/
Author: Анашвили В.В. Погорельский А.Л.
Tags: история философии монография история россии смутное время история российского государства очерки русской смуты
ISBN: 978-5-91129-069-6
Year: 2010
Text
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ ИСТОРИЯ РОССИИ Том 1 С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО ВЕЛИКОЙ СМУТЫ ТЕРРИТОРИЯ БУДУЩЕГО
УНИВЕРСИТЕТСКАЯ БИБЛИОТЕКА АЛЕКСАНДРА ПОГОРЕЛЬСКОГО
СЕРИЯ ИСТОРИЯ КУЛЬТУРОЛОГИЯ
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ ИСТОРИЯ РОССИИ ФАКТОРНЫЙ АНАЛИЗ Том1 С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН ДО ВЕЛИКОЙ СМУТЫ ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ДОМ «ТЕРРИТОРИЯ БУДУЩЕГО» МОСКВА 2010
ББК 87.3 В 58 СОСТАВИТЕЛИ СЕРИИ: В. В. Анашвили, А. Л. Погорельский НАУЧНЫЙ СОВЕТ: В. Л. Глазычев, Г. М.Дерлугьян, Л. Г. Ионин, В. А. Куренной, Р. З.Хестанов ОТВЕТСТВЕННЫЙ редактор: академик РАН В. В. Алексеев РЕЦЕНЗЕНТЫ: доктор исторических наук, профессор В. Э. Лебедев кандидат исторических наук, в.н.с. И. В. Побережников Книга рекомендована к печати Ученым советом Института истории и археологии УрО РАН Исследование выполнено в рамках междисциплинарной программы УрО РАН «Историческая динамика России: факторы, модели, прогнозы» и проекта «Цивилизационное своеобразие российских модернизаци: пространственно-временной аспект» программы фундаментальных исследований Президиума РАН «Историко-культурное наследие и духовные ценности России» В58 Нефедов С.А. История России. Факторный анализ. Т. I. С древнейших времен до Великой Смуты. М.: Издательский дом «Территория будущего», 2010. (Серия «Университетская библиотека Александра Погорельского»).—376 с. Монография посвящена анализу исторического процесса на территории Восточно- Европейской равнины в свете современных историко-социологических теорий. Конечная цель исследования—дать ответ на вопрос: можем ли мы на сегодняшнем уровне знаний объяснить российскую историю? Книга адресована специалистам-историкам, аспирантам и студентам вузов, а также всем любителям истории. ISBN 978 - 5 - 91129 - 069 - 6 © Издательский дом «Территория будущего», 2010
СОДЕРЖАНИЕ Предисловие........................................ 7 ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА .......................ю i.i. Роль демографического фактора. Демографически- структурная теория .................................ю 1.2. Роль технологического фактора. Теория военной революции..........................................18 1.3. Роль фактора внешних влияний. Диффузионизм.........22 1.4. Теория модернизации ...............................25 1.5. Трехфакторная модель исторического процесса........30 1.6. Формирование земледельческого общества ............32 1.7. Земледельцы и скотоводы на Юге России..............36 1.8. Формирование кочевого общества.....................42 i.g. Взаимодействие земледельцев и кочевников...........47 ГЛАВА II . ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ • • • 53 2.1. Скифская эпоха.....................................53 2.2. Сарматская эпоха...................................6о 2.3. Готская эпоха......................................63 2.4. Эпоха Великого переселения народов.................66 2.5. Хазарская эпоха....................................73 ГЛАВА III. КИЕВСКАЯ РУСЬ......................................82 3.1. Славянские истоки..................................82 3.2. Скандинавские истоки...............................88 3.3. Завоевание страны славян...........................95 3.4. Социальный синтез.................................101 3.5. Трансформация по византийскому образцу............112 3.6. Наступление тюрок .................................ид 3.7. Первый демографический цикл.......................124 3.8. Византийская традиция на Северо-Востоке Руси......131 3.9. Экосоциальный кризис..............................133 3.10. Выводы...........................................137
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ • 140 4.1. Монгольские компоненты...........................140 4.2. Китайские компоненты.............................144 4.3. Золотая Орда.....................................151 4.4. Покорение Руси...................................158 4.5. Социальный синтез................................162 4.6. Период восстановления............................169 4.7. Московская Русь..................................174 4.8. Великий Новгород.................................182 4.9. Экосоциальный кризис.............................188 4.10. Выводы..........................................193 ГЛАВА V. МОСКОВСКОЕ ЦАРСТВО.................................198 5.1. «Пороховая революция» ...........................ig8 5.2. Османские компоненты.............................202 5.3. Трансформация по османскому образцу: введение поместной системы............................210 5.4. Трансформация по османскому образцу: самодержавие Ивана III ............................................216 5.5. Правление Василия III: продолжение реформ .......222 5.6. Демографический цикл.............................226 5.7. Начало Сжатия....................................232 5.8. Положение элиты и традиционалистская реакция .... 236 5.9. Реформы Ивана Грозного...........................241 5.10. Опричнина ......................................257 5.11. Экосоциальный кризис............................264 5.12. Польский образец................................277 5.13. Правление Годунова..............................281 5.14. Трансформация структуры: закрепощение крестьян • • • 287 5.15. Голод 1601-1603 годов...........................291 5.16. Гражданская война...............................294 5.17. Выводы..........................................301 Заключение.......................................306 Примечания.......................................311
ПРЕДИСЛОВИЕ Создание объяснительных моделей исторического процесса было целью для многих поколений историков. Начиная с Геродота и Фу- кидида исследователи пытались обобщить исторический материал и вывести общие закономерности описываемых событий. В начале XIX века основатель позитивизма Огюст Конт обещал доказать, что «существуют законы развития общества, столь же определенные, как и законы падения камня»*. Но так ничего и не доказал. После этой неудачи настало время пессимистических настроений. В конце XIX столетия великий историк Эдуард Мейер признавал, что в течение многолетних исследований ему не удалось открыть ни одного исто- рического закона —и он не слышал, чтобы это удалось другим. Тео- дор Моммзен считал, что историк является скорее художником, чем ученым, что история— разновидность искусства; этого же мнения придерживались Токвиль, Тревельян и Лев Гумилев. «История —еще не наука,—говорил Бертран Рассел, —ее можно заставить казаться наукой лишь с помощью фальсификаций и умолчаний»**. «История имеет глубокий смысл, —писал Карл Ясперс, —но он недоступен че- ловеческому пониманию»***. Однако к началу XXI века положение изменилось. «...В мировой науке, прежде всего американской и западноевропейской, за послед- ние десятилетия накоплен солидный и почти еще не востребован- ный в нашем социально-философском и историческом познании багаж научных результатов, — отмечает известный исследователь И. С. Розов, —а главное,—резко возрос интеллектуальный потенциал подходов, методов, концепций, понятий, касающихся теоретическо- го описания социальных систем и их исторического развития»****. * Вайнштейн О. Л. Очерки развития буржуазной философии и методологии исто- рии в XIX-XX веках. Л., 1979- С. 8. ** Huxley A. Brave new world, and Brave new world revisited. London, i960. P. 145. *** Уколова В. И. Арнольд Тойнби и постижение истории //Тойнби А. Дж. Пости- жение истории. М., 1996. С. 12. **** Розов Н.С. Философия и теория истории. Кн.1. М., 2002. С. 35. 7
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Одним из ярких успехов современной исторической социологии стало объяснение социальной роли технических открытий в рабо- тах Уильяма Мак-Нила. В фундаментальном труде «В погоне за мо- щью»* У Мак-Нил показал, каким образом технология обеспечива- ет выживание общества в условиях постоянных войн и формирует образ могущественной державы, которая становится образцом для подражающих ей соседних государств. Другим крупным достижени- ем американской социологической школы стала демографически- структурная теория Джека Голдстоуна**, предлагающая новую объ- яснительную модель исторической динамики для эпохи позднего Средневековья и Нового времени. Эта теория представляет собой образец сложного теоретического синтеза с широким использовани- ем материала не только Западной Европы, но и стран Востока —Ки- тая, Японии и Османской империи. Позднее в работах Ч. Даннин- га*** была обоснована идея о возможности применения этой теории для описания процессов российской истории, что было реализовано в монографии П. Турчина и С. А. Нефедова****, в которой демографи- чески-структурная теория апробируется на материалах России и не- которых западноевропейских стран. Идеи У Мак-Нила и Дж. Голдстоуна были использованы автором в монографии «Факторный анализ исторического процесса»*****, в которой была предложена модель, описывающая влияние на соци- альное развитие трех факторов: географического, технологическо- го и демографического. Предлагаемая вниманию читателя новая ра- бота посвящена анализу исторического процесса в ранние периоды истории России —с древнейших времен до начала XVII века. Мы по- стараемся шаг за шагом проследить основные моменты истории Ки- евской Руси, Золотой Орды и Московского царства с тем, чтобы най- ти объяснение происходивших событий в рамках современных со- циологических теорий. Сложность рассматриваемой проблемы не раз побуждала авто- ра обращаться по конкретным вопросам к поддержке специалистов. * McNeill W. The Pursuit of Power: Technology, Armed Force, and Society since A. D. 1000. Oxford, 1983. ** Goldstone J. Revolution and Rebellion in the Early Modern World. Berkeley, 1991. *** Dunning Ch. Does Jack Goldstone’s Model of Early Modern State Crises Apply to Russia? // Comparative Studies in Society and History. 1997. Vol. 39. N. 3. P. 572-592. **** TurchinP., Nefedov S. Secular Cycles. Princeton and Oxford, 2009. ***** Нефедов С. А. Факторный анализ исторического процесса. История Востока. М., 2008. 8
ПРЕДИСЛОВИЕ В этой связи автор считает своим долгом выразить искреннюю бла- годарность Дж. Голдстоуну (УниверситетДж. Мэйсона, Вашингтон), Ю.П. Бокареву (Институт экономики РАН, Москва); Ч.Даннингу (А&М Университет штата Техас), Г. Дерлугьяну (Северо-Восточный университет, Чикаго), 3.В.Дмитриевой (Санкт-Петербургский ин- ститут истории РАН), Л.Е.Гринину (Волгоградский центр социаль- ных исследований), Дж. Комлосу (Мюнхенский ун-т), А. В. Коротаеву (Институт Африки РАН, Москва), Л. Н.Коряковой (Институт исто- рии и археологии УрО РАН, Екатеринбург), Н. Н. Крадину (Институт истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН, Владивосток), Э.С.Кульпину (Институт востоковедения РАН, Москва), П.Турчину (Университет штата Коннектикут). Мы благо- дарны также руководителю Центра экономической истории при ис- торическом факультете МГУ Л. И. Бородкину и всем специалистам, принявшим участие в обсуждении отдельных глав этой работы на се- минарах Центра.
ГЛАВА I ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА Еще Аристотель сказал, что наука есть познание причин. Главные причины, обусловливающие исторические события, называют дви- жущими силами истории или факторами исторического процесса. Хотя различные исследователи упоминают значительное число фак- торов, реальный механизм действия прослежен лишь для немногих движущих сил истории. К их числу принадлежат демографический и технологический факторы (последний из них определяет также развитие экономики), а также географический фактор и фактор внешних влияний, включающий в себя войны1. Относительно недавние успехи исторической социологии и, в частности, создание демографически-структурной теории Джека Голдстоуна и исследования Уильяма Мак-Нила позволяют достаточ- но детально указать на те конкретные следствия, которые должно вызвать действие перечисленных факторов. Таким образом, возни- кает возможность проследить, как именно проявлялось их действие в российской истории и объяснить многие исторические процессы и события. Наша конечная цель—выяснить, достаточно ли этих фак- торов для объяснения основных моментов развития России, и отве- тить на вопрос: можем ли мы на сегодняшнем уровне знаний объяснить российскую историю ? Чтобы набросать план ответа на этот вопрос, необходимо дать краткий обзор новых теорий, о которых говорилось выше2. 1.1. РОЛЬ ДЕМОГРАФИЧЕСКОГО ФАКТОРА. ДЕМОГРАФИЧЕСКИ-СТРУКТУРНАЯ ТЕОРИЯ Изучению роли демографического фактора в историческом процес- се посвящена обширная литература, поэтому мы ограничимся здесь лишь краткими тезисами3. Начало исследования проблемы влияния роста населения на жизнь общества связано с именем основателя де- ю
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА рис. i.i. Демографические циклы по теории Маль- туса-Рикардо: рост населения вызывает рост цен и рент и падение реальной заработной платы и потреб- ления. Когда потребление становится ниже прожи- точного минимума, начинается кризис, и числен- ность населения снижается, цены падают, потребле- ние возрастает. Затем цикл повторяется. мографической науки Томаса Роберта Мальтуса. Как известно, глав- ный постулат Мальтуса заключался в том, что «количество населения неизбежно ограничено средствами существования»4. Поэтому рост на- селения приводит к нехватке продуктов питания, что отражается в развитых обществах в росте цен и ренты, в падении реальной зара- ботной платы и в уменьшении потребления низших классов. Умень- шение потребления, в свою очередь, влечет замедление роста, а затем его приостановку и сокращение населения до уровня, определяемого средствами существования (или ниже его). Пищи теперь становится достаточно, заработная плата возрастает, потребление увеличивает- ся—но затем процесс повторяется: «возобновляются прежние колеба- ния, то в сторону возрастания, то в сторону уменьшения населения»5. Идеи Мальтуса были восприняты крупнейшими экономистами «классической школы» (Д.Рикардо, Ж.Б. Сэй, Дж. Милль и др.). Да- вид Рикардо включил эти положения в разработанную им теорию заработной платы, вследствие чего вся теория получила название мальтузианско-рикардианской6. Важно отметить, что и Мальтус, и Рикардо изначально говорили о повторяющихся колебаниях чис- п
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ленности населения, то есть о демографических циклах. При этом ко- лебания численности населения должны были сопровождаться ко- лебаниями цен, земельной ренты, прибыли и реальной заработной платы, что приводило к представлениям о колебательном характере экономического процесса в целом. В 1934 году немецкий историк и экономист Вильгельм Абель уста- новил, что в Европе имелся период роста цен в XIII-начале XIV века, сменившийся затем падением цен в XV веке и новым ростом в XVI — начале XVII века. При этом повышение цен сопровождалось паде- нием заработной платы и относительным ростом населения; перио- ды падения цен и роста заработной платы, наоборот, соответствова- ли периодам уменьшения численности населения7. В. Абель пришел к выводу, что эти процессы соответствуют положениям теории Ри- кардо; таким образом, было доказано существование демографиче- ских циклов в истории Европы. Работы В. Абеля нашли широкий отклик в среде историков раз- ных стран. Тема мальтузианской цикличности демографических и экономических процессов в Европе нашла подробное отраже- ние в трудах М.Постана, Б.Слихера ван Бата, Р. Мунье, К. Чиппола, Д. Гласса и Д. Эверслея и других авторов8. Большую роль в разработ- ке этой теории играла французская школа «Анналов», в частности, работы Ж. Мевре, П. Губера, Ж.Дюби, Э.Лабрусса, Ф. Броделя, Э.Ле Руа Ладюри, П. Шоню9. В 1967 году вышел в свет первый том фунда- ментального труда Ф. Броделя «Материальная цивилизация, эконо- мика и капитализм в XV-XVIII веках»10. «Демографические приливы и отливы есть символ жизни минув- ших времен, —писал Фернан Бродель, —это следующие друг за другом спады и подъемы, причем первые сводят почти на нет—но не до кон- ца! — вторые. В сравнении с этими фундаментальными реальностями все (или почти все) может показаться второстепенным... Растущее на- селение обнаруживает, что его отношения с пространством, кото- рое оно занимает, с теми богатствами, которыми оно располагает, изменились... Возрастающая демографическая перегрузка нередко заканчивается — а в прошлом неизменно заканчивалась тем, что воз- можности общества прокормить людей оказывались недостаточны- ми. Эта истина, бывшая банальной вплоть до XVIII века, и сегодня еще действительна для некоторых отсталых стран... Демографиче- ские подъемы влекут за собой снижение уровня жизни, они увели- чивают... число недоедающих нищих и бродяг. Эпидемии и голод — последний предшествует первым и сопутствует им —восстанавлива- ют равновесие между количеством ртов и недостающим питанием.... 12
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА Если необходимы какие-либо конкретные данные, касающиеся За- пада, то я бы отметил длительный рост населения с поо по 1350 год, еще один с 1450 по 1650, и еще один, за которым уже не суждено было последовать спаду—с 1750 года. Таким образом, мы имеем три боль- ших периода демографического роста, сравнимые друг с другом... Притом эти длительные флуктуации обнаруживаются и за предела- ми Европы, и примерно в то же время Китай и Индия переживали регресс в том же ритме, что и Запад, как если бы вся человеческая история подчинялась велению некоей первичной космической судь- бы, по сравнению с которой вся остальная история была истиной второстепенной»11. В 70-80-е годы XX века учение о демографических циклах получи- ло общее название «неомальтузианства», однако необходимо отме- тить, что приверженцы этой теории в разных странах так и не вы- работали общей терминологии: они называли циклы «демографи- ческими», «логистическими», «общими», «аграрными», «вековыми», «экологическими», подразумевая под ними одни и те же циклы, опи- санные Мальтусом и Рикардо. Мальтусовский термин «средства су- ществования» в современной терминологии стал трактоваться как вмещающая емкость экологической ниши («carring capacity»). Это понятие включает территорию и объем ресурсов, находящихся в рас- поряжении данного общества. Емкость экологической ниши, оче- видно, зависит от технологии (в частности, от сельскохозяйствен- ной технологии); технические открытия могут приводить к расши- рению экологической ниши, поэтому демографическая динамика определяется не только внутренними циклическими закономерно- стями, но и влиянием технологического фактора. Это влияние осо- бенно сказывается в современных развивающихся странах, где чер- ты прошлого переплетаются с процессами модернизации. Пробле- ма аграрного перенаселения в развивающихся странах была одной из важных практических тем, рассматривавшихся теоретиками нео- мальтузианства. В частности, в капитальном исследовании Д. Григ- га были проанализированы процессы перенаселения в западноевро- пейских странах в XIV и XVII веках, исследовано их влияние на раз- личные аспекты социально-экономического развития и проведено сопоставление с социально-экономическими процессами в странах третьего мира12. В 1976 году известный историк и экономист Рондо Камерон в сво- ем обзоре достижений экономической истории писал о циклах евро- пейской истории как о теории, получившей общее признание13. Эта *3
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I теория, в частности, стала составной частью концепции мир-систем Иммануила Валлерстайна14. Новый этап в развитии концепции демографических циклов был связан с появлением демографически-структурной теории Джека Голдстоуна15. В то время как мальтузианская теория рассматривала динамику населения в целом, демографически-структурная теория рассматривает структуру—«народ», «государство» и «элита», —ана- лизируя взаимодействие ее элементов в условиях роста населения. При этом динамика «народа» описывается так же, как динамика на- селения в неомальтузианской теории. Новым теоретическим эле- ментом является анализ влияния демографического роста на элиту и государство. Демографический рост элиты в условиях ограничен- ности ресурсов влечет за собой дробление поместий и капиталов, то есть оскудение части элиты. Элита начинает проявлять недоволь- ство и усиливает давление на народ и на государство с целью пере- распределения ресурсов в свою пользу. Кроме того, в рядах элиты усиливается дифференциация и фрагментация, отдельные недоволь- ные группировки элиты в борьбе с государством обращаются за по- мощью к народу и пытаются инициировать народные восстания16. Для государства рост населения и цен оборачивается падением ре- альных доходов. Властям становится все труднее собирать налоги с беднеющего населения, это приводит к финансовому кризису госу- дарства, который развивается на фоне голода, народных восстаний и заговоров элиты. Все эти обстоятельства, в конечном счете, при- водят к революциям и краху («брейкдауну») государства17. Нужно отметить, что Дж. Голд стоун первоначально считал, что вековые циклы имеют экзогенный характер, и как рост, так и умень- шение численности населения объясняются благоприятными или неблагоприятными эпидемиологическими и климатическими изме- нениями18. Поэтому, в частности, Дж. Голд стоун формально не на- зывал себя мальтузианцем, полагая, что созданная им теория име- ет новое качество19. Однако, в работах автора и американского исто- рика и эколога Питера Турчина было показано, что если отказаться от этого (опровергаемого историческими материалами) положения, то демографически-структурная теория оказывается вполне совме- стимой с неомальтузианством и, более того, фактически представля- ет собой весьма перспективное в теоретическом плане расширение неомальтузианской теории20. Демографически-структурная теория уделяет особое внимание так называемым трансформациям структуры «государство — эли- та-народ». Трансформация структуры — это качественное измене- Ц
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА ние элементов, ее составляющих, а также изменение принципов их взаимодействия (например, установление крепостного права). Трансформации структуры приводят к особо масштабному перерас- пределению ресурсов, которое иногда порождает социальные кри- зисы — мы будем называть их структурно-демографическими или просто структурными21. В некоторых случаях трансформации струк- туры и структурные кризисы могут быть объяснены в рамках демо- граф ически-структурной теории —но не всегда. Поэтому в этом пунк- те (так же, как в вопросе о расширении экологической ниши) возни- кает необходимость рассмотрения роли других, недемографических факторов в механизме демографического цикла. Это те «точки вхо- да» , через которые демографически-структурная теория сопрягается с теориями, описывающими влияние других, рассматриваемых ниже факторов. Мальтузианское описание демографического цикла подразумева- ет естественное деление демографического цикла на фазы, характе- ризующиеся различной динамикой населения, цен и реальной зара- ботной платы. Опираясь на исследования Э. Ле Руа Ладюри, Д. Григ- га и Дж. Голдстоуна22 можно привести следующее описание фаз демографического цикла23. Для фазы роста (или фазы восстановления после предшествующе- го кризиса) характерны такие явления: наличие свободных земель, удобных для возделывания; быстрый рост населения; рост посевных площадей; в начале периода —низкие цены на хлеб; тенденция к по- степенному росту цен; высокая реальная заработная плата и отно- сительно высокий уровень потребления, но при этом —тенденция к постепенному понижению реальной заработной платы и уровня потребления; низкий уровень земельной ренты; тенденция к посте- пенному повышению уровня ренты; относительно низкий уровень государственной ренты (налогов); строительство новых (или вос- становление разрушенных ранее) поселений; относительно ограни- ченное развитие городов; относительно ограниченное развитие ре- месел; незначительное развитие аренды, незначительное развитие ростовщичества. Для фазы Сжатия характерны: отсутствие доступных крестьянам свободных земель; крестьянское малоземелье; высокие цены на хлеб; низкий уровень реальной заработной платы и потребления основной массы населения; демографический рост, ограниченный ростом уро- жайности; высокий уровень земельной ренты; частые голодные годы; частые эпидемии; разорение крестьян-собственников; рост задолжен- ности крестьян и распространение ростовщичества; распростране- *5
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ние аренды; высокие цены на землю; рост крупного землевладения; уход части разоренных крестьян в города; сезонный отход крестьян на заработки, попытки малоземельных и безземельных крестьян за- работать на жизнь работой по найму, ремеслом или мелкой торгов- лей; быстрый рост городов; развитие ремесел и торговли; рост числа безработных и нищих; активизация народных движений под лозун- гами уменьшения земельной ренты, налогов, передела собственно- сти и социальной справедливости; попытки проведения социальных реформ, направленных на облегчение положения народа; попыт- ки увеличения продуктивности земель; переселенческое движение на окраины и развитие эмиграции; ввоз продовольствия из других стран (или районов); попытки расширить территорию путем завоева- ний; непропорциональный (относительно численности населения) рост численности элиты; фрагментация элиты; борьба за статусные позиции в среде элиты; ослабление официальной идеологии и рас- пространение диссидентских течений, обострение борьбы за ре- сурсы между элитой и государством; попытки оппозиционных госу- дарству фракций элиты поднять народ на восстание или их присо- единение к народным восстаниям; финансовый кризис государства, связанный с ростом цен и неплатежеспособностью населения. Экономическая ситуация в этот период неустойчива, у многих крестьян отсутствуют необходимые запасы зерна, и любой крупный неурожай или война могут привести к голоду и экосоциальному кри- зису. «Экономика предельно напряженная», —писал П.Шоню24. Для фазы экосоциалъного кризиса характерны: голод, принимаю- щий широкие масштабы; широкомасштабные эпидемии; в конеч- ном итоге —гибель больших масс населения, принимающая харак- тер демографической катастрофы; государственное банкротство; потеря административной управляемости; широкомасштабные вос- стания и гражданские войны; брейкдаун —разрушение государства; внешние войны; разрушение или запустение многих городов; упа- док ремесла; упадок торговли; очень высокие цены на хлеб; низкие цены на землю; гибель значительного числа крупных собственников и перераспределение собственности; социальные реформы, в неко- торых случаях принимающие масштабы революции, порождающей этатистскую монархию —автократию, практикующую государствен- ное регулирование и не допускающую развития крупной частной собственности. Идея о том, что перенаселение порождает революцию и диктату- ру, была одним из основных выводов Т. Мальтуса. «Мятежная толпа есть следствие излишка населения,— писал Мальтус. —Она возбужда- 16
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА ется испытываемыми страданиями, не зная того, что сама является виновницей этих страданий. Эта безумная мятежная толпа есть злей- ший враг свободы; она порождает и поддерживает тиранию»25. Перечисленные выше явления характерны для соответствующей фазы демографического цикла в том смысле, что из теории вытека- ет, что они с высокой степенью вероятности должны наблюдаться в этой фазе. Поэтому при анализе истории конкретной страны необ- ходимо проверить, наблюдаются ли в соответствующий период ука- занные явления. Если они наблюдаются, то появляется возможность объяснить их, исходя из демографически-структурной теории. Первым исследователем, указавшим на перспективность использо- вания демографически-структурной теории для объяснения россий- ской истории был известный американский русист Честер Даннинг. Изучая причины российского кризиса начала XVII века, Ч. Даннинг указал на явления, совпадающие с характерными признаками государ- ственного кризиса по Голдстоуну: на рост населения, сопровождае- мый ростом цен, на финансовый кризис государства, на обеднение, раскол и фракционирование элиты. Отмечая необходимость более подробного исследования этого вопроса, Ч. Даннинг сделал вывод о том, что, «как кажется, модель Голдстоуна применима для России»26. В монографии «Демографически-структурный анализ социаль- но-экономической истории России» автором был проведен соот- ветствующий анализ для двух циклов российской истории (пер- вый из них закончился «Великой Смутой», а второй —революциями 1905-1917 годов). При этом было показано, что практически все опи- санные выше характерные признаки различных фаз демографиче- ского цикла реально фиксируются историческими источниками27. Последние исследования в области демографически-структурной теории связаны с работами международной «клиодинамической группы» в составе П. Турчина, Т. Холла, А. В. Коротаева, Л. Гринина, С. В. Циреля, Д. А. Халтуриной и некоторых других историков (в том числе и автора этих строк). В частности, непосредственным продол- жением исследований Дж. Голдстоуна стали изданная в Принстоне монография П. Турчина и С. А. Нефедова28, монография А. В. Коро- таева, А. С. Малкова и Д. А. Халтуриной29 и упомянутая книга С. А. Не- федова. В статье, опубликованном недавно в авторитетном журнале «Nature», П. Турчин, ссылаясь на результаты работы этой группы, за- явил, что отныне можно говорить об обнаружении реальных, мате- матически доказанных закономерностей исторического процесса30. В работах «клиодинамической группы» изучение демографиче- ских циклов проводится с широким использованием экономико-ма- 17
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I тематических моделей31. Математическое моделирование помогает, в частности, оценить влияние на ход демографического цикла крат- ковременных климатических колебаний, неурожаев, стихийных бед- ствий. Оно показывает, что в фазе роста крестьяне имеют достаточ- ные запасы зерна и колебания урожайности в этот период не могут привести к катастрофе. Однако в последующий период перенасе- ления такие запасы отсутствуют, что делает экономическую систе- му неустойчивой. В этих условиях большой неурожай или нарушаю- щее хозяйственную жизнь вторжение врагов должны рано или позд- но привести к драматическим последствиям32. Д. Григг отмечает, что неурожаи и пандемии бывали во все времена, но они оказывались катастрофическими лишь в периоды перенаселения, когда населе- ние не имело запасов продовольствия и было ослаблено постоян- ным недоеданием — то есть случайные факторы лишь усиливали эф- фект перенаселения33. 1.2. РОЛЬ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО ФАКТОРА. ТЕОРИЯ ВОЕННОЙ РЕВОЛЮЦИИ При позитивном восприятии теории Дж. Голдстоуна в целом, не- которые историки указывали на необходимость учета, кроме демо- графической динамики, и других важных факторов. В частности, Ч. Даннинг, обсуждая вопрос о перспективности применения демо- графически-структурной теории, указывает на важное влияние еще одного фактора — фактора военно-технических (и просто техниче- ских) инноваций34. Идея о том, что техника и технология определяют социальную структуру и общественные отношения высказывалась многими ис- ториками и экономистами. Прежде всего, речь идет о роли техноло- гических революций и великих, фундаментальных, открытий. Фун- даментальные открытия —это открытия, позволяющие овладеть но- выми ресурсами и возможностями, в современной терминологии, это открытия, расширяющие экологическую нишу народа или государ- ства и способствующие росту потребления и увеличению численно- сти населения. Это могут быть достижения в области производства пищи, например, доместикация растений, позволяющая увеличить плотность населения в десятки и сотни раз. Это может быть новое оружие или новая военная тактика, позволяющие раздвинуть грани- цы обитания за счет соседей. Это могут быть транспортные сред- ства, позволяющие открыть и освоить новые земли. В качестве фун- 18
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА даментальных открытий можно рассматривать также новые техно- логии, способствующие достижениям в упомянутых выше областях, например, освоение металлургии железа, с одной стороны, позво- лило создать железные топоры и плуги, облегчившие освоение це- лины, с другой стороны, сделало возможным появление нового ору- жия—железных мечей. Очевидно, что технологический фактор непосредственно влия- ет на демографическую динамику и социальное развитие общества. С одной стороны, фундаментальные открытия расширяют экологи- ческую нишу, с другой стороны, они могут вызывать трансформации структуры «государство —элита —народ» и вызывать масштабное пе- рераспределение ресурсов между элементами этой структуры. Обычно отмечаются две глобальные общественные трансформа- ции, вызванные «аграрной» («неолитической») революцией, поро- дившей традиционное общество земледельцев, и «промышленной» революцией, обусловившей переход от традиционного к индустри- альному обществу. Что касается менее значимых трансформаций внутри традиционного общества, то их связывают в основном с во- енно-техническими достижениями, то есть с фундаментальными от- крытиями в военной сфере. В свое время Макс Вебер обратил внима- ние на то, что появление в Греции вооруженной железными мечами фаланги гоплитов привело к переходу власти в руки состоятельных граждан-землевладельцев35. Аналогичным образом Линн Уайт объ- ясняет становление феодализма появлением стремени, которое сде- лало всадника устойчивым в седле и обусловило господство на поле боя тяжеловооруженных рыцарей36. Отталкиваясь от этих положений, известный востоковед И. М. Дья- конов создал теорию военно-технологического детерминизма, в ко- торой каждая фаза исторического развития характеризуется измене- ниями в военной технологии37. Близкую схему связи между военной техникой и политическим режимом обосновывает известный фран- цузский социолог Доминик Кола38. Наиболее разработанной из тео- рий технологического детерминизма является созданная Майклом Робертсом39 теория «военной революции». Эта теория до сих пор мало известна российской исторической общественности, поэтому будет уместно кратко изложить ее основные положения и выводы40. Основная идея М. Робертса состоит в том, что на протяжении по- следних трех тысячелетий в мире произошло несколько военных революций, каждая из которых была началом нового этапа исто- рии. «Это — историческая банальность,— писал М. Робертс, —что ре- волюции в военной технике обычно приводили к широко разветв- *9
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ленным последствиям. Появление конных воинов (точнее, колесни- чих— С. Н.)... в середине II тыс. до н.э., триумф тяжелой кавалерии, связанный с появлением стремени в IV веке христианской эры, науч- ная революция в вооружениях в наши дни —все эти события призна- ются большими поворотными пунктами в истории человечества»41. М. Робертс подробно проанализировал лишь одну из военных ре- волюций—революцию середины XVII века. Эта революция была свя- зана прежде всего с появлением легкой артиллерии. В прежние вре- мена качество литья было плохим, и это вынуждало делать стенки ствола пушек настолько толстыми, что даже малокалиберные орудия было трудно перевозить по полю боя. Шведский король Густав Адольф (1611-1632), осознал, какие перспективы открывает улучшение каче- ства литья —и преступил к целенаправленным работам по созданию легкой полевой артиллерии. Эти работы продолжались более десяти лет, и, в конце концов, в 1629 Г°ДУ была создана легкая «полковая пуш- ка», «regementsstycke»42. «Полковую пушку» могла везти одна лошадь; два-три солдата могли катить ее по полю боя рядом с шеренгами пехо- ты—и таким образом, пехота получала постоянную огневую поддерж- ку. «Это была фундаментальная инновация», — писал М. Робертс43. «Полковая пушка» стала «оружием победы» шведской армии в Три- дцатилетней войне; каждому полку было придано несколько таких пу- шек. Создание полковой пушки и одновременное появление облегчен- ных мушкетов вызвали революцию в военной тактике и стратегии44. После изобретения «regementsstycke» в руках Густава Адольфа оказалось новое оружие —но нужно было создать армию, которая смогла бы использовать это оружие. Швеция была маленькой и бед- ной страной, в 1623 году доход королевства составлял 1,6 млн. рейхс- талеров; на эти деньги можно было содержать не более 15 тысяч на- емников. Естественный выход из финансовых затруднений состоял в использовании уникального шведского института —всеобщей во- инской повинности. Густав Адольф упорядочил несение этой повин- ности, в армию стали призывать одного из десяти военнообязанных мужчин и срок службы был установлен в 20 лет45. В 1626-1630 годах Густав Адольф призвал в войска 50 тысяч рекрутов; таким образом, была создана первая в Европе регулярная армия. Однако финансовая проблема была решена лишь отчасти. Содержание постоянной ар- мии требовало огромных затрат и радикальной налоговой реформы, резкого перераспределения ресурсов в пользу государства. Введение новых налогов вызвало сопротивление шведских сословий, но в 1624 году Густаву Адольфу удалось преодолеть это сопротивление и добить- ся вотирования основного налога (landtagsgard) на неопределенное 20
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА время —таким образом, этот налог стал практически постоянным и его сбор не зависел от согласия риксдага46. Решение финансовой проблемы позволило Густаву Адольфу дополнить призывные кон- тингенты наемниками и создать невиданную по тем временам 8о-ты- сячную армию, вооруженную полковыми пушками и облегченными мушкетами47. Создание регулярной армии породило волну шведских завоеваний. В 1630 году шведские войска высадилась в Германии, а год спустя, в битве при Брейтенфельде, шведские пушки расстреляли ар- мию императора Фердинанда II. К середине XVII века шведы стали хозяевами Центральной Европы, в своих походах шведские армии достигали южных областей Германии и Польши —и даже Украины. Громкие победы шведской армии вызвали заимствование швед- ских военных и социальных инноваций, прежде всего, в государ- ствах, терпевших поражения в борьбе со Швецией, —в германских княжествах, в империи Габсбургов, в Дании, в России. В одной из ра- бот автора показан механизм распространения на Россию шведской военной революции и последовательность заимствования шведских инноваций48. Государства, не сумевшие перенять оружие противни- ка, как показывает опыт Польши, в конечном счете ждала гибель. Как полагает Майкл Робертс, военная революция изменила весь ход истории Европы. Появление регулярных армий потребовало увели- чения налогов, создания эффективной налоговой системы и сильно- го бюрократического аппарата. Появление новой армии, новой бю- рократии, новой финансовой системы означали огромное усиление центральной власти и становление режима, который Брайан Дау- нинг называет «военно-бюрократическим абсолютизмом»49. Нуждаясь в ресурсах, военно-бюрократический абсолютизм перераспределял доходы в свою пользу; при этом ему приходилось преодолевать со- противление старой знати, которая терпела поражение в этой борь- бе и теряла свое политическое значение50. С другой стороны, увеличение налогов означало новые и часто нестерпимые тяготы для населения, вызывало голод, всеобщее не- довольство и восстания. Тридцатилетняя война, в ходе которой на поле боя впервые появились массовые армии, потребовала от го- сударств огромного увеличения военных расходов. Монархи оказы- вались вынужденными увеличивать налоги и нарушать привилегии сословий, что стало причиной Фронды, восстаний в Испании и Ита- лии и других социальных движений, ассоциируемых с так называе- мым «кризисом XVII века»51. Таким образом, в ходе военной революции, во-первых, проис- ходила трансформация структуры - государство превращалось в аб- 21
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I солютную монархию, оно усиливалось включением нового компо- нента, регулярной армии, прежнее элитное рыцарское ополчение теряло свою роль, а элита становилась в подчиненное положение к государству. Во-вторых, происходило масштабное перераспределе- ние ресурсов в пользу государства и в ущерб народу, что часто приво- дило к структурным кризисам. Мы говорили выше, что демографиче- ски-структурная теория часто не может объяснить причины транс- формаций структуры и последующих структурных кризисов—теперь мы видим, что, по крайней мере, часть таких кризисов объясняется через посредство теории военной революции. Таким образом, тео- рия военной революции представляет собой необходимый допол- нительный инструмент при изучении исторического процесса с ис- пользованием демографически-структурной теории. Во второй половине XX века теория «военной революции» ста- ла общепринятым инструментом при анализе социально-экономи- ческого развития различных стран Европы в раннее Новое время. Однако, как отмечал М. Робертс, военная революция XVII века была лишь одной из многих военных революций, и в принципе созданная им теория может распространяться и на другие периоды истории. В контексте этого расширенного применения для нас важно преж- де всего то обстоятельство, что теория М. Робертса показывает, что создание постоянной профессиональной армии, находящейся на го- сударственном содержании, влечет за собой трансформацию струк- туры, масштабное перераспределение ресурсов в пользу государства и установление самодержавия. 1.3. РОЛЬ ФАКТОРА ВНЕШНИХ ВЛИЯНИЙ. ДИФФУЗИОНИЗМ Как отмечалось выше, внешние влияния могут быть многообразны- ми: это, прежде всего, войны, торговля и культурное влияние, связан- ное с диффузией инноваций. Войны могут быть обусловлены перена- селением и недостатком ресурсов, так что внешние влияния оказыва- ются отчасти производными от демографического фактора. С другой стороны, как военное превосходство, так и распространение культур- ных инноваций связано с влиянием технологического фактора. Процесс заимствования и распространения инноваций тради- ционно изучается в рамках концепции, именуемой диффузионизмом. Изучение диффузии культурных инноваций на основе анализа ар- хеологических артефактов — это традиционный «культурно-истори- 22
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА ческий» подход, распространенный метод работы археологов. «Мы находим некоторые категории остатков —пишет Гордон Чайлд, —ке- рамику, орудия труда, украшения, виды погребального обряда, фор- мы жилищ, — постоянно встречающиеся вместе. Такой комплекс связанных признаков мы назовем „культурной группой" или про- сто «культурой». Мы убеждены, что этот комплекс является матери- альным выражением того, что мы сегодня назвали бы «народом»«52. „Далее,— продолжает известный российский археолог Л. Н. Коряко- ва,—как правило, следует анализ изменений в терминах миграции. Одним из вопросов является вопрос о происхождении нового типа и связанной с ним группы населения. Тщательное изучение керами- ки на прилегающих территориях может гипотетически определить место ее происхождения и даже направление миграции. В против- ном случае, если эти аргументы покажутся неподходящими, можно поискать параллели специфическим чертам культурных сочетаний в других местах. Если культурный комплекс не привязывается к ка- кому-либо внешнему источнику, могут быть найдены некоторые свя- зи... с какой-либо другой культурой. Если такие параллели находятся, археолог приведет доводы в пользу диффузии" 53. Наиболее четко идеи диффузионизма сформулированы в так на- зываемой «теории культурных кругов» — историко-этнологической концепции, весьма популярной в 20-х и 30-х годах прошедшего сто- летия. Как известно, создатель этой концепции Фриц Гребнер счи- тал, что сходные явления в культуре различных народов объясняют- ся происхождением этих явлений из одного центра54. Последователи Гребнера полагают, что важнейшие элементы человеческой культу- ры появляются лишь однажды и лишь в одном месте в результате фун- даментальных открытий в технике и технологии. Эффект фундамен- тальных открытий таков, что они дают народу-первооткрывателю решающее преимущество перед другими народами. Используя это преимущество, народ-первооткрыватель подчиняет окружающие на- роды и передает им свою культуру, таким образом формируется куль- турный круг— область распространения данного фундаментального открытия и сопутствующих ему культурных элементов. С другой сто- роны, чтобы устоять перед натиском завоевателей, окружающие на- роды вынуждены поспешно перенимать их оружие. В большинстве случаев перенимаются и сопровождающие фундаментальное откры- тие культурные элементы, такие как политические институты, одеж- да, обычаи и т.д. Перед волной завоеваний движется волна диффузии', заимствуя новые культурные элементы, окружающие народы при- соединяются к новому культурному кругу. В странах, присоединив- 23
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I шихся к новому культурному кругу, протекает сложный процесс куль- турного и социального синтеза, взаимодействия привнесенных извне культурных элементов с традиционными порядками, этот процесс иногда прерывается периодами традиционалистской реакции. Таким образом, фактор внешних влияний в диффузионистской теории является производным от технологического фактора, по сущест- ву, эта теория описывает механизм влияния фундаментальных от- крытий на жизнь человеческого общества. Как отмечалось выше, фундаментальные открытия, как правило, совершаются один раз и в одном месте. Теоретически, конечно, воз- можно, что фундаментальное открытие, породившее данный куль- турный круг будет конвергентно повторено в другом месте, но в ре- альности вероятность такого события близка к нулю: быстрота рас- пространения информации об открытии не оставляет времени для его независимого повторения. В традиционном обществе чаще всего в роли фундаментального открытия выступает новое оружие, кото- рое порождает волну завоеваний. Распространение волны завоева- ний связано с демографическими катастрофами', нашествие обрывает демографические циклы в завоеванных государствах, и социальный синтез происходит в фазе роста нового цикла. Таким образом, культурно-историческая школа представляет исто- рию как динамичную картину распространения культурных кругов, порождаемых происходящими в разных странах фундаментальными открытиями. История отдельной страны в рамках этой концепции может быть представлена как история адаптации к набегающим с раз- ных сторон культурным кругам, как история трансформации общества под воздействием внешних факторов, таких, как нашествие, военная угроза или культурное влияние могущественных соседей. В истори- ческой науке такие трансформации применительно к конкретным случаям обозначаются как эллинизация, романизация, исламизация, вестернизация и т.д. Для темы нашего исследования чрезвычайно важно то обстоятель- ство, что трансформация общества под воздействием диффузионной волны представляет собой трансформацию структуры «государство — элита—народ» и сопровождается перераспределением ресурсов в рам- ках этой структуры. Таким образом, некоторые трансформации струк- туры, необъяснимые с позиций демографически-структурной теории, могут быть объяснены через внешние диффузионные влияния. Созданная почти столетие назад теория культурных кругов про- шла длительный путь развития; одно время она подвергалась кри- тике, но затем авторитет теории был в целом восстановлен, и она 24
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА до сих пор эффективно применяется как в археологии и этнографии, так и в исторической науке55. В настоящее время регулярно прово- дятся конференции, посвященные анализу процесса диффузии — прежде всего в области вооружения —на обширных пространствах Евразии56. Идеи, близкие концепции диффузионизма, находят свое отражение в курсах истории России; в качестве примера можно на- звать учебное пособие В. Э. Лебедева57. Классическим изложением истории человечества с позиций диф- фузионизма является известная монография Уильяма Мак-Нила «Восхождение Запада»58. Важно отметить, что У Мак-Нил говорит о тех же военно-технических открытиях, что и М. Робертс: об изоб- ретении боевой колесницы в середине II тыс. до н.э., о появлении стремян в IV в. н.э. и т.д., и описывает вызванные этими военны- ми революциями последствия, в частности, распространение по- рожденных ими волн завоеваний. Однако в «Восхождении Запада» У Мак-Нил уделяет основное внимание процессу распространения инноваций и не объясняет, почему те или иные открытия в военной или производственной сфере повлекли определенные изменения в сфере социальной и политической. В более поздней монографии, «В погоне за мощью»59, У Мак-Нил касается этого вопроса более по- дробно, описывая «военную революцию» XVI-XVII веков и ссыла- ясь на исследования М. Робертса, Г. Паркера и других теоретиков «во- енной революции». Таким образом, мы видим, что диффузионизм в версии У Мак-Нила включает в себя теорию «военной революции». Более того, при рассмотрении социально-экономических кризисов XVII и конца XVIII веков У Мак-Нил использует элементы неомаль- тузианского подхода и ссылается на Ф. Броделя60. Хотя этому сюже- ту в книге У Мак-Нила посвящено лишь несколько страниц, он имеет принципиальное значение, так как содержит идею анализа историче- ского процесса как результата взаимодействия демографического и техни- ческого факторов - и соответственно, идею теоретического синтеза нео- мальтузианства и диффузионизма. 1.4. ТЕОРИЯ МОДЕРНИЗАЦИИ Для периода Нового времени трансформация структуры, определяе- мая технологическим (диффузионным) фактором, в широком плане рассматривается в рамках теории модернизации (современное описа- ние различных вариантов этой теории имеется в работах В. В. Алек- сеева и И. В. Побережникова61). По определению одного из создателей 25
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I теории модернизации С. Блэка, модернизация —это процесс адапта- ции традиционного общества к новым условиям, порожденным науч- но-технической революцией, которая сделала возможным контроль за средой обитания62. С. Блэк выделяет несколько последовательных стадий модернизации; первая из них —это «вызов модернизации» в XVI-XVIH веках. Это был первый этап европейской научно-техниче- ской революции, которая привела к развитию мануфактур и торгов- ли и вызвала к жизни «просвещенный абсолютизм» с его централиза- цией и бюрократизацией63. С. Блэк не разъясняет механизм возникно- вения абсолютизма, но очевидно, что среди технических достижений XVI-XVII веков особое место занимали военно-технические достиже- ния, описываемые теорией «военной революции», и в этой своей ча- сти теория модернизации воспроизводит выводы теории «военной революции». Как отмечает Г. Паркер, «в значительной мере подъем За- пада... был обусловлен как раз теми изменениями в ведении войны, ко- торые позднее будут обозначены как „военная революция" «64. Страны, находившиеся на периферии Европы, практически сра- зу же стали перенимать достижения Запада. «Начиная с конца XV века в России и несколько позже в Турции, — писал С. Блэк, — была приня- та система политического использования западной техники и спе- циалистов, чтобы модернизировать войско и бюрократию, строить укрепления и общественные здания, создавать фабрики и осваивать природные ресурсы. Эта политика приняла наиболее активную фор- му в России при Петре Великом...»65 Таким образом, С. Блэк подчер- кивает роль процесса диффузии в распространении западноевропей- ских инноваций: «Модернизация —не единственное слово, которое описывает этот процесс, слова «европеизация» и «вестернизация» используются в том же смысле»66. Для периферийных стран Восточ- ной Европы и Азии процесс модернизации часто прямо отождеств- ляется с диффузионным процессом вестернизации, так, например, А. Н. Медушевский и А. Б. Каменский указывают, что модернизация приняла в России форму европеизации или вестернизации — преобразова- ния общества по западному образцу67. Важно отметить, однако, что модернизация не сводилась к простому перениманию отдельных за- падных институциональных и технических инноваций; в процессе этого перенимания происходил синтез привнесенных и традиционных элементов. Чрезвычайно важное значение для понимания механиз- мов диффузионных процессов в России XVHI-XIX веков имеют по- явившиеся в последнее время работы Е. В. Алексеевой68. Ряд аспек- тов российской модернизации в контексте теории диффузионизма рассматривался также в работах автора69. 26
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА В конце XVIII века европейская модернизация вступила в новый этап; С. Блэк называет его «стадией консолидации модернизаторско- го руководства». Это было время промышленной революции. «Три- ста лет назад... — писал Элвин Тоффлер, —произошел взрыв, ударная волна которого обошла всю землю, разрушая древние общества и по- рождая совершенно новую цивилизацию. Таким взрывом была про- мышленная революция. Высвобожденная ею гигантская сила, рас- пространявшаяся по миру... пришла в соприкосновение с института- ми прошлого и изменила образ жизни миллионов»70. Промышленная революция была вместе с тем и военной революцией, она дала в руки европейцев новое оружие, и военная экспансия Запа- да вызвала резкое усиление процесса вестернизации. Волна завоева- ний, исходившая из Европы, привела к созданию обширных колони- альных империй и диффузии европейских стандартов в те общества, которые остались независимыми. Для темы нашего исследования важно то обстоятельство, что модерни- зация общества на этапе «консолидации модернизаторского руководства» представляет собой трансформацию структуры «государство - элита - народ» и сопровождается перераспределением ресурсов в рамках этой струк- туры. Таким образом, некоторые трансформации структуры, необъ- яснимые с позиций демографически-структурной теории, могут быть объяснены через теорию модернизации. Важно отметить, что в «стадии консолидации» развитие транспор- та, торговли и сельскохозяйственных технологий позволило индуст- риальным странам Запада резко увеличить «средства существования» для своих народов и снять мальтузианские ограничения. Резкое расши- рение экологической ниши индустриального общества привело к на- рушению характерного для традиционного общества чередования де- мографических циклов. Однако в России влияние агротехнической модернизации стало сказываться на увеличении урожайности лишь с 1950-х годов и было относительно ограниченным. Более существен- но было то, что модернизация в демографической сфере привела к из- менению типа воспроизводства населения, к снижению рождаемости и к уменьшению естественного прироста. Эти демографические пере- мены приводят некоторых исследователей к выводу о том, что приме- нение концепции демографических циклов при анализе развития Рос- сии во второй половине XX века требует существенной корректировки. В работах Теодора фон Лауэ, одного из наиболее известных ис- ториков XX века, была подробно разработана «теория вестерниза- ции»71. В целом эту теорию можно считать частью более общей тео- рии модернизации и в то же время элементом диффузионистской 27
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I концепции. Согласно теории фон Лауэ, процесс вестернизации был главным содержанием мировой истории XIX-XX веков; он был об- условлен военным, техническим и культурным превосходством Евро- пы—результатом промышленной революции, которая началась в Ан- глии в конце XVIII столетия. Государства, оставшиеся независимыми, были вынуждены перед лицом военного и экономического давления спешно перенимать вооружение, технику, промышленную и социаль- ную организацию, материальную, а затем и духовную культуру Запа- да72. Вестернизация наносила сокрушительные удары по традицион- ной культуре и традиционным общественным отношениям. «...Гос- подство Запада делается явным не только в прямолинейной форме превосходящих машин или экономического вторжения, —писал фон Лауэ, —но в более коварной форме всеобщей модели. Эта форма дав- ления, наименее заметная среди инструментов империалистов, была все же наиболее мощной и действовала как постоянная тихая под- рывная деятельность. Она разрушала престиж традиционной власти и подрывала преданность людей к их традициям и к их правитель- ству. Никогда во всей истории не существовало такой обширной под- рывной силы, как сила Запада... Почти все, что делал белый человек, вплоть до его прихотей, вызывало подражание, иногда просто пото- му, что это было необычным. Некоторые важнейшие понятия, подоб- но демократии и свободе, носили такой ореол престижа, что и сего- дня они служат как ключевые лозунги—и даже в тех странах, которые извратили их значение в противоположное... То же самое излияние западных норм, которое подорвало различные неевропейские циви- лизации, ниспровергало также традиции и нравы имперской России. Тихая революция извне разрушала традиционную власть царской Рос- сии намного раньше того, когда она физически разрушилась»73. Модернизация не сводилась к простому перениманию отдельных западных институциональных и технических инноваций; она часто наталкивалась на традиционалистскую (фундаменталистскую) реакцию и периоды усвоения нововведений прерывались периодами частич- ного возврата к прежним традициям. В дальнейшем происходил про- цесс синтеза привнесенных и традиционных элементов. «Во многих обще- ствах,—писал Д. Рюшемейер, —модернизированные и традиционные элементы сплетаются в причудливые структуры... Частичная модер- низация представляет собой такой процесс социальных изменений, который ведет к институционализации в одном и том же обществе относительно модернизированных социальных форм и менее модер- низированных структур»74. Более того, такое частично модернизи- рованное общество может существовать в течение поколений и раз- 28
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА виваться по своей, определенной толчком частичной модернизации траектории, отличной от траектории развития Запада. При этом — если это общество достаточно сильно для проведения изоляционист- ской политики —оно может некоторое время отторгать дальнейшие диффузионные импульсы, идущие с Запада. Таким образом, модер- низация в периферийных странах распадается на два процесса—эн- догенное развитие как следствие частичной модернизации и экзо- генное развитие под действием постоянной диффузии, которая, од- нако, может частично блокироваться. Родиной промышленной революции была Англия, и именно Ан- глия стала исходной моделью, которой подражали страны, вступив- шие на путь вестернизации. Характерными чертами английского об- щества были неприкосновенность частной собственности, свобода частного предпринимательства, свобода личности, экономический индивидуализм и парламентаризм; Адам Смит и другие экономисты того времени доказывали, что именно эти характерные черты (став- шие принципами либерализма) способствовали началу промышлен- ной революции и бурному процессу английской индустриализации. Однако, как отмечает У Мак-Нил, во второй половине XIX века, по- явилась другая, германская, модель индустриализации, основанная на активном государственном регулировании экономических и со- циальных отношений75. Появление этой модели было результатом культурного и социального синтеза привнесенных из Англии новых элементов с традиционным прусским этатизмом, и поскольку Герма- ния стала самым могущественным государством Европы, германская модель, в свою очередь, стала образцом для вестернизации перифе- рийных государств. Таким образом, в конце XIX века существовали две конкурировавшие между собой модели вестернизации, англий- ская и германская, и процесс модернизации стал более сложным76. Это обстоятельство весьма существенно для анализа модернизации в России и в странах Восточной Европы. Мы не ставим перед собой цель подробно изложить теорию мо- дернизации, ее изложению и анализу развития России с позиций модернизации посвящена многочисленная литература77. Как отме- чалось выше, в данном случае речь идет о том, чтобы объяснить трансформации структуры, происходящие под действием технологи- ческого фактора. Влияние этого фактора описывается, в частности, концепцией диффузионизма, теорией «военной революции, и тео- рией модернизации. Эти теории связаны между собой и содержат общие элементы, но при этом освещают течение исторического про- цесса с разных сторон, взаимно дополняя друг друга. 29
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I I.5. ТРЕХФАКТОРНАЯ МОДЕЛЬ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА Суммируя изложенное выше, мы можем констатировать, что совре- менное состояние теории факторов исторического процесса позво- ляет описать механизм совместного действия трех факторов, демо- графического, технологического и географического. При этом воздействие географического фактора отличается по своему характеру от воздей- ствия других рассматриваемых факторов. Численность населения и технология являются переменными, динамическими величинами, в то время как природные условия остаются относительно постоян- ными на протяжении тысячелетий78. Географический фактор явля- ется формообразующим, он участвует в формировании обществ зем- ледельцев и кочевников, а в дальнейшем его влияние проявляется в процессах социального синтеза, которые начинаются после завое- вания земледельческих обществ кочевниками. Демографический фактор является динамическим, и, как было показано выше, его действие описывается демографически-струк- турной теорией. Этот фактор предопределяет развитие земледельче- ских обществ в ритме демографических циклов: первоначально, ко- гда численность населения мала и свободных земель много, уровень потребления достаточно высокий и население быстро растет, затем рост населения приводит к нехватке земель и снижению уровня по- требления, наступает время крестьянского малоземелья, многие кре- стьяне пытаются заработать на жизнь ремеслом и уходят в города, города растут, но одновременно растет число безработных и нищих, все чаще приходят голодные годы и начинаются восстания голодаю- щих, которые поддерживает часть беднеющей знати. В конце кон- цов случайные воздействия, неурожаи и войны, приводят к голоду и эпидемиям, а восстания перерастают в гражданскую войну. В ходе этих социальных конфликтов к власти приходит этатистская монар- хия, пытающаяся накормить голодных, но в конечном счете войны и голод приводят к демографической катастрофе. Численность на- селения уменьшается, проблема малоземелья и голода уходит в про- шлое, и через некоторое время начинается рост населения в новом демографическом цикле. Технологический фактор также является динамическим, его дей- ствие описывается тремя дополняющими друг друга теориями, тео- рией диффузионизма, теорией военной революции и теорией модер- низации. Действие технологического (или диффузионнного) фактора предопределяет другую последовательность событий: фундаменталь- ное открытие, совершенное неким народом (чаще всего создание 3°
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА нового оружия) вызывает волну завоеваний. Одновременно те обще- ства, которые избежали завоевания, под угрозой нашествия перени- мают оружие и обычаи завоевателей, и таким образом формируется культурный круг —область распространения данной фундаменталь- ной инновации и культуры народа-завоевателя. В государствах, во- шедших в новый культурный круг, происходит процесс культурного и социального синтеза привнесенных инноваций и местных тради- ций; этот синтез иногда прерывается традиционалистской реакци- ей—периодами частичного отторжения инноваций. Таким образом, действие каждого фактора предсказывает опреде- ленную «элементарную последовательность» событий и задача фак- торного анализа состоит в том, чтобы представить исторический процесс в виде суммы, суперпозиции «элементарных последователь- ностей», подобно тому, как в регрессионном анализе пытаются при- близить последовательность наблюдаемых экспериментальных дан- ных суммой последовательностей-факторов, а затем оценить «оста- точную дисперсию»—долю тех событий, которые нельзя объяснить этим методом. Первые, хотя еще недостаточно формализованные, попытки при- менения факторного метода мы видим у У Мак-Нила. В известной ра- боте «В погоне за мощью»79 У Мак-Нил описывает историю Европы после XV века как суперпозицию событий, индуцированных действи- ем демографического и технологического факторов. Эта методоло- гия позднее была использована автором в монографии «Факторный анализ исторического процесса. История Востока»80 и в ряде работ, посвященных анализу отдельных периодов истории России81. Таким образом, мы можем говорить о становлении новой концепции раз- вития человеческого общества. В этой концепции внутреннее развитие опи- сывается с помощью демографически-структурной теории, однако на демо- графические циклы иногда накладываются волны завоеваний, порожденных совершенными в той или иной стране фундаментальными открытиями. За этими завоеваниями следуют демографические катастрофы, социаль- ный синтез и трансформация структуры, в ходе которой рождается новое общество и новое государство. Характеристики новой структуры «госу- дарство—элита—народ» зависят от тех исходных компонентов, ко- торые участвуют в социальном синтезе, от того, какими были обще- ство завоеванных и общество завоевателей. В истории России был период, когда в роли завоевателей оказались кочевники, монголо-та- тары. Земледельцы и кочевники представляли собой два разных хо- зяйственных типа, их обычаи и социальные отношения определя- лись, прежде всего, различными условиями природной среды, гео- З1
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I графическим фактором. Поэтому для того, чтобы понять механизм социального синтеза, необходимо кратко проанализировать, каким образом географический фактор (вместе с другими факторами) форми- ровал общество земледельцев и общество кочевников. 1.6. ФОРМИРОВАНИЕ ЗЕМЛЕДЕЛЬЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА Доместикация растений явилась великим достижением человече- ства, намного расширившим его экологическую нишу,— по опреде- лению Гордона Чайлда, это была «неолитическая революция»82. Нео- литическая революция началась в X тысячелетии до н. э. на Ближ- нем Востоке, в регионе, где распространены дикорастущие пшеница и ячмень и первобытные общины издавна занимались собиратель- ством съедобных злаков. В контексте диффузионистской теории доместикация растений рассматривается как фундаментальное от- крытие, кардинальным образом изменившее жизнь людей. Прежде всего, она имела огромные демографические последствия. По неко- торым оценкам, в эпоху мезолита средняя плотность населения рав- нялась 0,04 чел./км2, а в эпоху раннего земледелия она увеличилась до 1 чел./км2 —это означает, что лишь на первом этапе «неолитиче- ской революции» емкость экологической ниши увеличилась в десят- ки раз. В отдельных областях наблюдался еще более значительный рост плотности населения: в юго-западном Иране с 0,1 до 2 чел./км2, в Восточном Средиземноморье с 0,1 до 1,5-10 чел./км2 83. Оценки археологов подтверждаются данными этнографии: в то время как у охотников и собирателей плотность населения ред- ко превышает 0,2 чел./км2, плотность населения в областях распро- странения переложного земледелия в Африке, Азии и Америке со- ставляет в среднем около 9 чел./км2. Образ жизни различных племен, занимавшихся подсечно-огне- вым земледелием, был весьма схожим. Так же, как охотники, ран- ние земледельцы жили родовыми общинами, состоявшими из род- ственных семей. Мужчины все вместе расчищали участки земли, причем, поскольку земля быстро истощалась, то процесс расчистки новых участков был практически постоянным; старые участки забра- сывались, и община переходила на новые поля —эта система ранне- го земледелия называется подсечно-огневой или переложной. Если община состояла из многих семей, то расчищенные участки дели- ли на семейные наделы, и урожай считался собственностью семьи, но определенная его часть поступала в распоряжение рода. Важней- 32
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА шие дела общины решались на сходках мужчин; вожди, как прави- ло, пользовались лишь слабой властью и не имели привилегий. Та- кого рода общественные отношения имели место у индейцев Ама- зонии, папуасов Новой Гвинеи, даяков Калимантана, таи и сенои Суматры, ирокезов Северной Америки и многих других архаических племен84. Как мы увидим далее, подобные порядки были распростра- нены и у практиковавших подсечное земледелие восточных славян. Как отмечают исследователи, ранние земледельцы сохранили свойственный охотникам общинный коллективизм и относительно равномерное распределение пищи85. Это было связано, прежде все- го, с необходимостью объединения усилий всей общины для расчи- стки новых участков земли —при отсутствии железных орудий труда одиночка был не в состоянии справиться с этой тяжелой работой86. Считается, что от начала неолитической революции до появле- ния первых государств прошло около пяти тысяч лет. За этот пери- од плотность населения на Ближнем Востоке возросла с о,05-0.оу до ю чел./км2, то есть в 150-200 раз87. Постепенно в некоторых об- щинах стала ощущаться нехватка земли, вызвавшая переход от ран- него земледелия к развитому, при котором хозяйство велось на по- стоянных участках, а плодородие почв поддерживалось с помощью ирригации, паров и удобрений. Другим следствием нехватки земли стало расселение земледельцев на восток, в Иран и Среднюю Азию, и на запад, в Европу88. Среди историков весьма популярна биологическая модель рас- пространения земледельческой культуры, созданная генетиком Р. А. Фишером и его последователями, А. Дж. Аммерманом и Л.Л.Ка- валли-Сфорца89. Согласно этой модели, распространение земледе- лия рассматривается как диффузионный процесс, обусловленный увеличением численности земледельцев, что приводило к их мигра- ции из первоначального региона обитания —то есть распространя- лась не идея земледелия, а сами земледельцы. Этот волновой про- цесс был проанализирован на основе математической модели, кото- рая показала, что скорость миграционного продвижения в Европе составляла около одного километра в год90. Таким образом, в соответствии с теорией, фундаментальное от- крытие, освоение земледелия, породило миграционную волну. Один из путей распространения этой волны вел с Ближнего Востока на Бал- каны. В VII тыс. до н. э. выходцы из Малой Азии принесли с собой на юг Балканского полуострова навыки земледельческого хозяйства, культурные растения (пшеницу, ячмень, чечевицу), домашних живот- ных (овец, коз), ближневосточную культуру и язык, близкий языку 33
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I малоазиатских хаттов и хурритов. Эти люди принадлежали к восточ- но-средиземноморскому антропологическому типу, который характе- ризуется грациозностью (тонкокостностью), невысоким ростом, тем- ной пигментацией, скошенным лбом и крупным носом. В конце VI тысячелетия до н.э. земледельцы продвинулись в Северное Причер- номорье до Днепра и основали здесь поселения трипольской культу- ры. Анализ хозяйства, домостроительства, материальной и духовной культуры, орнаментики, скульптуры, ритуалов и верований триполь- ской культуры демонстрирует выразительные малоазиатские парал- лели. О южно-анатолийских корнях Триполья свидетельствует набор одомашненных растений и животных, типология керамики, покло- нение «Великой Богине», священному быку и небесному змею, риту- альные захоронения детей и бычьих голов под полом жилищ. Некото- рые элементы традиционной культуры, имеющие ближневосточное происхождение, попали в позднейший славянский этнокультурный комплекс как наследие трипольцев. К ним, в частности, относятся древние реликты культов священного быка и небесного змея в укра- инском и русском фольклоре. Эти же истоки имеет архаическая лек- сика ближневосточного происхождения в индоевропейских языках— явление, о котором еще будет идти речь в дальнейшем91. Продвигавшиеся на необжитые равнины колонисты-земледельцы были с избытком обеспечены землей, хлебом и мясом и не чувствова- ли необходимости добывать себе пропитание, осваивая ремесла. Каж- дая семья, как могла, обеспечивала себя домотканной одеждой и лепи- ла грубые глиняные горшки, обжигая их потом на костре. Между тем на Ближнем Востоке ситуация постепенно менялась: все окружающие земли уже были заняты земледельцами и крестьянская эмиграция ста- ла невозможной. Началась фаза перенаселения и Сжатия. В соответ- ствии с демографически-структурной теорией перенаселение вызва- ло развитие ремесел. Нехватка земли привела к появлению в общинах «лишних людей», которые пытались прокормиться с помощью гон- чарства или ткачества. Появление профессиональных ремесленников и постоянная ремесленная практика привели к совершенствованию орудий труда. В IV тысячелетия до н. э. на Ближнем Востоке появился ручной гончарный круг и печи для обжига посуды, а немного позже — ножной гончарный круг92. Были созданы также ткацкие станки —сна- чала вертикальный, а затем, во II тысячелетии до н. э. —горизонталь- ный ткацкий станок. Эти изобретения не были фундаментальными открытиями в том смысле, что они не давали освоившим их народам решающего преимущества перед другими этносами — но они тоже распространялись диффузионным путем, отмечая границы влияния 34
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА ближневосточной цивилизации. В IV тысячелетии до н. э. примитив- ный гончарный круг и гончарные печи стали известны на Балканах и в трипольской культуре Северного Причерноморья93. Еще одной областью профессионального ремесла стала металлур- гия меди и бронзы. Медные изделия научились отливать еще в V тыся- челетии до н. э., но применение медных орудий (или оружия) сдержи- валось как редкостью этого металла, так и тем, что медь значительно уступала в твердости камню. В IV тысячелетии до н.э. ближневосточ- ные мастера научились получать твердые сплавы меди и мышьяка или меди и олова —это были две разновидности бронзы. Бронза была до- роже, чем медь, но из нее можно было делать инструменты для обра- ботки камня и дерева. Бронзовый инструмент, в частности, использо- вался при изготовлении появившихся в то время колесных повозок. Сжатие и порожденное им имущественное расслоение стимулиро- вало развитие также и некоторых специфических ремесел, прежде всего производства предметов роскоши. Распространилось ювелир- ное ремесло, производство дорогих тканей, украшений и роскошной посуды. К предметам роскоши первоначально относились и появив- шиеся во II тысячелетии до н. э. изделия из стекла—прежде всего, раз- ноцветные бусы и браслеты. Сама по себе сложная техника производ- ства предметов роскоши мало что давала людям —но исследователи археологических культур часто судят о степени их развития по техни- ке изготовления предметов роскоши. Развитие этой техники свиде- тельствует об общем уровне ремесел, о степени имущественной диф- ференциации, об уровне перенаселения и Сжатия. Так, например, в очаге ближневосточного Сжатия, в Двуречье, в III тыс. до н. э. пред- меты роскоши составляли 94% всех сохранившихся от того времени металлических изделий, а на Иранском нагорье, где перенаселение еще не ощущалось,—только 34%; основная часть металла в Иране шла на изготовление оружия и необходимых орудий труда94. Еще одним следствием ближневосточного Сжатия были военные столкновения между общинами за землю. Согласно обладающей большим авторитетом теории Р. Карнейро, в результате завоевания одной общины другой росла социальная стратификация, а также по- являлась необходимость в классе управляющих, собирающих дань (или налоги) с покоренного населения — таким образом возника- ли первые государства95. Усложнение общественного устройства, в свою очередь, потребовало создания новых способов коммуника- ции. В конце IV тысячелетия до н. э. для передачи слов и понятий ста- ли использовать иероглифы, которые, постепенно упрощаясь, пре- вратились к середине III тысячелетия в клинописные знаки. Знач- 35
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ки клинописи были мало похожи на передаваемые понятия. Вскоре они превратились в условные символы. На рубеже П-I тысячелетий до н.э. один из семитских народов, финикийцы, усовершенствовал клинопись и создал алфавит из 22 букв. Далее начался процесс диф- фузионного распространения письменности. От финикийского ал- фавита произошли арамейский и греческий, от арамейского— пер- сидский, арабский и индийский, от греческого —латинский и —уже в IX веке н. э. — славянский. Как и распространение ремесел, про- цесс распространения письменности был достаточно медленным; это было связано с тем, что письменность и ремесла предполагают достаточно высокую плотность населения и обстановку Сжатия. Дальнейшее увеличение плотности населения в конечном счете вело к появлению первых государств. Благодаря большой работе, про- деланной группой американских исследователей во главе с Дж. Мер- доком, в настоящее время существует база данных, позволяющая про- верить наличие зависимости между некоторыми действующими фак- торами и уровнями государственности и социальной стратификации с помощью методов математической статистики96. Такое исследова- ние было проведено А. В. Коротаевым и Н. Н. Крадиным97. Ими было установлено, что главными предпосылками для появления классов и государства являются переход к развитому земледелию и достиже- ние благодаря этому определенного порога плотности населения. Но при этом важную роль играют дополнительные условия: нали- чие технологии хранения зерна (например, керамических сосудов), металлургии бронзы, колесных транспортных средств и письменно- сти98. Таким образом, перечисленные выше открытия были необходи- мыми шагами на пути становления первых государств, и в целом появ- ление классов и государства было результатом совокупного действия технологического, географического и демографического фактора. 1.7. ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЫ И СКОТОВОДЫ НА ЮГЕ РОССИИ Как полагают специалисты, трипольская культура на Юге России даже в период своего расцвета не достигала уровня государствен- ности. В IV тысячелетии до н.э. рост численности населения при- вел к появлению больших поселений с 10-15 тысячами жителей, по- лучило распространение гончарное ремесло, стали использоваться медные орудия. Однако насельники трипольской культуры не знали письменности и бронзы, а вместо колесных повозок использовали примитивные волокуши99. З6
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА К востоку от Триполья, в степях за Днепром, обитали охотничьи племена, которые, отчасти смешавшись с колонистами, со временем познакомились с основами земледелия и скотоводства—таким обра- зом, в процессе диффузии и социального синтеза сложилась новая культура полуоседлых скотоводов и земледельцев — это были пред- ки современных индоевропейских народов100. Следы этой культур- ной диффузии сохранились в отдельных словах некогда общего ин- доевропейского языка, которые были заимствованы у пришедших с Ближнего Востока земледельцев и потом были унаследованы рус- ским языком. В их числе можно упомянуть rughio —рожь; lino —лен; kulo —колоть, копье; sei —село; dholo—долина, sur—сыр; klau —ключ; medu—мед; agno —ягненок; sekur—секира; septm—семь и так далее101. Индоевропейские охотники и скотоводы отличались от малорос- лых и смуглых трипольцев в антропологическом отношении — они были более высокими и имели бледную кожу. Большинство археоло- гов отождествляют индоевропейцев с насельниками среднестогов- ской культуры Северного Причерноморья. Поселения этой культуры известны тем, что при раскопках здесь были найдены древнейшие псалии — костяные части конской уздечки. Это служит доказатель- ством того, что уже в середине V тысячелетия до н. э. индоевропейцы приручили водившихся в степях диких лошадей, тарпанов и исполь- зовали их для езды верхом. Тарпаны были маленькими грацильными лошадками, их рост в холке составлял 120-130 см —в то время как со- временные лошади имеют рост 150-175 см. Тарпанов разводили так же, как крупный рогатый скот, ради молока и мяса, и они составляли ос- новную часть стада. Но пешие пастухи не могли пасти быстрых лоша- дей, поэтому им пришлось создать уздечку и освоить искусство на- ездников. Это было именно искусство, так как простейшая уздечка с мягкими ременными удилами не обеспечивала строгого управления лошадью, а мартингал, седло и стремя появились лишь тысячи лет спу- стя. В этих условиях верховая езда была доступна только ловким пасту- хам—и лишь при условии, что лошадь была смирной и послушной102. Индоевропейцы были знакомы с земледелием, но в степях лишь немногие земли были доступны для обработки мотыгой. Однако из- обильные пастбища позволяли содержать большие стада скота —так что в хозяйстве местного населения явственно преобладало ското- водство. На одном квадратном километре ковыльно-разнотравной степи можно было прокормить 6-7 коней или быков103, а для про- кормления одной семьи из 5 человек требовалось стадо примерно в 25 голов крупного скота104, следовательно, плотность скотовод- ческого населения в степи могла достигать 1,3 чел./км2. Эта цифра
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I близка к оценке Ратцеля — о,7-1,9 чел./км2; расчеты О. Г. Большако- ва для степей Аравии дают 1,6-1,9 чел./км2 105. Таким образом, плот- ность скотоводческого населения превосходит максимальную плот- ность для охотников и собирателей, но она в 5-10 раз меньше, чем у мотыжных земледельцев и в сотни раз меньше, чем у земледельцев, использующих ирригацию. Экологическая ниша скотоводов очень узка, и перенаселение наступает достаточно быстро; уже в конце V тысячелетия до н.э. в степи начались столкновения между индоев- ропейскими скотоводами и трипольскими земледельцами. Набеги из-за Днепра заставили трипольцев строить крупные укрепленные поселения, но отдельные дружины всадников все же прорывались далеко на Запад, вплоть до Дуная106. Во второй половине IV тысячелетия бесконечная война скотово- дов и земледельцев осложнилась вмешательством нового фактора. Через Кавказ в причерноморские степи распространилась очеред- ная волна культурной диффузии с Ближнего Востока—волна, связан- ная с появлением колесных повозок и металлургии бронзы. Посред- ником в передаче этих изобретений индоевропейцам стала майкоп- ская культура Северного Кавказа: здесь, в долине Кубани, в больших курганах вождей были найдены кинжалы и втульчатые боевые топо- ры из характерной для Ближнего Востока мышьяковистой бронзы107. Наиболее древние медные топоры, найденные археологами в Подне- провье, имеют характерные майкопские формы и отлиты по майкоп- ской технологии. Позже, когда форма топоров на Северном Кавказе изменилась вместе с технологией отливки, она была вновь переня- та степными кузнецами, научившимися отливать изделия из бронзы, доставляемой с Кавказа. Конечно, бронзовые топоры были дороги- ми и относительно редкими, это было оружие знати —но на Север- ном Кавказе с помощью бронзового инструмента изготовляли также и сверленые каменные топоры; именно такие боевые топоры стали в дальнейшем массовым оружием степняков108. Не менее важно то обстоятельство, что майкопская культура ста- ла посредником в диффузионном распространении технологии из- готовления повозок. Повозки того времени, модели которых были найдены в майкопских курганах, — это тяжелые двуосные фургоны на сплошных колесах, в которые с помощью дышла запрягали пару волов —тем же способом, что и в плуг. Управление осуществлялось поводьями, крепившимися к металлическому кольцу, продетому сквозь ноздри животного109. В III тысячелетии в Двуречье стали за- прягать в повозки эквидов, крупных ослов или, может быть, малорос- лых лошадей-тарпанов. Запряженные эквидами повозки повсемест- 38
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА рис. 1.2. Территориальная экспансия индоевропейских племен112. Здесь показана лишь область плотного расселения племен, но не отмечены территории, на которых арии политически господ- ствовали, находясь в меньшинстве. но использовались в военных целях, на них сражалась местная знать. Изображения на знаменитом «штандарте из Ура» показывают, как боевая повозка таранит строй противника, обращая его в бегство110. Таким образом, повозка стала новым оружием индоевропейцев— оружием, которое в сочетании с отрядами всадников дало им решаю- щее преимущество в войне с земледельцами. Трипольские города, долго сдерживавшие напор степняков, погибли в пламени пожаров, и индоевропейцы устремились к Дунаю и к Эльбе. На обширных пространствах Восточной и Центральной Европы археологи фик- сируют гибель многочисленных земледельческих поселений, на ме- сте которых появились курганы победителей — гробницы с моделя- ми повозок, бронзовыми кинжалами, боевыми топорами, останка- ми принесенных в жертву лошадей и людей. Бронза была редкостью, но каменный боевой топор был непременной деталью даже бедных захоронений, топоры клали и в могилы детей —поэтому культуры, созданные завоевателями, археологи часто называют «культурами боевых топоров»111. Завоевание Европы означало распад древнего индоевропейско- го единства; разошедшиеся в разных направлениях племена завое- 39
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I вателей дали начало новым народам —германцам, грекам, италикам. Отдельные племена индоевропейцев проникли в леса, простирав- шиеся от границы степей на север до Балтийского моря —это были предки славян и балтов, тогда составлявшие еще единый этнос созда- телей среднеднепровской, фатьяновской и нескольких более мелких культур. Характерно, что славяне унаследовали от индоевропейской общности тот словарный запас, который описывает оружие победи- телей: названия четырехколесной повозки, колеса, ярма, дышла, ло- шади, глагол «запрягать» и т. д.113. Для балто-славян так же, как для других индоевропейцев, поначалу были характерны воинственные обычаи, но позже в условиях земельного изобилия и отсутствия вра- гов эти племена перешли к мирной жизни. Обычай класть в могилы боевые топоры постепенно вышел из употребления114. Между тем, часть индоевропейских племен осталась в степях При- черноморья и Прикаспия; это были индоиранцы, насельники «ям- ной» культуры. Индоиранцы продолжали освоение новых возможно- стей, даваемых соединением повозки и конской запряжки—и в конце концов достигли впечатляющего результата: вследствие облегчения повозки была создана легкая одноосная колесница с колесами на спи- цах. «Учитывая сложность конструкции первых повозок с лошадиной запряжкой... можно видеть в конной колеснице одно из первых изо- бретений, —отмечает П. М. Кожин,—то есть рассматривать ее как итог целенаправленной технической работы, задачей которой было созда- ние мощного наступательного средства»115. Г. Чайльд отмечал, что уди- вительное сходство боевых колесниц, фиксируемое на пространстве от Западной Европы до Китая, служит несомненным доказательством общности и однократности происхождения этого изобретения116. Од- нако фундаментальное открытие древних индоиранцев не сводилось к боевой колеснице: чтобы использовать лошадь в колеснице, при- шлось преодолеть немало затруднений: коня было не просто научить ходить в упряжке, и потребовалось создание системы тренинга. Бо- лее того, большинство степных лошадей были малорослыми, и нужно было провести селекцию, чтобы вывести породу выносливых и силь- ных коней, способных стремительно мчаться в колеснице117. Кроме того, необходимо было научиться воевать на колеснице. Боевой опыт вскоре показал, что главным оружием колесничного воина должен быть лук —причем он должен быть небольшим, удоб- ным для использования в колеснице. Для этой роли наиболее подхо- дил сложный лук, склеенный из нескольких слоев дерева и обладав- ший при меньших размерах большей мощностью. Эффективность стрельбы из лука была значительно увеличена бронзовыми втуль- 4о
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА чатыми наконечниками стрел118. Поскольку колесничные лучники не могли пользоваться шитом, то другим необходимым элементом вооружения стал панцирь. Затем была выработана тактика сраже- ний, состоявшая в том, чтобы, используя скорость и маневренность колесницы, создавать численное превосходство в нужном месте, под- вергать противника массированному обстрелу из луков и уклоняться от ближнего боя119. Археологические открытия недавнего времени показали, что пер- вые свидетельства появления удил и колесниц локализуются в об- ласти, простиравшейся от среднего Дона до юго-восточного При- уралья; в древних поселениях этого района найдены костяные пса- лии и захоронения с колесницами, датируемыми по радиокарбону XXI-XVIII веками до н. э. 120 В это время в Приуралье существовал ряд крупных укрепленных поселков, где жили ремесленники-метал- лурги, использовавшие руду богатых медных месторождений. Необ- ходимо отметить, что для постройки колесниц был необходим совер- шенный бронзовый инструментарий, и бронзовые стамески, вместе со слитками меди и кусками руды, часто находят в захоронениях ря- дом с колесницами121. В конце III тысячелетия до н. э. причерноморская степь была до- вольно плотно заселена, и нехватка пастбищ постоянно вызывала войны среди местных племен: об этом свидетельствуют воздвигав- шиеся в степи оборонительные сооружения122. Создание боевой колесницы сделало индоиранцев непобедимыми, и в условиях вы- сокого демографического давления это вызвало волну завоеваний, охватившую обширные регионы Евразии123. Этот процесс археоло- гически фиксируется как беспрецедентно быстрое и масштабное распространение двух близких археологических культур, андропов- ской и срубной124. В ходе этих завоеваний индоиранская общность распалась: большая часть индоариев ушла на юг, в Индию, некото- рые племена продвинулись в лесную полосу, покорив часть фатья- новцев и создав абашевскую и поздняковскую культуры125. В середи- не II тысячелетия до н. э. племена срубной культуры достигли Дне- пра на западе; на территориях Левобережья, занятых завоевателями, археологи отмечают появление укрепленных городищ и наполнен- ных оружием богатых могил знати126. За Днепром продолжали су- ществовать мирные земледельческие поселения насельников после- довательно сменявших друг друга тшинецкой, белогрудовской и чер- нолесской культур. Вплоть до киммерийской эпохи здесь не было укреплений, и в погребения не клали оружия; здесь не знали роско- ши и богатых украшений127. 41
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 1.8. ФОРМИРОВАНИЕ КОЧЕВОГО ОБЩЕСТВА Создание колесницы было лишь одним из первых шагов в освоении тех возможностей, которые давало человеку приручение лошади. Последующие шаги в этом направлении привели к появлению осо- бой цивилизации Великой Степи, кочевого общества. Решающим толчком, обусловившим переход от оседлого к кочево- му скотоводству, было создание усовершенствованного уздечного на- бора (с мартингалом и оголовьем) в конце II тысячелетия до н. э. По- сле освоения этой фундаментальной инновации наездничество пере- стало быть искусством немногих джигитов—оно стало доступно всем, и все мужчины сели на коней128. Это открыло возможность освоения дальних пастбищ, и жители степей стали кочевать вместе со своими стадами. Кочевание помогло освоить северные степи и горные луга, однако оно потребовало смены образа жизни: «С переходом к коче- вому скотоводству резко изменился облик степей. Исчезли многочис- ленные поселки, наземные и углубленные в землю жилища бронзово- го века, жизнь теперь проходила в повозках, в постоянном движении людей вместе со стадами от одного пастбища к другому»129. Женщи- ны и дети ехали в поставленных на колеса кибитках—но были племе- на, где на коней сели и женщины; Геродот передает, что у савроматов женщины «вместе с мужьями и даже без них верхом выезжают на охо- ту, выступают в поход и носят одинаковую одежду с мужчинами»130. Археологи свидетельствуют, что в могилы женщин —так же, как в мо- гилы мужчин—часто клали уздечку, символ всадника131. Возникновение кочевничества сопровождалось появлением кава- лерии и вспышкой войн132. «В поисках новых пастбищ и добычи ско- товоды захватывали в сферу своего влияния... все новые группы на- селения,—пишет Г. Е. Марков. —Мог развернуться своего рода „цеп- ной процесс" распространения кочевничества»133. Действительно, после VIII века до н.э. на всем протяжении Великой Степи —от Ду- ная до Хингана—утверждается единая культура, говорящая о господ- стве в степи группы родственных кочевых народов. Эти народы — скифы, сарматы, саки —это были древние иранцы134. Кочевничество позволило освоить новые пастбища, но плот- ность населения в степи оставалась низкой —к примеру, даже в кон- це XIX века в Тургайской области Казахстана она не превосходила 1,9 чел./км2 135. При этом имеются сведения, что на протяжении по- следних двух тысячелетий численность кочевых народов не возрас- тала. Как отмечает А. М. Хазанов, численность хунну, живших на тер- ритории современной Монголии, и количество скота у них почти 42
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА полностью совпадает с теми цифрами, которые имеются для монго- лов начала XX века136. Экологическая ниша скотоводов была очень узкой, и голод был постоянным явлением. Китайские хроники пест- рят сообщениями о голоде среди кочевников: «В том же году в зем- лях сюнну был голод, от него из каждого десятка населения умерло 6-7 человек, а из каждого десятка скота пало 6-7 голов... Сюнну не- сколько лет страдали от засухи и саранчи, земля на несколько ты- сяч ли лежала голая, люди и скот голодали и болели, большинство из них умерли или пали...» «Был голод, вместо хлеба употребляли растертые в порошок кости, свирепствовали повальные болезни, от которых великое множество людей померло...»137. Арабские пи- сатели сообщают о частом голоде среди татар; имеются сообщения о том, что в годы голода кочевники ели падаль, продавали в рабст- во своих детей138. Недостаток средств существования породил обы- чай жертвоприношения стариков у массагетов139; у некоторых пле- мен было принято умерщвлять вдов, грудных детей убивали и погре- бали вместе с умершей матерью140. Приводимые В. П. Алексеевым данные о степных могильниках II тысячелетия до н. э. (Тасты-Бутак, Хрящевка-Ягодное, Карасук III) говорят о очень высоком уровне дет- ской смертности; средняя продолжительность жизни взрослых со- ставляла 34 года141. В более позднюю эпоху, у средневековых кочевни- ков-авар, средняя продолжительность жизни составляла 38 лет для мужчин и 36 лет для женщин142. Образ жизни кочевников определялся не только ограниченно- стью ресурсов кочевого хозяйства, но и его неустойчивостью. Эколо- гические условия степей были изменчивыми, благоприятные годы сменялись засухами и джутами. В среднеазиатских степях джут слу- чался раз в 7-11 лет; снежный буран или гололед приводили к массо- вому падежу скота; в иной год гибло больше половины поголовья143. Гибель скота означала страшный голод, „климатический стресс14; ко- чевникам не оставалось ничего иного, как умирать или идти в на- бег—по замечанию Н.Н.Крадина, корреляция между климатически- ми стрессами и набегами «прослеживается чуть ли не с математиче- ской точностью»144. Регулярные климатические стрессы порождали в степи обстанов- ку вечной и всеобщей войны; эта война называлась у казахов «барым- той»145. «Благосостояние кочевников определялось исключительно силой того или иного казахского рода, — отмечает А. А. Кауфман,— оно поддерживалось хищничеством, барымтой и выпадало на долю родов, военно-разбойничья организация которых была наиболее развитой»146. Кочевники закалялись в борьбе со стихией и в постоян- 43
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ных столкновениях друг с другом. В каждом роду имелся наездник, от- личавшийся храбростью и физической силой; постоянно проявляя себя в схватках, он постепенно становился «батыром», «богатырем». Батыры возглавляли роды в сражениях, они были главными героя- ми казахского эпоса147. «Молодых и крепких уважают, — говорит ки- тайский историк о гуннах, — старых и слабых почитают мало... Силь- ные едят жирное и лучшее, старики питаются после них... Кто в сра- жении отрубит голову неприятеля, тот получает в награду кубок вина и все захваченное в добычу»148. «Счастливыми из них считаются те, кто умирает в бою, —говорит Аммиан Марцеллин об аланах, —а те, кто доживают до старости и умирают естественной смертью, пресле- дуются у них жестокими насмешками, как выродки и трусы»149. Культ войны находил проявление в поклонении мечу, Геродот сообщает о поклонении мечу у скифов, Аммиан Марцеллин—у алан150. В бесконечных сражениях выживали лишь самые сильные и сме- лые—таким образом, кочевники подвергались естественному отбо- ру, закреплявшему такие качества, как физическая сила, выносли- вость, агрессивность. Древние и средневековые авторы неоднократ- но отмечали физическое превосходство кочевников над жителями городов и сел. «Кипчаки—народ крепкий, сильный, здоровый», —пи- шет Ибн Батута151. «Они так закалены, что не нуждаются ни в огне, ни в приспособленной ко вкусу человека пище; они питаются корня- ми трав и полусырым мясом всякого скота», —говорит Аммиан Мар- целлин о гуннах152. Ал-Мукаддаси видит в тюрках «самых храбрых врагов, с крепкими телами, самых выносливых при бедствиях, у ко- торых меньше всего жизненных благ и покоя»153. Естественный от- бор по силе, ловкости, выносливости дополнялся воспитанием воин- ских качеств, начиная с раннего детства. «Мальчик, как скоро смо- жет сидеть верхом на баране, стреляет из лука пташек и зверьков и употребляет их в пищу», —говорит Сымы Цянь о воспитании у гун- нов154. У монголов и казахов 12-13-летние юноши вместе со своими отцами ходили в набеги155. Кочевники жили сплоченными родами, насчитывавшими десят- ки и сотни членов156. Из-за нехватки пастбищ большие группы людей не могли кочевать вместе, поэтому после перекочевки на летние или зимние пастбища род обычно разделялся на группы родственных се- мей (казахские «аулы»)157. Аул состоял из 3-7 близкородственных се- мей, иногда это была семья отца и семьи женатых сыновей158. В со- став аула могли входить и рабы, но их было мало и они, как правило, не пасли скот, а использовались для домашних работ. Для пастьбы скота не требовалось много людей, один конный пастух мог спра- 44
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА виться со стадом в 500 овец —но требовалось знание дела и настоя- щая забота о скоте, чего трудно было ожидать от рабов. Кроме того, раб-пастух мог легко найти удобный случай для бегства; поэтому ко- чевники не держали большого числа рабов; захваченных в набегах пленников старались продать торговцам, прибывавшим из земле- дельческих стран159. Пастбища обычно принадлежали всему роду или племени, и на них мог пасти свой скот любой соплеменник, первым занявший это место после перекочевки. Скот находился в частной собственно- сти семей, и были семьи, значительно различавшиеся богатством160. Однако богатство среди кочевников было относительным: засуха, бо- лезни скота, набеги врагов могли быстро разорить богача—и точно так же бедняк мог приобрести богатство в удачном набеге161. «Скот на самом деле принадлежит любому бурану и сильному врагу», —го- ворит казахская пословица162. Смелый батыр, захвативший много добычи, становился обычно главой рода и богачом, в случае необходимости он мог приказывать своим сородичам —но на нем же лежала забота о благополучии всех членов рода. «Богатый киргиз считает своим долгом каждое лето снабдить не только неимущих родственников, но и многих знако- мых необходимым скотом... — отмечает А. Харузин. — За ссуду ника- кого вознаграждения не берется, а для взявшего существует только обязанность возвратить скот в целости»163. Подобный обычай суще- ствовал у многих степных народов, у арабов он назывался «ваджа», у казахов — «саун»164. «Эксплуатация простых полноправных кочевни- ков у номадов вряд ли достигала сколько-нибудь развитых форм»,— отмечает Н. Н. Крадин165. В условиях постоянной войны в степях необходимыми условиями выживания были единство рода и родовая взаимопомощь, родовой коллективизм. «Удалой джигит рождается для себя, а умирает за род, — говорит казахская пословица.—Чем быть султаном в чужом роде, луч- ше быть рабом в своем»166. Отношения взаимопомощи нашли отра- жение и в законах кочевых государств. По законам ойратов неоказа- ние помощи нуждающемуся в ней приравнивалось к убийству167. Родовыми вождями обычно становились воины, проявившие себя в сражениях. «Кто храбр, силен и способен разбирать сложные дела, тех поставляют старейшинами, — говорит Фань Е о племени уху- ань. — Наследственной власти у них нет»168. У большинства кочевых племен в мирное время власть старейшин была невелика, и важные вопросы решались собранием родовичей169. Лишь 3 из 27 описанных в базе данных Дж. Мердока кочевых обществ имели устойчивое де- 45
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ление на страты170. Родовой коллективизм находил свое проявление в обычаях военной демократии и в выдвижении по заслугам. Таким образом, в конечном счете формирование общества кочев- ников определялось теми же тремя факторами, что и формирование общества земледельцев: географический фактор предопределял ско- товодческие занятия обитателей степей, технологический фактор (создание усовершенствованного уздечного набора) обусловил раз- витие всадничества и кочевание, а демографический фактор в соче- тании с высокой мобильностью способствовал появлению обычаев военной демократии. Политическая карта Великой Степи являла собой пестрый конг- ломерат враждующих родов и племен. Как отмечалось выше, государ- ство появляется в земледельческих обществах при достижении до- статочно высокой плотности населения. Плотность населения у ко- чевников была в десятки раз ниже, чем у земледельцев. Н. Н. Крадин отмечает, что государственность для кочевников не была внутренне необходима, что большинство кочевых обществ никогда не достига- ли уровня государственности171. Но все же бывали случаи, когда по- бедоносный хан объединял несколько племен и создавал кочевое государство. Как заключают многие историки, объединение кочев- ников обычно было ответом на создание по соседству мощного цен- трализованного земледельческого государства172. С одной стороны, такое объединение становится необходимым для противостояния мощному противнику, с другой стороны —это была реакция подра- жания соседней державе. Последнее обстоятельство подчеркивает- ся еще и тем, что управленческая структура кочевников обычно соз- давалась по образцу соседних земледельческих государств; так, созда- тель империи гуннов шаньюй Модэ заимствовал административные традиции империи Цинь173, а Чингисхан перенял военную организа- цию у Цзинь и Ляо174. Таким образом, мы можем говорить о диффу- зии государственных принципов земледельцев в кочевые общества. Объединение кочевых племен в единое государство приводило к прекращению межплеменных войн, но не снижало демографиче- ского давления в степи. Если раньше в годы «климатического стрес- са» кочевники шли в набег на соседнее племя, и численность насе- ления снижалась за счет военных потерь, то теперь единственным способом спасения от голода было объединение сил степи и нашест- вие на земледельческие страны. Таким образом, объединение кочев- ников неизбежно порождало волну нашествий175. Исход нашествия на земледельческие страны зависел от не- скольких факторов. На стороне кочевников были отвага, выносли- 46
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА вость, искусство наездников и стрелков из лука, солидарность в бою и очень часто —сознание того, что отступать некуда, что либо побе- да, либо голодная смерть. На стороне земледельцев было превосход- ство в численности и часто —превосходство в организации. Эти фак- торы обычно компенсировали друг друга, и исход сражений зави- сел от главного фактора —от вооружения. Если кочевники не имели превосходства в вооружении и не могли получать ресурсы грабежом земледельческих стран, то их государства не выдерживали «клима- тических стрессов» и быстро распадались. Однако, сражаясь меж- ду собой, степняки постоянно совершенствовали вооружение и так- тику кавалерии —и иногда оказывались обладателями нового, обес- печивающего победу оружия. Появление нового оружия нарушало военное равновесие между кочевниками и земледельцами —и на зем- ледельческие цивилизации обрушивалась волна нашествий непобе- димых и жестоких завоевателей. Завоевание приводило к созданию сословных обществ, в которых основная масса населения, потомки побежденных земледельцев, экс- плуатировалась потомками завоевателей. Далее нам необходимо рас- смотреть механизм создания и дальнейшей эволюции таких обществ. l.g. ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ И КОЧЕВНИКОВ В литературе нет общепринятого термина для обозначения сослов- ных обществ, которые создают кочевники при завоевании земледель- ческих областей; их называют политарными, данническими, фео- дальными и т. д. Мы будем пользоваться терминологией Н. Н. Кради- на, который называет такие государства «ксенократическими» или «завоевательными»176. Поскольку в эпоху до создания артиллерии на- шествия кочевников происходили регулярно с интервалами в одно — два—три столетия, то большинство обществ того времени были ксе- нократическими. Схему развития таких обществ нарисовал великий арабский философ и историк Ибн Халдун, своими глазами наблюдав- ший их жизнь и обобщивший в своих сочинениях обширный матери- ал со всего мусульманского мира177. Ибн Халдун начинает с описания асабии — родового или племен- ного объединения кочевников-бедуинов, основанного на началах солидарности, коллективизма и братства (слово «асабия» исполь- зуют также в значении «родовая солидарность»). Асабия возглавля- ется шейхами, «выдающимися людьми» на основе «того почтения и уважения, которое все испытывают к ним»178. Скитаясь в степях 47
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I и пустынях, бедуины привыкли довольствоваться самым необходи- мым, они постоянно подвергаются опасностям, «поэтому мужество стало для них свойством характера, а смелость —природным качест- вом»179. «Так как кочевая жизнь является причиной смелости, то не- обходимым образом дикое племя боеспособнее, чем другое», —пи- шет Ибн Халдун180. Обладая военным превосходством, кочевники захватывают обширные земледельческие области, подчиняют мест- ное население и заставляют его платить дань. Асабия становится привилегированным военным сословием в ксенократическом госу- дарстве — однако затем начинается ее медленное распадение. Шейх асабии становится государем и постепенно отдаляется от своих со- ратников; он приближает к себе низкопоклонствующих перед ним «чужаков» (то есть местных чиновников), перенимает местные обы- чаи и начинает править самодержавно181. Отмеченный Ибн Халду- ном конфликт между царями и знатью является типичным для новых обществ, которые создают завоеватели в покоренных ими странах Востока. Вторгаясь в страны древней цивилизации, завоеватели- варвары, пытаются наладить эксплуатацию покоренного населения и восстановить существовавшую ранее налоговую систему и систему управления. Для многих восточных обществ самодержавие являет- ся частью системы управления, и оно тоже перенимается вождями варваров —этот процесс можно рассматривать как проявление сле- дующего за завоеванием социального синтеза. В соответствии с тради- циями Востока права верховной собственности принадлежат царю, и стремление царей присвоить себе все плоды завоеваний вызыва- ет протест родовой знати, которая выступает против ограничения ее права грабить побежденных и, во всяком случае, требует выделе- ния своей доли земли и богатств. Знать не желает признавать заим- ствованное у побежденных самодержавие, она устраивает заговоры и убивает или свергает царей, а цари «подавляют мятежные стремле- ния своих сотоварищей и все богатства присваивают себе»182. Знать отстаивает старые традиции кочевников —поэтому мы будем назы- вать ее мятежи и заговоры традиционалистской реакцией. С другой стороны, некогда мужественные бедуины привыкают к «обычаям ро- скошной, удобной жизни, уменьшается их смелость в той же степени, что и их дикость, и бедуинский образ жизни»183. Стремление к роско- ши вызывает рост налогов, которые оказываются непосильными для крестьян — начинаются восстания. К этому времени асабия уже раз- ложилась и утратила свое единство — в погоне за богатством бедуи- ны забыли о коллективизме и об обычаях взаимопомощи, они при- выкли к безбедной жизни и превратились в изнеженных городских 48
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА жителей. Государство разрушается, его обороноспособность падает, и его история заканчивается вторжением новой бедуинской асабгш184. Необходимо обратить внимание на еще один аспект эволюции за- воевательной империи. Дело в том, что, как отмечалось выше, сама по себе государственность не типична для кочевников, которые обычно живут по законам военной демократии. Поэтому традицио- налистская реакция—если она побеждает— приводит к распаду ксено- кратической империи на мелкие государства потомков завоевателей, подоб- но тому, как в степи племенные союзы распадаются на враждующие племе- на. Кроме того, для кочевников характерно выделение многочисленным наследникам правителя фактически самостоятельных уделов («улусов»), что также подрывает государственное единство. Таким образом, со- хранение кочевых традиций является еще одним фактором, обуслав- ливающим нестабильность созданных путем завоевания империй185. Характерно, что идеи Ибн Халдуна прямо используются в диффу- зионистской теории У Мак-Нила. «Сам образ жизни пастухов выраба- тывал военные (или, по крайней мере, полувоенные) навыки...—пи- сал У Мак-Нил.— Завоеватели, пришедшие... из областей на границе цивилизованного мира, действительно могли установить деспотиче- скую центральную власть, однако через несколько поколений завоева- тели вполне могли сменить свои военные обычаи на более свободный и изнеженный образ жизни, существовавший в городах. В свою оче- редь, ослабление воинской дисциплины и упадок боевого духа созда- вали предпосылки для восстаний в самой империи или прихода новых завоевателей из пограничных областей... В ранней фазе завоеватель- ных походов, когда одерживались блестящие победы и завоевывались аграрные регионы, члены полуварварских отрядов беспрекословно подчинялись власти вождя. Но предводители победоносных варвар- ских отрядов (или их наследники) пытались избежать ограничений собственной власти, выработанной на основе обычая, путем привле- чения принципов абсолютизма и бюрократического управления, вы- работанных в цивилизованных обществах. Вследствие этого проти- воречия между монархами и аристократами было обычным делом. И когда по вышеупомянутой причине в варварских военных отрядах падала дисциплина, открывался путь для новых завоевателей»186. Таким образом, теория Ибн Халдуна фактически включается в со- временную теорию диффузионизма для объяснения тех волн завое- ваний, которые сопровождаются покорением цивилизованных об- ластей народами варварской периферии. По Ибн Халдуну, развитие государства от его рождения до гибели охватывает время жизни трех поколений —приблизительно 120 лет. 49
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I А. А. Игнатенко, проанализировав имеющиеся данные о продолжи- тельности и о характере правления мусульманских династий, нашел, что обрисованная Ибн Халдуном картина близка к реальности187. В. В. Бартольд и видный французский исследователь М. Бувье-Ажам считали Ибн Халдуна основателем социологии; такого рода высказы- вания можно найти и у других специалистов188. Концепция Ибн Хал- дуна оказала значительное влияние на автора известной «теории на- силия» Л. Гумпловича —именно отсюда ведет свое начало идея о по- явлении государства в результате завоевания189. А. Тойнби включил концепцию Ибн Халдуна в свою теорию Вызова-и-Ответа190. В последнее время теория Ибн Халдуна активно используется в работах И. Турчина, который, в частности, установил ее сходство с некоторыми современными концепциями, с теорией социальной сплоченности Дюркгейма, с теорией «социального капитала», соци- ально-психологическими теориями «индивидуализма-коллективиз- ма». П.Турчин развивает теорию «метаэтнического фронтира», по- казывая, что общества с высокой асабией формируются на границе земледельческих империй с варварской периферией в условиях же- стоких войн и интенсивного естественного отбора. Затем, когда аса- бия империи ослабевает, они вторгаются через границу и создают свои «варварские королевства»191. Возвращаясь к демографическому аспекту развития «ксенокра- тического» общества, необходимо обратить внимание на то обстоя- тельство, что цикл, описываемый Ибн Халдуном, является демогра- фическим циклом. Действительно, вторжение кочевников обычно несет с собой демографическую катастрофу, затем начинается пери- од восстановления, а потом приходит Сжатие с его необратимыми следствиями —разорением крестьян и ростом крупного землевладе- ния. Как обычно, Сжатие сопровождается ростом ренты и финансо- вым кризисом государства, фракционированием элиты и борьбой за ресурсы между элитой и монархией. Но, в отличие от общей демо- графически-структурной схемы, теория Ибн Халдуна описывает новые кон- кретные процессы, характерные для Сжатия в ксенократических общест- вах. Это —процессы разложения асабии и роста индивидуалистиче- ских настроений в элите. Они приводят к «приватизации» тех «икта» и «феодов», которыми знать и воины владели на условиях службы, к разложению государственных структур, к узурпации государствен- ными служащими своих властных полномочий, к превращению госу- дарственных постов в средство получения неконтролируемых дохо- дов, к феодализации государства. Феодализация сопровождается ро- стом поборов с населения и перераспределением ресурсов в пользу 5°
ГЛАВА I. ФАКТОРЫ ИСТОРИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА элиты. Процессы феодализации часто смыкаются с традиционалист- ской реакцией, когда наступление против монархии ведется под лозун- гом восстановления традиций завоевателей и их «исконного права» эксплуатировать побежденных. В результате перераспределения ре- сурсов часто возникает системный кризис, который в условиях Сжа- тия быстро перерастает в экосоциальный кризис. Начинаются вос- стания, которые вместе с ослаблением элиты быстро приводят к ги- бели государства. Таким образом, теория Ибн Халдуна —так же, как демографиче- ски-структурная теория—описывает демографический цикл, причем делает акцент на отношениях внутри структуры «государство —эли- та—народ». Это специфический цикл, протекающий в земледельче- ских государствах, завоеванных кочевниками, то есть цикл ксено- кратического общества—П. Турчин и А. В. Коротаев называют такие циклы «ибн-халдуновскими». А. В. Коротаев подробно рассмотрел специфику ибн-халдуновских циклов на примере истории Египта и показал, что они отличаются от обычных, в частности, меньшей продолжительностью192. В некоторых случаях восстания и гражданские войны порождают этатистскую монархию, в других случаях кризис провоцирует новое вторжение степняков. Демографическое давление в степи остается высоким всегда, и стоящие у границ кочевники только и ждут момен- та, когда государство ослабеет, и внутренние смуты откроют его гра- ницы для вторжений. Это обстоятельство объясняет наличие в исто- рии земледельческих стран большого количества прерванных циклов— едва ли не половина всех демографических циклов на Востоке была прервана нашествиями варваров193. Волею судьбы Русская равнина соседствовала с Великой Степью — и пограничные лесостепные области раз за разом становились объ- ектом вторжений кочевых орд. Эти вторжения сопровождались де- мографическими катастрофами и гибелью большой части населения. Завоевание приводило к созданию сословных обществ, в которых основная масса населения, потомки побежденных земледельцев, экс- плуатировалась потомками завоевателей. Такой была судьба всех стран, расположенных по-соседству с Великой Степью: к примеру, Иран был шесть раз завоеван кочевниками, а Китай —семь. Другой особенностью географического положения России было ее соседство с «Северной Пустыней», Скандинавией. Неблагоприят- ные климатические и почвенные условия Скандинавии до крайно- сти затрудняли земледельческое освоение этого региона, и вплоть до средних веков здесь преобладало пастушеское хозяйство. Север- 51
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ные скотоводы были оседлыми и почти не использовали лошадей, но узость экологической ниши и постоянный голод формировали здесь общество с той же моделью поведения, что и в Великой Сте- пи. Это было общество перманентно враждовавших между собой ро- дов и племен; общество с высокой асабией и жестокими военными обычаями194. Как из Великой Степи, из «Северной Пустыни» время от времени исходили войны нашествий: объединившись в племен- ной союз, воинственные роды пытались вывести демографическое давление вовне. В I в. до. н. э. из «Северной Пустыни» вышли пле- мена кимвров и тевтонов, три столетия спусти на Европу обруши- лось нашествие готов, а затем настало время викингов. Таким об- разом, страна обитателей лесов, славян находилась между двумя об- ластями высокого демографического давления, где господствовали воинственные пастушеские народы. Это географическое положение в большой степени определяло судьбу Русской равнины, и первые циклы ее истории начинались с завоеваний и с создания ксенокра- тических государств. Наконец, была еще одна драматическая особенность географиче- ского положения страны славян. К югу от славянских лесов, за стра- ной кочевников в причерноморских степях, располагалась область древних цивилизаций, Греция и Ближний Восток. Это соседство, со- гласно теории И. Валлерстайна, обусловливало включение страны славян в мир-экономику Средиземноморья. Многие торговые коло- нии цивилизованных стран находились на берегах Черного моря, и приезжавшие туда купцы предлагали кочевникам всю роскошь ци- вилизации—в обмен на нужные им товары. Одним из этих товаров были рабы. Государи цивилизованных стран не позволяли обращать их подданных в рабство, поэтому знать Средиземноморья и Прикас- пия предъявляла огромный спрос на рабов. В таких условиях завое- ватели-кочевники становились нанятыми купцами охотниками за по- лоном. Обладая военным превосходством над жителями лесов, они совершали набеги на страну славян и приводили толпы пленных к работорговым портам. Борьба земледельцев с пастушескими народами была лейтмоти- вом истории восточных славян; ход этой борьбы был связан с разви- тием военной технологии —и в дальнейшем нам предстоит более по- дробно проанализировать динамику этих процессов.
