Н. П. Шаханов w* Росстроя ввмвм-ввзавояааа pasninix
И В ГИЗ
Иетпартотдел Обкома ВКЩб) НПО
Расстрел
иваново-вознесенских
рабочих
23 августа 1315 года
Книга „Расстрел иваново-вознесенских рабочих 23 августа 1915 года“ рассказывает об организованной стачке ивановских рабочих против империалистической войны. Царское правительство ответило на ото расстрелом безоружной демонстрации, рабочих, и на Приказйом мосту осталось 30 убитых и 53 тяжело раненых. Об этой героической борьбе ивановскою пролетариата против империалистической боггни и рассказывает книга.
Редактор А. В. Васильев. Теля, редактор В. Авилов. Корректор 2. С. Солодова. ибл. худ. Колочксва.
Слепо в набор 15/VII 1925. Подписано к печати 7/VI1I 1935 .Формат 72X108/82. Тираж 5000. Бум. лист. ,3/]С. Печ. лист 15/я. Учетпо-авт. л. 1,93. ' R бум. л. 100.350 зя. Изд. № 925. Уполн. Йв-обллята № 804. Инд. П 1-2 и.
4с
Типография издательства Ивановского обкома ВКП(б), Иваново, Типографская, 4, Заказ № 3780.
i БИБЛИОТЕКА
j ГОсула-} Кеторяч.
.,Л-..«Г2.ГЛ„дГ
 °	XV193/17
Как жили рабочие и крестьяне
двадцать лет назад
MigfiMirj/lii ыя—-^стыы:	wgiMa—»м—пв—I мчтгмFin 111»гмг^^д»тмшлвыиытжммяиииимомддис>*
До 1917 года на территории, которую занимает теперь Советский союз, была „Российская империя". Правил этой огромной страной царь по наследству, не отдавая никому отчета в том, как он пользуется своей властью. Фабрики и заводы принадлежали капиталистам, земля—помещикам. Законы и порядки были такие, что они защищали только тех, кто пользуется чужим трудом, кто на крови и поте трудящихся строит свое благополучие. Миллионы рабочих и крестьян находились в невыносимых условиях жизни.
Наша Ивановская промышленная область составилась из трех бывших губерний: Владимирской, Костромской и Ярославской. В этих губерниях, как и во всей остальной России, лучшие земли принадлежали помещикам, а крестьянские наделы были очень малы и состояли из самой плохой земли, с которой часто не удавалось собрать даже семян.
Помещики всячески притесняли крестьян и надругались над ними. За маленькие клочки взятой в аренду помещичьей земли крестьяне обязаны были в самое горячее летнее время итти работать в помещичью усадьбу: косить луга, жать рожь, овес и пшеницу, возить снопы.
з
Стиснутый со всех сторон помещичьими землями, крестьянин курицу боялся выпустить со двора,— поймают ее на помещичьей земле и придется платить штраф.
Кроме притеснений помещика, крестьянин попадал в безысходную кабалу к мироеду-кулаку. Пользуясь постигшим крестьянина неурожаем, пожаром или каким-нибудь другим стихийным бедствием, кулак прикидывался „благодетелем", давал в долг мешок муки или несколько рублей денег „под божеские проценты", и крестьянин оказывался в цепких лапах деревенского паука, из которых трудно было выбраться до самой смерти.
Царская власть, стоявшая на защите интересов помещика и кулака, также всячески измывалась над крестьянином. Подати, налоги, всевозможные сборы под самый корень подрывали крестьянское хозяйство. Не уплатил во-время налог,—являлся земский начальник или урядник и уводил последнюю корову со двора. Ограбил крестьянина-бедняка помещик или кулак, — жаловаться некому. В суде те же помещики, поэтому крестьянин всегда оставался виноват. „С сильным не тянись, с богатым не судись" — эту пословицу твердо помнил крестьянин до революции.
В тогдашних газетах хоть и редко, но появлялись иногда заметки о жизни крестьянина. Вот что писали из бывшей Владимирской губернии:
„Живем мы, как в ущельи: выгона нет, покоса нет, леса на топливо нет. Надел наш самый нищенский— не более одной десятины на душу. Снимать в аренду луга среднему крестьянину не по силам. Арендуем лужок больше для посева за 150 рублей
4
в год. Прежде за этот участок платили только 45 рублей".
Почти то же самое писал один суздальский крестьянин:
„Пахотных земель мало; покосов и лесов также мало или совсем нет... А жизнь дорожает. Изменений же к лучшему для крестьян никаких не делается". В бывшей Костромской губернии положение крестьян было еще хуже.
„У нас на душу приходится всего одна десятина и даже менее того, —- говорил костромской крестьянин на одном из созванных буржуазно-помещичьим земством собраний.— На фабриках заработки плохи. Положение вообще крайне стесненное, корову нельзя прокормить. Кругом нас удельная земля, которая для крестьян представляет большое зло, — то и дело приходится платить штрафы. Уделы сами .своей землей не пользуются, у нас покосов нет, а они не дают: как собака на сене. Крестьяне желают, чтобы повернули на них удельные'земли. Есть у нас крестьянский банк, но им пользуются одни богачи и старшины. Слишком много всякого начальства — земских начальников, урядников и прочее."
Так жили крестьяне до Октябрьской революции 1917 года. Тяжелая была жизнь, беспросветная. Собранного со своего клочка земли хлеба хватало только до половины зимы, да и то муку приходилось разбавлять лебедой, желудями, картофелем. Угроза голода постоянно висела над крестьянским двором. Чтобы избавиться от лишних ртов и получить возможность уплатить подати и налоги, крестьяне, массами ухо-
5
дили в города на отхожие промыслы, на фабрики и заводы. Каждую осень по всем дорогам к промышленным центрам страны тянулись владимирские, костромские, ярославские крестьяне, предлагая фабрикантам и подрядчикам за любую цену свой труд.
Но и на фабриках порядки были не лучше деревенских. Здесь царил такой же произвол, такое же надругательство над рабочими, как и в деревне над крестьянами.
На территории нашей области до революции было около 800 фабрик и заводов. В 1914 году на них работало свыше 330 тысяч рабочих. Эта огромная армия труда подвергалась самой жестокой эксплоа-тации со стороны капиталистов. Теперь рабочие в Советском союзе работают семь часов в день, а тогда рабочий день продолжался 12—14 часов, а местами и больше. Заработная плата была так мала, что па нее только-только можно было не умереть с голода. За всякий проступок фабриканты беспощадно штрафовали рабочих, уменьшая этим и без того низкую заработную плату. Охраны труда не было, — каждый рабочий рисковал получить увечье от машины, и тогда его ждала только одна участь — бесприютная старость и нищенство. Теперь в СССР совсем ликвидирована безработица, а тогда над каждым рабочим постоянно висела страшная угроза остаться без работы и лишиться того заработка, который поддерживал полуголодное существование рабочей семьи.
Необеспеченность и боязнь, за завтрашний день были поистине бичом для рабочих. Жилищные условия, в которых находились рабочие, были исключительно тяжелые: в маленькой каморке жили по две, 6
три и четыре семьи; тесно, сыро, грязно, холодно; редкий рабочий при таких условиях не болел туберкулезом. Вот так описывались в большевистской газете „Правда" в августе 1912 года жилищные условия, в которых находились десятки тысяч ивановских рабочих:
„Квартирный вопрос в городе имеет необычайную остроту. В особенности остра квартирная нужда в кварталах, населенных фабричными рабочими. Рабочему приходится ютиться буквально в каких-то • берлогах, переполненных .сверх’ всякой меры. Тип „рабочей квартиры" — трехоконная изба размерами 7X7 аршин; в такой квартире селится от 10 до 12 человек, а иногда и больше. С вечера вся мебель, столы, стулья, скамьи выносятся из комнаты или сваливаются в общую кучу в одном из углов. На полу на ночь расстилаются половики, одеяла, носильное платье, и на эти импровизированные (не предназначенные для этой цели) постели ложатся рядом квартиранты, оставляя только посредине комнаты узкий проход. Спят вповалку, кто где попал, мужчины и женщины, здоровые и больные... Немудрено, что при таких квартирных условиях в рабочих кварталах Иванова, в Рылихе, на Ямах, на Графской земле, не переводится тиф, скарлатина, корь. От чахотки здесь ежегодно умирает около 1000 человек".
