно из другого. Ключник, во-первых не защищает интересы крестьян на суде (вотчина, веро- ятно, пользовалась иммунитетом), во-вторых, обременяет их судебными штрафами и, в-третьих, внутривотчпнными поборами. Другими словами, речь идет об использовании ключником вотчинного судебного и податного иммунитета и вотчинного права в своих интересах или в интересах землевладельца. Дальнейший текст, транскрибированный мною иначе, чем А. В. Арциховским, я понимаю так: от него (ключника) мы (крестьяне) испытываем и (мпогое) иное (иные притеснения); если оп от нас не уедет, нам придется погибнуть. Обращает на себя внимание общность мотивов кресть- янских жалоб, звучащих в документах № 94 п 370: в обо- их случаях крестьяне ставят вопрос о смене вотчинной ад- министрации, в одном случае говорится, что ключник «буянить», в другом челобитчпки просят дать им управи- телем «смирного человека». Несомненно, в словах «памам сили ниту сидпти» зву- чит угроза крестьян уйти из имения своего господина. Судя по Псковской судной грамоте, суд, разбирая спор между землевладельцем п крестьянином, возникший в свя- зи с «выходом» первого, интересовался, на каких условиях он «на селе седел» 21. Естественно поставить вопрос: имеем ли мы дело с до- вольно распространенным явлением злоупотреблений вот- чинных прпказчпков или впервые введенные А. В. Арил- ховским в научный оборот документы представляют собой иллюстрации каких-то процессов более общего характера. Конечно, дать утвердительный ответ па поставленный вопрос очень трудно. Но известные основания наметить решение его во втором направлении имеются. Прежде все- го, думается, полезно сопоставить рассмотренные чело- битные с получившей широкую известность уставной гра- мотой митрополита Киприана Царево-Константиновскому Владимирскому монастырю, составленной в 1391 г. в от- вет на жалобу крестьян на увеличение игуменом, вразрез с существующим сепьориальным правом, их повинно- стей 22. Эта грамота рассматривается исследователями как 21 ПРП. вып. II. стр. 293. ст. 51. 22 АФЗ.Х. ч. I. стр. 179—180. .V 2<П. 170
показатель того, что рубеж XIV и XV вв. явился време- нем когда господствующим классом были сделаны первые попытки (принявшие более заметный характер к концу XV в.) повысить норму крестьянских повинностей. Это вызвало борьбу крестьян за фиксированную ренту, кото- рая отразилась в грамоте митрополита Киприана. Нельзя ли отнести рассмотренные берестяные грамоты к числу документов, иллюстрирующих те же самые или аналогич- ные явления? На это дает как будто право и то, что среди берестя- ных грамот имеется несколько записей оброчных повин- ностей крестьян XIV — первой половины XV в.23 Появ- ление этих записей, очевидно, было вызвано стремлением зафиксировать нормы ренты, ранее в ряде случаев, веро- ятно, регулировавшейся неписаным обычаем. Недовольство крестьян своим господином и его ключ- ником проявляется в челобитье на бересте № 157 (XIV— XV вв.) 24: «Г[осподи]ну Михаилу Юрьевичю биютъ челомъ хрестяне Черенщани. Чо еси, г[осподи]не, велелъ намъ переставливати дворъ, и ключникъ намъ, г[осподи]пе, ве- литъ переставливати...» Что является причиной жалобы крестьян, изложенной в грамоте № 157, не совсем ясно, ввиду дефектности по следней. О перестановке чьего двора идет речь? Если гос- подского (или ключничьего), то крестьяне могли быть не- довольны либо тем, что на их плечи легла новая обязан- ность, либо (вернее!) тем, что перенос барского (или ключ- ничьего) двора в какой-то мере затрагивал их земельные интересы. Но всего вероятнее, было предписано перенести на другое место какой-то из крестьянских дворов, т. е. по существу речь шла о покушении на крестьянский надел (выделении его под господскую пашню, замене его дру- гим и т. д.). Крестьяне пе хотели с этим согласиться. К № 157, по-видимому, близка по содержанию бере- стяная грамота № 300 (XV в.) 25, в которой также гово- 9- 4’ Арциховский п М. //. Тихомиров. НГБ (1951). стр. 16— л’р / Арциховский. НГБ (1952). стр. 52—54, № 50; № UH- РЧиховский и В. II. Борковский. НГБ (1955). стр. 43—46, ’ См’ такнсе Б- Кпфенгау.1. Заметки о новгородских берестя- u\rpa*i0Tax («История СССР», 1960, № 1, стр. 169). СТр Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1955), СтР ^^^.'^Арч^ховский п В. II. Борковский. НГБ (1956—1957), 171
рится о правах крестьян на дворы, находящиеся па ГОс, подской земле. Сохранилось лишь начало грамоты, и то с большими разрывами: «Покланян]ие г[осноди]ну Михац- [лу Ю]рьевицю от Тероха и от Тимоще. И Терохе возиле- ся, быле в [Максимове хороме. А [Ти]мошка въ Терохо...» Для комментирования этого документа полезно прив- лечь правую грамоту 1504 г. по делу между Колязипым монастырем и черными крестьянами Степаном и Аксеном Щелковыми. Монастырский старец рассказал на суде о том, как «поряженные» им крестьяне (их имен он не на- зывает) «посекли» лес на двух пустошах, устроили там починки, возвели «хоромы». Но затем, по словам истца, в эти починки вселились («в в е з л и с я сильно») вместо мо- настырских вышеупомянутые черные крестьяне, братья Щелковы. Последние, будучи допрошены, нарисовали не- сколько иную картину, чем та, которая была изображена истцом. По их словам, «рядился» с ними, «посадил» их в эти починки и «перевез» туда дворский черной Жабепской волости. Ввиду отсутствия у Щелковых «крепостей» и на основе показаний свидетелей суд решил, что они «вошли сами на те починки и в хоромы в готовые в монастырские» и вынес им обвинительный приговор 26. Какие-то недоразумения в связи с «ввозом» в хоромы, построенные на барской земле, были и у крестьян Миха- ила Юрьевича — Тереха и Тимофея. Это заставило их об- ратиться с челобитной к своему господину. Одной из причин недовольства крестьян была их пе- редача с землей одним собственником другому. Документ № 311 (XIV—XV вв.) 27 представляет собой крестьянское челобитье Михаилу Юрьевичу. А. В. Арциховский дает его в следующей транскрипции: «Господину своему Ми- хаилу Юреевпчу хрестяпи твои Череншани28 чело бию, те што 29 еси одода деревенеку Климецу Опарину. А мы его не хътимо. Не суседпеи человеке. Волено бъ дейты»30- 28 АСЭИ, т. Ill, стр. 187-189. № 173. 27 А. В. Арциховский и В. II. Борковский. НГБ (1956—1957). стр. 144—145. 28 Это те же Череншани, от имени которых написана челобит- ная № 157. 29 По-моему, правильнее читать: «чело би юте (т. е. «челом бьют»), што...». Так же считает В. И. Борковский (А. В. Арцих0(Г ский и В. И. Борковский. НГБ, 1956—11957, стр. 181). 30 Может быть, правильнее читать: «волено б[ог]ъ де и тЫ* («волен бог, да п ты»). 172
Содержание челобитной А. В. Арциховский понимает следующим образом. Крупный феодал (посадничий сын) Михаил Юрьевич передал свою деревню своему вассалу (мелкому феодалу) Климецу Опарину. «Крестьяне пе хотят нового владельца и смеют об этом писать (решает вопрос господин)». Я считаю, что текст следует толковать несколько ина- че. Никаких признаков того, что Михаил Юрьевич явля- ется сеньором Климеца Опарина, в челобитной нет. Оче- видно, произошел акт отчуждения крестьян с землей од- ним феодалом другому, не связанному с ним какими-либо вассальными отношениями. Это и вызвало крестьянскую жалобу, поданную на имя прежнего владельца. Одна из мотивировок нежелания челобитчиков перехо- дить под власть Климеца Опарина заключается в том, что ан «не суседнеи человеке». А. В. Арциховский полагает, что это значит: «слишком далеко живет». Между тем, по- видимому, челобитчики имеют в виду другое. Они счи- тают, что Климец Опарин не имеет права владеть ими, так как он не является совладельцем земли, принадлежа- щей Михаилу Юрьевичу. Другой аргумент, выдвигаемый крестьянами в обосно- вание просьбы пе передавать их Климецу Опарину, А. В. Арциховский усматривает в словах «волено бъ дей- ты», понимая их как указание на своеволие нового вла- дельца. Мне представляется более правильной отвергае- мая А. В. Арциховским разбивка данного текста на слова: «волено бъ де и ты», смысл которых таков: «воленбог, да и ты». Я считаю более убедительной такую транскрипцию по аналогии с берестяной грамотой № 310, содержащей крестьянское челобитье со следующей концовкой: «Наде- емся, осподине, па бога и на тебя, на своего осподна». В конечных фразах двух сравниваемых челобитных отражается представление крестьян о том, что если они выполнят нормированные обычным правом или специаль- ной записью определенные повинности в отношении вот- Чи®ика, во владениях которого имеют землю и ведут хо- зяйство, то никакой другой землевладелец не имеет права посягать на их земельный участок, труд, личность. Документ № 311 интересен тем, что он рисует протест Рестьян против отчуждения их феодалом с землей. Фак- п°Д°бного рода сДелок между землевладельцами, объ- °м которых были крестьяне, для XV в. известны (хотя 173