ГЛАВА II ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ 2.1. СКИФСКАЯ ЭПОХА Освоение всадничества было фундаментальной инновацией, которая означала революцию в военном деле —по терминологии У Мак-Ни- ла, «кавалерийскую революцию»1. Правда, сначала было необходи- мо научиться использовать новые возможности. Всадничество по- требовало, прежде всего, уменьшения размеров лука. Новый, так называемый скифский лук, как и луки предыдущего периода, был сложным и склеивался из нескольких пород дерева; его размер со- ставлял 6о-8о см. В силу небольших размеров лука стрела была ко- роткой (до 6о см) и тонкой (4-5 мм); наконечники были малень- кими—2,5-3 см’ максимально 4-5,5 см длины. Характерной чертой скифских наконечников было крепление с помощью втулки, унасле- дованное от арийских племен эпохи боевых колесниц2. Новая тактика подразумевала длительный обстрел противника и уклонение от ближнего боя. Приблизившись к противнику на рас- стояние выстрела (примерно 50-70 метров), скифы поворачивали и мчались вдоль фронта, стреляя из луков. Если враги пытались ата- ковать, то конные стрелки делали вид, что обращаются в бегство, и вынуждали противников преследовать их. В ходе этого преследо- вания враги нарушали свой боевой порядок, а конные лучники, ухо- дя от атаки, стреляли по врагу, оборачиваясь назад, —и наносили ему большие потери. Этот тактический прием, изображенный на релье- фе во дворце Ашшурнасирпала II (883-859 до н.э.), впоследствии стал известен как «парфянский выстрел». В конечном счете «спасающиеся бегством» всадники приводили преследователей к засаде; выйдя из за- сады, свежие отряды конницы окружали и уничтожали противника3. Тактика «парфянского выстрела» стала главным «оружием побе- ды» для легкой конницы кочевников, и впоследствии она была дове- дена до совершенства гуннами и монголами. Однако первое время эта 53
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I тактика не была столь эффективной, поскольку луки были не такими мощными, как позже, и кроме того, еще не все степняки сели на ко- ней: в войске скифов сохранялись подразделения пехоты, которую поставляли, в основном, зависимые племена. Недостатком скифской конницы было отсутствие оружия ближнего боя, скифские колющие мечи-акинаки были короткими (40-60 см) и могли использоваться только пехотинцами. В заключительной фазе боя, когда противники были изранены в результате длительного обстрела, всадники спеши- вались и добивали врагов вместе с пехотой в рукопашном бою4. Согласно распространенной точке зрения, кочевание и всадниче- ство были впервые освоены народами, обитавшими в степном поясе между Волгой и верховьями Енисея5. Греческие источники говорят, что здесь обитали родственные ираноязычные племена скифов, мас- сагетов, саков, дахов, позже на северо-западе этой территории упо- минаются также савроматы. Ввиду близости обычаев греки иногда называли все эти племена скифами, а персы именовали их саками6. Археологически эти всаднические и кочевые народы отличал еди- ный культурный комплекс, который называют «скифским», и в ко- торый входят, в частности, отмеченные выше характерные формы удил, псалий, наконечников стрел, мечи-акинаки, «скифские» брон- зовые котлы и изображения в «зверином» стиле7. Наиболее ранним и ярким свидетельством появления этого комплекса являются цар- ские захоронения кургана Аржан в Туве: местного царя сопровожда- ли в загробный мир не только царица, но и множество слуг, и несколь- ко десятков верховых коней. Эти могилы датируются исследовате- лями VIII веком до н. э., а по радиокарбону—даже IX веком до н. э. 8. А. Р. Кызласов полагает, что курган Аржан принадлежал вождю сак- ского происхождения, который во главе своих соплеменников поко- рил местные племена9. Дело в том, что, еще не полностью овладев но- вым оружием, первые кочевники начали наступление на окружающие народы. Отдельные отряды наездников подчиняли соседние этносы и становились «царским племенем» в новых племенных образовани- ях10. На Дону в среде племен, которых греки называли киммерийцами, также обнаруживается присутствие всаднической аристократии, при- несшей с востока характерные черты кочевой скифской культуры11. В X-VIII веках до н. э. в донских степях происходил тот же про- цесс перехода к кочеванию, что и в степях за Волгой. Исчезли посто- янные поселения, уменьшилось количество археологических нахо- док не только в степи, но и в лесостепи Верхнего Дона12. Вместе с тем в культуре местных племен стали ощущаться новые веяния, появи- лись новые формы удил, наконечников стрел, кинжалов, топоров. 54
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ рис. 2.1. Схема распространения железа в Европе: 1 —во второй половине II тыс. до н. э., 2 —пути распространения железа в начале I тыс. до н. э., 3—проникновение железа из Италии и Центральной Европы, 4 —направление финикийского влия- ния, 5 —распространение железа на север (V в. до н.э.), 6 —кавказское влияние14. Помимо влияния всаднических культур Азии, специалисты объясня- ют эти инновации распространением новой диффузионной волны, связанной с освоением металлургии железа13. Железо было еще одним фундаментальным открытием того време- ни. Считается, что первыми научились получать кричное железо куз- нецы из области Хатти в Малой Азии: название железа на всех язы- ках Малой Азии и прилегающих областей происходит из хаттского языка. В конце II тысячелетия до н. э. на Ближнем Востоке научились путем закалки или цементизации железа получать в небольших коли- чествах твердую сталь. Стальные лезвия наваривали на железную ос- нову мечей, кинжалов и топоров —в результате получалось оружие более твердое и острое, чем оружие из бронзы15. Поначалу сталь была дорогой, и из нее делали лишь клинки мечей, а ручки остава- лись бронзовыми. Тем не менее новое оружие быстро распространи- лось через Кавказ в степи Причерноморья —и вместе с ним пришли новые формы кинжалов, топоров, а также характерные двукольча- 55
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I тые удила16. Волна диффузии продвинулась и далее, в днепро-бугские лесостепи, где обитали земледельческие племена чернолесской куль- туры. Сражаясь с киммерийцами, земледельцы заимствовали их ору- жие и железную металлургию; они стали строить укрепленные го- родища и завели собственных—правда, немногочисленных—всадни- ков17. Согласно одной из распространенных теорий, чернолесские племена относились к балто-славянской языковой семье18, и некото- рые лингвисты объясняют происхождение славянского слова «желе- зо» (и литовского «gelesis») из языка хаттов19. В конце VIII века до н.э. освоение всадничества породило боль- шую волну завоеваний. Геродот пишет, что вначале скифы обруши- лись на живших в Северном Причерноморье киммерийцев. Часть киммерийцев опрокинула заслоны чернолесских племен и прорва- лась в Центральную Европу, другая часть ушла в Закавказье, и ски- фы, преследуя их, вторглись на Ближний Восток20. Вторая полови- на VII века прошла в долгих войнах, которые привели к разгрому Ас- сирии объединенными силами скифов, мидян и вавилонян. Однако в конечном счете мидянам и персам удалось нанести поражение ски- фам, и они отступили в Северное Причерноморье. Завоевав степи между Дунаем и Доном, скифы подчинили живших по северной границе степи земледельцев и создали одну из первых в истории ксенократических империй. Поскольку кочевники не упо- требляли письменности, то облик этой империи предстает перед нами, в основном, в материалах археологических раскопок и в свиде- тельствах античных историков. Геродот пишет, что самое многочис- ленное и доблестное племя скифов называли «царскими скифами», и все другие племена были ему подвластными21. Как поясняет совре- менный историк, слова Геродота о том, что скифский царь выбирает себе слуг, следует понимать в том смысле, что подвластные племена по- мимо уплаты дани должны были поставлять царским скифам рабов22. Эти рабы пасли скот кочевников, и их было так много, что похоро- ны не только представителей знати, но и рядовых скифов иногда со- провождались принесением в жертву рабов—слуг или наложниц23. Все скифы-кочевники были воинами, и в их могилы всегда клали оружие— чаще всего это копье и колчан со стрелами; иногда стрелы обнаружива- ют и в женских захоронениях. Менее распространенным оружием вои- нов-мужчин был железный меч-акинак; мечи были найдены пример- но в десятой части захоронений; что касается панцирей, то они были редкостью и исключительным достоянием знати24. Могилы знати—это были огромные курганы, наполненные принесенными в жертву ра- бами, конями, оружием и предметами роскоши. Предеметы роскоши 56
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ в то время впервые появились в степи: это были изделия греческих и восточных ремесленников, товары цивилизованных стран с давней ремесленной традицией. В могилы знати клали отделанное золотом оружие, серебряные ритоны и сосуды, драгоценные украшения, худо- жественные краснофигурные амфоры, стеклянные чаши —диковин- ные вещи, созданные с помощью неизвестных в Скифии технологий. Некоторые более простые предметы, например, бронзовые зеркала, стеклянные бусы и изготовленная на гончарном круге столовая посу- да, были доступны и простым кочевникам; греческая посуда постепен- но вытесняла местную лепную керамику—хотя гончарный круг оста- вался неизвестным в степях25. Скифы заимствовали у восточной ци- вилизации только связанное с военными нуждами железоделательное ремесло: посреди степи, на Днепре, они построили огромное Камен- ское городище—поселение, состоявшее сплошь из домов ремесленни- ков, кузниц и литеен. Здесь ковали топоры, ножи, мечи со стальными лезвиями, отливали большие бронзовые котлы — производили то, что было необходимо для войны и кочевого хозяйства26. Как свидетельствует Геродот, среди покоренных царскими скифа- ми племен были жившие на среднем Днепре «скифы-пахари»27. Ар- хеологические данные говорят о том, что население лесостепной по- лосы в своей массе принадлежало кчернолесским племенам. Другую часть населения составляли скифы-кочевники; символом их господ- ства были огромные курганы скифской знати, наполненные пред- метами роскоши и ничем не отличавшиеся от курганов, возводимых в степях28. Об отношениях между скифами и покоренным населением свидетельствует греческий автор IV века до н.э. Клеарх Солийский. «...Устремившись первыми из людей к тому, чтобы жить роскошно,— пишет Клеарх о скифах, — они дошли до такой степени жестокости и высокомерия, что у людей, вступавших с ними в сношения, стали отрезать концы носов... Над всеми они господствуют так надменно, что рабское служение у них, ни для кого не бесслезное, перенесло и в последующие поколения выражение „от скифов14, показывающее, каково оно было»29. Определенный оттенок на эти взаимоотношения наложило влия- ние сформировавшегося в то время регионального торгового рынка: греческие города нуждались в привозном хлебе и предлагали за этот хлеб разнообразные предметы роскоши и вино. Соблазненная гре- ческой роскошью скифская знать возлагала на покоренных земле- дельцев огромную дань зерном — обрезая в случае неповиновения концы носов. Таким образом, вся Греция питалась скифским хлебом, а Скифия была наполнена греческой роскошью, керамикой и вином.
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I рис. 2.2. Распространение группы крови В. Эта группа крови характерна для оби- тателей Великой Степи и ее распространение показывает на степень смешения различных завоевателей с туземцами (Грант В. Эволюция организмов. М., 1980). Другим предметом греческого спроса были рабы. Скифы постоян- но совершали набеги на живших севернее лесные племена и прода- вали пленников в рабство —так что в Греции было множество скиф- ских рабов30. Несмотря на жестокость скифов, время их владычества характе- ризуется огромным ростом численности населения лесостепи —это было следствие длительного мира и распространения облегчивших обработку земли железных орудий. Рост населения привел к тому, что уже в VI веке до н. э. на среднем Днепре стала ощущаться нехватка па- шен, и земледельцы стали переселяться на восток—в бассейн Дона31. Другим признаком начинавшегося перенаселения был рост городов и развитие ремесел. В IV веке до н. э. в лесостепи появились настоя- щие города—Вельское городище на Ворксле имело площадь 4 тыс. га, и возможно, около 40-50 тыс. жителей. Это городище иногда отож- 58
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ дествляется с упоминаемым Геродотом городом Гелоном в стране бу- динов. Археологи обнаружили здесь ремесленные кварталы с мно- гочисленными мастерскими кузнецов и литейщиков —причем среди металлистов были и ювелиры, работавшие с золотом. В городе нахо- дилось большое святилище, а в окрестностях располагались богатей- шие захоронения скифской знати32. Таким образом, в Скифии существовали города и довольно раз- витые ремесла, торговый товарообмен и отчетливая сословная диф- ференциация. При царе Атее (в IV веке до н.э.) чеканилась монета, было налажено централизованное управление, чиновники иногда ис- пользовали греческую письменность. В сравнении с относительно цивилизованной Скифией располагавшаяся севернее лесная полоса по Припяти и Десне представляется другим миром. Население здесь было редким, и оно занималось, по-видимому, больше скотоводством, чем земледелием. Насельники юхновской культуры на Десне раньше жили в лесостепи и были вынуждены отступить в леса под напором кочевников. Чтобы защититься от скифских набегов, они строили маленькие городища-убежища (площадью о,2-0,5 га). На этих горо- дищах находят орудия из камня и кости, и лишь немногие изделия из железа—ножи, рабочие топоры, серпы тех же типов, что и в Ски- фии. Из оружия известны только наконечники стрел, копий и один скифский кинжал. Могильный инвентарь в лесных культурах очень беден, а из украшений известны лишь грубые бронзовые браслеты33. Некоторые признаки (наличие разделенных на секции длин- ных домов) заставляют археологов относить юхновские племена к балтам. Поскольку по лингвистическим данным праславяне жили где-то между иранцами, балтами и германцами, то многие истори- ки приходят к выводу, что славяне — это покоренное скифами насе- ление лесостепи34. Действительно, данные гидронимики указывают на лесостепное Правобережье Днепра как район обитания древне- го славянского населения35. Вывод о происходивших здесь контак- тах между праславянами и скифами поддерживается лингвистами, обнаружившими большое число скифских («восточноиранских») за- имствований в славянских языках. Среди этих заимствований сло- ва: топор, собака, огонь, степь, могила, жрец, чара, хата. Восточно- иранское происхождение имеют некоторые названия славянских племен: северяне, анты, поляне, хорваты, бужане, сербы. Значите- лен скифский вклад в религиозные верования славян и, соответ- ственно, в древнерусский языческий сонм богов. Такие его персо- нажи как Сварог (Сварга), Огонь Сварожич (Агни), Вий, Див, Хоре, Стрибог и Симаргл считаются индо-иранцами36. 59
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 2.2. САРМАТСКАЯ ЭПОХА В III веке до н. э. на Скифию обрушилось нашествие восточных иран- ских кочевых племен, сарматов. Греческий историк Диодор Сици- лийский писал, что сарматы «опустошили значительную часть Ски- фии и, поголовно истребляя население, превратили большую часть страны в пустыню»37. Археологические данные свидетельствуют о масштабах произошедшей катастрофы: большинство городов гиб- нет в огне пожаров, в сельских поселениях прекращается жизнь, на обширных пространствах исчезают какие-либо признаки присут- ствия людей38. Часть скифского населения укрепилась в Крыму и на нижнем Дне- пре—здесь были построены крепости с двумя-тремя рядами камен- ных стен. Скифское царство в Крыму существовало до середины III в. н. э. В условиях недостатка пастбищ скифы-кочевники посте- пенно оседали на землю и превращались в крестьян-земледельцев; они жили в деревнях, сеяли пшеницу, ячмень, просо, возделывали виноград. Став земледельцами, скифы утратили свой воинственный характер, в их могилы, ставшие много беднее, чем прежде, клали не оружие, а орудия труда. В городах-крепостях развивались ремес- ла, в изобилии изготовлялись изделия из железа, но гончарный круг оставался неизвестным39. По сравнению с воспринявшими начатки цивилизации скифа- ми сарматы были дикими варварами. У сарматов не было государ- ства; сарматские племена постоянно воевали между собой и с сосед- ними народами, опустошая при этом окрестные земли. Вдобавок из восточных степей все время прибывали новые орды ираноязыч- ных кочевников: роксоланы, язиги, аорсы, а позже —аланы. Эти во- инственные народы поклонялись мечу: «У них не видно ни храмов, ни святилищ, нигде не усмотреть у них даже покрытых соломой хи- жин; они по варварскому обычаю втыкают в землю обнаженный меч и поклоняются ему как Марсу—покровителю стран, по которым они кочуют»40. Так же, как в могилы скифов, в могилы сарматов всегда клали оружие, но в отличие от скифских сарматские захоронения были относительно бедными41. Лишь изредка в степи встречаются сарматские курганы с более богатым инвентарем —но зачастую они принадлежали не вождям, а женщинам-жрицам: у сарматов сохра- нялись какие-то остатки матриархата, женщины скакали на конях, как мужчины, и их часто хоронили с оружием42. Геродот писал, что у сарматов «девушка не выходит замуж, пока не убьет врага»43. Од- нако и в захоронениях сарматских жриц не было такой роскоши, 6о
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ как в скифских курганах: отчасти это объясняется упадком торго- вых связей с цивилизованным миром. Обогащавшая Скифию тор- говля хлебом с Грецией прекратилась; почти что единственным то- варом сарматов были рабы-пленные, которых они захватывали в по- стоянных войнах с соседями и пригоняли на рабский рынок в устье Дона, в Танаисе. Таким образом, привозных товаров было немно- го, а местное ремесло было не развито: в то время как у скифов су- ществовали ремесленные города, у сарматов не находят даже следов железоделательного производства. По-видимому, варвары-кочевни- ки получали железо и большую часть оружия в качестве дани и во- енных трофеев44. После сарматского нашествия в начале III века до н. э. большие праславянские городища в лесостепи были разрушены, и население в этом регионе резко сократилось. Во второй половине III столе- тия на опустошенные земли пришли племена с запада —многие ар- хеологи полагают, что это были бастарны, народ, который антич- ные историки называют то германцами, то кельтами. Смешавшись с остатками местного населения, бастарны создали зарубинецкую культуру Среднего Поднепровья. Погребальный инвентарь в этой культуре был бедным и однообразным, оружие в могилы не клали, а железные изделия (серпы, топоры, ножи) встречаются редко — хотя в принципе железоделательное производство было известно. Известен был и ручной гончарный круг, видимо, принесенный ба- старнами со своей западной родины,— однако подавляющая часть керамики была лепной. По южной границе лесостепи зарубинец- кие племена строили укрепленные городища; на протяжении дол- гого времени им удавалось сдерживать сарматов на рубеже Днепра— но в I в. н.э. городища были разрушены, и большая часть их оби- тателей бежала в леса по Верхнему Днепру и Десне45. Однако часть населения осталась и переселилась из городищ в неукрепленные де- ревни по берегам рек46 —очевидно, жители этих деревень подчини- лись сарматам. Прорыв сарматов на Правобережье был связан с прибытием с во- стока новой волны сарматоязычных племен —это были аланы. По-ви- димому, именно аланы принесли в Северное Причерноморье новую технологию войны: в то время как другие сарматские племена были конными стрелками из лука, аланы были всадниками-копейщиками, атаковавшими противника в сомкнутом строю. Аланские всадники носили чешуйчатые панцири-катафракты, подобные панцирям са- ков и парфян, и были вооружены длинными копьями, которые рим- ляне называли «контосами»47. Уходя от грозных врагов, роксоланы 61
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I и язиги прорвались до Дуная и Паннонии—до границ Римской импе- рии. Однако аланы шли следом: Аммиан Марцеллин писал, что «ма- ло-помалу они подчинили себе в многочисленных победах соседние народы и распространили на них свое имя», что «с течением време- ни они объединились под одним именем и все зовутся аланами вслед- ствие единообразия обычаев, дикого образа жизни и одинаковости вооружения»48. Таким образом, новое оружие вскоре стало достоянием всех сар- матских племен и позволило им завоевать обширные земли Восточ- ной Европы. В составе коалиции варварских племен сарматы при- няли активное участие в Маркоманнских войнах (167-180 гг.) ив раз- граблении римских провинций. Однако таранная тактика сарматов в условиях отсутствия стремян еще не была столь эффективной, что- бы брать верх над римскими легионами. В конечном счете сарма- ты-язиги были остановлены на линии Среднего Дуная; по условиям договора они стали римскими федератами и обязались за опреде- ленную плату поставлять конные отряды в римскую армию49. Со вре- менем нехватка пастбищ привела к тому, что часть кочевников ста- ла оседать, усваивая обычаи местного земледельческого населения. Этот процесс был особенно заметен в междуречье Днестра и Дуная, где сарматы-земледельцы жили вперемешку с местными жителями, фракийцами50. Отступившие перед лицом сарматского наступления зарубинец- кие племена, потомки смешанного бастарно-славянского населения, по-видимому, долго не могли найти места для поселения51. Тацит на- зывает их «венедами» и сообщает, что «венеды переняли многие из их (бастарнов —С. Н.) нравов, ибо ради грабежа рыщут по лесам и горам, какие только ни существуют между бастарнами и фенна- ми»52. В дальнейшем этнотим «венеды» постоянно употреблялся ан- тичными историками для обозначения славянских племен. «...Начи- ная от места рождения реки Вистулы, на безмерных пространствах расположилось многолюдное племя венедов, —писал Иордан.—Хотя их наименования теперь меняются соответственно различным ро- дам и местностям, все же преимущественно они называются склаве- нами и антами»53. В конечном счете венеды частью вытеснили, ча- стью ассимилировали живших на Днепре и Десне балтов— усвоив при этом некоторые элементы их культуры. Однако в целом позд- незарубинецкая культура, как на севере, так и на Среднем Днепре, упростилась и огрубела. Качество керамики и металлических изде- лий заметно ухудшилось; железо было кричным, с примесью шлака, технология получения стали была, по-видимому, утрачена54. 62
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ 2.3. ГОТСКАЯ ЭПОХА В конце II —начале III века в Северное Причерноморье пришла но- вая волна завоевателей —на этот раз не с востока, а с северо-запада. Это были племена готов, выходцев из суровой Скандинавии. В этни- ческом и культурном отношении Скандинавия была продолжением Германии; она была населена германскими племенами, говоривши- ми на родственных диалектах северогерманского (датского) языка. Но различие природных условий этих стран предопределило и раз- ные судьбы населявших их народов, различие обычаев и социально- го строя. В отличие от лесистой и хлебообильной Германии Сканди- навия была суровой «Северной Пустыней», областью высокого де- мографического давления, такой же, как Великая Степь. Каменистая почва была практически непригодна для земледелия—даже к XX веку усилиями многих поколений было расчищено для пашни лишь 3% территории Норвегии и 9% территории Швеции. До середины I ты- сячелетия железо оставалось редкостью, расчистка была практиче- ски невозможна и скандинавы — также как и их предки, древние ин- доевропейцы, добывали средства к существованию в основном раз- ведением скота55. Скотоводство требовало больших пространств и не могло про- кормить население Скандинавии; с тех пор как в XI веке появляют- ся скандинавские хроники, они постоянно упоминают о голоде. Го- лод приводил к схваткам за пастбища и к постоянной войне родов и племен. «Все они живут по-звериному в иссеченных скалах, как бы в крепостях...—писал готский историк Иордан. —Все эти племена, превосходящие германцев как телом, так и духом, сражались всегда со звериной лютостью»56. Так же, как из Великой Степи, из «Север- ной Пустыни» постоянно исходили волны нашествий, и Скандина- вию называли «утробой, извергающей народы»57. Во I веке н. э. готы переправились через Балтийское море и, выса- дившись в районе устья Вислы, подчинили жившее здесь германское племя гутонов. Через пять поколений, когда население умножилось и стала ощущаться нехватка земли, готы двинулись на юг. Продви- жение было медленным и постепенным, готы прошли через область вандалов в долине Вислы и увлекли за собой некоторые покорен- ные ими вандальские племена58. В начале III века огромная орда вы- шла на границу причерноморских степей и вошла в соприкоснове- ние с господствовавшими в степи сарматами. Исход этого столкнове- ния определялся в существенной степени тем, что копейная конница в отсутствие стремян еще не обладала военным превосходством над 63
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I сплоченным строем тяжеловооруженной пехоты. Готы использова- ли длинные копья-контосы и тактику, напоминающую тактику маке- донской фаланги59; как известно, фаланга копейщиков одерживала победы над персидской конницей, и позже, во времена Средневе- ковья, швейцарские баталии брали верх над рыцарской кавалерией. Дополнительные преимущества давало готам применение подвиж- ного укрепления из телег, «вагенбурга», и кроме того, готы создали отряды тяжелой копейной конницы60. Очевидно, что тяжелая кава- лерия была перенята готами у сарматов, и в этой связи X. Вольфрам пишет о «скифизации» готов, доходившей до того, что их вожди за- имствовали восточные царские одежды61. В итоге длительных войн часть сарматских племен подчинилась готам или вступила с ними в союз, а остальные сарматы были от- теснены за Дон. Были подчинены и скифы, обитавшие в Крыму; скифские крепости были разрушены. Скифская и сарматская кава- лерии стали вместе с готами совершать набеги на римские провин- ции, и через какое-то время награбленная добыча примирила побе- дителей и побежденных62. С 238 года готы во главе скопища племен, которых римляне называли «скифами», постоянно атаковали грани- цы империи, прорывались на Балканы и в Малую Азию. Из этих по- ходов приводили десятки тысяч пленников, которые, вливаясь в сре- ду оседлого фракийско-сарматского населения на Днестре, передава- ли ему свою культуру63. В конце концов римляне провели военную реформу и создали ка- валерийскую армию, которая быстро выдвигалась к месту проры- ва; в этой армии значительную роль играли сарматские наемники64. В 2*71 году император Аврелиан отказался от задунайских владений в Дакии и сумел укрепить границу на Дунае. Готы потерпели несколь- ко поражений и были вынуждены заключить мир с империей. Они заняли Дакию и согласились стать «федератами» — то есть поставлять в римскую армию рекрутов и в обмен на выплату «стипендии» защи- щать границы империи65. С этого времени началась быстрая романизация готского госу- дарства. Многие тысячи готских воинов, отслужив в римской армии, возвращались на родину, принося с собой римскую культуру и рим- ские обычаи. Жители римских провинций —в том числе и ремес- ленники — переселялись в Готию, надеясь получить освобождение от налогов и повинностей. Археологические данные говорят о про- цессе диффузии в Северном Причерноморье римских культурных элементов и римской техники: керамика стала изготовляться на гон- чарном круге, на Днестре были найдены остатки стеклодельной ма- 64
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ стерской и каменных зданий, возведенных с применением цемента66. Использование железных наральников римского типа говорит о рас- пространении пашенного земледелия; ручные жернова для обмоло- та зерна также копировали римские формы67. Одежда, украшения, керамика повсюду от Дуная до Дона следовали римским провинци- альным образцам. В конечном счете в Готии сложилась романизи- рованная «Черняховская» культура, в которой римские культурные элементы скрывали этнические особенности; лишь по отдельным культурным проявлениям можно сделать вывод о том, что в преде- лах одного поселения часто проживали представители разных пле- мен—готы, сарматы, поздние скифы, фракийцы, а в северной ле- состепной полосе —также и славяне-венеды68. Другая романизиро- ванная культура, «пшеворская», сложилась к северо-западу, в долине Вислы; здесь под одной культурной оболочкой сосуществовали ван- далы, кельты и некоторые славянские племена69. В конце III века готское племенное объединение разделилось на- двое, западнее Прута утвердились визиготы, восточнее — острого- ты или гревтунги. Визиготы подверглись более сильной романиза- ции, чем остроготы; в середине IV века среди западных готов стало распространяться христианство, епископ Ульфила создал готскую письменность и перевел на готский язык Библию70. Восточные готы были в большей степени связаны со скифо-сарматским миром сте- пей; их короля Германариха изображали в доспехах сарматского ка- тафрактария с контосом в руках71. Германарих подчинил много на- родов и затем «двинул войско против венедов, которые, хотя и были достойны презрения из-за слабости их оружия, были, однако, могу- щественны благодаря своей многочисленности и пробовали сначала сопротивляться». «Но ничего не стоит великое число негодных для войны...» —заключает Иордан72. Таким образом, в число народов, подвластных готам, входили и славяне-венеды, жившие в лесах на Среднем и Верхнем Днепре. Считается, что это были насельники позднезарубинецкой, а затем киевской культуры III-IV веков73. Киевская культура испытывала зна- чительное влияние со стороны Черняховской культуры; на ее посе- лениях находят Черняховскую гончарную керамику, стеклянные бусы, ручные мельницы. Однако собственное ремесло было слаборазвито: местные кузнецы умели выплавлять только кричное железо; сталь- ные изделия были редкостью74. Из оружия в находках встречаются лишь наконечники стрел и копий75—естественно, что венеды не мог- ли сопротивляться закованным в сталь готским и сарматским ката- фрактариям. О влиянии завоевателей на покоренных славян гово- 65
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I рят готские заимствования в славянских языках: из готского (древ- негерманского) языка происходят слова «хлеб», «хлев», «блюдо», «котел», «вино». Слово «князь» происходит от германского «конунг», а «витязь» —от «викинг»; оба эти слова пришли в славянские языки еще до варяжского завоевания. Из других военных терминов были заимствованы слова «меч», «шлем», «полк», «тын» (крепостная сте- на). О взаимоотношениях готов и славян говорит заимствование таких слов как «долг», «мыто» («налог», «дань»), «гость» (в смысле «чужеземец»)76. 2.4. ЭПОХА ВЕЛИКОГО ПЕРЕСЕЛЕНИЯ НАРОДОВ В 370-х годах в степи Северного Причерноморья пришли новые за- воеватели—в Европе их называли гуннами, а на Востоке—хунну. Это было начало Великого переселения народов—первая из трех волн на- шествий из Великой степи; эти волны были вызваны чередой фунда- ментальных открытий в военном деле: изобретением гуннского лука, стремени и тюркского седла. Еще в III веке до н. э. обитавшие в сте- пях Гоби племена хунну создали лук нового типа, значительно более мощный, чем прежние скифские луки. Новый лук был, как и рань- ше, сложным и склеивался из нескольких слоев дерева—но при этом он был больше по размерам: если длина скифского лука составляла 6о-8о см, то длина нового лука —140-160 см. Новым элементом кон- струкции были костяные накладки: боковые накладки размещались в середине и на концах лука, и еще одна фронтальная накладка раз- мещалась посредине. Концевые накладки создавали рычаги, кото- рые позволяли согнуть более упругую, чем у прежних луков, кибить; одновременно они увеличивали длину натяжения тетивы, то есть те- тива воздействовала на стрелу большее время и придавала ей боль- шую энергию. Поскольку всаднику было неудобно управляться с та- ким большим луком, то позднее его стали делать асимметричным — нижняя часть кибити до рукояти была меньше верхней77. По сравнению с прежними стрелами стрелы хуннского лука были длиннее и тяжелее. Длина увеличилась с 50-60 до 8о см, толщина — с 4-5 до 5-6 мм, обычная длина наконечника—с 2,5-3 до 5_7 см?8- Мощ- ные луки потребовали изменить технику захвата тетивы: если ски- фы (и народы Ближнего Востока) натягивали луки концом боль- шого пальца и первыми двумя суставами согнутого указательного, то хунны стали натягивать тетиву согнутым большим пальцем. Ука- зательный палец при таком способе помогает большому, нажимая 66
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ на него сверху, а для защиты большого пальца надевают перстень или кольцо79. Освоение нового оружия потребовало значительных усилий: для того чтобы стрелять из больших луков со скачущей лошади, необхо- димы были немалая ловкость и длительная тренировка. «Чем мощ- нее лук, тем более искусным должен быть всадник», —отмечает А. Би- вар80. Мало того, лошадь тоже должна была пройти соответствующее обучение и самостоятельно выполнять некоторые маневры в момен- ты, когда всадник опускал поводья для стрельбы81. В силу этой осо- бенности искусство стрельбы из лука с коня во все времена было привилегией прирожденных всадников из степей; оно с большим трудом давалось оседлым народам82. Во II веке до н. э. хунну двинулись на запад и обрушились на жив- ших севернее Тянь-Шаня кочевников-юэджи. Юэджи были вынуж- дены отступить в Среднюю Азию, а потом в Индию, и волна наше- ствий, вызванных появлением гуннского лука, охватила значитель- ную часть Азии. Хунны заняли земли, простиравшиеся от Аральского моря до хребтов Манчжурии, и господствовали над степью до тех пор, пока на смену тактике лучников не пришла новая технология войны — тактика таранного удара. Как упоминалось выше, эту так- тику в I веке н.э. применяли сарматы, но она имела лишь ограни- ченный эффект ввиду отсутствия у сарматских копейщиков стремян. Первые стремена появились в начале IV века н.э.; их изображения дошли до нас из Китая и из государства Когуре в теперешней Мань- чжурии. Известно, что когуресцы были соседями кочевников-сянь- би, которые в это время завоевали Китай. В могилах этих завоева- телей, относящихся к V веку, найдены настоящие стремена — новое оружие, позволившее сяньби разгромить бесчисленные китайские армии и овладеть огромной страной83. Таким образом, на востоке Азии появились первые рыцари —всад- ники, одетые в латы и прочно сидящие на конях, опираясь на стреме- на. Появление нового оружия вызвало волну завоеваний, не ограни- чившуюся вторжением в Китай. После ухода сяньби в долину Хуанхэ в степях Гоби стали господствовать их сородичи жужани. Экспансия жужаней была направлена на запад, в конце IV века они разгромили живших в степях Центральной Азии гуннов и вынудили их покинуть свои кочевья. Уходя от новых завоевателей, гунны двинулись за Урал, в степи Восточной Европы84. Блаженный Иероним писал: «Весь во- сток задрожал при внезапно разнесшихся вестях, что от крайних пре- делов Меотиды... вырвались рои гуннов, которые, летая туда и сюда на быстрых конях, все наполняли резней и ужасом»85.
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Первыми приняли гуннский удар жившие за Доном аланы. «Ала- нов, хотя и равных им в бою, —писал Иордан, —но отличных от них человечностью, образом жизни и наружным видом, они подчинили себе, обессилив частыми стычками»86. Аланской тактике таранно- го удара гунны противопоставляли тактику изнурения противника. Они не принимали рукопашной схватки, но и не покидали поле боя, осыпая противника стрелами из своих мощных луков —этот обстрел мог продолжаться несколько дней, пока оружие не выпадало из рук противника. «Легкие и подвижные, они вдруг нарочно рассеивают- ся и, не выстраивая боевой линии, нападают то там, то здесь, произ- водя страшные убийства... — свидетельствует Аммиан Марцеллин.— Они заслуживают того, чтобы признать их отменными воителями, потому что издали ведут бой стрелами, снабженными искусно срабо- танными остриями из кости...»87 Покорив аланов и заставив их присоединиться к движущейся на запад орде, гунны в 375 году обрушились на готов. Разбитый в не- скольких сражениях и павший духом Германарих покончил с собой; остроготы были вынуждены покориться гуннам, а визиготы отступи- ли за Дунай, в пределы Римской империи88. Готская держава распа- лась, и освобожденные от готской зависимости племена доброволь- но или по принуждению стали союниками гуннов; в числе этих пле- мен были и славяне—склавины и анты. Когда через некоторое время остроготы восстали против гуннов, им прежде всего пришлось столк- нуться с антами. Готы победили антов, но были вновь разгромлены гуннами и окончательно приведены к покорности89. Вторжение гуннов означало страшную катастрофу для населения причерноморских степей. Археологи зафиксировали гибель почти всех поселений Черняховской культуры. Аммиан Марцеллин писал, что гунны «двигались как лавина и крушили все, что встречали на сво- ем пути»90. На обширных пространствах Северного Причерноморья исчезли какие-либо признаки жизни, и лишь через некоторое время здесь вновь появились земледельческие поселения. Эти поселения принадлежали славянам, которые вышли из северных лесов и рас- селились на опустевшей равнине91. Уцелел ли кто-либо из прежних обитателей приднепровской лесостепи? Новейшие генетические ис- следования показывают чрезвычайно высокую концентрацию в этом районе исконно славянского населения, то есть заставляют предпо- лагать, что славяне действительно пришли на пустое место. Если даже переселенцы и встретились с остатками местного населения, то это местное население—тоже были славяне (может быть, из числа насельников многоэтничной Черняховской культуры)92. 68
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ На Днестре и Пруте ситуация была иной — здесь сохранились остатки фракийского населения, и славяне какое-то время жили впе- ремешку с местными племенами, еще сохранявшими римские куль- турные традиции, в том числе и технологию гончарной керамики. Но уже в VI веке местное население было ассимилировано пришель- цами, и в дальнейшем культура Прикарпатья уже ничем не отлича- лась от восточнославянских культур93. В своем движении на запад гунны увлекали с собой покоренные и союзные племена; огромная орда прорвалась в Центральную Ев- ропу, и предводитель гуннов Аттила устроил свою ставку на Паннон- ской равнине. Германские племена бежали за Рейн, и союзники гун- нов могли свободно расселяться на новых землях: археологи фикси- руют присутствие каких-то славянских племен на землях Моравии уже в V веке н. э.94. Но господство гуннов над Европой продолжалось недолго: после смерти Аттилы в 453 г. его племенной союз распался, и германцы сумели отбросить гуннов назад, в причерноморские сте- пи. Вскоре здесь возникло несколько племенных объединений, в ко- торых господствовали родственные гуннам булгарские племена, кут- ригуры и утигуры95. Ко времени господства булгар относится становление в При- черноморье Пеньковской культуры. Начавшееся при гуннах освое- ние славянами-антами причерноморских степей в VI веке привело к появлению многочисленных поселений на пространстве от Пру- та до притоков Днепра, Сулы и Воркслы. Это были маленькие не- укрепленные деревни, состоявшие преимущественно из характер- ных для славян срубных полуземлянок с расположенной в углу ка- менной или глинобитной печью. Закрытая печь —это было главное открытие славян, фундаментальная инновация, позволившая жить в условиях сурового климата96. Закрытая печь позволяла не только более эффективно отапливать жилище, но и строить деревянные бани, о которых летописец посчитал нужным рассказать в самом на- чале «Повести временных лет». Характерно, что древнерусское сло- ва «изба» первоначально обозначало и теплое помещение, и баню97. Однако в остальном культура славян была примитивной, как отме- чает Г. С. Лебедев, «материальная основа славянской культуры бук- вально сведена к минимуму»98. Многие славянские племена не зна- ли железоделательного ремесла; находки металлических предметов встречаются очень редко, а оружие представлено лишь несколькими наконечниками копий99. В стране антов и булгар существовал лишь один укрепленный го- род; это было Пастырское городище, которое некоторые истори- 69
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ки считают ставкой булгарских вождей100. Здесь жили ремесленни- ки, производившие гончарную посуду, стальное оружие и железные орудия труда. В кладах на этом городище находят византийские юве- лирные изделия и добычу, привезенную из военных походов. Одна- ко культурный облик Пастырского городища выглядит совершенно чуждым облику окружавшей его страны славян. По-видимому, здесь проживало в основном неславянское население, хранившее тради- ции провинциально-римской Черняховской культуры101. Булгары, как и гунны, были воинственным кочевым народом, пу- тем постоянных войн подчинившим многие окрестные племена. Ав- тор начала VI века Эннодий писал, что булгары —это народ, который с помощью войны добудет все, что пожелает, который считает мери- лом благородства количество пролитой в бою крови и, будучи при- учен к лишениям, может довольствоваться одним кобыльим моло- ком102. С 520-х годов булгары вместе с подчиненными им славянами совершали опустошительные набеги на Византию, по возвращении уводя с собой многие тысячи пленных103. В середине VI века в Причерноморье вторглась новая кочевая орда —эти племена называли в Европе аварами, но большинство специалистов отождествляют их с жужанями —тем народом всадни- ков, опиравшихся на стремена, от которого некогда бежали гунны. Стремена делали аварских всадников устойчивыми в седле и позво- ляли проводить таранные атаки тяжелой конницы. Другим преиму- ществом аваров была возможность, вставая в стременах, вкладывать в удар всю массу своего тела; чтобы использовать эту возможность, авары создали новое оружие, саблю104. Войско аваров насчитывало 6о тысяч всадников, одетых в латы; в 550-х годах, разгромив булгар и антов, новые завоеватели прорвались в долину Дуная105. Обосно- вавшись на Венгерской равнине, жужани-авары создали могущест- венное государство—Аварский каганат, претендовавший на земли от Днепра до Рейна. Аварский каганат —как и все государства кочевников в завоеван- ных земледельческих областях—был ксенократическим объединени- ем, в котором военно-кочевая элита господствовала над покоренны- ми земледельцами. Как в скифские времена, в могилы воинов обыч- но клали оружие, коней, рабов и наложниц, а погребения знати были наполнены предметами роскошью106. Среди подчиненных ава- рами племен были булгары-кутригуры, сарматы, гепиды и славяне — склавины и анты. «Повесть временных лет» рассказывает об авар- ском господстве над славянами: «Эти обры воевали и против славян и примучили дулебов —также славян, и творили насилие женам ду- 7°
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ лебским: если поедет обрин, то не позволял запрячь коня или вола, но приказывал впрячь в телегу три, четыре или пять жен и везти его —обрина. И так мучили дулебов107». Авары насильственно пере- селяли славян на территории, оставленные германцами, и застав- ляли их участвовать в своих походах. Франкская «Хроника Фреде- гара» сообщает, что в мирное время, приходя на зимовку к славя- нам, авары требовали у них дань и брали в наложницы их дочерей и жен. Во время войны авары посылали славян в бой, а сами стояли в тылу; если славяне побеждали, то авары бросались вперед за до- бычей, но если славяне терпели поражение, то авары поворачива- ли их и вновь заставляли вступать в битву108. Рассказывая об одном из сражений, Феофилакт Симокатта говорит, что в аварском войске собственно авары составляли только пятую часть, а остальные были по-преимуществу славянами109. Но в то время как авары были всад- никами с копьями и саблями, нередко в кольчугах, славяне представ- ляли собой плохо вооруженную пехоту. По сообщению Иоанна Эфес- ского они «даже не знали, что такое настоящее оружие, за исключе- нием двух или трех дротиков»110. Обратив в бегство германские племена Центральной Европы, ава- ры отдали их земли своим данникам и союзникам славянам, которых они—по-видимому, насильно —привели с собой в походе на запад. Та- ким образом славяне расселились до Эльбы и верховьев Дуная, про- никли в Иллирию и на Балканы. Нашествие раскололо и разброса- ло отдельные славянские племена на огромных территориях. Так, известны осколки племени хорват на Руси, в Центральной Европе и на юго-западе Балкан; ободриты жили разбросанно на Дунае, Оде- ре и Эльбе, дулебы на Руси и в Центральной Европе, северам, друго- витам, смоленам и кривитеинам на Балканах соответствуют северяне, дреговичи, смоляне и кривичи русских летописей111. О временах вла- дычества аваров до сих пор напоминают оставшиеся в сербско-хор- ватских языках термины для обозначения племенных князей, «жупан» и «бан»112. От всех этих славянских племен авары требовали участия в своих походах; известно, что они принуждали к походу на Констан- тинополь даже племена с балтийского побережья113. В 626 году к ви- зантийской столице подступило огромное аварское войско; авары по- слали славян на штурм, но он закончился неудачей, и тогда аварский каган приказал перебить отступивших из-под стен славян. Славяне восстали, позже к ним присоединились булгары-кутригуры, и нача- лась смута, приведшая к временному распаду каганата114. В Моравии образовалось славянское государство, а кутригуры, потерпев пораже- ние в борьбе с аварами, ушли в Италию и в Македонию. 71
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I В середине VII века аварам удалось восстановить каганат—правда, новое государство уже не охватывало столь обширные территории, как прежде. Военная активность авар уменьшилась, и на территории Паннонии усилились процессы социального синтеза, формирова- ния аваро-славянской социальной общности. Археологические мате- риалы говорят, что славяне занимали в этой общности подчиненное положение, однако по мере того, как часть кочевников из-за нехват- ки пастбищ оседала на землю, социальная дифференциация посте- пенно уменьшалась115. Количество знатных погребений с конями и рабами уменьшилось; перешедшая к земледелию аварская беднота заимствовала славянские жилища-полуземлянки и мало чем отлича- лась от славян и остатков позднеримского населения116. Отмечается восстановление ремесленного производства, основанного на позд- неримских традициях Паннонии; изготовлялись гончарная посуда, железное оружие и орудия труда —в том числе сошники для плугов и серпы. Возродилось и ювелирное искусство: производилось мно- го художественно украшенного оружия; характерной чертой военно- го костюма были пояса с серебряными бляшками, количество кото- рых указывало на ранг воина. Возродилась и торговля; известно, что в Аварский каганат приезжали купцы не только из соседних стран, но и с далекого Востока117. В соответствии с законами халдуновского цикла, процессы соци- ального синтеза в конечном счете привели к ослаблению племенной сплоченности («асабии») авар, к конфликтам между каганами и зна- тью, к появлению частнособственнических тенденций, проявляв- шихся в стремлении к роскоши, к удовольствиям и к личному обога- щению. В одном византийском источнике IX века сохранились харак- терные подробности о разложении позднеаварского общества: это рассказы старых воинов, находившихся в болгарском плену у хана Крума. Хан спросил их: «Что вы думаете, почему были разорены ваши господа и ваш народ?» Они ответили так: «Вначале из-за ссо- ры, лишившей кагана верных и правдивых советников, власть попа- ла в руки людей нечестивых. Затем были развращены судьи, которые должны были отстаивать перед народом правду, но вместо этого по- братались с лицемерами и ворами; обилие вина породило пьянство, и авары, ослабев физически, потеряли и рассудок. Наконец, пошло увлечение торговлей: авары стали торгашами, один обманывал дру- гого, брат продавал брата. Это, господин наш, и стало источником нашего постыдного несчастья»118. Необходимо добавить, что военное превосходство аваров, харак- терное для первых десятилетий их владычества, в VIII веке сошло 72
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ на нет. Диффузионное распространение аварской военной техноло- гии привело к тому, что она была заимствована соседями аваров — византийцами и франками. В 720-х годах правитель франков Карл Мартелл провел военную реформу и создал тяжелую рыцарскую ка- валерию; в 790-х годах франки разгромили аваров в нескольких бит- вах и заняли Паннонию. «Повесть временных лет» рассказывает, что когда франки («волохи») пришли на Дунай, многие славянские пле- мена были вынуждены отступить на восток—и среди них были по- ляне и древляне, вошедшие позже в состав Киевского государства119. Авары же, как утверждает летопись, просто исчезли: «Были же эти обры велики телом, и умом горды, и Бог истребил их, умерли все, и не осталось ни одного обрина. И есть поговорка на Руси и доны- не: „Погибли, как обры“, —их же нет ни племени, ни потомства»120. В действительности авары постепенно растворились среди славян: генетические исследования говорят о том, что среди восточных сла- вян довольно большой процент аварской крови, во всяком случае, больший, чем среди тех кавказских народов, которые считают себя прямыми потомками этого племени121. 2-5 ХАЗАРСКАЯ ЭПОХА Аварское вторжение в Европу было следствием новых перемен в во- енном деле степных народов: так же, как двумя столетиями ранее гун- ны уходили от предков авар, жужаней, авары были вынуждены бе- жать от обладающих новым оружием тюрок. Тюрки были народом, вписавшим новую страницу в историю тяжелой кавалерии. С появ- лением стремян всадники получили необходимую опору, но жужа- ни по традиции продолжали пользоваться высоким седлом, зажи- мавшим наездника и лишавшим его подвижности. Следующий шаг в использовании преимуществ стремени был сделан в начале VI века, когда у тюрок появились седла с низкими наклонными луками, по- зволявшие всаднику, опиравшемуся на стремена, поворачиваться и наклоняться в разные стороны122. Новое седло обеспечило воен- ное превосходство тюрок и породило волну тюркских завоеваний. В 552-553 годах тюрки одержали решающую победу над жужанями и отбросили их за Волгу123. В 570-х годах новые завоеватели подчини- ли кочевые народы между Волгой и Доном —в том числе булгар-ути- гур, алан и хазар. В 620-х годах тюрки и хазары неоднократно втор- гались в Закавказье и в Иран, но в 630-х годах среди тюрок началась долгая междоусобная война, и огромный каганат распался. Булгар- 73
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ские племена в Причерноморье создали свое ханство, «Великую Бул- гарию», но реальными приемниками тюркского каганата стали хаза- ры, которые приняли к себе оставшихся на западе тюрок и провоз- гласили каганом представителя тюркского правящего рода Ашина. К концу VII века хазары одержали победу над булгарами; часть булгар ушла за Дунай, часть — на Волгу и Каму, остальные подчинились хаза- рам. Хазары огнем и мечом прошли по причерноморской степи; Пас- тырское городище было разрушено, и с ним погибла значительная часть поселений славян-антов. Славянские племена днепровского левобережья признали власть хазар и обязались платить дань. В ре- зультате этих завоеваний было создано большое государство, про- стиравшееся от Днепра до Урала и от Оки до Кавказских гор —Хазар- ский каганат124. Первые десятилетия существования нового государства прошли в жестоких войнах с арабами, пытавшимися прорваться через Дер- бентский проход на Северный Кавказ. Ислам служил для арабов мощным идеологическим оружием, которое придавало племенной сплоченности («асабии») характер религиозного единения. Это еди- нение находило свое высшее выражение в войне за веру и в призы- ве к самопожертвованию в бою: как известно, пророк обещал по- гибшим в сражении с неверными услады рая. Для хазар, терпевших поражения в войнах с арабами, была очевидной необходимость пе- ренимания их идеологического оружия и их военной (а также и го- сударственной) организации —это был обычный процесс диффузии фундаментальных инноваций. Но, заботясь о сохранении своей не- зависимости, хазары приняли в качестве государственной религии не ислам и не христианство, а иудаизм. Как утверждает «Послание царя Иосифа», каган Булан «поверил господу и сделал, как тот сказал. Он пошел и вел многие войны и одержал в них, с помощью всемогу- щего, победу»125. Таким образом, принятие новой религии объясня- лось, прежде всего, военной необходимостью, стремлением прибег- нуть к покровительству могущественного божества. Принятие иудаизма сыграло в истории Хазарии ту же роль, что и принятие христианства Русью —оно означало присоединение Ха- зарии к ближневосточному культурному кругу, заимствование куль- турных достижений ближневосточной цивилизации. В Хазарию устремились еврейские ремесленники, торговцы и ученые-книж- ники, принесшие с собой ремесленные и торговые навыки, новые технологии и книжную ученость, позволившую создать правиль- но функционирующее государство. В Хазарии появилась письмен- ность, созданная на основе еврейского алфавита, велась официаль- 74
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ ная документация и дипломатическая переписка126. Была налажена простейшая налоговая система: податное население платило сереб- ряными монетами (дирхемами) или мехами, которые приравнива- лись к монете и ходили вместо денег. «Повесть временных лет» го- ворит, что славяне-радимичи платили дань со двора «по щелягу» — это еврейское название дирхема, которое переводится как «белый», «серебряник»127. Поляне, северяне и вятичи платили по серебряной монете и беличьей шкурке128, а осевшие на Волге булгары платили по шкурке соболя129. Шкурка соболя стоила 2,5 дирхема, шкурка ку- ницы была эквивалентом дирхема, а белка было равна Уб дирхема130. В целом это была легкая дань: в арабских странах подушный налог со- ставлял 1 динар, то есть примерно 14 дирхемов, и помимо того, были еще и другие налоги131. Однако каган имел еще одну статью доходов: со всех торговцев в Хазарии брали пошлину, десятую часть товара, и большая часть богатств казны происходила именно из этого источ- ника132. Принятие иудаизма привело к торговому расцвету каганата, еврейские купцы-«рахданиты» («знатоки путей») наладили торгов- лю мехами с арабскими странами и превращали меховую дань в се- ребро, поэтому хазарская казна не испытывала недостатка в монете. Рахданиты везли по волго-каспийскому пути и другие товары: мед, воск и рабов, которых они покупали у русов; все эти товары облага- лись пошлиной133. В IX веке Хазарское государство обладало достаточно развитым бюрократическим аппаратом, в него входили правители городов и завоеванных областей (тудуны), сборщики податей, судьи и, ве- роятно, даже полиция134. Хазары чеканили свою монету, подражав- шую монетам Аббасидского халифата135. Наличие налоговой систе- мы и значительных доходов позволяло кагану содержать наемное войско. Это войско насчитывало около 12 тысяч воинов и было орга- низовано по образцу аббасидской гвардии гулямов; по большей ча- сти это были среднеазиатские тюрки —тяжеловооруженные панцир- ные всадники136. В каганской гвардии служили также русы и славяне, причем о славянах ал-Масуди сообщает, что они были рабами кага- на—то есть гулямами137. Известно, что создание профессионально- го войска, находящегося на содержании государства, способствует установлению самодержавия (см. п. 1.2). Появление гвардии гулямов при халифе ал-Мамуне (813-833) намного усилило власть халифов138— и очевидно, что появление хазарской гвардии должно было иметь аналогичные последствия. Правда, у хазар существовала двойствен- ная система управления, при которой каган был в основном ритуаль- ной фигурой, а вся власть принадлежала царю («беку»). Некоторые 75
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I свидетельства говорят о том, что хазарский царь был неограничен- ным, самодержавным монархом. Когда царю случится приговорить к казни кого-либо из знатных, рассказывает Истахри, он приказы- вает, чтобы тот сам убил себя; приговоренный отправляется в свое жилище и кончает самоубийством139. Аналогично Ибн Фадлан писал, что царь может самым жестоким образом казнить потерпевших пора- жение военачальников: «Иногда он разрежет каждого из них на два куска и разопнет их, а иногда повесит их за шеи на деревья»140. Таким образом, принятие иудаизма привело к трансформации ха- зарского племенного союза по образцу ближневосточных самодер- жавных монархий. Трансформация подразумевала также перенима- ние других культурных навыков, в том числе ремесленной и земле- дельческой технологии. Получило распространение возделывание новой для Ближнего Востока культуры, риса, и при пахоте стали ши- роко применяться плуги с железными наральниками. «Орудия труда свидетельствуют о развитой и даже безусловно передовой для того времени экономике»,— отмечает С. А. Плетнева141. Аланы и хазары Северного Кавказа выращивали виноград, что по традиционному представлению мусульманских историков служило признаком при- надлежности к культурным народам. В строительстве главной инно- вацией было использование обожженного кирпича и известкового раствора (цемента)— эта технология считалась монополией кагана и применялась лишь при строительстве дворцов и некоторых кре- постей142. В Алании и в приморском Дагестане —по-видимому, с по- мощью еврейских торговцев —было освоено производство стекла, а именно той его разновидности, которая называется «иудейским стеклом» (хрусталь)143. Это производство было непосредственно связано с пушной торговлей: в северных областях на Волге и Каме за стеклянную бусину давали шкурку куницы (так же, как за дирхем)144. Помимо заимствованных навыков, развивались и местные тради- ции, восходящие к Пастырскому городищу и Черняховской культу- ре; было распространено гончарное ремесло и производство сталь- ных изделий145. Главным оружием хазар и аланов были (по-видимо- му, заимствованные у аваров) слабоискривленные сабли. Сабельные клинки демонстрируют высокий технологический уровень: исполь- зование высокоуглеродистой стали, цементизация, сложные виды термообработки. Подобные технологии применялись только в высо- коразвитых центрах производства оружия с давними традициями146. Было развито и ювелирное дело, обычной продукцией ювелиров были зеркала с шестиконечными звездами на тыльной стороне —эту символику можно истолковать как признак присутствия в Хазарии 76
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ еврейских ремесленников147. С другой стороны, во многих украше- ниях прослеживаются мотивы, характерные для Ирана и мусульман- ского Востока—свидетельство диффузии мусульманской культуры148. Для Хазарии характерна довольно однородная археологическая культура, которую называют салтово-маяцкой —так же, как в Черня- ховские времена, мы наблюдаем поглощение местных культур еди- ным культурным комплексом. Но при всем том Хазарское государ- ство было полиэтническим образованием, включавшим в себя как кочевые, так и земледельческие племена. Столицей каганата был го- род Итиль на Волге, удивительным образом сочетавший черты тор- гово-ремесленного поселения и зимней стоянки кочевников. На ост- рове посреди реки возвышался построенный из кирпича дворец кагана, восточное предместье («Хазаран») напоминало обычный му- сульманский город с базарами и мечетями, а западное предместье принадлежало кочевникам, которые проводили в городе зиму, а вес- ной уходили в степь. Каганский двор тоже кочевал по степи летом, совершая объезд своей страны —подобно тому, как это делали позже русские князья149. Домен кагана, страна кочевников-хазар, располагалась в междуре- чье Волги и Дона. За Доном после ухода болгар жили кочевые племе- на венгров-мадьяр; они номинально подчинялись кагану, посылали своих воинов в хазарское ополчение, но во внутренних делах пользо- вались самостоятельностью. Венгры возродили давнюю скифо-сар- матскую традицию охоты на рабов: они производили набеги на жив- ших на правом берегу Днепра независимых от Хазарии славян и про- давали их в портах Крыма купцам, приезжавшим из Византии150. КIX веку значительная часть кочевников осела на землю, и на сред- ней Волге обитали племена буртасов, занимавшиеся как скотовод- ством, так и земледелием. Севернее буртасов, в районе слияния Вол- ги и Камы, располагалась Волжская Булгария; кочевые булгары под- чинили часть славянских племен, и их вождь именовал себя «царем славян». Роды булгар (по-видимому, также как и роды хазар) вклю- чали в себя покоренных земледельцев и насчитывали тысячи чле- нов, булгары кочевали по степи, а земледельцы обрабатывали поля. В Булгар, столицу Волжской Булгарии, спускаясь вниз по Волге, при- бывали купцы-русы, привозившие рабов и меха; отсюда эти товары отправлялись дальше по реке в Итиль или караванами в Хорезм151. Тесные торговые связи с мусульманским Хорезмом привели к посте- пенной исламизации Булгарии, здесь было много мечетей, «царь сла- вян» принял ислам и стремился освободиться от власти хазарских иудеев152. 77
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I На юге Хазарии существовали обширные земледельческие райо- ны с многолюдными городами и селами. Наиболее плотно населен- ной областью была приморская часть Дагестана; здесь располагались знаменитые города-крепости Дербент, Семендер и Белинджер, окру- женные орошаемыми полями и виноградниками153. В Центральном Предкавказье находилась страна алан; здесь жили горные скотоводы, строившие каменные дома-башни, и равнинные земледельцы, оби- тавшие в городищах из сырцового кирпича. Страна алан находилась на границе с Византией, и ее культура с давних времен испытывала сильное византийское влияние; сюда во множестве проникали гре- ческие и сирийские монахи, распространявшие в Алании христиан- ство. Вероятно, именно эти монахи создали для алан письменность на основе сирийско-несторианского алфавита; позднее эту письмен- ность использовали и тюрки154. Вторжения арабов в VIII веке выну- дили часть алан переселиться на север —в долины Дона и Северско- го Донца155. Позднее здесь сформировалась еще одна область земле- дельческой культуры: появились каменные крепости и большие села, жители которых были знакомы с гончарным и железоделательным ремеслами. Аланская область в лесостепи на Донце граничила на западе и на севере со страной славян. Славянские племена днепровского левобережья платили хазарам дань и считались подданными кагана. Установившийся в степи мир позволил им выйти из лесов и присту- пить к освоению плодородных степных черноземов156. Археологи- ческие материалы свидетельствуют о резком росте славянского на- селения157, которое расселялось в долины Дона и Северского Донца и жило здесь вперемешку с аланами. В ходе этого культурного синте- за аланы заимствовали у славян их жилища, полуземлянки с закры- тыми печами, а славяне переняли гончарное и железоделательное ремесла, некоторые приемы ювелирного дела и, возможно, даже на- чатки письменности: найдены несколько славянских надписей, вы- полненных аланскими буквами158. По-видимому, у соседей было за- имствовано славянами и использование плужной пахоты, о чем го- ворят многочисленные находки железных наральников —таких же, как в салтово-маяцкой культуре каганата159. Это явление, несомнен- но, следует сопоставить с распространявшимся с аварских времен новом способе запряжки лошадей с помощью хомута160. Слова «ло- шадь» и «хомут» являются древними тюркскими заимствованиями в русском языке; «лошадь» раньше произносилось как «лоша», что близко к чувашскому lasa —между тем чувашский язык считается на- следником языков булгар и хазар161. 78
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ Хомут был китайским изобретением, в VI веке принесенным в Ев- ропу кочевниками. Использование хомута повышало тягловую силу лошади примерно в четыре раза по сравнению с применявшимся ранее мягким ремнем162. Применение лошади на пахоте было фун- даментальным открытием, настоящей «аграрной революцией»163: по сравнению с пахотой на быках производительность увеличива- лась примерно вдвое. Распространение плужной пахоты отразилось и на системе налогообложения: в X веке славяне-вятичи платят дань хазарам уже не с «дыма», а с «плуга»164. Волна диффузионного перенимания алано-хазарской культуры распространилась с Дона на запад, в левобережное Поднепровье, где сложилась новая волынцевская культура165. Смешение аланского и славянского населения здесь было настолько сильным, что архео- логи находят у местных славян («северян») и аланов единый антропо- логический тип—хотя, в принципе, это народы, отличные в антропо- логическом отношении166. Этот единый тип северян и аланов отли- чался от антропологического типа словен, кривичей и других лесных племен, который был ближе к характеристикам западных славян167. Для того чтобы собирать дань и держать в повиновении славян, на Северском Донце располагались хазарские крепости с гарнизона- ми из кочевников168. Западнее, на реке Псел, такой крепостью было Битицкое городище169. Хазарские форпосты имелись и на берегу Днепра—как доказывает О.Прицак, одним из таких форпостов был Киев. О присутствии хазар в Киеве говорит упоминаемое Констан- тином Багрянородным название киевской крепости Самбат, кото- рое возводят к еврейскому «шабат» —«суббота»170. Это название свя- зано с преданием о расположенной на краю света реке Самбатион, на берегу которой проживала иудейская община —очевидно, евреи на Днепре чувствовали себя заброшенными на край света и живу- щими на берегу Самбатиона171. То, что в Киеве действительно про- живало много иудеев, подтверждается позднейшими источниками: в X —XI веках один из районов Киева назывался «Козаре», а другой «Жидове», и к нему вели «Жидовские ворота»172. Многие истори- ки отмечают, что упоминаемые в «Повести временных лет» имена братьев-основателей Киева, Кий, Щек и Хорив —отнюдь не славян- ские; О. Прицак возводит имя Кий к имени хазарского визиря Ах- мада бен Куйа173. Известно также, что иудейский Хорив —это гора, на которой Моисею явился Господь, и близ Киева действительно на- ходится гора Хоревица174. Один из интригующих моментов в истории хазарско-иудейского влияния на становление русской культуры касается вопроса о создании 79
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I русской письменности. В 86о году в Хазарию была послана православ- ная миссия во главе с Константином (Кириллом) Философом, позже ставшим просветителем славян. Прибыв в Крым, Константин снача- ла выучил еврейский язык и научился читать еврейские книги. «На- шел же здесь евангелие и псалтырь, написанные русскими письмена- ми,—говорит „Житие Константина",—и человека нашел, говорившего на том языке, и беседовал с ним, и понял смысл этой речи, и, сравнив ее со своим языком, различил буквы гласные и согласные, и, творя мо- литву богу, вскоре начал читать и излагать их...»175. М.И.Артамонов полагал, что это «русское» письмо из иудейской Хазарии и было поло- жено Кириллом в основу созданной им славянской азбуки176—и тогда становится понятно, каким образом в эту азбуку попало несколько ев- рейских букв, в том числе «шин» и «цади» (Ш и Ц). Но возможно, что Кирилл, знакомый с еврейской письменностью, самостоятельно при- шел к идее использовать эти буквы, чтобы воспроизвести те звуки сла- вянского языка, которые не передавались греческим алфавитом177. Как все государства, основанные покорившими земледельцев ко- чевниками, Хазарский каганат был ксенократическим государствен- ным образованием. Подданные кагана делились на «белых хазар» и «черных хазар». Термин «белые» у тюркоязычных народов (к ко- торым принадлежали хазары) означает «свободный» —это были сво- бодные кочевники, не платившие податей, но в случае необходимо- сти обязанные идти на войну. «Черные хазары» — это было подат- ное земледельческое население, «чернь»178. К «черни» относились и покоренные славянские племена: «северяне» по-алански означает «черные»179. О глубоком общественном неравенстве говорит практи- ка захоронений: с одной стороны, простые захоронения славян без погребального инвентаря, с другой стороны —богатые погребения воинов-кочевников с оружием и наложницами180. «Хазары и их царь- все иудеи, —писал Ибн Фадлан, —а славяне и все, кто соседит с ними, находятся у него в покорности, и он обращается с ними, как с находя- щимися в рабстве, и они повинуются ему с покорностью»181. В русских былинах память о хазарах сохранилась в образе не- обыкновенного великана Казарина или Жидовина, с которым сра- жались Добрыня и Илья Муромец182. Интересно вспомнить, что и авары изображались летописью в виде великанов183. Напоминани- ем о том времени в русском языке являются также слова «богатырь» и «смерд»; они были заимствованы у алан, по-видимому, в период со- вместного проживания славян и алан на Дону. «Богатырями» («ос-бо- гатар») назвали знатных алан, а «смердами» (то есть просто «людь- ми»)—плативших дань славян184. 8о
ГЛАВА II. ВОЛНЫ НАШЕСТВИЙ НА РУССКОЙ РАВНИНЕ Подобно истории всех ксенократических государств, история Хазарии развивалась по циклу Ибн Халдуна. Принятие иудаизма и трансформация общества по ближневосточному образцу вызвали националистическую реакцию и смуту 820-х годов. Одно из хазарских племен, кабары, примкнуло к восставшим данникам хазар, венграм, и вместе с ними ушло на запад, за Днепр185. Затем постепенно ста- ло сказываться падение боеспособности хазарского ополчения; ка- ганы были вынуждены использовать наемников, степных тюрок-гу- зов. В 890-х годах пришедшие из глубин степи печенеги прорвались через Волгу и разорили поселения славян и алан в лесостепи186. Про- гнав венгров на запад, печенеги заняли степи между Днестром и До- ном. Территория Хазарии значительно сократилась, и в X веке осла- бевшие хазары уже не могли сопротивляться наступавшим с востока тюркам-гузам. В 960-х годах тюрки в союзе с русами разгромили го- рода каганата. Основная часть Хазарии досталась гузам, но Саркел и Тмуторокань вошли в состав Руси. Таким образом, Киевская Русь стала наследницей Хазарского каганата в его западных землях.
ГЛАВА III КИЕВСКАЯ РУСЬ 3.1. СЛАВЯНСКИЕ ИСТОКИ Мир славян, обитавших в лесах Восточной Европы, вплоть до IX века был разительно не похож на охваченный постоянной войной мир степей. Славяне не испытывали недостатка в земле и пище—и поэто- му жили в мире. Необъятные лесные пространства дарили славянам изобилие; один из греческих писателей отмечал у славян «большое количество разнообразного скота и плодов земных, лежащих в кучах, в особенности проса и пшеницы»1. «Повесть временных лет» начи- нает историю Руси с сакраментальной фразы: «И жили между собою в мире поляне, древляне, северяне, радимичи, вятичи и хорваты»2. Это свидетельство летописи находит несомненное подтверждение в данных археологии. Укрепленные городища встречаются в восточ- нославянских землях лишь изредка, на пограничных с другими наро- дами территориях3. По сравнению с насыщенными оружием архео- логическими культурами Западной Европы и степного Причерномо- рья, количество находок предметов вооружения у восточных славян совершенно ничтожно. Находки мечей, кольчуг, панцирей, шлемов здесь попросту отсутствуют, наконечников копий очень мало, а то- поры-колуны были слишком тяжелыми, чтобы использоваться в ка- честве оружия4. Феофилакт Симокатта рассказывает, что в 591 году к византийскому императору Маврикию привели трех славян, бро- дивших по стране и развлекавших народ игрой на музыкальных ин- струментах. В ответ на расспросы они сказали, что «кифары они но- сят потому, что не привыкли облекать свои тела в железное оружие— их страна не знает железа, и потому мирно и без мятежей проходит у них жизнь, что они играют на лирах, ибо не обучены трубить в тру- бы»5. «Поляне имеют обычай отцов своих кроткий и тихий», —гово- рит русский летописец6. Иоганн Гердер, в свое время описывая характер славян, утверждал, что славяне предпочитали предаваться дома мирному труду и весе- лью, не любили войн, воевали только по принуждению и вообще 82
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ были нрава тихого, бесхитростного, прямого —одним словом, были «голубиным народом»7. Конечно, соседние народы время от време- ни вовлекали славян в войны, и греческие историки оставили опи- сания славян, которых гнали на войну их повелители-авары. «Они... не осмеливаются показываться вне лесов и защищенных деревьями мест,— писал Иоанн Эфесский о славянах. — Они даже не знали, что такое оружие, за исключением двух или трех дротиков»8. «Вступая в битву, большинство из них идет на врагов со щитами и дротика- ми в руках,—добавляет Прокопий Кесарийский, —панцирей же они никогда не надевают; иные не носят ни рубашек, ни плащей, а одни только штаны, подтянутые широким поясом на бедрах, и в таком виде идут в сражение с врагами... Они очень высокою роста и огром- ной силы... Образ жизни у них, как у массагетов, грубый, без всяких удобств, вечно они покрыты грязью, но по существу они не плохие и совсем не злобные...»9 Конечно, нужно сделать скидку на специфическое восприятие сла- вян «цивилизованными» греческими писателями: это было обычное восприятие горожанами «грубых и грязных» сельских жителей—точ- но также эти писатели и горожане относились и к своим, греческим, крестьянам. Но в Византии, помимо деревень, населенных «мужи- ками», были города и была изысканная, «культурная» знать. В стра- не славян не было городов и знати —поэтому все славяне были «гру- быми людьми». Как утверждает демографически-структурная теория, города появляются в результате перенаселения, когда безземельные крестьяне вынуждены уходить из деревни и зарабатывать на хлеб ремеслами —в том числе производством предметов роскоши, кото- рые демонстрируют «культуру» богатых и знатных. В стране славян земли и хлеба было достаточно, поэтому у крестьян не было необхо- димости заниматься ремеслами; они жили натуральным хозяйством и не знали роскоши, довольствуясь домотканой одеждой и лепными горшками. Гончарное ремесло, хорошо известное на границах обла- сти восточных славян, никак не могло перейти эти границы — види- мо, потому, что его продукция не находила потребителей. Позднее, когда появились города и знать, появились и обслуживавшие их гон- чарные мастерские —но сельское население долгое время продолжа- ло пользоваться привычной лепной посудой, не испытывая нужды в искусных изделиях мастеров10. Так же обстояло дело и с одеждой: Л.Нидерле в свое время заметил, что для славян были характерны простая одежда и немногочисленные украшения. «Роскошные одеж- ды и украшения встречались разве лишь там, где славяне непосред- ственно соприкасались с соседними... народами»11. Это был резуль- 83
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I тат диффузии обычаев «цивилизованных» стран. На границах сла- вянского мира купцы «из-за моря» пытались соблазнить «лесовиков» разными диковинами и предлагали за шкурку куницы стеклянную бу- синку—точно так же, как позднее европейцы торговали в Африке или Океании12. Однако неразвитость ремесел и жизнь на краю света, вдали от «высоких» цивилизаций, оборачивались технологической отста- лостью. Это особенно проявлялось в железоделательном производ- стве: находки железных орудий труда —так же, как и оружия —были редкостью. Остатки домниц и горнов у восточных славян очень не- многочисленны и сосредоточены, в основном, в лесостепи, где со- хранялись Черняховские традиции. А между тем, на землях запад- ных славян, в Малой Польше, насчитывалось несколько сот пунк- тов с остатками металлургического производства, на которых было найдено более полутора тысяч железоплавильных печей13. Это было следствием диффузии римской технологии: в рамках полиэтниче- ской пшеворской культуры славяне заимствовали не только рим- скую металлургию, но также ручные жернова, возделывание новых в то время культур, ржи и овса, и некоторые другие культурные эле- менты. Когда в V веке пришли гунны, часть славянских (и возмож- но, германских) племен отступила на восток, в леса, простиравшие- ся от верховьев Немана до верховьев Днепра и даже до Оки. Здесь мигранты столкнулись с балтами и построили (в общем-то, нехарак- терные для лесной зоны) укрепленные городища. В конечном счете это продвижение привело к славянизации северных лесов —вплоть до района озера Ильмень, где славяне ассимилировали часть финно- угорских племен, летописной «чуди»14. Другая волна миграции славян с запада относится к VIII веку, к пе- риоду после падения аварской державы. Как отмечалось выше, втор- жение авар в Центральную Европу сопровождалось продвижением славянских племен на запад; теперь, после разгрома авар франками, часть славян отступила на восток. «Повесть временных лет» называ- ет франков «волохами»: «Когда волохи напали на славян дунайских и поселились среди них, и притесняли их, то славяне эти пришли и сели на Висле и прозвались ляхами. Так же и эти славяне пришли и сели по Днепру и назвались полянами, а другие—древлянами, по- тому что сели в лесах...»15 Западнославянские племена —дулебы, во- лыняне, поляне, древляне, дреговичи —принесли с собой переня- тые ими на Дунае элементы провинциально-римской культуры, в том числе гончарную керамику и развитое железоделательное ремесло; они построили в лесостепи на Правобережье Днепра многочислен- 84
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ ные укрепленные городища и оставили после себя памятники луки- райковецкой культуры16. Неоднократно подчеркиваемое летописью различие между оби- тателями лесостепи, полянами, и жившими в лесах древлянами пе- редает глубокие отличия в хозяйстве племен, обитавших в разных природных зонах. Эти отличия наглядно демонстрируют роль геогра- фического фактора в становлении русской цивилизации. В зоне ле- сов славяне практиковали подсечно-огневое земледелие: на выбран- ных в лесу участках подрубали деревья, давали им высохнуть на ме- сте, а затем сжигали. Из-за обилия несгоревших пней и корней такие участки распахивать было трудно, да и не нужно —на первый год зер- но просто бросали в еще теплую золу, и подсека давала прекрасный урожай: в среднем сам-12, а иногда до сам-3017. На второй год для об- работки земли применялись мотыга и борона-суковатка, сделанная из ствола ели с сучьями; борону волочили по огнищу, чтобы разрых- лить почву. Одновременно где-то поодаль готовилась новая заимка; на третий год урожай со старой подсеки резко падал, и нужно было переходить на новое место. Таким образом, при подсечном земледе- лии не использовались ни плуги, ни лошадиная запряжка: это было ручное мотыжное земледелие. Частая смена участка требовала боль- ших пространств; при этом время от времени приходилось переме- щать деревню поближе к подсеке. «Живут они в жалких хижинах, на большом расстоянии друг от друга, и все они часто меняют места жительства... — свидетельствует Прокопий Кесарийский. —В древно- сти оба эти племени называли спорами („рассеянными44), думаю по- тому, что они жили, занимая страну „спораден44, „рассеянно44, отдель- ными поселками. Поэтому-то им и земли надо занимать много»18. Расчистка подсеки в девственном лесу требовала совместного тру- да большого коллектива, поэтому земледельцы жили родовыми об- щинами или большими семьями; в XIX веке на севере России такие семьи насчитывали 20-30 человек19. В IX веке в лесном Поднепро- вье деревни располагались по берегам рек; они были довольно боль- шими и насчитывали десяток-другой дворов —это были поселения общин, занимавшихся подсечным земледелием20. Общину крестьян- земледельцев называли «миром» или «вервью»; в то время она со- стояла по большей части из кровных родственников, умерших хо- ронили в одном кургане, и среди захоронений не было таких, кото- рые бы выделялись своим богатством21. Как отмечалось выше (в п. 1.6) совместный труд всех членов общины-семьи при подсечном зем- леделии предполагал равенство и коллективизм. «Эти племена, сла- вяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут 85
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I в народоправстве, и поэтому у них счастье и несчастье в жизни счи- тается делом общим», —свидетельствует Прокопий Кесарийский22. Жизнь славян в стране холодных лесов красноречиво описал Ибн Русте, один из первых арабских историков, оставивших сведе- ния о России. «Страна славян —ровная и лесистая, и они в ней живут. И нет у них виноградников и пахотных полей (то есть на подсеке зем- лю не пашут — С.Н.)... И есть у них нечто вроде бочонков, сделанных из дерева, в которых находятся ульи и мед... И они народ, пасущий свиней, как (мы) овец. Когда умирает у них кто-либо, труп его сжи- гают... Большая часть их посевов из проса... Есть у них разного рода лютни, гусли и свирели... Их хмельной напиток из меда... Рабочего скота у них совсем немного, а лошадей нет ни у кого, кроме упомяну- того человека (вождя—С. И.). Оружие их состоит из дротиков, щитов и копий, другого оружия они не имеют... В их стране холод до того си- лен, что каждый из них выкапывает себе в земле род погреба... раз- жигают огонь и раскаляют камни на огне докрасна. Когда же камни раскалятся до высшей степени, их обливают водой, от чего распро- страняется пар, нагревающий жилье до того, что снимают даже одеж- ду»23. Как видно из текста, сведения Ибн Русте об отсутствии у славян оружия и их пристрастии к игре на музыкальных инструментах удиви- тельным образом перекликаются с рассказом Феофилакта Симокат- ты. При этом арабского историка больше всего удивляли мед и бани— как отмечалось выше, закрытые печи и срубные бани были изобрете- нием славян, позволявшим им выживать на суровом севере. Жизнь обитавших в лесостепи «полян» существенно отличалась от жизни «древлян»— прежде всего тем, что поляне использовали другую систему земледелия — переложно-пахотную24. В лесостепи не было необходимости затрачивать большие усилия на расчистку участка, и кроме того, здесь можно было применять лошадиную за- пряжку и рало, что резко увеличивало производительность труда. В поймах рек, где плодородие почв восстанавливалось речными на- носами, имелась возможность использовать постоянные пашни—по- этому славяне предпочитали селиться на речных берегах25. Крестья- нин, имевший лошадь, мог без труда прокормить свою семью, рабо- тая в одиночку—поэтому здесь можно было жить малыми семьями26. Кроме того, пахотное земледелие не требовало таких больших про- странств, как подсека, и допустимая плотность населения в лесосте- пи была гораздо больше, чем в лесных областях; люди могли селить- ся плотнее; села могли состоять из десятков и сотен изб. Переселение в южные лесостепи было мечтой для многих поколе- ний славян —но на этом пути часто вставали непреодолимые препят- 86
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ рис. 3.1. Отмеченная пунктиром (1) граница лесов делит страну славян на две различные хозяйственные зоны. Южнее границы расположен пояс черноземных почв (2), здесь было возможно плужное земледелие (3) и имеются многочисленные находки плужных ножей (4) и лемехов (5). Севернее границы, в лесной зоне, преобладало подсечное мотыжное земледелие, и здесь имеются лишь редкие наход- ки сошников (6)27. ствия. Степи и лесостепи были вотчиной кочевников, и орды латных всадников обладали полным военным превосходством над вооружен- ными лишь парой дротиков славянами-пехотинцами. При таком со- отношении сил славяне могли жить в лесостепи, только подчиня- ясь и платя дань ее хозяевам —скифам, готам, аварам, булгарам, хаза- рам (а потом —монголам). Мало того, постоянные нашествия новых орд, катившиеся по степи с востока на запад, как правило, приводи- ли к гибели славянских селений и к бегству уцелевших жителей в се- 87
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I верные леса. Новые завоеватели преследовали беглецов и устанавли- вали очередное «иго» над ближайшими к степи лесными племенами; через некоторое время покорные данники могли снова приступить к колонизации лесостепи — и все повторялось сначала. В лесосте- пи происходило постоянное смешение славян с племенами завоева- телей, поэтому антропологический тип южных славян был близок к иранскому и отличался от типа лесных славян, который имел боль- ше сходства с обликом поляков и балтов28. Прокатившаяся по степи в VII веке хазарская волна открыла оче- редной цикл истории лесостепных славян. Он начался колонизаци- ей земель по левобережным притокам Днепра, а потом —по Север- скому Донцу и верхнему Дону. Вскоре здесь возникли многолюдные поселения племен, плативших хазарам дань; эти племена позаим- ствовали у живших по-соседству алан гончарное и железоделатель- ное ремесла и дали начало новой, волынцевской, культуре. Конеч- но, уровень ремесел у славян был более низким, чем у алан, и в куз- нечном деле преобладали более простые технологические схемы, в частности, наварка стального лезвия на железную основу ножей29. Тем не менее волынцевская культура была самой развитой в славян- ском мире —но расцвет этой культуры продолжался недолго. В кон- це IX века пришли новые завоеватели, печенеги, которые застави- ли славян отступить с Дона и укрепить поселения на левобережье Днепра. Племена—носители роменско-борщевской культуры, севе- ряне и вятичи, долгое время сопротивлялись наступлению печене- гов, но в 960-х годах с запада пришли русы. Многие славянские горо- дища погибли в пламени, другие были покинуты — наступила эпоха Киевской Руси30. 3.2. СКАНДИНАВСКИЕ ИСТОКИ Кто же были эти пришедшие на Днепр русы? «Вопрос о происхожде- нии термина „Русь“ в нашей историографии, к сожалению, доволь- но искусственно запутан,—пишет А. П. Новосельцев на страницах по- пулярного учебника.— Ныне, однако, в общем вполне доказано, что термин этот пришел с севера: так называли финские аборигены при- шельцев из Скандинавии, а от них этот же термин стал использовать- ся и славянами первоначально в том же смысле»31. Наряду с Великой Степью, суровая «Северная Пустыня», Сканди- навия, была «страной, извергающей народы». Эти народы — потом- ки когда-то пришедших в Скандинавию индоевропейцев —покидали 88
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ свою бесплодную родину, пытаясь найти средства к существованию в других странах; как упоминалось выше, одним из таких народов-бег- лецов были готы. Скандинавы жили небольшими сплоченными родами, объединяв- шими родственников трех-четырех поколений; вместе с женщинами и рабами род насчитывал несколько десятков человек и размещал- ся в доме, длина которого могла достигать 30, а ширина — ю метров. Родовая усадьба («гард») была окружена крепкой оградой; принадле- жавшая роду земля называлась «одалем», а за пределами одаля про- стиралась ничейная земля —«альменинг». Глава рода, «бонд», обла- дал патриархальной властью над другими членами рода, он имел не- сколько жен и восседал за общим столом на украшенном столбами священном сиденье. Роды объединялись в племена, которые возглав- ляли выбираемые на собрании племени, «тинге», вожди — конунги или ярлы. Конунги и их дружина кормились, объезжая по очереди родовые усадьбы и получая от бондов угощение на пирах— «вейцлу». Дружинник-«варинг» давал клятву верности («вар») и не должен был возвращаться живым из боя, в котором пал вождь—это было высшим проявлением «асабии» скандинавов. После смерти конунгов или яр- дов их тела клали в ладью, которую наполняли жертвоприношения- ми, а затем сжигали; над могилой насыпали курганы —как в Великой Степи32. Основным фактором, определявшим жизнь рода, был голод. Так же, как в Великой Степи, разведение скота не могло прокормить постоянно растущее население. Чтобы избавиться от лишних ртов, новорожденных часто относили в лес и оставляли там на произвол судьбы. Скандинавские хроники постоянно говорят о голоде; голод 976 года в Исландии сопровождался массовыми убийствами стари- ков: род не мог содержать старых и немощных. Чтобы не быть в тя- гость роду, старики обычно сами искали смерти в бою. Голод при- водил к схваткам за пастбища и к постоянной войне родов, обычай кровной мести сохранялся в Скандинавии до конца Средних веков. Жестокость не знала никаких границ; войны зачастую оканчивались сожжением побежденного рода в осажденной усадьбе; ради побе- ды в войне богам приносились человеческие жертвоприношения. В V-VIII веках Скандинавия была покрыта укреплениями из камня, земли и дерева —в этих укреплениях население спасалось от врага во время больших межплеменных столкновений33. Перемены, происходившие в жизни скандинавских народов после исхода готов, были медленными и поначалу незаметными; они были связаны главным образом с распространением на север римской про- 89
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I винциальной культуры. Одним из компонентов этой культуры была металлургия железа: в V-VI веках стало развиваться производство же- леза на базе богатых руд Средней Швеции. На берегу озера Меларен, в Хельге, возникло поселение ремесленников, плавивших руду; по- ковки и руду отсюда отправляли на Готланд, где кузнецы изготовляли топоры и мечи, а также и полуфабрикаты из кричного железа—эти товары расходились из Средней Швеции по всему Балтийскому побе- режью34. Топоры с наваренным стальным лезвием были одновремен- но оружием и главным орудием труда: они позволяли расчищать уча- стки земли от леса, а также тесать доски и строить корабли. Корабль с головой дракона, «дракар», был фундаментальным до- стижением тех времен, но путь к его созданию был долгим и непро- стым. Суда скандинавов не имели палубы и по конструкции были большими мореходными лодками. Первая лодка такого рода была найдена археологами в торфянике Нюдем в Дании и датируется IV в. н.э. Она имела длину 22,8 м, ширину 3,2 м, высоту борта 1,1м и 30 мест для гребцов. Судно было построено на одной мощной килевой дос- ке, с досками обшивки, расположенными внакрой, в «клинкер». Та- кую большую лодку удалось построить потому, что доски обшивки крепились не деревянными нагелями, как раньше, а стальными за- клепками с клинк-шайбами — появление этих заклепок было еще од- ним свидетельством наступления железного века. Но лодка из Нюде- ма не имела паруса, и ее мореходные возможности были невелики: дневной переход для такой лодки составлял 40-60 км, в то время как для лодки с парусом он равнялся 100-120 км35. Чтобы использовать парус, нужно было увеличить размеры лодки, а увеличение размеров предъявляло новые требования к прочности конструкции. Несколько столетий понадобилось для того, чтобы во- шли в употребление переборочные шпангоуты и мощная планшир- ная доска, проходившая по верхнему борту; было создано специаль- ное крепление для мачты, которую приходилось снимать во время шторма. В VIII веке появились первые парусные дракары, о даль- нейшем развитии конструкции которых дает представление корабль, найденный близ Гокстада. Длина этого корабля составляет 23,3 м, ши- рина—5,2 м, высота борта —2,1 м, то есть при той же длине корабль имел примерно втрое большее водоизмещение, чем корабль из Ню- дема; он был намного более устойчив и гораздо менее чувствителен к штормам. Гокстадский «дракар» имел 32 весла, но мог брать на борт до уо человек, и экипаж мог грести по очереди. Осадка судна состав- ляла лишь 0,9 м, то есть корабль, как большая лодка, мог плавать по мелководью и приставать к берегу в любом месте; дракар мог под- 9°
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ ниматься вверх по течению небольших рек, и в случае необходимо- сти его можно было перетаскивать по волокам через водоразделы36. Каковы были последствия создания дракара? Как отмечалось выше, скудость природы Скандинавии постоянно приводила к голо- ду и жестоким междоусобным войнам. Изобретение дракара откры- ло для воинственных северян всю Европу; переполнявшее Скандина- вию демографическое давление вырвалось наружу в виде катастро- фической волны завоеваний. Современники хорошо понимали, что причиной нашествия было перенаселение и голод. В набеги шли «ви- кинги», «люди залива» или «люди моря» —молодежь, которой не хва- тало отцовской земли. «Отцы их гонят, чтобы они набрасывались на царей других народов,— писал французский летописец. —Их от- сылают без всякого добра, чтобы они на чужбине добыли себе богат- ство. Их лишают родной земли, чтобы они спокойно разместились в чужой... Возбуждается мужество юношей на истребление народов. Отечество освобождается от излишка жителей, а чужие страны стра- дают, наводненные многочисленным врагом. Обезлюживается все, что попадается им на пути. Они едут вдоль морских берегов, соби- рая добычу с земли. В одной стране они грабят, в другой сбывают... »37 Началом набегов «людей с севера», «норманнов», считается напа- дение на остров Линдисфарн у побережья Британии в 793 году. Это означало, что корабли викингов оказались способны напрямую пе- ресечь Северное море —для этого требовалось шесть дней плава- ния в открытом море38. В то время такое плавание было еще не про- стым делом: в следующем году пытавшаяся повторить набег флоти- лия была разбита бурей. Но дракары быстро совершенствовались, и в 8ю году датский конунг Готфрид привел к берегам Фрисландии флот из более чем двухсот кораблей39. Тактика викингов была осно- вана на внезапности: флотилия неожиданно подходила к мирному берегу, и воины обрушивались на беззащитные города и села, под- вергая их беспощадному разграблению—если же противник собирал большие силы, то викинги могли вернуться на свои суда и искать дру- гое место для нападения. «Послал всемогущий бог толпы свирепых язычников датчан, норвежцев, готов и шведов, вандалов и фризов... они опустошали грешную Англию от одного морского берега до дру- гого, убивали народ и скот, не щадили ни женщин, ни детей», — писал в хронике «Цветы истории» Матвей Парижский40. «Викинги не ща- дят никого, пока не дадут слова щадить, — говорит английская хрони- ка.—Один из них часто обращает в бегство десятерых и даже больше. Бедность внушает им смелость, скитания делают невозможной пра- вильную борьбу с ними, отчаяние делает их непобедимыми»41. 91
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Европа была охвачена ужасом; в 888 году собор в Меце постановил повсеместно включить в текст богослужения слова: «А furore Nor- mannorum libera nos, о Domine! (И от жестокости норманнов изба- ви нас, Господи!)»42. Викинги обычно не брали пленных; сдавших- ся воинов, монахов, детей приносили в жертву варварским богам. Исключение делалось для молодых женщин — их грузили на кораб- ли и везли на рабские рынки в Хедебю и Бирке. В первой половине IX века викинги разграбили и сожгли все значительные поселения Европы —Париж, Лондон, Нант, Руан, Квентовик, Дюрстед, Лисса- бон, Севилью. Вслед за кратковременными набегами началось пла- номерное завоевание. В 840-х годах была покорена восточная Ирлан- дия, в 8уо-х годах—почти вся Англия, в начале X века—Нормандия43. Тактика завоевателей в Англии и Нормандии заключалась в созда- нии системы бургов и замков с тем, чтобы закрепить за собой стра- ну. Викинги занимали эти укрепления и, опираясь их них, опустоша- ли окрестности до тех пор, пока население не соглашалось платить дань44. Подчинив таким образом Нормандию, вождь викингов Рольф заключил договор с французским королем, крестился и признал себя вассалом короны —за что получил право неограниченно владеть сво- им уделом («одалем»). Далее, как это обычно бывает при завоевании, начались процессы социального синтеза. Рольф приказал собрать старые законы и выразил желание править согласно «Салической правде». После смерти Рольфа группа его старых соратников попыта- лась было поднять мятеж против перенимания франкских обычаев, но эта попытка традиционалистской реакции была быстро подавле- на. Викинги женились на француженках; их дети усваивали француз- ский язык, и через некоторое время потомки завоевателей преврати- лись во французских рыцарей и графов45. Этнические различия как будто исчезли—но наделе они превратились в социальные различия; потомки завоевателей стали правящим сословием нового общества, а покоренное население превратилось в неполноправное податное сословие. Такое развитие событий характерно для истории многих стран —и как мы увидим далее, Россия не была исключением. Социальный синтез сопровождался процессами диффузии, про- текавшими в различных направлениях. Викинги передали францу- зам свою судостроительную технику и навыки мореплавания, кото- рые позволили в XI веке завоевать Англию. Со своей стороны, они позаимствовали военную технику империи Карла Великого, преж- де всего стальные мечи, кинжалы-скрамасаксы и кольчуги. Лучшие мечи в то время производили в Рейнской области, где было несколь- ко железоделательных центров, в том числе знаменитые мастерские 92
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ (или группа мастерских) Ульфберта. Рейнские металлурги в совер- шенстве освоили технологию получения сварочной стали путем на- грева крицы с углем в кузнечном горне. При высокой температуре углерод диффундировал в железо и на поверхности крицы появлял- ся слой стали. Затем мастер охлаждал крицу в воде; после такой за- калки сталистый слой становился хрупким, и его можно было отде- лить с помощью ковки. Далее стальные пластины сваривали, чтобы получить заготовку необходимого размера. При изготовлении ме- чей и ножей использовали метод «трехслойного пакета»— располо- женную посредине стальную полосу ковали вместе с двумя полосами фосфористого железа; железо обеспечивало мечу прочность, а сталь придавала лезвию необходимую остроту46. Франкские мастера умели украшать свои клинки орнаментом из золота или латуни — это и служило отличительным признаком рейнских изделий. Множество рейнских мечей досталось викингам в качестве трофеев, и через некоторое время—вероятно, с помощью пленных мастеров—в Скандинавии было налажено производство ка- чественных стальных клинков — правда, без излишних украшений. Меч стал ритуальным оружием скандинава, которое передавалось от отца к сыну. Теперь многие викинги были вооружены стальными мечами и одеты в кольчуги; они превратились в тяжеловооруженных пехотинцев, и это обусловило военное превосходство скандинавов над многими европейскими народами47. Однако в Западной Европе военная техника викингов не могла принести им решающей побе- ды: во-первых, франки тоже обладали стальными мечами, а во-вто- рых—и это главное —западноевропейские народы имели рыцарскую кавалерию. В противостоянии двух военных технологий, скандинав- ской и западноевропейской, рыцари, как правило, одерживали побе- ду над пехотинцами. Скандинавы могли совершать внезапные набе- ги, но им приходилось отступать при приближении рыцарской кон- ницы. Викингам удалось закрепиться в Нормандии лишь потому, что Франция была охвачена феодальной усобицей, но в Германии они были разбиты в битве при Левене и сброшены в море48. Однако там, где не было рыцарской конницы, на востоке Европы, викинги без труда одерживали победы. «Житие святого Ансгария» сообщает о походе датчан в 840-х годах: «Выпал им жребий отпра- виться в отдаленные крепости земли славян. Совершенно неожидан- но обрушились они там на мирных беззаботных туземцев и верну- лись, обогащенные награбленной добычей...»49. Уже в VIII веке свей и готландцы вторглись в Курляндию и, подчинив куришей, основа- ли поселение в Себоге, поблизости от Лиепаи. Крупные скандинав- 93
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I рис. 3.2. Находки мечей Ульфберта в Европе указывают на пункты пребывания викингов. Особенно богато такими находками побережье Пруссии и Курляндии. На Руси они располагаются вдоль волго-балтийского и днепровского путей (Сла- вяне и скандинавы. М., 1986). ские поселения возникли в землях прусских племен в районе Эль- блонга и в низовьях Немана. Викинги утвердились в Поморье в устье реки Паренть, на острове Рюген, в восточном Гольштейне50. Литов- ская «Хроника Быховца» рассказывает об основании литовского го- сударства «дворянами, прибывшими из-за моря», которые стали ста- вить замки и покорили местные племена51. По-видимому, викинги подчинили часть балтских и славянских племен на побережье Бал- тийского моря и заставили их платить дань. Эту дань и захваченных пленников они пытались реализовать на далеких рынках: на рубеже VIII-IX веков славянские и балтские рабы, «сакалиба», стали посту- пать на рынки мусульманской Испании52. Многие прибалтийские племена, пытаясь сопротивляться наше- ствию, строили укрепленные городища и, перенимая оружие варя- гов, развивали железоделательное производство53. Славяне с остро- ва Рюген пытались копировать корабли викингов, но их суда име- ли намного меньшие размеры. Сохранившаяся ладья из Ральсвика по водоизмещению была примерно в восемь раз меньше корабля 94
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ из Гокстада, и доски обшивки крепились не стальными заклепка- ми, а деревянными нагелями54 —это судно не могло выдержать дол- гого плавания в штормовом море. Как бы то ни было, миграционная волна нашествия, вызванного изобретением дракара, оставила чет- кий след в судьбе и в генотипе народов южной и восточной Балтии. Современные генетические исследования показывают, что в жилах этих народов течет большой процент скандинавской крови—гораздо больший, чем у покоренных викингами жителей Нормандии55. 3.3. ЗАВОЕВАНИЕ СТРАНЫ СЛАВЯН «В одной стране они грабят, в другой сбывают...» —писал о викингах французский летописец56. Для реализации взятой в набегах добычи нужно было ехать в дальние страны —туда, где у викингов не было ре- путации кровожадных разбойников и где согласились бы торговать с ними. Торговля мехами и рабами давала наибольшую выгоду в бо- гатых странах, в Византии или на мусульманском Востоке — поэто- му викинги искали путь на Восток. Этот путь открылся в середине VIII века, когда прекратились арабо-хазарские войны, и еврейские купцы-рахдониты освоили дорогу из Персии по Каспийскому морю и далее по Волге в Булгарию. Первоначально по этому пути везли главным образом меха, которыми булгары, славяне и угры платили дань хазарскому кагану, а потом он стал торной дорогой для всех куп- цов, искавших торговой прибыли57. От Скандинавии до Булгара можно было добраться водным пу- тем: дорога шла от Финского залива по Неве и Свири к Белому озе- ру и далее вниз по Волге. Уже в середине VIII века на этой дороге по- явилась первая скандинавская фактория, которую позже называли Альдейгьюборг, «крепость на Ладоге». Однако первоначально здесь не было крепости: это было неукрепленное поселение. На поселе- нии существовала судоремонтная мастерская, и археологи обнару- жили следы кузницы с богатым набором инструментов, а также мно- жество заклепок для обшивки дракаров— такие инструменты и за- клепки служат своеобразным маркером присутствия скандинавских судостроителей58. Уже во второй половине VIII века в районе Ладоги появились домницы и было налажено производство орудий из свар- ной стали по технологии «трехслойного пакета»59. К этому же време- ни относятся клад арабских дирхемов и следы стеклодельной мастер- ской-свидетельства налаженной торговли с мусульманским миром. Характерно, что ладожские стеклоделы пользовались восточной тех- 95
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I нологией60; как отмечалось выше, еврейские купцы создали произ- водство стекла в Хазарии и стеклянные бусины обменивались у угров и славян на меха. Надо полагать, что скандинавы переняли у иудеев эти торговые приемы: количество бус, найденных в Ладоге, очень ве- лико, и они явно производились для обмена61. На волго-балтийском пути имелись и другие поселения скандина- вов, помимо Ладоги. На Шексне близ поселения Крутик существо- вала скандинавская фактория с кузницами, здесь также как в Ладоге, делали стальные ножи, на которые выменивали у угров меха62. Мно- гочисленные следы присутствия скандинавов обнаружены на Сар- ском городище и близ Тимерева в Ростовской земле. Характерно, что в Тимеревском могильнике имелось большое количество по- гребений скандинавских женщин —вероятно, шведские колонисты приезжали на Волгу с семьями63. Действительно, генетические ис- следования показывают наибольшую на территории Киевской Руси концентрацию «скандинавских» геномов именно в районе Ростова и Ярославля —она здесь примерно такая же, как в Нормандии64. Земли у Ладоги и вдоль волго-балтийского пути в то время при- надлежали угро-финским народам, которые звали скандинавов «ру- сью». Финское ruotsi, саамское ruossa, эстонское roots, водское rotsi, ливское ruots, карельское rotsi одинаково означает «швед, Швеция»; это слово происходит от шведского ru]?s — «гребцы»; оно первона- чально означало экипаж дракара, а позже —«морское ополчение», «войско»65. Мусульманские купцы в Булгаре, по-видимому, переняли этот этноним у угро-финнов; они называли норманнов «ар-рус». Му- сульманские источники IX века говорят о том, что русы спускались по Волге до столицы хазар, Итиля, и достигали торговых городов на берегах Каспийского моря66. Они везли на продажу меха, рабов, мед, воск, янтарь с побережья Балтики и стальные клинки шведского и франкского производства67. В обратном направлении, на Балтику, поступали шелк, стеклянные изделия, ткани, драгоценные украше- ния, пряности и огромное количество монет, серебряных дирхемов, которые находят в кладах Скандинавии. Первоначально торговля носила в основном транзитный характер; местные товары, которые можно было получить в Приладожье, — это были меха и рабы. В на- чале IX века на Волхове выше Ладоги появилось укрепленное посе- ление скандинавов, которое позже называли Треллеборг, «Холопий городок»68 —вероятно, отсюда производились набеги с целью захва- та рабов. Эта местность среди болот и озер, по мнению Г. С. Лебеде- ва69, как нельзя более соответствует описанию арабского историка Ибн Русте: «Что же касается ар-Русийи, то она находится на остро- 96
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ ве, окруженном озером. Остров, на котором они (русы) живут, про- тяженностью в три дня пути, покрыт лесами и болотами, нездоров и сыр до того, что стоит только человеку ступить ногой на землю, как последняя трясется из-за обилия в ней влаги»70. Помимо Ладоги и Волхова существовал и другой путь проникнове- ния викингов в славянские земли. «Повесть временных лет» говорит, что прямая дорога в страну варягов ведет по Двине и Днепру71 —и дей- ствительно, здесь рано появились поселения скандинавов. Крупней- шее из них относится к первой половине IX века, оно находилось в Гнездове, близ теперешнего Смоленска; здесь, как и в Ладоге, были найдены остатки судоремонтных мастерских и большие курганы с типично скандинавскими захоронениями. Путь по Двине и Днепру шел к Черному морю и Константинополю; судя по находкам визан- тийских монет, он начал использоваться в 830-840-х годах72. «Вертин- ские анналы» под 839 годом упоминают о посольстве в Константи- нополь некоего «хакана росов», которое на обратном пути попало к франкскому двору и, как выяснилось, состояло из шведов73. Оче- видно, «хаканом» был какой-то шведский конунг, назвавший себя так в подражание хазарскому хакану, но сам факт появления посольства в Константинополе означал, что скандинавы нашли дорогу по Дне- пру к Черному морю —путь «из варяг в греки». До этого времени интерес норманнов к землям восточных сла- вян ограничивался в основном волжско-балтийской торговлей. Те- перь же возможность использовать днепровский путь для нападе- ния на богатые области Византии резко изменила геополитическую ситуацию. Нашествие викингов на Европу принимало все большие масштабы; отправлявшиеся из Скандинавии флотилии искали но- вые пути и объекты для грабежа. Конечно, кто-то из скандинавских конунгов должен был воспользоваться открывшимися новыми воз- можностями. Считается доказанным, что этим первопроходцем стал Рёрик Ютландский, владетель Дорестада в Фрисландии, прозванный «желчью христианства» за свои кровавые подвиги на Западе74. «Повесть временных лет» рассказывает легенду о доброволь- ном приглашении Рюрика славянами и чудью. По летописи, «варя- ги из заморья взимали дань с чуди, и со словен, и с мери, и с криви- чей». Но в 862 году славяне и чудь восстали: «Изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть». Однако затем, гово- рит летопись, среди славян начались усобицы: «И въста род на род, и быша усобице в них, и воевати сами на ся почаша. И ркоша: „По- ищем сами в собе князя, иже бы володел нами и рядил, по ряду по праву“. Идоша за море к Варягом, к Руси... Ркоша Русь, Чюдь, Сло- 97