Так жили рабочие.
А тут же в Иванове почти рядом с „рабочими берлогами" находились дворцы фабрикантов. Роскошные особняки с большими окнами, с парадными подъездами. У ворот дежурил дородный дворник,
следил за тем, чтобы рабочие близко не подходили к этим хоромам. Внутри — ковры, зеркала, цветы, дорогие картины, мягкая мебель и прочее. Каждое желание владельцев этих хором предупреждалось многочисленной прислугой, для житья которой был отведен сырой подвальный этаж.
Почти каждый день в этих роскошных дворцах устраивались балы: собирались гости, гремела музыка, рекой лились дорогие вина, подавались самые дорогие кушанья.
Так жили фабриканты.
Два класса стояли друг против друга. Рабочие не мирились, с тем положением, в котором они находились, и с давних пор вели упорную борьбу со своими эксплоататорами, вовлекая в эту борьбу крестьянские массы. Временами борьба доходила до исключительно высокого напряжения, и тогда дрожали устои самодержавного строя и капиталистического общества. Во главе поднимавшихся на борьбу народных масс стояла партия большевиков, руководимая Лениным и Сталиным. Она призывала рабочих и крестьян к решительным боям с царизмом и капитализмом, при которых рабочие- и крестьяне не могли освободиться от эксплоатации, главного и основного рычага капиталистического общества, и их жизнь попрежпему оставалась бы такой же беспросветной, как и раньше. Они звали рабочих и беднейшее крестьянство на борьбу за диктатуру пролетариата, за социализм, при котором только и возможно построить счастливую жизнь трудящихся. Организуя рабочих и крестьян для борьбы против угнетателей, большевики беспощадно разоблачали партии меньше-8
ййков й эсеров, которые также стремились проводить свое влияние в массы и хотели, как прислужники буржуазии, свернуть рабочих и крестьян с решительной борьбы на путь соглашения с капиталистами и помещиками, чтобы к власти могла притти и упрочиться буржуазия.
В результате многолетней упорной борьбы рабочие и беднейшее крестьянство под руководством партии большевиков одержали победу в 1917 году, свергли царское самодержавие и капитализм и на одной шестой части земного шара захватили власть в свои руки, установив диктатуру пролетариата.
* Октябрьская революция навсегда положила конец беспощадной помещичьей и капиталистической экс-плоатации рабочих и крестьян.
„История народов, — говорил т. Сталин на первом Всесоюзном съезде колхозников - ударников, — знает немало революций. Они отличаются от Октябрьской революции тем, что все они были однобокими революциями. Сменялась одна форма эксплоатации трудящихся другой формой эксплоатации, но сама эксплоатация оставалась. Сменялись одни эксплоа-таторы и угнетатели другими эксплоататорами и угнетателями, но сами эксплоататоры и угнетатели оставались. Только Октябрьская революция поставила себе целью — уничтожить всякую чэксп- лоатацию и ликвидировать всех и всяких эксп-лоататоров и угнетателей".
• Победа в октябре 1917 года над помещиками и капиталистами досталась рабочим и крестьянам не даром. Много жертв пришлось принести за это дело, много лучших сынов рабочего класса и трудяще-
9

гося крестьянства погибло на царских виселицах, от пуль, штыков и нагаек царских жандармов и полиции, от пыток и истязаний в тюремных застенках. В далекой Сибири, в каторжных централах Нерчинска и Акатуя, в почти безлюдных местах Ыарымского, Туруханского и других самых отдаленных краев старой России томились до 1917 года десятки тысяч революционеров-большевиков, в числе которых были и товарищи Ленин и Сталин и много других борцов за дело рабочего класса, которыми сейчас гордится наша социалистическая родина.
Промышленные центры старой России, где находились десятки тысяч рабочих, всегда были передовиками в борьбе против капиталистов и помещиков. Здесь происходили самые горячие схватки со старым строем, здесь были наиболее сильные и. крепкие организации партии большевиков, здесь больше всего проливалось крови за дело революции. Город Иваново издавна являлся одним из таких промышленных центров. Ивановский пролетариат показал величайшие образцы героической борьбы за социализм. Больше 60 лет назад началась эта борьба и продолжалась вплоть до Октября 1917 года. В революцию 1905 года ивановские рабочие под руководством местной организации большевиков дали образцы героической борьбы. . Во главе ивановских рабочих и большевистской организации находились такие испытанные руководители, как Ф. А. Афанасьев, М. В. Фрунзе, П. П. Постышев, А. С. Бубнов, О. А. Варенцова, А. С. Киселев и др. После поражения революции 1905 года, в мрачные годы реакции передовая часть ивановского пролетариата продолжала вести упорную борьбу, укрепляя ю
в трудящихся массах веру в окончательную победу над старым строем. В годы империалистической войны ивановские рабочие подняли знамя борьбы против этой бессмысленной братоубийственной бойни, стремясь осуществить ленинский лозунг превращения империалистической войны в войну гражданскую, повернуть оружие против всех угнетателей — помещиков и капиталистов во главе с царским самодержавием, за пролетарскую социалистическую революцию.
Двадцать лет тому назад, 23 августа 1915 годе, десятки тысяч ивановских рабочих вышли по призыву и под руководством большевиков на улицу и потребовали прекращения империалистической войны. Царское правительство и капиталисты ответили на это залпами из винтовок,—рабочие оставили на улице 30 своих лучших передовых товарищей убитыми и свыше 50 ранеными. Это были первые уроки гражданской войны для иваново-вознесенского пролетариата.
О том, как произошло это знаменательное событие в истории борьбы ивановского пролетариата за социализм, рассказывается в настоящей брошюре.
Начал» империалистической войны
и влияние ее на положение рабочих и крестьян •---11П11М т 1ТП"—rmwwv» 1^лып1лихьддд.''.£^г^.-п1)
Империалистическая война, затеянная капиталистами в целях передела мира, началась первого августа 1914 года.
Больше четырех лет народы разных капиталистических государств, обманутые своей буржуа-
11
г
зией, истребляли друг друга. Лилась реками кровь, вырастали горы трупов, бесполезно растрачивались результаты многолетнего человеческого труда. Разрушались цветущие города, фабрики и заводы, опустошались крестьянские поля, десятки миллионов людей обрекались на голод и нищету. За четыре года на войну было истрачено свыше 300 миллиардов рублей золотом, погибло на полях сражений свыше 9 миллионов человек.
Царская Россия была одним из главных государств, затеявших эту войну. Русские помещики и капиталисты рассчитывали завоевать у Австро-Венгрии Галицию, а у Турции—Армению, город Константинополь и Дарданелльский пролив из Черного в Средиземное море.
Не последней в числе причин, толкнувших Россию к участию в войне, было стремление помещиков и капиталистов отвлечь внимание трудящихся от революционной борьбы, истребить на войне лучшую часть пролетариата и таким путем ослабить революционное движение рабочих и крестьян против самодержавия и капитализма.
Всю тяжесть войны буржуазия переложила на плечи трудящихся. В армию мобилизовывались наиболее работоспособные, молодые, здоровые силы из рабочих и крестьян. Увеличились почти вдвое налоги. Непомерно стали расти цены на продукты и предметы первой необходимости. Во Владимирской губернии с августа 1914 г. по март 1915 г. цены на рожь поднялись почти вдвое, на овес—в два с половиной раза. К началу 1915 г. в крупных городах стало нехватать хлеба, появились очереди у продовольст-12
венных магазинов, создавалась благоприятная обстановка для роста спекуляции.
Все это чрезвычайно тяжело отражалось на положении рабочего класса и трудового крестьянства.