и не в большом числе) 31. Отношение же к ним крестьян известно не было. Как видно из новгородского документа на бересте № 311, крестьяне выступали против подобных1 актов отчуждения. О покупке крестьян («сирот») говорит и новгородская берестяная грамота № 178 (XIV в) 32: «Поклонъ от Сино- фонта ко брату моему Офоносу. Буди тоби сведрмо, купп- ле есомъ перво Максима Ещерски уездъ и Замолмовсовп и свое сирота в Симовлм, а на Хвоппи. А Максиме, Иване Широки ту же быле». Это сообщение об акте купли людей с землей, оформленном в присутствии двух свидетелей (послухов). Значительное число берестяных грамот содержит ма- териал, характеризующий право крестьянского «выхода» и стеснение этого права. Остановимся сначала па характеристике документов XIV в. В берестяной грамоте № 102 (XIV в.) 33 говорится: «Поклоно о[т] Ф...еси велиле, велиле верше имати, творяце и виновата. Одину три коробеи оув-Ывалка оузяле. Ста- роста Олескапдрова погоста бееть целомъ, стобы еси, гос- подине, окупило п[х и с]лово34 положиле со мною, аже ти... оку нити ихъ, тиы отошлии». А. В. Арциховский переводит текст таким образом: «Поклон от Ф... ты велел, велел отобрать хлеб, объявив их виноватыми. Сразу три коробьи у Иванка взял. Староста Александрова погоста бьет челом, чтобы ты, господин, окупил их... слово положил со мною, что тебе... окупить их, ты отошли». В. Л. Янин полагает, что грамота была адресована нов- городскому посаднику Онцифору Лукиничу35. Отправле- на она была каким-то боярским приказчиком пли ключ- ником. Смысл текста в значительной степени разъясняется в результате его сопоставления с двумя статьями Псковской судной грамоты (44 и 51). В ст. 44 сказано: «А государю 31 Л. В. Черепнин. Образование Русского централизованного го- сударства в XIV—XV вв., стр. 216—217. 32 А. В. Арциховский н В. И. Борковский. НГБ (1955), стр. 62—64. 33 Л. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1953-—1954). стр. 30—31. 34 Утраченный текст восстановлен предположительно. 35 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 115. 174
изорники, или на огородники, или на кочетнпки волн) Яавзакличь своей покрути и сочить серебра и всякой вер- я п0 имени, пли пшеница ярой или озимой, и по отроку государеву или сам отречется». Это значит, что землевла- делец имеет право требовать с зависимого от пего кре- стьянина, огородника или рыболова, и без письменного документа, путем устной публичной огласки своей пре- тензии, ссуды — денег и всякого хлеба, указывая, какого именно: пшеницы яровой пли озимой, независимо от того, с чьей стороны состоялся отказ — землевладельца или крестьянина, огородника или рыболова. Ст. 51 рассматри- вает тот случай, когда крестьянин станет отрицать факт получения ссуды от землевладельца, говоря: «я жил в твоем имении, но ничего тебе не должен» («А коли изор- ник имет запиратся у государя покрути, а молвит так: у тебе есми на селе живал, а тебе есми не виноват...») 36. Судя по берестяной грамоте № 102 от боярина Оннп- фора Лукииича (или другого землевладельца») «отошлип» (т. е. «отказались», заявили об уходе) крестьяне. Он объ- явил их «виноватыми», т. е. должными ему. и распоря- дился насильно изъять у них «верши» '(хлеб). Ключник выполнил господское распоряжение применительно к од- ному крестьянину — Иванку, у которого были взяты три коробьи зерна. Тогда в дело вмешался староста Алексан- дрова погоста. Естественно возникает вопрос: причем он здесь? Может быть, ответ на этот вопрос поможет дать сопоставление берестяной грамоты № 102 с княжескими грамотами середины ХА’ в. об «отказе» белозерских сереб- ренников. У старосты Волочка Словенского была спе- циальная грамота князя Михаила Андреевича Белозер- ского, согласно которой он имел право принимать на чер- ные земли из деревень Ферапонтова монастыря «половни- ков в серебре», т. е. крестьян-издольщиков, задолжавших Монастырю. Переход крестьян мог совершаться круглый ?ОД («межень лета и всегды»), причем переходившему в олочек Словенский крестьянину давалась на два года Рассрочка в уплате монастырского долга. Впоследствии та грамота была отменена, и условия крестьянского пере- стали более трудными37. Можно думать, по аналогии, что староста Александро- 37 вып- В, стр. 292—293. АСЭИ, т. ill, стр. 307, X? 326. 175
ва погоста (где были черные, государственные земли) обратился к боярину через его ключника с челобитьем установить сумму откупа, который должны внести ушед- шие в черный погост крестьяне, и дать им возможность со временем погасить долг. Перед нами картина борьбы между землевладельцем и крестьянами, возникшей на экономической почве. Средством борьбы является кресть- янский отход. Староста местного погоста вынужден вы- ступить на защиту крестьянских интересов. По Псковской судной грамоте полагалось в том случае, когда крестьянин станет отрицать свою задолженность вотчиннику, требо- вать от последнего представления свидетелей того, что оп выдал крестьянину подмогу. Вот приказчик и предлагает господину поручить ему договориться со старостой Алек- сандрова погоста по вопросу о задолженности крестьян их прежнему владельцу. К XIV в. относится и дефектная берестяная грамота № 356 38: «...прокроутоу посъли, твоей ж... оу тьбь сьл... г[оспо]жя воля и твоя». А. В. Арциховский указывает, что письмо адресовано госпоже и написано ключником или крестьянами. Термин «прокрута» А. В. Арциховский сопоставляет с «покрутой» Псковской судной грамоты. Думаю, что А. В. Арциховский нашел правильный путь к раскрытию смысла документа. Дать его полный перевод невозможно, ибо в нем слишком много разрывов. Но, по-видимому, речь идет о какпх-то спорах между крестьянином и землевладельцем по поводу взыскания первым с последнего данной ему ссуды. Псковская судная грамота в случае подобной тяжбы иногда предоставляла господину («государю») на выбор: взять на себя присягу ио спорному делу или дать присягнуть изорнику: «...пно го- сударю, правда давши, взять свое, или изорнику верит, то в о л я государева»39. Фраза в берестяном письме № 356—«госпожя воля и твоя» вполне соответ- ствует этой формуле Псковской грамоты, так же как ана- логичной формуле, имеющейся в другой статье этого юридического кодекса: «...государю доброволпо искать остатка своего покруты»40. 38 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 49—50. 39 ПРП, вып. II, стр. 293, ст, 51. 40 Там же. стр. 296. ст. 76. 176
Грамота № 359 (рубежа XIA’ и XV вв.) 41 гласит: Покло от Парфения к угумяну. Осподине, како есьмъ яорядилесе, тако п живу. А Васплке 42 село Пустоши вежу свезло, двере 3 свезле. А Селоанавхыхъ 43 се грозитьцс у Ладогу звати. Осподине, о всемъ томо нопаболлсо». Это, очевидно, челобитье крестьянина на имя игумена, с которым он заключил «ряд» о получении для обзаводе- яия хозяйством земельного участка под условием несения обязанностей наряду с другими крестьянами. Именно в этом смысле употребляется в документах термин «поря- диться». «...Порядил есмп, господине, на пустоты на мо- настырские на Крутец да па Красное селище своих крестьян, л хоромы, господине, себе на тех пустошах по- ставили и леса, господине, себе посекли...»,— рассказывал в 1504 г. па суде старец Троицкого Колязина монастыря Касьян 44. Он делал то же, что и игумен Парфений: при- влекал в свою вотчину жильцов, труд которых был необ- ходим для эксплуатации земли. Подобным же образом в 1496 г. дворский Тропыня «рядил» двух крестьян, кото- рых «посадил» на селище Матренкипе 4.5. Выражение «...тако и живу» в берестяпой грамоте № 359 тоже имеет определенное социально-экономическое значение. «Жить» за феодалом означает для крестьянина: 1) освоить землю под поселение; 2) из года в год ее воз- делывать и 3) выполнять повинности на земельного соб- ственника. Селянин, который «живет» за землевладель- цем, постепенно превращается в «старожпльца». Так, в правой грамоте конца XV в. приводятся слова крестья- нина Троице-Сергиева монастыря: «Яз, господине, в той деревне Сарычкипе жил за монастырем, а поставил, гос- подине, тое деревню отець мои..., да жил, господине, в той Деревне отец мои за монастырем тритцать лет..., а яз, господине, после отпа своего ж п в у в топ деревне десять лет» Да пахал семи, господине, десятлпы па монастырь... восемь лет» 46. Мы не знаем, сколь давно «порядился» за игумена аРфения автор берестяного челобитья № 359. не знаем, 42 д- Арциховский, НГБ (1958—1961), стр. 52—54. 43 д • Арциховский ставит здесь запятую. 44 А- В- Арциховский читает: «...Селоана вхыхъ». и т- HI, стр. 187, № 173. 48 тМ Же’ СТР- 177, № 163. *ам же. т. 1. стр. 539. ЛЬ 628. 777
и каковы были его повинности. Но общие социально-эко- номические условия его бытия, бесспорно, не отличались от тех, о которых рассказал троицкий крестьянин. В противоположность автору грамоты № 359 второй крестьянин, Василько, не захотел жить во владениях игу- мена Парфения и свез в другое место47 «вежу» и «двери* (конечно, при этом он ушел и сам). А. В. Арциховскийсчи- тает, что «вежа»—это шатер, «двери» — деревянные две- ри домов, которые легко снимались с петель. Но зачем кре- стьянину понадобилось их увозить? Ответить па поставлен- ный вопрос может помочь ст. 88 Судебника 1550 г., в кото- рой говорится, что «пожилое» при крестьянском «отказе» взыскивается с «ворот», т. е. берется со всех жилых зданий, помещающихся за оградою с одними воротами, независи- мо от величины, застроенности и личного состава двора48. Чтобы платить поменьше, Василько, вероятно, и увез лиш- ние ворота с того двора, где раньше жил. Уйдя из имения Парфения, Василько грозится «звати» в Ладогу (куда, очевидно, он переселился) «Селоанавхых» (т. е. вероятно, сыновей Силуяпа, может быть, живших с ним в одном дворе)49. В документах часто говорится о пе- резыве землевладельцами чужих крестьян, особенно из пределов не своего, а других княжеств («а кого к себе игу- мен призовет людей из иного княжения...»)50. Допустимо думать, что Василько, перейдя в Ладогу к другому госпо- дину и -получив от него земельный участок, взялся при- влечь туда и своих бывших односельчан из имения Парфе- ния. Такие случаи бывали. В 1527 г., например, митропо- лит Даниил «пожаловал» своего крестьянина Дементия Но- викова землями и поручил ему на них «людей ... призы- вать, и деревни ставитп, и слободу збирати, и лготпые ему грамоты на урок давати...» 51 Не выступал ли в подобной роли и Василько? Это-то п могло испугать автора челобитья As 359 и побудить его об- ратить внимание игумена Парфения на необходимость при- нять меры. Ведь уход одних крестьян увеличивал подат- 47 Неясная конструкция фразы не позволяет судить: вышел л11 Василько из села Пустоши или, напротив, перешел туда. 48 «Судебники XV—XVI веков». М.— Л., 1952. стр. 73. 320. 49 А. В. Арциховский считает, напротив, что сам Силуян ГР0' зптся звать (кого п зачем.— исследователь не говорит). 50 АФЗХ. ч. I, стр. 205. № 234. 51 Там же. стр. 270. А? 311. 178