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I вене, Кривичи, и вся: „Земля наша велика, и обидна, а наряда в ней нет. Да пойдите княжит и володеть нами“. И изъбрашася трие бра- та с роды своими, и пояша по собе всю Русь, и придоша к Словеном первее, и срубиша город Ладогу. И седе старейший в Ладозе Рюрик, а другии Синеус на Белеозере, а третей Трувор в Изборьсце, и от тех Варяг прозвася Руская земля. По дъвою же лету умре Синеус, и брат его Трувор, и прия Рюрик власть всю один, и пришед к Ильмерю, и сруби город над Волховом, и прозваша Новгород. И седе ту княжа, и раздал мужем своим волости, и городы рубити; овому Полътеск, овому Ростов, другому Белоозеро»75. Сказание о призвании «руси» вызывает обоснованные сомнения историков: оно слишком похоже на передаваемую Видукиндом Кор- вейским легенду о приглашении саксов в Британию. Послы бриттов приглашают саксов почти теми же словами, которые летописец Не- стор вкладывает в уста славянских послов: «Нашу землю, которая велика и обширна, и всем обильна, мы подчиняем вашей власти»76. По мнению многих историков, сообщение Нестора о том, что Рю- рик прибыл с двумя братьями, Синеусом и Трувором, является невер- ным пониманием скандинавского источника, которым пользовался летописец: «сине хус» означает «со своим домом», а «тру варинг» — «с верной дружиной»77. «Легенды о трех братьях, призванных кня- жить в чужую страну, были очень распространены в Северной Ев- ропе в средние века... — отмечал Б. А. Рыбаков. — Во всех случаях иноземцы прибывали со своими родичами (,,синеусами“) и верной дружиной (,,труварами“)... Норманнские набеги на северные земли в конце IX и в X веке не подлежат сомнению. Самолюбивый новго- родский патриот мог изобразить реальные набеги „находников" как добровольное призвание варягов северными жителями для установ- ления порядка»78. Кроме того, поведение Рюрика совершенно не соответствует об- лику приглашенного князя: он вовсе не управляет «по ряду» (то есть по договору), он властвует один, строит («рубит») города и раздает их своим «мужам». Конечно, у славян тогда не было настоящих горо- дов в средневековом понимании этого слова; в то время славяне по- нимали под «градами» любые укрепленные пункты; некоторые ис- торики полагают, что славянское слово «град» произошло от скан- динавского «гард» —«укрепленный двор», хотя возможно, что имело место лишь смысловое смешение близких по произношению слов — контаминация79. «Строительство городов» —это была обычная стра- тегия викингов, применявшаяся ими ранее в Нормандии и Англии: норманны строили небольшие укрепления, где размещались воен- 98
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ ные отряды, заставлявшие окрестное население платить дань80. Ар- хеологические данные свидетельствуют о том, что приход русов по- всеместно сопровождался разрушением славянских общинных цен- тров и появлением на их месте княжеских крепостей —этот процесс называют «окняжением» славянских земель81. Как отмечалось выше, на верхнем Днепре в VIII веке существовало множество (десятки, если не сотни) укрепленных городищ —к X веку осталось только шесть из них, превратившихся в княжеские замки82. Процесс постепенного подчинения славянских племен русами очень скупо отражен в источниках. Вероятно, Рюрик построил укреп- ленное Рюриково городище на острове посреди Волхова; это городи- ще вместе с возникшим позднее «Новым городом» («Новгородом») скандинавы называли Холмгард («Островная крепость»)83. Нико- новская летопись сообщает, что в 864 году славяне восстали против Рюрика, но варягам удалось подавить восстание84. Преемник Рюри- ка Хельги (Олег), присоединив к своей варяжской дружине воинов из славян и чуди, спустился вниз по Днепру и в 882 году овладел Кие- вом. «И сел Олег, княжа, в Киеве, и сказал Олег: „Да будет это мать городам русским". И были у него варяги, и славяне, и прочие, прозвав- шиеся русъю... »85 Таким образом, с этого времени «русью» стали назы- ваться все дружинники варяжских конунгов, независимо от проис- хождения; прежде же дружина—это были варяги (давшие клятву вер- ности «варинги»)86. «Тот Олег начал ставить города и установил дани словенам, и кри- вичам, и мери, —продолжает летопись. —В год 6391 (883). Начал Олег воевать против древлян и, покорив их, брал дань с них по черной ку- нице. В год 6392 (884). Пошел Олег на северян, и победил северян, и возложил на них легкую дань, и не велел им платить дань хазарам... В год 6393 (885). Послал (Олег) к радимичам, спрашивая: „Кому дае- те дань?". Они же ответили: „Хазарам". И сказал им Олег: „Не давай- те хазарам, но платите мне". И дали Олегу по щелягу, как и хазарам давали. И властвовал Олег над полянами, и древлянами, и северяна- ми, и радимичами, а с уличами и тиверцами воевал»87. Однако для многих варяжских вождей главной целью было не по- корение страны славян, а походы на Константинополь. Едва «сев» в Новгороде, Рюрик послал в набег на византийскую столицу сво- их «бояр» Аскольда и Дира. Хронист Иоанн Дьакон писал, что «в это время народ норманнов на трёхстах шестидесяти кораблях осмелил- ся приблизиться к Константинополю. Но так как они никоим об- разом не могли нанести ущерб неприступному городу, они дерзко опустошили окрестности, перебив там большое количество народу, 99
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I и так с триумфом возвратились восвояси»88. В 907 году Олег возгла- вил огромный флот —как говорит летопись, две тысячи кораблей с сорока воинами на каждом89. Основную массу этого войска, очевид- но, составляли не киевские русы, а норманны, пришедшие из Скан- динавии ради похода на Константинополь: Киевская Русь никогда не была в состоянии выставить 8о тысяч воинов. Это воинство раз- грабило окрестности византийской столицы, после чего был заклю- чен мирный договор. Летопись приводит этот договор между грека- ми и «русскими», из которого видно, что это были за «русские»: «Мы от рода русского —Карлы, Инегелд, Фарлаф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав, Руар, Актеву, Труан, Лидул, Фост, Стемид —по- сланные от Олега, великого князя русского...»90 Договор обеспечи- вал сбыт славянской дани: он давал русским купцам право беспош- линной торговли в Константинополе и гарантировал сохранность их товаров —в том числе гарантировал розыск бежавших рабов91. Составлявшие основную часть Олегова войска скандинавы не удо- влетворились взятой с греков контрибуцией и отправились за добы- чей на Каспий. В 913 году пятьсот дракаров прошли через Дон и Вол- гу в Каспийское море, и викинги разграбили берега Ирана. Однако на обратном пути норманны и русы подверглись нападению гвардии хазарского кагана—и были почти полностью истреблены92. Походы русов проходили при мощной поддержке скандинавов — они были продолжением норманнской экспансии, той мощной вол- ны завоеваний, которая была вызвана изобретением дракара. Если верить летописи, Олег умер в 913 году, и ему наследовал сын Рюри- ка Игорь (Ингвар). В 941 году норманны и русы снова пытались ата- ковать Константинополь; они были отражены «греческим огнем», сжегшим сотни кораблей. «Будто молнию небесную, —говорили уце- левшие русы, —имеют у себя греки и, пуская ее, пожгли нас; оттого и не одолели их»93. Повторный поход завершился мирным догово- ром 944 года; в нем упомянуты 52 варяжских имени и лишь два —сла- вянских94. После начала переговоров о мире принимавшие участие в походе норманны снова ушли в набег на Каспий —и по большей части погибли в боях в Азербайджане95. Следующий большой поход норманнов и русов на восток начался в 965 году. Благодаря союзу с тюрками и печенегами сыну Игоря Святославу удалось нанести тя- желое поражение хазарам, разграбить их столицу Итиль и захватить западные хазарские крепости, Тмуторокань и Саркел (Белую Вежу)96. Затем викинги попытались завоевать Болгарию. Летопись сохрани- ла слова Святослава, вполне характеризующие образ мыслей бродя- чего конунга: «Не любо мне сидеть в Киеве, хочу жить в Переяслав- юо
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ це на Дунае —ибо там середина земли моей, туда стекаются все бла- га: из Греческой земли —золото, паволоки, вина, различные плоды, из Чехии и из Венгрии серебро и кони, из Руси же меха и воск, мед и рабы»97. Однако на Дунае —так же, как в Западной Европе —норманнам пришлось встретиться с превосходящим противником — с тяжелой рыцарской кавалерией. Лев Диакон пишет, что в битве при Доро- столе скифы (так он называет норманнов и русов) сражались с при- сущей им яростью, но не могли противостоять панцирной коннице византийцев. «Завязалась горячая битва, и скифы не выдержали на- тиска конной фаланги... [Ромеи] преследовали их до самой стены, и они бесславно погибали. Сам Сфендослав, израненный стрелами, потерявший много крови, едва не попал в плен; его спасло лишь на- ступление ночи. Говорят, что в этой битве полегло пятнадцать тысяч пятьсот скифов, [на поле сражения] подобрали двадцать тысяч щи- тов и очень много мечей»98. Битва при Доростоле (971 г.) означала конец экспансии викингов на Востоке. После смерти Святослава, убитого печенегами на пути в Киев, киевским князем стал его сын Владимир. Владимир оконча- тельно подчинил славянские племена —в том числе северян и вяти- чей, которые дольше всех хранили верность хазарам и сопротивля- лись наступлению русов. Но сын Святослава уже не ходил в дальние походы на Константинополь или на Итиль. Главным делом Владими- ра стала организация Киевского княжества —продолжение и завер- шение социального синтеза, который начался с «призвания» славя- нами Рюрика. 3.4. СОЦИАЛЬНЫЙ СИНТЕЗ Диффузионистская теория утверждает, что после завоевания начи- нается период социального синтеза — период, когда завоеватели стре- мятся наладить эксплуатацию покоренного населения и перенима- ют его управленческие традиции, в том числе систему сбора налогов. При этом часто перенимается и самодержавие, которое во многих обществах является элементом системы управления. Киевская Русь вобрала в себя обширные территории Хазарско- го каганата и стала его политическим наследником. Как видно из ле- тописи, русы заимствовали хазарскую систему сбора дани: по ще- лягу (дирхему) или по куньему меху со двора99. Методы сбора дани: постройка укреплений с гарнизонами воинов —были аналогичны ха- ки
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I зарским. Эта система подразумевала дальнейшую реализацию мехов на заморских рынках— и она предопределила схожую с Хазарией социаль- но-экономическую систему Киевской Руси. На Руси —в отличие от Нор- мандии—дружинники не получали земельных владений-бенефици- ев; как в Хазарии, они стояли гарнизонами в крепостях или объезжа- ли страну вместе с князем, собирали дань и отправляли ее в столицу. Из Киева товары шли за границу и обменивались на деньги, которые князья передавали дружинникам. Княжеская дружина на Руси была аналогом гвардии Хазарского кагана, и сами князья —во всяком слу- чае, некоторые из них —именовали себя каганами. Святослав даже внешне копировал тюркских вождей: он носил такую же прическу, длинный чуб на выбритой голове100. Как известно, хазарский каган был самодержавным монархом, и присвоение этого титула киевски- ми князьями было выражением самодержавных претензий. У хазар были заимствованы и некоторые военные традиции Киев- ской Руси. В процессе социального синтеза новые завоеватели обыч- но стремятся привлечь на свою сторону часть воинов покоренного народа —тех, кто согласится служить новым господам. После завое- вания западной Хазарии в состав военного сословия Руси вошли не- которые кочевые племена, преимущественно из тюрок-гузов — их на- зывали также торками. При хазарах наемные торки стояли гарнизо- нами в городах каганата, в частности, в Саркеле; когда русы овладели Саркелом, торки сохранили свое положение. Они принимали уча- стие в походах русов: когда в 985 году Владимир пошел на Булгар, русы, как обычно, плыли в лодиях по реке, а торкская конница дви- галась берегом101. В XI веке основная часть торков кочевала в при- черноморских степях; обычно они выступали союзниками русов, но иногда отказывались подчиняться и вступали в столкновения. Ко- гда в степи пришли половцы, торки потерпели поражение и иска- ли покровительства у русских князей; в 1080-х годах им были пре- доставлены земли по реке Роси, и они вместе с осколками других кочевых племен образовали объединение «черных клобуков», защи- щавшее Киев от нападений половцев102. Со времен Святослава тюр- ки и русы часто сражались вместе, и, вероятно, по примеру знатных тюркских баев старшие члены русской дружины стали называться «боярами»103. Как отмечалось выше, часть гвардии хазарского кагана состоя- ла из «гулямов», воинов-рабов; иногда это были славяне или русы. Слово «гулям» переводится как «юноша, раб»: «гулямы» происходи- ли из захваченных в плен мальчиков, которых воспитывали как вои- нов. Русские князья заимствовали эту практику у хазар, и в их дружи- 102
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ нах помимо старших дружинников были и младшие дружинники, «от- роки»—это были те же гулямы, преимущественно из взятых в плен кочевников104. Их число особенно увеличилось к концу XI века, лето- пись сообщает, что князь Святополк Изяславич имел 700 отроков105. В ксенократических государствах, основанных завоевателями, обычно существует жесткое сословное деление: завоеватели стано- вятся господствующим военным сословием, а покоренные тузем- цы—неполноправным податным сословием. Вплоть до конца XI века в дружине киевских князей преобладали варяги, и понятие «боя- рин», «старший дружинник», отождествлялось на Руси с варягом106. Варяжское население Руси постоянно пополнялось новыми «наход- никами». Как известно, Владимир смог получить отцовский престол, лишь призвав варягов из Скандинавии; в награду «лучшим мужам» из них он раздавал города107. Ярослав во время борьбы за трон шесть раз призывал варягов, и естественно, что многие из этих воинов оставались на Руси и становились дружинниками киевских князей108. Знатные бояре имели свои дружины из младших родичей; варяг Си- мон, к примеру, пришел на Русь с тремя тысячами родичей109. Заси- лье варягов на Руси было таково, что шведский эпос называет Русь «Великой Швецией» (Svithiod hin Mikla)110. Симон и другие варяги получали в управление волости, с которых собирали дань для князя; часть этой дани шла в пользу бояр-наместников и их дружинников111. Дружинники получали содержание от князя —в XII веке оно со- ставляло порядка двухсот «гривен кун», то есть 50 гривен серебра или 4 тысячи дирхемов в год112. Это были очень большие деньги: по дан- ным «Русской Правды» корова стоила две гривны кун. Для сравне- ния можно отметить, что варяжские гвардейцы в Византии получа- ли 30 солидов, а корова стоила 3 солида113. Должность дружинника не была наследственной, среди 150 известных по летописям дружин- ников не более чем у 15 отцы, вероятно, тоже были дружинниками; при отборе в дружину, очевидно, учитывались в основном воинские качества114. Как отмечалось выше, фундаментальным открытием, породив- шим волну завоеваний, было создание скандинавского дракара. Ра- зумеется, мы видим дракары и на Руси: «Русская правда» называет са- мым дорогим кораблем «заморскую», то есть скандинавскую, ладью. «Набойная ладья» по сравнению с «заморской» имела меньшие раз- меры, но ее название свидетельствует о применение той же конст- рукции, клинкерной обшивки115. Летопись говорит, что русские ла- дьи во время похода 907 года вмещали по 40 воинов116 —то есть они были меньше гокстадского дракара. Уменьшение размеров было свя- 103
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I зано с необходимостью перетаскивать суда через днепровские по- роги. П.Е. Сорокин показывает, что скандинавская судостроитель- ная традиция пришла на Русь уже в готовом виде, и в частности, здесь изначально применялись железные заклепки с клинк-шайба- ми —а не деревянные нагели, как у западных славян117. Как отмеча- лось выше, инструментарий судоремонтных мастерских в Ладоге и Гнездово был чисто скандинавским; скандинавской была и тактика использования дракара118. Русь заимствовала эту тактику, и русское войско совершало походы на судах вплоть до времен Ивана Грозного. Другой фундаментальной инновацией варягов в славянских зем- лях было массовое использование железного оружия, стальных ме- чей, шлемов, кольчуг. Эта инновация была связана с развитием швед- ской металлургии и с освоением производства сварочной стали по методу «трехслойного пакета». Технология «трехслойного пакета» изначально применялась в Ладоге и Гнездово и в дальнейшем рас- пространилась на всю Северную Русь. Русские кузнецы ковали даже стальные мечи с орнаментацией по образцу изделий знаменитых ма- стерских Ульфберта; русские кольчуги и шлемы были хорошо изве- стны на Западе119. Но любопытно, что в Южной Руси применялась и другая кузнечная технология, унаследованная от хазарского куль- турного круга; эта технология была связана с методом цементизации и с наваркой стальных лезвий на железные изделия120. Необходимо особо отметить, что вооружение, принесенное викингами на Русь — это было оружие пехоты. Варяги и русы были тяжеловооруженны- ми пехотинцами, они с легкостью одерживали победы над плохо во- оруженными славянами, но терпели поражения при столкновени- ях с тяжелой конницей кочевников или с византийской кавалерией. Вместе с дракарами и стальными мечами варяги принесли на Русь и свои обычаи. Ибн Русте описывает обычаи русов, в том числе ха- рактерный для норманнов обычай человеческих жертвоприноше- ний: «Есть у них знахари (жрецы —С. Н.), из которых иные повеле- вают царем, как будто бы они их (русов) начальники. Случается, что они приказывают принести жертву творцу их тем, чем они пожела- ют: женщинами, мужчинами, лошадьми... Они (русы) храбры и му- жественны, и если нападают на другой народ, то не отстают, пока не уничтожат его полностью. Побежденных истребляют: и [ли] об- ращают в рабство. Они высокого роста, статные и смелые при напа- дениях. Но на коне смелости не проявляют и все свои набеги и по- ходы совершают на кораблях... Когда у них умирает кто-либо из знат- ных, ему выкапывают могилу в виде большого дома, кладут его туда и вместе с ним кладут в ту же могилу его одежду и золотые браслеты, 104
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ которые он носил. Затем опускают туда множество съестных припа- сов, сосуды с напитками и чеканную монету. Наконец, в могилу кла- дут живую любимую жену покойника. После этого отверстие могилы закладывают, и жена умирает в заключении»121. Как известно, викинги обычно практиковали сожжение покойни- ка в ладье, но к концу IX века его стало сменять описанное Ибн Русте погребение в «домике мертвых», такие погребения зафиксированы также в Гнездове и в Ладоге122. Однако описанный арабским истори- ком обычай класть в могилу жену покойного встречается в Сканди- навии очень редко; он характерен именно для погребений дружин- ников в славянских землях —в могилы воинов здесь клали их лю- бимых наложниц-славянок123. Ничего подобного —ни захоронений наложниц с воинами, ни человеческих жертвоприношений —нико- гда не практиковалось среди славян; это были обычаи русов124. Свое- образным символом господства русов были огромные курганы близ Чернигова, где в подготовленных для сожжения «домиках мертвых» среди оружия, украшенного золотом и серебром, воины держали в объятиях своих загробных подруг125. Русы, не входившие в состав дружины, были в основном купцами, занимавшимися работорговлей и сбытом дани; среди них были свои «бояре» —возможно, потомки оставивших службу дружинников (дру- жинники не были обязаны всю жизнь служить князю). Городские усадьбы русов были наполнены челядью, приведенной из набегов, среди этих рабов были также ремесленники и военные слуги126. Куп- цы в те времена были одновременно и воинами, в городах сущест- вовало свое ополчение —городские «сотни» и «тысячи»; характерно, что возглавлявший ополчение «тысяцкий» одновременно был глав- ным судьей в торговых спорах127. В. О. Ключевский писал, что «сто- ронним наблюдателям оба класса, княжеская дружина и городское купечество, представлялись единым общественным слоем, который носил общее название руси, и, по замечанию восточных писателей X века, занимался исключительно войной и торговлей, не имел ни де- ревень, ни пашен, т. е. не успел еще сделаться землевладельческим классом»128. Относительно взаимоотношений князей и городского населе- ния в IX —X веках имеются лишь отрывочные сведения. В догово- рах с Византией князья-конунги выступают от имени городов, тре- буя дань отдельно для Киева, Чернигова, Переславля, Ростова, Лю- беча129. Очевидно, что до принятия христианства князья не были самодержавными владыками, и им приходилось считаться с город- скими общинами130. По-видимому, положение было таким же, как 105
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I в городах Скандинавии, например, в Бирке, где конунги выступали в роли военных вождей, но важнейшие дела решались на тинге «зна- тью», «купцами» и «народом»131. Многие историки считают, что со- брания горожан, «вече», существовали на Руси издавна, но в лето- писи «вече» упоминается первый раз в 989 году в Новгороде132. Нов- город был наиболее «варяжским» городом на Руси; летопись прямо говорит, что «новгородцы же —те люди от варяжского рода, а преж- де были словене»133. Скандинавские имена здесь сохранялись вплоть до XIV века не только в среде боярства, но и в сельской глубинке. В Новгороде была распространена символика, связанная с дракаром, и даже крыши домов украшали драконьими мордами134. Заимствованная у хазар система сбора и реализации дани требо- вала налаженной финансовой службы, и не исключено, что ее соз- дание было делом киевских ростовщиков-евреев, как известно, про- живавших в районе, называвшемся «Козаре». К хазарской системе торговли мехами варяги добавили систему работорговли: их дея- тельность на волго-балтийском пути изначально была направлена на обеспечение сбыта рабов, захваченных в плен на балтийском по- бережье. Позже эти захваты распространились на область восточ- ных славян, и целью постоянных войн, которые вели русы с еще не- покоренными славянскими племенами, был в том числе и захват полона. «У них есть царь, называемый хакан русов, — свидетельствует Ибн Русте. —Они нападают на славян, подъезжают к ним на кораблях, высаживаются, забирают их в плен, везут в Хазаран и Бул кар и там продают. Они не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян... И нет у них недвижимого имущества, ни деревень, ни пашен. Единственное их занятие —торговля соболями, белками и прочими мехами...»135 Известие Ибн Русте в общих чертах согласуется с относящимся к середине X века сообщением о русах византийского императора Константина Багрянородного: «Когда наступает ноябрь месяц, кня- зья их тотчас выходят со всеми Руссами из Киева и отправляются в полюдье, то есть в круговой объезд, а именно в славянские зем- ли Вервианов, Другувитов, Кривичей, Севериев и остальных славян, платящих дань Руссам...»136 Далее начиналась грандиозная торговая операция, которую Б. А. Рыбаков обозначает как «сбыт полюдья»137. Собрав дань, русы грузили ее на корабли, и огромная флотилия из сотен и тысяч138 лодий отправлялась в Константинополь. Фло- тилия везла меха, воск, мед, собранные на полюдье и, кроме того, множество рабов, захваченных в плен в набегах на дальние славян- юб
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ ские земли. Приводимые летописцем торговые договора с Византи- ей с очевидностью показывают, что эта ежегодная торговая экспеди- ция была стержнем экономической жизни Киевской Руси; именно на этом обмене товаров Руси на товары Византии (и Востока) бази- ровалось существование княжеских дружин и русских городов139. Помимо мехов, главным товаром русов были рабы —«челядь». «Во- сточные писатели X века в живой картине рисуют нам русского купца, торгующего челядью на Волге, —писал В. О. Ключевский, —выгрузив- шись, он расставлял на волжских базарах, в городах Булгаре и Ити- ле свои скамьи, лавки, на которых рассаживал живой товар —рабынь. С этим же товаром являлся он и в Константинополь...»140 В роли работорговцев выступали, в первую очередь, князья и их дружин- ники141. Летопись сохранила упоминание о трех селах Владимира, в которых содержалось восемьсот наложниц князя142; по-видимому в данном случае речь идет не столько о наложницах, сколько о запа- сах предназначенного для продажи «живого товара»143. В те времена рабыня стоила 5 «гривен кун»144; «кунами» и «ногатами» тогда назы- вали арабские дирхемы или заменявшие их «меховые деньги», шкур- ки куниц145. Мусульманские купцы в Булгаре и Итиле платили за ра- бынь и меха дирхемами, и дирхемы были самой распространенной монетой, как на Руси, так и в Скандинавии. 20 дирхемов-ногат состав- ляли «гривну кун»146; таким образом, рабыня в Киеве стоила юо дир- хемов, в то время как в Багдаде «красивая белая рабыня, совершенно ничему не обученная», стоила 15 тысяч дирхемов147. Эти цифры помо- гают понять суть русско-варяжской торговли: она приносила такие прибыли и имела такой размах, что Скандинавия и Русь были запол- нены арабской монетой; от этого времени осталось более полутора тысяч кладов, причем лишь один клад, найденный в районе Мурома, содержал 42 килограмма серебра148. Отток серебра с Ближнего Во- стока на Русь был настолько велик, что в XI веке на Ближнем Востоке появилась острая нехватка серебряных дирхемов —специалисты счи- тают, что это было следствием огромных масштабов работорговли149. Ахмед ибн Фадлан, побывавший в Булгаре в 922 году, оставил опи- сание русов, которые приплывали по Волге на кораблях, наполнен- ных мехами и рабами150. По-видимому, это были купцы из Новгоро- да и из-за моря. Из Киева к Булгару вела сухопутная дорога, на ней располагалось 20 станций, где купцы могли найти приют и отдых151. Однако в конце X века кочевые тюрки перекрыли волжский путь и караванную дорогу из Булгара в Хорезм. О прекращении торговли с мусульманскими странами свидетельствует резкое уменьшение по- ступления в Европу арабских дирхемов; в XI веке дирхемы, бывшие 107
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I основной монетой на Руси, исчезли из обращения; их заменили слит- ки серебра и «меховые деньги»152. Основным рынком для сбыта по- людья теперь стал Константинополь. В Константинополе платили за рабов по большей части шелками, «паволоками», по две паволоки за челядина153; одна паволока стоила от ю до 50 номисм. В переводе на арабские деньги раб стоил 320-1600 дирхемов; рабыни (судя по величине таможенных пошлин) стоили в 4 раза дороже154. По некоторым оценкам, количество рабов, еже- годно продаваемых в арабские страны и в Византию, исчислялось де- сятками тысяч, не случайно слово «славянин» приобрело в европей- ских языках значение «раб»155. Русы называли рабов «челядью», это слово переводится со старо- славянского как «неразделенные братья», крестьянская семья. На язы- ке славян «челядина» —это просто «девушка», а на языке дружинников- русов—«рабыня»156. Эти смысловые соответствия показывают, каковы были отношения между русами и славянами. Жителей славянских де- ревень называли смердами, и презрение, которое питали русы к смер- дам, нашло свое выражение в слове «смердящий»157. Однако русы не слишком притесняли покоренных славян; уплачивая требуемую дань, смерды могли жить по своим старым обычаям158. Власти почти не вмешивались в жизнь общин: «Русская Правда» говорит, что в слу- чае совершения убийства община-«вервь» сама должна искать преступ- ника или платить виру159. По «Русской Правде», убийство смерда кара- лось так же, как и убийство раба, штрафом в 5 гривен; для сравнения, вира руса составляла 40 гривен, а вира княжеского дружинника или даныцика—8о гривен160. 8о гривен —это был размер дани с целой во- лости; таким образом, в случае убийства даныцика вервь должна была выплатить огромную контрибуцию161. Лишь в редких случаях, находясь в тяжелом положении, князья призывали смердов в войско; в летопи- си рассказывается, как в 1016 году князь Ярослав после похода запла- тил новгородцам (то есть русам) по ю гривен, а смердам—по гривне162. Сословное деление древнерусского общества нашло свое выраже- ние в формуле, часто встречающейся в новгородских летописях: «кто купець пойдеть в свое сто, а смерд пойдеть в свой погост»163. Таким образом, горожане традиционно отождествлялись с подразделявши- мися на сотни купцами-воинами, а смерды —с погостами, центрами деревенских общин и одновременно центрами сбора дани. «То, что называлось станановищем у древлян (ср. старопольское stan —оста- новка князя при полюдье), то у словен называлось погостом (ср. ста- ропольское goszczenie —полюдье, русское „угощение")»164. Напом- ним, что шведское «полюдье» называлось «вейцла», «пир», потому 108
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ что бонды встречали конунга «угощением» —но в Швеции это угоще- ние было добровольным. Конечно, славяне иногда восставали против завоевателей. В 945 году князь Игорь пожелал повторно собрать дань с древлян и был убит восставшими. Вдова Игоря Ольга (Хелга) жестоко по- давила сопротивление славян: «...взяла город и сожгла его, город- ских же старейшин забрала в плен, а прочих людей убила, а иных от- дала в рабство мужам своим, а остальных оставила платить дань»165. После этого восстания в правление Ольги сбор дани принял более регулярный характер, полюдье постепенно заменялось системой погостов; смерды сами привозили дань на погосты и передавали ее княжеским уполномоченным. Для каждого погоста была утверждена определенная сумма дани в зависимости от числа «дымов»166. Данные об уровне обложения очень немногочисленны. Как гово- рит летопись, Олег в IX веке брал по шкурке куницы или по «щеля- гу» с «дыма», то есть со двора; Владимир в конце X века брал с вяти- чей по «щелягу» с плуга167. Рало как единица налогообложения упо- минается в новгородских берестяных грамотах второй половины XII века168. Конечно, обложение с плуга было возможно лишь там, где практиковалось пашенное земледелие. Во многих случаях дань платили, как и раньше, с «дыма», и не монетой, а заменявшими ее мехами, «кунами». Что касается «щеляга», то на Руси так называли любые серебряные монеты, и сначала в этой роли выступали дирхе- мы, а позже —привозившиеся из Западной Европы шиллинги. М. Б. Свердлов обращает внимание на то обстоятельство, что в Англии викингам платили дань «по шиллингу с плуга» и полагает, что эту практи- ку варяги перенесли и в страну славян169. Однако летопись говорит, что по «щелягу с плуга» брали до русов хазары, и возможно, что направление заимствования было обратным, Итак, первоначально обложение смердов составляло примерно один дирхем со двора. Изменилось ли оно в дальнейшем? Известно, что смоленский князь Ростислав в 1130-х годах получал от своего княже- ства 3087 гривен серебра, и эта сумма не увеличивалась, по крайней мере, в течение полувека170. Если считать в гривне 204 грамма сереб- ра, а в «саманидском» дирхеме —3,65 грамма171, то мы получим дань в 172 тыс. дирхемов. В предположении прежней нормы сбора, один дирхем со двора, это означает, что население княжества составляло 172 тысяч дворов или примерно 850 тысяч человек. При территории кня- жества в 93 тысяч км2 плотность населения получается около 9 чело- 109
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I век на км2. Насколько это согласуется с имеющимися данными о насе- лении Киевской Руси? По оценке П. П. Толочко, плотность населения в южных районах составляла 10-12 человек на км2, в северных райо- нах она была вдвое меньше172, для Смоленщины же она могла состав- лять 7-9 человек на км2. Эти оценки говорят о том, что норма сбора дани, по-видимому, осталась прежней, а если и увеличилась, то мак- симум до двух дирхемов со двора. Много это или мало? Все познает- ся в сравнении. В середине X века в Византии среднее крестьянское хозяйство платило основной налог, «димосий» или «канон», в 2 соли- да, что эквивалентно 24,5 «саманидским» дирхемам173. Чем объясняет- ся столь большая разница? Может быть, относительной дороговиз- ной серебра на Руси, то есть его более высокой покупательной спо- собностью? Данных для сопоставления цен очень мало, но мы знаем, что корова в XII веке стоила на Руси 2 «гривны кун», то есть 102 г се- ребра, а в Византии IX-X веков—3 солида, то есть 13,5 г золота или 135 г серебра174. Разница в покупательной способности серебра имеется, но даже с ее учетом налог в Византии будет превосходить налог на Руси в 18 раз. Подобный же результат получится, если мы сравним русскую дань с налогами в Египте после арабского завоевания—там на взросло- го мужчину приходилось 24-26 дирхемов податей175. В конечном счете остается единственное объяснение: варяжское государство было сла- бым и оказалось не в состоянии наладить жесткую систему обложе- ния покоренных славян. Русские князья не имели такого мощного на- логового аппарата, как византийские императоры или халифы, они не использовали практику бирок-квитанций и не искали укрывающих- ся от налогов. Налоговая система была примитивной, дань собира- лась с целых волостей без реального учета числа людей, пашни, ско- та176. В итоге налоговое давление государства на крестьян было незна- чительным. Соответственно, незначительными были и финансовые возможности княжеств. Если дружинник получал 50 гривен серебра, то трех тысяч гривен могло хватить лишь на содержание нескольких десятков дружинников. Однако дружины были гораздо более много- численными. За счет чего жили дружинники? Очевидно, в значитель- ной мере за счет военной добычи. Слабость государства побуждала дру- жины искать добычи в войнах—дальние походы киевских князей име- ли характер набегов, целью которых был прежде всего захват добычи. Покорение отдаленных славянских племен тоже сопровождалось за- хватом добычи и полона, а позже, когда все племена были покорены, настало время междоусобных войн. Добыча и полон сбывались в тор- говых экспедициях в Константинополь и Булгар —поэтому дружинни- ки и городская знать были тесным образом связаны с торговлей. по
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ Процессы социально-культурного синтеза оказали чрезвычайно сильное влияние и на хозяйственную жизнь славян. Как отмечалось выше, составной частью скандинавской диффузионной волны было развитое металлургическое производство. В IX веке диффузион- ные волны распространения кузнечной технологии, скандинавской на севере и хазарской на юге, привели к тому, что в стране славян в изобилии появились стальные топоры и ножи, железные лопаты, мотыги, наральники, серпы, косы и прочие орудия земледельца. Эта «железная революция» намного облегчила расчистку лесов под поля и обусловила огромный рост населения в последующие столетия. Другим важным диффузионным процессом, который начался еще в хазарское время, было распространение пахоты на лошадях. Как от- мечалось выше, эта инновация была связана с появлением усовер- шенствованной конской упряжи, хомута, и поначалу получила рас- пространение в лесостепных областях на Дону и на левобережье Дне- пра. К X веку хомут получил известность и в северных землях славян; а затем—в Скандинавии, откуда попал в Западную Европу177. Для пахо- ты расчищенных от леса участков, «лядин», был создан облегченный плуг, соха; соха позволяла рыхлить землю с остатками корневищ—та- ким образом можно было продлить срок эксплуатации расчищенной земли. На участках с хорошей почвой это позволяло перейти от под- сечной системы к пашенному земледелию с использованием паров. В отличие от кузнечного дела гончарное ремесло было чисто славянским: скандинавы, как известно, не знали гончарного круга до XII века. Гончарство пришло в лесостепное Причерноморье вме- сте с отступавшими из Паннонии дулебами и представляло собой на- следие провинциально-римской культуры178. Однако распростране- ние этого ремесла в лесной зоне было очень медленным и постепен- ным; в сельские районы этой зоны проник только ручной гончарный круг, который и бытовал здесь вплоть до XIX века179. В городах русов гончарство —в отличие от кузнечного дела —считалось «низким» ре- меслом смердов. Некоторые изменения произошли также в области домострои- тельства, хотя основным типом жилищ по-прежнему оставалась сла- вянская срубная полуземлянка с печью в углу. Поселенцы на Ладо- ге обитали в характерных для скандинавов прямоугольных «боль- ших домах», но в соответствии с более поздней шведской традицией эти дома были разделены промежуточной стеной на отапливаемую часть и холодную «клеть». Как полагают, эта домостроительная схе- ма позже была заимствована славянами и легла в основу русского «пятистенника»180. Что касается городов, то они в значительной сте- ш
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I пени состояли из дворов, принадлежавших дружинникам или куп- цам. Каждый двор представлял собой комплекс сооружений из боль- ших домов с многими комнатами; почти все они были двухэтажными и отапливались русскими печами181. Варяги Рюрика прибыли в страну славян без женщин и —также как в Нормандии —примерно через полтора столетия после завое- вания они ассимилировались и переняли местный язык. Такой же была участь варягов-дружинников, пришедших позже; они женились на славянках; их дети были наполовину славянами, а их внуки мало чем отличались от славян. Процессы постепенной ассимиляции хо- рошо прослеживаются на материале могильников Гнездова: в погре- бальном инвентаре появляются украшения, совмещающие сканди- навские и славянские традиции182. Дружинники-русы перенимали не только славянский язык, но и славянских богов: они отождестви- ли скандинавского бога грозы и войны Тора со славянским Перуном и стали приносить ему человеческие жертвы183. Со временем русь стала отличать себя от варягов, и этнические различия перешли в со- циальные: слово «русь» стало обозначением высшего слоя славян- ского общества, а затем так стали называть и славян, подвластных руси. Однако, как отмечал А. А. Шахматов, в XI-XII веках было еще живо представление «о том, что имя Руси —это имя княжеской дру- жины, княжеских бояр и вообще правящих верхов»184. Процесс этнического синтеза отразился в русском языке заим- ствованием ряда скандинавских слов. Многие из них отражают во- енно-морскую терминологию: якорь, шнека (вид судна), лавка (для гребцов), ящик, стяг; другие заимствованные слова связаны с функ- циями дружины: гридь (младший дружинник), тиун (управляющий), ябетник, кнут. Можно упомянуть также берковец —мера веса, проис- ходящая из Бирки, и слово «скот» в значении «деньги» —при отсут- ствии денег и на Руси, и в Скандинавии было принято расплачивать- ся скотом185. 3.5. ТРАНСФОРМАЦИЯ ПО ВИЗАНТИЙСКОМУ ОБРАЗЦУ Как утверждает диффузионистская теория, волны заимствований порождаются фундаментальными открытиями и исходят от центров военной силы, от обществ, овладевших новым оружием. Норманн- ское нашествие было обусловлено появлением фундаментальной во- енной инновации, дракара, и норманны продолжали свои завоева- ния, пока не столкнулись с другой, более эффективной военной тех- 112
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ нологией —с использованием тяжелой кавалерии. Это произошло в 971 году в битве при Доростоле. Скандинавская волна столкнулась с диффузионной волной, вызванной распространением рыцарства; русы осознали, что Византия является новым центром могущества, которому в конечном счете придется подражать, и у которого при- дется учиться. Если отстраниться от конкретной ситуации, то нужно отметить, что тяжелая кавалерия была создана кочевниками, которые первыми стали использовать стремя. Но в X столетии эта военная инновация была освоена двумя могущественными державами, Византией и Им- перией Карла Великого, которые эффективно использовали тяже- лую кавалерию для новых завоеваний и расширения сферы своего политического влияния. На Западе этот процесс привел к распро- странению германской (франкской) диффузионной волны—грани- чившие с Германией варварские княжества были вынуждены транс- формироваться по франкскому образцу, заимствовать рыцарский строй и —самое главное —принять имперскую идеологию, латинское христианство. В 960-х годах крестились король Дании Гаральд Сине- зубый и князь поляков Мешко, в 970-х годах—венгерский король Геза. На юге Европы подобные процессы были результатом византийско- го влияния, здесь к тому времени уже приняли православие болга- ры, сербы и моравы. В 86о-х годах Константин Философ создал сла- вянскую письменность, а затем его брат Мефодий перевел на славян- ский язык Библию. Это было в своем роде революционное событие, так как прежде считалось, что Бога можно славить только на трех языках, еврейском, греческом и латинском. Римский папа Адриан II разрешил богослужение на славянском языке, но в дальнейшем цер- ковь не делала таких исключений вплоть до эпохи Реформации. Перевод Библии на славянский язык способствовал быстрому распространению христианства среди славян —а также и среди русов, служивших в варяжской гвардии в Константинополе или прибывав- ших туда по торговым делам. Русь была связана с Византией сбытом полюдья, который был жизненно необходим для функционирования ее социального организма. Фактически она входила в византийскую «мир-экономику», находилась в экономической зависимости от Ви- зантии, поставляя в метрополию товары, востребованные констан- тинопольским рынком, и получая на этом рынке предметы роскоши, обозначавшие социальный статус русов. Таким образом, признание военного превосходства Империи дополнялось признанием нераз- рывной связи с имперской экономикой —это были две причины, об- условившие трансформацию по византийскому образцу. В конечном п3
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I счете целью принятия христианства было создание прочного союза с могущественной державой, враждебные отношения с которой гро- зили бы Руси экономической и военной катастрофой. Крещение Руси в 988 году стало своеобразным символом транс- формации русского общества по византийскому образцу—однако следует подробно проанализировать, в чем конкретно состояла эта трансформация, каковы были ее военно-технические, социально-по- литические и культурные компоненты. В соответствии с диффузионистской теорией, главным прояв- лением трансформации были военные реформы —преобразование русских дружин по византийской модели. Дружинники сели на ко- ней, они заимствовали у победителей при Доростоле чешуйчатые панцири, легкие миндалевидные щиты, пики, жесткие седла с вы- сокими луками, стремена с прямой подножкой и прочее снаряже- ние тяжеловооруженных всадников186. Потомки норманнов—так же, как в Нормандии —превратились в рыцарей. Правда, способ содер- жания этих рыцарей отличался от принятого на Западе — он был та- ким, как в Византии, где гвардейцы не имели бенефициев, а находи- лись на содержании Дворца. В социально-политическом отношении подражание Византии означало подражание византийскому самодержавию. И.Я. Фроянов трактует принятие христианства как политический переворот: Вла- димир посылает в разные области государства двенадцать своих сы- новей, которые отстраняют местные власти, организуют крещение и налаживают новую централизованную систему управления. В цита- дели варяжских традиций, Новгороде, это привело к большому вос- станию: «бысть между ними сеча зла». Реформа вызвала сопротив- ление также в некоторых других областях —но все восстания были подавлены187. Установление самодержавия нашло яркое отражение в идеологи- ческой сфере. Князь Владимир в крещении принял имя Василий — в честь императора Василия II188. На появившихся в то время первых русских монетах Владимир изображен сидящем на троне в импера- торском одеянии и в византийской короне («стемме»)189. Митро- полит Иларион называл Владимира «единодержцем земли своей», а Ярослав в «Повести временных лет» поименован «самодержцем земли русской»190. Оба этих термина являются кальками титулов ви- зантийских императоров — «монократор» и «автократор»191. Лето- писцы рисуют русских князей по образцу и подобию императоров192: благочестивые князья строят соборы, покровительствуют церкви, защищают вдов и сирот, вершат справедливый суд. Не без влияния 114
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ церкви создается судебная система—один из основных атрибутов го- сударственности. «Повесть временных лет» рассказывает, как епи- скопы-греки побудили Владимира приступить к наведению поряд- ка, утвердить княжеский суд и «казнить разбойников»193. При Яро- славе Мудром появляется первый русский законодательный кодекс, «Русская Правда»; он содержит следы как византийских, так и скан- динавских влияний194. Характерно, что на Руси, как и в Византии, епископы выступали в роли судей по многим гражданским делам; они судили по греческим судебникам, получивших название «корм- чих книг»195; в сохранившихся списках переводы этих судебников обычно соседствуют с «Русской Правдой». Однако в отличие от дру- гих «варварских правд» в «Русской Правде» не содержалось запрета на продажу рабов за границу—это подчеркивает значение работор- говли, которую вели русские города. Необходимо отметить, что христианская церковь со своего рож- дения несла в себе идею социальной справедливости. Естественно, что и на Руси церковь по мере возможности старалась облегчить по- ложение угнетенных, прежде всего рабов. «Челядь же свою тако же милуй,—увещевали господ монахи,—дажь им потребныя; показай же я на добро не яростию, но яко дети своя»196. Отцы церкви ставили князьям в пример благочестивых и радеющих о справедливости ви- зантийских императоров. Проповедь милосердия и смирения при- вела к тому, что в славянских деревнях распространение христиан- ства не встречало такого противодействия, как в городах русов. Ар- хеологические данные говорят о том, что это распространение было медленным и постепенным —христианский культ мирно соседство- вал с языческими обрядами и поверьями, а потом и сросся с некото- рыми из них, превратившись в своеобразную народную религию197. Крещение Руси при Владимире приобщило молодое русское об- щество к христианскому миру и открыло дорогу мощному византий- скому культурному влиянию. Основным проводником этого влияния была русская церковь; русские митрополиты и епископы по большей части были греками, которых присылали из Константинополя198. Их сопровождало множество ученых греков, переводивших на рус- ский язык православную литературу, в первую очередь богослужеб- ные книги, но также и житийные сочинения, и некоторые тексты энциклопедического характера, такие, как хроники, «Христианская топография» Козьмы Индикоплова, «Физиолог». Во многих городах были созданы церковные школы, и таким образом стал формировать- ся слой по-гречески образованной элиты. Известно, что все князья последующей эпохи были грамотными людьми; князь Всеволод Яро- п5
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I славич (правил в Киеве в 1078-1093 годах) знал пять языков. Доволь- но значительным был процент грамотности и среди горожан. Яро- слав Мудрый создал большую библиотеку в Святой Софии, при нем началось русское летописание, и были переведены некоторые гре- ческие историки: Иоанн Малала, Георгий Синкелла, Георгий Мних. Помимо школ, церкви создавали также и больницы; из летописей из- вестно, что на Руси работали сирийские и армянские врачи. Из Ви- зантии пришли на Русь и начатки математических знаний; таблица умножения называлась «счет греческих купцов», а числа записыва- ли на греческий манер, с помощью букв199. У греков были заимство- ваны некоторые русские меры, в частности, «косая сажень» в 216 см — это обычная византийская «оргия», равная семи футам, а «великая сажень» в 248 см равна восьми греческим футам200. Одно из порази- тельных свидетельств технического прогресса Руси под воздействи- ем византийского влияния — это появление в XII веке лесопильных рам, приводимых в движение водяными колесами. Одна из таких ма- шин была установлена на приграничной реке Рось и использовала энергию водопада201. После монгольского нашествия секрет лесопи- лок был утерян, и они вернулись на Русь только в XVII столетии. Появление каменных церквей означало революцию в славянской строительной технике. Греки принесли на Русь технологию строи- тельства из обожженного кирпича с применением известкового рас- твора. Это была довольно сложная для тех времен технология, вклю- чавшая строительство особых печей для обжига кирпича и выделки извести. В то время использовался тонкий кирпич (2,5 см толщи- ны), известный в Византии и на Руси как «плинфа»; древнерусское обозначение извести «вапьно» также пришло из греческого языка. У греков были заимствованы применение поливных керамических плиток и технология производства оконного стекла. Оконное стек- ло получило довольно широкое распространение и использовалось не только в церквях, но и в богатых домах. Одновременно развива- лось и производство стеклянной посуды, которая перестала быть редкостью. Разноцветные стеклянные браслеты стали излюбленным украшением жительниц русских городов —но в славянских селах эти престижные вещи почти не встречались202. Излишне говорить о том, что архитектура русских церквей копи- ровала греческие образцы. Характерными конструктивными эле- ментами зданий были бетонные основания фундаментов и купола на световых барабанах. Диаметр центрального купола киевского со- бора Святой Софии составлял 7,7 метра, что, конечно, уступало раз- мерам купола Софии Константинопольской (31 м). Тем не менее ки- п6
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ евская София была одним из крупнейших храмов того времени—сре- ди западноевропейских соборов ее превосходили только Аахенский собор и собор Святого Марка в Венеции (построенный также визан- тийскими мастерами). Спрос на церковную утварь способствовал развитию ювелирно- го дела. В 988 году князь Владимир вызвал греческих мастеров, из- готовивших утварь для первого киевского храма, Десятинной церк- ви. Эти ремесленники создали в Киеве постоянные мастерские, по- ложив тем самым начало славянской ювелирной школе. Подобные мастерские появились также в Великом Новгороде, Рязани, Сузда- ле, Владимире и Чернигове. Многие престижные товары, обозна- чавшие привилегированное положение знати, теперь изготовлялись на Руси —известно, к примеру, что Владимир приказал отлить сереб- ряные ложки для своих дружинников. Среди многочисленных драго- ценностей, встречающихся в захоронениях X—XII веков, отдельные типы ожерелий, браслетов, перстней, серег и височных колец носят несомненно славянский характер. Некоторые вещи при этом своей технологией изготовления явным образом копируют чужеземные образцы, например, византийскую эмаль. Близ Десятинной церкви в Киеве были найдены остатки ювелирной мастерской с тигельками, в которых осталась расплавленная эмаль203. Ювелирные изделия византийского типа не только украшали церкви —они стали маркером принадлежности к высшим социаль- ным слоям. Оттененная драгоценностями одежда князей и бояр также копировала византийские образцы —так что историки восста- навливают ее на основе изображения императора Феодосия на фрес- ке Кирилловской церкви в Киеве. Плащ-корзно был драпирующейся одеждой византийского типа, который носили только князья и боя- ре. Парадной княжеской одеждой были и туники из дорогих визан- тийских паводок с длинными рукавами и боковыми разрезами внизу. В женском костюме знати также преобладали византийские формы одежды: туники, далматики, драпирующиеся плащи204. Византийские обычаи проявлялись и в быту высших слоев общества: стало распро- страненным употребление вина, оливкового масла, пряностей. Все это доставлялось из Константинополя в греческих амфорах, ввоз ко- торых достигал 1 тысячи штук в год205. Византийская технология применялась не только для строитель- ства церквей или производства предметов роскоши. Владимир ис- пользовал новые технические возможности для строительства укреплений на границе степи. На протяжении сотен километров были возведены линии валов, которые должны были охранять Киев- 117
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I щину от печенежских набегов; наружная часть этих валов облицовы- валась кирпичом. Были построено не менее ста крепостей-«градов», в которых стояло гарнизонами новое войско киевского князя206. Ха- рактерно, что это были уже не варяги и не русь: Владимир «стал на- бирать мужей лучших от славян, и от кривичей, и от чуди, и от вяти- чей, и ими населил города»— говорит летопись207. По-видимому, эту военную реформу следует трактовать как продолжение процесса со- циального синтеза, как открытие славянам доступа в ряды военно- го сословия. Как известно, киевский князь не доверял своевольным варягам и после окончания войны за престол постарался отправить призванных им на помощь викингов подальше от Киева—в Констан- тинополь208. Появившаяся при Ярославе «Русская правда» приравня- ла в правах «русинов» и новгородских «словен», то есть славян, по- селившихся в Новгороде и, вероятно, служивших князю209. Все это было проявлением закономерностей социального синтеза: стремясь стать самодержцем, правитель приближал к себе представителей по- коренного народа и отдалялся от знати — от бывших сотоварищей по оружию. Такого рода реформы были связаны и с копированием византийского самодержавия, которое не признавало сословного де- ления и стремилось к этатистскому регулированию общественных отношений210. Отчуждение монарха от знати в перспективе обычно приводило к традиционалистской реакции, к подспудной или открытой борьбе бояр против монархии. Наиболее активными были бояре «варяж- ского» Новгорода, которые прежде сопротивлялись введению хри- стианства, а затем подговорили сына Владимира, Ярослава, поднять мятеж против отца. Владимир умер, не успев подавить мятеж, по- сле чего началась междоусобная война между его сыновьями. В ко- нечном счете Ярослав оказался победителем — и он пошел на уступ- ки новгородскому боярству, заключил с ним договор и снизил дань с 3000 до 300 гривен211. Однако опорой Ярослава были не бояре, а на- емные варяги, как отмечалось выше, во время войны он шесть раз призывал викингов «из-за моря»212. Наемное войско в руках монарха всегда является орудием автократии— поэтому самодержавие устоя- ло в междоусобной борьбе. Кроме того, экономическая система Ки- евской Руси базировалась не на землевладении и натуральном хо- зяйстве, как на Западе, а на торговле и сбыте полюдья; это давало князьям большие финансовые средства и позволяло содержать на- емную дружину. Таким образом, торговля способствовала поддер- жанию самодержавной власти киевских князей. Фактором, препят- ствовавшим сохранению самодержавия, была (опять-таки варяж- п8
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ ская) традиция выделения уделов наследникам правителя. В конце жизни Ярослав разделил государство между тремя старшими сыновь- ями, но некоторое время им удавалось управлять совместно. Одна- ко в конце XI столетия киевской монархии было суждено испытать на себе новый удар, который на этот раз был нанесен внешними си- лами—вторжением половцев. 3.6. НАСТУПЛЕНИЕ ТЮРОК Как отмечалось выше, появление стремени открыло эпоху тяжелой кавалерии, новый этап которой начался с созданием тюркского сед- ла. Новое седло давало возможность всаднику вставать в стременах и вкладывать в удар всю массу тела—однако старое оружие, меч, было малоэффективно в таком бою. Кинематические исследования наше- го времени показали, что эффективность (или «коэффициент по- лезного действия») меча составляет лишь 45 % — а остальная энергия удара теряется в силу различных причин. В ходе своих бесконечных войн кочевники вели поиск нового, более эффективного оружия. Это был длительный процесс: его начало отмечается у паннонских авар, которые в VII веке стали применять сначала однолезвийные мечи-палаши, а затем и кривые легкие сабли. Но в следующем сто- летии авары почему-то вернулись к прямым саблям — и эти прямые (или почти прямые) сабли распространились на восток в причерно- морские степи, принадлежавшие тогда хазарам. Хазары сделали еще один шаг назад: они укоротили сабли и фактически вернулись к од- нолезвийным палашам —правда, при этом они стали наклонять руч- ку палаша по отношению к клинку213. Вероятно, эти конструктивные вариации были связаны с недостат- ком прочности у тонких и длинных аварских сабель. Для настоящей сабли требовался хороший металл—литая сталь, булат. Булат («вуц») производился в Индии еще до нашей эры —но индийский булат был очень дорог. Известный ученый-энциклопедист Бируни писал, что стоимость клинка была равна стоимости слона или табуна лошадей214. К X веку, однако, производство булата —правда, не столь знаме- нитого, как индийский —было налажено в Иране, в провинции Хо- расан215. С распространением такого великолепного материала, как булатная сталь, сабля стала меняться, приобретая оптимальные формы. Как прослежено археологами на материалах захоронений причерноморских тюрок, прежние короткие палаши постепенно удлиняются, и появляется все большая кривизна —сабля принима- и9
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ет характерный для нее облик, становится совершенным оружием ближнего боя216. Эффективность сабли стала намного большей, чем у меча —она составляла более 8о%; это объяснялось тем, что кривая сабля наносила не просто рубящий, а рубяще-режущий удар. Кроме того, сабля была намного более маневренной, чем меч: при той же длине она была в два-три раза легче217. С появлением сабли наступила эпоха настоящих кавалерийских схваток, когда всадники «рубились» друг с другом, демонстрируя свою технику фехтования. Новая тактика сражений потребовала но- вого защитного вооружения —у всадников появляются бронирован- ные наплечники и остроконечные шлемы218. Искусство сабельного боя в первую очередь было освоено тюркскими гулямами, служив- шими в войсках среднеазиатских династий, Саманидов и Газневи- дов. Однако тюрские гулямы быстро передали новое оружие своим степным собратьям, прежде всего, огузам и кипчакам-половцам, ко- чевавшим в Казахстане и Средней Азии, по соседству с Хорасаном. Арабские историки, писавшие после тюркского завоевания, отмеча- ли прежде всего умение тюрок рубиться саблями. Мирхонд писал, что в некоторых сражениях тюрки сразу же бросались врукопашную, не используя лучников219. Раванди отмечал, что страх перед саблями тюрок прочно живет в сердцах арабов, персов, византийцев и русов. Историк XIII века Ибн ал-Ибри описывает тюрок так: «Что касает- ся тюрок, это многочисленный народ; главное их преимущество за- ключается в военном искусстве и изготовлении орудий войны. Они искусней всех в верховой езде и самые ловкие в нанесении колющих и рубящих ударов и в стрельбе из лука»220. Наступление степных тюрок на государства исламского мира на- чалось в конце X века. В 999 году тюрки-караханиды почти без со- противления овладели Мавераннахром221. В 1040 году тюрки-сельд- жуки разгромили в сражении при Данденакане армию газнийского султана Масуда—и затем, не встречая значительного сопротивления, овладели Ираном и Ираком. В 1071 году сельджуки в битве при Ман- цикерте нанесли поражение византийской армии и овладели почти всей Малой Азией. Одновременно кипчаки-половцы развернули наступление в вос- точноевропейских степях. В середине XI века половцы разгроми- ли печенегов и торков; печенеги бежали на Дунай, а торки (и преж- де бывшие союзниками русов) нашли прибежище в киевском погра- ничье, на реке Роси. В юбо году половцы совершили первый набег на Русь, а в 1068 году трое русских князей-ярославичей, Изяслав, Святослав и Всеволод, потерпели жестокое поражение от половцев 120
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ на реке Альте. Это поражение вызвало новую вспышку борьбы между самодержавием и элитой —между византийской и норманнской тра- дициями. При вести о разгроме собравшиеся на вече киевляне по- требовали у князя оружие, чтобы защищать город; князь Изяслав от- казал—тогда горожане изгнали князя. Течение кризиса было очень характерным: военное поражение подорвало авторитет самодержа- вия и киевское вече (о котором прежде ничего не было слышно) вне- запно выходит на сцену и вмешивается в дела управления. Изяславу пришлось бежать, но затем благодаря польской помощи он вернул свой престол и расправился с зачинщиками бунта. Тем не менее союз между Ярославовичами был нарушен, начались междоусобные вой- ны, и в 1078 году Изяслав погиб в бою под Черниговым222. Правление киевского князя Всеволода (1078-1093) было временем постоянных половецких набегов. Половцы не стремились завоевать русские земли; они придерживались той тактики, которую позже ис- пользовали крымские татары: кочевники захватывали пленных с це- лью продажи на рынках портовых городов Крыма223. Летопись в тра- гических тонах описывает судьбу несчастных пленников: «Стражду- щие, печальные, измученные, стужей скованные, в голоде, жажде и беде, с осунувшимися лицами, почерневшими телами, в неведомой стране, с языком воспаленным, раздетые бродя и босые, с ногами, исколотыми тернием, со слезами отвечали они друг другу, говоря: „Я был из этого города44, а другой: „А я —из того села44»224. В 1092 году половецкое разорение и засуха привели к голоду и мору; в Киеве по- гибло по меньшей мере 7 тысяч человек225. Всеволод правил самовластно, не слушал совета старших бояр, но благоволил к младшей дружине. Ненавистники обвиняли его в «вымогательствах» и «грабежах»226 —по-видимому, в тяжелое вре- мя князь был вынужден отнимать богатства у знатных, чтобы попол- нить казну. Точно так же правил и его преемник Святополк (1093-1113). По свидетельству Киево-Печерского патерика, «много насилий делал людям Святополк, без вины искоренил до основания семьи многих знатных людей и имение у них отнял»227. Очевидно, политика конфи- скаций вызвала конфликт со знатью и, как следствие, репрессии про- тив непокорных. Игумен Киево-Печерского монастыря Иоанн обли- чал насилия и «ненасытство» Святополка—за что был заточен в тем- ницу в Турове228. Однако простой народ любил Святополка, и, когда тот во время войны с Владимиром Мономахом хотел бежать из Киева, киевляне уговорили князя остаться. В «варяжском» Новгороде отно- шение к самодержавию было иным—новгородцы отказались повино- ваться Святополку и не приняли наместником его сына229. 121
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Таким образом, мы видим здесь предсказанный теорией конфликт между монархом и знатью, в ходе которого монарх опирается на свою гвардию (у Святополка было семьсот отроков) и на простой народ — ситуация, близко напоминающая опричнину Ивана Грозного. Фоном для этого конфликта была бесконечная война с половцами, в кото- рой Святополк долгое время терпел поражения. Эта война осложня- лась соперничеством князей: враждебные Киеву черниговские кня- зья вступили в союз с половцами и постоянно призывали их на рус- ские земли. Лишь в 1097 году Святополку и Мономаху удалось на время прекратить распри и объединить русских князей в борьбе с набега- ми. В 1103 году всеобщее ополчение разгромило половцев на реке Су- тень; в битве погибло двадцать половецких ханов. В пп году русское войско прошло в глубь степей до Дона и разгромило половецкие ко- чевья; после этого набеги стали относительно редкими. Наступление тюрок было остановлено —но Русь понесла значи- тельные территориальные потери. Были утеряны хазарские завоева- ния Святослава, Белая Вежа и Тмуторокань. Разорению подверглись южные земли Киевщины; погибли все поселения в юго-восточной части страны северян230. Массы сельского населения передвигались на северо-восток, уходя из зоны набегов. Каким образом Руси удалось остановить тюркское нашествие? Очевидно, большую роль сыграло наличие развитой кузнечной тех- нологии: на Руси быстро переняли оружие противника и научи- лись делать сабли из сварной стали. Было освоено производство за- щитного вооружения, необходимого для сабельного боя, «броней» и остроконечных «шеломов». Конечно, русские сабли уступали хо- расанскому булату—но половцы в Причерноморье не могли получать значительное количество оружия из Хорасана; поэтому они были вы- нуждены пользоваться трофейным русским оружием —это было при- знание его хорошего качества. На Руси не только научились делать хорошие сабли —было налаже- но массовое производство оружия. Оружие лишилось украшений и ста- ло изготовляться серийно, при этом появились специализирован- ные мастерские по производству мечей, луков, шлемов, кольчуг, щи- тов231. Развернулся процесс массового вооружения горожан —того самого простонародья, которое просило у Изяслава оружие (и ко- торое князь не хотел, да и не мог дать в достаточном количестве). О результатах этого процесса писал И.Я.Фроянов, ссылаясь на «Ус- тав князя Всеволода Мстиславича» (1135 г.): «Если „робичичу", сыну свободного человека, прижитого от рабыни, даже из „мала живота...“ полагалось взять коня и доспех, то можно смело утверждать, что... 122
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ оружие являлось неотъемлемым признаком статуса свободного, не- зависимо от его социального ранга»232. Появление многочисленных и хорошо вооруженных городских ополчений позволило отразить нашествие половцев. Другим след- ствием этих военных преобразований стало изменение соотношения сил между горожанами и дружиной князя: князья лишились возмож- ности диктовать городу свою волю. В итоге горожане стали выбирать на вече князей. Первый прецедент такого рода случился после смер- ти Святополка, когда киевское вече избрало на престол Владимира Мономаха (1113-1125) — при этом между партиями, представлявшими разные социальные слои, произошло столкновение, и простонаро- дье погромило дворы киевских ростовщиков-евреев. Мономах испол- нил пожелания народа, отменил часть долгов и ограничил ростовщи- ческий процент. Политика Мономаха была антибоярской, как и по- литика Святополка: он вызвал новгородских бояр в Киев и заставил их присягнуть на верность, а строптивых бросил в темницу233. Кня- жение сына Мономаха, Мстислава (1125-1132), по выражению С. М. Со- ловьева было «совершенным подобием отцовского»234. Но после смерти Мстислава «кончилось спокойствие на Руси»235, начались усо- бицы, города стали изгонять одних князей и призывать других, за- ключая «ряд» с ними. Горожане сами выбирали посадников и тысяц- ких и постоянно вмешивались в княжеское управление236. В 1136 году вспыхнуло восстание в Новгороде, новгородцы от- странили от власти князя Всеволода Мстиславовича и пригласили на правление Святослава Ольговича. Таким образом «варяжский» Новгород установил порядок, тождественный исконному праву све- ев «taga ok vraka konongr»— права принимать и сгонять конунгов237. В. Я. Петрухин полагает, что как киевские, так и новгородские собы- тия были восстановлением древней традиции приглашения князей и заключения с ними «ряда»— традиции, на время прерванной ви- зантийским самовластием Владимира и Ярослава238. Новгород все- гда сопротивлялся этому самовластию и отстаивал свои скандинав- ские обычаи, поэтому восстановление «taga ok vraka konongr» озна- чало победу традиционалистской реакции — того процесса, который, в теории следует за социальным синтезом. Согласно теории, тради- ционалистская реакция — если она побеждает — приводит к распаду ксе- нократической империи на мелкие государства потомков завоевателей. Та- ким образом, заимствованное из Византии самодержавие было вы- нуждено отступить под напором варяжской традиции. Однако была и другая сторона этих процессов. Как отмечалось выше, в ходе «халдуновского» цикла обычно наблюдается разложе- 123
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ние асабии завоевателей, рост индивидуалистических настроений и потребительства. Новгородский летописец, вспоминая прошлое, писал, что древние князья «не собирали много имения... но если была правая вира, то брали и давали дружине на оружие. А дружи- на кормилась, воюя другие страны, и, сражаясь, говорила: „Братья, послужим своему князю и Русской земле!". Не говорили тогда: „Мало нам, князь, двухсот гривен". Они не возлагали на своих жен золотых обручей, а ходили их жены в серебряных и так преумножили зем- лю Русскую»239. К XII веку, как видно, многое изменилось: и князья, и дружинники стали искать собственную выгоду. Обычное развитие демографического цикла в ксенократических государствах подразумевает быстрый численный рост высших сосло- вий, которые начинают испытывать недостаток ресурсов. Начина- ется борьба за ресурсы, которая, с одной стороны, приводит к фео- дализации, а с другой стороны —к фракционированию элиты, созда- нию группировок и междоусобным столкновениям. Таким образом, далее нам необходимо проанализировать демографическую состав- ляющую происходивших процессов. 3.7. ПЕРВЫЙ ДЕМОГРАФИЧЕСКИЙ ЦИКЛ До X века развитие древнерусского общества определялось по боль- шей части влиянием внешних сил —набегающими с разных сторон культурными кругами и процессами социального синтеза. В X веке на- чинают проявлять свое действие мощные внутренние факторы. Рас- пространение железных орудий намного облегчило расчистку лесов под пашню, а появление удобной упряжи (хомута) сделало возмож- ным пахоту на лошадях. Эти фундаментальные инновации означа- ли «аграрную революцию», сделавшую возможным быстрое сельско- хозяйственное освоение огромных лесных пространств — и, соот- ветственно, быстрый рост населения. По данным археологических раскопок в центральных районах Смоленской области в IX-X веках насчитывалось 30 сельских поселений, в XI-XII веках их число воз- росло втрое, до 89 24°. В Черниговской земле, в районе Чернигова и Любеча, в IX-X веках существовало 6о поселений, в XI веке было основано еще 55, а в XII —начале XIII века—45 поселений. Оценивая эти данные, П. П. Толочко говорит о том, что в XII веке первоначаль- но быстрый рост населения стал замедляться, и объясняет это яв- ление относительным перенаселением, уходом избыточного населе- ния в города и в другие, менее населенные районы241. 124
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ Население уходило на свободные земли Северо-Восточной Руси, где в XI-XII веках развернулся бурный процесс колонизации. Между- речье Оки и Волги не подвергалось набегам кочевников, и здесь име- лись плодородные земли —своим плодородием в особенности сла- вилось владимирское ополье. Специалисты отмечают, что к XII веку значительные площади, покрытые прежде лесами, были превраще- ны в поля. В земле вятичей (долина Оки) в VIII-X веках существова- ло 30 поселений, в XI —середине XII века —83 поселения, а в период с середины XII —по середину XIII века—135 поселений. В московской земле в XI веке археологами зафиксировано только п славянских се- лищ, а в XII веке их число увеличилось до 129. К XIII столетию наи- более удобные земли были уже довольно плотно населены; в райо- нах Костромы, Углича, Кимр деревни отстояли друг от друга на рас- стояние 3-5 километров242. На Северо-Востоке появились крупные города —Суздаль, Ростов, Владимир. «Я всю Белую (Суздальскую — С. Н.) Русь городами и селами великими населил и многолюдной учи- нил...»,—говорил князь Андрей Боголюбский243. По оценке П.П.Толочко, численность населения Южной Руси в начале XIII века составляла около 6 млн. человек. Численность на- селения северных районов была примерно такой же, а общее коли- чество населения Руси оценивается примерно в 12 млн. 244 Для срав- нения отметим, что в 1678 году население России составляло около ю млн. человек, то есть (если верить этим оценкам) было меньше, чем во времена Киевской Руси245. Уже в IX-X веках рост населения и сведение лесов вызвали посте- пенный переход от подсечного земледелия к пашенному; коллектив- ный труд на расчистке подсек уступил место индивидуальному труду на семейных наделах; это, в свою очередь, привело к распаду родо- вой общины. Большие родовые курганы сменились индивидуальны- ми захоронениями, на смену большим родовым деревням пришли группы маленьких деревень и хуторов; община стала соседской, тер- риториальной246. По мнению ряда исследователей, разложение об- щины уже в этот период привело к становлению индивидуальной собственности на землю —во всяком случае, на Северо-Западе Руси247. В XI-XII веках рост населения сопровождался дальнейшим раз- ложением общины; в общине растет неравенство, с одной стороны, появляются мелкие вотчинники248, с другой стороны —вынужденные покинуть свои общины «изгои»249. Отсутствие письменных источни- ков, к сожалению, не позволяет судить о причинах этого процесса; можно только предположить, что он был вызван нарастающим ма- лоземельем и войнами. О разорении крестьян говорит распростра- !25
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I нение ростовщичества; многие бедняки становятся «закупами» и об- рабатывают в счет долга земли крупных собственников250. Появля- ется крупное землевладение; бояре становятся владельцами вотчин, земли которых обрабатывают рабы, «закупы» и смерды —по-видимо- му, из числа разорившихся общинников. Дружинники садят на землю часть рабов, которых прежде предназначали для продажи; уже в кон- це XI века многие из них имели свои укрепленные усадьбы-замки и села, населенные зависимыми крестьянами и рабами251. В те вре- мена работа рассматривалась как принудительный труд раба: слово «робити» означало одновременно «обращать в рабство» и «принуж- дать к рабской работе»252. «Русская правда» упоминает о рабах го- раздо чаще, чем о свободных крестьянах, «смердах»253—в хозяйствах знати и горожан работали в основном рабы. Особое место занимало княжеское землевладение; населенные рабами княжеские села упо- минаются уже в X веке, в XII веке встречаются описания княжеских имений с многими сотнями рабов и зависимых смердов254. Однако в целом крупных земельных владений было еще немного, основную часть населения составляли свободные общинники255. Среди всех поселений археологи выделяют укрепленные посе- ления, распространение которых связано не только с ростом насе- ления, но и с деятельностью государства по подчинению сельского племенного мира. По данным А. В. Кузы, из 862 укрепленных поселе- ний, о которых имеются соответствующие археологические сведе- ния, в IX —начале XI века существовало 181 поселение; в XI —начале XII века —321 поселение, и в середине XII —середине XIII веков — 758 поселений. Как отмечалось выше, основание Русского государства сопровождалось «окняжением» страны, строительством укреплен- ных поселений, где стояли гарнизоны сборщиков дани. Первона- чальным очагом «окняжения» было Среднее Поднепровье; в середи- не XII века этот процесс охватил юго-западные земли, бассейн Оки, верховья Днепра и Западной Двины256. Укрепленные поселения площадью свыше 2,5 га считаются города- ми. Из 74 городов, существовавших в начале XIII века, 30 появились в IX —начале XI века, а 44 существовали в XI -начале XII века. Увели- чивалось не только число городов, но и их размеры; с 1150-е по 1230-е годы защищенная валами территория возросла в Полоцке с 28 до 58 га, в Смоленске —с ю до юо га, в Чернигове —с 55 до 160 га, в Киеве — с 8о до 300 га. Владимир, новая столица Северо-Восточной Руси, имел площадь в 150 га257. Растут размеры каменного строительства, за чет- верть века, в 1188-1212 годах, на Руси было построено 55 каменных храмов, этот рекорд каменного строительства был превзойден толь- 126
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ ко два века спустя258. Население Киева, по оценкам исследователей, составляло 40-50 тысяч человек, 259 по численности населения он не уступал крупнейшим городам Западной Европы260. По свидетель- ству Титмара Мерзебургского, уже в XI веке в Киеве насчитывалось 400 церквей и 8 рынков; Адам Бременский называл Киев соперником Константинополя, «блестящим украшением Греции»261 —к тому вре- мени Русь настолько пропиталась греческой культурой, что европей- цы иной раз называли ее Грецией. В IX-X веках общая площадь всех русских городов (внутри укреп- лений) составляла 250-300 га, в XI-XII веках—около боо га, в XII —на- чале XIII века—более 2000 га. Поскольку внутри городских стен жили преимущественно представители элитных слоев общества (и их слу- ги), то этот рост является свидетельством огромного увеличения численности элиты. Рост элиты намного превосходил рост сельско- го населения: на Черниговщине число укрепленных поселений воз- росло в 5 раз, в то время как число деревень и сел —в 2,6 раза262. Прежде всего, возросла численность княжеских и боярских ро- дов. В 1093 году летопись отмечает 15 владетельных князей; в начале XIII века их было уже около ста. В период перед монгольским наше- ствием летописи упоминают 21 потомка киевского князя Святослава Ярославича, 24 потомка князя Всеволода Ярославича —и так далее. Киевская земля была поделена на ю княжеств, Муромо-Рязанская земля —на 13 княжеств. Возросла и численность боярской верхушки; бояре прежде составляли относительно узкую прослойку, теперь же в отдельных княжествах они числились сотнями —известно, что в Га- лицком княжестве было более полутысячи знатных бояр263. В обстановке междоусобных войн каждый князь был вынужден со- держать значительную дружину. По некоторым оценкам, в 1093 году на Руси было 7,5-12 тысяч дружинников264. С конца XI по начало XIII века число князей увеличилось в семь раз —и можно предпо- лагать, что общая численность дружин возросла ненамного мень- ше. Как отмечалось выше, слабые финансовые ресурсы княжеств не могли обеспечить это воинство, которое могло жить только вой- ной. Прежде дружины ходили за добычей в дальние заграничные походы —но с приходом половцев им пришлось перейти к обороне. Русские дружины стали терпеть поражения в битвах, путь для гра- бительских набегов был закрыт —и единственным способом прокор- мить дружину стала междоусобная война. К середине XI века Русская земля была уже не та, что двести лет назад, в эпоху варяжского завоевания. Русы окончательно ославяни- лись, и этнические различия превратились в социальные и сослов- 127
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ные. Многие потомки варягов обеднели, младшим сыновьям младших братьев не находилось места в дружине; они становились мелкими торговцами или ремесленниками, постепенно смешиваясь с прите- кавшим в города деревенским населением. Основную часть населения городских посадов теперь составляли ремесленники, которых князья презрительно называли «смердами» или «плотниками»265. Ремеслен- ники селились группами по сходству профессий и занимали целые районы, к примеру, Гончарский конец или Щитная улица в Новгоро- де, квартал Кожемяки в Киеве266. Раскопки кожевенных мастерских в Новгороде наглядно показывают, как вместе с ростом города росло ремесленное производство: в слоях с середины XI до конца XII века количество находок кожаной обуви возрастает в 5 раз267. В XII веке по-прежнему существовала резкая грань, которая раз- деляла города и сельское население, отделяла «мужей» от «смердов». Города оставались наследниками крепостей, некогда построенных завоевателями-русами; их население, ославянившиеся потомки ру- сов, не платило налогов, той дани, которая составляла удел смер- дов268. На городское вече допускались лишь жители городов, смер- дам там не было места269. С точки зрения горожан, смерды —это были бесправные данники, а при случае —военная добыча270. Характерно, что русское слово «гражданин» происходит от слова «горожанин»271 — крестьяне не имели гражданских прав. Князья поручали боярам осуществлять управление и собирать дань с отдельных волостей, при этом оставляя часть ее в свою поль- зу272. Как отмечалось ранее, новгородцы, еще при Ярославе добились резкого уменьшения отсылаемой в казну доли даней. Позднее в дого- ворных грамотах Новгорода с князьями появилось условие «а мужа без вины волости не лишать»273, то есть право на сбор дани стало по- жизненным. Это было характерное проявление процесса феодализа- ции — однако недостаток источников не позволяет более подробно проследить за протеканием этого процесса. Наряду с ремеслом важную роль в жизни городов продолжала иг- рать торговля —в особенности работорговля. Прорыв тюрок-полов- цев в Причерноморье стал серьезным препятствием для торговли с Византией; киевским князьям приходилось чуть ли не каждый год спускаться с дружиной по Днепру, чтобы проводить и встретить куп- цов-«гречников»; в середине XII века князь Мстислав Изяславович говорил о том, что половцы «пути отнимают»274. Впрочем, сами кня- зья, по-видимому, уже не участвовали в этой торговле: в XI-XII ве- ках дань собиралась не мехами, как прежде, а серебром275, походы на Царьград прекратились, и князья уже не заключали торговых 128
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ договоров с Византией. Сократились и объемы работорговли; по- сле принятия христианства начались затруднения с продажей рабов в Константинополе —там неохотно покупали людей своей веры, пра- вославных276. О резком уменьшении торговли говорит сокращение числа находок византийских монет в Среднем Поднепровье: число находок монет, отчеканенных в 1078-1181 годах, в 3,5 раза меньше, чем монет предшествующего столетия277. Сокращение торговли означало уменьшение ресурсов элиты—при том, что ее численность значительно возросла. Демографически- структурная теория утверждает, что падение доходов элиты вызыва- ет резкое усиление внутриэлитной конкуренции, борьбу за перерас- пределение ресурсов за счет уменьшения доли государства и народа, фракционирование элиты и столкновения различных группировок; в конечном счете эти процессы могут вызвать структурный кризис. Мы наблюдаем на Руси все эти явления: борьбу между боярами и го- сударством (то есть князьями), порабощение какой-то части насе- ления и создание рабовладельческих хозяйств, появление местных боярских группировок: бояре каждого города стремились самостоя- тельно собирать дань и при случае захватывать рабов во владениях другого города. Это привело к вспышке междоусобных войн. Войны между князьями и городами велись за захват добычи —прежде всего, полона. «Усобицы князей вовсе не были случайным последствием их драчливости,—писал М. Н. Покровский, —на полоне держалась вся торговля»278. Под 1149 годом летопись говорит о взятии князем Изя- славом Мстиславовичем 7 тысяч пленных, а в ибо году Изяслав Давы- дович, воюя в Смоленской области, взял ю тысяч пленных. Во время войны с Новгородом, в 1169 году, суздальцы «села вся взяша и пожго- ша и люди по селам исекоша, а жены и дети, именья и скот пойма- ша»279. После поражения суздальцев, их, в свою очередь, продавали в Новгороде по 2 ногаты за человека—то есть дешевле овцы280. Враждующие князья часто звали в союзники половцев, которые грабили и жгли села, уничтожали или уводили в полон население. В 1135-1139 годах черниговский князь Всеволод Ольгович трижды во- дил половцев на Киев и Переяславль; при этом кочевники грабили всех подряд, в том числе и черниговцев. В конце концов черниговцы встали против своего князя, заявив ему: «Ты надеешся бежать в по- ловце, а волость свою погубиши»281. С 1148 года в борьбу вмешался суздальский князь Юрий Долгорукий, который восемь раз приводил половцев на южные княжества —и каждый раз они собирали боль- шой полон282. Усобицы и половецкие набеги привели к запустению Черниговской земли, где в городах жили только «псари да половцы». 129
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I За 50 лет, в 1150-1200 годах, в Киеве 30 раз менялись князья. Ключе- вым событием в этой серии войн было взятие Киева в 1169 году вой- сками Андрея Боголюбского; древняя столица Руси была разграбле- на, а жители уведены в плен283. В конце концов половецкие орды возродили традицию ходить за добычей на Русь; захват полона стал для них способом существо- вания. Половецкие «вежи» были наполнены русскими рабами, на- ложницами-«чагами» и слугами-«колодниками»284. Толпы славянских пленников гнали в Крым, где вырос большой работорговый порт, Су- дак. «Это город кипчаков,— свидетельствует Ибн-ал Асир, —из кото- рого они получают свои товары... на них покупаются девушки и не- вольники, буртасские меха... и другие предметы»285. Из Судака рабов везли в порты Средиземноморья; Вениамин Тудельский рассказывал о продаже славянских девушек в далекой Александрии286. Помимо Су- дака, другим работорговым центром был оживший после упадка пре- дыдущих времен Булгар; торговля рабами процветала и в половец- ком Саксине на нижней Волге287. Психологическую атмосферу эпохи междоусобиц хорошо пере- дает послание Серапиона Владимирского: «Даже язычники, божье- го слова не знающие, не убивают единоверцев своих... мы же счита- ем себя православными... и неправды всегда преисполнены и зави- сти и немилосердия: братий своих мы грабим и убиваем, язычникам их продаем...»288 Структурный кризис, обеднение элиты и междоусобные вой- ны отразились на динамике каменного строительства (рис.3.3). В 1163-1187 гг. мы наблюдаем значительное (примерно в два раза) со- кращение строительства в южных, западных и северо-восточных об- ластях, в то время как в Новгороде, менее зависевшем от днепров- ских и волжских торговых путей, наоборот, имело место увеличение строительной активности. Структурный кризис 6о-8о-х годов XII века не привел к общему экосоциальному кризису: несмотря на потери, площадь Киева и Чер- нигова в 1150-1230 гг. значительно увеличилась. Число сельских по- селений в XII веке также увеличилось, в особенности, на Северо- Востоке, где продолжался бурный процесс земледельческой коло- низации. Как видно из данных о динамике строительства, в конце XII века временный упадок сменился подъемом. Однако дезинтегра- ция некогда мощного государства имела губительные политические последствия. К 1230-м годам Русь была поделена едва ли не на сотню мелких княжеств, которые не могли противостоять не только монго- лам, но и наступавшим с запада намного более слабым литовцам290. 13°
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ 30 - 25 - 20 - *5 - ю - 5 ’ о -- Киев, Чернигов, Переяславль Суздаль и Рязань Новгород Смоленск и Полоцк 1138-1162 1163-1187 1188-1212 1213-1237 рис. 3.3. Динамика монументального строительства в отдельных городах Руси (количество построенных зданий по четвертям столетия)289. 3.8. ВИЗАНТИЙСКАЯ ТРАДИЦИЯ НА СЕВЕРО-ВОСТОКЕ РУСИ Структурный кризис привел к упадку византийской монархической традиции в Южной Руси, но она нашла убежище на колонизируемом Северо-Востоке. Боярская элита на Северо-Востоке была немного- численна и слаба, здесь было лишь два старых вечевых города, Ро- стов и Суздаль, поэтому здесь не могло наблюдаться таких проявле- ний традиционализма, как в «варяжском» Новгороде, и столь же- сткой конкуренции между боярскими группировками, как на Юге. После распада Киевского княжества при Ярополке (1132-1139) Севе- ро-Восток достался сыну Владимира Мономаха Юрию Долгорукому, который во время междоусобной войны в 1154 году овладел Киевом. Сын Юрия Андрей после смерти отца не стал бороться за Киев, а, взяв с собой самую большую святыню Руси, знаменитую икону Божь- ей матери, вернулся на свою родину. В «Сказании о чудесах иконы Владимирской Божьей матери» это перенесение святыни рассмат- ривалось как перенос Божественной благодати из Киева на новую волость291—что можно трактовать как символический акт перемеще- ния византийской религиозной и монархической традиции на Севе- ро-Восточную Русь. Первым делом князя Андрея Боголюбского (ngy-n^) было изгна- ние старших бояр своего отца, которые пытались вмешаться в управ- ление. «Се же створи, хотя самовластец быти всей Суздальской зем- iS1
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ли», —говорит летопись292. Следуя примеру боровшихся со знатью древних монархов, Андрей Боголюбский построил новую столи- цу-город, где не было старой знати. Этой столицей стал Владимир на Клязьме; здесь, на далекой окраине Руси, Андрей Боголюбский пытался копировать Киев и Константинополь; он воздвиг Золотые Ворота и Успенский собор, который превзошел своими размерами киевскую Святую Софию293. Князь Андрей во многом подражал ры- царственному императору Мануилу Комнину; так же, как Мануил, он по-рыцарски сражался в первых рядах, и вооружение князя —кава- лерийское копье и латы —это было рыцарское вооружение, введен- ное в византийской армии Мануилом294. Одержав i августа 1164 года большую победу над болгарами, Андрей Боголюбский ввел праздник Спаса—по примеру Мануила, назначившего такой же праздник после победы над сарацинами295. Не вполне ясно, как при жизни титуло- вался князь Андрей —но «Сказание о чудесах...» именует его «князем всея Руси» и «царем»296. Характерно, что, говоря о князе Андрее, ле- тописец цитирует одного из основоположников доктрины самодер- жавия, законоведа VI века Агапита: «Природой земной царь подобен любому человеку, но властию сана он выше —как бог»297. Это уподоб- ление царя богу появляется на Руси впервые и говорит о глубине ви- зантийского влияния на русское общество. Андрей Боголюбский не только строил церкви, но и пытался за- вести своего митрополита, владыку Федора. Однако киевские иерар- хи обвинили Федора в ереси и подвергли его жестокой казни —тогда князь Андрей послал своего сына Мстислава «взять на шит Киев». Победители разграбили церкви и увезли во Владимир «вей книги и ризы». Увели также и мастеров, строителей и ювелиров, которые позже украшали владимирские соборы298. По-видимому, это разграбление Киева должно было подтвердить утрату «благодати» падшей столицей и перенесение ее во Владимир. В то же время это был страшный удар по киевскому боярству, долгое время бывшему источником смуты. Согласно теории, устранить дис- пропорцию между имеющимися ресурсами и потребностями элиты можно было либо путем закрепощения крестьян, либо путем сокраще- ния численности элиты в междоусобных войнах. По аналогии со Сто- летней войной во Франции и «войной роз» в Англии можно предпо- ложить, что сокращение численности элиты было одной из главных причин постепенного затухания междоусобиц в конце XII века. Подобно Всеволоду и Святополку Андрей Боголюбский управлял с помощью своей младшей дружины, «отроков» и «дворовых людей», «дворян». Князь до такой степени не доверял боярам, что запретил им 132
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ сопровождать себя на охоте. Противостояние дошло до того, что боя- ре перестали участвовать в походах князя. В конечном счете группа бояр организовала заговор, и Андрей Боголюбский был убит в своем дворце —это было первая на Руси расправа знати над своим царем299. После убийства Андрея Боголюбского бояре поставили князь- ями двух его слабых племянников. «Старшие города Ростов и Суз- даль и все бояре хотели свою правду поставить, не хотели сотворить правды Божьей», — говорит летопись300. Но «меньшие люди влади- мирские» присягнули законному наследнику, брату Андрея, Михаи- лу, а потом, после смерти Михаила, другому брату, Всеволоду. «Мень- шие люди», городское простонародье, представляло собой новую политическую силу, которая уже проявляла себя противовесом боя- рам в Киеве и Новгороде. При этом в результате всеобщего воору- жения Руси эти «холопы-каменщики», как их называли бояре, име- ли оружие. Битва на Юрьевском поле (1177 г.) закончилась разгромом боярских дружин; часть бояр была перебита, другие взяты в плен, победители взяли боярские села, коней, скот. Боярская партия на- долго сошла с политической сцены; князь Всеволод Большое Гнез- до (1177-1212) стал таким же «самовластцем» Владимиро-Суздальской земли, каким был его брат Андрей Боголюбский301. Таким образом, ко времени монгольского нашествия на Северо-Во- стоке Руси еще удерживалась византийская традиция, принесенная на Русь Владимиром Святым. На Северо-Западе, напротив, с победой традиционалистской реакции восторжествовали варяжские тради- ции Новгорода Великого. В Южной Руси существовал еще один центр византийской традиции —Галицкая Русь, но монгольское нашествие отделило эти территории от Великороссии, и их история, также как история опустошенной монголами Киевщины, уже не имела сущест- венного значения для становления будущего Московского царства. 3.9. ЭКОСОЦИАЛЬНЫЙ КРИЗИС Источники содержат сравнительно мало данных об экономическом развитии в домонгольский период. В «Русской правде», помещен- ной в новгородской летописи под 1016 годом, указаны некоторые цены, например, цена лошади —1,2 гривны, вола—1 гривна, коровы — о,8 гривны, барана —1 ногата (V20 гривны)302. Об уровне заработной платы в Киеве говорит то обстоятельство, что Ярослав Мудрый на- шел работников для строительства Святой Софии, лишь предложив платить по ногате в день. На одну ногату тогда можно было купить *33
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I барана—так или иначе, это была щедрая плата; уровень жизни в Кие- ве был очень высоким. Цены первой половины XII века приводятся в карамзинском списке «Русской правды», в это время лошадь стоит 3 гривны, корова—2 грив- ны, овца—6 ногат, баран—ю резан (резана—У50 гривны)303. В среднем цены возросли в 3 раза, причем этот рост не мог быть следствием па- дения стоимости серебра: как отмечалось выше, приток арабского се- ребра прекращается в конце X века, и в XI веке отмечается острая не- хватка монеты. «Русская правда» содержит и указание на уровень зара- ботной платы: «жинка» (батрачка) зарабатывала за лето одну гривну304. Исходя из сложившихся соотношений между платой за лето и поден- ной платой, а также между оплатой труда мужчин и женщин, можно за- ключить, что поденная плата батрака-мужчины равнялась Уг ногаты305. Считается, что данные карамзинского списка относятся к Новгород- чине306, и, таким образом, приходится сделать вывод, что в первой по- ловине XII века уровень реальной заработной платы в Новгородской земле был в несколько раз ниже, чем за столетие назад в Киеве. Здесь необходимо отметить существование значительных порай- онных различий в уровне жизни и динамике экономического раз- вития. Одна из берестяных грамот начала XII века содержит пись- мо новгородца, отправленное из Смоленска. Сын пишет родителям, предлагая приехать к нему в Смоленск или прямо в Киев, куда он дер- жит путь, и где «дешев хлеб»307. Киевщина была изобильным кра- ем, и киевские летописи после правления Святополка ни разу не го- ворят о голоде или дороговизне308. Между тем в Новгороде первый голод отмечают уже в 1128 году: кадь ржи стоила 8 гривен, люди ели кору и листья, на улицах лежали трупы. Однако затем голод не упо- минается до конца столетия; летописец сообщает лишь о годах хлеб- ной дороговизны: в 1170 году из-за войны прекратился подвоз хлеба из Суздалыцины, и кадь ржи стоила 4 гривны; чтобы закончить эту войну, новгородцы заменили своего князя на суздальского ставленни- ка309. В п88 году кадь стоила 6 гривен, то есть в пять раз больше, чем в 1137 году; при этом летопись не говорит о неурожае; летописец лишь радуется, что дороговизна не вызвала волнений310. Имеются сведе- ния и о росте цен на другие товары: относящаяся к этому периоду бе- рестяная грамота говорит о покупке коровы за 3 (или даже за 8) гри- вен311. Рост цен был вызван ростом населения Новгорода; в середине XII —начале XIII века город увеличивается в размерах, рядом со ста- рыми кварталами появляется «окольный город», который опоясы- вают новые городские стены. Площадь внутри этих стен составляет 2оо гектар, и специалисты оценивают население Новгорода в 30-35 134
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ тысяч человек312. В то же время на селе сложилась иная ситуация: по имеющимся данным, население долины реки Ловати не только не возросло, но даже уменьшилось313. Это обстоятельство, по-види- мому, объясняется «выпахиванием» земли при примитивном пашен- ном земледелии; вековые леса были в основном сведены, подсечное земледелие стало невозможным, а урожай на пашне не превосходил сам-4 —в несколько раз меньше, чем на подсеке или на перелоге314. Урожаи падали, и постепенно нарастала нехватка продовольствия; купцы привозили зерно в Новгород из Смоленска, Полоцка, Суздаля и даже «из-за моря»315. К этому времени относится обострение соци- альной розни: в 1207 году новгородцы поднялись на посадника Дмит- ра и близких к нему бояр, разграбили их дворы, отняли и распрода- ли села и челядь, а деньги поделили, так что досталось по 3 гривны «всему городу»316. В 1215 году неурожай и прекращение подвоза хле- ба с Суздалыцины привели к большому голоду: кадь ржи продавалась по ю гривен, люди ели сосновую кору и мох, трупы лежали на улицах, население бежало из города317. С этого времени голодные годы по- вторяются с устрашающей регулярностью. Под 1224 годом Псковская летопись говорит о «великом гладе»318. В 1228 году зерно вздорожало до з гривен за кадь; все лето шли дожди; архиепископ Арсений пытал- ся остановить беду «ночным бдением и молитвами», но не смог —то- гда новгородцы свели его с «владычена двора». Затем гнев вече обра- тился на тысяцкого, его родню и причастных к власти бояр; их дво- ры были разграблены голодающим простонародьем; князь Ярослав Всеволодович уехал из города, а на княжение пригласили князя Ми- хаила из Чернигова. Михаил Черниговский призвал смердов, бежав- ших от голода, вернуться в свои погосты и обещал им освобожде- ние от дани на пять лет; характерно, что это было первое со времен Владимира Мономаха упоминание в летописи о попытке облегчить участь смердов; кризис заставлял идти на уступки низшим классам 319. Однако голод 1228-1229 годов был лишь предвестником катастро- фы, наступившей в 1230 году. «Изби мразъ на Въздвижение честьна- го хреста обилье по волости нашей,— повествует летописец, —и от- толь горе уставися велико: почахомъ купити хлъбъ по 8 кунъ, а ржи кадь по 20 гривенъ... И разидеся градъ нашь и волость наша, и пол- ни быша чюжии гради и страны братье нашей и сестръ, а останъкъ почаша мерети. И кто не просльзиться о семь, видяще мьртвьця по уличамъ лежаща, и младънця от пьсъ изедаемы»320. Отцы и мате- ри отдавали детей за хлеб; люди ели трупы и падаль, началось людо- едство, на улицах нападали на прохожих. Вспыхнули голодные бун- ты, князь с посадником бежали в Торжок, дворы посадника и многих х35
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I бояр были разграблены, а их богатства поделили между голодающи- ми. Вместе с голодом пришел страшный мор. Архиепископ поста- вил скудельницу, и вскоре в нее собрали 3300 трупов, пришлось по- ставить вторую скудельницу, куда положили 3500 тел, затем поста- вили третью321. По летописи церкви Двенадцати апостолов в одной из братских могил было погребено 33 тысячи трупов, а «всего в Нов- городе померло народу» 48 тысяч человек322 —вероятно, не только новгородцев, но и голодающих, пришедших из деревень. Голод охва- тил и Смоленщину, в Смоленске умерло по меньшей мере 32 тысячи человек323. Как оценить масштабы этой катастрофы? Если в Новгороде про- живало 30-35 тысяч, а в трех скудельницах было захоронено ю ты- сяч умерших, то погибла примерно треть населения (однако лето- пись Десятинной церкви говорит, что жертв было больше). После катастрофы в Новгороде наступило время упадка, число берестя- ных грамот, найденных в раскопах, сокращается вдвое, число нахо- док обуви —на треть324. Намного, иногда более чем вдвое, сокращает- ся количество других находок—пряслиц, стеклянных бус, браслетов, янтаря, металлических изделий. Количество каменных зданий, по- строенных в 1213-1237 гг. сократилось по сравнению с предшествую- щей четвертью столетия в Новгороде в 2,5 раза, в Смоленске и По- лоцке—в 4 раза. В последующую четверть века во всех этих городах вообще не строили каменных зданий325. На Смоленщине во второй половине XIII века запустело 45 из 99 известных археологам поселе- ний326. Ни Смоленщина, ни Новгородчина не были затронуты мон- гольским нашествием, и эти цифры являются свидетельствами ката- строфы другого рода — демографической катастрофы, которая произо- шла до нашествия. Десятилетия перед монгольским нашествием были тяжелыми и для южной Руси. В 1203 году Киев был второй раз разграблен вой- сками князей, которые на этот раз привели с собой половцев. После этого разгрома Киев и вся Юго-Восточная Русь долгое время пережи- вали упадок, масштабы каменного строительства в этих областях со- кратились в 2,5 раза (см. рис. 3.3). В отличие от Новгорода и Киева Северо-Восточная Русь не испы- тывала кризиса, здесь было много свободных земель, и данные о ка- менном строительстве говорят о стабильном экономическом раз- витии этого региона (рис. 3.3). Однако именно на эти области при- шелся первый страшный удар Орды. Из 74 русских городов 49 были разорены монголами, 14 из них так и не поднялись из пепла, а 15 пре- вратились в села. Монгольское нашествие отличалось от других на- 136
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ шествий тем, что завоеватели проводили целенаправленную поли- тику геноцида. В Московской земле погибло % всех селений, в земле вятичей — 9/ю327. Папский посол Гильом Рубрук писал, что «тата- ры произвели великое избиение в земле Руссии, разрушили горо- да и крепости и убили людей, осадили Киев, который был столицей Руссии, и после долгой осады они заняли его и убили жителей го- рода; отсюда, когда мы ехали через их землю, мы находили бесчис- ленные головы и кости мертвых людей, лежавшие в поле, ибо этот город был весьма большой и очень многолюдный, а теперь он све- ден почти ни на что: едва существуют там двести домов...»328 В Кие- ве прежде было около 50 тысяч жителей, после нашествия уцелело 2оо домов и, может быть, тысяча обитателей. Киевское летописание прервалось, в Южной Руси начались «темные века», развитие оказа- лось отброшенным на триста или четыреста лет назад. 3.10. ВЫВОДЫ Переходя к анализу социально-экономической истории Киевской Руси, необходимо отметить, что эта история начинается с норманн- ского завоевания и социального синтеза норманнских и славяно-ха- зарских традиций. Диффузионистская теория объясняет волну нор- маннских завоеваний появлением фундаментальной военной ин- новации, дракара. Как это обычно бывает, в результате социального синтеза завоеватели приняли язык местного населения и преврати- лись в военное сословие нового государства; это сословие называ- лось русью, русы жили в построенных ими городах-крепостях и со- бирали дань с местного населению. Русь переняла многие традиции Хазарского каганата, и в частности, систему сбора дани мехами с по- следующей ее реализацией на зарубежных рынках. В дальнейшем за- воеватели добавили к этой системе работорговлю; они ходили в на- беги на дальние, еще непокоренные славянские племена, захватыва- ли пленных и снаряжали торговые экспедиции по реализации рабов и мехов в Константинополь и в Булгар. В то же время для подчинившихся руси славянских племен господ- ство завоевателей было не слишком обременительным: установлен- ная русами дань была невелика, и они почти не вмешивались в жизнь славянских общин —главным образом потому, что созданное русами государство было слабым и не имело развитых механизмов эксплуа- тации покоренного населения. Существенно также и то, что нор- маннская диффузионная волна принесла с собой развитую метал- лу
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I лургию железа; появившиеся в изобилии железные орудия намного облегчили расчистку лесов. Вместе с распространением новой ло- шадиной упряжи это позволило перейти от подсечного земледелия к пахотному и обусловило быстрый рост населения. В X веке волна завоеваний норманнов и русов столкнулась с другой завоевательной волной, вызванной распространением тяжелой кава- лерии. Главной «кавалерийской» державой в то время была Визан- тийская империя, и могущество Византии породило процесс транс- формации по византийскому образцу, который охватил многие стра- ны Восточной Европы—в том числе и Киевскую Русь. Трансформация по византийскому образцу принесла на Русь православную греческую культуру и элементы монархической традиции. Русские князья под- ражали византийским императорам и пытались регулировать отно- шения между сословиями в соответствии с христианскими идеалами социальной справедливости. Однако попытки установления самодер- жавия вызвали традиционалистскую реакцию—прежде всего в привер- женном варяжским традициям Новгороде. Другим характерным про- цессом была феодализация—стремление бояр «приватизировать» сбор дани в волостях. Параллельно этим процессам, описываемым в рам- ках диффузионистской теории, работали механизмы демографическо- го цикла. Быстрый численный рост военно-торгового сословия в со- четании с сокращением работорговли вызвал оскудение элиты и ее стремление увеличить свои ресурсы за счет государства и народа. В со- ответствии с демографически-структурной теорией, началось фрак- ционирование элиты, проявившееся, прежде всего, в стремлении от- дельных городских общин самостоятельно собирать дань с окрестных территорий и при случае захватывать пленников в чужих землях. В се- редине XII века этот процесс привел к распаду Киевской Руси на удель- ные княжества, к установлению вечевых порядков и к междоусобным войнам—к продолжительному структурному кризису. Однако в отдельных регионах, в частности, на Северо-Востоке Руси, удержались византийские традиции предшествовавшего пе- риода. В колонизируемых областях Северо-Востока боярство было слабым, и монархия смогла опереться на низшие слои городского со- словия; в итоге бояре здесь потерпели поражение и надолго сошли с политической сцены. В то время как на Северо-Востоке не было недостатка в земле, на Новгородчине к середине XII века ресурсы развития сельского хозяйства были уже исчерпаны. Таким образом, в северных областях мы наблюдаем ситуацию, характерную для классического демогра- фического цикла. 138
ГЛАВА III.КИЕВСКАЯ РУСЬ Первая фаза демографического цикла, период внутренней колони- зации, характеризуется такими признаками, как относительно высо- кий уровень потребления основной массы населения, рост населе- ния, рост посевных площадей, строительство новых поселений, низ- кие цены на хлеб, низкие цены на землю, дороговизна рабочей силы, незначительное развитие помещичьего землевладения, аренды и ро- стовщичества, ограниченное развитие городов и ремесел. Эти при- знаки характерны для Юга Руси в течение всего домонгольского пе- риода, но на Новгородчине —только до середины XII века. После се- редины XII века на севере Руси начинается Сжатие, мы наблюдаем приостановку роста населения, частые сообщения о голоде и сти- хийных бедствиях, разорение крестьян-собственников, рост крупно- го землевладения, рост ростовщичества, распространение долгово- го рабства, уход разоренных крестьян в города, рост городов, бурное развитие ремесел и торговли, высокие цены на хлеб, голодные бун- ты и восстания. Наконец, в 1207-1230 годах в Новгородской земле на- блюдаются характерные признаки экосоциалъного кризиса', голод, эпи- демии, восстания, гибель больших масс населения, принимающая характер демографической катастрофы, упадок ремесла и торговли, высокие цены на хлеб, низкие цены на землю, гибель значительного числа крупных собственников и перераспределение собственности. Наличие этих характерных признаков позволяет утверждать, что социально-экономическое развитие северных областей Руси проте- кало в рамках классического демографического цикла. На Юге де- мографический цикл прошел лишь первую фазу и был прерван мон- гольским нашествием.