В Иваново-Возяссенске рабочие буквально на другой же день после объявления войны уже почувствовали на себе ее последствия. Сокращение подвоза сырья и топлива на фабрики в виду загрузки железнодорожного транспорта перевозками мобилизованных людей и разного военного имущества заставило фабрикантов сократить производство. Фабрики стали или останавливаться, или работать неполную неделю; началось сокращение излишней рабочей силы. В рабочих семьях создавалось прямо безвыходное положение: мужа брали на войну, а жену увольняли с фабрики. Перед такими семьями во весь рост вставала угроза нищеты, разорения и голодной смерти. Даже владимирский губернатор и тот принужден был отметить тяжелое положение рабочих, обреченных на безработицу. В августе 1914 года он писал в Петербург:
„Во время мобилизации прекратился регулярный подвоз материалов на все фабрики и заводы губернии, следствием чего явилось сокращение работ на некоторых фабриках и прекращение на других и, таким образом, в недалеком будущем несколько десятков тысяч рабочих могут остаться без обычного заработка, столь необходимого вообще, а особенно в текущем году, когда в губернии ощущается недород хлебов и трав“.
Цены на продукты росли, а заработная плата рабо-
13
чих оставалась почти без изменения. Обычно торговцы повышали вдвое цены на хлеб, а фабриканты прибавляли рабочим гривенник на рубль. От этого получалось, что если в 1913 году ивановский рабочий зарабатывал 142 рубля в течение года, то в 1916 году его заработок упал до 126 рублей.
Не лучше было положение и в деревне. Беднота и середняки должны были отдавать на войну и людей и рабочий скот, а кулаки устраивали своих сынков работать в тылу „на оборону", взятками откупались от поставки в армию лошадей. В военной комиссии забирали убогую клячу бедняка и „браковали" кулацкого рысака.
> Война разоряла крестьянское хозяйство. За три военных года вдвое уменьшилось количество рабочего и молочного скота, сократилась посевная площадь, упала урожайность. На усиливающейся крестьянской нужде наживались кулаки—скупали землю, скот, сельскохозяйственный инвентарь, закабаляли деревенскую бедноту.
В другом положении оказались помещики и капиталисты. И те и другие тоже „работали" на оборону— поставляли в армию хлеб, скот, мануфактуру, обувь, пули, снаряды, орудия, удушливые газы. Все это приносило им баснословные барыши. Хлопчатобумажная промышленность России в 1914 году дала 55 миллионов рублей прибыли, а в 1915 году —135 миллионов. Отдельные фабриканты наживались на войне еще больше. Владельцы Большой Ярославской мануфактуры (теперь фабрика „Красный Перекоп") в 1914 году получили всего 380 тысяч рублей прибыли, а в 1916 году — больше 6 миллионов рублей. 14
Рабочие и крестьяне умирали на фронтах империалистической войны, а если некоторые из них и возвращались домой, то калеками, неспособными к нормальному труду. Дома они находили свои семьи разоренными, притесняемыми начальством, фабрикантами, помещиками, кулаками. И чем дальше продолжалась война, тем все тяжелее и тяжелее становилось рабочим и крестьянам.
А буржуазия на все лады кричала о „войне до полной победы". Об этом ежедневно писали газеты, говорили во время устраиваемых правительством „патриотических манифестаций", проповедывали в церквах.
Чем дольше продолжалась война, тем выгоднее было капиталистам и помещикам. Каждый лишний день войны приносил им все новые и новые барыши.
Рабочие и крестьяне, чтобы спасти себя от окончательного разорения и голодной смерти, должны были вести решительную борьбу против империалистической войны. В ответ на призывы буржуазии продолжать войну „до победного конца" рабочие требовали мира, хлеба, свободы, крестьяне — земли и мира.
Сколько ни старалась буржуазия при помощи своих прислужников меньшевиков и эсеров затемнить истинные причины и характер войны, ей все же не удалось обмануть трудящиеся массы. Передовые рабочие вскоре после начала войны стали понимать, что без свержения помещичье-буржуазного правительства нельзя кончить войну, что то оружие, которое дали в руки рабочим и крестьянам во время 15
войны, надо повернуть против буржуазии. Рабочие внимательно прислушивались к тому, чему учили их большевики, чему учил В. И. Ленин, который в августе 1915 года в воззвании о войне писал:
„Война наполняет карманы капиталистов, которым течет море золота из казны великих держав. Война вызывает слепое озлобление против неприятеля, и буржуазия всеми силами направляет в эту сторону недовольство народа, отвлекая его внимание от^главного врага: правительства и командующих классов своей страны. Но война, неся бесконечные бедствия и ужасы трудящимся массам, просвещает и закаляет лучших представителей рабочего класса. Если погибать, погибнем в борьбе за свое дело, за 'дело рабочих, за социалистическую революцию, а не за интересы капиталистов, помещиков и царей,— вот что видит и чувствует всякий сознательный рабочий. И как ни трудна теперь революционная с.-д. работа, она возможна, она идет вперед во всем мире, в ней одной спасение!
Долой царскую монархию, втянувшую Россию в преступную войну и угнетающую народы! Да здравствует всемирное братство рабочих и международная революция пролетариата".1
Под руководством партии большевиков передовые рабочие начали борьбу за осуществление лозунга: „Превращение империалистической войны в войну гражданскую".
.1 Лепин, том XVIII, стр. 183—184.
16
Позиция большевиков по отношению к империалистической войне
Царское правительство еще до начала войны попыталось разгромить организации большевиков, чтобы в момент объявления войны оставить трудящиеся массы без руководителей. За неделю до издания приказа о мобилизации была закрыта выходившая в Петербурге (так тогда назывался Ленинград) большевистская газета „Трудовая правда", большевиков стали массами арестовывать и сажать в тюрьмы, на фабриках были поставлены усиленные наряды жандармов и полиции. Но царское правительство просчиталось: уничтожить большевиков и разгромить все их организации ему не удалось. Поэтому немедленно после объявления войны оставшиеся на свободе большевики смело заявили свой голос протеста против этой бессмысленной бойни, начатой в интересах кучки капиталистов, банкиров и помещиков. И на территории Ивановской области оставшиеся на свободе большевики немедленно перешли к собиранию своих сил, чтобы оказать противодействие ведущейся империалистической войне, к устной агитации и выпуску противо-военных прокламаций. В Костроме 2 августа во время очередной „патриотической манифестации" в городском саду были разбросаны листовки, в которых говорилось:
„Товарищи! Снова мы перед войной! Снова по бедным и убогим рабочим углам раздается плач жен и детей, снова застонала наша деревня, лишен
ная лучших работников и последней скотины. Снова нас поведут умирать тысячами „за веру, царя и отечество". За отечество? Какое тут отечество, когда мы мрем с голоду в лапах капиталистов! Какой тут царь, когда мостовые у его дворца политы кровью рабочих, когда его опричники сдавили трудящуюся Русь железными кольцами на радость богачам! Какая тут вера и какой бог! И не нужно этого бога насилья, .кнута и виселицы... Долой войну! Долой кровавую бойню!"
Кроме Костромы, воззвания против войны появились также в некоторых местах бывшей Владимирской губернии.