кые тягости для других. И это било уже не по феодалу, апо зависимому населению феодального имения. Начальную статью письма № 359 весьма напоминает начало берестяного документа № 357 (XIII—XIV вв.) 52: «Поклоно отто Юрки ко Марн. Цто есомо оу тебе свезли на..л Грамота № 359— это обращение крестьянина к лицу, возглавляющему духовную корпорацию (игумену). Грамо- ту № 357, надо думать,—также крестьянин (ибо он титу- лует себя уменьшительным именем Юрка) адресует к зем- левладелице, сообщая ой, что у нее «свез». По Псковской судной грамоте если крестьянин (изор- ник) возбуждал иск против своего господина, требуя от не- го какое-то имущество, а свидетели из числа местных лю- дей показывали, что имущество эго господское, то дело решалось в пользу господина. «А изорник поимается за жывот у государя, и государь изведется тем, за что изор- ник попмался за свои жывот у государя, а сторонним лю- дей ведомо будет и околным суседом, што государево,— ино изорник не доискался, а государь прав» 53. Вероятно, такой спор об имуществе был у Юрки с Марией. Дошло ли тут дело до суда,— неизвестно. Но то ли на случай суда (если его еще не было), то ли после суда (если он был) Юрка записал, что было предметом его спора с госпожой и что он присвоил, сообщив об этом госпоже. К началу XV в. относится берестяная грамота № 31054, текст которой55 звучит следующим образом: «Цълобптие осподину посаднику новгороцкому Онедрию Ивановицю от тьъегь клюциика от Вавулы и от твоихь хрестияно. кото- рые хрестпяпи съ лова пришли за тебя, Захарка да Нестер- ке, жили за Олексее за Щукою. Ноне, осподппе, Олексии не ходе намъ ржы дати. Како ся. осподине, нами, своими хрестияны, попецялишсе. Надеемся, осподине, на бога и на тебя, на своего осподна» 56. А. В. Арциховский отметил, что грамота интересна для изучения вопроса о праве крестьянского «выхода». Он счи- тает, что в приведенном документе речь идет о внутривот- “ Л. В. Арциховский. НГБ (1958—1961). стр. 50. ” ПРП. выл. II. стр. 297, ст. 87. А- В- Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), ®тр. 142—144. 5в £Рамота написана очень отчетливо. 1411 4йосаднпк Андрей Иванович упоминается в летописях в 1401, 1 V5 п И21 гг- (ППЛ. стр. 164, 396. 402. 405; ПСРЛ, т. III, стр. *и’ т. IV. ч. 1, вып. 2, стр. 431). 179
чпином переходе крестьян. «Захар и Нестор переходят це впервые,— пишет А. В. Арциховский,— они когда-то цр1ь шли под власть Андрея Ивановича ,,с лова14, т. е. были д0 того охотниками. Затем они жили за Алексеем Щукою, ве~ роятно, мелким феодалом, вассалом крупного феодала», посадника... „Ноне44 Алексей отказал челобитчикам во ржи и они уже не считают себя за ним, говорят о нем и о себе в прошедшем времени: „жили44. Они просят Андрея устро- ить их в другом месте, и ключник поддерживает их прось- бу». Мне думается, что текст рассматриваемого документа следует понимать несколько иначе. Речь идет не о внутри- вотчинном переходе, а об уходе крестьян пз владений од- ного феодала (Алексея Щуки) в вотчину другого (посад- ника Андрея Ивановича). Никаких данных о вассальной зависимости первого землевладельца от второго в тексте нет. Существо дела заключается, как можно думать, в сле- дующем. Ключник посадника принял в имение последнего двух крестьян, ушедших от своего прежнего господина*'. Но последний отказался вернуть принадлежащий им хлеб (речь может идти как о не снятом еще с крестьянского на- дела урожае текущего года, так и о прошлогодних з<ша- сах). Ключник от своего имени и от имени крестьян, гос- подином которых теперь является посадник, подает послед- нему челобитную, чтобы он помог крестьянам добиться от старого владельца возврата их зерна. Судя по разбираемой грамоте, в Новгороде в момент ее составления еще не было зафиксированного законом опре- деленного в пределах года срока, когда разрешался «отказ» крестьян от своих владельцев. Дело обстояло, очевидно, примерно так же, как на Белоозере, где до середины XV в. «отказы» крестьян происходили в течение всего года («ме- жень лета и всегды»)5S. С середины XV в. вводится посте- пенно один срок в году для крестьянских «отказов»: в пре- делах Северо-Восточной Руси — «Юрьев день осенний»» или 26 ноября; в Псковской земле — «Филиппово заго- венье», или 14 ноября. Новгородская берестяная грамота № 310 рисует отно- 57 58 57 Выражение «с лова» указывает, что крестьяне, имея пашен- ные участки, занимались и рыболовством. (В Псковской земле та- кие крестьяне назывались «котечниками», или «кочетникамп»)- 58 АСЭИ, т. II, ст]). G1-G2, № 101; стр. 81—82. № 138; стр. Iй’ № 177; стр. 124—125, А? 193; стр. 185, № 276; стр. 307, № 326. 180
щенпя, по-видимому, накануне официального ограничения поава крестьянского выхода определенным сроком. Но в берестяной грамоте имеются указания па другие ограниче- ния этого права. Данный документ является как бы иллю- страцией к положению Псковской судной грамоты о произ- водстве специального расследования по поводу того, какая часть имущества крестьянина должна быть отдана госпо- дину в возмещение данной последним первому ссуды59. Отсюда и спор о «ржи» между Алексеем Щукой и его кре- стьянами. По-видимому, о крестьянском «отказе» речь идет в от- рывке грамоты № 373 (XV в.)60. Здесь можно прочитать: «...серба о недею, а нине говори ... им ... ин ... ъ, а здпсо Коурила мезенъ отъялъ и куни ... е о томъ попецалисе, ка тому би...» Слово «мезенъ». как указывает А. В. Арциховский, означает жаркую, летнюю пору, лето. При толковании термина исследователь ссылается на договор Новгорода с великим князем Ярославом Ярославичем Тверским ХШ в.: «А куда пошло судии твоему ездити.по волости, ехатп им межень по Петрове дни»61-. Та же статья в договоре Новгорода с тверским князем Михаилом Ярославичем на- чала XIV в. передана следующим образом: «А судиям твоим ездитп но волости, куда пошло, лете с Петрова дни, по пошлине» 62. Из сопоставления этих двух документов вытекает равнозначность выражений «межень по Петрове дни» п «лете с Петрова дни», указывающих па вторую по- ловину лета, с 29 июня. Раскрыв значение термина «мезенъ» — «межень», А. В. Арциховский недоумевает, каким образом и что от- нял Кирилл: «вероятно,—говорит он,— речь идет о ловле рыбы в это время (т. е. летом) или о чем-либо подобном»; «возможно, Мезен здесь название местности». Может быть, глагол «отъял» относится к слову «куны»: Кирилл отнял летом у кого-то куны (деньги). В связи с Данным текстом хочется еще раз вспомнить грамоту бело- ярского князя Михаила Андреевича середины XV в. во- лостелю Волочка Словенского об отмене разрешения при- ** ПРП. вып. 11, стр. 292—293, статьи 44, 51. 7 А. В. Арциховский. НГБ (1958-1961), стр. 71-72. 7 ГВНП, стр.10, Хе 1. Там же, стр. 17, № 7. 181
нимать в волость, которой он управлял «межень лета ц всегды», «половников в серебре» из деревень Ферапонтова монастыря63. Теперь для «отказа» таких крестьян было установлено определенное время в году: «две недели д0 Юрьева дни и неделя по Юрьеве дни». При этом крестья- не, покидавшие монастырские владения, должны были тут же ликвидировать свою задолженность в отношении мо- настырских властей, в то время как раньше им давалась рассрочка на два года «без росту» (т. е. без взыскания процентов с долговой суммы) С4. Может быть, в берестяной грамоте № 373 и имеется в виду «отказ» Кириллом половников «межень лета» и взыскание с них «серебра» («кун»). Тот, кто пострадал от этого (скорее всего прежний владелец крестьян), пода- ет жалобу органам власти, просит «попечалиться» (т. е. рассмотреть его жалобу) и указать, как ему действовать («как тому быть») 65. Подводя итоги рассмотрению материала ряда берестя- ных грамот, можно сделать некоторые выводы относитель- но тех процессов, которые происходили в новгородской де- ревне в XIV—XV вв. Во-первых, там наблюдалось эконо- мическое неравенство. Часть крестьянства находилась в тяжелом материальном положении. Группа половников во главе с ключником Кощеем жалуется барину, что у одних лошади охудали (оплошали), у других их нет совсем. Крестьяне Шпжиенского погоста деревни Побратилова в результате того, что мороз побил у них хлебные всходы, 03 Этот документ мы привлекали при комментировании бере- стяных грамот № 102 и 310. 84 АСЭИ, т. II, стр. 307, № 326. 85 Нет ничего невероятного, что слово «мезен» употреблено в грамоте № 373 в значении «межьник» — пограничный, межевой знак. Этот термин находим, например, в грамоте второй четверти XII в. великого князя Всеволода Мстиславича Новгородскому Юрьеву монастырю на Терпужский погост Ляховичи (ГВНП. стр. 140, № 80). Если так, то смысл письма № 373 заключается в том, что Кирилл захватил, перейдя межу, чужие земли п этим нанес денежный убыток их владельцу. Слово «мезень» созвучно еще слову «мезпннии» — меньше6- В Лаврентьевской летописи под 1176 г. упоминаются «новип ясе людье мезинип володимерьстии». т. е. люди мепыиие, стоящие вни- зу социальной лестницы. Но я не думаю, чтобы это давало право относить термин «мезен» в грамоте № 373 к Кириллу и толковать его как определение социальною состава последнего. Все же наиболее правдоподобным является понимание гран ты № 373 как текста, трактующего о крестьянском отказе. 182