ГЛАВА IV РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ 4.1. МОНГОЛЬСКИЕ КОМПОНЕНТЫ Переходя к рассмотрению волны монгольских завоеваний, необхо- димо прежде всего установить ее причины, указать на то фундамен- тальное открытие, которое играло в этом определяющую роль. Нет сомнения, что монголы обладали военным превосходством над сво- ими противниками, но каковы были масштабы этого превосходства? Могли ли русские дружины противостоять монголам—даже если они были бы собраны в одну армию? Приведем один пример. В сентяб- ре 1211 года монголы встретились в битве у крепости Хуйхэпху с ар- мией могущественной китайской империи Цзинь. Это была регу- лярная армия, состоявшая из профессиональных воинов-латников, которые использовали тактику таранных атак. По китайским источ- никам, численность цзиньской армии составляла около 400 тысяч солдат — это были лучшие войска, собранные со всей огромной им- перии1. Монголов было не более юо тысяч —тем не менее цзиньская армия была наголову разбита и практически уничтожена. «Пошло та- кое истребление, что кости трещали, словно сухие сучья», —говорит «Сокровенное сказание»2. Военное превосходство монголов было колоссальным —но в чем оно заключалось? Историки по-разному объясняют причины мон- гольских побед; одни говорят о талантах монгольских полководцев, о маневренной тактике, другие —о жесткой дисциплине, о четкой военной организации. Однако известно, что монголы заимствова- ли свою тактику и организацию у Цзинь и побежденной ею империи Ляо3, что в сотнях битв на протяжении XIII века монголами коман- довали разные (и не всегда талантливые) полководцы — тем не ме- нее они почти всегда побеждали. Так в чем же заключалась причи- на этих побед? Ответ на этот вопрос был одной из задач посольства, направленного римским папой ко двору монгольского хана. Возглав- 140
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ лявший это посольство ученый монах Плано Карпини оставил по- дробное описание оружия и тактики монголов. «Оружие же все по меньшей мере должны иметь такое,—писал Плано Карпини,—два или три лука, или по меньшей мере один хоро- ший, и три больших колчана, полных стрелами, один топор и верев- ки, чтобы тянуть орудия. Богатые же имеют мечи, острые в конце, режущие только с одной стороны и несколько кривые... Некоторые имеют латы... Железные наконечники стрел весьма остры и режут с обеих сторон наподобие обоюдоострого меча... Надо знать, что всякий раз, как они завидят врагов, они идут на них, и каждый бро- сает в своих противников три или четыре стрелы; и если они видят, что не могут их победить, то отступают вспять к своим; и они это де- лают ради обмана, чтобы враги преследовали их до тех мест, где они устроили засаду...» Плано Карпини акцентирует внимание на стрел- ковом вооружении и стрелковой тактике монголов: «...Надо знать, что если можно обойтись иначе, они неохотно вступают в бой, но ранят или убивают людей и лошадей стрелами, а когда люди и ло- шади ослаблены стрелами, тогда они вступают с ними в бой». В за- ключение посол дает рекомендации о том, как противостоять тата- рам: нужно иметь хорошие луки и закаливать стрелы, как это дела- ют монголы, а чтобы уберечься от монгольских стрел, нужно иметь двойные латы4. Свидетельства многочисленных источников сходятся на том, что монголы уклонялись от ближнего боя, что они были сильны главным образом в стрелковом бою. Монголы были прекрасными лучниками, они выпускали тучи стрел, которые летели дальше, чем у других на- родов, и ударяли с такой силой, что убивали лошадей и пробивали доспехи всадников. Монголы обладали необычно мощными луками, которые к тому же позволяли поддерживать высокий темп стрель- бы—такой вывод следует из свидетельств современников5. Этот вывод поддерживается свидетельствами археологов, кото- рые говорят о появлении в XI-XII веках лука нового, «монгольско- го» типа6. Он отличался от гуннского лука тем, что имел не боковые, а одну фронтальную костяную накладку, игравшую принципиально иную роль: она не лишала участок кибити упругости, а наоборот, уве- личивала упругость, добавляя к рефлекторному усилию деревянной основы усилие расположенной по центру лука костяной пластины7. При небольших размерах (около 120 см) монгольский лук обладал огромной мощью: по данным китайских источников, сила натяже- ния монгольского лука составляла не менее го доу (66 кг)8. X. Мар- тин определяет силу монгольских луков в 166 фунтов (75 кг) и отмеча- 141
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ет, что они не уступали знаменитым английским лукам, погубившим французское рыцарство в битвах при Креси и Пуатье9. Ю. Чамберс оценивает силу монгольских луков в 46-73 кг, а английских—в 34 кг10. После английских луков самыми мощными луками в Европе были венгерские; это были луки гуннского типа, и их натяжение оценива- ется специалистами в 32 кг; напомним, что эти луки противостояли монгольским в битве при Шайо, которая закончилась страшным раз- громом венгров11. Луки среднеазиатских тюрок X века также были гуннского типа с максимальным натяжением в юо ратлей (32 кг)12. Небольшие размеры монгольского лука делали его удобным для конного лучника; это позволяло точнее прицеливаться и вести стрельбу в высоком темпе —до 10-12 выстрелов в минуту. Ю. С. Худя- ков сравнивает военный эффект появления монгольского лука с эф- фектом другого фундаментального открытия — появления автома- тического оружия в XX веке. Скорострельность монгольского лука имела не меньшее значение, чем его мощность, она позволяла мон- гольским воинам сокращать дистанцию боя, давала им уверенность в том, что противник не устоит перед «ливнем стрел»13. Новому луку соответствовал новый тип стрел. Наряду с обычны- ми наконечниками у монголов довольно часто встречались огром- ные наконечники длиной до 15 см, шириной пера в 5 см и весом до 40 граммов. При обычном соотношении веса наконечника и стрелы (1:5, 1:7), стрела с таким наконечником должна была весить 200-280 грам- мов. Тяжелые стрелы были еще одним свидетельством мощи мон- гольского лука; они обладали огромной убойной силой и предназна- чались для поражения лошадей14. Согласно Ю. Чамберсу, дальность стрельбы из монгольского лука достигала 320 метров, а дальность английского лука —230 метров15. Впрочем, В. Патерсон подчеркивал, что реальное преимущество бо- лее мощного лука состоит не в его дальнобойности, а в том, что он позволяет использовать более мощную стрелу, позволяющую проби- вать доспехи16. По мощи лук не уступал аркебузам, а по скорострель- ности намного превосходил их—однако научиться стрелять из лука было намного сложнее, чем научиться стрелять из аркебузы. Совре- менные спортивные луки имеют силу натяжения «всего лишь» 23 кг, но стрельба из них требует хорошей физической подготовки, и даже спортсмену непросто выпустить за день соревнований около сотни стрел17. Луки монгольского типа требовали необычайно сильных рук: император Фридрих II особо отмечал, что у монголов «руки сильнее, чем у других людей», потому что они постоянно пользуются луком18. Плано Карпини свидетельствует, что монголы с трехлетнего возрас- 142
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ та учили своих детей стрелять из лука, постепенно увеличивая его размеры19. Таким образом они наращивали мускулатуру рук и отра- батывали механизм стрельбы на уровне условных рефлексов. Вои- нам других народов было чрезвычайно трудно, а иногда и невозмож- но, научиться хорошо стрелять из монгольского лука—даже если бы он достался им в качестве трофея. Писавший в XV веке арабский ав- тор наставления по стрельбе из лука отмечал, что в его время (спустя столетие после падения монгольского владычества в Персии) мно- гие секреты стрельбы были уже утеряны20. Еще сложнее было наладить производство луков монгольского типа. Изготовление сложносоставных луков требовало большого ма- стерства. Слои дерева, костяные накладки и сухожилия склеивали под сильным прессом, после чего лук подвергался длительной про- сушке, иногда в течение нескольких лет. Окончание изготовления лука сопровождалось специальными церемониями. Мастера по изго- товлению луков пользовались большим уважением, и даже великий хан оказывал им почести. Высоко ценя (и даже почитая) свои луки, монголы, естественно, стремились уберечь их от непогоды; для это- го использовалось налучье, которое вместе с колчаном называлось «сагайдак»21. Новое оружие требовало применения тактики, которая обеспе- чила бы использование всех его преимуществ. Как отмечалось выше, это была тактика уклонения от ближнего боя, обстрел противника из луков, который мог продолжаться несколько дней. Полное пре- обладание у монголов стрелковой тактики еще более оттеняется тем обстоятельством, что, по свидетельству Плано Карпини, лишь бога- тые воины имели мечи или сабли. Сабля была оружием противников монголов, тюрок, и со временем она распространилась среди мон- голов, но это распространение было довольно медленным. Археоло- ги отмечают, что сабли были обнаружены лишь в двух (самых бога- тых) среднеазиатских захоронениях XIH-XIV веков, а на Саяно-Ал- тае их вовсе не найдено22. У подавляющего большинства монгольских воинов не было желез- ных доспехов. При раскопках в Монголии было обнаружено очень малое число бронебойных стрел, и это дает специалистам основа- ние утверждать, что монгольское войско составляли в подавляющем большинстве легковооруженные лучники. Это особенно контрасти- рует с тяжелым вооружением главных противников монголов —вои- нов Цзинь (чжурчжэней), и, прежних, домонгольских, властителей степей, киданей23. По-видимому, в данном случае имел место созна- тельный отказ части воинов от тяжелого вооружения, который объ- ЦЗ
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ясняется тем, что тогдашние доспехи все равно не могли защитить от стрел, выпущенных из монгольского лука. Эффект появления но- вого лука был таким же, как эффект появления огнестрельного ору- жия: он заставил большинство воинов снять доспехи24. Как отмечалось выше, главным доказательством фундаменталь- ного характера военной инновации является ее перенимание дру- гими народами. «Повсеместное распространение и заимствование монгольского оружия в кочевом мире в XIII-XIV веках наглядно сви- детельствует о его большой эффективности», — отмечает Ю.С.Ху- дяков25. Процесс перенимания монгольского оружия на Ближнем Востоке достаточно подробно освещен источниками. Рашид-ад-дин свидетельствует, что в Персии оружие для армии ильханов изготов- лялось в организованных монголами больших государственных ма- стерских «кархана»26. Таким образом, в Персии образовался центр производства монгольского оружия, которое вскоре стало достояни- ем всего Ближнего Востока—а также и Руси. Монгольское оружие перенималось другими народами как часть комплекса культурных элементов, составлявших культурный круг. Формирование этого культурного круга определялось последова- тельностью монгольских завоеваний. Первой страной, завоеванной монголами, был Китай; после завоевания Китая начался процесс со- циального синтеза и создания Монгольской империи —государства, совместившего монгольское оружие и китайские управленческие и культурные традиции. В ходе дальнейших завоеваний эта синте- зированная культура распространилась на обширные пространства Азии и Европы, в том числе и на Россию. Таким образом, большое значение приобретает изучение китайских элементов монголо-ки- тайского культурного круга—элементов, заимствование которых ока- зало огромное влияние на судьбы многих государств Евразии. 4.2. КИТАЙСКИЕ КОМПОНЕНТЫ Как отмечалось выше, социально-политическое устройство Мон- гольской империи было результатом социального синтеза, в котором помимо собственно монгольских традиций участвовали традиции завоеванных стран, прежде всего Китая. Этот синтез начался еще до завоевания Китая, когда в 1206 году после долгих войн хан монго- лов Тэмуджин объединил племена восточной части Великой Степи и был провозглашен Чингисханом. Новому хану потребовалось не- сколько лет на создание эффективной военно-административной си- 144
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ стемы; по образцу китайской империи Цзинь войско и народ были разделены на десятки, связанные круговой порукой; был оглашен ко- декс законов («Яса»), направленных на поддержание военной дис- циплины. Суровая государственная дисциплина, восходящая к древ- ней китайской традиции легистов, уничтожение влияния племен- ной знати и возвышение по заслугам —это была та важнейшая черта, которая отличала монголов Чингисхана от тюрок и других кочевни- ков Средневековья. В начале своих завоеваний монголы не имели готовых админист- ративных институтов для управления земледельческими государства- ми; они не имели даже письменности27. За отсутствием собственных бюрократических кадров монголы были вынуждены доверить созда- ние новой администрации перешедшим на их сторону чиновникам покоренных государств. Первым из таких чиновников был уйгур Тата тун-а, который учил детей Чингисхана и первых монгольских чинов- ников уйгурскому письму. Сунский посол Чжао Хун писал, что по- сле овладения северной столицей Цзинь, Яньцзином, монголы соз- дали там администрацию по цзиньскому образцу, причем документа- ция велась на уйгурском языке28. Естественно, что многие термины, используемые этой администрацией, имели уйгурское происхожде- ние, в их числе «ярлык» (ханский указ), «тамга» (печать, а также тор- говый налог), «ал тамга» (алая печать хана), «тамгачи» («обладатель печати», «чиновник»), «купчур», «калан», «ясак» (различные нало- ги), «сагчий» (сановник)29. При великом хане Угэдэе главой новой администрации стал быв- ший цзиньский чиновник Елюй Чуцай, которому было поручено наладить сбор налогов на завоеванных территориях. Елюй Чуцай восстановил административное деление на области «лу» и провел перепись населения, при которой, как обычно в Китае, переписыва- лись не люди, а дворы, и население объединялось в «десятидворки» и «стодворки», связанные круговой порукой в уплате налогов, вы- полнении повинностей и поставке рекрутов. Круговая порука была одним из основных элементов легистской системы управления — эта была черта, резко отличающая Китай от обществ с развитой частной собственностью, от Византии и от западноевропейских государств — позднее эта черта стала важным отличием России от Европы. После проведения переписи Чуцай ввел два основных налога, по- душный и поземельный. Традиционный для Китая подушный налог («дин-шуй») собирался с совершеннолетних мужчин; первоначально его собирали в зерне по единой для всех ставке, но позже (с 1253 года) стала учитываться имущественная состоятельность и налог стали со- 45
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I бирать в деньгах. Поземельный налог (как и при Цзинь) исчислялся в зависимости либо от количества волов и плугов, либо от количест- ва и качества земли. Однако реально каждая семья платила один на- лог—тот, который был больше; крестьяне обычно платили поземель- ный, а горожане —подушный налог; священнослужители от налогов освобождались. С кочевников брали налог, который назывался «куп- чур» (собственно, «пастбище» или «налог на пастбище») и составлял 1 голову скота с каждых юо голов30. В целом введенные Чуцаем нало- ги были необременительны для народа и считались легкими31. Чуцай восстановил также и торговый налог, который взимался при продаже и составлял Узо стоимости товара. Была снова введена воинская повинность и государственная торговая монополия на ряд важных товаров, в том числе на соль и вино. В отношении других товаров правительство обладало правом проводить принудитель- ные закупки по установленным им ценам. Был возобновлен выпуск бумажных денег с номинальной стоимостью. Под руководством Чу- цая была восстановлена система почтовых станций, которые называ- лись по-китайски «чжань» или «чжам», откуда происходит монголь- ское слово «джам», тюркское—«йам» и русское—«ям»32. Нужно отме- тить, что функции ямской службы были намного шире, чем функции почты; это была государственная транспортная служба, предназна- ченная для перевозки людей и грузов —и не только государственных грузов: за определенную плату ямами могли пользоваться и купцы. Это была наиболее мощная транспортная система, существовавшая в мире до появления железных дорог. Однако Чуцаю не удалось восстановить китайскую админист- рацию в чистом виде. В 1236 году Угэдэй принял решение по мон- гольскому обычаю пожаловать князьям и знати «улусы», которые по-китайски назывались «тан му-и» («уделы на кормление»). Таким образом, страна оказалась поделенной на две части: одни области непосредственно управлялись центральной администрацией, другие отдавались в уделы33. Елюй Чуцай протестовал против этого реше- ния и в конце концов настоял, чтобы в каждый удел были назначе- ны государственные чиновники «даругачи», ограничивавшие права князя. Согласно «Юань ши», даругачи проводили переписи, собира- ли налоги, доставляли их в столицу, проводили рекрутский набор, отвечали за работу почтовых станций34. Елюй Чуцай потерпел еще одну неудачу в попытке сохранения ки- тайской традиции, когда Угэдэй приказал ввести налоговые откупа. Откупа были распространены в мусульманском мире, и они были введены по настоянию монгольской знати, сотрудничавшей с му- 146
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ сульманскими купцами. Пользуясь покровительством знати, откуп- щики злоупотребляли своими полномочиями: завышали ставки на- логов, предоставляли неплательщикам деньги в долг под кабальные проценты и иногда обращали должников в рабов35. Несмотря на эти трудности, Елюй Чуцаю удалось создать эффек- тивно функционирующую административную и налоговую систему. В целом реформа Чуцая подразумевала восстановление китайских государственных традиций и распространение их на все завоеван- ные монголами государства. Необходимо подчеркнуть, что это была совершенная и уникальная по тем временам государственная система — продукт двухтысячелетнего развития китайской цивилизации. Ни- где в мире в те времена не было столь четкой бюрократической ор- ганизации, способной производить переписи и кадастры и собирать налоги в соответствии с доходами плательщика. Европа в этом отно- шении не могла сравниться со странами Востока —хорошо извест- но, что первый кадастр во Франции провел император Наполеон, а до этого налоги собирались «абы как», «навскидку». Наиболее важ- ным элементом китайской государственной системы был этатизм, господство активно использующей государственное регулирование автократии. Многочисленные монополии вместе с эффективной на- логовой системой обеспечивали экономическое и военное могуще- ство государства. Это могущество побудило к перениманию китай- ско-монгольских порядков многие страны Азии —не только те госу- дарства, которые были завоеваны монголами36. Китайское влияние на завоеванные монголами страны не сво- дилось к сфере государственного устройства. Установление проч- ных государственных и торговых связей привело к распростране- нию культурных достижений китайской цивилизации, тех великих открытий, которые долгое время определяли культурное превосход- ство Китая над Европой. На первом месте среди этих открытий стоит технология чугунно- го литья. Литье чугуна было освоено в Китае еще в IV веке до н.э., и ко времени монгольского завоевания чугунные изделия получили массовое распространение; к числу таких изделий относились, преж- де всего, котлы, сошники для плугов, втулки для колес. Из Китая тех- нология литья чугуна распространилась в кочевой мир Великой Сте- пи и в Среднюю Азию. Одним из крупных центров этого производ- ства была столица Монгольской империи Каракорум, и большие монгольские «арбы», отправлявшиеся отсюда по Великому шелко- вому пути в столицу Золотой Орды, Сарай, имели чугунные втулки. Археологические данные говорят, что в начале XIII века технология 147
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I чугунного литья была освоена в Туве; в начале XIV века чугунное ли- тье стало производиться в городах Поволжья, прежде всего, в Са- рае, Укеке и Болгаре. Изделия из чугуна, датируемые XIII-XIV века- ми, были найдены археологами в Средней Азии, на Урале, на Север- ном Кавказе, близ Киева и Липецка, в Белгороде на Днестре37. Слово «чугун» имеет уйгурское происхождение38 (как и многие слова, используемые канцеляриями Монгольской империи). Чугун- ные котлы назывались по-татарски «чуйун казан», а по-русски «чугун» («чугунок») или «казан». Название города Казань говорит о том, что, как и расположенный рядом Болгар (Булгар), этот город был цент- ром металлургического производства. При раскопках Болгара были найдены остатки домниц, имевших высоту до 2,5 метров и работав- ших на древесном угле. По мнению известного историка металлур- гии Д. В. Гаврилова, эта технология ничем не отличалась от той, кото- рая была освоена в Западной Европе в конце XIV века. Л. Р. Кызласов считает, что она была завезена на Запад с помощью среднеазиатских купцов —подданных Золотой Орды — водивших свои караваны с ни- зовий Днепра на Львов39. Говоря о распространении монгольского оружия, необходимо упомянуть также и о порохе. Порох был китайским изобретением («хо яо»), и ко времени монгольского завоевания метаемые балли- стами пороховые гранаты «хо пао» широко использовались в армии Цзинь. Но баллисты были слишком тяжелы для применения в поле- вых сражениях, и «хо пао» применялись почти исключительно при осаде городов —на этой стадии своего развития пороховое оружие еще не обеспечивало победу в войнах. Тем не менее монголы быстро заимствовали эти гранаты и применяли их при осаде городов в Ки- тае, на Ближнем Востоке и на Руси. С этого времени порох становит- ся широко известен; рецепт его изготовления приводится в книгах арабского писателя XIII века Гассана Аль-фамаха и византийца Мак- сима Грека. Пороховые гранаты использовались воинами Золотой Орды: их находки известны во многих городах Поволжья. Порох был известен и русским, которые называли его «огненным зельем» —это название представляет собой буквальный перевод китайских иеро- глифов «хо яо»40. Большой интерес представляет вопрос о заимствовании сельско- хозяйственных орудий. Одним из крупнейших достижений китай- ской цивилизации было создание эффективной конструкции плу- га, причем китайские плуги отличались от появившихся позднее ев- ропейских отсутствием резцов-«чресел». В пределах Золотой Орды, на территории Тюменского юрта, имеются по крайней мере две на- 148
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ рис. 4.1. А—китайский плуг с фрески 630 г.44, В —сабан Уфимской губернии, С —«вятская соха», D —«казанский сабан»45. ходки чугунных сошников китайских плугов. Один из этих сошни- ков, найденный близ деревни Алексеевка на берегу Иртыша, имеет надпись из двух китайских иероглифов и относится к IX веку41. Дру- гой найден на берегу реки Исети близ села Красноармейского. «Оче- видно, что плуги с чугунными сошниками и отвалами были в обихо- де Сибирского улуса Золотой орды в XIII-XIV вв., —пишет по поводу этой находки Р. Л. Кызласов. — И, конечно, чугунные части их отли- вались на месте, на базе уральских месторождений железа и камен- ного угля»42. Использовались ли китайские плуги на западной стороне Ураль- ских гор? Чугунные лемехи здесь до сих пор не обнаружены, одна- ко Ю. А. Краснов указывает на появление в Прикамье в XIV веке плу- га принципиально новой конструкции, этнографически отождеств- ляемого им с легким сабаном или «лемехом». Отличительной чертой этих плугов было то, что они не имели чресел; другими особенностя- ми были цельная основа плуга и изогнутый вверх грядиль43. Доста- точно сравнить изображенный на рис.4.1 уфимский сабан с китай- ским плугом эпохи Тан, чтобы убедиться в тождественности основ- ных элементов конструкции этих плугов. Заметим, что грядиль китайского плуга разветвлялся и крепился к основе в двух местах, нижнее крепление обычно называют «стой- кой». У уфимских сабанов XIX века стойку, как видно на рис. В, заме- нил железный стержень с винтом, однако старинная система креп- ления сохранилась у казанского сабана (рис. D). На примере казан- ского сабана можно видеть дальнейшую эволюцию отвала, который назывался «шабала» или «полица», и первоначально (как и в Китае) крепился к основе на деревянном штыре, а затем стал врезаться в ос- нову справа. Старый способ крепления «шабалы» сохранился у вят- 49
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ского лемеха, который представляет собой сабан, переделанный под лошадиную упряжь с заменой грядиля оглоблями (рис. С). В итоге, если мы соединим архаические черты плугов С и D и представим вят- ский лемех с грядилем казанского сабана, то получим конструкцию древнего китайского плуга —конструкцию, не имеющую даже отда- ленных аналогий к западу от Руси. Еще один компонент китайско-монгольского культурного круга — это отапливаемая лежанка, кан. Кан впервые появился, по-видимому, в Корее, откуда распространился в Китай, Маньчжурию и к кочевни- кам Великой Степи. Западная граница распространения кана прохо- дит по границам Золотой Орды, достигая Белгорода Днестровского в Молдавии. Для домов с каном, и в Поволжье, и в Китае, характерен своеобразный интерьер: отапливаемые лежанки занимали большую часть комнаты и прикрывались циновками и кошмами, мебели в та- ких домах не было. Влияние китайской культуры в Поволжье прояв- лялось также в распространении каркасной конструкция домов с де- ревянными стеновыми панелями46. Заимствования коснулись так же сферы одежды и быта. Одежда в некоторых случаях играет роль военной формы, и ее заимствова- ние прямо связано с заимствованием оружия. Одежда монгольских воинов была стереотипной и содержала в зимнем варианте шап- ку-ушанку (монг. «малахай»), двуслойную шубу мехом наружу (монг. «доха») и сапоги с войлочными чулками («саб»), известные на Руси как «валенки». Весь этот комплект одежды был заимствован как тюр- ками, так и русскими; русское слово «сапог», вероятно, произошло от монгольского «саб»47. Из других заимствований можно отметить также обычай татарских женщин покрывать лицо китайскими бели- лами («упа»). Этот обычай, по-видимому, был перенят у монголок, ко- торые заимствовали его из Китая48. Любопытно, что русские женщи- ны также густо покрывали лицо румянами, что вызывало удивление европейских путешественников49. Известны также многочисленные заимствования в технике кера- мического производства и в росписи. В Золотой Орде было налаже- но производство подражавшего китайскому фарфору фаянса —так называемого «кашине». «Китайские мотивы бродили во всех сферах золотоордынского искусства, сосредоточившись более всего в ка- шинной керамике с росписью кобальтом»,— писал Е А. Федоров-Да- выдов50. Красивая и разнообразная фаянсовая керамика была самым ярким проявлением культурных достижений золотоордынской ци- вилизации; изящные разноцветные сосуды можно было найти даже в домах бедняков; они в больших количествах ввозились на Русь51. 15°
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ Таким образом, мы можем сделать вывод о том, что опосредован- ное монголами китайское влияние проявлялось во многих сферах жизни Золотой Орды. В золотоордынском обществе широко приме- нялись китайские технологии в военном деле, в ремесле, в сельском хозяйстве, в строительстве жилищ. Китайско-монгольское влияние явственно проявлялось и в бытовой сфере. Как мы увидим далее, ад- министративная и налоговая системы были также построены по ки- тайскому образцу. 4.3. ЗОЛОТАЯ ОРДА Золотая Орда первоначально была Улусом Джучи, владением старше- го сына Чингисхана. Это был один из улусов Монгольской империи, и вполне естественно, что его административная и податная система следовала общеимперскому китайско-монгольскому образцу. Подуш- ная подать в Орде называлась «ясак», а поземельная -«калан», и они составляли пару, соответствующую имперскому подушно-поземель- ному налогу. Так же, как в империи, этот налог дополнялся налогом с кочевников — «купчуром»52. Кроме того, в источниках упоминает- ся повинность по обслуживанию ямских станций, торговый налог — «тамга» и принудительные государственные закупки —«тарх», все эти налоги и повинности аналогичны тем, которые были установлены Елюй Чуцаем53. В административном отношении государство состояло их доме- на хана и улусов, отдаваемых в управление бекам или князьям; рус- ские князья также считались улусниками великого хана. В Золотой Орде, как и в Китае, проводились переписи, население было разби- то на «десятки», «сотни», «тысячи» и «тумены» (общее число туме- нов достигало семидесяти)54. Как и в Китае, «баскаки» представля- ли военную власть, а «даругачи» («даруги»)—гражданскую55. Источ- ники упоминают «даругачи» разных уровней: «городские даруги», «внутренних селений даруги» и т.д. Известно, что существовали на- логовые росписи-«дефтеры», которые вели писцы, «битикчи» или «бакши»; часть документации велась на уйгурском языке или на мон- гольском языке уйгурскими буквами (при этом использовалось ки- тайское летоисчисление). Среди сборщиков налогов упоминаются «таможники», сборщики тамги, и «поплужники»; последнее позволя- ет предположить, что поземельный налог, как в Китае (и в Персии), собирался с плугов. В источниках упоминаются также судьи-«яргучи» и государственные мастерские «кархана»56. !5*
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Знать Улуса Джучи имела монгольское происхождение, говорила на монгольском языке и в быту долгое время поддерживала монголь- ские традиции57. Ибн Батута, посетивший столицу Золотой Орды, Сарай, в 1333 году, писал, что «монголы —это настоящие жители стра- ны и владыки ее»58. Как в давние времена монгольских ханов хоро- нили в деревянных домах, наполненных драгоценностями, оружием, принесенными в жертву слугами и наложницами59. Ханы —потомки Чингиса—были самодержавными владыками, правившими по китай- ским традициям с помощью китайских или уйгурских чиновников. Подобно хазарским хаканам они проводили в своей столице лишь зиму, а весной со своей походной ставкой, «ордой», отправлялись на кочевку в степи. Главными сановниками «орды» были «беклербек», командующий войсками, и «визирь», начальник финансовой части; кроме того, в ставке пребывало 50-60 эмиров-тысячников. Эмиры обычно были вождями племенных подразделений, но при вступлении на престол нового хана (и в некоторых других случаях) они должны были яв- ляться за подтверждением своего «ярлыка». Охрану ставки осуществ- лял гвардейский корпус наподобие созданного Чингисханом корпуса «кешектенов». Во времена Казанского ханства гвардейцев называли «огланами» (буквально: «сыновья»), каки монгольских «кешектенов», их набирали из детей знати60. Как отмечалось выше, это была мон- гольская знать: половецкая аристократия была уничтожена завоева- телями; оставшиеся половецкие роды были перемешаны друг с дру- гом; над этими новыми образованиями были поставлены монголь- ские нойоны. Однако вне столицы татаро-монголы довольно быстро ассимилировались. «В древности это государство было страной кип- чаков, но когда ими завладели татары, то кипчаки сделались их под- данными. Потом они (татары) смешались с ними, и земля одержа- ла верх над природными и расовыми качествами (татар) и все они стали, точно кипчаки, как будто из одного рода...»61. Таким образом, приняв имя татар, кипчаки через некоторое время сумели ассимили- ровать завоевателей, передав им свой язык. Как обычно бывает при социальном синтезе, этнические различия превратились в сослов- ные и социальные. В экономическом отношении Золотая Орда продолжала традиции Хазарии и половецких ханств. В степях Поволжья и Причерноморья располагались кочевья татар, а на окраинах, на Северном Кавказе, в Приднестровье, в Булгарии и на Руси —села и города земледельцев. Земледельцы платили хану налоги, но они были сравнительно неве- лики. Так, вся дань Великого княжества Владимирского составляла *52
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ 5 тысяч рублей, в то время как доход каждого из 50-60 эмиров рав- нялся 100-200 тыс. золотых динаров, то есть примерно 5-10 тыс. руб- лей62. Основную часть дохода, как и в Хазарии, доставляли торговые прибыли. Огромная Монгольская империя объединила всю Великую Степь, и это позволило проложить новую трассу Великого Шелково- го пути—прямо по степи от Каракорума через Сарай к портам Крыма. Тысячи запряженных верблюдами огромных повозок с шелком, фар- фором и другими товарами двигались по этому пути от одного кара- ван-сарая к другому. В порту Кафы товары перегружали на итальян- ские суда, развозившие их по всему Средиземноморью. Побывавший в Кафе в 30-е годы XIV века Ибн-Батута писал, что в гавани этого боль- шого города одновременно находилось около двухсот кораблей63. Богатства ордынских купцов были сопоставимы с доходами эмиров (и с данью Руси): генуэзцы однажды захватили в море венецианский корабль, везший девятерых татар с серебром и товарами на 4 тысячи сомов (примерно 4 тыс. рублей)64. В другом случае тверской княжич Иван, будучи в Орде, сумел задолжать купцам ю тысяч рублей и в кон- це концов был выкуплен Дмитрием Донским65. Одним из главных—если не самым главным — товаром Татарии были рабы. До конца XIII столетия продолжались войны против еще сопротивлявшихся русских княжеств; каждый татарский поход сопровождался уводом полона. Русские летописи буквально пестрят сообщениями о том, что татары «множество бесчисленно христиан полониша», «овех посече, а овех в полон поведе», «со многим по- лоном отьидоша»66. Жившие в земляных бараках славянские рабы строили ордынские города, а излишки «живого товара» продавали итальянцам в Крыму. Какие выгоды приносила эта торговля, мож- но судить по примеру, когда 17-летняя русская девушка была продана во Флоренции за 2093 золотых лиры67—это составляет около 380 руб- лей серебром (но обычная цена была, конечно, ниже). Русские жен- щины («белые татарки») ценились на рабских рынках намного до- роже «желтых татарок». Живший в Дели великий персидский поэт Амир Хоеров воспевал красоту русских рабынь68. Описывая добычу, доставшуюся Тохтамышу поле разгрома Москвы, арабский автор при упоминании о русских женщинах переходит на стихи: «Что я скажу о подобных пери —как будто розы, набитые в русский холст!»69. Та- ким образом, захват полона и работорговля приносили татарской знати, по-видимому, намного большие доходы, чем сравнительно скромная русская дань. Эволюция социально-политического устройства Золотой Орды протекала в том же направлении, что и эволюция других государств, х53
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I созданных монгольскими завоевателями—в частности, иранского го- сударства Хулагуидов. Это был обычный путь от социального синте- за к традиционалистской реакции. Описание процесса социально- го синтеза в Персии дано И. М. Петрушевским в классическом труде «Земледелие и аграрные отношения в Иране»70. Поначалу завоева- тели установили принесенные ими китайские порядки, в том чис- ле китайскую налоговую систему, при которой сбор налогов повсю- ду—даже в улусах, отведенных эмирам, —осуществлялся государствен- ными чиновниками. На деле, однако, налоги отдавались на откупа, и откупщики обирали население, как могли; кочевники грабили кре- стьян, и в государстве царила анархия. Но постепенно верх взяла персидская традиция; это нашло свое выражение в исламизации го- сударства и знаменитых реформах Газан-хана (1295-1304). Газан-хан уничтожил откупа, прекратил грабежи кочевников и восстановил порядки Халифата. Как было принято до монголов, Газан-хан раздал воинам поместья-икта, причем эмирам давались в икта целые обла- сти; эмиры сами собирали налоги с этих областей, передавая в казну лишь небольшую часть этих налогов. Реформы Газан-хана привели к усилению Персии, могущество которой заставило соседние государства, мамлюкский Египет и Де- лийский султанат, трансформироваться по хулагуидскому образцу. По-существу, эта трансформация была продолжением распростра- нения монгольской диффузионной волны, которая, продвигаясь на запад, впитывала в себя новые, мусульманские культурные эле- менты—так же, как прежде она воспринимала китайскую культуру71. Волна трансформации по хулагуидскому образцу распространилась и на Золотую Орду72. Первая попытка исламизации Золотой Орды имела место еще при хане Берке (1257-1266), но она натолкнулась на сопротивление языческой кочевой знати. Правившие после Бер- ке три золотоордынских хана были язычниками. После смерти хана Токты в 1312 году одним из претендентов на престол был его племян- ник Узбек, в то время командовавший армией, собранной для похо- да на Русь. Узбек еще в юности принял ислам, и монгольская язы- ческая знать попыталась воспрепятствовать его воцарению —тогда Узбек вошел с войском в столицу и расправился со своими против- никами. Взойдя на престол, он стал решительно насаждать новую ре- лигию; служители языческих культов подвергались преследованиям и казням73. Узбек привлек к власти мусульманскую бюрократию и попытался создать мощное централизованное государство на основе исламских традиций. Один из арабских авторов этого времени, ал-Калькашан- 154
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ ди, свидетельствует, что управление в Золотой Орде было организо- вано так же, как в Персии74; улусы ордынской знати фактически пре- вратились в икта, нойоны и беки строго подчинялись хану, но вместе с тем полновластно распоряжались в своих владениях75. Политика централизации проводилась решительными методами: в 1318-1330 го- дах в Орде было казнено пять русских князей. «Кровавые репрессии достигли цели, —писал В. Л. Егоров,— и, по словам русской летопи- си, „наступила тишина великая на 40 лет и престаше погании воевать русскую землю“. Теперь на Руси не появлялись то и дело карательные золотоордынские отряды. Запуганные русские князья сами привози- ли дань в ханскую ставку»76. Таким образом, подражая Газан-хану, Узбек сумел навести в своем государстве самодержавный порядок: с одной стороны, он заставил подчиняться князей и эмиров, с другой стороны, прекратил грабежи и насилия кочевников над земледельческим населением. Как след- ствие прекращения угона пленных историки отмечают в XIV веке значительное сокращение работорговли в крымских портах77. В культурном отношении принятие татарами ислама имело та- кое же значение, что принятие иудаизма хазарами и православия русскими. Из Ирана были приглашены известные проповедники и мусульманские ученые; получила распространение арабская пись- менность. Самым известным из поэтов тех времен был Котби, автор поэмы «Хоеров и Ширин», которую он подарил сыну Узбека, Джа- нибеку78. Для строительства мечетей еще во времена Берке из Ирана и Хорезма приглашали строителей, ремесленников, керамистов. Го- рода Золотой Орды постепенно приняли мусульманский облик; гли- нобитные мазанки заменили здания, построенные из кирпича; при Узбеке была построена новая великолепная столица, Сарай ал-Дже- дид79. Архитектура Золотой Орды, отчасти заимствованная Русью, питалась среднеазиатскими традициями, именно из Средней Азии ведут свое начало купола-«луковки», роднящие московские церкви и индийские мавзолеи. Другой характерной деталью облика Булгара были шатровые купола; еще до монгольского нашествия они были занесены сюда из Армении мастерами, спасавшимися от монголов на далеком севере. В золотоордынских городах строились монумен- тальные здания общественных бань —эта мусульманская традиция восходит к византийским термам; позже, после взятия Казани, она пришла и на Русь 80. Однако преуспевание Золотой Орды закончилось внезапной ка- тастрофой. Э.С.Кульпин ищет объяснение этой катастрофы в зако- номерностях демографического цикла, в перенаселенности татар- х55
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ских степей, в резком увеличении численности скота и в стравли- вании пастбищ, которое должно было привести к экологическому кризису81. Как отмечалось выше, экологическая ниша кочевого ско- товодства не только очень узка, но и неустойчива: снежный буран, «джут», может привести к массовому падежу скота и страшному голо- ду—к ситуации, когда единственная возможность спастись заключа- ется в набеге на соседнее племя. Но централизованное государство Узбека запретило не только кочевые усобицы, но и набеги на земле- дельцев—это ставило кочевников в безвыходное положение. Ал-Ома- ри сообщает, что после двадцати лет правления Узбека, к 1338 году, кочевники обнищали до такой степени, что были вынуждены про- давать в рабство своих детей82. Как известно, чума в первую очередь поражает регионы, в которых люди страдают от хронического недо- едания. В 1346 году разразилась катастрофа: пришла Черная Смерть. «Бысть мор силен на Бесермены и на Татарове... — говорит руская ле- топись,—яко не бе кому их погребати»83. Из-за чумы «в землях Уз- бековых... опустели города и деревни»,— свидетельствует арабский автор84. «Только в Крыму тогда погибло от чумы 85 тыс. человек,— писал М. Г. Сафаргалиев. —От последствий чумы Золотая Орда долго не могла оправиться»85. Таким образом, в 1346-1348 году в Золотой Орде разразилась пол- номасштабная катастрофа, завершающая демографический цикл. Но могущественная монархия, созданная Узбеком, выдержала этот первый удар. Второй удар был нанесен резким сокращением торго- вых доходов: в Китае началось всеобщее восстание против монголов, и торговля по Шелковому пути почти прекратилась86. Сокращение торговых доходов означало оскудение ордынской знати, что долж- но было привести к конкуренции за ресурсы, к борьбе группировок и кланов —между собой и против монархии. Естественным лозунгом в этой борьбе было возвращение к кочевым традициям —в ксенокра- тических государствах на смену периоду господства самодержавия всегда приходит время традиционалистской реакции. Традиционалистская реакция уже наступила в Персии. В 1330-х го- дах в государстве Хулагуидов к власти пришли кочевые ханы, стра- на распалась на воюющие между собой ханства, и кочевники сно- ва принялись грабить райатов. Эмиры и воины, получившие икта, считали их своей собственностью и не желали служить ханам; что- бы привлечь их на службу, пришлось обещать им полный судебный и налоговый иммунитет —так появился союргал. Появление союрга- ла означало победу монгольских кочевых традиций над традициями персидской бюрократии —но также и победу феодализации, характер- 156
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ ной для следующего этапа халдуновского цикла (см. п. 1.9). Союргал был маленьким государством в государстве, он был порождением де- централизации и в свою очередь порождал еще большую децентра- лизацию—вплоть до полной анархии и распада государства87. В Золотой Орде в середине XIV века тоже появились союргалы — отчасти как результат подражания Персии, отчасти в результате раз- вития феодализации на местной почве. Г. А. Федоров-Давыдов пря- мо пишет, что смуты и междоусобицы 1360-х годов были следствием распространения союргалов88 —однако имелась и более общая по- доплека событий. Процессы социального синтеза в обеих странах шли в одном направлении, и вслед за победой персидских традиций централизации должно было наступить время традиционалистской реакции —как в Персии, так и в Золотой Орде. Привыкшие к коче- вой свободе нойоны и беки с трудом терпели самодержавие Узбе- ка—и вскоре после его смерти начались мятежи на окраинах89. Коче- вая реакция видела пример в соседней Персии, находила поддержку в распространении союргала —но и сама по себе она была достаточ- но сильна. Именно стремлением степняков вернуться к своей пле- менной свободе, стремлением сбросить власть персидской бюрокра- тии и объясняется столь внезапный крах двух могущественных импе- рий—государства Хулагуидов и Золотой Орды. В 1359 году в Орде был убит заговорщиками хан Бердибек, и по- сле этого за 20 лет там сменилось 25 ханов. Они сменяли друг друга с такой быстротой, что летописцы не успевали записывать их име- на90. Ордынская элита распалась на группировки, вступившие в борь- бу за свои интересы. Вскоре начались отпадения отдельных улусов, в Булгарии, в Среднем Поволжье появились свои князья, Причерно- морье и Крым оказались во власти темника Мамая. Литовский князь Ольгерд сразу же воспользовался распадом Орды, разгромил татар при Синих Водах и освободил значительную часть южных русских зе- мель. Воспользовавшись войной кочевых группировок, русские кня- зья прекратили платить дань Орде — по-существу, они были одной из группировок ордынской знати, воевавшей с Мамаем и сохраняв- шей союз с кланом чингизида Тохтамыша. Мамай был сторонником кочевого традиционализма, он собирался прогнать русских князей и раздать русские города своим эмирам —но в 1380 году он был раз- бит Дмитрием Донским на Куликовом поле. Целью Тохтамыша было возрождение монархии Узбека —то есть подчинение всех группиро- вок и кланов; уничтожив Мамая, он нанес удар Москве и добился ее покорности. Однако в борьбу вмешался могущественный правитель Средней Азии Тимур; в 1395 году он разгромил Тохтамыша и разрушил х57
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I почти все золотоордынские города. Это была катастрофа, от которой Золотая Орда уже не оправилась, ее дальнейшая история была исто- рией агонии и распада—к 1430-м годам на месте некогда могуществен- ной империи существовало несколько враждебных друг другу ханств. Таково общее видение истории Золотой Орды как единого госу- дарства; теперь нам нужно обратиться к истории северных улусов этого государства, русских княжеств. 4.4. ПОКОРЕНИЕ РУСИ Нам придется возвратиться на полтора столетия назад, к временам татарского нашествия. Очевидно, что малочисленные дружины рус- ских князей ни при каких условиях не могли противостоять вторже- нию завоевателей, обладавших новым оружием. Русь была завоевана монголами, которые прошли по стране подобно смерчу. Первый же удар, нанесенный в 1236-1241 годах, заставил русский князей подчи- ниться монгольскому хану и согласиться на уплату дани. В 1241-1252 го- дах князья не менее 19 раз ездили на поклон в Орду получать ярлы- ки на правление. Но традиции прошлого были еще живы и распри князей продолжались; после смерти Ярослава Всеволодовича вспых- нул конфликт между его сыновьями Андреем и Александром; Алек- сандр Невский поехал к хану и привел татар, которые сожгли Суз- даль и Переяславль и посадили Александра Великим князем влади- мирским «на своей воле»91. При Александре Невском началось введение на Руси монгольской административно-налоговой системы. Проведение переписи встре- тило ожесточенное сопротивление населения русских городов—ведь до этого горожане были привилегированным сословием, не платив- шим налоги. В Новгороде начались волнения, и Александру пришлось применить силу, чтобы усмирить недовольных. Однако откупная си- стема сбора налогов вызвала новый взрыв недовольства; откупщики «великую пагубу людям творили»: тем, кто не мог платить, они дава- ли деньги в рост, а недоимщиков уводили в рабство. В 1262 году в Ро- стове, Владимире, Суздале, Переяславле вспыхнули восстания; горо- жане собрались на веча и изгнали откупщиков из городов. Александр Невский поспешил в ставку хана, рассказал о произволе откупщиков и вымолил пощаду восставшим92. Вскоре после этих событий, под 1266 годом, Троицкая летопись отметила, что притеснения со сторо- ны татар сильно облегчились93. По-видимому, откупная система была упразднена и налоги стали собирать баскаческие «даныцики»94. 158
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ А. Е. Пресняков полагал, что, начиная с Александра Невского, видна «активная роль княжеской власти в удовлетворении татар- ских требований и постепенное вытеснение прямых агентов хана», причем владимирские князья поддерживают авторитет своей вла- сти «не столько личной энергией и личным влиянием, но и страхом татарской кары и прямой опорой в татарской силе»95. В этом сою- зе князей с татарами можно видеть слияние двух автократических тенденций: попытку князей опереться на хана в своей старой борь- бе с боярами. Ростовские князья превратились в простых «служеб- ников» хана; они с готовностью принимали участие в походах татар на литву, на ясов, на дунайских болгар96. В 12'73-12'75 годах была проведено второе «перечисление», кото- рое оказалось последним; после этого переписи больше не прово- дились97. После смерти Василия Ярославовича в 12'7'7 Г°ДУ началась новая распря между князьями-наследниками; сын Невского Андрей три раза приводил на Русь татар, но всякий раз был изгоняем сво- им братом Дмитрием, который —как в киевские времена —обращал- ся за помощью к шведам. Смута закончилась новым татарским погро- мом: в 1293 Г°ДУ хан Тохта послал «Дюденеву рать», которая сожгла 14 городов и окончательно утвердила Андрея на великокняжеском престоле98. После Смуты взаимоотношения Руси и Орды претерпели суще- ственные перемены. В начале XIV века баскаки исчезли со страниц русских летописей; по-видимому, они были отозваны в Орду; князья стали самостоятельно собирать налоги и отправлять их хану: это был переход к распространившейся в то время в Персии и в Орде си- стеме икта. Администрация княжеств теперь состояла в основном из русских, созданные баскаками канцелярии подчинялись намест- никам и князьям. Писцы по-прежнему проводили земельные опи- сания (в частности, известно о земельной переписи при Дмитрии Донском99). Даныцики собирали налоги по старым нормам по полу- гривне с сохи, но отправляли в Орду «выход» по «давним сверткам», вероятно, по данным 1275 года100. С ростом населения сборы росли, а размеры «выхода» оставались постоянными, таким образом, боль- шая часть дани оставалась в казне князя. Многие русские князья в конечном счете признали себя «улус- никами» и «служебниками» ордынских ханов. Известны случаи, ко- гда князья выступали вместе с татарами против восставших городов. В 1289 году в Ростове народ, собравшись на вече, пытался изгнать князя вместе с татарами. Около этого времени жители Ярославля отказались принять своего князя Федора Ростиславовича —в ответ х59
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Федор призвал татар и взял город штурмом101. Символом городской свободы было вече; восстания против завоевателей и князей начи- нались с набата вечевого колокола —но восстания были подавлены, и вече пришел конец. Окончательное подчинение Руси монголами означало конец древней традиции городского самоуправления — это был переломный момент русской истории. Города Киевской Руси проис- ходили от крепостей, которые когда-то построили завоеватели-варя- ги; жители городов были в значительной части потомками варягов, они не платили налогов и господствовали над населенной «смерда- ми» деревней. Теперь большинство городов Северо-Восточной Руси было сравнено с землей, а те, что уцелели, были лишены самоуправ- ления, и их жители были обложены налогами102. Археологические данные также свидетельствуют об упадке и рез- ком численном сокращении прежней городской элиты. Почти исче- зают находки различных престижных украшений, стеклянных брас- летов и изделий из перегородчатой эмали: киевские ювелирные ма- стерские были разрушены и уже не возродились. Резко уменьшается количество привозных вещей, окончательно уходит в прошлое тра- диция курганных погребений. Судя по исчезновению амфор, на Руси больше не употребляли греческое вино. Даже парадная одежда мит- рополитов теперь была без золотого шитья и эмалированных вста- вок—и лишь при митрополите Алексее (1348-1378) иногда использо- вались одеяния, чудом сохранившиеся с домонгольского времени103. Нашествие повлекло за собой исчезновение многих заимствован- ных из Византии ремесел. Прекратилось производство оконного стекла и стеклянной посуды, изготовление поливных керамических плиток. На Северо-Востоке Руси каменное строительство возобно- вилось только в 1320-х годах, при этом вместо кирпича использовал- ся камень-плитняк, а само слово «плинфа», обозначавшее ранее кир- пич, трансформировалось в «плита»104. В Новгороде по-прежнему применяли кирпич, но теперь это была не тонкая плинфа, а бруско- вый кирпич немецкого образца; этот кирпич был неровный и пере- мешивался в постройках с камнем, так что стены часто рушились105. С приходом монголов на смену городскому самоуправлению Киев- ской Руси пришло самодержавие ханов и строгая бюрократическая централизация, характерная для восточных государств. Князья были включены в административную иерархию; они исполняли функции наместников и находились в полной зависимости от ханов, получали в Орде ярлыки на княжение и по ханскому произволу могли быть ли- шены своих княжеств. Как показывают события 1280-х годов, князья не сразу примирились с этой ролью, однако они не выступали про- 160
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ тив Орды, но пользовались ослаблением ханской власти лишь для того, чтобы возобновить свои усобицы. Нашествие 1293 г°Да сыгра- ло роль «батога божьего, вразумляющего грешников»106,— после это- го князья покорились и на проходивших под председательством хан- ского посла съездах смиренно «читали грамоты царевы, ярлыки»107. С этого времени начинается соперничество князей за приобретение ханской милости. Ростовские князья долго жили в Орде, женились там, и, по выражению А. Н. Насонова, «в значительной мере отата- рились»108. Сыновья князей многие годы пребывали в ханской став- ке в качестве заложников; они постепенно привыкали к татарским обычаям109. В этот период в русских летописях начинает проявлять- ся лояльное отношение к татарам, летописцы с удовлетворением го- ворят о почестях, которые оказывали князьям в Орде110. Прежняя враждебность к завоевателям смягчается и уступает место тенденции к примирению. Тенденция к примирению в значительной мере определялась той позицией, которую занимала в этом вопросе православная церковь. Монголы проявляли уважение к священнослужителям всех религий и даровали им привилегии —в том числе и освобождение от дани. Эта политика до какой-то степени сблизила церковь с завоевателя- ми—ведь русские князья не всегда мирились с привилегиями церкви и в периоды ослабления ханской власти, случалось, требовали у нее деньги. Известны, в частности, ханские ярлыки русским митропо- литам, в которых они предостерегают князей от покушений тако- го рода111. Обстановка борьбы с католицизмом также побуждала рус- скую церковь к сотрудничеству с монголами —немецкое и литовское наступление на западе грозило православию большой опасностью. В 1261 году в столице Орды, Сарае, была основана православная епи- скопия; сарайские епископы пользовались определенным влиянием в ставке хана и помогали русским князьям вести их дела в Орде. Зо- лотая Орда считала русских князей своими улусниками и оказывала поддержку Руси в ее борьбе с Литвой и Орденом. Эта борьба была вместе с тем борьбой православия с католицизмом. В1324 году хан Уз- бек организовал поход русских князей против Литвы; в 1340 году Уз- бек помог русским князьям в их борьбе против польского короля Ка- зимира—и Казимир был вынужден признать свободу православного богослужения112. Сообщая о смерти сына Узбека, Джанибека, лето- пись говорит, что тот был «добр зело к христианству, многу лготу со- твори земле Русской»113. В конечном счете Русь адаптировалась к существованию в составе Золотой Орды. Московские князья продолжили политику Алексан- 161
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I дра Невского, политику которая с одной стороны, означала добро- вольное подчинение превосходящей силе, а с другой стороны —по- степенное восстановление городов и сел. А. А. Горский доказывает, что вплоть до времени Ивана III (когда Золотая Орда уже распалась) Москва не стремилась к освобождению от власти хана, что в битве на Куликовом поле Дмитрий Донской сражался с узурпатором Мама- ем, а после победы признал власть законного «царя» Тохтамыша114. Как известно, власть татар на Руси была впервые названа «игом» польским хронистом Я.Длогушем в 1479 году115, а на Руси этот тер- мин не использовался до XVI века116. В XVI веке, по-видимому, в ре- зультате долгой борьбы с крымскими татарами произошли сущест- венные перемены в восприятии событий прошлого. Именно в это время была произведена вставка в летописи эпитетов, осуждающих татар,— например, в «Житии Михаила Черниговского» царь Батый стал изображаться «безбожным», «скверным» и «нечестивым». Ни- чего такого не писали —или, может быть, не осмеливались писать — ранние летописцы117. 4.5. СОЦИАЛЬНЫЙ СИНТЕЗ Основным содержанием периода после завоевания Руси монголами был социальный синтез местных традиций и привнесенных тради- ций завоевателей. Как обычно, в процессе синтеза в первую очередь перенимались те фундаментальные инновации, которые обусло- вили военное превосходство завоевателей. Летописи свидетельст- вуют, что попытки перенимания монгольского вооружения начались на Руси уже вскоре после нашествия. Когда в 1248 году галицкий князь Даниил Романович прибыл на помощь венгерскому королю, то не- мецкие послы были удивлены татарским вооружением княжеской дружины. «Немцы же дивящеся оружию татарьскому беша бо кони в личинах и коярах кожаных и людье в ярыцех...» — говорит Ипатьев- ская летопись118. Известно, что князь Даниил привлекал в основан- ный им город Холм ремесленников, бежавших из татарского плена, и среди этих ремесленников были мастера по изготовлению луков и кузнецы119. Процесс распространения нового оружия археологи- чески прослеживается как ареал находок луков и стрел монгольско- го типа —эти находки служат главными маркерами нового культур- ного круга. Наконечники стрел монгольского типа в больших ко- личествах найдены в курганах кочевников в Поволжье, на Днепре, на Кубани, а также в развалинах осаждавшихся монголами русских 162
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ и литовских городов. При этом важно, что монгольские наконечни- ки, относящиеся к XIII-XIV векам, были найдены и там, где монголы не воевали —в Смоленске, Новгороде, Пскове120. «Сравнение состав- ных частей сложных русских луков с составными частями, подробно перечисленными в арабском трактате XV века, — отмечал А. Ф. Медве- дев,—как и памятники изобразительного искусства, свидетельствует, что и арабские, и русские, и турецкие луки средневековья изготовля- лись по совершенно аналогичному принципу, имели в своем соста- ве сходные детали из сходных материалов и даже по внешнему виду и размерам были похожи друг на друга»121. О заимствовании монгольского оружия говорит и перенимание соответствующей терминологии. Прежде всего, перенималась тер- минология, связанная с луком. Славянское слово «тул» было вытес- нено монгольским словом «колчан». Лук в комплекте с колчаном и налучьем стал называться «сагайдаком» или «саадаком», чехол для колчана—«тохтуем». Большие стрелы (характерные для монголов) назывались на Руси «джид», другая разновидность стрел — «тома- ры». Легкий стеганый доспех лучников на Руси назывался «тигиляй» (от монгольского «дегель»), тяжелый пластинчатый доспех—«куяк» («хуяг»), усиленная кольчуга—«бехтерец» («бехтер»).122 Археологи- ческие данные свидетельствуют, что с середины XIII века в вооруже- нии русских воинов традиционная кольчуга («броня») постепенно уступает место пластинчатому «доспеху» монгольского типа; слово «броня» понемногу выходит из употребления123. В последнее время появились данные о монгольском происхождении бердышей (став- ших позднее оружием русских стрельцов)124. В XIV-XVI веках производившие монгольское оружие персидские ремесленники славились по всему Востоку, а также и на Руси. Фран- ческо Тьеполо писал, что во времена Ивана Грозного русская знать носила персидские доспехи из «тонких и хорошо закаленных ме- таллических пластинок»125. Со временем первоначальные монголь- ские названия разных видов оружия заменялись персидскими или арабскими. Так, широко распространившиеся монгольские доспехи типа «зерцала» были известны на Руси, в Индии и других странах как «юшманы» (от персидского «джавшан», «зеркало»). Слова «кибить», «кайдалики» (стрелы), «кистень», «кинжал», «калантарь» имеют пер- сидское или арабское происхождение126. Вооружение русских всадников следовало восточным образцам вплоть до начала XVII века. Сохранилось, например, относящее- ся к 1577 году описание вооружения трехсот коломенских дворян. В то время уже появилось огнестрельное оружие —но у коломенских 163
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I всадников еще не было ни ружей, ни пистолетов. Зато практически все они имели «саадаки» и сабли, больше половины имели защитное вооружение —«пансыри», «тигиляи», «юшманы», но никто не имел щитов —поскольку щит мешал пользоваться луком. Лучшими сабля- ми считались дамасские, однако они были очень дороги и большин- ство воинов было вооружено «московскими» саблями —впрочем, не- которые из них ковались «на черкасское дело»127. Вслед за вооружением заимствовались военная организация и так- тика. В. В. Бартольд писал, что военное устройство тюрок XV века было «наследием империи Чинхисхана»; в определенной степени это можно сказать и о Руси128. Характерной чертой десятичной ор- ганизации было наличие у каждого командира знамени и сигнально- го барабана; русские слова «хоругвь» и «тулумбас» (седельный бара- бан) имеют монгольское происхождение. Большой барабан, «набат» (арабск. «неубэт») считался принадлежностью воеводского звания129. Как у монголов (и у тюрок), русское войско иногда называлось «ко- шун» и делилось на пять частей, по крайней мере две из которых именовались так же, как у кочевников («правая рука» и «левая рука»); позже появилось дополнительное тыловое охранение, «ертоул»130. Г. В. Вернадский и Д. Островский доказывают, что двор великого князя был организован по образцу ханской ставки: к примеру, двор- ский выполнял функции ханского визиря, а окольничий — функ- ции букаула (в ведение которого входило снабжение войск и воен- ный суд)131. Р. Г. Ланда полагает, что слово «окольничий» происходит от тюркского «онг коль» («правая рука»), так называли командующе- го правым крылом войска; командира левого крыла называли «сон коль» («левая рука»), отсюда происходит звание «сокольничего»132. К числу заимствованных у татар должностей, возможно, относится также должность чашника—несмотря на свое название («чашнигир», «берущий пробу»), это была одна из высших должностей; случалось, что чашники вместе с князем подписывали жалованные грамоты133. Сигизмунд Герберштейн, описывая тактику русских, отмечал, что «они удачнее сражаются в дальнем бою, чем в ближнем, а поэто- му стараются обойти врага и напасть на него с тыла»; он упоминал о коротких стременах русских всадников, об их ловкости в стрельбе из лука и о том, что саблей они пользуются весьма редко134. Гваньи- ни свидетельствует, что русские —это стрелки из лука, поэтому у них очень сильные руки, но они не умеют биться врукопашную135. Ричард Ченслер также писал, что все русские всадники—это стрелки из лука, что их луки подобны турецким и что они избегают ближнего боя136. Об этом же свидетельствует Джером Турбервиль: «Когда русского 164
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ преследует жестокий враг, он ускачет прочь и, неожиданно повер- нувшись, поражает его из лука»137. Наиболее ярким примером заимствования русскими военной си- стемы татар было принятие на службу царевича Касима с его ордой: в этом случае заимствовалось не только оружие и тактика, но и само войско. Это татарское войско впоследствии сыграло важную роль в битве на реке Шелонь, и, как отмечает Н. С. Борисов, «татарская выучка очень пригодилась москвичам»: они одержали победу над десятикратно превосходящим по численности противником138. Та- тарские «огланы» входили и в состав польско-литовских войск—они дали начало знаменитым польским (а потом и русским) «уланам»139. Стрелковая тактика и лук стали настолько важным элементом рус- ского военного дела, что саадак был включен в число государствен- ных регалий —то есть стал символом Московского царства. Венча- ясь на царство, Михаил Федорович принимал не только Мономахо- ву шапку и державу, но и саадачный набор140. Следует отметить, что стрелковая тактика не получила распро- странения к западу от рубежей Руси. Литовцы высоко ценили рус- ских стрелков из лука, переняли у них термин «саадак», и после при- соединения Белоруссии включали их в свои войска, но, по-видимо- му, так и не завели собственных подразделений лучников (их «уланы» были конными копейщиками)141. Военная техника Запада пошла по пути, рекомендованном в свое время Плано Карпини: чтобы про- тивостоять лучникам, рыцари одели двойную броню и стали исполь- зовать конский доспех. Тяжелые рыцарские доспехи и закрытые шлемы не применялись на Руси, потому что они не позволяли всад- нику использовать лук142. Таким образом, западная граница Руси пре- вратилась в линию противостояния двух культурных кругов, и каж- дый из этих кругов имел свой тип оружия. А. В. Чернецов отмечает, что это противостояние очень ясно осознавалось на бытовом уров- не и проявлялось, в частности, в том, что на русских миниатюрах XV-XVI веков воины-татары и русские были практически неотличи- мы, они имели одинаковое вооружение. Напротив, немецкие, поль- ские, литовские воины изображались иначе, в других шлемах и в дру- гих доспехах143. В противостоянии Востока и Запада Русь выступала на стороне Востока; к примеру, в сказании о битве при Ворксле Ви- товт рисуется не как союзник Руси в борьбе с Ордой, но как злейший враг, а победа мусульман над христианами объясняется не «попуще- нием», а прямой помощью (христианского!) Бога144. Вслед за заимствованием военной технологии заимствовалась, а точнее, принудительно насаждалась управленческая технология 165
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I завоевателей. Система монгольского управления на Руси, в общем, была такой же, как и в других областях Империи. Киевщина и Черни- говщина были взяты в прямое управление, а северо-восточные кня- жества отдавались в улус местным князьям. Князья ездили на поклон к хану и получали ярлык—грамоту на управление улусом; этот ярлык мог быть в любое время отнят и передан другому князю145. В 1257 Г°ДУ Великий хан Монкэ назначил верховным даругачи Руси сына своего зятя по имени Китат (т. е. «китаец») с задачей провести перепись и организовать сбор налогов —вполне естественно, что китайскую налоговую систему на Руси устанавливали специалисты, присланные из Китая146. В ходе проведения переписи «численники» разделили податное население на «десятки», «сотни», «тысячи» и «тьмы» (де- сятки тысяч) —то есть ввели китайскую систему объединенных кру- говой порукой «десятидворок» и «стодворок»147. «Приехаше числе- ници, исцетоша всю землю Суздальскую и Рязанскую и Мюромскую и ставиша десятники и сотники и тысячники и темники»,— говорит- ся в летописи148. Слово «темник» происходит от монгольского «ту- мен», десять тысяч149. В прежнее время сотники и тысячники были командирами городских ополчений, но монголо-китайская систе- ма имела совсем другое, фискальное назначение и распространя- лась не только на город, но и на село. Документы более поздних вре- мен действительно упоминают о десятниках и сотниках на селе, это были деревенские старосты и главы волостного «мира», ответствен- ные за сбор налогов150. Таким образом, завоеватели создали на Руси административную систему китайского образца; эта система состоя- ла их чиновников разных уровней, по большей части русских, однако высшие должности занимали татары: летопись прямо говорит, что Батый посажал татар властелями по всем городам русским151. Поставленных завоевателями чиновников-даругачи (в русском произношении «дорога») в летописях чаще называют баскаками; «баскак» —это тюркский перевод китайско-монгольского термина «даругачи»; оба слова происходят от корня «давить» —в смысле «при- кладывать печать»152. Термин «дорога» использовался сравнитель- но редко; по смысловому соответствию «дорога» — «путь» чиновни- ки-«дороги» позднее превратились в «путников» и «путных бояр»; канцелярии (позднейшие «приказы») также называли «путями»153. Баскаки и дороги имели свой штат «даныциков», «битекачи» и «та- можников» (сборщиков рыночной пошлины, «тамги»). В терми- нологии и обычаях созданных баскаками канцелярий сохранились следы китайского влияния, например, «битекачи» («бакшии») — это тюркское «битикчи», «писец», которое происходит от китайского 166
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ «би-чже», «секретарь»154. К XIV веку поставленная татарами админи- страция стала привычной на Руси, и когда русские в lgyy году овла- дели Булгаром, они, в свою очередь, поставили там своего «дорогу» и «таможенника»155. Имеются и другие свидетельства, касающиеся заимствования в Зо- лотой Орде и на Руси китайской административной практики. На- пример, китайским заимствованием является обычай коленопре- клонения при подаче прошений: русское выражение «бить челом» является буквальным переводом китайского «коу тоу»156. Китайское происхождение имеет тюркское слово «кюйнинг» (превратившееся в русское «книга»); оно буквально означает «свиток, сверток»; дело в том, что и в Китае, и в Улусе Джучи, и на Руси писали по восточно- му обычаю на свитках. Слитки серебра, «саумы», имевшие хождение в Орде и равные по весу рублю, имели традиционную форму ладьеоб- разного китайского слитка, «дин». Татарские (и русские) счеты тоже были заимствованы из Китая—это приспособление называется в Ки- тае «суан-пан». Любопытно, что в Европу счеты попали из России уже в XIX веке —их привез с собой возвратившийся из русского плена на- полеоновский офицер (и известный математик) Ж. Понселе157. Впрочем, в формировании административной системы при- нимали участие и мусульманские чиновники, арабы и персы, со- ставлявшие при Узбеке костяк ордынской бюрократии. Мусуль- манские чиновники принесли с собой порядки Халифата, восхо- дящие к древним бюрократическим традициям Персии. Термины «печать», «бумага», «киличей» (посол), «лафа» (жалованье) имеют арабское или персидское происхождение158. Часть дани, платимую хану, на Руси называли «выход», по-арабски, «харадж»159; как извест- но, «харадж» был основным налогом времен Халифата. Так же, как в Персии, основным правительственным учреждением на Руси была Казна («хазине»); в Казне хранились налоговые росписи, которые и в России, и в Персии называли «дефтери»160. «Языком московской бюрократии был некий мета-тюркский язык—утверждает Ч. Гальпе- рин,—сверхбуквальная калька тюрко-татарских формул и форм —ко- торый часто просто лингвистически бессмыслен без рекурсии к та- тарскому оригиналу»161. Характерно, что одним из первых упомяну- тых в русских летописях казначеев был знавший арабскую грамоту татарин Остафий Аракчеев; среди дьяков того времени было много крещеных татар162. Как отмечалось выше, в киевские времена дань собирали с «дыма» или с «сохи», но, по существу, переписи дворов и сох не производи- лись, и обложение никак не соотносилось с реальными возможно- му
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I стями общин. При монголах был налажен учет, и «соха» преврати- лась в окладную единицу: в XIII веке в нее входили «два мужа работ- ника» и две—три лошади, а в XV веке—три работника и три лошади163. С ремесленников и торговцев тоже брали дань, к примеру, кузница и лавка шли за одну «соху», а ладья —за две «сохи»164. Таким обра- зом, налог исчислялся пропорционально имущественному достатку. Помимо дани, существовала «тамга», такой же, как в Китае, рыноч- ный сбор в 3% с цены товара; торговцы платили также подорожные сборы, «костку» и «мыт»165. Среди повинностей летописи упоминают «ям» и «подводу» —обязанность поставлять ямщиков, лошадей и под- воды для организованных монголами почтовых станций166. Кроме того, монголы ввели всеобщую воинскую повинность; время от вре- мени баскаки проводили принудительный набор рекрутов. Почто- вая и воинская повинности также копировали китайские образцы. Заимствования коснулись не только военной сферы, многие за- имствованные тюркские слова относятся к сфере торговли, реме- сел и быта: базар, товар, таможня, алтын, безмен, амбар, аршин, бу- лат, кирпич, фитиль, телега, ковер, тюфяк, утюг, карандаш, колба- са—и можно привести много других примеров167 Заимствовалась и одежда, восточные «кафтаны», «халаты», «дохи», «шубы», «тулупы», «сарафаны», «армяки», «башлыки» —Сигизмунд Герберштейн отме- чал, что русская одежда очень похожа на татарскую, только застеги- вается с другой стороны168. Была перенята и обувь на высоких каблу- ках, удобная для всадников, использующих стремена169. Русская знать заимствовала у татар не только одежду и обувь, но и менталитет при- рожденных всадников: западные путешественники, приезжавшие на Русь в XVI веке, свидетельствуют о том, что русские дворяне счи- тали ниже своего достоинства ходить пешком170. Заимствования с Востока сказались и на развитии русских реме- сел. С XIII века получили распространение большие «булгарские» горны для обжига керамических сосудов и краснолощеная керами- ка булгарского типа171. В XIV-XV веках на Руси появилась coxa с поли- цей172—пахотное орудие, о китайском происхождении которого гово- рилось выше. К числу китайских заимствований относятся и медные монеты с принудительным курсом—они пришли на Русь через посред- ство Золотой Орды173. В Золотой Орде были стандартные меры веса и длины; известно, что такого рода стандартизация впервые появи- лась в Китае, и Ю. Г. Кроль обращает внимание на близость китай- ской меры длины «жень» и русской «маховой сажени» (и то и другое— это расстояние между концами рук, раскинутых по вертикали, соот- ветственно, совпадают и абсолютные величины этих мер)174. Первые 168
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ сведения о мельницах на Руси относятся к 1260-м годам, и мы находим их не в летописях, а в ярлыке хана Менгу-Темира175 (любопытно, что в Новгороде, не воспринимавшем татарских заимствований, по-ви- димому, не знали мельниц176). Русские научились у кочевников искус- ной выделке кожи —производству юфти; русские ткачи полотна на- зывали «хамовниками», потому что пытались выделывать индийскую ткань «хаман»177. Первые геометрические знания пришли на Русь вме- сте с «Метафизикой» ал-Газали; первая русская географическая карта была также исполнена в арабских традициях—север на ней был внизу, а юг—вверху. Из литературных заимствований можно отметить «По- весть о снах царя Шахаиши» и «Повесть о Еруслане Лазаревиче» —оба этих произведения обнаруживают несомненную связь с персидской литературой178. В. В. Стасов писал, что «наш Еруслан Лазаревич есть не кто иной, как знаменитый Рустем персидской поэмы Шах-наме»179. Восточная культура оказала огромное влияние на становление русского общества —и в этом нет ничего удивительного, это была культура великих и древних цивилизаций. 4.6. ПЕРИОД ВОССТАНОВЛЕНИЯ Нашествие обладавших новым орудием завоевателей означало демо- графическую катастрофу. Разрушения были огромны; большинство городов обратилось в развалины, исчезли многие ремесла, почти сто лет на северо-востоке Руси не строили каменных зданий180. Было уничтожено примерно три четверти замков, крепостей, волостных центров; на Юге обезлюдели целые земли, Киевская, Переяславская, Черниговская; некоторые области оставались пустынными не одну сотню лет181. Даже леса не всегда были надежной защитой от завое- вателей, монголы охотились за укрывавшимися в лесной глухома- ни; многие из беглецов погибали от голода, зимних морозов, эпи- демий. «Кровь отцов и братьев наших, будто вода в изобилии насы- тила землю...—писал епископ Серапион. —Множество братий и чад наших в плен увели, многие города опустели, поля наши сорной тра- вой поросли...»182. «Села от того нечестивого батыева пленениа за- пустели и нане лесом заросша», — свидетельствует «Житие Михаи- ла Черниговского»183. «От многих лет запустения великим лесом по- росша и многим зверем обиталище бывша курская земля», —говорит «Повесть о граде Курске»184. Славянские земледельцы, освоившие в предыдущие столетия об- ширные пространства лесостепей, вновь, как во времена прошлых 169
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I нашествий, оказались отброшенными в северные леса. Однако и в лесной полосе население резко уменьшилось. Земли, расчищен- ные от лесов трудом многих поколений, снова зарастали кустарни- ком; немногие уцелевшие сельчане вернулись к подсеке и к перело- гу, к системам земледелия, господствовавшим во времена Рюрика. С наступлением «великой тишины» при хане Узбеке начался пери- од восстановления экономики. Москва первой установила хорошие отношения с татарами, и московское княжество не подвергалось на- бегам с конца XIII века—поэтому именно на московские земли устре- мился поток переселенцев, уходивших из разоренных областей, в особенности, с опустошенного Юга185. Во время нашествия чис- ло известных археологам сельских поселений уменьшилось втрое, со 129 до 43. Восстановление происходило поначалу медленно, архео- логам известно лишь 20 поселений, возникших во второй половине XIII века; в отличие от прежних больших сел это были маленькие де- ревни, прятавшиеся в глубине лесов. В XIV веке ситуация резко из- менилась—было основано 185 новых поселений, и их общее число увеличилось в четыре раза (!), оно намного превысило количество поселений, существовавших до нашествия186. В отличие от XIII века среди новых поселений были села, не уступавшие по размерам селе- ниям домонгольских времен; в районе Углича большие слободы тя- нулись вдоль берега Волги на 9-10 километров187. Специалисты отме- чают, что причиной этих впечатляющих перемен явился «колоссаль- ный приток людских ресурсов» из других областей; этот приток был вызван «надеждой на личное благополучие и безопасность», гаран- тированные политикой московских князей188. Частью процесса восстановления являлся так называемый про- цесс «монастырской колонизации». Как известно, монголы освобож- дали монастыри от дани, и пользуясь этим, братья-монахи основы- вали новые монастыри и привлекали на свои земли крестьян. В XIV столетии эта колонизация приобрела масштабный характер: было основано более 200 монастырей, больше, чем за всю предыдущую ис- торию189. В1337 году был основан знаменитый Троицкий монастырь; в конце столетия здесь проживало 700 монахов—столько же, сколько жителей было в Ростове, столице соседнего княжества. Рядом с мона- стырями создавались большие слободы, а дальше на окрестной тер- ритории располагались многочисленные деревни. Работы истори- ков дают впечатляющее описание процесса монастырской колони- зации, результатом которого было рождение «святой Руси» —страны церквей и монастырей. Иностранцы, посещавшие Россию в XVI веке, удивлялись огромному количеству храмов и монастырских обителей; 170
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ в те времена церкви принадлежала примерно третья часть всех зе- мельных владений190. В начале XIV века на Руси преобладали «особножительские» мона- стыри. В таких обителях каждый монах вел «особную» жизнь, держал деньги и личное имущество в своей келье, питался от своего достат- ка. Это противоречило христовым заповедям, ведь в первые време- на христианства монахи не имели нечего своего и жили общинами, которые по-гречески назывались «киновий», а по-латыни—«комму- на». В середине XIV века константинопольский патриарх Филофей направил известному своим подвижничеством старцу Сергию Радо- нежскому послание, в котором просил его восстановить на Руси мо- нашеский «киновий». Сергию удалось обратить монахов на путь ис- тинный, и с этих пор большинство монастырей в Северо-Восточной Руси стали общинами-коммунами191. Поселения, освобожденные от налогов, назывались «свободами», «слободами» или «слободками». Крестьяне по большей части сели- лись не рядом с монастырем, а поодаль, производили заимки, вы- рубали лес и «драли» целину сохами —поэтому крестьянские заим- ки назывались «деревнями»192. На Руси того времени преобладали маленькие однодверные деревни, после смерти основателя деревни сыновья становились ее совладельцами и долгое время продолжали вести единое хозяйство193. Это единое деревенское хозяйство, боль- шая семья, и было принято писцами за единицу налогового обложе- ния, «соху»194. После монгольского нашествия Русь опустела, поля за- росли лесами, и крестьянам приходилось начинать все сначала—в те времена преобладала подсечная система земледелия. Урожай на под- секе обычно составлял сам-10-12 —втрое выше, чем на пашне (но бы- вало и сам-30). Земли было много, кормов для скота —достаточно; обычное хозяйство имело две —три лошади, две —три коровы, не- сколько овец195. Время колонизации всегда было временем, благо- приятным для крестьянина: рабочая сила ценилась дорого, земле- владельцы переманивали крестьян, предлагая им большие льготы. Во времена Киевской Руси постоянные междоусобицы были глав- ным бедствием, от которого страдали сельские жители —вторгшие- ся из соседнего княжества дружины охотились за «полоном»; плен- ников массами обращали в рабов. Теперь, после установления «вели- кой тишины», сельское население могло жить спокойно, не опасаясь за свою жизнь. Рабов становится меньше, и в частности, монасты- ри уже не использовали рабский труд196. Свободные поселяне поль- зовались определенными правами, их уже не называли «смердами», как в прежние времена,—теперь они были «христиане», «крестья- 171
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I не». Крестьяне свободно распоряжались своей землей, передавали ее по наследству, но продажа земли вотчинникам дозволялась лишь с особого разрешения князя и общины. В волости существовало свое общинное самоуправление; крестьянская сходка выбирала старосту, «сотского», «десятских», распределяла налоги и решала главные во- просы крестьянской жизни. По решению «всех христиан», староста мог сдать общинную землю в аренду, причем арендную плату он клал «всей братии на столец». Представители крестьянской общины, «во- лостные мужи» и «люди добрые», участвовали в суде вместе с кня- жеским волостелем197. Сохранились известия о традиционных крес- тьянских пирах, «братчинах», на которые собиралась едва ли не вся волость; на этих пирах мирили поссорившихся и разрешали тяжбы; по свидетельству Псковской Судной грамоты «братчина судит как су- дьи»198. Изобилие земли и зерна, низкие налоги, мир и покой, об- щинное самоуправление, пиры-«братчины»—такова была жизнь кре- стьян в XIV веке. Может быть, это было лучшее для крестьян вре- мя за всю историю России —«золотой век» русского крестьянства. От этого времени не сохранилось известий о крестьянских выступ- лениях или о борьбе за землю199. Свидетельством крестьянского бла- гополучия являются сравнительно редкие упоминания голодных лет: за полвека с 1310 по 1360 год лишь один раз (в 1332 году) упоми- нается сильная дороговизна200. Для сравнения можно отметить, что в 1210-1230 годах девять из двадцати лет были годами голода201. Источники не сохранили данных, которые бы позволили количе- ственно описать уровень потребления крестьян в XIV веке. Ближай- шие по времени массовые данные относятся к Новгородской земле конца XV века; они позволяют с некоторой долей вероятности пред- ставить, как могли жить крестьяне в условиях изобилия свободных земель. По расчетам А. В. Шапиро, в Водской пятине чистый сбор зерна на хозяйство составлял 171 пуд. При средней численности дво- ра в 6 душ на душу приходилось 28,5 пудов зерна, в то время как для пропитания считается достаточным 15 пудов. Кроме того, имелся до- ход от животноводства, технических культур, леса, оцениваемый (в пересчете на рожь) в 42,7 пуда, то есть примерно в 7 пудов зерна на душу202. Правда, нужно учесть, что крестьяне (за исключением живших в слободах) платили дань. Поначалу дань называли десятиной, и, возможно, она составляла десятую часть доходов. Однако в дальней- шем дань превратилась в фиксированный налог с «сохи»; в конце XIII века «соха» —это был большой двор, в который входили «два мужа работника» и две —три лошади. Позже, во времена Ивана III, 172
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ на Новгородчине «соха» составляла три «обжи» по одному работни- ку с лошадью, то есть три малых однолошадных двора. А. В. Шапиро полагает, что в XIV-XV веках одновременно с переходом от подсеки к трехполью происходил распад больших семей —и действительно, подавляющее большинство хозяйств на Новгородчине к концу XV столетия были малыми и однолошадными203. Подобный процесс происходил ранее в Киевской Руси, но катастрофа XIII столетия вер- нула Русь к подсеке и большим семьям—теперь все началось с начала. Таким образом, можно считать, что «соха» состояла из трех дво- ров, подобным дворам Водской пятины (где средний двор был равен «обже»). Общий доход с «сохи» в этой пятине составлял 641 пуд или 85 коробей зерна. Какую часть дохода отнимала дань? У В. Н. Татище- ва сохранилось известие о том, что в 1275 году дань собирали по по- лугривне серебра с «сохи»204; в 1384 году брали полрубля с деревни; в 1408 году—полтину с «сохи»205. По заключению историков, рубль и гривна, «соха» и деревня—это одно и тоже206, таким образом, до се- редины XV века размер дани оставался постоянным и составлял пол- тину с «сохи». Рубль в XIII-XIV веках равнялся 196 г серебра207, пол- тина—98 г, если считать в сохе три двора, то на двор придется 33 г серебра или 9 саманидских дирхемов. Если вспомнить, что в киев- ские времена со двора брали один, максимум два дирхема, то разни- ца покажется огромной. Правда, как отмечалось ранее, в Византии и в Египте обложение составляло 24-26 дирхемов, то есть было мно- го выше монгольской дани. Низкое обложение в киевские времена объяснялось тем, что князья не имели бюрократического аппарата и не могли наладить проведение переписей и строгий сбор налогов. Низкие налоги обусловливали финансовую и военную слабость рус- ских княжеств; они порождали ситуацию, когда военная элита была вынуждена развязывать междоусобные войны и жить грабежом соб- ственной страны. Теперь, с приходом баскаков и даныциков, по- явился бюрократический аппарат и появились настоящие налоги — это означало, что появилось сильное государство (правда, это была не Русь, а Золотая Орда). При всем том, что налоги резко возросли, необходимо учитывать, что их тяжесть зависит от уровня цен. Затруднение состоит в том, что цены на хлеб для XIV века неизвестны. Имеются лишь данные о том, в Пскове в 1409 году (когда хлеб был дешев) на полтину можно было купить 6 зобниц, то есть 8 коробей ржи. В 1425 году на полтину мож- но было купить 5 зобниц, в 1426 году—8 зобниц208. Далее цены пада- ют, что объясняется (как мы увидим ниже) демографической катаст- рофой, произошедшей в этот период, и использовать эти цены для !73
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I характеристики положения в конце XIV —начале XV века (как делают некоторые авторы209) нельзя. Поэтому наиболее представительной в данном случае является самая ранняя цена—цена 1409 года, при ко- торой размер дани с сохи был эквивалентен 8 коробьям ржи. Общий доход «сохи» равнялся примерно 85 коробьям. Таким обра- зом, в натуральном исчислении дань составляла %5—порядка десятой части крестьянского дохода, это соответствует ее другому названию «десятина». Получается, что дань действительно была «десятиной»210. А. Кузьмин 211, оценивая тяжесть дани, отмечает, что в 1420-х годах в Пско- ве при сооружении крепостной стены работники получили по 6 рублей за 3,5 года, т. е. 1,7 рубля в год (более поздние данные по указанным причи- нам нельзя принимать во внимание). Дань с пешего работника составляла Vs рубля 212, следовательно, в данном случае—7,4% «зарплаты» этого «мужа». В этом случае дань также примерно соответствует «десятине». Конечно, по сравнению с временами Киевской Руси дань была вели- ка, и это объясняет многочисленные сообщения летописи о «дани великой». Однако, как можно судить по материалам конца XV века, обычная дань была в три —четыре раза меньше тех оброков, кото- рые платили новгородские крестьяне, сидевшие в вотчинных или поместных землях213. Среди этих крестьян были, в частности, «по- ловники», рента которых, как говорит само название, составляла половину урожая. И конечно, повинности крестьян XIV века были несопоставимы с барщиной XIX века, когда крепостные работали на помещика до пяти дней в неделю. Приведенные здесь оценки уровня душевых сборов и налогов яв- ляются весьма приблизительными, но сам по себе порядок величин говорит о том, что в условиях изобилия свободных земель и относи- тельно низких налогов крестьяне не испытывали недостатка в хлебе. 4.7. МОСКОВСКАЯ РУСЬ Возвышение Москвы началось в начале XIV века борьбой москов- ских князей за великокняжеский престол. После ухода баскаков за сбор и доставку ордынского «выхода» отвечал великий князь вла- димирский; это придавало титулу великого князя новое значение. В1304 году тверской князь Михаил и московский князь Юрий устрои- ли торг в Орде, обещая платить один больше другого, — и хан отдал Михаилу престол вместе с правом на сбор дани214. Но Юрий москов- 174
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ ский не захотел отступиться, он снова приехал в Орду, несколько лет жил в ставке хана Узбека и сумел склонить его на свою сторону. В 1317 году Юрий получил ярлык на великое княжение и в жены — се- стру хана Кончаку. Московские князья демонстрировали покорность ханам —в то время как Тверь пыталась сопротивляться; в 1327 году здесь вспыхнуло новое восстание. В итоге Тверь была разгромлена татарами, а Москва закрепила за собой Великое княжение Владимир- ское215. Право на сбор дани служило действенным оружием для под- чинения других князей, и брат Юрия, Иван Калита, сумел объеди- нить вокруг Москвы значительную часть северо-восточной Руси. Ха- рактерно татарское прозвище этого князя —Калита, то есть мешок с деньгами; надо думать, у Ивана Даниловича было достаточно де- нег, чтобы ладить с ордынскими вельможами. Иван Калита жил по- переменно то в Москве, то в Орде, поддерживал хорошие отноше- ния с Узбеком и исправно платил «выход»216. Можно приблизительно оценить долю великого князя и долю хана в общем объеме дани. После прекращения ордынских переписей кня- жеские даныцики продолжали учет населения217 и составляли нало- говые росписи; по-видимому, на основании этих данных летопись со- общает, что в 1360 году Великое княжение Владимирское насчитыва- ло 15 «тем»218. «Тьма» —это административная и фискальная единица, установленная в свое время монгольскими численниками и условно содержащая ю тысяч дворов. Если считать в сохе один большесемей- ный двор и учесть, что с «сохи» брали по полтине, то доход москов- ских князей от дани теоретически должен был составлять примерно 75 тысяч рублей219. Между тем, при Дмитрии Донском «выход» Велико- го княжества Владимирского составлял лишь 5 тысяч рублей220. Таким образом, в Орду шла лишь малая часть собираемой дани, львиная доля ее оставалась в Москве. Это несоответствие между данью и «выходом», конечно, не было секретом для ханов—и его можно объяснить с точки зрения порядков Орды. Дело в том, что в начале XIV века на Ближнем Востоке (и в Золотой Орде) получила распространения система икта, в соответствии с которой эмиры сами собирали налоги в своих владе- ниях, передавая в казну лишь небольшую их часть221. Очевидно, ханы рассматривали улусы русских князей как икта, и этим объясняется как отзыв баскаков, так и незначительная величина «выхода». При Иване Калите начинается процесс сложения нового русско- го государства—пока в составе Золотой Орды. Постоянные усобицы конца XIII-начала XIV века породили обстановку анархии и разбоя. Калита сумел навести порядок и «исправи Русськую землю от татей и от разбойник»222. Прежде огромное количество средств разворо- х75
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I вывалось «сильными людьми»— теперь в сборе дани был наведен порядок223. Финансовые учреждения молодого Московского княже- ства еще только складывались, и статьи доходов были достаточно скромными. Одним из достижений Калиты была передача ему дохо- дов от «тамги» —эти доходы раньше принадлежали татарам. Доходы князя теперь состояли из «тамги», «осмничего» (еще одна рыночная пошлина), «мыта» и медового оброка224; дань формально принадле- жала татарам—хотя, как мы знаем, большая часть ее оставалась в каз- не князя. Местная администрация формировалась на основе системы корм- лений, известной еще в Киевской Руси; наместники и волостели по- лучали в качестве платы за исполнение своих должностей часть пош- лин225. Среди перемен, принесенных новой эпохой, было уничтоже- ние должности тысяцкого; во времена Киевской Руси тысяцкие были выборными предводителями городского ополчения; наряду с вече эта должность была символом городского самоуправления — теперь она исчезла вслед за вече226. Подражая ханам, московские князья стремились стать самодержавными правителями — однако на этом пути стояло много препятствий. Одним из препятствий была старая традиция решать дела вместе с боярами, Дмитрий Донской завещал своим сыновьям бояр своих любить и без воли их ничего не делать227. Другим препятствием была традиция наследования, при которой каждому сыну выделялся свой удел—это приводило к дроблению кня- жества на уделы. Татары также не желали усиления московского кня- зя; в 1340-х годах они наделили великокняжеским титулом князей Тве- ри, Рязани и Нижнего Новгорода. Теперь на Руси было четыре вели- ких князя, которые самостоятельно собирали дань и по отдельности вели дела с Ордой228. Возвышение Москвы привлекло к ней бояр, предлагавших князь- ям свою службу. Древние боярские роды, потомки завоевателей- варягов, понесли большие потери во время борьбы с монголами; их вотчины были разгромлены, холопы частью разбежались и стали свободными людьми229. Теперь уцелевшие бояре стали стекаться под знамя московских князей. «Со всех сторон собирались знатные слу- жилые люди из Мурома, из Нижнего, из Ростова, Смоленска, Черни- гова, даже из Киева и из Волыни»,— писал В. О. Ключевский230. Боя- ре переселялись с толпами дворовых холопов и слуг; киевский боя- рин Родион Нестерович прибыл в Москву с двором в 1700 человек231. В XIV веке вокруг московских князей формируется боярская элита; она еще немногочисленна: в этом столетии известно всего 19 москов- ских боярских родов, из них единовременно при дворе находилось, 176
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ как правило, не более 12 бояр. Это новая элита: свидетельством раз- рыва со старой дружинной традицией является исчезновение прак- тики захоронений представителей знати в больших курганах. Родо- словные московских боярских родов также подтверждают свершив- шуюся перемену: они все начинаются в XIV веке, хотя известно, что некоторые роды были пришлыми и имели более древние корни232. На верхних ступенях новой элиты стояли боярские роды, по- роднившиеся через брачные связи с княжеским родом. Ранги дру- гих родов не были жестко закреплены, что находило выражение в распространенных конфликтах из-за «мест» (русские переняли обычай местничества у татар). Тем не менее новая элита была до- статочно сплоченной, и конфликты бояр с князьями были редкими исключениями233. Появление новой элиты нашло свое отражение в появлении но- вой роскоши. Московская элита заимствовала роскошную восточную одежду —в первую очередь «кожухи» и «шубы» (персидское «джуб- ба»), покрытые снаружи парчой, бархатом или атласом. Под 1376 го- дом Никоновская летопись говорит, что «русские воеводы начата ходити и ездити в охабнех и сарафанех»234. «Сарафа» по-персидски означает «почетная одежда», это была длинная одежда на меху, ни- чем не напоминающая современные сарафаны. Охабень—тоже длин- ная одежда на меху из парчи или из шелка с золотом. Любопытно, что эти меховые одежды носили и летом —обычай, который кажется теперь странным, но который находит объяснение, если мы вспом- ним, что жители Средней Азии носят теплую одежду и в самое жар- кое время235. Для современных исследователей символом восточной роскоши является так называемая шапка Мономаха —считается, что это про- изведение среднеазиатского искусства было подарено Ивану Кали- те ханом Узбеком. Украшения, нашитые на шапку, были выполнены в технике золотой скани, которая потом была перенята русскими ма- стерами—таким образом, постепенно возрождалась русская ювелир- ная школа236. Возвращаясь к описанию имущественного положения новой эли- ты, необходимо отметить, что московские князья давали боярам в вотчины пустующие земли. По свидетельству археологов, большин- ство крупных поселений возникало на новых, неосвоенных прежде землях—это были боярские села, родовые гнезда, населенные млад- шими родичами, дружинниками, слугами и холопами237. Боярские вотчины занимали обширные территории, некоторые бояре име- ли свыше тысячи десятин земли и десятки сел238. Среди населения 177
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I вотчин преобладали свободные крестьяне, но, как показывают от- дельные примеры, около трети крестьян составляли рабы-холопы239. Со временем имения бояр дробились между наследниками, и к кон- цу XIV —началу XV века относятся сведения об увеличении числа мел- ких вотчинников; эти вотчинники назывались «детьми боярскими», что само по себе указывает на их происхождение. Имение мелкого вотчинника часто составляло одну деревню; он вел хозяйство с по- мощью доставшихся в наследство холопов, а иногда и сам пахал зем- лю. Служившие князю вотчинники получали пожалования и освобо- ждение от налогов—но неслужилые должны были нести «тягло» вме- сте с крестьянами240. С середины XIV века появляются свидетельства о выдаче жало- ванных грамот, сначала монастырям, а затем боярам и детям бояр- ским. Жалованные грамоты предоставляли вотчинникам освобож- дение от налогов и (обычно частичный) судебный иммунитет. Вза- мен этих льгот дети боярские и бояре с их дружинами должны были нести военную службу—однако эта обязанность прямо не оговари- валась в грамотах. (В принципе военная повинность распространя- лась на все население и в случае необходимости в войско призыва- лись не только дети боярские, но и крестьяне—с определенного чис- ла «сох» выставлялся один воин, этих воинов называли «посошные люди» или «посоха»). Русское слово «пожалование» является пере- водом монгольского «союргал», а грамоты, дающие освобождение от налогов, на Руси называлась тарханными грамотами —монголь- ское слово «тархан» означает «свободный от податей»241. Специали- сты отмечают, что русские жалованные грамоты по форме восходят к татарским ярлыкам242. Тарханные грамоты были персидским уста- новлением и пришли на Русь через посредство Золотой Орды; в Пер- сии и в Орде владение, освобожденное от налогов такой грамотой, называлось «союргалом»243. Как отмечалось выше (в п. 1.9), «халдуновский» цикл в ксено- кратических государствах сопровождается процессами феодализа- ции — постепенной приватизацией владений и должностей, которые их обладатели получили на условиях службы. Этот процесс получил значительное развитие в центральных областях Золотой Орды; ана- логичные явления мы видим и на Руси. В 1359 году феодализация и традиционалистская реакция в Золо- той Орде привели к «великой замятие». Русские княжества на вре- мя оказались предоставленными сами себе, однако князья не торо- пились сбросить «ордынское иго»; после каждого переворота они приезжали в Орду и просили ярлыки у нового хана244. Вопрос о том 178
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ платить или не платить дань, как видно, был несущественным; мос- ковское правительство использовало ослабление Орды для решения других задач —для подчинения князей-соперников. В прежние вре- мена ханы «батогом божьим» наводили порядок среди князей, те- перь же повторилась ситуация 1280-х годов: традиционалистская ре- акция в Орде открыла дорогу реакции на Руси. Снова начались же- стокие внутренние войны с опустошением территории противника и взятием огромных полонов. В 1372 году тверской князь взял штур- мом Торжок: «От поганых не бывало такого зла,— свидетельствует летописец,—убитых, погорелых, утопших наметали пять скудель- ниц...»245 В 1373 году московские войска опустошили тверское княже- ство и «полона много множество разведоша»246. Москва упорно до- бивалась признания зависимости от Твери; тверские князья обра- щались за помощью в Литву и к Мамаю —но Москва игнорировала волю Мамая и марионеточных ханов. В конце концов Дмитрий Дон- ской подчинил Тверь —но Мамай решил покарать дерзкого «улусни- ка». В 1380 году Мамай двинулся на Русь, однако Дмитрию Донскому удалось остановить нашествие на Куликовом поле. Через год Мамай был разгромлен Тохтамышем, который восстановил единство и мо- гущество Орды. В 1382 году Тохтамыш возглавил новое нашествие на Русь; оно завершилось взятием Москвы и опустошением Москов- ского княжества. Результатом этого поражения было возвращение к временам Узбека: Тверь восстановила свою независимость247, рус- ские князья были вновь приведены к покорности, и на Руси на неко- торое время установился мир. После нашествия Тохтамыша Руси было отмерено еще четверть столетия мирной жизни, и раны, нанесенные нашествием, были за- лечены достаточно быстро. Летопись говорит, что в это время бог дал Руси «тишину» и «благоденство»248; особо говорится о хозяй- ственных достижениях князя Александра Тверского, который «люди отовсюду собираше, грады Тверские утверди»249. В этот период от- мечается значительный рост каменного строительства (см. рис. 4.2). Русь XIV века представлялась византийскому писателю Никифору Григоре богатой страной, а русские—«многолюднейшим народом»250. Однако во второй половине столетия появляются некоторые симп- томы, говорящие о том, что подъем замедлился —прежде всего, по- являются упоминания о голоде. Голод пришел на Русь в 1364 и 1370 го- дах251, и это может служить свидетельством того, что начала сказы- ваться нехватка земли. Другим свидетельством такого рода являются первые сообщения о переходе от подсеки к трехполью; «пашенные леса» были сведены, и крестьяне были вынуждены использовать ста- х79
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 1288-1312 1338"1362 1363-1387 1388-1412 1412-1437 1438-1462 рис. 4.2. Динамика каменного строительства в Севе- ро-Восточной Руси. На графике отражено количест- во каменных церквей, построенных в Москве, Твери и Нижнем Новгороде по четвертям столетия253. ропахотные земли. Однако технология трехполья была еще не совер- шенна, удобрения не применялись, поэтому старопахотные земли давали урожаи во много раз меньшие, чем подсека252. Тем не менее мы не видим на Северо-Востоке Руси серьезных признаков аграрно- го кризиса —после 1370 года летописи не говорят о голоде, нет сви- детельств о разорении крестьян, о ростовщической задолженности, массовой продаже земли или аренде. Какова была численность населения в те времена? Г. В. Вернад- ский оценивает общее количество «тем» Северо-Восточной Руси в 27 и считает, что большесемейный двор насчитывал около 20 чело- век254, тогда получается, что численность населения Северо-Восто- ка составляла примерно 5,4 миллиона —немногим меньше, чем в се- редине XVII века. Отвлекаясь от вопроса о степени достоверности этой оценки, можно отметить, что в Золотой Орде (помимо Руси) на- считывалось 70 «тем»255, а в Персии в 1270-х годах—150 «тем»256. От- сюда становится ясным, что роль гегемона в регионе играла Персия и именно она была образцом для ордынских ханов и русских князей. Рост населения сказался не только на селе, но и в городах. После монгольского нашествия большинство городов лежало в развалинах, но с середины XIII века в некоторых городах отмечается постепенное восстановление хозяйственной жизни257. В XIV веке были восстанов- лены и достигли значительного развития Ростов, Владимир, Рязань, Суздаль, Нижний Новгород. Крупнейшим из городов Северо-Восточ- 180
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ ной Руси была Москва; ее население составляло 20-25 тысяч чело- век258; население Нижнего Новгорода могло насчитывать 9-18 тысяч жителей, Твери —6-12 тысяч259. В целом города этого времени были меньше по размерам, чем города Киевской Руси; это явление можно объяснить изменением социальной роли городов: прежде они гос- подствовали над деревней, и их жители не платили налоги, теперь они лишились былых привилегий, и у селян пропал стимул к пере- селению в город. Потеряв прежние привилегии, горожане, однако, были вынуждены выполнять прежние обязанности: в случае войны они в первую очередь призывались в ополчение, составляя отдель- ные «городовые полки»260. Об относительной слабости городов гово- рит и неразвитость городских ремесел; многие ремесла так и не вос- становились после нашествия. Каменное строительство возобнови- лось лишь к середине XIV века; в 1367 году в Москве были возведены каменные стены Кремля, однако каменных зданий в Москве строи- лось намного меньше, чем в Новгороде: в 1263-1462 годах в Новгоро- де было построено 176 каменных церквей, а в Москве —только 49261. На Северо-Востоке в отличие от Новгорода мы не встречаем упо- минаний о многолюдных ремесленных кварталах; как показывают раскопки, горожане в значительной степени жили сельским хозяй- ством262. О торговле также сохранилось мало сведений—хотя извест- но, что золотоордынские ханы гарантировали безопасность торго- вых путей и поощряли торговлю. Для купцов открылась дорога через степь, и Гильом Рубрук сообщает о русских торговцах, привозивших меха в крымский порт Судак («Сурож» русских летописей). Эти куп- цы снаряжали караваны больших крытых телег, в которые запрягали волов263. Купцов, торговавших с Крымом, в Москве называли «суро- жанами»; они были самыми богатыми московскими купцами—однако среди этих «сурожан» первое место занимали греки264. Помимо доро- ги через степь в Крым, большое значение имел волжский торговый путь; Нижний Новгород был оживленной гаванью, где приставали десятки судов, принадлежавших русским, армянским, а также мусуль- манским купцам265. Русские суда плавали по Волге в Булгар и Сарай, и некоторые нижегородские купцы имели значительные капиталы — в летописи упоминается купец Тарасий Петров, который выкупил у татар множество пленников и заселил ими шесть сел266. До 1370-х годов торговля на Руси осуществлялась при помощи «ме- ховых денег» и слитков серебра. Свидетельством расширения тор- говли и денежного обращения было начало чеканки монеты князем Дмитрием Донским. На одной стороне монет было написано имя ве- ликого князя, а на другой стороне, по-арабски, — название правле- 181
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ния хана (в Орде, как в Китае, определенному периоду правления давалось свое название)267. Новая московская монета называлась «деньга» — по-монгольски и по-персидски это означает «серебряная монета»; «деньга» Дмитрия Донского в 0,93 г серебра была равна ордынскому дирхему и составляла %о китайского ляна. Почти одно- временно с Москвой началась чеканка монеты в Рязани и Нижнем Новгороде, немного позже —в Твери, Пскове и Новгороде268. 4.8. ВЕЛИКИЙ НОВГОРОД Новгород был крупнейшим торговым и ремесленным центром Руси, но история Новгородской земли представляет собой особую страни- цу русской истории. Во времена Киевской Руси Новгород был опло- том варяжских «вечевых» порядков—в то время как на Северо-Восто- ке преобладала самодержавная византийская традиция. Это различие между Новгородом и Владимиро-Суздальской Русью было усугублено монгольским завоеванием. Монголы разрушили многие города Севе- ро-Востока, а те города, которые уцелели, лишились вечевого само- управления и подчинились власти князей и баскаков. Но монголы не дошли до Новгорода, и, формально признав их власть, Новгород остался городом-государством, господствовавшим над обширными территориями. Как и прежде, во времена Киевской Руси, новгород- цы обладали правом голоса на вече и пользовались налоговыми при- вилегиями. Как в старые времена, новгородское вече выбирало по- садника, тысяцкого и владыку-епископа. В Новгороде были князья, приезжавшие по приглашению вече, но их функции сводились в ос- новном к военному предводительству. Городские власти заключали с князем договор, «ряд», по которому князь не мог решать никаких существенных вопросов без посадника и тысяцкого; вече в любой мо- мент могло «указать дорогу» князю из Новгорода269. Новгород был городом-войском, господствовавшим над сельски- ми областями; его население было хорошо вооружено и составляло «тысячу» — городской полк под командованием «тысяцкого». Пять новгородских районов, «концов», выставляли по две «сотни» во гла- ве с сотскими; каждый «конец» имел своего выборного старосту и свою управу. К каждому из «концов» Новгорода «тянула» обшир- ная сельская область, «пятина»; многие из новгородцев имели зем- ли в «пятинах» —не только бояре, но и «меньшие люди» нередко вла- дели землей, которую обрабатывали арендаторы-«половники». В на- чале XIV века большинство населения «пятин» составляли крестьяне, 182
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ сидевшие на государственной, «черной» земле; как во времена Ки- евской Руси, этих крестьян называли «смердами». Смерды должны были жить в своем погосте и платить подати; Новгород требовал от соседних княжеств, чтобы они возвращали бежавших смердов270. Новгород не знал баскаческого управления; в 1258 году татарские численники провели перепись и установили сумму дани; после этого новгородцы сами собирали дань271 —или предоставляли право сбора даныцикам великого князя. Дань, шедшая татарам, в Новгороде на- зывалась «черным бором», а дань, шедшая городу, —«поральное», но, судя по отдельным свидетельствам, ее собирали не с «сох», а по-ста- рому, с «дыма» или с «деревни»272. О размерах порального можно су- дить по тому, что в конце XV века крестьяне черных волостей пла- тили примерно 7% дохода273. Что касается других податей, то харак- терно, что источники не упоминают «тамги» — Новгород не принял этого татарского налога274. С данью новгородцы так же поступили по своему усмотрению: поначалу «численники» обложили данью, как крестьян, так и жителей Новгорода, но новгородцы переложили ее уплату на жителей Новоторжского уезда. Источник XV века сообща- ет, что в то время горожане Новогорода уже не платили «черного бора»275. Таким образом, монгольское нашествие разделило историю Нов- городчины и Московской Руси; другим глобальным фактором, от- делявшим Северо-Запад от Север-Востока, было различие природ- но-экологических условий. По сравнению с владимирским опольем, Новгородчина—это суровый край с бедными почвами, большая часть которых вовсе непригодна для земледелия. Допустимая плотность населения здесь очень мала, поэтому, несмотря на обширные про- странства земель, на Новгородчине постоянно ощущалась нехват- ка хлеба —признак перенаселения. В 20-е годы XIII века перенасе- ление привело к демографической катастрофе, страшному голоду и мору, которые унесли большую часть населения. После катастро- фы в Новгороде наступило время упадка; гибель ремесленников при- вела к утрате некоторых ремесленных традиций, в Новгороде полве- ка не строили каменные здания276. Однако постепенно численность населения восстановилась; об этом говорит, в частности, фиксируе- мый археологами рост числа археологических остатков. От слоя к слою растет число находок кожаной обуви и берестяных грамот, за столетие, с середины XIII по середину XIV века, оно увеличивает- ся примерно вдвое, а к началу XV века —еще вдвое277. Специалисты пишут о стремительном росте Новгорода в XIV веке, о строительстве «окольного города», о расширении Плотницкого и Наревского кон- 183
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I цов278. Растут масштабы каменного строительства, за 1313-1337 годы было построено ю церквей, а за 1388-1412 годы —33 церкви279; в 1301 и 1331 году обновляются новгородские стены; строятся новые камен- ные крепости: в 1384 году—Порхов, в 1387 году—Ям. Растет население и на селе; археологи отмечают быстрое разрастание и уплотнение сети сельских поселений280. В бо-х годах XIV века рост численности населения приводит к по- явлению первых симптомов перенаселения. К этому времени кре- стьяне Новгородчины уже давно перешли на трехполье. Берестя- ные грамоты доносят до нас жалобы крестьян на нехватку земли281. «При данном уровне технико-экономического развития и обществен- ного строя Новгород и его земля оказались не в состоянии прокор- мить население города и деревни», —отмечает В. Н.Вернадский282. Образовалась масса «лишних людей», которые стали искать себе пропитания грабежом и разбоем; как викинги прежних времен, они снаряжали флотилии из сотен «ушкуев», которые спускались по Вол- ге и грабили села на ее берегах —причем продавали захваченных «христиан» на рынке в Булгаре283. Другими симптомами перенаселе- ния были рост ростовщичества и разложение общины. О развитии ростовщичества свидетельствуют сохранившиеся духовные грамоты зажиточных новгородцев; они перечисляют множество должников— причем в долг берутся относительно мелкие суммы284. Ростовщиче- ством активно занимаются монастыри —в отличие от монастырей Северо-Востока, новгородские монастыри были «особножительски- ми»; монахи давали деньги под залог земли и затем отнимали зем- лю у неисправных должников285. В деревне появляются безлошадные бедняки-«пешцы» и безземельные «захребетники»; некоторые кре- стьяне пытаются «заложиться» за бояр —они передают боярам свою землю в обмен на их покровительство. Имеются упоминания о том, что за князей и бояр «закладывались» целые села; закладничество было явлением, аналогичным европейскому патронату и комменда- ции286—как известно, на Западе коммендация привела к быстрому и практически полному исчезновению крестьянского землевладе- ния. Бояре расширяли свои владения также и прямым насилием: из- вестны случаи, когда во главе отрядов своих дружинников и холопов они захватывали отдельные погосты и подчиняли их население287. Разорившиеся крестьяне продавали свои хозяйства не только боя- рам, но и незнатным новгородцам; при этом они становились арен- даторами на своей бывшей земле288. Переписи конца XV века показы- вают результаты этих продаж —рядом с крестьянскими хозяйствами в деревне можно видеть хозяйства, принадлежащие городским жите- 184
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ лям; в этих хозяйствах работают арендаторы-«половники»289. Сведе- ния о половниках появились уже в начале XIV века; как говорит само название, половники отдавали землевладельцу половину урожая —это была очень тяжелая норма эксплуатации. Община постепенно раз- лагается, зажиточные крестьяне стремятся отделиться от общинного «тягла» и стать собственниками своих пашен; из зажиточных кресть- ян и купивших землю горожан формируется слой мелких вотчинни- ков, «земцев» или «своеземцев», обладателей «своей земли». Разложе- ние общины—это процесс, которого мы не видим на Северо-Востоке Руси, но который в ярких формах наблюдался в Литве290; в социаль- но-экономическом отношении Новгородчина имела больше общего с Литвой, чем с Московской Русью. В конечном счете это различие об- условливалось недостатком земель —то есть перенаселением Новго- родчины. Переписи конца XV века показывают, что наделы крестьян в густонаселенных областях Новгородчины, например, в Деревской пятине, были вдвое меньше, чем на Северо-Востоке Руси291. Процесс разложения общины шел параллельно с процессом раз- дачи государственных земель новгородским боярам и монастырям. «Обояривание» стало едва ли не ведущей чертой экономического развития Новгородчины в XIV веке292. В отличие от Московского княжества боярам передавались не пустующие земли, а населенные смердами деревни и села. Передача прав не оформлялась тарханны- ми грамотами, как в Москве, и не содержала права на судебный им- мунитет293, владения новгородских бояр типологически отличались от близких восточному союргалу московских пожалований. Понача- лу крестьяне этих деревень лишь выплачивали новому вотчиннику прежние подати — но впоследствии подати постепенно увеличива- лись. В берестяных грамотах содержится много жалоб на действия управляющих, требующих повышенные подати294. На государствен- ных землях крестьяне платили 8 денег; к концу XV века крестьяне бо- ярских вотчин были вынуждены платить в среднем 35 денег с обжи — около четверти своего дохода295. Эта рента приближалась к ренте арендаторов-половников; столь высокий уровень ренты невозмо- жен при свободе перехода и наличии свободных земель —в такой си- туации землевладельцы вынуждены переманивать крестьян, обещая им льготы (как это было на Северо-Востоке Руси). Рента в четверть или в половину дохода характерна для перенаселенных регионов, где крестьяне страдают от недостатка земли и не могут уйти от помещи- ка (например, для Китая и Ближнего Востока). Таким образом, вы- сокий уровень ренты свидетельствует о нехватке пригодной для об- работки земли, а также о затрудненности перехода для некоторых 185
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I категорий крестьян, прежде всего для половников. Действительно, уже с начала XIV века в договорах с соседними князьями появляются статьи о выдаче бежавших должников и половников, о том, что по- ловника можно судить лишь в присутствии господина296. Очевидно, ограничение прав половников объясняется их задолженностью сво- им хозяевам, долговой кабалой; это было явление, характерное для многих перенаселенных регионов. «Обояривание», нехватка земли и рост эксплуатации имели след- ствием рост числа земельных конфликтов. В летописях и в актовом материале имеются довольно многочисленные сведения о земель- ных конфликтах на Новгородчине — в отличие от ситуации в Се- веро-Восточной Руси297. «Случайно ли это?» — спрашивал А.Д. Гор- ский и высказывал мнение, что причина заключается в имевшемся на Северо-Востоке «земельном просторе»298. Вероятно, правильнее было бы сказать о недостатке земли на Новгородчине. Недостаток земли заставлял крестьян заниматься промысла- ми. На Новгородчине мы встречаем явление, которое не отмеча- ется в Северо-Восточной Руси — появляются торгово-ремесленные села, «рядки». Название «рядок» происходит от стоящих в ряд ла- вок—то есть от рынка; «рядки» располагались вдоль больших дорог, у мостов, иной раз они насчитывали больше сотни дворов торговых и ремесленных «людей». Ремесленники были в каждом селе; в двух погостах Шелонской пятины на 200 дворов приходилось 25 ремес- ленников299. Многие крестьяне, по-видимому, уходили на заработки в города, прежде всего, в Новгород; во второй половине XIV века в Новгороде отмечается рост ремесленных кварталов. Это время было временем расцвета новгородского ремесла; новгородцы слави- лись своим плотницким мастерством, в городе было много гончаров и скорняков. Скорняжный промысел давал пропитание многим ре- месленникам—он был прямо связан с торговлей мехами, которая пе- реживала период невиданного подъема. Меха поступали в Новгород не только из его «пятин», но и из всех русских земель; это была глав- ная торговля Руси; о масштабах этой торговли можно судить по тому, что лишь один корабль, случайно захваченный пиратами в 1393 году, вез мехов более чем на 2 тысячи рублей300. Новгород принимал уча- стие и в торговле восточными товарами: волжский торговый путь вел из Персии и Средней Азии на Новгород и дальше, на Балтику. В Новгороде был особый «Хопыльский ряд», где восточные купцы продавали шелк и пряности301. Раздачи государственных земель Новгорода привели к формиро- ванию огромных боярских вотчин. К концу XV века на Новгородчи- 186
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ не практически не осталось государственных «черных» земель, при этом % всей земли принадлежало 43 «большим боярам». Владения Богдана Есипова охватывали 700 деревень с населением около ю ты- сяч человек; столь же значительными были вотчины Марфы Борец- кой и Настасьи Григорьевой —их владения во много раз превосхо- дили владения крупнейших московских бояр302. «Большие бояре» имели свои дружины и, как во времена Киевской Руси, ходили со- бирать дань в северные владения Новгорода303. Эта дань состояла из пушнины, которая и была главным богатством Новгорода, пред- метом торговли с немецкими городами. Помимо торговли бояре за- нимались и ростовщичеством: «Бояре сделались классом крупных землевладельцев и капиталистов-банкиров», —отмечал Н.Рожков304. Богатства бояр давали им власть над Новгородом —хотя формально главные вопросы решало вече, бояре всегда могли «наймовать худых мужиков вечников»305 и добиться нужного им решения306. В посад- ники и тысяцкие вечники выбирали только бояр, а отбыв на долж- ности свой срок, они становились членами «Совета господ». Фор- мально «Совет господ» занимался подготовкой вопросов для вече, но фактически он руководил всей жизнью Новгорода307. Однако боя- ре не жили мирно; в XIV веке жизнь города часто омрачалась борь- бой боярских кланов; эти кланы имели массу клиентов и втягивали народ в столкновения, приводившие к кровавым погромам. Как от- мечает В. Н. Вернадский, ситуация напоминала борьбу патрициан- ских родов в итальянских городах308. Вотчины в деревне имели не только бояре; новгородские купцы и «житьи люди» также владели вотчинами, иной раз в сотню «обеж», то есть порядка тысячи десятин. Было много мелких вотчин, землю разорившихся крестьян покупали и люди среднего достатка, в част- ности, многие служители церкви. Мелкие вотчины появлялись также в результате разделов между наследниками; половина вотчинников имела не более пяти крестьянских участков, многие из «своеземцев» мало чем отличались от зажиточных крестьян309. Основную часть населения Новгорода составляли, конечно, не купцы и бояре, а простой народ, ремесленники и рабочие. От- носительно жизни простого народа источники сохранили мало све- дений. В 1364 и 1370 годах упоминается голод, в 1352, 1390, 1414 годах— мор. Летопись сообщает о смутах и волнениях, которые не раз охва- тывали Новгород, о «мятежах» в 1359, 1384, 1388 годах. «Источником смут, заметно обнаружившихся c XIV века,—пишет В. О.Ключев- ский,—была социальная рознь, борьба низших бедных классов с выс- шими богатыми. Новгородское общество делилось с тех пор на два 187
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I враждебных лагеря, из которых на одном стояли лепшие или вятшие люди, как называет новгородская летопись местную знать, а в дру- гом—меньшие, то есть чернь...»310 В.Н.Вернадский пишет о рез- ком снижении уровня жизни населения в начале XV века, о том, что чрезвычайно далеко зашедшая социальная дифференциация приве- ла к росту числа «убогих» в городе, о «напряженной классовой борь- бе», приведшей к восстанию 1418 года311. В деревне также складыва- лось тяжелое положение: «Сеяти нечего, а ести тоже нечего»,—го- ворится в одной из крестьянских челобитных, относящихся к этому времени312. 4.9. ЭКОСОЦИАЛЬНЫЙ КРИЗИС Первым актом трагедии, разразившейся в начале XV века, стало на- шествие Едигея. Экономический рост и усиление Руси позволили московским князьям —признавая сюзеренитет хана —проводить бо- лее независимую политику. В 1395 году хан Тохтамыш потерпел жесто- кое поражение в войне с Тамерланом; Сарай был разрушен, и в Орде снова началась усобица. Великий князь Василий воспользовался этой ситуацией и перестал платить «выход» — однако вскоре Орда вновь объединилась под властью эмира Едигея. В 1408 году войско Едигея внезапно вторглось на Русь —это вторжение было более опу- стошительным, чем нашествие Тохтамыша. «Воинство же татарское, разпущеное Едигеем, воеваша и поплениша много, — говорит лето- пись,—взяша же град Переславль и огнем сожгоша, и Ростов, и Дмит- ров, и Серпухов, и Верею, и Новгород Нижний и Городец, и власти и села поплениша и пожгоша. А иное многое множество христиан от зимы изомроша, бяше бо тогда зима тяжка и студена зело»313. На- шествие породило разруху и голод; затем последовал новый набег татар на Владимир, взятие города и опустошение округи — следстви- ем был новый голод, охвативший нижегородские земли314. Не про- шло и пяти лет после этого голода, как в Новгород пришла «Черная Смерть» —начался второй акт трагедии. Историю России нельзя рассматривать в отрыве от окружаю- щего мира, отвлекаясь от влияния внешних факторов. Эпидемия чумы была одним из таких факторов — она была занесена из Евро- пы, где чумные эпидемии свирепствовали уже семьдесят лет. «Чер- ная Смерть» пришла в Европу в 1348 году; эта первая эпидемия погу- била около половины населения Италии, треть населения Англии, четверть населения Германии. Размеры нанесенных чумой потерь 188
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ были тем большими, чем больше была плотность населения, и ста- новились катастрофическими в перенаселенных странах, где чума и голод шли рука об руку. Для современников связь между недоедани- ем и чумой была чем-то очевидным, и это прямо говорит о том, что распространение чумы было следствием перенаселения315. На Руси в то время не было перенаселения, и эпидемия не принесла таких потерь, как в Европе. По оценкам специалистов, смертность вряд ли составляла больше 5% населения316; эти потери могли быть возме- щены в 3-4 года. К концу XIV века население Европы отчасти восста- новилось—но в 1410-х годах пришла вторая волна чумы; в некоторых районах она оказалась страшнее первой—например, в Провансе по- гибло около половины населения317. В 1418 году чума пришла в Нов- город—и теперь она нашла благоприятные для эпидемий условия пе- ренаселенного региона. «Того же лета мор бысть страшен зело на люди в Великом Нове- городе, и во Пскове, и в Ладозе, и в Русе, и в Порхове, и в Торж- ку, и во Твери, и в Дмитрове, и по властем и селам. И толико велик бысть мор, яко живии не успеваху мертвых погребати... и многа села пусты бяху и во градах и в посадех и едва человек или детище живо обреташеся; толико серп пожа человекы, аки класы и быша дворы ве- лици и силнии пусты, едва от многих един или два остася...»318 Не успел закончиться мор, как вспыхнуло большое восстание. «Чернь с одиная сторона, а с другую боляре»319, — так повествует о восстании летопись. «Много разграбите дома боярьскыи»320. Все обиды выплеснулись наружу: боярина Божина убили за то, что «оби- дел бедных», боярина Клементия Ортемьича убили «про землю»321. «...Восста в Новегороде межиусобнаа брань, и бысть кровопролитье и убийства межи их много и едва смири их владыка Симеон»322. На следующий год мор возобновился и вскоре пришел на Мос- ковскую Русь. Северо-Восток еще не оправился от нашествия Еди- гея, и эпидемия приняла большие размеры. «Мор бысть силен зело во всей земли Русстей,— говорит летопись,— наипаче же на Костро- ме, и в Ярославле, и в Юрьеве, и в Володимере, и в Суздале, и в Пере- славле, и в Галиче, и на Плесе и в Ростове и изомроша людие и стоя- ще жито на нивах пусты, жати некому. И того же месяце Сентября в 15 день... поиде снег и иде 3 дня и 3 нощи... и мало кто жита пожал по схождении снега и бысть глад по великому тому мору по всей Рус- ской земле...»323. «Был глад по великому тому мору», — это была та самая «адская пара», которая погубила половину населения Италии и Прованса324. «...И умираху паки человеци от глада... — говорит летопись —и мало 189
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I людий во всей Русской земле остася от мору и от меженины»325. Однако это было лишь начало танца смерти, который продолжался три года. В 1421 мороз снова погубил урожай, и в обстановке голода в Новго- роде вспыхнуло новое восстание. «Того же лета Новегороде в Вели- ком брань бысть и кровопролитие, —говорит летопись, — возташе два конца, Наревский и Словенский... бояр дворы разграбите и людей много избише»326. «Той же осени... началася быти болезь коркотнаа в людех, и на зиму глад был... — повествует летописец о событиях сле- дующего, 1422 года. —Того же лета глад бысть велик во всей земле Рус- ской и по новгородской, и мнозии людие помроша з голоду, а инии из Руссии в Литву изыдоша, а инии на путех с глада и з студеня помро- ша... а инии же и мертви скоты ядяху, и кони, и пси, и кошки, и кро- ты, и люди людей ядоша, а в Новегороде мертвых з голоду 3 скудельни- цы наметаша...»327. Летописец добавляет, что в Москве кадь ржи стоила полтора руб- ля, а в Нижнем Новгороде—даже шесть рублей. В Пскове сохрани- лись запасы прежних лет, и цена на рожь была значительно ниже: на полтину давали 2,5 зобницы328. Толпы голодающих устремились в Псков, однако псковские власти стали разгонять пришлых людей и запретили продавать им хлеб. Псков был наполнен умирающими, едва успевали хоронить покойников. «...И накладоша тех пустотных в Пскове 4 скудельницы, а по пригородам и по волостем по могыльем в гробех покопано, то тем и числа нет», — говорит летопись329. На примере Пскова можно видеть, как наличие запасов позволя- ет предотвратить катастрофу—хотя бы в отдельных районах. В прин- ципе русские крестьяне всегда создавали запасы «про черный день». Во времена Калиты и его сыновей летописи не раз говорят о засухах и стихийных бедствиях —но голода не было: у крестьян было мно- го хлеба в амбарах. Однако в начале XV века новгородские крестья- не не могли создавать запасы из-за перенаселения, нехватки земли и высокой ренты; на Северо-Востоке запасов не было в результате едигеева разорения и разрухи. Трехлетний «великий глад» закончился в 1423 году; «великий мор» продолжался еще пять лет. Позже голод и мор не раз возвращались, в 1431, 1436, 1442, 1445 годах. В 1433 году началась междоусобная война между князьями и к жертвам голода и мора прибавились жертвы во- енного разорения. Каковы были масштабы этой катастрофы? Что стоит за слова- ми летописи «мало людий во всей Русской земле остася» ? Археологи сви- детельствуют, что количество находок кожаной обуви и берестя- ных грамот в Новгороде уменьшается примерно вдвое330 —поэтому 19°
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ можно предположить, что население уменьшилось примерно в два раза. Правда, число строящихся церквей поначалу даже возросло: уцелевшие новгородцы ставили церкви в благодарность за спасе- ние от чумы — однако в дальнейшем масштабы строительства сокра- щаются в полтора раза331. После похода Витовта в 1428 году новго- родцы были вынуждены заплатить контрибуцию в 5 тысяч рублей, причем собирали по всем волостям, по рублю с ю человек332. Это означает, что количество взрослых мужчин составляло примерно 50 тысяч, а общая численность населения —около 250 тысяч. Для срав- нения отметим, что в 1500 году численность населения составляла примерно 520 тысяч человек333, то есть в принципе Новгородчина могла прокормить вдвое большее население, чем в 1428 году, и впол- не возможно, что до катастрофы население составляло около полу- миллиона. Падение численности населения привело к недостатку ра- бочей силы; сохранилось свидетельство управляющего одной из вот- чин: он пишет, что половина вотчины пуста, а оставшиеся крестьяне хотят уйти334. Для европейских специалистов, изучающих экономи- ческие последствия «Черной Смерти», одним из основных призна- ков демографической катастрофы является резкое падение хлебных цен и вздорожание рабочей силы335. После «великого мора» на Севе- ро-Западе цены упали вдвое: в 1409 году рожь во Пскове «была деше- вой» и за полтину давали 6 зобниц, а в 1434 году за полтину давали уже 13 зобниц336. Рабочая сила была очень дорогой: строительному рабо- чему платили за полгода рубль337; в пересчете на рожь дневная опла- та составляла примерно 25 кг зерна338. Нужно отметить, что в то вре- мя как по всей Руси свирепствовали усобицы, в Пскове было относи- тельно спокойно; здесь уже начался период восстановления. На Северо-Востоке Руси «едигеево нашествие» и «великий мор» настолько врезались в память народа, что стали началом народного летосчисления; несколько поколений спустя крестьяне все еще от- считывали время от этих событий339. «Волость, господине, Ликуж- ская запустела от великого поветрия...—рассказывал много позже один из костромских крестьян, —и волостных, господине, деревень Ликужских тогда осталась одна шестая деревень с людьми... »340. Специа- листы отмечают сильное запустение Дмитровского и Переяславско- го уездов341. Акты Троице-Сергиева монастыря показывают, что запу- стение после «великого мора» было столь велико, что многие земли лежали впусте и заросли большим лесом342. Из 75 документов это- го монастыря, относящихся к 1392-1432 годам, 26 говорят о пусто- шах. Л. Лангер детально показывает, как используя создавшуюся си- туацию, монастыри быстро расширяли свои владения343. Поданным Ч)1
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I археологов, в Московской земле погибло около пятой части дере- вень344- хотя, конечно, потери в населении были значительно боль- шими, ведь в уцелевших деревнях мор и голод тоже унесли много жертв. В Москве и в Твери, резко, в 2,5-3 Раза, сократились масшта- бы каменного строительства345. Как во времена монгольского наше- ствия, катастрофа отразилась и на летописании; пресеклись многие летописи, и вплоть до середины XV века в русском летописании по- явился зияющий провал346. Наиболее трагическим обстоятельством было то, что катастро- фа породила тяжелый социально-политический кризис, который затянулся на тридцать лет. Причиной кризиса было бессилие мос- ковских князей, потерявших в результате катастрофы большую часть своих доходов и своего войска. Казна была пуста, и князья печата- ли неполновесные монеты; со времен едигеева нашествия до сере- дины XV века московская деньга обесценилась в 2,5 раза. В своей слабости русские князья старались во чтобы то ни стало держаться Орды: они надеялись, что ханы предотвратят угрожавшую Руси усо- бицу. В 1432 году московский князь Василий II и его соперник Юрий Звенигородский сами приехали в Орду и попросили хана рассудить их—но хан был бессилен приказывать: Орда распадалась под удара- ми кочевой реакции. Как в 1280-х и в 1360-х годах, разделение Орды вызвало войну между князьями. Юрий Звенигородский, восставший против великого князя Василия, пытался вернуть удельные традиции времен Киевской Руси —это была традиционалистская реакция на вве- денные Калитой новые порядки Москвы, реакция, которая всегда приходит вслед за периодом господства диффузионного самодержа- вия. Слабость великого князя позволила Юрию и его сыновьям одер- жать несколько побед. Символом бессилия княжеской власти стала битва на Нерли, когда Василий II смог собрать для отражения татар- ского набега лишь полторы тысячи воинов —он был разбит и попал в плен. Сравнительно небольшие татарские отряды постоянно про- рывались за Оку, почти беспрепятственно грабили Русь и уводили полоны «без счета». Подобные события происходили и на Северо- Западе: пользуясь ослаблением Новгорода, литовцы и орденские ры- цари беспрепятственно грабили его земли. Новгород воевал с Тве- рью и с Москвой, причем в этих междоусобных войнах, как раньше, брали большие полоны347. В годах немцы опустошили Вод- скую и Ижорскую земли, а тверичи—Бежецкую землю и окрестности Торжка; хлеб в Новгороде резко подорожал; кадь ржи продавалась за полтину—и эта дороговизна стояла десять лет. «И бысть скорбь и туга христианам вельми,—говорит летопись,—толко слышати плач 192
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ и рыдание по улицам и по торгу, и мнози от глада падающе умираху... и много разидошася; инии в Литву, а инии в Латинство... А в то же время не бе в Новегороде правде и правого суда... и начата граби- ти по селам и по волостем и по городу...»348 Одно бедствие порожда- ло другое; разруха порождала слабость, а военная слабость открыва- ла дорогу усобицам и набегам, которые порождали разруху и голод. «... А землю русскую остаток истратиша, межи собой бранячися»349,— такой итог подводит летопись княжеским усобицам. Борьба между Василием II и удельными князьями вывела на арену новую силу—окрепшее, могущественное боярство. Раньше, во вре- мена Киевской Руси, бояре не играли самостоятельной роли в меж- княжеских войнах. Теперь ситуация изменилась; в XIV-XV веках мно- гие вотчины превратились во владения типа союргала и уже не кон- тролировались князьями. В результате мы становимся свидетелями удивительного события: когда князь Юрий в 1433 году овладевает ве- ликим княжением, бояре уходят от него к князю Василию —происхо- дит нечто вроде выборов великого князя, и Юрий вынужден сойти с престола. Подобная ситуация повторяется еще раз в 1446 году—дей- ственность такого «голосования» становится понятной, если учесть что войска князей состояли в основном из боярских дружин. В ре- зультате князья уже не могут принимать важных решений без сове- та с боярской думой; к примеру, в 1471 году, перед походом на Новго- род, Иван III созвал на думу своих братьев, митрополита, архиере- ев, бояр и воевод350. В конечном счете Московское государство выдержало суровое ис- пытание долгой междоусобной войны. Новая Русь не распалась, как Орда, под ударами реакции; она восприняла и удержала в себе при- несенные монголами традиции великих восточных империй. Пытав- шиеся вернуть «киевскую старину» удельные князья были разгром- лены, и все удельные княжества (кроме одного) были ликвидирова- ны. В середине XV века начался новый период российской истории. 4.10. ВЫВОДЫ Переходя к анализу истории монгольской Руси с точки зрения трех- факторной модели, необходимо, прежде всего, обратить внима- ние на своеобразие диффузионных процессов в описываемый пе- риод. Волна монгольского нашествия имела глобальный характер, и порожденные ей диффузионные процессы существенно зависели от последовательности завоеваний. Овладевая очередной страной, х93
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I монголы впитывали ее культурные элементы и в своем дальнейшем продвижении переносили эти элементы вместе с собственно мон- гольскими. Таким образом монголы принесли на Русь не только мон- гольское оружие, но китайскую систему управления. В дальнейшем волна завоеваний принесла эти монгольские и китайские элемен- ты в Иран, и здесь в процессе социального синтеза к ним присоеди- нились местные, иранские культурные элементы, такие как ислам, система икта и персидская монархическая традиция. Когда полве- ка спустя Иран стал могущественным государством, то эта соединен- ная персидско-монголо-китайская традиция стала распространять- ся на другие страны, на Индию, Египет и на Золотую Орду (в составе которой находились русские княжества). Таким образом диффузион- ная волна, порожденная монгольским нашествием, пришла на Русь еще раз —с дополнительными иранскими компонентами. С другой стороны, нельзя не усмотреть определенной закономер- ности в процессах социально синтеза и последующей трансформа- ции, имевшей место в хазарский, норманнский и монгольский пе- риоды истории России. Во всех трех случаях после окончания соци- ального синтеза и в начале нового демографического цикла новое государство (Хазария, Киевская Русь или Золотая Орда) подверга- лось трансформации по образцу расположенных южнее могущест- венных цивилизованных стран. Во всех трех случаях эта трансфор- мация подразумевала принятие новой религии: Хазария приняла иудаизм, Киевская Русь—православие, а Золотая Орда—ислам. Вслед за принятием религии всегда следовала глубокая культурная транс- формация по образцу цивилизации-донора. Представляется, что наиболее естественное объяснение этой постсинтезной трансформации заключается в своеобразии геогра- фического расположения Руси —в ее соседстве с могущественными цивилизациями Ближнего Востока. Это соседство постоянно побуж- дало Русь к преобразованию по их образцу, но нашествия варваров прерывали эти диффузионные процессы, а когда после социально- го синтеза на руинах возникало новое государство, то все приходи- лось начинать сначала. Необходимо отметить то обстоятельство, что к моменту монголь- ского завоевания Русь не представляла собой социально-культур- ного единства. В то время как Новгород оставался приверженным к варяжским традициям, на Северо-Востоке превалировала перене- сенная из Киева византийская традиция. Монгольское завоевание усугубило этот культурный раскол: Северо-Запад остался в области традиционной культуры, порожденной норманнским культурным 194
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ кругом, а Северо-Восток вошел в область монгольского культурно- го круга. Как отмечалось выше, в монгольском культурном круге, и в частности, в Золотой Орде и Персии, происходили сложные про- цессы социального синтеза. Поначалу в этом синтезе преобладали китайские традиции, потом — мусульманские и персидские, но в ко- нечном счете —в соответствии с теорией Ибн Халдуна—возобладала традиционалистская, кочевая реакция. В итоге основанные монгола- ми государства распались на племенные ханства. Таким образом, со- циальный синтез не привел к созданию устойчивых обществ —хотя в первой половине XIV века в развитии Золотой Орды имелся пери- од относительной стабилизации, когда казалось, что синтез завер- шится успешно. На Северо-Востоке Руси тоже проходил процесс социального син- теза, процесс взаимодействия прежних, византийско-норманнских, и новых, китайско-персидско-монгольских традиций. В итоге этого синтеза новая московская государственность была построена по ки- тайско-персидскому образцу, а некоторые норманнские традиции были вытеснены новыми порядками (речь идет о вече и привиле- гированном положении городов). Однако часть норманнских тради- ций сохранилась, и в частности, сохранились удельные порядки и бо- ярские вотчины. Характерно, что в периоды ослабления ордынского влияния на Русь происходило быстрое восстановление старых обы- чаев — наступала традиционалистская реакция, начинались усобицы князей и захваты полона. Этапы социального синтеза на Руси следова- ли за этапами социального синтеза в Персии и Золотой Орде —при- чем генератором этого процесса была Персия, самое могуществен- ное государство Ближнего Востока. Сначала преобладали китайские традиции, для этого периода характерно введение на Руси китайской налоговой системы и сбор налогов баскаками. Затем (после реформ Газан-хана) возобладала персидская система икта и русские князья стали самостоятельно собирать налоги, отправляя часть их в казну. Этот период характеризуется относительной стабилизацией поли- тических и общественных отношений; в Золотой Орде это было вре- мя правления Узбека, а на Руси —время правления Калиты и его сы- новей. Иван Калита по праву должен считаться основателем воспри- нявшего китайско-персидские традиции Московского государства. К 1360-м годам относится первая вспышка традиционалистской, кочевой реакции в Золотой Орде; на Руси эта реакция проявилась в отказе платить дань и в межкняжеских войнах. Кризис этатистской монархии в Персии и в Золотой Орде сопровождался распростране- нием иммунитетных владений, союргалов; владения такого типа рас- х95
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I пространились и на Руси. Боярские вотчины приобрели налоговый и судебный иммунитет, и бояре превратились в могущественное со- словие, определявшее политику московских князей. Тохтамыш и Едигей на время восстановили единство Орды, но за- тем, в 1430-х годах, последовала новая вспышка кочевой реакции. На этот раз Орда распалась навсегда—и соответственно, Русь была охвачена новой вспышкой внутренних войн. Одно время могло по- казаться, что на Русь вернулись «норманнские» порядки прошлого — однако в конечном счете основанное Калитой государство устояло. Такова интерпретация истории монгольской Руси с точки зрения диффузионистской теории; остается рассмотреть действие внутрен- них факторов. Главным из этих факторов был рост населения. С пер- вых десятилетий XIV века на Руси начался период восстановления; для этого периода характерны наличие свободных земель, рост населе- ния, рост посевных площадей, строительство новых (или восстанов- ление разрушенных ранее) поселений, дороговизна рабочей силы, относительно высокий уровень потребления, ограниченное разви- тие городов и ремесел, незначительное развитие аренды и ростов- щичества. На Северо-Востоке в условиях изобилия свободных земель период восстановления был вместе с тем периодом колонизации; ко- лонизация (на короткое время прерванная нашествием Тохтамыша) продолжалась в течении всего XIV века —вплоть до едигеева разоре- ния и «великого мора». На Новгородчине скудность природных ре- сурсов привела к перенаселению и стагнации, начался период Сжа- тия. Как и во всех перенаселенных странах, для этого периода были характерны исчерпание ресурсов свободных земель, крестьянское малоземелье, разорение крестьян, распространение ростовщичест- ва и аренды, рост крупного землевладения, низкий уровень потреб- ления основной массы населения, высокие цены на хлеб, уход разо- ренных крестьян в города, рост городов, развитие ремесел и торгов- ли. Все эти явления, резко отличающие положение на Новгородчине от положения на Северо-Востоке, являются результатом узости эко- логической ниши, результатом перенаселения и Сжатия. Но нужно учесть, что Сжатие проходило в условиях сохранения норманнских традиций, в условиях существования новгородского города-государ- ства. Особенно характерно в этой связи такое явление, как «ушкуй- ничество» —превращение голодающей бедноты в «новых викингов». Низкий уровень жизни населения создавал благоприятную поч- ву для эпидемий, и экосоциалъный кризис, разразившийся в 1417 году, начался с эпидемии чумы. В то время как на Новгородчине такое те- чение событий было предопределено перенаселением и Сжатием, 196
ГЛАВА IV. РУССКИЕ КНЯЖЕСТВА В СОСТАВЕ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ на Северо-Востоке условия для эпидемического взрыва были созда- ны едигеевым нашествием и разрухой. Эпидемия совпала с неуро- жайными годами «и бысть глад по великому тому мору» — произо- шла одна из самых страшных демографических катастроф в истории России. Бедствия не закончился с окончанием голода и мора, они продолжались тридцать лет, и в этот период мы наблюдаем все ха- рактерные черты классического экосоциалъного кризиса: голод, эпиде- мии, восстания и гражданские войны, внешние войны, гибель боль- ших масс населения, принимающая характер демографической ката- строфы, разрушение или запустение многих городов, упадок ремесла и торговли, гибель значительного числа крупных собственников и перераспределение собственности. Необходимо, однако, отметить, что восстания, направленные против крупных собственников, бояр, отмечаются только на Нов- городчине—там, где демографический цикл последовательно про- шел все стадии, включая стадию Сжатия. На Северо-Востоке не было Сжатия, здесь цикл был прерван едигеевым нашествием и «великим мором» —так же, как предыдущий цикл был прерван монгольским нашествием.