Несмотря на исключительно жестокие преследования со стороны царского правительства, уцелевшие от арестов и мобилизаций большевики стали восстанавливать свои организации. В Иваново-Вознесенске летом 1914 года был создан городской комитет партии, который главной своей задачей поставил разъясне-ние‘ рабочим истинного характера начавшейся войны и способов борьбы против нее. На партийном собрании 5 августа решено было выпустить воззвание против войны и распространить его среди призываемых запасных солдат. Осуществить это намерение ивановским большевикам не удалось, так как своей тайной типографии у них в это время не было, а приготовленный кустарным способом печатный прибор (гектограф) оказался неудачным и оттиски прокламаций на нем получались неясные. •
В начале октября 1914 года в Иваново-Вознесенск приехал Самойлов Федор Никитич, бывший ивановский рабочий, член четвертой Государственной думы
18
а
от рабочих Владимирской губернии. Он только что вернулся из-за границы, из Швейцарии, где присутствовал на созванном В. И. Лениным совещании большевиков. Это совещание приняло тезисы Ленина об отношении большевиков к империалистической войне—о необходимости борьбы за превращение империалистической войны в войну гражданскую.,
На партийных собраниях в Иваново-Вознесенске и Тейкове т. Самойлов познакомил местных большевиков с отношением Центрального комитета партии' ит. Ленина к войне. В своих воспоминаниях т. Самойлов пишет:
„Иваново-Вознесенскую организацию я нашел в это время сильно разгромленной властями. Подавляющее большинство старых виднейших членов ее находилось в тюрьмах и ссылке, но в организации были уже и новые члены. На собрании выяснилось, что несмотря на почти полную оторванность организации от высших руководящих партийных центров, все же иваново-вознесенские товарищи в отношении к войне занимали уже вполне определенную отрицательную позицию, выражавшуюся в лозунге „война — войне". Я изложил им точку зрения Центрального комитета партии по этому вопросу, которая в общем и целом совпадала с их точкой зрения. Иваново-вознесенские товарищи классовым инстинктом пролетариев нащупали этот правильный путь и определенно стали на него еще в первые месяцы войны. Нехватало только санкции (утверждения) высшего партийного органа, Центрального комитета партии. С моим приездом санкция эта была получена, организация начала
19
подниматься на ноги и повела работу в духе противодействия войне". 1
В течение октября 1914 г. тов. Самойлов несколько раз приезжал в Иваново и знакомил местных большевиков с той работой против войны, которую проводила фракция большевиков в четвертой Государствен-х ной думе. В составе фракции тогда было только пять большевиков — Петровский Г. И. (депутат Думы от рабочих Екатеринославской губернии, ныне председатель Всеукраинского ЦИК и ЦИК СССР), Бадаев А. Г. (депутат от рабочих Петербургской губернии), Муранов М. К. (депутат от рабочих Харьковской губернии), Самойлов Ф. Н. (ивановский рабочий, депутат от рабочих Владимирской губернии) и Шагов Н. Р. (родниковский рабочий, депутат от рабочих Костромской губернии). Несмотря на свою малочисленность, фракция вела в России очень большую работу, мобилизуя рабочие массы против войны и против царского правительства, бросившего многомиллионные массы трудящихся в эту всемирную бойню. Депутаты-большевики в своих выступлениях с трибуны Государственной думы и на рабочих собраниях вскрывали действительные причины и характер войны, учили рабочих, как надо бороться за превращение войны империалистической в войну гражданскую, разоблачали предательскую политику меньшевиков и эсеров, тащившихся на поводу у буржуазии и призывавших массы к „защите отечества". Большевики разоблачали измену II интернационала, который открыто перешел на сторону буржуазии и через одного из своих вождей (Вандервельде) обратился к русским рабочим с призывом поддерживать империалистичес-20
V
кую войну .Для того, чтобы разработать практические мероприятия по проведению в жизнь большевистских лозунгов • об отношении к войне, фракция решила созвать совещание с работниками наиболее крупных местных большевистских организаций. От Иваново-Вознесенска на. это совещание был выбран член партийной организации рабочий И. А. Воронин.
Совещание думской фракции большевиков с работниками мест состоялось 16 и 1.7 ноября 1914 года в местечке Озерки близ Петербурга. Царское правительство, старавшееся стереть с лица земли болыпевиков-ленинцев и тем самым оставить рабочих без руководителей, арестовало всех участников совещания во главе с депутатами-большевиками и устроило над ними суд. Но и перед царским судом, грозившим им смертной казнью, депутаты-большевики оставались верными сынами своей партии и решительными бойцами за ее лозунги. И только один предатель Каменев, присутствовавший на думском совещании и арестованный вместе со всеми его участниками, отрекся на суде от партии, заявив, что он не поддерживает большевистские взгляды по отношению к империалистической войне. Уже тогда Каменев фактически был перерожденцем в партии, уже тогда он стоял на том пути, который привел его вместе с Зиновьевым к созданию самой предательской и презренной, контрреволюционной организации, члены которой в декабре 1934 года предательским выстрелом из-за угла вырвали из рядов партии и рабочего класса одного из верных учеников Ленина и соратника Сталина— С. М. Кирова.
Мстя большевикам за их борьбу против самодер-21

s
I
жавия и империалистической войны, царский суд приговорил всех депутатов-большевиков к ссылке в далекую Сибирь, где в это время уже находилось много лучших испытанных борцов и руководителей рабочего класса во главе с т. Сталиным. Все они возвратились из ссылки только после свержения самодержавия, в марте 1917 года.
В. И. Ленин по поводу расправы царского правительства над депутатами-большевиками писал:
„Сознательные рабочие России создали такую партию и выдвинули такой передовой отряд, которые во время всемирной войны и всемирного про-чвал$ международного оппортунизма проявили больше всех способности исполнить свой долг интернациональных революционных социал-демократов. Путь, по которому мы шли, испытан величайшим кризисом и оказался—еще и еще раз — единственно верным путем: пойдем по нему еще решительнее, еще тверже, выдвинем новые передовые отряды, добьемся не только выполнения ими той же работы, но и более правильного доведения ее до конца".1
Аресты участников совещания думской фракции с местными работниками в Озерках сильно отрази- . лись на работе иваново-вознесенской организации большевиков. Полиция и жандармы, получившие известие об участии в совещании иваново-вознесенского делегата, удвоили свою слежку за партийными работниками, в городе почти каждую ночь стали производиться обыски и аресты. В виду этих условий боль
1 Ленин, том XVIII, стр. 130.
22
шевики усилили конспирацию, ушли глубже в подполье, но работу не прекращали. За городом, где-нибудь в лесу, или на тайной квартире на окраине города проводились партийные собрания, на которых обсуждалось положение рабочего класса, намечались способы борьбы против империалистической войны самодержавия и капиталистов. Огромное внимание большевистская организация уделяла работе среди солдат, распространяя среди них прокламации и создавая революционные кружки. Устанавливались связи с партийными организациями ближайших промышленных центров (Шуя, Кохма, Тейково и др.), на фабриках создавались партийные ячейки.
Большевистская организация готовилась встать во главе начинающегося нового подъема рабочего движения в районе.
Борьба рабочих против дороговизны продуктов и усиливающейся эксплоатации капиталистов
С начала 1915 года положение рабочих в Иваново-Вознесенском районе стало резко ухудшаться. С фронта приходили тревожные известия о поражениях русских войск, об отступлении русской армии, о кровопролитных боях, стоивших десятки и сотни тысяч человеческих жизней. Мобилизации стали проводиться все чаще и чаще, из рабочих и крестьянских семей вырывались последние работники. Письма с фронта приносили известия о смерти отца, мужа, сына, брата.
23
Избежавшие смерти от пули или удушливых газов возвращались домой калеками, неспособными к труду, а государственную пенсию инвалиды или не получали совсем, или получали в таком незначительном размере, что ее нехватало даже на полуголодное существование.
Фабриканты в погоне за военными поставками, приносившими им огромные барыши, усилили свой нажим на t .Зочих. Работать на фабрике стало еще труднее. Участились несчастные случаи, наглее стало обращение .фабричной администрации. За каждый протест рабочему грозили или увольнением с фабрики, или первоочередной отправкой на фронт, на передовые позиции. Капиталисты пользовались безвыходным положением рабочих для своей собственной наживы.
Чем дольше продолжалась война, тем все больше и больше усиливалась в стране хозяйственная разруха. Бумажные деньги падали, цены на все продукты неудержимо росли, развивалась бешеная спекуляция, еще более ухудшавшая общее положение. Царское правительство неспособно было справиться с разрухой, оно не могло даже обеспечить своевременный подвоз продуктов к промышленным центрам. Весной 1915 года в Иваново-Вознесенске, Шуе и других городах стал исчезать с рынка и из магазинов хлеб. Рабочему даже по дорогой цене часто негде было купить кусок хлеба. Правда, Иваново-Вознесенская городская управа установила таксу на хлеб, но над этой таксой торговцы только смеялись. Ни в одном магазине рабочим хлеба по таксе не продавали.
Над рабочими нависла страшная угроза голода. 24
Большевистская организация стала призывать рабочих к организованной борьбе за улучшение своего положения.
Призыв большевиков был услышан. На фабриках начались волнения. В начале июня 1915 года рабочие Иваново -Вознесенскаи Шуи дружно провелизабастовку протеста против растущей дороговизны и недостатка продуктов.
8 июня в Иваново-Вознесенске остановились все фабрики и началась так называемая „мучная стачка", продолжавшаяся три дня.