ос<таЛИСЬ без зеРна Для посева, им нечего есть, и они го- воря1’ что погибнут, если господин им не поможет. Не знают, что им делать без лошадей и семян какие-то «вдов- кины дети». Тяжелое положение усугублялось притеснениями вот- чинной администрации. В одном из имений Юрия Онци- форовича «буянить» ключник, и крестьяне никак не мо- гут его задобрить. Сельское население другой вотчины того же землевладельца заявляет, что нм «сил нет» вы- носить поборы п штрафы, которыми их обременяет при- сланный господином управитель. Жители Шижнепского погоста недовольны тем, что ключник заставил их пере- нести чей-то двор с одного участка на другой и это как-то ударило по их землепользованию. Близкую по характеру жалобу подают крестьяне Терех п Тимоша. Один из мотивов крестьянских жалоб — это отчужде- ние господами вместе с землей и возделывающих ее зем- ледельцев. Один феодал (Михаил Юрьевич) передал де- ревеньку другому (Климецу Опарину). Феодал Ксенофонт купил «сирот» с землей и рассказал об этом в письме свое- му брату. В ряде берестяных грамот отразились споры крестьян с господами в связи с «отказами» и выходами с занимае- мых ими земельных участков. Частновладельческие кре- стьяне переходят на черные земли, и староста черного погоста поднимает вопрос перед прежним пх барином о разрешении погасить пх долг по «покруте» в рассрочку. Крестьянин землевладелицы Марии Юрий, уйдя из ее вла- дений, «свез» имущество, на которое, по мнению госпожи, яв имел права. Землевладелец Алексей Щука захватил хлеб, принадлежащий крестьянам Захару п Нестору, ко- торые перешли от него в вотчину посадника Андрея Ива- новича. Монастырский крестьянин Василько, чтобы сни- зить норму «пожилого», платимого при «отказе», свозит «двери» с ворот своего двора. Все это конкретные эпизоды жизни новгородской де- ревни. Положение крестьян менялось к худшему. Причина зтого кроется, по-видимому, в событиях общего характе- ру происходивших на Руси. Надвигался процесс государ- ственной централизации. Он затрагивал все русские земли княжества, где усиливались закрепостптельные тендеп- адн, а это порождало недовольство крестьян, вызывало пх с°протпвленпе господам. 183
§ 2. Классовая борьба крестьян Легальной формой проведения крестьянами в жизнь своих требований была подача челобитных — индивиду, альпых и особенно коллективных. В челобитных крестьян достаточно четко отражаются классовые противоречия в феодальной деревне и выступает то, что пх беспокоило и тревожило. Выше уже был разобран ряд челобитных па бересте. Можно привести еще несколько документов по- добного рода, к сожалению, дефектных, в силу чего годер. жание их остается неизвестным. Отрывок коллективной челобитной крестьян деревни Мравгицы (Мравичи, Муравичи), очевидно, во главе со старостой, адресованной землевладельцам Юрию и Афа- насию Онцпфоровичам, представляет собой берестяная грамота № 273 (XIV в.) 6б. Но дошли до нас от нее толь- ко две строчки: «Поклоно от Павла и от всих Мравгици ко Юрегу и ко Офоносу...» Таким же коллективным челобитьем крестьян села Пашозера, вместе со своим старостой Михаилом, па имя сотского Максима Онцифоровича и других является гра- мота № 279 (XIV в.) 67; «Поклонъ от старосте от Михале и от всехъ пашезерчевъ къ сотскымъ къ Максиму и ко Онапии и к Къст...» От грамоты № 284 (XIV в.) 68 до нас дошел конец письма: «...и своя, ань ся вамо... осподь своей...» Выраже- ние «осподь своей» встречается в крестьянских челобит- ных,— например: «а хрестьяну вашь вамъ, своей осподл, цоломъ бею» (№307). Ничтожный отрывок уцелел от грамоты № 308 (XV в.)69: «...[господину70 Михаилу Юрьевичю... твои Зеповеи...» Притяжательное местоимение перед именем существи- тельным «Зеновеи» дано или в единственном («твой»)> или во множественном («твои») числе. Если в единствеп- 88 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), стр. 99—100. 67 Там же, стр. 105—107. 88 Там же, стр. 111—112. 69 Там же. стр. 140—141. 70 Пли «[Осподп]ну»,плп «[Г]пу» (конъектуры Л. 13. ЛрцихоП' ского). 184
ном, то можно предположить, что перед этим местоиме- нием было: или «паробок» (как в № 301), или «клюцнпк» (как в № 310), или что-то аналогичное. Но вернее надо читать «твои», а пе «твой» (т. е. подразумевать множест- венное число). Тогда приходится предположить, что за Зиновием были названы другие имена, а перед всеми ними стояло «слуги» (№ 352) пли, возможно, «крестьяне» («хрестяне», «крестьяне», «хрестиянп», «хрестянп», «хре- стьяни» (№ 94, 157, 307, 310, 311, 313), или, наконец, «по- ловники» (№ 242). Не исключена возможность, что было указано и место жительства крестьян (как это мы нахо- дим, например, в № 157 и 311 — «Черенщани», «Черен- шани», № 307 — «Избоищане», № 313 — «Смердынь- скии») J Обращение к «господину Михаилу Юрьевичу», очевид- но, заканчивалось словами «целом» («целомо», «целом», «челом», «чолом») «бьеть» или «биють» («биют»). Вероятно, в четырех рассмотренных челобитных, со- хранившихся в дефектном виде, содержались жалобы при- мерно того же порядка, что и в грамотах, которые мы разобрали выше. Одной из характерных черт крестьян- ской психологии является наивная вера, что все беды происходят главным образом от вотчинной администрации, а сам вотчинник является верховным судьей и защитой: он, как господь бог, далек от простого народа, но на него вся надежда. «Надеемся, осподине, на бога и на тебя, па своего осподна» (№ 310); «волено б[ог]ъ де и ты» (№ 311). Однако в просительный п почтительный тон челобитных иногда вкрапливаются и требовательные нотки: «А мы его (нового господина, которому их передал прежний владе- лец), не хътимо» (№311). Подача крестьянами челобитных принимала массовый характер, и это вызывало у представителей господствую- щего класса беспокойство, так как от легальной формы защиты своих интересов крестьяне могли перейти к актив- ному социальному протесту. В этом отношении представ- ляет интерес берестяная грамота № 301 (XV в.) 71: «Ос- лодиню Михаилу Юрьвицу, синю посадницу. Паробокъ Кля цоло бие. Како, осподине, пожалуеши волости. Половили пуста, и которъ осталпся, ити хотя. Жалуби л 71 А В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957), СтР- 132—133. 185
хотя, осподпне, жалоби, цоби, осподпне, подати оубави- ти72. А тоби, своему осподиню, доломи бию». А. В. Арциховский, интерпретируя текст документа указывает, что слово «паробок» значит слуга, Кля-— уменьшительное имя и что грамота свидетельствует о по- бегах крестьян из-за больших податей. Действительно, перед нами донесение слути вотчинни- ка своему господину о том, что принадлежащая ему во- лость запустела, так как из нее разошлось до половины крестьян, обремененных непосильной тяжестью податей. Может быть, это «выходы» в порядке «отказа», а может быть, и побеги. Важно указание па намерения крестьян, не ушедших из волости. Если читать текст так, как предлагает А. В. Арциховский («...пти хотя. Жалубп хотя...»), то можно сделать вывод, что и оставшиеся крестьяне грозят разбежаться или разойтись, осуществляя свое право «от- каза». Если следовать моей разбивке текста на слова («...п ти хотя жалубп...»), то, очевидно, смысл его надо видеть в угрозе крестьян подать жалобу на вотчппную ад- министрацию. Кому же они намеревались жаловаться? Вероятно, новгородским посадникам и вечу. Надо думать, предполагалось нечто вроде того, что произошло в 1486 г. в Пскове, куда явились «обпднии люди» из псковских пригородов и волостей с челобитьем посадникам и «всему Пскову» на княжеского наместника73. Это челобитье было предвестником восстания. Кстати сказать, и берестяная грамота № 301 (так же, как № 310) может пролить некоторый свет на причины имевшего место в Новгороде в 1421 г. (как мы знаем из летописей) 74 восстания против посадника Андрея Ивано- вича (с именем которого связан документ на бересте № 310). В движении 1421 г., вероятно, принимали участие не только горожане, но и крестьяне, в жизни которых 72 Я бы предложил в некоторых случаях иную расстановку знаков препинания и другое деление текста на слова: «Како. оспо- дпне, пожалуеши. Волости половиня пуста. И которъ осталися, и ти хотя жалуби. Хотя, осподпне, жалобн, цоби, осподпне, подати оубавити. А тоби, своему осподиню цолом и бию». Моя транскрип- ция в некоторых частях совпадает с транскрипцией В. И. Борков- ского (Л. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ, 1956—19э7, стр. 177). 73 «Псковские летописи», выл. II, стр. 69. 71 ПСРЛ, т. Ill, стр. 140; т. IV, ч. 1. вып. 2, стр. 431. 186
происходили серьезные перемены (усиление податного гнета, стеснение права «выхода»). Имеются сведения об активном неповиновении кресть- ян приказу господина. В дефектной берестяной грамо- те № 345 (XIV в.) 75 сохранились слова: «...а звало есмь васо в городо, и вы моего слова нь послушали. А како приеДУт0 по васо дворянь, тако будптъ». По месту наход- ки и соседству с другими документами В. Л. Янин счи- тает вероятным, что грамота написана посадником Онци- фором Лукиничем76 77. Общий смысл текста ясен. Боярин вызвал в Новгород своих крестьян, но они его не послу- шались, и он грозит отправить за ними специальных лиц из государственного административного аппарата (как по- садник, он может это сделать сам). Некоторый свет на берестяную грамоту № 345 проливают Новгородская и Псковская судные грамоты. Новгородская судная грамота говорит: «А кто кого позовет в селе позовкою или дворя- нином...» Следовательно, различаются две формы вызова в Новгород сельского населения: добровольно письмом и насильно через специальное лицо, облеченное полномо- чиями,— дворянина11. Первый способ, *к которому прибег Онцифор Лукпнич (если он подразумевается в берестяном акте № 345), не подействовал. Крестьяне упорствовали. Он предупреждает их, что прибегнет ко второму способу. Более детально вопрос об уклонении виновного от явки на вызов по «позывнице» («стулится от позывницы») рас- сматривает Псковская судная грамота78. Это также иллю- страция к берестяной грамоте № 345. Мы не знаем, в чем заключалась вина крестьян Онцп- фора Лукпнича (или иного новгородского вотчинника). Но налицо сам факт их неповиновения господской власти и реакции на это боярина в виде угрозы применить на- силие. Неповиновение, вероятно, чаще всего выражалось в от- казе от выполнения повинностей. Об этом, по-видимому, говорит берестяной текст № 352 (XV в.) 79, дошедший до нас с большими разрывами: «...андровичю сыну посадни- 75 А. В. Арциховский. НГБ (1958— 1961), стр. 33. 78 В. Л. Янин. Я послал тебе бересту.... стр. 115. 77 ПРП, вып. 11, стр. 218. ст. 41. 8 Там же, стр. 289, ст. 25. А. В Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 40—41. 187