ГЛАВА V МОСКОВСКОЕ ЦАРСТВО 5.1. «ПОРОХОВАЯ РЕВОЛЮЦИЯ» В XV веке в истории стран Евразии начинает сказываться мощное влияние нового фундаментального открытия, «пороховой револю- ции». Как известно, первое упоминание о быстро горящей смеси из селитры, серы и древесного угля содержится в рукописи китай- ского алхимика Су Сымяо (682 г.). Однако это еще не был настоящий порох: в составе смеси было относительно мало селитры, поэтому смесь не взрывалась, а быстро сгорала. Но эта порохообразная зажи- гательная смесь быстро нашла свое применение в широко использо- вавшихся «огненных стрелах» и «огненных копьях», а также в зажи- гательных снарядах «хо пао», которые метали с помощью баллист1. К XII веку доля селитры в порохообразных смесях увеличилась, и появился настоящий порох, который использовался в чугунных разрывных бомбах «те хо пао». Во второй половине XIII века в Ки- тае появились бронзовые пищали, стрелявшие каменными и чугун- ными ядрышками. К этому времени секрет пороха распространился в другие страны Востока, где также пытались использовать его в во- енных целях. В конце XII столетия арабский ученый Шемс ад-Дин Мухаммад описал оружие под названием «модфа», которое стреля- ло с помощью порохового заряда маленькими «орехами». В 1273 году арабский полководец Абу-Юсуф использовал пушки при осаде горо- да Сиджильмасы в Магрибе2. От китайцев и арабов огнестрельное оружие попало в Западную Европу. Рисунок из английской рукописи, датируемый 1326 годом, изображает пушку в виде кувшина, из горлышка которого высовыва- ется снаряд со стрелой на конце. Эта конструкция совершенно иден- тична китайским пушкам начала XIV века3, и, поскольку порох и ог- нестрельное оружие имели к тому времени в Китае долгую историю, то очевидно, что европейские пушки были заимствованы из Китая. Путь этого заимствования проходил через арабский Восток, одна- ко в силу каких-то неясных пока обстоятельств, пушки получили 198
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО наибольшее применение на крайнем западе арабского мира. Из му- сульманской Испании огнестрельное оружие попало в христиан- скую Европу, где было значительно усовершенствовано. Во-первых, в 1372 году в Германии ручная пищаль была снабжена фитильным зам- ком, и таким образом, появились первые аркебузы. Во-вторых, в на- чале XV в. европейские мастера научились отливать бронзовые пуш- ки в песочных формах4. В Османскую империю усовершенствованное огнестрельное ору- жие пришло из Европы, и первые известия о его применении тур- ками относятся к 1380-м годам. Однако, так же, как и в Европе, пер- вые аркебузы и пушки не были достаточно эффективными, чтобы определять ход сражений. В 1420-х годах известия об использовании пушек становятся более частыми, но в то время они применялись не на поле боя, а в основном при осадах5. В 1430-х годах возобнови- лись войны на Балканах, в которых после разгрома сербов главным противником османов выступала Венгрия. В венгерском войске, как и в других европейских армиях, на первом месте стояла рыцарская кавалерия, но в его составе имелась и наемная пехота, которая в дан- ном случае играла особую роль. Среди наемников было много чехов, которые передали венграм новую в те времена тактику; эта тактика использовалась в гуситских войнах и была основана на применении огнестрельного оружия и боевых повозок, из которых создавали по- левое укрепление, «табор». Используя эту новую тактику и усилив «табор» итальянскими пушками, венгерский полководец Янош Хунь- яди в 1442 году одержал победы над турками при Херманштадте и Ва- заке; в 1443 году соединенная армия венгерских, польских и немецких крестоносцев взяла Софию и разбила османов при Златнице6. Одна- ко турки быстро переняли новую тактику и тоже стали применять полевую артиллерию и аркебузиров, укрывая их (вместе с лучника- ми) за полевыми укреплениями7. Важным обстоятельством, позволившим османам опередить евро- пейцев в создании армии аркебузиров, было то, что в европейских странах власть принадлежала рыцарской аристократии, которая боя- лась доверить новое оружие простолюдинам —в особенности после гуситских войн8. Эти опасения проявились, в частности, в крестовом походе 1444 года, когда венгерские, немецкие и польские рыцари взя- ли с собой лишь триста чешских пехотинцев и в итоге потерпели же- стокое поражение под Варной. В 1448 году в битве на Косовом поле турки уже использовали полевые пушки и одержали победу в значи- тельной мере благодаря перениманию европейской техники и так- тики. В последующий период турки научились использовать также х99
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I и «табор» (название, сохранившее свое звучание и в турецком язы- ке)9. Однако численность аркебузиров в османской армии (как и в ев- ропейских армиях) долгое время оставалась небольшой; решающий шаг в увеличении их числа был сделан позже, в 1490-х годах. В резуль- тате османы получили в свое распоряжение массовую армию, воору- женную огнестрельным оружием, которая вскоре одержала решаю- щие победы в сражениях с кызылбашами и мамлюками10. Египетские мамлюки, подобно европейским рыцарям, сопротив- лялись созданию крупных отрядов аркебузиров прежде всего из со- циально-политических соображений. «То обстоятельство, что осма- ны применяли огнестрельное оружие в огромном масштабе, —писал В. Перри, —в то время как мамлюки и другие мусульманские прави- тели пренебрегали им, имело решающее влияние на судьбы Запад- ной Азии и Египта»11. Войны с венграми дали толчок развитию османской артиллерии. В 1452 году султан Мехмед II нанял венгерского литейщика Урбана, для которого были созданы большие литейные мастерские; в этих мастерских были отлиты сотни пушек, в том числе огромная «пушка Урбана», год спустя разрушившая стены Константинополя. «Нет дру- гого народа, более способного, чем турки, извлекать пользу из ино- странных изобретений, — писал имперский посол Эселин де Бус- бек, —и это доказывается применением ими пушек и мортир, и мно- гих других вещей, изобретенных христианами»12. Действительно, как показывают турецкие названия некоторых орудий («колонбор- на» — кулеврина, «бал-емез» — искаженное ballo mezzo), артиллерия была заимствована османами у европейцев, в частности, у итальян- цев, которые были тогда лидерами в использовании пушек. Извест- но, что позже, в XVII (но может быть, и в XVI) веке, турки пользова- лись для отливки пушек руководством итальянского мастера Сарди, и в турецком артиллерийском корпусе «топчу оджагы» было много иностранных наемников, итальянцев, немцев, французов13. Сущест- венным было, однако, то обстоятельство, что если на Западе про- изводство пушек было делом частной инициативы, то в Османской империи это было делом государства, которое имело достаточные финансовые средства, чтобы строить большие литейни и арсена- лы. Поэтому турецкие осадные орудия были намного мощнее евро- пейских и их производилось намного больше —огромные бомбар- ды можно по праву назвать турецким оружием. Отливалось также большое количество медных полевых пушек, которые устанавлива- лись на повозки, влекомые двумя волами, и входили в состав «та- бора»14. Вооруженный пушками табор на Востоке называли «оружи- 200
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО ем румов»—то есть наследников Румского султаната, турок15. Однако, как отмечал Монтекуколи, в отличие от более поздних европейских «полковых» пушек турецкие полевые пушки были все же слишком тяжелыми и не могли менять позицию в ходе боя. Поэтому обычная тактика турок состояла в том, чтобы ложным отступлением заста- вить противника атаковать «табор»16. Заносчивые европейские ры- цари—так же, как и мамлюки —без труда поддавались на эту уловку. Естественно, что новое оружие требовало и новой военной ор- ганизации, при которой главная роль отводилась уже не кавалерии, а пехоте. Существовавший ранее корпус гулямов-«янычар» был уве- личен до 12 тысяч солдат и стал регулярным ядром новой армии, про- образом позднейших регулярных армий Европы. Основная часть пехоты, «азебы», рекрутировалась из населения с началом войны; во время похода эти воины получали жалование, а после окончания военной кампании отправлялись по домам. Согласно кодексу Баязи- да II (1481-1515) каждые 20 дворов должны были выставить одного азе- ба, для которого крестьяне должны были собрать 300 акче. Числен- ность азебов, естественно, менялась от похода к походу, в одних слу- чаях набирали больше солдат, в других—меньше; в 1473 году в армии было 20 тысяч азебов17. Таким образом, основная масса пехотинцев представляла собой народное ополчение, созывавшееся на основе всеобщей воинской повинности —способ, принципиально недопу- стимый для европейских феодальных государств. У Мак-Нил называет преобразования, совершенные османами в военной сфере —создание регулярного корпуса, вооруженного ог- нестрельным оружием —«пороховой революцией». Вместе с тем эти преобразования подходят под определение того явления, которое в приложении к европейской истории называют «военной револю- цией»18. Согласно разработанной М. Робертсом теории военной ре- волюции, эти нововведения требуют увеличения налогов, создания эффективной налоговой системы и сильного бюрократического ап- парата. Появление новой армии, новой бюрократии, новой финан- совой системы означали огромное усиление центральной власти и становление режима, который Б. Даунинг называет «военно-бю- рократическим абсолютизмом»19. Нуждаясь в ресурсах, военно-бю- рократический абсолютизм перераспределял доходы в свою пользу; при этом ему приходилось преодолевать сопротивление старой зна- ти, которая терпела поражение в этой борьбе и теряла свое полити- ческое значение. Все эти следствия «военной революции», как мы увидим далее, действительно имели место в Османской империи вто- рой половины XV века. 201
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I В соответствии с теорией, создание оснащенной новым оружи- ем новой армии вызвало волну османских завоеваний. В течение два- дцати лет после взятия Константинополя турки овладели Сербией, Грецией, Албанией, Боснией, подчинили Валахию и Молдавию. За- тем они обернулись на Восток, окончательно покорили Малую Азию, и в 1514 году в грандиозной битве на Чалдыранской равнине разгро- мили объединенные силы господствовавших над Ираном кочевников. Походы султана Селима Грозного (1512-1520) в Сирию и Египет превра- тились в триумфальное шествие османских армий. «Можно с уверен- ностью сказать,— писал де Жонкьер, —что со времен римлян вселен- ная не знала державы, которая была бы равна Османской империи»20. Могущество Османской империи вызывало попытки подражания в соседних странах. В Иране шах Аббас I (1587-1629) завел собствен- ных янычар («туфенгчиев») и артиллерийский корпус («топханэ»). В 1590 году Аббас провел реформы по турецкому образцу, разгромил непокорную знать, конфисковал ее земли и ввел «справедливые» на- логи21. В 1526 году правитель Кабула Бабур, наняв турецких артилле- ристов, одержал победу при Панипате и овладел Северной Индией; основанная его потомками Империя Великих Моголов имела многие характерные османские черты22. Таким образом, диффузионная вол- на, вызванная фундаментальным открытием, «пороховой революци- ей», распространилась в значительной части Евразии. Нужно отме- тить, что османы не были создателями этого нового оружия, но они первыми научились его использовать в больших масштабах—и созда- ли первую массовую армию, владеющую этим оружием. 5.2. ОСМАНСКИЕ КОМПОНЕНТЫ «Пороховая революция» вызвала распространение османской диф- фузионной волны: под впечатлением османских побед многие сосед- ние страны копировали военную и государственную систему Осман- ской империи. Какие компоненты лежали в основе этой системы? До появления огнестрельного оружия главным элементом осман- ской военной и социальной организации было поместье-«тимар». Пожалование «тимара» заключало в себе право на сбор фиксиро- ванной суммы налогов с пожалованных деревень; тимары давались на условии несения военной службы и не передавались по наслед- ству23. Из более поздних источников известно, что начальный тимар, предоставляемый молодому воину, назывался «кылыдж тимаром» («сабельным тимаром») и обычно давал доход в 1-2 тысячи акче. Вла- 202
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО дельцы тимаров, «сипахи», регулярно вызывались на смотры и долж- ны были являться на коне, в латах и с необходимым снаряжением. Если воин вызывал недовольство командиров, то тимар могли от- нять; если сипахи проявил себя в бою, то тимар увеличивали за счет добавочных «долей», «хиссе». Сипахи, получавший отставку по ста- рости или из-за ран, имел право на «пенсионную» часть поместья, «текайюд». Если сын поступал в службу вместо отца, то он наследо- вал не все отцовское поместье, а лишь «кылыдж тимар». Офицеры получали большие тимары, «зиаметы», с доходом до 20 тысяч акче, но при этом обязывались выставлять дополнительных воинов, лег- ких всадников-«гулямов» или латников-«джебелю», из расчета один гулям на полторы —две тысячи акче дохода или один латник на три тысячи акче дохода. Тимар считался государственной собственно- стью, и воин имел право лишь на получение денежных сумм, указан- ных в поземельном реестре, дефтере24. Тимарная система, была, безусловно, образцовой системой, пред- назначенной для содержания кавалерии; Жан Боден писал, что «эта система делает государство непобедимым»25. Другим важным элемен- том османской военной организации была гвардия гулямов, которых турки назвали янычарами («ени чери» —«новые солдаты»). Янычар набирали из числа пленных юношей; эти юноши считались «рабами дворца», «капыкулу», они воспитывались в тюркских семьях, а затем проходили военную подготовку в казармах. Поначалу янычары были пешими лучниками, но в середине XV века они были вооружены фи- тильными ружьями-«тюфенгами». Изменилась и система комплекта- ции корпуса: в него стали принудительно набирать юношей из хри- стианских семей; в принципе эта система лишь немногим отличалась от позднейших рекрутских наборов в России26. Наиболее важным элементом османской социальной системы было этатистское самодержавие. Османская империя была государ- ством, построенным по принципам исламской теории государствен- ного регулирования, главынм из которых было справедливое рас- пределение обязанностей между сословиями. «Основа управления есть справедливость, — подчеркивал вели- кий визирь Рашид ад-дин, —ибо, как говорят, доход государства бы- вает от войска—нет дохода султана, кроме как от войска, а войско мож- но собрать благодаря налогу—нт войска без налога, а налог получают от райата—нет налога, кроме как от райата, а райата можно сохранить благодаря справедливости —нт райата, если нет справедливости»27. В трудах мусульманских государственных деятелей — в том чис- ле в знаменитой «Книге правления» Низам ал-Мулька — справедли- 203
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I востъ выступает как основной принцип государственного управле- ния. «Государям надлежит блюсти божье благоволение,— писал Ни- зам ал-Мульк, —а благоволение господа —в милостях, оказываемых людям и достаточной справедливости, распростираемой среди них... Неизбежно государю раза два в неделю надо разбирать жалобы на не- справедливости, и, творя правосудие, выслушивать народ самолич- но... Амилям, которым дают должность, следует внушать, чтобы они хорошо обращались с людьми... не брали бы ничего сверх законного налога... Если кто из народа окажется в затруднении... надо дать ему в долг, облегчить его бремя...»28 Исламская государственная идея провозглашала господство госу- дарства над обществом. Повсюду преобладала государственная соб- ственность, в частной собственности могли находиться лишь иму- щества, созданные личным трудом. «Примеры, взятые из образа действий Пророка, вместе с некоторыми местами Корана послужи- ли основой странному учению, стремящемуся не больше не меньше как к полному отрицанию даже самого принципа личной частной собственности», — писал И. Г. Нофаль29. Частных земель («мульк») было очень немного, более 90% составляли государственные зем- ли («мири»), кроме того, существовали церковные земли («вакф»), и личные земли султана («хассе»); соответственно этому казна раз- делялась на государственную казну и личную казну султана. Казна и земли султана, дворцовое хозяйство и гвардия составляли султан- ский двор и имели особое управление30. Все завоеванные земли считались принадлежащими государству, поэтому прежние собственники этих земель теряли все права. После завоевания часть населения, прежде всего, знать и многие горожане, выселялась с завоеванных земель; это переселение называлось «сюр- гун», что по-русски означает «вывод». Затем проводилась перепись земли и людей, сначала предварительная, а немного позже подроб- ная («дефтер-и муфассаль»). В некоторых случаях (возможно, в боль- шинстве случаев) одновременно с переписью осуществлялся пере- дел земель31. Нормой крестьянского надела считался «чифт», «плуж- ный участок» в 6о-8о денюмов хорошей земли (соответственно, юо денюмов средней земли и 130-150 денюмов плохой земли, в разных провинциях могли быть небольшие вариации в цифрах). Это коли- чество земли соответствовало той площади, которую можно обрабо- тать плужной запряжкой, и которая в среднем соответствовала кре- стьянскому участку. Система обложения по «чифтам» была заимст- вована у побежденной Византии (византийский «чифт» назывался «зевгарь»), но в Византии она давно пришла в упадок —османы вос- 204
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО становили ее в соответствии с ранневизантийскими порядками32. Известный турецкий историк Халил Инальчик особо отмечает, что поддержание цельности и благополучия крестьянских хозяйств было основной заботой султанского правительства33. Султан Сулейман Ве- ликолепный (1520-1566) требовал от своих пашей «обращаться с на- шими подданными так, чтобы крестьяне соседних княжений завидо- вали их судьбе»34. Многие турецкие историки считают, что отноше- ния в османской деревне основывались на принципах социальной справедливости и классовой гармонии, что сипахи и райаты в конеч- ном счете одинаково работали на государство, а государство всемер- но заботилось о своей «пастве»35. Центральное управление Империей осуществлялось «диваном», со- ветом, в который входили главы военной, финансовой и судебной ад- министрации, и который возглавлял великий визирь. В управлении проводился принцип разделения властей, судьи-кади принадлежали к духовному сословию, они были независимыми и судили по законам шариата. Остальные члены администрации были сменяемыми по воле султана, который сохранял за собой функции главнокомандующего, «меча правоверных», и хранителя справедливости. Османский суд был суровым и скорым; чиновники, обвиненные в вымогательствах, во взя- точничестве или казнокрадстве безоговорочно предавались смерти. Оказало ли появление массовой армии, вооруженной аркебузами и состоящей из простонародья, влияние на социальные отношения в Османской империи? Были ли оправданы опасения европейских рыцарей и мамлюков о том, что огнестрельное оружие означает ко- нец их господства? Н. А. Иванов показывает, что османское войско действительно имело «мужицкий», крестьянский характер, причем «все эти мужики в равной степени ненавидели мамлюков... праздных бездельников, которые... предавались роскошной жизни»36. Со сво- ей стороны, «представители имущих классов ненавидели смрадное османское мужичье. Для высших слоев мамлюкского общества... Се- лим I был варваром»37. Походы султана Селима I в Сирию и Египет проходили под лозунгом освобождения угнетенного народа38 и име- ли характер социальной революции. Простой народ повсюду при- ветствовал новые власти, которые отнимали богатства у знати, на- деляли землей крестьян и снижали налоги — Селим называл себя «служителем бедняков». Горожане Каира подняли восстание и с ору- жием в руках сражались на стороне турок против своих правите- лей, мамлюков. Перед отъездом из Каира Селим опубликовал воз- звание, в котором заявил, что отныне никому не дозволено притес- нять феллаха или человека из простого народа39. Такой же характер 205
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I имели походы Мехмеда II на Балканах. Когда в 1463 году турки всту- пили в Боснию, крепостные крестьяне поднялись против своих гос- под. «Турки... льстят крестьянам и обещают свободу всякому из них, кто перейдет на их сторону», — писал боснийский король Стефан То- машевич40. Фернан Бродель пишет о том, что турки принесли осво- бождение угнетенным41. Омер Баркан и лорд Кинросс называют ре- формы, проводившиеся османами на завоеванных землях, не ина- че как «социальной революцией»42. «Балканские крестьяне вскоре пришли к пониманию того, что мусульманское завоевание привело к освобождению от феодальной власти христиан, —пишет Кинросс.— Османизация давала крестьянам невиданные ранее выгоды»43. Необходимо отметить, что существование исламской справедли- вости признавали даже ярые враги ислама: «И все же великое пра- восудие существует среди поганых, — писал серб, вернувшийся из ту- рецкого плена. —Они соблюдают правосудие между собой, а также ко всем своим подданным... ибо султан хочет, чтоб бедные жили спо- койно... над ними владычествуют по справедливости, не причиняя им вреда»44. «Не наживе, но справедливости служит занятие право- судием у этих безбожных язычников... — свидетельствует Михалон Литвин. —И знать, и вожди с народом равно и без различия предста- ют пред судом кадия...»45 О справедливости турок говорили на Во- стоке и на Западе; эта молва распространялась вместе с диффузион- ной волной, вызванной победами османов. Угнетаемые православ- ные в Литве и Польше представляли жизнь в Османской империи как райское блаженство46. Крестьяне ждали прихода турок и в других странах Европы. «Слышал я, что есть в немецких землях люди, же- лающие прихода и владычества турок, — говорил Лютер, —люди, ко- торые хотят лучше быть под турками, чем под императором и князь- ями»47. Разыгрываемые на немецких ярмарках «масленичные пьесы» обещали народу, что турки накажут аристократов, введут правый суд и облегчат подати. Итальянские философы-социалисты призыва- ли к переустройству общества по османскому образцу; автор «Города Солнца» Таммазо Кампанелла пытался договориться с турками о по- мощи и поднять восстание48. В соответствии с теорией «военной революции», освоение ново- го оружия сыграло большую роль в формировании новой имперской иерархии, носившей открытый и эгалитарный характер. Отсутствие потомственной знати и сословных привилегий вызывало удивление всех посещавших Турцию европейцев. «Во всем этом многочислен- ном обществе,— писал де Бусбек, —нет ни одного человека, обязан- ного своим саном чему-либо, кроме своих личных заслуг...»49 «Среди 206
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО них нет ни герцогов, ни маркизов, —писал об османских сановниках венецианский посол Л. Бернардо, — все они по своему происхож- дению пастухи, низкие и подлые люди»50. «Там нет никакого бояр- ства,—писал Юрий Крижанич, —но смотрят только на искусность, на разум и на храбрость»51. Все были равны перед законом и всем открывались одинаковые возможности для продвижения по службе; многие крупные вельможи были принявшими ислам славянами, ал- банцами, греками. Большая часть армии говорила по-славянски; вои- ны, янычары и сипахи, сами выбирали своих командиров из числа самых отчаянных храбрецов52. Старая знать, естественно, сопротивлялась утверждению новых порядков, и борьба была достаточно длительной. Мурад II (1421-1^^, 1446-1451) первым стал выдвигать своих неродовитых ставленников на должности визирей и беглербегов. Решающий удар старой зна- ти нанес Мехмед II (1451-1481). Вскоре после взятия Константинопо- ля находившийся в ореоле славы султан приказал казнить обвинен- ного в государственной измене великого визиря Халил-пашу. Вслед за этим были казнены многие беи, их владения («мульки») были кон- фискованы, а на высшие посты стали назначаться преимущественно «капыкулу» и новообращенные мусульмане53. Однако беи не смири- лись с наступлением на свои права; в 1481 году Мехмед II был отрав- лен своим сыном Баязидом, вступившим в союз со знатью. Баязид II (1481-1512) вернул беям часть отнятых владений, но его сын Селим I (1512-1520) вновь конфисковал «мульки» знати. Селима называли Грозным —он выступал в традиционном образе восточного монарха, охраняющего справедливость с помощью жестоких казней. Возвели- чение самодержавия достигло такой степени, что все приближенные называли себя «рабами» султана, и он одним мановением руки при- казывал казнить вельмож, обвиненных в казнокрадстве или измене54. Таким образом, тенденция к эгалитаризму была инициирована действием технического фактора, сомкнувшегося с исламской эта- тистской традицией. В этом направлении действовали и процессы социального синтеза. Взятие Константинополя и завоевание обшир- ных христианских территорий привело к тому, что процесс социаль- ного синтеза вступил в новую фазу, характеризовавшуюся существен- ным присутствием византийских культурных элементов. Уже в пер- вой половине XV века по крайней мере шесть великих визирей были византийцами, перешедшими на службу султанам и принявшими ис- лам55. Почувствовавшие изменение этнополитической ситуации ви- зантийские историки описывали Мурада II как справедливого и гу- манного правителя56. Георгий Трапезундский называл завоевателя 207
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Константинополя Мехмеда II «справедливейшим из всех самодерж- цев», «самым благородным из ныне живущих»57. Перенимание византийской традиции с внешней стороны выра- зилось в принятии Мехмедом II титула «римского императора», «кей- сар и-Рум»; эмблема Константинополя, полумесяц, стала изображать- ся на османских знаменах58. Византийское влияние можно усмотреть и в издании кодекса законов —точнее, трех кодексов, известных в со- вокупности как «Канун-наме Мехмеда Фатиха». В мусульманском мире прежде не было законодательных кодексов, поскольку счита- лось, что законы предписываются Кораном и правилами шариата. В Византии же было принято составлять законодательные кодексы, и самыми известными из них были кодекс Юстиниана и «Эпанаго- га». Полагают, что само слово «канун» происходит от греческого «ка- нон», а слово «фирман» является калькой с греческого «хрисовул». Халил Инальчик, правда, предполагает, что при создании «Канун-на- ме» Мехмед II следовал «тюркско-монгольской» традиции, по-види- мому, имея в виду «Ясу» Чингис-хана59. Возможно, что в принципи- альном решении создания кодекса законов сказалось и монгольское (а, точнее, китайское) влияние, но нельзя отрицать, что в данном случая Мехмед II выступал, в соответствии с «Эпанагогой», как «во- площение законности и общее благо всех подданных»60. Характерно, что в соответствии с концепцией «общего блага» Мех- мед II объявлял себя защитником бедняков от «сильных»61 —и имен- но эта защита была целью провозглашения «Канун-наме», в которых устанавливались, в частности, точные размеры податей и повин- ностей и меры против их превышения. Как отмечалось выше, ре- прессии против беев при Мехмеде II сопровождались конфискаци- ей их владений («мульков»); были конфискованы и многие «вакфы», созданные беями и приносившие им доход. В 1470-х годах Мехмед приказал провести по всей стране проверку всех дефтеров и прав владения землями; многие проверяемые документы признавались недействительными, и «мульки», и «вакфы» отписывались в казну. После этих массовых конфискаций 90% пахотных земель относи- лось к категории государственных земель, «мири»62. Факт проведения земельной переписи с целью конфискации «не- законно» приобретенных владений не имеет аналогов в мусульман- ской истории. Но такой прецедент имел место в истории Византии: так поступил император Василий II (956-1025), объявивший себя, так же, как и Мехмед II, защитником бедняков от «сильных»63. Первые сведения о проведении переписей податного населения и составлении писцовых книг-дефтеров с перечислением налогов 208
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО относятся к правлению Баязида I (1389-1402). Вероятно, османские дефтеры продолжали традицию византийских «практик», однако нужно отметить, что система переписей существовала в Анатолии и раньше, при монгольском владычестве, и возможно, в окончатель- ном виде османские дефтеры восприняли также и монголо-китай- ские элементы. По-видимому, одним из таких элементов была кол- лективная податная ответственность: в то время как в византийских писцовых книгах расписаны налоги для каждого крестьянского хо- зяйства, в османских дефтерах они указаны лишь суммарно для де- ревни. Кроме того, в османских переписях размеры наделов оцени- вались лишь приблизительно, через количество посеянного зерна, в Византии же производился обмер полей64. Необходимо также от- метить, что османская система землевладения принципиально от- личалась от византийской в отношении прав собственности. Ви- зантийские крестьяне (речь не идет об арендаторах) имели право собственности на свои земли, могли продавать их и дробить меж- ду наследниками. В османское время крестьяне были в основном на- следственными держателями государственной земли, они не могли продать свой «чифт» и не могли разделить его между сыновьями65. Византийское культурное влияние имело широкий характер и рас- пространялось на все стороны жизни —особенно оно проявлялось в организации ремесла и торговли. Уцелевшее городское население было по преимуществу греческим или армянским и, как можно за- ключить из документов более позднего времени, в городах сохраня- лись цехи, имевшие византийское устройство, а торговля регламен- тировалась в соответствии со старыми византийскими установления- ми. В частности, должность мухтесиба, соответствовала должности византийского эпарха, обязанного контролировать цены и качест- во продукции. Пекарь, к примеру «должен был работать в чистоте и печь хлеб вкусный и дабы не было недовеса и сырого хлеба»66. Ос- манская практика регулирования цен на товары в целях поддержа- ния «справедливости» восходит к аналогичной византийской практи- ке. При установлении цен учитывались затраты и прибыль, которая не должна была превосходить ю %, и лишь в сложных ремеслах—20 % (в византийских регламентах прибыль обычно составляла 8,33 % )67. Подводя итоги нашему обзору социального устройства Осман- ской империи, можно отметить, что оно определялось главным об- разом действием военно-технического фактора в комбинации с про- цессами социального синтеза. «Пороховая революция» привела к созданию новой армии и, в соответствии с теорией военной ре- волюции, обусловила победу этатистской монархии. В этом же на- 209
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I правлении действовали и процессы социального синтеза, результа- том которых было частичное перенимание османами византийского этатизма. Позже в процессе трансформации по османскому образ- цу эти византийские компоненты перенимались другими странами, в том числе и Россией. Таким образом, на свет родилась мощная этатистская монархия, владевшая армией, оснащенной новым оружием. Это вызвало волну османских завоеваний, захватившую все восточное Средиземномо- рье. Под впечатление османских побед многие страны Евразии за- имствовали порядки османов, и османская модель этатистской мо- нархии распространилась на Иран, Индию, Россию и некоторые дру- гие государства. 5.3. ТРАНСФОРМАЦИЯ по османскому образцу: ВВЕДЕНИЕ ПОМЕСТНОЙ СИСТЕМЫ Возвращаясь к ситуации, сложившейся на Руси после экосоциаль- ного кризиса 1420-50-х годов, необходимо отметить, что он наибо- лее тяжело отразился на Северо-Западе Руси, на Новгородчине. На- селение значительно уменьшилось, поля было некому обрабатывать, в хозяйствах бояр ощущался недостаток рабочей силы. Сохрани- лось свидетельство управляющего одной из вотчин, который писал, что половины вотчины пуста, а оставшиеся крестьяне хотят уйти68. Как отмечалась выше, в Пскове простой рабочий мог купить на днев- ную плату 24 кг ржи—это была очень высокая плата, в 3-5 раз больше, чем в XVI столетии. На Руси сложилась та же ситуация, что и в стра- нах Европы после Великой Чумы: нехватка сельскохозяйственных рабочих заставляла лендлордов платить им большую плату или... пы- таться принудить их к работе силой. В Англии и Франции попытка вернуть крестьян в крепостное состояние привела к большим восста- ниям и закончилась неудачей, но в Польше и Литве закрепощение стало реальностью69. В 1447 году Судебник короля Казимира IV офор- мил вотчиную власть землевладельцев над их крестьянами. «Поис- тине земледельцы обременены жесточайшим рабством»,— говорил королю профессор Краковской академии Ян из Людзиска70. К концу XV века было отменено право давности при розыске беглых кресть- ян, крестьян продавали, меняли, закладывали71. Между тем Новго- род, изнемогая в борьбе с Орденом, все теснее сближался с Литвой; с 1430 года новгородцы приглашали на княжение литовских князей, вассалов короля Казимира. «Литовская» партия в Новгороде состоя- 210
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО ла из бояр, которым очень нравились порядки Литвы и Польши: уже в 1440-х годах в договоре новгородцев с Казимиром было установлено правило возвращать хозяину всех беглых крестьян наравне с холопа- ми. Бояре заключали между собой договора и обязывались не при- нимать к себе крестьян из чужих поместий72. В 1471 году бояре при- нудили новгородцев пригласить королевского наместника; Казимир вступил в управление Новгородом и — характерная подробность — обязался не принимать жалоб от холопов и смердов на своих хозяев73. В московских землях складывалась иная ситуация. В обстановке разрухи бояре и монастыри часто присваивали запустевшие «чер- ные» земли: «...Пустоши волостные разоймали бояре и митрополи- ты... и нам, господине, было не до земель, людей было мало, иска- ти некому»,— говорится в одном из актов того времени74. Когда спу- стя несколько десятилетий население увеличилось, крестьяне стали отстаивать свое право на отнятые у них земли в судах; судебные про- цессы приняли массовый характер —и великий князь Иван III встал на сторону крестьян, решая дела в их пользу75. Переход Новгорода в литовское подданство вызвал немедленную реакцию Ивана III. В мае 1471 года великий князь созвал на совеща- ние своих братьев, митрополита и воевод, чтобы обсудить произо- шедшее. Очевидно, в то время Иван III еще не чувствовал себя са- модержавным монархом и в важных случаях советовался с боярами и со «все воя»76. Летом 1471 года великокняжеское войско разгромило новгородцев на реке Шелони и заставило их отказаться от присяги Казимиру. Борьба великого князя с Новгородом имела социальный подтекст: его противниками выступали бояре из «литовской пар- тии», а «меньшие люди» были по большей части на стороне Моск- вы77. Иван III обещал боярам «не вступаться» в их вотчины —однако после мятежа в 1479 году великий князь казнил несколько «великих бояр» из числа заговорщиков и конфисковал их земли. По-видимому, эти земли были розданы первым помещикам, о которых упоминает жалованная грамота 1482 года78. Решительная реформа была произве- дена зимой 1487/88 года: в ответ на некий (возможно, мнимый) «за- говор» Иван III выселил всех богатых новгородцев, отправил в Мо- скву 7 тысяч «житьих людей» и вселил на их место москвичей. Это событие летопись назвала «выводом» новгородцев79. Практически все земли Новгорода —кроме немногочисленных крестьянских земель — были конфискованы; затем была проведена перепись и осуществле- но первое массовое наделение воинов поместьями80. Эта небывалая до тех пор на Руси акция имеет огромное значе- ние—она положила начало созданию поместной системы, системы, 211
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I которая легла в основу нового российского государства. Специали- сты подчеркивают, что поместная система представляла собой каче- ственно новую военную организацию, что она появилась внезапно и сразу же получила широкое распространение81. Новое междуна- родное положение Москвы требовало создания новой армии. В се- редине XV века Золотая Орда окончательно распалась, и ханства-на- следники сошлись в долгих междоусобных войнах. В 1480 году, опи- раясь на союз с Крымом, Иван III отразил вторжение астраханского хана Ахмата и формально прекратил выплату дани татарам. Одна- ко опасность набегов сохранялась; татары сохраняли военное пре- восходство, обусловленное мобильностью кавалерии и использова- нием мощных луков. Чтобы устоять в новом раунде войны с Вели- кой Степью, независимому Московскому государству требовалось очень сильное войско. Между тем в начале правления Ивана III Мо- сква не имела отлаженной военной системы82. Войско великого кня- зя представляло собой старинное ополчение, состоявшее из детей боярских и «городовых полков», к примеру, в 1469 году Иван III по- слал на Казань «из Москвы сурожан и суконников, и купчих людей, и прочих всея Москвичей, кто пригожи, по силе...»83 Необходимо было проведение военной реформы —и понятно, что советники ве- ликого князя искали образец для такой реформы. Вопрос об истоках поместной системы является предметом дав- них споров историков. Некоторые специалисты считают, что эта система была заимствована из Византии. Волею судеб история Рос- сии была тесно связана с историей Византийской империи —обе страны соединяли узы общей религии, православия. После падения Константинополя Россия стала последним оплотом греческой веры и сюда устремились беглецы с Балкан. В1472 году великий князь Иван III женился на Софье Палеолог, племяннице последнего византий- ского императора. Вместе с Софьей в Россию прибыло много греков. К. А. Неволин и В. Б. Ельяшевич считали, что Софья и окружавшие ее греки могли подсказать Ивану III мысль о введении поместий по об- разцу греческой пронии84. Однако исследования В. И. Саввы показа- ли, что влияние Софьи преувеличивалось современниками; Софья долгое время находилась в немилости и не имела голоса при реше- нии государственных дел85. Нам представляется, что источник поместной системы следует ис- кать не в давно разложившихся и забытых к тому времени византий- ских институтах, а в более близких порядках могущественного со- седа—Османской империи. Как отмечалось выше, «вывод», «сюргун», был обычным последствием османского завоевания, и все дальней- 212
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО шие мероприятия Ивана III на Новгородчине —перепись населения, земельный реестр, фиксация налогов и наделение воинов поместь- ями—в точности копировали османскую процедуру присоединения завоеванных земель к Империи. Точно также и условия владения по- местьями в точности копируют условия владения османским «тима- ром». Так же, как в Турции, русскому воину за его службу давали от го- сударя поместье с крестьянами—однако это поместье оставалось госу- дарственной собственностью; помещику причитались лишь платежи, зафиксированные в переписных листах. Поместье было небольшим, молодой воин, «новик», получал не больше 150 десятин земли —око- ло десяти крестьянских хозяйств, это примерно соответствовало ос- манскому «кылыдж тимару». Так же, как в Турции, каждую весну вои- ны собирались на войсковой смотр и затем отправлялись в поход или на сторожевую службу на границе — служба была практически посто- янной. Если воин на смотру или в походе вызывал недовольство ко- мандиров, то поместье могли отнять; если помещик проявил себя в бою, то «поместную дачу» увеличивали (у османов эти добавки на- зывались «хиссе»). Воинские командиры, бояре и воеводы, получа- ли до 1500 десятин земли, но были обязаны приводить с собой допол- нительных воинов —наемных слуг или боевых холопов —по одному человеку с каждых 150 десятин (у османов —одного человека с 1-2 ты- сяч акче дохода). Дворянин, получавший отставку по старости или из-за ран, имел право на часть поместья, «прожиток» (у османов—«те- кайюд»). Если сын помещика поступал в службу вместо умершего отца, то он мог наследовать отцовское поместье —но не все, а лишь в тех размерах, которые полагались «новику» (то есть «кылыдж тимар»)86. Первыми, кто еще в XVII веке обратил внимание на сходство рус- ских помещиков и турецких тимариотов были Юрий Крижанич и Яков Рейтенфельс87; позднее на это сходство обращали внимание такие известные историки, как Р. Е Виппер и Е В. Вернадский88. Дей- ствительно, детальные совпадения в организации поместной и ти- марной систем, в проведении переселения и переписей не оставля- ют сомнения в том, что русское поместье является копией турецкого тимара. Таким образом, поместная система, лежавшая в основе россий- ского государства, была перенята у Османской империи. Теория диффузионизма дает ответ на причину этого заимствова- ния: Османская империя была сильнейшей военной державой то- гдашнего мира, и ее военную систему копировали многие государства. Эту систему заимствовали и православные княжества на Балканах, Валахия и Молдавия. Молдавский господарь Стефан III в 1470-х годах конфисковал земли многих бояр и раздал их воинам-«витязям». Ру- 213
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I мынский историк Н. Стоическу прямо указывает на сходство реформ Стефана III и Ивана III89, и можно предположить, что идея введения поместной системы пришла на Русь из Молдавии. Дело в том, что Рос- сия и Молдавия были близкими союзниками; символом этого союза был брак наследника престола Ивана Молодого и молдавской княж- ны Елены, заключенный в 1483 году. Можно предположить, что идею введения поместной системы подсказал Ивану III один из послов, по- бывавших в Молдавии. Среди этих послов обращает на себя внима- ние дьяк Федор Курицын, возглавлявший в 1482-1484 годах посоль- ство в Венгрию и Молдавию. Федор Курицын привез из этой поездки «Повесть о Дракуле», переработанное и переведенное им на русский язык сказание о волошском господаре Владе Цепеше90. «Повесть о Дракуле» известна тем, что здесь впервые в русской литературе по- является традиционный образ восточного монарха, поддерживаю- щего справедливость посредством жестоких расправ. «И толико не- навидя во своей земли зла, яко кто учинит кое зло, татьбу или раз- бой, или кую лжу, или неправду, той никако не будет жив», —говорит «Повесть» о порядках, установленных Владом Цепешем91 (разумеется, эти порядки были заимствованы из Турции). Параллели между этими порядками и Судебником 1497 года позволяют специалистам утвер- ждать, что именно Курицын был инициатором введения в Судебник суровых восточных наказаний92. Курицына считают одним из руково- дителей московского правительства тех времен: «Того бо державный во всем послушаше (ибо его князь во всем слушался)», —писал о Ку- рицыне Иосиф Волоцкий93. Именно Курицын зачитал в 1488 году по- слу Священной Римской империи Поппелю знаменитую декларацию московского самодержавия: «Мы божьею милостью государи на сво- ей земле изначала, а постановление имеем от бога...»94 Возвращаясь в 1484 году из Венгрии в Россию, Курицын был задер- жан турками в Белгороде на Днестре. Белгород был молдавским го- родом, и как раз перед этим он был захвачен турками: «В то же вре- мя... взяли турки Белгород и увели лучших людей», —говорит молдав- ская летопись95. Московский посол оставался в Белгороде довольно долго и должен был увидеть все последствия завоевания: вывод насе- ления, проведение дефтера и испомещение сипахи. В 1485 году Кури- цын вернулся в Москву96, а зимой 1487/ 88 года неожиданно последо- вал вывод населения из Новгорода, и началась поместная реформа. Конечно, идея реформы могла принадлежать разным людям. Фе- дор Курицын принадлежал к «молодому двору», придворной группи- ровке, сложившейся вокруг наследника, Ивана Молодого и его жены Елены Волошанки. В эту группировку входили также князья Семен Ря- 214
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО половский, Иван и Василий Патрикеевы и многие вельможи меньше- го ранга. Все эти люди могли узнать об османских порядках непосред- ственно от княжны Елены —фактом является лишь то, что именно «молодой двор» оказывал на политику Ивана III решающее влияние97. Другой, враждебной «молодому двору», группировкой было окруже- ние Софьи и ее сына Василия; к этому окружению примыкали церков- ные круги во главе с новгородским епископом Геннадием и игуменом Волоколамского монастыря Иосифом Волоцким. Святые отцы были встревожены тем, что от «молодого двора» исходили проекты конфи- скаций, затрагивавшие и церковные земли. Пострадавший от этих конфискаций епископ Геннадий обвинил Курицына в ереси, в сно- шениях с обнаруженными в Новгороде «еретиками». Однако Иван III не обращал внимания на эти обвинения; в противовес копившим богатства иосифлянам он стал поддерживать «нестяжателей», стар- цев из заволжских монастырей, говоривших, что монахи должны кор- миться от трудов своих. В 1490 году умер Иван Молодой —по-видимо- му, он был отравлен слугами Софьи; великий князь наложил опалу на свою жену, потому что «к ней приходиша бабы с зелием»98. Наслед- ником престола стал сын Ивана Молодого Дмитрий; в 1497 году Дмит- рий был коронован в качестве соправителя. Два года спустя началась война с Литвой, и Василий (бывший тогда наместником в Новгороде) поднял мятеж против своего отца. Василий угрожал перейти к литов- цам и требовал, чтобы его назначили наследником вместо Дмитрия. Иван III был вынужден согласиться; Дмитрий и Елена были заключе- ны в тюрьму, а «еретики» подверглись гонениям. Дело было, конеч- но, не в «ереси» —Василий хотел под любым предлогом расправиться со сторонниками Дмитрия и Елены. Иван III не мог спасти своих вер- ных сподвижников —с ним случился удар, у него «отняло руку и ногу и глаз»; ему твердили, что это «кара господня» за поддержку «ерети- ков» и попытки отнять земли у церкви. В Москве и Новгороде запы- лали костры; брат Курицына Иван был сожжен в деревянной клетке; о судьбе Федора не сохранилось известий99. Люди, вдохновившие Ивана III на преобразование России по ос- манскому образцу, погибли на кострах и в тюрьмах—но их дело про- должало жить. Иван IV завершил реформы своего деда, и Российское государство приобрело многие турецкие черты — так что европей- цы не без основания считали Россию страной Востока. «Образ правле- ния у них весьма похож на турецкий, - писал английский посол Джильс Флетчер,— которому они, по-видимому, пытаются подражать, сколь- ко возможно, по положению своей страны и по мере своих способ- ностей в делах политических...»100 215
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 5.4. ТРАНСФОРМАЦИЯ по османскому образцу: САМОДЕРЖАВИЕ ИВАНА III Познакомившись с порядками Османской империи, мы можем обна- ружить новые черты сходства между ними и нововведениями Ивана III. Характерно, что, как и в Турции, поместья давались подчас лю- дям низкого происхождения, «боевым холопам» (в Турции их назы- вали гулямами). Совпадения отмечаются и в других деталях; напри- мер, при переписях использовалась податная единица, аналогичная «чифту», «выть». Формально «выть» равнялась 5 десятинам (в одном поле), однако в действительности (как и в Турции) землю меряли через норму посева: десятина равнялась двум четвертям, а четверть земли —это была площадь, на которую сеяли четверть (около 4 пу- дов) ржи. Позже, в середине XVI века, «выть» была подобно «чиф- ту» дифференцирована по качеству земли, в выть клали 5-6 десятин хорошей, 6-у десятин средней и у-8 десятин бедной земли. На двор- цовых и церковных землях время от времени проводились переде- лы по «вытной» норме —как отмечалось выше, турки так же ино- гда проводили переделы земли101. Схема описи в переписных листах и в дефтерах была очень похожей: название деревни, имена дворо- владельцев, далее —платежи, следующие с деревни в целом (без раз- бивки по дворам): денежный оброк, количество поставляемой пше- ницы, ржи, овса и т.д.102 Отработочные повинности в переписных листах не упоминались—по-видимому, как и в Турции, они были ком- мутированы в денежный оброк. Величина установленных перепи- сью оброков была значительно меньше, чем прежде. Новгородские «половники», отдававшие хозяину половину урожая и находившие- ся в положении, близком к положению крепостных, получили сво- боду и растворились в общей массе крестьянства103. К этому време- ни относятся первые упоминания о «дворцовых землях», многие зем- ли Новгородчины были зачислены в эту категорию земель, которая, очевидно, соответствовала султанским землям «хассе»104. В этот период перепись проводилась не только в Новгороде: пе- реписывались земли Белозерского, Ярославского и Ростовского кня- жеств, недавно присоединенных к землям великого князя. Специали- сты обращают внимание, что при этих переписях проводилась про- верка владельческих грамот, и многие земли были конфискованы в казну. У местных бояр и детей боярских отнимали лучшие деревни, их записывали на великого князя и затем раздавали в поместья (ино- гда—бывшим владельцам). В 1490-х годах переписи распространяются на другие уезды, в течение двадцати лет княжеские дьяки описывают 216
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО уезд за уездом—происходит сплошное описание земель великого кня- жества105. Как отмечалось выше, во время большой переписи 1470-х годов в Турции тоже проверялись документы на землевладение, мно- гие (почти все) из них признавались недействительными; вотчины- «мульки» и земли церкви («вакфы») отписывались в казну106. В конце XV—начале XVI века в России происходит нечто подобное—вотчины, правда, обычно не конфискуются, но большинство из них лишается податных иммунитетов, вотчинники обязуются нести службу и пла- тить налоги. Иммунитетные привилегии в свое время были пожало- ваны вотчинникам за их службу, теперь они отнимались—но обязан- ность служить при этом не отменялась, все вотчинники (кроме мель- чайших) были обязаны военной службой107. Принцип «нет земли без службы», был, по-видимому, заимствован из Турции вместе с помест- ной системой. Во всяком случае, известно, что в 1520-х годах сущест- вовал порядок (вероятно, появившийся при Иване III), при котором дети боярские были занесены в списки по областям и едва ли не каж- дый год призывались на службу; перед походом нуждающимся выпла- чивалось жалование, но те, кто обладал достаточными вотчинами, были обязаны снаряжаться за свой счет108. Одновременно шло наступление на податные привилегии мона- стырей—более того, ставился вопрос о праве церкви владеть дерев- нями. Подобно Мехмеду II, Иван III собирался конфисковать церков- ные вотчины; уже были конфискованы церковные земли в Новгоро- де и в Перми. Только болезнь, воспринятая как проявление «божьего гнева», удержала великого князя от дальнейших действий109. Проведя перепись, конфисковав «мульки» и «вакфы», Мехмед II распорядился составить сборник законов «Канун-наме». В период проведения переписей Иван III распорядился составить Судебник 1497 года —первый российский законодательный кодекс. В Европе в то время не было законодательных кодексов, и естественно пред- положить, что идея такого сборника пришла из Турции. Судебник был обнародован во время коронации наследника престола Дмит- рия Ивановича, и, по мнению Л. В. Черепнина, этим торжествен- ным актом провозглашалось ни более ни менее, как начало правосудия на Руси110. Во время коронации митрополит и великий князь дважды обращались к наследнику, повторяя одну ту же фразу: «Люби правду и милость и суд правой и имей попечение от всего сердца о всем пра- вославном христианстве»111. Слово «правда» тогда и позже, вплоть до XIX века, понималось как «справедливость»112; таким образом, ве- ликий князь провозглашал введение законов, направленных на охранение справедливости. 217
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Л. Люкс пишет о возникшей с этого времени концепции «государ- ства правды»113. В чем же выражалась «правда» Ивана III? В том же, в чем выражалась «справедливость» и «правда» османских султанов114. Прежде всего, это равенство всех перед законом'. Судебник 1497 г°Да не дает никаких привилегий богатым и знатным115. Здесь нужно поста- вить восклицательный знак: ничего подобного не было в тогдашней Европе; хорошо известно, что равенство перед законом - это завоевание Великой французской революции. Далее, Судебник обеспечивает участие представителей общины в суде. Статья 38 гласит: «А без дворского, без старосты и без лутчших людей суда наместникам и волостелем не суди- ти...»116 Категорически запрещаются «посулы» (то есть взятки). Судь- ям давался строгий наказ быть внимательным к жалобщикам: «А ка- ков жалобник к боярину приидет и ему жалобников от себе не отсы- лати, адавати всемьжалобникомуправа...»117 Понятно, что крестьяне больше всего страдали от произвола богатых и сильных, от требо- ваний исполнять барщину и платить оброки сверх законных норм. Именно так, произволом помещиков и попущением слабых королей, в это самое время в соседней Польше крестьяне были обращены в «хо- лопов»—то есть в рабов. «Давати всемь жалобником управа» в таких условиях означало не что иное, как охранять свободу крестьян. Мы помним, что новгородские бояре вслед за польскими пана- ми пытались прикрепить крестьян к земле. Судебник гарантировал право крестьянского перехода, но ограничил его неделей до и неде- лей после «Юрьева дня», 26 ноября. По мнению Г. В. Вернадского, эта статья не ограничивала, а гарантировала свободу крестьян, сообра- зуясь с естественными условиями сельской экономики. Она предла- гала для перехода самое удобное время: после сбора урожая крестья- не могли рассчитаться со своими долгами и перейти на другое место к началу сельскохозяйственных работ118. Как отмечает Ю. Г. Алексеев, «основная идея Судебника 1497 года— приоритет общего над частным, государственного интереса над пар- тикулярным... Приоритет общего над частным, который квалифи- цируется некоторыми исследователями как показатель бесправия, есть на самом деле следствие и необходимое условие функциониро- вания единого государства как целостного организма, призванно- го фактически обеспечить жизнь, имущество и интерес подданных этой всеземской общины. Не „закрепощение сословий", а регламен- тация их прав и обязанностей во имя общего интереса —в этом суть сословной политики Русского государства»119. Таким образом, Судебник Ивана III воспринял основную идею тра- диционного восточного права—идею защиты справедливости. Но еще 218
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО более удивительно, что Судебник воспринял восточные методы защиты справедливости. «Русская правда» киевских времен не знала столь ха- рактерных для Востока жестоких казней и телесных наказаний. В Су- дебнике Ивана III такие наказания полагаются за многие преступле- ния-специалисты в один голос говорят, что эта практика позаимство- вана с Востока120. Обычным наказанием за мелкие преступления был кнут—«торговая казнь», осуществляемая в присутствии судьи в люд- ном месте—чаще всего на базаре. Это был восточный обычай; его про- исхождение отразилось в русском языке выражением «драть как Сидо- рову козу»; «садар каза» по-арабски—это «приговор судьи» («казия»)121. Османское влияние проявилось и в отношениях между великим князем и его окружением. «Современники заметили, что Иоанн... явился грозным государем на московском великокняжеском престо- ле...—писал С. М. Соловьев, —он первый получил название Грозного, потому что явился для князей и дружины монархом, требующим бес- прекословного повиновения и строго карающим за ослушание...»122 После 1485 года Иоанн называет себя «господарем всея Руси», а бояре именуют себя «холопами» великого князя —подобно «рабам дворца» в Турции123. Летописи больше не сообщают о совещаниях царя с боя- рами, подобных совещанию, которое имело место в 1471 году перед походом на Новгород. На коронации Дмитрия-внука в 1497 Г°ДУ вели- кого князя называют уже не иначе как «самодержцем», а на наследни- ка престола возлагают «шапку Мономаха». Подобно византийскому императору и турецкому султану великий князь стремится выступать в роли самодержавного монарха. Преобразование России по османскому образцу нанесло страш- ный удар прежней норманнской традиции — традиции, которая отож- дествлялась с Великим Новгородом и с его боярским правлением. Те- перь бояре были выведены из Новгорода, и их место заняли верные слуги великого князя, новые новгородские дворяне-помещики. Преж- няя норманнская традиция отныне сохранялась в основном в верных удельным порядкам княжеских и боярских родах Северо-Восточной Руси. В контексте трехфакторной модели движение к самодержавию означало перераспределение ресурсов между государством и элитой в пользу государства, поэтому оно сопровождалось конфликтом вели- кого князя с боярским окружением. Этот конфликт —который мож- но трактовать как борьбу диффузионного самодержавия с традицио- налистской реакцией—ръзылвглся постепенно, начиная с 1480-х годов, и подспудно тлел на протяжении второй половины правления Ивана III. В этот период не было многочисленных казней (был казнен лишь один боярин), но опалы были весьма многочисленны. По-видимому, 219
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I одной из основных причин конфликта было запрещение боярам пе- реходить на службу к другим князьям (то есть использовать ресур- сы своей вотчины вопреки интересам великого князя). Всего за вре- мя правления Ивана III опале подверглись не менее восьми бояр- ских родов. Из 19 боярских родов, известных в XIV веке, в 1525 году осталось только шесть, но в то же время боярское сословие было по- полнено родственниками великого князя и князьями из Литвы, пере- шедшими на московскую службу—так что в 1525 году имелось в общей сложности 23 боярских рода124. Итак, можно прийти к выводу, что в конце XV века в России про- исходило частичное перенимание османских порядков: перенима- лись поместная система, переписи, судебные установления. По-ви- димому, можно сказать, что имел место широкий комплекс реформ, частичная трансформация России по османскому образцу. Эту трансфор- мацию в определенной степени можно сравнить с реформами Пет- ра I—и в том и в другом случае за образец для реформ бралась наибо- лее могущественная держава того времени. Чтобы ни у кого не было сомнений, кому следует подражать, Петр I приказал носить европей- скую одежду—распоряжение с виду совершенно ненужное, но впол- не выявляющее суть событий. Среди законов Ивана III есть подоб- ное с виду совершенно ненужное распоряжение —но оно не оставля- ет сомнений, кому подражал Великий князь. Иван III запретил своим подданным пить вино—за исключением больших праздников125. (Поз- же в соответствии с мусульманскими обычаями были запрещены так же азартные игры и игра на музыкальных инструментах126.) Вся- кому становится ясным, что идеалом великого князя была могущест- венная мусульманская держава—Османская империя. Стержнем реформ было перенимание османской военной систе- мы—и прежде всего, создание поместной конницы. «Создание дво- рянской конницы открывало путь к немыслимым доселе военным предприятиям», —подчеркивает Н. С. Борисов127. Почувствовав свою мощь, Иван III начал борьбу за отвоевание захваченных Литвой юж- норусских земель. Русь выставила на поле боя невиданные до тех пор силы: две конные армии, одна из которых насчитывал а 40 тысяч вои- нов, а другая, вероятно, была не меньшей. 14 июля 1500 года русские войска с помощью тактики «мангэдэй» одержали победу в большой битве при Ведроши; литовская армия была окружена и почти полно- стью уничтожена. Литва была вынуждена согласиться на перемирие, отдав Москве 19 городов и 70 волостей128. Характерно, что разгром при Ведроши вызвал военные рефор- мы в Великом княжестве Литовском. Сейм 1502 года установил обя- 220
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО зательные нормы выставления воинов со всех шляхетских поместий: один всадник в доспехе с ю крестьянских дворов. Сейм 1507 года обя- зал всех шляхтичей переписать своих людей и списки отдать князю под присягою, что ничего не утаил129. Таким образом, вслед за Рос- сией и Литва отчасти перенимает турецкие принципы организации военной службы —османская диффузионная волна продолжает дви- жение по Восточной Европе. Военная модернизация не ограничивалась организацией службы воинов-всадников. Османская армия прославилась своей регулярной пехотой и артиллерией; после взятия Константинополя многие го- судари Европы последовали примеру турок и стали спешно созда- вать свою артиллерию. Как отмечалось выше, турецкие литейщики учились у итальянцев, итальянская техника была самой передовой в то время —и в 1475 году Иван III отправил за мастерами в Венецию посольство Семена Толбузина. Толбузину удалось за огромные по тем временам деньги — ю рублей в месяц — нанять известного архитек- тора и инженера Аристотеля Фиоравенти. Фиоравенти был мастер на все руки; он построил большие мастерские по литью пушек—«Пу- шечный двор». Уже в 1480 году во время боев на Угре русские стреля- ли в татар из пушек и пищалей —а те могли отвечать лишь стрелами; в 1485 году Фиоравенти лично командовал артиллерией при взятии Твери. Число итальянских мастеров в России быстро увеличивалось; среди них упоминаются Павлин Дебосис, который в 1488 году «слил пушку большую», пушечные мастера Петр и Яков. Итальянские ма- стера не только отливали пушки, они строили укрепления Крем- ля и соборы; их деятельность способствовала расцвету каменно- го строительства. В 1479-1505 годах в Москве было построено 25 ка- менных церквей, в 2,5 раза больше, чем в 1438-1463 годах; при этом в строительстве применялся прочный кирпич итальянского образца. В декоративной отделке кремлевских соборов явственно прослежи- ваются итальянские черты, а некоторые иконы были скопированы с рисунков итальянских художников эпохи Возрождения130. Для пушек требовалась медь, а на Руси в те времена не было мед- ной руды; это стало главной проблемой для русских оружейников и для правительства. Паоло Джовио со слов московских послов пи- сал, что в России нет никаких металлов, кроме железа131. Медь (и, если удастся, пушки) доставляли из Германии через Новгород. Эта торговля была сопряжена с большими трудностями: еще в 1422 году Ливонский орден запретил вывоз металлов в Россию, и ревель- ские купцы вели торговлю контрабандой, отправляя оружие в боч- ках из-под сельди132. Чтобы облегчить торговлю с Западом, великий 221
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I князь в 1492 году распорядился построить в устье Нарвы каменную крепость Ивангород; на Балтийском море появились первые мо- сковские корабли. Однако в 1496 году шведы овладели Ивангородом и разрушили его; затем началась война с Ливонией, и в битве под Из- борском русские потерпели поражение от вооруженной пищалями орденской пехоты. Это поражение побудило Василия III в 1506 году создать свои отряды Пищальников —правда, эти отряды набирались, как и турецкие азебы, с определенного числа дворов и лишь на вре- мя похода133. Для нового войска не хватало оружия; это особенно проявилось во время войны с Литвой, когда русские войска терпе- ли постоянные неудачи при осаде крепостей. Император Максими- лиан, который был союзником России в этой войне, отправил на по- мощь отряд пехоты и пушки; в 1514 году под Смоленском у русских было уже 140 пушек; крепостная стена была разрушена осадной ар- тиллерией и город пал134. 5.5. ПРАВЛЕНИЕ ВАСИЛИЯ ПЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ РЕФОРМ Василий III (1505-1533) продолжал политику своего отца и подобно Мехмеду II пытался лишить знать ее привилегий. По восточному обы- чаю после смерти государя все жалованные грамоты должны подтвер- ждаться его наследником135—такой обычай существовал и на Руси. Ва- силий III не подтвердил очень многие жалованные грамоты; после пе- реписей Ивана III это был второй удар по вотчинным привилегиям; после этого податные иммунитеты сохранились лишь у сравнитель- но немногих монастырей, бояр и князей136. «В течение всего правле- ния Василия III иммунисты, как правило, принуждались к уплате госу- дарственных налогов, а судебные иммунитеты ограничивались путем изъятия из вотчинной юрисдикции тяжб по вопросам душегубства и разбоя», —отмечает С. М. Каштанов137. Удельные князья, братья великого князя, не поддерживали поли- тику ограничения иммунитетов и сохраняли податные привилегии своих бояр138. Со своей стороны, великий князь проводил жесткую политику в отношении удельных княжеств. Стремясь уничтожить эти княжества, Василий (как и его отец) запрещал своим братьям женить- ся—эта практика близко напоминала обычаи османского двора139. Василий III приблизил к себе одного из главных советников сво- его отца, Василия Патрикеева; к этому времени Патрикеев был по- стрижен в монахи, и теперь его звали старцем Вассианом. Вассиан яростно обличал «сребролюбие» «святых отцов», и Василий думал 222
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО с его помощью осуществить замысел своего отца —конфисковать и раздать в поместья земли церкви. Эта попытка закончились неуда- чей, дело свелось лишь к запрету земельных вкладов в монастыри в некоторых уездах140. Между тем война с Литвой требовала увеличе- ния армии, и московское правительство производило новые помест- ные раздачи. При присоединении Пскова, Смоленска, Рязани Васи- лий III следовал методу, опробованному при овладении Новгоро- дом,—конфискация земель и выселение знати, а затем испомещение московских дворян141. Отбирая земли у бояр, он ссылался на справед- ливость, говорил, что было «насилье велико черным и мелким лю- дям от посадников псковских и бояр»142. Приближенные великого князя временами высказывали те же мысли, что и советники Ивана III. Преемник Курицына, глава ведом- ства внешних сношений Федор Карпов, писал, что самодержец дол- жен править «грозою правды и закона» и в подтверждение своих мыс- лей ссылался на Аристотеля143. Однако было ясно, что дело не в Ари- стотеле: боярский сын Берсень прямо ставил в пример Турцию. Он говорил Максиму Греку: «Хотя у вас цари злочестивые, а ходят так, ино у вас еще бог есть»144. Василий III был самодержавным государем, недруги обвиняли его в том, что он решает дела «сам-третей у постели». Если Иван III, слу- чалось, выслушивал от своих бояр «укоризные словеса», то его сын никакой «встречи» не терпел. Хотя в правление Василия III появля- ются первые упоминания о Боярской думе, в те времена она не была установившимся институтом: великий князь советовался с «ближни- ми боярами», но лишь с теми, с кем он считал нужным советоваться по данному делу145. По мнению Герберштейна, Василий III своей вла- стью превосходил всех монархов в мире. «Всех одинаково гнетет он жестоким рабством, —писал имперский посол, —своих братьев, бояр и незнатных подданных, он может присвоить себе имущество любого из них. Он применяет свою власть к духовным так же, как и к миря- нам, распоряжаясь беспрепятственно и по своей воле жизнью и иму- ществом всех; из советников, которых он имеет, ни один не пользует- ся таким значением, чтобы осмелиться разногласить с ним... Они от- крыто заявляют, что воля государя есть воля божия и, что ни сделает государь, он делает по воле божией»146. Иосиф Волоцкий в своем по- слании к великому князю цитировал греческого философа Агапита: «Царь убо естеством подобен есть всем человеком, а властию же по- добен есть вышням Богу»147. Агапит был советником императора Юс- тиниана и создателем доктрины византийского самодержавия; его труды знали в церковной среде, и в Лаврентьевской летописи эта 223
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I цитата приводится в характеристике Андрея Боголюбского —одно- го из ярких представителей византийской традиции на Руси. Теперь, через три столетия, византийская традиция возвращалась в Россию вместе с османской традицией— как отмечалось выше, идея осман- ского самодержавия также подпитывалась этой традицией. Претендуя на «подобие Богу», Василий III мог позволить себе от- крыто нарушать законы церкви; при заключении брака он устроил «смотрины невест» —то есть поступил согласно чуждому правосла- вию восточному обычаю; через двадцать лет он развелся —что было совершенно недопустимо для православного человека. Так же, как турецкий султан, Василий III брил бороду—хотя (как и у мусульман) это считалось позором для настоящего мужчины —но султан и царь стояли выше традиции148. Нужно отметить, что при Василии III в Мо- скве распространились турецкие обычаи и моды. Мартин Груневег с удивлением говорит о бытовании «турецкого обычая» выражать свое горе, бросая шапку на землю и разрывая на себе одежду149. Ав- тор «Бесед валаамских чудотворцев» стыдит русских людей за обы- чай носить турецкие шлыки и порты, а Стоглавый собор упоминал о чуждом христианству обычае входить в церковь в турецкой шапоч- ке-тафье. Максим Грек писал друзьям на родину, что скоро москови- тяне, пожалуй, наденут и чалму150. К правлению Василия III относятся сведения о том, что сроки пре- бывания на должности наместников и волостелей в этот период огра- ничивались полутора годами. По оставлении поста эти должностные лица были обязаны представить отчет —причем любой обиженный ими простолюдин мог вызвать обидчика на суд князя151. Наместники постепенно отстранялись от финансовых дел и сбора налогов, эти дела передавались в ведение новых чиновников, «городовых приказ- чиков». К1539 году относится первая известная историкам губная гра- мота, эта грамота передавала часть судебных дел губным старостам. Все эти мероприятия имели цель разделения военного, судебного и финансового управления на местах152. Мы отмечали ранее, что раз- деление военных, судебных и финансовых властей было характерной чертой системы управления в Османской империи. Другой характер- ной чертой османской системы была практика назначения наместни- ков на короткие сроки—наместники-бейлербеи назначались обычно на три года, а судьи-кади —на один год153. Эта практика было обычной в мусульманском мире; она описана в знаменитой «Книге правления» Низам ал-Мулька154. Обращает на себя внимание еще одно мероприятие, проведенное вскоре после смерти Василия III —очевидно, во исполнение замыс- 224
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО лов великого князя. В 1533-1534 годах была проведена монетная ре- форма, уменьшившая вес русской копейки с 0,79 до о,68 грамма. Та- ким образом, копейка было приравнена по весу к турецкому акче155. В конечном счете трансформация по османскому образцу при- вела к становлению новой общественной структуры Московского царства. В правление Ивана III и Василия III мы видим тенденцию к укреплению самодержавной власти, к созданию этатистской мо- нархии. Происходит частичная конфискация земельной собственно- сти бояр, в других случаях частные владения огосударствляются пу- тем обременения их владельцев военной службой и налогами. Мы наблюдаем, как монархия формирует новую элиту, регулируя поло- жение ее фракций. Важность этой формирующей и главенствую- щей роли государства в свое время подчеркивал А. В. Романовский- Славатинский, видевший именно в этом «радикальное и основное» отличие российского дворянства от европейской аристократии156. Как признает большинство исследователей, отмечает Н.Коллман, для западной монархии была характерна полная зависимость коро- ля от элиты, а для Московского царства—автократия, не делящаяся своей властью ни с какими социальными группами157. Характерно, что эта автократия регулирует отношения внутри общества, прибе- гая к не знакомым на Западе бюрократическим методам — к перепи- сям, земельным кадастрам и обязательным для всего населения зако- нодательным кодексам. Как известно (если не считать «Книгу страш- ного суда»), переписи и кадастры появились в Европе только в кон- це XVIII века158. Как отмечалось выше, в рамках демографически-структурной тео- рии процесс формирования нового Российского государства рас- сматривается как процесс формирования новой структуры «госу- дарство—элита—народ». Конкретной формой этого процесса стало создание поместной системы и огосударствление вотчин, таким об- разом, государство, с одной стороны, создавало новую, тесно связан- ную с ним элиту (поместное дворянство), а с другой стороны, пыта- лось подчинить и инкорпорировать в состав государственных инсти- тутов старую элиту, сначала мелких, а затем и крупных вотчинников. Это огосударствление сопровождалось резким перераспределением ресурсов в пользу государства и выдвижением государства на первое место в структуре «государство —элита —народ», что и означало соз- дание этатистской монархии. При всей значимости происходившей трансформации, огосудар- ствление вотчин не означало поглощения элиты государством. Вот- чины продолжали наследоваться, и элита сохраняла определенную 225
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I самостоятельность. Ho с другой стороны, рядом со старой элитой возникает новое сословие, поместное дворянство, которое по фор- ме является «служилым» — то есть составляет часть государства, но в реальности со временем приближается по своему положению к низшим слоям элиты, детям боярским. 5.6. ДЕМОГРАФИЧЕСКИЙ ЦИКЛ В контексте трехфакторной теории нам предстоит далее перейти к рассмотрению процесса влияния демографического фактора на ди- намику новой структуры «государство —элита —народ». В соответ- ствии с обычным неомальтузианским подходом необходимо, в пер- вую очередь, рассмотреть динамику численности населения, цен и реальной заработной платы. Кризис XV века привел к значительному уменьшению численно- сти населения, и на Руси создалась ситуация, характерная для на- чальной фазы нового демографического цикла: малая плотность на- селения, изобилие свободных земель, высокая реальная заработная плата, относительно низкая рента. Приезжавшие в Россию ино- странцы писали о больших лесах и изобилии хлеба. «Вокруг горо- да (Москвы —С. И.) большие леса, их ведь вообще очень много в этой стране, —отмечал Амброджо Контарини. —Край чрезвычайно богат всякими хлебными злаками»159. «Значительную часть Московии за- нимает Герцинский лес, —записал Паоло Джовио со слов русских по- слов,—но он там и сям заселен, и повсюду в нем расположены строе- ния. Вообще, от продолжительной работы людей он стал уже гораз- до реже...»160. Московский посол, повидавший многое грек Георгий Перкамото, рассказывал в i486 году в Милане, что «в этой стране есть громадное количество крупного и мелкого скота... что у них есть гро- мадное количество зерна, так что в ряде мест из-за излишнего коли- чества его собраны удивительные и поражающие запасы... особен- но в тех местах, которые удалены от моря, так как там нет никого, кто бы мог взять его и отправить в другое место»161. Как отмечалось выше, одним из признаков периода восстанов- ления является относительно высокая реальная заработная плата. В 1520-х годах неквалифицированный поденщик в Москве получал 1,5 деньги вдень162, в переводе на рожь это составляет 9,6 кг зерна163— это примерно соответствует уровню оплаты работников в Германии в 1490-1510 годах, то есть высокому уровню заработной платы в нача- ле второго европейского демографического цикла164. 226
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО Относительно размеров ренты известно, что нормой крестьян- ского участка в центральных областях в начале столетия считалась «выть» —15 десятин; с этого надела крестьянин должен был платить оброк или нести барщину: обрабатывать одну десятину под ози- мые и одну под яровые — то есть в пользу вотчинника шла % уро- жая165. Земли у крестьян было достаточно; с учетом барщинных по- лей на двор полагалось 18 десятин —это был большой надел; по нов- городским данным, такие наделы обрабатывали неразделенные семьи в 7-8 человек с двумя взрослыми мужчинами и с 2-3 лошадь- ми166; надо полагать, что и в центральных районах преобладали боль- шие семьи. При урожайности ржи сам-3,3 и овса сам-3,1167 «выть» да- вала 200-210 пудов хлеба; при дворе в 8 человек получалось около 26 пудов на человека. Считается, что душевой минимум потребления зерна в пищу составляет примерно 15 пудов, если зерно расходует- ся также на корм скоту, то потребление увеличивается до 18 пудов (но в те времена крестьяне не испытывали недостатка в пастбищах и в сене)168. Если учесть, что крестьянское хозяйство имело доходы не только от земледелия, но также от животноводства и лесных про- мыслов, то следует сделать вывод, что уровень потребления кресть- ян в начале XVI века был относительно высоким. Необходимо отметить, что поместная система строго фиксиро- вала размеры крестьянской ренты помещикам, причем, как пока- зывает, например, Торопецкая переписная книга 1540 года, оброки были расписаны до мельчайших деталей169. Государственные нало- ги были невелики и составляли в этот период лишь 2,5-3% Д°х°Да крестьянина; главным из этих налогов была «дань»170. Однако суще- ствовали еще государственные отработочные повинности, такие, как ямская гоньба, «городовое дело» (отработка на строительстве укреплений) и «посоха» (выставление воинов с «сох»)171. В целом по- винности были значительно выше, чем в XIV веке, —это была цена, которую крестьяне платили военной элите за независимость и защи- ту от крымских татар, которые продолжали набеги с целью захвата полона. В конце XV века набеги были относительно редкими, голод и мор на время ушли в прошлое. С. М. Соловьев отмечал, что для мос- ковских земель правление Ивана III «было самым спокойным, са- мым счастливым временем»172. В актах, оставшихся от этого пе- риода, встречаются многочисленные указания на распашку пусто- шей, на рост площадей под сельскохозяйственными культурами173. При Иване III в Новгородской земле было проведено две перепи- си, одна в 1480-х годах, другая —около 1500 года. За время, прошед- 227
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I шее между этими переписями, население увеличилось на 14%, то есть рост был довольно быстрым —порядка 1% в год174. Для центральных районов нет статистических данных о росте населения, но имеют- ся примеры, указывающие на рост числа дворов в отдельных волост- ках или имениях в 1,5, в 2, в 3 раза. Обобщая эти материалы, А. И. Ко- панев пришел к выводу, что за первую половину XVI века население России увеличилось в 1,5 раза и достигло 9-10 млн.175 Другие авторы дают более низкие оценки для абсолютной численности населения в этот период, но все исследователи соглашаются с тем, что рост был очень значительным176. Таким образом, имеющиеся данные об уровне потребления, раз- мерах крестьянских наделов и относительно быстром росте населе- ния в контексте неомальтузианской теории позволяют охарактери- зовать период конца XV —начала XVI века как период восстановления. Дальнейшее социально-экономическое развитие России в пер- вую очередь определялось ростом населения, постепенным повы- шением демографического давления. С ростом населения леса усту- пали место пашне. Сигизмунд Герберштейн, побывавший в России в 1526 году, писал о лесах уже в прошедшем времени: «По пням боль- ших деревьев, существующих еще и поныне, видно, что вся страна еще не так давно была очень лесистой...» Теперь же, отмечал Гер- берштейн, «она достаточно возделана усердием и трудами земледель- цев»177. Ричард Ченслер свидетельствует, что в 1550-х годах область между Москвой и Ярославлем «изобиловала маленькими деревушка- ми, которые так полны народом, что удивительно смотреть на них. Земля вся хорошо засеяна хлебом...»178 Наиболее плотно заселенными районами были земли вокруг Нов- города и Пскова. В некоторых районах Новгородчины уже ощущался недостаток земли, так, за время между двумя переписями в Деревской пятине население возросло на 16%, а пашня —только на 6%. В этом районе на крестьянское хозяйство приходилось в среднем лишь 2,3 десятины в одном поле, вдвое меньше, чем в соседней Шелонской пятине. Опережающий рост населения привел к росту цен на рожь, они увеличились с 14 до 20 московских денег за коробью (7-8 пудов)179. Археологи свидетельствуют, что плотность поселений в Дерев- ской пятине (в долине реки Ловать) в этот период была выше, чем когда-либо в прошлом, что стали распахиваться неиспользуемые ра- нее глинистые почвы180. Начинается массовое применение удобре- ний; это свидетельствует об окончательном формировании трех- польной системы земледелия (в прежние времена переход к трех- полью без удобрений приводил к быстрому «выпахиванию» земель). 228
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО Известно, что переложная система требовала объединения усилий для сведения леса и долгое время способствовала сохранению боль- шой семьи. С окончательным переходом к трехполью большая семья распадается на малые семьи. Для некоторых районов Новгородчины сохранились статистические данные, свидетельствующие о процессе распада больших семей, так в Старорусском уезде в 1498 году надвор приходилось в среднем 1,6 семьи, а в 1539 году—1,28 семьи181. До присоединения к Москве Новгородчина была краем крупного землевладения, где крестьяне были обременены тяжелыми оброка- ми (половники платили до половины урожая). После присоединения на землях, отписанных на государя, оброки переводились на деньги и значительно уменьшались, но на землях, переданных помещикам, повинности почти не менялись—иногда даже немного возрастали182. Таким образом, положение крестьян на Северо-Западе значительно отличалось от положения в центральных областях, где, как отмеча- лось выше, обычная рента составляла шестую часть урожая. Это от- личие было следствием исторической традиции, сложившейся в пе- ренаселенном регионе, но также и следствием того, что после кон- фискаций Ивана III государство использовало Новгородчину как основной источник своих ресурсов —именно здесь располагался ос- новной массив дворцовых и поместных земель. В табл.1 представлены данные о доходах крестьян, оброках и на- логах в Деревской и Водской пятинах. Хотя в целом душевое производство обеспечивало необходимый минимум потребления, после уплаты оброков в Водской и в особен- ности в Деревской пятине душевое потребление падало ниже мини- мального уровня. В соответствии с неомальтузианской теорией след- ствием уменьшения потребления ниже допустимого минимума было уменьшение численности населения, с 1500 по 1540 год оно уменьши- лось в Водской пятине на 17 %, а в Деревской пятине—на 13 %186. Умень- шение население к 1540 году привело к увеличению душевой запашки и некоторому увеличению потребления, но оно оставалось на уров- не, близком к минимальному. Низкий уровень потребления способ- ствовал увеличению смертности от эпидемий — источники отмеча- ют, что именно в этом районе эпидемии свирепствовали с особой жестокостью187. Таким образом, в отдельных, наиболее густонаселенных районах Сжатие началась уже в начале XV века, и этот процесс был сущест- венно ускорен высоким уровнем изъятия ресурсов, осуществляемым государством и помещиками. В то же время даже в пределах Севе- ро-Запада имелись существенные порайонные различия. В Бежец- 229
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Табл.1. Зерновой бюджет крестьянского хозяйства на поместных землях Новго- родчины. Оброк, налоги и потребление указаны в пудах хлеба (полпуда ржи и пол- пуда овса). Годы Деревская пятина Водская пятина 1500 1540 1500 1540 Пашня надвор (с паром, дес.) 6,7 7,8 и,4 и,7 Душ на двор 5,2 5,о 6,0 5,3 Пашня на душу (дес.) 1,3 1,6 1,9 2,2 Урожайность ржи (в самах) 3,1-3>9 3,1-3,9 3,1-3,9 3,1-3,9 Урожай за вычетом семян (пудов) 88,4-110,5 103-117 150,5-171 154,4-175 Урожай надушу (пудов) 17,0-19,3 20,6-23,4 25,1-28,5 29,i-33,i Оброк со двора (пудов) 32,6-33,6 38,0-39,2 75,2-77,5 64,6-66,6 Налоги со двора (пудов) 5,1 6,6 6,6 6,2 Потребление (пудов) 50,7-61,8 58,4-71,2 68,7-86,9 83,4-102,7 Оброк на душу (пудов) 6,3-6,5 7,6-7,8 12,5-12,9 12,2-12,6 Налоги надушу (пудов) 1,0 1,3 1,1 1,2 Потребление на душу (пудов) 9,8-и,9 11,7-14,2 11,4-14,5 15,8-19,4 Эта таблица представляет несколько видоизмененный вариант таблицы 6о из: Аграрная история Северо-Запада России XVI века. Север. Псков. Общие итоги развития Северо-Запада. Л. 1978. Авторы этой работы подвергались критике183 за то, что брали в своих расчетах слишком большую урожайность: сам-4 (фактиче- ски сам-3,9) для ржи и сам-3 для овса. В соответствии с данными Е. И. Индовой184 в 1650-1700 годах урожайность ржи была в среднем сам-3,1, урожайность овса сам-3. В нашей таблице урожайность ржи варьируется в пределах от сам-3,1 до сам-3,9, а урожайность овса взята сам-3. Нужно заметить также, что по расчетам Л. Г. Степа- новой185, основанных на случаях перевода издолья в фиксированный оброк, уро- жайность составляла всего лишь сам-2. Однако эти расчеты вызывают сомнение, поскольку неясно, насколько данный перевод был эквивалентным, не происходи- ло ли при этом снижение оброка. Кроме того, простой расчет показывает, что при такой урожайности сбора хлебов не хватило бы даже на уплату оброков и налогов. 230
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО кой и Шелонской пятинах положение было более благоприятным, чем в Деревской и Водской. В 1500-1540 годах здесь отмечался зна- чительный рост населения —в некоторых уездах население возрос- ло на 27-45 %188. Сжатие было неравномерным и проявлялось в одних районах сильнее, а в других—слабее. Исследование вопроса о положении крестьян в Центральном рай- оне затрудняется недостатком источников. Однако и здесь рост на- селения привел к уменьшению крестьянских наделов. С. Б. Веселов- ский отмечал быстрый рост цен на землю в первой трети XVI века и увеличение числа земельных тяжб189. В середине XVI века появля- ются упоминания о случаях, когда на вытном наделе сидят два или даже три двора190. В этот период в Борисовской волости на Влади- мирщине на двор приходилось 7,5 десятин191; если считать в семье 5 человек, то душевая обеспеченность составляла всего 1,5 десятины— меньше, чем в Деревской пятине. Отмечалась нехватка земли в Бе- лозерском крае —здесь у крестьян было лишь по 2 десятины в одном поле, и зерна не хватало до следующего урожая192. Но в некоторых уездах положение было более благополучным, например, на черных землях Тверского уезда на двор приходилось 12,5 десятины, на мона- стырских землях в Дмитровском уезде —12,7 десятины (в последнем случае большая величина надела, по-видимому, объяснялась очень плохими почвенными условиями)193. Согласно теории, одним из следствий перенаселения является оскудение крестьян и развитие ростовщичества. На Руси в этот пери- од в качестве главных ростовщиков, крупных землевладельцев и «по- глотителей земли» выступали монастыри. Они столь активно затя- гивали крестьян в ростовщические сети, что, к примеру, в райо- не «колонизации» Кирилло-Белозерского монастыря практически не осталось «черных» крестьянских земель. Из кругов «нестяжате- лей» раздавались многочисленные обвинения в адрес монастырей194. Вассиан Патрикеев писал о том, что недостойно монахам «села мно- гонародно стяжати и порабощати кристиан», «лихву на лихву на них налагать». Когда крестьяне не могут отдать лихвы, писал Вассиан, мо- нахи, «коровку их и лошадку отъмше», изгоняли крестьян из их дво- ров195. Максим Грек негодовал о том, что монахи крестьян «бичи истязуют за лютых сребра резоиманий», обращают их в своих хо- лопов196. На Белоозере, где земли не хватало, происходили много- численные столкновения между крестьянами и монахами; в 1550 году одно из таких столкновений привело к разорению Адриановой пу- стыни и гибели 42 монахов. Характерно, однако, что в сети ростов- щиков попадали не только крестьяне, но и «дети боярские», бояре 231
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I и даже князья. К концу XV века Кирилло-Белозерский монастырь за- брал в свои руки все расположенные в округе мелкие вотчины197. В Звенигородском уезде на долю монастырей и церквей приходилось 45% всех земель, в Тверском уезде—33%. В середине XVI века, по сви- детельству Адама Клементского, духовенству принадлежала треть на- селенных земель198. Таким образом, имеющиеся данные о динамике потребления в первой половине XVI века, в целом соответствуют прогнозам де- мографически-структурной теории: по мере роста численности на- селения мы наблюдаем уменьшение крестьянских наделов, оскуде- ние крестьян и рост их задолженности, проявляющийся в разви- тии ростовщичества. Эти процессы происходили неравномерно и были более выраженными на Северо-Западе, в Новгородской зем- ле. При этом существенное значение имело перераспределение ре- сурсов в рамках структуры «государство —элита —народ»: Сжатие на Новгородчине было ускорено высоким, по сравнению с централь- ными областями, уровнем ренты, что было, в свою очередь, связано с тем, что именно Новгородчина была регионом наибольшего рас- пространения поместного землевладения и в военном смысле опо- рой государства. 5.7. НАЧАЛО СЖАТИЯ В соответствии с неомальтузианской теорией, рост численности на- селения должен был постепенно привести к недостатку пахотных зе- мель, росту цен, падению потребления и частым голодным годам. Как отмечалось выше, Сжатие на Северо-Западе началось еще в начале XVI века, но в Центральном районе этот процесс стал про- являться значительно позже — примерно в 1540-х годах. В начале сто- летия голод были относительно редким: после длительного благопо- лучного периода летопись впервые говорит о голоде в 1511 /1512; за- тем голод повторился в 1526 году, когда цены возросли в 7-10 раз199. 1521 год был отмечен бедствием другого рода—«великим приходом» крымских татар, разоривших южные области страны. Однако годы голода и набегов были исключениями на общем фоне, в целом эко- номическое положение оставалось благоприятным. До 1530-х годов цены оставались, в общем, стабильными—около 20 денег за коробью ржи (ю денег за 4-пудовую четверть)200. «Времена тиха и прохладна и обилие велие изобилованна бысть»,— говорит новгородская лето- пись об этом десятилетии201. Впоследствии цены снова стали расти, 232
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО в 1532 году цена в Иосифо-Волоколамском монастыре составляла 22 деньги за четверть; во время неурожая 1543-1544 годов цены на Нов- городчине поднялись до 35-40 денег202. Некоторые авторы прямо объясняют рост цен ростом населения203 —в соответствии с мальту- зианской теорией. В середине XVI века голод становится обычным явлением. В1548-1549 годах голод охватил северные районы страны: «Хлеб был дорог на Двине, на Холмогорах, четверть купили по осьми гривен, и людей с голоду мерло много», —отмечает летописец204. В 1552 году разразилась страшная эпидемия в Новгороде и Пскове; в Пскове по- гибло 30 тысяч человек. В 1556/57 году снова пришел голод, свиреп- ствовавший в Заволжье и на Севере; в результате голода и бегства крестьян на юг в северных областях началось запустение; в конце 50-х годов наДвине пустовало 40% пашни205. Е. И.Колычева описы- вает положение как «крайне неустойчивое равновесие с наметив- шимися признаками запустения посевных площадей и убылью на- селения из-за неурожаев, эпидемий»206. Как утверждает неомаль- тузианская теория, для периода Сжатия характерно именно такое неустойчивое экологическое равновесие, и его причина—отсутствие у крестьян значительных запасов зерна. А. Л. Шапиро утверждал, что уже в первой половине XVI века «запас прочности у крестьянских хо- зяйств был невысоким»207. Таким образом, симптомы надвигающегося кризиса появились за- долго до Ливонской войны. Россия не представляла собой экономи- ческого единства, в ней были относительно богатые и относитель- но бедные, перенаселенные области. Север и Новгородчина издавна относились к бедным областям; нехватка земли заставляла крестьян этих районов распахивать неплодородные почвы. «Земля худа, каме- ниста, песчата...», — так описывалась недавно поднятая целина в пе- реписной книге Бежецкой пятины 1551 года208. В центральных рай- онах положение было более благоприятным, в Замосковном крае до 1560 года еще продолжался рост населения, но все удобные зем- ли к этому времени были уже распаханы. «Если в начале XVI в. на пе- риферии старых владений еще есть резерв годных к освоению зе- мель,—отмечает Л. И. Ивина,—то к середине XVI века он полностью исчерпывается, как, например, во владениях Троице-Сергиева мо- настыря близ Углича... Плотность поселений внутри владений воз- растает... Увеличиваются сами поселения, многие деревни превра- щаются в сельца и села»209. В 1560-1561 годах в Замосковный край пришел голод, цены на хлеб поднялись до 50-60 денег за четь. Ха- рактерно, что в качестве причины этого бедствия старцы Иосифо- 233
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Волоколамского монастыря указали на недостаток угодий и на рост государевых повинностей210. В середине XVI века проблема нехватки земельных ресурсов вста- ла во весь рост. Специалисты утверждают, что уровень распашек в это время был близок к максимально возможному при тогдашней агротехнике, что дальнейшее расширение пашен было невозмож- но211. Скудные почвы и суровый климат ограничивали емкость эко- логической ниши, и, казалось бы, обширные пространства Моско- вии в действительности не могли прокормить растущее население. В то же время Сжатие было крайне неравномерным и проявлялось с большей силой на Северо-Западе —там, где экологическая ниша до- полнительно сужалась более интенсивным перераспределением до- ходов в пользу государства и дворянства. В современной экономической истории соотношение между чис- ленностью населения и наличными ресурсами характеризуется зара- ботной платой, исчисленной в килограммах зерна. Около 1520 года поденщик в Москве мог купить на дневную плату около ю кг хлеба. В 1568 году поденщик на Белоозере получал 1 деньгу в день, а чет- верть ржи стоила го денег212, на дневную зарплату можно было ку- пить 3,6 кг хлеба*. Таким образом, реальная заработная плата за пол- века уменьшилась втрое, что свидетельствует о росте населения и не- хватке продовольственных ресурсов. Дневная плата в 3,6 кг кажется довольно большой, но нужно учесть, что поденщиков брали на ко- роткие сроки, что большую часть года они не имели работы (в кон- це XIX века оплата при поденном найме летом в 3 раза превосходи- ла дневную оплату при годовом найме). В действительности уровень дневной оплаты порядка 4 кг —это был уровень, характерный для времен кризиса и голода, именно таким был уровень оплаты в Евро- пе во времена «кризиса XVII века»213. Правда, в нашем распоряжении имеются лишь единичные данные о поденном найме; гораздо больше информации имеется об услови- ях годового найма монастырских работников. Монастыри привле- кали для обработки своей пашни наемных «казаков» или «детены- шей»; эти работники получали от монастыря продукты (4 четверти хлеба в год) и денежное содержание, «оброк». В 1547 году плотники в Новгородском Софийском доме и Иосифо-Волоколамском мона- * Здесь и далее исчисление ведется в пудах «хлеба»: четверть ржи (4 пуда) плюс четверть овса (2,7 пуда) составляют «юфть» —6,7 пуда «хлеба». Четверть овса обычно стоила в 2 раза дешевле, поэтому цена пуда «хлеба» составляла пример- но 9/ю от цены пуда ржи. 234
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО стыре получали по юо денег в год, а простые чернорабочие в Волоко- ламске—8о денег в год, и их дневная зарплата в деньгах и продуктах была эквивалентна лишь 1,2 кг хлеба. Впоследствии мы видим столь низкий уровень зарплаты лишь один раз, во время сильного голода 1588-1589 годов —однако тогда этот голодный уровень держался лишь один год, а в 50-х годах это была обычная плата214. Таким образом, уровень жизни в 50-х годах был примерно таким же, как в голодные годы. Отсюда можно сделать вывод, что, в соответствии с прогнозом демографически-структурной теории, уровень реальной заработной платы в середине XVI века понизился до минимума. Неомальтузианская теория утверждает, что одним из главных следствий перенаселения является развитие деревенского ремесла, переселение крестьян в города и рост городов. Эти процессы дейст- вительно наблюдались в XVI веке в отдельных наиболее густонасе- ленных районах России. Перенаселенные Деревская и Водская пяти- ны Новгородчины не могли обеспечить себя хлебом, и многие кре- стьяне пытались заработать на жизнь ремеслом и торговлей; здесь было много торгово-ремесленных поселений, «рядков»215. Промыс- лы были развиты и в других районах Северо-Запада: железо произ- водили в Орешке, Тихвине, в Заонежье, соль выпаривали в Старой Русе, в Поморье. Многие крестьяне занимались выращиванием льна и выделкой льняных тканей; некоторые в поисках заработка уходили в Новгород. По сравнению с Москвой, где большую часть населения составляли дворяне и их слуги, Новгород был городом ремесленни- ков и купцов. В начале XVI века в Новгороде было 5,5 тысяч дворов и примерно 30 тысяч жителей, из них около 6 тысяч ремесленни- ков—практически все взрослое мужское население состояло из ре- месленников216. По некоторым данным, Псков по размерам не усту- пал Новгороду, в нем насчитывалось более 6 тысяч дворов и 30 тысяч жителей217. В то же время нужно отметить, что население Новгорода (и возможно, Пскова) в первой половине XVI века не увеличилось; в городах Новгородчины уже тогда проживало ю% населения218 — для аграрного общества это цифра, близкая к максимальной; окрест- ные области не могли прокормить такой большой город. Как цент- ры перенаселенного района, Новгород и Псков были часто подвер- жены эпидемиям —при Василии III летописи по крайней мере 4 раза отмечают здесь мор, в то время как в центральных районах эпиде- мии не упоминаются219. В 1552/53 годах по, несомненно, сильно пре- увеличенным сведениям летописи в Новгороде умерло от мора 280 тысяч человек220. 235
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I В центральных районах ремесла были развиты меньше, чем на Северо-Западе. Крупнейшим городом России была Москва. Вели- кие князья придавали стольному городу первостепенное значение и (так же, как османские султаны) переселяли в столицу часть населе- ния завоеванных городов221. Сигизмунд Герберштейн сообщает, что по официальным данным в 1520 году в Москве было 41,5 тысячи дво- ров222. Если считать по 5 человек надвор, то получится примерно 200 тысяч жителей, однако современные историки считают цифру Гер- берштейна завышенной и полагают, что население Москвы не пре- вышало юо тысяч223. В Москве существовало много ремесленных слобод—Кожевники, Гончарная, Бронная; здесь был расположен Пу- шечный двор и работало много оружейников, производивших разно- образное воинское снаряжение224. В целом, однако, о московском ре- месле известно гораздо меньше, чем о ремесле Новгорода. Другие города Руси много уступали в размерах не только Москве, но и Новгороду. В Нижнем Новгороде в конце XVI столетия насчи- тывалось около 2 тысяч дворов; это был центр торговли по волж- скому пути; при Василии III здесь был построен каменный кремль. В Можайске и Старой Руссе было по 1,5 тысячи дворов и у-8 ты- сяч жителей. Владимир, Суздаль, Тверь потеряли свое былое значе- ние. Правда, появилось много новых небольших городов —в их чис- ле Руза, Радонеж, Боровск, Серпухов, Кашира; общее число городов увеличилось за полвека с 96 до 160 225. В целом можно сделать вывод, что имеющиеся данные о ценах и реальной заработной плате соответствуют теоретической динами- ке развития в период Сжатия. Эти данные показывают, что Сжатие, начавшееся в начале столетия на Северо-Западе, в середине столетия распространилось на центральные области. В соответствии с нео- мальтузианской теорией Сжатие вызвало развитие городов и ре- месел, причем этот процесс в наибольшей степени затронул район раннего Сжатия —Северо-Запад, где сформировались большие ре- месленные города. Для характеристики степени перенаселения Се- веро-Запада существенно, что рост этих городов к середине XVI века уже прекратился, а их население все чаще становилось жертвой го- лода и жестоких эпидемий. 5.8. ПОЛОЖЕНИЕ ЭЛИТЫ И ТРАДИЦИОНАЛИСТСКАЯ РЕАКЦИЯ Как отмечалось выше, демографически-структурная теория изучает отдельно (и вместе с тем во взаимной связи) динамику населения, 236
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО динамику элиты и динамику государства. Изучение динамики элиты предполагает рассмотрение материального и правового положения элитных групп, в частности, в отношении перераспределения ре- сурсов, исследование динамики их численности и доходов. Соглас- но теории, рост численности элиты должен был привести к дроб- лению поместий, ухудшению положения низших групп элиты, что вызывало усиление давления элиты на народ и государство, а также фрагментацию элиты и конфликты между различными элитными группами. В первой половине XVI века великие князья стремились увели- чить контингенты поместной конницы, и численность дворянства быстро росла. Однако в нашем распоряжении нет цифр, которые бы достоверно отражали численность дворянского сословия. Извест- но лишь, что в 1520-х годах на Оке ежегодно несло сторожевую служ- бу го тысячное дворянское ополчение226; отсюда можно предполо- жить, что число дворян и детей боярских в это время было не менее 20 тысяч. Ричард Ченслер оставил красноречивое описание тяжелой службы русских дворян, вынужденных ежегодно отправляться на границу. «Я думаю, что нет под солнцем людей, столь привычных к суровой жизни, как русские: никакой холод их не смущает, хотя им приходится проводить в поле по два месяца в такое время, когда стоят морозы и снега выпадает более, чем на ярд... Наибольшая их защита от непогоды, это войлок, который он выставляет от ветра и непогоды, а если пойдет снег, то воин разгребает его, разводит огонь и ложится около него... Сам он живет овсяной мукой, смешан- ной с холодной водой... Много ли нашлось среди наших хвастливых воинов таких, которые могли бы пробыть с ними в поле хотя бы месяц?»227 Эта тяжесть службы была связана с постоянной военной опасно- стью, исходившей из Великой Степи: кочевая конница сохраняла преимущество в мобильности, и все русское дворянство было выну- ждено едва ли не круглый год стоять на заставах, чтобы предотвра- тить внезапный набег. Последствия прорыва татар могли быть ка- тастрофическими: в 1521 году крымцы увели в рабство не менее юо тысяч пленных (С. Герберштейн называет цифру в 8оо тысяч228). Втя- нутое в мировой рынок, Крымское ханство восстановило традиции причерноморской работорговли, и татары превратили Русскую рав- нину в огромное поле охоты на рабов. Противостоять этим набегам можно было лишь путем мобилизации военных сил России посред- ством расширения поместной системы. 237
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Однако на Новгородчине, которая являлась главным районом поместного землевладения, ресурсы годных для поместных раздач земель были полностью исчерпаны. В 1500 году в Шелонской пя- тине поместные земли занимали 58% пашни, а в 1540 году —98%; в Бежецкой пятине в 1544 году под поместья было занято 99 % при- годных земель229. Вследствие нехватки земли поместья мельчали. Если в 1500 году только 22% новгородских помещиков имели зем- ли меньше 150 десятин, то в 1540 году —39%; доля владельцев поме- стий свыше 300 десятин уменьшилась с 48% до 22 %230. Таким обра- зом, (в соответствии с прогнозом демографически-структурной тео- рии) по мере численного роста элиты положение ее рядовых членов ухудшалось. В центральных уездах большая часть земель принадлежала боярам и церкви, и это препятствовало распространению поместного земле- владения. Как показывают данные по Тверскому уезду, вотчинникам (преимущественно боярам) принадлежало 36% земель, церкви—33%, а помещикам —только 27%. При этом бояре получали также и земли, предназначенные для поместной раздачи —причем забирали лучшие угодья сверх всяких норм231. Демографически-структурная теория утверждает, что рост чис- ленности элиты вызывает ее фракционирование и борьбу между различными фракциями. В российской элите XVI века имелось не- сколько фракций, причем наиболее высокое положение занимала старинная знать, удельные и служилые князья и бояре. Эта группа была хранителем удельных традиций, восходящих к Киевской Руси — и соответственно, решительным противником «протурецкого» само- державия. Новая элитная группа, дворянство, занимала более низ- кое положение, и, в силу условий своего формирования, находилась на службе монархии. Первое место среди московской знати занимали удельные кня- зья, родственники великого князя. Василий II, Иван III, Василий III прилагали много сил, чтобы ликвидировать уделы, но перед смертью они раздавали новые уделы своим младшим сыновьям — и удельная система вновь возрождалась. После побед Ивана III над Литвой в число удельных князей вошли бывшие русско-литовские князья, перешедшие на московскую службу и сохранившие свои вла- дения: князья Воротынские, Одоевские, Трубецкие. Удельные кня- зья полновластно распоряжались в своих уделах, имели своих бояр и свое войско; к примеру, у князей Воротынских было несколько тысяч «боевых холопов»232. Литва и Польша были издавна объеди- нены унией, и русско-литовские князья усвоили обычаи польских 238
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО магнатов. Не привыкнув подчиняться кому бы то ни было, они часто устраивали мятежи и уходили со своими дружинами в Литву— как поступил Семен Бельский в 1539 году. Во времена Ивана Гроз- ного эти князья составляли главную силу боярской оппозиции; они постоянно пытались отъехать в Литву и устраивали заговоры про- тив царя. Второе место в иерархии знатности занимали служилые князья, в их числе было много потомков владимиро-суздальских великих князей. В свое время эти князья добровольно подчинились Москве, и многие из них остались в своих городах на положении наместни- ков. К XVI веку потомство Всеволода Большое Гнездо необычайно размножилось и насчитывало около двухсот князей, одних ярослав- ских князей было больше восьмидесяти, и некоторые из них по сво- ему положению были близки к удельным князьям. С давних времен служилые князья в силу тарханных грамот освобождались от всех налогов; Иван III пытался ликвидировать эти тарханы, но некото- рые князья все-таки сохранили свои привилегии. «Княжата» закре- пили за собой наместничьи должности и заправляли в городах, как в своих вотчинах. В отличие от волостелей, назначавшихся на год — другой, срок их кормлений был неопределенным; фактически корм- ления были пожизненными. Размеры наместнических кормов посто- янно росли; в Новгороде уже в начале XVI века наместничий корм был в два раза больше «обежной дани», основного государственного налога233. Боярская дума по большей части состояла из этих князей- наместников; эти удельные «державцы» кичились своей знатностью и постоянно вступали в местнические споры; по словам В. О. Клю- чевского, они намеревались, сидя в Боярской думе, править Русской землей, как некогда их отцы правили ею, сидя по уделам234. Неко- торые княжеские кланы настолько укоренились, что претендовали на наследственное думское представительство. Вдобавок князья и бояре обладали старинным «правом отъезда» в другое княжество, правом службы другому князю без потери вотчин. В условиях еди- ной Руси отъехать можно было только в Литву, и «право отъезда» было правом на государственную измену235. Третью ступень по знатности занимало «старомосковское» бояр- ство. Количество боярских родов в 1525-1555 годах увеличилось с 23 до 46, и это предопределило обострение конкуренции за придвор- ные должности. Старинные бояре имели сотни слуг и большие вот- чины; к примеру, лишь одна из вотчин И. П. Федорова на Белоозере насчитывала 120 деревень. Московские бояре традиционно занима- ли важные посты в системе управления. Как правило, посты дворец- 239
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I кого и конюшего занимали представители одних и тех же старомо- сковских фамилий Морозовых, Захарьиных, Челядиных236. Таким образом, численность элиты росла, что, в соответствии с теорией, должно было усилить конкуренцию за ресурсы меж- ду знатью и государством. Наиболее сильное давление на государ- ство оказывала старая знать, сила и влияние которой восходили еще к XIV-XV векам; эта знать опиралась на свои огромные вотчины и сопротивлялась стремлению самодержавия ущемить ее традицион- ные привилегии. Таким образом, борьба между монархией и знатью приобретала характер традиционалистской реакции: знать отстаива- ла свое прежнее, традиционное положение. В год смерти Василия III наследнику престола Ивану IV было лишь три года, и фактической правительницей стала вдова велико- го князя Елена Глинская. Князья и бояре с трудом мирились с са- модержавием Василия III; после его смерти начались измены и мя- тежи237. Елена Глинская пыталась продолжать самодержавную по- литику своего мужа, но в 1538 году она была отравлена боярами. К власти пришла боярская олигархия, господство которой офор- милось как правление Боярской думы; решения думы стали равно- значны великокняжеским указам238. Однако боярское правление со- провождалось борьбой знатных родов, заговорами и дворцовыми переворотами. «Встала вражда,— говорит летописец,— между вели- кого князя боярами... и многие были между ними вражды из-за ко- рысти и за родственников: всякий о своих делах печется, а не о госу- дарских, не о мирских»239. «Бояре живут по своей воле, —говорил бе- жавший из России итальянский архитектор Петр Фрязин, —от них великое насилие, управы в земле никому нет, между боярами сами- ми вражда, и уехал я от великого мятежа и безгосударства»240. «Ве- ликое насилие» заключалось в том, что бояре поделили между со- бой наместничества и стали требовать у населения «корма» сверх всяких норм. «Все расхитили коварным образом: говорили, будто детям боярским на жалование...—вспоминал Иван Грозный. —По- том напали на города и села, мучили различными жестокими спо- собами жителей, без милости грабили их имущество...»241. Намест- ничьи суды превратились в орудие вымогательств: «От всех брали безмерную мзду и в зависимости от нее и говорили так или иначе и делали»242. В Пскове, например, наместник князь А. М. Шуйский поднимал старые дела и «правил на людях» по сто рублей и больше, мастеровые делали все для него даром, «большие люди» несли ему подарки243. «Бояре... вместо еже любити правду... в ненависть укло- нишася», —говорит летопись244. В наделении воинов поместьями во- 240