Десятки тысяч рабочих собрались на площади перед городской управой и потребовали понижения таксы на продовольственные продукты, повышения заработной платы и освобождения одного рабочего, арестованного полицией за призыв к забастовке.
Выступление рабочих было настолько дружным и решительным, что местные полицейские власти почувствовали сразу, что они вместе с имеющимися в их распоряжении -казаками с грозной силой рабочих не справятся, и обратились за помощью и подкреплением своих сил во Владимир.
На следующий день в Иваново-Вознесенск приехал’ владимирский губернатор с большим числом жандармов.
Вот что писал один из активных участников этой забастовки тов. Андрианов в своих воспоминаниях о борьбе ивановских рабочих за хлеб и свободу и о переговорах рабочих с владимирским губернатором:
„Полиция, жандармы, казаки, надзиратели и шпики с утра шныряли по площади. Как только появился
25
губернатор, окруженный своей свитой, из толпы раздались крики:
— Хлеба, хлеба!
Губернатор заявил, что он со всеми разговаривать не будет, и предложил выбрать делегатов. Рабочие на это ответили общим гулом:
— Мы вам уже не раз выбирали представителей, но потом вы их всех арестуете! —И наотрез отказались от выбора представителей, продолжая возмущенно кричать:
— Хлеба, хлеба! .	. . "
Через час выходит городской голова и от имени губернатора снова делает предложение выбрать делегатов.
Из толпы раздаются крики:
— Вы их арестуете!
Тогда губернатор из окна городской управы сам обратился к рабочим и дал торжественное обещание, что делегаты не подвергнутся никакой каре. Один из руководителей стачки, рабочий-большевик Зиновьев Е. С. („Федор") предложил губернатору дать письменную гарантию в том, что делегаты не будут аре--стованы. Это требование губернатором было удовлетворено.
Рабочие выбрали делегацию, которая направилась в городскую управу для переговоров.
Делегация решительно отстаивала интересы рабо-. чих перед губернатором, городским головой и крупными торговцами; прения отличались «страстным, резким характером с обеих сторон; дело доходило до угроз арестом.
Эти переговоры ни к какому соглашению не призе
вели. Губернатор заявил, что в 10 часов вечера он созывает экстренное собрание крупных и мелких торговцев, на котором будет обсуждаться продовольственный вопрос, а относительно заработной платы обещал повлиять на фабрикантов".
10 июня было объявлено рабочим, что губернатор издал обязательное постановление о понижении lien на продовольственные продукты. Из ближайших районов было переброшено в Иваново-Вознесенск несколько вагонов хлеба. Арестованный з'а призыв к забастовке рабочий был освобожден.
На следующий день рабочие прекратили забастовку и возобновили работы на фабриках.
Одновременно с иваново-вознесенскими рабочими вели борьбу за улучшение снабжения и понижение цен на продукты питания и шуйские рабочие. Превратив 8 июня работу на фабриках, около 20 тысяч шуйских рабочих отправились осматривать склады городских торговцев. При осмотре выяснилось, что продовольственных запасов в городе очень мало и что если в ближайшее же время не будут приняты решительные меры к их пополнению, то рабочее население города встанет перед угрозой голода.
Собравшись на площади, рабочие потребовали от городской управы и фабрикантов, чтобы они немедленно приняли меры к ликвидации продовольственного кризиса. Через некоторое время рабочим было сообщено/ что городская дума отпускает 15 тысяч ’ рублей на покупку для продажи рабочим по пониженным ценам муки и крупы и что для этой же цели фабриканты дают городу беспроцентную ссуду в размере 80 тысяч рублей.
>	27
9 июня работы на шуйских фабриках возобновились.
Значение июньских забастовок иваново-вознесен-ских и шуйских рабочих очень большое. Это были первые всеобщие забастовки в районе за время войны. Организованное выступление рабочих было настолько грозным, что даже полицейские власти не решились на этот раз применить против рабочих военную силу и вынуждены. были удовлетворить большинство предъявленных рабочими требований.
Борьба против дороговизны открыла рабочим глаза на действительное положение в стране. Продолжавшийся рост цен на продовольственные продукты и неспособность властей и фабрикантов ликвидировать продовольственный кризис скоро привели рабочих к еще более худшему положению, чем они находились накануне забастовки. Все большее и большее число рабочих стало понимать, что корень зла заключается в войне и что для того, чтобы добиться действительного улучшения своей жизни, надо выступать не с требованием о понижении таксы на продовольственные продукты, а с требованием прекращения войны и свержения самодержавия, которое ведет эту войну в интересах кучки банкиров, капиталистов и помещиков. к
Июньская забастовка, таким образом, явилась могучим ускорителем пробуждения революционного самосознания огромного большинства рабочих Иваново-Вознесенского района. Она подготовила почву для августовского выступления, когда пролетариат Иваново-Вознесенска вышел на улицу под лозунгами большевиков с протестом против империалистической войны.
28
Расстрел рабочих в Костроме Окружная конференция большевиков в Иваново-Вознесенске
Июньская всеобщая забастовка иваново-вознесенс-ких рабочих проходила под руководством местной организации большевиков. Зачинщиками забастовки на всех фабриках были большевики, они же разрабатывали требования и сплачивали вокруг них рабочие массы. За время забастовки повысился авторитет и укрепились связи партийной организации с широкими слоями рабочих. Ряды организации стали расти за счет передовых элементов ивановского пролетариата.
Оживление рабочего движения и повышение революционного настроения широких рабочих масс происходили не только в одном Иваново-Вознесенске, но и во всем обширном текстильном районе. Известия о забастовках приходили из Кохмы, Тейкова, Лежнева, Коврова, Южи, Середы, Родников, Вичуги. В Костроме дело дошло до кровавых столкновений рабочих с полицией.
15 июня рабочие Большой Костромской льняной мануфактуры объявили забастовку с требованием выдачи квартирных денег. Фабрикант отказал. Рабочие решили продолжать борьбу и пошли к рабочим других фабрик с призывом присоединиться к стачке. Но только они вошли во двор фабрики Зотова, как их встретил спрятанный в засаде отряд пешей и конной полиции. Полиция атаковала рабочих, вытеснила их на улицу и арестовала девять демонстран-
29
тов, которых затащила на двор и тут же на глазах у рабочих стала избивать. Рабочие остановились у ворот фабрики и потребовали освобождения товарищей. В ответ на требования рабочих полиция открыла стрельбу, в результате чего свыше 10 человек оказались убитыми и около 30 — 40 человек ранеными. В числе убитых и раненых были не только взрослые рабочие, но и дети, наблюдавшие в стороне за шествием рабочих.
Наглость и трусость костромской полиции дошли до того, что тела убитых не были выданы родственникам, а похоронены тайно ночью. Явившиеся на похороны родственники убитых в числе 40 .человек были арестованы и целую ночь просидели под стражей.
Костромской расстрел вызвал огромное возмущение в рабочих массах всего текстильного района. Рабочие увидели, что готовит им царское правительство в союзе с капиталистами. Боевое настроение рабочих стало быстро расти. Для общей массы рабочих все яснее и яснее становился лозунг большевиков: „превращение империалистической войны в войну гражданскую “ и необходимость воплотить его в жизнь. v Иваново - вознесенская организация большевиков возглавила растущее боевое настроение рабочих Иваново - Вознесенского района. Прежде всего было решено объединить партийные организации всего обширного текстильного района. В этих целях 28 июля в Иваново-Вознесенске была организована окружная конференция, на которую собрались представители большевистских организаций Тейкова, Родников, Голь-чихи, Кохмы и Иваново-Вознесенска. Приглашались зо
делегаты и из других городов (Саратова, Нижнего-Новгорода, Ярославля, Москвы, Коврова), но они не смогли приехать из-за преследования полиции.
На конференции наиболее многочисленной делегацией была иваново-вознесенская — 9 человек: Бобков И. А. (по прозвищу „Карл"), Черников И. И. („дядя Ваня"), Гаричев К. М. („Спутник"), Краснов И. Е. („Клоун"), Кадыков М. Н., Рахов М. М., Егоров В. А. („Анархист"), Цибизов И. М. („Мухобой") и Колесников А. Ф. („Зорька"). От Кохмы было три представителя—Соловьев И. И., Райков В. П. и Иванова А. („Клара"); от Родников — два представителя: Голубев М. М. и Столбов Т. Н; от Гольчихи — тоже два представителя: Карасев П. А. и Лукин; от Тей-кова был один представитель — Лебедев.