чю. Слуги твои, г[осподи]не... мосюку, што еси, г1осподц]Нв хлебо велело и... тошомо, ино тото хлебо, г[осподи]не, кре^ стьяне перемо... г[осподи]не, не слушали, а которые, г[ос- поди]не, остат... ыты, г[осподи]не, молотимо, да сыплемо г[осподи]не, в жы[тницы] и хлеба, г[осподи]не, перемоло! тили кретеяне». В грамоте слишком много дефектных мест. Поэтому очень трудно восстановить ее связный текст. А. В. Арди* ховский относит грамоту к 20-м годам XV в. В 1421 г. умер посадник Александр Фомияич. В грамоте, по-види- мому, упомянут его сын. Слуги последнего сообщают свое- му господину о ходе работ по обмолоту зерна в его вот- чинах. К этому привлечены крестьяне, причем в грамоте имеется какое-то противоречие. С одной стороны, крестья- не оказывают неповиновение во время работ, с другой стороны, указывается, что они перемолотили хлеб. Ве- роятно, противоречие это мнимое, возникающее у читате- ля лишь в силу того, что он имеет дело с дефектным текстом. Может быть, некоторый свет на содержание бе- рестяной грамоты № 352 может пролить уставная грамота митрополита Киприана Царево-Копстаптиновскому мона- стырю 1391 г. Она появилась в силу того, что монастыр- ские «сироты» пожаловались митрополиту на своего игу- мена, который произвольно увеличивал барщину и оброк по сравнению с исконным вотчпнным обычаем. Митропо- лит произвел расследование, «какова пошлина в святом Констянтине, и как людем монастырским дело делати», и восстановил старые порядки. В числе крестьянских по- винностей в грамоте Киприана фигурирует п обязанность «на семя рожь молотити» 80. Может быть, и в берестяной грамоте № 352 речь шла пе вообще об отказе крестьян от работы, а об их борьбе за фиксированную ренту, т. е. о согласии выполнять по- винности лишь в пределах издавна существующих в вот- чине норм. Непослушание выразилось в нежелании рабо- тать сверх этого, и слуги вынуждены были уступить: кре- стьяне перемолотили то, что им полагалось, а обмолот остального слуги организовали уже на началах крестьян- ской барщины, может быть, руками дворовой челяди. Активными формами классовой борьбы крестьян были- присвоение собственности феодалов, их убийство, коллеь- 80 АСЭИ, т. III, стр. 16—17, № 5. 188
тввные на них нападения. Представители господствую- щего класса именовали эти преступления: «татьба», «ду- шегубство». «разбой». Кирилл Белозерский писал князю Андрею Дмитриевичу: «Тако же, господине, и разбоя бы я татбы в твоей вотчине не было. И аще не уймутся свое- го злаго дела, и ты их вели наказыватп своим наказанием, чему будут достоини...»81. О «татьбе» и «душегубстве» имеются сведения и в берестяных грамотах. В грамоте № 297 (XV в.) 82 говорится о том, что про- изошло в вотчине Михаила Юрьевича (сына посадника Юрия Онцпфоровича): «Целобитье от Сергия з братьей изъ Рагуилова г[осподи]ну Мпхаили Юрьевицу. Стогъ, г[осподи]не, твои ржанып цетверетьнъп тати покрали, ови- новъ пять свезли въ чъп...» Судя по обращению, это письмо одного из вотчинных приказчиков пли ключников своему господину. Перед нами случай коллективной «татьбы», о которой говорила еще Русская Правда: «Аже крадеть гумно или жито в яме, то колики их будеть крало, то всем по 3 гривны и по 30 кун»83. Псковская судная грамота включает кражу зерна в число преступлений, подсудных княжескому суду: «Се суд княжеи, оже клеть покрадут за замком... или вь яме (очевидно, хлеб в яме) пли скота украдают или сено сверху стога пмать. то все суд княжон...» 84. В берестяной грамоте № 297 о краже сообщается как о довольно заурядном случае. Очевидно, в вотчинных вла- дениях феодалов такие преступления, субъектами которых являлись крестьяне, были часты. О «татьбе» говорит п берестяная грамота № 256 (XIV в.) «...цп ерово крошено и тадбп, вопяре 86 тадбу свою 10 рублово на Григорицп и...» Текст отрывочный, но можно сказать, что речь в нем идет о хищении хлеба. «Ерово крошено» — очевидно, сня- тый и обмолоченный урожай яровых хлебов. Источники упоминают «ярь» «в земле» (посев), «па поле» (всходы), Там же. т. II. стр. 271. .V 312. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ стр. 126—127. Русская Правда. Пространной редакции, ст. 39. 85 Vй1’ вьгп* П’ СТР- 28С’ ст’ L СТр 8^83^ Арциховский и В. И. Борковский. ПГБ А- В. Арциховский читает «во пярр» и ставит чиная следующее слово с большой буквы. (1956-1957), (1956-1957), здесь точку. 189
«в стогах» (сжатый хлеб), «в житнице» (зерно) 87. В гра. моте № 256, вероятно, имеется в виду последнее, а может быть, даже мука. Выражение «вопяре», по-моему, не существительное с предлогом, как думает А. В. Арциховский («в опяре» или «во пяре»), а одна из форм глагола «въпрети» — «вьпре- ти» — «вопрети». «Малый юс», думается, ошибочно по- ставлен вместо «ъ» или «ь», и должно быть: «вопъре» «вопьре». «Претися» значит: спорить, состязаться; «въпре- тися» — начать спор, возбудить иск. Смысл текста, по-ви- димому, такой: кто-то поднял судебное дело против Григо- рия, обвиняя его в краже зерна (или муки) на 10 рублей. Допускаю, что можно читать не «вопъре», а «во пъре», т. е. не «начал спор», а «в споре». Но понимание грамоты от этого не меняется 88. В некоторых берестяных грамотах отражены случаи, когда «татьба» сопровождается «душегубством». В грамоте № 252 (XIV в.) 89 читаем: «[снох]у есть у мьнь убиле, а живото есть у мьнь розграбпле лезни мя въ Плищь... и снохою и своимъ грабьжъмъ поедъмъ в городъ кун...». А. В. Арциховский указывает, что «Плищь» — это, вероятно, название местности, ибо в новгородских пис- цовых книгах XV в. упомянуто несколько деревень по име- ни «Плищово». Слово «лезни» А. В. Арциховский сопо- ставляет с встречающимся в старинных белорусских актах термином «лезные людп» — люди, праздношатающиеся, не имеющие нп оседлости, ни постоянных занятий. Продол- жая это сопоставление, мне кажется, можно сделать вывод, что «лезни», «лезные людп» — те же «попрошаи», «попра- шатаи», о которых говорят грамоты Северо-Восточной Ру- си, запрещая им ходить по деревням и просить хлеба90. Появившихся в каком-либо населенном пункте «попроша- ев» («попрашатаев») предписывалось задерживать и от- правлять к князю на суд91. «Попрашаи», «лезни»—это, очевидно, крестьяне-бедняки, лишившиеся земли и не имев- 87 Г. Е. Конин. Сельское хозяйство на Руси..., стр. 157, 169. 88 По В. И. Борковскому (4. В. Арциховский и В. И. Борков- ский, НГБ, 1956—1У57, стр. 175), «вопяре» — повелительное накло- нение от «въперити»: «возбуди дело свое о краже (или —о возме- щении стоимости украденного)». 89 А. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ, 1956—1957» стр. 78—80. 90 АСЭИ, т. П, стр. 134, № 206; т. III, стр. 94, № 61. 91 Там же, т. III, стр. 50, ЭД 27. 190
средств к существованию. Налично таких социаль- 1£|П. элементов в деревне особенно стало беспокоить зем- ледельцев и органы власти в XV—XVI вв., когда в ЛьОцессе образования централизованного государства обо- дрялись классовые противоречия и люди, не имевшие Постоянного места жительства и занятии, казались опас- ными представителям господствующего класса. По-видимому, в берестяной грамоте № 252 речь идет о землевладельце новгородской местности Плищь, у кото- рого «лезнп» убили сноху и забрали имущество. Можно Думать, что это был акт классовой расправы. Не совсем понятна последняя фраза. Пострадавший собирается ехать в город, очевидно, Новгород. Зачем? Может быть, на этот вопрос даст ответ статья Белозерской уставной грамоты 1488 г., говорящая о том, как поступать, если будет совер- шено убийство, а убийцу не найдут: «...А учинится душе- губьство в коем стану пли в коей волости, а не допщутся душегубца, п они вины четыре рубли заплатят в стану или в волости, в коей душегубьство учинплося; а допщутся душегубца, и они его дадут наместником или их тиуном, а хрестьаном в том продажи нег» 92. Можно полагать, что случай, предусмотренный Белозерской уставной грамотой, как раз и произошел в Новгородской земле п его отрази- ла берестяная грамота № 252. Учинившие убийство и «гра- беж» «лезни» скрылись, они не найдены. И вот постра- давший землевладелец едет в город, чтобы искать по суду «кун» с тех, кто обязан произвести розыск виновных и представить их в суд, а до этого уплатить «вину», т. е. с жителей волости, где совершено преступление. Это пред- положительное, но, на наш взгляд, весьма правдоподобное объяснение смысла берестяной грамоты № 252. В грамоте № 135 (XIV—XV вв.) сказано: «Целобетье от Иева къ Василью Игнатьву. Цо еси посла детину да седла да выжля, потому опознавъ да отадбели, а цо было живота твоего и моего, то все взяли, а самого смертью каз- нили. А нонеце, осподин, пецалесь детьме моими» 93. Неясны в данном тексте слова «выжля» и «отадбели». Можно согласиться с А. В. Арциховским, что первое сло- Во означает: охотничья собака. Менее убедительны его Там же. стр. 39—40. № 22. СТр 75 В' АРЧЦХ()вский 11 В. И. Борковский. ПГБ (1953—1954). 191