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО царился беспорядок; царь Иван писал, что в его «несовершенные лета» «бояре его и воеводы земли его государьские себе разоимали, и другом своим и племенником его государьские земли раздавали», в результате чего держат за собой «поместья и вотчины великие»245. Документы свидетельствуют, что только в одной поместной раздаче 153g года князь П. И. Шуйский присвоил земли на 2 тысячи десятин, его родственник А. Б. Горбатый—на 1,5 тысячи десятин —и было мно- го других примеров такого рода246. Нормы наделения землей воинов не соблюдались; царь писал, что у одних земли было больше поло- женного, а другие голодали247. Не заботясь о простых воинах, бояр- ское правительство щедрой рукой раздавало податные привилегии монастырям и знати. Запрет на передачу земли монастырям был за- быт, монахи снова отнимали за долги земли у детей боярских и у кре- стьян248. В 1540-х годах начинает чувствоваться недовольство дворян, направленное, прежде всего, против правящей боярской верхушки и монастырей. Земельные споры помещиков с монастырями стали обычным явлением249. Таким образом, в соответствии с теорией, Сжатие сопровожда- лось ростом численности элиты и ухудшением ее положения. Этот процесс привел к фрагментации элиты, к выделению отдельных групп и к конфронтации между этими группами. С другой сторо- ны, также в соответствии с теорией, Сжатие привело к обостре- нию борьбы между элитой и государством за перераспределение до- ходов. В условиях проосманских реформ и наступления диффузион- ного самодержавия эта борьба приняла форму традиционалистской реакции. После смерти Василия III аристократия начала наступле- ние на государство и в 1538 году добилась победы, установив бояр- ское правление. Как и прежде, традиционалистская реакция прояви- лась в попытках перераспределения ресурсов в пользу элиты, в наси- лиях над простонародьем и в княжеско-боярских усобицах. Низшие слои элиты при этом ничего не приобрели и даже потеряли в ре- зультате захвата боярами части поместных земель. В итоге намети- лась основная линия раскола элиты—конфронтация между боярами и дворянством. Аристократия воспользовалась ситуацией также и для усиления давления на народ, в частности, на горожан. Для этого была исполь- зована (формально государственная) система наместнических корм- лений, которая превратилась в механизм перераспределения до- ходов в пользу элиты. Другим механизмом такого рода стала пора- женная коррупцией судебная система. Ответом народа на давление со стороны аристократии стало восстание 1547 года. 241
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 5.9. РЕФОРМЫ ИВАНА ГРОЗНОГО Боярское правление привело к дезорганизации войска, которая сра- зу же отразилась на обороноспособности государства. Зима 1537/38 года была отмечена «великим приходом» казанских татар, после это- го набеги повторялись регулярно, причиняя каждый раз страшное разорение250. В 40-х годах поднялись цены на зерно; в 1543 году был большой неурожай, который привел к волнениям в Пскове. Неуро- жай повторился в 1546 году, в феврале следующего года начался го- лод, в июне произошел большой пожар в Москве. В этой обстановке в столице вспыхнуло восстание против бояр, восставшие убили од- ного из правителей, Ю. Глинского, и разгромили многие боярские дворы251. Нужно отметить, что это было первое народное восстание со времен основания Московского княжества; до тех пор в Москве (в отличие от Новгорода) не было крупных выступлений, направлен- ных против властей. Восставшие двинулись из Москвы в село Воробьеве, где тогда находился Иван IV, и царю лишь с трудом удалось убедить их, что он не стоит заодно с Глинскими. В этой сложной и опасной ситуа- ции ближайшими советниками юного царя стали священник Силь- вестр и рында (телохранитель) Алексей Адашев. Грозя юному царю божьим гневом, Сильвестр призывал его восстановить в государстве «правду», восстановить справедливый суд, одинаковый для всех, ма- лых и великих. Царь должен расстаться с прежними советниками, говорил Сильвестр, расстаться с «богатыми» и «брюхатыми», «истя- зающими» в свою пользу бесконечные дани с простых людей252. Возможно, следуя советам Сильвестра, молодой царь совершил неслыханный доселе поступок: он обратился к народу и в начале 1549 года созвал на собор из городов людей «всякого чина». Это было первое собрание «всей земли»— первое из тех собраний, которые позже стали называть «Земскими соборами». В. О. Ключевский от- мечает, что соборы «появляются как-то вдруг и неожиданно», и они мало похожи на европейские парламенты253. Еще более неожидан- но, что царь начинает свою речь с обвинения бояр в многих коры- стях, обидах и «неправдах», которые они чинили народу. Такого еще не случалось в Москве —правда, Василий III в свое время обвинял в этом псковских бояр, но Псков тогда был самостоятельной респуб- ликой (и речь шла о конце этой самостоятельности и о конфискации боярских земель). Царь грозил боярам, что впредь им придется дер- жать ответ за свои действия; он обещал восстановить «правду» и за- щищать простой народ от насилия. «Я сам буду вам, сколько возмож- 242
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО но, судья и оборона, —говорил царь, —буду неправды разорять и по- хищенное возвращать»254. Чтобы утвердить правду и справедливость, Иван IV учредил Челобитный приказ; всем обиженным было дозво- лено жаловаться на вельмож прямо царю. Главой Челобитного приказа был назначен Алексей Адашев, не- заметный прежде молодой царский телохранитель, выходец из за- худалых костромских дворян. Это назначение может отчасти при- открыть смысл событий, связанных с первым Земским собором. Алексей Адашев незадолго до этого вернулся из Турции, был пред- ставлен Ивану IV, рассказал ему о своей поездке и вошел в число близких друзей молодого царя255. Мы не знаем, что именно расска- зывал Алексей Адашев царю, но известно, что великий султан Селим Грозный (1512-1520) собирал всенародные «соборы», на которых об- личал знать и клялся восстановить «правду». Кроме того, бросается в глаза еще одно совпадение: во время собора был издан указ, кото- рый считается началом реформ Ивана Грозного. Этот указ переда- вал часть дел, касающихся служилых людей, из наместничьих судов особым царским судьям. Порядок, по которому служилые люди суди- лись особыми судьями («кадиаскерами») был характерен для Осман- ской империи. Челобитный приказ должен был принимать челобитные от наро- да, в том числе и предложения преобразований. Среди проектов ре- форм того времени известен проект священника Ермолая-Еразма; Ермолай предлагал ограничить владения бояр 8-кратным размером обычных дворянских поместий и выделить для царя во всех уездах особые земельные угодья256. Священник рекомендовал ввести еди- ную подать в Уб урожая и единую податную единицу, «поприще». Не- которые детали проекта позволяют утверждать, что идея «попри- ща» была заимствована из византийских аграрных установлений257, но с другой стороны, норма подати в Уб —это государственный стан- дарт Османской империи, как раз в это время объявленный фетвой шейх-уль-ислама Абусайида258. Кроме того, Ермолай советует царю «взять на себя» для удовлетворения своих нужд земельные угодья и области —то есть расширить дворцовое хозяйство, аналог осман- ского «хассе». Призыв к полному запрещению спиртных напитков также указывает на влияние мусульманских традиций259. Необходи- мо отметить, что в труде Ермолая-Еразма бросается в глаза его за- бота о простом труженике, крестьянине. Ермолай пишет, что вель- можи, конечно, нужны, но они «довольствуются» не от своих тру- дов, прежде всего государству нужны пахари, от их трудов рождается хлеб —всему «главизна»260. Такого рода мысли впервые встречаются 243
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I в русской публицистике —но, как мы знаем, они весьма характерны для государственных деятелей Востока (к примеру, для того же Сели- ма Грозного). До середины XVI века османское влияние проявлялось на Руси в скрытых формах—османам подражали, но нельзя было признавать это вслух. В начале правления Грозного плотина молчания была, на- конец, прорвана: появился смелый человек, который прямо при- звал царя брать пример с Османской империи. Этого человека зва- ли Иван Пересветов; Пересветов был многоопытным воином, слу- жившим Яну Запольяи и Петру Рарешу, вассалам султана Сулеймана Законодателя; он хорошо знал турецкие порядки. Челобитная, по- данная Пересветовым царю Иоанну, содержала «Сказание о Магме- те-салтане»; в этом «Сказании» рассказывалось, как Магмет-салтан «великую правду в царстве своем ввел»261. «В 6961* году турецкий царь Магмет-салтан повелел со всего цар- ства все доходы себе в казну собирать,— говорит „Сказание",— а ни- кого из вельмож своих ни в один город наместником не поставил, чтобы не прельстились они на мзду и неправедно не судили, а наде- лял вельмож своих из казны царской, каждому по заслугам. И назна- чил он судей во все царство, а судебные пошлины повелел взимать себе в казну, чтоб судьи не искушались и неправедно бы не судили... А через некоторое время спустя проверил царь Магмет судей своих, как они судят, и доложили царю про их лихоимство, что они за взят- ки судят. Тогда царь обвинять их не стал, а только повелел с живых кожу ободрать... А кожи их велел выделать и ватой велел их набить, и написать повелел на кожах их: „Без таковой грозы невозможно в цар- стве правду ввести“. Правда —богу сердечная радость, поэтому следу- ет в царстве своем правду крепить. А ввести царю правду в царстве своем —это значит и любимого своего не пощадить, найдя его винов- ным. Невозможно царю без грозы править, как если бы конь под ца- рем был без узды, так и царство без грозы»262. Магмет-салтан выступал в «Сказании» как охранитель справедли- вости: он выдал судьям книги судебные, чтоб судили всех одинаково, он установил налоги и послал сборщиков —«а после сборщиков про- верял, по приказу ли его царскому собирают». Воинов царь «наделил царским жалованием из казны своей, каждому по заслугам». «А вой- ско его царское с коня не слезает и никогда оружия из рук не выпу- скает. Он же воинникам всегда сердце веселит своим царским жа- лованием». «Если у царя кто против недруга крепко стоит... будь он * 1453 год —год взятия Константинополя 244
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО и незнатного рода, то он его возвысит и имя ему знатное даст...» «Еще мудро устроил царь турецкий: каждый день 40 тысяч янычар при себе держит, умелых стрельцов из пищалей, и жалование им дает и довольствие на каждый день...»263. Пересветов не просто расска- зывал о порядках Османской империи —он предлагал брать пример с эти порядков, предлагал проект преобразований. Главное в этом проекте — это призыв к утверждению самодержавия, призванного охра- нять «правду» с помощью «грозы». Самодержавная монархия Пересве- това носит военный характер, она нацелена на завоевания и первое место в ней занимают «воинники», которые годами не слезают с ко- ней. Конкретные меры, которые предлагает Пересветов—это ликви- дация наместнических судов и системы кормлений, создание спра- ведливого суда и нового свода законов, сбор судебных пошлин в каз- ну, наделение служилых людей постоянным жалованием, особый суд для военных, запрещение закабалять свободных людей. Три наибо- лее настоятельных совета Пересветова—это установление «великой правды», возвышение воинов по заслугам и создание приближенно- го к царю стрелецкого корпуса, подобного корпусу «умелых стрель- цов»—янычар. Дж. Биллингтон пишет, что Пересветов «заразил Ивана своим восхищением перед турецким султаном и янычарами»264. О том, что сочинение Пересветова пришлись по душе царю, говорит его вне- сение в Никоновскую летопись и в Хронограф второй редакции265. Но все-таки для православного человека было негоже подражать без- божным туркам, и, уловив настроение сановных читателей, Пересве- тов посчитал нужным сменить тон. Вскоре после первой челобитной он подал вторую, в которой те же самые мысли высказывались в бо- лее осторожной форме и уже не от имени автора, а от имени молдав- ского «воеводы» Петра. Господарь Петр Рареш (1527-1546) был изве- стен тем, что отнимал вотчины у своих бояр, чтобы раздать их в по- местья служилым людям. Очевидно, по примеру султанских земель «хассе», Рареш выделял государственные земли каждого уезда в само- стоятельные «околы», на которых создавалась особая администра- ция. Конфискации вызвали конфликт с боярами, которые перешли на сторону османов, и Рарешу пришлось бежать из Молдавии. Одна- ко через некоторое время господарь пришел к соглашению с турка- ми и стал вассалом султана; вернувшись на престол, он жестоко рас- правился с изменниками-боярами266. Таким образом, имя Петра Ра- реша содержало в себе определенную программу действий, и то, что «воевода» Петр выступал в роли советчика Ивана IV было достаточ- но символично. 245
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Призыв Пересветова брать пример с османов был настолько сме- лым, что никто более не смог его повторить, на эту тему снова был наложен запрет. Однако в более общей форме мысли Пересветова настолько часто повторялись в посланиях Сильвестра, Адашева и са- мого царя, что это породило сомнения историков. Возникли предпо- ложения, что Пересветова вообще не существовало на свете, что это Адашев использовал псевдоним, чтобы высказать то, о чем не осме- ливался сказать открыто. Наконец, предполагали, что автором вто- рой челобитной может быть сам царь267. Тем не менее А. А. Зимин, досконально исследовавший этот вопрос, не сомневался в существо- вании «воинника Иванца Пересветова». Таким образом, повторение идей Пересветова в устах правителей Руси говорит о том, что они восприняли эти идеи и были готовы им следовать. Почти все иссле- дователи признают, что царь во многом следовал советам Пересве- това. Однако основной совет — братъ пример с Турции —носил общий характер. Следуя этому совету, можно было зайти очень далеко, го- раздо дальше, чем мог помыслить многоопытный воинник. Таким образом, остается рассмотреть вопрос о том, как далеко зашел царь в исполнении этого совета, о том, как реализовывалась на практике идея подражания султанам. Необходимо шаг за шагом проанализи- ровать нововведения Ивана Грозного, сравнить их с тем, что предла- гал Пересветов, и с османскими порядками тех времен. Основной составляющей реформ Ивана Грозного были воен- ные реформы — создание сильной армии было решающим услови- ем существования государства. Первые мероприятия царя в точно- сти следовали проекту Пересветова. Летом 1550 года был создан кор- пус «выборных стрельцов» в 3 тысячи человек; стрельцы получали по 4 рубля в год и жили в Воробьевой слободе под Москвой268. Уже при жизни Грозного некоторые авторы, в частности, Франческо Тье- поло и Александр Гваньини, сравнивали стрельцов с янычарами269. «Главная сила русских заключается в пехоте,— отмечал тосканский посол Яков Рейтенфельс, —которая совершенно справедливо может быть уподоблена турецким янычарам»270. X. Ф. Манштейн, видевший стрельцов в начале XVIII века, отмечал, что «их больше всего можно сравнить с янычарами, они держались одинакового с ними поряд- ка в сражениях и имели почти одинаковые с ними преимущества»271. Сам царь Петр писал, что «оная пехота была устроена по образцу янычар турецких»272. Действительно, стрельцы сражались как яны- чары: они действовали под прикрытием полевых укреплений, обра- зующих лагерь, «кош» (тюрк, «кош» —«стоянка», «лагерь», «кошун» — «войско»). Иногда такие укрепления делались из сборных деревян- 246
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО ных щитов, на Руси передвижные укрепления из щитов назывались «гуляй-городом»273. Рейтенфельс пишет, что укрепления из деревян- ных щитов раньше использовали персы274. Характерно, что на Руси использовались фитильные ружья турецкой конструкции, и на Руси и в Турции эти ружья называли «мултух»; они отличались от евро- пейских ружей устройством затвора, «жагры» (перс, «жегор» —«рас- каленный уголь, жар»)275. Наконец, даже форма стрельцов была по- хожа на форму янычар276. Пересветов не упоминает о турецком артиллерийском корпусе «топчу оджагы», однако на Руси хорошо знали о турецких артиллери- стах, которые имели такую же регулярную организацию, как и яны- чары. Созданный Иваном IV корпус пушкарей был организован по- добно подразделениям стрельцов277. Характерно, что легкие пушки на Руси называли «тюфяками» (то есть «тюфенгами»), а пушкари но- сили специальный нагрудный знак «алам» (перс, «алам»—знак от- личия на одежде)278. Тьеполо и Дженкинсон свидетельствуют, что стрельцы и пушкари проводили постоянные учения и стрельбы; царь регулярно присутствовал на таких военных тренировках279. Тьепо- ло писал, что Иван IV пригласил немецких и итальянских инжене- ров, литейщиков и пушкарей и поручил им наладить литье пушек280; с другой стороны, известны имена многих русских литейщиков, ра- ботавших на Пушечном дворе. В походе на Казань у царя было уже 150 пушек, некоторые из них стреляли ядрами «в колено человеку и в пояс»281. Огромные «стенобитные» пушки в то время были сим- волом могущества монарха, и самые большие пушки Ивана Грозно- го—«Павлик», «Орел» и «Медведь» —не уступали знаменитой пушке Урбана; они стреляли ядрами в 20 пудов282. Одновременно со стрельцами царь попытался создать конную гвардию—он выбрал тысячу лучших воинов и хотел дать им поместья под Москвой. Пересветов не упоминает об этом, но наряду с гвар- дейской пехотой («ени чери оджагы») у турок была и конная гвар- дия («алты булук халкы»). Задача гвардии заключалась в том, чтобы постоянно находится при особе царя или султана, быть его оружи- ем в борьбе со всеми врагами —не только внешними, но и внутренни- ми. Однако из-за нехватки земель для испомещения проект создания конной гвардии остался неосуществленным; он был реализован поз- же—это была знаменитая опричная «тысяча»283. Впрочем, «выбор- ные стрельцы» так же не сразу стали личной гвардией царя, понача- лу они использовались как обычное воинское подразделение. Начиная с 1550 года проводятся мероприятия по приведению в по- рядок поместной системы. Как отмечалось выше, в период боярско- 247
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I го правления учет был запущен, царь писал, что у одних помещиков были излишки земли, а иные были голодны284. В 1555 году состоял- ся «приговор царский о кормлениях и службе». В «приговоре» ука- зываются нормы службы: со 150 десятин доброй земли выставлялся человек на коне и в доспехе — «а в дальний поход о дву конь». Поме- стья предполагалось измерить и уравнять соответственно «достоин- ству»285. Пересветов не говорил о служебных нормах, но тема воз- награждения воинов по заслугам является основной в его сочине- нии и, вероятно, необходимость таких норм подразумевалась сама собой. В Турции, как отмечалось выше, существовали четкие нор- мы службы, но землю при этом не меряли: норма службы устанав- ливалась исходя из дохода, доставляемого поместьем. Эта разница не была принципиальной, в любом случае введение нормы службы было кардинальной мерой, завершившей становление поместной системы. Особенно большое значение это нововведение играло в ор- ганизации службы вотчинников: бояре и князья были обязаны слу- жить и прежде, но число воинов, которых они должны были приво- дить с собой, не было четко определено. Теперь был организован учет, по уездам были составлены нарядные списки и отныне никто не мог уклониться от службы. «И свезли государю спискы изо всех мест и государь сметил множество воинства своего, —говорит лето- пись,—еще прежде сего не бысть так, многие бо крышася, от служ- бы избываше»286. Эта реформа намного увеличила московское вой- ско. Венецианский посол Фоскарино свидетельствует, что прежде войско было немногочисленным, но преобразования «императора Ивана Васильевича» увеличили его до огромных размеров: он сам будто бы видел две армии по юо тысяч человек каждая287. По более надежным сведениям Д. Флетчера, «число всадников, находящихся всегда в готовности», достигало 8о тысяч человек, но в случае необ- ходимости каждый дворянин мог привести с собой одного или двух «боевых холопов»288. Великий визирь Мухаммед Соколлу говорил по- слам Стефана Батория, что царь силен, что с ним может померять- ся силами только султан289. Таким образом, военные реформы Ива- на Грозного достигли своей цели—была создана мощная армия, кото- рая позволила России намного расширить свою территорию, стать великой державой того времени. Необходимо отметить еще одну деталь организации русской по- местной системы: воинам раз в 3-4 года на смотрах выдавалось до- полнительное жалование. Это можно рассматривать как реализа- цию идеи Пересветова (воинов царь «наделил царским жаловани- ем из казны своей, каждому по заслугам»). Однако османские сипахи 248
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО в действительности не получали жалования из казны. Где взял Пе- ресветов образец для своего проекта? Известно, что такая практика в X веке существовала в Византии: чтобы облегчить снаряжение ви- зантийских всадников-стратиотов, им выдавали небольшое денеж- ное и натуральное довольствие (опсоний и ситересий)290. Таким об- разом, мы снова видим, что к османским заимствованиям иногда примешиваются элементы византийской традиции. Многие авторы291 отмечают, что идея приведения в порядок поместной системы никак не отражена в проекте Пересветова —он вообще ничего не говорил о помещиках и сипахи, предлагая содержать воинов на жало- ванье (как содержались янычары). Однако отсюда не вытекает (как считает А. Г. Бахтин292), что Пересветов предлагал отказаться от поместной систе- мы—просто «воинник» обошел стороной этот вопрос. Поместная система уже существовала, и Пересветов нигде не утверждал, что ее нужно упразд- нить; он предлагал завести новое стрелецкое войско не взамен, а в допол- нение к поместному ополчению. Один из наиболее настоятельных советов Пересветова —это выдви- жение служилых людей по заслугам, а не по знатности. Штаден отме- чал, что если воин был ранен в бою спереди, то он получал придачу к поместью, если же он был ранен в спину, то поместье убавляли293. Однако боярское местничество не допускало назначения неродови- тых служак на высокие посты; бояре издавна боролись между собой из-за «мест». В1550 году царь отменил местничество в полках во время военных походов —но большего он сделать не смог. Частичная отме- на местничества вызвала резкое недовольство знати. В тайной беседе с литовским послом боярин Ростовский жаловался: «Их всех государь не жалует, великих родов бесчестит, а приближает к себе молодых лю- дей...»294 Ростовский стал одним из организаторов заговора 1553 года. Одновременно с военными проводились и гражданские рефор- мы. В июне 1550 года появился новый Судебник—новый свод за- конов. Основной целью введения новых законов было установле- ние провозглашенной царем «великой правды». «Великая правда», то есть справедливость («адалет»), была главным тезисом Пересвето- ва, но, как отмечалось выше, эта идея не принадлежала автору «Че- лобитной»; она высказывалась многими публицистами того време- ни. Более того, этой идее следовал Иван III при создании Судебни- ка 1497 года—поэтому его внуку не пришлось много менять в старых законах. Как и предыдущий судебник, новый кодекс требовал от су- дей не брать взяток и быть внимательными к жалобщикам; на суде 249
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I должны были присутствовать представители крестьян и посадских людей —староста, «лутчие люди» и «целовалники». Среди нововве- дений было установление конкретной ответственности за взяточ- ничество и невнимание к жалобам. Было запрещено холопить де- тей боярских —это положение закона совпадало с проектом Пере- светова. Для крестьян и посадских людей вводились разные штрафы за «безчестье» (т. е. за оскорбление) — соответственно 1 рубль и 5 руб- лей. Для дворян и детей боярских штраф устанавливался в зависи- мости от служебного положения; все это было отступлением от ра- венства всех перед судом, которое молчаливо устанавливал Судебник 1497 года. Еще одной уступкой знати звучало положение, по которо- му новые законы вводились «з государева докладу и со всех бояр приго- вору»—это было законодательное ограничение царской власти, бояр- ское правление не прошло даром, и Иван IV (в отличие от его отца) поначалу не был самодержцем. Но с другой стороны, новый судеб- ник аннулировал тарханные грамоты —податные иммунитеты знати и монастырей. Дела о разбое отнимались у наместников и передава- лись губным старостам —это был признак начавшегося упразднения наместничеств295. Современники в один голос свидетельствуют, что Иван IV искрен- не стремился утвердить на Руси правосудие и справедливость. Фос- карино говорит о том, что царь установил правосудие с помощью простых и мудрых законов296. «Этот царь уменьшил неясности и не- точности в законодательстве и судебных процедурах, — писал Д.Гор- сей, —введя наиболее простую и удобную форму письменных зако- нов, понятных и обязательных для каждого, так что теперь любой мог вести дело без какого-либо помощника, а также оспаривать не- законные поборы в царском суде без отсрочки»297. «Законы жестоки для всех обидчиков»,— кратко отзывается А. Дженкинсон298. Писав- ший о взяточничестве русских приказных (и вообще не любивший Россию), Г. Штаден тем не менее отдает должное Ивану Грозному. «Он хотел искоренить неправду правителей и приказных страны... — свидетельствует Штаден. — Он хотел устроить так, чтобы правите- ли, которых он посадит, судили бы по судебникам без подарков, дач и приносов»299. Одним из главных пунктов программы Пересветова была ликви- дация наместничеств и сбор «кормов» в казну. Мероприятия в этом направлении проводились постепенно, начиная с 1550 года. В «при- говоре» 1555 года царь снова, как на соборе семилетней давности, обвинял наместников в том, что они были для своих городов гони- телями и разорителями; подобные выражения присутствуют и в не- 250
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО которых грамотах, где добавляется: «...и потому мы, жалуючи кресть- янство... наместников и волостелей и праветчиков от городов и воло- стей отставили»300. По «приговору» наместники заменялись губными и земскими старостами, выбираемыми местным населением301; губ- ным старостам особо предписывалось, чтобы у них «насильства хри- стияном от силных людей не было»302. Корма, которые, прежде со- бирали наместники, теперь собирались в казну; именно за счет этих сборов «боярам», «вельможам» и «воинам» определялось жалование, о котором говорилось выше303. «Приговор» был не законом немед- ленного действия, а скорее программой преобразований. Проведе- ние губной реформы наталкивалось на сопротивление знати, не же- лавшей расставаться со своими кормлениями; поэтому реформа рас- тянулась на десятилетия; в пограничных областях наместничества так и не были ликвидированы304. Необходимо отметить еще одну важную сторону губной реформы: она передавала судебную власть в руки выборных местных властей — то есть вводила местное самоуправление. Губные старосты выбира- лись обычно из числа отставных помещиков, а помощники старосты, «целовальники» —из числа крестьян. Таким же образом избирались старосты и целовальники «к денежному сбору» —волость сама соби- рала подати и отвозила их в Москву305. На черных землях, где не было помещиков, самоуправление было чисто крестьянским, земским. На уровне волостей крестьянское самоуправление существовало и раньше, так что реформа лишь закрепляла старинный общинный порядок306. Но на уровне городов и наместничеств самоуправление вводилось впервые. Псковская летопись отмечает, что в результате губной реформы «бысть крестьянам радость и льгота велика»307. Бо- лее того, крестьяне использовали оказавшуюся в их руках власть для наступления на вотчины —главным образом на монастыри. Сохрани- лись свидетельства о том, что земские волостные суды отнимали у мо- настырей земли. «Над старцы и над слугами и над дворники чинят на- сильства великие...» —говорилось в одном из царских указов308. Пересветов пишет в «Сказании», что, отстранив наместников, Магмет-салтан «назначил судей» во все царство. Московские рефор- маторы не назначали судей, а предоставили право выбирать их общи- нам. Это решение как-будто находится в противоречии с проектом Пересветова, но нужно вспомнить, что в Турции существовала и дру- гая судебная система—на славянских землях самоуправляемые общи- ны и округа сами выбирали своих старост («кнезов»), которые од- новременно были и судьями309. Вероятно, московские реформаторы предпочли образец более близкий православному славянскому миру. 251
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Отмена наместничеств и сбор кормов в казну означали реформу налоговой системы. Эта реформа —также как установление служеб- ных норм —упиралась в проблему измерения земель: служба и нало- ги шли с земли. В прежние времена землю клали в податные едини- цы, «сохи», в значительной мере произвольно —теперь был введена стандартная соха, зависевшая от качества земли. На служилых (по- местных и вотчинных) землях в соху клали 1200 десятин «доброй», или 1500 десятин «середней», или 1800 десятин «худой» земли; на мо- настырских землях—соответственно 900,1050 и 1200 десятин; на чер- ных землях — 750, 900 и 1050 десятин310. Был проведен кадастр, все поля были измерены и соответственно качеству земли поделены на «сохи»; каждой «сохе» был присвоен номер311. Со всех «сох» пола- гались одинаковые государственные подати, которые крестьяне раз- верстывали между собой, соответственно размерам наделов (их, как и прежде, исчисляли в «вытях»). Поскольку размеры «сох» были раз- ными, то обложение служилых земель составляло 62,5%, а обложение монастырских земель—83% от обложения черных земель. За счет сни- жения обложения с поместных, вотчинных и монастырских земель государство позволяло служилым людям и церкви брать с крестьян свою долю дохода. Как отмечалось выше, османская податная система была в основ- ных чертах заимствована из Византии, но в отличие от Византии, турки не меряли землю (точнее, размер полей оценивался по объему высева). Русские заимствовали эту систему отчасти из Турции, отча- сти непосредственно из византийских письменных источников, оче- видно, через посредство греческих священников. При этом русские писцы более строго следовали византийским образцам: они стали мерить землю, причем русское землемерное пособие сохранило яв- ные следы византийского происхождения312. Проведение земельных кадастров было несомненным достижением русских писцов; подоб- ным достижением в те времена могли похвалиться только китайские и японские чиновники. В связи с измерением земель были введены государственные стан- дарты мер и весов. Это обстоятельство также удивляло многих ино- странцев313: в те времена государственный стандарт мер существо- вал только в Османской империи и в Китае. Не удивительно, что русская система мер (как и монетная система) была привязана к ту- рецкой; простая сажень была приравнена к 2 турецким аршинам, ко- сая сажень—к 3 аршинам. Вес измерялся в пудах и контарях, русский контарь составлял 0.7 от турецкого контаря; в таком же соотноше- нии находятся русский пуд и турецкий батман314. (Разница произо- 252
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО шла, по-видимому, оттого, что в одну и ту же емкость наливали воду и насыпали зерно. Русский контарь—это вес зерна, турецкий —это вес воды). Налоговая реформа не ограничивалась передачей наместничь- их кормов в казну; она привела к полной перестройке податной си- стемы. Пересветов не затрагивает этой темы, однако известно, что османская налоговая практика включала коммутацию отработоч- ных повинностей; это была характерная черта османской подат- ной системы. Начиная с 1551 года московское правительство так же осуществляет коммутацию отработочных повинностей. Ямская по- винность, военная служба «с сох» и прочие повинности заменяют- ся выплатой денег; отныне крестьяне платят в 4 раза больше, чем прежде315. Трудно сказать, насколько эквивалентной была эта замена, однако даже после четырехкратного увеличения денежных выплат государственные налоги не превышали 9% крестьянского дохода316. С государственной точки зрения коммутация была вполне оправдан- ной: набиравшиеся с «сох» крестьяне-ополченцы были практически непригодны для войны, по своим воинским качествам они не шли в сравнение с поместной конницей. Вместо крестьянской службы ре- форма дала правительству деньги, которые пошли на финансирова- ние нового войска. Налоговая реформа (в сочетании с поместной реформой) обеспечила создание огромной армии Ивана Грозного. В связи с налоговой реформой следует упомянуть также о сдаче косвенных налогов (тамги) на откуп крупным купцам. Как известно, сдача таможенных и рыночных сборов на откуп была характерна для налоговой практики Османской империи317. Московское правительство пыталось провести еще одну реформу, не затронутую в проекте Пересветова. Речь идет о попытке конфи- скации монастырских земель с целью наделения воинов поместья- ми. Владения церкви составляли примерно треть земель государства, при этом в силу тарханных грамот многие из них были освобожде- ны от налогов. Первую попытку конфискации монастырских земель предпринял еще Иван III (вероятно, примером для великого князя послужила конфискация «вакфов» Мехмедом II). Ивану III удалось конфисковать церковные земли в Новгородской земле, однако в це- лом эта попытка закончилась неудачей. В начале 1551 года Иван IV обратился к патриарху и церковному собору с вопросом о том, до- стойно ли монастырям приобретать земли и копить богатства (лю- бопытно, что по форме эти вопросы были похожи на те обращения за «фетвой», которые часто делали султаны). В ответ на запрос царя иерархи церкви объявили вероотступником всякого, кто покушает- 253
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ся на ее богатства, и Иван IV был вынужден отступить. Тем не менее правительство нашло способ перераспределения церковных доходов в свою пользу. Церковь была лишена прежних налоговых привиле- гий (тарханов), и монастыри были обязаны платить налоги по став- ке, лишь немного уступающей ставке налога с государственных («чер- ных») земель. Земли, полученные церковью в 1540-е годы «за долги», были отписаны на царя, и впредь монахам было запрещено зани- маться ростовщичеством. Все новые покупки земель производились только с разрешения царя318. Еще одно направление реформ было связано с организацией центральных ведомств, «приказов». Налоговая и поместная рефор- ма, составление земельного кадастра, ведение нарядных книг —все это требовало учета и контроля, создания новых специализирован- ных ведомств. Военными делами стал управлять Разрядный приказ, сбором ямских денег и организацией ямской службы —Ямской при- каз, государственными землями —Поместный приказ. Прежняя Каз- на превратилась в Казенный приказ, появились и другие приказы — Посольский, Разбойный и т. д. Дьяки в приказах кормились «от дел» — то есть на законных основаниях могли получать небольшую плату от просителей. Любопытно, что такой порядок содержания мелких чиновников существовал и в Турции319. Над каждым приказом начальствовал думный боярин, но бояре плохо разбирались в делопроизводстве и в действительности гла- вой приказа был ученый грамотей-дьяк. Дьяки происходили обыч- но из «поповского рода», они были незнатными людьми, но тем не менее они были включены в состав думы и стали «думными дьяка- ми». Это выдвижение худородных чиновников вызывало негодова- ние у родовитых бояр. А. Курбский писал, что писарям русским царь «зело верит, а избирает их не от шляхетского роду, ни от благород- ства, но паче от поповичей или от простого всенародства, а от нена- видячи творит вельмож своих»320. Царь больше не верит боярам, пи- сал Т. Тетерин боярину М.Я. Морозову, «есть у великого князя новые верники-дьяки... у которых отцы вашим отцам в холопстве не при- гожалися, а ныне не только землею владеют, но и вашими головами торгуют»321. Выдвижение на первые места неродовитых чиновников относит- ся к началу 1560-х годов. К этому времени в правительстве произошли большие перемены, Адашев и Сильвестр попали в опалу; первыми советниками царя теперь были знаменитый воевода Алексей Басма- нов и дьяк Иван Висковатый. Висковатый был именно тем писарем из «всенародства», возвышение которого вызывало ярость бояр. Он 254
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО руководил Посольским приказом, а затем вошел в состав думы и стал «печатником»322. Характерно, что Г. Штаден считал И.Висковато- го туркофилом323, и вероятно, дьяк знал тюркский язык—без это- го было бы трудно руководить ведомством иностранных дел. Как бы то ни было, опала Адашева и Сильвестра мало что изменила, рефор- мы не закончились, как полагают некоторые историки, они продол- жались в том же направлении324. В 1562 году появился закон, запре- щавший продажу родовых княжеских вотчин; в случае отсутствия прямого наследника вотчины отбирались в казну. Вслед за отменой кормлений, обязательством платить налоги и выставлять воинов, этот указ был новым шагом, ущемляющим интересы знати. Факти- чески речь шла о частичной конфискации боярских земель (вымо- рочных вотчин). Здесь необходимо сделать небольшое отступление, объясняющее суть конфликта. По переписям 1540-х годов примерно треть земли в центральных уездах принадлежала церкви, треть составляли вот- чины (преимущественно боярские) и треть принадлежала государ- ству325. Лишь эта последняя треть могла быть роздана (и была розда- на) в поместья воинам-дворянам, а между тем военная необходимость требовала испомещения новых всадников. Церковь не выставляла воинов, и неоднократные попытки конфискации ее земель завер- шились неудачей. Бояре должны были выставлять всадников со сво- их земель, но они противились этому. Если же князья и бояре при- водили своих воинов, то они являлись во главе целых полков, под- чинявшихся только им —в случае конфликта это могло обернуться опасностью для царя. Между тем перед глазами царя был пример кон- фискации «мульков» Мехмедом II; в Турции не было огромных кня- жеских вотчин и княжеских дружин. В начале бо-х годов царь начи- нает выказывать недовольство сложившимся положением, в пись- ме к Курбскому он говорит о том, что в свое время Иван III отнял у бояр вотчины, а потом их «беззаконно» вернули знати326. Таким об- разом, новое направление царской политики подразумевало частич- ную конфискацию боярских вотчин и испомещение на этих землях верных царю дворян. Указ о конфискации выморочных вотчин был свидетельством начавшегося наступления на боярское землевладе- ние. Естественно, он не мог не вызвать противодействия знати, есть известие, что при обсуждении указа «князь Михайло (Воротынский) царю погрубил»327. Одним из пунктов программы Пересветова было завоевание Ка- занского ханства. После создания стрелецкого корпуса русская пе- хота впервые осмелилась идти на Казань «полем», а не «судовой ра- 255
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I тью»328. Взятие Казани стало первой победой новой армии Ивана IV; пушки разрушили стены крепости, а при штурме особо отличи- лись стрельцы. Подобно взятию Константинополя Мехмедом II, эта победа имела колоссальное моральное значение. При встрече царя в Москве Ивану IV были оказаны необычные почести: «И архиепи- скоп Макарий со всем собором и со всем христианские народом пе- ред царем на землю падают и от радости сердечныя слезы изливаю- ще», —говорит летопись329. Именно с этого времени Ивана IV стали именовать Грозным, причем поначалу его называли так татары —ви- димо, по аналогии с великим султаном Селимом Явузом. Русские на- зывали царя Грозным как своего защитника, грозного для врагов330. После взятия Казани произошло то же, что и после овладения Новгородом, Псковом, Рязанью и другими городами: был организо- ван «вывод» («сюргун»), местная знать была выселена в централь- ные районы России. В Казанской земле была произведена опись и новые земли были розданы в поместья русским воинам. Прави- тельство принимало меры к переселению крестьян в Поволжье. Спе- циальные агенты, «садчики», ездили по деревням и «выкликали» же- лающих поселиться в новых местах. Переселенцам давали временное освобождение от налогов331. Так же, как османские султаны, Иван Грозный наделил пересе- ленных иноплеменников —бывших врагов!— поместьями, и они вер- но служили своему новому повелителю. Как и султан, царь прояв- лял терпимость в вопросах веры; мусульмане могли строить мече- ти; они имели своих судей-кади332. После взятия Казани в подданство могущественному московскому государю добровольно перешли быв- шие союзники и вассалы казанских татар —татары сибирские, чер- кесы и ногайцы. Царь был настолько заинтересован в привлечении на свою сторону этих новых подданных, что дозволил ногайцам коче- вать в верховьях Дона. Русская армия пополнилась многочисленным мусульманским воинством, только на горной стороне Волги по пе- реписи оказалось 40 тысяч «из луков гораздых стрельцов», и после этого царь, по его собственным словам, смог призвать в свое войско из Поволжья 30 тысяч всадников333. Новые воины царя отлично за- рекомендовали себя в битвах с литовцами, но были ненадежны в сра- жениях с соплеменниками, с крымскими татарами и турками. Поэто- му царь стремился заключить мир с Крымом и использовать свою новую армию для завоевания Ливонии. (Конечно, были и другие причины Ливонской войны —необходимо было открыть окно в Ев- ропу для получения оружия и металлов). В первом походе на Ливо- нию русскими войсками командовал казанский хан Шейх-Али, а ко- 256
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО мандиром передового полка был царевич Тохтамыш334. Датский по- сол Якоб Ульфельдт в 1578 году встретил в Ливонии татарское войско в 25 тысяч всадников. Характерно, что (в соответствии с монголь- ской стрелковой тактикой) из оружия у них не было ничего, кроме луков, но Ульфельдт отзывается об этих воинах весьма уважитель- но: «Они могут переносить величайшие трудности, очень легко тер- пят голод и жажду. Все необходимое для пропитания возят с собой, повозки им не нужны, питаются кониной, порции которой привя- заны у них к седлу»335. Многие представители татарской знати полу- чили дворянство и вошли в число русской аристократии: подсчита- но, что в XVII веке шестая часть русских знатных родов происходила из татар —хотя, конечно, некоторые из них жили на Руси еще с мон- гольских времен336. В.И.Даль писал, что «русские князья... частью признаны в этом звании из татарских мурз и ханов, или жалованы государями. Народ местами доныне, то шутя, то почетно, всякого та- тарина кличет князем»337. 5.10. ОПРИЧНИНА Включение в состав Московского царства многочисленных мусуль- манских народов привело к усилению влияния исламской культуры. Именно это обстоятельство, по мнению Ярослава Пеленского, при- вело к перениманию Москвой тюрко-мусульманских социально по- литических институтов338. Завоевание обширных областей всегда сопровождается процессом социального синтеза, с одной стороны, по- коренные народы частично перенимают обычаи завоевателей, с дру- гой стороны, завоеватели перенимают некоторые порядки покорен- ных народов. Однако в данном случае перенимание началось гораздо раньше —завоевание Казани было лишь одним из факторов, способ- ствовавших этому перениманию. Тем не менее появление при цар- ском дворе большой группы татарских и черкесских князей, без- условно, сыграло свою роль. В 1558 году черкесский князь Темрюк прислал в Москву—вероятно, в качестве заложников —своих сыно- вей Булгоруко и Салтанкула. Молодой Салтанкул понравился царю, Иван дал ему имя Михаила, велел его крестить и учить русской грамо- те, а затем женил на дочери знатного боярина Василия Михайловича Юрьева, племянника царицы Анастасии. После смерти Анастасии ее родня, чтобы не потерять влияние, постаралась найти царю «свою» невесту и договорилась с Михаилом Черкасским женить царя на од- ной из его сестер. Летом 1561 года Михаил привез царю княжну Ма- 257
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I рию, которая настолько очаровала Ивана, что он без промедления сыграл свадьбу. Таким образом, князь Михаил Черкасский породнил- ся с царем и стал одним из его ближайших советников. Бояре с само- го начала ненавидели Марию и ее брата—они опасались их влияния на царя. Как мы увидим далее, эти опасения были не напрасными339. Ко времени появления Марии при царском дворе отношения Ивана Грозного и бояр были уже напряженными до крайности. Князь Дмитрий Вишневецкий «отъехал» в Литву, глава думы князь Иван Бельский был уличен в том, что собирался последовать приме- ру Вишневецкого. Однако дума не позволила царю судить изменни- ка—в этом и в других столкновениях проявилось реальное соотноше- ние сил: царь не был самодержцем и не мог настоять на исполнении своей воли340. Число перебежчиков увеличивалось, измена среди во- енного руководства привела к разгрому русской армии на реке Улле. В этой ситуации Иван Грозный сделал решительный шаг: в декабре 1564 года царь покинул Москву и, угрожая отречением от престола, предъявил ультиматум Боярской думе. Он снова обвинил бояр в том, что они делали «многие убытки» народу, не только не радели о право- славном народе, но и чинили насилия «крестиянам». Царь обвинял бояр, что «в его государские несовершенные лета» они «земли его го- сударьские себе разоимали, и другом своим и племенником его госу- дарьские земли раздавали», в результате чего держат за собой «поме- стья и вотчины великие». Царь говорил также и об изменах, он жало- вался, что ничего не может поделать с изменниками: едва он захочет «понаказать» боярина, как в защиту того выступает Дума и митропо- лит. Одновременно царь писал московским посадским людям, объяс- няя, что его гнев обращен против изменников-бояр, а на них, посад- ских людей, гнева и опалы нет341. Послание царя вызвало народные волнения —может быть, пра- вильнее сказать, восстание —в Москве. Возбужденные толпы горо- жан окружили митрополичий двор, где собралась Боярская дума. Представители народа, допущенные к боярам, заявили, что они бу- дут просить царя, чтобы тот «государства не оставлял и их на разхи- щение волком не давал, наипаче же от рук сильных избавлял». Таким образом, народ встал на сторону царя, он называл бояр «волками»; его представители угрожали перебить обвиненных царем «лиходеев и изменников». Митрополит и бояре были вынуждены просить ми- лости у царя; они согласились предоставить монарху неограничен- ные полномочия и выдать «изменников»342. Царь стремился предстать в образе защитника справедливо- сти—и ему это удалось, при поддержке народа Иван IV стал само- 258
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО держцем. Это было исполнение заветов «воинника Иванца Пересве- това». Но дальше начинается нечто странное. Царь вводит опрични- ну, делит государство на две части с разным управлением, опричнину и земщину. Царь, только что ставший самодержцем, зачем-то переда- ет управление земщиной (основной частью государства) Боярской думе. Боярская дума становится земской думой, в опричнине появ- ляется своя опричная дума, своя казна и свое маленькое войско —ты- сяча конных опричников и 500 стрельцов. «Учреждение это всегда казалось очень странным, как тем, кто страдал от него, так и тем, кто его исследовал», — писал об оприч- нине В. О. Ключевский343. «За последние сто лет ситуация в науке мало изменилась», — добавляет В.Б.Кобрин344. С.Б.Веселовский писал по этому поводу: «Созревание исторической науки движет- ся так медленно, что может поколебать нашу веру в силу человече- ского разума вообще, а не только в вопросе о царе Иване и его вре- мени»345. «В этих действия царя историки справедливо усматривали нечто загадочное и непонятное...—писал В.И.Корецкий. —Все по- пытки осмыслить загадочные действия Ивана IV... носят весьма при- близительный характер; главное в них то, что они ведут нас в сторо- ну Востока»346. Действительно, в истории создания опричнины с са- мого начала просматривается «восточный след». Опричник Штаден в своих записках утверждал, что царь учредил опричнину по совету своей жены Марии-черкешенки347. Князь Курбский также отмечал, что перемена в поведении русских князей произошла от влияния «злых жен-чародеиц»348. По другим сведениям, совет ввести оприч- нину исходил от боярина В. М. Юрьева, тестя Михаила Черкасско- го. Известно, что после введения опричнины царь оставил свой дво- рец в Кремле и переехал на подворье князя Михаила, который стал одним из командиров опричного корпуса. Народные песни времен Ивана Грозного изображают Марию и Михаила главными виновни- ками начавшихся казней. Таким образом, говоря об инициаторах опричнины, источники указывают на один круг людей —черкесскую родню царя349. Московские летописи переводят старое слово «опричнина» как «особый двор», и позже, когда это слово было запрещено, опрични- ну именовали просто «двором»350. Черкесы хорошо знали, что такое «двор» — двор османских султанов—это было государство в государстве со своей казной и маленькой армией, составленной из гвардейских частей. Земли, выделенные в обеспечение двора, именовались «хас- се»; как в Турции, так и в других мусульманских странах, государство делилось на две части, «хассе» и «дивани». «Это разделение аналогич- 259
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I но разделению России на „земщину “ и „опричнину "... — писал известный во- стоковед И. П. Петрушевский. — Слово „опричнина", и есть, в сущности, хо- роший русский перевод слова „хассе"»331. Таким образом, секрет «странного учреждения» в действитель- ности хорошо известен специалистам-востоковедам. В Персии «зем- ская дума» называлась «диван ал-мамалик», а «опричная дума» —«ди- ван-и хассе»352. Разделение государства на опричнину и земщину было характерно и для зависевших от Турции православных балкан- ских княжеств; вспомним, что «советчик» Ивана Грозного господарь Петр Рареш выделил во всех уездах опричные «околы». На Руси зем- ли «хассе» под названием «дворцовых земель» в большом количест- ве появились еще при Иване III — и уже тогда эти земли находились под особым управлением. Именно «дворцовые земли» в первую оче- редь брались в опричнину и, по-видимому, они составили основной массив опричной территории. Таким образом, Иван Грозный не был создателем «опричнины» — «хассе», он лишь придал этому учрежде- нию завершенные формы. Современники видели засилье татар и черкесов в окружении царя, и, в частности, Джером Горсей писал, что покорение Казани и женитьба на черкесской княжне дали царю «власть и силу татар», которую он использовал для подавления и усмирения недовольных князей и бояр353. Некоторые русские политики понимали смысл тех советов, которые давали Грозному его татарские приближенные. Это видно из ключевого эпизода ссоры, разгоревшейся между царем и митрополитом Филиппом. Филипп заметил, что в церкви рядом с царем стоял опричник в мусульманской шапке, «тафье», —митропо- лит не удержался и воскликнул: «Се ли подобает благочестивому царю агаръянский закон держати?»354 Разумеется, дело было не в тюбетейке опричника—митрополит обвинял царя в перенимании мусульман- ских порядков. Прежде царь терпеливо сносил обличения Филип- па—но на этот раз он пришел в ярость и распорядился свести мит- рополита с престола. По османской традиции султан не вмешивался в управление «зем- щиной», если он посещал заседания дивана, то наблюдал за его рабо- той из-за занавески. Тем не менее монарх мог в любой момент при- казать казнить любого из членов дивана. Казнью за государствен- ные преступления было посажение на кол, при этом истреблялись все родственники преступника. Такие наказания не применялись на Руси в прежние времена355 —но с приходом опричнины начинает- ся время наводивших ужас восточных казней. Естественно, что род- ственники казненных пытались отомстить тем, кого они считали ис- 260
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО тинными виновниками этих казней —и в 1569 году ненавидимая зна- тью «восточная царица» Мария была отравлена356. Царь распорядился казнить многих «изменников» — но настоящий смысл опричнины был в другом. Мы помним, что делали султаны с завоеванными областями и что сделал Иван III с Новгородом —те- перь Иван IV делает это со всей Россией. Начинается грандиозный «вывод»357, «сюргун». «Представители знатных родов, —пишут И. Тау- бе и Э. Крузе, —были изгнаны безжалостным образом из старинных, унаследованных от отцов имений, и так, что не могли взять с собой даже движимое имущество... Эти бояре были переведены на новые места, где им были указаны поместья...»358. Р.Г. Скрынников устано- вил, что свыше 150 представителей высшей знати были «выведены» в Казанскую землю и едва ли не большинство этих ссыльных имело княжеские титулы359. «Великий вывод» нанес решающий удар княжеской и боярской знати. Хотя через некоторое время сосланным было дозволено вер- нуться в Москву, мало кто из них получил назад свои земли. Флет- чер в следующих словах отразил изменение положения бояр при Иване IV: «Сначала они были только обязаны служить царю во вре- мя войны, выставляя известное число конных, но покойный царь Иван Васильевич... человек высокого ума и тонкий политик в своем роде, начал постепенно лишать их прежнего величия и прежней вла- сти, пока, наконец, не сделал их не только своими подчиненными, но даже холопами... Овладев всем их наследственным имением и зем- лями, лишив их почти всех прав... он дал им другие земли на праве поместном... владение коими зависит от произвола царя... почему те- перь знатнейшие дворяне (называемые удельными князьями) срав- нялись с прочими...»360 «Установлено фактически, —пишет В.Д.На- заров,—что в ряде уездов опричные выселения и переселения имели массовый характер, причем имело место в широких масштабах изме- нение формы собственности (вотчинной на поместную)»361. Курб- ский обвиняет Ивана Грозного, что он погубил весь многочислен- ный род князей Ярославских: «понеже вотчины имели великие»362. Дьяк Котошихин, писавший в XVII веке, свидетельствует, что к тому времени «прежние большие роды многие без остатку миновались»363. Было что-то символическое в том, что русская знать была выве- дена в Казань —еще недавно казанская знать была «выведена» в Рос- сию, теперь все было наоборот —как будто победителями в конеч- ном счете были татары. Как обычно при «выводе», земли изгнан- ной знати отписывались в казну и тут же раздавались в поместья новым дворянам. В этом и состоял смысл опричных мероприятий — 261
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I конфискация боярских земель была необходима для увеличения ар- мии в решающий момент Ливонской войны. «Вот что делал великий князь, —писал Генрих Штаден. —Он перебирал один за другим горо- да и уезды и отписывал имения у тех, кто по смотренным спискам не служил со своих вотчин его предкам на войне; эти имения разда- вались опричным»364. Конфискация огромных боярских вотчин и торжество принципа «нет земли без службы» означали фактическое огосударствление зе- мельной собственности365. «Введение обязательной службы...—отме- чает Р. Пайпс, —означало не более не менее, как упразднение частной собственности на землю»366. Действительно, по западным понятиям того времени собственник не был никому обязан служить. Это отме- тил посетивший Россию в 1550-х годах Р. Ченслер: «В этой стране нет собственников, но каждый обязан идти [служить] по требованию го- сударя...»367 «Историческое значение поместной системы,— подчер- кивает Р. Г. Скрынников, — определялось тем, что с ее организаци- ей в России утвердилась всеобъемлющая государственная собствен- ность. Развитие государственной собственности трансформировало старое боярство периода раздробленности в военно-служилое сосло- вие XVI века»368. Отсутствие частной собственности на землю было «ключом к восточному небу», той чертой, которая отличала Восток от Запада; это было главное, чем отличались восточные этатистские империи от европейских феодальных монархий. Таким образом, ре- формы Ивана III и Ивана IV превращали Россию в этатистскую мо- нархию османского образца. О том, насколько близка была Россия к Востоку, свидетельству- ет один эпизод, относящийся к 1570-м годам, ко времени, когда оп- ричнина была уже формально отменена. Осенью 1575 года Иван IV неожиданно для всех отрекся от престола и посадил на трон своего вассала, касимовского хана Саин-Булата («Симеона Бекбулатовича»). Иван Грозный оставил себе «удел» — нечто вроде прежней опрични- ны со своим войском, казной и думой. «Вокняжение Симеона пред- ставляло собой загадку как для современников, так и для исследовате- лей»,—отмечал Р. Г. Скрынников369. Пискаревский летописец объяс- няет отречение неким «пророчеством волхвов»: волхвы предсказали в том (7084) году «московскому царю смерть», и Грозный попытался избежать судьбы, посадив на престол «подменного царя»370. Дейст- вительно, Симеон просидел на престоле с начала до конца 7084 года и был сведен с него, как только опасный срок миновал. «Загадка Си- меона» объясняется достаточно просто: это был восточный обычай, история Персии изобилует примерами такого рода. В 1591 году «вол- 262
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО хвы» предупредили шаха Аббаса об опасности, которая будет грозить ему в течение трех дней. Шах отрекся от престола в пользу некоего «неверного» по имени Юсофей, и тот три дня не только титуловал- ся шахом, но и пользовался неограниченной властью371. Обращает внимание то, что шах посадил на престол инородца —точно так же и Иван Грозный посадил на трон Саин-Булата. В целом можно сделать вывод о том, что реформы Ивана IV были направлены на преобразование России по образцу самой могущест- венной державы того времени, Османской империи. Проект Пересве- това содержал лишь идею этих реформ, он был черновым наброском— возможно, одним из многих предложений в этом духе. Сама идея вита- ла в воздухе достаточно давно, и первые шаги к ее воплощению были предприняты еще Иваном III. В реализации этой идеи принимали уча- стие разные люди, в том числе Адашев и Сильвестр, дьяк Висковатый, Мария и Михаил Черкасские—и конечно, сам царь. Некоторые из этих людей знали о Турции гораздо больше, чем Иван Пересветов, и рефор- мы вышли далеко за рамки первоначального проекта —они закончи- лись введением опричнины. Разумеется, реформы не сводились к про- стому перениманию турецких порядков; в ходе их имели место инно- вации и отступления от образца, как было, к примеру, с измерением земель и выплатой помещикам дополнительного жалования. С дру- гой стороны, некоторые преобразования натолкнулись на противо- действие, прежде всего со стороны бояр, и остались незавершенными. В конечном счете реформы приняли характер сложного социального синтеза, порядки, заимствованные извне, синтезировались с местны- ми порядками и трансформировались в новое социальное единство. Реформы Ивана Грозного имели решающее значение для фор- мирования социально-политической системы Московского царства, основными компонентами которой стали самодержавие, приказная бюрократия, полурегулярное стрелецкое войско и поместная систе- ма. Эти реформы означали трансформацию структуры—качественное изменение отношений между элементами структуры «государство — элита —народ». Это качественное изменение заключалось в ликви- дации относительной самостоятельности старой знати, в полном подчинении элиты государству, в отягчении условий военной служ- бы, в появлении новых подчиненных государству неэлитных воен- ных формирований, в создании новых инструментов бюрократиче- ского управления и в масштабном перераспределении ресурсов эли- ты и народа в пользу государства. Таким образом, имеются основания полагать, что реформы 1550-х годов и опричнина могут быть во многом объяснены совокупным дей- 263
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ствием демографического и технического факторов. В этом гетероген- ном процессе роль демографического фактора (в соответствии с демо- графически-структурной теорией) проявлялась, в частности, в столк- новении государства и аристократии, в процессе фракционирования элиты и в борьбе аристократии и дворянства, в направленных про- тив аристократии выступлениях городского населения, в тенденции к самодержавию и этатизму, в экономическом и финансовом кризисе, в росте цен, падении потребления и в постоянно повторяющемся го- лоде, на фоне которого происходила политическая борьба. Однако па- раллельно демографическому фактору и почти в том же направлении действовал технологический (диффузионный) фактор, и в некоторых процессах он даже играл более важную роль, чем фактор демографи- ческий. Наступление самодержавия, в частности, началось задолго до Сжатия и может получить более обстоятельное объяснение при изучении диффузионных процессов. Военная реформа также необъ- яснима в рамках демографически-структурной теории, но имеет ло- гическое объяснение в рамках процессов военной революции и диф- фузии; такой же вывод можно сделать и в отношении налоговой ре- формы. Опричнина, хотя и была следствием общего конфликта между государством и аристократией, в своих конкретных формах может по- лучить объяснение в рамках процесса османских заимствований. 5.11. ЭКОСОЦИАЛЬНЫЙ КРИЗИС Трансформация структуры «государство —элита —народ» в период правления Ивана Грозного привела к резкому усилению государствен- ной и военной мощи России. Следствием этого усиления стало завое- вание Поволжья, что в долговременной перспективе означало значи- тельное расширение экологической ниши русского этноса. Однако создание вооруженной огнестрельным оружием армии было непро- стым делом: как отмечалось выше, Россия испытывала недостаток в меди и свинце, и кроме того, не хватало серы и селитры для пороха; было мало искусных мастеров, оружейников и литейщиков. Польша и Ливония противились приезду в Россию ремесленников из Запад- ной Европы; когда посланный царем саксонец Шлитте нанял более ста ремесленников, он был схвачен и посажен в тюрьму372. По сущест- ву, речь шла о технологической блокаде, о попытках соседей не допу- стить диффузии новой военной технологии в Россию. В 1553 году ка- питан Ричард Ченслер открыл морской путь в Россию вокруг Скан- динавии, и Иван Грозный отправил с ним посла с заданием привезти 264
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО о,о ----------------------------------------------------------------- 1525-35 *536-45 1552-56 1561-62 1568-69 1582-84 рис. 5.1. Динамика государственных повинностей в Бежецкой пятине (в пудах хлеба на душу населения)377. из Англии ремесленников. Но дорога была трудна и опасна: на обрат- ном пути Ченслер погиб373. Иван Грозный решил прорубить «окно в Европу»: в 1558 году русские войска овладели ливонским портом На- рвой и началась «нарвская торговля». Король Польши Сигизмунд Ав- густ писал английской королеве Елизавете, что «московский госу- дарь ежедневно увеличивает свое могущество приобретением пред- метов, которые привозятся в Нарву, ибо сюда привозятся не только товары, но и оружие, привозятся не только произведения художеств, но и сами художники (т. е. ремесленники —С. Н.), посредством кото- рых он приобретает средства побеждать всех. Вашему величеству не- безызвестны силы этого врага и власть, которой он пользуется над своими подданными. До сих пор мы могли его побеждать только по- тому, что он был чужд образованности и не знал искусств, но если нарвская навигация будет продолжаться, то неизвестно, что будет»374. О том, насколько важна для России была нарвская торговля, говорит свидетельство Дж. Горсея, который пишет, что позже, когда шведы осадили Нарву, царю «недоставало пороха, свинца, селитры и серы, и он не знал, откуда их получить, так как Нарва была закрыта...»375. Невозможно было даже доставить письма английской королеве «ведь его владения были окружены и все проходы закрыты»376. Таким образом, потребности «военной революции» заставляли Россию пробиваться к морю, и это привело к долгой Ливонской вой- не. С началом войны налоги увеличились, и к 1566 году они составля- ли 2,8 пуда зерна с души (см. рис.5.1.). Для того чтобы заплатить уве- личившиеся налоги, крестьяне были вынуждены продавать больше 265
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I хлеба; это вызвало снижение цен в 1562-1568 годах, и еще более уве- личило тяжесть обложения. Война была тяжелой: события обернулись так, что России при- шлось сражаться одновременно с ливонцами, Швецией, Литвой и Крымом. Опустошительные набеги крымских татар побудили царя принять решение о строительстве «Засечной черты» —более чем ты- сячекилометровой линии валов, рвов и засек. В наиболее опасных для прорыва местах сооружались бастионы, вооруженные артилле- рией, — «Засечная чета» представляла собой грандиозное оборони- тельное сооружение, требовавшее огромных средств378. Необходи- мо было вводить новые военные налоги —и в 1566 году царь созвал собор, чтобы решить самый важный вопрос: нужно ли продолжать войну? На соборе присутствовали священники, бояре, выборные от дворян и посадских людей —но не было представителей крестьян, того сословия, которое несло основную тяжесть налогов. Перед на- чалом заседаний представители сословий присягнули, что будут вы- полнять принятое «всем миром» решение; обсуждение было отно- сительно свободным, и, в частности, дьяк Иван Висковатый запи- сал особое мнение. Однако в конечном счете сословия практически единодушно высказались за продолжение войны и за введение нало- гов379. Это было роковое решение. После собора 1566 года налоги были еще раз увеличены, теперь в пересчете на хлеб они составляли около 3,6 пудов на душу населе- ния, в два раза больше, чем в начале 50-х годов. Ценой невероятных усилий были завоеваны Западная Белоруссия и почти вся Ливония — однако силы государства были перенапряжены. Анализ влияния демографического и технологического факторов на развитие кризиса последней трети XVI века был выполнен авто- ром совместно с известным американским историком Честером Дан- нингом380. Этот анализ исходит из того, что в контексте демографи- чески-структурной теории резкое увеличение налогов означает пе- рераспределение ресурсов в пользу государства. Из теории известно, что перераспределение ресурсов в системе «государство —элита —на- род» часто вызывает структурный кризис. Известно также и то, что в условиях Сжатия структурные кризисы обычно переходят в полно- масштабные экосоциальные кризисы. Здесь необходимо вернуться к ситуации, которая сложилось к се- редине XVI века на Новгородчине. Как отмечалось выше, Сжатие было неравномерным, и его очаг был расположен на Северо-Запа- де—там, где и без того скудные средства существования крестьян со- кращались большими изъятиями ресурсов в пользу дворян и государ- 266
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО рис. 5.2. Процесс запустения Деревской пятины (в про- центах к общему числу обеж в 1500 году)381. При «обыс- ке» в 1573 году писцы указывали причины запустения обеж, ухода или гибели хозяев: голод, мор, бегство от податей, от насилий войск, двигавшихся в Ливонию по проходившим по пятине дорогам. Часть обеж запу- стела от вывоза крестьян в поместья опричников. ства. Мы видели, что в некоторых пятинах Новгородчины потребле- ние крестьян было ниже минимума в 15 пудов надушу населения, что крестьяне часто голодали и население пятин уменьшалось. Откуда крестьяне могли взять лишние 3-4 пуда на душу, чтобы заплатить уве- личившиеся налоги? Изъятие необходимого для пропитания зерна должно было привести к голоду и к вспышке эпидемий. Имеющиеся данные действительно говорят о нарастании голода и эпидемий в Де- ревской пятине, начиная с 1560 года (см. рис. 5.2.) Общее впечатление от этой картины — это постоянные голод и мор. Увеличение податей вызвало повальное бегство, но судьба бежавших остается неизвестной —многие, вероятно, погибли от го- лода на дорогах. График говорит о том, что голод и мор, разразив- шиеся по всей России в 1568-1571 годах, были подготовлены проте- кавшими ранее процессами. В Деревской пятине они означали лишь некоторое усиление голода и мора, которые свирепствовали здесь все бо-е годы. 267
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I В конце бо-х годов тревожные сообщения приходят и из других районов. Увеличение налогов должно было привести к сокращению крестьянских запасов, что в случае неурожая было чревато большим голодом. Здесь мы соприкасаемся с важным вопросом о влиянии слу- чайных факторов, таких, как неурожаи и эпидемии. Большие неуро- жаи случались на Руси в среднем каждые 6-7 лет382, но они обычно не приводили к катастрофическому голоду, потому что, в силу дав- ней традиции, крестьяне хранили запасы хлеба на случай неуро- жая. Запасы поддерживали устойчивость экономической системы, теперь же высокие налоги лишали крестьян возможности запасать хлеб, система становилась неустойчивой —и «случайные» факторы начали действовать. В 1567/ 68 годах летописи отмечают неурожай и голод в централь- ных областях: «Глад был на Руси велик, купили в Москве четверть ржи в полтора рубля»383. Обычная цена ржи была 30-40 денег—стало быть, цены возросли в 8-ю раз! Следующий год снова был неурожайным: «Была меженина велика добре, на Москве, и в Твери и на Волоце ржи четверть купили по полутора рубля по шьтидесят алтын и людей мно- го умерло с голоду»384. В 1569 году в вотчинах старицкого Успенского монастыря в Тверском уезде пустовала треть деревень, а в Кашинском и Старицком уездах—около половины385. В1570 году следом за голодом пришла чума. В современной историографии считается, что большие эпидемии не приходят сами по себе, что они являются следствием хронического недоедания и падения сопротивляемости организма386. «Это была одна из тех страшных эпидемий средневековья, которые возникали примерно один раз в сто лет и оставляли после себя почти полностью обезлюдевшие города и деревни»,— писала Е. И.Колыче- ва387. «Великий голод» продолжался и во время эпидемии. «Был тогда великий голод, — свидетельствует Г. Штаден, — из-за кусочка хлеба че- ловек убивал человека...»388. Весной 1571 года монахи Троице-Сергие- ва монастыря жаловались, что в монастырских вотчинах «крестьяне от глада и от поветрия вымерли», «крестьян... у них во всей троецкой вотчине не осталось ни тридцатого жеребья»389. В условиях жестоких войн ослабление одного из противников по- буждает других к наступлению — и такой «случайный» фактор, как опустошительное нашествие врагов, тоже оказывается не случай- ным. Перебежчики поспешили донести крымскому хану о трагедии Руси390. Хан Девлет-Гирей решил воспользоваться тяжелым положе- нием русских, объявил «священную войну» против России, собрал огромное войско и пошел походом на Москву. Мусульманские под- данные царя Ивана сразу же перешли на сторону крымцев. Все По- 268
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО волжье было охвачено грандиозным восстанием. «Тогда поднялся на- род из обоих царств и отправился в страну великого князя, пожег много незащищенных городов и увел с собой великое множество рус- ских пленников, не считая тех, кто были убиты насмерть»,—писал Г. Штаден391. В походе на Москву принимала участие Ногайская орда и черкесы во главе с тестем царя ханом Темрюком. Царица Мария Темрюковна к тому времени уже умерла, но брат Марии князь Миха- ил Черкасский командовал передовым полком русской армии. Мстя за измену отца, царь приказал убить Михаила; черкесы и татары ис- чезли из свиты царя —и вместе с ними исчезла опричнина. Царь за- претил произносить это слово, корпус опричников был переформи- рован—но в действительности он сохранился под новым названием «двор»; сохранились и дворцовые земли392. Нашествие ДевлетТирея было подобно батыевому нашествию. В мае 1571 года крымцы окружили в Москве русскую армию и со- жгли осажденный город, в огне погибли сотни тысяч людей. Тата- ры подвергли страшному разорению весь Московский уезд и уезды, лежавшие южнее столицы393. В следующем, 1572 году, 120-тысячная орда пошла на Русь устанавливать новое иго —ханские мурзы дели- ли между собой города и улусы. Русь была обессилена голодом, чу- мой и страшным татарским разорением; Иван Грозный сумел со- брать лишь 40-тысячную армию. 29 июля началась пятидневная бит- ва при Молодях—это было решающая битва Руси и Степи. Русская армия использовала тактику янычар: заманивание конницы против- ника на укрепления, обороняемые стрельцами и артиллерией. Зал- пы русских пушек, стрелявших в упор, остановили татарскую конни- цу, и хан приказал степным джигитам атаковать укрепления в пешем строю. Во время последнего штурма, 2 августа, русская конница вы- шла из укреплений и ударила в тыл татарам, которые без своих ко- ней не могли даже бежать с поля боя. Как сообщает летопись, погиб- ло юо тысяч татар, и мало кто вернулся в Крым394. По своим геополитическим последствиям битва при Молодях сто- ит в одном ряду со знаменитым Чалдыранским сражением 1514 года. Это было столкновение двух военных технологий, старой кавале- рийской технологии, которая обусловливала господство кочевни- ков, и новой «пороховой» технологии, которой овладела земледель- ческая цивилизация. Это было столкновение двух культурных кругов, порожденных фундаментальными военными открытиями, создани- ем кавалерии и появлением артиллерии. В конечном счете победа при Молодях означала конец господства кочевников на Русской рав- нине, конец долгой череды нашествий приходивших с востока коче- 269
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I вых орд. Эта победа была достигнута благодаря военной реформе Ивана Грозного, благодаря созданию стрелецкого корпуса и «пушеч- ного наряда» — в конечном счете благодаря трансформации русско- го общества по османскому образцу. В соответствии с диффузио- нистской теорией, использование нового оружия породило волну русских завоеваний —завоевание Поволжья, Урала, Сибири. Побе- да при Молодях отодвинула границу России на сотни километров к югу, и славяне вновь получили возможность распахивать черно- земные степи —теперь уже под защитой вооруженных артиллерией крепостей. Но победа обошлась дорогой ценой. После нашествия 1571 года, после голода и мора страна лежала в руинах. Каковы были масшта- бы этой катастрофы? Наиболее подробные данные по этому вопро- су предоставляют новгородские материалы. В Деревской пятине Уз обеж была заброшена из-за голода и мора —то есть хозяева погиб- ли; остальные бежали от царевых податей и правежей. В Водской пятине запустело % всех обеж, но неизвестно, сколько крестьян по- гибло, а сколько ушло в другие места. В одной из волостей Бежец- кой пятины от мора и голода погибло 40% населения395. Для цент- ральных областей статистических данных гораздо меньше; имеется, в частности, информация о запустении расположенных в различных уездах вотчин Троице-Сергиева и Иосифо-Волоколамского монасты- рей. В опустошенном татарами Московском уезде в этих вотчинах было заброшено 90% пашни, в Суздальском уезде —6о%, в Муром- ском уезде —36%, в Юрьев-Польском уезде —18 %396. Масштабы запу- стения были велики; часть крестьян погибла, но некоторые, веро- ятно, переселились в другие места. Однако массовое переселение во время эпидемии было невозможно: во избежание распростране- ния болезни дороги были перекрыты заставами. Бежать на окраи- ны не имело смысла: 1570-е годы были временем больших восстаний в Поволжье, а южные области в этот период трижды подвергались опустошению кочевниками397. Таким образом, крестьянам было не- куда уходить, и приведенные выше цифры говорят об огромных мас- штабах гибели населения. В итоге можно предположить, что демо- графическая катастрофа привела к уменьшению численности насе- ления примерно на 30-50%398. Суммируя сказанное, необходимо отметить, что демографиче- скую катастрофу 1568-1571 годов нельзя объяснить, исходя из одного демографического фактора. Демографический фактор обусловил пе- ренаселение и нехватку земли в некоторых районах, ухудшающееся продовольственное положение, часто повторяющийся голод. На эту 270
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО классическую картину Сжатия наложились потребности военной революции и войны, которые обусловили резкое увеличение нало- гов. В результате изъятия хлебных запасов экономическая система потеряла устойчивость и стала чувствительной к действию случай- ных факторов, таких, как неурожай. Неурожай вызвал голод, а за го- лодом, как обычно бывает, последовала эпидемия. Внешние враги воспользовались ситуацией, чтобы довершить разорение Моско- вии—и в результате произошла страшная демографическая катаст- рофа. Таким образом, мы снова сталкиваемся с совокупным действи- ем нескольких факторов, причем те из них, которые можно считать главными (демографический и технологический), открывают доро- гу действию других, случайных факторов (неурожаи, эпидемии и на- шествия врагов). Казалось бы, в противоречии с теорией демографическая ката- строфа не сопровождалась теми явлениями, которые присутствуют в описаниях классического экосоциального кризиса: голодными бун- тами, народными восстаниями и мятежами знати. Мощное государ- ство сумело на время предотвратить политическую дестабилизацию. Однако оно не сумело предотвратить дестабилизацию экономиче- скую, а это означало, что экосоциальный кризис будет продолжать- ся, что грозные события еще впереди. Классический пример анализа экономических последствий де- мографической катастрофы был дан в свое время М.Постаном, изу- чавшим последствия «Черной Смерти» XIV века. Анализируя эти по- следствия, М.Постан следует неомальтузианской теории и подчер- кивает следующие основные моменты. Убыль населения приводит к тому, что на смену прежней нехватке земли приходит ее избыток, появляется нехватка рабочей силы. Первым следствием нехватки ра- бочей силы является резкое возрастание реальной заработной пла- ты (то есть платы, исчисленной в зерне). Вторым следствием яв- ляется понижение ценности земли, то есть уменьшение земельной ренты, оброков и барщин. В Англии после «Черной Смерти» чис- ленность населения уменьшилась вдвое, а реальная заработная пла- та возросла в 2-2,5 раза399. Соответствуют ли неомальтузианским представлениям послед- ствия российской катастрофы 1568-1571 годов? Имел ли место рост реальной заработной платы, и наблюдалось ли уменьшение оброков? Ответ на этот вопрос имеет чрезвычайно большое значение в плане апробации неомальтузианского подхода на российском материале. Анализируя данные о заработной плате наемных работников, нужно отметить, что информации о поденной плате имеется срав- 271
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 4 3,6 3 2,6 2 1,6 Катастрофа Реальная плата Номинальная плата 155° *552 *554 !556 *558 *57° *572 1578 *578 158° рис. 5.3. Размеры оброка и реальной заработной платы в Иосифо-Волоколамском монастыре400. Годовой раз- мер оброка дан в рублях. Реальная плата исчисляется как количество ржи (в кг) которые мог купить работник на дневную плату плюс дневное продуктовое содержа- ние (о,8 кг)401. нительно немного. Известно, например, что в 1576 году поденщики на Вологодчине получали по 3 деньги в день, а четверть зерна стои- ла 23 деньги402, таким образом, дневная плата составляла 9,3 кг хле- ба. Как отмечалось выше, в 1568 году поденщик на Белоозере мог на дневную плату купить только 3,6 кг хлеба*. Хотя в данном примере реальная заработная плата возросла в 2,5 раза, трудно сделать вывод о статистической значимости таких единичных примеров. Гораздо больше данных имеется об оплате монастырских работни- ков («детенышей» или «казаков») нанимавшихся на год или на боль- шие сроки. Рост оплаты монастырских работников в 1570-х годах от- мечался многими исследователями — причем Б.Д. Греков еще в 20-х годах предполагал, что оплата выросла вследствие нехватки рабочей силы403. Однако обобщающих данных по этому вопросу в литерату- ре не имеется, и нам пришлось провести конкретно-историческое * Здесь и далее исчисление ведется в пудах «хлеба»: четверть ржи (4 пуда) плюс четверть овса (2,7 пуда) составляют «юфть» —6,7 пуда «хлеба». Четверть овса обычно стоила в 2 раза дешевле, поэтому цена пуда «хлеба» составляла 9/io от цены пуда ржи. 272
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО исследование с использованием приходно-расходных книг Иосифо- Волоколамского монастыря. В результате обработки данных о зара- ботной плате нескольких сот «детенышей» выяснилось, что средняя реальная (а также и номинальная) заработная плата после катастро- фы 1570-71 годов возросла примерно в 2,5 раза (рис. 5.3). Оплата ква- лифицированных работников, например, плотников, портных, воз- росла в 2 раза. Подобное увеличение оплаты имело место и в других церковных учреждениях. В Новгородском Софийском Доме оплата дворовых работников увеличилась в 1547-1577 годах с 6о до 120 де- нег; в Кирилло-Белозерском монастыре оброк дворовых слуг возрос в 1568-1581 годах с 42 до 126 денег, а оброк портных —с 90 до 200 де- нег404. М.Постан особо отмечает, что после «Великой Чумы» оплата чернорабочих увеличилась в большей степени, чем оплата квалифи- цированных рабочих405, — это явление мы отмечаем и в России. Вторым признаком резкого сокращения численности населения является значительное уменьшение земельной ренты. После «Чер- ной смерти» нехватка рабочей силы в Англии привела к тому, что крестьяне и батраки стали передвигаться по стране в поисках луч- ших условий. Они отказывались занимать освободившиеся после чумы обремененные барщиной тяглые «вилланские» наделы; зем- левладельцы были вынуждены сдавать эти земли в аренду по пони- женным расценкам, и арендная плата упала на 20-30 %406. Мы видим аналогичный процесс и в России, здесь наблюдается резкое сокра- щение величины тяглого надела и распространение аренды по пони- женным оброчным ставкам. В первой половине XVI века размеры об- лагаемого налогами и зафиксированного в переписях тяглого надела крестьянина приближались к одной «выти», а аренды за оброк прак- тически не существовало. Теперь же крестьяне отказываются брать полные тяглые наделы, эти наделы сокращаются до Уз-Уб «выти»; по- явилось множество безнадельных крестьян, «бобылей». Остальную необходимую им землю крестьяне арендовали у своего или у сосед- него землевладельца; эта земля не указывалась в переписных книгах, и с нее не платили казенные налоги, а плата, полагавшаяся землевла- дельцу, была намного ниже, чем на тяглых землях. В результате после катастрофы 1568-1571 годов оброки на поместных землях упали при- мерно в з раза (с 10-12 пудов до 3-4 пудов на душу), на дворцовых зем- лях—примерно в 2 раза407. В некоторых случаях отмечалось не только уменьшение оброков в расчете на двор, но и уменьшение вытных ставок. Так, 3. В. Дмит- риева, сравнивая размеры ставок в 1559 и 1601 годах в различных вотчинах Кирилло-Белозерского монастыря, пришла к выводу, что 273
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I они резко уменьшились в тех селах, где тяжело сказался кризис 1568-1571 годов, и почти не изменились в районах, не пострадавших от голода и мора408. Уменьшение оброков для оброчных крестьян шло параллель- но уменьшению барщины в барщинных хозяйствах. Известно, что в первой половине XVI века норма барщины составляла 1 десятину с «выти» в одном поле; в подавляющем большинстве известных слу- чаев эта норма сохранялась вплоть до 90-х годов409. Но количество дворов на «выть» за это время возросло в 2-3 раза —то есть объем барщины в расчете на двор значительно сократился410. Таким образом, нормы оброка и барщины снизились, свободной земли было более чем достаточно, можно было выбирать лучшие уча- стки. Напрашивается вывод о том, что крестьяне стали жить намно- го лучше —однако у нас нет массовых данных, которые бы позволи- ли реконструировать бюджет крестьянского хозяйства411. Крестьяне скрывали свою безоброчную пашню и указывали в качестве тяглых наделов мизерные участки, поэтому размеры средней запашки из- вестны лишь в редких случаях. В Прибужском погосте Старорусско- го узда в 1580-х годах на крестьянский двор приходилось 3 десятины тяглой, 5 десятин арендной земли, и, вероятно, кое-что обрабатыва- лось безоброчно. В Бежецкой пятине известно много случаев, когда крестьяне безоброчно распахивали очень большие наделы412. Есте- ственно предположить, что в сложившихся благоприятных услови- ях крестьяне пахали столько, сколько считали нужным —и, во вся- ком случае, не меньше, чем раньше. Г. Штаден свидетельствует, что в то время среди крестьян были богатые люди; известно также, что некоторые сельчане делали большие вклады в монастыри413. О высо- ком уровне жизни крестьян говорит и высокая оплата монастырских батраков-«детенышей». Таким образом, в период, последовавший за катастрофой 70-х го- дов, уровень эксплуатации крестьян не увеличился (как утвержда- ют некоторые историки), а напротив, значительно уменьшился — в полном соответствии с неомальтузианской теорией. Это означа- ло экономическую дестабилизацию, перераспределение ресурсов в пользу народа и в ущерб государству и элите. Начался тяжелый фи- нансовый кризис государства, сопровождаемый кризисом элиты — характерные процессы, фиксируемые демографически-структурной теорией как признаки надвигающегося брейкдауна. Государству угро- жал и старый конфликт, унаследованный от периода до катастро- фы — затянувшееся противостояние между самодержавием и бояр- ской аристократией. 274
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО С первого взгляда, мощное государство Ивана Грозного сумело справиться с тяжелым кризисом: крымские татары были разбиты, а внутри страны не было восстаний и мятежей. Однако в действи- тельности демографическая катастрофа нанесла сильнейший удар по государственной системе России. Уменьшились не только подати, уплачиваемые землевладельцам; сокращение тяглых наделов приве- ло к уменьшению крестьянских платежей в казну. Реальный размер податей, платимых с одного двора, сократился в 3-4 раза. В Новго- родском уезде Шелонской пятины в 1573-1588 годах реальные плате- жи крестьянского двора уменьшились в 5 раз! Казна опустела; сборы с новгородских земель к 1576 году уменьшились вдвое, а к 1583 году в 12 раз414! Власти не сразу осознали всей тяжести бедствия, первое вре- мя они, как встарь, заставляли уцелевших крестьян платить подати за погибших и ушедших. К 1570-1571 годам относятся сведения о же- стоких «правежах», которые творили хлебные «праветчики» и по- сланные им на подмогу опричники; иной раз крестьян забивали на- смерть; их имущество продавали за долги. В 1571 году правительство опомнилось и послало в деревню писцов выяснять положение и пра- вить писцовые книги, снимать налоги с умерших. Но было уже позд- но, жестокие «правежи» вынудили крестьян к бегству —и бегство приняло массовый характер. Многие уходили на земли монастырей— во время борьбы с боярами царь восстановил отмененные было на- логовые привилегии монастырей, «тарханы»; теперь монастыри, в свою очередь, давали льготы крестьянам. В условиях катастрофи- ческой нехватки рабочей силы крестьяне могли диктовать землевла- дельцам свои условия, заставлять их уменьшать величину тяглого на- дела и сдавать землю под оброк. Так же, как в Англии, начался про- цесс интенсивного перемещения крестьян в поисках лучших мест415. Последствия катастрофы тяжело сказались на положении военно- го сословия. Дворянские поместья стояли пустыми, землю было не- кому обрабатывать; в Московском уезде обрабатывалось только 7% помещичьей пашни, в Коломенском уезде —25%. В Деревской пяти- не в начале 8о-х годов больше трети помещиков не имели ни паш- ни, ни крестьян416. «А крестьяне, вышед из-за служилых людей, жи- вут за тарханами по льготе,— говорится в приговоре церковного со- бора 1584 года, — и оттого великая тощета воинским людям прииде»417. Барская запашка сократилась до уровня, немногим превосходяще- го запашку крестьянского двора, а доходы помещика —до уровня крестьянских доходов. «В период хозяйственного кризиса... остав- шиеся крестьяне почти полностью перестали пахать тяглую землю, 275
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I тем самым почти полностью лишив владельцев оброка»,— отмечал Г. В. Абрамович 418. Не имея денег, помещик не мог купить кольчугу или саблю —но, несмотря на это, должен был идти воевать. «У тех, кто не объявлялся на смотру, отписывались именья, —свидетельству- ет Г. Штаден, —а его самого били публично на торгу или в лагере кну- том...»419 Дворяне бросали свои опустевшие поместья и скрывались в бегах, московское войско уменьшилось более чем вдвое420. Под угрозой лагерных «правежей» помещикам не оставалось ни- чего иного, кроме как увеличивать оброки и барщину немногих оставшихся у них крестьян. В прежние времена величина оброка фиксировалась в переписных книгах; именно это детальное пере- числение оброков составляло основное содержание русских пере- писных книг. В «послушных грамотах», выдаваемых при испомеще- нии, указывалось, что крестьяне должны платить оброки и нести барщину «по старине» — то есть так, как зафиксировано в прежних книгах. (Иногда, правда, встречались грамоты, позволявшие поме- щику «прибавить доходу», но так, чтобы не вызвать уход недоволь- ных крестьян, чтобы поместье не запустело421.) В немногих сохра- нившихся переписных книгах бо-х годов сохраняется перечисление оброков примерно в тех же размерах, что и прежде. Однако с конца бо-х годов меняется форма «послушных грамот»; грамоты теперь тре- буют, чтобы крестьяне давали помещику все, «чем вас изоброчит»422. Таким образом, помещики получили право произвольно увеличи- вать оброки крестьян. «Служилые люди стали брать с бедных кре- стьян, которые были им даны, все, что те имели», —свидетельствуют И. Таубе и Э. Крузе423. В ответ крестьяне стали уходить от помещиков, не дожидаясь Юрьева дня и не платя «пожилого». Бывали случаи, ко- гда при повышении оброка все крестьяне разом уходили из деревни помещика424. Кризис продолжался, и некогда мощное московское войско бы- стро теряло боеспособность. По литовским сведениям, в 1580 году в Москве имел место собор, на котором «всей землей просили ве- ликого князя о мире, заявляя, что больше того с их сел не возьмешь, что против сильного государя трудно воевать, когда из-за опустоше- ния их вотчин не имеешь на чем и с чем»425. «Обращение к материа- лам разрядных книг за 1578-1579 показывает, с каким трудом прихо- дилось заставлять „оскудевших1' служилых людей выступать в похо- ды,—отмечает В. И. Корецкий. — Ни угрозы битья кнутом, ни даже смертной казни уже не действовали»426. Правительство пыталось что-то предпринять: чтобы предотвратить уход крестьян с поме- щичьих на монастырские земли, были окончательно отменены все 276
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО налоговые привилегии монастырей; была запрещена любая переда- ча земель служилых людей церкви, были введены новые чрезвычай- ные налоги. Была начата перепись, в районах ее проведения времен- но вводились «заповедные годы» —в эти годы крестьяне и горожане не должны были менять место жительства427. Все эти меры не могли спасти положение. В начале 1582 года правительство признало свое бессилие, отка- залось от завоеваний в Ливонии и подписало мир с Польшей. Два года спустя умер Иван Грозный, и на престол взошел его сын Фе- дор (1584-1598). Федор был «слаб умом» и практически неспособен к управлению; это означало резкое ослабление государственной вла- сти в период, когда экономическая дестабилизация грозила перейти в политический кризис428. Таким образом, произошедшее в соответствии с неомальтузиан- ской теорией перераспределение ресурсов в пользу народа (и их со- кращение в целом) привело к финансовому кризису государства, к расстройству военных сил и к частичной потере управляемости. Это перераспределение привело также и к кризису элиты, потеряв- шей большую часть своих доходов, и требовавшей от государства принять меры к их восстановлению. При этом сохранялся глубокий раскол элиты и конфронтация между аристократией и дворянством, с одной стороны, и аристократией и государством —с другой. 5.12. ПОЛЬСКИЙ ОБРАЗЕЦ Наряду с экономическим бессилием было еще одно важное обстоя- тельство, обусловившее поражение России в Ливонской войне. Во- енная система России была перенята у Османской империи тогда, когда янычары и сипахи уже более столетия демонстрировали свою силу окружающим странам. Однако время не стоит на месте, и в се- редине XVI века в Европе было сделано новое военное открытие, позволившее европейцам остановить победное шествие османских армий. Этим новым фундаментальным открытием была тактика тер- ций—тактика совместных действий мушкетеров и пикинеров. Около 1520 года испанский оружейник Мокетто из Веллетры создал мушкет, тяжелую аркебузу, пуля которой пробивала любые латы на расстоя- нии в сотню шагов. Постепенно в ходе так называемых итальянских войн между Испанией, Германией и Францией было создано но- вое построение войск, которое называлось у испанцев «терцией», а у немцев —«баталией», то есть батальоном. Терция представляла 277
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I собой квадратную колонну в 2-3 тысяч солдат, по периметру кото- рой располагалось несколько шеренг мушкетеров, а внутри находи- лись пикинеры. Когда терция приближалась к противнику, передняя шеренга делала залп и отходила вглубь терции, чтобы перезарядить мушкеты; затем этот маневр повторяли другие шеренги. После огне- вой подготовки вперед выходили пикинеры с 5-метровыми пиками, они действовали как македонская фаланга и мощным ударом тарани- ли фронт противника. Пикинеры отражали также и атаки кавалерии противника, они выходили во внешние шеренги и превращали тер- цию в ощетинившуюся пиками неприступную крепость429. Все эти маневры требовали сложных перестроений на поле боя —поэтому новое искусство войны стало ремеслом наемников-профессионалов, главным образом немецких ландскнехтов. Одновременно с тактикой пехоты изменилась и тактика кавале- рии. Кавалерия, действовавшая раньше сплошной массой, теперь делилась на тактические единицы, роты, она научилась сражать- ся в строю и выполнять перестроения на поле боя. В этот период особенно славилась польская кавалерия, знаменитые польские «гу- сары». Русская дворянская конница не умела действовать в строю; француз капитан Маржерет описывает ее как «множество всадников на плохих лошадях, не знающих порядка, духа и дисциплины»430. Состоявшая из стрельцов русская пехота (как и турецкие яныча- ры) не имела пик и могла сражаться лишь под прикрытием полевых укреплений. Все эти роковые слабости проявились в 1578 году в бит- ве под Венденом; русские укрепления были взяты штурмом, и все стрельцы (6 тысяч человек) полегли на поле боя. Как всегда, новые открытия в военном деле должны были вызвать волну завоеваний — и эта волна угрожала в первую очередь России. В 1579 году новый король Польши Стефан Баторий уговорил поль- ский сейм ввести чрезвычайный налог и создать наемную армию из немецких и венгерских ландскнехтов. Когда началось наступле- ние Батория, оказалось, что у России нет войска, способного вый- ти навстречу польскому королю. Лишь гарнизоны крепостей ока- зывали сопротивление — и только небольшие русские отряды пыта- лись прийти им на помощь. Зимой 1581 года летучий отряд польской конницы беспрепятственно дошел до Ржева и едва не захватил царя в его ставке431. Таким образом, соединенное польско-литовское королевство, Речь Посполитая, стало сильнейшим военным противником Рос- сии, противником, угрожавшим ее существованию. В соответствии с диффузионистской теорией Польша превратилась в новый обра- 278
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО зец, с которого брали пример государственные деятели России, но- вый пример для подражания и копирования. Что же представляла собой Польша? Польша была одной из немногих стран Европы, где правила дво- рянская элита. После мятежа шляхты в лагере под Нешавой в 1454 году король был вынужден утвердить так называемые «Нешавские стату- ты»—первую польскую конституцию. С этих пор дворянство собира- лось на сеймы, выбирало королей и вотировало субсидии на ведение войны; если на сейме не достигалось согласия, то по «безнарядным» польским обычаям недовольная сторона могла поднять вооружен- ный мятеж. Дворянство свободно владело землями, могло их поку- пать и продавать, и это владение не было обусловлено службой. Все это составляло понятие польской «свободы», «золотой вольности». Обратной стороной шляхетской свободы было крестьянское рабст- во. Захватив власть, шляхта постепенно стала закрепощать крестьян. Крестьянский выход, ограниченный статутом 1496 года, был полно- стью запрещен только в 1540-х годах. Но затем закрепощение ускори- лось: Польша вошла в орбиту Мирового Рынка и у польского побере- жья появились голландские корабли. Голландцы предлагали за хлеб всю роскошь Запада и Востока—и польские помещики не устояли пе- ред искушением: они стали создавать хлебные плантации, фольвар- ки, и с помощью плети заставили своих крестьян отбывать барщи- ну. Барщина, поначалу составлявшая один день в неделю, перестала нормироваться в середине столетия и к концу столетия обычно со- ставляла 3-4 дня в неделю с половинного надела. На исходе XVI века крестьян официально именовали рабами («холопами»), «сыновья- ми Хама». Холопы принадлежали пану; их продавали и покупали; они должны были исполнять все приказы пана, выходить на барщи- ну и нести оброки, как скажет пан. Крестьяне подлежали суду пана, и приговор не мог быть обжалован; по приказу пана крестьянина могли сечь плетьми до смерти. «Крестьяне—подданные своих господ, которые распоряжаются их жизнью и смертью»,— писал папский нунций из Польши в 1565 году. «У них, без всякой с их стороны про- винности, господа по своему произволу отбирают землю и все иму- щество и, как принято в некоторых поветах, продают их, как скот»,— свидетельствует Ян Можевский. «Разгневанный помещик... не толь- ко разграбит все, что есть у бедняка, но и убьет его —когда захочет и как захочет», —говорил иезуит Петр Скарга432. «У нас в том свобода,— писал Симон Старовольский, — что всяко- му можно делать все, что захочется; от этого и выходит, что бедней- ший и слабейший делается невольником богатого и сильного, силь- 279
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ный наносит слабому безнаказанно всякие несправедливости, какие ему вздумается. В Турции никакой паша не может того делать послед- нему мужику, иначе поплатится за то головой; у московитян думный господин и первейший боярин... не смеет оскорблять простого хо- лопа... Только у нас в Польше вольно все делать... Азиатские деспо- ты за всю жизнь не замучат столько людей, сколько их замучат каж- дый год в свободной Речи Посполитой»433. Россия была восточной страной, в которой «первейший боярин не смел оскорбить простого холопа». Однако поражение в Ливон- ской войне побуждало Россию к заимствованию порядков победо- носного противника, Польши. Конечно, порабощение собственных крестьян ограничивало военные возможности Польши: шляхте при- ходилось нанимать немецких ландскнехтов. Но с другой стороны, крепостнические фольварки и вывоз хлеба давали деньги для найма пехоты, а научившееся сражаться в строю дворянство обеспечивало армию лучшей в Европе конницей. В итоге основными компонента- ми польского культурного круга были: гусарская конница, немецкие «баталии», фольварки, «золотая вольность» шляхты и крепостниче- ство. Таким образом, внешний фактор —стремление к трансформа- ции по образцу могущественного соседа—толкал Россию к введению крепостного права. Была ли альтернатива такому развитию событий? Польское кре- постное рабство было результатом «Великой Чумы»1348 года, когда в Польше сложилось такое же положение, как в России в 1580-х годах: резкое уменьшение численности крестьян намного увеличило цену рабочей силы —и не будучи в состоянии платить крестьянам, дворян- ство обратило их в крепостных. Такая ситуация была и во многих странах Европы: крепостное право одержало победу в Венгрии, Ка- талонии, Пруссии, Ливонии, на датских островах. Но существовал и другой вариант социального развития. В Англии дворянство попы- талось было закрепостить безземельных крестьян (которые там со- ставляли большинство населения)— но попытка закончилась неуда- чей. По статуту 1351 года крестьяне-рабочие не должны были уходить из своей деревни, если в округе был наниматель, предлагавший им установленную статутом (прежнюю, существовавшую до Чумы) пла- ту. Позднее был издан закон о сыске беглых, а также определены пра- вила, по которым рабочий мог уходить из родных мест только с пись- менного разрешения властей. Д.М. Петрушевский прямо называет эти законы закрепощением434. Эта попытка привела к восстанию Уота Тайлера —и, хотя восстание было подавлено, оно не позволи- ло дворянству осуществить закрепощение крестьян. По мнению не- 280
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО которых исследователей, причиной конечного успеха английского крестьянства было то, что крестьяне имели мощное оружие оборо- ны—«Большой Лук», стрела которого пробивала рыцарские латы435. В итоге экономический процесс реализовался в полном соответ- ствии с неомальтузианской теорией: уровень потребления кресть- ян увеличился, а уровень ренты упал, и английское дворянство было вынуждено увеличивать свои доходы другим способом. Далее, также в соответствии теорией, в условиях острого недостатка доходов эли- та стала фрагментироваться и распалась на группировки, которые вступили в борьбу за ресурсы между собой и с государством. В Анг- лии начался долгий период междоусобных войн, известных как «Вой- ны Алой и Белой розы». Таким образом, были возможны два варианта развития: в «восточ- ноевропейском» варианте дворянство ответило на падение своих до- ходов захватом власти и введением крепостного права, то есть ра- дикальной трансформацией структуры «государство —элита —народ» и резким перераспределением ресурсов в свою пользу. В другом, «за- падноевропейском», варианте дворянство оказалось не в состоянии произвести трансформацию структуры и остановить мальтузиан- ское развитие событий. В этом случае падение доходов дворянства привело к его расколу на группировки, которые начали междоусоб- ную борьбу за ресурсы. Войны продолжались до тех пор, пока числен- ность дворянства не уменьшилась, что позволило восстановить рав- новесие между численностью элиты и численностью населения. Оба эти варианта развития событий могут быть объяснены в рамках де- мографически-структурной теории. Выбор одного из двух вариантов развития определялся военно-техническим фактором, соотношением сил дворянской элиты и простого народа. В странах, где простонаро- дье имело «Большой Лук» или стрелецкий «самопал», оно могло про- тивопоставить политике закрепощения веские аргументы. Но там, где народ был безоружен, его ждала судьба крепостных или рабов. 5.13. ПРАВЛЕНИЕ ГОДУНОВА Как показывает пример Англии, механизм кризиса, запущенный де- мографической катастрофой, работал довольно медленно: между «Черной Смертью» и восстанием Уота Тайлера прошло 33 года. В Рос- сии демографическая катастрофа и Смута были разделены таким же временным промежутком, как и в Англии; это было время социаль- ной неустойчивости, когда государство и элита пытались сопротив- 281
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ляться падению доходов путем увеличения налогов и постепенного введения крепостнических порядков. С точки зрения демографически-структурной теории, в этот пе- риод на первый план вышла политическая борьба за перераспре- деление ресурсов. В России после смерти Ивана Грозного сложи- лась ситуация, в которой ослабевшая монархия подвергалась натис- ку с разных направлений. С одной стороны, аристократия пыталась взять реванш, вернуть свои огромные вотчины и свое положение в государственном аппарате. С другой стороны, обедневшее дворян- ство просило и требовало поддержки и перераспределения ресур- сов в свою пользу; от решения этой проблемы напрямую зависела боеспособность войска, и путь к ее решению лежал через закрепо- щение крестьян. Наконец, государство само было заинтересовано в прикреплении крестьян к земле, чтобы обеспечить сбор налогов. Первым конфликтом, прорвавшимся на поверхность после смер- ти грозного царя, был старый конфликт между государством и бояр- ской аристократией. Боярская партия сразу подняла голову и начала атаку на ближайших сподвижников Ивана IV. Бояре добились ликви- дации «дворовой охраны» —прежнего опричного корпуса, и теперь остатки опричнины сохранялись в виде «царской вотчины» (или «дворцовых земель») эта вотчина включала в себя 36 городов с при- лежащими к ним волостями и по-прежнему имела особое управле- ние436. Характерно, что боярская оппозиция опиралась на Польшу. Литовский канцлер Сапега писал, что знатные бояре —сторонники короля Батория. Один из знатных московских эмигрантов, Михаил Головин, говорил Баторию: «Где король не придет, тут все его будет, нихто... против него руки не подымет»437. «Московской знати импо- нировали порядки Речи Посполитой, ограничивавшие королевскую власть в пользу магнатов»,— пишет Р. Г. Скрынников438. Бояре были не прочь установить подобные порядки и на Руси —это можно было сделать, передав престол польскому ставленнику (как произошло позже, во времена Смуты). Однако дело было не только в интере- сах бояр —военная сила Польши вызывала стремление к трансфор- мации по европейскому образцу в различных слоях общества. Бори- са Годунова позже также упрекали за покровительство «латинской ереси», за попытку выдать дочь за датского принца, за то, что ино- земные лекари стали его политическими советчиками439. К числу последних руководителей «двора», наследников поли- тических традиций Грозного, относились бывшие опричники Бог- дан Бельский и Борис Годунов. Годунов был братом царицы Ирины, и с ее помощью ему удалось подчинить своему влиянию безвольно- 282
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО го царя Федора. Борьба с боярами носила ожесточенный характер, знать спровоцировала волнения в Москве, толпа пыталась взять приступом укрепленное подворье Годунова —однако штурм был от- бит, и глава заговора князь Иван Шуйский был отправлен в ссыл- ку. Победа бывшего опричника была обусловлена тем, что после каз- ней Ивана Грозного бояре уже не обладали той силой, что прежде. Характерно, что Борис Годунов прямо обвинял бояр в связях с по- ляками: король Стефан Баторий собирался в новый поход на Моск- ву, и один из вождей бояр, князь Андрей Шуйский, ездил на грани- цу, чтобы договориться с поляками о совместных действиях440. Ав- стрийский посол Николай Варкоч писал, что бояре «хотели тайно сговориться с Польшей и включить Россию в ее состав»441. Таким образом, повторялась ситуация начала бо-х годов: сторонники са- модержавия вступили в борьбу со знатью, опиравшейся на Польшу и стремившуюся к установлению польских порядков. По утвержде- нию Р. Г. Скрынникова, политика Годунова напоминала опричнину, знать подвергалась гонениям, были конфискованы уделы Симеона Тверского и Марии Старицкой442. Исаак Масса называл правление Годунова «великой тайной тиранией» и говорил, что эта «тирания» «погубила все знатные роды»443. Капитан Маржерет говорил о Году- нове, как об «одном из самых неограниченных государей на свете»444. В итоге Годунову удалось временно отразить наступление сторон- ников трансформации по польскому образцу и утвердить незыбле- мость самодержавия. Царский шурин стал официально именоваться «правителем» России, он принимал послов, замещая на церемониях царя. Вместе с тем «правитель» счел необходимым пойти на опре- деленные уступки. Персональный состав государева двора был пе- ресмотрен и худородные опричники были вынуждены уступить пер- вые места потомственной знати445. С укреплением власти «прави- теля» начались попытки восстановления государственной системы, разрушенной катастрофой уо-х годов. Первые экономические мероприятия Бориса Годунова следо- вали линии, намеченной Иваном Грозным: требовалось восстано- вить финансовую систему государства и завершить перепись, нача- тую в 1581 году. К концу 1580-х годов правительству удалось наладить сбор налогов в соответствии с результатами новой переписи. К это- му времени относятся первые надежные сведения о доходах и рас- ходах государственного бюджета, представляющие интерес в пла- не демографически-структурного анализа и оценки реальной мощи русского государства того времени. Дж. Флетчер перечисляет дохо- ды русского государства в 1588/89 году: подати с «сох» составляли 283