Из докладов на конференции о положении дел на местах выяснилось, что настроение рабочих масс везде боевое. Повсеместно отмечается рост авторитета партийных организаций. Делегат из Кохмы за-• явил, что если бы имелась возможность шире развернуть партийную работу, если бы был хотя бы один постоянный партпрофессионал который бы вел исключительно партийную работу, то можно было бы вовлечь в организацию большое количество работающих на фабрике рабочих.
Учитывая политическое положение в стране и настроение рабочих, конференция вынесла резолюцию о необходимости усиления партийной работы в районе и о переходе от экономических к политическим забастовкам. Одновременно конференция .решила начать среди рабочих агитацию за вооруженное восстание и свержение царского правительства.
3t
Участники конференций
Слева направо — верхний ряд: В. А. Егоров, М. Н. Кадыков, И А. Бобков, И. И. Черников; нижний ряд: И. М. Цибизов, К. М. Гариков, М. М. Рахов, И. Е. Краснов.
Выполнение этих задач требовало объединения всех партийных сил в областную организацию. Конференция поручила Иваново-Вознесенскому комитету принять меры к созыву в ближайшее время областной партийной конференции, а до этого ему были даны полномочия объявить себя временным областным комитетом.
На этом конференция закончила свои работы.
Через несколько дней Черников И. И. („дядя Ваня") . объехал партийные организации Кохмы, Родников, Гольчихи и Кинешмы; где сделал доклады о вынесенных конференцией решениях. Везде резолюция конференции о переходе к решительной борьбе против империалистической войны и самодержавия встретила полнейшее одобрение.
Большевики перестраивали4 свои ряды, чтобы возглавить борьбу рабочего класса против империалистической бойни. Огромное большинство рабочих было за ними. Надо было эту политическую армию организовать, сплотить и повести на бой с царизмом, с капитализмом, за пролетарскую революцию.
„Все сознательные рабочие России,—писал В. И. Ленин в августе 1915 года, — стоят на стороне Российской Социал-Демократической Рабочей Фракции в Государственной Думе (Петровского, Бадаева, Муранова, Самойлова и Шагова), которые сосланы царизмом в Сибирь за революционную пропаганду против войны и против правительства. Только в такой революционной пропаганде и революционной деятельности, ведущей к возмущению масс, лежит спасение человечества от ужасов современной войны и грядущих .войн. Только революционное сверже-
2 Н- П. Каханов	*	33
ние буржуазных правительств, и в первую голову самого реакционного, дикого и варварского царского правительства, открывает дорогу к социализму и к миру между народами".1
Большевики организуют массы на борьбу против империалистической войны
Расстрел рабочих в Костроме, общее ухудшение экономического положения трудящихся, усиливающаяся эксплоатация, увеличивающаяся наглость полиции и жандармов, наводнивших город шпионами и почти ежедневно производивших массовые обыски и аресты,— все это в сильнейшей степени способствовало повышению боевого революционного настроения иваново-вознесенского пролетариата. Издававшийся большевиками за границей журнал писал:
„Тяготы войны стали невыносимыми. В этом „Русском Манчестере" (т. е. в Иваново-Вознесенске) война оставила женщин, детей, негодных к военной службе стариков. Все сильное и крепкое было угнано на убой. Настроение оставшихся было очень боевое, очевидцы могли сравнивать его только с предреволюционной эпохой, 1905 годом... Все ждали революции... По городу, на заводах—всюду народ говорил о необходимости революции".
В начале августа городской комитет партии организовал в лесу массовку. Присутствовало на ней
1 Ленин, том XVIII, стр. 183.
34
В. Н. Наумов.
Городской комитет решил
небывалое после революции 1905 года количество участников—около 500 че-‘ ловек, среди которых было немалое количество солдат. Обсуждались решения партийной конференции о подготовке к вооруженному восстанию. Настроение рабочих и солдат, присутствовавших на массовке, было настолько революционным, что они требовали немедленно итти в город и захватить его в свои руки. Солдаты обещали оказать в восстании поддержку. Но вопрос о восстании был перенесен на заседание городского комитета партии, прежде чем поднимать восстание в городе согласовать свои действия с центральными организациями, а пока начать агитацию за организацию политической забастовки.
В первых числах августа в Иваново-Вознесенск приехал для нелегальной партийной работы Наумов В. Н., имевший связи с Москвой и приволжскими городами. Иваново-вознесенские товарищи и решили послать его в Москву для выяснения вопроса об организации восстания в Иваново-Вознесенске. Они дали ему также поручение отпечатать в одной из московских большевистских тайных типографий проклама
35
цию против войны, написанную ивановскими товари' щами.
В Москве Наумову дали указания, что поднимать восстание в одном Иваново-Вознесенске преждевременно и что надо подождать с этим до более благоприятного времени. Прокламации же для Иваново-Вознесенска были напечатаны в тайной типографии одной из московских большевистских организаций— в типографии так называемой „Тверской группы РСДРП"—и привезены т. Наумовым в Иваново.
С возвращением т. Наумова из Москвы вопрос о захвате города в свои руки временно отпал, но ивановские большевики все же послали своего представителя Никифора Чугунова в поволжские города для согласования вопроса о единовременном восстании. Как обнаружилось впоследствии, Чугунов был провокатором, состоявшим на службе у жандармов. Ездил ли он в Поволжье и провел ли там какую работу— для ивановской организации осталось невыясненным.
На фабриках ячейки большевиков с успехом вели большую работу по подготовке к стачке. Рабочие готовы были к борьбе. -В ночь с 21 на 22 августа городской комитет в лесу около деревни Ясю-нихи собрал массовку, на которой присутствовало до '300 человек; на ней и решено было забастовку начать в понедельник 23 августа.
Привезенные Наумовым из Москвы прокламации были розданы на массовке и расклеены по городу. В этих прокламациях говорилось:
„Товарищи рабочие и солдаты!
Братоубийственная война все разрастается да разрастается. Все, что есть цветущего, здорового
36
и трудоспособного, принесено уже на алтарь войны в интересах буржуазии. Льются слезы вдов, сирот, отцов и матерей. Голод, нищета, разорение и произвол царят повсюду. Правительству мало тех миллионов регулярных воинов, запасных, перво-ратников и новобранцев 15 и 16-го годов, которых погнали в первую очередь и уже уложили на поле брани. Оно забирает туда же на убой и неокрепших 18-летних юношей, а за ними погонят ратников второго разряда. На убой отправляют последних работников, кормильцев семей. Но для чего же все это? За что пролито это море народной крови? Ведь война не была нужна ни немецкому, ни русскому рабочему. Рабочий знает лишь одну борьбу, борьбу классовую, лишь одного врага—буржуазию, Так кому же нужна была война? Буржуазии. Эта война—борьба буржуазии одного государства за господство над другим, за преобладание на мировом рынке. И вот пока миллионы наших товарищей погибают на поле брани за дело буржуазии, сотни тысяч хорошо обмундированной и откормленной полиции и жандармерии, упитанной кровью и потом народа, стоят на страже интересов той же буржуазии и расправляются с внутренним врагом — сознательным пролетариатом. Сибирские тундры и тюрьмы переполнены. Туда загнали представителей народа, туда же все еще тянутся, гремя кандалами, бесконечные вереницы наших товарищей. В эту трудную минуту перед нами возникает вопрос: так что же нам делать? Послушаться ли призыва правительства, позабыть партийную рознь и пойти на братоубийственную войну верными слугами цариз
37
ма? Нет, товарищи! С правительством не может быть никакого примирения. Мы до конца останемся его врагами. Подчиняясь силе, нам придется взять в руки оружие и направить против своих инородческих товарищей по несчастью. Но будем же помнить тогда, товарищи, что в неприятельских окопах против нас такие же пролетарии, как и мы, насильно взятые и живущие мыслью повернуть оружие в обратную сторону и превратить буржуазную войну в войну гражданскую. Этой благородной мыслью живет и наш народ. Но нужно эту мысль осуществить на- деле.