соображения ио поводу второго термина: он считает, Что здесь допущена описка и следует читать не «отадбели», а «отбили». Ближе к истине чтение, предложенное Б. Л. ры, баковым: «о татбе ли». Однако, мне представляется, что перед нами не три слова, а одно, причем это глагол — украли. Сходный термин (только в другой глагольной фор. ме) встречаем в Псковской судной грамоте: «...изорничю брату, изорничю племяни государя не та тбит пи лукопь кл, ни кадки...» 94 95 Общий смысл текста, по-видимому, таков. Пев сообща, ет Василью Игнатьеву, что посланный им на оседланном коне с собакой «детина» (какой-то зависимый человек) был по дороге задержан и убит, а находившееся при нем имущество двух лиц, которые ведут переписку, было у него отнято. Слова «смертью казн или» свидетельст- вуют, что произошло не просто убийство с целью грабежа, а имел место акт возмездия, расправы, наказания за ка- кие-то преступления. В этом смысле выражение «к аз ни- ти смертью» употребляется в новгородских летописях «Детину», очевидно, специально поджидали и «казнили», лишь «опознав»,т. е. убедившись (по коню, седлу, собаке), что это он. Все изложенное говорит за то, что перед нами один из эпизодов классовой борьбы. Слуга, отправленный с господским поручением и имуществом, стал жертвой не- довольства им или его господином со стороны людей, при- надлежавших к другому социальному кругу, т. е. к фео- дально зависимому населению. Говоря языком феодально- го права того времени, произошли одновременно «душе- губство» и «татба». Последнюю фразу текста А. В. Арциховский перево- дит: «А теперь, господин, печалься с детьми моими». Б. А. Рыбаков понимает интересующие нас слова иначе, он считает, что в конце грамоты имеется не обращение к адресату «печаловаться» вместе с автором пись- ма, а констатация печального положения его и его детей: «А нонече, господин, печаль с детьми моими». Думаю, что ни тот, ни другой перевод не передают правильно сути 94 ПРИ, вып. II, стр. 297, ст. 86. Так же переводит слово «отад- болп» Л. П. Жуковская. 95 НПЛ, стр. 392. По мнению Л. П. Жуковской (НБГ. стр. 39), выражение «смертью казнили» — преувеличенно, подобное совре- менному фразеологическому обороту: «избить до смерти». С этим нельзя согласиться. 192
В действительности в тексте пе моральная сентсп- Д а просьба о правовой защите. Слова «а попеце, осно- пенал есь детьме моими» имеют такой же смысл, что и формула договора великого князя Василия Дмитриевича с великим князем тверским Михаилом Алек- сандровичем около 1396 г.; «А отнимет бог которого от нас, и вам, брате, п е ч а л о в а т и с я нашими кнегинами п нашими детми по животе по пашем»96. Здесь «печало- ваться» означает: взять иод свой патронат, оборонять от попыток нарушить интересы подзащитных. Нечто подоб- ное имеется в виду и в берестяной грамоте К» 135. Иев об- ращается к Василию Игнатьеву, вероятно более мощному феодалу, с просьбой защитить (возможно, возбудив иск в суде) интересы его детей, лишившихся имущества. Поскольку случаи крестьянских выступлений против землевладельцев, приказчиков, ключников были далеко не единичными, феодалы следили за настроениями крестьян в своих имениях и старались избавиться от подозритель- ных людей. О сгоне крестьянина речь идет в берестяной грамоте № 314 (XIV в.) 97: «...лобетье .от Олоферья къ Олекс[а]ндру. Велелъ есе его (сверху вписано: «Мекефо- ра») съгнате... чюлъ есмь от людьп, Мекефорко хъцьть оу тьбе прошатеся па Лупену. А на Л>непе человеки добръ, А ссбродну... не име...». А. В. Архицовскпй считает, что Александр — вотчин- ник, Олферип — ключник, Мпкифор — крестьянин. Мне кажется, что некоторое сомнение вызывает определение Олферья как ключника. Ключники обычно, обращаясь к вотчинникам, называют их «господами» («осподами»). Ско- рее, может быть, это кто-то из местных властей, с чьей по- мощью землевладелец (Александр) согнал со своей земли крестьянина (Микифора). Олферию было поручено Алек- сандром проследить и за последующей судьбой изгнанного (представлявшегося, очевидно, вотчиннику человеком опас- ным). По-видимому, Олферпй не просто сообщает Алек- сандру дошедший до него от «людей» слух о дальнейшей сУДьбе Микифора. Надо думать, что он производил специ- альный «обыск» о ошельмованном крестьянине (как это требовалось средневековым феодальным правом) и «обыск- *• ДДГ, стр. 43, № 15. СтР 148* ^^Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957). Л. В. Черепнин 193
ные люди» дали ему нужные сведения. Исходя из них, Од, ферпй не советует Александру давать Микифору участок и в другом своем имении, чтобы но пускать его в среду «добрых» крестьян. Слово «добрый» могло означать как че- ловека зажиточного, так и лицо хорошего (с точки зрения феодала) поведения. Может быть, грамота имеет в виду сразу оба эти значения термина «человек добр». Микифор же квалифицируется как представитель «сбродни», а по- следний термин А. В. Арциховский правильно считает рав- нозначным «збродиям» (очевидно, лихим, крамольным лю- дям). Словом, из документа ясно, что среди вотчинных крестьян были опасные для феодалов люди, с которыми они вели борьбу. Это свидетельство наличия классовых противо- речий в деревне. Особый интерес для характеристики классовой борьбы в Новгородской земле представляет грамота па бересте № 307 (XV в.) 98 99: «Осподсну Онд[рея]ну Михаил овицю, оспод[е]ну Микыти Мпхаилоцю, оспож[е н]ашеп Настасеи Михайлове жспе чоломъ бею хрестьяне Изобоищане. Здесе, осподо, у вашей вълости являются позовнице оу Горотъне, и зде яв- лятся ппозовипци ложивыи. Здесе, осподо, я[влятся ру]ку- писанпе лживыя. А перепесысысывають вашь не требу. И деякъ позовницпи, рукопесанпа лживыяа твориться. Печа- тале. И ва Парфе рукусаниеуея". А хрестьяну вашь вамъ, своей осподи, цоломъ бею». А. В. Арциховский убедительно доказывает, что в тексте упоминаются жепа известного уже нам вотчинника Михаи- ла Юрьевича и два его сына: Адриан и Никита. Речь идет, говорит А. В. Арциховский, о том, что в волости, принадле- жавшей наследникам Михаила Юрьевича (в нее входил ряд перечисленных в тексте селений), появились лживые (т. е. самозванные) позовнпки (судебные приставы). С ни- ми был дьяк позовнпчий (должность, пепзвестная по ДРУ' гим источникам). Составлялись фальсифицированные до- кументы, к которым прикладывались печати. Делалось это с целью вымогательства. Крестьяне, страдавшие от побо- ров позовников, стали просить защиты у своих господ. Мне кажется, что некоторые фразы в тексте грамоты 98 Л. В. Арциховский и В. И. Борковский. НГБ (1956—1957)» стр. 137—140. 99 Транскрипция В. И. Борковского: «И деякъ позовницип рук°' иесапиа лживыя а творяться печатал© и ва Парфе рукусаниуея» (там же, стр. 180). 194
ложно прочесть иначе, чем А. В. Арциховский, и тогда не- сколько изменится и понимание документа. Приведу эти фразы: «...А перепесысысывають, вашь не требу и деяк. По- зовнпци п рукопесанпа лживыя, а творяться, печатале...» В переводе данный текст будет звучать так: «А пере писывают имущество (крестьян), вас не требуя п дьяка (без вас и без дьяка, у которого имеется печать) 10°. Лжи- вые (фальшивые) позовницы (повестки о вызове в суд) й Другие документы (рукописания) действуют как настоя- щие, поскольку у них имеются печати 100 101 102. И в Парфе ру- кописания...» и т. д. Обращаю внимание на выражение «рукописания лжи- вым»? Что это за «рукописания», фабрикуя которые су- дебные приставы притесняли крестьян? Думаю, что речь идет о долговых документах, подобных тем, которые были захвачены в Новгороде во время восстания 1207 г., вызван- ного злоупотреблениями посадника Дмитра Мпрошкинича. По такого же рода документам, судя по грамоте № 307, новгородские позовники правили долги (реальные и мни- мые) с крестьян в середине XV в. Мне кажется, можно уточнить, когда это было. Грамота № 307 производит впечатление иллюстрации к тому, чго происходило в Новгороде в 1445—1440 гг. А события этих лет описаны в летописи так: «А в то же время не бе в Новегороде правде и праваго суда, и въеташа ябетници, изнарядиша четы, и обеты, и целованья на неправду, и на- чэша грабити по селам и по волостем, и по городу» |02. Од- ним пз проявлений этого «грабежа» «по селам и по волос- тем» как раз и было то, о чем писали в своем челобитье (№ 307) крестьяне. Как известно, в Новгороде в 1446—1447 гг. на почве судебного произвола произошло восстание, в ответ на ко- торое новгородское правительство выпуждено было еще раз реформировать законодательство. Появилась новая ре- дакция Новгородской судной грамоты 103. В ней находим 100 Перевод А. В. Арциховского: «А переписывают ваше (иму- щество) неправильно. И дьяк позовничпй...» 101 Перевод А. В. Арциховского: «...Рукописания лживые тво- рятся.^ Печатал (дьяк)». 102 НПЛ. стр. 425. В. Л. Янин также связывает грамоту № 307 с новгородскими событиями 1445—144G гг. («Я послал тебе берес- у-*'0.стР- 121 —123). 4 ?! В- Черепнин. Русские феодальные архивы XIV—XV вв., Г М., 1948, стр. 394-395? 7* 195