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 400 тыс. рублей, доходы дворцового хозяйства 230 тыс. руб., но самую большую прибыль давали таможенные и судебные пошлины и каба- ки—около 8оо тыс. рублей446. В целом доходы составляли 1430 тысяч рублей, что при пересчете на рожь по средней цене 1580-90-х годов 44 деньги за четверть эквивалентно 26 млн. пудов. Если принять чис- ленность населения в этот период ориентировочно в 6 млн. человек (допуская уменьшение за время кризиса с 9-10 до 6 млн.), то душевой налог с «сох» составит 1,2 пуда (что примерно согласуется с данными по Бежецкой пятине447), а общие государственные доходы в расчете на душу населения—4,3 пуда. Налогообложение, было, конечно, мно- го ниже, чем во времена Ивана Грозного, но все же выше, чем в эпо- ху ослабления государства в XVII веке: в 1680 году доходы на душу на- селения в пересчете на хлеб составляли 2,5 пуда, а прямые налоги с души —о,у пуда 448. Флетчер приводит также данные о численности московского вой- ска: 8о тысяч всадников получали ежегодное жалование (в придачу к поместьям), причем 65 тысяч из них ежегодно выходили нести сто- рожевую службу на южной границе449. По сравнению с временами Ва- силия III, когда службу на южной границе несли 20 тысяч всадников, количество конницы увеличилось в 3-4 раза. Можно предположить, что и численность дворян увеличилась в такой же пропорции, в то вре- мя как население страны после пережитой демографической катаст- рофы, по-видимому не превосходило той численности, которая была при Василии III. Могло ли это население обеспечивать увеличившей- ся в 3-4 раза элите прежние доходы? Очевидно, не могло бы, даже если бы, закрепостив крестьян, помещики увеличили ренту до преж- него, или, скажем, вдвое более высокого уровня. Таким образом, демо- графическая катастрофа нарушила равновесие между численностью элиты и численностью населения, и это равновесие могло быть восстановлено толь- ко уменьшением численности дворянства. Как отмечалось выше, история Англии подсказывает, каким образом могло быть осуществлено такое уменьшение: это путь внутренних войн, когда дворянство распадает- ся на враждебные группировки и воюет само с собой. Таким образом, представляется сомнительным, что политика за- крепощения могла кардинальным образом улучшить положение дво- рянства и спасти страну от междоусобной войны. Однако Годунов был обречен проводить эту политику: находясь в конфликте с аристокра- тией, он, естественным образом, искал поддержки у дворянства450. Это проявилось уже при проведении переписи 1580-х годов. Преж- де в переписных листах подробно расписывались все барщины и об- роки, полагающиеся с крестьян помещику. В 8о-х годах такая роспись 284
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО не делалась —таким образом, правительство утвердило тот порядок, который сложился после катастрофы, признало право помещиков увеличивать повинности по своему произволу. Кроме того, как отме- чалось выше, одновременно с проведением переписи во многих рай- онах временно объявлялись «заповедные лета» —крестьянам (и горо- жанам) запрещалось менять место жительства вплоть «до государева указу». В результате помещики при желании могли увеличивать обро- ки до прежнего, бывшего до катастрофы, уровня, и крестьяне не име- ли права уходить от них. Эти указы, по сути, были близки тем законам, которые приняло английское правительство после «Великой Чумы» — как отмечалось выше, парламент запретил крестьянам уходить из сво- их деревень и обязал их работать за прежнюю плату. Еще один указ освобождал от налогов усадебную пашню помещиков с тем, чтобы они могли беспрепятственно расширять свое барщинное хозяйство451. Перемена правительственной политики была сразу же замечена современниками. «Кроме податей... налагаемых царем,— писал Дж. Флетчер,—простой народ подвержен такому грабежу и таким поборам от дворян... что вам случается видеть многие деревни и города, в пол- мили или в целую милю длины, совершенно пустые, весь народ раз- бежался по другим местам от дурного с ним обращения и насилий»452. Конечно, Дж. Флетчер прав лишь отчасти, народ разбегался не толь- ко от насилий —пользуясь нехваткой рабочей силы, многие крестья- не искали лучших условий в монастырских владениях или в южных районах. Последние десятилетия XVI века были наполнены борьбой между правительством, землевладельцами и крестьянами. Крестьяне (несмотря на «заповедные годы») пытались уйти туда, где им сокра- тят тяглый надел и дадут возможность обрабатывать землю за малый оброк. Малоземельные помещики старались удержать, закрепостить своих крестьян, увеличить их повинности и при этом платить помень- ше налогов. Крупные землевладельцы (в том числе монастыри) пе- реманивали к себе крестьян, сокращая их тяглые наделы. Это приво- дило к уменьшению учтенной пахотной площади («вытей»), и прави- тельство отвечало увеличением налога на оставшиеся «выти»453. Каков был результат этой борьбы? Прежде всего, очевидно, что до введения крепостного права крестьян было трудно удержать; они уходили на земли крупных владельцев и в южные области — в осо- бенности из северных районов. В Бежецкой пятине в 1584-1594 году численность населения не только не увеличилась, но существенно уменьшилась. С другой стороны, население некоторых расположен- ных по соседству волосток Троице-Сергиева монастыря увеличилось втрое454. В Вологодском уезде в 1583-1590 годах пашня сократилась 285
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I вдвое, в Московском уезде в 1585 году обрабатывалось лишь % часть посевных площадей455. Таким образом, первым результатом борьбы было усугубляющееся запустение северных и центральных районов— и быстрая колонизация Юга. Выдавливаемые из родных мест налогами и помещичьим про- изволом крестьяне толпами уходили на юг и на юго-восток, на бла- годатные земли Черноземья и Поволжья456. После 1584 года восста- ния в Поволжье, наконец, стихли; на время прекратились татарские набеги. Победы Ивана Грозного в конце концов стали приносить плоды - обширные области на юге и юго-востоке стали доступны для земледель- ческой колонизации. В 8о-х годах в южные степи устремились массы переселенцев; они возводили крепости и распахивали вокруг них целинные земли. Население центральной России, писал Ю.Готье, «неудержимым потоком двинулось на черноземную новь, так лег- ко и так богато в первое время вознаграждавшую земледельческий труд»457. В 1585 году были построены крепости Ливны, Елец, Воро- неж, в 1586 году—Самара, в 1589 году —Царицын, в 1590 году—Сара- тов, Цивильск, Ядринск, в 1593 году—Оскол, Валуйки и, наконец, в 1599 году—Царев-Борисов. Мощная крепость Царев-Борисов обо- значила новый южный рубеж Московского царства, она распола- галась на сотни верст южнее старой границы. Темпы колонизации были таковы, что за 4 года (1585-1589) размеры пашни в Тульском уезде увеличились более чем в 2 раза; в Каширском уезде к 1589 году было распахано уже % всех земель, в Свияжском уезде—до 9/ю 458. На колонизируемых землях Юга обстановка была совсем иной, чем в центральных областях государства. Черноземная целина давала огромные урожаи—в три, в четыре, в пять раз больше, чем в Центре; земли было так много, что писцы не могли наладить учет. Зачастую крестьяне пахали землю «наездом», пахали, сколько хотели и меня- ли поля, как хотели. Поселенцы Юга жили зажиточно; в источниках встречаются упоминания о хозяйствах с 6 лошадьми, о многолетних запасах зерна, о сборах в одном хозяйстве 8о, юо, 150 четвертей ржи (одному человеку на год хватало 4 четвертей). Татарские набеги за- ставляли крестьян быть одновременно и воинами. Крестьяне сели- лись вокруг крепостей, и многие из них числились в гарнизонах как «служилые люди по прибору»: «казаки», «стрельцы», «сторожи», «ез- доки». Эти воины отличались от дворян тем, что они были преиму- щественно пешими стрелками, вооруженными огнестрельным ору- жием, пищалями. Пищаль была «демократическим», сравнительно дешевым и не требующим длительного обучения оружием. Таким об- разом, появление пищалей в сочетании с условиями степной грани- 286
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО цы привело к появлению новой сословной группы, которую можно обобщенно называть «казаками»459. Казаки получали от властей земельные оклады —в Орловском уез- де 50 четвертей в одном поле, то есть 75 десятин. Особое положе- ние казаков было характерно также и тем, что власти довольно ча- сто переводили их в разряд детей боярских. Впрочем, дворяне юж- ных областей почти не отличались своим положением от казаков, так, в Рязанском крае половина дворян имела поместья менее 6о де- сятин. Большинство из этих дворян не имело крестьян; они сами «раздирали» целину сохами и были столь бедны, что не имели доспе- хов, а иногда и боевых коней. Некоторые из них числились «пищаль- никам», и воевали, как казаки, в пешем строю. Не удивительно при этом, что южные дворяне были недовольны своим положением и ча- сто жаловались властям. Особое недовольство вызывало то обстоя- тельство, что власти завели на Юге государеву «десятинную пашню», и, поскольку крестьян не хватало, то они заставляли работать на бар- щине казаков и детей боярских. Кроме того, дворянам приходилось принимать участие в широко развернувшемся в это время строитель- стве новых крепостей460. Тяжелое положение южного дворянства было одной из причин того, что в будущей гражданской войне оно часто выступало про- тив правительства вместе с казаками и крестьянами. Таким образом, в дополнение к старой вражде между дворянами и боярами, наметил- ся раскол внутри дворянства: с одной стороны, основная часть по- местного дворянства поддерживала Годунова; с другой стороны, бед- нейшая часть дворянства была готова восстать против правитель- ства—происходила предсказываемая демографически-структурной теорией фрагментация элиты. 5.14. ТРАНСФОРМАЦИЯ структуры: ЗАКРЕПОЩЕНИЕ КРЕСТЬЯН Несмотря на введение «заповедных лет», крестьяне продолжали ухо- дить из дворянских поместий, и остановить бегство могло лишь пол- ное запрещение крестьянских переходов —то есть введение крепост- ного права. «Богатые землевладельцы большими льготами перема- нивали к себе крестьян мелких землевладельцев, помещиков,—писал С. М. Соловьев,— последние, лишаемые возможности обрабатывать свои земли, не могли нести обязанностей службы... последовало за- прещение крестьянам переходить от одного землевладельца к друго- 287
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I му». Исходная причина этого явления, продолжает С. М. Соловьев, заключалась в недостатке рабочих рук461. Таким образом, как отмеча- лось выше, закрепощение находит свое объяснение в рамках демо- графически-структурной теории. Необходимо отметить, что в кон- тексте этой теории введение крепостного права означало трансфор- мацию структуры — создание новых отношений внутри структуры «государство —элита—народ». Эта трансформация выражалась в том, что народ становился зависим от элиты, которая получала право уста- навливать уровень ренты по своему произволу, независимо от эконо- мических факторов. В. И. Корецкий предпринял попытку доказать, что в 1592/93 го- дах был издан указ, запрещавший крестьянский выход и прикреп- лявший крестьян к земле и к землевладельцу на основании писцо- вых книг 8о-х —начала 90-х годов462. Р. Г. Скрынников, В.М.Панеях, Г. Н. Анпилогов полагают, что прикрепление крестьян было осуще- ствлено постепенно на базе указов о «заповедных годах»463. Как бы то ни было, к 1597 году прикрепление стало юридическим фактом: в этом году был установлен 5-летний срок сыска беглых464. При царе Василии Шуйском, в 1607 году, Поместный приказ издал простран- ное Уложение о крестьянах, которому предшествует своего рода ис- торическая справка. «При царе Иване Васильевиче...—утверждали приказные дьяки,— крестьяне выход имели вольный, а царь Федор Иванович по наговору Бориса Годунова, не слушая советов старей- ших бояр, выход крестьянам заказал, и у кого колико тогда крестьян было, книги учинил»465. В запрещении выхода была заинтересована основная масса дворян, мелкие помещики и вотчинники, у которых было мало крестьян, и которые поэтому были вынуждены обреме- нять их высокими оброками. Бояре (так же, как магнаты в Польше и Венгрии) противились прикреплению крестьян, потому что име- ли возможность понижать оброки и переманивать пахарей из чужих имений. Таким образом, вопрос о крепостном праве стал еще одной линией конфронтации между боярами и дворянами. В конечном сче- те речь шла о борьбе за ресурсы и доходы, резко сократившиеся по- сле катастрофы; в соответствии с демографически-структурной тео- рией эта борьба фрагментировала элиту, заставляла одни группы вы- ступать против других и подталкивала страну к междоусобной войне. Прикрепление крестьян к земле служило не только помещичь- им интересам, но и фискальным интересам государства466. Однако если бы государственный интерес был преобладающим, то следо- вало бы ожидать, что государство, запрещая выход крестьян, огра- ничит их оброки в пользу помещика. Действительно, австрийский 288
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО агент Штиль свидетельствует, что Годунов имел такое намерение467, и в 1601 году по царскому указу в монастырях была введена единая норма барщины —но на помещичьих землях это ограничение не ста- ло реальностью468. Каков был результат введения крепостного права? Закрепоще- ние дало землевладельцу возможность увеличивать ренту, и попыт- ка такого рода имела место в Иосифо-Волоколамском монасты- ре. Увеличение барщины до 1,5 десятин на «выть» вызвало кресть- янские волнения, и в конечном счете руководство монастыря было вынуждено вернуться к старым порядкам469. Однако наступление на крестьян продолжалось и принимало централизованные формы: в 1601-1603 гоДах во многих монастырях царскими указами барщи- на была установлена в 2 десятины с «выти». Таким образом, можно констатировать двойной рост вытных норм барщины на монастыр- ских землях в первое десятилетие после закрепощения470. Отмеча- ется также и уменьшение реальной оплаты монастырских работни- ков: хотя номинально она составляла, как и раньше, 1 рубль в год471, с учетом роста цен плата упала примерно в полтора раза —до 2,1 кг хлеба в день. Однако остается самый важный вопрос: как изменилась жизнь помещичьих крестьян? Ответ на него затруднен недостатком мате- риалов в источниках. Однако некоторые выводы вполне очевидны. Во-первых, дворяне добились своей главной цели, запрещения крес- тьянских переходов. «К началу XVI века, судя по материалам при- казного делопроизводства, крепостной порядок действовал безот- казно»,—пишет В. И. Корецкий472. Указ о закрепощении запрещал выход хозяев-дворовладельцев и не касался их сыновей и младших братьев — однако помещики не считались с этим обстоятельством. Крестьян, пытавшихся уйти от помещика, заковывали в «железа», захватывали их имущество, их жен и детей. Закрепощение сразу же привело к помещичьему произволу и жестокому насилию над кресть- янами. Уже в 1590-х годах отмечались факты замаскированной куп- ли-продажи крестьян473. Очевидно, положение в разных поместьях было неодинаковым, многое зависело от личности помещика. Од- нако факт заключался в том, что крепостное право позволило поме- щикам увеличивать повинности и оброки крестьян. Достаточно од- ного примера, чтобы показать, какими могли быть эти повинности. В трех деревнях ничем не примечательного помещика Степана Рах- манова на Новгородчине в 1599 году имелось 13 крестьянских дворов и 2 «выти» тяглой земли. Крестьяне в этом поместье несли барщину и платили 86о денег оброка с «выти»; если же они хотели откупиться 289
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I от барщины, то оброк увеличивался вдвое, до 1730 денег474. При пе- ресчете на хлеб получается примерно 20 пудов на двор; это в два раза больше, чем в дворцовых и монастырских владениях. Таким образом, введение крепостного права нарушило стабилизирующий механизм рынка рабочей силы и дало возможность дворянам увеличить ренту в два—три раза. Закрепостив крестьян, Борис Годунов заслужил поддержку дво- рянства—и у него было несколько лет, чтобы реализовать эту под- держку. В 1598 году, не оставив наследника, умер царь Федор Ивано- вич. Пресечение династии означало тяжелый кризис самодержавия, падение авторитета царской власти — ведь кто бы ни стал новым царем, он не мог опереться на авторитет самодержавных предков. Впервые в истории Московского царства был поставлен вопрос об избрании нового царя Земским собором. Именитые бояре, есте- ственно, противились коронации худородного Бориса Годунова—то- гда Годунов обратился за помощью к дворянству. Под предлогом яко- бы ожидавшегося татарского набега под Серпуховом было собрано всеобщее дворянское ополчение. Годунов использовал характерные приемы польских выборных сеймов —в частности, он посылал спра- виться о «здоровье» дворян, устраивал для них грандиозные пирше- ства и раздавал им деньги. После окончания серпуховского смотра «выборные» из провинциальных городов вместе с московскими дво- рянами проследовали за Годуновым в Москву—и Борис был избран на царство Земским собором475. Новый царь был избран по польскому образцу и стремился подра- жать польским порядкам. Борис ввел обычай брадобрития при дво- ре, дозволял стоить лютеранские церкви; он любил общество ино- земных медиков и советовался с ними в политических делах. Царь послал 30 юношей из знатных родов для обучения за границу, пы- тался выдать свою дочь за датского принца, и, не доверяя русским, сформировал из наемных немцев отряд телохранителей. Это были первые признаки смены культурной ориентации России с Востока на Запад—они были вызваны военным превосходством Запада, столь ярко проявившемся в Ливонской войне476. Таким образом, наследовавший Грозному бывший опричник Го- дунов, отразив наступление пропольски настроенного боярства, в 1590-х годах был вынужден перейти к политике перенимания поль- ских порядков. Земские соборы, выборы царя и введение крепостно- го права явственно указывают на начавшуюся трансформацию Рос- сии по польскому образцу. Однако эта трансформация быстро при- вела к катастрофе. 290
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО 5.15. голод 1601-1603 ГОДОВ В контексте демографически-структурной теории введение крепост- ного права привело к перераспределению ресурсов в пользу дворян- ства и государства и к уменьшению ресурсов народа—то есть к сокра- щению экологической ниши. С точки зрения теории, создавшаяся ситуации была аналогична ситуации 1560-х годов —только тогда сред- ства существования у народа отнимало государство, а теперь это де- лали дворяне с позволения государства. Разница состояла в том, что в 1560-х годах общество находилось в состоянии Сжатия, и у крестьян было мало земли; они не могли предоставить государству требуемые у них ресурсы. Теперь же, после катастрофы, земли было достаточ- но и крестьяне в принципе могли увеличить запашку, чтобы удовле- творить разумные требования помещиков. Но были ли эти требова- ния разумными? Мелкие помещики имели лишь несколько крестьян- ских дворов, и тем не менее им нужно было каждый год снаряжаться в поход. Степан Рахманов был по тем временам богатым помещиком, у него было 13 крестьянских дворов. В Тульском уезде средний по- мещик имел 4 двора477 —что оставалось делать этому нищему воину? Мелкие и средние помещики были вынуждены отнимать у крестьян весь прибавочный продукт, не оставляя им никаких запасов. В слу- чае большого неурожая такое положение было чревато страшным голодом —а ведь большой неурожай случался на Руси каждые 6-у лет. Лето 1601 года выдалось холодным и сырым, уже в начале сентяб- ря выпал снег, и крестьяне смогли собрать лишь малую часть уро- жая—а то, что собрали, —это была «зяблая», недозревшая и помо- роженная рожь. В прежние времена, когда у крестьян были запасы хлеба, один неурожай не смог бы вызвать голод. Теперь же сразу на- чались большие волнения, и под впечатлением этих волнений уже в ноябре 1601 года правительство издало указ о крестьянском выходе. Указ разрешал крестьянам уходить от бесхлебных провинциальных дворян, но не позволял уходить из монастырей, из дворцовых име- ний и от богатых московских дворян. Адрес грядущей беды был обо- значен очень точно: правительство понимало, что крестьяне мелких провинциальных помещиков не имеют запасов, что им грозит голод. Голод еще не начался —но царь понимал, что грядущий голод будет следствием политики закрепощения. Годунов пытался спасти кресть- ян, отменив (хотя бы на время) крепостное право, разрешив им ухо- дить от своих хозяев478. Дело в том, что в стране был хлеб: во-первых, неурожай был не повсеместным; к примеру, на Вологодчине в тот год урожайность ржи была сам-3,6, почти как обычно479. Во-вторых, 291
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I сохранение запасов хлеба на случай голода было давней традицией, поэтому у помещиков побогаче, у монастырей, у некоторых кресть- ян были многолетние запасы хлеба. В Иосифо-Волоколамском мо- настыре были запасы хлеба на 3 года, в Кирилло-Белозерском мона- стыре—на шесть лет480. «Запасов хлеба в стране было больше, чем могли бы его съесть все жители в четыре года... — свидетельствует Исаак Масса, —у знатных господ, а также в монастырях и у многих бо- гатых людей амбары были полны хлеба, часть его погнила от долго- летнего лежания, и они не хотели продавать его... Многие богатые крестьяне, у которых были большие запасы хлеба, зарыли его в ямы и не осмеливались продавать...»481 «Царь снарядил розыск по всей стране, не найдется ли запасов хлеба, —пишет Конрад Буссов, —и то- гда обнаружили несказанно много скирд зерна в юо и больше сажень длиной, которые 50 и больше лет простояли не вымолоченные в по- лях, так что сквозь них росли деревья»482. Авраамий Палицын гово- рит, что и после голода в полях стояли старые скирды хлеба483. Таким образом, при всех своих масштабах, голод имел избиратель- ный характер — он поразил в первую очередь крепостных, принадле- жавших мелким провинциальным помещикам, у которых их хозяе- ва отнимали весь прибавочный продукт, и которые поэтому не име- ли запасов зерна. Годунов обращался с призывами к владельцам хлеба, требовал, чтобы хлеб продавали по более дешевой цене, но царь не мог на- стоять на выполнении своих распоряжений484. Богатые помещики ожидали дальнейшего повышения цен, а бедные помещики, в свою очередь, не отпускали своих крестьян. «Те дети боярские отказчиков бьют и в железа куют», —свидетельствует один их документов того времени485. Указ 1602 года, подтверждавший право выхода, призна- вал, что дети боярские силой держат за собой крестьян486. Голодная смерть крестьянина была выгоднее для помещика, нежели его уход со всей семьей и имуществом. Холопов прогоняли со двора, чтобы они не просили хлеба, но при этом не давали им вольной—чтобы по- том, если холоп выживет, предъявить на него свои права487. Повышение цен началось сразу же после неурожая, весной 1601 года четверть ржи в центральных районах стоила 30-32 день- ги, а осенью —бо-уо денег. В феврале 1602 года цена достигла одного рубля (то есть 2оо денег) 488 Весной неожиданно грянувший мороз погубил посевы озимых—нужно было пересевать поля. Но у многих крестьян не оказалось запасов семенного зерна, и пересев произво- дился «зяблыми семенами». Минимальный посевной запас семян старых урожаев мог бы спасти крестьян — теперь же наступила ка- 292
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО тастрофа. «Зяблые семена» не взошли, разразился страшный голод. Осенью 1602 года цена ржи достигла 3 рублей за четверть, и у мно- гих крестьян попросту не было зерна для посева озимых. В 1603 году погода была хорошая —но поля стояли пустыми, и голод продол- жался489. Таким образом, катастрофа не была следствием «трехлет- них проливных дождей», как полагают некоторые авторы —в дейст- вительности дожди шли лишь один год и вызвали один неурожай (1601 года). Но поскольку у закрепощенных крестьян не было ми- нимальных хлебных запасов, то один неурожай породил страшный трехлетний голод. Причина катастрофы была не только в погодных условиях; катастрофа была в значительной степени следствием вве- дения крепостного права. Р. Г. Скрынников и Р. Крами объясняют голод 1601-1603 Г°Д°В глобальны- ми климатическими изменениями: похолоданием XVI века, пик которого пришелся на 1591-1620 годы490. Действительно, средняя летняя температура уменьшилась на протяжении столетия на о,8 градуса. Однако, как отмеча- лось выше, изменение температуры практически не коррелирует с часто- той больших неурожаев. В частности, используя те же материалы, которые использовал Р. Г. Скрынников, можно указать на то обстоятельство, что зна- чительное похолодание отмечалось также в 1526-1530 и в 1639-1643 годах, но в это время не отмечалось неурожаев и голода491. Р. Крами, склонный объяснять всю динамику населения в XVI-XVII веках влиянием неурожаев и эпидемий, в то же время вынужден признать, что эти факторы не влияли на устойчивый рост населения в XVII веке (после Смуты) 492. «В то время, по воле божией, по всей московской земле наступили та- кая дороговизна и голод, что подобного не приходилось описывать ни одному историку... — свидетельствует Исаак Масса. — Так что даже матери ели своих детей... ели также мякину, кошек и собак... И на всех дорогах лежали люди, помершие от голода, и тела их пожирали вол- ки и лисицы...»493 Борис Годунов распорядился выдавать в Москве милостыню голодающим, это вызвало приток в столицу населения из окрестных областей. Ресурсы казны вскоре иссякли, и, не полу- чив помощи, голодающие умирали на улицах столицы. Авраамий Па- лицын сообщает, что в Москве в трех скудельницах было похороне- но 127 тысяч погибших от голода494. Один из свидетелей голода пи- сал, что «вымерла треть царства Московского голодной смертью»495. Голодающие не имели иных средств к существованию, кроме раз- боя; они собирались в отряды, нападали на дома богатых крестьян и на помещичьи усадьбы. «...Из-за ужасной дороговизны и голода на- 293
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I чались столь страшные, бесчеловечные и в некоторых местностях никогда неслыханные убийства», —свидетельствует К. Буссов496. По- этому крестьяне, имевшие излишки хлеба, предпочитали прятать зерно в ямы, и даже в Москве хлеб на рынок, опасаясь нападений, вы- возили тайком. С осени 1602 года «разбоями» были охвачены многие районы страны, сохранились сведения о посылке карательных отря- дов во Владимир, Волоколамск, Вязьму, Можайск, Медынь, Ржев, Ко- ломну497. Летопись говорит, что царь Борис не мог справиться с «раз- бойниками»: «посылаша многожда на них и ничево им не можаху сотворити»498. «И бысть велие насилие, —писал очевидец событий,— много богатых домов грабили и разбивали и зажигали...»499 Многие исследователи считают это стихийное повстанческое движение пер- вой вспышкой начинавшейся гражданской войны500. Таким образом, демографическая катастрофа 1601-1603 Г°Д°В на- ходит следующее объяснение в рамках демографически-структур- ной теории. Кризис 1568-1571 годов привел к резкому уменьшению численности крестьянства, что в соответствии с неомальтузианской концепцией обусловило резкое уменьшение ренты и налогов и пере- распределение ресурсов в пользу крестьянства и в ущерб государству и элите. Под давлением элиты государство осуществило закрепоще- ние крестьян; это позволило помещикам увеличивать ренту по сво- ему произволу. Мелкие помещики, вынуждаемые необходимостью ежегодно снаряжаться на войну, стали отнимать у своих крестьян весь прибавочный продукт, не оставляя запасов на случай голода. По- этому неурожай 1601 года вызвал страшный голод, который в первую очередь поразил помещичьих крестьян. В итоге можно утверждать, что катастрофа 1601-1603 г°Да и последовавшая за ней гражданская война в конечном счете были следствием кризиса 1568-1571 годов. 5.16. ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА Во время голода 1601-1603 годов массы голодающих искали спасе- ния на хлебородном Юге501. На южных окраинах крестьяне имели большие запасы зерна, и местное население не знало голода. На- плыв беженцев вызвал и здесь повышение цен; в 1603 году четверть ржи стоила в Курске 150-180 денег, но все же эта цена была в 3-4 раза меньше, чем в Москве502. Юг был переполнен беженцами, которые ушли от своих помещиков без уплаты «пожилого» — то есть счита- лись беглецами и по закону подлежали возвращению своим хозяе- вам. В 1603 году царь Борис отменил свободный выход, который про- 294
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО должался два года, и следовало ждать, что скоро начнется сыск бег- лых. На юг уходили и разбитые под Москвой отряды повстанцев503, здесь скопилась масса горючего материала—и вскоре здесь последо- вала новая вспышка гражданской войны. Вождем нового восстания стал самозванец, называвший себя ца- ревичем Дмитрием, сыном Ивана Грозного. Самозванца поддер- живали некоторые польские магнаты, предоставившие ему отряд наемников —но характерно, что царь Борис обвинил в поставле- нии самозванца не поляков, а своих врагов из боярской партии504. Для простого народа имя Дмитрия ассоциировалось с крестьянской свободой времен Ивана Грозного —поэтому жители южной «украи- ны» осенью 1604 года с восторгом приветствовали появление са- мозванца. Литовский гетман Ян Сапега писал, что русские созда- ли ореол вокруг имени претендента из ненависти к Борису Годуно- ву и из чувства преданности старой династии505. По свидетельству летописи, беглые крестьяне «пошли к самозванцу отчасти и нево- лей, не имея пристанища нигде»506. Однако основную силу повстан- цев составляло местное население, «украинные» крестьяне и каза- ки. В ряды восставших их толкал не голод и не отчаянное положе- ние беженцев, у них были свои счеты с Годуновым. Еще недавно эти крестьяне были зажиточными свободными людьми—а Годунов отдал их в «крепость» помещикам, теперь они подвергались постоянным грабежам и побоям со стороны своих новых «хозяев». Пригранич- ных казаков и стрельцов заставляли отбывать изнурительную бар- щину на «государевой пашне» —а между тем эти люди несли стороже- вую службу и привыкли держать в руках оружие. Так же, как англий- ские крестьяне во времена Уота Тайлера, они могли постоять за себя. Однако и дворянство южных областей тоже принимало участие в восстании: как отмечалось выше, это были преимущественно бед- ные дворяне, не имевшие крестьян, обремененные повинностями и испытывавшие далеко не дружественные чувства к московским вла- стям. В соответствии с демографически-структурной теорией борьба за сократившиеся ресурсы фрагментировала элиту и побуждала одни ее группы выступать против других. Для обнищавших воинов-дворян любая смута давала возможность поправить свои дела за счет грабе- жа; при этом им было выгодно поверить, что претендент, называв- ший себя Дмитрием, так хорошо игравший свою роль и так много им обещавший,—действительно царский сын507. Лжедмитрий обещал «живущим во градех и селех от большого чину до малого великую свою милость показать: оным величество и славу, оным богатство и честь, иным вольность и во всех винах по- 295
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I щада»508. Таким образом, самозванец с самого начала обещал «воль- ность» крестьянам, и крестьяне толпами вливались в его армию509. В ответ царь послал войска, которые чинили жестокие распра- вы над крестьянами: «Они так разорили Комарицкую волость, что в ней не осталось ни кола, ни двора... они вешали мужчин за ноги на деревья, а потом жгли, женщин, обесчестив, сажали на раскален- ные сковороды...»— свидетельствует Исаак Масса510. Однако при из- вестии о внезапной смерти Бориса Годунова часть царской армии перешла на сторону самозванца, и в июне 1605 года при поддерж- ке восставшего народа Лжедмитрий вступил в Москву. Новый царь объявил свое желание править по справедливости и обещал, что бу- дет дважды в неделю лично принимать челобитные. Как при Ива- не IV, символом восстановления справедливости стал новый Судеб- ник; этот Судебник возвращал крестьянам право перехода в Юрь- ев день511. Таким образом, новый царь продолжал традиции Ивана Грозного, и его правление означало возврат к порядкам, существо- вавшим до Годунова. Ко времени появления «Дмитрия» голод уже закончился, 1604 год принес богатый урожай. Экономическое положение вновь стало бла- гоприятным. Уменьшение численности населения усугубило пробле- му нехватки рабочей силы, и это отразилось в повышении заработ- ной платы. Оплата дворовых слуг в монастырях возросла по сравне- нию с временами до голода в полтора раза512. Цена на рожь в 1606 году составляла 32 деньги за четверть, то есть была примерно той же, что и до голода513. Таким образом, можно предполагать, что реальная за- работная плата возросла после катастрофы в полтора раза. Как отме- чалось выше, после голода и чумы 1570-71 годов реальная плата воз- росла в 2,5 раза. Лжедмитрий старался продолжать политику своего «отца», но, с другой стороны, на его поведении сказывалось длительное пребы- вание в Польше. Царь выказывал свое пристрастие к польским по- рядкам, окружил себя польской и немецкой охраной, смеялся над московскими обычаями и предлагал боярам поехать учиться за гра- ницу514. Более всего возмущало москвичей желание Лжедмитрия же- ниться на «неверной» католичке, польке Марии Мнишек. Это пре- небрежение русскими традициями вызвало традиционалистскую ре- акцию, стали распространяться слухи, что царь —самозванец, поляк и католик; в мае 1606 года подстрекательство бояр вызвало восстание москвичей, и Лжедмитрий был убит. После смерти Лжедмитрия Земский Собор избрал в цари Васи- лия Шуйского, самого знатного из бояр, род которого восходил к Рю- 296
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО рику. Однако южные области не признали власть Шуйского, здесь считали, что «царь Дмитрий Иванович» спасся и находится в Поль- ше. Присланный «царем» воевода Болотников собрал на Юге вой- ско и двинулся на Москву, в октябре повстанческая армия начала оса- ду столицы. Гражданская война принимала ожесточенный характер, повстанцы убивали дворян не только в сражениях, но и в поместь- ях, захватывали их имущество, уничтожали крепостническую доку- ментацию515. «Идем вси и приимем Москву,— говорили повстанцы,— и потребим живущих в ней и обладаем ею, и разделим домы вель- мож сильных, и благородные жены их и тщери приимем о жены себе»516. Почти все население Юга двинулось с Болотниковым на Мо- скву. «И изыдоша множество народу с ним,— свидетельствует совре- менник,—ине осташася во странах тех, ни в градах, ни в селех, ни- кто же, но токмо женский пол осташа»517. Крестьяне не только Юга, но и многих других областей отказывались платить казенные нало- ги и оброки помещикам, многие уходили к Болотникову. Василий Шуйский, со своей стороны, делал все, чтобы собрать под свои зна- мена дворянство. Рискуя окончательно развалить поместную систе- му, царь стал раздавать не поместья, а вотчины—он даровал вотчины двум тысячам дворян518. В марте 1607 года царь утвердил новое Уло- жение, в котором отказался признавать законность каких-либо пе- реходов и пообещал дворянам вернуть всех крестьян бежавших или ушедших с 1592 года519. В Уложении прямо говорится о том, что имен- но запрет крестьянского выхода стал причиной «великих распрь», которые и «ныне чинятся»520. Власть пыталась внести раскол в среду восставших, отделить дво- рян от крестьян —и ей это отчасти удалось: дворяне из войска Бо- лотникова перешли на сторону правительства. Дворянскому опол- чению удалось одержать победу над крестьянским войском Болот- никова, но летом 1608 года к Москве подошла новая повстанческая армия во главе с воскресшим «царем Дмитрием Ивановичем» (Лже- дмитрием II). «Дмитрий приказал объявить повсюду...—свидетель- ствует К. Буссов,— чтобы холопы пришли к нему, присягнули и по- лучили от него поместья своих господ, а если там остались господ- ские дочки, то пусть холопы возьмут их себе в жены и служат ему. Вот так-то многие нищие холопы стали дворянами...»521 Множество про- стых крестьян влилось в ряды казаков, они выбирали своих атаманов и устанавливали в городах свою власть522. Во время войны казаки создали, по-видимому, по польскому образ- цу систему сбора кормов с местного населения (так называемую си- стему приставств). Таким образом, они пытались играть роль нового, 297
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I противостоящего дворянству, военного сословия, к тому же опираю- щегося на новую военную технику—в отличие от рыцарей-дворян ка- заки были пехотинцами-пищальниками. Как отмечает В. Э. Лебедев, именно эти претензии казачества вызвали жестокую борьбу между казачеством и дворянством523, хотя, конечно, большую роль игра- ло и стремление дворян прекратить уход крепостных в казаки. О со- циальном составе повстанцев на позднем этапе гражданской вой- ны можно судить по документам о 94 пленных, захваченных после разгрома в 1615 году одного из последних казачьих отрядов. Среди этих пленных 12% были дворянами, у % — настоящими городовыми казаками и стрельцами, 24% составляли «показачившиеся» крестья- не и 35% — «показачившиеся» холопы524. Наряду с казаками, крестьянами и служилыми людьми в армии Лжедмитрия II были отряды польских магнатов, которые желали вос- пользоваться смутой в своих целях. Гражданская война открыла до- рогу польской интервенции, осенью 1609 года Сигизмунд III осадил Смоленск, польские войска двигались к Москве. Война еще раз под- твердила превосходство новой европейской военной технологии, польские гусары и наемные немецкие ландскнехты без труда одер- живали победы над русской дворянской конницей. Находясь в отча- янном положении, правительство Шуйского предприняло поспеш- ную попытку военной модернизации по польско-немецкому образ- цу, попытку создания наемной армии европейского типа. В 1607 году была переведена с немецкого «Военная книга», содержавшая рассказ об организации и тактике европейских армий. С помощью шведских союзников в Новгороде обучались «иноземному строю» несколько тысяч русских солдат525. Было нанято 8 тысяч немецких и шведских ландскнехтов — но летом 1610 года в битве при Клушине наемники изменили русскому царю. После этого разгрома группа московских дворян, сторонников «царя Дмитрия» свергла с престола Василия Шуйского. Однако бояре предпочли власть поляков власти «царя Дмитрия»: «Лучше убо государичу (королевичу) служити,— говори- ли они, —нежели от холопей своих побитыми быти и в вечной рабо- те у них мучиться»526. Москва присягнула польскому королевичу Вла- диславу, польский гарнизон вступил в Кремль. Присяга Владиславу означала, что трансформация по польскому образцу принимает полномасштабный характер. Владислав должен был править в соответствии с конституционным договором, по кото- рому суд и установление новых податей были делом Боярской думы, а законы утверждались Земским собором. В договоре утверждалась нерушимость крепостного права. Уступкой прежним традициям 298
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО было обещание Владислава принять православие и подтверждение запрета на выезд московитян за границу527. Таким образом, Россия перенимала основные компоненты поль- ской государственности —правление выборных королей, власть ко- торых ограничена Сенатом и сеймом, она выбирала «свободу» для дворянства и крепостное рабство для крестьян. Однако при этом Мо- сква пыталась сохранить стержень национальной традиции— пра- вославие, она настаивала на неприкосновенности церквей и «кре- щении» Владислава. Поляки не выполнили это условие, Владислав отказался сменить религию, польские солдаты пренебрежительно относились к русскому духовенству. Вскоре началось разорение церк- вей, наемники грабили соборы Кремля, сдирали оклады с икон и по- кровы с великокняжеских гробниц. Хозяйничанье поляков в Москве и грабежи в волостях снова привели к традиционалистской реакции. Патриарх Гермоген первым поднял голос в защиту религии и нацио- нальных традиций; он рассылал по городам призывы к выступлению против поляков. Смерть Лжедмитрия II облегчила процесс сплоче- ния национальных сил, и весной 16п года к Москве подступило опол- чение, состоявшее из дворян, крестьян и казаков. Польский сейм не желал оплачивать наемную армию короля, и военное преимуще- ство Польши сводилось на нет ее «безнарядными» порядками; ко- роль Сигизмунд овладел Смоленском, но так и не смог оказать помо- щи польскому гарнизону в Кремле. Тем не менее ополченцам не уда- лось овладеть Москвой: в их лагере не было единства; когда дворяне стали требовать прикрепления крестьян, их вождь Прокопий Ляпу- нов был убит казаками, дворяне разошлись, и под Москвой осталась только часть крестьян и казаков. Летом 1612 года в Нижнем Новгоро- де и Ярославле собралось новое дворянской ополчение; оно подсту- пило к Москве и вместе с казаками вынудило поляков к капитуляции. Как показали Р. Г. Скрынников, А. Л. Станиславский и Ч. Даннинг, кризис Смутного времени имел достаточно сложный, комплексный характер528. Анализ в рамках демографически-структурной теории подтверждает, что гражданская война характеризовалась сложной группировкой противоборствующих сил. Сравнение с двумя вариан- тами развития событий, которые имели место в европейских стра- нах после «Великой Чумы», позволяет сделать вывод, что россий- ский сценарий был более близок к английскому варианту: так же, как в Англии, после демографической катастрофы мы видим пере- распределение ресурсов в пользу крестьянства и ответные попыт- ки закрепощения крестьян. В Англии эти попытки сразу же привели к крестьянскому восстанию, в России же они привели сначала к голо- 299
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ду, а затем к гражданской войне, в которой крестьянское восстание слилось с внутриэлитным конфликтом, подобным английской «вой- не Роз». Так же как в Англии (и в некоторых других странах), при- чина внутреннего конфликта имела демографически-структурный характер: в условиях борьбы за ресурсы дворянство было расколо- то на различные фракции и сражалось само с собой (а также с вос- ставшими крестьянами, казаками и с боярской властью). Чрезвычай- но важным было участие в борьбе «третьей силы», нового сословия крестьян-казаков, сформировавшегося на южной границе; многие крестьяне в ходе войны «показачились» и вошли в состав этого со- словия529. Наконец, необходимо подчеркнуть, что гражданская вой- на была также и столкновением партий, придерживавшихся различ- ной культурной ориентации, столкновением сторонников копирова- ния польских порядков и приверженцев прежних традиций. В конечном счете традиционалистская реакция объединила все со- циальные слои в общей борьбе против польской интервенции. На этой почве произошло примирение враждующих партий, гражданская вой- на закончилась, и наступил мир. Однако социальные противоречия сохранялись, главная причина войны —проблема крепостного права— так и не получила своего разрешения. Был достигнут негласный ком- промисс: формально законы о прикреплении крестьян и 5-летнем сро- ке сыска остались в силе, но фактически они не действовали. На Юге крестьяне официально могли уходить от помещиков, в других районах они уходили, не обращая внимания на законы530. «При Михаиле Фе- доровиче бегство крестьян приняло грандиозные размеры, — пишет Ю. А. Тихонов. — Как правило, бежали семьями, иногда целыми дерев- нями. Беглецы захватывали с собой хозяйственный инвентарь, одеж- ду, ульи с пчелами, уводили скот»531. Никаких государственных орга- нов для сыска беглых не существовало, найти и вернуть беглецов было очень трудно, практически невозможно. После крестьянской войны правительство делало все, чтобы избежать новых волнений532. Главным результатом многолетней войны была всеобщая разру- ха. Голод и война принесли с собой новую катастрофу, численность населения намного уменьшилась. Особенно тяжелым было поло- жение на Юге; недавно освоенные южные области были опустоше- ны, татары ежегодно переправлялись через Оку и иногда доходили до окрестностей Москвы. За время Смуты в полон были выведены сотни тысяч русских людей, и, принимая московского посла, персид- ский шах Аббас выражал удивление, что в Русском государстве еще остались люди533. Но в отношении уровня потребления результат ка- тастрофы начала XVII века был таким же, как и результат катастро- 3°°
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО фы 1570-х годов. Сокращение численности населения привело к не- достатку рабочей силы и увеличению реальной заработной платы. Итак, Великая Смута привела к новой демографической катаст- рофе и вместе с тем к новому повышению уровня жизни крестьян. Так же, как в Англии, крестьянам удалось дать отпор попытке закре- пощения — но в отличие от Англии успех русских крестьян оказался временным. Долгая война привела к уменьшению численности дворян- ства. В 1580-х годах численность дворянского ополчения, ежегод- но выходившего на южную границу, составляла 65 тысяч всадников; в 1630 году полевую службу могли нести лишь 15 тысяч дворян534. Та- ким образом, в России был отчасти реализован английский вариант восстановления нарушенного кризисом социального равновесия — вариант, когда это равновесие восстанавливается путем самоистреб- ления элиты. 5.17. ВЫВОДЫ Переходя к анализу социально-экономического развития России в пе- риод с середины XV до начала XVII века, остановимся, прежде всего, на влиянии технологического фактора. Наиболее важным является то обстоятельство, что с конца XV века Россия входит в область рас- пространения нового культурного круга, эпицентром которого явля- ется Османская империя. Фундаментальным открытием, лежащим в основе этого культурного круга, было создание регулярной армии, вооруженной огнестрельным оружием; это открытие вызвало вол- ну османских завоеваний и побудило многие страны к трансформа- ции по османскому образцу. В российском случае необходимость во- енной модернизации определялась противостоянием с Великой Сте- пью; степная конница сохраняла свои военные преимущества, и для того, чтобы сражаться с кочевниками, требовались самое современ- ное оружие и наиболее эффективная военная организация. В процессе реформ Ивана III Россия переняла основные черты османской государственности: поместную систему, переписи, фикси- рующие повинности крестьян, администрацию, основанную на по- стоянной сменяемости чиновников, идеологию «справедливости» и справедливый суд, призванный защищать простых людей от про- извола знати. Огромное значение имело восприятие доктрины эта- тистского самодержавия, совмещающей в себе как османские, так и византийские традиции. 301
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I Трансформация по османскому образцу была продолжена рефор- мами Ивана IV, которые включали создание стрелецкого войска, лик- видацию наместничеств, введение местного самоуправления, про- ведение кадастра и создание строгой налоговой системы. Знамени- тая опричнина Ивана Грозного завершила процесс трансформации введением системы «хассе» — «дивани», фактическим уничтожением крупного боярского землевладения и установлением господства го- сударственной собственности. Разумеется, реформы не сводились к простому перениманию турецких порядков; в ходе их имели ме- сто инновации и отступления от образца, как было, к примеру, с из- мерением земель и выплатой помещикам дополнительного жалова- ния. С другой стороны, некоторые преобразования натолкнулись на противодействие, прежде всего со стороны бояр, и остались не- завершенными. Как и предсказывает теория, процесс социального синтеза встречал сопротивление и в 1540-х годах был прерван на вре- мя периодом традиционалистской реакции - но затем снова возобно- вился. Итогом реформ было создание мощной армии и присоеди- нение Поволжья, Урала, а также значительных территорий на степ- ном Юге. Битва при Молодях была решающей победой в борьбе Руси и Степи; она означала окончание эпохи кочевых нашествий и начало освоения плодородных степных земель. Мощь нового Российского государства позволила Ивану IV взяться за выполнение трудной зада- чи—попытаться пробить столь необходимый России выход к морю. Но на западе волна русских завоеваний столкнулась с другой волной, вызванной созданием западноевропейской тактики баталий. Тяже- лая Ливонская война закончилась поражением Московского цар- ства—хотя ему удалось сохранить южные и восточные завоевания. Другим фактором, действовавшим на развитие России, был де- мографический фактор. Окончание междоусобных войн в 1450-х го- дах создало условия для восстановления экономики в новом цикле. Во второй половине XV века отмечаются характерные признаки пе- риода восстановления: относительно высокий уровень потребления основной массы населения, рост населения, рост посевных площа- дей, строительство новых (или восстановление разрушенных ранее) поселений, низкие цены на хлеб, низкие цены на землю, дороговиз- на рабочей силы, незначительное развитие аренды и ростовщичест- ва, ограниченное развитие городов и ремесел. Однако уже с начала XVI века в некоторых пятинах Новгородчины отмечаются признаки начавшегося Сжатия: низкий уровень потреб- ления основной массы населения, приостановка роста населения, рост цен на хлеб, частые сообщения о голоде и эпидемиях, крестьян- 3°2
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО ское малоземелье. К середине столетия признаки Сжатия появляют- ся и в центральных областях: высокие цен на хлеб, падение уровня реальной заработной платы, распространение ростовщичества, раз- витие ремесел и торговли, рост городов. Сжатие привело к оскуде- нию части элиты, к ее фракционированию и к борьбе между элитой, государством и народом за перераспределение доходов. Эти процес- сы сомкнулись с традиционалистской реакцией 1540-х годов. Наступление элиты привело к противодействию народа, что на- шло свое выражение в Московском восстании 1547 года, положившем конец периоду традиционалистской реакции. Таким образом, в сере- дине XVI века характерные для периода Сжатия требования социаль- ных реформ соединились со стремлением к трансформации по об- разцу могущественной державы, порядки которой считали симво- лом «справедливости». Однако Ливонская война обернулась войной со всем окружающим миром и потребовала неслыханного увеличе- ния налогов. Перераспределение ресурсов в системе «государство — элита —народ» вызвало структурный кризис. В условиях недостатка земли, когда крестьяне считали каждый пуд хлеба, увеличение нало- гов привело к тому, что многие семьи уже не имели запасов на слу- чай неурожая. В случае долгой войны такое положение должно было привести к катастрофе, и действительно, два неурожайных года по- родили страшный голод, а вслед за голодом пришла чума. Крымский хан воспользовался эпидемией, чтобы нанести Москве страшный удар —к эпидемиологической катастрофе присоединилась военная катастрофа. Таким образом, структурный кризис в обстановке Сжатия транс- формировался в губительный экосоциалъный кризис. Ситуации тако- го рода достаточно часто встречаются в истории, в числе примеров можно указать на демографическую катастрофу в Египте в начале VIII века, на гибель китайской империи Суй, на кризисы, охватив- шие Францию в конце правление Людовика XIV и Испанию в прав- ление Филиппа II535. После катастрофы численность крестьянского населения намного уменьшилась; в соответствии с неомальтузианской теорией это дол- жно было привести —и привело —к перемещению крестьян по стра- не в поисках лучших условий и к значительному уменьшению обро- ков и барщин. В тоже время победа над татарами сделала возможным переселение на плодородный Юг; в результате южные окраины ста- ли пристанищем самых активных и свободолюбивых элементов кре- стьянства. Уменьшение оброков и барщин привело к тому, что уро- вень жизни крестьян заметно повысился, а уровень доходов помещи- 3°3
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I ков —понизился. Это была обычная ситуация в начале нового цикла: мы наблюдаем такие классические признаки периода восстановления, как относительно высокий уровень потребления основной массы на- селения, низкие цены на хлеб, низкие цены на землю, дороговиз- на рабочей силы. Для южных районов характерен быстрый рост на- селения, рост посевных площадей, строительство новых поселений. На Севере и в Центре ситуация осложнялась сильным оттоком насе- ления на Юг, но в целом развитие страны в этот период определя- лось позитивными процессами, происходившими в южных областях. Экосоциальный кризис нанес тяжелый удар крупному землевла- дению и фактически разрушил поместную систему. Это губительно отразилось на боеспособности дворянского ополчения. Стремле- ние восстановить эту боеспособность было первым стимулом к при- креплению крестьян, вторым стимулом было подражание могуще- ственному соседу, Польше. Слабая правительственная власть была вынуждена уступить желаниям дворянства, и закрепощение было проведено без законодательного ограничения помещичьих оброков и барщины. Это привело к резкому росту ренты в мелких поместь- ях—там, где помещик, чтобы снарядиться на войну, был вынужден от- нимать у своих крестьян последнее. Резкое увеличение ренты сужа- ло экологическую нишу так же, как и увеличение налогов,— поэто- му перераспределение ресурсов в пользу элиты привело к новому структурному кризису. Этот кризис был подобен кризисам, которые имели место в некоторых других странах, и были вызваны аналогич- ным процессом закрепощения крестьян. В качестве примеров мож- но привести кризисы в Египте начала XIII века и в Сельджукском сул- танате в 1090-х годах536. Механизм кризиса был тем же, что и тридцать лет назад: отнятие зерна у крестьян привело к тому, что они не имели хлебных запасов, и в случае неурожая это должно было повлечь страшный голод. Та- кой голод стал реальностью в 1601-1603 годах. Голод привел к кре- стьянским восстаниям; в Центре эти восстания были подавлены, но южные окраины стали очагом, откуда гражданская война распро- странилась на всю Россию. Структурный кризис перерос в общий экосоциальный кризис. Результатом голода и войн была новая демо- графическая катастрофа. Поселения, созданные в предыдущий пе- риод на степном Юге, были разрушены кочевниками, и славянские земледельцы были вновь оттеснены в северные леса. После окончания Смуты крепостное право не было формально отменено, но фактически сыск беглых не осуществлялся и крестьяне могли уходить от своих хозяев. Как и в 1570-х годах, уменьшение чис- 3°4
ГЛАВА V.MOCKOBCKOE ЦАРСТВО ленности населения привело к снижению оброков и барщин. Таким образом, уровень жизни крестьян снова повысился, а доходы поме- щиков—понизились. В 1620-х годах начался период восстановления в новом демографическом цикле. Здесь необходимо остановиться на критических замечаниях Роберта Крами, сделанных им по вопросу о возможности применения демографиче- ски-структурной теории для объяснения кризисов второй половины XVI — начала XVII века537. Об одном из этих замечаний, касающемся объяснения колебаний численности населения влиянием эпидемий и неурожаев, мы уже говорили в пункте 5.14. Кроме того, Р. Крами утверждает, что рост цен в первой половине XVI века объясняется не демографическими фактора- ми, а так называемой «революцией цен»538. В примечании, однако, амери- канский исследователь сам отмечает, что «революция цен» пришла в Рос- сию только в XVIII веке539. Более существенно, на наш взгляд, замечание Р. Крами о том, что кризис Смуты пришелся на время падения численности населения после кризиса 1570-х годов, что, как он считает, противоречит положению демографически-структурной теории о том, что кризисы явля- ются результатами перенаселения. Однако выше мы показали, что кризис Смуты был вторичным по отношению к первому кризису; он был вызван социально-экономическими последствиями первого кризиса, который, в соответствии с теорией, произошел в условиях аграрного перенаселения. Еще один важный аспект проблемы связан с развитием диффузи- онных процессов в период после катастрофы 1570-х годов. Победы Польши привели к распространению в России польского влияния и к частичной трансформации по польскому образцу; эти процес- сы проявились в активизации Земских соборов, в земском избрании Бориса Годунова на царство, во введении крепостного права, в соз- дании первых отрядов немецких наемников. Великая Смута была не только гражданской войной, но и столкновением партий, при- держивавшихся различной культурной ориентации, сторонников ко- пирования польских порядков и приверженцев традиций. В конеч- ном счете традиционалистская реакция заставила на время забыть о социальных проблемах и консолидировала различные социальные группы в борьбе с поляками и их приспешниками.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ Подводя итоги первой части нашего исследования, можно сделать вывод, что судьба России в большой степени определялась влияни- ем географического фактора. Русская равнина представляла собой ог- ромный лесной массив, южнее которого располагались степи, а севе- ро-западнее—почти непригодная в то время для земледелия «Север- ная Пустыня», Скандинавия. Причерноморская степь представляла собой западное ответвление занимавшей половину Евразии Великой Степи; это было обиталище кочевых народов, резко отличавшихся своим жизненным укладом от земледельцев. Кочевой образ жизни, освоение верховой езды и постоянная жестокая борьба за существо- вание превратили кочевников в кентавров, обладавших полным во- енным превосходством над пешими ополчениями невоинственных лесных народов. Роль военной техники со всей силой демонстриро- вала влияние технологического фактора', время от времени инновации в применении кавалерии давали кочевникам новые военные преиму- щества, и с востока, из Великой Степи, в Причерноморье приходила очередная волна нашествия непобедимых и жестоких завоевателей. Скифская волна была связана с появлением конных лучников, сармат- ская—с появлением катафрактов-копейщиков, гуннская—с созданием сложносоставного гуннского лука, аварская—с появлением стремени, тюрко-хазарская — с созданием тюркского седла, половецкая —с появ- лением сабли, монгольская—с созданием монгольского лука. Другим очагом, извергавшим волны нашествий, была «Северная Пустыня»: высокое демографическое давление, скотоводческие за- нятия населения и постоянные войны делали менталитет сканди- навов подобным агрессивному менталитету кочевников, и время от времени в руки скандинавов попадало новое оружие. Волна нор- маннских завоеваний был связана с изобретением дракара, а наше- ствие готов —с тактикой использования копейной фаланги. Лесная и степная зоны Русской равнины существенно различа- лись по условиям хозяйственной деятельности. В отличие от Вели- кой Степи в причерноморских степях было возможно земледелие; по сравнению с лесной полосой здесь были более плодородные поч- 3°6
ЗАКЛЮЧЕНИЕ вы и более теплый климат, поэтому обитатели лесов во все времена стремились переселиться в лесостепи —а затем и в степь. Однако пе- риодические нашествия кочевников приводили к гибели земледель- ческих поселений в степи. Уцелевшие земледельцы бежали в север- ные леса, но кочевники преследовали их и подчиняли южные лес- ные области —в то время как северные лесные племена оставались независимыми (или почти независимыми). Затем, когда положение стабилизировалось, подчинившиеся кочевникам славяне выходили из лесов и с позволения завоевателей снова осваивали лесостепи — но следующее нашествие вновь приводило к гибели этих поселений. Волны нашествий и демографические катастрофы разделили ис- торию Русской равнины на несколько периодов. Иной раз наше- ствия следовали друг за другом со столь малым временным проме- жутком, что завоеватели не успевали создать новое государство. Так было в период Великого переселения народов, когда следом за гун- нами пришли авары, а затем—древние тюрки (тюркюты). В другом случае завоевавшие причерноморские степи половцы не смогли ис- пользовать свое превосходство в условиях лесов, и равнина была разделена между разными народами по границе природных зон. В целом насчитывается семь периодов, когда на Русской равнине су- ществовали относительно стабильные государственные или племен- ные образования —это скифский, сарматский, готский, хазарский, киевский, монгольский и московский периоды. Если попытаться вы- делить общее в их исторической динамике, то надо отметить, что все эти периоды начинались после демографических катастроф, да- лее следовал рост населения, который заканчивается новой катаст- рофой в конце периода —таким образом, мы имеем дело с демогра- фическими циклами. В шести случаях, кроме последнего, московско- го, главной причиной катастрофы было нашествие новых народов, порожденное созданием нового оружия. Становление Московского царства и господство русской народности в последнем, московском периоде, также было связано с фундаментальной военной иннова- цией—с появлением огнестрельного оружия, вызвавшего волну рус- ских завоеваний. После окончания завоеваний начинался период социального син- теза, в течение которого происходил активный культурный взаимо- обмен между победителями и побежденными. Результатом синтеза во всех случаях, кроме московского, было создание ксенократиче- ского государства, в котором завоеватели становились военным со- словием; причем в состав нового военного сословия входили и под- чинившиеся завоевателям представители прежнего военного со- 3°7
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I словия, господствовавшего в предыдущий период. (В московском варианте в состав русского дворянства также были включены татар- ские огланы). Иногда (в скифский и киевский периоды) покоренные народы принимали имя завоевателей. Специфика географического положения Русской равнины заклю- чалась в близком соседстве с могущественными и культурными госу- дарствами Средиземноморья и Ближнего Востока. Поэтому вскоре после стабилизации нового государства оно начинало испытывать мощное политические и культурное влияние с юга. Затем проис- ходил процесс частичной трансформации этого нового государ- ства по образцу южных соседей. Скифский период характеризовал- ся усвоением греческой культуры, готы усваивали римскую культуру, хазары —иудейскую и мусульманскую культуру Ближнего Востока, ва- ряги-русы — византийскую культуру, монголы и татары — персидскую культуру, а московиты —османские военные и политические порядки. В некоторых случаях перенималась не только культура, но и религия: в хазарском случае ближневосточное культурное влияние привело к принятию иудаизма, русы обратились в православие, а монгол ©-та- тары приняли ислам. Во всех трех случаях (и в четвертом —москов- ском) трансформация по ближневосточному образцу привела к пере- ниманию порядков этатистской монархии. Напомним, что в теории Ибн Халдуна на Ближнем Востоке вслед за завоеванием страны кочевниками следовало перенимание вож- дями завоевателей характерного для завоеванных обществ этатист- ского самодержавия. На Русской равнине самодержавие всегда было пришлым, оно было результатом диффузионного влияния с юга. К моменту нового завоевания в результате традиционалистской ре- акции оно обычно сходило на нет, поэтому пришельцы не могли за- имствовать этатизм у покоренного населения. Но они снова и снова заимствовали его у развитых южных цивилизаций —в этом проявля- ется определенная закономерность, говорящая о том, что (с опреде- ленной модификацией) теория Ибн Халдуна применима не только для древних цивилизаций, но и для областей, подверженных их диф- фузионному влиянию. Соседние цивилизации подчиняли себе причерноморскую пери- ферию также и в торговом отношении. В соответствии с теорией мир-систем И. Валлерстайна, новые государства на Русской равнине быстро включались в мировой рынок и поставляли в южные страны требуемые ими товары. Обычно это были меха и рабы, которых за- хватывали в плен во время междоусобиц или в походах на непокор- ные племена. Работорговля в особенности процветала в скифский, 3°8
ЗАКЛЮЧЕНИЕ киевский и монгольский периоды, а в московскую эпоху ею занима- лись крымские татары, совершавшие набеги на Русь. Хотя ксенократическая элита облагала покоренное население да- нью, работорговля была более важным источником доходов. Между тем пришедшие к власти самодержавные монархи не позволяли по- рабощать своих подданных, а внешние источники рабов с окончани- ем завоеваний быстро уменьшались. Растущая элита, таким образом, ощущала сокращение своих доходов, и ее естественные устремле- ния были направлены на ниспровержение самодержавия и на раз- вязывание междоусобных войн с целью захвата рабов. Эти устремле- ния смыкались с традиционалистской реакцией против пришедших с Ближнего Востока этатистских порядков —и в конечном счете го- сударство распадалось на удельные княжества и ханства. Естествен- ным образом проявлялись и другие закономерности халдуновского цикла: ослабление социальной сплоченности («асабии») завоевате- лей, развитие индивидуализма и потребительства. Таково было развитие событий в киевский и в монгольский пе- риоды; оно определялось в основном процессами диффузии и проис- ходило в рамках халдуновского цикла по схеме: завоевание —социаль- ный синтез и создание ксенократического государства—трансформа- ция по ближневосточному образцу—период господства этатистской монархии — традиционалистская реакция —распад —новое завоева- ние. По этой схеме, по-видимому, происходило развитие и в хазар- ский период —насколько позволяют судить немногочисленные источ- ники. Демографический фактор в эти периоды не был определяющим. В киевский и монгольский периоды его действие прослеживается лишь в Северо-Западном регионе, где экологическая ниша была уз- кой и перенаселение приходило достаточно быстро. Как и предска- зывает демографически-структурная теория, Сжатие приводило здесь к развитию городов, ремесел, распространению крупного зем- левладения и аренды, к обнищанию крестьян и к социальным кон- фликтам в городах—а потом к голоду, эпидемиям и демографическим катастрофам. Однако в других областях Руси земли было достаточно, и причиной катастроф здесь были нашествия внешних врагов. Несколько иное течение событий отмечается в московский пери- од. Московское государство не было результатом завоевания, и его рождение было связано с восприятием не завоевательной, а диффу- зионной волны. Таким образом, в описанном выше цикле оказались пропущенными два первых этапа, и развитие началось непосред- ственно с трансформации по ближневосточному образцу. Перени- мание новой военной технологии в ходе этой трансформации по- 3°9
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I зволило Московскому царству стать центром силы на Восточно-Евро- пейской равнине; это породило волну русских завоеваний, которая и положило начало огромному российскому государству. Это был первый случай, когда завоевательная волна исходила из славянских земель и славяне принуждали другие народы перенимать их порядки. Однако эти порядки, в свою очередь, были порождены трансформа- цией по образцу Османской империи. Следуя по этапам описанного выше цикла, Московское царство пережило период господства эта- тистской монархии и традиционалистскую реакцию, которая, впро- чем, оказалась слабой и не привела к распаду государства. Другой особенностью московского периода было более отчетли- вое действие демографического фактора; перенаселение теперь на- блюдалось не только на Северо-Западе. В середине XVI века оно рас- пространилось и на центральные области Московской Руси, здесь тоже наблюдалось измельчание крестьянских наделов и крестья- не не имели достаточных запасов зерна. Резкое повышение налогов в таких условиях должно было привести к экосоциальному кризису— который и разразился в 1570-х годах. Хотя в этом кризисе (как и в пре- дыдущих случаях) существенную роль сыграло вторжение внешних врагов, главной причиной катастрофы на этот раз было перенаселе- ние и Сжатие. Таким образом, можно сделать вывод, что трехфакторная модель, учитывающая взавимодействие географического, технологического и демографического факторов в целом достаточно хорошо описыва- ет основные моменты развития государств, существовавших до нача- ла XVII века в пределах Русской равнины. Совместное использование диффузионистской и демографически-структурной теорий помога- ет объяснить некоторые явления, прежде казавшиеся загадочны- ми многим историкам —например, опричнину Ивана Грозного. Это объяснение, разумеется, не исключает возможности других объясне- ний с использованием других методологий. В конечном счете вопрос о преимуществах той или иной модели может быть решен лишь прак- тикой исторического исследования —повседневной работой истори- ков, изучающих материалы разных стран и разных эпох.
ПРИМЕЧАНИЯ Глава I. Факторы исторического процесса 1 См., например: Алексеев П.В. Социальная философия. М., 2005. С. 16-21. 2 Подробнее см.: Нефедов С. А. Факторный анализ исторического процесса. История Востока. М., 2008. С.ю-бо. 3 Подробнее см.: Нефедов С. А. Концепция демографических циклов. Екатерин- бург, 2007. С. 6-22. 4 Мальтус Т. Р. Опыт закона о народонаселении. СПб, 1895. С. 33. Выделено Мальтусом. 5 Там же. С. 28, 27-32. 6 Рикардо Д. Начала политической экономии и налогового обложения //Риккар- до Д. Сочинения. Т. I. М., 1955. 7 Abel W. Bevolkerungsgang und Landwirtschaft im ausgehenden Mittelalter im Lich- te der Preis- und Lohnbewegung/ZSchmollersJahrbucher. 1934. №58; Idem. Agrar- krisen und Agrarkonjunktur // Mitteleuropa vom 13. bis zum 19. Jahrhundert. Ber- lin, 1935. 8 Postan M. M. The Medieval Economy and Society: an Economic History of Britain, 1100-1500. Berkley, Los Angeles, 1972; Idem. Essays on Medieval Agriculture and General Problems of Medieval Economy. Cambridge, 1973; Mousnier R. Les XVIe et XVIIe siecles. Les progres de la civilisation eupopeenne et la diclin de 1’Orient (1492-1715). Paris, 1953; Slicher van Bath B. The Agrarian History of Western Europe ED. 500-1850. L: 1963; Glass D.V., Eversley D.E. Population in History. London, 1965; Cippolla С. M. Before the Industrial Revolution. European Society and Econ- omy, 1000-1700. London, 1976 (итальянское издание вышло в 1969 г.) 9 Goubert Р. Beauvais et le Beauvaisis de 1600 a 1730. Contribution a 1’histoire sociale de la France au XVIIe siecle. 2 vols., Paris, i960; Le Roy Ladurie E. Les paysans de Languedoc. P, 1966. T. 1-2; Meuvret J. Les Crises de subsistances et la demographic dAncien Regime //Population. 1946. №4. P. 643-650; Duby G. L’Economie rurale et la vie des campagnes de 1’Occident medieval. 2 vol. Paris, 1962; Meuvret J. Eiud- ies d’histoire economique. Paris, 1971; Chaunu P. La civilisation de 1’Europe clas- sique. Paris, 1984. Русский перевод: Шоню П. Цивилизация классической Евро- пы. Екатеринбург, 2005. 10 Braudel Е Civilisation materielle, economic et capitalisme, XVe-XVIIIe siecle. T. 1. Paris, 1967. Русский перевод: Бродель Ф. Материальная цивилизация, эконо- мика и капитализм в XV-XVIII веках. Т. i. М., 1986. З11
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 Бродель Ф. Указ. соч. С. 42-44. Grigg D. Population Growth and Agrarian Change. Cambridge, 1980. Cameron R. Economic History, Pure and Applied //Journal of Economic History. 1976. Vol. 36. № 1. P. 32. Wallerstein I. The Modern World-System. 2 vols. New York, 1974, 1989. Goldstone J. Revolution and Rebellion in the Early Modern World. Berkeley, 1991. Ibid. P. 6-7. Ibid. P. 24-25, 459. Ibid. Р.30. Ibid. P. 32-33. Нефедов С. А. Концепция демографических циклов...; Turchin P. Historical Dynamics. Why States Rise and Fall. Princeton and Oxford, 2003. Нефедов С. А. Демографически-структурный анализ социально-экономической истории России. Екатеринбург, 2005. С. 38. Le Roy Ladurie Е. Les paysans de Languedoc. P., 1966. P. 346-370; Grigg D. Op. cit. P. 20-28, 39, 76-78. Подробнее см. Нефедов С. А. Концепция демографических циклов... С. 99-102. Шоню П. Указ. соч. С. 218. Мальтус Т. Р. Опыт закона о народонаселении. СПб, 1895. С. 107-108. Dunning Ch. Does Jack Goldstone’s Model of Early Modern State Crises Apply to Russia? // Comparative Studies in Society and History. 1997. Vol. 39. N 3. P. 582-585. Нефедов С. А. Демографически-структурный анализ... Turchin P, Nefedov. S. Secular Cycles. Princeton and Oxford: Princeton University Press, 2009. Коротаев А. В., Малков А. С., Халтурина Д. А. Законы истории. Математиче- ское моделирование исторических макропроцессов. Демография, экономи- ка, войны. М, 2005. Turchin Р. Arise «cliodynamics» //Nature. 2008. V. 454. Р34-35. Komlos J., Nefedov S. Compact Macromodel of Pre-Industrial Population Growth // Historical Methods. 2002. Vol. 35. № 2. P 92-94; Nefedov S. A Model of Demograph- ic Cycles in a Traditional Society: the Case of Ancient China // Chinese Journal of Population Science. 2003. №3. P.48-53 (на кит. яз.); NefedovS. A. A Model of Demographic Cycles in a Traditional Society // Social Evolution & History. 2004. Vol. 3. № 1. P. 69-80; Turchin P. Historical Dynamics. Why States Rise and Fall. Prin- ceton and Oxford, 2003; Коротаев А. В., Малков А. С., Халтурина Д. А. Указ, соч.; Tsirel S. V. On the Possible Reasons for the Hyperexponential Growth of the Earth Population //Mathematical Modeling of Social and Economic Dynamics. Moscow, 2004. p. 367-369. Нефедов C.A. Концепция демографических циклов... С.45; NefedovS.А. А Model of Demographic Cycles in a Traditional Society... P. 78-79. Grigg D. Op. cit. P. 283. 312
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ I 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 Dunning Ch. The Preconditions of Modern Russia’s First Civil War //Russian His- tory. 1998. Vol. 25, № 1-2. P. 123-125. Вебер M. Аграрная история древнего мира. М., 2001. С. 228. White L. Medieval Technology and Social Change. Oxford, 1966. P. 3-38. Дьяконов И.М. Пути истории. M. 1994. КолаД. Политическая социология. М., 2001. С. 196, 202-207. Roberts М. Essays in Swedish History. L., 1967. Лишь недавно появился краткий обзор иностранной литературы в области теории военной революции: ПенскойВ.В. Военная революция в Европе XVI—XVII веков и ее последствия // Новая и новейшая история. 2005. № 2. С. 194-206. Roberts М. Essays... Р.195. Roberts М. Gustavus Adolphus. A History of Sweden. Vol. 2. 1625-1632. London, N.Y.,Toronto, 1958. P. 232; Нилус А. История материальной части артиллерии. Т. i. СПб, 1904. С. 142-143. Roberts М. Essays... Р195. Roberts М. Gustavus Adolphus... Р. 231, 248. Roberts М. Gustavus Adolphus... Р. 64, 210, 238-241; Разин Е. А. История военного искусства. Т. III. СПб, 1994. С. 388, 396. Roberts М. Gustavus Adolphus... Р. 67. Берендс Э. С. Государственное хозяйство Швеции. Ч. I. СПб, 1890. С. 176,196, 200. Нефедов С. А. Первые шаги на пути модернизации России: реформы середины XVII века//Вопросы истории. 2004. №4. С. 22-52. Downing В. The Military Revolution and Political Change. Princeton, 1992. P 3. Roberts M. Essays... P. 213. Roberts M. Essays... P. 203-205; Duffy M. (ed.) The Military Revolution and the State, 1500-1800. Exeter, 1980; Downing B. Op. cit. P. 3, 10-11, 56, 77-78. Цит. по: Корякова Л. H. Археология раннего железного века Евразии. Екатерин- бург, 2ооо. http://virlib.eunnet.net/books/ironage/ Там же. Graebner Е Methode der Ethnologic. Heidelberg, 1911. См.: Васильев Л. С. Проблемы генезиса китайской цивилизации. М. 1976. С. 3-36. См., например: Борисенко А. Ю., Худяков Ю.С. Оружие и защитное вооруже- ние как индикатор культурного обмена степей и античного мира // Восток = Oriens. 2004. № 3. С. 155-157- Лебедев В. Э. Древняя Русь в контексте мировой истории. Екатеринбург, 2005. McNeill W. The Rise of the West: a History of the Human Community. New York, 1963. Русский перевод: Мак-Нил У Восхождение Запада. История человече- ского сообщества. Киев —Москва, 2003. McNeill W. The Pursuit of Power: Technology, Armed Force, and Society since A. D. 1000. Oxford, 1983. Русский перевод: Мак-Нил У В погоне за мощью. Техноло- 3*3
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 гия, вооруженная сила и общество в XI-XX веках/предисловие Г. Дерлугьяна, научная редакция и послесловие С. А. Нефедова. М., 2008. Ibid. Р. Ю2, 143. Побережников И. В. Переход от традиционного к индустриальному общест- ву. М., 2006; Алексеев В. В., Побережников И. В. Модернизационная парадиг- ма российской истории // Информационный бюллетень Научного совета РАН по проблемам российской и мировой истории. 2006. №4. С. 7-18; Алексе- ев В. В., Побережников И. В. Школы модернизации: эволюция теоретических основ //Уральский исторический вестник. 2000. №5-6. С. 8-49. Black С. Е. The Dynamics of Modernization: A Study in Comparative History. N. Y., 1966. P. 7. Ibid. P. 69. Цит. по: Пенской В. В. Указ. соч. С. 199. Black С.Е. The Dynamics of Modernization... P. 71. Ibid. P. 6. Медушевский A. H. Утверждение абсолютизма в России. М., 1993. С. 47; Камен- ский А. Б. От Петра I до Павла I. Реформы в России XVIII века. М., 1999. С. 41. Алексеева Е. В. Диффузия европейских инноваций в России (XVIII —начало XX в.). М., 2007 и др. Нефедов С. А. Реформы Петра III и диффузионные процессы в Европе XVIII века //Роль исторического образования в формировании историческо- го сознания общества.. Ч.П. Екатеринбург, 2007. С. 32-39; Нефедов С. А. Напо- леоновские войны и реформы Александра I в контексте концепции диффу- зионизма//Урал индустриальный. Бакунинские чтения. Екатеринбург, 2007. с. 187-194. Тоффлер Э. Третья волна. М., 1999. С. 13. Laue Th. von. Why Lenin? Why Stalin? A Reappraisal of Russian Revolution. 1900-1930. Philadelphia and New York, 1964; Laue Th. von. The World Revolution of Westernization. The Twentieth century in Global Perspective. N. Y., 1987. Laue Th. von. The World Revolution... P. 37. Laue Th. von. Why Lenin... P. 8-9, 33. Цит. по: Побережников И. В. Социальное изменение в теоретических проекци- ях//Уральский исторический вестник. 2001. №7. С. 63-63. Мак-Нил У Указ. соч. С. 942-950. Там же. Помимо работ, отмеченных выше, см., например: Красильщиков В. А. Вдогон- ку за прошедшим веком: Развитие России в XX веке с точки зрения мировых модернизаций. М., 1998; Поляков Л. Российская модернизация: социо-психо- аналитический подход//Коллаж. М., 1997. С. 55-75; Уткин А. И. Россия и Запад: история цивилизаций. М., 2000; Хорос В. Русская история в сравнительном освещении. М., 1996; Зарубина Н.Н. Социокультурные факторы хозяйствен- 34
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ I 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 ного развития: М.Вебер и современные теории модернизации. СПб., 1998; Модернизация в России и конфликт ценностей. М., 1994; McDaniel Т. Autocra- cy, Modernization, and Revolution in Russia and Iran. Princeton, 1989. Гринин Л. E. Эпоха формирования государства. M., 2007. С. 61. McNeill W. The Pursuit of Power... P. 143-146. Нефедов С. А. Факторный анализ исторического процесса. История Востока. М., 2008. Нефедов С. А. Новая интерпретация истории Киевской Руси. Екатеринбург:, 2001. Рукопись депонирована в ИНИОН РАН 14.03.2001. №556 323; Нефедов С. А. Новая интерпретация истории монгольской Руси. Екатеринбург:, 2001. Руко- пись депонирована в ИНИОН РАН 14.03.2001. № 556 325. См. также: Нефедов С. А. Демографически-структурный анализ социально-экономической истории Рос- сии. Екатеринбург, 2005. Childe V. G. Man Makes Himself. L., 1941. Козинцев А. Г. Переход к земледелию и экология человека// Ранние земледель- цы. Л.,1980. С. 18; 38. ФайнбергЛ.А. Индейцы Бразилии. М., 1975. С. 8-ю; Бутинов Н. А. Папуа- сы Новой Гвинеи. М., 1968. С.116-119; Бутинов Н. А. Общинно-родовой строй мотыжных земледельцев// Ранние земледельцы. М., 1980. С. пб, 125; Марков Г. Е. История хозяйства и материальной культуры. М., 1979- С. 198-217; История пер- вобытного общества. Эпоха первобытной родовой общины. М., 1986. С. 356. Кабо В. Р. Первобытная доземледельческая община. М., 1986. С. 70; Файн- берг Л. А. Указ. соч. С. 8-п; Решетов А. М. Основные хозяйственно-культурные типы ранних земледельцев //Ранние земледельцы. Л., 1980. С. 39. Бахта В. М. Папуасы Новой Гвинеи: производство и общество //Проблемы истории докапиталистических обществ. М., 1968. С. 283. Массон В.М. Первые цивилизации. Л., 1989. С.47. Там же. С. 69; Козинцев А. Г. Указ. соч. С. 20. Ammerman A.J., Cavalli-Sforza L. L. The Neolithic Transition and the Genetics of Populations in Europe. Princeton, 1984. Ibid. Зализняк Л. Первкна icropia Украши. Киев, 1999. История Древнего Востока. Зарождение древнейших классовых обществ и пер- вые очаги рабовладельческой цивилизации. Ч. 1. М., 1983. С. 90. Гимбутас М. Цивилизация Великой Богини. Мир Древней Европы. М., 2006. С. 136. Авилова Л. И. Древнее металлопроизводство в Иране и Месопотамии в энеоли- те-среднем бронзовом веке //Портал «Археология России», 2007. http://www. archeologia.ru/Library/Book/ie3d3a8bc22o/ pagei Carneiro R. L. A Theory of the Oridgin of the State // Science. 1970. Vol. 21. № 169. P.733-738. Русский перевод см.: Карнейро Р.Л. Теория происхождения госу- Зт5
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 дарства // Раннее государство, его альтернативы и аналоги. Волгоград, 2006. С.55-71- Murdock G.P. Atlas of World Culture. Pittsburgh, 1981. Коротаев А. В. Некоторые экономические предпосылки классообразования и политогенеза// Архаическое общество: узловые проблемы социологии разви- тия. М., 1991. С. 136-191; Крадин Н. Н. Археологические признаки цивилизации // Раннее государство, его альтернативы и аналоги. Волгоград, 2006. С. 184-210. Коротаев А. В. Указ. соч. С. 139-155, 174; Крадин Н. Н. Указ. соч. 195-196, 201. Этническая история древней Украины. Киев, 2000. С. 17-26 (наукр. языке). См.: Кузьмина Е. Е. Первая волна миграции индоиранцев на юг//Вестник древ- ней истории. 2ооо. №4. С. 3-4; Сафронов В. А. Индоевропейские прародины. Горький, 1989. С. 204. Мосенкис Ю.Л. Мова тришльсько! культури: Джерела, методи, результати реконструкцп. Киев:, 2001. Ковалевская В. Б. Конь и всадник. М., 1977. С.19-22; Энтони Д., Телегин Д. Я., Браун Д. Зарождение верховой езды //В мире науки. 1992. № 2. С. 36-42; Гимбу- тас М. Цивилизация Великой Богини... С. 388-389, 397; Mallory J. In Search of the Indo-European. L., 1989. Мордкович В. Г. Степные экосистемы. М., 1982. С. 167. Марков Г. Е. Кочевники Азии. Структура хозяйства и общественной организа- ции. М., 1976. С. 21. Ratzel Е Anthropogeeographie. В. II. Stuttgart, 1922. S.173; Большаков О. Г. Исто- рия Халифата. Т. 1. М., 1989. С. 33. Гимбутас М. Указ. соч. С. 398; Энтони Д., Телегин Д. Я., Браун Д. Указ. соч. С.41. Гимбутас М. Указ. соч. С. 403; Черных Е.Н. История древнейшей металлургии Восточной Европы. М. 1966. С. 85-87; Авилова Л. И. Указ. соч. Нечитайло П. Л. Связи населения степной Украины и Северного Кавказа в эпоху бронзы. Киев, 1991. С. 30, 81, 91. Горелик М. В. Боевые колесницы Переднего Востока Ш-П тысячелетия до н. э. // Древняя Анатолия. М., 1985. С. 187-188; Кожин П. М. К проблеме про- исхождения колесного транспорта // Древняя Анатолия. М., 1985. С. 170-171. Горелик М. В. Боевые колесницы... С. 191. Гимбутас М. Указ. соч. С. 410-423; Артеменко И. И. Культуры шнуровой кера- мики: среднеднепровская, городокско-здолбинская, стрижковская // Эпоха бронзы лесной полосы СССР. М., 1987. С. 38; Крайнов Д. А. Фатьяновская куль- тура //Эпоха бронзы лесной полосы СССР. М., 1987. С. 65; Шпаковский В., Фадеева О. Генезис военного дела у племен Волго-Окского междуречья в эпоху бронзы (на примере фатьяновской культуры.) http://www.vzmakh. ru / parabellum / ni4_si.shtml http: //encyclopedia.thefreedictionary.com/_/ viewer, aspx? path=5/5а/&name=IE_ expansion.png 316
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ I 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 Кузьмина Е. Е. Колесный транспорт и проблема этнической и социальной исто- рии древнего населения южнорусских степей //Вестник древней истории. 1974- №4- С. 79- Артеменко И. И. Указ. соч. С.40; Шпаковский В., Фадеева О. Указ. соч. Кожин П. М. К проблеме происхождения... С. 176. Childe V. G. The Diffusion of Wheeled Vehicles // Ethnographisch-archaologische Forschungen. 1954. Bd. II. P. 7-17. Кузьмина E.E. Предыстория Великого Шелкового пути: контакты населения Евразийских степей и Синьцзяна в эпоху бронзы // Вестник древней истории. 1999- №1- С. 171. Кузьмина Е. Е. Откуда пришли индоарии? М., 1994. С. 190; Дьяконов И. М. Пути истории... С. 61. Нефедкин А. К. Боевые колесницы и колесничие древних греков (XVI-I вв. до н. э). СПб., 2001. С. 67, 87. Массон В. М. Древние цивилизации Востока и степные племена в свете данных археологии // STRATUM. 1999. № 5. С. 265-275; Кузьмина Е. Е. Первая волна миг- рации... С. 19. Кузьмина Е. Е. Первая волна миграции... С. ю. Кузьмина Е. Е. Экология степей Евразии проблема происхождения номадизма. II. // Вестник древней истории. 1997. № 2. С. 84. Mayrhofer М. Die Indo-Arier im alien Vorderasien. Wiesbaden, 1966; Кузьмина E. E. Предыстория Великого Шелкового пути... С. 171. Кузьмина Е.Е. Экология степей Евразии... С. 86, 91; Лопатин В. А. Элементы социокультуры позднепервобытных индоиранских обществ Центральной Азии http://www.sgu.ru/faculties/historical/sc. publication/reg_ist / iran/default, php Пряхин А. Д. Халиков A. X. Абашевская культура // Эпоха бронзы лесной поло- сы СССР. М., 1987. С. 13-131; Бадер О. Н. Поздняковская культура // Эпоха брон- зы лесной полосы СССР. М., 1987. С. 135. Березанская С. С., Чередниченко Н. Н. Срубная культура //Археология Украин- ской ССР. Т. I. Киев, 1985. 462-471. Артеменко И. И. Сосницкая культура// Эпоха бронзы лесной полосы СССР. М., 1987. С. 107,112.; Березанская С. С. Белогрудовская культура// Археология Укра- инской ССР. Т. I. Киев, 1985. С. 499-512; Мелюкова А. И. Культуры предскифско- го периода в лесостепной зоне // Степи Европейской части СССР в скифо-сар- матское время. М., 1989. С. 26-27; Березанская С. С. Восточнотшинецкая куль- тура // Археология Украинской ССР. Т. 1.Киев, 1985. С. 437-445; Граков Б.Н. Ранний железный век. М., 1978. С. 171. Ковалевская В. Б. Указ. соч. С. 115; Смирнов А. П. Скифы. М., 1966. С. 13. Степи европейской части СССР в скифо-сарматское время. М., 1989. С. 5. Геродот. История в девяти книгах. Л.,1972. С. 216. 3*7
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 Петренко В. Г. Локальные группы скифообразной культуры лесостепи Восточ- ной Европы // Степи Европейской части СССР ... С. 70; Смирнов К. Ф. Савро- матская и раннесарматская культуры //Там же. С. 69. Степи Европейской части СССР... С. 5. Марков Г. Е. Указ. соч. С. 31. Археология СССР. М., 1982. С. 118-119. Алексеенко Н.В. Население дореволюционного Казахстана. Алма-Ата, 1981. С.8о. Хазанов А. М. Социальная история скифов. М., 1975. С. 265. Таскин В. С. Материалы по истории сюнну (по китайским источникам). Вып. 2. М., 1973. С. 29, 70; Бичурин И. Собрание сведений о народах, обитавших в Сред- ней Азии в древние времена. Т. 1. М.—Л., 1950. С. 236. Хазанов А. М. Указ. соч. С. 149. Геродот. Указ соч. С. 79. Эрдели И. Авары //Исчезнувшие народы. М., 1988. С. 104. Алексеев В.П. Палеодемография: содержание и результаты //Историческая демография. Проблемы, суждения, задачи. М., 1989. С. 87-89. Эрдели И. Указ. соч. С. 102. Толыбеков С.Е. Кочевое общество казахов в XVII —начале XX века. Алма-Ата, 1971. С. 79. Крадин Н.Н. Особенности классообразования и политогенеза у кочевников // Архаическое общество: узловые проблемы социологии развития. М., 1991. С. 304. Толыбеков С. Е. Указ. соч. С. 250. Кауфман А. А. К вопросу о русской колонизации Туркестанского края. СПб., 1903. С. 133. Толыбеков С. Е. Указ. соч. С. 207, 255. Бичурин И. Указ. соч. С. 40. Марцеллин, Аммиан. Римская история. СПб, 1994, С.494. Геродот. Указ соч. С. 202.; Марцеллин, Аммиан. Указ соч. С. 494. Тизенгаузен В. Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т.2. М.—Л., 1934. С.283. Марцеллин, Аммиан. Указ соч. С.491.. ал-Мукаддаси, Абу Абдаллах. Наилучшее распределение для познания стран // Материалы по истории туркмен и Туркмении. Т. 1. М.: Институт Востоковеде- ния, 1939. С. 191. Бичурин И. Указ. соч. С. 40. Толыбеков С. Е. Указ. соч. С. 572; Марков Г. Е. Указ. соч. С. 152. См., например: Хазанов А.М. Указ. соч. С. 104; Толыбеков С.Е. Указ. соч. С.511; Марков Г. Е. Указ. соч. С. 169. Хазанов А. М. Указ. соч. С. 269. Толыбеков С. Е. Указ. соч. С. 501.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ I 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 Хазанов А. М. Указ. соч. С. 141-142, 146. Там же. С. 62; Марков Г. Е. Указ. соч. С. 59, 257. Там же. С. 257. Толыбеков С. Е. Указ. соч. С. 257. Харузин А. Киргизы Букеевской орды. Т. 1. СПб., 1889. С. 222. Марков Г. Е. Указ. соч. С. 267; Толыбеков С. Е. Указ. соч. С. 530. Крадин Н. Н. Указ. соч. С. 315. Толыбеков С. Е. Указ. соч. С. 514. Марков Г. Е. Указ. соч. С. 98. Бичурин И. Указ. соч. С. 142. Марков Г. Е. Указ. соч. С. 61-63, 99, 142, 260. Крадин Н. Н. Археологические признаки цивилизации... С. 202. Крадин Н.Н. Общественный строй кочевников: дискуссии и проблемы // Вопросы истории. 2001. №4. С. 22. Крадин Н.Н. Империя хунну. М., 2001. С.38, 43; Барфилд Т.Дж. Мир кочевни- ков-скотоводов //Раннее государство, его альтернативы и аналоги. Волгоград, 2006. С.429. Гумилев Л. Н. Хунну. СПб., 1993. С. 71. Кычанов Е. И. Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир. М., 1973. С. 81. См., например: Большаков О. Г. Указ. соч. Т. 2. М., 1993. С. 14. Крадин Н.Н., Скрынникова ТД. Империя Чингис-хана. М., 2006. С. 49, 54. См.: Игнатенко А. А. Ибн-Хальдун. М., 1980; Бациева С. М. Бедуины и горожане в Муккадиме Ибн Халдуна // Очерки истории Арабской культуры V-XV вв. М., 1982. С.311-356. Игнатенко А. А. Указ. соч. С. 73. Бациева С. М. Указ. соч. С. 329. Там же. С. 333. Игнатенко А. А. Указ. соч. С. 82. Бациева С. М. Указ. соч. С. 348. Там же. С. 333. Игнатенко А. А. Указ. соч. С. 147. Крадин Н. Н. Кочевники, мир-империи и социальная эволюция //Раннее госу- дарство, его альтернативы... С. 507. Мак-Нил У Восхождение Запада... С. 88, 96, 150. Там же. С. юб. См.: Соколова М. Н. Современная французская историография. М., 1979. С. 177; Бациева С. М. Указ. соч. С. 311. Там же. С. 119. Тойнби А. Дж. Постижение истории. М., 1996. С. 154. Turchin Р. Historical Dynamics. Why States Rise and Fall. Princeton and Oxford, 2003. p. 38-77. 3X9
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 192 193 194 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 Коротаев А. В. Долгосрочная политико-демографическая динамика Египта. Циклы и тенденции. М., 2006. См.: Нефедов С. А. Факторный анализ... С. 746. Гуревич А.Я. Походы викингов. М., 1966. С. 12-13, 24, 34. Глава II. Волны нашествий на Русской равнине McNeill W. The Pursuit of Power... P. 16. Мошкова M. Г. Среднесарматская культура//Степи Европейской части СССР... С. 185; Хазанов А. М. Очерки военного дела сарматов. М., 1971. С. 29-30. Плутарх. Сравнительные жизнеописания в трех томах. Т.П, М., 1963. С. 255; Никаноров В.П. Военное дело европейских гуннов в свете данных греко-ла- тинской письменной традиции // Записки Восточного отделения Российско- го археологического общества. Новая серия. 2002. Т I. С. 262. Прим. 54. Ковалевская В. В. Указ. соч. С. 83; Хазанов А. М. Очерки военного дела... С. 68-70; Горелик М. В. Оружие Древнего Востока. М. 1993. С. 35, 73. Акишев К. А., Кушаев Г. А. Древняя культура саков и усуней долины реки Или. Алма-Ата, 1963. С. 133; Кляшторный С. Г., Султанов Г. И. Государства и народы Евразийских степей. Древность и средневековье. СПб, 2000. С.43. Кляшторный С. Г., Султанов Г. И. Указ. соч. С.42. Археология СССР. М., 1982. С.118. Грязнов М.П. Аржан. Царский курган раннескифского времени. Л., 1980. с. 54-55- Кызласов А. Р. Уюкский курган Аржан и вопрос происхождения сакской куль- туры // Советская археология. 1977. №2. С. 80-86; Мандельштам А. М. Ранние кочевники скифскаго периода на территории Тувы // Степная полоса Азиат- ской части СССР в скифо-сарматское время. М., 1992. С. 182. Ельницкий Л. А. Скифия евразийских степей. Новосибирск, 1977. С. 12, 15. Мурзин В. Ю. Происхождение скифов: основные этапы формирования этноса. М., 1990. С. 23-24; Тереножкин А. И. Киммерийцы. Киев, 1976. С. 215; Ельниц- кий Л. А. Указ. соч. С. 33. Тереножкин А. И. Указ. соч. С. 199; Медведев А. П. Ранний железный век лесо- степного Подонья. М., 1999. С. 15. Граков Б. Н. Ранний железный век. М., 1978. С. 109. Корякова Л. Н. Указ. соч. Колчин Б. А. Ремесло // Древняя Русь. Город, замок, село. М., 1985. С. 247-248; Корякова Л. Н. Указ. соч. Граков Б. Н. Указ. соч. С. 109; Н. Шрамко Б. А. Фомин Л.Д., Солнцев Л. А. Началь- ный этап обработки железа в Восточной Европе (доскифский период) // Советская археология. 1977* С. 73; Вознесенская Г. А., Терехов Б. В. Техно- 320
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ II 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 логия производства кузнечных изделий из Тлийского могильника (X-VI вв. до н.э.) // Советская археология. 1973. №3. С. 154-155, 161. Граков Б. Н. Указ. соч. С. 168, 179, 182. Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. М., 1981. С. 220-226. Иванов В. В. История славянских и балканских названий металлов. М., 1983. С. 1ОО-Ю1. Геродот. Указ. соч. С. 190. Там же. С. 192.. Ельницкий Л. А. Указ. соч. С. 183. Там же. С. 163. Мелюкова А. И. Скифские памятники степи Северного Причерноморья // Степи Европейской части СССР... С. 57. Там же. С. 57, 59. Там же. С. 52. Геродот. Указ. соч. С. 192.. Ростовцев М.И. Скифия и Боспор. Л., 1925. Некоторые советские археологи утверждали, что курганы в лесостепи принадлежали местной знати, но столь быстрая и полная ее мимикрия под скифов совершенно невероятна. Цит. по: Ильинская В. А., Тереножкин А. И. Скифия VII-IV вв. до н. э. Киев, 1983. С.362. Мелюкова А. И. Хозяйство, быт, торговля // Степи Европейской части СССР... С. 113-120. Медведев А. П. Указ. соч. С. 86. Петренко В. Б. Локальные группы скифообразной культуры лесостепи Восточ- ной Европы // Степи Европейской части СССР... С. 75; Шрамко Б. А. Об изго- товлении золотых украшений ремесленниками Скифии // Советская археоло- гия. 1970. № 2. С. 217-221. Третьяков П. Н. Финно-угры, балты и славяне на Днепре и Волге. М.—Л., 1966. С. 163-182; Ильинская В. А., Тереножкин А. П. Памятники племен, не входив- ших в состав Скифии //Археология Украинской ССР. Т. II. Киев, 1985. С. 181-183. Там же. С. 183-184. Максимов Е. В. Русанова И. П. Зарубинецкая культура // Славяне и их соседи в конце I тысячелетия до н. э. —первой половине I тысячелетия н. э. М., 1993. С. 39. История России с древнейших времен до конца XVII века. М. 1996. С. 54. Диодор Сицилийский. Библиотека//Вестник древней истории. 1947. №4. С. 251. Ильинская В. А., Тереножкин А. И. Указ. соч. С. 367. Дашевская О. Д. Поздние скифы (III в. до н. э. —III н. э.) // Степи Европейской части СССР... С. 128, 132, 138, 140. Марцеллин А. Указ. соч. С. 294. Вязьмитина М. И. Сарматское время //Археология Украинской ССР. Т. II. Киев, 1985. С. 190. 321
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 Смирнов К. Ф. Савроматская и раннесарматская культура//Степи Европейской части СССР... С. 169. Геродот. Указ. соч. С. 216. Мошкова М. Г. Хозяйство, общественные отношения, связи сарматов с окру- жающим миром // Степи Европейской части СССР... С. 207-208. Максимов Е. В., Русанова И. П. Указ. соч. С. 20-39. Обломский А. М. Позднезарубинецкие памятники //Славяне и их соседи... С. 43. Перевалов С. М. Военное дело у аланов II в. н. э. (по трактатам Флавия Арриана «Диспозиция против аланов» и «Тактика») //Историко-археологический аль- манах. Вып.3. Армавир —М., 1997. С. 130. Марцеллин А. Указ. соч. С. 493.. Колосовская Ю. К. Дунайские племена и их войны с Римом // История Европы. Т. I. М., 1988. С. 606-613. Вязьмитина М. И. Указ. соч. С. 201. Щукин М. Б. Готский путь. Готы, Рим и Черняховская культура. СПб, 2005. С. 69. Тацит К. Сочинения в двух томах. Т. 1.Л., 1993. С. 355-356. Иордан. О происхождении и деяниях гетов. СПб, 2000, С. 67. Третьяков П. В. По следам древних славянских племен. Л., 1982. С. 55, 58. Гуревич А. Я. Указ. соч. С. 12-13. Иордан. Указ. соч. С. 65. Там же. Щукин М. Б. Указ. соч. С. 130. Там же. С. 148; Мошкова М. Г. Позднесарматская культура// Степи Европейской части СССР... С. 191. Вольфрам X. Готы. От истоков до середины VI века (опыт исторической этно- графии). М., 2003. С. 68, 149, 169. Там же. С. 169. Бациева С. М. Указ. соч. С. 137. Щукин М. Б. Указ. соч. С. юб. Банников А. В. Эволюция римской кавалерии в III-V вв. н. э. // Проблемы античной истории. СПб, 2003. С. 307-308. Щукин М. Б. Указ. соч. С. 200. Щукин М. Б. Указ. соч. С. 123, 136. Гей О. А., Сымович Э. А. Черняховская культура//Славяне и Русь (в зарубежной историографии). Киев, 1990. С. 155; Щукин М.Б. Указ. соч. С. 167. Баран В.Д., Гороховский Е.Л., Магомедов Б. В. Черняховская культура и готская проблема// Славяне и Русь... С. 62, 66, 69-70. Козак Д. Н. Пшеворская культура// Славяне и их соседи... С. 55. Буданова В. П. Готы в эпоху Великого переселения народов. СПб, 2001. С. 173. Бациева С. М. Указ. соч. С. 130, 169. Иордан. Указ. соч. С. 84. 322
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ II 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 Щукин М. Б. Указ. соч. С. 158, 210; Максимов Е. В., Терпиловский Р. В. Киевская культура// Славяне и их соседи... С. 121-122. Там же. С. п6, 120. Там же. С. 113. Гимбутас М. Славяне. Сыны Перуна. М., 2005. С. 92-93; Фасмер М. Этимологи- ческий словарь русского языка, http://vasmer.narod.ru/ Хазанов А. М. Очерки военного дела сарматов... С. 31; Худяков Ю. С. Эволюция сложносоставного лука у кочевников Центральной Азии // Военное дело насе- ления юга Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 1993. С. 107,109,121; Худя- ков Ю. С. Вооружение средневековых кочевников Южной Сибири и Централь- ной Азии. Новосибирск, 1986. С. 29, 39; Макьюэн Э., Миллер., Бергман А. Кон- струкция и изготовление древних луков //В мире науки (Scientific American). 1991. № 8. С. 46. Мошкова М. Г. Среднесарматская культура... С. 185. Членова Н. Л. Происхождение и ранняя история племен татарской культуры. М., 1967. С. 65; Могильников В. А. Хунну Забайкалья // Степная полоса Азиат- ской части СССР в скифо-сарматское время. М., 1992. С. 264; Черненко Е.В. Скифские лучники. Киев, 1981. Bivar A. D. Н. Cavalry Equipment and Tactics on the Euphrates Frontier // Dumbar- ton Oaks Papers. 1972. № 26. P. 283. Latham J. D., Paterson W. F. Archery in the Lands of Eastern Islam // Islamic Arms and Armour/Ed. R. Elgood. London, 1979. P. 86. Bivar A. D. H. Op. cit. P. 283. Амброз А. К. Стремена и седла средневековья как хронологический показатель (IV—VIII вв.) // Советская археология. 1974. №4. С. 83, 95; Ванштейн С. И., Крю- ков М. В. Седло и стремя // Советская этнография. 1984. № 6. С. 124-127. Мак-НилУ Восхождение Запада... С.516; Бичурин И. А.Указ. соч. Т.П. С. 187; Гафуров Б. Г. Таджики. М., 1972. С. 198-215; Гумилев Л. Н. Древние тюрки. М., 1993- С. 13-14. Цит. по: Кавказ и Дон в произведениях античных авторов. Ростов-на-Дону, 1990. с-392-393- Иордан. Указ. соч. С. 85. Марцеллин А. Указ. соч. С. 494-495.. Там же. Иордан. Указ. соч. С. 108. Марцеллин А. Указ. соч. С. 494-495.. Третьяков П.Н. По следам... С. 93. Balanovsky О., RootsiS., Pshenichnov A., Kivisild Т., ChurnosovM., Evseeva I., Pocheshkhova E., Boldyreva M., Yankovsky N., Balanovska E., Villems R. Two Sourc- es of the Russian Patrilineal Heritage in Their Eurasian Context //The American Journal of Human Genetics. 2008. Vol. 82. Issue 1. P. 236-250. 323
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 Вакуленко Л. В., Приходнюк О. М. Этнокультурные процессы в Карпатском басейне // Славяне и Русь... С. 85-86. Щукин М. Б. Рождение славян. http://www.nestor.md/Russian/Sciukin. htm, 2001. Литаврин Г. Г. Формирование и развитие болгарского раннефеодального го- сударства // Раннефеодальные государства на Балканах. VII-XII вв. М., 1985. С. 136. Лебедев Г. С. Вернемся к началу // Знание —сила. 1986 № 10. С. 18. Фасмер М. Указ. соч. Лебедев Г. С. Вернемся к началу... С. 18. Седов В. В. Восточные славяне в VI-XIII вв. М., 1982. С. 19, 22; Третьяков П.Н. По следам... С. 97-99. Петрухин В. Я., Раевский Д. С. Очерки истории народов России в древности и раннем Средневековье. М., 1998. С. 195. Седов В. В. Указ. соч. С. 24, 26. Цит. по: Литаврин Г. Г. Указ. соч. С. 138. Там же. С. 136. Амброз А. К. Восточноевропейские и среднеазиатские степи V —первой поло- вины VII в. // Степи Евразии в эпоху средневековья. М., 1981. С. 15; Артамо- нов М. И. История хазар. Л., 1962. С. 113. Сборник документов по социально-экономической истории Византии. М., 1951. С. 81. Петрухин В. Я., Раевский Д. С. Указ. соч. С. 233; Эрдели И. Авары... С. 107; Ваку- ленко Л. В., Приходнюк О. М. Указ. соч. С. 92-93. Повесть временных лет. Ч. 1. М.—Л., 1950. (далее —ПВЛ). С. 210. Фредегар. Хроника. http://www.vostlit.info/Texts/rus4/Fredegar/frametext, htm. Симокатта Ф. История. М., 1957. С. 178. Сборник документов по социально-экономической истории Византии... С. 82. Трубачев О. Н. Раннеславянские этнонимы—свидетели миграции славян// Сла- вянское языкознание. 1976. С. 48-67. Наумов Е. П. Становление и развитие сербской раннефеодальной государствен- ности //Раннефеодальные государства на Балканах. VII-XII вв. М., 1985. С. 194. Херрманн И. Славяне и скандинавы в ранней истории балтийского региона// Славяне и скандинавы. М., 1986. С. 35. Иванова О. В., Литаврин Г. Г. Славяне и Византия //Раннефеодальные государ- ства на Балканах. VII-XII вв. М., 1985. С. 56; Литаврин Г. Г. Указ. соч. С. 136. Вакуленко Л. В., Приходнюк О.М. Указ. соч. С. 94-95. Авенариус А. Авары и славяне. «Держава Само» //Раннефеодальные государ- ства и народности (южные и западные славяне VI-XII вв.). М., 1991. С.33. Эрдели И. Указ. соч. С. 105, 107. 324
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ II 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 Цит. по: там же. С. 108-109. ПВЛ. С. 209. ПВЛ. С. 2Ю. Nasidze I., Ling Е. Y. S., Quinque D., Dupanloup I., Cordaux R., RychkovS., Naumova О.,Zhukova О., Sarraf-Zadegan N., NaderiG.A., AsgaryS., Sardas S., FarhudD.D., Sarkisian T., AsadovC., Kerimov A., Stoneking M. Mitochondrial DNA and Y-Chromosome Variation in the Caucasus // Annals of Human Genet- ics. 2004. Vol. 68. № 3. P. 205-221. Амброз А. К. Указ. соч. С. 96; Ванштейн С. И., Крюков М. В. Седло и стремя... с. 129-130. Гумилев Л. Н. Древние тюрки... С. 28. Плетнева С. А. Хазары. М, 1976. С. 19-22; Артамонов М. И. Указ. соч. С. 293. Ответное письмо хазарского царя Иосифа //Кестлер А. Тринадцатое колено. Крушение империи хазар и ее наследие. СПб, 2006. С. 227. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 261. Новосельцев А. П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Евро- пы и Кавказа. М., 1990. С. 117. ПВЛ. С. 214, 217. Ибн Фадлан. Книга Ахмеда ибн Фадлана//Кестлер А. Тринадцатое колено... С.328. Янин В. Л. Денежно-весовые системы русского средневековья. Домонгольский период. М., 1956. С.160; Сказания мусульманских писателей о славянах и рус- ских (с половины VII в. до конца X века по Р.Х.). СПб. 1870. С. 264. Большаков О. Г. Указ. соч. Т. 2. М., 1989. С. 137, 142. Ибн Фадлан. Указ. соч. С. 328; Заходер Б. Н. Каспийский свод сведений о Восточ- ной Европе. Т. I. М., 1967. С. 169-170. Артамонов М. И. Указ. соч. С.403-404. Плетнева С. А. Кочевники Средневековья. Поиски исторических закономерно- стей. М., 1982. С. 103. Плетнева С. А. Салтово-маяцкая культура// Степи Евразии в эпоху Средневеко- вья. М., 1981. С. 75. Заходер Б. Н. Указ. соч. С. 155, 218, 221-222. Цит. по: там же. С. 224. Нефедов С. А. Факторный анализ... С. 376. Заходер Б. Н. Указ. соч. С. 226. Ибн Фадлан. Указ. соч. С. 339. Плетнева С. А. Салтово-маяцкая культура... С. 72. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 396. Ковалевская В. Б. Возникновение местного производства стекляных бус на Кав- казе //Хазары. Т. 16. Евреи и славяне. Москва —Иерусалим, 2005. С. 280. Херрманн И. Указ. соч. С. 81. 325
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 Афанасьев Г. Е., Николаенко А. Г О салтовском типе сыродутного горна// Советская археология. 1982. № 2. С. 171-172. Терехова Н. Н., Розанова Л. С., Завьялов В. И., Толмачева М. М. Очерки по исто- рии древней железообработки в Восточной Европе. М., 1997. С. 183. См.: Афанасьев Г. Е. Где же археологические свидетельства существования Хазарского государства?//Российская археология. 2001. №2. С.43. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 404. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 396-397. Заходер Б. Н. Указ. соч. Т. II. С. 55. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 402. Ибн Фадлан. Указ. соч. С. 297, 324. Ковалевская В. Б. Восточное Предкавказье// Степи Евразии в эпоху... С. 94-97. Ковалевская В. Б. Центральное Предкавказье// Степи Евразии в эпоху... С. 89-90; Турчанинов Г. Ф. Памятники письма и языка народов Кавказа и Восточной Европы. Л., 1971. С. 96-99. Плетнева С. А. Хазары... С. 38. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 294. Тимощук Б. А. Восточные славяне: от общины к городам. М., 1995. С. 153. Седов В. В. У истоков восточнославянской государственности. М., 1999. С. 37; Он же. Восточные славяне... С. 241; Турчанинов Г. Ф. Древние и средневековые памятники осетинского письма и языка. Владикавказ, 1990. С. 174. Сухобоков О. В. Указ. соч. С. 90. Лебедев Г. С. Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси. М., 2005. С. 174. Фасмер. Указ, соч.; Краткий словарь тюркских основ и персидско-арабских заимствований (через тюркские языки) русского языка. Набережные Челны, 2007. http://kitap.net.ru/husainov/suzlek. php ; История России с древнейших времен... С. 89. Еремеев В.Е. Традиционная наука Китая. Краткая история и идеи http://sci- ence.rsuh.ru/ eremeev/china/i4i.htm Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 174. ПВЛ. С. 58. Винников А. 3. Славянские курганы лесостепного Дона. Воронеж, 1995. С. 79. Сухобоков О. В. Славяне Днепровского Левобережья (Ромейская культура и ее предшественники). Киев, 1975. С. 148; Седов В. В. Восточные славяне... С. 138. Данилевский И. Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX-XII ВВ.). м., 1999. С.36-37. Франклин С., Шепард Д. Начало Руси. 750-1200. СПб, 2000. С. 127. Петрухин В.Я., Раевский Д. С. Указ. соч. С. 274; Сухобоков О. В. Ранн! етапикуль- тури лпописних оверян (ще раз про пам’ятки волинцевського типу) //Восточ- ноевропйский археологический журнал. 2000. №3-4. http://archaeology.kiev. ua/journal/030500/sukhobokov. htm
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ III 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 Хазарско-еврейские документы X века. М., 2003. С. 67. Архипов А. А. Об одном древнем названии Киева //История русского языка в древнейший период. М., 1984. С. 224-240. Петрухин В. Я. Русь иХазария: к оценке исторических взаимосвязей //Хазары. Т. 16. Евреи и... С. 86-87. Хазарско-еврейские документы X века... С. 67. Петрухин В. Я. Русь и Хазария... С. 86-87. Житие Константина // Сказания о начале славянской письменности. М, 1981. С.77-78. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 335. Там же. С. 335. Прим. Артамонов М.И. Указ. соч. С. 400. Сухобоков О. В. Указ. соч. С. 17. Плетнева С. А. На славяно-хазарском пограничье. Дмитриевский археологиче- ский комплекс. М., 1989. С. 192-199. Ибн Фадлан. Указ. соч. С. 339. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 446. ПВЛ. С. 14. История России с древнейших времен... С. 54; Вернадский Г. В. Киевская Русь. Тверь —Москва, 2000. С. 159. Артамонов М. И. Указ. соч. С. 343-344. Там же. С. 357. Глава III. Киевская Русь Сборник документов по социально-экономической истории Византии... С. 83. ПВЛ. С. 2Ю. Седов В. В. Восточные славяне... С. 22, 29, 90; Третьяков П. В. По следам древних славянских племен... С. 132. Кирпичников А. Н. Древнерусское оружие. М.-Л., i960. Вып.1. С. 22; Вып.2. С. 6, 27, 39; Вып.3, С. 9. Симокатта Ф. История. М., 1957. С. 140. ПВЛ. С. 2п. См.: Нидерле Л. Славянские древности. М., 1956. С.416-417. Сборник документов по социально-экономической истории Византии... С. 82. Прокопий из Кесарии. Война с готами. М., 1950. С. 297. Розенфельт Р. Л. Керамика //Древняя Русь. Быт и культура. М., 1997. С. 24. Нидерле Л. Указ. соч. С. 244. Херрманн Й. Указ. соч. С. 81. Ляпушкин И. И. Славяне Восточной Европы накануне образования Древнерус- ского государства. Л., 1968. С. 143. 327