Надо смести всех палачей—от царя и министра до урядника, надо на развалинах деспотизма и варварства водрузить знамя свободы, мира и братства народов. И теперь время упускать нельзя. Так будем же помнить об этом, товарищи, уходящие на дикую битву за врагов своих. На фабриках и заводах, в казармах и окопах будем напоминать об этом другим товарищам, будем сплачиваться в нелегальную организацию вокруг знамени социал-демократии. И когда революционная волна охватит Россию, не поднимем по приказу правительства оружия на товарищей своих. Будем прислушиваться к голосу социал-демократии и при первом удобном случае повернем оружие против нашего настоящего врага — правительства, превратим эту братоубийственную резню в гражданскую войну — революцию.
Рабочие и солдаты! Преступление упускать время. В наших руках лучшая жизнь, свобода и право. Чем помирать за врагов своих, помрем на баррикадах за постоянной мир, за свободу.
Довольно крови за врагов своих!
Долой самодержавие!
Да здравствует революция!
Да здравствует демократическая республика!"
Весь день 22 августа прошел в Иваново-Вознесенске в необычайной обстановке. Рабочие читали и обсуждали большевистские прокламации, готовясь на следующий день к забастовке. На конспиративных квартирах происходили собрания большевиков,— намечался план выступления рабочих, выделялись ораторы, разрабатывались требования. Но власть также не сидела сложа руки, узнав от предателей рабочего класса о подготовлявшейся стачке. Днем по городу было расклеено объявление владимирского губернатора, в котором говорилось:
„Пусть всякий знает, что в подавлении беспорядков я не остановлюсь принять самые крайние меры".
Началась подготовка, чтобы возможно было „крап -нне меры" привести в действие.
Солдаты находившегося в городе 199-го пехотного запасного полка, среди которых было много рабочих Иваново-Вознесенска и из которых многие были уже распропагандированы большевиками и даже ходили на массовки, частью были расформированы по воинским частям в другие города, частью были заперты в казармах и получили строгий приказ ни в коем случае 23 августа, не выходить на улицу.
В город были присланы новые отряды солдат, незнакомых с обстановкой и положением рабочих.
Правительство готовилось расправиться с ивановскими рабочими так же, как оно расправилось с рабочими в Костроме.
39
Посредством провокации жандармам удалось в ночь с 22 на 23 августа произвести в Иваново-Вознесенске свыше двухсот обысков и арестовать части передовых рабочих и членов большевистской организации. К утру 23 августа многие из арестованных были освобождены, в тюрьме остались только руководящие работники партийной организации: Наумов В. Н., Цибизов И. М., Гаричев К. М., Бобков И. А., Краснов И. Е., Егоров В. А., Рахов М. М., Коржавин М. А., Артамонов И. Р., Рыбаков А. II., Черников И. И., Кадыков М. Н., Соловьев И. И. и Рыбин Г. Д, которые предавались суду и им грозила каторга за борьбу против существующего самодержавного строя и принадлежность к партии большевиков.
Производя эти аресты, полиция и жандармы рассчитывали на то, что, оставшись без своих руководителей, рабочие не решатся выступить.
На следующий день власти вынуждены были убедиться в беспочвенности своих расчетов.
Расстрел ивановских рабочих
23 августа 1913 года
1 алглкгпалпягсхипапт:	i. u rjq «к и’тагыяпвпяж.-агтхдкма
Рабочие были готовы к борьбе. Ни угрозы губернатора, ни аресты части большевиков не заставили ивановских рабочих отказаться от своего решения начать стачку и возвысить свой голос протеста против империалистической войны. В 10 часов утра 23 августа рабочие фабрики Грязнова (теперь Соснев-ское объединение), узнав об аресте своих товарищей, прекратили работы и вышли на улицу. Немедленно 40
к ййм Присоединились рабочие ближайших фабрик, а к трем часам дня в городе не оставалось уже ни одного работающего промышленного предприятия. Десятки тысяч рабочих собрались на площади перед городской управой (теперь площадь горсовета), но обширная площадь не могла вместить всех собравшихся, — рабочие отправились за город, на поле у кладбища. Здесь состоялся грандиозный митинг. Выступало сразу несколько ораторов-большевиков, призывающих рабочих к борьбе за прекращение империалистической войны, за свержение власти помещиков и капиталистов, за освобождение арестованных.
Лозунги большевиков находили живой отклик в массе. Рабочие решили в первую очередь добиться освобождения арестованных и с этой целью снова' отправились на площадь к городской управе.
Было уже поздно, день клонился к вечеру.
Среди пришедших на площадь рабочих шныряли шпики, переодетые городовые и жандармы. Один из них был опознан и избит. Кругом площади выстраивались отряды казаков. Напротив Приказного моста по дороге к тюрьме был выстроен отряд унтер-офицеров, переодетых в солдатские шинели, под командой прапорщика Носкова. Солдаты как „ненадежные“ и могущие перейти на сторону рабочих были заперты в казармах.
Один из руководителей демонстрации рабочий Зиновьев Егор Степанович, носивший партийное прозвище „Федор", только что выпущенный из тюрьмы по требованию .стачечников, поняв окружающую обстановку на площади, угрожающую рабочим рас
41
• 'л ’ 5


стрел ом, й зная, что рабочие не вооружены, предложил рабочим в виду позднего времени разойтись по домам, чтобы на следующее утро вновь собраться на площади. Рабочие на это закричали, что будут стоять на площади до тех пор, пока не выпустят из тюрьмы арестованных.
В это время среди рабочих распространился слух, что арестованных из тюрьмы увозят. Масса бросила клич:
Убитый е. с. Зиновьев.	тюрьме!
колонны рабочих во главе с „Федором" Зиновьевым и другими остававшимися на свободе большевиками с криками „долой войну“ направились к Приказному мосту по дороге к тюрьме.
Далее случилось то, что буржуазия вкупе и влюбе с полицией готовила рабочим: летом, в теплый августовский вечер повторено было в Иваново-Вознесенске новое „девятое января". 7
Один из участников демонстрации Андрианов в своих воспоминаниях о последующих событиях рассказывает следующее:
„Вся масса направилась к тюрьме. Не доходя сажен двадцати до тюрьмы, когда большая половина рабочих еще не вышла с Приказного моста
42 *
йа улицу, Зиновьев, остановив рабочих горячей речью, обратился к стоявшему на порядочном расстоянии от тюрьмы взводу вооруженных винтовками солдат. В это время раздался первый условный полицейский свисток, потом второй...
Солдаты приготовили винтовки...
После третьего свистка раздался залп и товарищ Зиновьев упал мертвым.
Минуты две полнейшей тишины, потом закричали, что стреляют холостыми, но сейчас же послышался стон раненых, затем начала говорить громким голосом одна женщина-ткачиха:
— „Изверги! Убийцы! у нас—дети, мужья на войне, а вы здесь нас расстреливаете, как куропаток! Нате, стреляйте! — и подставляет им свою грудь.
Тогда были даны еще два залпа. Ткачиха пала мертвой, послышались новые стоны и проклятия, рабочие побежали во все стороны. Навстречу им на Приказном мосту появились казаки и начали избивать плетями и безжалостно ездить по убитым и раненым. Много рабочих попрыгало с моста в овраг, многие побежали в ближайшие дворы, ломая изгороди и заборы. Со стороны казаков и полиции расправа с рабочими была самая кровавая, самая варварская
На Приказном мосту после трех залпов осталось 30 убитых и 53 тяжело раненых. Многие раненые скрылись и не ходили даже лечиться, чтобы не быть арестованными, поэтому общее число пострадавших было значительно больше. Были убиты рабочие и работницы: с фабрики А. Гарелина — Е. С. Зиновьев, Я. В. Батаев, Ф. Н. Моисеев; рабочие фабрики Гряз-
Приказный мост —место, где происходил расстрел демонстрантов.