отражение обостренных отношений крестьянского населе- ния с судебными властями в 1445—1446 гг., о чем говорит- ся и в летописи, и в берестяной грамоте № 307. Новгород, ская судная грамота предусматривает случай, когда «прц, мут позовнпка в селе, а почнут над ним силу деять», т. задержат в селе позовнпка и применят к нему насилие 1Э4. Итак, и эта берестяная грамота кое-что проясняет в характере классовой борьбы в Новгородской земле. Новгородские документы на бересте рисуют различные формы социального протеста крестьян. Наиболее мирную и законную форму представляет собой акт подачи чело- битной. Но если это челобитье коллективное, то в его оформлении и цродвпжеппп присутствуют известные эле- менты сознания общности мирских интересов и организа- ции. Иногда этот элемент вносят отдельные представите- ли вотчинной администрации: некоторые ключники, ста- росты и пр. Челобитные подавались как господам-вотчинникам, так и органам государственной власти, причем в последнем случае они приобретали характер жалоб на господ. Это по было явлением единичным. «Паробок» посадничьего сына Михаила Юрьевича сообщал последнему, что половина на- селения принадлежавшей ему вотчины разошлась, рассчи- тывая путем подачи жалоб добиться снижения податей, а те, кто еще не ушел из волости, готовы сделать это в лю- бой момент. От челобитий как легальной формы классовой борьбы крестьяне легко переходили к открытому неповиновению землевладельцам и их слугам. Берестяные грамоты запе- чатлели случаи отказа одних крестьян от явки по вызову своего барина к ответу в Новгород, других — от выполне- ния барщинных работ. Берестяные грамоты донесли до нас факты хищений крестьянами барского имущества. Слуга вотчинника Ми- хаила Юрьевича ставит его в известность, что в его име- нии «тати» свезли пз ржаного стога пять овинов. В другом документе говорится о «татьбе» урожая яровых хлебов. Мы узнаем о фактах убийства крестьянами господ пли их слуг. В местности Плпщь безземельные бедняки — «лезни» убили и ограбили сноху какого-то землевладель- ца. Неизвестные люди произвели самосуд над «детиной» 104 104 ПРП, вып. II, стр. 218, ст. 40. 196
Василия Игнатьева, «казнив его смертью» и «отадбев» его я господское имущество. Зная о крестьянских настроениях, землевладельцы «сгоняли» со своих земельных участков нежелательных для них людей и принимали меры к тому, чтобы не дать им поселиться где-нибудь поблизости. Как можно видеть из грамоты № 307, к середине XV в., когда в борьбе новгородского боярства с крепнувшим еди- ным Русским государством решалась судьба Новгородской республики, классовые противоречия там особенно обост- рились, что подрывало крепость господствующего класса. Это надо учитывать при рассмотрении вопроса о причинах падения Новгорода. § 3. Холопы Несколько берестяных грамот содержат материал о хо- лопстве. Грамота № 98 (XIV в.) 105 адресована двум ли- цам, одно из которых — знаменитый новгородский посад- ник Онцпфор Лукинич: его имя имеется в тексте, по в самом начале кусок документа, где названы адресаты, оторван. Реконструированный текст такой: «Поклоно от Нуфрея ко пос[аднику господину Онсифору] и Смену. Господине Он- сифоре, роба и холопо твои, дете мои. У мене Неверови- ци д...». В документах того времени обычно словом «холоп» обозначали рабалмужчину, словом «роба» — женщину-ра- быню. Собирательный термин был «людп». Например: «Да даю сыну своему Михаилу своих людей, холопов и роб» 1J6; «А што мои холопи полные и робы, чем меня благословил отець мои...» 107 Большинство исследователей считает, что в берестяной грамоте № 98 речь идет о разделе зависимых несвободных людей между феодалами: Онцифор получает холопскую семью (мужа п жену), их детей берет Онуфрий. Условия Раздела неизвестны. Подобное толкование возможно. Из Документов того времени видно, что семьи холопов часто Дробились. Так, в 1433 г. Василий Васильевич Галицкий СТр А Арциховский п В. И. Борковский. НГБ (1953—1954), !07 m т- Г СТР- 523, № 612. Там же, т. II, стр. 104, № 168. 197
передает по завещанию «половину» Резановых детей же- не и дочери, а «поливину» отпускает на свободу ,08. В се- редине XV в. Евфимия Семеновна Кушелева отдает сыну несвободного дьяка Ондрейка «опроче жоны его Татьян- кп» 108 109 110. В 1472 г. Александр Белеутов завещал своей суп- руге и детям холопа Сысойца и его брата Остафийца, а третьего брата Фофанца Рыжого и их мать освободил из неволи ио. Степан Лазаров по духовной 1473 г. предложил своей жене поделить между младшими детьми девять не- свободных людей 111. Таким образом, приведенный в качестве параллели ма- териал позволяет допустить, что между ОнцифорохМ и Ону- фрием состоялась сделка и первому достались в холопство отец п мать несвободных людей, которые были во владе- нии последнего. Но возможно и другое толкование грамоты № 98. На нем очень бегло остановился В. Л. Янин 112 113. Может быть, обращаясь к Онцифору, Онуфрий заявляет, что его дети (сып п дочь) стали холопами посадника. Сохранилось большое количество записей о сахмопродаже свободных лю- дей в полное холопство поодиночке и семьями из. Интерес- но, что в холопы переходили и представители землевла- дельческого класса. Так «дался в холопи» княжеский слуга Иван Воронин114 115. Вотчинники, выкупая своп владения у монастырей, давали обязательства «в холопи ся... с тою землею не датп» и5. Может быть, смысл грамоты № 98 заключается в том, что Онуфрий хочет через посадника как-то повлиять на участь своих детей? Наконец, решаюсь предложить еще одно толкование документа № 98: «холоп» и «роба» Онцифора могли быть детьми от брака несвободного и свободной или наоборот; т. е., возможно, холопом был сам Онуфрий или (что вер- нее) рабыней являлась его жена. В случае таких смешан- ных браков возникал вопрос о статусе родившихся от них 108 ЛСЭИ т. I, стр. 86, № 108. 109 Там же, стр. 179, № 251. 110 Там же, т. III, стр. 99, № 67. 1,1 Там же, стр. 101, № 67а. 112 /?. Л. Янин. Я послал тебе бересту..., стр. 88, 115. 113 ЛСЭИ, т. Ш. стр. 411-416, № 392-399 и др. 114 Там же, т. I, стр. 284, № 391. 115 Там же, стр. 313. № 423. 198
детей. Так, в начале XVI в. Павел Васильевич Люткип разрешил своему холопу Аброспму Филину жениться на «слободкой» и, руководствуясь нормой — «сыновья по отиь, а до[чи] по матери», распорядился, чтобы дети Аброспма женского пола (а по особому пожалованью также млад- ший сын) вышли на свободу116. Не собирался лп Онуф- рий поставить в этом же роде вопрос перед Опцнфо- ром? В грамоте № 98 есть еще одна незаконченная фраза: «У мене Нсверовпци д..л В. Л. Янин замечает, что, веро- ятно, имеются в виду жители деревни Неверове. Но воз- можно и другое: речь идет о детях Невера. Поскольку тема документа — холопство, закономерно думать, что «Неверовичи» — это пли селение, где жили холопы («страдные люди»), или семья холопов. И то и другое можно встретить в документах. Так, в договорной грамоте рязанских князей 1496 г. упоминается село Переславпчп, в котором «сидят» княжеские холопы Шипиловы117. В ду- ховных грамотах называются среди несвободных люден «Негодяевы дети», «Андроповы дети» 118 и т. д. Если «Нсверовпци д[ети]» — это ’как раз те холопьи дети, которые остались у Онуфрия после раздела с Онцп- фором, то значит наиболее правильным надо считать пер- вое из рассмотренных толкований грамоты № 98. А. В. Арциховский правильно отметил, что тем же по- черком, что № 98, написан берестяной текст № 100 (XIV в.) 119 120. Это отрывок, в котором можно прочитать: «...а в охото мне 12°, господине]... ве мое и детей мопхо». Не исключено, пишет А. В. Арциховский, что Хг 98 и 100 «это не отдельные грамоты, а начало и конец одного письма, но доказать это нельзя. Надо оговориться, что ярусы разные (хотя и соседние), что несколько затрудня- ет объединение грамот». Я думаю, что можно с совершенной определенностью утверждать, что № 98 и 100 представляют отдельные от- рывки одного и того же документа. За это говорит не толь- ко их почерк, по и содержание. Текст № 100 нельзя но- Там же. т. Ш. стр. 263. № 242. ДДГ. стр. 334. А? 84. АСЭИ, т. I, стр. 441, № 562. 118 х * -ГХА UUi 119 А. В. Арциховский и В. 11. Борковский. НГБ (1953—1954), стр. 28—29. 120 Конъектура Б. А. Рыбакова: «а во Хотомне...» 199
пять без № 98. В № 100 говорится, что его автор хотел бы что-то сделать со своими детьми. Если предположить, что их похолопил посадник Онцифор или что они родились от смешанного брака — холопа и свободной или свободного и рабы (а так можно понять отрывок № 98), то и смысл отрывка № 100 проясняется. Автор текстов № 98 и 100 (представляющих части одного документа) Онуфрий ста- вит вопрос об освобождении своих детей из холопства, куда они попали то ли по рождению, то ли в силу добро- вольной записи. В очень дефектном виде сохранилась грамота № 402 (XIV—XV вв.) 121 122: «Поклонъ о... г[оспо]же. Жонку ту дала за своего я... паро[бка]». Речь идет о женитьбе слуги (вероятно, несвободного, ибо в письме его госпожа говорит о нем как о «своем») па какой-то «жонке» (может быть,— рабе, может быть,— вольной). По сохранившимся документам известны слу- чаи браков и между несвободными, и холопов со свобод- ными. Так, в 1459 г. Есип Дмитриевич Окинфов рассказыва- ет, что оп получил «в приданые» «паробка» и «девочку» Бухарину. Первого оп женил на своей «девочке» Огренице, а Бухарину выдал замуж за «своего паропка за Грнди- цю» ,22. В 1497—1505 гг. Иван Федорович Новокщонов поста- вил перед коломенским наместником «холопа своего Захар- ца Гридцыпа сына да девку Овдотьицу Ивашкову дочь Костыгина; а сказал, что тот де его человек Захарец пол- ной, а девка волная идет за того его холопа Захарцу, а по его холопи далась ему в робы» 123. Ушак Елизаров Хвос- тов в XV в. оформил перед паместником суздальским же- нитьбу вольного «паробка» новгородца Онаньицы Захар- кова сына на дочери его холопа Офросиньице. Онанъица Захарков воспринял статус своей жены и перешел в хо- лопство к Хвостову 124. Тот брак, о котором говорит берестяное письмо № 402, по своему юридическому характеру приближается к одно- му из выше приведенных случаев. 121 4. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 103. 122 АСЭИ, т. III, стр. 137, № 100. 123 Там же, стр. 435, № 439. 124 Там же, стр. 422, № 410. 200