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 Седов В. В. Древнерусская народность: историко-археологическое иследование. М., 1999. С. по, 124, 128-131. ПВЛ. С. 209. Седов В. В. Указ. соч. С. 202-203; Седов В. В. Восточные славяне... С. 90-92. Шапиро А. Л. Проблемы социально-экономической истории Руси XIV-XVI вв. Л., 1977. С. 13-14. Прокопий из Кесарии. Указ. соч. С. 297-298.. Третьяков П. Н. Подсечное земледелие в Восточной Европе. Известия ГАИМК. T.XIV. Вып.1. Л., 1932. С.4; Петров В.П. Подсечное земледелие. Киев, 1968. С. 17-18; Окунев А. В. Роль подсечного земледелия в жизни северно-русского общинника во второй половине XIX—начале XX вв.//Материалы международ- ной научной конференции «Рябининские чтения-1995».. Петрозаводск, 1997 URL; http://kizhi.karelia.ru/specialist/ pub/library/ rjabininiggg/44.htm#boo5 Седов B.B. Сельские поселения центральных районов Смоленской земли (VIII—XV вв.) //Материалы и исследования по археологии СССР.i960. №92. С. 126; Древняя Русь. Город, замок, село... С. 102. Там же. С. 124; Горемыкина В. И. К проблеме истории докапиталистических обществ (на материалах Древней Руси). Минск, 1970. С. 27; История крестьян- ства Северо-Запада России. СПб., 1994, С. 13; Тимощук Б. А. Восточнославянская община VI-X вв. до н.э. М., 1990. С. 141. Б. Д. Греков, однако, считал «вервь» соседской общиной. Большинство специалистов сходятся во мнении, что пер- воначально кровнородственная община в дальнейшем превратилась в сосед- скую. См.: История крестьянства в Европе. Т. 1. М., 1985. С. 326. Прокопий из Кесарии. Указ. соч. С. 297 Новосельцев А. П. Восточные источники о восточных славянах и Руси VI-IXbb.//Древнерусское государство и его международное значение. М., 1965. С. 294-295. Вернадский Г. В. Киевская Русь... С. 120. Сухобоков О. В. Указ. соч. С. 95. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 121. Херрманн И. Указ. соч. С. 14. Данилевский И. Н. Указ. соч. С. 36-37. Терехова Н. Н., Розанова Л. С., Завьялов В. И., Толмачева М. М. Очерки по исто- рии древней железообработки в Восточной Европе. М., 1997. С. 205. Сухобоков О. В. Указ. соч. С. 85, 154. История России с древнейших времен... С. 59. Гуревич А. Я. Походы викингов... С. 18, 20, 28; Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 164. Гуревич А. Я. Указ. соч. С. 14, 18, 19, 24, 27. Июлей Э. Эпоха викингов и раннее Средневековье Швеции // Славяне и скан- динавы. М., 1986. С. 161-162; Херрманн Й. Указ. соч. С. 105. Фирке И. Суда викингов. Л., 1982. С. 26-30; Херрманн Й. Указ. соч. С. 95.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ III 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 Фирке И. Указ. соч. С. 52-60. Цит. по: Очерки истории СССР. III-IX вв. М., 1958. С. 783. Херрманн Й. Указ. соч. С. 98. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 37_39- Цит. по: Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 28. Цит. по: Стриннгольм А. Походы викингов. М, 2005. С. 33. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 48. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 35-36. Ловмянский X. Русь и норманны. М., 1985. С. 94; Стриннгольм А. Походы викин- гов... С. 119. Стриннгольм А. Указ. соч. С. 128, 135-136, 143. Колчин Б. А. Ремесло //Древняя Русь. Город, замок, село... С. 243-297. Кирпичников А. Н. Указ. соч. Вып. 1. С. 19-22, 46; Нюлен Э. Указ. соч. С. 156. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 39, 48. Цит. по: Херрманн Й. Указ. соч. С. 47-48. Херрманн Й. Указ. соч. С. 47-48. Хроника Быховца. М. 1966. С. 34-35. Хроника называет этих дворян «венеци- анцами», но, конечно, это были викинги —венецианцы никогда не плавали по Балтийскому морю. Херрманн Й. Указ. соч. С. по. Гензель В. Культура и искусство польского Поморья в эпоху раннего средневе- ковья // Славяне и скандинавы. М., 1986. С. 317; Седов В. В. Племена восточных славян, балты и эсты //Там же. С. 183. Херрманн Й. Указ. соч. С. 92, 97. Balanovsky О. and others. Op. cit. P. 236-250. Цит. по: Очерки истории СССР. III-IX вв. М., 1958. С. 783. Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. СПб, 2000. С. 25, 30. Там же. С. 38,189; Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 477; Кирпичников А. Н., Сабанов В. Д. Старая Ладога—древняя столица Руси. СПб., 1996. С. 69. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 461, 477. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 466, 477. Давидан О. И. К вопросу о контактах древней Ладоги со Скандинавией (по мате- риалам нижнего слоя Староладожского городища) // Скандинавский сборник. Вып. 16. Таллин, 1971. С. 134-144. Розанова Л. С., Терехова Н.Н. Кузнечные традиции на Северо-Востоке Руси. http://www.rostmuseum.ru/publication/historyCulture/2001/rozanovaoi.html Кирпичников А. И., Дубов И. В., Лебедев Г. С. Русь и варяги// Славяне и сканди- навы. М., 1986. С. 216-217; Мурашова В. Была ли Древняя Русь частью великой Швеции?//Родина. 1997. № 10. С. 8-п; Дубов И. В. Великий Волжский путь. Л., 1989. С. 103-126. Balanovsky О. and others. Op. cit. P. 236-250. 329
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 Лебедев Г. С. Указ. соч. С.181, 502-503; Мельникова Е.А., Петрухин В. Я. Назва- ние «русь» в этнокультурной истории Древнерусского государства (IX-X вв.) // Вопросы истории. 1989. № 8. С. 25. Сказания мусульманских писателей... С. 49-50. Херрманн Й. Указ. соч. С. 102. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 512. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 509. Новосельцев А. П. Восточные источники... С. 302-303. ПВЛ. С.208. Кирпичников А. И., Дубов И. В., Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 224-227; Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. С. 189. Лебедев Г. С. Указ. соч. С.41-42, 502. Рыбаков Б. А. Киевская Русь и русские княжества ХП-ХШ вв. М., 1982. С. 298-299; Свердлов М. Б. Становление феодализма в славянских странах. СПб, 1997. С. п6. Полное собрание русских летописей (далее —ПСРЛ). Т.П. М., 1962. Стб. 14. Томсен В. Начало русского государства. М., 1891. С. 92; Петрухин В. Я. Начало этнокультурной истории Руси IX-XI веков. М., 1995. С. 118-119. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 492; Кирпичников А. Н. «Сказание о призвании варя- гов». Анализ и возможные источники //Первые скандинавские чтения. СПб, 1997- С1°- Рыбаков Б. А. Рождение Руси. М., 2003. С. 62-63. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 412-413; Даркевич В.П. Происхождение и развитие городов древней Руси (Х-ХШ вв.) //Вопросы истории. 1994. №10. С.44; Рыд- зевская Е. А. Древняя Русь и Скандинавия IX-XIV вв. М., 1978. С. 143. Ловмянский X. Указ. соч. С. 94; Стриннгольм А. Указ. соч. С. 119. Тимощук Б. А. Указ. соч. С. 142. Нефедов В. С. Городища X века и начало «окняжения» Смоленского Подви- нья//История и археология. 1998. № 12. С.250-259 Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 513-515, 518; Свердлов М. Б. Указ. соч. С. пб. Клосс Б.М. Никоновский свод и русские летописи XVI-XVII веков. М., 1980. С. 187. ПВЛ. С. 216. Петрухин В. Я., Раевский Д. С. Указ. соч. С. 235; Фасмер М. Указ. соч. ПВЛ. С. 217. Цит. по: Древняя Русь в свете зарубежных источников. М. 1999. С. 290. ПВЛ. С. 220. ПВЛ. С. 222. ПВЛ. С. 225. Сказания мусульманских писателей о славянах и русских (с половины VII в. до концаХ века по Р.Х.). СПб. 1870. С. 131-134. 330
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ III 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 пвл. С. 230. ПВЛ. С. 34-35. Бартольд В. В. Арабские известия о русах// Бартольд В. В. Сочинения. Т. II. Ч. 1. М., 1963. С. 844. Скрынников Р. Г. История Российская. IX-XVII вв. М., 1997. С. 38-39; Артамо- нов М. И. Указ. соч. С. 426-427. ПВЛ. С. 246. Диакон Л. История. М., 1988. С. 81. См. также: Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. С. 192. Там же. С. 212. Артамонов М. И. Указ. соч. С.434, 439, 449-451. Плетнева С. А. Древности Черных Клобуков. М., 1973. С. 26-27; Плетнева С. А. Половцы. М., 1990. С. 23-25, 71-73. Фасмер М. Указ. соч. ФрояновИ.Я. Киевская Русь. Очерки социально-политической истории. Л., 1980. С. 91. ПВЛ. С. 143. Ключевский В. О. Курс русской истории. Т. I. М., 1937. С. 164. ПВЛ. С. 254. Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. С. 295-296. Фроянов И. Я. Указ. соч. С. 67. Соловьев А. Великая, Малая и Белая Русь // Вопросы истории. 1947. № 7. С. 25. Фроянов И. Я. Указ. соч. С. 87-88. Ключевский В. О. Указ. соч. С. 198. Правда русская. T.I. Тексты. М.—Л., 1940. С. 379; Византийская книга эпарха. М., 1962. С. 244. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. II. М., 1988. С. 16. Базилевич К. В. Из истории морских походов в VII-XII вв. http://www.xlegio. ru/ pubs/ russian_fleet/bysanteum_wars. htm ПВЛ. C. 220. Сорокин П. E. Судостроительная традиция северо-западной Руси в Средневеко- вье //Новгород и Новгородская земля. История и археология. 1993. №7. С. 122 Сорокин П.Е. О некоторых тактических приемах борьбы на воде в древней Руси http:// www.velizariy.kiev.ua/avallon/sea_war/rusi.htm Кирпичников А. И. Древнерусское оружие... Вып.1. С. 41; Вып.3. С. 12, 31. Терехова Н. Н. и др. Указ. соч. С. 267, 291-293. Новосельцев А. П. Восточные источники... С. 302-303. Кирпичников А. И., Дубов И. В., Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 194, 227. Лебедев Г. С. Указ. соч. С.476; Томсен В. Указ. соч. С.47; Арбман X. Викинги. СПб, 2003. С. 167. Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. С. 233. ЗЗ1
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 Петрухин. В. Я. Славяне, варяги и хазары на юге Руси. К проблеме формиро- вания территории древнерусского государства, http://norse.ulver.com/arti- cles/petruhin/slavs. html; Седов В. В. Восточные славяне... С. 253. История России с древнейших времен... С. 139, 142. Покровский М. Н. Русская история с древнейших времен // Покровский М. Н. Избранные произведения. Kh.i. М., 1966. С. 143-145. Ключевский В. О. Указ. соч. С. 163. ПВЛ. С. 18. Фроянов И. Я. Указ. соч. С. 227. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 115. Фроянов И. Я. Древняя Русь. Опыт исследования истории социальной и поли- тической борьбы. М. —СПб., 1995. С. 87; Юшков С. В. Очерки по истории фео- дализма в Киевской Руси. М., 1939. С. 193. ПВЛ. С. 214. Петрухин В.Я., Раевский Д. С. Указ. соч. С. 251; Рыбаков Б. А. Культура средневе- кового Новгорода // Славяне и скандинавы. М., 1986. С. 299, 304. Новосельцев А. П. Восточные источники... С. 302-303. Константин Багрянородный. Об управлении империей. М., 1989. С. 50-51. Рыбаков Б. А. Начальные века русской истории //История России. Т. 1. М., 1995. С. 115. Вернадский Г. В. Киевская Русь... С. 38. Рыбаков Б. А. Начальные века... С. 115. Ключевский В. О. Указ. соч. Т. I. С. 282. Там же. С. 152. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 355-356, 255. Голубинский Е. Е. История русской церкви. Ч. 1. Первая половина тома. М., 1901. С. 146-147. Юшков С. В. Русская правда. М., 1950. С. 204; Романов Б. А. Деньги и денежное обращение //История культуры Древней Руси. Т. 1. М.—Л., 1948. С. 372. Каменцева Е. И., Устюгов Н. В. Русская метрология. М., 1965. С. 60-61. Там же. С. 386; Янин В. Л. Денежно-весовые системы... С. 147. Истахри. Цит. по: Мец. А. Мусульманский ренессанс. М. 1966. С. 137. А. Мец отме- чает, что тюрчанки и негритянки стоили гораздо меньше. Рыбаков Б. А. Торговля и торговые пути //История культуры Древней Руси. Т. 1. М.—Л., 1948. С. 381; Херрманн Й. Указ. соч. С. 82; Г. В. Вернадский попытал- ся оценить объем русской торговли и пришел к выводу, что она намного пре- восходила объем западноевропейской торговли того времени. См.: Вернад- ский Г. В. Указ. соч. С. 38-39. Ashtor Е. A Social and Economic History of the Near East in the Middle Ages. Lon- don, 1976. P. 175. Ибн Фадлан. Книга Ахмеда ибн Фадлана //Кестлер А. Тринадцатое колено... 332
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ III 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 Рыбаков Б. А. Начальные века... С. 115. Янин В. Л. Денежно-весовые системы... С. 130,172; Херрманн Й. Указ. соч. С. 63; Каменцева Е. И., Устюгов Н. В. Русская метрология... С. 6о. ПВЛ. С. 233. Лебедев Г. С. Эпоха викингов в Северной Европе. Историко-археологические очерки. Л., 1985. С. 145; Рыбаков Б. А. Торговля и торговые пути... С.321. Херрманн Й. Указ соч. С. по; Кулишер И. М. История русского народного хозяй- ства. Т. 1. М., 1925. С.40; Мец.А. Указ соч. С. 138. Фасмер М. Указ, соч.; Гимбутас М. Славяне... С. 164. Греков Б. Д. Крестьяне на Руси. М., 1946. С. 17. Существуют и другие точки зрения на содержание термина «смерд». Их обзор и критику см.: История крестьян- ства в Европе. Т. 1... С. 334-335. Греков Б.Д. Указ. соч. С. 192; История крестьянства Северо-Запада России.... С. 33; Ключевский В. О. Указ. соч. Т. I. С. 284. Русская правда. Пространная редакция //Правда русская. М.—Л, 1940-1947. Т. I-П. Ст. 5. Указание на существование суда: там же. Ст. 78. Юшков С. В. Русская правда... С. 204. Рыбаков Б. А. Киевская Русь... С.437. Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов (далее —НПЛ). М.-Л., 1950. С. 175. См., например: Черепнин Л. В. Из истории формирования феодально-зависи- мого крестьянства на Руси //Исторические записки. 1956. Т. 56. С. 246. Полюдье —всемирно-историческое явление/ред. Ю. М. Кобищанов. М., 2009. с. 195- ПВЛ. С. 240. История крестьянства в Европе. Т. 1... С. 328; История России с древнейших вре- мен... С.73; ПВЛ. С. 240-241. ПВЛ. С. 244, 256. Янин В. Л. К проблеме государственной собственности в средневековом Новго- роде // Общее и особенное в развитии феодализма в России и Молдавии. Про- блемы феодальной государственной собственности и государственной эксплуа- тации (ранний и развитой феодализм). М., 1988. С. 8. Свердлов М. Б. Из истории системы налогообложения в Древней Руси//Восточ- ная Европа в древности и средневековье. М., 1978. С. 148, 151. Алексеев Л. В. Смоленская земля в IX-XIII веках. Очерки истории Смоленщины и Восточной Белоруссии. М., 1980. С.ю8. Янин В. Л. Денежно-весовые системы... С.133. Толочко П. П. Древнерусский феодальный город. Киев, 1989. С. 201-202. Каждан А. П. Деревня и город в Византии. IX-X вв. М., i960. С. 146; Литаврин Г. Г. Византийское общество и государство в X-XI веках. М., 1977. С. 205. 333
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 Правда русская. Т. I... С. 379; Византийская книга эпарха... С. 244. Одна гривна серебра равнялась 4 меховым «гривнам кун». Большаков О. Г. Указ. соч. Т. II. М., 1993. С. 144. История крестьянства в Европе. Т. 1... С. 328. Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 174. Седов В. В. Восточные славяне... С. 90-92. Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси. М., 1948. С. 165-166. Кирпичников А. Н., Сабанов В. Д. Указ. соч. С. 80-82. Рыбаков Б. А. Культура средневекового Новгорода... С. 299. Кирпичников А. Н., Дубов И. В., Лебедев Г. С. Указ. соч. С. 226-227. Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. М., 1981. С. 418;. Шахматов А. А. Разыскания о древнейших русских летописных сводах. СПб, 1908. С. 324. Томсен В. Указ. соч. С. 968. Кирпичников А. Н. Древнерусское оружие... Вып. 2. С. 15; Вып. 3. С. 19, 37, 57, 75. Фроянов И. Я. Древняя Русь... С. 85-88. ПВЛ. М.—Л. 1950. Ч. 2. С.462; Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 73. Толочко П.П. Киев —соперник Константинополя //Южная Русь и Византия. Киев, 1991, С. 8. Илларион. Слово о законе и благодати. М., 1994. С. 75; ПВЛ. С. 66. Литаврин Г. Г. Византия, Больгария, Древняя Русь (IX —начало XII вв.). СПб, 2ооо. С. 327. Покровский М. Н. Указ. соч. С. 150. ПВЛ. С. 86-87. Ключевский В. О. Указ. соч. С. 210-214, 226; Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 94. Левченко М. В. Очерки по истории русско-византийских отношений. М., 1956. С. 450. Цит. по: Фроянов И. Я. Киевская Русь. Очерки социально-экономической исто- рии... С. 153. Петрухин В. Я. Древняя Русь... С. 322-323. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 370-371. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 301-302, 306-308, 317-318. Shilbach Е. Byzantinische metrologie. Munchen. 1970. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 321. Раппопорт П.А. Строительное производство Древней Руси (Х-ХШ вв.). СПб.: Наука, 1994. С. 19-20, 40, 47; Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси... С. 397-398. Недерле Л. Указ. соч. С. 262-263. Сабурова М. А. Реконструкция древнерусской одежды // Древняя Русь. Быт и культура. М., 1997- С. 106-109; Костюм Киевской и Северо-Восточной Руси X-XIV веков http://amnesia, pavelbers.com /kievskaja% 2orus. him 334
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ III 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 Коваль В. Ю. Керамика Востока на Руси в XIII веке //Русь в XIII веке. Древно- сти темного времени. М., 2003. С. 363. Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. С. 252-253. ПВЛ. С. 282. ПВЛ. С. 254. Тихомиров М. Н. Пособие для изучения Русской правды. М., 1953. С. 75. См.: Нефедов С. А. Факторный анализ... С.421. Фроянов И. Я. Древняя Русь... С. 97, 105. Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. С. 295-296. Комар А. В., Сухобоков О. В. Вооружение и военное дело Хазарского каганата// Восточноевропейский археологический журнал. 2000. № 2. http://archaeology. kiev.ua/journal/o2o3oo/komar_sukhobokov. htm; Амброз А. К. Восточноевро- пейские и среднеазиатские степи V—первой половины VII в. // Степи Евразии в эпоху Средневековья. М., 1981. С. 15; Плетнева С. А. Салтово-маяцкая культу- ра//Там же. С. 70. Черноусов П. И., Мапельман В. М., Голубев О. В. Металлургия железа в истории цивилизации. М., 2006. С. 112, 191. Фейербах А. Дамасская сталь родом из Мерва //Нейтральный Туркменистан. 8 июля 2002 г. Плетнева С. А. Печенеги, торки, половцы // Степи Евразии в эпоху Средневе- ковья. М., 1981. С. 215. Комар А. В., Сухобоков О. В. Указ. соч. Там же. Мирхонд. Сад чистоты //Материалы по истории туркмен и Туркмении. Т. 1. М.: Институт Востоковедения, 1939. С.460. Будаев Н.М. Западные тюрки в странах Востока. Нальчик, 2002 http://buday. narod.ru/gl5.htm Гафуров Б. Г. Указ. соч. С. 346-347. ПВЛ. С. 334. Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. С. 392; Якобсон А. Л. Крым в Средние века. М., 1973. С. 8о. ПВЛ. С. 348. ПВЛ. С. 141. ПВЛ. С. 343. Киево-Печерский патерик//Изборник. Повести Древней Руси. М., 1986. С. 125. Там же. С. 128-129. ПВЛ. С.385. Колода В. В. К вопросу о наследии Хазарского каганата и его роли в истории славян //Хазары. Т. 16. Евреи и... С. 344. Кирпичников А. Н. Древнерусское оружие... Вып. 2. С. 67, 73. 335
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 ФрояновИ.Я. Киевская Русь. Очерки социально-политической истории... С.196. Рыбаков Б. А. Начальные века русской истории //История России. Т. i. М., 1995. С.321-322. Соловьев С. М. Сочинения. Кн.Г.М., 1988. С.403. Там же. См.: Фроянов И. Я. Киевская Русь. Очерки социально-политической истории... С. 228; Тихомиров М. Н. Указ. соч. С. 200. Лебедев Г. С. Эпоха викингов... С. 495. Петрухин В.Я. Древняя Русь: народ, князья, религия //Из истории русской культуры. Т. 1. М., 2ооо. С. 343. НПЛ. С. 104. Седов В. В. Указ. соч. С. 24. Толочко П. П. Древнерусский феодальный город. Киев, 1989. С. 193. Куза А. В. Неукрепленные поселения // Древняя Русь. Город, замок, село. М., 1985. С.101; Юшко А. А. Московская земля IX-XIV веков. М., 1991. С. 19, 36; Фех- нерМ.В. Заключение (деревня северо-западной и северо-восточной Руси Х-ХШ вв. по археологическим данным) // Очерки истории русской деревни Х-ХШ вв. М., 1967. С. 277. Цит. по: Кулишер И.М. Указ. соч. С. 46. Толочко П. П. Указ. соч. С. 201-202. История крестьянства России с древнейших времен до 1917 г. Т. 3. М., 1993. С. 18. Тимощук Б. А. Указ. соч. С. 142; Седов В. В. Указ. соч. С. 24, 126; Кирьянов А. А. История земледелия Новгородской земли X-XV вв. (по археологическим мате- риалам) //Материалы и исследования по археологии СССР. 1959. №65. С.362; История крестьянства Северо-Запада России... С. 13, 23-24; Мавродин В. В. Очерки истории СССР. Древнерусское государство. М., 1956. С. 41, 44-45; Исто- рия крестьянства в Европе. Т. 1... С. 326-327; Древняя Русь... С. 102. Тимощук Б. А. Указ. соч. С. 125; История крестьянства Северо-Запада России... С. 13. 33- Тимощук Б. А. Указ. соч. С. 125-130. Черепнин Л. В. Указ. соч. С. 243. Там же. С. 252. История крестьянства в Европе. Т. 1... С. 331-335. Черепнин Л. В. Указ. соч. С. 238. Кулишер И. М. Указ. соч. С. 73. ПСРЛ. Т.Г.Стб. 334. Седов В. В. Указ. соч. С. 126; Фехнер М. В. Указ. соч. С. 278; Фроянов И. Я. Киев- ская Русь. Очерки социально-экономической истории... С. 99. Куза А. В. Социально-историческая типология древнерусских городов Х-ХШ вв.//Русский город. М., 1983. С. 22, 23.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ III 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 Куза А. В. Древнерусские города // Древняя Русь. Город, замок, село. М., 1985. С. 53-56, 6о. Miller D. Monumental Building as Indicator of Economic Trends in Northern Rus’ in the Later Kievan and Mongol Periods, 1138-1462 // American Historical Review. 1989. Vol. 9. № 2. P 366-368. Куза А. В. Древнерусские города... С. 65. История Европы. Т. 2. М., 1992. С. 207. Крупнейший город Западной Европы того времени, Пиза, в 1233 году насчитывал 44 тысячи жителей. См.: История Ита- лии. Т. 1. М., 1970. С. 208. Цит. по: Ключевский В. О. Указ. соч. С. 170. Толочко П. П. Указ. соч. С. 191, 196. Там же. С. 97; Свердлов М. Б. Генезис и структура феодального общества в Древ- ней Руси. Л., 1983. С. 204; Рапов О. М. Княжеские владения на Руси в X—первой половине XIII в. М., 1977. С. 122, 129, 188; Ключевский В. О. Указ. соч. С. 196. Свердлов М. Б. Указ. соч. С. 204. ПВЛ. С. 296, 351. Рыбаков Б. А. Киевская Русь... С.436. Изюмова С. А. К истории кожевенного и сапожного ремесел Новгорода Вели- кого //Материалы и исследования по археологии СССР. 1959. № 65. С. 197. Хорошкевич А. П. Изменение формы государственной эксплуатации на Руси в середине XIII века // Общее и особенное в развитии феодализма в России и Молдавии. Проблемы феодальной государственной собственности и госу- дарственной эксплуатации (ранний и развитой феодализм). М., 1988. С. 157. Лукин П. В. О социальном составе новгородского вече XII-XIII вв. по летопис- ным данным // Древнейшие государства Восточной Европы. 2004. М., 2006. С.209. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 210, 218; Покровский М. Н. Указ. соч. С. 175. Фасмер М. Указ. соч. Фроянов И.Я. Киевская Русь. Очерки социально-политической истории... С. 87-88. История крестьянства Северо-Запада России.... С.41. Цит. по: Ключевский В. О. Указ. соч. С. 291. Романов Б. А. Указ. соч. С. 374. Литаврин Г. Г. Как жили византийцы. М., 1974. С. 22. Зоценко В.Н. Византийская монета в Среднем Поднепровье //Южная Русь и Византия. Киев, 1991. С. 66. Покровский М. Н. Указ. соч. С. 169. ПСРЛ. Т. I.M., 1997- С. 361. См. также: Рыбаков Б. А. Торговля и торговые пути... С. 321. нпл. С. 33. ПСРЛ. Т.П. С.301. 337
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 Плетнева С. А. Половцы... С.ю8. Соловьев С.М. Сочинения. Kh.I.M., 1988. С.488, 500; Франклин С., Шепард Д. Указ. соч. С. 490. Плетнева С. А. Указ. соч. С. 134. Тизенгаузен В. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I. СПб, 1884. С. 26. Рыбаков Б. А. Торговля и торговые пути... С. 322. Греков Б. Д., Якубовский А. Ю. Золотая Орда и ее падение. М., 1950. С. 22-23. «Слова» Серапиона Владимирского //Памятники литературы Древней Руси. XIII век. М., 1981. С.455. Miller D. Op. cit. Р. 366-368. Рапов О. М. Указ. соч. С. 242. Петрухин В. Я. Древняя Русь... С. 214. Цит. по: Соловьев С. М. Указ. соч. С. 664. Miller D. Op. cit. Р. 366-368. История Византии. Т.П. М., 1967. С.302; Соловьев С.М. Указ. соч. С.449. Петрухин В. Я. Древняя Русь... С. 214, 218. Там же. С. 222. Там же. Там же. С. 214. Рыбаков Б. А. Начальные века русской истории... С. 332-334. ПСРЛ. Т.П. С.п8 Соловьев С. М. Указ. соч. С. 535-538. Юшков С. В. Русская правда... С. 204. Правда русская. Ч. 1... С. 377_3?8- Относительно датировки приводимых цен см.: Юшков С. В. Русская правда... С. 135. Правда русская. Ч. 1... С. 380. В конце XIX—начале XX века поденная плата относилась к плате за лето, как 1: 60, а оплата мужчин была в полтора раза выше оплаты женщин. См.: Коваль- ченко И.Д., Милов Л. В. Всероссийский аграрный рынок. XVIII —начало XX века. М., 1974. С. 324; Струмилин С. Г. Проблемы экономики труда. М., 1982. С.252. Юшков С. В. Русская правда... С. 135. Цит. по: Подвигина Н. Л. Очерки социально-экономической и политической истории Новгорода Великого в XII-XIII вв. М., 1976. С. 62. Пашуто В. Т. Голодные годы в Древней Руси //Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 1962 г. Минск, 1964. С. 65. НПЛ. С. 33. НПЛ. С. 39. Арциховский А. В., Тихомиров М. Н. Новгородские грамоты на бересте (из рас- копок 1951 г.). М., 1953. С. 39; Подвигина Н. Л. Указ. соч. С. 62. 33»
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ IV 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 1 2 3 4 5 6 Куза А. В. Древнерусские города //Древняя Русь. Город... С. 56, 65; Куза А. В. Важ- нейшие города Руси //Древняя Русь. Город... С. 84. Конецкий В. Я. К истории сельского расселения и хозяйства в долине реки Ловать в эпоху средневековья //Новгород и новгородская земля. Новгород, 1992. С.42. Там же; Шапиро А. Л. Указ. соч. С. 66. Кочин Г. Е. Сельское хозяйство на Руси в период образования русского центра- лизованного государства. М., 1965. С. 87. НПЛ. С. 51. НПЛ. С. 54. Псковские летописи. Вып.1. М., 1941. С. и. НПЛ. С. 67-68; Фроянов И. Я. Древняя Русь... С. 455-464. НПЛ. С. 69. НПЛ. С. 70-71; Соловьев С.М. Сочинения. Кн. II. М., 1963. С. 542. Цит. по: Пашуто В. Т. Указ. соч. С. 70. Пашуто В. Т. Указ. соч. С. 70 Коновалов А. А. Периодизация новгородских берестяных грамот и эволю- ция их содержания // Советская археология. 1966. №2. С. 62; Изюмова С. А. Указ. соч. С. 197. Miller D. Op. cit. Р. 366, 367, 373. Куза А. В. Неукрепленные поселения... С.юо. Юшко А. А. Указ. соч. С. 19; История крестьянства в Европе. Т. 2... С. 252; Петру- шевский И.П. Земледелие и аграрные отношения в Иране. М., i960. С. 38. Плано Карпини, Джованни дель. История Монгалов//Путешествие в восточ- ные страны Плано Карпини и Рубрука. М., 1957. С. 46-47. Глава IV. Русские княжества в составе Золотой орды Воробьев М.В. Чжурчжени и государство Цзинь (X в. —1234 г.). М., 1975. С. 126, 196, 198; Кычанов Е.И. Чжурчжени в XI веке // Сибирский археологический сборник. Новосибирск, 1966. С. 277-278; Мэн-да бэй-лу («Полное описание мон- голо-татар»). М., 1975. С.72. Козин С. А. Сокровенное сказание. Т.I.М.—Л. 1941. С. 179. Ларичев В. Е., ТюминаЛ.В. Военное дело у киданей (по сведениям из «Ляоши») //Сибирь, Центральная и Восточная Азия в Средние века. Ново- сибирск, 1975. С. 112; Кычанов Е.И. Жизнь Темучжина, думавшего покорить мир. М., 1973. С. 81. Плано Карпини, Джованни дель. Указ. соч. С. 50-53, 62. См.: Нефедов С. А. Факторный анализ... С.483-486. Савинов Д. Г. Новые материалы по истории сложного лука и некоторые вопро- сы его эволюции в Южной Сибири //Военное дело древних племен Сибири 339
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 и Центральной Азии. Новосибирск, 1981. С. 155, 161; Худяков Ю.С. Эволюция сложносоставного лука у кочевников Центральной Азии // Военное дело насе- ления юга Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 1993. С. 121, 140, 142. Немеров В. Ф. Воинское снаряжение и оружие монгольского воина XIII—XIV вв. // Советская археология. 1987. №2. С. 214-215; Макьюэн Э., Мил- лер, Бергман А. Конструкция и изготовление древних луков //В мире науки (Scientific American). 1991. №8. С.46; Chambers J. The Devil’s Horsemen: The Mongol Invasion of Europe. N.Y. 1974. P-55_57- Мэн-да бэй лу... С. 7; Кычанов Е.И. Чжурчжени в XI в... С. 277; Шавкунов В.Э. К вопросу о луке чжурчженей // Военное дело древнего населения Северной Азии. Новосибирск, 1987. С. 200. Martin Н. D. The Rise of Chigis Khan and His Conquest of North China. Baltimore, 1950. P. 195. Chambers J. Op.cit. P. 57. Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие (лук, стрелы и самострел) VIII—XIV вв.//Археология СССР. Свод археологических источников.. М. 1968. С. 34; Szabo С. A Brief Historical Overview of Hungarian Archery http://www.atam. org/magyar/magyar_i.htm. Paterson W. F. The Archers of Islam //Journal of the Economic and Social History of the Orient. 1966. Vol. 9. P. 83. Худяков Ю.С. Вооружение кочевников Южной Сибири и Центральной Азии в эпоху развитого средневековья. Новосибирск, 1997. С. 124; Chambers J. Op. cit. Р. 57. Медведев А. Ф. Татаро-монгольские наконечники стрел в Восточной Европе// Советская археология, 1966. №2. С.55; Киселев Г.В., МерпертН.Я. Желез- ные и чугунные изделия из Кара-Корума // Древнемонгольские города. М., 1965. С. 192-93; Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие... С. 52, 73, 75; Худя- ков Ю.С. Вооружение центрально-азиатских кочевников в эпоху раннего и развитого средневековья. Новосибирск, 1991. С. 122-123. Chambers J. Op.cit. Р. 55-57. Paterson W. F. Op. cit. P. 83. Пастухов Н.П., Плотников C.E. Рассказы о стрелковом оружии. М., 1983. С. 7-8. Матфей Парижский. Великая Хроника //Русский разлив. Арабески истории. Мир Льва Гумилева. М., 1997. С. 268-288. Плано Карпини, Джованни дель. Указ. соч. С. 36. Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие... С. 14, 31, 32. Ермолов Л. Б. Сложносоставной монгольский лук// Сборник музея антрополо- гии и этнографии. 1987. Вып. XLI. С. 153,154; Маркевич В. Е. Ручное огнестрель- ное оружие. СПб. 1994. С. 22. Могильников В. А. Памятники кочевников Сибири и Средней Азии XIII—XIV вв.//Степи Евразии в эпоху Средневековья. М., 1981. С. 196. 340
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ IV 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 Худяков Ю. С. Вооружение центрально-азиатских кочевников... С. 147,148; Горе- лик М.В. Ранний монгольский доспех (IX —первая половина XIV в.) // Архео- логия, этнография и антропология Монголии. Новосибирск, 1987. С. 169. Ostrowski D. Muscovy and the Mongols. Cambridge (Mass.), 1998. P. 51. Худяков Ю. С. Вооружение центрально-азиатских кочевников... С. 154. Рашид-ад-дин. Сборник летописей. Т. III. М.—Л., 1946. С. 301-302. Крадин Н.Н., Скрынникова Т.Д. Империя Чингисхана. М., 2006. С. 507. Мэн-да бэй-лу... С. 38, 52, 73, 125. Насонов А. Н. Монголы и Русь. М.—Л. 1940. С. и; Мэн-да бэй-лу... С. 38; Бар- тольд В. В. Сочинения. Т. V. М., 1968. С. 162, 167; Тихонов Д. И. Хозяйство и об- щественный строй уйгурского государства X-XIV вв. М.—Л., 1966. С. 103-105; Дмитриев В.З. Хырз. http://www.enc.cap.ru Мункуев Н. Ц. Китайский источник о первых монгольских ханах. М., 1965. С.44, 48; Чулуны Далай. Монголия в XIII-XIV веках. М., 1983, С. по; Петрушев- ский Н.П. Земледелие и аграрные отношения в Иране XIII-XIV веков. М.-Л., i960. С. 360; Воробьев М.В. Чжурчжени и государство Цзинь... С. 258-259; Мэн-да бэй-лу... С. 30. Прим. 40; Schurmann Н. F. Mongolian Tributary Prac- tice of the Thirteenth Century // Harvard Journal of Asiatic Studies. 1956. Vol. 19. P-367-370- Бартольд В. В. Туркестан в эпоху монгольского нашествия //Бартольд В. В. Сочинения. Т. I. М., 1963. С. 536. Мункуев Н. Ц. Указ. соч. С. 40, 55, 58,194; Рашид-ад-дин. Сборник летописей. Т. II. М.—Л., 1946. С.36. Прим. 98; Schurmann H.F. Op.cit. Р.366. Schurmann Н. Е Op. cit. Р. 316, 330. Цит. по: Насонов А. Н. Указ. соч. С. 14; Юань Ши //Храпачевский Р. П. Военная держава Чингисхана. М., 2004. С. 488-489. Мункуев Н. Ц. Указ. соч. С. 6о. Нефедов С. А. Факторный анализ... С. 573. Кызласов Л. Р. Клад земледельческих орудий с надписями XIII века на верхнем Енисее //Древности Алтая. Вып. 8 http://gasu.asu.ru/izdgagu/dr_alt/п8/sti2. html; Ефимова А. Л. Черная металлургия города Болгара //Материалы и иссле- дования по археологии СССР. М., 1958. Т. 61, С. 306, 308; Рязанов С. В. Чугуноли- тейное ремесло в городах Золотой Орды. Уфа, 1997. С. 3, 33. Фасмер М. Указ. соч. Кызласов Л. Р. Указ, соч.; Семыкин Ю. А. Черная металлургия и металлообработ- ка на Болгарском городище //Город Булгар. Ремесло металлургов, кузнецов, литейщиков. Казань, 1996. С. 103-104; Арендт В. Где и когда был изобретен порох //Искры науки. 1928. №12. С.453; Школяр С. А. Китайская доогнестрельная артиллерия (материалы и исследо- вания). М., 1980. С. 161, 162, 178; Недашковский Л. Ф. Золотоордынский город Увек и его округа. М., 2000. С. 76. 341
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 Западноевропейские и центральноазиатские материалы IX-XVII веков в таеж- ных районах Сибири http://newasp.omskreg.ru/hist/material/alex19.htm Кызласов Л. Р. Указ. соч. Краснов Ю. А. Древние и средневековые пахотные орудия Восточной Европы. М., 1987. С. 129,144-145. Крюков М. В., Малявин В. В., Сафронов Н. В. Китайский этнос в средние века (VII—XIII вв.). М., 1984. С.29. Рис.1. Халиков Н. А. Земледелие татар Среднего Поволжья и Приуралья XIX—начала XX в. М., 1981. Рис. 8.1; 9.2; 12.2. Егоров В. Л. Жилище Нового Сарая (по материалам исследований 1959- 1965 гг.) // Поволжье в средние века. М., 1970. С. 187-188; Воробьев М. В. Древ- няя Корея. М., 1961. С. 23; Крюков М. В., Малявин В. В., Сафронов Н. В. Указ. соч. С. 134-135; Федоров-Давыдов Г. А. Золотоордынские города Поволжья. М., 1994. С. 74-76. Немеров В. Ф. Указ. соч. С. 223; Хара-Даван Э. Чингис-хан. Элиста, 1991. С. 54, 70, 187; Фасмер М. Указ. соч. Татары Среднего Поволжья и Приуралья. М., 1967. С. 151; Мэн-да бэй-лу... С. 75. Забелин И. Е. Домашний быт русских цариц в XVI и XVII веках. Новосибирск, 1992. С. 172. Федоров-Давыдов Г. А. Золотоордынские города... С. 135. Там же. С. 78; Коваль В. Ю. Указ. соч. С. 370. Schurmann H.F. Op.cit. Р. 310, 334; Smith J.M. Mongol and Nomadic Taxation // Harvard Journal of Asiatic Studies. 1970. Vol. 30. P. 48-49; Греков Б.Д., Якубов- ский А. Ю. Золотая Орда... С. 55, in. Там же, С. in, 114; Березин И.Н. Очерк внутреннего устройства улуса Джучи- дов//Русское археологическое общество. Восточное отделение. Труды. 1864. Т. 8. С. 471; Худяков М. Г. Указ. соч. С. 690, 692. Су Фэнлинь. История культурных отношений Китая с Россией до середины XIX в.//Восток-Запад. Историко-культурный альманах. 2000. С. 61. Фахрутдинов Р. Г. История татарского народа и Татарстана. (Древность и сред- невековье). Казань, 1995. http://www.tataroved.ru/obrazovanie/textbooks/1/ Березин И.Н. Указ. соч. С.457; Федоров-Давыдов Г. А. Общественный строй Золо- той Орды. М., 1973. С. 92, 94,123; Греков Б. Д., Якубовский А. Ю. Указ. соч. С. 129; Ху- дяков М. Г. Указ. соч. С. 686-687; Бартольд В. В. Указ. соч. С. 139; Сафаргалиев М.Г. Распад Золотой Орды //На стыке континентов и цивилизаций. М., 1996. С. 320,329; Коллекция золотоордынских документов XIV века из Венеции. СПб., 2002. С. 26. Исхаков Д. М., Измайлов И. Л. Этнополитическая история татар в XI —первой четверти XV в. Казань, 2000. С. 72. Очерки истории СССР. Период феодализма IX-XV вв. Ч. 2. М., 1953. С.419. Тизенгаузен В. Г. Указ. соч. Т. II. С. 16. Сафаргалиев М. Г. Распад Золотой Орды... С. 320, 329; Егоров В. Л. Золотая 342
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ IV 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 Орда: мифы и реальность. М., 1990. С. 55; Федоров-Давыдов Г. А. Обществен- ный строй Золотой Орды... С. 54, 65. Тизенгаузен В. Г. Указ. соч. Т. I. С. 236. Цит. по: Сафаргалиев М. Г. Указ. соч. С. 364. УМ. Г. Сафар галиева допущена ошиб- ка при переводе динаров в рубли. Тизенгаузен В. Г. Указ. соч. Т. 1. С. 280. Коллекция золотоордынских документов... С. 177. Соловьев С. М. Указ. соч. С. 272. См. Каргалов В. В. Внешнеполитические факторы развития феодальной Руси. Феодальная Русь и кочевники. М., 1967. С. 200. Полубояринова М.Д. Русские люди в Золотой Орде. М., 1978. С. 39. Байкова Н. Б. Роль Средней Азии в русско-индийских торговых связях. Ташкент, 1964. С. 36. Тизенгаузен В. Г. Указ. соч. Т. 1. С. 180. Петрушевский И.П. Земледелие и аграрные отношения в Иране. М., i960. Нефедов С. А. Факторный анализ... С. 507-510; 534, 549. Федоров-Давыдов Г. А. Общественный строй Золотой Орды... С. 104-107. Егоров В. Л. Указ. соч. С. 52. Цит. по: Греков Б. Д., Якубовский А. Указ. соч. С. 129. Греков Б.Д., Якубовский А. Указ. соч. С. 105; Егоров В. Л. Золотая Орда перед Куликовской битвой //Куликовская битва. М., 1980. С. 176. Егоров В. Л. Указ. соч. С. 54. Федоров-Давыдов Г. А. Указ. соч. С. 83. Халиков А.Х. Монголы, татары, Золотая Орда и Булгария. Казань, 1994. С. 148. Егоров В. Л. Историческая география Золотой Орды в XIII-XIV вв. М, 1985. С. 77; Исхаков Д.М., Измайлов И. Л. Указ. соч. С. 74. Халиков А.X. Монголы, татары... С.юо, 146, 156. Кульпин Э. С. Золотая Орда. Проблемы генезиса Российского государства. М., 2006. С. 82-84. Цит. по: Греков Б. Д., Якубовский А. Указ. соч. С. 117. ПСРЛ. TV. С. 225. Тизенгаузен В. Г. Указ. соч. Т. 1. С. 530. Сафаргалиев М. Г. Указ. соч. С. 372. Кульпин Э. С. Золотая Орда... С. 94. Фарзалиев Ш. Ф. О суйюргале в XV-XVI вв. (по «Ахсан ат-таварих» Хасан-бека Румлу) // Формы феодальной собственности и владения на Ближнем и Сред- нем Востоке. М., 1979. С. 141-145. Федоров-Давыдов Г. А. Указ. соч. С. 136. Сафаргалиев М. Г. Указ. соч. С. 371-372. Там же. С. 376. ФеннелДж. Кризис средневековой Руси. 1200-1304. М., 1989. С. 146-148. 343
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 Соловьев С. М. Указ. соч. С. 159-160. ПСРЛ. Т.Х.С.145. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 226. Пресняков А. Е. Образование великорусского государства. Пг., 1918. С. 58, 65. Каргалов В. В. Указ. соч. С. 166. Там же. С. 186. Там же. С. 170, 186; Насонов А. И. Указ. соч. С. 72. Алексеев Ю.Г. У кормила Российского государства. СПб., 1998. С. 126. Каргалов В. В. Указ. соч. С. 186; Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 226; Соловьев С. М. Указ. соч. С. 489. Насонов А. И. Указ. соч. С. 66. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 352-353, 380; Сахаров А. М. Города Северо-Восточ- ной Руси. М., 1949. С. 223. Макаров Н. А. Русь в XIII веке: характер культурных изменений //Русь в XIII веке. Древности темного времени. М., 2003. С. 5, 8; Коваль Ю. В. Указ. соч. С. 363; Рыбаков Б. А. Ремесло Древней Руси... С. 535-536. Там же. С. 662, 664, 672-673. Там же. С. 670; Раппопорт П. А. Архитектура //Древняя Русь. Город... С. 166. Цит. по: Ключевский В. О. Указ. соч. Т.П. М., 1937. С.45. Насонов А. И. Указ. соч. С. 79. Там же. С. 65. Полубояринова М. Д. Русские люди в Золотой Орде. М., 1978. С. 13. Каргалов В. В. Указ. соч. С. 189. Полубояринова М. Д. Указ. соч. С. 23. Там же. С. 27. ПСРЛ. Т.Х.С.229. Горский А. А. Москва и Орда. М., 2000. С. 187-188. loannis Dlugossii senioris canonici opera. T. 14. Cracoviae, 1878. P. 697. Ostrowski D. Op. cit. P. 144-145. Демин А. С. Элементы тюркской культуры в литературе Древней Руси XV-XVII вв. (К вопросу о видах связей) //Типология и взаимосвязи средневе- ковой литературы Востока и Запада. М., 1974. С. 526. ПСРЛ. Т.П. Стб. 814.. Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие... С. 13; Соловьев С. М. Сочинения. Кн. II. М., 1988. С. 515; Кирпичников А. Н. Военное дело на Руси в XIII-XV вв. М., 1976. С. 33. Медведев А. Ф. Татаро-монгольские наконечники стрел... С. 51; Медведев А. Ф. Ручное метательное оружие... С. 75-76, 78. Там же. С. 13. См. также: Жуков К. Заморские панцири //Родина. 2005. № 3. С. 61. Бранденбург Н. О влиянии монгольского владычества на древнее русское воору- жение //Оружейный сборник. 1871. № 3. Отд. 2. С. 50, 53, 55; №4. Отд. 2. С. 76-78. 344
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ IV 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 Медведев А. Ф. К истории пластинчатого доспеха на Руси // Советская археоло- гия. 1959. № 2. С. 119-121. Худяков Ю.С. Оружие и военная техника древних и средневековых народов Азии //Восток. 2006. №2. С. 164. Аннинский С. А. Франческо Тьеполо. Рассуждение о делах Московии 1560 г. // Исторический архив. 1940. Т. III. С. 341. БранденбургН. Указ. соч. №3. Отд. 2. С. 52, 57; №4. Отд. 2. С. 76; Горелик М. В. Ранний монгольский доспех... С. 196; Винклер П. Оружие. М., 1992. С. 251; Кир- пичников А. Н. Оружие времен Куликовской битвы //Вестник АН СССР. 1980. №8. С. 99-100; Словарь русского языа XI-XVII вв. Вып.7. М., 1980. С. 33. Богоявленский С. К. Вооружение русских войск в XVI-XVII вв. //Исторические записки. 1938. Т.4. С. 259, 266. Бартольд В. В. Сочинения. Т. V. М., 1968. С. 179. БранденбургН. Указ. соч. №4, отд. 2, С. 81; Малик-ЗодаА. Монгольский воен- но-исторический словарь http://xlegio.enjoy.ru/pubs/mongol_voco/mongol_ voco. htm; Фасмер M. Указ. соч. Вернадский Г. В. Монголы и Русь. Тверь —Москва, 1997. С. 370-371; Сорокале- тов Ф. П. История военной лексики в руском языке XI-XVII вв. Л., 1970. С. 139. Ostrowski D. The Mongol Origins of Moscovite Political Institutions // Slavic Review. 1990. Vol. 49. №4. P.530, 536; Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 372. Ланда Р. Г. Россия и ислам: взаимодействие культур //Восток. 2000. № 5. С. 23. Гордлевский Вл. Государство Сельджуков Малой Азии. М. — Л., 1941. С.141; Зимин А. А. Формирование боярской аристократии в России во второй поло- вине XV века. М., 1988. С. 19. Герберштейн С. Записки о Московии. М., 1988. С. 113-114. Гваньини А. Описание Московии. М., 1977. С. 79, 159. Ченслер Р. Книга о великом и могущественном царе России и князе Москов- ском //Россия XVI века. Воспоминания иностранцев. Смоленск, 2003. С.446, 447- ТурбервилльДж. Стихотворные послания-памфлеты из России XVI века//Гор- сейДж. Записки о России. XVI —начало XVII в. М., 1990. С. 256. Борисов Н. С. Иван III. М., 2000. С. 240. Халиков А.X. Монголы, татары... С. 130. Беляков А. Всеоружие по-царски // Интеррос. 2002. №5 http://www.interros. ru / magazine / 05-2002 /Rev/Arsenal Пашуто B.T Образование Литовского государства. М., 1959. С. 355. Шпаковский В. О. Современные англоязычные историки о воинах Востока и рыцарях Запада // Вопросы истории. 2009. № 8. С. 140. Чернецов А. В. К проблеме оценки исторического значения монголо-татарско- го нашествия как хронологического рубежа //Русь в XIII веке. Древности тем- ного времени. М., 2003. С. 16. 345
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 ПСРЛ. Т. XXXV. С. 139. Вернадский Г. В. Монголы и Русь... С. 221-222. Насонов А. И. Указ. соч. С. 14. Ostrowski D. Op. cit. Р. 535; Егоров В. Л. Александр Невский и Чингизиды // Оте- чественная история. 1997. № 2. С. 53-54. ПСРЛ. Т. I. Стб. 474-475. Кривошеев Ю. В. Русь и монголы. Исследование по истории Северо-Восточной Руси XIII—XIV вв. СПб, 2003. С. 175. Прим. 22. Алексеев Ю.Г У кормила Российского государства. СПб., 1998. С.48. ПСРЛ. Т. X. С.162. См. также: Соловьев С.М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С. 488. Федоров-Давыдов ГА. Общественный строй Золотой Орды... С.30. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 369; Насонов А. И. Указ. соч. С. 105. Насонов А. И. Указ. соч. С. и. ПСРЛ. Т. XV. Вып.1. Стб. 116-117. Ostrowski D. Op. cit. Р. 534. Фасмер М. Указ, соч.; Берзин И. Н. Указ. соч. С.455; Бобынин В. В. Лекции исто- рии математики // Физико-математические науки в их настоящем и прошлом. 1897. Т. XIII. № 3. С. 264; Очерки русской культуры XVI века. Ч. 2. М., 1977. С. 236; Спасский И. Г. Русская монетная система. М., i960. С. 37. Фасмер М. Указ. соч. Ostrowski D. Op. cit. Р. 534. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 235. Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв. М.— Л., 1950. № 36, 46; Греков Б. Д., Якубовский А. Ю. Указ. соч. С. 131. Halperin С. Russia and the Golden Horde. Bloomington, 1987. P. 92. Алексеев Ю. Г. Указ. соч. С. 159-160. Цит. по: Каргалов В. В. Указ. соч. С. 186; Шапиро А. Л. Русское крестьянство перед закрепощением. (XIV-XVI века). Л., 1987. С.4, 59, 96; Соловьев С.М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С. 520; Кочин Г. Е. Сельское хозяйство на Руси в пери- од образования русского централизованного государства. М., 1965. С. 92. Грамоты Новгорода Великого и Пскова. М.—Л., 1949. № 21. Соловьев С.М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С.493. Горский А. Д. Очерки экономического положения крестьян Северо-Восточной Руси XIV-XV вв. М., i960. С. 227. Фасмер М. Указ, соч.; Очерки истории русской культуры XIII-XV веков. М., 1969. С. 28. Герберштейн С. Указ. соч. С. 117. См. также: Политковская Е.В. Как одевались в Москве и ее окрестностях в XVI-XVIII веках. М., 2004. С. 34-45. Очерки руской культуры в XVI в. М., 1972. Ч. 1. С. 206. Известия англичан о России во второй половине XVI века //Чтения общества истории древностей российских. 1884. Кн. IV. Отд. III. С. 34; ТурбервилльДж. Указ. соч. С. 260.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ IV 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 Розенфельт Р. Л. Керамика //Древняя Русь. Быт и культура. М., 1997. С. 28; Розен- фельт Р. Л. Московское керамическое производство XII-XVIII вв. М., 1968. С. 18. Краснов Ю. А. Указ. соч. С. 22, 152-153. Кулишер И.М. Указ. соч. Т. 1. М., 1925. С. 379. Кроль Ю. Г., Романовский Б. В. Опыт систематизации традиционной китайской метрологии // Страны и народы Востока. Вып. 23. М., 1982. С. 220. Очерки русской культуры. Т. I. М., 1969. С. 205. Никитский А. И. История экономического быта Великого Новгорода. М., 1893. С. 83, 86. Байкова Н. Б. Роль Средней Азии в русско-индийских торговых связях. Ташкент, 1964. С. 66,133. Чернецов А. В. Связи средневековой Руси с Востоком: некоторые проблемы и перспективы изучения //Истоки русской культуры. 1997- Вып.3. С. 158-159. Стасов В. В. Происхождение русских былин // Стасов В. В. Собрание сочине- ний. Т.III. СПб., 1984. С.955. Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси... С. 534-537, 675. Горская Н. А. Историческая демография России эпохи феодализма. М., 1994. с. 53- «Слова» Серапиона Владимирского... С.448. Цит. по: Каргалов В. В. Указ. соч. С. 180. Цит. по: Там же. Там же. С.184, 193-195; Юшко А. А. Московская земля IX-XIV веков. М., 1991. С.126. Юшко А. А. Указ. соч. С. 19, 48, 57. Каргалов В. В. Указ. соч. С. 177; Юшко А. А. Указ. соч. С. 57. Юшко А. А. Указ. соч. С. 126, 174. Данные И. И. Бурайченко, цит. по: Ивина А. И. Крупная вотчина Северо-Восточ- ной Руси конца XIV —первой половины XV в. М., 1979. С. 35. Любавский М. К. Образование основной государственной территории велико- русской народности. Л., 1929. С. 17-30. Скрынников Р. Г. История Российская... С. 158. Очерки русской культуры... С. 232, 235. История крестьянства Северо-Запада России... С.54; Рабинович М.Г. Поселе- ния // Очерки русской культуры XIII-XV веков. Т. i. М., 1969. С. 232. Веселовский С. Б. Село и деревня в Северо-Восточной Руси. М., 1936. С. 47-48. История крестьянства в Европе... С. 258; Шапиро А. Л. Проблемы социально- экономической истории... С. 13-14. Веселовский С. Б. Феодальное землевладение в Северо-Восточной Руси.Т. I. М., 1947. С. 220. История крестьянства СССР с древнейших времен до Великой октябрьской социалистической революции. Т. 2. М., 1990. С. 141-143; Горский А.Д. Указ. соч. 347
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 С. 138, 152; Алексеев Ю.Г. Аграрная и социальная история Северо-Восточной Руси XV-XVII вв. Переяславский уезд. М.—Л., 1966. С. 27-31. Псковская судная грамота. СПб, 1914. Ст. 113; История крестьянства СССР... С. 143. Горский А. Д. Борьба крестьян за землю на Руси в XV—начале XVI века. М., 1974. С. 37. Соловьев С. М. Указ. соч. С. 542. Подсчитано по: Пашуто В.Т. Голодные годы в Древней Руси //Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 1962. Минск, 1964. С. 61-94. Аграрная история Северо-Запада России XVI века. Север. Псков. Общие итоги развития Северо-Запада. Л., 1978 (далее—АИСЗР. Т. III). С. 178. Шапиро Л. В. Средневековые меры земельной площади и размеры крестьян- ского хозяйства в России //Проблемы отечественной и всеобщей истории. Л., 1969. С. 72; История крестьянства Северо-Запада России... С. 62. Татищев В.Н. История российская. Т.5. М.—Л., 1965. С.51. ПСРЛ. T.XI. С. 85, 2ю. Веселовский С. Б. Село и деревня... С. 47-48. Янин В. Л. Деньги и денежные системы // Очерки русской культуры XIII—XV веков. Ч. 1. М., 1969. С. 327. Псковские летописи. Вып.2. М., 1955. С. 35; Арестов Н. Промышленность древ- ней Руси. СПб, 1866. С. 288. Зобница составляла 2/3 кади, а коробья —М» кади. См.: Каменцева Е.И., Устюгов Н.В. Русская метрология... С. 56. Павлов Н.Н. К вопросу о русской дани в Золотую Орду//Ученые записки Красноярского гос. пед. ин-та. 1958. Т. 13. С. по; Кузьмин А. «Со всякие деревни по полтине» //Родина. 2003. № 11. С. 83-85. В. Л. Янин и С. М. Каштанов полагают, что дань собиралась не каждый год, а один раз в 7-8 лет. См: Янин В. Л. «Черный бор» в Новгороде XIV-XV вв.//Куликов- ская битва в истории и культуре нашей Родины. М., 1983. С. юб; Каштанов С. М. Финансы средневековой РусиМ., 1988. С.45. Однако большинство историков считают более убедительной точку зрения М. Рублева, который доказывает, что дань собиралась ежегодно: RoublevM. The Periodicity of the Mongol Tribute as Paid by Russian Princes During the Fourteenth and Fifteenth Centuries // Forsc- hungen zur osleuropaischen Geschichle. Band 15. Berlin. 1970. S. 12. Кузьмин А. Указ. соч. С. 85. Соловьев С.М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С. 520. Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С.44. Соловьев С. М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С. 217. Kollmann N. S. The Principalities of Rus’ in the Forteenth century//The New Cam- bridge Medieval History. Cambridge, 2000. Р772. Насонов А. И. Указ. соч. С. 109-110; Горский А. А. Москва и Орда... С. 60-67. Алексеев Ю. Г. У кормила Российского государства... С. 126. ПСРЛ. Т. XV. Стб. 68; См. также: Насонов А. И. Указ. соч. С. 98.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ IV 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 237. Roublev М. Le tribut aux d’apres les teataments et accords des princes russes // Cah- iers du Monde Russe et Sovietique. 1966. №4. P. 525, 527; Каштанов С. M. Финансы средневековой Руси. M., 1988. С. 8. Пигулевская Н. В., Якубовский А. Ю., Петрушевский И. П., Строева Л. В., Беле- ницкий Л.М. История Ирана с древнейших времен до конца XVIII века. Л., 1958. С. 203. НПЛ. С.465. Борисов Н. С. Политика московских князей. Конец XIII —начало XIV века. М., 1999. С. 237. Каштанов С.М. Финансовое устройство Московского княжества в середине XV века по данным духовных грамот // Исследования по истории и историо- графии феодализма. М., 1982. С.174, 180, 185; Шапиро А. Л. Русское крестьян- ство... С. 96. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 226, 367; Соловьев С. М. Указ. соч. С. 506. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 352. Цит. по: Соловьев С.М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С.308. Насонов А. И. Указ. соч. С. 103-104. История крестьянства в Европе. Т.П.... С.262. Цит. по: Пресняков А. Е. Образование Великорусского государства. М., 1998. С.32. Соловьев С. М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С. 217. Макаров Н.А. Указ. соч. С. 5, 8; Коллманн Н. Боярские роды и их отношения при дворе: образование политической системы русского государства //Амери- канская русистика: вехи последних лет. Период Киевской и Московской Руси. Самара, 2001. С. 174, 177-178; Kollmann N. Sh. Kinship and Politics. The Making of the Muscovite Political System, 1345-1547. Stanford, 1987. P. 112. Коллманн H. Боярские роды... С. 176, 188; Насонов А. И. Указ. соч. С. 63. ПСРЛ. T.XI. С. 27. Арциховский А. В. Одежда// Очерки русской культуры XIII-XV веков. М., 1968. С. 288, 292; Политковская Е.В. Указ. соч. С. 35. Рыбаков Б. А. Ремесло Древней Руси... С. 642; Валеева-Сулейманова Г. Ф. Татар- ские шапки—короны русских царей http://luiza-m.narod.ru/smi/tarih /30-shap- koron. htm. Юшко А. А. Указ.соч. C.56; см. так же: Кобрин В. Б. Власть и собственность в средневековой России (XV-XVI вв.). М., 1985. С.44. Веселовский С. Б. Феодальное землевладение... С. 119, 122, 132-135, 148; Гор- ский А.Д. Указ.соч. С. 127. Веселовский С. Б. Село и деревня... С. 23. Там же. С. 20, 57_59- Веселовский С. Б. Феодальное землевладение... С. 133. 349
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы XIV-XV веков. Ч. 2. М., 1951. С. 55. Греков Б.Д., Якубовский А. Ю. Указ. соч. С. 136; Пигулевская Н. В. и др. Указ. соч. С. 240-241; Гафуров Б. Г. Указ. соч. С. 493-494; История Востока. Т. 2. М., 1999. С.446. Насонов А. И. Указ. соч. С. 121. Цит. по: Соловьев С. М. Указ. соч. С. 274. НПЛ. С. 373. Насонов А. И. Указ. соч. С. 134. ПСРЛ. T.XI. С. 206. ПСРЛ. T.XI. С. 176. Цит. по: Левченко М. В. Указ. соч. С. 523. Соловьев С.М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С.542. Горский А. Д. Очерки экономического положения крестьян... С. 31-38; Шапи- ро А. Л. Проблемы социально-экономической истории Руси... С. 13-14. Miller D. Op. cit. Р. 373. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 225. Егоров В. А. Золотая Орда перед Куликовской битвой... С. 178. Петрушевский И. П. Указ. соч. С. 264. Монгайт А.Л. Рязанская земля. М., 1961. С. 359; Каргалов В. В. Указ. соч. С. 191. После сожжения Москвы Тохтамышем было захоронено 24 тысячи погибших москвичей и пригородных жителей. См.: Соловьев С.М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С. 533. Мы используем оценку числа жителей по количеству церквей в городе. Считает- ся, что на каждую церковь приходилось 50-100 дворов. См. Сахаров А. М. Указ, соч. С. 32, 68, ш; Алексеев Ю. Г. У кормила Российского государства... С. 187. Соловьев С.М. Указ. соч. Кн. II. М., 1963. С.512. Miller D. Op. cit. Р. 373. Сахаров А. М. Указ. соч. С. 139. Рубрук, Гильом де. Путешествие в восточные страны //Путешествие в восточ- ные страны Плано Карпини и Рубрука. М., 1957. С. 88-89. Левченко М. В. Указ. соч. С. 525. Сахаров А. М. Указ. соч. С. 68. Нижегородский летописец. Цит. по: Полубояринова М.Д. Указ. соч. С. 39. Cherniavsky М. Khan or Basileus: An Aspect of Russian Medieval Political Theory // Journal of the History of Ideas. 1959. Vol. 20. P.469. Янин В. Л. Деньги и денежные системы... С. 333, 336. Ключевский В. О. Указ. соч. С. 56-68. Там же; Данилова Л. В. Очерки по истории землевладения и хозяйства в Нов- городской земле. М., 1955. С. 73, 74; Никитский А. И. История экономического быта Великого Новгорода. М., 1893. С. 41. Каргалов В. В. Указ. соч. С. 154. 35°
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ IV 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 Аграрная история Северо-Запада России. Вторая половина XV—начало XVI века. Л., 1971. (далее -АИСЗР. Т. I) С. 23. АИСЗР. Т. I.C.84, 365. В Деревской пятине подати черносошных крестьян ок. 1480 года составляли 7 денег с одного двора, а средний доход двора ок. 1500 года —150 денег. Рожь около 1480 года стоила 7 денег за коробью, а около 1500 года —ю денег, в пересчете на цены 1500 года подати составляли го денег, т. е. около 7% дохода. Колычева Е.И. Холопство и крепостничество (конец XV-XVI в.). М., 1971. С. 15. Грамоты Великого Новгорода и Пскова. М.—Л., 1949. № 21. Подвигина Н. Л. Указ. соч. С. 63-66, 134. Коновалов А. А. Указ. соч. С. 62; Изюмова С. А. Указ. соч. С. 197. Древнерусское градостроительство X-XV веков. М., 1993. С. 392. Miller D. Op. cit. Р. 373. Дегтярев А. Я. Русская деревня в XV-XVII веках. Очерк сельского расселения. Л., 1980. С. 27; Вернадский В. Н. Новгород и новгородская земля в XV веке. М.—Л., 1961. С. 27. См.: История крестьянства Северо-Запада... С. 75; Очерки русской культуры... С. 50. Вернадский В. Н. Указ. соч. С. 47. Полубояринова М.Д. Указ. соч. С. 36. Грамоты... №105, по. Никитский А. И. Указ. соч. С. 40. История крестьянства Северо-Запада... С. 52-53; История крестьянства в Евро- пе. T.I... С.335. Данилова Л. В. Сельская община в средневековой Руси. М., 1994. С. 209. Данилова Л. В. Очерки по истории землевладения... С. 76-79; История крестьян- ства Северо-Запада... С. 52. АИСЗР. Т. I. С. 72; Ключевский В. О. Указ. соч. С. 90. Пашуто В.Т. Образование Литовского государства. М., 1959. С. 285. АИСЗР. Т. I.C.365; Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 52. История крестьянства Северо-Запада России... С. 66. Данилова Л. В. Очерки по истории землевладения и хозяйства... С. 60-64. Там же. С. 75. АИСЗР. Т. I.C.70, 103; История крестьянства Северо-Запада... С. 45. Грамоты... №5, 7. См.: Горский А. Д. Борьба крестьян за землю... С.40. Там же. С. 37, 39. АИСЗР. Т. I. С. 117-118; Вернадский В. Н. Указ. соч. С. ю8. Хорошкевич А. Л. Торговля Новгорода Великого. М, 1963. С. ш, 115; Очерки рус- ской культуры... С.331. Никитский А. И. Указ. соч. С. 86, 93, 169. 351
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 329 330 331 332 333 334 335 336 337 История крестьянства Северо-Запада России... С. 65-67; Данилова Л. В. Указ. соч. С. 144; Вернадский В. Н. Указ. соч. С. 151-153. Вернадский В. Н. Указ. соч. С. 28-29. Рожков Н. Происхождение самодержавия в России. М., б. г., С. 14. ПСРЛ. Т.ХП. С. 126. Лукин П. В. Указ. соч. С. 209. Ключевский В. О. Указ. соч. С. 76. Вернадский В. Н. Указ. соч. С. 31-33. История крестьянства Северо-Запада России... С. 65-67; Никитский А. И. Указ. соч. С. 41. Ключевский В. О. Указ. соч. С. 92. Вернадский В. Н. Указ. соч. С. 188. Цит. по: История крестьянства Северо-Запада России... С. 76. ПСРЛ. T.XI. С.208. Там же. С. 209, 216, 218. Klapisch-Zuber С. Plague and Family life //The New Cambridge Medieval History. Vol. VII. Cambridge, 2000. P. 130; История крестьянства в Европе. Т.П... С.292. Урланис Б. Ц. Рост населения в Европе. М., 1941. С. 90. Бессмертный Ю.Л. Жизнь и смерть в Средние века. М., 1991. С. 138. ПСРЛ. T.XI. С. 232. ПСРЛ. TV. С. 261. НПЛ. С.409. Вернадский В. Н. Указ. соч. С. 181. ПСРЛ. T.XI. С. 235. Там же. С. 236. Klapisch-Zuber С. Op. Cit. Р. 129. ПСРЛ. T.XI. С. 236. Там же. Там же. С. 238. Псковские летописи. Вып. 2. М., 1955. С. 39. Там же. С. 38-39. Коновалов А. А. Указ. соч. С. 62; Изюмова С. А. Указ. соч. С. 197. Miller D. Op. cit. Р. 372~373- ПСРЛ. T.XXVI. С. 184. АИСЗР. T.I.C.326. Цит. по: История крестьянства Северо-Запада России... С. 75. Postan М. Some Economic Evidence of Declining Population in the Later Middle Ages//The Economic History Review. Ser. 2. 1950. Vol. 2, №3. P221-246 Псковские летописи. Вып. 2. M., 1955. С. 35, 43. Там же. С.43-44; Рыбаков Б. А. Ремесло древней Руси... С. 710. 352
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 338 339 340 341 342 343 344 345 346 347 348 349 350 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 Мы полагаем, что зобница равна 2/3 кади, а кадь—14 пудов (см.: Каменцева Е. И., Устюгов Н. В. Указ. соч. С. 56). Тот же самый результат, 1,5 пуда ржи в день, полу- чает С. Г. Струмилин (см.: Струмилин С. Г. Очерки экономической истории Рос- сии. М., i960. С. 62). Алексеев Ю. Г. Аграрная и социальная история... С. 21. Акты феодального землевладения и хозяйства XIV-XVI веков. Ч. I. М, 1951. № 254. Цит. по: Горский А. Д. Борьба крестьян... С. 61. Веселовский С. Б. Село и деревня... С. 29; Алексеев Ю. Г. Указ. соч. С. 37. См.: Веселовский С. Б. Феодальное землевладение... С. 168. Langer L. Plague and Russian Countryside: Monastic Estates in the Fourteenth and Fifteenth Centuries // Canadian —American Slavic Studies. 1976. V0I.3. №3. Р-Зб^з68- Юшко А. А. Указ. соч. С. 52-53 (диаграмма). Miller D. Op. cit. P. 373. Лурье Я. С. Две истории Руси XV века. Ранние и поздние, независимые и офици- альные летописи об образовании Московского государства. СПб, 1994. С. 56. См. например: ПСРЛ. Т. XII. С. 21; Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 177-178. НПЛ. С.425. Новгородская четвертая летопись. Вторая редакция. Цит. по: Лурье Я. С. Указ. соч. С. 56. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III. М., 1989. С. 16. Глава V. Московское царство Школяр С. А. Китайская доогнестрельная артиллерия. М. 1980. С. 161-171. Там же. С. 191; Маркевич В.Е. Ручное огнестрельное оружие. СПб., 1994. С. 52, 61. McNeill W. The Pursuit of Power. Oxford, 1982. P 81. Маркевич В. E. Указ. соч. С. 61. Петросян Ю. А. Османская империя. Могущество и гибель. М., 1990. С. 22; Parry V.J. Barud //The Encyclopaedia of Islam. Online edition http://encislam. brill.nl Haywood M. Hungarian Tactics and Significant Battles http:// myweb.tiscali. co.uk/matthaywood/main/Hungarian Battles, htm. Inalcik H. The Socio-Political Effects of the Diffusion of Firearms in the Mitliile East //War, Technology and Society in the Middle East/Parry V.J., Yapp M.E. (eds.). London, 1975. P. 204. McNeill W. Op. cit. P. 135. Haywood M. Op. cit. Parry V.J. Op. cit.; Петросян Ю. А. Указ. соч. С. 59; Иванов Н. А. Османское завое- вание арабских стран. 1516-1574. М., 1984. С. 29. Parry V.J. Op. cit. 353
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 Цит. по: Andrea A., Overfield J. The Human Record: Sources of Global History. Bos- ton, 2005. P. 89. Parry V. J. Op. cit.; Каменев Ю. А. К истории реформ в османской армии в XVIII в.//Тюркологический сборник. 1978. М., 1984. С. 142. Иванов Н. А. Указ. соч. С. 29. Parry V. J. Op. cit. Ibid. Inalcik Н. The Ottoman State: Economy and Society, 1300-1600 //An Economic and Social History of Ottoman Empire. 1300-1913/ed. H. Inalcik, D.Quataert. Cam- bridge, 1993. P.88, 98; Петросян И.Е. К истории создания янычарского корпу- са // Тюркологический сборник. 1978. М., 1984. С. 197. Roberts М. Essays in Swedish History. London, 1967. P. 195. Downing B. The Military Revolution and Political Change. Princeton, 1992. P 3. Цит. по: Иванов H. А. Указ. соч. С. 200. Пигулевская H. В. и др. История Ирана с древнейших времен до конца XVIII века. Л., 1958. С. 256, 273, 276, 280. История Индии в средние века. М., 1968. С. 36, 382. Inalcik Н. The Ottoman State... Р. 114; Еремеев Д. Е., Мейер М. С. История Турции в средние века и новое время. М., 1992. С. 118. Книга законов султана Мехмеда II Фатиха//Аграрный строй Османской империи в XV-XVII веках. Документы и материалы. М., 1968. С. 22-23; Трактат Али Чауша из Софии о тимариотской организации в Османской империи //Там же. С. 101,111. Боден Ж. Метод легкого познания истории. М., 2000. С. 233. Петросян И.Е. К истории создания янычарского корпуса... С. 192-193; Куллан- даМ.В. Османское огнестрельное оружие и вопросы атрибуции //Вестник Московского ун-та. Сер. 13. Востоковедение. 2004. № 1. С. 3-19. Цит. по: Петрушевский И. П. Земледелие и аграрные отношения в Иране. М.— Л., i960. С.56. Выделение в тексте произведено Рашид ад-дином. Сиасет-наме. Книга о правлении вазира XI столетия Низам ал-Мулка. М.—Л., 1949- С14, 16> 25, 41- Нофаль И. Г. Курс мусульманского права. О собственности. СПб, 1886. С.4, 7. Inalcik Н. The Ottoman State... Р. 11-23, 1О5- Иванов Н.А. Указ. соч. С. 33, 38. Тверитинова А. С. К вопросу о крестьянском землепользовании в Османской империи (XV-XVI вв.) //Ученые записки Института востоковедения. 1959. Т. XVII. С. 34; Каждан А. П. Аграрные отношения в Византии XIII-XIV веков. М., 1952. С. 145. Inalcik Н. The Ottoman State... Р. 146-150, 991. Цит. по: Иванов Н.А. Указ. соч. С. 207. Мейер М. С. Вопросы аграрных отношений в Османском государстве XIV-XV вв.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 в современной советской и зарубежной историографии // Общее и особенное в развитии феодализма в России и Молдавии. М., 1988. С. 36-37. Иванов Н. А. Указ. соч. С. 29. Там же. С. 20. Там же. С. 201. Там же. С. 18-20, 38-39. Цит. по: История Югославии. Т. I.M., 1963. С. 136. Бродель Ф. Средиземное море и средиземноморский мир в эпоху Филиппа II. Ч. 2. М., 2003. С.449. Barcan O.L. Rec. ad. Op.: F. Braudel. La Mediterranee et le monde mediterran- ien a 1’epoque de Philippe II //Revue de la faculte des sciences economiques de 1’Universite d’lstanbul. Istanbul, 1949-1950. Vol. XI. P. 206. Лорд Кинросс. Расцвет и упадок Османской империи. М., 1995. С. 50. Записки янычара. М., 1978. С. 44, 112. Михалон Литвин. О нравах татар, литовцев и москвитян. М., 1994. С. 69. Крымский А. О «туркофильстве» Европы и Московской Руси в XVII веке // Крымский А. История Турции и ее литературы. М., 1910. С. 155. Цит. по: Егоров Д. Н. Идея «турецкой реформации» // Русская мысль. 1907. № 7. Отд. II. С. 6. Там же; Иванов Н.А. Османское завоевание... С. 18. Цит. по: Иванов Н.А. О типологических особенностях арабо-османского фео- дализма // Народы Азии и Африки. 1978. № 3. С. 63. Цит. по: Иванов Н.А. Османское завоевание... С. 211. Крижанич Ю. Русское государство в половине XVII века. Ч. 1. М., 1859. С. 87. Там же. С. 64. Рансимен С. Падение Константинополя в 1453 году. М., 1983. С. 151. Гасратян М. А., Орешкова С. Ф., Петросян Ю.А. Указ.соч. С.51; Салимзяно- ваФ.А. Люфти-паша и его трактат «Асаф-наме» //Письменные памятни- ки Востока. Историко-филологические исследования. 1974. М., 1981. С. 103; Книга законов Сулеймана Кануни // Аграрный строй Османской империи в XV-XVII веках. Документы и материалы. М., 1968. С. 22. Еремеев Д. Е. Этногенез тюрок (происхождение и основные этапы этнической истории). М., 1971. С. 147. Kramers J.H. Murad II //The Encyclopedia of Islam. Online edition http://encis- lam.brill.nl Лобовикова К. H. Георгий Трапезундский и Мехмед II завоеватель //Византий- ский временник. 2005. Т. 64. С. 146. Еремеев Д. Е. Указ. соч. С. 156. Inalcik Н. Mehemmed II //The Encyclopaedia of Islam. Online edition http:// encislam.brill.nl Цит. по: История Византии. T. II. M., 1967. С. 156. 355
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 Inalcik Н. Mehemmed II... Градева Р. О некоторых проблемах формирования османской системы управ- ления // Османская империя: государственная власть и социально-политиче- ская структура. М., 1990. С.46, 47, 49; Рансимен С. Указ. соч. С. 150; Inalcik Н. The Ottoman State... Р. 105. История Византии. Т. 2. М., 1967. С. 219-221; Диль Ш. Основные проблемы визан- тийской истории. М., 1947. С.ю8. Законоположение вилайета Караман //Аграрный строй Османской империи... С. 58; Сборник документов по социально-экономической истории Византии. М., 1951. С. 172-173; Пространный реестр Гюрждистанского вилайета // Аграр- ный строй Османской империи... С. 158-159. Законоположение ливы Айдын // Аграрный строй Османской империи... С. 46-47. Цит. по: Тодоров Н. Балканский город XV-XIX веков. Социально-экономиче- ское и демографическое развитие. М., 1976. С. юб. См.: Литаврин Г. Г. О соответствии между византийскими и османскими фор- мами организации экономики города в XV-XVI вв. // Исторические и истори- ко-культурные процессы на Балканах. М., 1982. С. 30-42; Гордлевский Вл. Госу- дарство Сельджукидов Малой Азии. М.—Л., 1941. С. 102-103, 126; Еремеев Д.Е., Мейер М. С. Указ. соч. С. 107. Цит. по: История крестьянства Северо-Запада России... С. 75. Freedman Р. Rural Society //The New Cambridge Medieval History. Vol. VI. Cam- bridge, 2000. P. 82-101. Цит. по: История крестьянства в Европе. Т. II. М., 1986. С. 395. Данилова Л. В. Указ. соч. С. 82. Никитский А. И. История экономического быта Великого Новгорода. М., 1893. С. 194. Данилова Л. В. Указ. соч. С. 82. Акты феодального землевладения и хозяйства XIV-XVI веков. Ч. I. М, 1951. № 254. Горский А. Д. Борьба крестьян за землю... С. 61. ПСРЛ. Т.ХП. С. 129. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III. М., 1989. С.22. АИСЗР. Т. I. С. 13; Вернадский В. Н. Новгород и новгородская земля в XV веке. Л., 1961. С. 302. ПСРЛ. Т.ХП. С. 220. ПСРЛ. T.XIII. С. 220-221. Алексеев Ю. Г., Копанев А. И. Развитие поместной системы в XVI в. //Дворян- ство и крепостной строй Россини XVI-XVIII вв. М., 1975. С. 57; Веселовский С. Б. Феодальное землевладение в Северо-Восточной Руси.Т. I. М., 1947. С. 281. Alef G. Military Reforms on the Second Half of the Fifteenth Century // Foschungen zur Osteuropadischen Geschichte. 1973. Bd. 18. P. 74.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 ПСРЛ. Т.ХП. С. 121. Неволин К.А. История российских гражданских законов. Т.П. СПб, 1851. С. 195; Ельяшевич В. Б. История права поземельной собственности в России. Т. I. Париж, 1948. С. 369. Савва В. Московские цари и византийские василевсы. Харьков, 1901. С.47, 103. Веселовский С. Б. Указ. соч. С. 306-312. Крижанич Ю. Политика. М., 1997 С. 124; Рейтенфельс Я. Сказание светлейшему герцогу Тосканскому Козьме Третьему о Московии. М., 1904. С. 125. Виппер Р. Ю. Иван Грозный //Платонов С.Ф. Иван Грозный (1530-1584). Вип- пер Р. Ю. Иван Грозный. М., 1998. С. 107; Vernadsky G. On Some Parallel Trends in Russian and Turkish History // Transactions of Connecticut Academy of Arts an Sciences. 1945. Vol. XXXVI. P. 24-36; См. также: Бродель Ф. Время мира. М., 1992. С. 456; Каменский А. Г. От Петра I до Павла I. М., 1999. С. 149. Stoicescu N. Curteni si slujitori. Bucuresti, 1968. P. 24. Зимин А. А. Россия на рубеже XV-XVI столетий. M., 1982. С. 120; Лурье Я. С. Рус- ские современники Возрождения. Л., 1988. С. 96; Черепнин Л. В. Русские фео- дальные архивы... С. 311. Повесть о Дракуле. М.—Л., 1964. С.п8. Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы... С. 311-314. Цит. по: Лурье Я. С. Русские современники... С. 123. Зимин А. А. Россия на рубеже... С. 214; цит. по: Соловьев С.М. Указ. соч. Т. III... С. 132. Славяно-молдавские летописи. XV-XVI века. М., 1976. С. 52. Лурье Я. С. Указ. соч. С. 96-97. Зимин А. А. Россия на рубеже... С. 176. ПСРЛ. Т. VI. С. 279. См. также: Борисов Н.С. Иван III. М., 2000. С. 613. Зимин А. А. Россия на рубеже... С.186, 215, 226; Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени. М., 1972. С. 62. Флетчер Д. О государстве Русском //Россия XVI века. Воспоминания иностран- цев. Смоленск: «Русич», 2003. С.35. Колычева Е.И. Аграрный строй России XVI века. М., 1987. С.35, 51, 202. См.: Пространный реестр Гюрджистанского вилайета // Аграрный строй Османской империи в XV-XVII веках. Документы и материалы. М., 1968. С. 158; Новгородские писцовые книги, изданные Археографической Комиссией. Т. 1-6. СПб, 1895-1915. АИСЗР. Т. I. С. 353, 373; Шапиро А. Л. Русское крестьянство перед закрепощени- ем... С. 137; История крестьянства Северо-Запада России... С. 86. История крестьянства в Европе. Т. 2. М., 1986. С.427. Копанев А. И., Маньков А. Г., Носов Н.Б. Очерки истории СССР. Конец XV — начало XVII вв. Л., 1957. С. 21; Алексеев Ю.Г. У кормила Российского государ- ства... С. 132-149. 357
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 Градева Р. Указ. соч. С. 46, 47, 49; Рансимен С. Указ. соч. С. 150. Кобрин В. Б. Становление поместной системы //Исторические записки. 1980. Т. 105. С. 157; Кобрин В. Б. Власть и собственность в средневековой России (XV-XVI вв.). М., 1985. С.101. Герберштейн С. Указ. соч. М., 1988. С. 113. Зимин А. А. Россия на рубеже XV-XVI столетий... С.208, 259; Каштанов С.М. Социально-политическая история России конца XV—начала XVI века. М., 1967. С. 189-190; Флоря Б.Н. Эволюция податного иммунитета светских фео- далов России во второй половине XV —первой половине XVI века //История СССР. 1972. №1. С. 56-59; Петрушевский И.П. Внутренняя политика Ахмеда Ак-Койюнлу // Сборник статей по истории Азербайджана. Баку, 1949. С. 149. Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы XIV-XV веков. Ч. 2. М., 1951. С. 325. ПСРЛ. Т.ХП. С. 248. Юрганов А. А. Идеи Пересветова в контексте мировой истории и культуры // Вопросы истории. 1996. № 2. С. 20. Люкс Л. Россия между Западом и Востоком. М, 1993. С. 15. Иванов Н.А. О типологических особенностях... С. 63-64. Лурье Я. С. Русские современники... С. 128. Цит. по: Черепнин Л. В. Русские феодальные архивы... Ч. 2. М., 1951. С. 285. Там же. С. 282. См.: Вернадский Г. В. Россия в средние века. Москва —Тверь, 1997. С.118. Алексеев Ю.Г. Судебник Ивана III: традиция и реформа. СПб, 2001. С.434. См., например, Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. Ростов-на-Дону, 1995. С. 358. Вашкевич Н. За семью печатями. М., 1994. С. 156; Соловьев С. М. Сочинения. Кн. III. М., 1989. С. 194. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С.56. Кобрин В. Б., Юрганов А. Л. Становление деспотического самодержавия в сред- невековой Руси //История СССР. 1991. №4. С. 59-60. Kollmann N. Sh. Kinship and Politics... P. 112-113. См.: Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... C.146, 336; КурукинИ., Никулина E. Повседневная жизнь русского кабака от Ивана Грозного до Бориса Ельцина. М., 2007. С. 37. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. VII. М., 1991. С. 129. Борисов Н. С. Иван III... С. 299. Там же. С. 488-490; Разин Е.А. История военного искусства. Т. 2. СПб., 1994. С. 320-325. Юргинис Ю. М. Бояре и шляхта в Великом княжестве Литовском //Восточная Европа в древности и средневековье. М., 1978. С. 129. Зимин А. А. Россия на рубеже XV-XVI столетий... С.48; Miller D. Op.cit. Р.373; Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III ... С. 173-176; Очерки русской культуры
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 XVI века. Ч. i... С. 283-284; Уланов В. Я. Западное влияние в Русском государ- стве //Три века. Т.Н. М., 1991. С. 64. Джовио П. Книга о московитском посольстве //Все народы едино суть. М., 1987. С.496. Хорошкевич А. Л. Торговля Новгорода Великого. М, 1963. С. 311. Чернов А. В. Образование стрелецкого войска // Истоические записки. 1951. Т. 38. С. 286, 289. Зимин А. А. Указ соч. С. 104-106; Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени... С. 143, 152, 153, 161; Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С. 127, 128, 131. Inalcik Н. The Ottoman State ... Р. 138. Каштанов С. М. Указ. соч. С. 253; Флоря Б. Н. Указ. соч. С. 59. Каштанов С. М. Указ. соч. С. 273. Каштанов С. М. Указ. соч. С. 273. Зимин А. А. Россия на пороге Нового Времени... С. 386; Kollmann N. Russia // The New Cambridge Medieval History. Vol. VII. Cambridge, 1998. Р753. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного. M., i960. С. 8о. Скрынников Р. Г. История Российская... С. 229-230. Цит. по: Зимин А. А. Россия на рубеже XV-XVI столетий... С. 176. Послание Федора Карпова митрополиту Даниилу//Летопись занятий Импера- торской археографической комиссии за 1908. Вып. 21. СПб, 1909. С. по. Цит. по: Зимин А. А. Указ. соч. С. 286. Копанев А. И., МаньковА. Г., Носов Н. Б. Указ соч. С. 62; Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени... С. 409. Герберштейн С. Указ. соч. С. 72, 74. Послания Иосифа Волоцкого. М., 1959. С. 184. Ланда Р. Г. Указ. соч. С. 24; Иванов Н. А. Османское завоевание арабских стран... С. 29; Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени... С. 67, 293-297. Мартин Грунвег о Борисе Годунове // Родина. 2004. № 12. С. 19. Цит. по: Худяков М.Г. Очерки по истории Казанского ханстваю М.: «Инсан», 1991. С. 49. Герберштейн С. Указ. соч. С. 73; Михалон Литвин. О нравах татар, литовцев и московитян. М., 1994. С. 94. Зимин А. А. Наместническое управление в Русском государстве//Исторические записки. 1974. Т. 94. С. 292-293. История Востока. Т. 3. М., 1999. С. 79; Михалон Литвин. Указ. соч. С. 94. Сиасет-наме. Книга о правлении вазира XI столетия Низам ал-Мулка. М.—Л., 1949- С-43- Очерки истории русской культуры XVI века. Часть I. М., 1977. С. 225; An Econom- ic and Social History of Ottoman Empire... P. 987. Романовский-Славатинский А. В. Дворянство в России от начала XVIII века до отмены крепостного права. Киев, 1912. С. 15. 359
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 Kollmann N.Sh. Kinship and Politics... P. 1-3. См., например, Демографический энциклопедический словарь. М., 1985. С. 321. Контарини А. Рассказ о путешествии в Москву в 1478-77 гг. // Россия XV-XVII вв. глазами иностранцев. Л., 1986. С. 22. Джовио П. Книга о московитском посольстве //Все народы едино суть. М., 1987. С.489, 497. Гуковский М. А. Сообщение о России московского посла в Милан (i486 г.) // Вопросы историографии и источниковедения истории СССР. Вып.5. М., 1963. С. 654. Герберштейн С. Указ. соч. С. 121. Цены: Аграрная история Северо-Запада России XVI века. Л., 1974 (далее—АИСЗР. Т.Н). С. 21, 22. Abel W. Crises agraires en Europe ХШе —XXe siecle. Paris, 1974. P189-190. Колычева E. И. Указ. соч. С. 41; АИСЗР. Т. II. С. 365. АИСЗР. Т. II. С. 180. Табл. 94. ИндоваЕ.И. Урожаи в Центральной России за 150 лет (Вторая половина XVII—XVIII в.) //Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 1965. М., 1970. С. 145. АИСЗР. T.I.C.48-50. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 99. АИСЗР. Т.П. С. 291. Абрамович Г. В. Государственные повинности частновладельческих крестьян северо-западной Руси в XVI —первой четверти XVII века //История СССР. 1972. №3. С. 75; Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени... С. 144. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С. 169. См.: Черепнин Л. В. Образование русского централизованного государства в XIV-XV веках. М., i960. С. 166. АИСЗР. T.I.C.34, 82. Копанев А. И. Население Русского государства в XVI в.//Исторические запис- ки. 1959. Т. 64. С. 237-244. См.: Crummey R. Moscovy and the General Crisis of Seventeenth Centure //Journal of Early Modern History. 1998. Vol. 2. P167. Герберштейн С. Указ. соч. С. 130. Английские путешественники в Московском государстве. М., 1938. С. 56. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного. М., i960. С. 66; АИСЗР. Т. I.C.34, 82, ш, 116-118, 323. Конецкий В. Я. К истории сельского расселения и хозяйства в долине реки Ловать в эпоху средневековья //Новгород и новгородская земля. Новгород, 1992. С.43. Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 6, 14; Шапиро Л. В. Средневековые меры... С. 72; АИСЗР. Т. II. С. 112. 36°
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 АИСЗР. т.п. С. 173, 373- Горская Н. А., Милов Л. В. Некоторые итоги и перспективы изучения аграрной истории Северо-Запада России //История СССР. 1982. №2. С. 73-74. Индова Е. И. Указ. соч. С. 144-145. Степанова Л. Г. Урожайность зерновых культур в конце XV —начале XVI в. (по данным Новгородских писцовых книг) //Вестник МГУ. Сер. 8. История. 2ООО. № 5. С. 102. АИСЗР. Т.П. С. 290. Новгородские летописи. СПб., 1879. С.321; Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С. 312; АИСЗР. Т. II. С. 33. АИСЗР. Т. II. С. 32, 33, 42, 235, 290, 291. Веселовский С. Б. Село и деревня... С. 131. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 64. Там же. С. 64. Табл. 3. Прокопьева Л. С. «Хлебный бюджет» крестьянского хозяйства Белозерского края в середине XVI в. // Крестьянство и классовая борьба в феодальной Рос- сии. Л., 1967. С. 102. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 86; Горская Н.А. Урожайность зер- новых культур в центральной части Русского государства в конце XVI —начале XVII в.//Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 1961. Рига, 1963. С. 151. Там же. С. 186. Цит. по: Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени... С. 332. Цит. по: Зимин А. А. Указ. соч. С. 238. Копанев А. И., Маньков А. Г., Носов Н. Б. Указ соч. С. 52; Копанев А. И. Указ соч. С. 181. Цит. по: Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного ... С. 8о. Герберштейн С. Указ. соч. С. 130. АИСЗР. Т.П. С. 21, 22. Новгородские летописи... С. 142. Маньков А. Г. Цены и их движение в Русском государстве XVI века. М.—Л., 1951. С. 104. Blum J. Prices in Russia in the Sixteenth Century//The Journal of Econoic History. 1956. Vol. 16. № 2. P182,198-199; Mironov B. N. In Search of Hidden Information // Social Science History. 1985. Vol. 9. №4. P.342, 356. Цит. по: Маньков А. Г. Указ. соч. С. 31. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 172-174. Там же. С. 172. АИСЗР. Till. С.98. Цит. по: АИСЗР. Т.П. С.72. Ивина Л. И. Внутреннее освоение земель в России в XVI в. Л., 1985. С. 233. 361
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 Там же. С. 176. История крестьянства в Европе. Т. 2. М., 1986. С. 253. Никольский Р. Кирилло-Белозерский монастырь и его устройство во вто- рой четверти XVII века. Т. 1.Вып.2. СПб.,1910. С. DXCII-DXCVI; Маньков А. Г. Указ. соч. С. юб. Abel W. Op. cit. Р. 189. Книга ключей и долговая книга Волоколамского монастыря XVI века. М.—Л., 1948. С. 31-37; Книги денежных сборов и выплат Иосифо-Волоколамского мона- стыря. 1573-1595 гг- Вып. 2. М.—Л., 1978. С. 190-204; Из расходных книг Софий- ского Новгородского дома 1547-48 гг. // Монастырское хозяйство XVI-XVII вв. М., 1924. С. 84. В Костромском Ипатьевском монастыре оброк детенышей был еще меньше. См.: Отрывок из расходной книги Костромского Ипатьевского монастыря // Сборник Археологического института. 1898. Т. 6 С. 129. АИСЗР. Т. I. С. 117-118; Вернадский В. Н. Указ. соч. С. 108. Тихомиров М.Н. Россия в XVI столетии. М., 1962. С. 303-307. Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени... С. 120, 123. АИСЗР. Т. I.C.326; Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 105. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С.312; АИСЗР. Т.П. С.33. ПСРЛ. Till. С.251-252. Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 107. Герберштейн С. Указ. соч. С. 132. Тихомиров М. Н. Указ, соч С. 66. Там же. С. 71-73, 84-85. Там же. С.104; Зимин А. А. Россия на пороге Нового времени... С.123; Копа- нев А. И. Указ. соч. С. 239, 240. Герберштейн С. Указ. соч. С. 113. Ченслер Р. Указ. соч. С. 447. Герберштейн С. Указ. соч. С. 175. Чернов А. В. Вооруженные силы Русского государства в XV-XVII вв. М., 1954. С. 25. Скрынников Р. Г. Россия в начале XVII века. Смута. М., 1988. С. 19. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 76-78. Скрынников Р. Г. Великий государь Иоан Васильевич Грозный. Т. I-П. Смоленск, 1996. С. 106-109; Ключевский В. О. Боярская дума Древней Руси. М., 1902. С. 232. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 194, 230; Зимин А. А. Наместническое управление в Русском государстве //Исторические записки. 1974. Т. 95. С. 292; Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 96; История крестьянства в Европе. Т. 2... С. 265; Флоря Б. Н. Указ. соч. С. 55, 69; Скрынников Р. Г. Великий госу- дарь... С. 106-109. Ключевский В. О. Указ. соч. С. 242.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 194, 230; Флоря Б. Н. Указ. соч. С. 55, 69; Скрынников Р. Г. Великий государь... С. 106-109. Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 158; Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 78; Kollmann N.Sh. Kinship and Politics... P. 113. Скрынников P. Г. Великий государь... С. 130-131. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 256; Панова Т, Пажемский Д. Отра- вили! //Родина. 2004. №12. С.31. Цит. по: Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С.410. Цит. по: Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С.440. Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским. М., 1993. С. 138. Там же. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С.436. Цит. по: Зимин А. А. И. С. Пересветов и его современники. М., 1958. С. 90. ПСРЛ. T.XIIL С.392. Кобрин В. Б. Становление поместной системы... С. 172. Памятники русского права. Вып. IV. М., 1955 (далее —ПРП). С. 577. Каштанов С.М. Социально-политическая история России... С. 348, 365, 371; Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного ... С. 78. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 76, 81. Копанев А. И., Маньков А. Г., Носов Н. Б. Указ соч. С. 54. Шмидт С. О. У истоков российского абсолютизма. Исследование социально-по- литической истории времен Ивана Грозного. М., 1996. С. 85, 105. Цит. по: Альщиц Д. Н. Начало самодержавия в России. Л., 1988. С. 67. Ключевский В. О. Состав представительства на земских соборах Древней Руси//Сочинения. T.VIII. М., 1959. С. 9, 16. Цит. по: Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III... С.424. Тихомиров М. Н. Сословно-представитеьные учреждения (земские соборы) в России XVI века //Вопросы истории. 1958. №5. С. 8. Известно, что отец А. Адашева, Ф. Адашев ездил в Турцию в 1539 году, но М. Н. Тихомиров полага- ет, что было еще одна поездка около 1548 года и именно в этом посольстве при- нимал участие Алексей. Садиков П. А. Очерки по истории опричнины. М.—Л., 1950. С.ю. Милюков П. Н. Спорные вопросы финансовой истории Московского государ- ства. СПб., 1892. С.74. Inalcik Н. The Ottoman State... Р. 114. Ермолай-Еразм. Правительница и землемерие //История государства Россий- ского. Хрестоматия. Источники. Мнения. XV-XVI вв. Кн. 2. М., 1998. С.415; Сади- ков П.А. Указ соч. С.ю. Цит. по: Зимин А. А. И. С. Пересветов и его современники... С. 133-134. Там же. С. 312, 313, 331. 363
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 Пересветов И. С. Сказание о Магмете-салтане//Все народы едино суть. М., 1987. С. 630-631. Там же. С. 634-635. Биллингтон Дж. Икона и топор. Опыт истолкования русской культуры. М., 2001. С. 98. Крымский А. О «туркофильстве» Европы и Московской Руси в XVII веке // Крымский А. История Турции и ее литературы. М., 1910. С. 161. Доценко С. И. Феодализма и государственная модель молдавского княжества в трудах русского публициста Ивана Пересветова // Общее и особенное в раз- витии феодализма в России и Молдавии. М., 1988. С. 308; Мохов И. А. Молдавия эпохи феодализма. Кишинев, 1984. С. 201. Альщиц Д. Н. Указ. соч. С. 73“^з. Чернов А. В. Образование стрелецкого войска //Исторические записки. 1951. Т. 38. С. 285. Аннинский С. А. Франческо Тьеполо. Рассуждение о делах Московии 1560 г. // Исторический архив. 1940. T.III. С.341; Гваньини А. Описание Московии. М., 1997. С. 15. Рейтенфельс Я. Сказание светлейшему герцогу тосканскому Козьме Треьему о Московии. Падуя. 1680. М., 1905. С. 125. Манштейн X. Г. Записки Манштейна о России. СПб., 1875. С. 309. Цит. по: Бескровный С. Г. Русская армия и флот в XVIII веке. М., 1958. С. 20. Чернов А. В. Вооруженные силы Русского государства в XV-XVII вв. М., 1954. С. 50. Рейтенфельс Я. Указ. соч. С. 128. Маркевич В. Е. Указ. соч. С. 69; Очерки русской культуры XVI века. Ч. 1. М., 1977. С. 307; Марголин С. П. Вооружение стрелецкого войска//Военно-исторический сборник. Труды Государственного исторического музея. Вып. XV. 1949. С. 93. Введенский Г. Э. Янычары. История. Символика. Одежда. СПб., 2003. С. 157. Там же. С. 89-90; Прочко И. С. История развития артиллерии. СПб., 1994. С. 50. Федоров В. Г. К вопросу о дате появления артиллерии на Руси. М., 1949. С. 76; Маркевич В. Е. Указ. соч. С. 69. Разин Е.А. История военного искусства. Т. 2. М., 1994. С. 332, 336. Аннинский С. А. Франческо Тьеполо... С. 342. Очерки русской культуры XVI века. Ч. 1... С. 301, 302; Прочко И. С. Указ. соч. С. 52. ПСРЛ. Т.ХШ. С. 357. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 371. ПРПС.577. Там же. С. 584-586. ПСРЛ. Т.ХШ. С. 271. Фоскарини М. Рассуждения о Московии //Иностранцы о древней Москве. М., 1991. с. 55-57. 364
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 Флетчер Д. Указ. соч. С. 78, 79. См. также: Волков В. Ратные силы// Родина. 2004. №12. с. 53. Цит. по: Валишевский К. Иван Грозный. М., 1912. С. 326. Шилов К. К вопросу о военных реформах Никифора II Фоки и их социальных последствиях//Византийский временник. 2001. Т. 60. С. 32. Розалиева Н. Ю. Османские реалии и российские проблемы в «Сказании о Маг- мет-салтане» и других сочинениях И. С. Пересветова // Османская империя. Государственная власть и социально-политическая структура. М., 1990. С. 216; Зимин А. А. Комментарии // Сочинения И. Пересветова. М., 1958. С. 287; Бах- тин А. Г. Причины присоединения Поволжья и Приуралья к России //Вопро- сы истории. 2OO1. №5. С. 55. Бахтин А. Г Указ. соч. С. 55. Штаден Г. О Москве Ивана Грозного. Записки немца-опричника. М., 1925. С. 112. Цит. по: Скрынников Р. Г. Великий государь... С. 191. Там же. С. 346-358; ПРП С. 233-261. Цит. по: Валишевский К. Иван Грозный. М., 1912. С. 194. ГорсейДж. Записки о России XVI —начала XVI в. М., 1990. С. 91. Дженкинсон А. Путешествие из Лондона в Москву // Иностранцы о древней Москве. М., 1991. С.45. Штаден Г. Указ. соч. С. по. Цит. по: Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 423. ПРП. С. 585-586. Там же. С. 367. Там же. С. 584-586. Скрынников Р. Г. Великий государь... С. 162. История крестьянства СССР... Т. 2. С. 278, 282. Данилова Л. В. Сельская община... С. 310. Цит. по: Копанев А. И., Маньков А. Г., Носов Н. Б. Указ. соч. С. 55. Цит. по: Копанев А. И. Крестьянство Русского Севера в XVI в. Л., 1978. С. 244. История Югославии. Т. I. М., 1963. С. 200. Каменцева Е. И., Устюгов Н. В. Указ. соч. С. 95-96. Штаден Г. Указ. соч. С. 99. Милюков П. Указ. соч. С. 66-68. Штаден Г. Указ. соч. С. 113. Каменцева Е. И., Устюгов Н. В. Указ. соч. С. 86, 142; An Economic and Social His- tory of Ottoman Empire... P. 987. Абрамович Г. В. Указ. соч. С. 79. Табл. 5. Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 104. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 394; Inalcik Н. The Ottoman State... Р. 65-66. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 379-392. 365
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 329 330 331 332 333 334 335 336 337 338 339 340 341 342 343 344 345 346 347 348 Inalcik Н. The Ottoman State... Р. 74. Цит. по: Скрынников Р. Г. Великий государь... Т. I. С. 265. Цит. по: Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 265. Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 152, 265. Штаден Г. Указ. соч. С. 85. Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 265-266. Зимин А. А. Реформы Ивана Грозного... С. 76-78; Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским... С. 141. Цит. по: Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 273. Худяков М. Г. Очерки по истории Казанского ханства //На стыке континентов и цивилизаций... С. 705. ПСРЛ. Т.ХШ. С. 227. Вернадский Г. В. Московское царство. Т. 1. Москва—Тверь, 1997. С. 57. Копанев А. И. Население Русского государства в XVI в.//Исторические запис- ки. 1959. Т. 64. С. 250-251. Вернадский Г. В. Указ. соч. С. 12. Очерки русской культуры XVI века. Ч. 1... С. 343. ПСРЛ. Т.ХШ. С. 259, 285, 287. Ульфельт Якоб. Путешествие в Россию. М., 2002. С. 304. Ланда Р. Г. Указ. соч. С. 20. Даль В. И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. II. М., 1955. С. 126. См. также: Зайцев И. В. Между Москвой и Стамбулом. Джучидские государства, Москва и Османская империя (нач. XV —пер. пол. XVI вв.). М., 2004. С. 203. Pelenski J. State and Society in Muscovite Russia and the Mongol-Turkic System in the Sixteenth Century // Forschungen zur osteuropdischen Geschichte. 1980. Bd. 27. P156-167 Веселовский С. Б. Указ. соч. С. 296-297; Зимин А. А. Опричнина Ивана Грозного. М., 1964. С. 86, 90. Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 271, 282, 320. ПСРЛ. Т XIII. С. 392-393. ПСРЛ. Т XIII. С. 393; Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 342. Ключевский В. О. Боярская дума древней Руси. М, 1902. С. 331. Кобрин В. Б. Иван Грозный. М., 1989. С. 63. Веселовский С. Б. Исследования по истории опричнины. М., 1963. С. 35. Корецкий В. И. Земской собор 1575 года и частичное возрождение опрични- ны //Вопросы истории. 1967. №5. С.38. Зимин А. А. Опричнина Ивана Грозного ... С. 134; Штаден Г. Указ. соч. С. 85. Сказания князя Курбского. М., 1842. С.4. С.М.Соловьев считал, что Курбский имел в виду Софью, но множественное число, очевидно, указывает и на Марию Темрюковну. 366
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 349 350 351 352 353 354 355 356 357 358 359 360 361 362 363 364 365 366 367 368 369 370 371 372 373 374 375 376 377 378 379 Веселовский С. Б. Указ.соч. С. 41; Кобрин В. Б. Указ.соч. С. 69; Садиков П. А. Из истории опричнины XVI в.//Исторический архив. 1940. Т. III. С. 114-115. Ключевский В. О. Курс русской истории. Т. II. М., 1937. С. 189, 190. Пигулевская Н.В., Якубовский А. Ю., Петрушевский И.П., Строева Л. В., Беле- ницкий Л. М. Указ. соч. Л., 1958. С. 294. Там же. Горсей Дж. Указ. соч. С. 52. Цит. по: Зимин А. А. Опричнина Ивана Грозного... С. 254. Герберштейн С. Указ. соч. С. 118. Скрынников Р. Г. Великий государь... Т. II. С. 47. Платонов С. Ф. Иван Грозный //Платонов С. Ф. Иван Грозный (1530-1584). Вип- пер Р. Ю. Иван Грозный... С. 79. Послание Иоганна Таубе и Элерта Крузе // Русский исторический журнал. 1922. Кн.8. С. 36. Скрынников Р. Г. Великий государь... Т. I. С. 388-390. Флетчер Д. О государстве Русском... С.41, 43. Назаров В. Д. Опричнина в контексте современной историографической ситуа- ции (заметки и размышления) // Спорные вопросы отечественной истории XI—XVII веков. Ч. 2. М., 1990. С. 197. Курбский А. Сочинения. Т. I. СПб., 1914. С. 285. Цит. по: Ключевский В. О. Боярская дума... С. 225. Штаден Г. О. Указ. соч. С. 86. Скрынников Р. Г. История Российская.... С.414; Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993. С. 127. Пайпс Р. Указ. соч. С. 127. Виппер Р. Ю. Указ. соч. С. 139. Скрынников Р. Г. История Российская.... М., 1997. С. 209. Скрынников Р. Г. Великий государь... С. 221. ПСРЛ. Т. XXXIV. С. 192, 226. Фрэзер Дж. Золотая ветвь. Исследование магии и религии. М., 1980. С. 325. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. III. М., 1989. С.484. Там же. С. 504-505. Ключевский В. О. Сказания иностранцев о Московском государстве. М., 1991. С. 204-205. Горсей Дж. Указ. соч. С. 72. Там же. Для построения графика использованы данные Г. В Абрамовича: АИСЗР. Т. II. С. 23-27, табл. 5, 8, 9. Данные о населенности двора см. АИСЗР. Т.П. С. 185, табл. 151, С. 194, табл. 157. Очерки русской культуры XVI века. Ч. 1... С. 331-332. Скрынников Р. Г. Великий государь... С.410, 412, 437. 367
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 380 381 382 383 384 385 386 387 388 389 390 391 392 393 394 395 396 397 398 399 400 401 402 Нефедов С. А., Даннинг Ч. К новой интерпретации социально-экономических предпосылок Смутного времени // Социальные трансформации в российской истории. Екатеринбург —Москва, 2004. С. 298-317. АИСЗР. Т.П. Табл.36. АИСЗР. T.I.C.37. Цит. по: Скрынников Р. Г. Россия после опричнины. Л., 1975- С. 162. Цит. по: там же. С. 162. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 177. Klapisch-Zuber С. Plague and Family life... P. 130; Slicher van Bath В. H. The Agrar- ian History of Western Europe F. D. 500-1850. London, 1963. P. 88. Колычева E. И. Указ. соч. С. 178. Штаден Г. О. Указ. соч. С. 92. См. также: Послание Иоганна Таубе и Элерта Крузе... С. 55. Цит. по: Каштанов С.М. К изучению опричнины Ивана Грозного //История СССР. 1963. № 2. С. 115. Цит. по: Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 163. Штаден Г. Указ. соч. С. 45. Там же. С. 97,155-116; Зимин А. А. Опричнина Ивана Грозного ... С. 208; Скрын- ников Р. Г. Великий государь... Т. II. С. 144. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 180. ПСРЛ. Till. Год 7080. АИСЗР. Т.П. С. 65, 169, 191. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 180-186. Зимин А. А. Опричнина Ивана Грозного... С. 396; Бахтин А. Г. Причины присо- единения Поволжья... С. 53. Kastanov S. М. Zu einigen Besonderheiten der Bevolkerungssituation Russlands im 16. Jahrhundert //Jahrbucher fur Gechichte Osteuropas. 1995. Bd. 43. S. 329. Hatcher J. Plague, Population and the English Economy: 1348-1530. London, 1977. P. 171; Postan M. Some Economic Evidence... P. 233. Книга ключей и долговая книга Волоколамского монастыря... С. 31-37; Вотчин- ные хозяйственные книги XVI века. Книги денежных сборов и выплат Иоси- фо-Волоколамского монастыря. 1573-1595 гг- Вып. 2. М.—Л., 1978. С. 190-204. Книги денежных сборов и выплат... С. 195. В книгах денежных сборов и выплат Иосифо-Волоколамского монастыря встречаются упоминания о том, что работники получали на год 2 четверти ржи и 2 четверти овса. Четверть ржи весит 4 пудов, четверть овса—2,7 пуда, из расчета 280 рабочих дней в году полу- чается о,8 кг хлеба в день. Вотчинные хозяйственные книги XVI века. Приходные, расходные и окладные книги Спасо-Прилукского монастыря. 1574-1600 гг. М.—Л., 1979- С.301-304; АИСЗР. Т.П. С.21.
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 403 404 405 406 407 408 409 410 411 412 413 414 415 416 417 418 419 420 421 422 423 424 Петров В. А. Слуги и деловые люди монастырских вотчин XVI века //Вопрос экономики и классовых отношений в Русском государстве XII-XVII веков. М.—Л., i960. С. 169; Щепетов К. Н. Сельское хозяйство в вотчинах Иосифо-Во- локоламского монастыря //Исторические записки. 1948. Т. 18. С. 99; Тихоми- ров М.Н. Монастырь—вотчинник XVI века//Исторические записки. 1938. Т. 3. С. 159-160; Греков Б.Д. Очерки по истории хозяйства Новгородского Софий- ского Дома // Летопись занятий Археографической комиссии за 1923-25 годы. Вып.33. Л., 1926. С. 268, 270. Греков Б.Д. Указ. соч. С. 268, 270.; Никольский Р. Указ. соч. C.DXC-DC; Расход- ная книга Дорогобужского Болдинского Свято-Троицкого монастыря // Рус- ская историческая библиотека, издаваемая Археографической комиссией. Т. 2. СПб, 1875. Стб. 290, 302, 311; Русская историческая библиотека. Монастырские приходно-расходные книги. Вып.1. Л., 1924. Стб. 36, 38, 44, 68, 94; Хозяйствен- ные книги Чудова монастыря 1585/86 г. М., 1996. С. 126, 130, 134. Postan М. Some Economic Evidence... Р. 236. Postan М. Op. cit. P. 236-237; История крестьянства в Европе... Т. 2. С. 329. Подробнее см.: Нефедов С. А. О возможности применения структурно-демогра- фической теории при изучении истории России XVI века // Отечественная история. 2003. №5. С. 69-70. Дмитриева З.В. Вытные и описные книги Кирилло-Белозерского монастыря XVI-XVII вв. СПб, 2003. С. 217-218. История крестьянства СССР... Т. 2. С. 257. Тихонов Ю. А. Указ. соч. С. 159; Колычева Е. И. Указ. соч. С. 89-91. Шапиро А. Л. Указ. соч. С. 228. АИСЗР. Т. II. С. 239; История крестьянства Северо-Запада России... С. 109. Штаден Г. Указ. соч. С. 122; Корецкий В. И. Закрепощение крестьян и классовая борьба в России. М., 1970. С. 44; Дмитриева 3. В. Указ. соч. С. 130. Абрамович Г. В. Указ. соч. С. 8о, 81; Воробьев В. М., Дегтярев А. Я. Русское фео- дальное землевладение от «Смутного времени» до конца петровских реформ. Л., 1986. С. 168. Корецкий В. И. Указ. соч. С. 49-50. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 184; АИСЗР. Т. II. С. 71. Цит. по: Корецкий В. И. Указ. соч. С. 107. История крестьянства СССР... С. 343. Штаден Г. Указ. соч. С. 99. Скрынников Р. Г. Россия в начале XVII века... С. 13. Веселовский С. Б. Феодальное землевладение... С. 309, 312; Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 104, 365. Шапиро А. Л. Русское крестьянство... С. 87-88; АИСЗР. Т. II. С. 288. Послание Иоганна Таубе и Элерта Крузе... С. 31. Корецкий В. И. Указ. соч. С. 63. 369
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 425 426 427 428 429 430 431 432 433 434 435 436 437 438 439 440 441 442 443 444 445 446 447 448 449 450 451 452 453 454 455 456 457 Цит. по: Тихомиров М. Н. Сословно-представительные учреждения (земские соборы) в России XVI века//Вопросы истории. 1958. №5. С. 16. Корецкий В. И. Указ. соч. С. 91. Колычева Е. И. Указ.соч. С. 167; Корецкий В. И. Указ.соч. С. 93-94, 124; Флоря Б.Н. Об установлении «заповедных лет» в России // Отечественная история. 1999. №5. С. 123. Скрынников Р. Г Борис Годунов. М., 1983. С. 20. Разин Е.А. Указ.соч. Т.2. СПб., 1994. С.548-554; Маркевич В.Е. Указ.соч. С.70. Маржерет Ж. Состояние Российской империи и Великого княжество Моско- вии //Россия XV-XVII вв. глазами иностранцев. Л., 1986. С. 254. Виппер Р. Ю. Указ. соч. С. 197. Цит. по: История крестьянства в Европе. Т. 3... С. 249-250. Цит. по: Костомаров Н.И. Богдан Хмельницкий. М., 1994. С. 31. Петрушевский Д. М. Восстание Уота Тайлера. М., 1937. С. 259, 265, 292, 300. Мортон А. А. История Англии. М., 1950. С. 101, 122. Флетчер Дж. Указ. соч. С. 55. Цит. по: Скрынников Р. Г. Борис Годунов... С. 21. Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 31. Там же. С. 139; Масса И. Краткое известие о Московии в начале XVII в. М.—Л., 1937. С. 68; Сказание Авраамия Палицина. М.—Л., 1955. С. 109. Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 34-36. Цит. по: Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 34. Скрынников Р. Г. Указ. соч. С. 46. Масса И. Указ. соч. С. 72. Маржерет Ж. Указ. соч. С. 240. Павлов А. П. Государев двор и политическая борьба при Борисе Годунове (1584-1605). СПб, 1992. С. 251. Флетчер Дж. Указ.соч. С. 59-60. АИСЗР. Т.П. С. 23-27. Нефедов С. А. Демографически-структурный анализ... С. 104, 169. Там же. С. 76-78. Скрынников Р. Г. Борис Годунов... С.49-50, 124. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 30-31; Шапиро А. Л. Указ. соч. С. 87-88; Корецкий В. И. Указ. соч. С. 124,150; Флоря Б. Н. Об установлении «заповедных лет»... С. 123. Флетчер Дж. Указ. соч. С. 66. АИСЗР. Т.П. С.239. АИСЗР. Т.П. С.75, 239. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 189. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 200. Готье Ю. А. Замосковный край в XVI веке. М., 1937. С. 168. См. также: Плато- 37°
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 458 459 460 461 462 463 464 465 466 467 468 469 470 471 472 473 474 475 476 477 нов С. Ф. Очерки по истории смуты в Московском государстве XVI-XVH вв. М., 1995- С. по. Колычева Е. И. Указ. соч. С. 181-190, 200. Корецкий В. И. Формирование крепостного права и первая крестьянская война в России. М., 1975. С. 94; Куркин А. В. Влияние новых видов метательного доог- нестрельного и древкового наступательного вооружения на развитие западно- европейского военного искусства 14-15 веков. Дисс... канд. ист. наук. Екатерин- бург, 2004. С. 24. Скрынников Р. Е Россия в начале XVII века... С. 20-25; Скляр И. М. О начальном этапе первой крестьянской войны в России //Вопросы истории, i960. №6. С. 98. Прим. 77. Соловьев С.М. Сочинения. Кн. VII. М., 1991. С.38. Корецкий В. И. Закрепощение крестьян... С. 145-147. Скрынников Р. Г. Заповедные и урочные годы царя Федора Ивановича//Исто- рия СССР. 1973. №1. С. 99-129; Анпилогов Г. Н. К вопросу о законе 1592-1593 гг, отменившем выход крестьян, и урочных лета в конце XVI —первой полови- не XVII в.//История СССР. 1972. №5. С. 160-177; ПанеяхВ.М. Закрепощение крестьян в XVII веке: новые материалы, концепции, перспективы изучения (по поводу книги В. И. Корецкого) //История СССР. 1973. № i. С. 157-165. Корецкий В. И. Закрепощение крестьян... С. 145, 302; ПРП. С. 374, 539. ПРП. С. 586-587. Петрухинцев Н. Н. Причины закрепощения крестьян в России в конце XVI в. // Вопросы истории. 2004. №7. С. 37. Цит. по: Греков Б.Д. Крестьяне на Руси. Т. 2. М., 1954. С. 335. См. также: Дмитрие- ва 3. В. Указ. соч. С. ш. История крестьянства СССР... С. 257; Скрынников Р.Г. Борис Годунов.... С. 146. Корецкий В. И. Закрепощение крестьян... С. 283-284; История крестьянства СССР... С. 257. Горская Н. А. Указ. соч. С. 241, 245; Греков Б.Д. Указ. соч. С. 335; История крестьян- ства СССР... С. 257. Труды рязанской ученой архивной комиссии. 1904. Т. 28. Вып. 2. С. 147. Мы не касаемся ситуации в Иосифо-Волоколамском монастыре, где в это время проводил «реформы» старец Мисаил Безнин. Корецкий В.И. Формирование крепостного права.... С. 150. Там же. С. 111-115; Корецкий В. И. Закрепощение крестьян... С. 46-47. АИСЗР. Т.П. С. 183. Скрынников Р. Г. Борис Годунов... С. 123; Скрынников Р. С. Россия накануне «смутного времени». М., 1980. С. 141-142. Скрынников Р. Г. Борис Годунов... С. 139-140; Биллингтон Д.Х. Икона и топор... С. 134. Корецкий В. И. Формирование крепостного права... С. 86. 371
СЕРГЕИ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 478 479 480 481 482 483 484 485 486 487 488 489 490 491 492 493 494 495 496 497 498 499 500 501 502 503 504 505 506 507 508 Скрынников Р. Г. Борис Годунов... С.46. Прокофьева Л. С. Вотчинное хозяйство в XVII веке. По материалам Спасо-При- лукского монастыря. М.—Л., 1959. Табл. 2. Там же. С. 136; Тихомиров М.Н. Монастырь —вотчинник... С. 142. Масса И. Указ. соч. С. 61. Буссов К. Московская хроника. 1584-1615. М.—Л., 1961. С. 98. Сказание Авраамия Палицина... С. юб. Масса И. Указ. соч. С. 61. Цит. по: Корецкий В. И. Формирование крепостного права... С. 161. Там же. Там же. С. 212; Сказание Авраамия Палицина... С. 107. Корецкий В. И. Формирование крепостного права... С. 118-119. В Калуге осенью 1601 года четь овса стоила 5-6 алтын. Исходя из обычных ценовых соотноше- ний, четь ржи должна была стоить 60-70 денег. Скрынников Р. Г. Россия в начале XVII века... С. 38. Там же; Crummey R. Moscovy and the General Crisis of Seventeenth Centure // Journal of Early Modern History. 1998. Vol. 2. P167. Ле Pya Ладюри Э. История климата с юоо года. Л., 1971. С. 172, график XVI —16. Crummey R. Op. cit. Р. 167. Масса И. Указ. соч. С. 59. Сказание Авраамия Палицина... С. юб. Цит. по: Корецкий В. И. Формирование крепостного права... С. 131. Буссов К. Указ. соч. С. 97. Корецкий В. И. Указ соч. С. 208; Масса И. Указ. соч. С. 59, 61. Цит. по: Корецкий В. И. Указ соч. С. 210. Цит. по: Корецкий В. И. Указ соч. С. 230. Греков Б.Д. Очерки по истории феодализма в России //Известия ГАИМК. 1934. Вып.72. С. 142; Зимин А. А. Некоторые вопросы истории крестьянской войны в России в начале XVII века// Вопросы истории. 1958. № 3. С. 98. Сказание Авраамия Палицина... С. 108. Корецкий В. И. Указ соч. С. 96. Сказание Авраамия Палицина... С.ю8, по. Буссов К. Указ. соч. С. юо. Цит. по: Пирлинг. Дмитрий Самозванец. Ростов-на-Дону, 1998. С. 464. Новый Летописец. Ст. 87. Цит. по: Готье Ю.А. Смутное время. М., 1921. С. 35. Dunning Ch. Russia’s First Civil War: The Time of Troubles and the Founding of the Romanov Dynasty. University Park, PA, 2001. P. 116-117; Perrie M. Pretenders and Popular Monarchism in Early Modern Russia: The False Tsars of the Time of Trou- bles. Cambridge, 1995. P63, 87, 245-246. Цит. по: Корецкий В. И. Указ соч. С. 241. 372
ПРИМЕЧАНИЯ К ГЛАВЕ V 509 510 511 512 513 514 515 516 517 518 519 520 521 522 523 524 525 526 527 528 529 530 531 532 533 Маржерет Ж. Состояние Российской империи и Великого княжество Моско- вии //Россия XV-XVII вв. глазами иностранцев. Л., 1986. С. 266. Масса И. Указ. соч. С. 82. Корецкий В. И. Указ соч. С. 244. В Кирилло-Белозерском монастыре в 1605-1608 годах «дворники» получали в среднем 120 денег в год, в 1603 году—8о денег. В Иосифо-Волоколамском мона- стыре в 1588 и 1593 году дворнику платили 8о денег. См.: Никольский Р. Указ соч. Т. 1. Вып. 2. СПб., 1910. С. DCXXXV-DCCCLX; Вотчинные хозяйственные книги XVI века. Книги денежных сборов и выплат Иосифо-Волоколамского монасты- ря. 1573-1595 гг- Вып. 2. М.—Л., 1978. С. 190-204. Никольский Р. Указ соч. С. DCLXXXVII. Буссов К. Указ. соч. С. по. Корецкий В. И. Указ соч. С. 268, 314, 320. Казанское сказание //Тихомиров М. Н. Классовая борьба в России в XVII в. М., 1969. С. 222. Там же. Шватченко О. А. Светская феодальная вотчина России в первой трети XVII века. М., 1990. С. 200. Корецкий В. И. Указ соч. С. 268, 314, 320. ПРП. Вып. IV. С. 586-587. Буссов К. Указ. соч. С. 345. Татищев В.Н. История Российская. Т. VI. М.—Л., 1966. С. 320. Лебедев В. Э. Русская Смута: историческая динамика и последствия. Екатерин- бург, !993- с. 28-29. Станиславский А. Л. Гражданская война в России. Казачество на переломе исто- рии. М., 1990. С. 147; Лебедев В. Э. Русская Смута... С. 28-29. Любин А. «Чем моча старее, тем лучше». Как Василий Шуйский издавал воин- ский устав //Родина. 2005. №11. С. 28; Морозова Л. Е. Василий Иванович Шуй- ский //Вопросы истории. 2ооо. №10. С.90. Сказание Авраамия Палицина... С. 208; см. так же: Соловьев С. М. Сочинения. Кн. IV. М., 1989. С. 565. Платонов С.Ф. Очерки по истории смуты... С. 275, 300. Скрынников Р. Г. Россия в начале XVII века...; Станиславский А. Л. Гражданская война в России...; Dunning Ch. Russia’s First Civil War... Станиславский А. Л. Указ, соч.; Dunning Ch. Op. cit.; Скрынников P. Г. Указ. соч.. Скрынников P. Г. Указ. соч. С. 355-361; Тихонов Ю. А. Россия в первой половине XVII века // История СССР. Т.П. М., 1966. С. 302. Тихонов Ю.А. Указ.соч. С.302. Шапиро А. Л. Об исторической роли крестьянских войн XVII-XVIII вв. в Рос- сии // История СССР. 1965. № 5. С. 67. Цит. по: Каргалов В. В. Свержение монголо-татарского ига. М., 1973. С. 127. 373
СЕРГЕЙ НЕФЕДОВ. ИСТОРИЯ РОССИИ. ТОМ I 534 Чернов А. В. Вооруженные силы... С. 125. 535 Ashtor Е. L’histoire des prix et des salaires dans 1’Orient medieval. Paris, 1969. P. 73-74; Histoire de la France rurale. T. 2. 1340-1789. Paris, 1975. P. 361-363; Мате- риалы по экономической истории Китая в раннее средневековье. М., 1980. С. 108-113. 536 Нефедов С. А. Факторный анализ... С.449, 468-469. 537 Crummey R. Moscovy and the General Crisis... P. 166-168. 538 Ibid. P167. 539 Ibid; Mironov B. In Search of Hudden Information... P. 339-359.
С. А. Нефедов ИСТОРИЯ РОССИИ. ФАКТОРНЫЙ АНАЛИЗ Том I С древнейших времен до Великой Смуты Выпускающий редактор серии Е. Попова Корректор Е. Цыпилева Оформление серии В. Коршунов Верстка С. Зиновьев Формат 70х юо ¥16 Усл.печ.л. 30,3. Тираж юоо экз. Заказ № Издательский дом «Территория будущего» 125009, Москва, ул. Б. Дмитровка, 12/1, стр. 1 Отпечатано в ГУП ППП «Типография ,,Наука“» 121099 Москва, Шубинский пер., 6