нова —Рябинин Л. Т., Лапшин Д. Д., Рыбаков И. А., Дунаев Л. II, Федосеев П. А.; с фабрики Мараку-шева—работница^ Н. Е. Заверняёва; с фабрики Куваева — Белушков М. А., Федотов Ф. К., Кузнецов И. И.; с фабрики „Компания" —Коканов А. Д. и работница Лушникова М. Г.; с фабрики М. Гарелина — Волков Д. Е., Царев Г. В., Коровкин И. Е.; с фабрики Полушина— Холодов В. И., Крюков Т. II., Воронин А. II., Терентьев А. В., Ту лев А. М., Лоскутов Д1. А.; с фабрики Дербенева — Яковлев И. М.; с фабрики Витова— Комиссаров В. И., Ковалев В. М, Сика ев А. И.; с фабрики Дарвинского— работница Сергеева Е В.; с фабрики Бурылина — Вырыхалов А. И. и ломовой извозчик Ремизов А. Н. Тяжело раненые, которые не могли из-за] полученных ранений скрыться от полиции, были подобраны на площади и арестованы.
Царским правительством они были привлечены к судебной ответственности по делу „о нападении толпы рабочих на воинскую заставу". Их дело было передано „на рассмотрение Военного Суда для суждения ви
новных ЦО законам ВО- Убитая М. Г. Лушникова.
45
енного времени". В условиях империалистической войны над всеми товарищами нависла угроза быть осужденными на бессрочную каторгу или погибнуть на виселице. Февральская революция спасла их.
Так расправилось правительство помещиков и капиталистов с ивановскими рабочими, заявившими громко протест против империалистической войны. Так поступает буржуазия.во всех странах, где рабочие поднимаются на. борьбу против готовящейся новой империалистической бойни, на защиту СССР — отечества трудящихся всего мира.
Расстрел ивановских рабочих 23 августа 1915 года вызвал взрыв возмущения среди рабочих всей России. В Москве группа большевиков по поводу событий в Иваново-Вознесенске выпустила прокламацию, в которой говорилось:
„Товарищи, кровавый туман застилает всю Россию. Смерть выглядывает из-за каждого угла, гибнут миллионы на поле брани за дело своих палачей, тысячи падают, пронзенные пулями царских прислужников, здесь на местах. Не. остыли еще трупы костромских товарищей, как гулким эхом отдались по России выстрелы по рабочим в Иваново-Вознесенске. Сотни наших товарищей расстреляны за смелость возвысить свой голос над пучиною лжи и бесправия. Вчера Лена и Кострома, сегодня Иваново-Вознесенск, а завтра, может быть, Петроград и Москва. Нет ни малейшей уверенности, что участь ленских, костромских и иваново-вознесенских товарищей минет нас. Так неужели, товарищи, будем спокойно смотреть, как из нашей среды вырывают одного товарища за другим, как 46
царские палачи бесцеремонно расправляются с пролетариатом, как в корне стремятся уничтожить освободительное движение? Да можем ли мы молчать, когда затронуты наши жизненные интересы, когда пролетариат истекает кровью? Пролитая кровь наших товарищей взывает к мщению.
Заявим же мощно свой голос протеста против излюбленного правительством средства „успокоения" — расстрела. Да замолчат фабричные свистки, да высыпет весь рабочий народ на улицу, да увидит Москва грандиозную демонстрацию наших сил, да затрепещут царские палачи.
Проклятие убийцам!
Смерть врагам!
Долой самодержавие!
Да здравствует революция!
Да здравствует демократическая республика!"
В Москве в конце августа большевиками было устроено собрание рабочих, на котором был сделан доклад о событиях в Иваново-Вознесенске. Провести намеченную забастовку протеста московских рабочих не удалось, так как полиция узнала об этом и в назначенный день наводнила фабрики и заводы войсками.
Дружно и организованно прошла забастовка протеста против расстрела иваново-вознесенских рабочих в Петрограде, где около двадцати ,тысяч рабочих крупнейших заводов (акционерного общества „Айваз", новый и старый заводы Лесснера, машиностроительный завод „Феникс", два завода акционерного общества „Промет", Путиловская верфь и др.) демонстративно прекратили работу на целый день в знак
47
солидарности с иваново-вознесенским пролетариатом.
Гнусную роль сыграли во время Иваново-Вознесенского расстрела русские меньшевики. Полностью поддерживая политику буржуазии в деле продолжения империалистической войны и борьбы с рабочим революционным движением, они не обмолвились ни одним словом протеста против расстрелов в Иваново-Вознесенске. Чтобы лишний раз обмануть рабочих, громко заявлявших свое возмущение произволом царского правительства и буржуазии, фракция меньшевиков в 4-й Государственной думе послала своего представителя Тулякова в Иваново -Вознесенск „для ознакомления с положением на месте". Этот почтенный представитель социал-предателей пробыл в Иваново-Вознесенске только один день, зтказался притти на собрание рабочих, куда его пригласили, а поговорил только с некоторыми фабрикантами и их ближайшими помощниками, то есть с теми, кто непосредственно являлись виновниками расстрела рабочих. Какую он от них получил информацию, догадаться нетрудно.
Августовский расстрел не посеял паники, уныния и растерянности в ивановских рабочих, не заставил их отказаться от продолжения борьбы против империалистической войны, против самодержавия, против капитализма. Их руководитель — организация большевиков, несмотря на то, что после выступления рабочих на нее в бесчисленном количестве посыпались полицейские репрессии, мужественно стояла на своем боевом посту, готовя массы к революции.
В феврале 1917 года, всего через 18 месяцев после
48
расстрела рабочих в Иваново-Вознесенске, самодер-жавие в России было свергнуто. И самым важным условием, обеспечившим победу над царизмом, было глубокое и бурно развертывавшееся пролетарское движение в годы империалистической войны.
„Пролетариат, — писал В. И. Ленин—требовал мира, хлеба и свободы. У него не было ничего общего с империалистической буржуазией и он-то вел за собой большинство армии, которая однако состоит из рабочих и крестьян.
Началось превращение империалистической войны в гражданскую войну. В этом лежит источник двойственного характера этой революции, которая является первым этапом первой революции, порожденной империалистической войной".1
Свержение самодержавия не уничтожало еще экспло-атацию рабочего класса и трудящегося крестьянства, потому что к власти пришла буржуазия, поддержанная ее верными слугами — меньшевиками и эсерамп. Она хотела по прежнему продолжать империалистическую войну „до полной победы", хотела по-прежнему экс пл оптировать и угнетать рабочий класс и деревенскую .бедноту. Чтобы прекратить империалистическую войну, совсем уничтожить эксплоата-цию и угнетение, надо было свергнуть и буржуазию.
Под руководством партии большевиков во главе с Лениным и Сталиным пролетариат в союзе с дере-. венской беднотой перешел к борьбе против капитализма, за социалистическую революцию, за диктатуру пролетариата. Эта борьба завершилась побе-
1 Ленин, том XX, стр. 61-62.
49
доносным восстанием в октябре 1917 года. Рабочий класс и трудящееся крестьянство навсегда сбросили со своих плеч эксплоататоров и угнетателей и получили возможность строить на месте старой поме-щичье-капиталистической России свое новое пролетарское государство — СССР, отечество трудящихся всего мира. Усиливая революционную бдительность и постоянную зоркость к проискам классового врага и его агентуры, укрепляя обороноспособность нашей страны и подготовляя кадры, которые не боятся трудностей, мы успешно строим бесклассовое социалистическое общество.
Во второй пятилетке бесклассовое социалистическое общество будет построено — порукой этому то, что во главе рабочих и колхозных масс стоит ВКП(б), ленинский ЦК и гениальный вождь мирового пролетариата — Сталин.
51
Оглавление
Как жили рабочие и крестьяне двадцать лет назад 3
Начало империалистической войны и влияние ее на положение рабочих и крестьян
11
Позиция большевиков по отношению к империали-стической войне	17
Борьба рабочих против дороговизны продуктов и усиливающейся эксплоатации капиталистов

23
mJ




Расстрел рабочих в Костроме. Окружная конферен-_____ция большевиков в Иваново-Вознесенске	29
Большевики организуют массы па борьбу против империалистической войны	34
Расстрел ивановских рабочих 23 августа 1915 года 40