Это все, что сохранилось в берестяных грамотах о хо- лопах *25. Кроме холопов, в боярских дворах, по-видимому, жили й свободные военные слуги — послужильцы. Может быть, к изучению вопроса о послужильцах следует привлечь берестяную грамоту № 43 (XIV в.) ,26. Достаточно отчет- ливый ее текст гласит: «От Бориса ко Ностасип. Како приде ся грамота, тако пришли ми цоловекъ па жерепце, зане ми здесе делъ много. Да пришли сороцицю, сороци- це забыло». Смысл письма ясен. Он раскрыт А. В. Арциховскпм и В. Л. Яниным 125 * 127. Автор письма Борис, очевидно, новго- родец, но находящийся где-то вне города, просит, чтобы К нему прислали из Новгорода кого-то из подчиненных ему людей, верхом на коне. Из сопоставления грамот № 43 и 49 (где упоминаются одни и те же лица) видно, что На- стасья — жена Бориса. По мнению А. В. Арциховского и В. Л. Янина, Борис — богатый человек, у которого много слуг (в противном случае он назвал бы слугу, которого желает видеть, по имени). Думаю, что довод этот мало убе- дителен. Ход рассуждений исследователей можно повер- нуть совсем в другую сторону: если у Бориса был один «человек», не было нужды указывать его имя, если их имелось несколько, а ему было не важно, кто именно при- едет, то и в данном случае отсутствие имени вызываемого понятно. Важнее другое: подразумевается ли под «чело- веком» лицо свободного состояния или холоп. Могло быть и то и другое. В духовных грамотах упоминаются припад- 125 В небольшом отрывке грамоты № 95 (XIV в.) можно прочи- тать: «..цто бо повеет...» (Л. В. Арциховский и В. II. Борковский. НГБ, 1953—1954, стр. 22—23). «Повесть» — известие, рассказ. В Пространной Русской Правде есть статья (109): «Аже кто не ве- дая чтожь холоп оусрячоть п. пли повесть дееть, любо держить и оу себе, а идеть от него, то птп ему роте, яко не ведал семь, оже ость холоп, а платежа в том нетуть». Это значит: если кто либо встретит чужого холопа п расскажет ему, как куда пройти, плп будет его держать у себя, а тот уйдет от него, то обвиняемый в этом должен принести присягу, что пе знал, что имел дело с бег- лым холопом, п тогда он освобождается от уплаты штрафа. w Конечно, было бы заманчиво связать грамоту № 95 с приведен- он нормой Русской Правды, но для этого пет сколько-нибудь вес- их оснований. Что кому надо поведать илп о чем кого оповестить, Т?гаСТа данн°й грамоты неясно. 127 А. Арциховский. НГБ (1952). стр. 44—45. й. Л. Янин. Я послал тебе бересту.... стр. 39. 201
лежащие феодалам (а Борис был, вероятно, феодал) хо- лопы, «люди пошлые» — несвободные ,28. Но у новгород- ских бояр были, вероятно, п свободные «послужильцы» — служилые люди, сопровождавшие своих господ в походах. В 1483 г., по приказу Ивана III, были «распущены» щ княженецких п из боярских дворов служилые люди, ко- торых затем испоместилп па новгородских землях. В вы- борке. составленной в XVI в. по писцовой книге Дмитрия Китаева, приведен перечень послужпльцев, получивших поместья в Вотском пятине («...которые и чьи послужнль- цы исномещены») 128 129 130. Такие же боярские послужильцы, судя по писцовой книге 1548 г., были в Тверском уезде 13:). Вероятно, послужильцем Бориса был и «человек», о котором говорится в письме № 43. Он должен явиться на жеребце. Это надо сопоставить с имеющимися у нас дан- ными о том, что у боярских слуг были обычно копи (свои или господские) и военная амуниция. Так, в 1560—1561 гг. Василий Петрович Кутузов завещал своему «человеку» Андрюше «конь с седлом и с уздою, да тегиляй, да шолом» и запретил приказчикам отнимать у него другого коня «его купли». Этот Андрюша назван особо после суммар- ного указания на «людей полных и докладных и кобаль- пых» 131. Сведения новгородских берестяных грамот о холопах и послужильцах столь же конкретны и жизненны, сколь и о других социальных категориях Новгородской земли. 128 ГВНП, стр. 171, № 111. 129 В. II. Вернадский. Новгород и Новгородская земля в XV ве- ке. М.— Л., 1961, стр. 325. 130 И. И. Лаппо. Тверской уезд в XVI веко (ЧОИДР, 1894, кн. IV, стр. 228-230). 131 ЛФЗХ, ч. II, стр. 292, № 282.
Очерк шестой ДАНЬ И ФЕОДАЛЬНАЯ РЕНТА § 1. Даш» Основной формой эксплуатации населения как русско- го, так и нерусского, находившегося под властью Новго- родского государства, была дань. О ее сборе специально посылаемыми для этого данщикамп сохранился ряд лето- писных известий. Из них видно, что жители часто оказы- вали сопротивление новгородским дапщпкам, не раз ста- новившимся жертвами народных восстаний. В 1149 г. «...идоша даньпици новгородьстии в мале...»; в 1169 г. «иде Даньслав Лазутиниць за Волок дапьнпкомь с дружи- ною»; в 1187 г. «пзбпени быша печерскыи и югорьскыи даньпици, а друзии за Волоком»; в 1216 г. «убиша па съступе... тьрскаго дапьпика» и т. д. 1 Хорошо известен красочный летописный рассказ о том, как в 1194 г. новгородцы пошли ратью на югру во главе с воеводой Ядреем, югра «затворпшася в граде» и «высы- лаху к ним... льстбою», говоря: «Копим сребро и соболи и ина узорочья, а не губите своих смьрд и своей дани»; в то же время осажденные тайно собирали войско 2. Здесь раскрывается состав дани (серебро и меха) и выясняются обостренные отношения между данщиками п плательщи- ками дани. Новгородские грамоты на бересте значительно попол- няют наши сведения о том, как происходило взимание * НПЛ, стр. 28, .3.3, 57, 229. Там же. стр. 40. 203
данп. Сведения эти относятся ко времени, начиная с XI — XII вв. Грамота № 336 (XI—XII вв.) 3 представляет собой до- вольно обширное письмо: «От Петра гр[амот]а къ Влътько- ви. То оси ты поведалъ къ Рожънетови на Нустуе емати 2 срочька. Ни векшею не длъжьнъ. А ныне оу Даныпи заялъ есмь 2... 2 срочька въ 5-ть срочькъ. А емли на пемь Даныпа». А. В. Арцпховскпй указывает, что измерение ценно- стей «срочками» («сорочками») встречено 26 раз в новго- родском уставе Святослава Ольговича 1137 г., где речь идет о сборе дани в северных местностях. М. Н. Тихоми- ров считает, что «сорочек — денежная единица, употреб- лявшаяся на севере, уменьшительное от слова „сорок*1. Под двумя сороками, вероятно, понимается: восемьдесят меховых шкурок» 4. Грамоту № 336 можно трактовать двояко. В ней идет речь илп об обязательствах между кредиторами и должни- ками (если под термином «заял» понимать «занял», под словом «емли» — «потребуй долг»), или о сборе дани сна- селения (если «заял» значит «взял», «собрал», а «емли» — «взыщи недоимки»). А. В. Арциховский предпочитает первое толкование, я — второе. Прежде всего бросается в глаза, что цифры «срочек» («сорочек») в грамоте № 336 примерно совпадают с ана- логичными цифрами устава Святослава Ольговича 1137 г.: «...на Волдутове погосте 2 сорочка, на Тудорове погосте 2 сорочка...» п т. д.5 Затем важно, что глагол «емлет» в ряде случаев употребляется там, где речь идет о взимании повинностей. Например: «...емлют у наших сирот на Терпилове погосте поралье посаднице и тысяцкого нс по старипе» 6. Можно думать, что Петр — это сборщик дани, Влотько и Рожнет — его помощники. Нустуй, Даныпа — вероятно, представители местного населения (может быть, выбор- ные власти), обязанные в пределах определенных терри- ториально-административных единиц произвести расклад- ку и взыскание повинностей и передать их данщикам. Ад* 3 А. В. Арциховский. НГБ (1958—1961), стр. 24—26. 4 М. Н. 1 ихомиров и М. В. Щепкина. Два памятника новгород- ской письменности. М., 1952. стр. 22. 5 Там же, стр. 23. в ГВНП, стр. 146, № 89. 204
ресуясь к Влотьку, Петр замечает, что предписание по- следнего Рожнету взять два «сорочка» с Нустуя было вы- полнено. Пустуй уже погасил всю свою задолженность и больше не должен шт одной векши. Что касается Даньши, то оклад, на него падающий, составляет пять «сорочек», из которых две «сорочки» Петр с него уже взыскал. Оста- лась, следовательно, недоимка в три «сорочки», которые Петр предлагает получить Влотьку. Вероятно, надо чи- тать не «...емлп на немь Даньша», а «...емли на немь, Дальше» (последняя буква в слове «Даньша» явпо пе- реправлена). От грамоты № 220 (XII—XIII вв.) 7 дошли только три отрывка. Первый отрывок: «...ине ко оспо...» Второй: «...анокоу и ко Мирошь... и есьмо... въ полюдие семо м... по Паше...» Третий: «...одина а... зы ти есьмь и тал...» А. В: Арциховский восстановил на основе первого и вто- рого отрывков пачало письма: «...[Поклопя]нне ко [Ив]ано- коу и ко Мирошь...». Из основного текста обращают на се- бя внимание слова: «...въ полюдие семо...» Очевидно, ав- торами (пли автором) письма являются официальные лица (или лицо), совершавшие объезд в пределах определенной территории для сбора дани. Сфера действия данщиков про- стирается по реке Паше, в Обонежье. Взимание дани, по- видимому, соединялось с вершением суда. До пас дошла откупная грамота 1434 г. Якима Гуреева и Матвея Петро- ва у великокняжеского наместника Григория Васильевича на суд в Обопежье. в том числе по реке Паше. Этот доку- мент па два с лишком столетия моложе грамоты № 226, но он ссылается на «старину» и поэтому в какой-то мере мо- жет служить источником, пополняющим сведения» которые можно почерпнуть из письма Ивапку и Мпрошку. В откуп- ной Обонежскон грамоте 1434 г. говорится: «А суд им су- Дити и пошлины иматп им по старине, и верное им имати... А корму им имаги собе и конем доволно, а подвода до подводе». Тот, кто станет препятствовать действиям судей и пош линн и ков («а хто згонит